Ведьмин Евгений Николаевич: другие произведения.

Лабиринт

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пятое место на осенней "Мини-прозе (МПФиД-26)", 2013.
    Опубликован в журнале "Фантастика и детективы", Москва, октябрь 2013.


  
   Рядом присел высокий мужчина в кожаном плаще, приветливо кивнул, подвигаясь ближе.
   - Тоже пытаетесь пройти лабиринт? - он взглянул на открытый блокнот, испещрённый записями и рисунками, рядом с моей кружкой пива.
   Я неоднозначно качнул головой:
   - Можно и так сказать.
   Собеседник широко улыбнулся, запустил руку в нагрудный карман и достал потертую записную книжку с множеством закладок. Развернув, положил передо мной.
   - Дальше третьего зала пока зайти не удалось. Никак не одолею эти чертовы загадки. - Он крепко приложился к пиву, и пока опустошал кружку, я пробежал взглядом по страницам, пытаясь разобрать почерк. - А-а-а! - Здоровяк с удовольствием грохнул пустой кружкой о стол, и попросил бармена поскорей налить еще.
   - Н-да, любопытно, - пробормотал я, покрыв ладонью собственные заметки. Посвящать незнакомца в личные дела раньше времени не стоило.
   - Так что насчёт вас? Далеко продвинулись? - Собрав губами пену, мужчина ополовинил тару в несколько больших глотков.
   - Не особенно, - совершенно честно ответил я.
   Мой собеседник вопросительно поднял брови.
   - Дружище, все мы здесь ради одного и того же, так прекращайте же ёрничать и выкладывайте начистоту.
   Мне было симпатично его простодушие и не сходящая с губ улыбка. Такой человек располагал к беседе.
   - Вы слышали о Роджере МакКейне?
   Мужчина довольно хмыкнул, доставая из кармана трубку и кисет.
   - Еще бы, здесь все о нём знают... - протянул он, набивая люльку табаком. - Только о Роджере и разговоров. История уже прилично обросла сплетнями и слухами, и превратилась в отличную байку под кружечку-другую темного пивка. Но сути не утратила: сукин сын добрался до последних врат, правда, так и не вернулся... Э-эх, везет же некоторым. - Он раскурил трубку и взглянул на меня. - Вы здесь из-за МакКейна?
   Я глотнул сладковатого, с привкусом жженого сахара пива, и утвердительно кивнул.
   - Расследую его исчезновение.
   Здоровяк нахмурился и оценивающе окинул меня взглядом, причмокивая мундштук.
   - Стало быть, детектив... - Веселость и задор выветрились из его голоса, сменившись серьезностью. - Не позавидуешь такой работенке. Дело Роджера - загадка покрепче тех, что рождает лабиринт. К тому же, точно неизвестно, что находиться по ту сторону Золотых Врат.
   - Тем не менее, это не отпугивает желающих выпотрошить дворец, - заметил я.
   - Еще бы, - тон мужчины потеплел. - Не будь там настоящего сокровища, не было бы и заковыристых загадок. - Он допил пиво и засипел трубкой, мечтательно разглядывая ряды бутылок на полках бара. - Вы здесь надолго, дружище, - уверенно произнес он. - Чтобы найти Роджера, придется отправиться за ним. - Наши взгляды встретились, и в прищуренных глазах собеседника, казалось, мелькнуло соперничество.
   - МакКейна кто-нибудь знал близко? - я достал из кармана куртки огрызок карандаша и перевернул чистую страницу блокнота.
   Мужчина пожал плечами.
   - Нет, насколько мне известно. Он почти ни с кем не говорил, никогда не замечал его в компании. Искатели не воспринимали Роджера всерьёз: невзрачный, замкнутый, он редко появлялся на людях, только по делу. Странный малый...
   - Может, с кем-то он общался чаще?
   Собеседник задумался, и с грустью посмотрел в пустую кружку. Я подал знак бармену повторить.
   -- Да, есть такой человек, - продолжил здоровяк, промочив горло. - Старик Мартус, здешний торгаш.
   Я сделал пометку в блокноте, спросил:
   - Что их связывало?
   - Ничего особенного. Мартус промышляет загадками и всяким барахлом, его здесь каждая собака знает. Держит лавочку, "Бронзовые Врата" называется, её трудно не заметить. - Я кивнул, вспоминая большую красочную вывеску магазина на главной площади. - Роджер частенько к нему заглядывал.
   - А вы когда-нибудь разговаривали с МакКейном? - осторожно поинтересовался я.
   - Нет, не довелось, - совершенно спокойно ответил мужчина. Кружка его опустела, и он, извиняясь, развел руками. - Что ж, спасибо за выпивку и беседу... э-э...
   - Кирилл, - представился я, протягивая руку. - А вас как...
   - Григорий, Гриша. - Крепкая горячая ладонь с немалой силой сдавила мою хлипкую пятерню. - Рад знакомству. - Он как следует тряхнул меня, забрал свои записи, и, шутливо откланявшись, направился к столику, где вовсю шла карточная игра.
   Допив пиво, я взглянул на часы. Пока имелось время, не помешало бы заглянуть в лавочку господина Мартуса...
   Свет в магазинчике ещё горел, и сквозь широкое витринное окно виднелась фигура продавца за прилавком. Звон дверного колокольчика оповестил о моем визите, и хозяин отвлёкся от раскрытой перед ним тетради. Здесь стоял удивительный запах бумаги, смешанный с ароматом кофе и множеством других ароматов. Полки были уставлены различными склянками, колбами и, конечно же, множеством книг.
   Господин Мартус коротко кивнул, придирчиво оглядывая посетителя поверх очков.
   - Чем могу быть полезен, юноша? - Он закрыл тетрадку.
