Огр Сергий, Эль Флай : другие произведения.

2. Некромант второй категории. Дело на болотах

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Некромант второй категории Януш Гудзяновски снова отправляется в путь.


   Огр Сергий, Эль Флай
  
   Некромант второй категории. Дело на болотах.
  
  
   Раздался резкий хруст, телега ощутимо накренилась на правый бок и остановилась. Селянин, до этого мирно подремывавший с вожжами в руках, выругался и спрыгнул на землю. Ноги его мгновенно утонули в грязи по колено.
   В речи возницы появились визгливые нотки, а выражения перестали быть непристойными. Они превратились в чудовищно непристойные. Бедняга бродил вокруг и крыл ими телегу, мешки, селян, решивших прикупить посевного зерна в таком количестве, дорогу и дождь, который шёл уже третьи сутки, то поливая поля как из ведра, то сеясь мелкой гадостной моросью.
   Януш Гудзяновски, мастер-некромант второй категории, приткнувшись на мешках с зерном и накрыв голову курткой, стоически переносил дорожные тяготы. Он молчал, чтобы селянину вдруг не пришла в голову мысль, что он, мастер-некромант, может пригодиться при починке телеги.
  
   Началось все с того, что три дня назад некромант провалил квалификационное тестирование на первую категорию. Нет, с самими тестами он справился играючи, ибо сдавал уже не в первый раз. Но затем, расслабившись и решив, что все неприятности на сегодня позади, Януш отправился в ближайший шинок, где и недооценил силу молодого вина. Свою дискуссию с членами квалификационной комиссии, зашедшими в шинок перекусить после тяжёлого трудового дня, некромант не помнил. Однако выданный ему на следующий день документ о неподтверждённой квалификации с формулировкой "по причине недостойного поведения" и внушительный счёт за разбитую посуду от хозяина шинка явно свидетельствовали об отнюдь не словесных методах ведения спора.
   Вызов к главе Гильдии сам по себе событие неприятное, а вызов к главе Гильдии на следующий день после проваленной таким образом квалификации неприятен втройне. Верховный, как обычно, был суров и многословен. Януш с отсутствующим выражением лица выслушал длиннейшую нотацию о роли магов в утверждении у населения высоких моральных принципов и совершенно не удивился, получив очередное задание, выполнить которое требовалось в удалении от цивилизованных мест, коими он почитал только Охрянку - столицу королевства - да ещё пару городов.
   Отправляться к месту назначения некроманту пришлось рано утром и, ясное дело, на общественном транспорте. Рейсовая карета дальнего следования два раза застревала в грязи размытых дорог, потом у неё треснула ось, и когда поздним вечером развалюха дотащилась до Тапу, места ночёвки, мало того, что полил дождь, так ещё и на постоялом дворе к услугам Януша осталась одна-единственная комната. Не то чтобы мастер-некромант второй категории был привередлив или хотел для себя, скажем, сразу два или три номера. Нет. Но он любил иметь хотя бы иллюзию выбора.
   Ставни, увы, не закрывались, это некромант проверил сразу. Разгулявшийся ветер скрипел ими всю ночь. И всю ночь Янушу чудилось, будто по нему кто-то ползёт. Он вскакивал, зажигал лампу, но никого не находил. Промаявшись так до рассвета, невыспавшийся маг встал и поискал умывальник. Искомый обнаружился в коридоре, причём совершенно пустым и сухим. Плюнув, Януш спустился во двор, поплескал в лицо дождевой водой из бочки и, съёжившись под мелким дождём, поплёлся узнавать о времени отбытия кареты. Утро решительно не желало начинаться с приятных событий - возчик, обругав нетерпеливого пассажира, сообщил, что ось таки доломалась до конца, поэтому рейс продолжится только завтра. И то если местный кузнец сжалится и починит карету без очереди.
   Януш не желал, чтобы по нему ещё одну ночь ползал кто-то неуловимый. Справившись у хозяина постоялого двора, не уезжает ли в сторону Терновки какой-нибудь расторговавшийся селянин, желательно на крепкой телеге, некромант впервые за утро улыбнулся. Выходило даже лучше, чем если бы не сломалась карета. Так ему пришлось бы выходить между двумя остановками и чесать до требуемой деревни по полям. А теперь он, пусть и на телеге, доедет прямо в Терновку с сыном старосты соседней деревни.
   Если бы некромант умел предвидеть будущее, он бы так не радовался. И не был бы в таком расстройстве сейчас, глядя на то, как шлёпает по грязи и ругается Петер, тот самый сын старосты, счастливый случай господина некроманта на крепкой телеге.
   Насладившись витиеватостью слога, а также свежестью и образностью оборотов речи селянина, Януш спросил:
   - А далеко ещё до Терновки?
   - Дык к вечеру бы приехали, - почесав затылок, ответил Петер. - А теперь - не знаю.
   Некромант приуныл - только-только перевалило за полдень. Пешком, да по раскисшей дороге, далеко не уйдёшь. Он взял свой заплечный мешок и спрыгнул с телеги на кочку, которая показалась достаточно сухой. Кочка, доказав, что первый взгляд не всегда бывает верным, развалилась под сапогами на части. Не ожидавший этого некромант взмахнул руками, но не удержался. Извалявшись в грязи, он совершенно искренне повторил некоторые пассажи Петера, добавив от себя толику импровизации и экспрессии. Кобыла, запряжённая в телегу, покосилась влажным глазом и фыркнула, как показалось Янушу, совершенно издевательски.
