Ах, вы мои любимые и дорогие русскоязычные иностранцы! Да, те, кто родился и вырос в России, оставаясь иностранцами. Те, кто до конца дней своих будут наслаждаться памятью об "ароматах лесов и полей России"! Кто до смертного часа своего будет говорить русским языком и мучаться мыслью, что их детям и внукам никогда не придётся выразить мысли и чувства так, как они выражали когда-то! Редкое и ужасное явление: "ностальжи" по чужому языку! Родиться в одной стране, но заканчивать дни свои "на исторической родине".
Люблю вас за верность и преданность моему языку и не люблю "наших" иностранцев, кои русский язык меняют на любой другой по причине его сильного "денежного" аромата! О них только в русском языке есть название:
- Отрезанный ломоть! - да, к "караваю", с названием "Россия" эти "ломти" уже никогда не приставишь. Порченные они, плесневелые. Перед иностранцем, вернувшимся на "историческую родину", сниму шляпу, но перед "отрезанным ломтем" - никогда.
С чего продолжить? С какой "ноты" начать песню?
- "Главное - не с фальшивой ноты" - слышу твой голос - пусть она будет до предела "лёгкой", "бездумной", но не фальшивой. И о любви.
- А врать позволишь? Без вранья и строчки не могу написать!
- Чего так?
- Как в детстве соврал однажды - так до сего дня остановиться не могу! Говорили со стороны:
- Врать - нехорошо! - я не верил и продолжал заниматься любимым делом: врал. А потом понимать стал, что те, кто призывал не врать - врали сами.
- Самое большое счастье для каждого из нас - возможность кому-то сказать "любовь моя!", но ещё большее счастье - только думать об этом.
- Но у любви есть и обязанность: её постоянно нужно утверждать на "всех фронтах"... Без "поражений", а только "внушительными победами".
Любовь не носит некрасивых эпитетов, а если такое случается, то это уже не любовь, а каторга. Или "бомжиха".
Чтобы любовь не превратилась в каторгу, люди условились называть её "красивой", "жертвенной", "верной и преданной", "единственной" и даже "горячей". Даже "безумная" любовь бывает, но редко, а вот "хулиганской" - не встречал. Ни в чужих книгах, ни в жизни. "Терра инкогнито", "белое пятно" эта "хулиганская любовь" Моя "географическая душа никак не хотела оставлять "пятна" без исследования!
Как кажется, не пора ли и о ней сказать?
Когда любимая женщина рядом - неудержимо тянет писать глупости, но когда насыщается ими "по горло" - тут же от меня сбегает. А я продолжаю писать. В каком случае "продукция" из "клавы" выходит наивысшего качества, а когда "ни к чёрту" - сказать не могу.
Когда ты исчезла на длительный срок - запаниковал, а когда на меня наваливается приступ паники с названием "брошен женщиной" то, как всякий мужчина отправляюсь на поиски "утраченного". Да, начинаю искать женщину, коя могла бы слушать мои "трели" бесконечно долго и не дала бы дёру. "Нахттигаль".
Но, странное, необъяснимое явление: меня потянуло не на поиски новой женщины со старыми привычками, а на знакомство с редактором издательства. Любого. Пусть и технического издания. Что-то связанное со строительными материалами. Цементы всех марок и цен, лесоматериалы и кирпич.
Повезло, и на третьи сутки твоего отсутствия в "паутине" вышел на вполне приличного издателя "толстого" журнала. "В воздухе запахло изменой...". Процесс "привыкания" протекал привычно: немного пообщались короткими "писюлькам" по "общим темам", а затем ударил по голове "г-на редактора" тридцатью станицами из своих "упражнений в литературе". Но перед "выходом на сцену" их "умыл и причесал" насколько хватило способностей в "причёсывании" текстов. Через совсем малое время получил разъяснения:
А) из тридцати страниц можно оставить только 20 процентов,
Б) что я очень "ёрничаю",
В) но и "утешил":
- Ваши записи очень похожина... - и помянул имя и фамилию известного отечественного сатирика, выступающего с эстрады. Сравнение было более огорчительным, чем замечание о двадцати процентах "съедобного" текста сочинений. О том, что не хочу быть похожим, пусть и на большого эстрадного сатирика нашего времени - промолчал. И о том, что не имею ни малейшего желания приклеивать себе чужое лицо - ни слова!
Об "усекновении глав" ответил так:
- Уважаемый г-н редактор! "Вы - наши отцы, мы - ваши дети"!
Вот как поступают жители села в подобных случаях: зарезать родную бурёнку у хозяина сил нет, "рука не поднимается" и тогда он зовёт соседа. Вы знаете нашу извечную любовь в деле помощи соседу, когда дело касается причинению убытков? То есть, резать скотину. Сосед и режет:
- Не моя бурёнка! - и я не могу "поднять руку" на строчки в сочинениях. Как могу определить, какую строку оставить "жить", а какую - прирезать? Строчки нам как дети, любую жаль "убивать".
В итоге договорились до того, что получил по "мылу" информацию, из которой назову самую интересную. Главную. Основную. Важную:
"...говорите, сколько колонок оставить! Колонка -страница Word А4 шрифтом 11в одну колонку. Таких страниц (а в журнале это колонки) сколько будет, столько вышлем книг. Цена одной страницы Word А4 шрифтом 11 в одну колонку - 240 руб."