   Я поздоровался, протянул ему документы. Старый лавочник долго изучал удостоверение и, наконец, удовлетворенный, вернул мне.
   - Имперский детектив... - прокряхтел Мартус. - Далеко же вас занесло. Чем старый скряга не угодил Его Величеству? - с улыбкой спросил он.
   - Я здесь по делу Роджера МакКейна.
   Торговец поморщился и, выйдя из-за прилавка, перевернул табличку на входных дверях на "закрыто".
   - МакКейн... МакКейн... - сварливо заворчал старик, опускаясь в плетеное кресло у низкого столика. - Я мало знаю о Роджере, впрочем, как и любой в Вильмоте.
   Мартус коротким жестом пригласил занять свободный стул напротив.
   - Говорят, он часто заходил к вам. - Я достал блокнот и карандаш. Старик завозился в кресле, видно было, что от этого вопроса он почувствовал себя неуютно.
   - Говорят, значит... Да, заглядывал иногда, - нехотя подтвердил старик. - Скупал загадки.
   - Из лабиринта? - на всякий случай уточнил я.
   Мартус раздраженно наморщил лоб, но сдержанно произнёс:
   - Разумеется.
   - Как загадки попадают к вам?
   - Очень просто: мне их приносят другие искатели, коих здесь развелось как мышей в зерновом амбаре. Неудачники, одним словом. Проходят от силы пару врат, записывают выражения привратников и мчатся ко мне, чтобы поскорей завести хоть немного денег и отправиться пить с друзьями в таверну, - желчно процедил старик. Очевидно, многочисленные добытчики изрядно раздражали его.
   - А какая выгода от загадок вам? - Лицо продавца вдруг изменилось, точно была задета слишком личная, деликатная для него тема. Но такая уж у меня работа.
   - Это увлечение, если можно так выразиться. Кроме того, сборники загадок отлично продаются. Множество гостей города и людей интересующихся помогают держаться на плаву.
   - Конечно, понимаю. Скажите, а Роджер когда-нибудь приносил загадки на продажу?
   - Нет, - быстро ответил он, покачав головой. - Никогда. Парень всегда покупал, и никогда не продавал. Для него, как и для меня, загадки являлись чем-то большим, нежели ключами к вратам. Роджер был умным парнем, слишком умным, чтобы бестолково расточать столь ценные вещи.
   - Как вы считаете, для чего ему понадобились, хм... эти "ключи"?
   Мартус едва улыбнулся, прищурившись.
   - Вы уже ответили на свой вопрос, детектив. Чтобы открыть главные двери, конечно. МакКейн полагал, что в загадках скрывается, своего рода, карта, портрет лабиринта. Не многие знают, что МакКейну удалось дважды добраться до Золотых Врат. Мало кто достигал и Бронзовых, - здесь он сделал паузу, на лице отразилась гордость, а голос прозвучал самодовольно. - Мало кто, - с удовольствием повторил Мартус, - но Роджер обошёл всех. Я видел его в один из тех дней: бледный, изможденный, он брел по улице, никого не замечая. Он пробыл в лабиринте, наверное, дня три. Но врата не отпер. Однако, передохнув и окрепнув, продолжил собирать загадки, пока не ушел навсегда.
   - Вы так говорите, будто МакКейна нет в живых, - заметил я.
   Мартус кивнул.
   - Вероятно, так оно и есть. А иначе, парень бы вернулся, хотя, кто знает, что он нашел в конце.
   - Расскажите о лабиринте, я имею ввиду о личном опыте. - Эту тему затрагивать было вовсе не обязательно, но я решил побольше узнать о древнем дворце от человека увлечённого им.
   Старого торговца явно порадовал поворот беседы, он изрядно оживился и, пообещав сварить свой лучший кофе для подобной темы, удалился в подсобку. Вскоре помещение магазинчика наполнилось восхитительным густым ароматом свежесваренного кофе, и спустя несколько минут, с подносом, появился хозяин лавочки.
   - Мне было шестнадцать, когда наша семья осела в Вильмоте, - начал Мартус после глотка горячего. - Уже тогда о лабиринте знали, народ съезжался отовсюду, чтобы попытать счастья и прикоснуться к тайнам дворца. Не говоря об исследователях и ученых, коих в то время, равно как и сейчас, здесь околачивалось никак не меньше коренных жителей. Имперские прихвостни долго держали здание под колпаком, но им так и не удалось откупорить его или высмотреть прок в государственных целях, за сим они оставили город.
   Местные привыкли к диковинке и редко входили под своды лабиринта, но некоторые буквально жили у его стен, мечтая покорить лабиринт. Я был одним из таких. Свободного времени у меня почти не было - наша семья возделывала землю с утра до вечера, и когда выпадал отдых, я бежал изо всех ног, чтобы поскорей услышать сухой, свистящий голос привратника, и отгадать его загадку.
   В то время ни у кого не было полной карты: каждый искатель самостоятельно заносил на бумагу пройденный маршрут. Я потратил много лет, чтобы добраться до Бронзовых Врат и составить подробный чертёж ходов.
   - Когда состоялся ваш последний поход? - полюбопытствовал я.
   - Очень давно, как только стало ясно, что дальше идти нет смысла, - с горечью отозвался старик. - Загадки никогда не повторяются - это известный феномен. Впервые услышав третьего привратника, я вдруг понял, что больше не отгадаю ни одной из них. Лабиринт, будто говорил мне: здесь твой путь окончен. Так я и поступил. - Торговец глубоко вздохнул и глотнул кофе.
   Получив задание, я ознакомился с множеством литературы касательно лабиринта, и в каждой находил подтверждение слов господина Мартуса: за все время ни одна загадка не прозвучала дважды.