  
   Выбравшись на относительно сухой холмик, некромант снял с себя измазанную грязью куртку, обтер травой и повесил на ветку ближайшего дерева - сушиться. Под тем же деревом он оставил свой мешок. Затем, поглядев зачем-то в небо и тяжело вздохнув, полез под телегу помогать селянину. Ночевать в поле некроманту не хотелось.
   Совместный труд, как известно, сближает. Починенная телега ждала путников, а они с трудом разожгли костерок и, повесив сушиться одежду - мол, грязь высохнет и сама отвалится - разложили нехитрую дорожную снедь и неторопливо беседовали. Точнее, беседовал Петер, а Януш, откусывая от ломтя хлеба с салом, тщетно пытался согреться. От мокрых штанов некроманта, растянутых на рогатине, валил пар.
   - Погоды нынче хорошие стоят, дождливые, - вопреки всему, сказанному у поломанной телеги, произнёс Петер.
   Некромант поёжился и невнятно поддакнул.
   - Урожай хороший будет, - добавил селянин и поднял палец вверх для убедительности.
   - Угу, - клацая зубами, согласился Януш и подтянул под себя голые ноги.
   Дождь прекратился, но солнце выглядывать не спешило, словно позабыв, что на дворе весна.
   - Ежели нежить не полезет, то и вовсе всё будет зашибись, - продолжил попытку завязать разговор Петер.
   - Какая нежить? - уныло спросил некромант.
   - Дык знамо какая! Упыри из болота лезуть, скотину задирають да всходы вытаптывають. Совсем житья от них не стало.
   - А-а... - протянул Януш. - надо вам заявку в Гильдию Магов подавать, пусть кого-нибудь пришлют.
   Сын старосты, рассчитывавший, видимо, примазаться к заявке из Терновки бесплатно, тяжело вздохнул:
   - Дык ить они когда ишо пошлют-то... А упыри - тут они, под боком...
   Некромант промолчал.
   В Терновку Януш вошёл поздно ночью и во влажных штанах - Петер, огорчённый нежеланием столичного некроманта немедленно и задаром истребить всех упырей округи, высадил его у поворота, буркнув, что тут уже недалеко. "Недалеко" в понимании мстительного сына старосты оказалось двумя полями и лесочком. Староста Терновки, увидев на пороге грязного некроманта, спросонья решил, что к нему пожаловал упырь, и заорал как резаный. По дому зажглись огни, сбежались домочадцы и парочка самых смелых соседей. Пришлось Янушу доставать заявку с печатью и доказывать, что он не упырь, а совсем наоборот. Когда до старосты дошло, что перед ним прибывший по заявке столичный маг, он так засуетился, что господин некромант предпочёл рявкнуть, отказаться от ужина и потребовать место для сна, на котором и отключился, едва успев раздеться, лечь и закрыть глаза.
   Проснулся Януш от острого чувства обиды - не смог догнать блюдо с жареной уткой, фаршированной яблоками и черносливом. Сглотнув слюну, некромант до конца осознал, что это был всего лишь сон, повернулся на другой бок и собрался было ещё вздремнуть, но голодные вопли желудка уснуть не дали. Януш поворочался немного, устраиваясь поудобнее под мягким одеялом, но лень всё-таки проиграла голоду - пришлось вставать. Выйдя в сени, некромант увидел корыто с чистой тёплой водой и кусок мыла, лежащий на краю. Удивившись и обрадовавшись такой заботе хозяев, он с удовольствием вымылся, избавившись от вчерашней грязи.
   Переодетый в чистую одежду и пребывающий в неплохом настроении некромант, уже выходя на улицу, столкнулся в дверях с немолодой дородной тёткой, нёсшей перед собой корзину. Он посторонился, пропуская её в сени. Тётка увидела огромную мыльную лужу на полу, корыто с остатками воды и некромантской грязи и всплеснула руками, отчего корзина упала, ударилась плетёным дном об пол и выстрелила парой подштанников. Янушу пришла в голову мысль, что это корыто могло стоять здесь и для других целей. Например, для стирки. Слегка смутившись, некромант опрометью выскочил во двор, и, пока хозяйка не отойдёт, отправился пройтись по селу. Требовать еды у раздражённой тётки Януш не решился, к тому же, время, когда семья завтракала, некромант проспал.
  
   В пику вчерашнему ненастному дню и некроманту, ненавидящему поездки под дождём, но для работы предпочитавшему погоду пасмурную, ярко светило солнце. На площади возле колодца в окружении десятка мужиков обнаружился староста. Мужики громко разговаривали, размахивали руками и нервно курили самокрутки. Завидев некроманта, селяне притихли, сбились в кучку и отступили, оставив старосту держать ответ в одиночестве.
   - Ну, зачем звали? - Януш развернул плечи и попытался принять величественную позу, которая, по словам Верховного, подобает лицу, приобщенному к высокому искусству магии.
