Созутов Семен Евгеньевич: другие произведения.

Летописи Танарты

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


  • Аннотация:
    Все летописи Танарты в одном файле. (Вся "Башня Теней" плюс первая часть "Историй древних героев").

  Летописи Танарты.
  
   История первая. Авар.
  
  
  Карта мира Танарты [Созутов Семен]
  
  
   Пролог.
  
  
  
  
  
  
  
  -Идра!... Идра! Где ты, мать твою!... - В дупель пьяный здоровенный мужик под пятьдесят, заросший густой сивой бородой до самых глаз свирепо ругался, пытаясь отыскать свою непонятно куда запропастившуюся жену.
   Та же в свою очередь забилась в угол деревянного сарая, тщетно пытаясь унять дрожь и дикую боль в животе. Идра была на последнем месяце беременности. А еще Идра была крестьянкой, проживавшей на окраине славной Кортурской империи вместе с мужем-забулдыгой в маленьком покосившемся домике.
   Старый Дибр был законченным пьяницей уже довольно давно и ни в какую не желал исправляться. К тому же он обладал изрядно злобным нравом и донельзя тяжелой рукой, так что несчастная девушка частенько оказывалась крепко бита за любую даже малейшую провинность, а то и вовсе без оной.
   Вот и сегодня Дибр снова с самого утра добре нарезался самогонкой и начал гонять жену. Причем его не смутило даже то, что она была беременна. Идра, пользуясь опьянением супруга, сумела убежать, но тут как назло ее скрутили сильные схватки внизу живота. Похоже, пришла пора рожать.
   Девушка выгнулась дугой и отчаянно закричала. Боль была резкой и сильной, но младенец вышел неожиданно легко. Был он весьма легок даже для новорожденного, однако вроде бы родился здоровым. Наскоро осмотрев ребенка, женщина испуганно сжалась. Дибр как бы сильно не был пьян, не мог не услышать ее крик.
   Однако сегодня ей повело дважды. Ее муж был настолько пьян, что по ходу поисков жены запнулся о полено во дворе и рухнул на землю, сильно ударившись головой, отчего тут же вырубился и оглушительно захрапел, так и не найдя свою благоверную.
  
  
  
   Глава первая. Звереныш.
  
  
  
  
  
   Большие серые птицы ходят и летают по двору, опасливо подбирая крошки хлеба и прочей еды завалявшейся на земле. Угрюмый худой мальчуган в лохмотьях с грязными темными волосами с длинной седой прядкой пристально наблюдает за ними, сжавшись, словно дикий зверь.
   Он не знает названия этих птиц, ему просто очень хочется есть. Не знает он также и своего имени. Он вообще не умеет разговаривать. Потому что не научили. Потому что все время, сколько он себя помнил, он сидел на цепи, словно дворовый пес, ночуя в грязной собачьей конуре.
   Воровато, оглянувшись, мальчуган бросил в сторону птиц несколько хлебных крошек. Те, заинтересовавшись угощением, подошли ближе. Еще бросок. Птицы подошли еще ближе... ближе... Росчерк! Фигура паренька метнулась, словно темная тень, схватив худыми, но невероятно цепкими руками одного из голубей.
   Тот, было, затрепыхался, но мальчуган одним движением свернул ему голову и скрылся в конуре. Уже там, в безопасности он с наслаждением впился острыми крепкими зубами в шею птицы и начал жадно сосать кровь. А затем, наскоро ощипав перья, разодрал тушу голубя надвое и с наслаждением принялся поедать сырое еще теплое мясо. Ммм, вкуснота...
   Сегодня ему повезло. Он не остался голодным, хотя подобное нередко, надо признать, случалось с ним. Папаша Дибр своего отпрыска не кормил вообще. Иногда, правда, его подкармливали соседи, но они сами были бедны и посему не могли дать многого.
   Мать же парня умерла вскоре после родов. Дибр не соизволил тогда расщедриться на лекаря, и она померла от внутреннего кровотечения. После этого Дибр хотел, было снова жениться, но никто из женщин в деревни не счел сего кандидата достойным своего внимания, и посему, не достигнув успехов на любовном поприще, он окончательно превратился в никчемного пьяницу.
   Мальчуган же рос как дикий зверек. Непонятно как он вообще не помер еще во младенчестве, но чудеса, по всей видимости, все же иногда случаются, и он выжил. Однако, папаша, когда сын более-менее подрос, посадил его на цепь примерно в возрасте трех лет, чтобы тот не мешал ему пить.
   Ныне парню было пять, а он до сих пор не умел говорить и даже не имел собственного имени. Однако интеллектом и инстинктами природа явно его не обидела. Звереныш рос, набирался сил, и все чаще пробовал на прочность свою цепь.
   Папаша редко заглядывал к нему. Лишь тогда когда был не слишком пьян, и ему требовалось сорвать на ком-нибудь свою злобу. И тогда он бил парня кнутом. Правда, издали, поскольку однажды тот ухитрился вцепиться ему зубами в ногу и разорвать плоть до мяса. И такая злоба была тогда в пятилетнем мальчике, что даже Дибр, бывший далеко не робкого десятка не осмелился более приближаться к нему.
   А в свободное время, в те редкие минуты, когда мальчик не был голоден, он смотрел на голубей, летавших по двору. Он мечтал сам стать птицей и улететь прочь из опостылевшей собачьей будки, и вот однажды ощутил, как его тело начало вопреки всем законам гравитации подниматься над землей...
   Радость, восторг, упоение... Нет, эти чувства не описать обычными человеческими словами. Нет тех слов, чтобы описать чувства во время полета того, кто изначально был рожден без крыльев. Мальчуган испытал их в полной мере.
   Однако жизнь научила его относиться ко всему прагматично. Пусть не через разум, пусть на одних инстинктах, но он начал тренировать свою новую способность. Несколько месяцев он летал по ночам, пока все спали вокруг собачьей будки, насколько позволяла ему его цепь. И вот, наконец, однажды ночью проржавевший металл не выдержал, и цепь оборвалась.
   Мальчуган с диким ликующим визгом взвился высоко в воздух. Его первой мыслью было лететь прочь. Лететь прочь как можно быстрее от того ада, в котором он был рожден. Однако затем неожиданно новая мысль пробилась в его мозг.
   Тот бородач, который бил его и посадил на цепь, сейчас валяется пьяным в доме. Мальчуган знал это, ибо дверь была не заперта, и богатырский храп Дибра разносился далеко окрест. Идеальная добыча для воров была бы, если б у Дибра было бы еще что брать.
   Темная злоба вспыхнула в душе мальчика. Его обидчик должен быть наказан. Широкий мясницкий нож был воткнут в деревянную колоду, на которой Дибр иногда резал кур, одним ударом отрубая им головы. Мальчик видел это не раз...
   Выдернуть его оказалось не так уж и трудно по сравнению с разорванной цепью так и вовсе сущий пустяк. Мальчик осторожно вошел в дом. Дибр валялся на полу, раскинув руки, и громко храпел. Дальше он уже не колебался ни мгновения. Темный инстинкт сам подсказал ему, что нужно делать. Одно быстрое движение, и бородач захрипел перерезанным горлом. Он умер, так и не проснувшись. Сегодня мальчик сполна отомстил судьбе за свои предыдущие унижения.
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  -Эй, парень!... Да, ты, я тебе говорю!... Подойди сюда!
   Девятилетний парнишка в грязных лохмотьях злобно окрысился и зарычал. Трое молодых парней явно бандитской наружности захохотали.
  После того как мальчик убил своего отца, он четыре года скитался по западному Кортуру, воруя еду и ночуя где придется. На глаза людям он старался по возможности не попадаться, следуя инстинкту. Вот в одной из подворотен небольшого городка Трин он и наткнулся на тамошних головорезов.
  -Ты гляди, а парень то с норовом!
  -Ничего, нам как раз такие и нужны... - Хмыкнул другой. - Эй, парень, как тебя зовут? Имя есть?
  -Аааррр... аааррр....
  -Авар? Твое имя Авар? Прям как у благородного... Слышь парень, есть хочешь? Пойдем со мной... - Бандит помахал перед лицом мальчика краюхой черного хлеба.
   Мальчик сглотнул голодную слюну. Есть он хотел. И сильно.
  -Ну, давай иди же... - Подначивал головорез. - Мы тебя не тронем...
   Мальчуган недоверчиво покосился на него, но все же подошел и быстро выхватил краюху из руки бандита. Тот попытался, было поймать его за шиворот, но мальчик в ответ на это злобно зашипел и стремительно взвился в воздух, отлетев шагов на десять назад.
  -Слышь, ты это видел... Ну ничего себе...
  -Слушай, Курм, может ну его к тьме? Сам же видишь, не человек он... - Неуверенно протянул один из бандитов.
  -Человек не человек, а парень с такими талантами нам в любом случае не помешает. - Нахмурился Курм, загорелый мускулистый черноволосый парень лет двадцати пяти. - Эй, парень, подойди ко мне!... Да не бойся, больше тебя никто здесь не тронет! Ты же есть хочешь, а у нас в ухоронке еще много еды для тебя!... Ну?... Пойдешь?... Пошли, пошли... Ну вот и славно...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Так мальчик попал в банду Курма. Они промышляли в одном из бедных районов Трина кражами и грабежами, живя в одном из городских подземелий. Иногда парни совершали и убийства на ночных улицах города, но с этим все же старались не перебарщивать, ибо тамошняя стража все же не зря ела свой хлеб, и на убийц охотилась особенно рьяно.
   Всего в банде было около полутора десятков человек, причем лишь пять из них были взрослыми парнями как сам Курм. Остальные же были подростками, а то и вовсе совсем еще пацанятами наподобие самого Авара.
   Авар... звучное, красивое имя. И сильное. Оно пришлось по душе мальчику, и теперь он откликался только на него. Его способности преступники использовали для того, чтобы проникать в богатые дома через распахнутые окна. Причем добыча в таких случаях всегда доставалась старшим, а Авара потом только сытно кормили.
   Курм вообще был крайне невысокого мнения относительно интеллекта мальчика, поскольку тот до сих пор даже не говорил. Остальные необычного паренька побаивались и не задирали без нужды, но при этом и сближаться не пытались. Посему вышло так, что Авар был единственным в банде, кто совсем не имел друзей, если не считать, конечно, самого Курма, но тот больше относился к нему со снисходительной заботой сопряженной с жаждой наживы на его способностях, нежели реально любил, посему дружбой подобные отношения можно было назвать лишь с очень большой натяжкой.
   Однако Авар на самом деле был далеко не так прост, как казался на первый взгляд. Все то время что он провел в банде Курма, мальчик учился. Присматривался к людям, прислушивался к их разговорам, и вот через четыре года после того памятного дня, когда и состоялось их знакомство, он неожиданно для всех подошел к Курму, который как раз был занят подсчетом добычи, и решительно выдал.
  -Я хочу свою долю.
   Народ в ухоронке пораженно уставился на него. Ни разу, подчеркиваю, ни разу до сего момента мальчик не произнес ни слова. Многие вообще считали его за дикого зверя, неведомо зачем принявшего человеческий облик. И вот на тебе...
  -Ээээ... я понял тебя. - Стараясь справиться с потрясением, выдавил из себя Курм. Он был сильнее всех в банде, однако Авара, несмотря на его двенадцать лет и крайне невнушительную комплекцию по понятным причинам инстинктивно опасался, и теперь не решился ему отказать.
   Худой, грязный с длинными черными волосами, в которых явственно проглядывалась седая прядь и диким огнем в глазах, Авар, тем не менее, сейчас выглядел грозно.
  -Так сколько ты хочешь?
  -Шестую часть от всего. И так теперь будет всегда.
  -Ладно, уговорил...- Натужно рассмеялся Курм и протянул ему горсть серебряных монет. - Теперь мы в расчете?
  -В расчете. - Серьезно кивнул Авар и направился восвояси. Сегодня у него был повод для того, чтобы гордиться собой...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  -Нет, так дело не пойдет... - Курм раздражено вышагивал из угла в угол. В их ухоронке было два помещения. Одно побольше предназначалось для "молодняка", другое поменьше для "старших", элиты банды. Сегодня там проходил закрытый совет на котором присутствовало всего два человека... - Сегодня он требует от меня доли, а завтра захочет занять мое место... Этому не бывать!
  -Ну, так что, прирежем ночью по-тихому и вся недолга! - Хмыкнул другой парень, похожий на Курма как родной брат. Им он, к слову, сказать, и был.
  -Не скажи, Шевр. - Не согласился главарь. - Спит он чутко, да и потом,... а вдруг его вообще нельзя убить?
  -Ну это уж ты перегнул... Помнишь он тогда порезался ножом?
  -Ага, и порез зажил за день!
  -Но все же...
  -Нет, не будем рисковать. - Отрубил Курм. - Завтра у него дело... Вот и сообщим куда надо... Пусть с ним городская стража разбирается... У них все одно опыта больше в этих делах...
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Выходя на очередное дело, Авар не особенно нервничал. Подумаешь, делов то влететь в дом, забрать все мало-мальски ценное, да и смыться по-тихому! С его то опытом... плевое дело!... Нет все же надо было потребовать у Курма не шестую часть а половину... А то что это за дела, он работает, а они жируют за его счет... Нет, с этим пора завязывать...
   Рассуждая таким образом, Авар не заметил как достиг нужного дома. В этом квартале жили состоятельные граждане, и тут всегда было чем поживиться. Правда, данный район контролировали совсем другие банды более сильные и многочисленные, но это ничего не значит. Он не оставляет следов. А значит ни его банде, ни ему самому ничего не угрожает.
   Окно в доме по летнему времени было широко распахнуто. Двухэтажный особняк из темного кирпича. Дом, который он возьмет сегодня. Долгие колебания были не в природе парня. Фигура в лохмотьях взвилась высоко в воздух и влетела в окно. Чья-то спальня. Пустая. А на столике золотые украшения... Неслыханная удача!
   Вот только почему горит ночник? Что здешние обитатели настолько богаты, что могут позволить себе жечь масло, не экономя? Похоже на то... Авар уже протянул руки к украшениям, как вдруг внезапно на его голову обрушился тяжелый удар, и свет померк в его глазах...
  
  
  
  
  
   Глава вторая. Турак.
  
  
  
  
  
  
   Очнулся Авар уже в грязной тюремной камере на вонючей подстилке из соломы. Было здесь душно, донельзя воняло, и по камере туда-сюда сновали крупные серые крысы, однако парню было не привыкать. Доводилось ему бывать в местах и похуже...
   Более менее придя в себя, Авар выругал себя самыми последними словами. Расслабился, зазнался, почувствовал себя неуязвимым... ну и как следствие получил то, что заслужил. На деле нельзя расслабляться... Все время надо на стреме быть...
   Однако же крепко его приложили. До этого раза Авара еще никто не вырубал, а ведь случалось ему схлестываться в драках с парнями гораздо старше и тяжелее себя. И он всегда побеждал. А здесь, поди ж ты, опростоволосился...
   Через несколько часов здоровенный угрюмый стражник принес ему миску какой-то вонючей каши и кружку воды. Авар с аппетитом поел, а затем провалился в долгий тяжелый сон...
  
  
  
   ***
  
  
  
   Проснулся он от грубого пинка под ребра. Тот самый стражник, что принес ему еду, мрачно посоветовал ему побыстрее подымать свою задницу и идти за ним. А то господин следователь не любит ждать.
   По грязным тюремным коридорам Авара ввели в небольшое помещение, где стоял большой письменный стол, за которым сидел невзрачный человечек лет сорока в красном мундире и что-то сосредоточенно писал.
  -К капитану обращаться, Ваша Милость. - Злобно прорычал стражник на ухо Авару и грубо пихнул его внутрь.
   Авар разочарованно выдохнул. Окон здесь не было, а значит, на побег нечего было и рассчитывать. Свет давали несколько факелов, висевших на стенах.
  -Кто такой? Имя. Сословие. - Брезгливо процедил человечек, отрываясь от писанины.
  -Авар. Бродяга. - Поколебавшись, выдал паренек.
  -Ваша Милость! - Грубо ткнул его кулаком в спину давешний стражник.
  -То бишь сословия своего не знаешь? - Прищурился следователь.
  -Отец крестьянином был... вроде бы... Ваша Милость...
  -Ясно. Где проживал отец?
  -Не помню, Ваша Милость ...
  -Сам где живешь?
  -Где придется...
  -Понятно... Зачем влез в дом ювелира Лама?
  -Есть хотел, Ваша Милость.
  -А украшения зачем крал?
  -Я не крал, я только посмотреть, Ваша Милость ...
  -А ты у нас еще и шутник, оказывается... - Неприятным голосом протянул следователь. - В бандах состоишь?
  -Нет, один я, Ваша Милость ... - Протянул Авар. Товарищей сдавать нельзя. Непреложный закон улицы. Да и самому Авару подобное претило на глубинном уровне.
  -Ясно... Ну что ж, все очевидно. Бродяжничество, попытка кражи со взломом.
  -Я ничего не ломал...
  -Молчать! Так о чем бишь я... Ах да... Попытка кражи со взломом. Приговор ясен. Пятнадцать лет каторги.
  -За что?
  -За все хорошее. - Отчеканил следователь, холодно уставившись в серые глаза растерянного Авара, а затем, уже обращаясь к стражнику, брезгливо процедил. - Увести преступника...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Через два дня Авара этапировали к месту отбывания наказания. Тот все надеялся подгадать удобный момент и улететь куда подальше, но стражники, перед тем как вывести его на улицу из здания городской тюрьмы набили ему на шею и запястья тяжелые деревянные колодки, в которых далеко не улетишь, тем паче, что стражи, помимо всего прочего были вооружены еще и арбалетами.
   Сам этап состоял из трех десятков осужденных, также забитых в колодки и двух десятков конных стражей, которые нещадно погоняли их кнутами по ходу движения. Путь до места отбывания наказания занял у колонны конвоируемых четыре дня.
   Каторга располагалась совсем неподалеку от границ Кортура и Туннакра еще западнее Трина. Здесь заключенные добывали золотую руду. Большой лагерь с разбросанными повсюду деревянными бараками не был обнесен забором или рвом, зато каждому каторжанину здесь едва снимали колодки, тут же на ногу надевалось тяжеленное железное ядро, с которым и ходить то было трудно, не то что бегать. Снять его самостоятельно не было практически никакой возможности. Разве что напрочь отпилить себе ногу. Посему здешние заправилы не особенно опасались побега.
   Сам лагерь был разделен на две части. В первой располагались жилища гарнизона пограничной стражи, которая по совместительству также охраняла и самих каторжан. Во второй же ютились бараки осужденных. Эти постройки были поплоше и не столь добротно сделаны, однако заключенным было не из чего выбирать.
   Авара определили жить в один из бараков. Старшим над бараком оказался Турак. Пожилой крепкий дядька лет пятидесяти. Наполовину туннакрец, наполовину кортурец. Староста барака оказался справедливым человеком, чуждым гонора и дешевых понтов. Он тут же указал новичкам на их спальные места, а затем весь барак отправился на боковую, поскольку время уже было довольно позднее, а на завтра их всех, как впрочем, и всегда, ждала тяжелая работа...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Авару не спалось. Нечто тревожное ли витало в воздухе, или парень просто перенервничал из-за прибытия на новое место, но он никак не мог уснуть. Лежа на спине с открытыми глазами, он неожиданно заметил неясную темную тень, метнувшуюся в тот угол, где располагалась шконка старосты.
   Дальше уже действовали инстинкты. Стремительно соскользнув со своего лежака, парень неслышно как кошка пробрался следом, подхватив на руки ядро, чтоб не гремело. И вовремя. Он успел перехватить руку мужчины в тот самый момент, когда он уже занес деревянную заточку над спящим Тураком.
   Злоумышленник попытался, было бороться, но тут острые зубы гибкого Авара впились ему в ухо, и тот, не выдержав, заорал от боли. От криков проснулся сам Турак и практически весь барак.
  -Что здесь происходит? - Грозно уставился он на замерших Авара и его соперника.
  -Да вот, старшой, этот хотел тебя прикончить! - Злобно уставился мужчина на угрюмого Авара.
  -Да ну? - Не поверил Турак. - И зачем тебе было это надо, парень? - Повернулся он к Авару.
  -Он лжет. - Прорычал Авар. - Он сам хотел тебя убить...
  -Ну что твое слово против его. - Задумчиво протянул Турак. - Да только тут вот какая несостыковочка получается, Игр. Заточка то у тебя в руке... Да и потом ты что, хочешь мне сказать, что этот пацан, едва придя сюда, стал бы меня убивать? Зачем... А вот то, что ты давно на мое место метил, ни для кого не секрет... Ну что, сам во всем сознаешься или помочь тебе?
  -Да пошел ты! - Злобно ощерился Игр. - Ты давно уже всем поперек горла со своими правилами!
  -Ну, коли так, пущай народ сам мне об этом скажет. - Пожал плечами Турак. - Есть здесь такие, кто считает также как Игр?... Нет?.... - С этими словами он коротко кивнул, и трое здоровенных заключенных, громыхая ножными ядрами, сноровисто скрутили Игра. Один из них деловито перекрыл ему широкой ладонью рот и нос и, дождавшись, пока тело перестанет дергаться, брезгливо выпустил обмякший труп.
  -Ну, все вопрос решен. - Флегматично хмыкнул Турак. - А ты, парень, давай ка перебирайся ко мне поближе. - Улыбнулся он Авару. - Мне такие люди как ты здесь ох как нужны...
  
  
  
   Глава третья. Бои.
  
  
  
  
   Так Авар стал одним из приближенных Турака. Это означало, что ему теперь не нужно было ходить на работу вместе с остальными заключенными, а вместо этого он должен был с еще десятком самых крепких и свирепых обитателей барака присматривать за порядком.
   Было это не так уж и легко как на первый взгляд. Нередко приходилось устраивать разборки с силовиками других бараков за лучший кусок земли, которые нередко кончались кровавыми драками. Стража на подобное смотрела обычно сквозь пальцы.
   Элита заключенных держала в повиновении остальных осужденных, получая взамен лучшую кормежку и право не работать вместе с остальными. При этом, однако, в бараке Турака все было более или менее по справедливости. Да, его люди не работали, но при этом они обеспечивали порядок, в корне пресекая стычки между рядовыми заключенными, да к тому же выбивали для них лучшие участки для работы и еду. Так что все познается в сравнении...
   К тому же в лагере существовало еще одно развлечение. Бои без правил. Бои без правил устраивались между осужденными на совершенно законных основаниях с ведома охраны, которая и сама была весьма падка на подобные зрелища.
   К тому же на бойцов делались ставки и зачастую немалые, что служило дополнительным источником заработка для охраны и некоторыми привилегиями для заключенных. Авар тоже вызвался участвовать.
   Сперва Турак поставил его против молодого парня Рена из своего окружения. Был тот молод, лет восемнадцати, среднего роста и весил около восьмидесяти килограмм. Смуглое мускулистое тело его было лишено даже малейшего намека на жир.
   Турак специально поставил Авара против Рена, чтобы тот понял, что двенадцатилетнему парню в таких поединках участвовать нечего, однако все повернулось не так, как он рассчитывал. В Аваре на данный момент не было и пятидесяти килограмм, однако мистическая сила, которой он обладал, позволяла ему наносить гораздо более резкие и сильные удары, нежели обычно наносили люди его веса.
   Поединок проходил на улице. Было довольно жарко, да к тому же сильно мешало ядро на ноге, но... его противник также был скован и потел не меньше, так что Авар все же рассчитывал сегодня на победу. Рен начал поединок неторопливо. Он был уже довольно опытным бойцом, несмотря на юные годы и потому неторопливо вышагивая вокруг Авара, неожиданно резко нанес ему прямой удар правой ногой.
   Авар пропустил ее над собой, присев, а затем резко выпрямился. Не ожидавший этого Рен растянулся на земле, однако тут же вскочил и обрушил на него целый град ударов руками. Если бы не ядра, сильно сковывающие движения обоих, Авар вряд ли выдержал бы этот натиск. А так ему удалось подхватить свое ядро на руки и резким прыжком, подкрепленным магией разорвать дистанцию.
   Рен вынужденно замешкался, и Авар, пользуясь этим вновь высоко подпрыгнув, оказался прямо перед его носом и нанес ему два быстрых хука слева и справа. Оба удара попали плотно, и Рен поплыл. Третий удар, апперкот правой, довершил начатое, отправив самоуверенного юношу в глубокий нокаут.
   Зрители, наблюдавшие за поединком, восхищенно заорали. На их памяти это был первый раз, когда столь юный парень участвовал в подобном. А тот факт, что он еще и одержал победу...
  -Поздравляю, парень. - К довольному Авару приблизился Турак. - На вот держи тебе за труды. В ладонь юноши перекочевала серебряная монетка. - Однако как же ты силен! С этой штуковиной и так высоко прыгать... Представляю каким ты станешь, когда вырастешь... Недооценил я тебя, недооценил... Ладно, то дело прошлое, что же до нынешнего... Завтра у нас бои с другими бараками. Нужны победы. От этого, сам понимаешь, многое зависит. Хочу тебя в один из поединков поставить. Как, сдюжишь?
  -Постараюсь. - Серьезно кивнул головой Авар.
  -Постарайся, парень, постарайся... И помни. От того, как ты себя завтра покажешь, во многом зависит твое дальнейшее будущее...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   На следующее утро заключенные и охрана собрались в самом центре лагеря, где земля была вытоптана практически до идеально ровного состояния. Там же белой краской был очерчен круг, своеобразная арена, за который заступать было запрещено под угрозой поражения. Здесь должны были проходить поединки бойцов. Терять время даром было не в характере здешнего контингента, и посему бои начались, едва прибыл тысячник гарнизона, гроза всего лагеря, важный тучный усатый человек по имени Дамбит.
   Первые два поединка не особенно впечатлили собравшихся. Затем выпал черед идти Авару.
  -Давай, парень не подкачай. - Хлопнул по плечу парня Турак. - Я на тебя поставил изрядную сумму...
   Шагнув в круг, Авар внимательно пригляделся к своему противнику. Тот был молодым полноватым парнем, причем по классу боя явно ниже Рена, так что Авар не особенно нервничал, однако рисковать не стал и, едва прозвучал сигнал к началу поединка, высоко подпрыгнул и мгновенно преодолев расстояние, отделявшее его от соперника со всей дури врезал ему головой в переносицу.
   Сила удара была такова, что у Авара на миг потемнело в глазах. А его соперник так и вовсе рухнул как подкошенный с напрочь расквашенным носом. Было понятно, что больше он уже не поднимется.
   Заключенные при виде этого зрелища принялись восторженно орать и улюлюкать. Бой их явно впечатлил. Особенно тем, что в нем участвовал совсем еще юный парнишка, мальчик по сути.
  -Нда... и где ж ты откопал такое сокровище? - В широкую ладонь Турака перекочевал увесистый кожаный мешочек, в котором приятно позвякивало серебро.
  -Где откопал, там уже нет. - Отшутился староста барака.
  -Слышь, а давай новое пари! - Не унимался Ильхор, молодой капитан кортурской стражи. - Поставим твоего парня против Имаза! Как, хватит смелости рискнуть?
  -Рановато ему драться против него. - Нахмурился полукровка. - Пацан он еще совсем...
  -Нет, погоди, так дело не пойдет. - Неприятно сощурился капитан. - Я сейчас по твоей милости крупно проигрался. А я этого крайне не люблю. Так что думай. Или выставишь своего против Имаза, или тебя и твоих людей ожидают крупные неприятности. Ты знаешь, я смогу тебе это устроить. Тем более в связи с недавним убийством одного из твоих людей. Я закрыл на это глаза тогда,... но могу и открыть... Так как?
  -Хорошо, уговорил. - Через силу выдавил из себя Турак. - Только пусть этот бой будет последним, лады? Все же парню надо отдохнуть, настроиться...
  -Лады. - Хищно усмехнулся Ильхор. - Думаю, бой этот станет отличным завершением сегодняшнего шоу...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Бои продолжались до полудня. Люди Турака были сегодня в ударе. Из десяти поединков они проиграли лишь три, и это считалось очень хорошим результатом, благо остальные бараки выставляли на поединки своих лучших бойцов.
   И вот, наконец, финальный бой. Авар против Имаза. Имаз был тяжеленным коренастым мужиком с изрядной долей лишнего веса и огромной силы. На сегодняшних боях он поверг уже двоих бойцов, причем последнего поднял над головой и сломал о колено как деревянную куклу. Несчастный умер на месте...
   Имаз лениво разминался в своем углу. Он не нервничал вообще. Да мальчишка конечно бесспорно силен для своих двенадцати лет, но... ему всего двенадцать! Что это за боец... Тем более против взрослого стадвадцатикилограммового мужчины, который половину жизни прослужил в Кортурской армии, воевал против Туннакра, и лишь по воле судьбы злодейки стал узником этого проклятого всеми богами места.
   Авар начал поединок осторожно. Сперва он долго присматривался к сопернику, который в свою очередь разглядывал его словно некое диковинное насекомое, а затем неожиданно резко ударил его кулаком в лицо. Удар достиг цели и разбил Имазу губу, но тот вдруг неожиданно резко нанес ответный удар, и парнишка кубарем покатился по земле.
   Богатырь не спешил добивать его, лениво оставаясь на месте, лишь утер кровь с разбитой губы. Похоже, он все еще не воспринимал Авара всерьез. Его соперник поспешно вскочил. Удар Имаза основательно встряхнул его, но парень оправился быстро.
   Имаз же, видя, что соперник поднялся на ноги, лениво подошел и нанес ему точно такой же удар, как и в первый раз. Но Авар успел подхватить свое ядро и выставить его перед собой. Великан взвыл, тряся отбитой кистью, и парень сполна воспользовавшись оплошностью противника, швырнул ядро тому в лицо.
   Чугунное ядро, разбив лицо Имазу, упало тому на ногу, заставив запрыгать на месте. Авар же, довершая успех, изо всех сил ударил богатыря свободной от ядра ногой прямо в пах. Имаз тоненько заскулил и рухнул на землю, держась за причинное место, и Авар последним завершающим штрихом прыгнул ему обеими ногами на лицо, усилив удар магией.
   Брызнула, кровь, и Имаз судорожно засучил руками и ногами в агонии. Последний удар вогнал ему носовую перегородку в мозг и оказался фатальным...
  -Держи... - Капитан Ильхор с ненавистью швырнул в лицо Тураку его выигрыш. Тот ловко поймал, не обратив внимания на грубость служивого. Так было проще. - Нечестно дерется твой выкормыш... - Не унимался капитан. - Забил моего бойца ядром... нечестно...
  -Да ладно тебе, старшой. - Хмыкнул Турак. - Сколько раз на боях люди об цепку эту запинались... Да и самим ядром били... что в первой... То уже как часть тела лагерника!
  -Да, вы, отбросы, уже давным давно не люди... - Брезгливо скривился Ильхор. - Ладно, вали в свой барак и постарайся в ближайшее время не показывать мне свою гнусную рожу... Чтоб я еще хоть раз с тобой связался...
  
  
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  -Молодец парень. - Скупо похвалил Авара Турак, после того как день поединков подошел к концу, и заключенные вернулись в свои бараки. - Красиво сработал. Красиво... Однако теперь у меня из-за тебя большие проблемы с капитаном Ильхором... Да и у тебя тоже.
  -Это с тем белобрысым? - Поморщился Авар. - А чего ему не так?
  -Чего, чего... денег он много проиграл вот чего... Да не своих... Поназанимал в долг у всех кого только можно, а отдавать нечем... И ладно бы только у лагерников или своих подчиненных, так нет же. И у начальства сподобился... Так что отдавать как ни крути надо...
  -Может, дать из наших? - Робко предложил Авар.
  -Нет, нельзя. - Нахмурился Турак. - Мы выиграли и выиграли честно. Дашь один раз и будешь потом платить всю жизнь. Запомни это, парень. Никогда и никому не показывай своих слабостей, даже если этот кто-то сильнее тебя. Потому что так есть хоть какой-то шанс уцелеть. А проявишь слабину - сожрут сразу. И имени не спросят...
  -Так что нам делать то?
  -Что, что жить как и раньше... Авось и пронесет ветер перемен беду мимо нас... Дай Небо, чтоб так было...
  
  
  
   Глава четвертая. Нападение.
  
  
  
  
  
  
   Три дня в лагере прошло, как и обычно, а на четвертый день прибыло пополнение. Угрюмые невольники пугливо озирались на новом месте, подгоняемые тычками копий сытой стражи и, громыхая ядрами, торопились на место своего нового проживания.
  -Герн, это ты? - Вытаращился Авар на паренька примерно его возраста.
  -Авар! - В свою очередь изумленно выдохнул тот. - Какими судьбами?!... Хотя чего это я... все ж ясно было...
  -Что ясно? - Непонимающе нахмурился Авар.
  -Да сдали тебя старшие, чего ж тут неясного... - Нехотя протянул Герн. - А меня вон за карманную кражу взяли... За дрянной кошель мне бы плетей только всыпали, так фраер тот, кого я подрезал, сказал, что у него там целая гора золота была... Сука... - Герн со злостью сплюнул на землю.
  -О том, что Курм меня сдал, откуда знаешь? - Сверкнул глазами Авар.
  -Знаю... - Хмыкнул Герн. - Тальк их разговор подслушал... Хотели тебя предупредить, да побоялись Курма...
  -Понятно... - Выдохнул Авар. - Ну, что ж, спасибо и на этом. Хошь, я Турака попрошу, чтоб он тебя к нам в барак определил?
  -Было б хорошо... - Улыбнулся Герн. - Все не чужие люди...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Турак Герна взял, хотя сперва и поворчал для порядка. Мол, слишком много малышни в бараке. Герн оказался весьма посредственным бойцом и потому его, как и большинство остальных заключенных нарядили на работу. Впрочем, тот был доволен и этим.
   Еще двое суток прошли без происшествий, а затем днем, в самый разгар работы за Аваром пришли...
  -Давай, собирайся. Тебя капитан хочет видеть. - Нагло протянул один из двоих стражников, посланных за парнем.
   Авару с первых секунд не понравился ни его тон, ни гнилой, бегающий взгляд. Стражи явно задумали недоброе.
  -Вы, господа стражи, гуляйте себе мирно. - Спокойно протянул Турак, но глаза его при этом полыхнули темным недобрым огнем. - Нечего моему парню у капитана делать. Тем более сейчас.
  -Слышь, староста, ты бы не борзел... - Нагло протянул крепкий мускулистый детина с наглыми голубыми глазами, тот самый который заговорил первым. - А то ведь так ненароком и места лишиться можно...
  -Тебя не спросил, сопля недозрелая. - Ровно проговорил Турак, но стражи от его тона попятились назад. - Ты кто? Мелкая сошка, лопушок, который приказы исполняет. А ты что, думаешь, я на тебя управы не найду. Одно мое слово, и тебя найдут со вспоротыми кишками. И ничто, ничто, не укажет на меня. Сомневаешься в моих словах, так поинтересуйся у тех, кто подольше твоего служит... И капитан твой ничего мне не сделает. Его задача караулом командовать, а не лагерников казнить без суда и следствия. Или ты думаешь, я не догадался?... Пошли вон отсюда. Оба.
   Голубоглазый страж еще попытался, было восстановить статус кво, но один пристальный взгляд Турака напрочь отбил у него всякую охоту спорить дальше. Стражи еще потоптались с секунду, а затем вышли вон, как и было приказано. И тот факт, что приказал им не их законный начальник, а обычный заключенный, пусть даже и весьма авторитетный, почему-то в тот момент совершенно не пришел им в голову...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Они хотели меня убить? - Напряженно спросил Авар, едва стражи убрались восвояси.
  -Да, парень, влипли мы с тобой... - Задумчиво протянул Турак. - Теперь тебя Ильхор точно в покое не оставить. Гнилой он человек и мстительный... Бежать тебе надо, да как уж тут сподобишься...
  -Турак, ты не все обо мне знаешь. - Как в омут с головой кинулся Авар. Кроме них двоих в бараке сейчас никого не было, и он решил рискнуть. - Смотри. - С этими словами парень взвился в воздух и завис в тридцати сантиметрах над землей.
  -Кто ты! - Пораженно выдохнул Турак. - Злой дух, принявший облик мальчика?
  -Турак, я не знаю кто я. - Горько усмехнулся Авар. - Но летать умею, сколько себя помню. Ну, и раны у меня быстрее заживают, чем у других. В остальном я самый обычный человек.
  -Да уж обычный... - Хмыкнул Турак. - Ну и чего ты здесь забыл, маленький дух?
  -Вот это. - Усмехнулся Авар, похлопав ладонью по ядру. - С ним я далеко не улечу...
  -Да это проблема... Но вообще я могу договориться с кузнецом барака, чтоб он тебя расковал, но... Тогда влетит всем остальным... И влетит неслабо...
  -Бежим со мной!
  -Парень, я в отличие от тебя не умею летать... Конная стража возьмет меня в два счета.
  -Я смогу раздобыть форму солдат, если буду без этой штуки...
  -Это меняет дело. - Просиял Турак. - С формой мы смогли бы соврать караулу что он послал нас со срочным поручением... Идти само собой надо ночью, а там и... как кривая выведет... Все лучше чем тут тухнуть... Только ты слишком уж юн для солдата...
  -А ты один отравляйся. А я окольными тропами... Встретимся уже за чертой лагеря. Я сам тебя найду.
  -Нет, парень. Добудь форму и считай, ты мне более ничего должен. Спасайся сам. Ты молод и должен жить. А я уж как получится... Все одно помирать мне не страшно... Хорошую жизнь прожил... яркую... есть что вспомнить...
  -Я своих не бросаю! - Оскорблено вскинулся Авар.
  -Ишь ты... - Покачал головой Турак. - И ведь не врешь... Хороший ты парень, Авар, только уж прости, добрый чересчур. В этой жизни каждый сам за себя. Запомни. Я бы при случае ради тебя шеей своей рисковать бы не стал.
  -Я так не могу. - Покачал головой Авар.
  -Не можешь... А ну-ка пошли во двор, я тебе одну штуку покажу... А то потом глядишь и не доведется... Ты конечно непрост, ну да и я не всю жизнь здесь штаны просиживал...
   Оказавшись на улице, Турак сделал приглашающий жест в сторону Авара.
  -Нападай.
  -Зачем? - Непонимающе нахмурился парень.
  -Себя проверить хочу. - Усмехнулся Турак. - Да и тебе лишняя наука не помешает. Давай... Или боишься?
   Что-что, а трусом Авар не был никогда. Он стремительно сорвался с места и попытался провернуть тот же трюк что и в своем первом бою между бараками. Однако Турак оказался гораздо более опытным, нежели тот безымянный паренек. Он стремительно ушел с линии атаки Авара и, проворно перехватив его за руку шею, скрутил в хитром болевом захвате, заведя руку парню за спину, таким образом, что у того не было никакой возможности ее освободить.
  -Сдавайся. - Выдохнул он, сжимая захват, одновременно проводя болевой на руку и удушающий.
  -Нет... - Прохрипел Авар. - Боль была просто невыносимой, но он терпел.
  -Сдавайся! - Уже громче повторил Турак. Азарт боя захлестнул его, и в его голосе уже явственно проскальзывал звериный рык.
  -Никогда!
  -Дурак... - Турак выпустил парня, тяжело дыша. - Если бы ты не спас меня тогда, я сломал бы тебе шею... Ну? - Уже другим тоном протянул он. - Захват запомнил?
  -Запомнил... - Пробурчал Авар, с трудом справляясь с пережитым унижением от своего первого поражения.
  -Да не дуйся ты... - Хмыкнул Турак. - Проиграть бой не позорно. Позорно не извлечь из своего поражения урок... Ладно, пошли-ка в барак поспим мало-мало... Сегодня у нас с тобой будет бессонная ночь...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Ночью Турак и двое заговорщиков тихонько вышли на улицу. Все уже спали и потому они не особенно нервничали. Действовать надо было быстро. Ильхор наверняка не спустит Тураку и Авару то, что они исхитрились уже дважды утереть ему нос, и посему чем быстрее они окажутся вне зоны его досягаемости, тем лучше.
   Кузнец барака, пожилой полноватый человек, согласился помочь при условии, что побежит тоже. Турак согласился, ибо у него попросту не было иного выхода.
  -Мешкать не стоит. - Поучал он остальных. - Все должно свершиться сегодня и пройти без проволочек. Иначе нам будет худо.
  -Так кому первому сбивать то? - Кузнец деловито достал клещи и небольшой молоток.
  -Ему. - Указал Турак на Авара. - Без него наш план все одно летит коту под хвост.
  -Этот малец... - Хмыкнул Нимр, так звали кузнеца. - Да он то что против стражей сделает...
  -Авар, покажи ему... - Кивнул Турак парню, и тот взвился в воздух, зависнув над землей.
  -Вот это да... - Пораженно протянул Нимр.
  -Ты не рот разевай, а работу делай. - Прикрикнул на него Турак. - Время дорого...
  -Я гляжу, вы никак побег замыслили... - Неприятным голосом протянул худощавый мужчина лет тридцати, выходя из-за угла барака, где и проходила встреча беглецов, однако при этом держась на безопасном отдалении. Стражи в лагере несли свою службу сквозь пальцы, ибо вероятность побега из-за ножных ядер была крайне мала, а за каждого беглого ответственность несли старосты барака и их люди, которые также осуществляли дополнительный надзор за лагерниками.
  -А если и так, Свиф, то что? - Прищурился Турак. - Заложишь нас?
  -Да вы и пяти миль не пройдете...
  -Мы добыли форму охраны. С ней прорвемся... Четвертым будешь?
  -А ты покажи мне ее... - Осклабился Свиф - тогда и разговор будет...
  -Лады... вот она! - Турак изо всех сил швырнул в лицо Свифа увесистый булыжник.
   Свиф с проклятием рухнул на землю с разбитым лицом, и Авар взвился в воздух, приземлившись незадачливому доносчику прямо на голову. Сила удара мгновенно вырубила мужчину.
  -Дай-ка я... - Турак не спеша, приблизился к поверженному и одним движением мощных рук сломал ему шею. - Так оно вернее будет... гнилой он человек... Ни к чему нам лишние свидетели... тем более такие... Ну что застыли? Сбивайте ядра!
   И кузнец сноровисто принялся за дело. Он достаточно насмотрелся в лагере на смерть и убийства, чтобы сейчас впадать от подобного в ступор, да и Авара назвать мирной овечкой можно было бы только смеха для...
  -Вы слышите... - Авар напряжено замер. - Что это за гул...
  -Да и я слышу... - Нахмурился Турак. - Похоже на конский топот...
  -Ну вот, парень, теперь ты свободен... - Довольно похлопал по плечу Авара кузнец, но в следующий миг им уже стало не до разговоров.
   В лагерь на полном скаку вломился целый отряд полуобнаженных мускулистых всадников, с торсами, разукрашенными синей охрой. Туннакрские варвары. Гроза и ужас всего западного Кортура. Степняки на полном скаку пускали стрелы, в том числе и горящие, которые вонзались в стены и крыши бараков и поджигали их. Их гигантские алебарды-глефы рассекали мечущихся от ужаса охранников и заключенных надвое. Кое-кто пытался дать отпор, но силы были явно неравны.
   Туннакрцы три дня назад прорвали оборону Кортура на границе, уничтожив несколько тамошних гарнизонов, и ускоренным маршем двинулись вглубь империи. Цель у них была простой до невозможности. Пограбить всласть и вернуться назад с богатой добычей.
   Узнав о том, что в лагере Авара добывают золотую руду, они попросту не могли пройти мимо такого лакомого куска и атаковали ночью, когда противник совершенно не ожидал нападения.
   Лагерный гарнизон еще не знал о начавшейся войне, поскольку все гонцы с границ были перехвачены и убиты степняками, так что результат был вполне себе закономерным. В течение нескольких часов все кортурцы в лагере были либо перебиты, либо угнаны в рабство.
  -Авар, спасайся... - Еще успел прошептать Турак, после того как одна из шальных стрел навылет пробила ему грудь.
   И Авар последовал мудрому совету старосты, взвившись в воздух и полетев прочь. Ошалевшие от крови туннакрцы его даже не заметили...
  