   - Вы пытались ее решить? - История начинала меня захватывать.
   Лавочник отрицательно покачал головой.
   - Некоторые вещи лучше оставить как есть. Я повидал многое и, поверьте, могу сказать наверняка: лабиринт сам решает сколь далеко зайдет человек. Неясно чем руководствуется дворец, но за долгие годы наблюдений у меня сложилось именно такое впечатление.
   - Может быть, у вас есть какие-то версии? Благодаря чему, к примеру, МакКейн смог открыть все врата?
   - Версии... даже не хочу об этом думать, - он отставил чашку, и хрипло рассмеялся. - Понимаете, даже если мы узнаем, это ничего не даст. Уверен, появится нечто новенькое. Неизвестно еще кто кого изучает: мы лабиринт или он нас. А что касается Роджера... хм... пожалуй, парень обладал невиданным упрямством, - хохотнул лавочник, и уже серьезно продолжил: - Трудно что-то сказать, когда почти не знаешь человека. Роджер был другим, это замечали все. Я не имею ввиду его уединенность или замкнутость... а было в нем что-то... необыкновенное.
   - На что жил МакКейн? Ведь не задаром же вы отпускали ему загадки.
   - Хм, да. Он работал в одной из гостиниц - мыл по ночам посуду и убирался в обеденном зале. Управитель давал ему кров, пищу и немного приплачивал.
   Мартус замолчал и, сложив руки на груди, задумчиво взглянул на меня.
   - Вам поручили непростое дельце, детектив, хэх! - заметил он весело.
   - Мне уже это говорили.
   Старик с кряхтением поднялся и направился к большому деревянному шкафу с книгами, свитками и прочими безделушками. Бормоча под нос и выводя что-то пальцем в воздухе, он вскоре достал тугой свиток, перетянутый фиолетовой лентой, и протянул мне. Я, было, потянулся, но Мартус отдернул сверток и хитро улыбнулся.
   - А что известно о МакКейне вам? - вкрадчиво спросил лавочник. Я невольно улыбнулся предприимчивости старика.
   - Не больше вашего. - Скрывать и вправду было нечего. - Несколько месяцев назад в один участок обратился отец Роджера с заявлением о пропаже сына. Когда всплыли подробности, дело быстро попало наверх - к нам, в главное управление. МакКейн-старший мало рассказал о сыне, поскольку виделись они редко. Парень постоянно разъезжал в поисках лучшей жизни, дома почти не появлялся, но писал родителям регулярно. Ни друзей, ни знакомых. У меня есть лишь несколько фотографий да пара зацепок. Белое пятно. - Я развел руками, давая понять, что больше сказать нечего.
   Улыбка старика стала шире, и он вручил мне свиток.
   - Это самая полная карта. Подарок.
   - Спасибо, право, неожиданно. - Распустив гладкую ленточку, я развернул плотный, приятный на ощупь пергамент. Схему наносил, несомненно, мастер - каждая линия безупречна. Вещь определенно не из дешевых, и Мартус, как мне показалось, слишком расщедрился.
   - Простите за нескромный вопрос, - я свернул и перевязал карту, - какой выгоды ищете вы?
   В мутных старческих глазах на секунду вспыхнул хитрый огонек.
   - Одному Роджеру МакКейну известно, что находиться по ту сторону Золотых Врат. И мне бы очень хотелось узнать, что же скрывает лабиринт.
   Что ж, объяснение выглядело достаточно веско.
   Допив кофе, который, к слову, был великолепен, и поблагодарив за все хозяина магазина, я отправился в гостиницу, где остановился. Пожалуй, с делами на сегодня довольно.
   Пребывание в Вильмоте определенно шло мне на пользу: вдали от городского шума и суеты, я проснулся бодрым и свежим, готовым взяться за работу.
   Справившись с завтраком и заказав кофе в номер, я решил сравнить карту выданную управлением и подаренную Мартусом. Сказать, что они отличались - ничего не сказать. В штатском плане лабиринта не доставало главного, последнего зала, множества стен и ложных коридоров. Чертеж новой схемы был гораздо полней: он делился на пять равных прямоугольников - больших залов, переплетенных сложными ходами, и, что, несомненно, удобно, располагал несколькими вариантами верных маршрутов, нанесенных разными цветами.
   Я решил, на всякий случай, захватить обе карты, и, собрав самое необходимое, отправился к лабиринту.
   Здание дворца лежало в широкой долине, среди пышной зелени, и больше всего напоминало древний храм. Потемневшие от времени каменные стены, казалось, росли из земли, упираясь в пологий скат крыши, закрученный "волной". Огромное сооружение выглядело величественно и пугающе одновременно.
   Несмотря на ранний час, у входа уже собирались люди. Я поднялся по ступенькам и, достав карту Мартуса, вошел в лабиринт.
   Внутри это место больше походило на склеп. Тяжелый сырой воздух, смешанный с дымом факелов, густой сумрак и тишина нагоняли жути. Останавливаясь у факелов, чтобы читать карту, я понемногу продвигался вперед. А вскоре оказался перед первыми, Каменными Вратами. По левую сторону громоздилась статуя привратника, изображавшая воина со щитом и опущенным мечом. Как утверждали многочисленные книги о лабиринте, следовало коснуться стража, чтобы услышать загадку. Я осторожно положил ладонь на щербатую каменную грудь. Но ничего не услышал. Прождав некоторое время, решил коснуться повторно, но вдруг, будто отовсюду, раздался хриплый властный голос:
  