   - Дык, господин маг, упыри у нас появились, - староста развел руками. - Как последнее полнолуние случилось, так и повылазили.
   Януш принял более привычную для себя позу - ссутулился.
   - И что за упыри? - спросил он, привычный к тому, что селяне называют упырями всех, кто имел несчастье им навредить, даже если это зловредная соседка или тёща.
   - Ну, господин маг, это уж вы разберитесь, шо за упыри у нас тут. А то совсем житья не стало. Давеча вот у Вацлова всех кур ночью передавили и унесли, а пес цепной не брехнул ни разу.
   - А у меня корову в стойле задрали, - обиженно встрял здоровый рыжий мужик.
   Остальные закивали и стали наперебой припоминать последние проступки обнаглевшей нежити, которая ни с того ни с сего повадилась таскать живность и ломать заборы.
   - А людей не трогают, что ли? - заинтересовался Януш.
   - Не, никого не тронули из людей-то, а вот... - и снова началось перечисление пропавших кур и коз.
   Послушав некоторое время сбивчивые рассказы взволнованных селян и не найдя в них ничего интересного, некромант решил в ожидании обеда собственными глазами осмотреть результаты бесчинства упырей и вместе со старостой отправился на подворье к Вацлову.
   Облазив курятник, крытый соломой, полюбовавшись на опустевшие гнёзда и для очистки совести обойдя сарай вокруг, Януш окончательно убедился в отсутствии следов упырей, равно как и любой другой нежити. Больше всего это походило на разгулявшегося зверя, например хорька, который забрался в курятник и передушил в азарте всех кур. Правда, хорёк всех не унёс бы. Сам Вацлов ходил на расстоянии трёх шагов, причитал, вспоминая своих замечательных несушек, и проклинал мерзких упырей.
   - Ты бы крышу починил, - буркнул ему некромант. - Вон дыры какие в соломе! Странно, что до твоих кур добрались только сейчас.
   - Так это ж упыри поганые дыр и наделали! - возмутился Вацлов.
   Некромант не стал читать селянину лекцию о повадках нежити, к тому же крыша явно прохудилась собственными силами. Проверив на всякий случай подворье пострадавшего, он окончательно заскучал - никаких магических возмущений, ни давних, ни свежих, не обнаружилось. Фон светился ровным голубым светом, как всегда бывает в местах, не тронутых чародейством и посещением нежити. Януш вздохнул.
   - Эээ... господин колдун...
   Януш терпеть не мог, когда его, мастера-некроманта второй категории, называли колдуном. Он резко обернулся, и подошедший было к нему Вацлов отпрянул, налагая на себя охранительный знак.
   - Чего тебе? - прорычал некромант, понимая тщетность лекции о том, как должно называть дипломированного мага.
   - Вот... не побрезгуйте, - Вацлов протянул маленький мешочек, который приятно звякнул, перейдя в некромантскую руку.
   - Зачем это? - нахмурился Януш.
   Положить деньги в карман без выяснений было бы неосмотрительно - иногда клиенты хотели вовсе уж невоообразимых вещей и, заплатив, считали, что маг должен выполнить их требования, хоть он разорвись.
   - Ну... вы того... уж поколдуйте, чтобы ко мне упыри не лезли. Я полсотни несушек сторговал, завтра забирать поеду. А вдруг они снова... того...
   - Так не упыри твоих кур порешили, - сообщил некромант. - Хорёк, скорее всего, пролез. Ты крышу-то почини!
   - От ведь оно как, - протянул Вацлов, - а ежели упыри таки? Всё равно колдуй!
   Януш кивнул с облегчением - мол, моё дело разъяснить, спрятал подношение в карман куртки и огласил подворье завываниями, которые сопровождались трагическим заломом бровей, размашистыми пассами и багряными искрами, слетавшими с пальцев. Он вполне мог бы наложить охранный контур и без визуальных эффектов. Однако из опыта некромант знал, что маг, молча глядящий перед собой, вызывает у простого народа гораздо меньше доверия, чем маг громогласный и беснующийся, и имеет больше шансов заслужить упрёк в безделии, а то и непрофессионализме. Отработав таким образом щедрую мзду, Януш намекнул старосте, что неплохо было бы и отобедать. Тот намёк понял и, впечатлённый магическим спектаклем, пригласил могущественного гостя к себе в дом. Там он крикнул жене, чтобы собирала на стол, и повёл некроманта за дом, где обнаружился умывальник и кадка с водой. Януш вспомнил о корыте в сенях, внутренне покраснел, поплескал на руки и отправился за хозяином в большую комнату, где на столе, сколоченном из хорошо пригнанных досок, уже ждали глиняные миски с горячим борщом, деревянные ложки и пухлый каравай хлеба, скромно прикрытый полотенцем.
   Хозяйка по знаку мужа засновала между столом, печью и погребом, выставляя огромные миски с варениками, кринку с холодной сметаной и плошку с жёлтым как солнышко домашним маслом. Желудок некроманта издал неприлично громкий звук.
   - Ну что ж, - покосившись на гостя, сказал староста, - отобедаем чем боги послали.