Ничего не понял в "страницах и колонках", но в бестолковости не признался. Тебе - да, признаюсь и ничуть не стыдно признаваться, а ему - нет. На вопрос "чего стОит правка текста" получил прямой и ясный ответ:
"если затевать глубокую редактуру, то $20 за такую станицу (без публикации) за 240 формальная правка, и конечно, результат согласуем с Вами.
Годится? С уважением .........."
Получив исчерпывающую информацию о ценах на издание, задумался:
"столько-то печатных листов только первой части умножить на двадцать "зелёных"... Это ж сколько получится? Потом полученное произведение нужно будет ещё умножить на рубли... И всё это с меня!? Нет, "Боливару не снести двоих!" - ответил г-ну редактору. Конец милого общения закончился моим:
- Пас! - как в преферансе...
И ещё одну ошибку допустил: "Боливаром" звали лошадь у одного из персонажей рассказов О'Генри. Получил разъяснение, что Боливар Симон - не только лошадь, но и борец за свободу Боливии от... с кем боролся Симон Боливар - не знаю и до сего времени. Понимаю, что нужно устранять "пробел" - но не хочется...
Спустя неделю, появилась мысль в сторону редактора: "а почему бы не поступить так, как в тотализаторе? Ты, "зубр издательского дела", оцениваешь мои писания и точно знаешь, что они будут "скушаны благодарным читателем" и в таком разе отстёгиваешь гонорар... Или покупаешь записи... Или риелта в будущем... ну, что-нибудь из серии "товар-деньги-товар"? Ведь никто не ждёт, когда "серая, в яблоках", кобыла по имени "Надежда" придёт первой, а потом бежит букмекеру делать ставку 1:100"!
Что после этого сказать о тебе, святая ты простота!? "Всё познаётся в сравнении?" Помнишь, как ты готова была выправить страницы просто так, из простого человеколюбия!? Как тебя после такого не любить? Пусть все мои записи навсегда останутся "горбатыми", неважно, но я испытал к тебе чувства большие, чем, если бы у нас дошло дело до оргазма... Оргазм преходящ и так не запоминается, как желание отредактировать сочинение бесплатно. Оказывается, самое дорогое и прекрасное, что есть у нас - это желание помочь без самой помощи! Такие желания вдохновляют и никакими гонорарами оплатить их невозможно! Ты хотела помочь и этого вполне достаточно для вечной признательности моей!
А что господин редактор? Не осуждаю: человек делает деньги, ему выжить нужно в наше "благословенное" время. Я полный профан в издательском деле мои, познания нулевые, а те, что есть - примитивные, отсталые. Ведь как представлял себе рождение книги? Крайне просто: написал человек что-то и приносит издателю:
- Ваше слово? - тот смотрит "вполглаза" и говорит:
- Не нужно! - и автор, довольный, покидает издательство. Или издатель говорит автору что-то иное, варианты могут быть любые. А тут такие сложности!
И ещё одно "преступление против человечности" совершил: вышел в Самиздат. Батюшки! Тысячи пишущих! Посмотрел на себя в зеркале и сказал:
- Сиди-ка тихо, не высовывайся! Нет у тебя ничего такого, что могло бы заинтересовать остатки читающей публики в отечестве твоём. Мало таковой осталось к настоящему времени. "Смотрящей" публики - да, таковой хватает, а читающей - нет. И не грусти!
Могу дать "электронку" редактора. Представься поэтессой со множеством стихов "в заначке".
Немного о поэзии, в которой ничего не понимаю. В одном из спектаклей Райкин читал стих:
"... смеялись все! Смеялся я!
Смеялась и жена моя!
Мой дядя, самых честных правил
когда не в шутку занемог
он эту строчку в стих свой вставил
и лучше выдумать не мог!" -
но если такое послать г-ну редактору, то можно "залететь" под статью о плагиате! А зачем такое? Скандал как-то ни к чему, скандалов и без этого хватает, поэтому две последние строчки напиши так:
"...дворовой девке так "заправил",
что дворник вытащить не мог!" - думаю, что такой "финал" будет вполне нормальным.
Учить тебя писать - ненужное занятие. До сего дня не могу забыть, как принял тебя за умудрённую женщину сорока пяти лет от роду и приступил к своей любимой манере разговора "открытым текстом". Тогда повезло: ты не имела ничего против "открытых текстов".
Стал повторяться, а это признак начала первой стадии склероза... маразма, старческого слабоумия... Знакома с первой стадией склероза? Нет? Поделюсь: это когда в туалете забываю снять брюки. Вторая - испражняюсь в кастрюлю, третья - это когда не в одну кастрюлю, а в разные, что под руку попадаются... чего ещё?
Не бросай меня! Буду тебя любить до момента, пока ты не потянешь в суд за хулиганство. Да, чуть не забыл: а любить чужую жену можно? Законом подобное не запрещается?
Если серьёзно, без "ёрничества", то хочется писать весёлые письма потому, что если такое блядство с погодой, что творится за окном, продлится ещё на месяц, то лучшая половина населения центральной части России не выдержит и рехнётся с ужасными последствиями для себя и остальных! Мне такое уже не грозит, я одинаков при любой погоде.
На сегодня есть только один момент, способный огорчить:
- Компьютер сдох, а без него жизнь - не в жизнь!
Пиши. Хотя бы и матом. В твоей домашней библиотеке есть "Русский Декамерон"? Со стихами Ивана Семёновича Баркова, да пребудет его весёлая душа в вечном покое?
То, что иногда позволяю себе писать - так, детский лепет! Почитай "Русский Декамерон" - посмеёшься от души!
Дополнительно выяснил: в старину общение мужчины с женщиной было "натуральным", сегодня - "виртуальным"...