Снежинская Елена: другие произведения.

Роковая страсть императора или война за любовь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.10*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Еще не написала)) Но, будет любовь к одному мужчине, а влюбится другой, и начнется битва... а кто выиграет, узнаете))















  ВОЙНА ЗА ЛЮБОВЬ.
  ВВЕДЕНИЕ.
  Пролог.
  Солнце почти расправилось с туманом и только на лугу, запутавшись в сизом от росы высоком разнотравье, еще таяли белесые клочья. Радуясь новому дню голосили птицы. Из леса, задирая повыше юбки, чтобы уберечь их от влаги, выскочила девушка, и во весь дух бросилась через луг.
  'Ох, только бы успеть, только бы не заметили, что меня не было дома!' - но как было не попрощаться напоследок с матушкой Чиялой? Когда еще она домой попадет, сможет ли навещать родных, когда захочет?
  С Зосилей Найлина еще вчера повидалась, и предложила бы ей уехать вместе, да только в качестве кого можно взять деревенскую красавицу? Нет такой должности - подруга, ее только в служанки разрешат нанять, да и то, не в хозяйские покои. Девушка все еще не понимала, что отныне сама сможет принимать решения.
  'Нет уж, пусть лучше останется свободной и выйдет замуж за своего любимого мельника, чем станет игрушкой столичных хлыщей! - мысли-то правильные, но как же страшно вступать во взрослую жизнь совершенно одной, без близкого человека рядом! - Да почему же одной? Со мной будет мой Лардис! Но у мужчин все время находятся дела, много ли времени мы сможем проводить вместе? А сколько бы ни было, мы любим друг друга и это самое главное!' - девушка заулыбалась, сердце до краев наполнилось светлым счастьем, и она запела.
  Оставшийся на траве след спрятался в лесу, и скоро милый голосок стих.
  ***
  Его разбудило пение. Нежный и звонкий, голос, словно ручеек, ласкал слух. И хотя диапазон невелик, но его хотелось слушать, он рождал умиротворение и в то же время, что-то такое в нем было...
  Мужчине стало любопытно поглядеть на певицу, он подкрался ближе к опушке, среди мрачной хвои вечнозеленых деревьев, его темная одежда была незаметна. На суровом лице странника, ночевавшем в лесу, появилась задумчивая улыбка: уж больно славным было утро, и этот луг, сверкающий росинками, и запахи леса, но особое очарование картине придала девушка. Селянка была невероятно мила: 'Вероятно, кто-то из графов Балхори когда-то порезвился, не похожа она на дочь пахаря или кузнеца', - подумал он.
  В груди родилось что-то чистое и светлое, мужчина с улыбкой смотрел на лес, туда, где скрылась певунья, и прислушивался к ее голоску. Голос умолк, он тряхнул головой, и стал быстро собираться.
  Девочка, не подозревая об этом, поделилась с ним своим радостным настроением. А ему мало что доставляло удовольствие в последнее время.
  Путник заставил себя задуматься о предстоящих делах, о свадьбе, фыркнул, представив, как переполошилась свита, обнаружив его отсутствие. 'Так им и надо, ишь, расслабились! И если меня так просто не взять, это не значит, что охрана должна ворон считать!'
  Но мысли его упорно возвращались к светлому видению: 'Надо бы найти эту малышку, и зачем я ее отпустил?' - мужчина чувствовал себя окрыленным, но пока шел, ощущение счастья таяло. Он и не понял, как в его мыслях эта крестьяночка стала отождествляться с утром и радостью.
  Сначала он подумал, как было бы здорово, если бы он мог видеть ее чаще, потом стал прикидывать, а как было бы с ней в постели, после чего мужчина решил, что заберет ее с собой.
  'Ну и что такого, что не светская дама, научится и станет ничем не хуже этих расчетливых сук'.
  Через какое-то время лес сменился парком, и вскоре его императорское величество вошел в усадьбу, где сегодня пройдет торжество. Возле входа в дом, его уже поджидали охранники.
  - Доброе утро, Ваше Величество! Как спалось? - капитан обежал взглядом немного помятую одежду и прицепившийся к обшлагу листик, - не отсырела ли ваша одежда за ночь?
  - Но-но, ты что, ехидничаешь? - высокомерно глянул монарх, пряча в глазах в глазах смешинки, - ты, вот что, прежде, чем подавать завтрак, позови-ка моего секретаря.
  Его величество с поклонами проводили в приготовленные апартаменты. Мысли владык, редко бывают праздными, вот и сейчас, принимая ванну, он думал, что нужно уточнить распоряжение, отданное перед убытием. Но сосредоточиться не удавалось, перед глазами снова вставала тоненькая фигурка девушки, а в журчании воды слышался ее голосок...
  'Да что за наваждение!' - подумал мужчина, обнаружив, что он не просто не мог забыть малышку, а хочет ее, и доказательство этого не заметил бы только слепой.
  - Лоркус, найти мне селянку.
  - Любую, хорошенькую? Местные служанки не подойдут? - подавая его величеству огромное полотенце, слуга незаметно стрельнул глазами на восставший член мужчины. Странно, конечно, что императору кто-то понадобился, у него же есть роскошная любовница, графиня Карнита эл'Скауриш. Но раз надо, он найдет то, что необходимо господину.
  - Мне нужна конкретная девица! А не кто попало! - почему-то вызверился владыка. Дав описание сельской красавицы, он отпустил слугу.
  Его величество уже предвкушал появление девушки, его не смущало, что она, едва увидев незнакомого мужчину, сразу окажется в его постели. Миловидные крестьянки, да и служанки, были не прочь получить плату за удовольствие доставленное власть имущим. Что уж говорить о той, кому повезет разделить ложе с императором? Правда приглашения от него поступали нечасто, на этого мужчину и так велась настоящая охота. Придворные прелестницы мечтали оказаться рядом, и, хотя бы ненадолго задержаться в его жизни. А тут... девчоночка, крестьянка, а вот поди ж ты, зацепила!..
  Он слушал доклад секретаря, диктовал письма, но утренняя встреча не выходила у него из головы. Джонкарис с удивлением замечал на лице владыки легкую мечтательную улыбку.
  Его величество прибыл на свадьбу своего вассала, короля Кассилии. Император любил путешествовать, и пользовался каждой возможностью побывать в новых краях. Это королевство не так давно встало под его руку, да и куда было деваться молодому королю? Все же вассалитет позволял сохранить власть, а вот соседняя Таргола его бы на троне не оставила, казнили бы, и не мучились.
  В общем-то, ничего особо ценного в Кассилии не было, ну разве что удобный выход к морю, именно он и интересовал агрессивных соседей. А еще, в этой стране выращивали цветы и создавали духи, самые лучшие в мире.
  Род эл'Балхори зародился и возвысился благодаря им. Каждый из предков хозяина, преподносил новой королеве уникальный дар, аромат, созданный только для нее. Духи мало того, что обладали дивным запахом, они добавляли очарования владелице, позволяли властвовать над сердцами. За это свойство, и за то, что аромат был единственным в мире, некоторые королевы награждали создателя титулом.
  Вот так и получилось, что семья обладала маленьким, но довольно богатым графством. Титул нисколько не мешал хозяину заниматься прежним делом, хотя и женщины рода Балхори создавали духи.
  ***
  В воздухе поместья витали ароматы цветов, располагая к отдыху и мечтам.
  'Надеюсь, что нас с Лардисом сегодня ждет волшебная ночь, - в том, что у него она будет именно такой, император не сомневался, дотерпеть бы только! Он не хотел брать эту девушку где-то в коридоре задрав юбки, она - лакомство, которое он будет вкушать неспешно, вызывая ее стоны, и просьбы 'не останавливаться', - право слово, мне за тридцать, а я как юнец не могу дождаться вечера!' - хмыкнул он.
  Днем разряженные гости проследовали в придомовой храм, его императорское величество стоял недалеко от родителей невесты, благосклонно смотрел на подданных, но мысли его, по-прежнему, были заняты незнакомкой.
  'И что в ней такого? - размышлял он, - она, конечно, очень хороша, но с моей Карнитой и рядом не поставить, чем же так затронула? Скорей бы ночь, наверняка малышка уже ждет в моих покоях, а тут еще застолье, бал! Нужно приказать, чтобы девочку накормили, а то ведь так и просидит, голодная, до вечера' - даже эти мысли, вызвали прилив крови к чреслам.
  Молодой король, счастливо улыбаясь, шествовал под руку с невестой, словно облаком окутанной прозрачными покрывалами. Мельком взглянув на девицу, его величество убедился, что и в самом деле, минимум у двух парочек в этом дворце, ночка обещает быть жаркой. Он ухмыльнулся, улыбка оставалась на его лице ровно до тех пор, пока верховный кахгуарий не объявил пару мужем и женой.
  Счастливый новобрачный откинул фату, обнял супругу одной рукой, и придерживая ее головку другой, и застыл в страстном поцелуе. Гости захлопали, раздались шутливые напутствия и легкий смех. Но мужчина не мог оторваться от своей молодой жены.
  Его величеству даже любопытно стало, что же там за невеста? И он увидел... улыбка сбежала с его лица, дыхание прервалось. Значит, никто его сейчас в спальне не дожидается, незнакомка не какая-то там крестьянка, а знатная девушка, а отныне, и вообще - королева. Ох и тоскливо же стало у него на душе, ох и больно сдавило сердце!..
  Но, молодожены с радостью смотрели на него, по обычаю, он первый должен был поздравить супругов. Собрав волю в кулак, он поздравил пару, стараясь не глядеть на девушку.
  Вблизи она оказалась еще лучше, понятно, почему на ней женился король, и почему ее захотел он сам: она была очень мила, но не это делало ее такой привлекательной. Девушка словно светилась, от нее шло такое тепло и душевность, что красота переставала быть важной.
  Непонятно отчего ощущая себя обманутым и убитым, император смотрел, как молодоженов поздравляют окружающие. Он шел следом за невестой, пожирая взглядом стройную фигурку. Девушка, наверное, что-то почувствовала, и обернулась. Ее улыбка заставила его задохнуться, будто его ударили под дых, невозможно было не улыбнуться в ответ.
  'Что же мне делать? Как получить ее? И почему я не встретил ее раньше, почему не приехал хотя бы вчера?! Я бы не допустил этой свадьбы!' - угрюмо думал правитель, стараясь ничем не выказать своих чувств.
  
   ГЛАВА 1.
  Дом бурлил, шумел и ходил ходуном: слуги спешили, помогая хозяевам собраться - старшую дочь графа эл"Балхори, Аминту, родители должны были представить ко двору. Нервничали все, начиная от владелицы имения, до последней служанки. Еще бы, такое событие!
   Но кроме этого, безусловно важного для домочадцев дела, семейству предстояло побывать на празднестве. Их величество, король Кассилии, приносил присягу и отныне становился вассалом императора, правителя огромного государства Данхор.
  По правилам, король должен был отправиться в соседнюю страну, но владыка - Лардис эл"Кадалис, пожелал лично полюбоваться приобретением.