   - Угощайтесь, - ласково добавила хозяйка, видимо, уже простившая Янушу утреннюю оплошность. - Борщик свежий, с курочкой, варенички берите. Эти с печёнкой и картошкой, эти вот с грибами, а тут с капусткой жареной.
   Некромант с наслаждением выхлебал миску борща, показавшуюся ему неоправданно маленькой, и под одобрительным взглядом хозяйки навалил себе вареников из каждой миски. Полив эту гору сметаной, Януш подумал, что работа на выезде - не так уж плохо. В Охрянке мало где можно было поесть недорого и вкусно. Жениться же даже ради домашней еды некромант не собирался.
   Отломив ложкой кусок вареника, Януш утопил его в сметане и, блаженно прижмурясь, понёс ко рту. И тут во дворе неистово, с подвываниями, залаяла собака. Староста ругнулся и полез из-за стола - поглядеть, в чём там дело. Но не успел он дойти даже до двери в сени, как в комнату ворвался порядком растрёпанный мужик, оттолкнул хозяина и, задыхаясь, повалился перед некромантом на колени. Тот с досадой положил ложку.
   - Господин маг, господин маг, - запричитал мужик, и Януш с удивлением узнал в нём Петера, своего вчерашнего возницу, - дочка моя... спасите...
   И уткнулся лбом в носки некромантских сапог.
   - Что дочка? Рожает, что ли? Это к повитухе, - отрезал Януш, привычный к тому, что невежественные крестьяне, стоило магу прибыть в какую-нибудь деревню, ломились к нему по любому поводу.
   - Упырь... - простонал Петер, - упырь мою дочку утянул... на болота...
   Некромант бросил тоскливый взгляд на накрытый стол, метнулся за дорожным мешком, подхватил мужика и потащил во двор. Тот, не веря своему счастью, запрыгнул в телегу, схватил вожжи и так врезал бедной кобыле хлыстом, что телега рванулась с места, а некромант пребольно ударился спиной о деревянный задок.
   Телега визжала и скрипела в безумной гонке. С трудом преодолев расстояние до возницы, Януш крепко ухватился за борт телеги и умостился рядом.
   - Рассказывай! - проорал он.
   Из не особенно связного рассказа безутешного отца некромант понял следующее: девятилетняя дочь его, Марыська, вместе с другими детьми с утра погнала гусей на лужок к болотам.
   - Трава там сочнее, будь она неладна, - застонал мужик.
   Старуху, что присматривала за детьми, разморило на солнышке, поэтому проснулась она только от истошных визгов подопечных и сама ничего не видела. Детям же, прибежавшим в деревню с дурной вестью, со страху показалось разное - одни говорили, что Марыську утащил на болото маленький зелёный упырь, другие верещали, что внучку старосты схватило огромное лохматое чудовище. Селяне похватали вилы, колья и сорвались в погоню, но на берегу болота малость поостыли - кому охота в топь-то лезть, да за чужим дитём... И тогда Петер вспомнил про некроманта.
   "Ну да, а мне, конечно, сами боги велели в трясину сигать", - ворчливо подумал Януш, но вслух ничего не сказал.
   На лугу у болота собралась вся соседняя деревня и, показалось магу, часть Терновки. Как терновцы ухитрились добраться на место происшествия раньше Петеровой кобылы, кою после сегодняшней тренировки смело можно было выставлять на осенние бега, некромант не понял, но заморачиваться этим вопросом не стал. Он спрыгнул в траву, которая влажно чавкнула под сапогами, и вдохнул полной грудью, пробуя сочетание запахов. Нежитью не пахло. Однако к свежему дыханию луга, болотным испарениям, слегка отдающим гнильцой, и запаху паники, мощно источаемому селянами, примешивался ещё один запах. Странный, чуждый, он не был присущ знакомой нежити и почему-то навевал мысли о дальних странах, где мрачные скалы вспенивают ледяную волну, где солнце почти не греет, где люди суровы, бесстрашны и яростны...
   Помотав головой, Януш прогнал наваждение, извлёк из мешка кинжал в ножнах и приторочил его к поясу. Потом, задав детям и старухе несколько вопросов и получив ровно столько же бестолковых и бесполезных ответов, ступил в болото. Жижа жадно хлюпнула.
   - Туточки ишо мелко, - крикнули в спину некроманту, - вы, господин колдун, не бойтесь!
   Он скрипнул зубами, подавил желание крикуна убить, а потом раз пять поднять и упокоить, и заставил себя снова поймать неведомый запах. Тот нашёлся сразу же и повёл осторожно ступающего некроманта вглубь болот.
   Поначалу идти было тяжело, сапоги проваливались на полголенища и ни в какую не хотели возвращаться за ногой. Перейдя небольшой островок, Януш оглянулся, но ни луга, ни толпы селян уже не увидел. Он вздохнул, пощупал кинжал и двинулся дальше. Постепенно ноги перестали вязнуть, болото закончилось, и след вывел его на протоптанную тропинку, отчего-то берущую начало в болоте и уходящую в лесок неподалёку. Оглядевшись, Януш понял, что выбрел, скорее всего, на большой остров. Некромант торопливо вылил из сапог грязь, которой всё же умудрился зачерпнуть немало, и мягкой крадущейся поступью двинулся по тропинке.