  
  
  
   Глава пятая. Месть.
  
  
  
  
   Авар летел прочь на крыльях ночного ветра. В его душе царили горечь и пустота. О том, чтобы предупреждать кортурцев об опасности туннакрского вторжения у него не возникло даже и малейшей мысли, благо тот единственный человек, который был к нему добр в этой жизни, сам был наполовину туннакрцем. И теперь он мертв.
   Куда лежал его путь... Авар и сам этого толком не знал этого. Он просто летел, куда глаза глядят, доверившись инстинкту, который не раз выручал его там, где пасовал даже разум. Однако затем парень вспомнил разговор с Гердом, который теперь наверняка мертв, как и прочие. У него оказывается в Трине есть один должок... А долги надо возвращать...
   Трин встретил его мягкой прохладой бабьего лета. Жители здесь вовсю готовились к предстоящей обороне от варваров запада. Видно известия о начавшейся войне уже успели дойти и до этих мест. Но Авару было плевать. Его душу жег гнев. Гнев на неправедную обиду, которую нанесли ему те, кого он считал если не семьей, то, по крайней мере, верными соратниками.
   Найти квартал, в котором орудовала банда Курма, не составило для юноши никакого труда. Он не стал хитрить и ходить вокруг да около. Вместо этого он направился прямиком в ухоронку банды. В дневное время старшие, как правило, были там, отдыхая от ночных грабежей. И этот раз не был исключением.
   На вошедшего Авара все вылупились словно на выходца с того света. И нельзя было сказать, что ему это не понравилось.
  -Авар... - Растерянно подал голос Курм. В присутствие этого парня он и раньше ощутимо робел, хотя и тщательно скрывал это от других, но теперь, после всего того, что с ним приключилось, сила исходящая от Авара стала гораздо более ощутимой и опасной. - Ты жив... А мы думали ты погиб.
  -Да я выжил. - Криво усмехнулся Авар. - Ты рад?
  -Да конечно... - Совсем растерялся Курм, лихорадочно размышляя, что именно известно его оппоненту. - Мы все рады тебе, братишка...
  -Ну, так давай обнимемся, брат. - Широко улыбнулся Авар, раскинув руки. Но в глаза его были холодны как лед.
   Курм растерянно подошел и обнял Авара. Тот, усмехнувшись, сделал то же самое.
  -Ну, здравствуй, брат. - Хрипло выдохнул он и вонзил Курму в спину боевой кинжал, которым разжился еще по дороге в Трин.
   Курм захрипел и рухнул на землю. Из его раскрытого рта текла кровь...
  -Шевр, а что же ты не обнимешь своего брата? - Повернулся Авар к впавшему в ступор младшему брату Курма. - Ведь и по тебе я тоже очень сильно скучал...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Покончив с Курмом и Шевром, Авар направился восвояси. Более никого трогать он не стал, равно как не стал он и заявлять свои права на место вожака банды. Людьми всех мастей он был сыт по горло.
   Однако жизнь не стоит на месте и сурово заявляет свои права. Авару нужны были кров и еда, а у него не было ни того, ни другого. Юноша хищно усмехнулся. Что ж, ремесло вора он еще не забыл, а значит, скоро у него всего этого будет в избытке...
   Потолкавшись весь день по улицам Трина, Авар сумел разжиться несколькими кошельками, причем один из них оказался весьма увесистым. Заимев наличность в свое распоряжение, юноша решил как следует отпраздновать свое освобождение из лагеря и направился в один из многочисленных трактиров города.
   "Талая свеча" было вполне себе приличным заведением, однако все же не слишком роскошным. Здесь, как правило, собирались зажиточные ремесленники и средней руки купцы. Время уже было довольно позднее, но юношу пустили, благо он давно уже щеголял не в лохмотьях, а был вполне себе прилично одет, примерно как сын преуспевающего ремесленника.
   К тому же из-за перенесенных лишений юноше вполне было можно дать все пятнадцать, а такие клиенты бывают весьма щедрыми, поскольку еще попросту не знают цену родительским деньгам.
   Сев за один из столиков, Авар заказал себе порцию жареной оленины и красного вина. Для него поистине королевский ужин. Однако, лениво потягивая вино, юноша не забывал также и присматриваться к здешней публике, выискивая потенциальных жертв. Ныне он был не намерен более спать где придется и планировал снять себе комнату, пусть даже пока и довольно скромную. А на это все нужны были деньги. И немалые. Ведь и питаться теперь он был намерен лишь в трактирах. И недешевых. Как говориться, все одно живем лишь один раз...
   Жертву он наметил себе довольно быстро. Немолодой сухощавый мужчина с черными с проседью волосами был одет скромно но с изыском и был непохож ни на ремесленника, ни на купца. Скорее уж на средней руки дворянина.
   Вообще конечно, грабить белую кость довольно опасно. Может сильно боком выйти. Но без риска нет и самой жизни, и потому Авар решил сегодня проследовать этому правилу, а заодно и проверить себя.
   Закончив свой ужин, дворянин, который был за столиком один, аккуратно вытер губы салфеткой и вышел на улицу. Авар, выждав секунд двадцать, также направился на выход.
  Выследить куда именно пошел мужчина, не оставило для Авара никакого труда. Тот неспеша шел по дороге, нисколько не скрываясь.
   "Значит точно фраер". Решил про себя Авар. А клинки носит с собой лишь для форсу. Ну да ничего, драться мы с ним все одно не собираемся... А вот пошарить по кармашкам... Это уже совсем другое дело...
   Авар осторожно двинулся следом, бесшумно ступая по мощеной камнем мостовой. Однако когда до жертвы осталось всего пять шагов, незнакомец неожиданно повернулся и произнес абсолютно спокойным и уверенным голосом.
  -А ведь я тебя заметил еще тогда в трактире... Ну и что ты собираешься со мной делать? Грабить?... Нет, думаю, не ошибусь, если назову тебя как карманника. Я угадал?
  -Что вы, господин. - Через силу выдавил Авар, прячя глаза. - Я всего лишь шел мимо...
  -Ну да конечно! - Рассмеялся незнакомец. - А я Его Величество император Кортура Тамир Восьмой! Парень, брось вешать мне лапшу на уши. От тебя за версту разит улицей и опасностью... Для посвященных, конечно. - Во время разговора мужчина слегка прицокивал языком, что для знающего человека автоматически обличало его как коренного уроженца столицы, однако Авар в силу возраста и отсутствия необходимого жизненного опыта этого, понятное дело знать не мог.
  
  -Что-то ты сам не слишком-то похож на нашего брата. - Пробурчал Авар. Ему было не слишком приятно, что его так легко раскусили.
  -Это потому что я не имею никакого отношения к вам. Я дворянин в пятом поколении. Имя же мое тебе знать необязательно. А твое как?
  -Зачем тебе знать мое имя? - Набычился Авар.
  -Затем, что придется тебе, парень, на меня поработать. И тогда я так уж и быть закрою глаза на то, что ты хотел ограбить меня.
  -Я могу и не согласиться... - Прищурился Авар.
  -Тогда я убью тебя. Чтобы потом ты ненароком не убил кого-нибудь из добропорядочных граждан. Потенциальных убийц, парень, я чую хорошо. Карманником ты будешь недолго, уж ты мне поверь.
  -Меня не так то просто убить...
  -Да ну? - Не поверил дворянин и стремительно обнажил два недлинных прямых клинка, которые он извлек из под своего коричневого плаща.
   Мужчина был быстр, очень быстр для своих лет, но Авар оказался быстрее и проворно отлетел от него шагов на двадцать, обнажив кинжал.
  -Вот значит как... - Озадаченно пожевал губами мужчина. - Это в корне меняет дело... Слушай, парень, давай ка мы с тобой пройдем туда где встретились и за кружечкой хорошего вина побеседуем не горячась.
  -Говори здесь. - Не согласился Авар.
  -Хорошо, буду краток. - Кивнул головой мужчина. - Ты знаешь, парень, в империи существуют много орденов магии, в том числе и тех, которые работают на самого императора, но вот летать из их адептов не может никто, уж ты мне поверь. Так вот я к чему веду. Представь, что кто-нибудь кроме меня узнает о твоих способностях. И что тогда? Тебя либо заставят работать на империю, причем на совершенно невыгодных для тебя условиях, либо, что намного более вероятно, разберут на части в одной из их магических лабораторий, чтобы узнать твой секрет. Рано или поздно ты проколешься, поверь мне. Нельзя всю жизнь жить в постоянном напряжении, рано или поздно ты допустишь промах и... Перспективы ясны?
  -Что предлагаешь ты? - Нахмурился юноша.
  -Я предлагаю тебе поработать на меня с немалой выгодой для самого себя.
  -С чего бы это мне тебе доверять?
  -Ну, хотя бы с того, что я раньше был в дворцовой охране самого императора и слово свое привык держать. Потом я оставил службу... Почему именно позволь пока умолчать. Но поверь, у меня нет причин любить ни самого императора, ни всякого рода чародеев и колдунов. Но ты,... ты другой... твоя сила... природная что ли.... Нет, не могу объяснить точнее, я все же магом никогда не был... Так каков будет твой ответ? Учти, теперь я в любом случае знаю о тебе, а убить меня у тебя вряд ли достанет сил, несмотря даже на твои возможности.
  -Какую именно работу ты мне предлагаешь? - Авар, как и всегда в подобных случаях, доверился чутью, а оно подсказало, что этому господину доверять можно. По крайней мере, в данный момент.
  -Мне нужна кое-какая вещица... Но хозяин ее не хочет, чтобы она досталась мне. Взять ее силой я не смогу, а вот хитростью... В общем, ты должен ее украсть.
  -Конкретнее. Что за вещица и у кого именно я должен ее украсть. - Поморщился Авар.
  -Эта фамильная ценность. Ожерелье дивной красоты. А украсть его ты должен у одного моего старого врага. Сейчас он знатный вельможа при дворе императора...
  -То есть ты предлагаешь мне ради твоей выгоды перейти дорогу столь важному человеку. - Хмыкнул юноша. - Быть может, мне проще сразу убить тебя и забыть обо всей этой истории...
  -Ну что ж, попробуй. - Согласился дворянин. - Посмотрим, как это у тебя выйдет.
   Больше мешкать Авар не стал. Мужчина еще не успел даже окончить фразу, как в него уже со страшной скоростью полетел кинжал. Юноша вложил в этот бросок все свое умение, но его атака оказалась отбита. Кротко сверкнул один из клинков незнакомца, и кинжал звякнул по камням мостовой, отлетев далеко в сторону.
   Авар стремительно взвился в воздух и вновь завладел кинжалом.
  -Ну что стоишь, атакуй. - Насмешливо произнес мужчина, делая приглашающий жест своим клинком. - Что, твой кинжал слишком короток... Вот то-то и оно... Помоги мне в моем деле, а я обучу тебя искусству боя на мечах. Так как?
  -Хорошо. - Через силу выдохнул юноша. Инстинкт подсказал ему довериться этому человеку, и он не стал противиться сему чувству. - Твоя взяла.
  
  
  
  
   Глава пятая. Новая семья.
  
  
  
  
  
   Дом Сариса, так звали аристократа, был довольно просторным, хотя и не слишком роскошным и находился в одном из самых престижных и богатых кварталов Трина. Кроме него самого в доме также проживала прислуга и пятеро юношей в возрасте от пятнадцати до двадцати лет. Как объяснил Сарис, ученики.
   Авару выделили для проживания небольшую, но весьма уютную комнатку с настоящей кроватью, взгромоздившись на которую юноша тут же провалился в глубокий тяжелый сон.
  Проснулся он рано утром, когда еще не вошло солнце, однако из тренировочного зала уже доносился звон оружия. Ученики тренировались с клинками под бдительным присмотром Сариса.
  -А, проснулся... - Поприветствовал Авара аристократ, облаченный в алую рубаху и черные шелковые штаны, едва тот тихонько вошел в зал. - Вот что, подойди к стене и выбери себе оружие, которое по твоему мнению тебе более всего подходит.
   Авар проследовал совету мастера и подошел к стене, на которой было вывешено самое разномастное оружие. От мечей и кинжалов всех форм и размеров до тяжелых алебард и цепов. После недолгого колебания юноша выбрал два недлинных прямых парных клинка. Точь в точь таких, какие были и у самого Сариса.
  -О, превосходно! - Расплылся тот в довольной улыбке. - Вижу я не ошибся в тебе... Ну, что, давай поработаем в паре. Погляжу сперва на что ты годен, а уж потом решим, как дальше будем тебя обучать...
   После десяти минут ожесточенного обмена ударами, Сарис поднял клинки вверх, тем самым, ознаменовав завершение поединка.
  -Ох и заставил же ты меня попотеть парень... и это в твои то годы... хотя сколько тебе полных лет?
  -Двенадцать.
  -Небо тебя забери... Ну что сила есть, ловкость и быстрота тоже, причем и того и другого даже больше чем нужно... А вот с умением дела обстоят пока неважно... Впрочем это мы поправим... Что до твоего места... Объясняю. Мои люди работают в тройке. Один из них это "лом" тот, что идет в центре и вызывает противников на себя. Здесь в большей степени нужна сила и концентрация. Второй "ловкач". Этот кружит вокруг "лома" и добивает тех, кто занят рубкой с ним. Здесь нужна ловкость, стремительность и точность. Третий "стрелок". Этот обстреливает неприятелей из арбалета и в рукопашный бой вступает лишь в самом крайнем случае... В принципе ты типичный "ловкач"... хотя ты можешь быть и "ломом" в принципе... мышцы у тебя как у медведя...
  -Постой, постой... - Нахмурился Авар. - Что-то я не вполне тебя понимаю...
  -Поймешь в свое время. - Хмыкнул Сарис. - Решено. Буду обучать тебя всему. Для предстоящего задания тебе понадобится самая разнообразная подготовка.
  -Я подряжался на одно задание, Сарис. - Нахмурился Авар. - У нас сделка. Ты учишь меня бою, я... делаю то, что обещал. А ты говоришь мне о каких-то тройках... Что это за дела? Предупреждаю, если ты хочешь меня обмануть...
  -Да не кипятись ты! - Рассмеялся аристократ. - Наш договор в силе, просто подумай вот о чем. Там на улице жизнь не слишком то радостная. А здесь в моем доме ты можешь жить как ученик и соратник сколь угодно долго, если...
  -Если буду делать для тебя определенную грязную работу. - Закончил за него Авар.
  -Ну, зачем так грубо... - Покачал головой Сарис. - Но в принципе ты прав. Мир - недоброе место, а ты, мой дорогой, уж прости за откровенность, сам далеко не ангел небесный. Или ты думаешь, я не почуял, что ты убийца? Ведь так, Авар?
  -У меня не было другого выхода...
  -У всех у нас не было другого выхода, здесь ты не оригинален. - Хмыкнул аристократ. - Но я буду с тобой честен. Выполнишь задание и можешь идти куда хочешь. Или можешь остаться. Решать в любом случае тебе самому.
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Так началась учеба Авара. Днем он целый день звенел мечами с Сарисом и его учениками, осваивая ко всему прочему еще и искусство рукопашного боя, стрельбу из арбалета и метание ножей. Вечерами же он оказывался предоставлен самому себе и часто бродил по улицам Трина, заглядывая в таверны и прочие интересные места.
   Однажды вечером он поймал Сариса, который еще не успел убежать по своим таинственным делам и напрямую спросил.
  -Где в этом городе самый лучший публичный дом?
  -О как! - Рассмеялся аристократ. - Ну, что ж это вполне закономерно... Деньги у тебя есть?
  -Да остались...
  -Хорошо я с тобой.
  -Я не по этим делам... - Нахмурился Авар.
  -Представь себе, я тоже. - Хмыкнул Сарис. - В "Чаровнице" для каждого клиента предусмотрены отдельные кабинеты. Я просто хочу составить тебе компанию.
  -Значит, "Чаровница"? - Лукаво усмехнулся Авар.
  -Она самая. И поверь, название сие вполне соответствует истине...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   "Чаровница" действительно оказалась роскошным заведением. Правда предназначалась она лишь для дворян, но Сарис был тамошним постоянным клиентом, причем весьма уважаемым и посему охрана в его присутствии не стала придираться к Авару и беспрепятственно пропустила его.
   Внутри заведение было сделано в темно-багровых, постельных тонах. Впрочем, существовали здесь кабинеты и с иной цветовой палитрой на самый разнообразный и изощренный вкус.
   Блудницы тоже как на подбор были прекрасны и маняще сладостны. Авар выбрал себе худенькую блондинку с невероятно красивым лицом. Сарис же уединился с высокой рыжеволосой стервой родом из Туннакра. Говорят их женщины в любви, что дикие кобылицы...
   Так юноша лишился невинности. Он не запомнил имени своей первой женщины. Но ему чертовски понравилось это занятие...
  -Ну что как оно ничего да... - Похлопал Авара по плечу Сарис, когда они поздно ночью возвращались домой. - Надо бы почаще туда заглядывать... чтобы девочки не скучали...
   Внезапно из подворотни вынырнули две темные тени.
  -Ложись! - Крикнул Сарис и бросился на землю, увлекая за собой Авара. Два арбалетных болта просвистели у них над головами. - К бою! - Аристократ обнажил мечи и бросился на нападавших.
   Один из них тут же устремился навстречу, обнажая меч. Второй поднял руки на уровень груди. Меж них начало медленно разгораться яркое рыжее пламя...
  -Авар, осторожнее! Меж них маг! - Выкрикнул Сарис и сшибся с мечником.
   Юноша в свою очередь бросился на колдуна. Тот швырнул в него ком рыжего пламени, но промазал и вынужден был также обнажить оружие и вступить в рукопашный бой. Сосредоточенно звенели клинки. Все четверо были хорошими вышколенными бойцами за исключением, быть может, Авара.
   Но недостаток умений с лихвой восполнялся его мистической силой, что тот и не преминул продемонстрировать, взлетев над сражавшимися и обрушившись сверху на противника Сариса, вонзив один из своих клинков ему в затылок.
   Оставшегося одного мага добить уже не составило никакого труда. Зажатый в клещи он не успел ни убежать, ни воспользоваться своими умениями и оказался зарублен на месте. Чародеем нападавший оказался не очень хорошим...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  -И кто это был? - Авар вопросительно уставился на Сариса, едва придя домой.
  -Точно не знаю, но думаю это пламенный привет от моего давнего врага.
  -Того самого? - Выразительно поднял бровь юноша.
  -Да того самого. - Усмехнулся аристократ. - Жаль, что не удалось захватить никого живым, но... маги есть маги. С ними даже пленными шутки плохи.
  -Ну и что нам теперь делать?
  -Да ничего, жить как и прежде - Пожал плечами Сарис. - Благо этот подарочек от моего визави далеко не первый...
  
  
  
  
  
   Глава шестая. Эвер.
  
  
  
  
  
   Целый год провел Авар в доме Сариса, тренируясь и постигая сложную науку боевых искусств, пока, наконец, его учитель не решил, что он достаточно готов. За это время произошло много чего. Туннакрское вторжение оказалось отбито регулярной армией Кортура. Степняки не захотели ввязываться в затяжную войну и удалились восвояси, удовлетворившись тем, что разграбили все западное приграничье империи.
   Однако для Авара эти события оказались весьма далекими. Война миновала Трин стороной, и юноше в большей степени приходилось думать о своем будущем нежели о событиях весьма далеких и малозначительных для него.
   За это время он изрядно подрос и раздался в плечах. Наука Сариса пошла ему только впрок. Впрочем, он не ел в его доме свой хлеб даром. Нередко ему приходилось воровать на улицах Трина и большую часть добычи он отдавал аристократу, который, несмотря на свое происхождение, оказался не слишком-то щепетилен в подобных вопросах.
   Вообще, Авар сперва недоумевал за каким лядом он вообще так понадобился Сарису. Ведь у него было нечто вроде собственного ордена состоявшего примерно из двух десятков учеников, которые смотрели ему в рот и во всем подчинялись. И все они были старше Авара и намного опытнее в ратных делах.
  -А ты мне сперва для другого нужен был. - Усмехался аристократ в ответ на осторожные расспросы парня. - Но потом когда я увидел, как ты летаешь... Парень, у тебя невероятный потенциал. Смотри не растрать его попусту... К тому же дом моего врага - это целая крепость. Я уже попытался однажды поникнуть туда... И едва унес ноги. Но с твоими возможностями думаю, мы справимся.
  -Дом твоего врага здесь, в Трине?
  -Нет, что ты! Он же при дворе императора и при том далеко не последний человек. Его крепость в стольном Эвере...
  -Значит, в скором времени нас ждет дальняя дорога?
  -Да. - Отрубил Сарис. - И чем скорее, тем лучше. Пора уже показать Сихону Таррийскому, что он слишком рано списал меня со счетов...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Эвер был красивым городом. Даже можно было сказать прекрасным. Полностью оправдывая название столицы, он был богат самой разнообразной и причудливой архитектурой и цветущими зелеными садами.
   Сарис специально выбрал для путешествия середину весны. Путешествовали они верхами особенно не торопясь и то и дело останавливаясь в прилежащих дорожных трактирах. Отряд их насчитывал всего пять человек. Авар, сам Сарис и трое лучших учеников его дома. Дорога заняла у них около месяца и как ни странно прошла без особых происшествий.
   Армия Кортура тоже ела свой хлеб не даром, и после войны с Туннакром по всем дорогам были выставлены усиленные караулы, придирчиво проверяющие всех проезжающих, и не дававшие скучать разбойному люду, который при таких делах ушел глубоко в леса и практически носа не казал из своих лежек да ухоронок.
   Лето в Эвере было особенно роскошным. Цветущие сады ломились от созревших фруктов, а фонтаны били ключом. Правда, купаться в них простому люду было запрещено, равно, как и появляться в богатых кварталах в неподобающей одежде, но от этого Эвер и вовсе казался диковинной игрушкой, вышедшей из под руки неведомого, но весьма искушенного и искусного мастера.
   Особняк Сихона Таррийского был громадной розовой цитаделью, практически еще одним дворцом в центре города и был богат и роскошен настолько, насколько это вообще в принципе было возможным.
   Сам же дворец императора был еще более огромным серебристо-белым зданием с множеством куполов и надвратных башенок. Возле гигантских серебряных ворот неусыпно несли службу десять молодцеватых здоровенных воинов облаченных в красно-золотые мундиры. Личная гвардия самого императора.
  -А ведь и я когда-то тоже... - Вздохнул Сарис, глядя на подтянутые, молодцеватые фигуры гвардейцев, и тут же поспешно умолк, постеснявшись своего откровенного порыва.
   Остановились путники в одном и самых роскошных постоялых дворов столицы "Благость императора". Здесь могли останавливаться лишь благородные и их слуги.
  -Ну и какой у нас план? - Вопросительно уставился Авар на Сариса, едва путники остались одни в своих роскошных апартаментах, где без труда смогли бы разместиться и двадцать человек.
  -План выработаем по ходу дела. - Отмахнулся аристократ. - Сперва выясним, что именно произошло при дворе за все то время, что я был в отъезде.
  -Но, Сарис... - Замялся Авар - не проще ли было заселиться в скромный трактир и выдать себя за простолюдинов? Теперь же вся столица знает о том, что ты здесь, и добыть твое ожерелье будет намного сложнее.
  -Сихон должен знать, что расплата близка. - Упрямо поджал губы аристократ. - Я не трус и привык выступать с открытым забралом. Ты украдешь ожерелье, мы же с ребятами отправим этого ублюдка на Небо. Иной участи он не заслужил.
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Авар оказался абсолютно прав. Прибытие Сариса не прошло незамеченным для знати, и уже через три дня их пригласили во дворец императора на званый прием. Роскошный зал, изукрашенный сусальным золотом и перламутром был полон гостей и дворцовой челяди.
   Сарис прибыл на прием лишь в сопровождении Авара, который по легенде был его сыном, рожденным уже вне стен Эвера, благо аристократ покинул столицу около двух десятков лет назад, и Авар идеально вписывался по возрасту в придуманную историю.
   Надо сказать, что Авар в своем серебристом камзоле и длинными темными волосами с седой прядью и томным красивым лицом произвел, быть может, и не фурор, но все равно вызвал целую бурю восхищения среди представительниц противоположного пола.
   Многие из них бросали на юношу заинтересованные взгляды, но подойти и заговорить не решилась ни одна. Благо Сарис слыл изгоем, и его сын тоже по умолчанию получал это клеймо в глазах расчетливой аристократии. Впасть в немилость императора не хотел никто.
   Тем паче никто не хотел наживать столь могущественного врага, коим являлся Сихон Таррийский. А вот и он сам. Статный господин в серебряном мундире с черными усами. Исполнен достоинства и собственной значимости. Ну, еще бы. Первый советник императора, да еще и начальник его личной охраны. Практически временщик, если бы Его Величество Тамир Восьмой не отличался весьма крутым нравом и посему вольничать никому не давал. Даже своему ближайшему миньону.
   Сихон Таррийский лишь недовольно повел взглядом в сторону Сариса и Авара, но более никак не проявил себя по отношению к ним, видимо посчитав подобное ниже собственного достоинства.
   Все время пока шел прием Авар болтался в одиночестве, не зная, куда себя деть. Его "отец" же тем временем деловито общался с представителями знати, вежливо кивая на их шутки, которые, надо сказать, произносились сквозь зубы, ибо бесцеремонный Сарис всегда первым начинал диалог, а этикет не позволял им попросту послать нежелательного собеседника куда подальше.
   Когда, наконец, Сарис дернул Авара за рукав и предложил покинуть сие замечательное мероприятие, юноша лишь вздохнул с облегчением. Балов и приемов на сегодня с него было предостаточно.
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  -Ну что? Ты выяснил все что хотел? - Нетерпеливо спросил Авар, едва они вышли из дворца.
  -Да. Более чем... Ну что могу сказать, император более на меня не гневается. Разрешил жить в столице, буде я пожелаю, но, конечно о серьезной карьере при его дворе я могу забыть раз и навсегда. К тому же он вряд ли станет вмешиваться в мой с Сихоном конфликт. По крайней мере, на моей стороне уж точно.
  -Что-то я не видел самого императора на приеме... Или я что-то упустил?
  -Нет, не упустил. Его Величество редко удостаивает подобные мероприятия своим визитом. Я пообщался кое с кем из его ближайшего окружения.
  -Они не могли солгать тебе?
  -Могли. Но только смысла нет. Захоти император меня уничтожить, он давным давно бы уже это сделал, причем на совершенно законных основаниях. Воля Владыки Кортура превыше всего...
  -И все-таки что же ты такого сделал, что тебя сослали? - Рискнул задать вопрос Авар.
  -Давным давно - невесело прищурился Сарис - я был начальником охраны императора. Тогда он еще был совсем молодым юношей, в то время как я уже был зрелым мужем. Однажды в его покои ворвались наемные убийцы. Их было десять. Нас было трое. Мы бились до последнего. Семерых мы сразили, но и мои воины все до единого пали в бою. Я остался один против троих. Я был изранен... И они сумели оттеснить меня от императорской четы. Молодую жену Его Величества закололи сразу... Сам император продолжал сражаться до последнего и погиб бы, не появись в его покоях Сихон, тогда еще совсем юноша, но уже сильный и исполненный амбиций воин... Он помог императору добить оставшихся врагов... Я же в это время сидел, прислонившись к стене и истекая кровью... Мои раны были не смертельными, но я был сильно ослаблен кровопотерей... Император не смог простить мне гибель своей жены, которую нежно любил... Он посчитал меня трусом, которому не место в его личной гвардии и отправил в ссылку... Хорошо, что вообще не казнил, слишком уж силен был его тогдашний гнев... Потом осев в Трине, я начал набирать учеников. Большинство из них бывшие дети простолюдинов, но есть и такие как ты, выходцы из самых низов городского дна... Вот так вот я и стал тем... кем стал. Жалким изгоем, бледной тенью своей былой славы...
  -Но за что ты так ненавидишь Сихона? Ведь он вроде как выполнил свой долг, не более того...
  -Сихон, когда началось разбирательство надо мной, заявил что я струсил, испугался за свою жизнь,... хотя знал, что я бился до последнего, и не было моей вины в том, что раны ослабили меня настолько, что я не смог более сопротивляться... Он метил на мое место, а потом уже после моего изгнания неоднократно отправлял по моему следу наемных убийц, чтобы я уже никогда более не смог стать ему угрозой...
  -Откуда ты знаешь, что это были именно его люди?
  -Я знаю способы, которые очень хорошо умеют развязывать даже самые крепкие языки. - Холодно усмехнулся Сарис. - Изгнание - не то место, которое способствует проявлению лучших качеств человека, уж можешь мне поверить...
  -Так каков наш дальнейший план?
  -Тот же самый что и был. Ты крадешь драгоценность. Мы убиваем Сихона.
  
  
  
  
   Глава седьмая. Господин в серебряном мундире.
  
  
  
  
   В крепость Сихона решили отправиться этой же ночью, несмотря даже на то, что их там явно ждали.
  -Попробуем использовать элемент неожиданности. Вряд ли Сихон ожидает нас так скоро. А мы преподнесем ему сюрприз. - Внушал Сарис своим подопечным. - А там уже придется надеяться лишь на удачу. Власть моего врага в Кортуре велика...
  -Послушай, Сарис, но откуда у Сихона вообще твоя семейная реликвия? - Рискнул спросить Авар, когда они уже почти приблизились к вражеской цитадели.
  -А кто, по-твоему, стал владельцем моего фамильного замка и всего того, что в нем находилось? - Раздраженно дернул щекой аристократ.
  -Так эта крепость...
  -Наше фамильное гнездо. И я не забыл об этом... Запомни, Авар. Серебряное ожерелье с крупными дымчатыми топазами. Ты должен вынести его из дома Си... моего дома любой ценой.
   Авар хмыкнул, но ничего не сказал. Теперь стало понятно, откуда у Сариса были эти подробные чертежи здания.
  -Но ты уверен, что оно именно там, где ты указал?
  -Уверен. Этот фамильный тайник Сихон вряд ли обнаружил... А если все же да, - глаза аристократа полыхнули суровым бойцовским пламенем - то мы снимем ожерелье с его трупа...
   Двоих дюжих гвардейцев, что стояли на страже перед вратами розовой цитадели сняли бесшумно маленькими отравленными стрелами из необычного оружия в виде полой трубки, которое Сарис привез из Кессаля.
   Далее Авар взвился в воздух и проник в здание через окно первого этажа. Ему не составило никакого труда это сделать, ибо чертежи здания он изучил досконально, так как весь план был проработан ими заранее еще в Трине. Он должен был спуститься в подвал и взять ожерелье, буде оно там окажется.
   Сарис и трое его учеников облаченные в темные плащи полезли следом за ним по специальным веревочным лестницам. У них была другая задача. Им требовалось проникнуть в покои Сихона и убить его. После этого каждая группа должна была покинуть город и встретиться в условленном месте за городской чертой.
   Однако с первых же минут операции все пошло не так, как они планировали. Едва Авар пробрался в подвал, как на него тут же нацелили арбалеты трое стражников, а затем еще двое сноровисто скрутили ему руки и потащили наверх.
   Там уже его дожидались и его товарищи, так же скрученные по рукам и ногам. В обширных покоях столпилось около двадцати стражников в красных мундирах. На полу лежал труп Сихона с перерезанным горлом. На его шее поблескивало то самое ожерелье, которое Авар не раз уже видел на рисунках аристократа.
  -Так, так, так, я вижу, все уже в сборе. - Холодно усмехнулся вошедший в покои мужчина в серебряном мундире как две капли воды похожий на Сихона Таррийского. Похожий, или... - А вы оказались глупее и предсказуемее, чем я думал. Столь топорная работа... Не ожидал от тебя, Сарис. Хотя, что взять с труса и неудачника...
  -Заткнись, предатель! - Прорычал аристократ в бессильной ярости, тщетно пытаясь разорвать свои путы. - Ты прекрасно знаешь, что тогда я сделал все, что мог!
  -Видимо этого оказалось недостаточно. - Хмыкнул Сихон, снимая ожерелье с трупа и надевая на себя. Очертания лежавшего трупа тут же исказились, и перед ошарашенными учениками Сариса предстало тело какого-то юноши с расширенными от ужаса глазами. - Один из моих рабов. - Дернул щекой хозяин дома. - Что? А вы не знали? Да, это непростое ожерелье. Оно позволяет надевшему принимать какой угодно облик. Иначе старый пройдоха Сарис столь рьяно за ним бы не охотился... Но теперь об ином. Что мне с вами делать? Пожалуй, я бы мог проявить благородство намерений и отпустить вас живыми,... но не проявлю. Казнить их. - Повернулся он к стражам.
  -Авар, окно! - Рявкнул Сарис, но юноша уже и сам все понял. Он был связан, и у него не было никакой возможности помочь своим товарищам. Но его способности к левитации никуда не делись. Худощавое тело юноши стремительно взвилось в воздух и вылетело в окно, вдребезги разбив дорогое разноцветное стекло.
   Пара стражей разрядили в его сторону арбалеты, но от неожиданности произошедшего помазали. Авар же, не обращая внимания на многочисленные порезы от стекла и связанные руки, полетел прочь. Ему предстояла долгая дорога...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Он еще заглянул в город, чтобы узнать о судьбе своих друзей. Все оказалось печальнее некуда. Всем им отрубили головы и выставили на всеобщее обозрение на главной площади. Тот, кто посягает на императорского советника, посягает и на саму императорскую особу...
   После этого Авар поспешил покинуть красивый, но жестокий и коварный Эвер и полетел в сторону Трина. На случай подобного исхода у них с Сарисом, чья одержимость местью погубила всех участников этого похода кроме него самого, имелся определенный план.
   За поясом Авара лежала бумага, свидетельствующая о том, что он является полноправным дворянином, сыном Сариса Эверского, которую он по здравому размышлению сжег на первом же привале. Быть сыном мятежника не слишком то приятная перспективка. Ныне его ждали выжившие ученики Сариса...
   Дорога до Трина заняла у Авара около двух недель, так как он путешествовал по воздуху, летя гораздо выше скорости галопа лошадей. Прибыв на место, Авар кратко рассказал ученикам о произошедшем, после чего дом Сариса был выставлен на продажу, ибо Сихон знал о его местонахождении.
   Дом удалось продать в течение пяти дней, правда сумма была сильно занижена из-за сжатых сроков, но все равно была достаточна для того чтобы поселиться где-нибудь в отдаленной провинции и жить весьма безбедно.
   Для нового проживания Авар и Дарис, который оставался среди учеников за старшего выбрали небольшой городишко Мрот, что располагался несколько севернее и восточнее Трина. Здесь было поближе к столице, но расчет строился на том, что искать их станут как раз таки в самых отдаленных местах империи, а не поблизости от метрополии.
   Дарис был высоким чернявым юношей не худым и не полным, а вполне себе среднего телосложения. Молчаливый и немногословный, он сразу же признал за Аваром старшинство, ибо тот, несмотря на свои крайне юные годы уже успел побывать в таких переделках, какие остальным его товарищам и не снились, хотя, конечно, и их прошлую жизнь сахаром назвать также было нельзя. А уж когда выяснилось, что он еще и умеет летать...
   В Мроте юноши купили просторный деревянный дом. Поплоше конечно, чем тот, что остался в Трине, но выбирать им особо было не из чего. В новом городе ребята занялись тем же, чем занимались и ранее. То бишь грабежом и воровством. Но недолго. Затем им удалось при помощи своих навыков наладить кое-какую торговлю всякими нужными вещами для ремесленников. Хотели еще и по случаю развернуть торговлю оружием, но потом решили не светиться понапрасну и удовольствоваться малым. Жить среди учеников Сариса хотели все.
   Несколько раз в городе появлялись отряды императорских солдат, которые разыскивали каких-то мятежников, чуть не убивших советника Сихона, но Авар лишний раз на улицах предпочитал не появляться, а остальные ребята изначально придумали легенду о том, что они якобы переселенцы с восточного Кортура и все братья промеж собой. Таких переселенцев в Мроте было предостаточно, благо свободным подданным императора было не запрещено перемещаться по империи в поисках лучшей доли, и посему на них посланцы Сихона так и не вышли.
   Три года прожили ученики Сариса в гостеприимном Мроте, до тех пор, пока в балансе сил империи не начали происходить серьезные изменения, от которых никто уже не мог остаться в стороне...
  
  
  
  
   Глава восьмая. Повелитель змей.
  
  
  
  
  -Ну что там у нас? - Авар деловито склонился над выручкой. Теперь, когда ему было шестнадцать, он сильно вытянулся и уже ничем не напоминал мальчишку. Вполне себе сформировавшийся молодой человек в расцвете лет.
  -Да все вроде бы как всегда. - Молчаливо отрапортовал Дарис. - Прибыток небольшой, но жаловаться грех...
  -Мда... спокойная здесь жизнь, конечно, но весьма скучная...
  -Я слыхал, завтра к нам приезжают артисты с самого Кессаля. Можно будет сходить. - Пожал плечами Дарис.
  -Да можно... если бесплатно...
  -Представление на главной площади. Хошь плати, хошь так глазей.
  -Ну, тогда сходим. Заодно и слегка развеемся от скуки этого стоячего болота...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Главная площадь Мрота была не слишком большой, и посему народ здесь толпился довольно плотно. Каждому хотелось посмотреть на представление. Труппа артистов прибыла на место незадолго до полудня. Их фургоны остановились за городской чертой, подмостки же уже были загодя приготовлены специальными людьми, которые прибыли в Мрот за сутки до них.
   Сперва представление Авару не шибко понравилось. Все эти акробаты и жонглеры, конечно, могли произвести впечатление на неискушенную публику Мрота, но не на человека (человека ли?) умеющего летать, бывшего на императорском приеме, побывавшего на каторге и ко всему прочему еще и прошедшего жестокую школу улиц.
   Но затем, когда на сцену вышел немыслимо худой смуглый человек с ярко-зелеными глазами, его будто холодной водой окатило. Что-то такое было в незнакомце, что Авар сразу же инстинктивно почувствовал к нему отторжение. С одной стороны он будто бы почуял некое сродство с артистом, что было тем более странно, поскольку тот был явно кессальцем, а у Авара не было никаких родственных связей, по крайней мере известных ему самому, с этой страной, но с другой нечто настолько чуждое и противное его собственной природе, чего он не ощущал даже с теми, кого ранее смертельно ненавидел. Те были хоть и негодяями но все же обычными людьми, этот же... Впрочем тут началось представление, и Авар ничтоже сумнящееся решил оставить свои неясные пока еще ощущения до лучших времен.
   На сцену специальные люди в белых тюрбанах тем временем внесли громадные глиняные кувшины. Всего их было четыре. По одному на каждый угол деревянной сцены. Человек с зелеными глазами, которого глашатай выкрикнул как "серпьенте рионе" , тем временем спокойно по очереди открыл все четыре кувшина. Он был облачен в одну лишь белую набедренную повязку, выставляя напоказ худое жилистое бронзовое тело, а на голове у него был просторный белоснежный тюрбан.
   Затем человек достал из-за пояса небольшую деревянную флейту и начал медленно наигрывать тягучую завораживающую мелодию. Тянущие душу неторопливые созвучия, несмотря на их кажущуюся незатейливость, заполнили толпу целиком. Народ восхищенно замер. Он почуял, что сейчас будет что-то необычное.
   Тем временем из первого кувшина неспеша выполз гигантский пятнистый удав, водившийся лишь в Кессале и начал медленно играть кольцами перед хрупким беззащитным перед его мощью человечком, пристально вглядываясь в его лицо холодным немигающим взором. Мужчина же, как ни в чем не бывало, продолжал играть. На его бесстрастном лице не было заметно ни малейших признаков страха.
   Наконец удаву наскучила эта игра в гляделки, и он начал неторопливо обвивать хозяина своим чудовищным телом. Народ выдохнул. Все ждали, что гигантская рептилия переломает кости незадачливому артисту. Однако на удивление людей ничего подобного не произошло.
   Удав, обвив кольца вокруг повелителя змей, не делал попыток сжать свои кольца в смертоносных объятиях. Вместо этого раздвоенный язык чудовища нежно коснулся смуглого лица человека, будто в поцелуе.
   Однако это было еще не все. Из трех оставшихся кувшинов выползли еще три змеи. Черная, желтая и красная. Все три смертельно ядовитые для человека, как знал Авар, ибо Сарис преподавал ему отнюдь не только одну лишь военную науку.
   Змеи начали медленный причудливый танец вокруг своего повелителя, двигаясь на удивление плавно и синхронно. Апогеем всего действа стало то, что все четыре змеи обвили человека с ног до головы, образовав причудливый клубок, и под исступленные крики толпы прильнули головами к лицу своего владыки.
   Повелитель змей же, не обращая никакого внимания на обвившую его тяжесть, сделал в сторону зрителей изящный поклон, а затем резко хлопнул в ладоши. Все четыре змеи, повинуясь команде, вернулись назад в свои кувшины. Представление закончилось.
   Публика взорвалась овациями. Провинциальный городишко и так был не слишком богат на события, но подобного никому из живущих в нем видеть еще не доводилось никогда.
  -Слушай, но ведь и правда превосходное шоу! - Не удержался от комплимента даже такой молчун как Дарис, толкнув Авара в бок.
  -Да превосходное... - Рассеянно отозвался юноша. В данный момент его заботили совершенно иные мысли...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
   Тайный вход в подземелье был освещен целой вереницей факелов. Вот уже тысячелетия как сюда не ступала нога ни одного разумного, но сегодня все было иначе. Мрачная процессия людей с ног до головы закутанных в коричневые балахоны толпилась подле огромного замшелого валуна на самой окраине Мрота.
   Вот один из них вскинул руки и гортанным голосом пропел слова древнего заклинания. На поверхности валуна тут же зловещим зеленоватым свечением вспыхнули руны древнего, давно забытого языка. तव कर्म नियमय
  -Что здесь написано, повелитель? - Подобострастно прошипела одна из фигур.
  -Это додревние руны не нашего мира. - Отозвался тот, кто прочел заклятие. - Дословно они переводятся как "будь хозяином своей судьбы". Это я и намерен продемонстрировать ей в самое ближайшее время. - Зловеще усмехнулся он и зашагал вглубь подземелья. Секундой позже к нему присоединились и все остальные.
   Внутри подземный ход уводил еще глубже в подземелье, но уже через несколько минут пути он привел в древний склеп, в котором прямо в воздухе висел витой костяной жезл с навершием в виде черепа змеи.
  -Ну, наконец, то! Скипетр Подчинения... - Выдохнул предводитель и вновь зашептал слова заклинаний. По мере звучания слов в зале начал нарастать неясный вибрирующий гул, который вскоре, однако прекратился, и Скипетр Подчинения перекочевал во властно протянутую к нему худую смуглую руку.
   Раздалось тихое змеиное шипение, и предводитель закричал от боли. Скипетр истаял на глазах, превратившись в пыль, которая тут же впиталась в плоть человека. Глаза предводителя вспыхнули зловещим зеленым огнем, и он дико расхохотался, а затем низким совершенно нечеловеческим голос прорычал всего одно слово.
   В воздухе тут же закрутилась зеленоватая воронка диаметром примерно в полметра и зловещий голос из нее прошипел.
  -Наконец то. Избранный. Ты знаешь кто я? - Голос бы абсолютно нечеловеческим и напоминал скорее стрекотание некоего гигантского насекомого.
  -Да, Великий Тхэрсиорх. - Низко склонился предводитель. - Я читал о тебе в древних хрониках нашего мира.
  -Ты знаешь, что я потребую от тебя взамен той силы, что ты получил от скипетра?
  -Да, Великий. Я сделаю все, что ты прикажешь...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   После увиденного представления Авар долго не мог найти себе место. Что-то в этом странном человеке, так ловко управляющимся со смертельно опасными рептилиями сильно настораживало и вызывало неясную тревогу.
   Юноше было особенно не по себе от видимой беспричинности своего страха, но инстинктам своим он привык доверять всегда. А они кричали ему, что незнакомец этот смертельно опасен и в будущем от него будет очень много неприятностей, в том числе и у него самого.
   Но еще более Авара смутило странное ощущение сродства с этим кессальцем. Нет с этим определенно нужно было что-то делать... Но вот что? В итоге, взвесив все за и против, Авар решил все же пустить все на самотек. В конце концов, этот артист не сделал никому из них никакого зла, да и светиться им с парнями лишний раз опасно. Советник Сихон не из тех людей, кто склонен прощать своих врагов. Пусть даже и много лет спустя.
  