  'Что ж, лучше стать вассалами, чем быть завоеванными Таргольцами из соседней страны', - рассуждали жители Кассилии.
  Молодая госпожа была хороша собой - золотистые кудри придавали ее лицу какой-то невинный вид, а удивленно распахнутые голубые глаза, казалось, наивно глядят на мир, но это впечатление было обманчиво. Девушка отлично знала, чего хочет, и даже знала, как получить желаемое.
  Младшая сестренка, затаив дыхание, наблюдала за Аминтой. Не такая уж и большая разница в возрасте была у них, всего три года, а вот поди ж ты, из-за этого она не увидит всех этих удивительных торжеств и празднества.
  Но сейчас, это 'кроткое' существо нервничая, рычало на служанок - укладывались последние, забытые прежде вещи. Девушка устала, и к тому же очень тревожилась - первый бал волновал ее постольку, поскольку давал его до сих пор неженатый король. Красавица была честолюбива, но мало кто догадывался об этом. О ее мечте, стать королевой, знала только мама да пятнадцатилетняя сестра, которой она рассказывала, как станет жить, какие порядки заведет во дворце, и какие платья и драгоценности будет носить.
  Младшая, восхищаясь златовлаской, слушала ее приоткрыв рот и веря каждому слову - ну разве есть на свете девушка, более достойная занять трон, чем ее сестра?
  - Только ты все хорошо запомни, и мне потом расскажешь, ладно? - умоляюще заглядывала она в глаза Аминте.
  - Не путайся под ногами, вырастешь и сама все увидишь. Ты еще маленькая! - важничала восемнадцатилетняя красавица.
  - Хочешь, я отдам тебе брошь, которую мне бабушка подарила? Мне кажется, она очень подойдет к твоей амазонке? - робко предложила девочка, пытаясь задобрить гордячку.
  - Нет, не стоит, оставь себе - это же подарок! - пренебрежительно отмахнувшись, Аминта подумала, что такие старомодные украшения, она-то уж точно не наденет! А сестра, просто маленькая глупышка, если даже мысль допустила предложить ей такую древность. - Нельзя быть настолько простодушной, Найлина. Придворные дамы, такими как ты, на ходу закусывают!
   - Ну что ты, - засмеялась девочка, - меня они и не заметят, охота была всяким расфуфыренным красавицам обращать внимание на такую, как я. Это ты должна быть осторожна - от тебя глаз не отвести! - Аминта, обожавшая комплименты, снисходительно улыбнулась. А кому не приятно искреннее восхищение?
  Девушке повезло, ведь мода переменчива, сегодня воспевали черноволосых пышечек, а через год преклонялись перед рыжекудрыми стройняшками. Сейчас, восторгались золотыми локонами и голубыми глазами прелестниц, у которых было на что посмотреть и спереди, и сзади, а именно так она и выглядела. Да и, не придерживаясь современных канонов, златовласка была действительно хороша. А малышка... ну, не всем же быть красавицами, искоса глянула на сестру Аминта: 'Волосы обычные, каштановые с рыжинкой, правда, чего не отнять - густые, но рот широкий, а нос хотя и аккуратный, но курносый. То ли дело у меня, носик почти прямой, губки бантиком. Ну еще глаза у нее красивые, но и мои не хуже!'
  В самом деле, глаза у сестричек были замечательными, большие, затененные длинными ресницами, точно такие же, как у матушки, вот только цвет старшая взяла от родительницы, а младшая у отца, заурядный зеленовато-карий.
  Вскоре дом опустел, родители, наказав младшей дочери вести себя хорошо, слушаться гувернантку, и прилежно учиться, уехали. Слуги, отходя после суматохи, расслабились и разбрелись кто куда.
  Настроение было грустным, делать ничего не хотелось, и Найли отправилась прогуляться. Как раз сейчас зацветали миолии и в воздухе уже плыл их тонкий аромат.
  До самого вечера девочка печально бродила между длинными цветочными куртинами. Поля, принадлежавшие семье, словно лоскутное одеяло, пестрели яркими красками.
   Конечно, она знала, что еще не доросла до светских увеселений, но возраст абсолютно не мешал ей мечтать о них. Расстроенная несправедливостью жизни, вот почему она не родилась через год после Аминты, или вообще не появилась на свет первой? Девочка даже обедать не пошла! Да что там обед, она не появилась в лаборатории, и ее идея о новом сочетании ароматов так и не воплотилась сегодня.
  Поскольку Найлина не была так хороша собой, как сестра, хотя, что уж скрывать, она была совершенно обычной, и поскольку о молодых людях мечтать было бессмысленно - девушка решила заняться семейным делом, посвятив свою жизнь ароматам.
  Отец видел в ней свою преемницу, и всячески поощрял дочь. Но сегодня даже любимое занятие не соблазнило ее. Ночь она промучилась, а утром, едва небо посерело, сбежала в лес.
  'Уж кто, кто, а матушка Чияла наверняка меня поймет', - думала она, придерживая корзинку, в которую сложила домашнюю снедь.
  Женщина, к которой она спешила, считалась не то местной колдуньей, не то ведьмой. Народ побаивался и хаял ее, но как только кто-то заболевал, или вдруг корова переставала доиться, все с поклоном шли к ней. Бывало и местные девицы прибегали за приворотом или зельем от прыщей.
  Найлина не страдала от противных высыпаний, и привораживать было некого, да и не по ней это, наперекор всему за мужчину держаться. И не важно, что некого, главное ведь принципы?!
  Светлую рощу сменил густой смешанный лес, а дальше начался бурелом. Тропка-то была, как не быть - деревенские протоптали, да это же обходить надо, а девушка не желала тратить время.
  На маленькой полянке стояла избушка, небольшая, и почти незаметная - вся заросшая мхом. Перед ней копошились несколько и гордо выхаживал петух. Матушка Чияла уже встала - из кривенькой трубы шел дымок.
  - Ну что, пичуга, не взяли тебя в столицу? - женщина мягко улыбнулась гостье, та хоть и не говорила о своем желании, но по разговорам несложно было догадаться о ее мечтах.
  - Да я не особо и хотела, чего я там не видела? - пожала плечиком девочка, принимая равнодушный вид, и отвернувшись, принялась разглядывать подвешенные к балкам пучки с травами.
  - Хотела... меня не проведешь! - засмеялась хозяйка. Посматривая на посетительницу, она вымешивала на столе тесто.
  - Да еще успею, хотя... какой смысл ехать, торжеств по поводу присяги больше не будет, а жениха искать, занятие пустое - кому я нужна? Если только ради приданого, так такого мужа мне самой не надо.
  - Ох, молодая ты, да глупая. С чего ты решила, что не найдется мужчины, который тебя полюбит? Ведь не только на красоту бросаются? Ты хоть в самый распрекрасный флакон уксус налей - им душиться не станут.
  - Матушка Чияла, да разве у нас дома зеркал нет? Посмотришь, и сразу все ясно, - гнула свое девочка.
  - Вот точно, глупая! Ты посмотри какие глаза у тебя! А ресницы? А волосы какие?! Не гневи судьбу!
  - Ну да, а еще курносый нос, и рот как у лягушки! Нет, все, хватит об этом говорить! - расстроенно отмахнулась от разговора девочка.
  - Ну хватит, так хватит. А раз так, нечего бездельничать! Бери ступку, да вон пучок уже подсохший приготовлен. Да заговор вслух произноси, а то опять не то прочтешь!
  - Ну так один раз ошиблась! - сжимая губы чтобы не засмеяться, оправдывалась Найлина.
  - Ну да, один, зато как! Конечно кашель у бедолаги прошел, и не мудрено, он же как кашлянет, так до туалета добежать не успевал.
  - Но кашлять-то перестал?! Главное - результат! - веселилась гостья.
  - Посмотрела бы я на тебя... - подавляя улыбку строго сказала женщина.
  - Ой, нет! Мне этого не надо, - замахала руками ученица, - я-то ведь не кашляю?
  Позже, когда хлеб испекся, и его аромат наполнил избушку, заставляя гостью сглатывать слюну, хозяйка налила узвар, и отрезала щедрые ломти горячего ситника.
  Несколько лет назад, когда они только познакомились, колдунье понравилась любознательная малышка - девочка хотя и была дочерью владельца всех окрестных земель, но не кичилась этим. Сначала она только смотрела за работой ведуньи, а потом и сама взялась помогать. Потихоньку, матушка стала обучать ее травам и лекарскому делу, а впоследствии, выяснив, что у девочки есть небольшой магический дар, стала учить заповедным заговорам.
  'В жизни все может пригодится, - думала матушка, - хотя ароматы смешивать у нее получается куда лучше, у нее и в самом деле большой талант к семейному делу'.
  Поначалу Найли появлялась у нее раз в неделю, на пару часов, а потом стала забегать чаще, и задерживаться дольше.
  'Повезло мне, что я встаю вместе с петухами, - думала девочка, - а то бы ничего не успела! Так что нечего мне делать в столице, нет там для меня ничего интересного'.
  Она успела вернуться домой к завтраку, а потом отправилась в лабораторию. Отец не так давно выделил ей небольшую кладовочку, девочка обустроила ее на свой лад, и принялась изобретать ароматы.
  Вот, казалось бы, не так и много веществ, которые используют при составлении духов, а сколько запахов было придумано?
  Сегодня даже любимое занятие не радовало - ее мучило одиночество. Чтобы поднять настроение, Найлина стала на разные лады напевать заговор, который изучала сегодня. А вдруг, слова, помогающие при неровностях кожи, как-то подействуют?
  Отец пообещал - если дочь придумает приятный и недорогой парфюм, который смогут позволить себе девушки среднего класса, он сделает партию на продажу.
  'Вот это будет настоящий успех, и стремиться мне нужно именно к такому признанию, а восхищение... пусть остается сестричке, ее красота этого заслуживает' - грустно вздохнув, девушка продолжила свою работу.
  С того дня так и повелось, с утра, пользуясь отсутствием родителей, она бегала к матушке Чияле, потом несколько часов занималась с гувернанткой, думая при этом: 'И зачем мне нужно знать, как танцевать, или изучать этикет или иностранные языки? Ведь ясно же, что моя жизнь пройдет здесь, в этом доме'
  Родные почему-то задерживались, хотя рассчитывали вернуться самое позднее через месяц, оставив старшую дочь на попечение родственников. К приезду отца, на столе, в крохотной комнатке, уже выстроился ряд маленьких бутыльков с плотно притертыми крышечками.
  Один из своих 'шедевров', Найлина решила подарить своей подружке - Зосиле. Несмотря на занятость, девушка находила время сбегать в деревню навестить приятельницу, или же та иногда приезжала утречком на телеге, в которой подвозили молоко и свежую зелень.
  Зосиля была дочкой кормилицы Найлины - молодой графине не хватало молока, и ей пришлось нанимать в помощь недавно родившую женщину из деревни.
  Пока девочки были маленькими, они вместе гуляли, купались в небольшой речке и плели венки на лугу. Став старше, они стали видеться реже - у каждой появились свои заботы, но они сохранили прежнюю дружбу.