   По пути Януш пытался обдумать ситуацию. То, что девочку утащил не упырь в научном понимании этого слова, было ясно с самого начала. Но вот что скрывалось за всем этим, некромант не понимал. По роду занятий он привык работать с разной нежитью и нечистью, но поведение похитителя не подходило ни одному из известных видов. Разве что на острове обосновался бодяжник - этот действительно небольшой, шкура отливает под солнцем зеленью, да и добычу он предпочитает не есть на месте, а тащить в логово, где бы ни поймал. Но некромант мог поклясться, что это не бодяжник - слишком уж запах непохож. К тому же, на этом расстоянии было отчётливо слышно, что впереди не меньше десятка таких же, как тот, что унёс Марысю. А бодяжник всегда селится один.
   Продвигаясь вглубь острова, некромант отчего-то всё время ловил себя на мыслях о еде. Перед глазами вставала то миска с несъеденными за обедом варениками, то жареные свиные колбаски с квашеной капустой, которые некромант очень любил. Януш даже явственно услышал запах жареного мяса, напрочь выключивший сосредоточенность магического чутья и заставивший некроманта потерять след. Велев себе не обращать внимания на галлюцинации и пообещав желудку на ужин что-то посущественнее вчерашнего куска хлеба с салом и сегодняшней миски борща, некромант двинулся дальше. И понял - галлюцинации ни при чём. Пахло действительно жареным мясом. И это уж вовсе не лезло ни в какие ворота - Януш не знал нежити, которая бы добычу свою жарила перед употреблением. Обычно они для этого слишком нетерпеливы и кровожадны.
   Сойдя с тропы и прячась за деревьями, некромант забрался довольно глубоко в лес. Распевали птички, шуршали гадюки, торопясь скрыться от некромантского сапога, гоготали мужики... Какие ещё мужики?! Януш резко остановился. В отдалении действительно были слышны грубые голоса, которые что-то говорили на непонятном языке, то изредка взрыкивая, то хохоча. К ним примешивалось позвякивание металла об металл. Некромант осторожно подкрался, держа кинжал наготове и смутно надеясь, что это всё же нечисть - заклинания, наложенные на лезвие и рукоять, способны упокоить не один десяток шустрых мертвецов, но вряд ли помогут против обычных разбойников.
   Между деревьями появились просветы. Януш подобрался как мог близко, залёг под роскошным кустом и аккуратно раздвинул ветки. На огромной поляне стояли четыре шалаша, крытых длинной болотной травой, весело горел костёр, над которым в большом казане что-то варилось, а вокруг костра... Януш потёр глаза, сморгнул и снова уставился меж ветвей, не веря тому, что видит. Вокруг костра сидели четыре халорга и переговаривались. Возле одного из них - по виду самого старшего - примостилась светловолосая девчушка, по описанию очень похожая на Марыську. Она увлечённо орудовала большой ложкой, выскребая остатки какой-то еды из железной миски и издавая те самые металлические звуки.
   Некромант оторопело наблюдал. Что халорги, жители далёкого севера, делают здесь, в дождливой восточной Палавии? Да ещё в паре дней пути от столицы? Первое, что пришло на ум некроманту - это разведывательный отряд. Правда, он никогда не слышал, чтобы халорги ввязывались в войны за территорию с кем-нибудь, кроме своих же соплеменников. Просторы северные бескрайни и неплодородны, монархов прилегающих стран они не интересуют ни под каким соусом, а кочевые племена халоргов за горный хребет Сулай, отделяющий северные пустоши от цивилизованных стран, предпочитают не соваться - им вполне хватает той каши междоусобиц, что регулярно заваривают в огромном северном котле вожди кланов.
   Выходит, халоргов перестала развлекать война внутренняя и они переключились на соседей? Так нет же, Палавия никаким боком не прилегает к Сулайским горам. Халоргам надо было пройти две страны, чтобы сюда добраться. Совершенно бредовая затея. Этого не может быть. Но халорги всё так же сидели у костра, морщили свои зеленоватые суровые рожи, и сколько некромант ни моргал, исчезать не собирались.
   "Об этом надо сообщить куда следует" - решил Януш и, мысленно попросив прощения у Петера, уже приготовился отползти восвояси. Но вдруг на спину его с размаху опустился тяжёлый сапог с грубой подошвой. Хуже всего, что в сапог была обута чья-то бесцеремонная нога, распластавшая некроманта по земле как жабу.
   - Паадглядываим? - голос был глубок и тягуч, а выговор - ужасен.
   - Любопытствуем, - придушенно возразил некромант.
   Сапог исчез, и Януш почувствовал, как ему крепко вяжут руки за спиной. "Ну почему бы мне не встретить обычную, нормальную, родную нежить!" - мысленно простонал он, вздымаемый за шиворот сильной рукой.
   - Иди, - подтолкнули его вперёд.
  
   Халорги у костра, завидев пленника, залопотали что-то по-своему. Марыська же оставила в покое миску и заулыбалась:
   - Ой, дяденька! Тебя папа послал, да?