  
  
  
   Глава девятая. Потрясения.
  
  
  
  
  
  
   Весть о том, что Великая Кортурская империя объявила войну фуррийцам, грянул подобно грому среди ясного неба. Вообще в последние полгода Его Императорское Величество Тамир Восьмой изрядно тронулся разумом и превратился в жестокого диктатора, одержимого культом Смерти.
   Повсюду начались репрессии и гонения на инакомыслящих. Сперва это казалось дикостью, ибо Его Величество хоть и был далеко не мягким монархом, но все же всегда славился своим здравомыслием и никогда не карал своих поданных понапрасну.
   Но теперь все изменилось. Кровавый культ Смерти набрал огромную силу и его служителей, прозывавших себя Орденом Змеи, люди стали бояться как огня. Особенно их лидера. Некоего Серпетриона. Ходили слухи, что этот нечестивый чародей обманом поработил разум светлого императора и теперь вершит его именем насилие и произвол.
   Авара и его парней пока не трогали, но это не могло продолжаться долго. Людей приносили в жертву на алтарях сооруженных прямо в центре города чуть ли не каждый день, и однажды юноша не выдержал и заявил всем остальным.
  -Так дольше продолжаться не может. - Бывшие ученики Сариса вопросительно глядели на него. Аристократ специально подбирал для своего дела тех, у кого не было семьи и кому было некуда возвращаться. И теперь они ожидали решения Авара, ибо, несмотря на то, что он был младше многих из них, они привыкли ему подчиняться. Многие всерьез считали его незаконнорожденным сыном Сариса, которому в свое время присягали на верность. И ни один из них не был готов нарушить эту клятву человеку, который предоставил им кров и дело всей жизни.
  -Что ты предлагаешь? - Вопросительно глянул на вожака Дарис.
  -Надо уходить в земли приграничья. Говорят, там формируются силы сопротивления. Повстанцев, которые жаждут вернуть мир этой земле.
  -Если даже мы туда и доберемся, нас все равно разобьют. - Покачал головой Дарис. - Регулярная армия сметет повстанцев в два счета. А так есть шанс выжить, если не будем высовываться.
  -Не будем высовываться? Да очнись ты, людей приносят в жертву ни за что ни про что по одному лишь навету, а то и вовсе без оного! Неужели ты думаешь, что нас минет сия чаша? А даже если и так, вам самим не противно от того, что творится? Мы не ангелы, многим и нас довелось убивать людей, но мы выживали как могли, а это... Нет, вы как хотите, а я не желаю жить в постоянном страхе, что за мной придут эти в серых балахонах... Но это добровольный выбор. Я никого ни к чему не принуждаю. Кто хочет, тот волен остаться здесь. Я ухожу завтра ночью. И ждать я никого не буду.
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   На следующую ночь все пятнадцать учеников Сариса направились к западной границе с Туннакром. Остаться не пожелал не один... Авар мрачно усмехался про себя, и это была усмешка не шестнадцатилетнего юноши, но много пожившего и повидавшего мужа. Вот и вновь его несет в места, где он когда-то тянул срок на каторге. Где он похоронил своего первого друга... Веселое, хотя и жестокое было время, что ни говори...
   Коней раздобыли в первой же деревне, попросту украв их из деревенской конюшни. Так себе конечно кони, но все лучше, чем пешком. Правда, потом пришлось в спешном порядке удирать от деревенских, но здесь, слава богам, обошлось. Ни один из его парней не пострадал в ходе короткой стычки. Деревенские же отделались лишь парой легко раненых.
   Однако на следующий день им не повезло. Их отряд наткнулся на конный патруль кортурской армии из пяти человек. В ходе короткого ожесточенного боя всех их удалось перебить, но двоих парней из отряда они лишились. Одному рассекла горло кортурская сабля. Другого сразила арбалетная стрела.
   После этого они забрали коней стражей себе и гнали на запад без перерыва в течение трех суток, меняя лошадей, которых теперь стало на семь больше, нежели членов отряда. После такой ожесточенной скачки половина лошадей пала, а на оставшихся отряд, наскоро передохнув, уже неспеша продолжил путь. До границы оставалось совсем немного...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  -Должен сказать, твои обряды сильно разоряют мою страну. - Император Тамир Восьмой холодно взглянул на худого смуглого человека в белом тюрбане. - Если так будет продолжаться и далее империю ждет крах. К тому же фуррийцы... очень опасны, ты не находишь? Вряд ли война с ними поспособствует нашему плану.
  -Нашему плану поспособствуют смерти живых существ. И чем больше, тем лучше. - Зловеще усмехнулся его собеседник. - Что до империи... она все равно нам не понадобится. Там в ином мире, где Великий Тхэрсиорх дарует тебе силу и вечную молодость. Если ты конечно и впредь будешь выполнять его и мои приказы... Кстати, в моем присутствии можешь не таиться. Магические силы твоего ожерелья не беспредельны.
  -Постоянно об этом забываю. - Хмыкнул Тамир Восьмой и щелкнул пальцами...
  -Да. - Усмехнулся Серпетрион. - Таким ты мне нравишься гораздо больше... Этот зазнайка Тамир в свое время изрядно попортил мне крови своей несговорчивостью.
  -Тем сладостнее мне было убивать этого старого хрыча. - Расхохотался Сихон, блеснув белоснежными ровными зубами. На его груди тускло мерцало серебряное ожерелье из крупных дымчатых топазов...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Силы сопротивления действительно формировались на западе Кортура. Еще, говорят, были какие-то отряды на юге, но их количество было ничтожно малым, основной костяк собрался именно здесь. Авар и присные достигли их лагеря на пятые сутки пути. Погони за ними так и не выслали, но это было ожидаемо. Регулярная армия тоже ела свой хлеб отнюдь не даром и собиралась в самое ближайшее время покончить с врагом одним ударом.
   Всего повстанцев было что-то около десяти тысяч. Из них по настоящему обученных войне не более трех. Все остальные - вчерашние крестьяне и ремесленники лишь в силу необходимости сменившие привычные плуг и долото на меч и копье.
   Настроение в лагере, несмотря на явное преимущество их противника, было приподнятым. Люди явно настрадались в последнее время и ждали боя как избавления и шанса отплатить своим обидчикам за все и сразу.
   Лишь опытные бывалые воины с застарелыми шрамами на лицах озабоченно хмурились, но на людях старались этого не показывать. Они слишком хорошо знали цену боевого духа в битве и посему старались поддерживать его у своих менее опытных товарищей как могли.
   Командовал в лагере немолодой уже бывалый отставной тысячник Ихар. Коренастый и седоусый. Ему было сильно не по душе то, что творилось в империи в последнее время, и в итоге он, как и все здесь решился на открытый бунт, несмотря даже на данную в молодости присягу Кортуру и его великому императору.
   Войска Кортура подошли к силам повстанцев лишь через неделю пребывания в лагере Авара и остальных. Было их около тридцати тысяч. Из них десять тысяч - регулярная
   армия, а остальные - набранные в провинциях наемники и ополчение.
   Армии столкнулись примерно в полдень. Ярко светило солнце, отражаясь на наконечниках копий и мечей. Пехота противника первой начала бой. Пятнадцать тысяч пешцев ринулись в атаку, подняв копья. Кортурские гвардейцы хорошо сражались в фаланге, но необученное ополчение и наемники, противостоявшие повстанцам, сильно уступали им в этом мастерстве. Сшибка была жесткой и практически моментально превратилась в кучу-малу, где каждый сражался сам за себя.
   Повстанцы тотально уступали в численности своим противникам, но в ходе битвы случилось неожиданное. Ополчение противника перешло на их сторону и ударило в спину немногочисленным наемникам.
   Пятнадцать тысяч конников, пока еще не принимавших участие в битве тут же осыпали мятежников градом лучных и арбалетных стрел. Залп попал плотно и выкосил треть повстанцев, большинство из которых не имело при себе никаких доспехов.
   Авар сам сражался конным, равно как и его товарищи. Конницы в армии повстанцев было примерно четверть от общего числа, так что они сразу же оказались среди элиты. В ходе сражения погибла уже половина учеников Сариса, поскольку у Авара не было никакой возможности приглядывать за ними в образовавшейся на поле боя кошмарной толчее и неразберихе.
   Однако Дарис и лучшие воины его отряда пока еще были живы, а значит, надежда еще оставалась. Наконец коннице неприятеля надоело наблюдать за битвой издалека, и она начала набирать гибельный разбег, выставив чудовищные длинные копья и ни на секунду не прекращая обстрел.
   Строй повстанцев заколебался. Они не были обучены стоять под смертоносным ливнем арбалетных болтов, а уж вид грозной лавы кавалерии неприятеля и вовсе выбил из многих весь боевой дух. Кто-то разрыдался, кто-то покончил с собой, или просто опустился на колени, ожидая помилования, но большинство мятежников все же нашло в себе мужество встретить атаку конницы лицом к лицу.
   Пехота выставила копья, пытаясь остановить разбег кавалерии, а немногочисленная конница мятежников, ведомая опытным Ихаром, ударила неприятелю в правый фланг. Командир армии Кортура вовремя заметил этот маневр и успел перенаправить часть кавалерии против них.
   Авар, когда до сшибки остались считанные метры, на полном скаку взвился в воздух, оставив свою лошадь, и ударил первого попавшегося на пути неприятеля ногой в лицо. Тот рухнул на землю под копыта коней своих товарищей.
   Конь Авара уже без всадника сшибся с еще одним кортурцем, и обе лошади рухнули на землю, образовав небольшой затор. Авар, заметив это, прямо в воздухе срубил еще двоих воинов врага, а затем перерезал сухожилия на ногах их лошадей. Те с жалобным ржанием рухнули вслед за всадниками. Затор усилился.
   Там, где сражался Авар, мятежники серьезно потеснили неприятеля, но на остальных участках фронта все было хуже. Погиб Дарис, пронзенный копьем безымянного кортурца. Ихар тоже пал, сразив перед смертью троих врагов.
   Конница неприятеля таки сумела прорвать строй пехоты бунтовщиков и учинила среди них форменную резню. Сдававшихся однако не трогали, а лишь деловито вязали. Жертвы для Ордена Змеи требовались с завидной регулярностью. Кавалерия мятежников тоже долго не смогла сопротивляться врагу. Слишком уж неравны были сегодня их силы.
   Авар, осознав, что битва проиграна, полетел прочь. Он сразил сегодня многих, но в одиночку сражаться со многими тысячами никак не входило в его планы.
  
  
  
  
   Глава десятая. Воители с фиолетовой кожей.
  
  
  
   Авар летел по направлению к Фурре. В его душе были смятение и раздор. Не смог. Не защитил. Обрек всех на гибель. Всех тех, кто доверял ему, считая, что он сможет позаботиться о них. А он не смог. Пошел на поводу у собственных желаний и жажды приключений. Надоело сидеть на одном месте, захотелось ветра перемен. Вот он и нашел свой ветер. Ветер потерь... Ветер позора и погибели...
   Все, кого он считал своей семьей, ныне мертвы. И пусть он при их жизни не особенно проявлял свои чувства, но все же они были ему по настоящему дороги. Именно сейчас он в полной мере осознал это. А значит остается только одно. Доказать, что их смерти не были напрасны. Что они сражались за поистине достойное дело против извергов и тиранов. Он должен был продолжить борьбу.
   Мятежники разбиты. Битва проиграна. Но война продолжается. Фуррийцы слыли невероятно могучими воинами чуждыми проявлению страха. Но их слишком мало. Кортурская империя может выставить сто тысяч воинов, а может даже и сто пятьдесят тысяч.
   Фуррийцы вряд ли способны больше чем на тридцать тысяч, да и то, если соберется весь мужской люд от мала до велика. Правда, говорят, что у них при нужде воюют и женщины, но все же... Есть еще Крант, страна, которая платит Фурре дань, спасибо Сарису за его уроки политики и географии этого мира. Но крантцы - торговцы, а не воины. Да и вряд ли они будут проливать кровь за жизни своих поработителей, хотя вроде бы как жить под пятой фуррийцев не столь уж и незавидная доля...
   Ладно, будем ломать головы лишь над теми загадками, которые помогут ему в предстоящей борьбе. Решил про себя Авар. А то иначе проще и вовсе никуда не лететь, а просто повеситься на первом суку, чтобы не видеть всех дальнейших ужасов правления Ордена Змеи.
   Как оказалось, в Фурру спешили бежать очень многие кортурцы, недовольные правлением нынешнего монарха. Однако таковых фуррийцы заворачивали со своих границ, предлагая идти сразу в Крант. Они готовились к войне.
   Невозможно было без содрогания смотреть на этих могучих воителей. Невероятно крепкие и коренастые с темно-фиолетовой кожей, они вызывали восторг и ужас у простых людей, а их желтые глаза с вертикальными кошачьими зрачками были полны столь ярой и неукротимой силы, что обычный человек попросту не мог вынести их взора. И немудрено. Прямой взгляд глаза в глаза считался у фуррийцев вызовом на поединок, а урона своей чести гордые воители не терпели.
   Воинское искусство и сила были возведены у них в абсолют. Каждый фурриец верил, что после смерти он попадет в Алый Чертог, истинный рай для воинов и им подобных. Сплошные пиры и сражения. Вечность напролет. Что может быть прекраснее...
   Авар взгляд фуррийца мог выдержать без страха, но когда ему объяснили, что почем, также предпочел разыгрывать перед ними робость и трепет. Эти воители ныне были его союзниками, и ссориться с ними понапрасну юноша не желал.
   Однако для него не сделали никакого исключения и заставили идти в Крант, не пропустив через границу. Все желавшие сражаться с армией Кортура должны были вступить в крантское ополчение, которое набиралось на добровольных основах. Авар же был намерен поступить иначе...
   Фуррийцы были настолько гордыми, что не пожелали сражаться в одном строю с людьми, коих презрительно именовали промеж себя не иначе как "задохликами". И надо сказать причины у них для этого были.
   Даже без оружия зрелый муж Фурры мог задавить десятерых обычных людей. Что уж говорить о вооруженном. Даже ребенок-фурриец был намного сильнее среднего взрослого мужчины из числа людей.
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Вместо того, чтобы идти в Крант, Авар пересек границу соседнего государства Аббор и, таясь, принялся ждать, когда же, наконец, начнется война. Ему хотелось посмотреть на битву фуррийцев и кортурцев, а при случае и вмешаться в нее.
   Абборцы были довольно миролюбивым народом, но при этом отнюдь не безобидным. Они не поддержали в этом конфликте ни одну из сторон, но на всякий случай принялись подтягивать свои войска к границам, чтобы в случае чего не оголять рубежи своей родины. И кортурцы и фуррийцы слыли крайне воинственными народами...
   Армия, подошедшая к рубежам Фурры спустя две недели, не была особенно большой. Пятьдесят тысяч человек. Двадцать тысяч конницы, сорок тысяч пехоты. Однако Авара смутили несколько десятков фигур облаченных в серые плащи служителей Смерти. Эти то что здесь забыли?
   В Кортуре ходили слухи о мистических силах, коими якобы обладают адепты Ордена Змеи, но Авару пока не довелось ни разу видеть их проявления. Лишь кровавые жертвоприношения беззащитных горожан и селян.
   Против пятидесяти тысяч человек вышло всего лишь десять тысяч фуррийцев. Все как на подбор в одних темных набедренных повязках и с огромными тяжеленными гизармами из темного металла невероятной крепости.
   Учитывая то, что слышал Авар об этих воинах, он никак не мог сказать, что фуррийцы сегодня были в меньшинстве. Скорее уж наоборот. Сражение состоялось возле самой границы Фурры. Первыми в атаку опять таки погнали ополчение. Без доспехов, без мундиров, кое-как вооруженное... Фуррийцы расправились с ними походя. Тяжелые гизармы вращались с невероятной скоростью и легко рассекали слабые тела людей на части.
   Среди фиолетовокожих воителей во время этой атаки упало, быть может, от силы пять фигур. Далее в бой пошла конница, выпуская перед собой тучи стрел. Фуррийцы отбивали их гизармами, вращая ими в воздухе с огромной скоростью, но то и дело какая-нибудь одиночная стрела нет-нет, да и находила дорожку, и среди жителей Фурры падал очередной воин.
   Однако эти потери были слишком ничтожными, чтобы сокрушить монолитную стену фуррийских порядков. Даже прямой удар кавалерии не сумел разрушить их строя. Фуррийцы подсекали ноги лошадям, сбрасывая всадников наземь, рубили людей, ловко, несмотря на свою комплекцию, уворачивались от стрел и копий... И тут неожиданно начался кошмар.
   Внезапно тела павших фуррийцев и людей начали подниматься с земли и обрушились на фиолетовокожих воителей со всех сторон. Если фуррийцы и растерялись в первые секунды, то, надо отдать им должное, быстро оправились и с удвоенным рвением взялись за дело.
   Гизармы в кашу секли восставших мертвецов, причем как своих, так и чужих, не оставляя им ни малейшего шанса на восстановление. Но мертвые фуррийцы не теряли своего боевого умения, и строй сынов Фурры заколебался. Никто не мог победить фуррийцев... кроме самих фуррийцев.
   Однако, как ни тяжело им приходилось, сыны Фурры таки сумели удержать строй и перебить всех поднявшихся мертвецов и две трети конницы. Оставшаяся треть с позором отступила назад. Всего воинов у кортурцев, считая и уцелевшую кавалерию, осталось примерно двадцать тысяч. Фуррийцы потеряли в битве треть от своего числа.
   Осознав, что воинский дух их неприятелей подорван, фиолетовокожие воины с радостным ревом бросились на уцелевших кортурцев. Те дрогнули, было, однако железная воля их командиров быстро навела в войске порядок.
   Вперед выдвинулись пять десятков служителей Смерти, сжимавшие в руках короткие жезлы с небольшими зелеными кристаллами, тускло мерцающими недобрым мертвенным огнем. Они взялись за руки и затянули зловещее заклинание.
   Миг, и перед торжествующими фурийцами выросла редкая цепь полупрозрачных фигур. Эти фигуры оплыли навстречу желтоглазым воинам. Те пытались рубить их своим оружием. Тщетно. Призраки втягивались в тела живых, и те поворачивали оружие против своих же.
   Завязалась ожесточенная рубка между воинами Фурры. Воспрянувшие духом кортурцы выпускали в эту мясорубку все стрелы, которые имелись у них в наличие. Ровно половина фуррийцев добралась до боевых порядков кортурской армии. И снесла их дочиста. Большинство Служителей Смерти в разыгравшейся суматохе сумели ускользнуть. Остальные нашли свою гибель под безжалостными гизармами народа воинов.
  
  
  
  
  
   Глава десятая. Хирам.
  
  
  
  
  
   После того, как отгремело сражение с фуррийцами, Авар решил направиться в Крант. Жизнь там была весьма привольной, и посему туда стекались бродяги и изгои со всех концов далеко немалого мира Танарты. Насчет его будущего Авар не обольщался. Да на этот раз фуррийцы сумели одержать полную победу, но лишь потому, что противник их недооценил.
   Если хотя бы малая толика служителей Смерти владеет теми же силами, что и те, что схлестнулись с фурийцами, то их врагам не позавидуешь. Военная мощь Кортура плюс нечестивое чародейство его новых хозяев... Что и говорить, убойная смесь... А еще эти кристаллы. При одном лишь взгляде на них, Авар, наблюдавший за сражением с безопасного расстояния, чувствовал почти физическую боль.
   Неведомые артефакты в буквальном мыле этого слов пили жизненную энергию из окружающего пространства, и это было нехорошо. Страшно представить, на что они окажутся способны, если впитают в себя достаточное количество силы... Авар и сам не замечал, что рассуждает о вещах совершенно непонятных для человека неискушенного в магии и делает однозначные выводы из всего произошедшего.
   А ведь никто никогда не обучал его чародейству, тем более его теории. Да, он явно необычный человек, умеющий летать, с повышенной силой и живучестью,... но в то же время и вполне себе обычный парень выросший на улицах западного Кортура, отнюдь не мирного и безопасного места...
   Авар вообще не слишком то был склонен ломать голову над неразрешимыми внешне загадками, но сейчас перед ним неожиданно остро встал вопрос о том, кто он на самом деле, и откуда именно происходит его мистическая сила.
   За все в этой жизни рано или поздно надо платить. Это он усвоил еще в детстве, выживая в огне нужды и насилия, и, похоже, вскоре ему предстояло это сделать. Ответить перед собой, перед собственной совестью, кто же он на самом деле. Безродный бродяга, целью которого является одно лишь выживание в этом безумном мире, неведомо как получивший в свои руки невероятные возможности или... или же все же нечто большее.
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Он сам не заметил, как за полторы недели пролетел насквозь весь Аббор, через который и решил путешествовать. Столица Канта Мэрве была разноцветным, веселым и донельзя пестрым городом с самым причудливым населением из всех, что он когда-либо видел.
   Мэрве была не столь богата и обширна как, скажем, тот же Эвер, но зато здесь можно было встретить представителей всех возможных рас проживавших на Танарте. И козлоголовые морантцы, и крылатые вирры, похожие на летающих лисиц размером примерно с десятилетнего ребенка, и стройные, загадочные эльфы всегда державшиеся несколько высокомерно и отстраненно.
   Авару понравился город. Пожалуй, здесь он бы с удовольствием прожил всю оставшуюся жизнь, пусть даже и она окажется весьма недолгой. Первым делом юноша узнал последние новости. Оказалось, что весть о победе Фурры давно уже достигла ушей обитателей столицы, и ее жители готовились праздновать победу своих могучих покровителей. Ведь как-никак пади фуррийцы, и они сами недолго будут наслаждаться своей свободой, пусть даже и весьма относительной.
   Пробродив по городу до самого позднего вечера, Авар отправился искать ночлег и... столкнулся в одном глухом переулке нос к носу с пятью явно затрапезного вида личностями, поигрывающими длинными ножами и кинжалами. Что именно им было нужно от него, Авар уточнять не стал.
   Вместо этого он тут же вился в воздух и обнажил мечи. Бандиты опешили от такого, и он сумел сразить двоих. Но тут к головорезам подоспело еще трое их товарищей вооруженных арбалетами. Два болта просвистели мимо, но третий вонзился прямиком в бок не успевшего реагировать Авара.
   Тот с проклятиями полетел прочь. Бандиты его впрочем, преследовать тоже не стали. Два трупа их подельников стали достаточно весомы аргументом для того, чтобы они отказались от дальнейших враждебных намерений относительно столь опасной добычи...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Очнулся Авар в грязной подворотне оттого, что его кто-то деловито ощупывал. Открыв глаза, юноша неожиданно увидел перед собой молодого фуррийца явно ненамного старше его самого. Юноша озабоченно цокал языком, глядя на залитую кровью одежду Авара.
  -Эй, друг, ты как в порядке? - Нахмурил брови фурриец. В его лице не было и следа той грубости и задиристости, что обычно была присуща большинству представителей его народа. Напротив оно светилось неподдельным участием и интеллектом.
  -Да вроде бы... - Пробормотал Авар, ощупывая раненый бок. За ночь рана практически затянулась, оставив лишь небольшой рубец, который также должен был исчезнуть не позднее чем через два дня.
  -Чем это тебя попятнало? - Не угомонился фурриец. - Серьезное что-то?
  -Арбалетный срезень... - Хмыкнул Авар и осекся. Сам того не желая, он выдал себя с головой, и если у этого юноши хватит мозгов... Хватило.
  -Такие раны не заживают за ночь. - Покачал головой фурриец. - Но я вижу, что ты не врешь. Ты - нечеловек, так ведь?
  -Не знаю точно, кто я - не стал отпираться Авар - но и ты тоже не шибко то похож на фуррийца... по крайней мере мы уже с минуту глядим друг другу в глаза, а лицо у меня до сих пор не разбито...
  -Да ты прав. - Кивнул юноша, улыбнувшись. - Я не слишком-то похож на истого воина, хотя с боевым умением у меня все в порядке, отец постарался... Но давай ка лучше мы с тобой пройдем в мое жилище. А то ты ранен и тебе нужен покой. Там заодно и потолкуем обо всем...
  
  
   ***
  
  
  
  
   Как оказалось, жил Хирам в небольшой пристройке просторного дома на самой окраине Мэрве, куда и занесло ночью Авара. В пристройке было чисто и сухо, но крайне небогато. Стоял лишь один лежак, да на прибитых к стенам деревянных полках громоздились различные склянки и бутылки с разноцветными жидкостями.
  -Вот здесь я и живу. - Развел руками Хирам, когда Авар уже деловито взгромоздился на его лежак, не удосужившись даже спросить разрешения у хозяина дома. Фурриец впрочем, против этого не возражал. - Мастер Кисонус добрый человек, правда изрядно ворчливый. Он учит меня искусству алхимии. Это моя страсть с детства. Отец мой, правда, сильно не любил это мое увлечение, поэтому пришлось мне уйти из его дома. Мастер Кисонус поворчал, но пустил меня жить в эту пристройку. Не бог весть что, но зато я свободен выбирать то дело, которое мне по душе.
  -Значит, быть воином не по тебе? - Хмыкнул Авар.
  -Воинское искусство у фуррийцев в крови, и я не исключение. - Не согласился юноша. - Но гораздо больше я люблю познавать новое. Особенно в алхимии. Ты знаешь, я никому об этом раньше не говорил, но я хочу открыть секрет бессмертия. - Выдохнул он, и его глаза сверкнули восторженным огнем вдохновения. - Мои сородичи - могучие воины, но живут слишком мало. Три десятилетия - и мы умираем. Не так как люди... Не стареем... Просто умираем. В один миг застывают члены и стекленеют глаза... Как будто бы кто-то незримый и безмерно могучий гасит в нас сам огонь жизни... Я так не хочу... Мои сородичи верят в Алый Чертог, рай для воинов, куда мы все уходим после смерти если жили достойно, но я, признаться честно, не слишком то в него верю... Хотя может быть всякое, конечно... Твои раны заживают так быстро... Не разрешишь ли ты мне взять немного твоей крови для исследований?
  -Валяй... - Авар вяло протянул ему руку. Почему-то он сейчас абсолютно доверял фуррийцу. Опять то самое пресловутое чутье, которое помогало ему безошибочно определять, где друг, а где враг.
   Хирам осторожно закатал рукав куртки Авара и сделал небольшой разрез, нацедив кровь в небольшую стеклянную колбу.
  -Ну вот и все, теперь возможно мои исследования продвинутся дальше... Хотя мне еще учиться и учиться, надо признать... Ну а ты? Кто ты, и какова твоя мечта?
  -Я - Авар, бродяга без роду и племени. - Не стал скрывать очевидного юноша. - Что до мечты... Ну, например, сейчас я хочу освободить свою страну от Ордена Змеи.
  -Достойная цель. - Серьезно кивнул фурриец. - Кстати, мое имя Хирам...
  
  
  
  
  
  
   Глава одиннадцатая. Война с Аббором.
  
  
  
  
  -Послушай, но все-таки что именно занесло тебя в Мэрве? - Хирам вопросительно потряс Авара за рукав, не давая тому провалиться в сон. - Все же далековато от Кортура, как ни крути...
  -В Кортуре продолжать войну бессмысленно. Император благоволит магам Смерти, или даже сам давно уже их марионетка... Но они не остановятся на этом... вот увидишь. Скоро они объявят войну еще кому-нибудь. И, скорее всего Аббору.
  -Да, мои сородичи знатно задали им перцу... Мой отец пошел на эту войну... не знаю жив ли он еще или нет, но он проклинает меня за то, что я сбежал из дому... Попадись я ему ныне, мне бы сильно не поздоровилось... Слухи об этой войне ходят странные... Будто бы мертвецы вставали с земли и рвали живых голыми руками... Еще говорили о духах без плоти и крови, что овладевали душами наших воинов, заставляя их сражаться против сородичей... Все это сказки конечно. Люди склонны сочинять небылицы, а своих сородичей я расспрашивать боюсь. Здесь в Мэрве меня все знают, приходиться таиться. Я для них теперь изгой, отступник. А таковые по наши законам подлежат смерти.
  -Сурово... - Хмыкнул Авар. - Но рассказы о духах и мертвецах - это не сказки. Я видел эту битву. Все это правда, до последнего слова... Твои сородичи и впрямь очень сильны, раз сумели повергнуть такого противника...
  -Вот значит, как... - Озадаченно прищурился Хирам. - Но как ты сам сумел ускользнуть?
  -Я умею летать. - Хмыкнул Авар.
  -Я серьезно спрашиваю. - Обиделся юноша.
  -Смотри. - Хмыкнул Авар и взвился в воздух, правда, тут же со стоном опустился назад. Рана все еще немного давала о себе знать.
  -Ничего себе... - Пораженно выдохнул Хирам. - Неслыханная удача, что я встретил тебя, Авар. Я не знаю, кто ты,... но ты чудо природы. Это правда. Я горд тем, что имел счастье беседовать с тобой...
  -Да ладно, не начинай. - Поморщился Авар. - Я и сам толком не знаю, откуда у меня это все... Вроде родился в обычной семье простолюдинов... Слушай, ты не против, если я посплю немного. А то вчерашняя ночь меня... скажем так, изрядно измотала...
  
  
   ***
  
  
  
  
   Прогноз Авара оказался правдивым. Через несколько недель до Мэрве дошли слухи о том, что Кортур объявил войну Аббору. Правитель Аббора, надо отдать ему должное, оказался вполне готовым к подобному повороту событий, и семидяситысячную армию наступавших лоб в лоб встретили регулярные войска этой страны.
   Авар, как узнал о том, что твориться тут же направился в Аббор, чтобы вступить добровольцем в его армию. С ним вызвался идти и Хирам, которого тоже ни на шутку встревожили вести, которые принес его товарищ, и который также хотел разобраться в сути колдовства творимого кортурскими некромантами.
   Вообще за то время, что молодые люди провели вместе, они крепко сдружились. Оба были изгоями у своих народов и тянулись друг к другу, почуяв родственную душу. Все это время Авар жил у Хирама в пристройке и предавался безделью, в то время как его товарищ усердно работал в мастерской своего учителя. Когда же настала пора покинуть столицу Кранта, Авар был только рад. Мэрве уже успела ему изрядно наскучить.
   Юноша, правда, слегка досадовал из-за того, что им придется сильно замедлиться из-за Хирама, который по понятным причинам не мог передвигаться по воздуху как он, но все же в глубине души был рад тому, что будет не одинок в своей предстоящей борьбе.
   Молодой фурриец и впрямь оказался отличным товарищем. Раздобыл им обоим превосходных лошадей, на которых они ехали вплоть до самой границы с Аббором. Там их встретил приграничный отряд, и когда выяснилось, что молодые люди хотят вступить в ополчение, им выделили новых коней и даже дали сопровождение.
   Ну, еще бы. С воинами у Аббора обстояло неважно, а присутствие в их войске даже одного фуррийца сильно поднимет боевой дух простых солдат, ибо фиолетовокожие воители никогда ранее не сражались в одном строю с людьми.
   Как оказалось, дела у Аббора действительно шли неважнецки. За те две с лишним недели, что молодые люди потратили на прибытие к линии фронта, кортурские войска успели полностью выбить своих противников из всего восточного Аббора и подошли вплотную к Румею, его столице.
   Румей был большим хорошо укрепленным городом, и оборонять его смешливые, темноглазые и добродушные в мирной жизни абборцы были намерены до последнего. Именно к Румею и прибыли друзья как раз в тот момент, когда к нему подходила армия Кортура.
   Всего их было примерно пятьдесят тысяч. Войско абборцев насчитывало около тридцати тысяч человек. Довольно большая цифра для такой невеликой страны. Ни крантцы, ни фуррийцы не откликнулись на призыв о помощи. Первые из страха, а вторые попросту не считали слабых достойными существования. А уж просить кого-либо о помощи для фиолетовокожих воителей и вовсе было неслыханно. Наитягчайший позор.
   Правитель Аббора, уже пожилой начавший седеть мужчина, однако, оказался весьма мудрым и дальновидным человеком. К нему и привели ошарашенных сверх всякой меры друзей абборские стражники. Темноволосый и темноглазый, как и все абборцы, он посмотрел на Хирама своими печальными много повидавшими глазами и тихо попросил.
  -Я хочу, чтобы ты сказал, что Фурра вышлет воинов нам на подмогу, если мы отстоим город.
  -Но к чему эта ложь? - Удивился Хирам. - Я готов биться в первых рядах твоих воинов, но даже если вы разобьете кортурцев в пух и прах, мои сородичи не помогут вам!
  -Не помогут. - Согласился правитель. - Но так мои люди будут знать, что надежда не потеряна, и станут сражаться изо всех сил. Надежда дает силы. И немалые. Поверь моему опыту, юный фурриец. Если хочешь, я встану перед тобой на колени, лишь бы ты выполнил мою просьбу.
  -Нет, не надо! - Поспешно осадил Хирам уже начавшего было подниматься из кресла правителя. - Я сделаю то, что ты хочешь. Но взамен я попрошу тебя, ели мы выживем, даровать мне право жить здесь. Крант подчиняется Фурре. А я и так нарушил законы своего племени, а теперь я и вовсе буду для них смертником, которого нужно уничтожить любой ценой, чтобы избыть позор.
  -Конечно, я выполню твою просьбу. - Заулыбался правитель. - Я выделю тебе дом, землю, все что попросишь, только сделай то, о чем я тебя прошу!
  -Мне нужно собраться с мыслями... Думаю, через минуту я буду готов.
  
  
  
   ***
  
  
  
   Хирам оказался от природы превосходным оратором. Он так зажигательно выступил на главной площади Румея, что простой люд, внимавший ему, под конец речи просто ревел от восторга. В этот миг им был не страшен никто. Ни прекрасно обученная кортурская гвардия, ни кошмарные маги Смерти. Никто. Они были готовы защищать свою родину до последнего вздоха.
   Долго говорил Хирам, и когда он, наконец, выдохся, даже у самого прожженного циника не осталось ни малейших сомнений. Румей врагу просто так не взять. Стены города были довольно высоки, да к тому же абборцы понаставили на них тяжелые метательные машины от гигантских арбалетов до баллист и катапульт.
   Первую попытку штурма кортурцы предприняли глубокой ночью, когда их враги спали. Однако настенная стража ела свой хлеб недаром, и тревога была поднята заблаговременно. Длинные приставные деревянные лестницы, по которым захватчики попытались проникнуть вовнутрь, были сброшены наземь.
   Заработали чудовищные стрелометы под факельным освещением. Гигантские болты прошивали порой по нескольку тел за раз, и нападавшим в итоге пришлось отступить. В этот раз их было не особенно много, две-три тысячи. Так сказать разведка боем. Пробный выпад. Однако при этом и смертельно опасный. Ведь доведись передовому отряду укрепиться на стенах, в бой тут же пошли бы гораздо более серьезные силы, также ждавшие своего часа в полной боевой готовности.
   При свете дня кортурцы предприняли вторую попытку. На этот раз они установили свои боевые машины напротив городских стен и начали прицельный обстрел. Громадные катапульты оказались намного дальнобойнее, нежели тяжелая техника их противника, и посему стены города начали содрогаться от ударов тяжелых камней.
   В принципе у кортурцев в избытке имелись и менее маломощные орудия наподобие тех же баллист, "козлов" и стрелометов. Эти прицельно били по настенным орудиям, выводя их из строя. Абборцы отвечали им тем же, и в итоге в ходе суток ожесточенных перестрелок вся осадная техника и с той, и с другой стороны за исключением дальнобойных катапульт была полностью выведена из строя.
   На следующий день обстрел возобновился. В стенах начали возникать первые проломы. Пока они были не слишком большими, но долго так продолжаться не могло. Становилось понятно, что открытого столкновения не избежать. Кортурцы предприняли две попытки штурма главных ворот под прикрытием огня из катапульт, но обе эти атаки абборцам удалось отбить с немалыми потерями для осаждающих.
   На третий день вперед выступили сероплащные маги Смерти с жезлами увенчанными зелеными кристаллами. Они взялись за руки и образовали кольцо неподалеку от стен, однако, вне пределов досягаемости вражеских стрел. Воздух вокруг них стустился, и вот уже сплошное облако сероватой пыли летит прямо к воротам.
   Что-то заполошно закричали абборские десятники своим людям, что стояли неподалеку от входа город, но было поздно. Облако неведомой магии разом накрыло их всех и превратило в безвредный прах. Вместе с воротами.
   Тут уже ничто не сдерживало атакующих. С торжествующим ревом они устремились в образовавшийся пролом. Со стен во множестве полетели стрелы, но они уже не сумели остановить захватчиков. Вражеское войско проникло в город. Сперва его поток еще худо-бедно сдерживался воинами Аббора, но когда за их спинами поднялись их же мертвые товарищи...
   Битва была долгой и жестокой. Абборцы обороняли город до последнего. Хирам и Авар сражались с отчаянием обреченных, но в итоге им пришлось спешно покинуть гибнущий в огне войны Румей. Они бились храбро, но погибать за чужие идеи и символы были все же не намерены.
  
  
  
  
   Глава двенадцатая. Новая сила.
  