  Зосиля была в восторге: наморщив нос от удовольствия, девочка разулыбалась, и сразу же открыв флакончик, от всей души побрызгала на себя содержимым. Найлина только вздохнула от такого варварского обращения. 'Да ладно, - подумала она, - главное, чтобы Зоси была довольна, а как она будет пользоваться моим подарком - неважно'.
  
  ***
  Когда родители вернулись, разговоры и расспросы затянулись на целый день. Сестра и в самом деле произвела прекрасное впечатление, и поклонников у дочери знаменитого парфюмера нашлось немало. Но тот приз, о котором она мечтала, ей в руки не дался.
  Разумеется, его величество удостоил своим вниманием появившуюся красавицу, и даже немного увлекся девушкой, но, к ее удивлению, о серьезных намерениях почему-то ничего не говорил. Хотя... конкуренция здесь была большая, а уж какая свита заявилась вместе с императором!
  Император... одно только это слово приводило юных прелестниц в дрожь. Взлететь на вершину мира, сесть на величайший трон этого времени, это ли не мечта? Но, к этой мечте было дополнение - сам повелитель. Конечно, у него были правильные черты лица, и его можно было бы назвать красивым, но, вот это 'но' портило решительно все! Девушки просто боялись мужчину с холодными серыми глазами и проницательным взглядом, казалось, сразу узнающим все их потаенные, меркантильные мысли.
  Несмотря на страх, многие желали пристроить свою филейную часть на вожделенный трон. Но его величество равнодушно наблюдал за усилиями местных прелестниц. Да и его нынешняя фаворитка не дремала, охраняя свое завоевание - слишком тяжело досталось ей это место, чтобы она уступила его какой-то недалекой, провинциальной выскочке.
   Аминта, хотя и была молоденькой, но ей вполне хватило ума не гоняться за двумя зайцами. Да и императора к 'зайчикам', ну никак не отнесешь, уж скорей к мощному льву или тигру. А она, не так глупа, чтобы лезть в клетку к хищнику! Ее бы вполне устроил молодой король, жаль только, что он не понимал свалившегося на него счастья - девушка, похоже, не очень его заинтересовала.
  И родители, ну могли бы как-то посодействовать дочери, ну там в гости лишний раз позвать, мало ли что можно придумать? Его величество не чванится, может по молодости, а может нрав такой, но он своих подданных навещает запросто. Разумеется, она очаровала многих мужчин, ей посвящали стихи и песни, задаривали конфетами и цветами, признавались в любви. Предложений руки, сердца и всего прочего, она тоже получила немало, но приемлемым сочла только одно. Если уж не королевскую, то хотя бы герцогскую корону она примерит.
  Девушка поддерживала интерес маркиза Фолкенас - единственного сына и наследника герцога Мэрридана. К тому же, этим она пыталась вызвать ревность его величества. Но ничего не помогало - молодой шалопай совершенно не хотел жениться, и сбегал, едва только слышал слово - свадьба.
  'Если за эти полгода я не сумею привлечь пристальное внимание его величества, придется принимать предложение маркиза. Неизвестно, какие еще девицы появятся в столице на следующий год. Едва зазеваешься, тут же уведут!' - вполне справедливо думала расчетливая красавица.
  Оказав дочери самую широкую помощь, родители спокойно оставили ее развлекаться и кружить головы поклонникам, будучи вполне уверенны, что их гордое дитя глупостей не наделает.
  Их ждал родной дом, привычная, но от этого не менее любимая работа. Нужно было проследить за сбором цветов, и отправкой в столицу очередной партии духов. Конечно, у них был управляющий, и он отлично справлялся с делами. Но кто кроме хозяина так тщательно за всем присмотрит, и кто, кроме него придумает новый аромат?
  Младшая дочка радовала родителей - вот уж кто сумеет достойно продолжить семейное дело. Нужно только мужа выбрать подходящего, чтобы он разделял ее интересы, и во всем поддерживал. Титул совсем не обязателен, был бы только человек добрым и работящим, и любил их младшенькую.
  Жизнь потекла своим чередом. Шермисэл выбрал пару ароматов, созданных дочерью - они прекрасно подойдут для того, чтобы начать создавать имя Найлине. Его порадовало, что она смогла создать свежий цветочный запах, из очень непритязательной основы.
  ***
  Спустя несколько дней, утром, как обычно на хозяйственный двор въехала повозка - из деревни привезли продукты. На ней, кроме всего этого съедобного изобилия, приехала Зосиля.
  Заполоханная молоденькая горничная забежав без стука в комнату Найлины, с задыхаясь от бега выдавила:
  - Барышня, там, это, вроде Зосилька, приехала, только сама на себя не похожа! Совсем не такая стала!
  - А что с ней?! - завершая утренние сборы, и натягивая легкое летнее платье, испуганно спросила молодая хозяйка.
  - Ох, и передать не могу, ну прямо совсем, совсем другая!
  Поняв, что ничего толкового от служанки сейчас не добиться, девушка побежала на хозяйственный двор. Не сразу высмотрев подругу среди окруживших ее женщин, она все же протиснулась к ней, и дернула за руку.
  В первый момент она не поняла, что изменилось в Зосиле, потом мелькнула мысль: 'Да она ли это? Кожа девушки стала чистой, никаких веснушек не было и в помине, остался только легкий золотистый загар и яркий румянец. Курносый нос никуда не делся, а вот ресницы и брови потемнели. Потемнели даже волосы и заблестели сильней, чем прежде. А уж как сверкали голубые глаза из-под длинных ресниц!
  'Красавица! Она стала просто красавица!' - ошеломленно глядела на подругу Найлина.
  - Зоси, что с тобой случилось? Как ты стала - такой?! - девушка покрутила рукой около своего лица.
  Подруга, кинув искоса острый взгляд, только плечиками пожала, - ой, да не знаю, наверное, время цвести пришло, вот и получилось. Пойдем, поболтаем? Мне столько всего нужно рассказать!
  И девочки, взявшись за руки, со смехом рванули за ворота. Найлина догадывалась, что подруга что-то утаила от окружающих, было что-то, о чем она не хотела говорить при всех.
  - Стоп! - добежав до лавандового поля вдруг вскрикнула она, - я поняла! Тебе матушка Чияла что-то дала! И как это никто не догадался, - засмеялась она, укоризненно покачивая головой. - Ох, бедная она, теперь же все девки и молодухи к ней сбегутся!
  - А не к ней надо бежать, - пристально, немного опустив голову посмотрела на нее подруга.
  - А к кому? - все еще улыбаясь, игриво подняла брови девушка.
  - К тебе, Найли, - без улыбки смотрела на молодую хозяйку красавица. - Я ведь и не была у нее с тех пор, как за отваром и мазью для отца бегала.
  - Так это ж года три назад было?
  - О том и говорю, кроме тебя, я ни у кого ничего не брала, и ничего не делала. Только вот твоими духами и побрызгалась, - все так же пристально, и кажется даже с подозрением глядела на девушку деревенская подруга.
  - Зоси, да не делала я ничего такого, я и не умею, дар у меня слабый, так, чуть-чуть заживет быстрей, если средство целебное зашептать. Ну ты же и сама знаешь! - теперь уже не солнечно, а скорей напугано улыбалась девушка.
  - Не знаю я, но только все это от твоих духов! И даже не спорь! И так все выпытывают, что я с собой сделала. Ты мне лучше скажи, если духи закончатся, я снова прежней стану, или останусь такой же?
  - А может тебя кто-то зачаровал? Или еще что? - Найлина просто не могла поверить в волшебные свойства приготовленных ею духов.
  - Ты, наверное, просто не хочешь мне помочь! Знаешь, как тяжело будет стать обычной? Сейчас на меня все парни заглядываются, двое так даже сватов заслали к родителям! А ну как я снова стану некрасивой? Надо мной же смеяться станут! Найли, ну что тебе стоит, помоги, ведь мы же подруги?! - заглядывая в глаза, девушка хватала за руки свою спутницу.
  - Если это и в самом деле из-за духов, то я не знаю, как это получилось, - девушка на минуту задумалась, - пошли к матушке! - дернула за рукав подругу, они побежали к лесу.
  Еще издали они услышали блеяние козы Мышки, а подойдя поближе, почувствовали запах оладушек.
   Ведунья встретила девушек в дверях, - ну, проходите, поди сорвались из дома не евши? Садитесь, а потом поговорим.
  Упрашивать гостей не пришлось, пышные оладьи с толчеными лесными ягодами - это ли не чудесный завтрак?
  - Ну, а теперь рассказывайте, - распорядилась ведьма, разглядывая Зосилю.
  - Ну, говори! - Найли слегка толкнула в бок подружку. Та засмущалась, покраснела, все-таки не с простой селянкой говорить, а с ведьмой. Но все же набравшись храбрости начала свой рассказ.
  - Да вот, она мне дала духи, запах такой славный, всем нашим понравился. Сначала-то и не замечала ничего, потом гляжу - что за диво, - всплеснула руками девица, - и веснушки попропадали, и кожа другая стала, и волосы. Теперь все говорят, что я красавица, и я обратно не хочу!
  - Чего ты обратно не хочешь? - усмехнулась ведьма. - Ты бы уж объяснялась толком?
  - Да не хочу такой стать, как прежде. Красавицей-то быть лучше, мне вон, то леденец на палочке подарят, то ленточку, - подперев румяную щечку ладонью, рассуждала селянка, - а уж какие слова приятные говорят, и даже как взрослую, один раз в лес звали погулять, и один раз на сеновал.
  Глаза у матушки и у Найлины округлились, хотя деревенские выходили замуж рано, но визиты на сеновал в компании парней не особо приветствовались. Правда, строгих правил придерживались не все, и зачастую, невеста выходила замуж, будучи уже брюхатой.
  - Надеюсь, ты отклонила предложения прогуляться? - смущенно спросила подруга.
  - Нет, мне те парни не нравятся, вот если бы сын мельника позвал... - размечталась девица.
  - Та-ак... занятно. То есть, ты считаешь, что похорошела благодаря духам? И боишься, что вернется прежняя внешность? - разглядывая девицу спросила ведунья.
  - Ну да, так мне больше меняться было и не с чего, все остальное, как обычно. Скажите, это я навсегда такой останусь, или пройдет?
  - Не знаю, надо подумать. Ну, а теперь ты рассказывай, милая, - ведьма развернулась к ученице. И что ты за духи ты сделала, а главное, из чего?
  - Все привычное, и цветы-то самые простые, ничего в них такого нет, - недоуменно пожала плечами Найлинка. Она уж и сама побаивалась, а ну как и в самом деле чего-то сотворила, но вспомнить, что делала не так - не могла. - У меня все записи в порядке!
  - Нет уж, голубушка, ни с того, ни с сего, девки краше не становятся, вспоминай все доподлинно, что и как смешивала, что думала при этом, а если свечи пользовала, то какие, и где стояли, и посуда, посуда-то чистая была? Может, что прилипло? - допытывалась женщина.