   - Послал, - скривился некромант, которого подвели к костру и усадили на землю. Сидеть со связанными руками было неудобно, и Януш пообещал себе, что если выберется из этой передряги, обязательно тоже пошлёт папу девчонки. Желательно подальше. И желательно матом.
   - А ты, дяденька, не из нашей деревни. И не из Терновки. Я тебя не знаю.
   Халорги не спешили общаться с пленником, поэтому никто не помешал некроманту ответить:
   - Правильно, Марыся. Меня твой отец вчера подвозил в Терновку, а сегодня попросил помощи. Он думает, что тебя упырь утащил.
   Девочка отчего-то смущённо опустила глазки, потом просияла:
   - А, папа же рассказывал! Ты тот самый колдун, да, дяденька?
   - Мастер-некромант второй категории, - процедил Януш. - Дипломированный.
   - Я и говорю - колдун, - закивала Марыська. - Жалко, ты быстро меня нашёл.
   - Жалко?! - возмутился некромант. - Да там вся деревня на ушах стоит, по тебе уже, небось, поминки готовят!
   - Зато как все обрадуются, когда я вернусь! - мечтательно протянула девчонка.
   Слов у Януша не нашлось, кроме тех, что детям слышать не полагается, поэтому он их только подумал.
   Халорги меж тем потрошили некромантов мешок. На свет явилась пара ритуальных ножей в потёртых, расшитых рунами чехлах, шкатулка со снадобьями, верёвка, кусок воска, фляга и запасные подштанники. Старый халорг, колоритный и морщинистый, задумчиво покрутил в руках ножи, понюхал содержимое флакона, добытого наугад из шкатулки, и пристально посмотрел на Януша.
   - Ты и вправду шаман.
   - Час от часу не легче! Я маг! Маг! А не колдун, и уж тем более не шаман, - неблагоразумно огрызнулся Януш и тут же пожалел о своей вспыльчивости, потому что халорг кивнул соплеменнику, на вид совсем ещё молодому, и тот направился к некроманту, поигрывая длинным кривым ножом.
   Некроманта до этой поры много раз пытались убить. Но это происходило, как правило, на кладбище, в пылу боя с разгулявшейся нежитью, и никогда в это время у него не были связаны руки. Януш впервые пожалел, что не послушал отца и не пошёл учиться на юриста, предпочтя направить свой не особенно сильный дар на некромантскую стезю. Уж к юристам точно не имеют претензий халорги с кривыми ножами. Только поздно метаться, обречённо подумал Януш...
   ... и удивлённо выдохнул, когда зеленолицый юнец развязал ему руки и отошёл, точно так же играя оружием. "Хозяйственный", - отчего-то подумалось некроманту, - "не стал верёвку резать..."
   - Халорг уважает шаманов, - старик аккуратно уложил некромантское имущество обратно в мешок, встал и с поклоном отдал Янушу. Точно так же поклонились и остальные, впрочем, не вставая. Просто рука, приложенная к груди, и короткий кивок. Но некроманту подумалось - да, уважают. Обычная людская вежливость у халоргов никогда не была в ходу, если верить байкам, слухам и газетам. Согласно этим же источникам, халорги появились в незапамятные времена откуда-то из-за Ледяного моря да так и остались, пленившись холодным очарованием севера. Впрочем, по слухам, халорги считали найденную землю чуть ли не южным курортом. О родине халоргов никто ничего не знал. По крайней мере, обычные люди считали, что за многими милями ледяной воды лежит земля, куда уходят умершие, поэтому и записали соседей в ряды нечисти. Мастер-некромант второй категории Януш Гудзяновски, конечно, обычным человеком не был, но в закрытые архивы Гильдии, где могли бы храниться сведения о заморских землях, его никто не пускал. Поэтому ни нежитью, ни нечистью он халоргов не считал, но относился к ним настороженно и с опаской. Да и как прикажете вести себя со странными воинственными существами, у которых лица мрачны до испуга, кожа серо-зелёная, манер никаких, а обычаи и понятия чужды цивилизованному человеку? Хорошо ещё, что агрессивность их не касается других народов, а направлена исключительно на междоусобные распри.
   Некромант принял свой мешок, затянул потуже завязки и спросил:
   - Что ж вы, уважаемые, детишек воруете? - и кивнул на Марыську, которая почему-то сразу увяла и сьёжилась до маленькой-маленькой, невинной и никому не заметной. - И документов на въезд в Палавию, спорю на что угодно, у вас нет.
   - Документов? - переспросил старик, коверкая слово до неузнаваемости.
   - Разрешения находиться на землях королевства Палавия.
   - А кто разрешает? - старый халорг подпустил в голос ледяных нот, которых и без этого было более чем достаточно. - Кто запретит вольному клану путешествовать?
   Януш почесал затылок. Объяснять халоргу принцип территориального разделения на страны показалось ему занятием неблагодарным, поэтому он только спросил:
   - А в ваших землях можно свободно заходить на земли другого клана?
   - Земли клана? У кланов нет границ. Халорг разбил стоянку - это его земля. Халорг ушёл дальше - это свободная земля.
   "За что же они там воюют тогда?" - подумалось некроманту, но спрашивать он не стал, да и на явно нелегальное присутствие халоргов в Палавии решил махнуть рукой. В конце концов, на то есть пограничные службы, и уж если они проморгали отряд северян, это их личная беда, а никак не мастера-некроманта второй категории Януша Гудзяновски. Его дело - нежить.