  
  
  
  
  
  -Эй, пошевеливайтесь! - Молодой белокурый капитан с холодным жестоким вглядом верхом на прекрасном караковом жеребце брезгливо оглядел неровную шеренгу пленных. - Этих - он указал на двоих стариков - под нож некромантов. Остальных нарядить на работы. Пусть помогают приближению победы славного Кортура!
   Капитану Ильхору повезло. В тот злополучный день, когда на их лагерь напали степняки, он сумел спрятаться в одной из ям, где держали провинившихся заключенных, и выжил. Туннакрцы его не нашли. После под покровом ночи он сумел ускользнуть из разоренного лагеря и даже прихватить одну из лошадей.
   Так он домчался до близлежащего форта и предупредил тамошнего командира о вторжении, солгав, что его послал якобы его тысячник со срочным донесением. В итоге Ильхор не только не был наказан за трусость и уклонение от боя, но и напротив награжден за своевременное донесение, во многом благодаря которому, не будем грешить против истины, западным войскам Кортура удалось вовремя привести себя в боевую готовность и дать степнякам достойный отпор.
   Затем была служба уже в другом гарнизоне, ну а когда пришли к власти некроманты, Ильхор также сумел удержаться на плаву благодаря своей природной хитрости, жестокости и беспринципности.
   Ныне же он командовал сотней, которая занималась ловлей рабов на территории Аббора. Надо сказать, что к моменту описываемых событий практически вся территория этой страны была в руках армии Кортура. Поражение под Румеем сломало абборцам хребет...
   Однако отдаленные западные провинции еще худо-бедно сопротивлялись. Однако их поражение было лишь вопросом времени и лишь слегка осложнялось тем, что на границе с Туннакром у кортурцев снова возникли небольшие стычки с этим воинственным народом.
   Однако здесь в центральном Абборе все ныне подчинялось имперским интервентам, и сопротивление осуществлялось лишь на подпольной основе. Посему Ильхор и его люди чувствовали себя уверенно и безнаказанно, опустошая беззащитную деревню. Напасть на вооруженную сотню кортурских солдат, пусть даже ночью здесь никому не привидится даже в кошмарном сне.
  -Ну что там закончили? - Лениво осведомился капитан у одного из своих подчиненных, когда вдруг в воздухе засвистели стрелы. Люди Ильхора, не ожидавшие нападения принялись валиться с коней. Стрелками неведомые враги оказались весьма меткими.
   Но дальше больше. Не удовлетворившись дальним обстрелом, из-за кустов начли выбегать люди, закутанные в темные плащи, на бегу стреляя из арбалетов. Опомнившиеся кортурцы ответили тем же, но нападавшие ловко лавировали в ночной тьме и залпы против них оказались малоэффективными, чего не скажешь о стрельбе самих абборцев.
   Вот одна и фигур взвилась высоко в воздух и обрушилась на кортурцев сверху. В свете факелов, которые сжимали некоторые люди Ильхора, мелькнуло красивое лицо в обрамлении длинных темных волос с седой прядью, которое показалось капитану смутно знакомым.
   Авар же напротив сразу узнал своего давнего обидчика, во многом благодаря которому погиб Турак, и с яростным рыком полетел навстречу. Ильхор же настолько испугался мистического воителя, что с трудом заставил себя поднять руку с саблей.
   Свистнул клинок юноши, и отрубленная рука Ильхора упала на землю. Тот истошно завопил от боли, рухнув со своего коня.
  -Узнал? - Мрачно усмехнулся Авар, оказавшись рядом.
  -Ты?!!! - Неверяще прошептал Ильхор похолодевшими губами. - Несмотря на прошедшие годы, он, наконец, узнал своего противника.
  -Я. - Кивнул Авар, пронзив капитану сердце. - Отправляйся под землю, мразь.
   Схватка было жестокой, но короткой. Люди Авара оказались намного более подготовленными к битве, нежели их противники и посему кортурцев довольно быстро удалось перебить с минимальными потерями для нападавших.
  -Этого недостаточно. - Нахмурился Авар, глядя на залитые кровью на трупы кортурских солдат.
  -Ты о чем это, друг? Мы же победили! - Непонимающе нахмурился Хирам.
  -Нужно кое-что еще, чтобы наши враги трепетали от ужаса при одном лишь упоминании о нас... Вот что. - Юноша порывисто наклонился над телом Ильхора и двумя стремительными росчерками клинка прочертил от его глаз к подбородку две ровные кровавые борозды. - Отныне мы будем зваться Орден Плачущих. - Голос Авара наполнила тяжелая мрачная сила, от которой на миг стало не по себе даже бесстрашному Хираму. - И горе тому, кто встанет у нас на пути...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
   Слухи о новом Ордене, воюющем против Кортура и его нечестивых служителей Смерти, разлетелись по Аббору со скоростью молнии. Все в Абборе в последнее время только и говорили, что о нем. Что служат там не простые воины, но безжалостные порождения ночи, призраки умерших абборцев, жаждущие возмездия. Абборцы относились к его адептам со смесью страха и восхищения.
   Бывалый люд, конечно же, все прекрасно понимал и над подобными слухами лишь посмеивался. Но не было такого абборца, даже и среди тех, кто вроде бы смирился с новой властью, что втайне, а то и открыто не желал бы победы этим воителям, посвятившим свою жизнь мести и борьбе против тиранов и угнетателей.
   Весь западный Аббор полыхал в огне войны. Вдохновленные его примером потихоньку начали шевелиться и остальные провинции. Серпетрион, видя, что маленькая страна не желает так просто покоряться ему, приказал Сихону лично явиться туда и проконтролировать ее окончательное порабощение...
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Ты хотел видеть меня, Неуязвимый? - Изящный светловолосый эльф вопросительно уставился на совершено невероятное существо с черным худым слюдянистым телом и длинными непропорциональными конечностями. Обычно никому из его народа не было хода в ту часть заповедного леса, где жил Шаннор, слишком велик был священный ужас перед этим созданием даже у бессмертных эльфов. Но сегодня случай был особый. Неуязвимый сам пожелал беседы с вождями дивного народа, и отказать ему в этой просьбе эльфы попросту не могли. Теорн, один из эльфийских старейшин был единственным, кто, несмотря на священный ужас, впитанный эльфами, наверное, еще с молоком матери, решился войти на запретную территорию и поговорить с Шаннором с глазу на глаз.
  -Да. В мире появилась новая сила. Смертельно опасная сила. Я чувствую ее присутствие... Ты должен доставить меня на Ксеней.
  -Должны ли мои воины вмешаться в происходящее? - Стоящее напротив него существо вызывало у гордого эльфийского воителя ощутимый трепет.
  -Нет. Этого не требуется. С этим я сумею справиться и сам...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Серпетрион радостно потирал руки. Все складывалось донельзя удачно. Кристаллы силы, выданные ему Тхэрсиорхом наполнялись энергией даже быстрее чем он планировал, а значит, в скором времени на Танарте можно будет открыть полноценный портал и тогда... - маг Смерти зловеще расхохотался - жалким здешним людишкам не позавидуешь...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Странная худая слюдянисто черная фигура лишь отдаленно походившая на человека во весь опор мчалась на четырех длинных угловатых конечностях, не зная отдыха, день за днем преодолевая огромные расстояния, намного большие нежели даже самые резвые скакуны из числа отборной имперской породы чистокровных "кортурцев", специально выведенной для владыки Кортура и членов его семьи, могли проскакать за это же время.
   Он должен был успеть. Зло становилось сильнее день ото дня, и пусть сам он отнюдь не был поборником добра и справедливости в истинном смысле этого слова, но и смотреть на то, как гибнет мир, в котором он нашел вполне себе неплохое и тихое пристанище, отнюдь не входило в его планы...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Весть о том, что Его Величество Тамир Восьмой лично изволил почтить армию Кортура свои присутствием, облетела Аббор со скоростью молнии. Кортурцы откровенно ликовали. Для них это являлось весомым подспорьем, ибо поднимало боевой дух и рвение, как простых солдат, так и их командиров до заоблачных высот (и не в последнюю очередь оттого, что император не прощал ошибок и не терпел трусов тем паче в военное время).
   К тому же вместе с Его Величеством на подмогу кортурцам шли отборные мастера Смерти, чье зловещее искусство уже давным давно не было ни для кого секретом. А это значит, что проклятых абборцев в скором времени ждет либо гибель, либо окончательное порабощение.
   Сам же Сихон был явно не в восторге от этой поездки. В прошлом могучий бесстрашный воин, ныне он крайне неохотно ввязывался во всякие стычки напрямую. Ибо теперь перед ним маячила перспектива вечной жизни. А жизнь Сихон Таррийский любил...
   Однако с Серпетрионом не поспоришь. Если бы не он, аристократ правил бы единолично конечно, но и о бессмертии ему бы пришлось забыть раз и навсегда. К тому же маг Смерти обладал невероятной силой абсолютно несравнимой с его собственной. На днях он вообще заявил Сихону, что является не магом, а бери выше! Полноценным богом. Так якобы сказал ему сам великий Тхэрсиорх. И ведь не поспоришь...
   К тому же постоянное поддержание иллюзии облика императора пило его силы. А Сихон был весьма посредственным магом со средненькими природными способностями. Поэтому ему большую часть времени приходилось проводить в крытой карете, в которой он и путешествовал в сопровождении внушительного эскорта.
   Ну да ничего. Скоро все это закончится. Серпетрион обещал в скором времени открыть портал в иной мир, и уж тогда, он, Сихон Таррийский, величайший император Кортура всех времен и его первый меч, получит, наконец, свою обещанную награду...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
   Это место не было отмечено ни на одной из карт, хотя и находилось практически в самом сердце кортурской империи. Ну, еще бы. Ни одному правителю, пусть даже и самому мудрому и справедливому не захочется признавать, что есть что-то на его землях, что ему совершенно неподконтрольно, и что он, несмотря на всю свою силу и величие ничего не может с этим поделать.
   Перекрестье двух рек. Гравы и Орлы. Огромный водопад, низвергающий свои воды с головокружительной высоты как раз в месте пересечения двух этих водных потоков. Чудовищный источник силы, исходящий откуда то из под земли. До сих пор не покорившийся ни одному из чародеев. Никто не знал, что именно там происходит. Ни один из отрядов посланных вглубь водопада при прежних властителях Кортура не вернулся назад. Было лишь известно о том, что за чудовищным ревущим потоком воды есть вход в подземелье. И что оттуда не возвращаются даже чародеи...
   Сегодня очередной отряд предпринял попытку разобраться в первоисточнике неведомой магии. Три десятка воинов. Пятеро магов в серых балахонах. Одним из них был Серпетрион, теневой владыка Кортура. Он решил рискнуть, ибо магия влекла его сильнее всего на свете, а мощь, исходящая из подземелья была такова, что его нынешнее могущество казалось в сравнении с ним жалким фиглярством.
   Поток воды послушно расступился, повинуясь могучей магии пришельцев на судоходных баржах, и отряд проник вовнутрь. Внутри была довольно просторная пещера, и поток воды уходил вглубь подземелья, однако путь преграждала радужная завеса явно магического происхождения.
  -Сейчас отдавайте мне силу. - Повелительно прошипел Серпетрион. В просторном сером плаще ныне он был ничем неотличим от остальных своих магов. Чародеи повиновались, и в завесе возник проход, через который тут же устремились все воины отряда. Маги прошли самыми последними.
  -Очень много затрат энергии... - Недовольно нахмурился Серпетрион. - Держите свои кристаллы наготове...
   Далее коридор ветвился надвое. Сила исходила из правого ветвления, но и слева ощущалось нечто непонятное, поэтому Серпетрион решил сперва проверить левый коридор во избежание всяческих неожиданностей.
   Коридор сей оказался не слишком длинным и закончился небольшой пещерой с довольно большим подземным озером. От его вод явно веяло неприкрытой опасностью, но один из воинов все равно неосторожно сунулся к самой кромке воды.
  - Назад! - Рявкнул Бог Смерти, но было поздно. Из воды внезапно выметнулось темное гибкое щупальце и одним движением разорвало воина надвое. - Некроманты, к бою! - Только и успел отдать команду Серпетрион, как из воды вылезло одно из самых кошмарных и отвратительных созданий, какие только может измыслить воображение.
   Внешне оно напоминало осьминога с огромной головой на двух могучих длинных шупальцах. Гладкая кожа создания была буро-коричневой с небольшим сиреневым отливом. Еще один стремительный бросок, и щупальце охватило разом троих воинов, раздавив их тела в кашу.
   Ответный удар некромантов не заставил себя долго ждать и волна серого праха, окутав осьминога,... впиталась в его тело, не причинив никакого вреда. Напротив чудовище даже стало еще более активным.
  -Эта тварь жрет энергию! - Выкрикнул Серпетрион, спешно отбирая все зеленые кристаллы у своих чародеев.
   Воины тем временем остервенело рубили оба щупальца, но тугая плоть твари практически не поддавалась их клинкам, а мелкие раны и порезы заживали у бестии практически в мгновение ока. Ответные выпады щупалец ломали кортурцам кости и отрывали головы. Отряд был близок к полному истреблению, когда внезапно из всех пяти жезлов с кристаллами силы вырвалась толстая зеленая нить и ударила в голову октопуса, заставив его скрыться в толщах воды.
  -Что вы сделали, господин? - Осмелился спросить один из двоих выживших магов. Остальные были безжалостно разорваны неведомой тварью на куски.
  -Накормил его силой по самые гланды... - Жестко усмехнулся Серпетрион. - Теперь переваривает... Пошли назад. Убить его мы все равно не сумеем...
   Наскоро преодолев обратный путь, остатки отряда достигли баржи и, взяв подкрепление и новые кристаллы, двинулись в правый коридор. Бог Смерти был не из тех, кто так легко отказывается от своих планов...
   Здесь коридор оборвался массивными белыми вратами с выгравированным на них черным обсидиановым черепом. Врата защищала могучая магия, но Серпетрион вновь прибег к кристаллам и, ворота распахнулись.
   Внутри находился небольшой идеально ровный квадратный зал, в глубине которого висел громадный сиреневый светящийся кристалл. На полу в позе лотоса сидел могучий коренастый эльф с темно-серой кожей, длинными роскошными темными волосами и яркими зелеными глазами.
  -Я Аримис, Хранитель Кристалла. - Мелодично пропел он, глядя на пришельцев. - А вы чужаки, которые хотят уничтожить мой кристалл, я прав?
  -Нет, не прав. - Хмыкнул Серпетрион. - Мне нужна его сила...
  -Этот Кристалл - мое проклятье... - Устало выдохнул эльф, или, по крайней мере, тот, кто походил на него. - Я прикован к нему незримыми путами и не могу отойти далее чем за пределы этого зала... По идее я бы с радостью сам уничтожил его, но сила взрыва будет такой, что даже такому как я не выжить... - Эльф явно был не прочь поговорить.
  -А если я просто попробую исследовать его? - Осторожно начал Серпетрион. - Мне нет никакого резона взрывать его, ведь тогда я тоже погибну... - Он нутром чуял могучую силу неведомого существа и не спешил пока вступать с ним в открытый конфликт. - Быть может, я сумею освободить и тебя самого...
  -Это было неплохо... - Усмехнулся Аримис. - Но какое тебе до меня дело?
  -Никакого. - Не стал скрывать очевидного Бог Смерти. - Мне нужна сила кристалла, но я не хочу биться с тобой. Ты мне нужен. Поэтому давай ка мы с тобой попробуем помочь друг другу. Я попробую разобраться в принципе действия Кристалла, а ты не будешь мне в этом мешать.
  -Ну что ж, это справедливо. - Согласился Хранитель.- Я даже готов пойти на риск его уничтожения ради возможности освобождения... Я чую в тебе достаточную силу и мастерство, чтобы разрешить тебе попытаться. Действуй.
   Получив разрешение, Серпетрион тут же вынул из заплечного мешка с десяток жезлов с зелеными кристаллами и, сплавив их мощь воедино, начал осторожно прощупывать Кристалл. Тот со всех сторон был отгорожен магической радужной завесой, явно очень мощного и опасного толка, но Бог Смерти был истым докой в своем деле.
   Виртуозно создав из силы кристаллов тонкие энергетические щупы, он начал аккуратно вплетать их в потоки магии сиреневого Кристалла. Тот сперва возмущено загудел, но Серпетрион не шел напролом. Он убеждал, договаривался. И кристалл, который не был истинно разумным существом, начал потихоньку прислушиваться к нему.
   В итоге в ходе нескольких часов кропотливой работы, Серпетриону удалось замкнуть в энергетическую цепь один из зеленых кристаллов силы и непосредственно сам Кристалл. Теперь он мог приказывать Кристаллу. Пусть не во всем, пусть опосредованно, но теперь он мог заставить его отдавать свою энергию для собственных нужд.
   Однако что до освобождения Аримиса... Серпетрион мог бы в принципе это сделать. Но не стал. Хранитель был чудовищно силен, он чуял это. Но его сила практически та же самая что и сила того монстра в левом ответвлении коридора. Грубая и прямолинейная. Да он опасен. Но не в тонких играх виртуозного мастерства работы с энергией.
   Быть может, он и одолеет Серпетриона в открытом бою, но зачем вообще биться, если можно использовать его силу для собственных нужд?
  -Ну что там, ты обещал мне освобождение... - Нетерпеливо подал голос Аримис, когда Серпетрион, наконец, вытер честный трудовой пот со лба.
  -Здесь не все так однозначно... - Нехотя процедил он. - Кристалл слишком нестабилен... Поэтому если я попытаюсь вмешаться напрямую, он может взорваться... Боюсь, не в моих силах освободить тебя...
  -Проклятье! - Хранитель от избытка чувств сжал в кулаке крупный серый булыжник, превратив его в пыль. - А я так надеялся... Жаль, ты был неплохим собеседником...
  -Что ты имеешь в виду? - Насторожился Серпетрион. Что-то в тоне Аримиса заставило его непроизвольно попятиться. Это его то, самого могучего существа на Танарте... как он сам думал до совсем недавнего времени...
  -Ну, видишь ли, это не слишком то справедливо, если ты сейчас уйдешь и будешь наслаждаться свободой, в то время как я буду продолжать гнить здесь бессчетные тысячелетия... Не расстраивайся, ты сделал все что мог, и потому я убью тебя быстро...
  -Воины! - Отдал команду Серпетрион, но Аримис уже сорвался с места, легко расшвыряв стражей Бога Смерти. Их клинки нанесли ему неглубокие царапины, которые исчезли быстрее, чем лезвия отдернулись от идеально гладкой плоти бессмертного. Магам он переломал шеи, даже не замедлившись, однако сам глава Ордена Змеи успел потоком силы отшвырнуть Хранителя прочь и поспешно покинул зал, запечатав двери своей магией.
   Очутившись в безопасности, Серпетрион сперва хотел, было приказать Кристаллу уничтожить вероломного Хранителя, но затем передумал. Пусть мучается своим вечным пленом.... Бог Смерти злобно усмехнулся. Пусть каждый миг своего заточения помнит о том, насколько он был близок к освобождению и страдает от этого. Вечность напролет. К тому же лучшего стража для Кристалла, чем этот Аримис все одно не найти. Вот пусть и занимается тем для чего предназначен...
   Сам же Хранитель после бегства Серпетриона страшно разозлился и чтобы хоть как-то выместить свой неистовый гнев, посжигал всех выживших воинов Бога Смерти, которые не успели уйти из его обители, в огне радужной завесы Кристалла. Хоть какое-то развлечение. Идею оставить хотя бы одного из них в качестве собеседника, Аримис отмел сразу же как не стоящую внимания. Кормить ему его здесь было все равно нечем.
  
  
  
   Глава тринадцатая. Покушение на смерть.
  
  
  
  
  
   Вернувшись из поездки в логово Хранителя в Эвер, Серпетрион откровенно ликовал. Теперь в его распоряжении была еще и сила Кристалла. И пусть она совершено иного толка, нежели та, которой он служит, он сумеет найти и ей должное применение, благо на войне, да и в жизни тоже для достижения цели все средства хороши.
   Бог Смерти зловеще усмехнулся. Сихон сейчас покоряет Аббор, и если то, что он слышал об этом человеке хоть на малую толику истина, ему это непременно удастся. А если нет,... что ж, тогда он быстро подыщет нерадивому исполнителю подходящую замену...
  
  
   ***
  
  
  
  
   А тем временем война в Абборе шла полным ходом. Уже многие его коренные жители, прослышав об Ордене Плачущих и его могучем лидере Аваре, который по слухам и вовсе не человек, а нечто гораздо более опасное и смертоносное, брали в руки оружие и шли против захватчиков. Пока еще стычки носили мелкий локальный характер, но вскоре должна была вспыхнуть открытая война, в ходе которой судьба Аббора и его народа решится окончательно.
   Авар устало оттер свой клинок от крови. Он уже потерял счет бесчисленным стычкам и ночным вылазкам, в ходе которых они практически всегда одерживали полную победу над врагом. Вот, к примеру, сегодня они наткнулись на тварь в виде ожившего парящего над землей скелета с горящими зеленым огнем глазами в сопровождении двух сотен кортурских солдат.
   Солдат удалось быстро уничтожить, а вот с тварью сей пришлось изрядно повозиться. Она была неуязвима для обычного оружия да к тому же выдыхала какой-то зеленый яд, от которого его воины валились замертво. Авар самолично обезглавил чудовище, оторвав его уродливую костяную башку голыми руками. Его неведомая сила помогла ему и в этот раз... Юноша скривил губы, недовольный собственной работой и вновь принялся полировать свой меч. Да война вроде бы в последнее время складывалась весьма неплохо для его отряда. Жаль лишь, что людей у него было слишком мало...
   Ныне отряд Авара насчитывал около пяти сотен воинов. Из них полсотни - новые члены нового ордена. Ордена Плачущих. В него юноша набирал лишь искушенных в ратном деле воинов, которых потом еще и сам безжалостно муштровал (еще раз большое спасибо Сарису за его бесценные уроки). Остальные же были просто рядовыми жителями Аббора, которым было не по душе вторжение захватчиков на их земли, и они тоже старались вносить посильный вклад в общее дело как могли.
   Надо сказать, эта война наложила на Авара неизгладимый отпечаток. Красивое живое юное лицо стало словно бы восковым, взгляд стал гораздо более жестким и холодным. Его теперь откровенно побаивались даже бывалые воины, тем паче те, кто уже знал о мистических возможностях своего предводителя. Тем страшнее выглядели татуировки в виде четырех синих слез по две на каждой щеке, что сделал себе Авар и остальные члены Ордена в память о погибших от рук Серпетриона.
   Авар не скрывал более свою суть. В тех условиях, когда им приходилось вместе воевать, это было попросту невозможным. И вот сегодня, наконец, настал решающий день. Именно ныне было решено напасть на ставку Сихона и одним ударом обезглавить вражескую армию.
   Такое событие должно сильно подорвать боевой дух захватчиков и поднять - их врагов. Все это прекрасно понимали и теперь были готовы идти до конца. У Сихона в лагере около двадцати тысяч отборных воинов плюс некроманты - страх и ужас для простых людей.
   Сын ныне покойного правителя Аббора вроде бы собрал целых пять тысяч на западе и призывал всех абборцев способных держать оружие от мала до велика, выступить под его знаменами.
   Однако пять тысяч не выстоят против тридцати да еще с некромантами вкупе. Да как ни крути, надо было признать, что до серпетрионовых служителей Смерти абборским, да и иным кортурским чародеям было куда как далеко. Кстати на чародеев иных сил Серпетрионом была объявлена тотальная охота. За их головы было обещано солидное вознаграждение, и теперь магам приходилось скрываться. В отряде Авара было пятеро чародеев. Сильнейшим из них был Эллад, высокий статный чародей, маг Земли. С ранней сединой в длинных темных волосах, он был чем-то похож на самого Авара, и издалека их даже можно было спутать друг с другом.
   Сегодня у магов отряда была важная задача. Они должны были нейтрализовать некромантов буде те встанут на защиту своего господина. Авар не знал, обладал ли Сихон какой-либо иной магией, кроме силы ожерелья, и сумеет ли он повергнуть его в открытом бою. Ну что ж, скоро он это выяснит.
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Ночью в лагере кортурцев все кроме часовых спали глубоким сном. Вражеская армия была далеко, мелкие партизанские отряды не в счет, а значит, бояться им было некого. На тридцать тысяч отборных воинов славного Кортура столь малыми силами может напасть разве что безумец.
   Часовой на посту беспечно зевал, то и дело прикладываясь к фляге с вином. Он мечтал лишь о том, что его вскоре сменят, и он сможет забыться сном. Внезапно из темноты бесшумно вылетела маленькая стрелка и вонзилась аккурат ему в горло. Воин упал, даже не успев пикнуть.
   Авар отнял от губ длинную полую коричневую трубку, которую привез из своих многочисленных странствий впору бурной молодости еще Сарис, и молча отдал команду своим воинам идти вперед. На это задание он взял лишь три десятка. Лучших из лучших.
  Больше и не потребуется. Они сегодня либо вернутся с головой Сихона, об истиной сущности которого Авар сподобился узнать при помощи ловких разведчиков из числа своего ордена, либо не вернутся вовсе. Третьего не дано.
   Шатер императора находился в самом центре лагеря, куда бесшумно направлялись три десятка теней. Он охранялся двумя десятками воинов личной гвардии императора. Эти на дежурстве не спали и не пьянствовали, да к тому же и выучены были куда лучше, чем рядовые солдаты. Ну что ж, это они предвидели, благо вся необходимая разведка была заблаговременно проведена, так что неожиданностей возникнуть было не должно.
   Три десятка легких арбалетов выпустили свои стрелы. Два десятка стражей шатра рухнули на землю мертвые. Неожиданно. Никто из них не успел даже застонать. Душу Авара невольно наполнила гордость. Значит, все же своих людей он учил не зря.
   Внутри гигантского красно-золотого шатра проходил военный совет. Еще три десятка гвардейцев плюс несколько некромантов и тысячников. И сам Сихон Таррийский в обличии императора Тамира.
   Авар выругался. Этого он не ожидал. Однако арбалеты его людей были загодя перезаряжены и вновь выпустили смертоносные болты. На этот раз упало лишь с десяток человек. Некроманты вовремя среагировали, выставив защиту, которая гибельным серым прахом распылила стрелы нападавших. Завязалась ожесточенная рубка. Земля под ногами некромантов разверзлась и поглотила трех из них. Трое выживших вновь ударили серым прахом уничтожив половину отряда Авара.
   Сихон, от неожиданности принявший свой истинный облик выхватил шпагу и пронзил сотворившего заклятье Эллада насквозь. Тот не успел защититься. Авар же обрушился с воздуха на некромантов. Те не ожидали от него такой прыти и оказались зарублены на месте.
   Гвардейцы и люди Авара сражались с отчаянием обреченных. Одни понимали, что шансов выжить у них нет, если они не выйдут из этого боя победителями. Другие смертельно боялись гнева императора и тоже бились как могли.
   Сам же Авар схлестнулся с Сихоном, который был облачен по обыкновению в свой серебряный мундир (то-то подивились приближенные, как на изменение вкусов своего повелителя, так и на исчезновение самого Сихона). Аристократ превосходно владел оружием. Он бился двумя длинными парными шпагами с режущими кромками. Очень необычный стиль боя, который кроме самого Сихона никто больше в Кортуре не исповедовал.
   Клинки аристократа были намного длиннее, но Авар был сильнее и быстрее, да к тому же умел летать и обрушивался на Сихона с самых неожиданных позиций. Поединок был жестоким. Оба противника были сильно изранены, а все остальные участники битвы погибли, перебив друг друга.
   Как ни странно на шум боя подмога пожаловать не соизволила. Шатер императора стоял несколько обособленно от остальных, и посему крики сражавшихся воинов так и не были услышаны в остальном лагере.
   Один из клинков Сихона оказался сломан, и он подхватил с земли шипастый кистень одного из воинов. Шипованный шар со свистом рассек воздух, и Авар, не успевший вовремя перестроиться в воздухе, рухнул на землю. Удар угодил ему прямиком в висок...
  -Пришлось же с тобой повозиться... - Даже довольно проворчал Сихон, утирая пот со лба. - Давненько мне не попадались такие сильные сопер... - И захрипел с мечом Авара в горле, который тот исхитрился метнуть прямо из положения лежа.
  -Меня не так то просто убить... - Хрипло усмехнулся Плачущий, половина лица которого было залито кровью, и хладнокровно выдернул клинок из шеи аристократа. Тело Сихона мягко упало на пол шатра, и Авар не мешкая боле, сорвал с него ожерелье из дымчатых топазов, разрубил его надвое своим клинком и брезгливо швырнул в ярко полыхающий огонь в камине. Гибель своих друзей и своего наставника он этой колдовской безделушке простить так и не сумел.
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Когда в тронный зал дворца императора в Эвере ворвалось жуткое черное страшилище с худым вытянутым телом и непропорционально вытянутыми конечностями, Серпетрион вместе со многими своими чародеями находился внутри.
   Неуязвимый прекрасно чуял своего врага, и потому теперь его прыжок был безошибочен. Однако он разбился о Волну Праха, которую создали некроманты на его пути. Его тело отлетело назад, но тварь тут же вскочила и предприняла новую попытку. Раз за разом его отбрасывало чародейство магов Смерти до тех пор, пока в залу не вбежала многочисленная вооруженная стража. Когти Неуязвимого рвали их на части, устилая драгоценный пол залы человеческими телами, но полсотни могучих стражей в итоге все же сумели прижать его к полу и полностью обездвижить...
  -Так, так, так, значит, слухи оказались правдивыми... - Насмешливо протянул Серпетрион, разглядывая рычащего монстра спутанного по рукам и ногам целым ворохом цепей и веревок. - Легендарный Шаннор... Значит ты воистину неуязвим, как вещает о тебе молва... а вот это мы сейчас и проверим. - В ладонях Бога Смерти возник тонкий серый жгут колдовского праха, до предела напоенный его силой и принялся ввинчиваться в черную плоть Шаннора. Никакого эффекта. Магия лишь бессильно разбилась о неведомую бестию, которое в большей степени напоминало статую, сработанную из неведомого материала, нежели живое существо.
  -Ладно, хорошо... - Раздраженно дернул щекой Серпетрион. - Раз над тобой не властна даже магия, мы похороним тебя на вечные времена в каменном мешке... Немедленно снять с него мерки и соорудить саркофаг по его пропорциям! В точности! Чтоб не мог даже пальцем шевельнуть! - Отдал он команду своим чародеям. - Пусть узнает, что такое вечный плен безо всякой надежды на освобождение...
  
  
  
  
  
   Глава четырнадцатая. Змеи и их союзники.
  
  
  
  
  
  
   Серпетрион раздраженно метался по своим покоям. Саркофаг для Неуязвимого был сработан за три дня и теперь, казалось бы, опасный для него противник обрел вечный покой внутри него, но ему и этого было мало.
   Как ни крути, у него много завистников и тайных врагов даже внутри ордена. А это значит, что Шаннор может быть освобожден в любой момент кем-нибудь из них. Нет с этим тоже надо что-то решать... И как можно быстрее...
   Долго терзался этой проблемой Бог Смерти. Терзался до тех пор, пока не вспомнил о Забытом острове и его тайных жителях. Забытый остров был самой западной частью суши Танарты. Моряки никогда не ходили туда потому что, во-первых, им нечего было там делать, а во-вторых, это было смертельно опасно. Даже Кэргор, жуткий континент кентавров-людоедов считался менее жутким местом.
   Проживавшие на забытом острове наги были крайне не расположены к чужакам, да к тому же по слухам, их нельзя было убить. Серпетрион злобно усмехнулся. Что ж, тюремщики будут вполне стоить своего заключенного.
   Согласно древним легендам Шаннор и наги были давними непримиримыми врагами, и если первый был воистину неуничтожимым, то наг все же можно было убить при помощи какого-то тайного секрета, который был известен лишь Неуязвимому. Собственно говоря, именно по этим причинам меж ними и возникла свара, которая длилась, если верить легендам, уже тысячелетия.
   Вот он, Серпетрион и преподнесет нагам поистине королевский подарок. Бог Смерти даже прищелкнул пальцами от удовольствия за свою, как он сам считал, блестящую задумку. Да идея воистину была блестящая. Будем надеяться, что и наги, в свою очередь, тоже не останутся в долгу и выполнят то, что он от них ожидает.
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Корабль Серпетриона отчалил от берегов Кортура уже поздней осенью. Всего в море вышло пятеро судов, одно из которых несло на себе и самого Бога Смерти, благо слишком уж сильно он опасался предательства со стороны своих и решил самолично проконтролировать весь процесс передачи Шаннора нагам.
   Война в Абборе тем временем продолжалась, но весьма вяло. Абборцы были сильно потрепаны кортурскими войсками, но гибель императора изрядно остудила пыл захватчиков, и их натиск на время ослаб.
   Серпетриону еще пришлось задержаться, чтобы возвести на престол нового императора Итара II, сына Тамира, который был в противовес отцу совершенно безвольным, если не сказать, бесхребетным юношей. Так что немудрено, что подобного субъекта Бог Смерти быстро взял в полный оборот и промыл мозги при помощи магии таким образом, что он стал совершенно безвольной, послушной марионеткой, игрушкой в его руках, за которой он на всякий случай оставил присматривать нескольких магов низшего звена. Все высшие чародеи сейчас находились с ним в поездке, чтобы как говориться, под присмотром были...
   Все путешествие заняло около месяца. Скалистый берег Забытого острова был пустынен, однако прибывших гостей вышло встречать десять совершенно невероятных существ. Были они похожи на помесь змеи и человека. С могучим человеческим торсом на толстом змеином хвосте, со змеиными головами и громадными рубинами во лбах, они повергли свиту Бога Смерти в самый натуральный шок. Ранее подобных существ им видеть не доводилось. Вооружены наги были звездообразными алебардами на толстых длинных рукоятях.
  -Я - Риэсх. - Прошипел один из змеелюдов. - Что вы забыли здесь на наших землях, люди?
  -Мы привели тебе, подарок, почтенный нага. - Усмехнулся Серпетрион, кивая на каменный саркофаг с крестообразным углублением на верхней части, который держало на плечах дюжина могучих полуголых рабов-носильщиков.
  -Я чувствую... - Прошипел Риэсх. - Шаннор... Воистину королевский дар...
  -Да,... а ключ от этого дара на дне морском. - Усмехнулся Серпетрион. - Я слышал о древнем подземелье здесь на острове... неплохо было бы опустить саркофаг туда... А я еще ко всему прочему наложу на него защитные чары...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Нужно менять тактику. - Авар напряженно оглядел собравшихся в его шатре воинов Ордена. В принципе он первым высказал вслух то, что давным давно уже было понятно всем. - Войну не выиграть мелкими стычками. Врага нужно лишить головы раз и навсегда.
  -Ты говоришь о... - Рискнул перебить командира один из воинов.
  -Именно о нем. О Серпетрионе. Пока у нас есть шанс повергнуть его. Шанс призрачный, но все же... Если мы действительно те, за кого себя выдаем, а не бледные тени, влачащие во мраке жалкое существование милостью и попустительством Бога Смерти, мы должны покончить с ним раз и навсегда.
  -Но как...
  -Молча. - Отрезал Авар. - Также как мы расправлялись с остальными. Вряд ли добрый клинок окажется бессильным... А если и окажется... что ж, у меня найдутся в рукаве и кое-какие иные козыри...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
   Риэсх бесшумной тенью скользил в непроглядной толще океанических вод. Он прекрасно чувствовал, что замок от саркофага был непростым, а магическим, а значит, и узы соединившие ключ с замком можно было почуять. К примеру, такому как он. Риэсх ненавидел и боялся Шаннора не меньше иных наг, но он слишком давно привык быть лидером. А Ликадонна, древняя королева наг, которая была несоизмеримо сильнее его самого, ныне пребывала в глубоком сне на дне морском.
   И она тоже боялась Шаннора. А значит иметь в своих руках дополнительную козырную карту ему, Риэсху отнюдь не помешает...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  -И какой резон нам воевать против Кортура? - Прищурился могучий желтоглазый фурриец.
  -Почтенный Орв. - Низко поклонился Авар вождю фуррийцев. - О твоей доблести и силе слагают легенды, и ныне я прошу тебя о помощи. Вы, фуррийцы - лучшие воины Танарты, об этом известно всем. Но Серпетрион уже один раз бросил вызов вашей непобедимости и едва не одержал верх. Теперь же я хочу спросить тебя, ведомо ли Фурре о том, что Бог Смерти намерен покорить Аббор?
   После того, как Орден Плачущих принял решение покончить с Богом Смерти, они решили просить помощи у Фурры, ибо больше было попросту не у кого. В крайнем случае, оставался еще многолюдный Туннакр, но его воины как бы ни были сильны, вряд ли сумеют справиться с армией Кортура и тем более с его некромантами.
  -Это так. - Кивнул головой Орв. - Но нам нет до этого дела. Пусть люди сами решают свои свары.
  -Серпетрион становится сильнее день ото дня. И если он сосредоточит власть над всем континентом в своих руках, то не устоите даже вы. - Выдохнул Авар, глядя прямо перед собой и готовый в любую секунду взвиться в воздух. Горячий нрав сынов Фурры был хорошо известен всем без исключения народам Танарты.
   Орв со свистом втянул воздух и шумно выдохнул. Среди нестройной толпы фуррийцев поднялся гул негодования. План Ордена повис на волоске.
  -Хорошо, я услышал тебя, человек. - Наконец сумел справиться с собой вождь фуррийцев. - Но нам нужно посовещаться. Ожидай ответа не раньше чем через три дня... А это что за воин? - Указал он на Хирама - назови себя, тервар!
  -Хирам, сын Агона. - Отчеканил фурриец, ожидая смертного приговора.
  -Тот самый отступник?! - Вытаращил глаза Орв. - Тебя следует предать немедленной смерти за твою измену!
  -Вождь, позволь мне выкупить его жизнь! - Подал голос Авар, прежде чем случилось непоправимое, ибо фуррийцы уже начали потихоньку обступать стоящего Хирама, готовясь претворить в жизнь приказ своего вождя.
  -Предательство нельзя выкупить. - Покачал головой Орв. - Отступник должен быть наказан по закону!
  -Можно, если выплатить его жизнью долг Крови! - Не согласился Авар.
  -Откуда тебе известно об этом обычае? - Нахмурился вождь.
  -По дороге в твои владения мы наткнулись на фуррийца, которого взяло в окружение две дюжины кортурских солдат. Было это у самых границ Фурры и империи Серпетриона. Мы спасли ему жизнь. И в этом бою Хирам сражался со мной плечом к плечу. Так что если хочешь убить его, убей заодно и меня. Я не бросаю своих друзей.
  -Как было имя того воина, что вы спасли? - Прищурился Орв.
  -Изр, сын Дораза. - Улыбнулся Авар.
  -Назови тайное слово, что он должен он передать тебе как данник Крови.
  -Охор эсер мене. - Прошептал Авар на ухо вождю. - Слово это было настолько тайным, что его передавали именно так и лишь тем людям, которые удостаивались особого доверия сынов Фурры. Лишь истинным воинам, с которыми и фуррийцам не зазорно воевать плечом к плечу.
  Лишь тем, кто спас фуррийца от неминуемой гибели.
  -Слово сказано. - Подтвердил Орв, обводя тяжелым вглядом своих подданных. - Чего ты хочешь в качестве выплаты долга? - Обратился он к Авару.
  -Я хочу, чтобы ты отпустил Хирама живым со своих земель и позволил ему жить той жизнью, какой он захочет жить.
  -Да будет так. - Кивнул головой Орв. - Хоть и горестно мне от предательства сына Фурры, ибо первый это случай в истории нашего народа, но долг Крови свят, и не выплатить его не могу я по нашим законам. Отныне тебе, Хирам, нет места среди фуррийцев! Ты больше не тервар, а изгой без роду и племени! Так будет вплоть до самой твоей смерти! Отныне тебе запрещено переступать границы Фурры! И если нарушишь ты сей запрет, наказание будет одно. Смерть. Я сказал.
  -Дозволено ли мне будет спросить? - Через силу выдавил из себя Хирам, вздрагивая от пережитого унижения.
  -Спрашивай. - Кивнул головой Орв, с презрением глядя на фигуру ученика алхимика.
  -Запрет распространяется лишь на Фурру или и на Крант тоже?
  -Там можешь жить, предатель. - Брезгливо скривился Орв, отворачиваясь от Хирама. - Среди слабых людей тебе как раз самое место...
  
  
  
  
   Глава пятнадцатая. Финал.
  
  
  
  
  
  
  
   Через три дня Фурра объявила о своей готовности вступить в войну с Серпетрионом. Было это уже в середине зимы, но фуррийцам были не страшны холода. Даже в самую лютую стужу ходили они лишь в одних набедренных повязках и нисколько от того не страдали.
   Двадцать тысяч фуррийцев перешли границу Кортура. Поскольку сборы их заняли считанные дни, Серпетрион не сумел вовремя отреагировать на это нападение. Через западный Кортур фиолетовокожие воители прошли как нож сквозь масло, практически не встречая сопротивления.
   Некроманты в это время находились в башне Бога Смерти, которая не так давно было наскоро выстроена по его приказу для одному лишь ему ведомых нужд. Сила, которую он накапливал в зеленых кристаллах, выданных ему Тхэрсиорхом, была почти собрана, а значит, в скором времени портал в иное измерение должен был быть открыт.
   Однако вторжение фуррийцев спутало ему все карты. Потрепанные войной с Аббором имперские войска оказались не в силах сопротивляться желтоглазым воителям и оказались разбиты в трех крупных сражениях. Ни личи, ни призраки одержимости, ни зомби не сумели их остановить. После этого они подошли вплотную к башне Бога Смерти, и Серпетрион понял, что это его конец. Как бы силен он ни был, ему было не выстоять против стольких воинов Фурры одновременно. Однако за тем ему в голову пришла одна неожиданная мысль...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Быстрее, становитесь в круг! - Поторапливал он своих некромантов, и те поспешили выполнить его требование. Жертвовать своими жизнями понапрасну никто из них не хотел. Образовав круг из полусотни некромантов в заклинательном покое башни на самом ее верху, Серпетрион выложил внутри него полсотни жезлов с кристаллами и принялся читать заклинание.
   Чудовищный поток силы Смерти вырвался из камней, заставив их распасться черным пеплом, однако это было еще не все. Сосредоточив в своих руках колоссальное количество энергии, Серпетрион потянулся своим разумом к Кристаллу Аримиса, с которым ныне был связан незримой пуповиной силы. И Кристалл подчинился его воле.
   Незримый поток его энергии устремился к башне, окутав ее сплошным энергетическим коконом. Сила Смерти сплелась с энергией самого Кристалла и трансформировала людскую постройку в нечто совершенно иное. Ее серые стены стали будто живыми, заиграв причудливыми тенями, за которые эту башню впоследствии прозовут Башней Теней, но это уже совсем иная история...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
  -Ну что, так и ничего?
  -Так и ничего. - Виновато улыбнулся Хирам своему товарищу. - Уж чем только я ее не пробовал... Но я все же пока не полноценный мастер алхимии, я только учусь.
  -Да ладно тебе, дружище... - Похлопал Авар по каменному плечу фуррийца. - Ее вон целая армия твоих сородичей разрушить не сумела... О чем тут говорить... магия есть магия...
  -Так что теперь будем делать?
  -Да ничего. - Пожал плечами Авар. - Будем жить как и раньше... К тому же серпетрионовы недобитки до сих пор бродят по Кортуру... Так что работы хоть отбавляй...
  -Прости, но теперь уже без меня. - Улыбнулся Хирам. - Я свободен, как и мечтал всегда. Теперь я хочу погрузиться в тайны алхимии. Война более не прельщает меня. Надеюсь, ты верно поймешь мое решение. С отребьем Серпетриона ты справишься и без моей помощи. Я знаю.
  -Справлюсь, куда ж я денусь! - Рассмеялся Плачущий. - Теперь здесь все будет по-другому...
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Серая громада Башни Теней поражала своей давящей мощью. Внутри нее, в заклинательном покое на самом верху висел черный кокон паутины. В ее тенетах висела серая высохшая мумия с мерцающими зелеными глазами. Последнее заклятье едва не стоило ему жизни, необратимо изуродовав тело, но это ничего... Мумия зловеще усмехнулась. Скоро придет пора платить по счетам, и уж тогда он покажет жалким смертным, что они слишком рано списали его со счетов...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   В дальнейшем армия Фурры, потеряв половину своих воинов, вернулась назад в свои земли. Некроманты Серпетриона большей частью затаившиеся тогда сумели восстановить связь со своим господином и вернуть Кортур под свой гнет. Вскоре к Кортурской империи примкнули Аббор, а затем и Кессаль.
   Авар после неоднократно просил сынов Фурры о помощи, но неизменно получал отказ. Класть свои жизни в угоду людям они были более не намерены, посчитав пленение Серпетриона достаточной гарантией собственной безопасности...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Когда перед опешившими нагами образовался круглый голубой портал, из которого вышел солнечнокожий человекоподобный див с длинным вытянутым лысым черепом, они в первое мгновение растерялись, но затем проворно ринулись на непрошенного гостя.
   Ихиль сражался парными изогнутыми клинками, отбрасывая змеелюдов от себя. Вот он превратился в живой поток золотистого сияния, стремительно пронесся меж нагами, которых в пещере было пятеро. Все они тут же рухнули на землю рассеченные на части, которые потом преспокойно срослись воедино, и наги ожили, атаковав вновь.
   Ихиль с проклятием выругался. Ну и мирок... Но ничего у него есть в запасе еще один Амулет Портала, и уж он наконец доставит его в более менее спокойное место для проживания.
   Чужак из иного мира растворился в голубом портале из коего и вышел, но был ранен нагами, и одна из капель его солнечной крови попала вовнутрь странной дубины с крестом на конце похожей на гигантский ключ. Внутри нее были полости, которые позволили сей капле не вытечь обратно, но никто из наг, поглощенный схваткой этого не заметил...
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Авар направлялся на Забытый остров. В одиночку. Он вызнал о том, что Серпетрион спрятал там одного пленника, который был силен настолько, что его по слухам вообще невозможно было убить. Все эти сведения он выпытал у одного некроманта, которого чудом сумел захватить живым во время одной из стычек. Так тот надеялся выкупить свою жизнь...
   Плачущий жестко усмехнулся. Для некромантов всех мастей в его сердце не было жалости и милосердия... Пленник же этот был его единственной надеждой на то, чтобы разрушить несокрушимые стены Башни Теней и уничтожить того, кто был внутри нее. Последней надеждой.
   Он летел несколько недель над морской гладью практически без сна и отдыха, лишь в первые дни, пристраиваясь к кораблям попутчиков в ночном мраке, чтобы хоть немного поспать. Прибыв на Забытый остров, он тут же рухнул на землю без сил, провалившись в тяжелый сон. Сейчас его легко сумел бы прирезать даже ребенок...
   Очнулся он оттого что здешние птицы стали клевать ему лицо. Белые чайки, посчитав, что он умер, решили попробовать новое для себя лакомство. Человечину. Но их надеждам не суждено было сбыться. Одно стремительное движение, и крупная упитанная чайка забилась в крепкой руке Авара, который тут же свернул ей шею и, ощипав перья, принялся с наслаждением поедать теплую сырую плоть. Уроки детства не прошли для него даром...
   Окончив трапезу, Плачущий с трудом поднялся. Силы возвращались, однако он все еще чувствовал себя не лучшим образом. Хорошо еще, что он приземлился в той части острова, что была совершенно пустынна, иначе он вообще вряд ли бы проснулся.
   Прежде чем соваться в логово зверя, Авар облетел весь остров по периметру. Двоих змееголовых стражей охранявших вход в пещеру в самом центре острова он заметил практически сразу. Остальные видимо были неподалеку.
   Плачущий задумчиво прищурился. Тот некромант говорил о десятерых, а ведь еще могли быть и иные бестии... Но ничего не попишешь. Кто не рискует, тот не выигрывает, а значит идти надо было либо сейчас, либо дождаться ночи, когда бестии будут спать.
   Прикинув все за и против, Авар решил выбрать второй вариант. Ныне он был слишком измотан, чтобы вступать в бой с кем бы то ни было.
   Весь день Авар проторчал в самом глухом месте острова, не забыв изловить и сожрать еще одну чайку, чтобы к часу икс быть, так сказать, во всеоружии. Ночь на остров опустилась незаметно. Ранняя весна, что стояла сейчас оказалась на редкость теплой, и посему Плачущий совершенно не чувствовал холода.
   Бестий за все то время, что Авар выжидал перед входом, прибавилось, но они явно спали, застыв подобно изваяниям. Плачущий осторожно опустился на землю и проник вовнутрь. Спящие наги даже не дернулись.
   Пройдя вглубь пещеры, он увидел перед собой простой серый каменный саркофаг с крестообразным углублением на верхней крышке. В пещере спал еще один нага. Возле него стояла необычная дубина из неведомого материала с крестом на конце. Потянувшись своим сознанием к предмету, Авар сразу же почуял, что это ключ и... почуял могучие чары, охранявшие саркофаг помимо самого ключа. Смертельно опасные чары.
   Интуиция Плачущего, как и всегда, сработала безошибочно. Он понял, что не сумеет разрушить заклятье, однако вынести ключ от саркофага было вполне в его силах, что он не преминул сделать, осторожно забрав его так, что нага ничего не почуял. Дальше был тихий бесшумный бег обратно наружу, а потом вольный ночной ветер на своих крыльях унес Авара прочь с этого проклятого места...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Он сам не помнил, как долетел до корабля. Его не смутило даже то, что судно было явно кортурским. Он был полностью опустошен и обессилен. Против того заклятья ничего не смогли бы поделать и все члены его Ордена, однако в глубине его души жила непонятая уверенность в том, что он еще вернется, став сильнее, и тогда уже сумеет добиться своей цели...
   Когда на его корабль спикировала фигура летучего человека, капитан Абр даже не удивился. Он был достаточно битым жизнью человеком, чтобы спокойно реагировать на любые перипетии, что приключались с ним.
  -Ты Авар? - В упор спросил Плачущего капитан, едва тот приземлился на палубу.
  -Да. - Так же коротко ответил он. Скрывать не было никакого смысла. Все в этом мире уже прослышали про Орден Плачущих и про уникальные способности его предводителя.
  -Что это у тебя? - Указал капитан на ключ в руках Авара.
  -Спасение от тирании Серпетриона. - В упор взглянул Плачущий в глаза капитана. Тот не отвел взгляда.
  -Что мы должны делать?
  -Плыть на Кэргор. Если нам и может кто помочь, то только эльфы...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Авару повезло. Он попал на частное торговое судно, капитан которого яро ненавидел Серпетриона и его команда не была исключением в этом отношении. Изначально корабль должен был плыть на Ротэрр, но ради такого дела капитан изменил курс, и они отправились на Кэргор.
   Уже у самых его берегов разыгравшийся шторм разбил корабль вдребезги. Выжил один лишь Авар, сумевший чудом сохранить ключ от темницы Шаннора. Так сложилось, что его выбросило на землях кентавров.
   Беспамятного Авара полулошади взяли в плен, чтобы съесть, а ключ нарекли Небесной Дубиной, поскольку материал, из которого он был сделан, был намного прочнее, нежели их собственные дубины коими они обычно пользовались во время боя.
   Впоследствии Авару удалось вырваться из плена при помощи своих способностей, но отбить назад ключ он не сумел. Придя в земли эльфов, Авар сумел подружиться с тамошним народом, но не сумел заставить их магов выступить на Забытый остров. Они посчитали, что это не их дело...
   В дальнейшем посещал Авар и земли кентавров уже не в качестве пленника, но как гость. Впечатленные его полетами полудикие конелюды сделали для него исключение и позволили даже выучить свой язык, однако Небесную Дубину не вернули.
   Авар не стал настаивать на этом, поняв, что лучших хранителей Ключа ему не сыскать. Он нутром чуял, что время развязки этой истории еще не пришло. Что настанет день, и он сполна отомстит Серпетриону и прочим магам Смерти за все беды, которые они принесли на его землю. Но это будет еще нескоро...
  