  - Ну матушка Чияла! Что вы такое говорите! Да разве батюшка допустил бы, чтобы немытая посуда стояла? И масла ароматические, и выжимки, все по списку, да я наизусть каждое помню. Хотя... - вспомнились ей ее дурашливые наговоры и напевы. Но даже заикнуться о своем легкомысленном поведении, сейчас было страшно: матушка, за использование ведовства в шутовских песнях, по головке не погладит. Мало того, что наругает, так еще ведь и прогнать может. А этого Найлине очень бы не хотелось. Ей нравился домик под деревьями, и здешний воздух, насыщенный запахами трав, да и сама хозяйка с ее уроками. А уж какое удовольствие доставляла дорога от дома до хижины матушки?
  - Та-ак... - протянула женщина, внимательно наблюдавшая за своей ученицей. Девушка не сумела полностью скрыть мысли, и выдала свое замешательство, - ну, так что же ты натворила? И не советую лгать! - рыкнула ведунья, и куда делся простонародный говорок, речь стала чистой, а интонации властными.
  - Да, я и сама не знаю, как получилось, - начала оправдываться Найлина, жалобно глядя на хозяйку, - я просто повторяла заговоры, которым вы в тот день обучали.
  - И что? Да не тяни, рассказывай по порядку! Что, просто повторяла?
  - Нет, - совсем сникнув, девушка не смела поднять глаза, выискивая на полу что-то интересное, - я их... пела, - шепотом закончила она. Молчание, наступившее вслед за этим испугало ее, и она все же рискнула посмотреть на наставницу. - Но разве есть в этом что-то страшное? Я же не лекарственный сбор готовила, а всего лишь духи, их и надо-то всего капельку?
  - Ну и ну... Скажи спасибо, что девчонка похорошела, а ведь могло и по-другому быть.
  - Вы скажите, я такой останусь или нет?! Не хочу к прежнему виду возвращаться. Найлинка! - разволновавшись, дернула она за руку подругу, - раз уж сделала красивой, так теперь вот и дальше делай, а то, поди, вся деревня смеяться будет!
  - Думаю, поможем мы твоей беде, раз уж Найлина в твою судьбу вмешалась, пусть и выпутывает. Будет ли эффект постоянным, или пройдет, не знаю, но тебе, голубушка, - обратилась она к ученице, - на всякий случай средство придется воссоздать.
  Теперь, как только было время, девушка пыталась воссоздать духи, подаренные подруге - она хоть и знала состав, а без заговора запах получался другим.
  Мучилась долго, но точного результата так и не получилось. Уже потом, они с матушкой Чиялой решили, что дело не только в словах, но и в настроении, которое тогда было, а может и в малейших оттенках интонаций.
  По счастью, эффект оказался стойким, Зосиля так и осталась красавицей. А Найлина с того времени начала придумывать духи, напевая при этом заговоры. И вот вроде бы заговоры при этом читала те же, что и ведунья, а результат мог быть совершенно другим. Но теперь девушка все записывала, и настроение, и мотив, и даже погоду на улице.
  Отец все же выбрал один из созданных Найлиной ароматов, и вскоре, недорогие духи стали продавать в лавочках по всей стране. Жены и дочери мелких купцов и ремесленников с удовольствием их покупали. Прибыль от продаж Шермисэл пообещал отдавать Найлине на 'булавки', к его удивлению, она оказалась весьма значительна.
  Прошел почти год, вернулась домой Аминта, и сейчас в поместье во всю готовились к свадьбе. Да и ни к чему тянуть, а вдруг приедет какая-нибудь шустрая девица, и уведет выгодного жениха из-под носа?
  Всему семейству по этому поводу шили новые наряды - гости пробудут несколько дней, и переодеваться придется будет по нескольку раз на день.
  'Наверное, и к лучшему, что я не так хороша, как Аминта, мне не нужно будет устраивать такую пышную свадьбу, а то ведь так и разориться можно, - на самом деле, она, может и не отказалась бы от всей этой звенящей от напряжения, восторженной суеты. От звонкого, радостного и нервного ощущения надвигающейся громады события. Но подобные торжества устраиваются только для первых лиц государства, а ей такое не светит в любом случае - не осталось больше холостых герцогов в их стране, - да и вообще, ну кто на меня внимание обратит, когда вокруг столько красавиц?' - царапнула обидная мысль, вот знала Найлина, что никогда не будут заглядываться ей в след, но все равно хотелось, чтобы хотя бы один нашелся такой, кто будет провожать взглядом только ее.
  Мелькнула как-то даже мысль: 'А не сделать ли и для себя такой запах, как для Зосили?' - сейчас ей было под силу и не такое, но ведь не она, не ее душа, и даже не ее внешность привлекут мужчин, нет, они как пчелы устремятся на аромат. А с их помощью любая старушка покажется первой красавицей.
  'Нет уж, если понравлюсь, так сама, без всяких благоуханий, максимум, сделаю себе обычные духи'
  День свадьбы приближался, Аминта нервничала и закатывала истерики: 'Уж скорей бы она стала герцогиней, и укатила к мужу', - кажется, все жители поместья мечтали об этом.
  Найлина была рада, что ее сильно не напрягают, конечно, примерки платьев никто за нее не сделает, зато отмучившись, она сбегала из дома куда подальше, к матушке, или в цветочные заросли.
  'Пожалуй, в том, что меня считают маленькой, есть свои плюсы, - спешила она по дороге к полям, - из лаборатории меня бы точно вытащили'.
  Через несколько дней начали съезжаться гости. Ох и натерпелась от пожилых родственниц Найлина - женщины считали своим долгом научить манерам и правильному поведению неразумное дитя. И, наверное, только поэтому постоянно выговаривая замечания, в то же время находили для нее сотни мелких поручений.
  Добрая девушка сначала честно таскала им, книги, шали, бонбоньерки, отыскивала визгливых крохотных собачонок, узнавала все, что только можно. А потом поняла, что беготня по дому - это не ее работа, и приспособила к делу сыночка одного из лакеев, который в перспективе собирался работать рядом с отцом, а пока пасся на кухне, помогая дегустировать блюда.
  Домочадцы стонали, и ждали завтрашнего дня, тогда можно считать, половина дела будет сделана. После торжественного события пройдет еще пара дней, и гости начнут разъезжаться. А первыми покинут дом молодые супруги.
  - Вот пусть теперь дворцовые слуги с ней и нянькаются, - озвучила общую мысль одна из служанок.
  Подогреваемая Аминой истерия набирала обороты. Сейчас девушку можно было понять, жених слегка задержался, и прислал нарочного, сообщив, что прибудет только вечером. Да еще и его величество должен был приехать, но так и не появился.
  От всего этого шума, нервотрепки и капризов пожилых родственниц, можно было спастись только одним способом - сбежать.
  Найлина так и поступила, удрав в очередной раз от надоедливых родственниц.
  'Неужели, им некого воспитывать кроме меня? - с раздражением и грустью думала девушка, - матушка Чияла куда приятней, она хоть и ворчит, так ведь по делу! А то, платье, видите ли, не то! А что, по полю да лесу надо в нарядных бегать? Так никаких денег на обновки не хвати!' - в общем-то, разумно рассудила она.
  Целый день они с ведуньей собирали травы, связывая их в пучки, а вечером женщина сама выставила ее из дома.
  - Нечего в темноте шастать, мало ли охальников к вам в гости приехало. А ты девка молодая, да справная!
  - Матушка, - засмеялась Найлина, - да кто же посмеет с хозяйской дочкой руки распускать?
  - Ну, с наследницей, конечно, не посмеют, да только как в тебе барышню-то признать в твоей одежонке? У вас служанки и-то аккуратней одеты!
  - Так они же по лесу не бегают! Вот они и выглядят опрятно.
  - Хватит спорить, беги домой, пока еще не совсем стемнело.
  Распрощавшись с женщиной, девушка заторопилась, мужчин она не боялась, а вот в лесу в сумерках бродить не хотелось. Правда и домой спешить незачем, а то опять приспособят веера, да шали разыскивать. Вот и пошла она тропинкой, через лес, к деревне.
  В сумерках работа кипела во всю: мужчины еще не вернулись с полей, женщины готовили ужин к приходу кормильцев. Так что на улице можно было встретить только малышню. А им Найлина была неинтересна. Зосиля сейчас наверняка помогала матери, и вряд ли ей позволят все бросить, и заняться пустой болтовней.
  Не торопясь домой, она чинным шагом шла по дороге, заросшей по обеим сторонам высокими кустами белого и розового шиповника. Задумавшись, она не сразу услышала стук копыт, и только когда всадник почти догнал ее, девушка оглянулась.
  - Какой красавец! - не удержавшись, воскликнула она.
  - Спасибо, - самодовольно усмехнулся молодой мужчина, - ваша откровенность впечатляет, - Найлину оскорбил его высокомерно - пренебрежительный тон.
  - Вообще-то, я говорила о вашем скакуне, а вы о чем подумали? - с невинной улыбкой поинтересовалась девушка.
  'Вот же ехидина! И главное кто?! Какая-то селянка!' - мужчина привык к женскому поклонению, и равнодушие девчонки задело его за живое.
  - А скажи-ка милая, - соблазнительно-бархатным голосом спросил он, - правильно ли я еду в имение графа Балхори?
  - Да тут одна дорога и заканчивается она прямо во дворе поместья - даже дурак мимо не проедет.
  Наглая девица развернулась и тем же неторопливым шагом пошла дальше. Поведение плебейки настолько возмутило мужчину, что теперь он уже просто обязан был поставить ее на место! Спешившись и ведя коня в поводу, он пошел рядом с грубиянкой.
  - Ты служишь в поместье? Что-то плохо граф о своей прислуге заботится, платьишко совсем неказистое, могли бы такую 'красавицу' и получше приодеть, - Лардис выделил это слово так, что стало понятно, что он не считает ее даже симпатичной. К счастью, солнце уже скрылось, и было не видно, как она вспыхнула от гнева. На самом деле, толком ни ее одежду, ни ее саму разглядеть не удавалось. Но нужно же было как-то уязвить девчонку.
  Девица, вместо того, чтобы смутиться, как он рассчитывал, встала как вкопанная, и развернувшись к нему лицом прожгла мужчину яростным взглядом.
  - Вы считаете, что в лесу мне есть кому демонстрировать наряды?! И служанкам в имении шьют форменную одежду! И между прочим, ткань на них идет не самая дешевая!
  'Наверное, у нее какая-нибудь родственница служит в доме, или сама надеется поступить на работу - уж слишком горячо защищает хозяев' - мужчина даже растерялся от ее напора.
  - Прости, милая, я вовсе не желал тебя обидеть, - опять замурлыкал он, и зачем ему понадобилось, чтобы эта малышка присоединилась ко всеобщему хору поклонниц? Но теперь ему из принципа хотелось соблазнить гордячку, его задело, что нашлась такая, неприступная, а может возникло сомнение - а так ли он на самом деле хорош, как поют придворные дамы? - давай подвезу, вряд ли тебе доводилось на таком коне ездить?