   - Так вернёмся к первому вопросу, - сурово сказал некромант. - Зачем девочку забрали?
   - Халорг не берёт чужих детей, у халорга от своих голова трещит, - проворчал старик и вдруг оглушительно заорал: - Гиииирррооо!
   Януш подпрыгнул от неожиданности и приготовился к защите. Но это был вовсе не призыв к атаке. На зов халорга к костру выбежал мальчишка лет десяти и замер. Его лица уже коснулась извечная мрачность северян, но скрыть волнение полностью пока не удавалось.
   - Это Гиро, сын моей дочери, - сказал халорг и зыркнул на мальчишку: - Расскажи шаману, зачем ты привёл девочку.
   Гиро забормотал что-то, потупив глаза.
   - Говори на здешнем языке, чучело, - прикрикнул старик.
   - Гости, - промямлил маленький халорг. - Она просила.
   - Она просила?! - Януш взглянул на Марыську, отчего той захотелось немедленно спрятаться, и очень ласково произнёс: - Марыся, детка, ну-ка расскажи дяде некроманту всё по порядку. А то твой приятель, вишь, язык не очень хорошо знает.
   - Я... - пискнула Марыся, - он это... ну...
   С горем пополам, под конец уже размазывая слёзы под суровым некромантским взглядом, девочка призналась, что познакомилась с Гиро десять дней назад на заднем дворе Петерового дома.
   - Он гуся своровать хотееел, - наябедничала внучка старосты.
   Если бы мальчишка был пойман взрослыми селянами, не миновать ему кольев. Но, на его счастье, детишки не столь заскорузли в представлениях о добре и зле, и Марыська стала расспрашивать странного мальчика вместо того, чтобы испугаться и кликнуть отца. Мальчик понимал её с пятого на десятое, как и она его, но это не помешало им найти общий язык. Гуся списали на упырей.
   - Всё равно у всех пропадают, чем наши не такие? - девчонка шмыгнула носом.
   - А представление на болоте зачем устроили? - поинтересовался некромант. - Всю деревню взбаламутили... Неужели нельзя было по-тихому улизнуть, раз в гости сходить приспичило?
   Девчонка хихикнула:
   - А у них такие глупые рожи были у всех, когда Гиро меня понёс на болото! Они так верещали! Весело было!
   Януш подавил желание достать ремень и тоже повеселиться.
   - Гиро, а как ты её нёс-то? Не тяжело было?
   - Гиро - воин. Гиро - сильный! - выкрикнул мальчишка.
   Старый халорг с гордостью улыбнулся, а Марыська закивала:
   - Да, он сильный. И с ним весело и совсем не скучно. Знаете, дяденька, как у нас всегда скуууучно! А он из лука стрелять умеет, и на руках ходить может, и по деревьям лазить. Я, может, даже замуж за него потом пойду.
   Некромант поперхнулся на вдохе, представив восторг Петера от такого заявления.
   - Ладно, невеста, пусть с тобой отец разбирается. Скучно тебе точно не будет, - прокашлявшись, сказал он и повернулся к халоргам. - Теперь с вами, уважаемые. Я так понимаю, что пропавшие куры, коровы и прочая живность окрестных деревень - это ваша работа?
   - Человеку нужна еда. Халоргу нужна еда. Всем нужна еда, - пожал плечами старик.
   - А вас не учили, что воровать нехорошо?
   - Воровать?
   - Брать чужое!
   - Воин не охраняет - можно брать, - сообщил халорг таким тоном, словно только последний упырь этого не знает.
   Некромант понял, что теряет терпение.
   - В Палавии другие представления о частной собственности, - заметил он. - У нас не принято стоять с мечом возле курятника. Просто другие знают, что этот курятник - чужой, и ничего оттуда не берут.
   - А другой курятник? - спросил молодой халорг, который развязывал Януша.
   - И другой - тоже чей-то.
   - Не понимаю. А если на стоянку пришёл чужой человек, который не знает, что этот - чей-то?
   - У нас все знают, что всё - чьё-то, - сказал некромант и почувствовал, что мозги отказываются работать в таком режиме. Тем более, что из котла, подвешенного над костром, аппетитно пахло варёным мясом и травами, и Янушу захотелось есть ещё сильнее, чем прежде.
   - Надолго вы здесь обосновались? - спросил он.
   - Через восход солнца уходим, - ответил старый халорг и некромант вздохнул с облегчением. - Еда закончилась - халорг остановился, сделал запас, ушёл дальше. Шаман Тогу велел найти незанятые земли - халоргам стало тесно на берегах Ледяной Воды. Ты шаман этой земли - ты знаешь такое место?
   - В Палавии нет незанятых земель, - усмехнулся некромант. - Идите на юго-восток, через Салис и Царство Курм. Там, за Царством, кажется, есть пустыня, которая никому не принадлежит. Но, предупреждаю, там жарко и нет рек.
   - Благодарю, шаман, - кивнул старик, - мы посмотрим на пустыню.