  
  
  
  
  
  
  
   50 лет спустя.
  
  
  
  
   Авар осторожно крался среди безжизненных улочек Мрота. Вот он и вернулся туда, где когда-то провел немалую часть своей юности. Однако ныне город было не узнать. О том, что в его пределах твориться нечто непонятное он узнал около недели назад, будучи как раз неподалеку по делам своего ордена...
   А ведь как хорошо все сперва складывалось. Серпетрион был пленен, они были молоды и полны надежд и амбиций, а ныне все мечты о счастливой жизни лежат в руинах подобно пустынным улицам Мрота. Бог Смерти ныне хозяин самой большой империи на Танарте и хоть он так и не сумел освободиться из вынужденного плена (хотя быть может, просто не захотел), он победил.
   Они же выиграли битву, но проиграли войну. Теперь Авар даже не знал, где обретается его друг Хирам. По слухам он сумел победить смерть и стал тем, кем хотел стать. Уважаемым алхимиком, истинным мастером своего дела. Бессмертным. Однако более с того самого дня разлуки они не встречались ни разу.
   Он Авар посвятил свою жизнь борьбе против тирана и узурпатора, а его друг предпочел иной путь. И пусть не ему, Авару судить его за это, но привкус горечи от того, что Хирам не пожелал тогда к нему присоединиться, все же остался...
   Однако нынешние беды Мрота были совсем иного корня. Даже некроманты Серпетриона, истинные владыки империи говорили о том, что здесь творится с изрядной опаской. Немало их сгинуло здесь, когда они пытались понять, что же приключилось с таким обычным с виду провинциальным городишкой. Авар же был намерен поступить иначе. Он не собирался погибать, он собирался решить проблему Мрота раз и навсегда.
   Сказать, что Плачущий был в шоке от увиденного, значит, ничего не сказать. Все пыльные развалины, как будто бы из домов ушла та незримая сила, что поддерживает их целостность. Все эти редкие истощенные неведомым недугом люди сидящие и лежащие прямо на камнях с совершенно пустыми лицами и глазами... А ведь никакой войны тут не было и в помине. Это было нечто совсем иное. Нечто гораздо более худшее...
   Авар нарочно не взял с собой никого из своего Ордена. Здесь, он чуял это нутром, он должен справиться сам... Плачущий и сам не понимал, откуда у него эта сила. Та сила, которая позволяла ему летать, а после и не стареть и даже повелевать ветром. О нем теперь слагали легенды по всей Танарте. Он был ничуть не менее известной персоной, нежели даже сам Серпетрион, а быть может даже и более.
   Молва нарекла его богом. Живым воплощение стихии воздуха. И нельзя было сказать, что самому Авару это не нравилось... Однако как ни крути, но Мрот был во власти какой-то жуткой мистической силы, которую бессмертный чуял очень хорошо. Ее источник находился в ратуше градоправителя ныне совершенно заброшенной.
   Плачущий осторожно приближался к ней, держа свои клинки наготове. На людей, которые изредка попадались ему, он не обращал никакого внимания, инстинктивно чувствуя, что ныне от них не исходит для него никакой опасности. Не в том состоянии они были.
   Внутри деревянной ратуши царило мрачное запустение. Однако ни крыс, ни насекомых не было видно, что тут же насторожило Плачущего. В воздухе пахло не жилым и... какой-то пыльной соломой, словно от деревенского чучела. А вот это было уже плохо. Если это то, о чем он думает...
  -У нас гости, поглядите ка... - Жутким кудахтающим смехом рассмеялось соломенноголовое существо в лохмотьях неопределенного пола и возраста. От него волнами расходилась чуждая злая сила. Для Авара сразу же стало понятно, что именно это существо и есть корень всех бед злосчастного городка.
  -Етишок... - Выдохнул он, поднимая мечи.
  -Ух ты какой шустрый... - Вновь рассмеялась бестия, повернув голову вокруг своей оси. Теперь даже самому недалекому из людей стало бы понятно, что перед ним не человек. - А если мы так... - Вокруг существа неведомой природы сгустилось облако недоброй силы, и у Авара тут же подкосились ноги. Тварь была невероятно сильна, раз сумела подчинить себе целый город. Обычно етишок довольствуется деревней или даже одним домом, выпивая энергию его обитателей, но этот... Никто точно не знал, откуда они брались, но до войны с Серпетрионом о них практически не было слышно. Лишь после эти твари вышли на свет, видно почуяв, что их час настал...
   Увидев, что его соперник практически сломлен, етишка злобно завыл и прыгнул прямо с места, единым махом преодолев десяток метров, и сбил Авара с ног. Ожившее чучело оказалось невероятно сильным и цепким. Его тонкие скрюченные пальцы схватили Плачущего за горло, не давая дышать.
   Сознание Бога Ветра стало уплывать в небытие, но тут словно глоток свежего воздуха в его памяти всплыло воспоминание о былом... Если бы ты не спас меня тогда, я бы сломал тебе шею... ну? Захват запомнил?... Перед глазами Авара всплыло решительное лицо Турака, и его руки вспомнили. Немыслимо извернувшись, он обхватил шею етишка, одновременно вывернув ему руку за спину. Етишка заверещал, и Плачущий, воспользовавшись его временной растерянностью, вонзил свой лежащий на земле клинок ему в висок, одновременно отпихнув от себя ногами.
   Ожившее чучело покатилось по полу, но затем тут же вскочило и, выдернув меч, вновь бросилось на Авара. Однако на этот раз он был начеку и, резко уйдя в сторону, рубанул по шее твари оставшимся клинком. Голова етишки с глухим стуком покатилось по пыльному полу залы ратуши. Тело его еще несколько секунд подергавшись, наконец, затихло.
   Авар же едва перевел дух, тут же развел на улице огонь, в котором до тла спалил тело жуткой бестии. Непреложный закон. Убил етишку - сожги тело. Иначе потом снова возродится...
  -Спасибо, старый друг... ты опять спас меня от смерти... - Еле слышно пробормотал Авар и направился прочь из Мрота. Жизнь в этот многострадальный город скоро должна была вернуться вновь...
  
  
  
   Эпилог.
  
  
  
  
  
   Игхон осторожно крался к хижине шаманов, отчаянно труся. Ведь его могут заметить взрослые. И тогда уж позору не оберешься... Игхон был обычным мальчишкой кентавром коих немало на пустынных равнинах Кэргора, однако с детства он отличался весьма непоседливым и независимым характером. Вот и сейчас он планировал вопреки запретам хоть одним глазком посмотреть на Небесную Дубину, величайшую святыню их народа.
   Хижину шаманов охраняло двое могучих воинов-конелюдов, но ныне они мирно похрапывали во сне прямо стоя, как умели спать кентавры. Ну, еще бы. Какой же безумец сунется в самое сердце главного стойбища их могучего народа? Даже остроухие сопляки эльфы и те лишь горазды бить исподтишка своими стрелами под прикрытием своих колдовских чащоб. Здесь же на бескрайних равнинах столь милых сердцу истинного кентавра, они ничто. Тлен. А уж среди самих конелюдов никому и в голову не придет нарушить священный покой обители духов.
   Но вот поди ж ты. Пришло. Аккуратно миновав стражу, Игхон оказался в шатре, внутри которого все было заставлено различными грубо слепленными статуэтками и завешано разнообразными травами всех сортов и мастей. Небесная Дубина покоилась в самом центре шатра на высоком деревянном постаменте.
   Не узнать ее было невозможно. Сколько раз уже Игхон видел ее на различных церемониях и посвящениях своего племени, мечтая, что и он сам когда-нибудь станет вождем и будет удостоен права держать в руках это священное оружие, принесенное его народу самим могучим духом ветра около столетия тому назад.
   Дрожа от священного трепета, Игхон бережно взял дубину в свои еще неокрепшие тонкие детские руки, с удовольствием ощущая ее приятную тяжесть. Повертев ее туда-сюда, мальчишка заметил мелькнувшую в самой глубине ее извивов святыни солнечную каплю, словно то была последняя капля дивного вина бессмертных из неведомого божественного сосуда.
   Солнечная капля манила Игхона своим завораживающим блеском, и тогда уже не помня себя, он поднес Небесную Дубину к губам и жадно слизнул неведомый дар неведомого бога.
  
  
  
  
  
   Башня Теней.
  
  
   Книга первая. Узурпатор.
  
  
  
   Пролог.
  
  
  -Пошевеливайтесь, ленивые свиньи! - Гибкий тонкий хлыст офицера в очередной раз прошёлся по натруженным спинам солдат. - Если до вечера вы не выкопаете эти проклятые рвы, туннакрцы сотрут нас в пыль!
   Рамон злобно покосился на командира, но ничего не сказал. Ещё бы! За пререкание со старшим по званию, его, скорее всего, будет ждать очередная порка. Двадцать ударов палками. И это ещё в лучшем случае. В худшем же он пойдёт в качестве подручного материала кортурским некромантам. А это хуже смерти. Много хуже смерти...
   Каторжная работа на износ продолжалась весь день, и лишь глубокой ночью рвы, наконец, были выкопаны, и солдатам славной армии Великого Кортура разрешили немного поспать. Рамону повезло. Его не послали в караул, как некоторых других из его десятка, и у него появилась возможность немного отрешиться от тягот армейской службы и побыть наедине со своими мыслями.
   Несмотря на дикую усталость, сон Рамону всё никак не шёл. Вместо этого память неожиданно начала уводить его в прошлое. В совсем иную жизнь...
  
  
  
  
   Глава первая. Степняки.
  
  
  -Рамон!... Рамон!
  -Да, мама!
  -Иди быстрее есть! Сколько можно тебя звать!
  -Иду, мама!
  -Где ты был столько времени?
  -Мы с друзьями ловили сома в нашем озере! Говорят, он огромный как гора и ест людей...
  -Ну и как, поймали? - Со смехом протянула приятная полная темноглазая женщина лет сорока.
  -Нет... но зато вот! - Шестилетний мальчуган с гордостью продемонстрировал матери пять довольно крупных рыбин. - Сам поймал!
  -Какой ты молодец!... Отец!... Отец!
  -Да, любовь моя! - В избу вошёл невысокий жилистый мужчина с тёмными, уже начинающими потихоньку седеть волосами и весёлыми смеющимися глазами.
  -Посмотри, первый улов нашего сына...
  -Ух ты!... Слушай, Тарра, по-моему, мне пора на покой! Наш сын и в одиночку сумеет нас прокормить...
  -Ага, размечтался... - С деланной угрюмостью уставилась на мужа Тарра. - Будешь пахать как миленький! А ребёнок пусть играет пока маленький, да задор есть... - Произнеся эти слова, женщина неожиданно прикусила губу и отвернулась.
   Деревня Рамона располагалась неподалёку от Румея, столицы государства Аббор, находившегося в вассальной зависимости от великого Кортура, могучей империи, сосредоточившей под своей властью большую часть континента Ксеней.
   Жизнь в деревне была бы довольно мирной и спокойной, если бы ни одно но. Каждый год в деревню приходили кортурские вербовщики и забирали в армию тех, кто, по их мнению, был достаточно крепок для того, чтобы быть солдатом. Как правило, забирали не более десяти человек, но под настроение могли забрать и больше.
   Всё зависело от того, насколько хреново обстояли дела на границах Кортура и Туннакра, единственной страны на Ксенее, кроме Фурры, которая могла составить достойную конкуренцию могучей кортурской империи.
   Но Рамон тогда не думал о подобных вещах. Он был обычным маленьким мальчиком, которого интересовали игры и проделки с такими же сорванцами как он. Где уж тут было задумываться о судьбах стран, империй и прочей чепухе!
   Да, он не задумывался тогда над подобными вещами. И как впоследствии оказалось, совершенно напрасно...
  
   ***
  
  
  
  -Не отдам! Не пущу! - Женщина, словно раненая волчица, кинулась на рослого дюжего стражника, но, получив древком копья по животу, со стоном осела на землю.
  -Не канючь, мамаша. - Со смехом протянул товарищ подонка ударившего женщину. - Теперь твой сын - солдат славной кортурской армии, так что ты радоваться должна, что твоему отродью позволено защищать интересы нашей великой империи, а ты...
  -Не смейте бить женщину, негодяи! - В избу ворвался разъярённый мужчина лет пятидесяти. -Как вам не стыдно!
  -Чё? - Со смехом протянул один из солдат и от души ударил мужчину рукоятью меча в висок.
   Мужчина всхлинул и осел на землю, не подавая более признаков жизни.
  -Слышь, Пирст, ты того... перестарался, кажись... - Протянул его приятель, деловито наклоняясь над упавшим. - Мужик то, поди, копыта откинул...
  -Твою мать... - Злобно выругался названный Пирстом. - И чё теперь делать?
  -Да не ссы, скажем, что оказывал сопротивление, вот и нарвался...
  -Как нарвался... Да вы что, сволочи! Да я на вас вашему командиру пожалуюсь! Звери вы, а не люди... - Женщина обхватила голову своего мёртвого мужа руками и принялась тихо выть.
  -Слышь, Ферс, в натуре ведь настучит! У нас капитан сам знаешь...
  -Да, проблема... - Неопределённо протянул названный Ферсом, а затем одним резким движением воткнул своё копьё прямо под ребро безутешной вдове.
  -Ты чё... - Ошарашено протянул товарищ убийцы.
  -Чё, чё, ничо... Сам ведь сказал, настучит... Давай, пошевеливайся, ленивое отродье! - Рявкнул Ферс на замершего в ужасе пятнадцатилетнего Рамона, на глазах которого только что убили всю его семью, и грубо пихнул его древком копья в спину. - А ты чего замер? - Повернулся он ко второму стражнику. - Пошли, давай... А то итак уже столько времени с этим выблядком потеряли...
  
  
   ***
  
  
  
   И началась служба Рамона. Поначалу она напоминала ночной кошмар, ибо сержанты и ветераны были не чужды издевательствам над молодняком. Всё утряслось где-то года через два, когда Рамон подрос и научился более менее сносно драться.
   Но как говорится, беда никогда не приходит одна, и только всё более или менее наладилось на службе, как грянуло известие о том, что Туннакр объявил Кортуру войну. А, значит, хочешь, не хочешь, подымай, солдат, свою задницу и иди защищать интересы родной империи. Вот и отряд Рамона был направлен на границу со строгим приказом самого Великого Серпетриона закрепиться на территории Туннакра до подхода основных сил Кортура.
   Гнали их ускоренным маршем от самого южного Аббора, так что к концу этого перехода все солдаты были измотаны до крайнего предела. Пара часов на отдых и новый приказ. В срочном порядке копать рвы на равнинной местности Туннакра, чтобы не дать коннице противника достаточного места для атаки. Подкрепление обещало подойти только через трое суток, а вот сами хозяева могли нагрянуть в любой момент.
   Вообще, надо сказать, туннакрцы не бросали слов на ветер, объявляя Кортуру войну. Без малого восемьдесят тысяч их солдат уже вовсю хозяйничали на западе империи. Правитель Кортура бессмертный Серпетрион принял решение об ответном ударе, надеясь, что наличие на территории Туннакра его бойцов отвлечет вражескую армию от его собственных земель.
  
  
   ***
  
  
   Рамон устало протёр красные, слезящиеся от недосыпа глаза. Нужна ли ему эта война? Зачем он здесь? Эти вопросы, в который уже раз никак не давали ему заснуть. В этом отношении он выгодно отличался от своих товарищей по отряду, у которых никогда не возникало подобных глупых мыслей, и которых более всего волновали иные вещи. Например, как по возможности увильнуть от тяжкой работы и не получить за это доброго нагоняя от сержантов и капитана.
   Рамона эти вопросы, конечно тоже волновали, но всё же... Всё же где-то в самой глубине своего естества он понимал, что отличается от остальных своих сослуживцев. Сильно отличается...
   Юноша глубоко вздохнул и уставился на разбитую в самой глубине лагеря серо-чёрную палатку. Некроманты... Этих выродков Рамон ненавидел даже больше чем сержантов, которые житья не давали простым солдатам постоянными придирками и зуботычинами. Потому что они лишали человека самого главного. Посмертия. Превращая его в безмозглую шагающую куклу-зомби, способную лишь тупо следовать приказам поднявшего их.
   Более чем этих колдунов он ненавидел лишь Ферса и Пирста, которые убили его родителей. Их не было в его отряде, но юноша поклялся себе страшной клятвой, что непременно разыщет и жестоко покарает ублюдков, погубивших его семью.
  
  
   ***
  
   Утренняя побудка застала Рамона как всегда неожиданно в виде грубого пинка под рёбра сермяжным сержантским сапогом. Юноша глухо застонал, но всё же с трудом заставил себя подняться. Всё тело невыносимо ломило, словно его всю ночь били палками, но Рамон уже давно привык к подобному состоянию, ибо служил далеко не первый год.
  -Быстрее, быстрее, навозные черви! - Грубо орали сержанты, от души дубася толстыми бамбуковыми палками тех, кто, по их мнению, вставал недостаточно расторопно. - Не видите что ли, туннакрцы вот-вот будут здесь!
   После этих слов сержанта Рамон невольно обратил свой взор на север. Там вдалеке действительно клубилась гигантская туча пыли. При виде этого зрелища у юноши тут же вспотели ладони, а в коленях образовалась сильная нервная дрожь. Ещё бы, ведь до этого момента он ни разу не принимал участия не только в больших войнах, но и даже в мелких приграничных стычках.
   Вообще Рамон частенько задумывался, сумеет ли он в случае необходимости убить человека. Что ж, видно теперь он, наконец, получит ответ на так долго мучивший его вопрос...
  
   ***
  
  
  -В линию, в линию становитесь, сучьи дети! - Орали дюжие краснорожие сержанты на растерянных солдат, и когда, отряд был, наконец, построен, капитан, невысокий полноватый человек с серыми холодными глазами бывалого воина соизволил выступить перед своими подчинёнными.
  -Значит так, наша задача удержать позиции до подхода основных сил Кортура, а не разгромить туннакрцев, поэтому слушать меня внимательно. Первое. Ни в коем случае не пересекать линии окопов. Второе. Что бы ни случилось, держать строй до последнего. Побежите, считай, пропали ни за что. У туннакрцев кони быстрые... Всё. Сержанты! Приготовить людей к битве!
   С этими словами капитан вскочил на своего низкорослого, как и он сам, гнедого жеребца, и поскакал к серо-чёрной палатке некромантов.
   А тем временем сержанты деловито прошлись вдоль строя, придирчиво проверяя, чтобы у каждого воина средней линии было в наличии длинное копьё с отполированным гладким, как зеркало наконечником, чтоб легче выходил из пронзённого тела.
   Вообще воины Аббора имели в своём строю три линии. Первая это щитоносцы и меченосцы, вторая - копейщики, и, наконец, третья - лучники. Всего в отряде Рамона насчитывалось около пяти тысяч бойцов.
  -Будем молить богов, чтобы у туннакрцев оказалось не слишком много воинов... - С невольным страхом протянул стоящий по левую руку от Рамона старый солдат, у которого не было правой мочки уха.
   Наконец лавина степняков приблизилась на достаточное расстояние для того, чтобы их можно было разглядеть, и стало понятно, что их даже по самым скромным прикидкам не менее пятнадцати тысяч.
  -Твою мать, жаркое будет дело... - Протянул кто-то из копейщиков позади Рамона, который сам находился в первой линии.
   Однако степняки не спешили атаковать. Они прекрасно видели выкопанные рвы, и понимали, что победить без больших потерь будет нелегко, поэтому сперва выслали парламентёров.
   Два могучих, обнажённых до пояса степняка с разукрашенными синей охрой торсами, нахлёстывая лошадей, помчались в сторону лагеря абборцев. Им навстречу устремился капитан в сопровождении двух некромантов в серых балахонах.
   Поговорив несколько минут, всадники направились каждые в свой стан.
  -Туннакрцы вот-вот нападут. Всем держать строй до последнего. - Коротко бросил капитан и вместе с пятёркой некромантов поскакал в тыл. Ему предстояло руководить грядущим сражением.
  -Вот, сука, мы, значит, подыхать должны, а он за нашими спинами отсидится, гнида! - В сердцах сплюнул давешний одноухий товарищ Рамона.
   Сам же Рамон в ответ на это только тяжело вздохнул. С каким бы удовольствием он дезертировал из этого кошмара, но, увы. С некромантами Серпетриона шутки были плохи, да и дозорные патрули свой хлеб тоже ели отнюдь не даром.
   Кстати, именно на них, то бишь на некромантов и была основная надежда в предстоящем сражении, ибо в отряде Рамона практически все были новичками, в то время как о воинском искусстве туннакрцев на Ксенее слагали легенды. Лишь неукротимые фуррийцы считались более могучими воинами, чем эти неистовые и бесстрашные степняки.
   Вообще, капитан абборцев рассчитывал на то, что туннакрцы всё же сразу не нападут, а подождут, когда у их противников закончатся запасы пищи, и они изрядно ослабнут. Но ничего подобного не случилось. Степняки отнюдь не были дураками и хорошо понимали, что скоро к абброцам пожалует подкрепление, и посему наличие рвов во вражеском стане их сегодня не остановило.
   Наконец конная лавина туннакрских варваров совершенно беззвучно, а оттого и особенно пугающе сорвалась с места и устремилась на боевые порядки абборцев, однако, не доезжая десяти шагов до кольца рвов, они резко как по команде свернули направо и выпустили в своих противников тучу коротких зазубренных стрел.
  -Щиты наверх, сучьи дети! - Заполошно рявкнул капитан, который на свою беду слишком поздно сообразил, что туннакрцы не пойдут напролом, однако, несмотря на поднятые массивные бронзовые щиты, многие из абборцев со стоном попадали на землю, пронзённые необычными стрелами степняков.
   Ответный залп лучников отряда Рамона не заставил себя долго ждать, но он несколько запоздал, и посему потерь среди степняков оказалось намного меньше, чем у их противников.
  -В следующий раз стрелять, как только приблизятся на достаточное расстояние! - Рявкнул капитан, а стоявшие рядом с ним некроманты начали делать какие-то непонятные пассы руками, и вокруг них в воздухе потихоньку начало разливаться гнилостно-зеленоватое свечение.
   Результат сего колдовства не заставил себя долго ждать, и погибшие похожие на ощетинившихся ежей от вонзённых в них стрел мертвецы начали медленно подниматься...
  -Великие Небеса... - Потрясенно всхлипнул какой-то совсем молоденький лучник при виде этого зрелища. Похоже, ранее ему ничего подобного наблюдать не доводилось.
   А тем временем туннакрцы разворачивали коней для повторной атаки. Ожившие мертвецы медленно, но неотвратимо как сама смерть устремились навстречу степнякам, но варвары и не думали останавливать коней.
   Зомби были мало уязвимыми для обычного оружия, но при этом оказались довольно неповоротливыми и не слишком сильными, чем сполна и воспользовалась вражеская кавалерия, попросту стоптав немногочисленные шеренги мертвецов. Потерь при этом туннакрцы не понесли почти никаких.
   А затем степняки вновь, как и в прошлый раз, они выпустили в своих врагов тучу зазубренных стрел с синим оперением, однако на этот раз абборцы оказались готовы к подобному повороту событий и вовремя успели вскинуть свои щиты, равно как и дать прицельный ответный залп.
   Многие степняки попадали с коней, держась за пробитые навылет части своих многострадальных тел. Туннакрцы отхлынули назад подобно прибою, и тут в ход пошло ещё одно загодя приготовленное колдовство абборских некромантов. Зеленоватое свечение, доселе мирно мерцавшее над их головами, внезапно сорвалось с места и неспеша поплыло навстречу степнякам.
   Со стороны туннакрцев раздались предостерегающие крики, но было уже поздно. Свечение, подобно исполинскому облаку накрыло добрую половину атакующих, и воины неприятеля вместе со своими лошадьми принялись неистово кататься по земле, надсадно крича и корчась от невыносимой боли. Жуткая зеленоватая гниль неведомого происхождения сжирала их заживо.
   Оставшаяся же половина степняков позорно удирала, стремясь оказаться как можно дальше от непонятного смертоносного колдовства нечестивых "рабов Смерти". Так обычно гордые и своенравные степняки называли абборцев и кортурцев.
  -Это ненадолго, скоро они вернуться... - Мрачно протянул один из копьеносцев позади Рамона могучий седоусый ветеран, прошедший явно не одну битву. - Я буду не я, если некроманты не исчерпали все свои силы. Они скоро вернуться... И вот тогда нам не поздоровится...
   Как впоследствии оказалось, слова ветерана полностью подтвердились, и на этот раз всё войско неприятеля устремилось в атаку. Уже у самых рвов степняки вновь, как и в два предыдущих раза выпустили тучу стрел, а затем резко спрыгнули с лошадей и резво побежали на ощетинившийся копьями строй неприятеля.
   Не ожидавший подобного поворота событий капитан абборцев на секунду растерялся, а затем обрадовано проорал.
  -Держать строй, чтобы не случилось! Без своих коней они ничто!
   Но, как оказалось, даже без своих прекрасных лошадей туннакрцы кое-что всё-таки могли. Даже на бегу они не прекращали стрелять из своих коротких тугих луков, не давая лучникам неприятеля давать прицельные залпы, а затем неровный строй степняков столкнулся с идеально выверенными порядками абборцев...
   Замелькали необычные двулезвийные алебарды-глефы, бывшие в ходу у варваров и длинные пики абборцев в большей своей части оказались либо перерублены, либо попросту отбиты в сторону. С тыла степняков ни на секунду не прекращался настоящий ливень стрел и, наконец, строй абборцев не выдержал. Его воины были в основном всё-таки новичками не закаленными в настоящих сражениях, и они не сумели выдержать того испытания, которое им уготовили могучие туннакрцы.
   С отчаянными криками абборцы начали разбегаться кто куда, и степнякам оставалось только добивать их в незащищённые спины.
   Последнее, что успел увидеть Рамон прежде чем ему на голову обрушился тяжёлый деревянный щит какого-то варвара, были серые фигуры некромантов, которых и деловито стаскивали с коней и рубили на куски озверевшие от крови воины Туннакра...
  
   ***
  
  
   Его пробуждение было довольно болезненным и мучительным. Рамон с трудом поднял тяжелую невыносимо гудящую после удара, словно колокол, голову и разлепил запекшиеся от крови веки.
   Повсюду, насколько хватало глаз, лежали мёртвые тела людей и лошадей, над которыми роились большие зелёные мухи. Стонов раненых практически не было слышно, ибо туннакрцы не брали пленных и не ведали жалости к поверженным противникам.
   Рамону повезло. Его тело оказалось погребено под двумя трупами его товарищей по отряду, из-за чего степняки не сумели его обнаружить. Юноша, шатаясь, поднялся и медленно побрёл в сторону абборской границы, не забыв предварительно прихватить флягу одного из убитых. Его ждало одно незаконченное дело...
  
   Глава вторая. Плачущий.
  
  
  
  -Ты откуда здесь такой взялся? - Мрачная физиономия трактирщика не предвещала ночному путнику, на свою беду вздумавшего постучаться в его двери в столь неурочный час, ничего хорошего.
  -С границы. - Не стал скрывать очевидное Рамон, благо его запачканная кровью одежда не могла вызывать доверие у окружающих. А сочинить какую-нибудь более менее правдоподобную легенду в силу возраста побоялся, опасаясь уличения во лжи.
  -Ты что, дезертир?
  -Нет. Наш отряд был уничтожен туннакрцами. Я спасся лишь чудом.
  -Это не меняет дела. Мне не нужны тут дезертиры.
  -Я не прошу о ночлеге, я прошу лишь накормить меня, или на худой конец продать мне немного еды.
  -То есть у тебя есть, чем мне заплатить?
  -Ну,... я могу отработать...
  -Нет. Либо платишь звонкой монетой, либо пошёл вон.
  -Я не ел уже три дня...
  -Как трогательно... я сказал, пошёл вон, пока я не вызвал стражу! Думаю, они обрадуются, когда узнают о том, кто ты на самом деле...
  
   ***
  
  
  
   Сказать, что Рамон был разгневан, значило ничего не сказать. Проклятый выродок! Жирная свинья! Ему б столько времени не поесть, посмотрим как бы он тогда запел... Сперва юноша хотел разбить ему камнем окно, но потом одумался, понимая, что ничем хорошим это для него явно не кончится.
   Внезапно на ночной дороге, по которой он медленно брёл, не имея сил даже ускорить шаг, возникло зеленоватое свечение.
   "Некроманты!" - Мелькнула заполошная мысль в сознании Рамона, и он тут же, не раздумывая, бросился в близлежащие кусты.
  -Долго же мы за тобой охотились... - Послышался чей-то холодный голос, и Рамон замер в напряжении, боясь пропустить хоть слово. - Ну, ничего, думаю, великий Серпетрион придумает для тебя достаточно суровое наказание за все твои прегрешения...
   Тихо, опасаясь что его обнаружат, юноша подполз поближе к источнику непонятного мерцания и его глазам предстала следующая картина.
   На дороге стояли три серые закутанные в плащи фигуры, из рук которых вырывались толстые зеленоватые нити, плотной паутиной окутывающие четвёртую фигуру, стоявшую на коленях. Несмотря на довольно тёмную безлунную ночь, нити давали достаточно света для того, чтобы хорошо разглядеть длинные черные с густой проседью волосы, прекрасное молодое лицо с большими серыми глазами, а также выражение бессильной ярости, застывшее на нём.
   Отчаянные глаза незнакомца столкнулись со взглядом юноши, и в его сознании возник короткий отчаянный призыв.
   "Помоги!"
   И тут, словно какая-то незримая сила вытолкнула юношу из кустов, и его короткий меч, который он сумел сохранить ещё со времён службы в отряде, вонзился под ребро ближайшего из некромантов.
   Чародей сдавленно захрипел и повалился навзничь, остальные даже толком ещё не успели понять, что произошло, как свечение, исходившее из рук покойного колдуна, погасло, и незнакомец сумел разорвать свои магические путы.
   Дальнейшее было делом нескольких секунд. Загадочный незнакомец внезапно превратился в серую смазанную тень, и оба оставшихся в живых мага рухнули на землю с перерезанными глотками. По крайней мере, именно так это выглядело в глазах Рамона, настолько стремительно двигался этот неведомый воин.
   Покончив с чародеями, незнакомец насмешливо уставился на тяжело дышащего юношу, при этом деловито убирая в ножны за спиной два парных коротких меча.
  -В первый раз?
  -Что?
  -Убиваешь в первый раз?
  -Откуда ты...
  -Видно... Ладно... Спасибо, что помог, юноша, не знаю твоего имени.
  -Рамон...
  -Спасибо, что помог, Рамон.
  -Не за что...
  -Откуда ты, Рамон?
  -Отсюда...
  -Понятно... Слушай, Рамон, а ты знаешь, что ты эмпат?
  -Кто?
  -Человек, способный улавливать чужие эмоции. Ты ведь услышал мой призыв о помощи?
  -Да... Эти татуировки у тебя на щеках... Ты Плачущий?
  -Ха, ха, а ты к тому же ещё не дурак... А не боишься, что я убью тебя за то, что ты меня видел?
  -Бойся, не бойся, это ведь всё равно ничего не изменит. - Философски пожал плечами Рамон. Суровая жизнь в отряде научила его смотреть на некоторые вещи намного проще, нежели это делали остальные.
  -Да у тебя бойцовский дух, парень. Это хорошо... Потому что тебе придётся стать одним из нас. - Неожиданно жёстко закончил незнакомец.
  -А если я откажусь?
  -Тогда мне придётся убить тебя. - Пожал плечами сероглазый.
  -Но ведь я тебя спас...
  -И я крайне благодарен тебе за это. - Серьёзно кивнул головой незнакомец. - Но если ты слышал о нашем ордене, то должен понимать, что я не могу рисковать и оставлять живых свидетелей моего присутствия здесь.
  -Про вас ходят страшные слухи...
  -Да я знаю... - Засмеялся незнакомец. - Что мы едим детей, превращаемся в чудовищ... Всё это ложь. Думаю, ты сам в скором времени в этом убедишься...
   Об ордене Плачущих жуткие сказки и впрямь ходили по всей необъятной империи Серпетриона. Появился этот орден около полутора сотен лет назад и с тех пор наводил ужас на всех добропорядочных граждан кортурской империи. Поговаривали, что служат в нём необычные люди, а кошмарные порождения какого-то иного мира, для которых нет слаще удовольствия, чем убить человека, причём желательно каким-нибудь особенно изощрённым, изуверским способом.
   Тем страшнее выглядели татуировки на щеках его адептов, представляющие собой четыре синие слезы, по две на каждой щеке, отчего орден, по сути, и был назван орденом Плачущих.
   Имелись эти татуировки и на лице воина, повстречавшегося Рамону, и, надо сказать, смотрелись они на его лице довольно органично...
  -А что означает быть Плачущим... прости, не знаю как твоё имя?
  -Что это означает... хм, многие вещи. Но, прежде всего непримиримую борьбу с Серпетрионом и его некромантами. А что до моего имени, то... пока зови меня Странником, а там посмотрим...
  -Что ж, я ненавижу некромантов не меньше твоего, и... я принимаю твоё предложение, только я хочу попросить тебя об ответной услуге.
  -И о какой же?
  -Помоги мне убить двух подонков расправившихся с моими родителями.
  -Хорошо... - С секунду помявшись, наклонил голову Плачущий. - Я выполню эту твою просьбу, так как ты всё же спас меня.
  -И что мы будем делать дальше?
  -Сейчас мы пойдём с тобой в одно место, неподалёку отсюда, там у меня назначена встреча с... впрочем, скоро сам всё увидишь.
  -Я уже трое суток ничего не ел...
  -Хорошо, у меня есть для тебя немного еды, но есть тебе придётся на ходу. С этими некромантами мы и так потеряли слишком много времени...
  
  
   ***
  
  
  
  -...А скажи, много ли вас осталось?
  -Узнаешь в своё время...
  -А...
  -Так, всё, помолчи пока. - Нетерпеливо поднял руку Странник, неторопливо выходя на небольшую поляну. Оглядевшись по сторонам, он издал резкий, ни на что не похожий свист, однако никакого видимого эффекта этот звук не произвёл.
  -Странно... обычно Морон отзывается сразу... Жди здесь. - Кивнул он юноши, которой ещё не вышел из под сени уютной кедровой рощи окружавшей поляну.
   При ближайшем осмотре поляны стало, наконец, понятно, почему никто так и не соизволил откликнуться на зов Плачущего. Вся её площадь была завалена трупами неизвестных мужчин, перемежаемыми телами некромантов и стражников Аббора.
  -Не может быть... - Потрясённо прошептал Странник, тяжело опустившись на землю и обхватив голову руками. - Откуда они могли узнать...
  -Это твои собратья?... - Робко подал голос юноша.
  -...я же сам их тренировал... - Словно не слыша его, продолжал шептать Плачущий. - ... С самого детства...
  -С самого детства... ты Авар? - Выдохнул юноша, озарённый внезапной догадкой.
   Плачущий при этих словах ощутимо вздрогнул, и, подняв голову, уставился на юношу затуманенными болью глазами.
  -Авар,... да... так меня назвали при рождении... сто семьдесят с лишним лет тому назад...
  -Не может быть...
  -Как видишь, может... Да, это я - самый первый из ордена Плачущих. Его, так сказать, отец и основатель... Последний в своём роде...
  -В смысле?
  -В смысле, что весь мой орден погиб. Его остатки ты видишь здесь.
   Юноша в очередной раз заворожено уставился на лежавшие на земле мёртвые тела. Даже по самым скромным прикидкам здесь полегло не менее семи десятков человек, причём Плачущих из них было от силы десятка полтора.
  -Ты хорошо их обучил...
  -Что ты можешь в этом понимать?! - Внезапно вскинулся Авар. - Мальчишка! Ты знаешь, скольких своих соратников я похоронил вот этими самыми руками?! Хорошо обучил... Если бы я обучил достаточно хорошо, они бы сейчас были живы...
  -Ты не один. Ведь я теперь тоже член ордена...
  -Оставь меня пока в покое, мальчик... Мы поговорим об этом после...
  
   ***
  
  
  
   После того как путники покинули злосчастную поляну ставшую огромной братской могилой для Плачущих и их врагов, они решили остановиться и заночевать в лесу, так как Рамон пожаловался Авару на сильную усталость, ибо не спал уже двое суток. Правда перед этим Авар как бы ни был расстроен произошедшим, всё же нашёл в себе силы подобрать Рамону более менее чистую одежду из той, что была надета на покойниках, не слушая жалких возражений юноши о том, что это грех и плохая примета.
  -Грешный, зато живой. - Философски пожал плечами Плачущий, и Рамон не нашёл, что возразить на это.
   Зато уже через несколько минут на Авара обрушился поток бесконечных вопросов от не в меру любознательного юноши.
  -Но нас не смогут выследить?
  -Если даже и выследят, я сумею вынести нас, я умею летать, если ты не знал. - Философски пожал плечами глава Плачущих. - Та схватка с некромантами была чистой случайностью.
  -Слушай, Авар,... а эти татуировки на твоих щеках,... зачем они?
  -Ну,... это нечто вроде символа нашей скорби по тем, кого мы вынуждены убивать, борясь с Серпетрионом.
  -Так ведь тебя по ним легко вычислить!
  -Да? - Задорно усмехнулся Авар. - Смотри!
   С этими словами Плачущий провёл ладонью по лицу и взору изумлённого юноши предстала абсолютно чистая кожа, лишенная даже намёка на какие-либо рисунки.
  -Как ты это сделал?
  -Обыкновенная иллюзия, ничего больше.
  -Я тоже так смогу?
  -Да, если будешь прилежно учится... Ладно всё. На сегодня достаточно разговоров. Спи крепко, юноша. Я посторожу твой покой...
  -Но ты мне не всё рассказал. Зачем Плачущие оказались на этой поляне? Почему вы собирались именно там? Какова была ваша цель?
  -Сколько вопросов... - Задумчиво протянул Авар. - И все идиотские до невозможности. Почему собрались на этой поляне? Потому что она для этого была более или менее подходящей. Какова была наша цель? Такая же, как и всегда. Уничтожение Серпетриона, уж это ты должен знать, раз так много слышал о нас... Серпетрион набрал огромную силу,... если в ближайшее время его не уничтожить, он распространит свою власть на весь этот многострадальный мир...
  -Но каким именно образом вы собирались это сделать?
  -Узнаешь в своё время...
  -Ты что, мне не доверяешь? - Оскорблёно вскинулся юноша.
  -Дело не в этом, Рамон. Просто всему своё время...
  -Так что же нам теперь делать?
  -Для начала следует набрать новых учеников... хотя нет, для этого у нас слишком мало времени. Требуется набрать отряд. Небольшой. Десятка три. Но это должны быть лучшие из лучших.
  -Но для чего нам это нужно?
  -Всему своё время, юноша. Всему своё время... спи. Скоро тебе понадобится много сил...
  
   ***
  
  
   Наутро Авар растолкал заспанного Рамона и заставил его продолжить путь, а уже на следующем привале приступил к его обучению.
  -Как у тебя с воинским искусством?
  -Не знаю... в армии нас учили драться...
  -Был в реальном бою?
  -Да недавно у нас была стычка с туннакрцами...
  -А понятно... ты, дорогой мой, дезертир.... Ну да мне на это, честно говоря, наплевать... Армейская школа это, конечно, хорошо, но... Ну-ка становись в стойку. Посмотрим, на что ты сгодишься.
   С этими словами Авар плавно поднялся с колен, и Рамон нехотя последовал за ним.
  -Ну и что я должен делать?
  -Что-что, нападай.
  -С мечом?
  -Нет, давай пока без оружия, поглядим на твои навыки кулачного боя.
   Юноша попробовал вяло нанести пару ударов, но Авар легко от них увернулся, а затем неожиданно жёстко пихнул Рамона ладонью в лицо, отчего тот тут же растянулся на земле.
  -Так дело не пойдёт. Соберись! - Рявкнул он на опешившего юношу. - Ты что с туннакрцами также дрался?
   После этих слов Рамона внезапно пронзил острый приступ ярости, багровая пелена застлала ему глаза, и он атаковал уже всерьёз. Юноша наносил удары от души, но они были слишком размашисты и неумелы, так что Авару не составляло никакого труда уворачиваться от них.
  -Так всё, ладно... - Плачущий поднял руки, призывая изрядно запыхавшегося юношу остановиться. - Так у нас с тобой ничего не выйдет... Ты эмпат, поэтому попробуй сейчас сконцентрироваться и настроиться на мою энергетику. Чувствуешь?
  -Нет...
  -Давай, пробуй лучше, как говорится терпение и труд... Ага вот, пошло дело. Теперь повторяй за мной...
   С этими словами Авар провёл серию быстрых ударов кулаками по воздуху. Рамон с секунду поколебавшись, осторожно повторил его движения.
  -Для начала неплохо, но нужно делать резче, давай ещё разок.
   Юноша вновь повторил за Аваром уже знакомую связку, и на этот раз у него получилось намного лучше. Он как бы чувствовал наперед, какое именно движение и как именно сделает Плачущий в тот или иной момент, так как он был эмпатом.
  -Молодец. Это как раз то, что я от тебя хотел. И на будущее учти, само главное в драке это скорость. Поэтому не наноси размашистые удары, лучше подойдут короткие и резкие как вспышка молнии. Действуй максимально быстро и максимально жёстко и тогда ты победишь, понял?
  -Понял...
  -Вот и молодец. На сегодня всё. Собирайся. Нам предстоит долгий путь...
  