  Когда держишь девушку в объятьях, ее гораздо легче завоевать: пошепчешь какую-нибудь ерунду на ушко, и никуда не денется - побегут в свой путь по коже те самые 'мурашки', расплавится сердце от слов мужчины. Закружится очаровательная головка, нега охватит девичье тело, а там уж дело за ним - останется всего лишь найти подходящий уголок и завлечь туда очередной 'трофей'.
  - Да нет, спасибо большое, ни к чему это. Я пока и на своих ногах прекрасно передвигаюсь, а вот лет так через пятьдеся-ят, с удовольствием приму ваше предложение.
  'Вот ведь паршивка! Из-за такой, запросто себя каким-нибудь ущербным уродом начнешь чувствовать! Нужно было сразу в кусты оттащить, поломалась бы для приличия и сдалась, а теперь не выйдет - получится, что не смог девку крестьянскую улестить!'
  - Как угодно, это и лучше, значит больше пробуду в твоем обществе! - широко улыбнулся он, блеснув в темноте зубами.
  'Надо было и мне так скалиться, глядишь и отстал бы. Ведь явно на свадьбу приехал, и судя по коню и дорогой одежде, он из знати, и не бедствует. Узнают, что я с гостем так разговаривала, меня ж бабки да тетки поедом заедят. А хотя... не успеют, я же только ночевать прихожу, а завтра, во время свадьбы, не посмеют - герцога побоятся. Ой, да там еще и король собирался подъехать. Точно - не рискнут!'
  - Вот спасибочки, только незачем вам тратить на меня свое время драгоценное, в имении сейчас полно молодых и знатных красавиц, - уж они-то с радостью выслушают весь тот бред, что обычно несут мужчины.
  - Зачем куда-то спешить, если меня вполне устраивает общество сельской чаровницы? - все так же преувеличенно любезно лыбился светский хлыщ.
  Найлина смирилась, а что оставалось делать? Нагрубишь ему, так потом и представить невозможно, что он устроит! Уж лучше потерпеть.
  Они, ехидничая, доплелись до дома, а там, едва мужчина отвлекся на слугу, подбежавшего, чтобы увести коня, девушка ускользнула.
  Если раньше в доме царил кавардак, то с утра на хозяйской половине открылся филиал ада. И хотя глава семейства распорядился нанять в деревне помощниц, челяди все равно не хватало - не все гости взяли с собой слуг.
  Графиня прислала свою камеристку чтобы та помогла младшей дочери одеться и соорудить пристойную прическу. После чего женщина умчалась назад, в комнату Аминты.
  Догадываясь, что сегодня ее ждет еще тот денек, Найлина, вздохнув, отправилась в покои невесты. Она уже скучала по сестре, которая завтра утром покинет родной дом, и переедет в роскошный дворец герцога. И пусть сейчас, повзрослев, она уже понимала, что Аминта - особа эгоистичная, но все равно любила ее.
  Гости, позавтракав, потихоньку начали занимать места в храме. Одна из служанок сообщила, что хозяин в охотничьей гостиной развлекает короля, герцога и еще нескольких мужчин, а женщин туда не пускают.
  - Знаю я эти развлечения! - вздохнула хозяйка дома, - как бы они на радостях не напились.
  Эта мысль настолько обеспокоила ее, что сборы невесты закончились в пять минут. Будущая теща мгновенно успокоила капризничавшую дочь, рявкнув, - ты что, хочешь, чтобы твой жених у алтаря на ногах не стоял?! Это мы нервы отварчиками успокаиваем, мужчины предпочитают 'лечиться' спиртным!
  Так что вскоре, в сопровождении дочурок, она, словно полководец, ведущий за собой армию, двинулась в сторону гостиной оккупированную 'нервными' мужчинами. Нацепив перед входом в зал любезную улыбку, и еще раз оглядев своих крошек, графиня вошла в помещение.
  - Добрый день, - женщина, сделав пару шагов присела в реверансе, дочери последовали ее примеру.
  С невестой все уже были знакомы, ее поприветствовав осыпали комплиментами.
  - А это наша младшенькая, Найлина, - хозяин имения вывел вперед свою любимицу, - через год предстоит и ее в свет выводить.
  Девушка, оробев от пристального внимания почти десятка мужчин, смущенно потупила глаза.
  - Это и есть ваша преемница? - услышав голос вчерашнего провожатого, Найлина вскинув голову уставилась на молодого мужчину.
  - Да, ваше величество, и девочка делает заметные успехи, - отец и в самом деле гордился своей малышкой.
  Невозможно описать ее состояние, когда она поняла, кого вчера изводила насмешками.
  Король сделал вид, что впервые видит ее, но мелькнувшую ироническую усмешку ему скрыть не удалось.
   Весь день она ловила на себе взгляды мужчины, понять их значение было невозможно. Найлина лихорадочно припоминала законы - ее мучил вопрос, что делают с теми, кто оскорбил его величество? Вариантов было множество: отсекают голову, секут плетьми на главной площади, или бросают в тюрьму? К вечеру она совершенно извелась, не зная, какая кара ее ожидает.
  А он, поначалу собираясь игнорировать ее, почему-то не смог этого сделать, король постоянно ловил себя на том, что снова смотрит на малышку. Мужчина наблюдал за ней издали, забавляясь ее метаниями и страхом. И хотя Лардис не планировал упрекать девушку в недостойном поведении, все же приятно было сознавать, что он отомщен.
  Праздничный обед устроили в самом большом помещении - в бальном зале, так как обеденный не был рассчитан на такое количество гостей. Недостающую мебель пришлось одолжить у соседей и везти, закутанные в мешковину столы и стулья, на телегах.
  Застолье затянулось, многим захотелось поздравить молодых и произнести тост. Хозяева, не желая ударить лицом в грязь, расстарались с угощением. Несчастным поварам и их помощникам, трудившимся без отдыха целую неделю, пообещали отпуск сразу же, как только разъедутся гости. Одни блюда сменялись другими, пир закончился, когда уже начало темнеть.
  Разгоряченные вином гости с удовольствием высыпали на улицу. Небо, уже совершенно темное с одной стороны, еще пламенело с другой, там, где виднелся краешек солнца, придававшего облакам вид раскаленных углей.
  Под танцы отвели парадный двор перед домом. Вокруг площадки установили магические светильники на высоких ножках, между ними протянули множество гирлянд из мерцающих цветов, дополнительным украшением послужили развивающиеся, даже без всякого ветра длинные цветные ленточки.
  Все вместе, и закат, и волшебное освещение, создавало странное, мистическое настроение. Может быть не на всех, но на Найлину - точно.
  Вероятно, и он почувствовал что-то такое, необычное, иначе чем объяснить желание короля пригласить девушку на танец?
  'Это просто вежливость по отношению к хозяевам дома', - успокоил он себя. Но разговор, тем не менее завел, тоже, наверное, из вежливости.
  - Вы и в самом деле собираетесь продолжить дело отца?
  - Да, Ваше Величество, мне интересно создавать новые духи. Пожалуйста, - тихо заговорила она, так, что ему пришлось наклониться, чтобы расслышать, - простите меня за вчерашнее.
  - Правда, раскаиваетесь? - хмыкнул он, довольный победой. Во всяком случае, он в это верил, и желал сполна насладиться торжеством.
  'Молчи, лучше молчи, пусть потешится!' - уговаривала себя Найлина, но то чувство противоречия, что живет почти в каждом, возобладало.
  - А куда деваться, у меня нет выхода - ведь вы же король, - мужчина опешил, девчонка, пренебрежительно пожав плечиком, глянула на него со вчерашней наглой улыбочкой.
  'Ее дерзость завораживает, хотя, и сама она как-то странно действует на меня, и злит, и в то же время забавляет. Я и не помню, чтобы со мной так свободно разговаривали женщины' - странно, но ему это даже понравилось.
  - А знаете, - строгим тоном произнес он, - я все же накажу вас...
  'Вот дура! И с чего только мне пришло в голову дерзить, и почему начала именно с этого человека? Ведь молча терпела даже выходки гостивших сейчас несносных, вредных старушек? Ну все... точно, самое малое - высекут, а может и вообще голову отрубят!'
  Она с ужасом подняла глаза, ожидая страшного приговора.
  - Наша страна, - не торопясь, растягивая слова, заговорил он, - чуть ли не половину доходов получает с импорта духов и косметики. Я хотел бы осмотреть ваше производство. Завтра вы станете моим экскурсоводом - это и будет вашим наказанием, - глядя на потрясенное выражение ее личика, он не удержался и хохотнул.
  - Ну, знаете ли! Вы совершенно не умеете вести себя с благородными дамами! - выдала она, сверкая глазами.
  - Хм... вчера, на дороге, я не заметил, чтобы одна юная путница даже приблизительно знала, кто такие благородные дамы, и как они себя ведут.
  - Как жаль! Как жаль, что вы король! Если бы не это, я бы вам все сказала!
  - Неужели вы еще сдерживаетесь? А если бы перестали, то перешли бы к действиям, и побили меня? - мужчина уже не мог удержать смех. Гнев Найлины ужасно его забавлял. Поездка, от которой он в общем-то ничего интересного не ожидал, превратилась в очень даже приятное времяпрепровождение. - И не вздумайте улизнуть! Иначе я применю совершенно другое наказание! Поверьте, оно вам не понравится, - напустив на себя суровый вид пообещал он девушке.
  Лардис не собирался обижать ее, но уже понял, что эта малышка не будет покорно ожидать возмездия, а постарается избежать его общества. В общем-то, с ее стороны, это было бы благоразумно - глупо гневить королей. Другое дело, что ему нравилась и сама Найлина, и их пикировки. Поэтому, чтобы не лишиться удовольствия, он и пригрозил ей.
   Проводив на место, он больше не стал беспокоить девушку, сделав вид, что забыл о ее существовании. На самом деле, он весь вечер незаметно следил за ней, иногда забывая поддерживать разговор с окружившими его придворными.
  Что-то было в ней, такое невинное и милое, какой-то свет или душевная легкость, что ли? Ее обаяние действовало непосредственно на сердце, минуя разум. Люди не сразу задумывались, красива или нет эта девушка, зато на ее улыбку отвечали мгновенно. Его величеству это не понравилось - улыбаться она должна была только ему, а не каким-то там разодетым хлыщам, приглашавшим ее танцевать.
  Вполне возможно, что в конце концов, он бы, не выдержав вмешался, но его малышка не долго пробыла на балу, и исчезла вскоре после молодоженов.
  'С какой стати я назвал эту девочку своей? - эта мысль напрягла его, но он нашел ей объяснение, - хотя, она же 'моя' подданная'.
  После ее ухода сельский бал показался королю пресным и скучным, а темы разговоров такими заезженными, что от попыток удержать зевоту стало сводить скулы.
  Сославшись на деревенский воздух, нагоняющий на него сон, его величество удалился в приготовленные для него покои.
  Спали они оба тревожно, ворочаясь, и ожидая утра, но при этом с разными чувствами.