"Приветствую, искатель. Первых врат ты достиг.

Чтобы дальше идти - обдумай сей стих:

Соткана нитка, да нет к ней иглы.

И есть мастерица, да только нет и канвы.

Но время прошло - как вышит узор.

И ткач потрудился, и работа радует взор".

  
   К горлу подступил ком - одно дело, когда читаешь о подобном в книгах, и совершенно другое, когда испытываешь сам. Уняв дрожь и накатившее волнение, я постарался собраться и мысленно повторить услышанное.
   Загадка была простой, но я не торопился с ответом, решив как следует все обдумать. Речь, конечно же, шла о пауке... впрочем, и о паутине тоже. Многие искатели упоминали, что если ответ в целом верен, но неточен в деталях, - привратник его не примет. Обычно простые загадки попадались у первых двух стражей, дальше - сложнее. Но в некоторых источниках описывались и противоположные случаи. Буду считать, что мне повезло.
   Итак, ответ у меня был:
   - Паук и паутина, - произнес я, глядя на стража.
   Спустя несколько секунд, привратник прогремел:
  

"Ясные мысли - вот основа пути.

Верный ответ, ты можешь идти".

  
   Гранитная стена со скрежетом ушла в пол, открывая вторую комнату запутанных переходов. Облегченно вздохнув, я шагнул в следующий зал. Благодаря помеченному на карте маршруту, проблем с продвижением не возникло.
   Стальные Врата недаром носили свое название - относительно гладкая поверхность, тронутая бурыми пятнами, имела мутный металлический отблеск. Привратник был выполнен из того же материала, и в каждой руке держал кривой меч.
   Мне часто приходилось слышать, что лабиринт, якобы, не поддается разрушительному воздействию - и действительно, до сих пор я не заметил ни трещин, ни сколов, хотя врата приводили в движение часто.
   Загадка оказалась простой, и решение не отняло много времени.
   Два зала остались позади, не вызвав трудностей, - пока удача улыбалась мне.
   Голос сторожа Бронзовых Врат звучал грозно и звонко, я невольно поежился, слушая его загадку:
  

"Ходит по кругу, а сестрица - за ней,

В доме без окон, замков и дверей.

Одна лишь сделает шаг, как вторая - уж круг,

Но как бы ни шли, ничто не разлучит подруг".

  
   Меня вновь удивила простота загадки. Если так будет продолжаться и дальше - дело будет закрыто уже сегодня.
   - Секундная и минутная стрелки, - уверенно произнес я, улыбнувшись.
  

"Поспешность, как ветер гасит разума свет,

Возвращайся в начало, ибо неверный ответ".

  
   Запоздало я понял, где прокололся, но сказанного не воротишь, теперь придется возвращаться к первым вратам и начинать все сначала. Предприняв еще несколько безуспешных попыток и изрядно подустав, я решил выбираться из лабиринта и отправиться перекусить. Кроме того, у первых врат толпилось много желающих попытать счастья, так что и без того спертый воздух начинал походить на кисель.
   Дневной свет брызнул в глаза, и меня тут же обступили перекупщики загадок. Как я не отпирался и расталкивал людей - появлялись все новые. Только когда спустился к дороге, барышники оставили меня.
   Обедал в трактире. Посетителей собралось немного, обстановка царила спокойная, как раз располагающая к размышлениям.
   Итак, верный ответ на загадку был, вероятно, часовые стрелки...
   - Как поиски, дружище? - раздался знакомый бодрый голос, на плече легла крепкая рука.
   Григорий присел за стол и, подмигнув, добавил:
   - МакКейн уже, поди, дома? - он зашелся смехом.
   Я сподобился лишь на кислую улыбку.
   - А вы думали все так просто? - догадался он о моей неудаче, хмыкнув. Официант принес большую миску супа и два ломтя белого хлеба, и мужчина с удовольствием принялся за еду. - Эх, старина, придется вам задержаться, - продолжал Гриша, хлебая суп. - Некоторые искатели провели в Вильмоте несколько лет в попытках пройти лабиринт. Видите поджарого мужчину за столиком у окна? Это Франческо, опытнейший искатель, он здесь уже третий год, и почти каждый день отправляется попытать счастья у стражей. - Он наклонился ко мне и тихо произнес: - Угостите его кружечкой темного и, быть может, что-то из его историй сгодиться для дела, м? - Григорий подмигнул и вопросительно взглянул на меня.
   - Да, конечно, хорошая мысль...