  
   ***
  
  
   Прошагав весь день, путники (по крайней мере, Рамон) изрядно выбились из сил, и Авар предложил юноше заночевать в близлежащей деревеньке.
  -Заодно и провизией разживёмся, а то ты без кормёжки ноги протянешь быстро...
   При ближайшем рассмотрении деревенька оказалась совсем крохотной, всего четыре десятка дворов.
   Путники не стали долго выбирать, куда именно попроситься на ночлег и постучали в ближайшую избу. Дверь открыла совсем ещё молоденькая заморенная девушка со светлыми волосами и очень печальными испуганными глазами.
   Авар при виде неё неопределённо дернул щекой, а лицо его приняло донельзя зловещее выражение. Тем не менее он довольно приветливо улыбнулся хозяйке и вежливо спросил.
  -Можно мы переночуем у тебя, красавица? Нам много не надо, кров да стол, к тому же мы можем щедро заплатить тебе за ночлег. - Плачущий для убедительности потряс перед девушкой довольно увесистым кошельком, в котором приятно позвякивали золотые и серебряные монеты.
  -Не знаю, дедушка не любит когда к нам захаживают чужие... Он очень болен...
  -Да, а дозволь-ка мне глянуть на него. Я - странствующий целитель, глядишь, чем и помогу твоему деду.
  -Ну, не знаю... - Замялась было девушка, но Авар уже решительно отстранил её плечом и прошёл вовнутрь.
   Внутри в избе было довольно чисто, хотя обстановка и была весьма бедной, если не сказать убогой. За деревянным столом, застеленным простой серой домотканой скатертью сидело ещё три человека. Первым был крепкий кряжистый чернобородый мужик лет сорока, напротив него устроилась женщина в беленьком чистеньком платочке примерно его возраста, а вот сидевший во главе стола...
   Нет, на первый взгляд он ничем не отличался от обычного сельского деда, каких много обитает в бесчисленных деревнях Аббора. Худой, патлатый, с нечесаной сивой бородой, в которую набилась солома, но Авар при виде него мрачно нахмурился и решительно зашагал к столу.
  -Сатька, еп твою мать, зачем чужаков в дом пустила! - Истерично взвизгнул дед донельзя противным голосом и с неожиданной силой запустил в испуганную девушку тяжелой деревянной кружкой.
   Кружка угодила ей в голову, разбив её кровь. Девушка покачнулась, но не упала, продолжая покорно стоять, опустив глаза в пол. Остальные члены семьи тоже даже и не подумали выразить ни малейшего неудовольствия, опустив головы и стараясь не встречаться взглядом со склочным дедом.
  -Ну и зачем ты пудришь этим людям мозги? - Голосом, не предвещающим деду ничего хорошего протянул Плачущий.
  -Тебя не спросил, убивец! - Рявкнул на него патлатый дедок. - Пшёл вон отсюда!
   Но Авар и не подумал уходить, а вместо этого спокойно начал вытаскивать один из своих мечей.
  -Не дури, не дури, падла... - Злобно прошипел дед, и вокруг него сгустилась тяжёлая чёрная энергетика.
   Рамон почувствовал, что начинает терять сознание, но тут Плачущий одним резким прыжком оказался рядом со странным дедом и молниеносным движением своего клинка снёс ему голову с плеч.
   Невероятно, но из шеи убитого не вытекло ни капли крови, словно это был не живой человек, а какая-то человекообразная кукла, сработанная неведомым умельцем. Воздух в хате тут же, как по мановению руки очистился, и все присутствующие вдохнули с облегчением.
  -Ччто это было? - Трясущимися губами прошептал Рамон.
  -Етишок.
  -Кто?!
  -Етишок... Что никогда не слыхал о них?
  -Нет...
  -Понятно... Эти твари питаются чужой болью и страхом. Заходит вот такой путник в дом: "хозяева, пустите переночевать!" Они его впускают и... и всё.
  -Что, всё?
  -Он порабощает их сознание, всячески издевается над ними, пьёт их энергию, пока они не умрут. Так он становится сильнее. Иногда етишок набирает такую мощь что может держать в повиновении всю деревню, а однажды такая тварь поработила целый город... Пришлось повозиться в своё время, уничтожая её...
   Етишки, несмотря на довольно забавное название, поскольку внешне и впрямь выглядели крайне несуразно, напоминая более огородное пугало, нежели обычных крестьян, действительно были весьма грозными тварями, крайне опасными для любого смертного. На момент описываемых событий в кортурской империи они уже практически не встречались, ибо служители Смерти не терпели их на своей территории, но все изредка отдельные экземпляры в дальних провинциях нет-нет, да и пытались вернуть старые порядки, искусно маскируясь под обычных смертных. Впрочем, как правило, это кончалось тем, что в деревню порабощенную етишком прибывал отряд имперских солдат с чародеями Серпетриона, и тварь благополучно отправлялась в мир иной.
  -Спасибо вам, люди добрые! Вовек вас не забуду! - Чернобородый мужик, который внимательно прислушивался к разговору путников, кинулся им в ноги, тщетно пытаясь обнять сапог, отпихивающегося Авара. - Ведь семью вы мою от смертушки лютой спасли...
  -Ладно всё, всё... Встань... Да встань же! Если уж так благодарен нам, накорми юношу. Он изрядно проголодался с дороги... И ещё. Труп вот этого - Плачущий брезгливо указал на останки етишка - нужно сжечь. Желательно подальше от деревни. Чтобы даже пепла не осталось, ты понял?
  -Понял, понял, как не понять... Всё исполню... - Испуганно закивал мужик.
  Внезапно со стороны улицы раздались чьи-то наглые выкрики, перемежаемый непонятным жутким грохотом.
  -Это ещё что? - Разом подобрался Авар.
  -Так это... Козлуша разбушевался...
  -Это что еще за фрукт...
  -Козлуша... ентот как его... козлоголовый!
  -Сатир? Ты имел в виду сатира? Ну и деревенька... А чего ему не так?
  -Так Мава бутылку ему видать не поднесла... Вот он и лютует, окаянный! Она его ещё козлёнком на крылечке нашла... А оно вона как всё повернулось...
   Вообще тот факт, что детеныш сатира оказался в абборской деревушке был не таким уж и вопиющим явлением, благо наемники-сатиры, в том числе и самки нередко оказывались в пределах империи Серпетриона в числе наемничьих отрядов, а уж похотливость козлоголовых и довольно наплевательское отношение к собственному потомству были для всех прочих многочисленных рас Танарты отнюдь не новостью.
   Однако же тот факт, что сатира воспитала деревенская крестьянка, и его до сих пор не прикончили служители Смерти Серпетриона был довольно таки удивителен, так как Бог Смерти люто ненавидел эту расу и любого сатира, застигнутого на территории его империи в случае поимки ждала либо смерть, либо отправка в бараки "рабов смерти" для колдовских нужд некромантов. Впрочем, подобное "чудо" можно было объяснить тем, что деревушка, в которую занесло Авара и его спутника, находилась практически возле самой границы с Фуррой, и посему власть мастеров Смерти и их контроль над населением был не столь тотальным и всеобъемлющим как, к примеру, в том же Кортуре.
   А тем временем грохот на улице и не думал смолкать, и Авар повинуясь отчаянным взглядам Рамона, который вследствие юного возраста обладал крайне обостренным чувством справедливости, со вдохом направился наружу.
   На улице взору Плачущего предстала довольно пожилая, маленькая женщина, которую таскал за седеющие волосы здоровенный мохнатый сатир, свирепо матерясь при этом самыми непотребными словами.
  -Ты что творишь? - Холодным голосом поинтересовался Плачущий, неторопливо направляясь в сторону козлоголового.
  -Ты чо... Ты кто... - Нагло прогнусавил сатир и, подняв здоровенные кулачищи, в свою очередь двинулся на Авара.
  -Я тот, с кем тебе не стоит связываться. - Ласковым голосом протянул Плачущий, легко уворачиваясь от сильного, но не слишком умелого удара сатира и, одновременно перехватив его двумя пальцами за ноздри и сильно сжав.
  -Ааа...ыыы...!!! - Замычал от боли сатир, тщетно пытаясь вырваться.
  -А будешь плохо себя вести, я тебе кольцо в нос продену, понял?
  -Ааа...ууу!!!
  -А узнаю, что ты снова мать бьёшь, отрежу яйца и на рога надену, ясно? - Добавил Авар, не меняя тона, продолжая сжимать многострадальные ноздри козлоголового.
  -УУУ...ААА!!! - Сатир уже не мычал, а надрывно выл.
  -Всё свободен... - Плачущий брезгливо отшвырнул от себя сатира, напоследок наподдав ему ногой под зад.
   От этого удара козлоголовый пролетел метра три и врезался своей рогатой башкой в деревянный колодезный сруб.
  -Мааа... что это за чужой мужик... - Жалобно проревел сатир.
  -Тише, Козлуша, тише... - Маленькая пожилая женщина лет пятидесяти осторожно присела на корточки и ласково погладила "сыночка" по голове.
  -Мааа... картошка есть...
  -Есть, Козлуша, есть...
  -Тухлая?
  -Тухлая, тухлая, как ты любишь...
  -Жестоко ты его... - Осторожно тронул за плечо Авара Рамон.
  -И поделом ему... - Мрачно прорычал Плачущий. - Мразь... Всё ведь у него есть, мать, которая его любит, дом, семья... А он... А что тут говорить... Скотина, она и есть скотина...
  
  
  
  
  
   ***
  
  
   На следующее утро Рамон проснулся довольно рано и, потягиваясь, вышел на улицу, на которой недоброй памяти Козлуша с донельзя мрачной физиономией (если не сказать рылом) уже вовсю чинил крышу собственного дома под бдительным присмотром Плачущего.
  -А, проснулся... - Неопределённо протянул Авар. - Тогда завтракай, собирайся, и пойдём дальше.
  -И все-таки, куда мы идём?
  -В Фурру.
  -Куда?
  -У тебя плохо со слухом?
  -Да нет... Просто фуррийцы не жалуют чужаков, если ты не знал.
  -Правда? Да что ты? Вот уж никогда бы не подумал... Ладно, не обижайся. Просто, понимаешь, я для фуррийцев,... хм, скажем так, не совсем чужак.
  -И что мы там будем делать?
  -Попробуем навербовать воинов для предстоящего дела.
  -Да для какого дела то?!
  -Терпение, юноша, терпение... Пойми, я не не доверяю тебе, но... Не дай Небо, тебя захватят в плен и..., понимаешь, предстоящая миссия слишком важна, чтобы я мог так рисковать.
  -Но ведь рано или поздно тебе всё равно придётся мне всё рассказать.
  -Лучше это случится позже, чем раньше. Поверь, так будет лучше для всех...
  
   Глава третья. Фуррийцы.
  
  
   Через десять дней путники, наконец, пересекли Аббор и достигли границ Фурры. Местность здесь не особенно отличалась от абборской. Всё те же равнины да редкие рощи, перемежаемые небольшими перелесками.
  -Слушать меня во всём, никакой самодеятельности. - Внушал Авар своему новоявленному ученику. - Фуррийцы помешаны на воинской чести и крайне задиристы. Поэтому, чтобы не случилось, не вступай с ними в разговоры, чтобы ненароком не оскорбить. Говорить за тебя буду я.
  -А на что они похожи эти фуррийцы? - Жадно вскинулся Рамон.
  -Скоро узнаешь... - Загадочно усмехнулся Авар, и они продолжили путь.
   Уже через несколько миль после пересечения границы, их окружил небольшой отряд из пяти воинов-фуррийцев.
   Рамон разинув рот, глядел на этих необычных созданий, и всё никак не мг прийти в себя от изумления.
   Внешне фуррийцы выглядели как люди, но их кожа была тёмно-фиолетового оттенка, а сложение было намного более крепким и коренастым, чем у любого воина из числа людей. К тому же их черты лица были очень грубыми, словно вылепленными из камня, глаза имели необычный жёлтый окрас, а вертикальный зрачок был в виде овала, а не круга как у людей.
  -Почему этот слабак уставился на меня? - Грубо проревел один из фуррийцев. - Он что, хочет вызвать меня на поединок?
  -Нет, нет, что ты, почтенный тэрвар. - Примиряющее поднял руки Плачущий - Он просто новичок, не знает, как себя вести.
  -В таком случае лучше бы тебе разъяснить ему это, иначе кто-нибудь другой не будет к нему столь снисходителен как я... Зачем ты пожаловал в нашу страну, Сын Неба?
  -Я иду в Рив к вашему вождю Лэрсу.
  -А зачем это тебе понадобился наш вождь?
  -Прости, почтенный, но это касается только меня и вашего вождя.
  -Я поставлен здесь охранять границу, а значит, ответ ты дашь мне здесь и сейчас!
  -Я дам ответ лишь самому Лэрсу. Если тебе угодно, можешь высказать все претензии ему.
  -Ладно, проходи. - Недовольно пробурчал фурриец. - Но, смотри, я буду следить за тобой, чтоб шёл прямиком в столицу, ежели вздумаешь уклониться в сторону, то тебе сильно не поздоровиться.
  -Я услышал тебя, почтенный.- Насколько это возможно серьёзно склонил голову Авар, стараясь сдержать рвущийся наружу смех. - Поверь, у меня и в мыслях не было как-либо вредить тебе или твоему народу.
  -Ну, ну... - Неопределённо пробурчал фурриец, однако всё же отошёл в сторону, освобождая путь.
  
   ***
  
  
  -Они что, всегда такие?
  -Я же тебя предупреждал. Зачем вообще ты на него вылупился?
  -Интересно...
  -Интересно... А если б он тебя на поединок вызвал, что тогда?
  -А ты сможешь победить фуррийца в бою?
  -Я то могу, а вот ты... хм, вряд ли.
  -А ты бы вмешался, если бы он стал угрожать мне смертью?
   Плачущий дёрнул щекой, но ничего не сказал. А в самом деле, как бы он поступил? С одной стороны убить фуррийца означает навсегда потерять их поддержку и обрести новых могущественных врагов. Но с другой... ведь этот странный юноша как-никак спас ему жизнь... Весёленький был бы выбор, ничего не скажешь...
  -Слушай, Авар, а вот ты говорил, что летать умеешь, а я так тоже смогу?
  -Нет, эти умения даны мне от рождения. Видишь ли, я в некотором роде тоже бог, как и Серпетрион.
  -Ничего себе! Вот уж никогда бы не подумал, что когда-нибудь доведётся встретиться с богом!
  -Привыкай... Тебе предстоит ещё много всего интересного... Если конечно не убьют раньше...
  
  
   ***
  
  
   По дороге к столицы Фурры Виру Рамону представился крайне удобный случай посмотреть на нравы и обычаи фиолетовокожих обитателей этой страны. Вопреки ожиданиям юноши фуррийцы оказались вовсе не такими ужасными, как их описывала молва. Жили они в довольно просторных каменных домах, весьма грубой, но зато добротной постройки.
   Пару раз Рамону с Аваром пришлось ночевать в подобных строениях, и юноша понял, что фуррийцы не слишком-то жалуют внешний комфорт, хотя в их жилищах было довольно опрятно и чисто.
   Помимо коренных обитателей Фурры, в их селениях частенько мелькали и вполне себе обычные люди, к которым аборигены не проявляли ни малейшей агрессии.
  -Это крантцы. - Лениво ответил Авар, на вопрос любознательного юноши. - Фуррийцы покорили их страну столетия назад...
  -А я думал, что здесь с рабами обращаются также как и у нас в Абборе.
  -Фуррийцы - воины до мозга костей. Им и в голову не придёт поднять руку на того, кто настолько слабее их. Это считается позором...
  -Вот как? А у нас в отряде было так: чем ты слабее, тем больше получаешь тумаков.
  -Бедный, и как же ты там выжил?... Ладно, не обижайся. В конце концов, у тебя всё ещё впереди...
  
   ***
  
   Столица Фурры Вир представляла из себя довольно крупный по меркам фуррийцев город, обнесённый невысокой каменной стеной, сложенной из круглых гранитных валунов. Дома здесь, также как и в остальных городах и селениях были каменными и не слишком роскошными. Даже жилище вождя с виду ничем не отличалось от других построек, разве что было несколько длиннее.
  -Держись поближе ко мне и поменьше глазей по сторонам. - Предупредил Рамона Плачущий, и они направились к дому вождя.
  -Кто такие? - Сурово окликнул их один из двух стражей, замерших на пороге, подобно неподвижным изваяниям.
  -Можно подумать ты не знаешь, Снорр! - Ехидно отпарировал Авар.
  -Порядок есть порядок... - Сумрачно пожал плечами фурриец, и нехотя сдвинулся в сторону.
   Внутри каменное жилище представляло собой большую залу с резным деревянным креслом посредине. На кресле величественно восседал могучий фиолетовокожий фурриец, а рядом с ним находился ещё один представитель этого народа. Второй был ещё очень молод, практически юноша, и он сразу же уставился на Рамона дерзким вызывающим взглядом.
  -Кого я вижу... - Неопределённо протянул сидевший на троне мужчина. - Сам Сын Неба соизволил почтить нас своим визитом... И что же на этот раз привело тебя к нам?
  -Я пришёл по делу. Серпетрион становится сильнее день ото дня. Нам нужно его остановить.
  -Кому это нам? Сынам Фурры он не опасен.
  -Брось, ты же прекрасно знаешь, что это не так. В своё время он не смог покорить вашу страну. Однако и вы не сумели его уничтожить. Но что вы будете делать, когда он покорит все народы Танарты? Сумеете ли вы устоять тогда?
  -Откуда ты столько знаешь о нашем народе? Мы не уничтожили Серого Убийцу, лишь потому что он сбежал тогда с поля боя как последний трус!
  -Мне более ста лет, не забывай об этом. И я участвовал тогда в тех событиях. Серпетрион не бежал с поля боя. Ещё до войны с вами он заперся в своей башне, которую твои сородичи не сумели взять приступом и вернулись в свои земли. Так закончилась эта война...
  -Ты хочешь сказать, что мои предки мне лгали?! - Свирепо прорычал фурриец, вскакивая со своего трона-кресла.
  -Я хочу сказать, что твои предки попросту не помнят всего, так как живут слишком мало. - Невозмутимо отпарировал Плачущий. - Я же отвечаю за свои слова.
  -Да мы живём меньше людей... Потому что Отец Войн не желает брать таких трусов как они в Алый Чертог! Лишь мы, фуррийцы достойны того, чтобы называться воинами!... Но кто сможет подтвердить, что ты не солгал мне сейчас?
  -Я слышал об одном из ваших сородичей, который каким-то образом сумел победить смерть, и как раз застал ту войну. Расспроси его...
  -Хирам?! Ты говоришь о Хираме?! Исключено! Этот трус запятнал наш народ несмываемым позором, отказавшись уйти в Чертог нашего Отца! Я бы давно убил его собственной рукой, если бы не знал, что для сына Фурры нет худшей участи, чем бесконечное существование в этом мире полном трусов и слабаков!
  -Тогда я не знаю, как доказать тебе свою правоту... Но, вспомни, разве я когда-либо лгал тебе?
  -Нет, не лгал... Ты хочешь, чтобы мы начали войну против Серпетриона?
  -Нет, надеюсь, до этого не дойдёт... Мне нужно полсотни твоих лучших воинов.
  -Для чего?
  -Я разгадал секрет Башни Теней. Я знаю, как проникнуть внутрь её несокрушимых стен.
  -Как? - В голосе вождя промелькнул неподдельный интерес.
  -Это всё дела магические. Будут ли они интересны такому доблестному (понимай, твердолобому) воину как ты?
  -Да ты прав, твои колдовские штучки меня не интересуют... Твой ученик? - Внезапно сменил тему разговора Лэрс.
  -Да, довольно талантливый юноша.
  -Вот как мы поступим... Заметил, как мой сын смотрит на твоего ученика? Если этот паренёк сумеет побить Ирра, то так уж и быть я дам тебе три десятка моих воинов, на большее не рассчитывай, ну а нет... Тогда уйдёшь отсюда ни с чем.
  -Да в уме ли ты, о вождь? Где же человеку справиться с фуррийцем?
  -Но он же твой ученик. - Философски пожал плечами Лэрс. - Вот и посмотрим, как хорошо ты его обучил...
   По знаку Лэрса молодой Ирр направился в правый угол залы, разминая кулаки. Было видно, что он переполнен жаждой боя. Рамон же напротив выглядел не слишком уверено.
  -Можешь отказаться, если хочешь. - Шепнул ему Авар. - Никто на твоём месте не счёл бы тебя трусом.
  -И всё же я попробую. - Упрямо наклонил голову юноша.
  -Тогда помни, о чём я тебе говорил. - Действуй максимально быстро и максимально жёстко. Не бойся его убить ненароком. Фуррийцы намного крепче людей. К тому же гибель в бою у них считается почётной, так что тебе за это ничего не будет.
   Выходя на свой первый в жизни поединок, Рамон несколько раз глубоко вздохнул. Легко сказать: "не бойся убить!" Да юноше не раз случалось драться в отряде, ему довелось даже убить некроманта, схватившего Авара, но тогда всё получилось как бы спонтанно, а сейчас ему нужно быть заряженным на смерть и быть самому готовым к ней. Иначе бой с Ирром ему точно не выиграть.
   Поединок должен был быть кулачным, но ничуть не облегчало положение Рамона. Рукопашный бой у фуррийцев был развит более чем отменно. Наконец, Лэрс резко рубанул рукой по воздуху, и поединок начался.
   Ирр не спешил сразу же заканчивать бой и лениво наступал на сосредоточенного Рамона. Он явно не считал юношу за достойного противника. Тогда юноша решил на этом сыграть и, выждав, когда фурриец откроется, нанёс ему серию быстрых ударов кулаками в лицо. Эта атака заставила Ирра отступить на три шага, но уже через несколько секунд он пришёл в себя и в свою очередь яростно атаковал Рамона слегка ошарашенного, тем, что противник так быстро оправился.
   Юноше удалось отвести первые несколько ударов соперника, но затем он пропустил сильнейший удар кулаком в солнечное сплетение. Затем тут же последовал прямой удар в лоб, и свет померк в его глазах...
  
   ***
  
  
  
  -Ну, как ты, очухался маленько?
  -Где я...
  -Где, где на полу дома вождя Лэрса, где же ещё...
  -Я проиграл, да...
  -Не бери в голову, ты достойно дрался. Поверь, не каждый на твоём месте решился бы выйти один на один против фуррийца.
  -И что теперь, Лэрс не даст нам воинов?
  -Даст, но не более трёх. Мы же проиграли...
  -Это всё из-за меня.
  -Я же сказал, не бери в голову. При нынешнем уровне подготовки у тебя не было ни малейшего шанса против Ирра.
  -Ты достойно дрался, чужеземец. - К поверженному Рамону подошёл Ирр и протянул ему свою сильную мускулистую руку. - Для человека...
  -Ещё бы чуть-чуть и тебя сделал. - Протянул задетый за живое юноша, тем не менее, принимая протянутую руку фуррийца.
  -Чуть-чуть не считается. В следующий раз.
  -Да, в следующий раз. - Серьёзно повторил Рамон, пристально глядя в глаза Ирру. Тот тоже не отводил взора.
  -О да, у твоего паренька бойцовский дух! - Довольно проревел Лэрс при виде этого зрелища. -Это хорошо, это по-нашему... Ладно, Авар, воины, о которых ты меня просил, ждут тебя во дворе. Если у тебя всё, то я вас более не задерживаю. Нам с Ирром пора на тренировку...
   Во дворе путников и впрямь ждало трое могучих фиолетовокожих воина в самом расцвете сил, вооружённых, как и было принято у этого народа тяжёлыми шипастыми гизармами.
  -Приветствуем тебя, Сын Неба. - Отсалютовал ему один из фуррийцев, по видимому, старший в этом отряде. - Вождь приказал нам слушаться тебя как его самого, и мы выполним его волю.
  -Хорошо, тогда не будем мешкать. Наш путь лежит в Крант...
  
  
   Глава четвёртая. Крант.
  
  
  -А зачем нам ехать в Крант?
  -Видишь ли, юноша, Крант, а точнее его столица Мэрве это, можно сказать, центр торговли этого мира. В этот город стекаются все народы Танарты, что бы купить или продать что-нибудь. К тому же Мэрве славится своими знаменитыми уличными артистами и кулачными бойцами.
  -И я всё это смогу увидеть? - Оживился Рамон, который по своей природе эмпата был жаден до новых впечатлений.
  -Да, конечно, я думаю, что мы можем задержаться там на несколько дней, чтобы пополнить запасы продовольствия, и заодно поглазеть на местные достопримечательности. К тому же я всё-таки уломал Лэрса, и он рассказал мне, что бессмертный Хирам обитает именно в этом городе. Я думаю, его участие в нашем деле будет весьма кстати.
  -Слушай, Авар, а я вот ещё тебя хотел спросить, а почему ты так спокойно расхаживаешь по землям Серпетриона? Ведь за твою голову назначена огромная награда, это даже я знаю.
  -Всё просто. Никто из прихлебателей Серпетриона включая и его самого не знает меня в лицо, а татуировки я, как ты уже заметил, умею скрывать.
  -Расскажи мне о той войне, а! Как вы воевали с ним!
  -Всему своё время, юноша, а пока давай-ка мы с тобой разучим ещё парочку комбинаций...
  
  
   ***
  
  
   Столица Кранта Мэрвэ больше всего напоминала огромный пестрый базар, разросшийся до размеров города. Практически все жители этого города были так или иначе связаны с торговлей и посему проживали в домах-лавках более или менее приспособленных под торговые дела. Причем каждый строил себе жилище на свой вкус и лад. Единого архитектурного стиля Мэрвэ не исповедовал.
   Управлял городом, да и всем Крантом совет, состоящий из самых богатых и влиятельных негоциантов. Под верховным патронатом Фурры разумеется. От пестрого изобилия города разбегались глаза. То тут, то там сновали существа самого причудливого вида и толка, которых до сего момента Рамону наблюдать не доводилось.
   Охрану города составляли немногочисленные фуррийцы со своими традиционными гизармами. Вход в город был свободным, правда, желающим попасть в него необходимо было уплатить привратникам по две медных монеты с путника. Плата эта была весьма символической, и посему от желающих попасть в Мэрве никогда не было отбоя.
   В первом же трактире Авар поинтересовался, где ему найти знаменитого торговца зельями Хирама и получил от хозяина довольно подробное описание того, как именно найти его дом.
   Как оказалось бессмертный фурриец жил на отшибе в маленьком и довольно обшарпанном домишке на самом краю города. Увидев обиталище бессмертного Авар только и мог, что озадаченно пожевать губами. Судя по рассказам трактирщика, Хирам был довольно преуспевающим торговцем. Его алхимические зелья пользовались очень большим спросом, и при желании он мог бы разместиться намного более комфортабельно.
   Наконец, взвесив все за и против, Плачущий решил, что просто так бесцельно топтаться на пороге нет никакого смысла и решительно постучал в рассохшуюся от дождей деревянную дверь жилища.
  -Кто там? - Спокойно произнёс довольно сильный, но слегка глуховатый голос.
  -Мы к вам по рекомендации. Говорят, вы готовите чудесные зелья...
  -Подождите, сейчас открою. - Послышался негромкий стук шагов, и дверь, наконец, отворилась.
  -Ты?! - Неверяще выдохнул невысокий коренастый фурриец при виде вновь прибывшего. - После стольких лет...
  -Узнал?
  -Ну, ещё бы... Что тебе нужно от меня?
  -Для начала поговорить.
  -Ну, проходи... - Хирам медленно сдвинулся с места, освобождая проход. - Этот юноша тоже с тобой?
  -Да, со мной. Не бойся, он тоже член моего ордена.
  -Да, а я то думал, что всех Плачущих не так давно уничтожили в Абборе.
  -Слухи быстро распространяются в нашем мире, да... - Недобро дёрнул щекой Авар. - Но я пришёл сюда не для того чтобы обсуждать судьбу моего ордена. Я хочу обсудить с тобой судьбу этого мира.
   Авар деловито прошёл внутрь жилища бессмертного и с наслаждением вытянул ноги, расположившись на удобном кресле-качалке, которое, к слову сказать, из сидений было в этом доме всего одно.
   Хирам при виде этого зрелища неопределённо хмыкнул, но ничего не сказал. Видно к наглости и некоторой бесцеремонности Плачущего он привык ещё тогда, когда они месте воевали с Серпетрионом.
   Рамон робко прошёл следом и остановился в углу, не зная, куда себя деть. Фуррийцев же Авар по здравому размышлению решил оставить в давешнем трактире, вполне справедливо опасаясь, что у них могут возникнуть,... хм, скажем так, некоторые разногласия с хозяином данного жилища.
  -И что же ты поведаешь мне о судьбе нашего многострадального мира?
  -Я хочу предложить тебе изменить её. Я предлагаю тебе вновь объединить наши усилия и наконец-то завершить начатое. Серпетрион должен быть уничтожен.
  -Вот как? Насколько я помню, в своё время нам не удалось взять приступом его башню, ибо её стены зачарованы, как же ты намерен решить эту проблему сейчас?
  -Хм, скажем так, я нашёл способ, как обойти заклятие этого безумца.
  -А если конкретнее?
  -Ты уверен, что хочешь слушать обо всех этих магических делах?
  -Не хитри и не изворачивайся, Сын Неба. - Усмехнулся фурриец. - Ты знаешь, что в отличие от своих сородичей я люблю познавать всё новое и неизведанное. К тому же алхимия имеет много общего с чародейством. Так что давай, выкладывай, я думаю, что твоему другу - он кивнул на заметно оживившегося после этих слов Рамона - это тоже будет далеко небезынтересно.
  -Ну что с вами делать... В общем, если в двух словах, то стены Башни Теней защищает мощный магический кристалл, который находится в Канте. Если мы сумеем его уничтожить, то стены обители Серпетриона можно будет разрушить или же попросту проникнуть внутрь его цитадели.
  -Хм, это всё, конечно, весьма интересно, но позволь узнать, а зачем мне участвовать в этом? Да, тогда сто с лишним лет назад этот тиран напал на мою страну, но тогда я был молодым несмышленым воином, а теперь я уважаемый алхимик, живу в городе, где меня ценят и знают, где у меня есть постоянная работа, к чему мне отказываться от всего этого? К тому же Серпетрион более не угрожает моему народу.
  -А вот тут ты неправ, друг мой. - Покачал головой Плачущий. - Серпетрион не успокоится до тех пор, пока весь этот мир не окажется под его пятой. Его армии более ста лет готовились к тому, чтобы захватить Танарту. И сейчас он как никогда близок к успеху.
  -Да ну! А насколько мне известно, сейчас у него серьёзные проблемы с туннакрцами, которые вовсю разоряют его земли.
  -Ты даже не представляешь, каких усилий мне стоило то, что степняки объявили войну Кортуру.
  -Так это твоих рук дело?
  -Отчасти... Поражение туннакрцев в этой войне лишь вопрос времени. Не так давно мне удалось захватить в плен одного из генералов нашего диктатора, так вот, не сразу, но он всё же поведал мне о ближайших планах Серпетриона. Сначала они уничтожат Увворг, и обитающих там вирр превратят в своих рабов. Затем настанет черёд сатиров. Этих он намерен истребить поголовно. После того как на Ротэрре у него не останется соперников, он сможет объединить армии Кортура и Кессаля и обрушить их совокупную мощь на Туннакр. Какими бы могучими воинами не были степняки, но один на один против всей мощи империи Серпетриона им не выстоять. Ну а когда с Туннакром будет покончено, настанет черёд фуррийцев и крантцев. Твои сородичи не устоят против всех рас и народов двух континентов.
   Ну а потом он, наконец, доберётся до эльфов и кентавров, но мы с тобой этого уже не увидим. Потому что будем мертвы. Вторжение армии Туннакра несколько спутало ему карты, но это всё временно. Поверь, если его не уничтожить, то он вскоре сумеет добиться своего.
  -Всё что ты рассказал... Но ты уверен, что тот генерал не солгал тебе?
  -Уверен. И поэтому я спрашиваю, ты со мной?
  -Да... с тобой. - Через силу наклонил голову бессмертный. - Потому что я знаю - ты всегда держишь своё слово... и потому что ты спас меня от моих сородичей, когда я решил стать изгоем и жить своим умом. Не думай, Авар. Я не забыл об этом. И никогда не забуду...
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Ну, теперь, раз мы получили его согласие, можем мы, наконец, посмотреть на акробатов и кулачные бои?
  -Ну что с тобой поделаешь... ладно уж пошли... Но смотри, чтоб глядел на них в оба и опыта набирался. Подмечай, как они движутся, смотрят, всё это тебе пригодится.
  -Хорошо, хорошо... Понял я... - Не слишком довольно протянул Рамон, которого Авар уже порядком достал своими постоянными нотациями и придирками.
   Различного рода представления, как правило, проходили на главной площади Мэрве, посему путники решили двинуть свои стопы именно туда, не забыв прихватить по дороге троих фуррийцев, которые всё это время потягивали пиво в давешнем трактире, да боролись на руках с иными его завсегдатаями.
   Надо сказать, что выступления местных артистов юношу весьма впечатлили, так как до приезда в Мэрве он никогда не видел ничего подобного, ибо служители Серпетриона не слишком то жаловали различного рода бродячих артистов.
   Особенно ему понравился один клоун с выбритой налысо и сплошь разукрашенной белым гримом головой, который лихо жонглировал аж шестью цельноковаными железными булавами одновременно, при этом ещё и умудряясь выделывать сложнейшие акробатические номера, вроде сальто-мортале и тому подобных элементов. Глашатай выкрикивал его как Жака-Жонглёра.
  -Во даёт, во даёт! - Не удержался от комментария импульсивный Рамон.
  -Ага даёт... - Кивая каким-то своим мыслям подтвердил Авар. - А артистик то этот ох какой непростой... Надо будет после с ним потолковать...
   Наконец, представления акробатов и тому подобной братии подошли к концу, и глашатай вновь взял слово.
  -А сейчас, дорогие дамы и господа, ории и тервары, настало время кулачных боёв! Встречайте! Любимец публики Гротт-Урод! На этот раз он один будет биться против четверых опытных воинов! Итак, делайте ваши ставки! В толпе и впрямь промелькнули приёмщики ставок, и Авар, не удержавшись от искушения, тоже поставил на Гротта.
   Как в последствии оказалось, Гротт был настоящим монстром двух метров ростом, но при этом коренастым и могучим настолько, что на его фоне даже богатыри-фуррийцы казались довольно хрупкими.
  -Этот Гротт и впрямь сильный боец. - Уважительно покачал головой один из фуррийцев отряда Авара. - Мне наши в трактире шепнули, что он как то раз одного нашего побил, его потом после боя вперёд ногами выносили. Наш потом себя порешил, не снёс позора. Да и я на его месте также поступил бы, если б меня побил какой-то человек...
  -Что ж вы ему не отомстили за подобное? Разве у вас это не считается позором? - Прищурился Плачущий. - Вызвали бы его на поединок... Хоть бы к примеру и ты сам!
   Фурриец в ответ лишь что-то неразборчиво проворчал себе под нос и уставился в землю.
  -И что сие должно означать? - Иронически поднял бровь Авар.
  -На почтенный спутник видимо хотел сказать, что позором у фуррийцев считается лишь уклонение от прямого вызова на поединок. - Хмыкнул Хирам. - Если же бой был честным и фурриец потерпел поражение от смертного, то он навсегда лишается права возрождения в Алом Чертоге, однако его сородичи мстить за него не обязаны. Так что нашим воинам куда проще не провоцировать лишний раз эту машину смерти, чтобы не рисковать понапрасну и не покрыть себя неизбывным позором, потерпев поражение от смертного... Я прав, мой уважаемый сородич? - Повернулся алхимик к воину Лэрса.
  -Тебе, предатель, конечно виднее как половчее обойти наши законы и обычаи... - Дернул щекой фурриец и отвернулся, не желая более продолжать разговор. Похоже, что Хирам своим наблюдением попал в самую точку.
   Авар, наблюдая за этой картиной, лишь весело рассмеялся. Оказывается у фуррийских обычаев и законов также очень много так называемых подводных камней, и они не такие уж тупые прямолинейные вояки, какими желают казаться остальным. Хорошо их приграничной страже задирать его самого, так как они прекрасно понимают, что у Бога Ветра несколько иные воззрения, и он никогда не рискнет разрушить свой союз с Фуррой из-за простого желания подраться. Тем паче, что поражение в поединке с бессмертным богом навряд ли будет считаться позором. С Гроттом-Уродом же подобный номер явно не пройдет...
   -Вы только посмотрите на него! - Надрывался глашатай - Он может пожрать собственных детей!
   А тем временем Гротт и впрямь метался по деревянному помосту, на котором проходили бои и выступления, словно дикий зверь, и свирепо поглядывал на публику, при этом его нечесаные волосы топорщились во все стороны, и от того впечатление он производил довольно жуткое. Впрочем, на самом деле его ярость во многом была наигранной.
  -А он ещё и не дурак. - Отметил Авар. - С этим тоже надо будет потолковать...
   Наконец на арене показались и противники монстра. Ими и впрямь оказались четверо мускулистых бойцов, принадлежащих, как и сам Гротт, к человеческой расе. Все они не обладали внушительными размерами, но двигались при этом с поистине кошачьей пластикой.
   Первым бой начал один из четверых оппонентов Урода, попросту нанеся ему сильнейший удар двумя ногами в грудь. Гротт глухо взрыкнул и отступил на три шага. Двое товарищей нанесшего удар попытались было развить успех своего собрата, но один из них оказался слишком близко к гиганту, и могучий удар толстенной как бревно руки Урода смёл его с ринга как щепку. Бедолага сильно ударился спиной о каменную мостовую и больше уже не поднялся.
   Второму тоже не шибко повезло, ибо Гротт сумел перехватить его за туловище и изо всех своих немалых сил шваркнуть лицом о деревянный настил помоста. Брызнула кровь вперемешку с выбитыми зубами, и несчастный потерял сознание.
   Оставшиеся двое были, по-видимому, более опытными бойцами, нежели их товарищи, и посему они не стали лезть на рожон, а медленно начали обходить Урода с двух сторон, стремясь видимо захватить его врасплох.
   Наконец, они пришли к консенсусу и атаковали исполина одновременно. Один из них нанёс гиганту резкий прямой удар ногой в прыжке, а второй попытался сделать Уроду мощный подкат под ноги.
   Однако их манёвр был разгадан. В ответ на их атаку Гротт высоко подпрыгнул, одновременно перехватив несущегося на него сверху бойца за ногу, и приземлившись аккурат на второго нападавшего. Хрустнули кости, и воин задёргался на помосте с раздавленной грудной клеткой.
  -Ну что, вы этого хотели, жалкие черви! - Оглушительно взревел Гротт, поднимая высоко над головой оставшегося в живых противника, которому только и оставалось, что беспомощно висеть в железных объятиях гиганта, в ожидании собственной участи. - Вы хотите, чтобы я разорвал его надвое?
  -Да!
  -Да! - Раздались со всех сторон исступлённые выкрики.
  -Вы хотите крови... - Прохрипел гигант, и на лице его на миг промелькнуло тяжкое выражение скорби.
  -Да! - Прозвучал чей то одинокий выкрик, но на этот раз он звучал уже далеко не так уверенно, если не сказать жалко.
  -Вы хотите крови... вы постоянно хотите крови! Мало вам постоянных войн, так вы и во время мира предпочитаете уничтожать друг друга! Чего ради я должен обрывать жизнь этого доблестного воина? Лишь для того, чтоб удовлетворить вашу ненасытную жажду смерти? Когда то кулачные бои были символом доблести и чести... Но вижу, вы давным давно забыли об этом. Для вас они не более чем кровавое развлечение... - С этими словами Гротт легко опустил тело своего последнего соперника, который явно пребывал в глубоком шоке, на деревянный помост и медленно покинул арену.
   Над площадью повисла гробовая тишина, которая впрочем, спустя несколько мгновений сменилась ещё большим шумом. Зеваки оживлённо обсуждали произошедшее. Ведь простой народ всегда как можно быстрее старается забыть всё неудобное и неприятное, предпочитая наслаждаться лишь внешними сторонами жизни, не обращая внимания на её изнанку. На то он и простой народ...
  
   ***
  
  
  -...Если тебе что-то не нравится, то я свалю из шоу!
  -И что делать станешь, улицы мести?!
  -Да хотя б наймусь грузчиком в портовые доки Зорава! Всё лучше, чем людей убивать...
  -Да кого ты обманываешь! - Суетился невысокий толстый мужичонка, возбуждённо посматривая на Гротта снизу вверх. - Ты же боец! Воин до мозга костей! Вот скажи, чего ты этого не добил, а? Ну, разорвал бы его напополам, как и обещал! Это ж доходы, часть от которых, между прочим, тебе идут!
  -Ага, жалкие крохи по сравнению с тем, что получаешь ты.
  -А чего ты хотел?! Вас, здоровенных идиотов, что только кости ломать горазды, много, а вот чтобы всё это организовать грамотно мозги нужны, которых у тебя как раз таки и нету!
  -Ты ошибаешься, это не у меня нет мозгов, а у тебя нет сердца...
  -Почтенный, я бы хотел поговорить с Гроттом наедине. - Авар осторожно протиснулся в полуоткрытую дверь маленькой каморки, которая служила пристанищем для исполина. Помимо него самого и толстого мужичонки в грязном засаленном халате там находилось ещё пятеро вооружённых до зубов головорезов самой отталкивающей наружности, которые смотрели на вновь прибывшего с откровенной неприязнью.
  -Зайди позже, мы заняты! - Грубо рявкнул на Авара толстяк.
  -Нет, подожди, я хочу послушать, что он скажет. - С этими словами Гротт неторопливо направился в сторону Плачущего.
  -Я тебя не отпускал... - С мрачной угрозой протянул толстяк.
  -А кто сказал, шмокодявка, что ты можешь диктовать мне что делать! - Злобно рявкнул Урод на опешившего от неожиданности жирдяя.
   Впрочем, надо сказать, что пришёл в себя толстяк довольно быстро.
  -Ну всё, придурок, ты меня достал... Взять его! - Кивнул он своим головорезам, и те с мрачными ухмылками принялись вытаскивать мечи из ножен. Но тут Авар быстренько сориентировавшись в ситуации, в свою очередь выхватил свои парные клинки и неуловимо быстрым движением метнул их в двоих ближайших к нему бандитов.
   Оба головореза осели на землю. Мечи Плачущего вонзились им в горло по самую рукоять. А тем временем сам Гротт тоже не растерялся и, перехватив руку одного из прихлебателей толстяка, схватил его за горло и приложил затылком о стену. Брызнула кровь, и бандит медленно сполз по стене, оставляя за собой чёткий кровавый след.
   Авар же, увидев, что в живых осталось всего трое противников, одним прыжком оказался в самом центре комнаты и внезапно начал быстро вращаться вокруг своей оси. Скорость его вращения оказалась столь внушительной, что тело бога тут же превратилось в маленький смерч, который расшвырял головорезов в разные стороны.
   Плачущий, поняв, что с врагами покончено, вернулся в прежнее состояние. Оставшиеся в живых бандиты валялись в разных углах комнаты в самых причудливых позах, жалобно охая и держась за сломанные или вывихнутые конечности.
  -Ничего себе! - Восхищенно выдохнул Гротт. - Дай-ка, угадаю, ты Авар?
  -Хм, похоже, в этом мире не осталось ни одного человека или нечеловека, который меня бы не знал. - Усмехнулся Бог Ветра, а затем хладнокровно вытащил свои мечи из тел убитых им головорезов и также хладнокровно добил тех, что на свою беду были ещё живы, не исключая и их предводителя.
  -Правильно, нечего церемониться с этой падалью. - Одобрительно проворчал Гротт. - Звери они, а не люди.
  -Да они звери, но ты сам видно всё же не совсем, раз пощадил того воина на площади.
  -Видел мой бой. - Понимающе усмехнулся гигант. - Да тяжело тогда им всем пришлось... Ты не думай, Авар, я не зверь какой-нибудь, просто в нашем мире по-другому не выжить.
  -Да я знаю... Послушай, Гротт, я слыхал что тебе уже давно надоела подобная жизнь и посему я хочу предложить тебе достойное дело, за которое я тебе щедро заплачу.
  -Что за дело?
  -Ну, слушай...
  