  Найлина была раздражена, и утешала себя тем, что всего-то один денек ей потерпеть и придется. 'Да какой денек?! Проведу по цехам, покажу как из цветов добывают масла и вытяжки. Поля начинаются прямо от склада, и ходить никуда не надо, не слепой, и так все увидит. А в лабораториях, тем более в моей, ему и вовсе делать нечего! Да и что там может быть интересного для непосвященных? Ну максимум час на все потрачу и сбегу в лес, к матушке!'
  У Лардиса были совершенно противоположные мысли: он собирался провести в обществе девушки весь день, ну или по крайней мере продержать ее рядом до тех пор, пока общество малышки ему не прискучит.
  К завтраку вышли не более половины гостей, только те, кому действительно хотелось проводить молодых. Аппетита у большинства, после вчерашнего застолья, не было, и поклевав что-то исключительно из вежливости, проснувшиеся выползли во двор.
  Здесь, наготове стоял щегольский экипаж, принадлежащий герцогу. Часть вещей невесты еще раньше отправили к новому месту жительства, остальное отвезут, когда разъедутся гости.
  Вскоре, Аминта, в сопровождении сияющего супруга, вышла из дома. Девушка сначала розовела от взглядов окружающих, а потом, когда настало время прощаться с родными, совсем расклеилась.
  Герцог оказался очень неплох в качестве мужа, хотя его действия минувшей ночью поначалу изрядно смущали ее, но потом, по достоинству оценив его старания, она осталась весьма довольна.
   Только вот... как она будет без родителей, и без сестренки? Сейчас, когда девушка покидала родных, ей стало больно, что она не ценила время, проведенное рядом с ними, теперь они будут видеться нечасто.
   Окружающие шутили, подбадривая ее, говорили, что все они живут в одной стране и смогут встретиться в любое время. Муж все-таки усадил новоиспеченную герцогиню в коляску, кучер щелкнул кнутом, и вскоре только пыль медленно оседала на дорогу.
   Лердис, старательно изображая деловой вид подошел к Найлине.
   - Госпожа Найлина? Вы обещали провести экскурсию.
   К их огорчению, некоторые гости обрадовались предложенному развлечению, и передумали уезжать.
   - Замечательно! Ваше величество, какая интересная идея! - щебетали женщины, не принимая сельскую девочку за соперницу, зато они увидели прекрасную возможность лишний раз пообщаться с королем, - здесь столько цветов, такое благоухание вокруг! Местное население должно быть счастливо, что живет в таком месте.
   - Ах, раз вы сами делаете духи, значит они здесь бесплатно? Я хотела бы получить несколько флаконов, будьте любезны, принесите пожалуйста? - родилась блестящая мысль в одной из прелестных головок. Идея оказалась заразной, получить дармовые духи пожелали все. Дамочки стали наперебой перечислять названия, причем даже не интересуясь, здесь ли их производят.
   Растерявшись, Найлина оглянулась, с укоризной посмотрев на короля. Когда девушки пожелали присоединиться к его величеству, сначала она обрадовалась, потом сообразила, что, если запустить стаю этих куриц в цеха, ничего хорошего не выйдет. А уж когда они потребовали, чтобы она принесла им эксклюзивные или очень дорогие марки духов?!.
   - Если вам угодно получить духи... - заговорил король, - по возвращению в город сходите в магазин и приобретите! А по поводу экскурсии - запись на нее производилась вчера, и никто не виноват, что вы предпочли танцевать! - в растерянности были не только дамочки, но даже хозяева, - идемте, госпожа Найлина, - мужчина положил ладошку девушки себе на сгиб локтя, и увел ее от онемевших зрителей.
   Она не знала, что и думать, конечно, короля она считала вредным - он смеялся над ней, но с другой стороны, он же и выручил. Девушка не могла придумать, как отказать этим великосветским нахалкам: 'Не представляю, как бы мне удалось выйти из этого неловкого положения. Он просто спас меня', - благодарность наполнила ее сердце, больше ей не хотелось ехидничать.
  Лардис, по обыкновению, шел не спеша - придворные дамы не имели привычки бегать, как правило, они старались двигаться неторопливо, ведь главное - выглядеть элегантно.
   Мужчина с любопытством расспрашивал Найлину, задавал толковые вопросы об оборудовании и производстве, и слушал с таким искренним интересом, что потихоньку девушка забыла, что прогуливается с королем.
   - А как вы создаете духи? Как получаете масло? - на самом деле, он бы сейчас поддерживал разговор, о чем угодно, не то что о духах, а даже о производстве удобрений из коровьих лепешек.
   - О, существуют разные методы, большинство цветочных масел мы получаем из выращенных на наших полях растений. И кстати, используются и корни, и некоторые стебли, и листья, и даже мох! А вы знаете, чтобы получить сто грамм розового масла нужно собрать пятьсот килограмм лепестков?! - с воодушевлением, сияя глазами, рассказывала она.
   'Да какая же она прелесть! И глаза у нее на солнце не карие, а совершенно золотого цвета, а носик?! Никогда не думал, что курносый нос может так очаровательно выглядеть! Но самое замечательное - это ее улыбка, малышке не пошел бы этот модный крохотный ротик. Так и хочется наклониться, и...'
   Ветер, играя, вытянул прядь волос из ее немудреной прически, Лардис, не удержавшись, заправил ее за ухо. Девушка с удивлением посмотрела на него и поблагодарила.
   В ее сердце не осталось ни злости, ни раздражения, ей стало нравится его общество. Как ни странно, но его величество держался запросто, и вел себя, ну совершенно как обычный человек!
   - А хотите, я вам собственную лабораторию покажу?! Она, правда, совсем крохотная, но ведь и я не великий мастер, - улыбаясь, Найлина кокетливо приподняла бровь.
   - Я ваш, ведите меня, куда пожелаете! - патетически-шутливым тоном, прижав свободную руку к сердцу, воскликнул мужчина.
   - Хоть на Луну? - засмеялась девушка, глядя на фиглярство короля.
   - С вами? Даже на Луну! - с тем же дурашливым видом продолжил он, и вдруг понял, что и в самом деле готов пойти с ней, ну, конечно, не куда угодно, но расставаться с ней не хотелось. Хотелось... чего обычно хочется молодым, полным сил мужчинам, при виде весьма соблазнительной девицы? Он пока и сам не понял своего отношения, знал только, что она необычайно нравилась ему, и не только внешне, с ней было легко и приятно болтать, да и просто находиться рядом - уже удовольствие!
   'Увезти бы ее с собой. Банально звучит, но она как глоток свежего воздуха, которого так не хватает в моем дворце. Только вот отношения с эл'Балхори портить не хочется. И даже если это будет не обычная интрижка, если я сделаю ее фавориткой, графу это точно не понравится'.
   У молодого человека и мысли в голове не возникло, что девушка может воспротивится его желанию. До сих пор, любая была счастлива попасть в его опочивальню: подарив девственность, девицы надеялись в ответ получить вожделенное колечко, а те, кто уже потерял невинность, рассчитывали стать фаворитками, а если повезет, так и на трон сесть.
  Не сказать, чтобы мужчина был совершенно развращенным, но трудно отказаться от настойчиво предлагаемого угощения, когда у самого гормоны играют, да и зачем? Ведь не силой, и даже не уговорами он добивался цели. Ему хотелось приключений и путешествий, но никаких авантюр, кроме любовных, он позволить себе не мог - положение не позволяло. Какие уж тут приключения, если в основном занимаешься делами, и из дворца выбираешьсч не часто.
   Лаборатория показалась ему тесной, запахи здесь были настолько сильны, что становились неприятными. Найлина взглянув на скривившееся лицо его величества, коротко засмеялась.
   - Так лучше? - девушка распахнула створки окна.
   - Значительно! И как вы сами выдерживаете такую во... такие насыщенные ароматы?
   - Привычка, а кроме того, вы видите насколько удалено от дома это крыло? И потом, существует магия, которая убирает запахи. Но разве есть смысл расходовать артефакт, когда здесь никого нет?
  Сейчас, когда запахи стали легкими, Лардис нашел определенные преимущества в тесноте помещения - он мог, словно нечаянно, прикасаться к девушке. Желание поцеловать ее стало почти непереносимым.
  Найлина что-то оживленно рассказывала, брала в руки какие-то склянки и пузырьки, разглядывала на свет содержимое, показывала ему, а он, словно околдованный, не мог отвести от нее взгляд. Солнце вплетало в ее темно-каштановые волосы золотистые пряди. Свет словно окутывал девушку, превращая в какое-то неземное создание.
  Он смотрел, смотрел, а потом как-то само собой получилось, может подсознание заработало, во всяком случае, вдруг, не задумываясь о своем поступке, он взял ее за плечи и мягко привлек к себе. Все было проделано так быстро, что Найлина успела только удивиться, но спросить, что происходит уже не смогла.
  Наконец-то Лардис сделал то, что давно хотел - обняв девушку, поцеловал. Как это оказалось сладко - на ее губах чувствовался вкус меда и мяты. Сначала она была напряжена, и раскрыв глаза, испуганно, в упор смотрела на него. Наверное, растерявшись, малышка стояла, упираясь кулачком ему в грудь. Потом, он почувствовал, как она обмякла, ее взгляд стал томным, затем глаза закрылись, девушка расслабилась и сдалась.
  Судя по всему, это был первый поцелуй в ее жизни, она не смогла сопротивляться волнующим ощущениям. Руки Найлины независимо от ее воли обняли Лардиса за шею, во всяком случае, голова в этом точно участия не принимала.
  А вот мужчина не терялся, сперва погладил спину девушки, и убедившись, что сопротивления нет и в помине, осторожно накрыл ладонью ее грудь. Прикосновение было настолько аккуратным, что Найлина поначалу не заметила его. Чуть позже, когда ласка стала более чувствительной, ей показалось уже неудобным возмущаться - ведь получается, что до этого она ничего не имела против? К тому же, ей просто понравились новые ощущения, и не хотелось отказываться от них: вряд ли ей в ближайшие годы придется испытать что-то подобное. Мысленно махнув рукой, она простила себе нескромное поведение.
  Король же, сочтя ее бездействие за согласие продолжить увлекательное занятие, не прекращая поцелуя, сдвинул склянки в сторону и приподняв малышку за талию, усадил на освободившееся место. Найлина восприняла это совершенно нормально - и в самом деле, ноги держали плохо. Но вот когда его шаловливые ручки сжали щиколотки и неторопливо двигаясь вверх, добравшись до ее коленей, уверенно заскользили выше, она замычала, пытаясь прервать поцелуй, и стала активно вырываться.
  Забывшись, Лардис не сразу понял, что девушка сопротивляется всерьез. А когда все же отстранился, сообразил, что придется вымаливать прощение. Ему стало неловко - она смотрела на него со страхом и смущением.
  Вид у Найлины был расхристанный, волосы растрепались, губы покраснели и опухли от поцелуев, юбка задралась значительно выше колен, а сам он, раздвинув ее ножки, стоял между ними плотно прижимаясь к девушке.
  'И как теперь вернуть прежние отношения? И зачем только я к ней полез? Не хватало мне, что ли, дворцовых подстилок?'