   Я купил в баре три пива, а Гриша, тем временем, направился к своему знакомому. Мужчины коротко переговорили, затем оба подошли и сели за мой столик. Григорий представил нас друг другу. Франческо оказался очень общительным и компанейским человеком. Он щедро делился забавными историями, в которых побывал за годы жизни в Вильмоте, и постепенно разговор зашел о лабиринте.
   - Так вы, стал быть, надумали вытащить тихоню Роджера, - с ноткой сомнения, произнес мой новый знакомец. - Скажу, как на духу: бросайте это дело. МакКейн ушел несколько месяцев назад, и, держу пари, здорово отощал, ха! - он звонко рассмеялся. - Посудите: без пищи и воды его могло спасти только чудо! - Григорий метнул в Франческо тяжелый взгляд, и тот проглотил смешок. - Впрочем, может быть, паршивец и жив... лабиринт более чем странное местечко, но лично я считаю - худышка отдал концы. А соваться за ним - бесполезная затея, но дело ваше... Могу только дать несколько скромных советов.
   Заказав еще пива, я достал блокнот и обрубок карандаша.
   Франческо рассказывал, что заметил одну любопытную особенность в словах привратников. По его мнению, напутствие после верного ответа стража Каменных врат - своего рода подсказка, как следует себя вести у следующего привратника. По словам искателя, когда он это понял, и следовал смыслу напутствий, то гораздо чаще добирался Бронзовых Врат, а однажды ему посчастливилось дойти и до Серебряных. Правда, понять о чем говорит сторож, удается не всегда. Иногда привратник говорил прямо, мол, залог удачного пути - внутренний покой, а порой настолько туманно, что и сотня мудрецов не разберет. Сложность загадок также самая разная. Могут идти три простых подряд, а в другой раз - на первых вратах можно голову сломать. Франческо знал нескольких парней, которым никогда не удавалось продвинуться и за первую дверь, сколько те ни пытались. Однажды искатель выкупил загадку у одного из тех ребят, и та оказалась просто неподъемной.
   Начав вторую кружку, Франческо деловито окинул взглядом нас с Гришей и спросил, обратили ли мы внимание на статуи воинов с обратной стороны врат. Мы утвердительно кивнули. У искателя и на этот счет имелась версия - якобы, те привратники действовали раньше, а путь лежал наоборот: от Золотых Врат к Каменным, но смысл этого для Франческо был пока не ясен. Мне показалось, что в этом присутствует определенная логика.
   Еще я узнал, что продолжать путь может только искатель, открывший первые врата, и хитрость многих новичков - объединяться в группы, чтобы выиграть время, - изначально обречена.
   Мы еще недолго поговорили о лабиринте и его тайнах, а затем, распрощавшись, разбрелись по своим делам.
   Я вернулся в гостиницу, решив остаток времени, до ужина, разобрать и осмыслить впечатления и записи.
   Последующие пять дней были посвящены походам в лабиринт, и все они оказались безуспешны. Энтузиазм и задор во мне поугас, благоговейный трепет перед таинственным сооружением постепенно иссяк. Теперь это занятие больше напоминало надоедливую работу, нежели захватывающее приключение. Вещи удивительные, мистические, становятся серыми и будничными, когда сталкиваешься с ними постоянно.
   Дни складывались в недели, недели в месяцы. Я понял, что застрял в Вильмоте надолго, но отзывать свое назначение пока не решался. А руководство не спешило возвращать меня. Каждую субботу я отправлялся в банк, чтобы получить денежный перевод из управления на неделю, воскресенье посвящал отдыху и походу в канцелярский магазин - запастись бумагой и карандашами, а с понедельника вновь плелся к лабиринту, уже и не надеясь закрыть дело МакКейна. По правде говоря, теперь и мне казалось, что бедняги Роджера нет на этом свете, а его дело - глухое. Но честь и долг, все же, заставляли предпринимать попытку за попыткой. Я совершенно позабыл о словах Франческо, они попросту затерялись среди сотен сплетен и бесконечных загадок.
   Наверное, так продолжалось бы и дальше, но у сторожа Каменных Врат кое-что имелось для меня...
   Очередная загадка оказалась легкой, и первые двери сухо захрипели, уходя в скважину на полу. Я по привычке направился дальше, не обращая внимания на напутствие стража, но тут же замер, вслушиваясь:
  