   ***
  
  
  -... Вот здорово, а ты можешь двух человек поднять одновременно? Ну, каждого одной рукой?
  -Могу, ежели они не шибко тяжёлые...
  -Класс! А ты можешь...
  -Рамон, может, хватит уже? Ты так нашего богатыря совсем изведёшь...
  -Да ничего, пущай спрашивает, от меня разве убудет... Мне, может, оно и приятно даже, когда со мной вот так... как с человеком... - Исполин задумчиво прищурился и расплылся в мечтательной светлой улыбке, которая совсем не вязалась с его свирепым устрашающим обликом.
   Гротт с детства отличался как донельзя отталкивающей внешностью, так и недюжинной физической силой. Его лицо было сплошным нагромождением шишек да наростов, а тело хотя и было лишено выпирающих бугристых мускулов, было крепким как камень без грамма лишнего жира.
   Исполин, как и сам Рамон, родился в Абборе, и уже в возрасте пятнадцати лет его забрали некроманты. Вообще служители Смерти частенько забирали простых селян для своих опытов, но, как правило, многие шли на это добровольно, так как за это семье погибшего полагалась солидная компенсация, и к тому же некроманты гарантировали такому добровольцу вечный покой на Небесах после его смерти.
   С Гроттом же всё обстояло иначе. Заприметив могучего парнишку, который забавы ради подымал громадные дубовые стволы, некроманты решили сделать из него раттанха , боевого зомби особого рода. Но они не учли всей чудовищной силы юноши, который, воспользовавшись тем, что его тюремщики отвлеклись, сломал стальную решётку клетки, в которой его держали, и вырвался на волю.
   Прикинув все за и против, Гротт, который, как вы уже, наверное, поняли, был далеко не дураком, решил бежать в Крант, единственную страну на Ксенее, которая не была под властью Серпетриона, и где бы его не убили, как опасного чужака.
   Оказавшись в Кранте, Гротт быстро нашёл себя как кулачный боец и с тех пор осел там. Остальное читателю известно.
  -Так, ладно, хватит лясы точить. Думаю, нам уже пора подыскать подходящий корабль, который доставит нас в нужное место.
  
  
   Глава пятая. Кентавры.
  
  
   Дорога от Мэрве до побережья, а точнее до Зорава, самого крупного портового города Кранта, заняла у отряда около недели. Надо сказать, что теперь количество путников ощутимо выросло. Помимо Гротта и Хирама, к отряду присоединилось ещё полтора десятка наёмников, трое из которых были сатирами (сразу вспоминается Козлуша), ещё двое эльфами, а один так и вовсе был виррой, крылатым созданием размером с человеческого ребенка, больше всего похожим на летающую лисицу. Остальные же были обычными людьми.
   К тому же к компании присоединился и Жак-Жонглёр, оказавшийся добрым приятелем Гротта-Урода, и выразившим желание идти с отрядом. На вопрос Авара умеет ли он драться, Жак спокойно предложил Плачущему проверить это самому, и после небольшого показательного боя, в ходе которого Жонглёр показал просто поразительные акробатические навыки и владение своими булавами, оба его участника разошлись донельзя довольные собой и друг другом.
   В Зораве Авар сразу же взял быка за рога и попросил у первого встреченного им жителя указать ему, где найти самого безбашенного и отвязного капитана, эдакого сорвиголову, который не побоится ввязаться в самое рискованное и с виду безнадёжное мероприятие.
  -Я не знаю, что ты задумал, почтенный. - Неторопливо ответил Плачущему горожанин, степенно оглаживая пышную седую бороду, но ежели ты ищешь сорвиголову, то отчаяннее капитана Урхагана во всей Танарте не сыскать.
  -И где мне его найти?
  -Так спроси в порту. Его корабль носит название "Звёздная Пыль", там тебе на него мигом укажут.
  -Спасибо тебе, почтеннейший, да не облысеет никогда твоя почтенная борода! - Весело подмигнул Авар опешившему от такого напутствия горожанину, и отряд продолжил свой путь.
   В порту путникам и впрямь довольно быстро удалось найти небольшой парусник под названием "Звёздная Пыль" и его капитана.
  -Эй, почтенный, будь так любезен, позови мне, пожалуйста, твоего многоуважаемого капитана. - Вежливо обратился Авар к одному из матросов надо сказать донельзя разбойной внешности, дремавшему на палубе в грязном гамаке.
  -Отвали к безднам, сухопутная крыса... - Вяло отругнулся матрос, даже и не подумав встать со своего импровизированного ложа.
  -Каак... А ну-ка живо поднял свою ленивую задницу и доложил о нас своему недоумку капитану, вонючий мешок с дерьмом! - Рявкнул на хама вышедший из себя Плачущий.
  -Так бы сразу и сказал... - Слегка обиженно протянул матрос и начал неспеша слазить со своего гамака. Наконец, водрузив себя, так сказать, в вертикальное положение, матрос, качаясь, двинулся в трюм.
   "Так он ещё и пьяный..." - Отметил Авар. -"Мда, чувствую, весёленькое нам предстоит приключеньице..."
  -Кого там Серпетрион принёс... - Сумрачно проворчал невысокий обнажённый по пояс мужик с длинным чубом на гладко выбритой голове.
  -Ты капитан этого корыта?
  -Ну, я...
  -Заработать хочешь?
  -А кто ж не хочет! - Заметно оживился капитан. - Хочешь нанять мой корабль?
  -Именно так.
  -Куда собираешься?
  -Ты когда-нибудь плавал на Кэргор?
  -Плавает говно возле причала. Моряки ходят...
  -И всё-таки?
  -А чего ты там забыл?
  -После того как я улажу все дела на Кэргоре, поплывём на Забытый остров.
  -Да ты, я гляжу, совсем е...нутый! - Весело присвистнул капитан. - Люблю таких...
  -Ты не знаешь, насколько я е...нутый, небритый друг мой... За эту поездку я готов заплатить тебе пять сотен золотых монет.
  -Слышь, друг, того... А я сейчас точно не сплю?
  -Да нет вроде бы, а что?
  -Да просто в последнее время мою посудину все десятой дорогой обходят, а тут на тебе! Появляешься ты...
  -Так что, по рукам?
  -Спрашиваешь... Конечно, по рукам! Когда отплываем-то?
  -А сколько времени тебе нужно, чтобы подготовиться к путешествию?
  -Да за сутки, думаю, управлюсь... Только это... надо бы тебе мне деньжат-то выдать, так сказать, для поднятия боевого духа команды... Да и провизию для путешествия я на что покупать буду?
  -Ладно, держи. - Авар протянул ему увесистый кошель полный золота и хотел уже было озвучить, что он сделает с капитаном, ежели тот вздумает смыться с его деньгами, но, взглянув в прямые и честные голубые глаза морского бродяги, передумал.
   "Не предаст". - Понял Плачущий, а сам Урхаган, в свою очередь, посмотрев в его лицо, лишь неопределённо хмыкнул.
   "Понял" - Подумал Бог Ветра. - "И понял, что я понял. Видно на этот раз я не ошибся в своём выборе..."
  
   ***
  
  
  
   На следующее утро корабль капитана Урхагана уже был готов к отплытию. К тому же путников на пристани ожидал ещё один приятный сюрприз в лице того воина, которого Гротт пощадил тогда на главной площади Мэрве.
  -Я тебе должен.
  -Как ты нас нашёл? - Удивился Авар.
  -Я тебе должен. - Упрямо нагнул голову воин, глядя на Гротта.
  -И чего же ты хочешь? - Нахмурился богатырь.
  -Пойти с тобой. Хотя бы в качестве твоего слуги.
  -Хорошо я согласен взять тебя, - промедлив секунду, ответил гигант - если наш командир не будет возражать... в качестве друга и соратника.
  -Я не против. - Пожал плечами Бог Ветра. - Нам не помешают лишние воины.
  
  
   ***
  
  
  -Хорошая сегодня погода, не правда ли, капитан? - Весело обратился бодрый выспавшийся Авар к хозяину "Звездной пыли".
  -По мне так главное чтобы ветер попутный дул, а какая там погода мне насрать. - Угрюмо буркнул Урхаган, держась за голову. После вчерашних обильных возлияний ему было, мягко говоря, не слишком хорошо.
   Вообще, надо сказать, что, практически с самого начала путешествия, команда "Звёздной пыли" только и делала, что беспробудно бухала, что впрочем, никоим образом не мешало ей выполнять свои повседневные обязанности. Авару оставалось лишь удивляться этой особенности моряков, но он так и не нашёл, что возразить против подобного положения дел.
  -Слушай, капитан, а я вот всё тебя спросить хотел, а почему ты назвал свою посудину "Звёздная пыль"? Это что, как-то связано с ночным небом, под которым ты частенько плаваешь?
  -Дык, не помню я, пьяный был. - Недовольно поморщился Урхаган. - Нализался в дупель по случаю покупки судёнышка, наутро открываю глаза, смотрю, а на борту уже нацарапано: "Звёздная пыль". Я у своих, значит, спрашиваю, откуда, мол, эта надпись, а они мне: откуда, откуда, а хрен его знает, откуда!" Но навроде я его вчера самолично так нарёк, бутылку о борт разбил, всё чин чинарём. Так что всё. Переименовывать нельзя, примета дурная. Вот так и вышло "Звёздная пыль"... - Капитан смачно сплюнул на палубу и неопределённо хмыкнул, так что было непонятно, радуется он или огорчается сему интересному факту.
  -Сколько нам понадобится времени, чтобы доплыть до Кэргора?
  -Чё?
  -Я говорю, времени сколько понадобится чтобы доплыть до Кэргора?
  -Так это... почитай за неделю управимся. Мы ж причаливать будем к землям кентавров, а то было бы быстрее... Кстати, учти, я на сушу этого треклятого места высаживаться не намерен! И больше одной недели тебя ждать не буду. Свалю с твоими деньгами и весь сказ! Так что не взыщи...
  -Договорились...
  -А что вообще ты там забыл то, а?
  -Неважно. Ты ведь всё равно со мной не пойдёшь, так что нечего тебе об этом знать, как говорится, чем меньше знаешь, тем дольше живёшь...
  
   ***
  
  
   Рамону очень понравилось его первое морское путешествие. Он совершенно не страдал от качки и потому чувствовал себя абсолютно комфортно. К тому же на корабле для него нашлось множество интересных дел и выпала возможность поближе познакомиться с новыми членами отряда. Особенно ему запомнился один, маленький коротышка по имени Риг, около четырёх футов росту, оружием которому служили маленькие стальные наручные капканы.
  -Чтоб удобнее было подлеца за яйца хватать! - Охотно пояснил он юноше и тут же оглушительно заржал, довольный собственной остротой.
   Какого именно "подлеца" он имел в виду, так и осталось для Рамона загадкой. Видимо любого кому "посчастливиться" переведаться с ним во время битвы.
   Также неизгладимое впечатление на юношу произвёл единственная вирра отряда, которая поведала любознательному юноше немало историй о жизни своего удивительного народа.
   Остальные же члены отряда тоже развлекались кто во что горазд. К примеру, сатиры очень любили устаивать между собой кулачные бои, нередко задирая представителей других рас, но стоило кому-нибудь из фуррийцев неодобрительно хмыкнуть на чересчур уж распоясавшихся "бойцов", как все тут же успокаивались. Связываться с могучими сородичами Хирама не хотел никто. Ибо все прекрасно понимали, что добром это для них точно не кончится.
   Кстати говоря, с коротышкой Ригом вышел довольно забавный случай, когда один из матросов Урхагана, отличавшийся недюжинным ростом позволил себе посмеяться над его внешностью. Карлик же в ответ на это, не говоря ни слова, молча подошёл к обидчику... и ухватил его рукой за яйца. К счастью на ней в тот момент не было капкана.
  -Как зовут? - Противным, въедливым голосом осведомился Риг у матроса, который только и мог, что беспомощно мычать от боли.
  -Как зовут? - повторил свой вопрос коротышка, сладострастно поворачивая кулак. Было видно, что это занятие доставляет ему истинное наслаждение.
  -Ссснорм... - Наконец выдохнул матрос, и карлик нехотя отпустил его достоинство, после чего тот немедленно рухнул на колени, подвывая от ужаса пережитого.
  -А чего раньше молчал? - Насмешливо протянул карлик.
  -Ооох...аууу...ооо... - Только смог выдавить из себя матрос, и Риг оставил его в покое. После этого случая моряки стали обходить карла десятой дорогой, а бедолага Снорм, которому "посчастливилось" познакомиться с железной хваткой садиста-коротышки так и вовсе начал шарахаться как от зачумленного, стараясь не то что не пересекаться с Ригом, но и даже встречаться с ним взглядом...
   Наконец на седьмой день пути, как и обещал капитан, на горизонте замаячила тёмная полоса земли самого загадочного континента мира Танарты...
  
  
  
   ***
  
  
  
  -Так, я не понял, а ты куда собрался? Ты ж сказал, что на сушу ни ногой?
  -Да это... - Невольно замялся капитан Урхаган, почёсывая свою волосатую грудь. - Я тут подумал... Один раз ведь всё-таки живём, да? Так вот, никогда себе не прощу, что пропустил такое приключение. А жизнь... что жизнь. Рано или поздно всё равно ж подыхать придётся...
  -Ты понимаешь, что там, куда мы направляемся, нет никаких сокровищ в твоём понимании?
  -Да и хрен с ним! Зато хоть погляжу, на что похожи эти кентавры...
   Вообще о внешнем облике кентавров действительно мало кто что знал, поскольку эта сумрачная и дикая раса ревниво охраняла свои владения от любых чужаков, ни шла с ними ни на какие переговоры и убивала при каждом удобном случае.
   Ходили слухи, что помимо все прочего эти полулошади ещё и являются людоедами, так что все без исключения моряки почитали за лучшее обходить Кэргор десятой дорогой, ибо соседствовавшие с кентаврами эльфы тоже не слишком-то жаловали чужих.
   Вглубь континента решили идти отрядом в четыре десятка человек. Для этого Урхагану пришлось забрать с собой половину команды "Звёздной пыли". Оставшаяся половина должна была оберегать корабль от различного рода неожиданностей.
   Трое суток путешественники шли по пустынным землям степей, изредка натыкаясь лишь на полустёртые отпечатки конских копыт, но на четвёртый день пути им, наконец, встретились первые обитатели этой земли...
  
   ***
  
  
  
  
  -Всем молчать, говорить буду я. - Напряжённо бросил Авар, поднимая вверх правую руку и делая мчавшимся навстречу кентаврам какой-то непонятный знак.
  -Откуда тебе известен наш тайный язык, чужеземец? - Хрипло прорычал один из кентавров на непонятном для остальных спутников Бога Ветра языке. Его облик был крайне устрашающ. Могучее лошадиное туловище кончалось мощным торсом, отдалённо напоминающим человеческий, но весь покрытый густым коричневым с проседью мехом. Черты заросшего гутой шерстью лица также были довольно грубыми и отталкивающими, а в пасти поблёскивали внушительные острые клыки.
  -Я был гостем вашего народа много лет назад. Сейчас я хочу поговорить с вашим вождём.
  -С Игхоном. - Понимающе наклонил голову кентавр. - Что ж, чужеземец, ты показал нам тайный знак, и по обычаям нашего народа я не могу отказать тебе. Пусть ты и твои люди следуют за мной.
   Ещё через двое суток пути отряд, наконец, достиг громадной деревни, в которой даже по самым скромным прикидкам жило не менее нескольких сотен кентавров.
  -Наше главное стойбище! - Гордо проревел тот самый пожилой абориген, который и разговаривал с Аваром, широко разведя руки, как бы предлагая путникам оценить всё величие их народа.
   Бог Ветра из вежливости сделал большие глаза, но в глубине души лишь усмехнулся наивным восторгам старика. Видел бы он хотя бы ту же Мэрве... По ходу путешествия им не раз и не два случалось ночевать в подобных стойбищах, хотя они и были не в пример меньше, и везде коренные жители этих земель косились на путников с мрачной враждебностью. Если бы не тот старик, их давно уже бы съели, понял Авар. Или, по крайней мере, попытались бы это сделать.
   Вот и здесь ситуация ничем не отличалась от предыдущих, правда теперь к откровенной недоброжелательности прибавилась ещё и некоторая внутренняя напряжённость. Как будто бы кентавры ожидали чего-то.
   Наконец полог самого большого из шатров стойбища отдёрнулся и взорам путников предстал могучий кентавр с ослепительно белой лошадиной частью туловища и могучим торсом атлета, на котором не было ни намёка на какую-либо растительность. Волосы этого необычного аборигена были длинными и напоминали червонное золото, а лицо ничем не отличалось от человеческого, с идеально правильными чертами, ровными белыми зубами и большими голубыми глазами.
  -Значит, шаманы не обманули. - Голос золотоволосого был могучим как ураган и чистым как горный ручей. - Нам было предсказано, что именно в этот день к нам явится чужак, знающий тайный язык наших шаманов. Говори, чужеземец, что привело тебя в наши края?
   -Ты полубог Игхон, о котором все народы нашего мира столько наслышаны?
  -Это так. - Согласно наклонил голову золотоволосый. - Мне лестно, что моё имя ведомо не только на этой земле.
  -В таком случае я призываю тебя сразиться за судьбу и благополучие своего народа.
  -С кем именно?
  -С Серпетрионом.
  -Великим владыкой иных земель? Но какой нам резон ссориться с ним?
  -Он планирует захватить все земли нашего мира. Ваши не станут исключением.
  -Что ж, чужеземец, наши духи сказали нам, что мы должны верить тебе. Но духи также сказали, что мой народ может пойти лишь за поистине сильным вождём. Поэтому завтра мы с тобой будем сражаться. Если хочешь, то можешь выставить вместо себя любого из своих воинов. Если сумеешь повергнуть меня, то тогда мы последуем за тобой, куда скажешь. Нет - и ваши головы украсят шесты подле наших шатров. А теперь вас проводят туда, где вы сможете отдохнуть перед предстоящим поединком. Но учтите, чужеземцы, - синие глаза полубога холодно полыхнули - я бьюсь только до смерти...
  
  
   ***
  
  
  -Ты собираешься принять его вызов? - Осторожно спросил Рамон Плачущего, когда они, наконец, то расположились в громадном шатре местных хозяев. Помимо юноши и Бога Ветра здесь разместились также Урхаган, Жак Жонглёр, Гротт Урод, все фуррийцы и Леата. Остальные воины отряда расположились в другом шатре.
  -А что мне остаётся? Бежать? Но мы пришли сюда не за этим... Однако здесь существует одна проблема. Я бог и настолько свыкся с ветром, что вряд ли сумею одновременно не пользоваться магией и сражаться с таким противником как Игхон. Если же я ей воспользуюсь, то кентавры могут решить, что я сражаюсь нечестно, и тогда все наши усилия полетят коту под хвост.
  -Да, это проблема озадаченно протянул Урхаган. - И что будем делать?
  -Выстави меня. - Подал голос Хирам, до этого не принимавший участия в общей беседе. - Я сумею его победить.
  -Ты уверен? - С сомнением в голосе протянул Авар. - Ты простой бессмертный, а Игхон всё же полубог...
  -Командир, не выставляй этого труса! - Подал голос один из доселе молчавших фуррийцев. - Он уже однажды запятнал свою честь!
  -Следи за своим языком, воин. - Холодно процедил Хирам, который хоть и отличался от своих соплеменников изрядным интеллектом и широтой взглядов, но всё же во многом оставался истинным сыном своего народа. - Иначе можешь ненароком его лишиться.
  -В любое время, предатель! - Тут же вскинулся фурриец, и его сородичи не замедлили поддержать его гневными выкриками.
  -Всё, успокойтесь оба! - Рявкнул на спорщиков Бог Ветра. - Вы забыли, что я говорил вам? Никаких свар между собой во время похода! Если вы помните - Плачущий повернулся к фуррийцам - то давали мне клятву полного повиновения! Или вы забыли об этом?
  -Нет, не забыли, Сын Неба. - Склонил голову один из фуррийцев. - Мы просим прощения за свою несдержанность.
  -Вот и хорошо. - Резюмировал Бог Ветра. - А теперь давайте вернёмся к первоначальному предмету разговора. На данный момент Хирам - сильнейший воин в нашем отряде после меня самого... Сильнейший, сильнейший, и вы сами это прекрасно знаете. - Осадил Авар недовольно заворчавших было фуррийцев и Гротта Урода.
  -Это ещё надо проверить. - Не согласился богатырь. - Мне уже доводилось однажды бивать вашего брата. - Повернулся он к Хираму.
  -Тебе доводилось побеждать простого воина. - Усмехнулся Плачущий. - А Хирам бессмертный. А сила бессмертного тем больше, чем он старше... Нет, возможно ты и сильнее. - Примиряюще поднял руки Бог Ветра. - Но ты же сам понимаешь, что в сложившихся условиях у нас нет возможности это проверить, поэтому будем исходить из здравого смысла. А по нему получается, что по силе то вы примерно равны, а вот как раз боевого опыта у Хирама больше чем у кого бы то ни было среди нас, поэтому и сражаться завтра будет он.
   Гротт Урод в ответ на это лишь недовольно хмыкнул, но ничего не сказал. Он понимал, что на этот раз Плачущий был абсолютно прав.
  
   ***
  
  
  
  
  
  На следующее утро путников разбудил ни свет, ни заря давешний старик-шаман.
  -Вставайте, чужеземцы. - Хрипло проревел он, бесцеремонно ввалившись в гостевой шатер. - Пришёл час испытания.
   Для поединка кентавры соорудили специальную квадратную песчаную арену, попросту огородив часть земли между шатрами деревянными кольями с протянутыми меж ними грубыми конопляными верёвками, которые для своих нужд изготавливал этот дикий, сумрачный народ.
   Игхон уже поджидал своего соперника внутри арены, поигрывая своими могучими мышцами. Вся площадь вокруг ристалища была окружена многочисленными кентаврами, которые что-то возбуждённо орали на разные голоса.
  -Ну, что готов? - Напряжённо спросил Авар у Хирама, когда они, наконец, остались в шатре вдвоём. Все остальные уже смешались с общей толпой аборигенов и с нетерпением ждали начала поединка.
  -Да, готов... - Отозвался алхимик, деловито вытаскивая из-за пояса флакон с какой-то прозрачной жидкостью и окропляя ей себе руки.
  -А это что, какой-то особый фуррийский ритуал? - Хмыкнул Плачущий, глядя на манипуляции алхимика.
  -Не угадал. - Усмехнулся Хирам. - Это особый раствор, который поможет мне сегодня победить. Он плохо влияет на зрение того, в чьи глаза попадает... Только моим соотечественникам ничего не говори, а то потом вони будет...
  -Понятно... Из чего ты его только делаешь...
  -По сути, слабый раствор кислоты.
  -Ни хера себе! А вдруг он ему глаза вообще напрочь разъест?!
  -Не разъест. Не хочу хвастаться, но рецепт мной опробован и отточен до совершенства. Обычно я продаю его тем кулачным бойцам, которые,... хм, скажем так, не хотят играть по правилам...
  -Да, ты прав, думаю остальным об этом лучше не знать... Все они смертны и не лишены изрядной доли предрассудков... Что же до меня самого, то мне всё равно, как именно ты уложишь этого жеребца, главное, чтобы работа была сделана, и Игхон остался жив. Как ты понимаешь, смерть своего обожаемого полубога кентавры нам вряд ли спустят...
  
  
   ***
  
  
  
   Наконец все приготовления были завершены и оба участника предстоящего поединка стояли друг напротив друга, меряясь взглядами.
  -Ты отказался от оружия. Ты уверен, что хочешь биться со мной голыми руками? С оружием у тебя будет больше шансов. - Насмешливо прогремел полубог.
  -Уверен. - Отрезал Хирам. - Если ты сам, конечно же, не раздумал биться со мной по этим правилам.
  -Ну, тогда держись! - Глаза Игхона полыхнули грозным весельем, и он неспеша отошёл в свой угол.
   Хирам не замедлил сделать то же самое, и вот, наконец, по знаку старого шамана, поединок начался. Игхон не заставил себя долго ждать и, сцепив руки в замок над головой, со злобным ржанием устремился к сопернику. Он явно рассчитывал на лёгкую победу, ибо, несмотря на внушительные габариты бессмертного алхимика, весил как минимум вдвое больше него.
   Хирам в ответ на это резко ушёл с линии движения противника, одновременно нанеся ему сильнейший удар кулаком в солнечное сплетение. Игхон сдавленно крякнул, но не остановился, как ожидал того его противник, а напротив устремился вперёд с ещё большей скоростью. Не ожидавший этого Хирам пропустил два мощнейших хука слева и справа и тут же оказался на земле. Однако это ни капельки не обескуражило фуррийца, и он, лёжа на земле, исхитрился нанести мощнейший удар ногой в лицо, наклонившегося над ним, чтобы добить, полубога, который заставил последнего отступить на несколько шагов назад.
   Не останавливаясь на достигнутом Хирам проворно вскочил на ноги и, подлетев к жеребцу, ударил его несколько раз кулаком в лицо, стараясь при этом, чтобы его кожа как можно плотнее соприкоснулась с глазами полубога. Тот в ответ на это нанёс мощнейший удар сразу двумя передними ногами в грудь алхимика, который отбросил его аж на самый край импровизированной арены.
   Эта атака была слишком серьёзной, чтобы Хирам сумел пережить её без потерь, и на этот раз он встал уже с ощутимым трудом, то и дело держась за грудь и дыша с надсадными хрипами. Полубог же, решив, то победа у него в кармане, радостно взревел и повернулся к противнику задом, чтобы нанести удар задними ногами, который был одним из самых распространённых в боевом искусстве кентавров. Однако стоило ему подняться на передние ноги, как фурриец, собрав остатки своих стремительно тающих сил, пригнулся, пропустив удар Игхона над собой, подлез под его туловище и со всей мочи ударил его плечом под задние ноги.
   Кентавр потерял равновесие и, кувыркнувшись через голову, оказался на земле. Для любого другого представителя его племени такой кувырок стал бы фатальным, однако полубог был намного крепче своих сородичей, посему быстро оправился от неожиданного падения и проворно вскочил на ноги.
   Однако тут, наконец, жидкость Хирама начала действовать и Игхон, принялся ожесточённо тереть глаза, которые начало невыносимо щипать. Очертания предметов расплывались перед его покрасневшими от воздействия кислоты глазами, и он упустил своего противника из виду. Алхимик сполна воспользовался этой "неожиданной удачей" и, оттолкнувшись от канатов, на всей скорости налетел на полубога, одновременно нанеся ему чудовищный прямой удар кулаком в переносицу.
   Глаза Игхона собрались в кучку, но он не упал, как ожидал того фурриец, и тогда Хирам не замедлил развить свой успех, со всей дури влепив сильнейший боковой удар ногой прямо в висок полубога.
   От этого удара глаза Игхона медленно закатились, а сам он, с секунду постояв, тяжело рухнул на землю. Он пребывал в глубоком нокауте. Многие вообще сперва подумали, что Хирам убил своего соперника, однако тяжело вздымавшиеся лошадиные бока полубога, говорили об обратном.
  -Ты победил, чужеземец. - Торжественно провозгласил старый шаман, поднимая руку алхимика над головой, как знак его безоговорочной победы. - Признаться, я до последнего мгновения не верил, что ты повергнешь нашего вождя, хоть духи предков и говорили мне об обратном. Теперь я вижу, что не ошибся в вас. Вы воистину те, о ком говориться в пророчестве. И ещё. Игхона до тебя побить не мог никто. И пусть ты не нашего племени, но с этого момента знай, что ты в любое время можешь рассчитывать нашу помощь и поддержку. Теперь ты один из нас. Ты силён, как кентавр!
   Высшая похвала среди народа полуконей, какой только может быть удостоен чужак и высшая честь быть признанным среди них своим. Таким же кентавром, как и они сами.
  -Ты силён как кентавр! - Восторженно заревели жеребцы на своём языке, и воины Авара кричали вместе ними... Долгожданный союз был, наконец, заключён.
  
   ***
  
  
  
  -... Я уже дал своё слово, что помогу вам в вашем походе, однако мои воины боятся Большой Воды, и мы не строим больших шатров для путешествий по ней.
   После того как Игхон пришёл в себя от удара Хирама, он и не подумал выразить по поводу своего поражения ни малейшего неудовольствия. Вместо этого он широко улыбнулся своей открытой приветливой улыбкой, которая так шла его красивому мужественному лицу, и подтвердил, что алхимик победил честно, и он присоединиться к отряду, правда взамен он потребовал от фуррийца боя реванша после окончания похода. Тот, не долго думая, согласился...
  -Они тебе не понадобятся. Мы поплывём на нашем. К тому же мне не требуется много твоих воинов, достаточно небольшого отряда самых смелых. Твоё участие обязательно, к тому же ты должен взять с собой это. - Авар небрежно указал полубогу на громадную бронзовую дубину с громадным крестом на конце, покрытым затейливой резьбой, которую тот сжимал в руке. - Лишь это оружие способно совладать с Серпетрионом и помочь обрести в борьбе с ним могущественных союзников.
  -Небесная Дубина... - Понимающе протянул кентавр, с любовью оглядывая своё необычное оружие. - Хорошо, чужеземец, да будет так. Мы выступим завтра на рассвете. А пока отдыхайте. Вам выделят отдельный шатёр. - С этими словами полубог молча развернулся, и кивком подозвав к себе давешнего старика-кентавра, исчез в глубинах своего просторного жилища.
  
  
   Глава шестая. Шаннор.
  
  
  
  -Может ты, всё-таки, объяснишь мне, наконец, зачем нам понадобилось плыть на Кэргор?
  -Да, командир, нам всем было бы интересно узнать весь план, как-никак мы рискуем своими жизнями. - Поддержал Рамона один из наёмников, и остальные молча закивали головами в знак согласия.
   И в самом деле, на первый взгляд поездка на Кэргор была лишена всякого смысла, ибо после этого к отряду присоединилось лишь пятеро кентавров включая и самого полубога Игхона. Надо сказать, что вначале у них чуть не вышел конфликт с двумя эльфами, которых благоразумный Авар оставил на корабле.
  -Я не потерплю рядом с собой остроухих сопляков! - Прорычал полубог, потрясая своей могучей дубиной, и его воины одобрительно заворчали в знак согласия.
  -Ещё одно слово, жеребец, и я пущу тебе стрелу промеж глаз. - Холодно процедил в ответ на это один из эльфов, и впрямь беря могучего полубога на прицел.
  -Всё хватит! - Прогремел Авар таким могучим голосом, что все присутствующие при этом спектакле на секунду оглохли. - Никаких распрей и склок! Для того чтобы победить Серпетриона и спасти своих соплеменников вам всем нужно быть едиными перед этой угрозой! Поэтому, если не хотите общаться меж собой, разойдитесь по углам! Но сражаться вам, так или иначе, придётся плечом к плечу.
   И такая сила и непоколебимая уверенность слышалась в тот момент в голосе Бога Ветра, что даже могучий и своенравный Игхон не нашёл что возразить и счёл за лучшее подчиниться.
   Вообще о вражде эльфов и кентавров все обитатели Тамарты были прекрасно осведомлены, ибо это были две единственные разумные расы проживающие на Кэргоре. Так что между ними постоянно шла борьба, так как оба этих народа отличались изрядной долей нетерпимости к представителям других рас.
   В итоге конфликты между ними случались постоянно, но практически никогда не перерастали в крупные войны, поскольку кентаврам не было хода в эльфийские леса, а эльфам в свою очередь слишком опасно было появляться на равнинах могучих степных обитателей.
  -Ну что ж, раз все такие любознательные... Так уж и быть, я открою все карты, но после того как я это сделаю, ни у кого из вас не будет обратной дороги из этого отряда вплоть до падения Серпетриона. Вы согласны на эти условия?
  -Да согласны...
  -Согласны...
   Закивали наёмники. Все они были смелыми воинами, не жаловавшими Серпетриона и не боявшимися смерти, и потому сейчас не желали отступать.
  -В таком случае суть нашей цели такова...
  
  
   ***
  
  
  
   Перед отплытием на Забытый остров "Звёздная пыль" вновь пристала в порту Зорава, чтобы пополнить запасы продовольствия и пресной воды. Однако перед этим на судне вышла одна неприятная история, в ходе которой сразу после изложения своего плана Авар вдруг неожиданно подошёл к одному из наёмников, смуглому невысокому абборцу и резко всадил ему под ребро один из своих клинков, а затем спокойно спихнул его мёртвое тело в воду.
  -Хотел сдать нас Серпетриону за вознаграждение. - Коротко пояснил он ошарашенным от произошедшего соратникам и как ни в чём не бывало, направился в свою каюту.
   В порту Авар также был очень мрачен и подозрителен, не разрешая никому из отряда отлучаться от него ни на секунду, (все приготовления проходили только в его присутствии, за крайне редким исключением, потому что Бог Ветра всё-таки не мог быть сразу в нескольких местах одновременно) и вообще старался сделать так, чтобы процесс подготовки к путешествию завершился как можно быстрее.
  -Ни коем случае нельзя ставить наш план под угрозу. - Наставительно заметил он в ответ на робкое замечание Рамона о том, что товарищам по оружию надо больше доверять. - От его благополучного исхода зависит судьба всего этого мира, так что никакая мягкость здесь не уместна. Поживёшь с моё, сам всё поймёшь. - Ласково потрепал он юношу по голове.
   Наконец приготовления к плаванию были завершены и "Звёздная пыль" вновь отчалила от берега. На этот раз её курс лежал в сторону Забытого острова...
  
   ***
  
  
  
  -Интересно, а на что похожи стражи Забытого острова?
  -Поверь, тебе лучше этого не знать. - Отмахнулся от расспросов юноши Бог Ветра. - К тому же скоро ты сам всё увидишь.
  -А по мне так побыстрее бы. - Зловеще прорычал Гротт, сжимая в своих могучих лапищах громадную сучковатую дубину, которая была так не похожа на гладкие отполированные дубины кентавров. Хотя последние были ничуть не менее массивны и тоже были деревянными. Вот что значит разный климат и иная разновидность растительности... - А то уже башка трещит от вони на этой посудине.
  -Эй, ты полегче. - Недовольно протянул Урхаган, бывший, как впрочем и всегда, немного навеселе. - Моя шхуна кому угодно фору даст... Слышь, Авар, а на этом твоём Забытом острове сокровища-то имеются?
  -Я тебе что, мало заплатил? - Усмехнулся Бог Ветра.
  -Мало не мало..., а золотишко никогда лишним не бывает.
  -Ну, как тебе сказать... кое-что, конечно же, наверное, имеется, но не забывай, у нас там другая цель.
  -Да помню я... Слышь, если тебя убьют ненароком, можно я заберу твои клинки себе?
  -Договорились. - Рассмеялся Авар. - Но в таком случае твоё корыто в случае твоей смерти достанется мне.
  -Ничего не имею против. - Ухмыльнулся капитан. - Такому отчаянному парню как ты оно пригодится...
  -Да пригодится... если, конечно, не утонет по дороге. - Вставил очередную реплику Авар, и на этот раз рассмеялись уже оба.
  
  
   ***
  
  
  
   Забытый остров никогда не был особенно большим. Маленький островок суши в безбрежных Внешних морях, скалистая местность с крайне скудной растительностью, да немногочисленные птахи, обитающие на нём. Казалось бы ничего выдающегося. Но именно этот клочок суши служил местом захоронения самого могучего существа, которое когда-либо обитало под солнцем этого мира.
  -...Это и есть темница легендарного Шаннора? - Скептически проворчал Урхаган, глядя на невысокий каменный холм, возле которого неподвижно застыли десять изумрудно-зелёных статуй каких то неведомых чудовищ.
  -А что ты хотел, сама темница располагается глубоко под землёй, это лишь преддверие.
   Забытый остров встретил путников какой-то неестественной зловещей тишиной. Лишь пронзительно кричали чайки, носясь над прибрежными скалами и изредка камнем бросаясь в воду в поисках добычи.
  -Что это за страшилища? - Полушёпотом спросил Рамон, испуганно косясь на зловещие шедевры неведомого скульптора.
   При ближайшем рассмотрении статуи больше всего походили на помесь каких то жутких рептилий и вполне себе обычных людей. С могучим длинным хвостом служащим им опорой вместо отсутствующих ног, покрытые по виду чрезвычайно прочной чешуёй и с приоткрытыми могучими пастями на змеиных головах они вызывали невольный трепет у того, кому посчастливилось их увидеть.
   В руках же каждая тварь сжимала довольно необычное оружие больше всего похожее на громадную насаженную на очень длинную рукоять трёхлезвийную стальную звезду. А во лбу каждого из существ зловещим рубиновым огнём мерцал небольшой круглый красный камень.
  -О, уже кое-что! - Обрадовано взревел Урхаган и бодренько двинулся к ближайшей статуе с явным намерением извлечь камень.
  -Обожди. - Дёрнул капитана за рукав довольно засаленной бывшей некогда белой рубашки Бог Ветра. - Сдаётся мне, что с этими молодчиками у нас будут проблемы...
   Не успел Авар окончить свою фразу, как все десять камней, горевших во лбах страшилищ, полыхнули особенно ярко, и статуи внезапно ожили.
  -Оружие наизготовку! - Рявкнул Бог Ветра мгновенно, выхватывая свои парные клинки. - Это наги!
   При этих словах Плачущего многие из его отряда ощутили, как по их спинам поползли мурашки. По легендам наги считались исчезнувшей расой, но поговаривали, что они абсолютно неуязвимы для любого оружия и их невозможно убить. Так это или нет теперь и предстояло выяснить воинам Авара.
  -Стреляйте, стреляйте в них! - Отдал новую команду Бог Ветра, и в чудовищ полетели стрелы и арбалетные болты. Большинство из них бессильно отскочили от сверхпрочной чешую тварей, однако две стрелы, выпущенные из эльфийских луков, вонзились бестиям в глаза. Но это ничуть не обескуражило наг. Совершенно спокойно они выдернули застрявшие в их головах снаряды, и на месте выбитых глаз тут выросли новые.
  -Твою мать... - Потрясённо выдохнул Авар. - Сражайтесь! Сражайтесь как никогда в вашей жизни! - И со всей скоростью, на которую был способен, ринулся на бестий. Его тело вновь превратилось в живой вихрь и двух наг расшвыряло в разные стороны. Впрочем, это им ничуть не повредило.
   А тем временем остальные змеелюды, наконец, достигли порядков воинов Авара и с ходу опрокинули их. Рамона сбили с ног одним из первых, и он отлетел далеко в сторону, при этом ударившись головой об один из камней, в изобилии разбросанных возле пещеры, и потеряв сознание.
   Даже фуррийцы не смогли соперничать с нагами в силе и оказались отброшены. Необычные звездообразные копья стремительно рассекали воздух, и люди Авара падали на землю с отрубленными конечностями и разрубленными телами, обильно орошая её своей горячей красной кровью.
   Их противники, конечно, пытались обороняться. Вот один из фуррийцев крякнув, обрушил свою тяжёлую гизарму на туловище одного из монстров и рассёк его напополам. Однако бестия спокойно приставила свою верхнюю часть тела к нижней, и они во мгновение ока срослись воедино, а фурриец оказался отброшен в сторону могучим ударом бронированного хвоста.
   Против десяти наг сражалось без малого пятьдесят воинов различных рас, но, похоже, это мало смущало кошмарных порождений океана. Единственная вирра в отряде носилась над головами противников, осыпая их своими отравленными иглами, однако и это не наносило тварям никакого ощутимого урона.
   Казалось, исход битвы предрешён, но тут Игхон, вконец разозлённый тем, что его удары не оказывают на наг никакого воздействия, хрипло взревел и обрушил свою дубину прямо на камень, ярко горевший во лбу бестии. Раздался страшный хруст и камень осыпался мелкой рубиновой крошкой, а сама нага внезапно рухнула на землю без движения.
  -Камни! Их сила в камнях! - Оглушительно рявкнул Авар при виде этого зрелища и вновь ринулся в рукопашную.
   Однако остальные итак поняли, что им нужно делать. Теперь воины старались действовать группами. Пока одни отвлекали внимание наг на себя, другие пытались добраться до камней в их головах. Но оказалось, что эти рубины невозможно уничтожить обычным оружием, и посему многие воины погибли от ответных выпадов наг, после того как их клинки бессильно отскочили от зачарованных самоцветов.
   Тогда увидев, что его товарищи погибают ни за что ни про что, Гротт оглушительно взревел и, отбросив в сторону дубину, вцепился в камень на голове одной из наг. Звездообразное копьё погрузилось ему глубоко в живот, но Урод, не обращая на это внимание, поистине запредельным усилием вырвал рубин изо лба чудовища, а затем, злобно отшвырнув его в сторону, снёс незадачливой бестии пол черепа её же оружием, вырванным из своего тела. На этот раз нага не восстановилась и рухнула на землю грудой мёртвой плоти.
   А тем временем Авар, который тоже сообразил, что камни можно и не уничтожать, сию же секунду умудрился расправиться аж с тремя тварями, пользуясь тем, что они были заняты другими противниками. Для этого он подлетал к ним сверху и одним молниеносным ударом клинка отделял багровый камень от головы бестии.
   Ещё одну тварь удалось уничтожить при помощи карлика с капканами на руках по имени Риг, который прыгнул чудовищу на спину и вырвал у него камень при помощи своего довольно забавного оружия. А затем Жак-Жонглёр добил бестию, разбив ей голову своими булавами.
   После этого оставшиеся четверо наг неожиданно прекратили бой, и одна из них неожиданно для всех прошипела на чистом кортурском наречии.
  -Довольно. Хватит крови. Так мы уничтожим друг друга.
  -Вы первые напали на нас. - Парировал Авар, неспеша опускаясь на землю.
  -Мы знаем. Это место закрыто для чужаков.
  -Мы хотим освободить Шаннора.
  -Вы пытаетесь освободить древнее зло, которому нет места под солнцем этого мира.
  -Мы пытаемся освободить Шаннора для того, чтобы уничтожить зло ещё более могущественное.
  -О каком зле ты говоришь?
  -О Серпетрионе. Он хочет поработить всех обитателей мира Тамарты.
  -Серпетрион помог нам заточить Шаннора...
  -...чтобы избавится от могущественного врага. Теперь ему практически никто не может противостоять.
  -Откуда нам знать, что ты не лжёшь, чужеземец?
  -Я - Авар. Я сражался с Серпетрионом много лет назад, а это воины Фурры, один из которых сумел победить смерть и сражался со мной плечом к плечу в той войне. Лишь благодаря доблести фуррийцев мы сумели тогда помешать Серпетриону окончательно покорить Ксеней.
  -Это так. - Наклонил голову Хирам. - Я был там вместе с Аваром. - Я клянусь тебе именем Отца Войн, что все, что он говорит, есть чистая правда.
  -Что ж, я чувствую, твоё бессмертие, фурриец, а клятву именем Отца Войн ни один из вас никогда не нарушит... Но ты уверен, что Серпетрион будет угрожать нам, нагам?
  -Уверен. Он не успокоится до тех пор, пока не поработит всех обитателей этого мира. Моё слово. - Сурово отчеканил Хирам.
  -Ладно, я верю вам. Вы можете пройти. Но после того как Шаннор уничтожит Серпетриона, он вернётся назад в свой саркофаг.
  -Так тому и быть. А теперь нам надо заняться ранеными.
   Беглый осмотр отряда показал, что из пятидесяти человек в живых осталось меньше половины, и практически все были ранены. Даже сам Бог Ветра умудрился получить неглубокий порез плеча, и левый рукав его тёмного плаща был теперь тяжёлым и мокрым от вытекшей крови.
   Рамон был жив, хотя и без сознания. Впрочем, после того как Хирам, исполнявший в отряде обязанности лекаря, дал ему выпить какого-то бурого отвара из своей глиняной бутыли, он пришёл в себя довольно быстро.
   Помимо Рамона, Авара и Хирама в живых осталось двое из троих фуррийцев. Их товарищ лежал неподалёку с отрубленной головой. Удар одной из наг оказался для незадачливого воина фатальным. Также был жив капитан Урхаган вместе с двенадцатью матросами своего экипажа. Ещё сумели уцелеть давешний коротышка Риг с капканами на руках, вирра по имени Леата, трое из четверых кентавров вместе со своим полубогом, Жак-Жонглёр и как ни странно Гротт-Урод, хотя громадноё копьё наги проткнуло его чуть ли не насквозь.
   На предложение же Хирама оказать ему первую помощь, богатырь только вяло отмахнулся.
  -Само заживёт. Мне и похлеще доставалось...
   Авар после этих слов гиганта озадаченно прищурился и дал себе зарок при первом же удобном случае хорошенько порасспросить Урода о его истинных возможностях.
   Когда же, наконец, потери были подсчитаны, а раненым оказана вся необходимая помощь, Авар отдал команду двигаться дальше вглубь странного холма, служившего гробницей Шаннору.
  -Дорога каждая минута. Серпетрион не дремлет. Наверняка уже сейчас его войска уничтожают твоих, Леата, сородичей. - Обратился он к вирре, которая в ответ на это лишь неопределённо пожала плечами. Она была изгоем, и не слишком-то жаловала своих соплеменников.
  -Я не могу гарантировать вашу безопасность после того, как вы освободите Шаннора. - Вновь дала о себе знать старшая из наг. - Он крайне непредсказуем и может легко уничтожить вас, если это взбредёт ему в голову.
  -И всё же мы рискнём. Без Шаннора весь наш план летит коту под хвост. - С этими словами Авар повелительно махнул рукой и примерно с десяток воинов, не считая тех, кто остался с ранеными, устремились за ним в тёмные глубины подземелья...
  