   - Надеюсь, до завтра вам ничего не понадобится в окрестных деревнях? - некромант в упор смотрел на халорга.
   Тот покачал головой:
   - У халорга есть еда на десять восходов солнца. Мои воины закоптили много мяса.
   - Да, уж вы запаслись, - проворчал некромант, встал и скомандовал: - Марыська, идём.
   Девочка нехотя взяла Януша за руку.
   - Прощайте, - он закинул мешок на плечо, - удачи в поисках.
   - И тебе удачи, шаман, - халорги встали и изобразили подобие поклона.
   - Мастер-некромант, - буркнул Януш и поволок девочку через лес к болоту, по пути выломав крепкий шест.
   Перед болотом пришлось посадить Марыську на плечи, хотя некромант с удовольствием протащил бы её по грязи пешком. Девчонка преспокойно устроилась на некромантской шее, что-то напевала и даже попробовала болтать ногами, но Януш на неё рявкнул и побрёл по болоту, импровизированным посохом нащупывая тропинку. Марыська после некромантского рыка чуть поутихла, но потом отошла, заёрзала и занудила:
   - Мне скууучно.... Дяденька колдун, расскажи сказочку!
   - Я лучше тебя в болото сброшу, - прохрипел некромант, у которого уже болела шея. - Сиди смирно!
   Ёрзать девчонка перестала, задумалась, потом спросила:
   - Дяденька колдун, а ты папе про Гиро скажешь?
   - Я подумаю, - ворчливо отозвался некромант. - А будешь обзываться колдуном - скажу обязательно.
   - Ой, не буду! - заверещала девчонка и уморительно серьёзным тоном добавила: - Дяденька икромат, я, честно, не буду.
   Некромант нервно рассмеялся.
   Наконец показался лужок, где толпа селян ещё не разошлась, хоть и поредела.
   - Малышка моя! - закричала жещина, до этого рыдавшая на плече мрачного Петера.
   Родители Марыськи кинулись к некроманту, который с удовольствием скинул им на руки не такую уж лёгонькую девчонку. Ощупав дочь на предмет повреждений, Петер повернулся к некроманту:
   - А упыря порешил, колдун?
   Януш, до этого ещё сомневавшийся, рассказывать ли селянину, какое у него непутёвое чадо, мстительно оскалился:
   - А то! Всех упырей порешил. Больше ни одного не будет.
   А про себя добавил: "С завтрашнего дня".
  
  
   Вареники, конечно, давно остыли и плохо лезли в глотку под подозрительным взглядом терновского старосты. Януш не отказался бы от чарки чего-нибудь веселящего, но идти в шинок не хотелось, а недогадливый хозяин выпить не предлагал. Только сверлил взглядом некроманта и восклицал:
   - Ну хоть бы одну голову принёс! Откуда ж мне знать, мож, ты там ихних упырей извёл, а наши снова шкодить будут!
   Некромант издал тоскливый рык:
   - Ты их, что ли, в лицо узнаёшь? Сказано тебе - прахом рассыпались! Заявку заверь!
   Староста вздохнул:
   - Дык ить заверить-то можно... Но откуль же ж мне знать, шо то были наши упыри...
   Януш молча потянул очередной холодный вареник уже из принципа - предыдущие легли в пустой желудок тяжёлым комом.
   - А ты их точно всех... того...а?
   Некромант начал медленно подниматься:
   - Я сейчас кого-то тоже... того! - через непрожёванный вареник слова выходили невнятно, но выражение лица его было неоднозначным.
   Староста попятился, икнул и наложил на себя сразу три охранительных знака:
   - Заверю я, заверю!
   Он нырнул за цветастую занавеску, чем-то погремел, повздыхал и вышел с берестяной коробочкой и пузырьком чернил. Из коробочки достал деревянную резную печать, потыкал в ветошку, смоченную чернилами, и с торжественным лицом пришлёпнул поданную некромантом бумагу. Видно, знаком своей власти старосте выпадало пользоваться нечасто.
   Януш помахал заявкой, чтобы высохло - спорить с секретарём Гильдии из-за размазанной печати было делом неблагодарным и нудным, аккуратно уложил документ во внутренний карман куртки и потянулся:
   - Ну, я спать.
   - А...
   - Ну чего ещё?
   - А вы, господин маг, разве не сегодня уезжаете?
   - А ты видишь моего коня? Или у меня есть крылья? - огрызнулся некромант.
   - Дык я бы вас до тракта-то подвёз, а там аккурат и вечерняя карета бы подъехала. За ночь до Тапу доедете, а там уже и Охрянка недалеко.
   Януш задумался - с одной стороны, чем раньше он уедет из Терновки, тем быстрее доберётся до любимого дивана. А с другой, трястись всю ночь в тесной карете с такими же неудачниками - дураков нет.
   - Завтра с утра разбудишь и отвезёшь, - распорядился он
   - Дык завтра с утра-то мне в поле надо... Может, сегодня, а? - не терял надежды выпроводить опасного гостя староста.
   Некромант обернулся, показал старосте фигу и отправился спать. Снились ему упыри с рожами халоргов, Марыська, обещающая некроманту выйти за него замуж, и сковорода с печёными карасями.
  
  
  
   Февраль 2009
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"