  Королю хотелось возвратить ту прежнюю легкость в общении - не так часто встречались женщины, чье общество ему нравилось. Девушка не походила на обычных светских красавиц: она не манерничала, желая понравиться, не заискивала в поисках выгоды и привилегий. Ей как будто и дела не было, что она разговаривает с правителем этой страны.
  'Значит, бесстыжие домогательства, теперь так называется - пообщаться? - фыркнул внутренний голос, - признайся, что девчонка тебя зацепила - и не соврешь. - Ну и что такого, да, нравится, но я пока еще не разобрался, чего именно хочу от нее. - Чего ты хочешь и так понятно, того же, что и от остальных, и если бы она так не перепугалась, то получил бы желаемое прямо на столе среди пробирок. Да... это было бы что-то новенькое, так ты еще никого девства не лишал!' - вредничало его 'я'.
  - Простите, госпожа Найлина, забылся, обещаю, этого больше не повторится, - он, мгновенно сняв со стола, поставил ее на ноги. Вид у девушки был ошеломленный, она покачнулась. Лардис поддержал ее за локоток, и желая разрядить обстановку, заговорил любезным тоном, - вы рассказывали, что цветущие поля изумительное зрелище, мне все так же не терпится их увидеть.
  Она, еще не придя в себя после странных, неведомых прежде ощущений, удивилась его светскому тону.
  'Как он может говорить, как ни в чем не бывало? Ведь мы же целовались! И даже более того!' - вспомнив, какие ласки дозволила, она смущенно отвела взгляд.
   Найлина беспокоилась - что 'он' подумает о ее поведении. Лардиса она не винила, наслушавшись от сестры и Зосильки, что мужчины охотники, и для них нормально сделать попытку походя 'сорвать цветочек'. А вот себя она не оправдывала, ведь могла сразу сказать - нет, но и раскаиваться не собиралась, и, если представится случай, не отказалась бы снова испытать эти приятные ощущения.
  Девушку успокоило поведение его величества - раз он решил вести себя как ни в чем не бывало, она только рада этому.
  Долго 'на месте преступления' они не задержались, Найлина очень любила бродить по лавандовым полям. И сейчас она поглядывала на мужчину, желая увидеть его реакцию на это чудо - землю, сплошь покрытую лиловыми цветами.
  Они остановились там, откуда можно было окинуть взглядом пространство. Мужчина встал за спиной девушки - она интересовала его куда больше, чем все лавандовые поля на свете.
  - Здесь особенно красиво вечером, на закате, да и на рассвете тоже, - задумчиво прозвучал ее голос.
  - Мне бы очень хотелось полюбоваться этой картиной вместе с вами, Найлина...
  Тон, которым были сказаны простые слова, а главное, то, как он выделил ее имя, заставило забиться ее сердечко быстрей. Она покосилась на него, и вздохнула, мечтая о поцелуе. Ну, да с кем не бывает - понравилось ей целоваться.
  Мужчина понял верно и этот вздох, и этот взгляд - опыта ему было не занимать.
   - Найли-инаа... - жарким шепотом протянул он.
   Бедняжка чуть не свалилась от нахлынувших ощущений. Ужас обуял от собственных эмоций, от понимания насколько далеко она готова зайти, приняв ласки этого человека, от четкого осознания, что вряд ли получится на этот раз сказать ему - нет. Но хуже всего, что ее очень тянуло к нему.
   'Ну вот почему он - король? Был бы простым дворянином, отец смог бы предложить ему брачный союз. А так, я только лишь пополню коллекцию его любовниц. Нельзя поддаваться своим неприличным желаниям! Но поцеловаться-то можно?' - успела подумать она, снова почувствовав себя во власти мужчины.
   Лардис развернув девушку, осторожно прикоснулся пальцами к ее подбородку, и приподняв голову, наклонившись, поцеловал.
   'Теперь понятно, почему парочки встречаются на сеновале - ноги совсем не держат, так и хочется свалиться, а там хоть падать мягко - на сено. И как это его величество стоит?'
   На этот раз мужчина не собирался терять голову и сдерживал себя. Поцелуй получился сказочно нежным. Влюбленные пропустили обед, затерявшись в пестрых полях, цветах и поцелуях...
   Обнявшись, они встретили закат, действительно, зрелище было дивным, как раз под стать их романтическому настроению.
   И все же им пришлось вернуться - их разыскал мальчишка с кухни.
   - Хозяева сильно нервничают, боятся, что вы заблудились.
   - Передай, что мы уже возвращаемся, - голос девушки прозвучал растерянно, она и не заметила, как пролетело время.
   - Вот и я подумал, как вы можете здесь потеряться? Вон же дом, а вон наш лес! - мальчуган недоуменно почесал затылок, и порысил назад, сообщить, что нашел пропажу.
   Найлина чувствовала себя опьяневшей: 'Как, оказываются, интересно действуют поцелуи, и есть совсем не хочется, и голова кружится'.
   Его величество больше не позволял себе недопустимых действий, дело обошлось милыми разговорами, поцелуями и нежными объятьями. В конце концов, он может потерпеть до ночи - желающих согреть ему постель всегда было в избытке. Конечно, ему очень нравилась Найлина, но он - нормальный молодой мужчина, а эту девушку, ему почему-то не хотелось превращать в обычную, всегда готовую к услугам светскую кошечку.
   Он чаще общался именно с такими, но при дворе встречались всякие: и непорочные девы словно в броню закованные в свое целомудрие, и те, кто готов расстаться с невинностью, если впереди их ждала заманчивая награда в виде обручального кольца.
   Старшая дочь хозяина, кстати, была из тех, кто желал продать себя за самую высокую цену - за знатный титул и богатства.
   Да мало ли среди аристократок встречается самых разных девиц? Возможно, что среди них были чистые души готовые любить без дальнего прицела и корысти. Но ему такие не попадались - скромниц оттирали более предприимчивые особы.
   Вернувшись домой Найлинка сразу же убежала к себе, ей казалось, что все догадаются, чем они занимались. И пусть ничего предосудительного почти и не было, но она боялась любопытствующих взглядов и разного толка вопросов.
   Ее сердце пело, она не задумывалась о будущем, ей просто хотелось, чтобы и дальше были такие же чудесные дни наполненные любовью.
   'Так что, получается, я влюбилась? Ох, как же неудачно, - решила она и рассмеялась. На донышке сердца была капелька печали - вряд ли такой день, как сегодня, когда-нибудь еще повториться. Но сейчас... сейчас она была счастлива, и не стала думать ни о чем другом, слишком свежи ощущения, зачем же губить нынешнюю радость? Потом, завтра, когда 'он' уедет, она успеет еще настрадаться.
   Но, как ни удивительно, за завтраком его величество сообщил, что он еще не все осмотрел, и хочет задержаться на какое-то время.
   Причина задержки покраснела как маков цвет, но глаза ее засияли. Что с недовольством отметили несколько оставшихся в гостях, особо настойчивых девиц.
   - Ваше величество, - заговорил Шермис эл'Балхори - вы не могли бы после завтрака уделить мне несколько минут? - и что-то такое, холодно - официальное было в его голосе.
   Найлина заволновалась, вдруг и в самом деле отец предложит ее руку королю? Да нет, вряд ли, ну кто она такая? Да и его величество сам решит, кого назовет супругой. Ну поцеловал, ну гуляли вчера целый день, но не она первая, не она последняя, сколько их, таких?
   'Но все же о чем отец собирается говорить?' - мучила ее мысль.
   Как раз у его величества не было сомнений, зачем граф просит о приватном разговоре.
   'Вполне понятно - он из тех папаш которые пытаются оградить своего цыпленка от парящего в небе орла', - король еще раз согласился со своим решением, - ни одна девица не стоит того, чтобы ссориться с их отцами. Во всяком случае с теми, кто приносит казне значительную прибыль.
   Как правило, родители красавиц не возражали против интереса его величества. При желании, он мог взять в любовницы любую девушку. Собственно, потеря девственности с сюзереном не считалась позорной, и многие были совсем не против таким образом получить расположение короля. Да и что такого, мужчина хорош собой, молод - ему всего-то исполнилось двадцать шесть, ну лишится дочка невинности не в постели мужа, а в постели его величества, и что в этом плохого? Не с конюхом же на сеновале! Но эл'Балхори явно относился к другой категории.
  Едва они с комфортом устроились в кабинете, Лардис заговорил сам.
  - Понимаю ваше беспокойство, но уверяю, я не преступил границ. Ваша дочь столь же чиста, как и до моего визита. Сегодня после обеда я уеду, а первую половину дня, если вы не возражаете, все же проведу с вашей дочерью. Я обещал прогулку, и мне не хочется нарушать слово.
  - Ваше величество, благодарю за понимание. Дело даже не в добродетели моей дочери. Она девушка чистая и искренняя, и если уж отдаст сердце, то навсегда. Я не могу допустить, чтобы она страдала понапрасну.
  - Эта причина достойна уважения. Обещаю, - улыбнулся король, - что если в ближайшее время появлюсь у вас, то только с предложением руки и сердца!
  Видно было что его величество шутит, он и сам засмеялся своей не очень удачной остроте, граф поддержал его, сделав вид, что ему весело. На самом деле, он не верил, что король может всерьез рассматривать женитьбу на Найлине, скорей, она стала бы обычным мимолетным приключением, тема была ему неприятна. Но даже если бы и вправду речь зашла о свадьбе, этой своей дочери, эл'Балхори не желал такой судьбы. Вот старшая, наверняка с удовольствием сидела бы на троне, а маленькой нужно другое - лес и лаборатория входили в перечень того, что ей необходимо для счастья.
  Пусть легкомысленные слова его величества так и останутся шуткой. Так лучше, не сговариваясь, думали оба.
  Вскоре мужчины покинули кабинет, будто и не было этого короткого, но важного разговора. Король объявил, что после обеда собирается отбыть во дворец. Ревнивые девицы пренебрежительно улыбаясь, поглядывая на дочь хозяина: 'Ишь, одна из Балхори герцога окольцевала, а вторая и вовсе на его величество нацелилась, да не вышло!'
  После объявления они быстро успокоились, уверившись, что опасности нет.
  Сам мужчина был очень хорош, но, что уж скрывать, бывают и лучше, но королевский венец в этой стране, увы, только один. И пока его величество не сделал выбор, у каждой из них оставалась призрачный шанс.
  ***
  Лес... сочная зелень листьев, пронизанная солнечными лучами, выглядит золотистой, кружит голову запах хвои, грибов и утренней свежести. Звенящую тишину прерывают голоса птиц, все это так замечательно сочеталось с поцелуями и объятьями.
  'Как же быстро летит время, - вздохнула Найлина, до этого ей и в голову не приходила эта 'великая' истина, - кажется, только что было утро, а сейчас мы возвращаемся, и он уедет... Конечно, через какое-то время я появлюсь в столице на балу, и наверняка увижу 'его' там, но никогда больше не будет между нами того, что было сейчас'
  Прощаясь, его величество всего лишь несколько раз взглянул на Найлину, ничем особо не выделяя ее из прочих провожающих, и блестящая кавалькада укатила.