"Ты верно сказал, и намерен дальше идти.

Но скажи: для чего, -

Вот ответ на все загадки пути".

  
   По спине пробежали мурашки, я невольно сделал шаг назад и взглянул в каменное лицо привратника. Фраза могла показаться неясной, абстрактной, но я, кажется, догадывался, о чем шла речь, и готов поклясться - страж сказал это не просто так.
   Медленно развернувшись, я нырнул в густой мрак коридора - к выходу. Двигаясь вдоль стены, я будто ощущал спиной тяжелый взгляд привратника.
   Запершись в номере, первым делом, я выгреб из тумбочек и ящиков письменного стола исписанные блокноты.
   Просидел над записями почти всю ночь, сжег весь запас свечей, что имелся в комнате, и выпил огромное количество кофе. Когда же я понял, о чем говорил первый сторож, с облегчением повалился на кровать, но долго не мог уснуть. Сон пришел только с первыми лучами солнца.
   В лабиринт я отправился через день, пораньше, чтобы никто не мешал.
   Франческо оказался прав относительно напутствий. Вот только самое главное упустил - за множеством форм скрывалась одна и та же суть. И если моя догадка подтвердится, останется лишь одна неувязка - для чего МакКейн скупал загадки. Впрочем, Роджер мог просто изначально ошибаться.
   Из темного провала входа тянуло сыростью. Сглотнув выросший в горле ком, я достал карту и шагнул в прохладную мглу.
   Сердце часто забилось, едва пальцы коснулись грубой поверхности статуи.
   - Моя цель... - голос дрожал. Сделав глубокий вдох, я медленно произнес: - Найти и вернуть Роджера МакКейна.
   Привратник молчал. В голову закралась мысль, что идея заговорить с каменной глыбой - бред, но вскоре зазвучал низкий, раскатистый голос привратника:
  

"Честен ответ и побужденье светло,

Ступай же, искатель, тебя ждут давно".