  Первое время девушка не находила себе места, все валилось у нее из рук, она не могла забыть короля. Иногда она застывала на месте, с задумчивой улыбкой вспоминая короткое любовное приключение.
  'Что ж, я ведь знала, что между нами ничего и быть не может, зачем же тогда расстраиваться попусту?' - убеждала она себя. Но как ни удивительно, уговоры нисколько не помогали, и она все так же мучилась от любви.
  Духи ее получались странными, с горчинкой, и почему-то навевали грусть.
  - Найлина, что происходит?! - не выдержал отец, - или ты все еще страдаешь по его величеству? - девушка расстроено опустила голову, глядя на свое очередное неудавшееся творенье. - Доченька, ну не горюй ты по нему, забудь, даже если бы он вдруг сделал тебе предложение, ты не будешь с ним счастлива. Такие как он - не меняются. Его величеству необходимо разнообразие, и общество жены быстро наскучит ему. И что тебе останется? Ты любишь приволье, свободу, тебе не понравится эта змеиная нора. Ну сама подумай, бесконечные сплетни, интриги завистниц, а фаворитки? Ведь каждая захочет побольней уязвить королеву. Нет, милая, этот мир - не для тебя... - тяжело вздохнув, мужчина привлек к себе девушку.
  - Я все понимаю, папа, и честно, совсем не хочу его любить, но так болит сердце... - она уткнулась головкой в его плечо, деля с ним свою тоску.
  - Ничего, потерпи, милая, все проходит... - укачивая своего ребенка, мягко сказал мужчина, - ты лучше скажи, что у тебя с духами творится? - он попытался переключить ее внимание на любимое занятие.
  - Пап, да так получилось, совсем нечаянно, когда делала духи, наговоры матушки Чиалы читала, и результат появился необычный. Зосиля похорошела и мы, с матушкой Чиялой, еще кое-что пробовали.
  - Ну ты и начудила... Ты, вот что, доча, лучше будет, чтобы никто об этом не догадался. Кто знает, как такие духи люди использовать начнут. Да и тебя, упаси боже, принудят делать то, что душе противно.
  - Но об этом и матушка Чияла знает, и Зосиля...
  - Ну, матушка Чияла женщина умная, не проболтается. Да и твоя подружка смолчит, она себе на уме - прознают ее соседки, так все захотят красавицами стать, а зачем ей конкурентки? Но я все же с ней поговорю. Такое интересное открытие, а ты думаешь совсем не о том... - покачал головой мужчина.
  - Все, папа, обещаю, больше не стану вспоминать о его величестве и займусь делом, - Найлинка постаралась изобразить веселую улыбку - незачем расстраивать родителей. Но сердцу не прикажешь, жаль, оно разумных доводов не слушает.
  Девушка постаралась вести себя, как и прежде, только разве чуть серьезней стала. Она все так же бегала к ведунье и теперь они вместе, втайне от остальных, придумывали наговоры. Нет, ничего такого опасного, от головной боли, для хорошего настроения, нервы успокоить, да для сна крепкого. Духи в крохотные флакончики разливают, сколько их можно с собой унести? К тому же они не портятся долго, а отвары день-два, ну может немного побольше, и пропадут.
  Время тянулось, иногда приходили письма от сестры, она была довольна замужеством и своим супругом. Рассказывала, что они перебрались в столицу - в прохладное время года так было принято. Аминта прекрасно чувствовала себя в светском обществе, и перезнакомилась, кажется, со всеми.
  Иногда она сообщала о смене очередной любовницы его величества, в этом случае Найлина улыбалась и делала вид, что ее совсем не трогают похождения короля.
  
  ***
  Зябко... хотя в их стране снег не выпадал, но все же в зимние месяцы и тепло не было, все как будто замирало.
  Вечером, после ужина, семья, как обычно, собралась в гостиной около камина, матушка что-то вышивала, отец, положив на колени газету, задумчиво теребил уши любимой собаки и смотрел на огонь. Найлина читала присланный сестрой дамский роман, верней, делала вид, а на самом деле вспоминала тот единственный, сказочный день, подаренный королем.
  Было тихо... только тикали большие напольные часы, да потрескивали дрова в камине. После такого мирного, уютного и немного сонного вечера, до кровати добираешься, засыпая на ходу. И вдруг, в доме, далеко, у самого входа, раздался шум, голоса, и вскоре, нарушая все правила, в комнату ворвался слуга и сдавленным голосом, взмахивая руками от недостатка слов, тихо закричал.
  - Там, это, он! Его Величество! Хозяин, вы уж лучше сами!
  Понять толком нельзя, и поверить невозможно, что там он говорил о его величестве? Сердце Найлины забилось, неужели письмо, или... да может ли такое быть, чтобы ни с того ни с сего к ним пожаловал король? Что ему здесь делать? Но вдруг?.. И зачем только растревожили душу!
  Отец пошел проверить, что произошло, но далеко уйти не успел, послышался его голос:
  - Добрый вечер. Конечно, как будет угодно Вашему Величеству, ваши покои сейчас подготовят.
  Девушка одернула себя: 'Ну даже если это его величество, мало ли что ему могло у нас понадобиться? Может духи для новой возлюбленной решил заказать? - но сердце отказывалось верить в каких-то там неведомых любовниц, оно настаивало, что это за ней, за ней он приехал! - Только бы не показать, как я ему рада!' - да какое там... не показать! Нет, разумеется, она сжала губы, чтобы так радостно не улыбаться, и вид постаралась на себя спокойный напустить. Да только разве может скрыть неопытная девушка сияющие счастьем глаза, вот поэтому, она их и не поднимала.
  Он, вошел, вежливо поздоровался, женщины присели в реверансах.
  - Добрый вечер, дамы. Ах, да перестаньте! Я ввалился к вам без всякого предупреждения, так что обойдемся без церемоний.
  - Ваше Величество, вы, наверное, проголодались? Сейчас прикажу ужин подать, - засуетилась хозяйка.
  Король, расположившись в кресле у камина, незаметно поглядывал на девушку, она словно застыла, опустившись на свое место с абсолютно прямой спиной, глядя на сложенные на коленях ладошки.
  Ее робость вызывала у него улыбку - ведь раньше она была такой бойкой.
  Вскоре хозяйка вернулась за гостем, все отправились в столовую, но Найлина осталась. Как только голоса стихли, она укрылась в своей комнате.
  Заснуть бедняжка не смогла, и уже поздно вечером, когда все угомонились, к ней, заметив под дверью свет, зашла мама - посплетничать.
  - Ох, не знаю, и зачем король к нам пожаловал?
  - Неужели он так ничего и не сказал? - девушка взволнованно смотрела на мать.
  - Нет, собирается с отцом утром поговорить.
  - Интересно, о чем? Может он хочет духи заказать?
  - Ну, не знаю, не знаю, не было еще такого, чтобы его величество лично духи ездил заказывать!
  Матушка только растревожила фантазии девушки: 'А вдруг он ради меня приехал? Ну может ведь случиться чудо, и я ему понравилась? Только, что толку с этого? - тяжело вздохнула она, - не хочу становиться очередной фавориткой, не хочу разменивать свою любовь на мимолетные отношения. А главное, не хочу быть его игрушкой. Ох, да что я выдумываю, зачем ему обычная девчонка, если он даже на Аминту внимания не обратил. И все-таки, ну зачем он приехал?'
  За завтраком Найлина несколько раз встретилась с его величеством взглядом.
  'И когда он только в тарелку смотрит? Как не гляну, все на меня таращится'
  Откушав, мужчины удалились в кабинет хозяина дома.
  - Граф эл'Балхори, - король не сел в предложенное кресло, поэтому и хозяину пришлось стоять, - понимаю, вас удивил мой неожиданный визит. Но мне необходима определенность. С тех пор, как я покинул ваш дом, прошло достаточно времени, и мое решение не является необдуманным, или поспешным. Видите ли, - медленно, будто стараясь подобрать слова, заговорил мужчина, - вы не можете не знать - все вокруг настаивают, что мне пора жениться, так как стране нужен наследник. До сих пор я уклонялся от этой повинности, но сейчас готов связать себя брачными узами. Дело в том, что я так и не смог забыть Найлину. Я прошу руки вашей дочери и надеюсь на положительный ответ.
  - Ваше величество! Это такая честь... Я, конечно, горд, что вы выбрали мою девочку, но немного странно - вы ведь и незнакомы почти, ну что такое один день? Но проблема даже не в этом, она еще слишком молода! - графу так же пришлось выбирать выражения, не такого мужа он хотел бы для своей дочери. Да разве королю откажешь?
  - В старину, в ее возрасте, женщины уже детей имели, а крестьянские девушки и сейчас выходят замуж с пятнадцати, - голос короля прозвучал безапелляционно.
  - Простите, ваше величество, но думаю, со свадьбой необходимо повременить, и желательно, до тех пор, пока Найлине не исполнится восемнадцать лет. Я настаиваю на этом! Да и чувства ваши надо проверить. Уж слишком все быстро происходит.
  - У меня нет возможности ждать так долго, поэтому предлагаю пойти на компромисс: свадьбу мы отпразднуем через год, и я буду проводить у вас столько времени, сколько мне позволят дела. Вы тоже были влюблены когда-то, и понимаете, как хочется находиться рядом с объектом своих мечтаний. Заодно и узнаем друг друга поближе. Вы же понимаете, в каком положении я нахожусь, на меня давят со всех сторон: дворяне желают, чтобы у короля был наследник, чуть ли не каждая из их дочерей спит и видит, что именно она подарит мне сына, - Лардис попытался смягчить приказной тон.
  - Я понимаю Ваше положение, но не кажется ли Вам, что нужно для начала спросить саму Найлину? - эл'Банори рассчитывал, что его младшенькая согласиться с доводами рассудка, и сама решит не спешить.
  - Хорошо. Но уверен, Найлина, выслушав мои аргументы, будет не против устроить свадьбу побыстрей, - лукаво усмехнулся король. Судя по тому, как малышка забывалась в его руках, как отвечала на поцелуи, она - девочка страстная, и вряд ли сможет долго противиться его ласкам. А там, ее родители, опасаясь беременности и сами не захотят откладывать свадьбу, - в таком случае, прошу, пока не сообщать близким о нашем разговоре.
  'Пожалуй, нужно будет несколько расширить ее познания о желаниях тела, тогда она сама начнет родителей торопить', - его величеству понравилась идея совместить приятное с полезным.
  Мужчине всего лишь хотелось закрепить свое право на любимую и увезти ее с собой. Хотя он и правитель, но мало ли какой хлыщ может встретиться ей на дороге или в лесу? Не все же так просто отпустят симпатичную девушку!
  
  ***
  Когда мужчина покидал этот дом, он не воспринял свой интерес всерьез, сочтя Найлину всего лишь приятным развлечением, не сомневаясь, что, вернувшись во дворец, быстро забудет ее.
Оценка: 6.10*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"