  
   Врата опустились. Меня охватила волна восторга и беспокойства. Последующие двери открывались от одного прикосновения к стражу - и тут же закрывались, стоило войти в очередной зал.
   Когда Золотые Врата отворились, передо мной открылась огромная комната, залитая бледным светом, проникавшим через узкие прорези под потолком. Посреди помещения возвышалась невысокая постройка, окруженная ступеньками. Я медленно вошел и неторопливо двинулся вперед по выложенному крупной мозаикой полу. В зале стояла давящая тишина, а воздух был более влажный и прохладный, чем снаружи.
   МакКейна не было видно.
   Врата за спиной протяжно загудели, закрываясь.
   - Не-ет! - раздался хриплый крик позади.
   За широкой колонной у входа, в густой тени, кто-то двигался.
   - Нет-нет-нет... - простонали из темноты.
   Опираясь рукой о стену, на свет вышел Роджер МакКейн. Его лицо покрывала жидкая борода, отросшие до плеч волосы спутались, но я узнал его.
   Роджер плакал. Раскинув руки, он прижался к вратам, беспомощно ударив по ним кулаком.
   - Нет-нет-не-е-е... - Искатель опустился на колени, сжался, и закрыл лицо руками, продолжая что-то бубнить. Очевидно, длительное одиночество отразилось на его рассудке.
   - Роджер, все в порядке. - Я подошел и осторожно тронул его за плече. МакКейн вздрогнул, резко повернулся, и я увидел полные ужаса и отчаяния глаза.
   - Зачем ты сюда пришел? - простонал он.
   - Я детектив. Твой отец обратился...
   - Зачем ты сюда пришел?! - зарычал он, прослезившись. - Ну зачем...
   - Роджер, успокойся, все в поряд...
   Он вскинул голову и гневно прошипел:
   - Теперь мы оба здесь застряли! Оба! - Его трясло от ярости. Он вскочил и вытянул худую руку, указывая на сооружение посредине комнаты.
   - Вот его сокровище! Вот! - Он вдруг сгорбился, прижав руки к груди, приблизился ко мне и шепнул: - Ступай, взгляни. Ступай, ступай...
   Только сейчас я почувствовал насколько вспотел, нижняя одежда отвратительно липла к телу. Слова и поведение МакКейна пугали.
   Это был небольшой мелкий бассейн, заполненный водой. Из-за темного, почти черного дна, поверхность больше походила на зеркало. Мое отражение едва заметно подрагивало. Вот она - тайна лабиринта. Каждый искатель пробирался сквозь путаницу загадок и коридоров, чтобы в конце концов увидеть себя.
   Я присел на бортик, задумавшись. МакКейн боязно подошел и опустился рядышком.
   - Видел? - тихо спросил он. Поймав мой озадаченный взгляд, добавил, улыбнувшись: - Смешно, да?
   Иначе не скажешь, у создателей лабиринта определенно имелось чувство юмора.
   - Роджер, ты пробыл здесь около пяти месяцев, чем ты питался?
   МакКейн сидел, прижав колени к животу, и перебирал пальцами в воздухе.
   - Роджер! - я толкнул его в плечо.
   - А?.. чем... вода, - он указал через плечо. - Когда хочется кушать, делаю глоток... и все.
   Догадка жаром окатила грудь. Вот и настоящее сокровище.
   - Надо выбираться отсюда. - Я поднялся и подошел к стражу Золотых Врат, коснулся его.
   - Не выйдет! - Голос МакКейна прозвучал как-то радостно, торжествующе. Привратник и вправду молчал.
   Положение усугублялось. Дойти удалось, а вот об обратном пути я совсем не подумал.
   Роджер уже стоял рядом и довольно потирал руки.
   - Все наоборот, - начал весело он. - Теперь мы должны задавать ему загадки, а он - отвечать.
   Меня охватили злость и отчаяние.
   - Так какого же черта ты еще здесь?! - гаркнул я. МакКейн втянул шею и опустил взгляд.
   - Он все отгадывает, - виновато просипел искатель, делая шаг назад.
   Теперь понятно для чего привратники с другой стороны - лабиринт не собирался отпускать своих гостей так легко. Франческо был бы в восторге.
   Прислонившись спиной к вратам, я сел. Следовало собраться и как следует поразмыслить. Итак, чтобы вернуться, надо придумать загадку для стража. И судя по всему, его неверный ответ открывает врата. А идти, конечно же, может только один. Я протяжно застонал. Вот так влип. Что ж, по крайней мере, с голоду не умру. Оставалось сидеть и придумывать загадки, но, сколько я ни пытался - ничего путного на ум не приходило, волнение путало мысли.
   Роджер бродил по залу и то что-то напевал, то о чём-то спорил сам с собой. Чем больше я наблюдал за ним, тем острее понимал в какую передрягу угодил. Не знаю, сколько прошло времени, но вскоре пришло чувство голода. Съестного я с собой не брал, разве что во внутреннем кармане пиджака держал фляжку с коньяком. Пить из водоема, откровенно говоря, желания не было. И все же, когда в животе начало урчать, решил попробовать. Зачерпнув пригоршню холодной воды, я поднес ее ко рту, - без запаха, кажется нормальной, - и втянул жидкость губами. На вкус - обыкновенная вода. Напившись вволю, я поискал взглядом Роджера - тот угомонился и сидел у колонны.
   - Какой был смысл собирать загадки? - спросил я, подойдя к нему. МакКейн неопределенно передернул плечам.
   - Чтобы понять, - вяло отозвался искатель. - Научиться загадкам... - Он уставился пред собой и зашевелил губами.
   - Так ты знал, что на обратном пути придется загадывать стражам? - удивился я.
   Он покивал и указал на привратника.
   - Они с двух сторон, я долго не мог сообразить... но я понял, да, понял... и сочинил много загадок, да-а... но золотой истукан отгадал все... а остальные я забыл... - Он закрыл лицо ладонями и заплакал.
   Правду говорили о Роджере - умный парень, жаль, что для него все так повернулось...
   Странно, но голод не отступал. Я вновь пил воду, но есть хотелось все равно. Может так и должно быть?.. Я спросил Роджера нормально ли это, он сказал, что после одного глотка забывает о еде на несколько дней.
   Сделав очередной глоток, я прислушался к ощущениям. Ничего особенного. Я вновь задумался. Мысли приходили самые разные и... стоп! Мысли. Еще недавно я не мог выдавить из себя ни единой, а сейчас был совершенно спокоен, разум полонился идеями.
   - МакКейн! Быстрей сюда! - позвал я, зачерпнув воды. Искатель лениво поплелся ко мне. - Пей! - велел я, подставив сложенные ковшиком ладони. Он с подозрением покосился на меня, но ничего не сказав, наклонился и, засопев, сделал несколько глотков. Я стряхнул влагу, пристально глядя на Роджера. Некоторое время в нем ничего не менялось. Затем парень вздрогнул, обхватил себя руками и испугано осмотрелся по сторонам. Поволока безумия в серых глазах сменилась недоумением.
   - Роджер?
   - Как же здесь холодно, - отозвался он, поежившись. Голос был тот же, но в нем появилась мягкость, осмысленность. Я достал фляжку с коньяком, свинтил колпачок и протянул МакКейну.
   - Глотни, сейчас пиджак дам. - Он, дрожа, взял спиртное и впился губами в горлышко, глотнув, закашлялся.
   - Зачем ты пошел в лабиринт? - я протянул ему пиджак, он благодарно кивнул, набросил на плечи, не выпуская фляги.
   - Моя семья всю жизнь провела в бедности и унижениях. Я стремился к жизни, в которой ни в чём не стану нуждаться. - Он еще раз приложился к коньяку и вернул фляжку. - Спасибо... Никто не знал точно, что скрывает лабиринт, но я чувствовал: его секрет - шанс выбраться из злыдней. А когда понял, что к чему - было уже поздно.
   Вода отражала искателя изнутри, его настоящие стремления. Каждый шел в надежде обогатиться, найти другую, лучшую жизнь. А впереди ждала встреча с самим собой. Пожалуй, это действительно сокровище - понять кто же ты, к чему стремишься.
   Для Роджера главным была сытая, спокойная жизнь, и он, испив, получил то, за чем шел.
   - А чего хотел ты? - спросил МакКенйн, оборвав мои размышления.
   - Просто выполнить свою работу, - ответил я.
   Роджер хмыкнул, и покосился на стражника Золотых Врат:
   - Тогда пора заканчивать.
   Едва в воображении родился образ, как рифмованные строчки покорно оплели его, надежно скрыв суть, и я двинулся к привратнику...
   Прошло несколько дней, прежде чем шумиха вокруг МакКейна немного поутихла. Я отправил в управление телеграмму о закрытии дела, и собрался отбыть следующим днем.
   Накануне отъезда, вечером, я собрал в таверне всех, с кем успел подружиться в Вильмоте, дабы отметить возвращение Роджера и под шумок - попрощаться.
   И все же, не удержавшись, спозаранку, пока еще было время до поезда, отправился в лабиринт. Но, как и ожидал, коснувшись статуи, ответа привратника не услышал.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"