  
   Книга вторая. Бессмертный маршал.
  
  
  
   Глава первая. Кампания.
  
  
  
  -Господин первый маршал, они идут. - Голос говорившего был преисполнен почтения и страха.
  -Хорошо. Готовьтесь к бою. Сегодня мы сотрём их в пыль. - Холодно произнёс немолодой уже мужчина в красно-золотом мундире и небрежным жестом отпустил своего адъютанта.
   Оставшись, наконец, один, первый маршал великой кортурской империи Эомар Равильон задумчиво прищурил свои холодные голубые как лёд глаза. Семьдесят тысяч степняков, каждый из которых знает с какого конца браться за меч, или в их случае глефу, это не шутки. Тем более если под твоим началом всего пятьдесят тысяч кортурцев, каждый из которых сильно уступает туннакрцу как в силе, так и в умении.
   Ну да это ничего. В конце концов, на его стороне некроманты, а степняки всегда довольно пренебрежительно относились к любого рода магии. На лице кортурского маршала промелькнула зловещая усмешка. Что ж сегодня он покажет им, что сила и численный перевес решает на войне далеко не всё.
   Личность Эомара Равильона, первого маршала Кортура была весьма легендарной. Всё дело было в том, что более семидесяти лет назад Великий Серпетрион заметил молодого, но уже подающего большие надежды полководца, и когда через несколько десятков лет тот сумел пробиться на самый верх, при этом не раз доказывая свою полезность правителю Кортура, тот не захотел расставаться с таким нужным для него человеком и даровал ему бессмертие.
   С тех пор никто никогда не видел маршала ни в какой иной одежде кроме неизменно выглаженного до идеального состояния военного мундира с четырьмя золотыми медалями на груди. Некоторым подчинённым порой и вовсе приходила в голову довольно абсурдная мысль, что эти медали растут у него прямо из груди, и у него нет никакой возможности избавиться от них хотя бы на секунду.
   Точнее абсурдной эту мысль считали они сами, ибо, как бы невероятно это ни звучало, так оно и было на самом деле. Эти золотые кругляши действительно росли прямо из груди Эомара Равильона и были вживлены в его плоть самим Серпетрионом. Первый обеспечивал маршалу нечеловеческую силу и ловкость, второй отвечал за его бессмертие и заживление ран (бессмертие и регенерация суть одно), третий делал его невосприимчивым к любой магии, ну а четвёртый служил средством связи с Серпетрионом, для которого Эомар давно уже стал чем-то вроде глаз и ушей (а иногда и рук) во внешнем мире.
   Наконец, коротко прикинув план своих дальнейших действий, первый маршал Кортура медленно поднялся со стула, на котором сидел и покинул свой походный шатёр, который внешне, кроме как личным гербом маршала, довольно грубо вымалеванном на ткани полотнища багровой и голубовато-бирюзовой красками, изображающим кровавую руку, сжимающую длинный полуторный меч с клинком холодно-голубого цвета, ничем не отличался от походных палаток простых солдат.
   Туннакрское войско же маячило вдали, понимая тучу пыли, которая буро-чёрным облаком клубилась на горизонте. В лагере кортурцев царило оживление. То и дело туда-сюда сновали генеральские адъютанты с приказами от своих непосредственных начальников, а простые солдаты в свою очередь спешно строились в фаланги.
   Надо сказать, что кортурский строй ничем не отличался от боевых построений абборцев, а точнее это абборцы уже впоследствии переняли кортурскую военную науку. Наконец солдаты были построены и приведены в боевую готовность. Теперь оставалось только ждать.
   Равильон задумчиво прикусил свой густой вислый ус и лениво отдал команду некромантам привести свои заранее заготовленные чары в действие. Около трёх десятков фигур в одинаковых серых балахонах разом вскинули руки вверх... И тут наконец, туннакры подошли достаточно близко для того, чтобы атаковать.
   Степняки не стали утруждать себя никакими переговорами и разведыванием обстановки. Местность здесь была равнинная, укрыться резервам противника было негде, так что туннакрцы при своём тотальном превосходстве в численности, силе и воинском (но не военном) искусстве рассчитывали, и, надо сказать, небезосновательно, на лёгкую победу.
   Маршал Эомар довольно улыбнулся, но улыбка эта больше напоминала волчий оскал. Он не случайно выбрал именно это место для проведения генерального сражения, прекрасно понимая, что степняки не будут давать его в невыгодных для себя условиях, предпочтя и далее разорять деревушки и прочие мелкие населённые пункты славного Кортура до тех пор, пока империя Серпетриона окончательно не рухнет. Но зато теперь уж им никуда не деться. Сегодня туннакрцы пожалеют, что родились на свет.
   Запели боевые рожки и степняки, как и всегда, с дикими душераздирающими воплями ринулись в атаку, яростно нахлёстывая своих коней. Кортурцы молча ждали, лишь ещё плотнее сбив свои порядки.
   Когда туннакрцы приблизились на достаточное расстояние, в них полетели стрелы и арбалетные болты. Первые ряды степняков выкосило начисто, но тут они дали ответный залп, который, впрочем, оказался намного менее эффективным из-за больших обитых кованой медью щитов первого ряда фаланг.
   Наконец, с жутким лязгом и грохотом армии сшиблись, и над полем повисли дикие вопли дорвавшихся до рукопашной неистовых варваров. Однако длинные копья второго ряда фаланг делали свою работу, пронзая разукрашенные синей охрой тела насквозь. Степняки не оставались в долгу, рубя своими двулезвийными глефами направо и налево, и их необычное оружие то и дело находило цель.
   Пока сражение шло с переменным успехом. Многие туннакрцы уже приняли смерть от рук своих противников, но и строй кортурских фаланг готов был вот-вот рухнуть, не выдерживая осатанелого напора неукротимых воинов степей. Осознав, что пришло время использовать все оставшиеся резервы, Эомар Равильон отдал телепатическую команду некромантам вступить в сражение. Вновь вскинутые в причудливых жестах руки. Короткие хриплые слова заклятия и мёртвые туннакрцы, несмотря на жуткие раны, неожиданно встают и поворачивают оружие против своих же соплеменников.
   Зомби нападают молча. Они не слишком проворны, но при этом совершенно нечувствительны к боли. Даже с оторванными конечностями они умудряются сражаться. Некоторые из них за неимением оружия или рук просто впиваются в противников зубами, стремясь всеми силами уничтожить ненавистных живых.
   Однако от подобного степняки отнюдь не растерялись, как ожидал бессмертный маршал. Они уже давно воевали с поданными Серпетриона и знали, чего от них можно было ожидать. С яростным рыком они повернулись к новым противникам, и битва закипела с новой силой.
   Новосотворённые зомби позволили кортуцам выгадать немного времени для передышки, однако это не могло продолжаться слишком долго, и Эомар, скрепя зубами, отдал приказ небольшому конному отряду личных телохранителей вступить в дело.
   Те не заставили себя долго ждать и обрушились прямо в тыл опешивших от такого степняков. Всё дело было в том, что первое заклятье некромантов сделало воинов этото отряда невидимыми, тем самым, позволив им беспрепятственно пройти в незащищённый тыл туннакрцев и атаковать его.
   Небольшой отряд конников во главе с самим маршалом врезался в ряды степняков... и прошёл сквозь них как нож сквозь масло. Попадавшиеся на его пути противники попросту обращались в безвредные сгустки серого праха, результат действия так называемой Ауры Смерти, созданной вокруг отряда Равильона пятью сильнейшими некромантами его войска, которые тоже находились сейчас с маршалом.
   Таким образом, никто из туннакрцев не мог даже приблизиться к воинам Эомара. Но это заклинание пожирало кучу сил сотворившего его и потому не могло держаться слишком долго. Вскоре оно развеялось, и воины степей схватились с телохранителями маршала в кровавой рукопашной не на жизнь, а насмерть.
   Сам Равильон сражался в первых рядах, легко орудуя громадным эспадоном для конного боя и рассекая неистовых степняков на части. Какими бы могучими воинами они ни были, им ничего не удавалось сделать против умения и навыков бессмертного маршала. Телохранители Эомара, несмотря на то, что заклинание " слуг смерти", как называли некромантов туннакрцы, перестало работать, также старались не отставать от своего командира и сражались изо всех сил, понимая, что от этого зависит их жизнь и жизнь их родной империи.
   Однако каким бы скоротечным не было заклятье кортурских некромантов, своё дело оно сделало. Озадаченные таким неожиданным прорывом своих боевых порядков туннакры несколько растерялись, чем тут же и воспользовались воспрявшие духом кортурцы и перешли в контрнаступление.
   В итоге, оказавшись меж двух огней, степняки смешались в кучу-малу, а так как все они были на конях, им было крайне затруднительно восстановить разрушенный строй и обуздать испуганных лошадей.
   В конце концов, в порядках туннакрцев возникла кошмарная давка и полная неразбериха. Неистовые воины степей дрогнули. Теперь они уже не помышляли о том, чтобы выиграть сражение, а мечтали лишь спасти свою жизнь, что в образовавшейся кровавой толчее сделать было ох как нелегко...
  
  
   ***
  
  
  
  -Прими мои поздравления, Эомар. Ты как всегда был на высоте.
  -Благодарю, Владыка. - Наклонил голову маршал, прислушиваясь к зловещему шёпоту внутри своей головы.
  -Теперь, когда с туннакрским вторжением покончено, я хочу, чтобы ты отправился на Ротэрр и приструнил вирр и сатиров. После этого возьмёшь армию Кессаля и направишься обратно для полного уничтожения Туннакра, как и полагалось по плану.
  -Я понял, Владыка. Прикажешь отправляться прямо сейчас?
  -Да не стоит мешкать. Чем скорее наш план осуществиться, тем лучше.
  -Хорошо, Владыка. Я отправляюсь немедленно.
   С туннакрским вторжением теперь действительно было покончено. В том чудовищном столпотворении выжить удалось лишь одной трети от всего вражеского войска. Правда и кортурцев погибла почти половина.
   Теперь разрозненные отряды степняков с позором удирали назад на свои равнины, преследуемые по пятам разъярёнными, жаждущими мщения кортурцами. Никакой серьёзной угрозы они уже не представляли, а новые подкрепления из Туннакра вряд ли подойдут, ибо почти всё мужское население этой страны на данный момент находилось в составе потерпевшего поражение воинства степняков. Или точнее будет сказать, находилось до недавнего времени.
   Получив все необходимые инструкции от своего повелителя, маршал кивком подозвал к себе своего адъютанта.
  -Я отправляюсь на Ротэрр. Ты со мной.
  -Так точно Ваше Высокопревосходительство. Прикажете назначить Вам сопровождение?
  -Именно. Скажи Аргару, чтобы все его люди, которые выжили, разумеется, не мешкая, готовились к выступлению.
  -Есть. Прикажете выполнять?
  -Выполняй.
  
   ***
  
  
  
   Через несколько часов небольшой отряд не более полусотни всадников выехал из походного лагеря кортурской армии. Во главе его на огромном совершенно седом жеребце скакал первый маршал Кортура Эомар Равильон собственной, так сказать, персоной.
   Перед отъездом он не забыл отдать все необходимые распоряжения своим генералам, касающиеся необходимых мер по окончательному завершению разгрома степняков. Он всегда был очень педантичным, этот седоусый вояка, которому было уже почти сто лет отроду. Именно это качество и ценил в нём его владыка, бессмертный повелитель кортурской империи Великий Серпетрион. Умение абсолютно точно и безошибочно выполнять все его инструкции, при этом не задавая никаких лишних вопросов. Идеальная чёткость и исполнительность. Совершенное орудие.
   Отряд маршала ни на минуту не останавливался до глубокой ночи, и лишь тогда бессмертный военачальник позволил своим падающим от усталости после долгой битвы и последующей безумной скачки людям остановиться на ночлег в близлежащей деревушке, жители которой были на время выгнаны из своих домов.
   Удобно расположившись в доме деревенского старосты, Эомар Равильон вытянулся на не слишком уютном деревянном ложе и начал задумчиво разглядывать деревянный потолок избы. Сон всё никак не шёл к нему, и память начала уводить маршала далеко в прошлое. В его юность.
  
   ***
  
  
  -Ты считаешь, это платье будет в самый раз для торжества?
  -Да, дорогая. Я думаю, в нём ты будешь просто неотразима и затмишь там всех.
  -Правда? - Счастливо прошептала совсем молоденькая девушка с озорными зелёными глазами и мелкими рыжими кудряшками.
  -Правда, правда! - Рассмеялся довольно высокий молодой человек лет восемнадцати с небольшим, обладающий идеальной осанкой и подтянутой молодцеватой фигурой. Типичный кортурский офицер в самом расцвете лет и сил.
  -А оно мне не велико?
  -Да нет, что ты! В самый раз. Как будто под тебя и шили.
  -Так оно и есть, глупенький. - Засмеялась девушка. - Неужели ты подумал, что я могу пойти на собственную свадьбу в чужом наряде?
  -Нет, что ты, дорогая! У меня подобного и в мыслях не было!
  -Вот то-то же... Кстати, а в чём ты сам пойдёшь на нашу свадьбу?
  -Да, я думаю, мой парадный мундир как раз подойдёт...
  -И думать забудь! Солдафон! Я закажу нашему портному для тебя настоящий костюм, не чета этому твоему ужасному мундиру!
  -Да чем он плох то?
  -Всем. - Решительно отрубила девушка. - Я не пойду замуж за какого-то грубого солдафона! Только за истинного дворянина, наследника рода!
  -Но, дорогая... я в некотором роде и есть этот самый,... как ты выразилась, грубый солдафон.
  -На службе ты можешь быть кем хочешь. А со мной ты будешь истинным джентльменом, настоящим сыном лендлорда! Благородным... и изысканным!
  -Как скажешь, дорогая... - Недовольно протянул юноша. Ему-то хотелось покрасоваться перед друзьями в новеньком парадном мундире офицера, а вместо этого придётся одевать этот проклятый франтовский костюм. (Ну а какой он ещё может быть, если его будет выбирать женщина?)
  -Вот и договорились...
  
   ***
  
  
  
   Торжественная церемония по случаю бракосочетания сына одного из самых влиятельных лендлордов Кортура Соррижа Равильона поражала прибывших на неё гостей своей прямо таки кричащей роскошью и помпезностью. Сие мероприятие проходило в фамильном замке лендлорда и стоило его хозяину довольно кругленькую сумму, о чем он в принципе совершенно не жалел, поскольку Эомар был его единственным сыном, надеждой рода, так что его свадьба с княжной Фелицией обещала ему прочный союз с её отцом влиятельным графом Авиньоном, да к тому обещала в скором времени появление внуков, чему стареющий лендлорд был бы несказанно рад.
   На торжество собралось огромное количество гостей. Практически все они обладали либо благородным происхождением, либо были весьма богатыми и уважаемыми купцами и торговцами. Простым людям на подобных мероприятиях делать было нечего. Только если в качестве слуг.
  -Сегодня прекрасный вечер, мадам, не правда ли? - Тихонько подкрался сзади Эомар к своей невесте и нежно прикрыл её глаза ладонями.
  -Да, сударь, вечер действительно удался... - Рассмеялась Фелиция. - Но вы знаете, у меня есть жених, и он очень не любит, когда ко мне подходят другие мужчины.
  -Правда? В таком случае мне, наверное, следует вызвать вашего жениха на дуэль, чтобы завоевать ваше сердце. - Промурлыкал молодой наследник лендлорда на ухо своей пассии.
  -Ох, не знаю, не знаю... - В притворном смятении прошептала невеста. - Быть может, для того чтобы завоевать моё сердце вам требуется всего лишь меня поцеловать?
  -О, с превеликим удовольствием! - Тут же согласился молодой человек и заключил возлюбленную в объятия.
  -Ой! - Громко вскрикнула невеста, когда Эомар неуклюжим движением опрокинул на пол кубок с красным вином, которое при этом расплескалось по паркету. Несколько капель угодили на её идеально белое платье.
   Взоры всех присутствующих обратились на молодожёнов.
  -Что за шум? - Деловито осведомился Сорриж Равильон, подходя к влюблённым. - А, пятно... Говорят перед свадьбой это очень дурная примета...
   Среди гостей повисло тяжёлое молчание.
  -Впрочем - тут же нашёлся хозяин - какой идиот сейчас верит в какие-то приметы?
   Раздался чей то неуверенный смешок, а затем сдержанный хохот пронёсся по всему залу. Неловкость ситуации была сглажена.
  
   ***
  
  
  
  
  -Любимая... любимая... - Эомар сидел, обхватив голову руками над окровавленным телом своей возлюбленной, едва прикрытым белой простынёй, как никогда напоминающей погребальный саван.
   Минуло десять лет с момента их свадьбы, и молодой сын лендлорда уже дослужился до чина генерала. Его отец благополучно отправился в мир иной, и Эомар оказался единственным наследником огромного состояния своего отца. Вот только один факт немного печалил молодого генерала. У них с Фелицией до сих пор не было детей. Однако совсем недавно пришло радостное извещение о том, что его жена, наконец, понесла от него и ждет ребенка.
   Обуреваемый целой гаммой чувств Эомар возвращался из очередного военного похода, когда его неожиданно застала весть, что в его дом ворвались неизвестные и убили его жену...
   Через год после этих событий молодой генерал самолично нашёл виновников этого злодеяния и собственноручно казнил каждого из них. После этого внутри него словно бы что-то умерло. Он продолжал есть, пить, спать, ходить на службу, при этом по-прежнему прекрасно справляясь со своими обязанностями, но всё это происходило как бы по инерции. Он перестал ощущать вкус к жизни и стал ко всему равнодушен.
   А ещё через несколько десятилетий Великий Серпетрион даровал стареющему Эомару, бывшему уже в звании первого маршала бессмертие. Эомар принял его также равнодушно, как и жил до этого. Ибо ему с самого детства внушали, что приказы бессмертного владыки Кортура не обсуждаются и подлежат наискорейшему и обязательному исполнению какими бы нелепыми и абсурдными они не казались.
   Так Серпетрион получил в свои руки совершенного исполнителя собственной воли, а Эомар - вечную жизнь, более похожую на вечную муку.
  
  
   Глава вторая. Интриган.
  
  
  
  
  -Мы прибыли, Ваше Высокопревосходительство. - Робко постучал в каюту первого маршала его адъютант.
  -Хорошо. Я уже выхожу.
   Эомар Равильон лениво потянулся на своём ложе, неторопливо встал, поправил перевязь с фамильной шпагой и направился на палубу, где его уже поджидали остальные члены его отряда. Недельное морское путешествие до Ротэрра, наконец то, подошло к концу и, значит, пришло самое время заняться насущными делами.
   На причале эскорт Равильона уже ждало пышное посольство из самой столицы Кессаля Мудгарба. Разодетые в разноцветные шелка придворные льстиво осведомлялись, лёгкой ли была его дорога, и хорошо ли он себя чувствует. Эомар в ответ на это лишь лениво отмахивался рукой. Льстецов и подлиз он не жаловал никогда.
   В столицу Кессаля первый маршал Кортура ехал уже в раззолоченной карете, которую доставили на пристань специально для него. Своего верного скакуна Равильон на этот раз решил доверить адъютанту Гиьому. Ему хотелось побыть одному и никого не видеть. Хотя бы ненадолго.
   Вообще в последнее время Эомар стал всё чаще ловить себя на мысли, что присутствие окружающих начинает его изрядно утомлять. Видимо бесконечная служба кортурскому Владыке окончательно измотала его. Если раньше он ощущал себя некой машиной, которая только и могла, что чётко и безошибочно выполнять все указания Великого бессмертного, то теперь у этой машины появились... некие зачатки собственной воли?
   Эомар не знал ответа на этот вопрос. Просто ему всё чаще и чаще начало приходить в голову, что он занимается не тем, чем хотел бы. Но чего же именно он хочет, первый маршал Кортура, по одному приказу которого тысячи солдат без колебаний шли на смерть, понять так и не сумел.
   Через три дня кортеж первого маршала достиг Мудгарба. Встречать посланца Серпетриона высыпало практически всё население столицы. Молодые смуглокожие девушки, одетые согласно нравам Кессаля более чем нескромно, восторженно кричали и бросали цветы под колёса маршальской кареты. Слухи о его блестящей победе над туннакрцами уже достигли Кессаля, и его народ встречал первого маршала как победителя.
   Когда эскорт Равильона, наконец, добрался до золотого дворца местного правителя, навстречу ему вышел высокий смуглокожий человек лет сорока и радушно поприветствовал Эомара. Равильон в ответ на это лишь слабо улыбнулся и лёгким кивком ответил на приветствие. Владыку Кессаля Габра VI он знал очень хорошо и не слишком то уважал. Габр был сладкоголосым льстивым человеком. Весь в своих придворных, с которыми он, понятное дело, в отличие от Эомара, не церемонился.
  -Как добрались, господин первый маршал? - Льстиво осведомился правитель Кессаля, угодливо заглядывая Равильону в глаза.
  -Благодарю, вас господин архон , поездка прошла просто великолепно.
  -Наслышан о вашей победе над туннакрскими варварами. Этих дикарей давно пора было приструнить.
  -Да вы правы. Это послужит им хорошим уроком... Однако я прибыл к вам сюда вовсе не для того, чтобы обсуждать мою военную кампанию.
  -Быть может, поговорим о делах после пира в вашу честь?
  -Покорно благодарю, но... нет. Во-первых, я устал с дороги и хотел бы немного передохнуть, а во-вторых, Великий Серпетрион приказал мне не мешкать, поэтому о делах мы с вами будем говорить прямо сейчас.
  -Хорошо, тогда пройдёмте в мои покои. - Габр мягко взял маршала под локоть и ненавязчиво повлёк за собой во дворец. - Там мы будем гарантированно защищены от лишних любопытных ушей...
  
   ***
  
  
  
   Переговорив с первым маршалом и выделив ему и его телохранителям шикарные апартаменты, Габр VI облегчённо вздохнул и приказал вызвать к нему его первого визиря Дукрата.
  -Я устал это терпеть. - Без обиняков заявил правитель Кессаля, как только худая согбенная фигура придворного появилась в его покоях. - То, что предлагает Равильон - безумие. Мы потеряем уйму людей на этой войне. К тому же мне надоело получать приказы от Серпетриона.
  -Но,... архон, Серпетрион могущественен. Он жестоко покарает нас за неповиновение...
  -Нет, не покарает. Мне стало известно кое-что о нём...
  -Простите за дерзость, Владыка, но что именно?
  -В двух словах у него нет возможности покинуть свою башню, и, как следствие, он не сумеет нас покарать, если его верный пёс Эомар Равильон будет... Ну, ты понял.
  -И что вы хотите...
  -Именно так, мой верный Дукрат. Ты со мной? - Вопросительно поднял бровь Габр, при этом делая многозначительный кивок в сторону двух громадных чернокожих телохранителей, маячивших у него за спиной.
   Эти воины были его собственным изобретением. Им с самого рождения пережгли барабанные перепонки раскалённым железным прутом, и посему они были абсолютно глухи и не могли слышать разговора, а также вышколены подчиняться лишь специальным знакам, систему которых разработал лично правитель Кессаля. Одного его жеста было достаточно, чтобы Дукрат оказался зарублен на месте.
  -Кконечно, Владыка. - Испуганно закивал придворный, со страхом косясь на тяжелые бердыши стражей. - Вы же знаете, я всегда был предан вам.
  -Вот и славно. Тогда отдай приказ моим солдатам атаковать покои маршала. И пусть возьмут побольше арбалетов. Равильон силён...
  -Я понял, Владыка.
  -И ещё... Земас пойдёт с тобой. На случай всяких неожиданностей с твоей стороны, ну, ты понял...- Габр повернулся к одному из чернокожих и показал ему целую серию каких-то непонятных для простого обывателя жестов. Телохранитель в ответ на ни лишь молча кивнул головой и всё также безмолвно пристроился позади первого визиря.
  -Теперь иди. Чем скорее мы устраним Равильона, тем лучше будет для нас всех...
  
   ***
  
  
  
   Оставшись один, правитель Кессаля неторопливо снял с пальца один из своих перстней с крупным опалом и принялся задумчиво вертеть его между пальцев. Если всё пройдёт по плану, то Равильон не переживёт сегодняшнюю ночь и он станет истинным хозяином в собственных землях. Если же Дукрат потерпит неудачу, то всегда можно будет свалить ответственность за покушение на вышедшего из под контроля визиря.
   Ну, а если и этот вариант не сработает, то в его перстне достаточно яда для того чтобы моментально уйти из жизни. Ведь Габр VI никогда не был дураком и прекрасно понимал, что лучше умереть, чем добровольно отдать себя в руки кортурских некромантов.
  
  
   ***
  
  
   Этой ночью первому маршалу Кортура как обычно не спалось. Нечто тревожное витало в воздухе его покоев и не давало Эомару расслабиться ни на секунду. Наконец, проворочавшись на своей роскошной кровати, Равильон встал с ложа и направился к двери.
   Приоткрыв дверь своих апартаментов, Эомар кивком подозвал к себе одного из своих телохранителей, вытянувшихся в струнку возле его покоев.
  -Позови мне сюда Аргара. - Коротко распорядился он, и воин послушно метнулся выполнять приказ.
   Через несколько минут начальник охраны маршала уже был в его апартаментах.
  -Ваше Превосходительство. - Отсалютовал он Эомару. - Какие будут приказания?
  -Я хочу, чтобы все твои люди перебрались сюда как можно незаметнее. Оставь на страже их покоев пару человек, чтобы никто не дознался, что там никого нет.
  -Какие-то проблемы?
  -Пока нет, но... нутром чую, они будут. Слишком уж мрачно на меня глядел наш правитель Кессаля, когда думал, что я этого не вижу.
  -Вы полагаете, предательство?
  -Не исключено. Но, так или иначе, твои люди должны быть готовы встретить любую угрозу.
  -Они всегда готовы, господин. Разрешите выполнять?
  -Выполняй. И не мешкай понапрасну. Чувствую, нам сегодня предстоит весёлая ночь...
  
   ***
  
  
  -Тихо... пошевеливайтесь... Он там внутри...
   Три десятка отборных воинов Кессаля во главе с первым визирем Дукратом осторожно пробирались к покоям первого маршала Равильона. Сам визирь, конечно, предпочёл бы остаться в стороне от этой стычки, но телохранитель Габра безмолвный как скала громадный чернокожий Земас недвусмысленно дал ему понять, что он должен участвовать обязательно. Так что пришлось придворному скрепя сердцем составить будущим убийцам маршала компанию.
   Все его воины были вооружены тяжёлыми арбалетами и не особенно нервничали. В конце концов, их три десятка, а охрану маршала составляют всего двое стражей. Остальные его телохранители размещены неподалёку, но пока они прибудут на подмогу, всё уже будет кончено.
  -Помните, сперва обстреляете его издали, а уже потом изрубите на куски. - Шёпотом внушал им напуганный Дукрат. - Равильон бессмертен и очень силён, но оружие властно над ним.
  -Хорошо. - Недовольно качнул головой командир отряда, бывалый воин, которого нытьё и брюзжание первого министра начало уже слегка раздражать. - Всё будет исполнено в наилучшем виде, господин.
  -Надеюсь... - Как бы про себя пробормотал Дукрат, а затем их отряд, наконец, достиг покоев Эомара.
  -Странно. Обычно его охрана стоит снаружи... - Озадаченно протянул предводитель кессальских воинов.
  -Это уже неважно. Отступать поздно... Ломайте двери. - Отдал команду первый визирь и резные створки дверей с грохотом слетели с петель...
  -Залп! - громко скомандовал Эомар Равильон при виде врывающихся в его покои вооружённых людей, и телохранители разрядили свои арбалеты в нахлынувшую толпу врагов.
   Захрипели раненые воины Кессаля, но те, кто сумели избежать губительных стрел дали ответный залп и на этот раз уже люди Эомара повалились на землю, судорожно хватаясь за вонзившиеся в их тела арбалетные болты.
   Самому Равильону тоже не повезло. Одна из коротких тяжёлых стрел чиркнула его по щеке, разрезав её насквозь и раздробив часть зубов, однако маршал не растерялся и, не обращая внимания на рану, выхватил свою знаменитую фамильную шпагу из необычной голубой как лёд стали и ринулся в бой.
   Тем временем воины с той и с другой стороны, наконец, сшиблись в кровавой рукопашной. И тут сразу сказалось серьёзное преимущество Эомара в силе и скорости. Голубая шпага, несмотря на ранение её хозяина, порхала из стороны в сторону со скоростью молнии, легко разрезая как тела врагов, так и их оружие. Бойцы Дукрата валились на землю рассечённые надвое, или с перерезанными глотками, ибо шпага маршала имела также и острые режущие кромки, и напоминала скорее длинный, немыслимо тонкий меч.
   Его подчинённые старались не отставать от своего командира и задавали своим противникам по первое число. Черноволосый гигант Аргар, рыча, орудовал своим громадным фламбергом, не слишком удобным в тесном помещении, но, тем не менее, от его ударов воины Кессаля разлетались в разные стороны, как будто бы они ничего не весили, и больше уже не поднимались.
   Заметив могучего воина, расшвыривающего его соратников, словно нашкодивших котят, исполин Земас хрипло взревел, привлекая внимание командира маршальской охраны и подняв, свой чудовищного вида бердыш устремился к нему. Бердыш и меч со звоном сшиблись, и Аргар, не устояв на ногах, рухнул на землю, однако, ничуть не растерявшись при этом, тут же полоснул своим фламбергом противника по бёдрам.
   Тот глухо рыкнул от боли и обрушил своё оружие на то место, где всего секунду назад была голова соперника. Но Аргар оказался проворнее и успел откатиться в сторону, при этом пребольно пнув Земаса ногой под колено. На этот раз колосс не устоял и рухнул на колени, чем тут же и воспользовался его противник, умудрившись из положения лёжа вонзить свой меч ему прямо под подбородок.
   Увидев гибель сильнейшего из своих воинов, кессальцы несколько растерялись, чем тут же и воспользовались охранники Равильона, окончательно переломив ход боя в свою пользу.
   Наконец, битва завершилась. Все воины Кессаля валялись на полу мёртвыми грудами тел. Из полусотни телохранителей маршала погибло не более десятка. Оставшийся в живых первый визирь Дукрат забился в угол и со страхом косился на мерцающий холодным голубым пламенем клинок Эомара, который тот прижимал остриём к его шее.
  -Я не виноват... меня заставили... - Тихо всхлипывал визирь. Крупные капли пота обильно стекали по его лицу, но он даже и не думал их утирать.
  -Кто? - Безжизненным голосом отозвался маршал.
  -Я не могу сказать... Он убьёт меня!
  -Придержите его за руки. - Всё так же холодно приказал Равильон и извлёк из кармана камзола небольшую булавку. Поднеся её к лицу визиря, он произнёс неестественно ровным голосом, от которого у бедолаги Дукрата побежали по коже самые натуральные мурашки.
  -Сейчас я поднесу тебе эту иглу прямо к глазу. Потом... Я буду выкалывать тебе его. Медленно... Поверь, это ощущение ты запомнишь на всю свою оставшуюся недолгую жизнь. Однако есть и другой путь. Ты прямо сейчас рассказываешь мне, кто именно приказал тебе убить меня, и я дарую тебе лёгкую смерть.
  -Смилуйтесь... Прошу...
  -Видно, ты меня плохо понял. - С сожалением резюмировал Равильон и прикоснулся остриём иглы к слизистой оболочке глаза.
  -Аааа... - Пронзительно заверещал Дукрат и задёргался в руках своих палачей. Однако те хорошо знали своё дело и держали крепко. А первый визирь тем временем изнывал в адовых муках. Эти медленные лёгкие прикосновения острия были намного хуже смерти. Но ещё хуже было ожидание этих прикосновений. Их неотвратимость.
  -Ааа!!!... Всё скажу!!!... Всё!!!... Только не надо больше... - Обессилено выдохнул визирь, когда маршал, наконец, убрал иглу. От страшного нервного перенапряжения у Дукрата полопались глазные сосуды, и белки залила краснота. К тому же у него перегорели некоторые нервные окончания, и теперь один его глаз застыл, перестав выражать какие либо эмоции, что особенно жутко смотрелось на его полном перепуганном лице.
  -Кто. Приказал. Тебе. Меня. Убить. - Раздельно повторил Эомар, выделяя каждое слово.
  -Правитель Кессаля... Габр VI. - Сломлено прошептал первый визирь и откинулся назад. На сегодня для него было слишком много потрясений.
  -Вот и славно. - Резюмировал Равильон и одним молниеносным движением вонзил свою шпагу под подбородок незадачливого придворного. - Ну а с нашим дорогим правителем у нас будет намного более долгий разговор...
  
  
  
  
   Глава вторая. Вирры.
  
  
  
  -Это наша земля, Вечный. Мы не отдадим её ни вам, ни кому-либо другому.
  -В таком случае вы падёте. - Холодно отчеканил Эомар Равильон, лицо которого к тому времени успело уже полностью зажить, пристально глядя в глаза необычному крылатому существу, более всего похожему на летающую лисицу...
   После того, как первый маршал Кортура заколол визиря Дукрата, он вместе со своей охраной направил свои стопы в тронный зал. Габр предвидел возможную неудачу своего министра и посему принял меры об усилении охраны своей драгоценной персоны. Однако он не учёл одного фактора. Мистического, почти суеверного ужаса, который Равильон внушал простым людям. Воинов для его ликвидации Габр найти сумел, но то были особые люди. Прожжённые до последней крайности, не боящиеся, как бы сказали в каком-нибудь ином мире, ни бога, ни чёрта.
   Но охрану правителя составляли люди хоть и опытные в своём ремесле, но всё же не лишенные определённой доли предрассудков и догм, так как не верящие ни во что наёмники в любой момент могут предать, а свою жизнь Габр ценил.
   В итоге, когда Равильон ворвался в покои кессальского владыки, больше половины его охраны сразу же сложило оружие, а остальные были настолько ошарашены происходящим, что их порубили в капусту, практически не встретив сопротивления. Габр не сообщил охране, кто именно ему угрожает. Он то думал, что Равильон будет сначала с ним говорить об этом инциденте... Просчитался. О чём это говорит? Правильно. Нечего смертному играть с бессмертным в подобные игры. Плохо закончится...
   Короче говоря, после того как с охраной Габра было покончено, Эомар начал с ним разговаривать. Разговор был долгий. Во время него Равильон долго и обстоятельно объяснял Габру, в чём конкретно и насколько глубоко тот был не прав. Эомар долго и изощренно пытал кессальского правителя, дознаваясь, кто ещё помимо него самого участвовал в этом заговоре. Оказалось, что многие. Немалому количеству местных шишек уже давно было поперёк горла правление Серпетриона, так что заговор зрел давно. Объявление войны виррам, которая бы обернулась многочисленными людскими потерями, а главное ввергло бы местную знать в немалые расходы, стало лишь последней каплей, после которой Габр решил действовать, выбрав в качестве своего орудия (или козла отпущения в случае неблагоприятного исхода) первого визиря.
   Узнав все, что ему было нужно, первый маршал не стал ходить вокруг да около и попросту отправил незадачливого правителя Кессаля к праотцам. Через пару дней к нему присоединились и остальные участники заговора, ибо после смерти Габра бунтовать в открытую не захотел никто. Опасались предательства со стороны своих же сообщников. Это их всех в итоге и погубило...
  -...Я бы на твоём месте не слишком рассчитывал на это, Вечный. - Спокойно отпарировало существо, хитро поблёскивая коричневыми бусинками глаз, оторвав Равильона от его мыслей и вернув его в реальность. - Наши леса так просто не взять. Вы уже пробовали.
  -Теперь всё иначе. Итак, это ваш окончательный ответ?
  -Иного не будет. Передай своему хозяину, что мы будем защищать наши земли до последнего. Вы умоетесь кровью.
  -Хорошо, я передам твои слова Великому. Но помни. Когда мои войска подойдут к вашим границам, ни о какой сдаче речи уже идти не будет. Вы все будете истреблены. Поголовно.
  -Так или иначе, это лучше чем быть жалким рабом вроде тебя. - Произнеся эти слова, вирра резко развернулась и как будто растворилась в лесной чаще. Секундой позже к ней присоединились двое её товарищей, также участвовавших в переговорах.
   А Эомар задумчиво глядел им вслед, не обращая внимания на вопросительно глядящих на него воинов. Несмотря на всю очевидную плачевность положения крылатых тварей, он почему то чувствовал, что проиграл этот словесный поединок. Причём по всем статьям.
  
   ***
  
  
  
  -...Гийом, подай мне флягу.
  -Благоволите, Ваше Высокопревосходительство. - Юноша с поклоном протянул первому маршалу довольно объёмистую кожаную флягу, до краёв наполненную отборным кессальским красным вином, которое так ценилось по всей Тамарте. Вино было, наверное, единственной радостью в жизни Эомара Равильона, однако он не так часто позволял себе этот порок, понимая, что не принадлежит себе и не имеет права ломать столь совершенное орудие, коим он, по сути, и являлся. Ибо пьянство равно разрушает тело и душу (ну или в отдельных случаях только душу) как смертного, так и бессмертного. Непреложный закон.
   Отхлебнув изрядный глоток, первый маршал Кортура в последний раз оглядел идеальные шеренги кессальских воинов, выстроенных вдоль границ леса вирров. Да, на этот раз Серпетрион хорошо подготовился к войне. Все бойцы, участвующие в кампании прошли суровую муштру и были специально обучены сражаться именно с виррами, причём на их же территории.
   Каждый боец имел при себе большой круглый щит, сплетённый из ивовых веток, предназначенный для отражения отравленных игл их крылатых соперников. К тому же каждый воин был снабжен лёгким заряженным арбалетом и небольшим мечом пригодным как для ближнего боя, так и для метания в противника.
   Помимо этого у некоторых бойцов имелись лёгкие пики, не слишком длинные, чтобы не цепляться за ветви деревьев и достаточно лёгкие и сбалансированные для того, чтобы наносить быстрые колющие удары. Тяжёлое оружие было мало эффективно против юрких летающих созданий. В общей сложности обучение воинов и подготовка подходящего снаряжения заняло у Серпетриона несколько лет.
  -Итак, все помнят мои инструкции? - Зычно гаркнул Равильон, сурово оглядывая ряды своих солдат. - Держать щиты наготове, чуть что, сразу строиться "черепахой". При малейшем появлении противника стрелять на поражение! Все всё поняли? Тогда вперёд... - И следуя собственному приказу, первым растворился в глухой лесной чаще.
  
   ***
  
  
  
  -Что-то не видать никого, Ваше Превосходительство... - Задумчиво почесал в голове адъютант Гийом шагавший чуть позади маршала. Лошадей в лес решили не брать, слишком уж лёгкая и видная мишень. - Как думаете, эти твари специально заманивают нас в ловушку?
  -Я думаю, что тебе следует поменьше болтать, и побольше смотреть по сторонам, юноша. Ты не на прогулке. А что до крылатых, то, мыслю, они специально заманивают нас как можно глубже в свои чащобы, чтобы потом гарантированно не выпустить живыми... Слишком смелыми они стали. Видно две наши первые провальные кампании вскружили им головы, и они думают, что с нами можно играть. Что ж, тем лучше для нас. Недооценка противника, как правило, ведёт к поражению. Ты и сам должен это знать...
  -А как же, ваше Превосходительство. Нам военное дело хорошо преподавали...
   Пять довольно больших отрядов по три тысячи человек в каждом ровно сутки назад вошли под сень лесов вирр. Растительность здесь была довольно необычна на вид, по сравнению с кортурской, но всем по большому сёту было на это наплевать. В конце концов, они пришли сюда отнюдь не любоваться местными красотами.
   Равильон пошёл вместе с самым большим из них, и пока его воинам не встретилось ни одной даже самой завалящейся "летающей лисицы". Что же до остальных отрядов, то от них пока не было вестей, ибо обмен информацией договорились держать с интервалом раз в трое суток, или чаще, но только если случиться что-то из ряда вон выходящее. Например, разгром отряда, или его окружение.
   Сам первый маршал давно уже начал нервничать, хоть и не показывал этого своим подчинённым. Ну ещё бы. Никаких даже самых приблизительных карт о местонахождении деревень вирр у него не было, ибо эти создания никого не пускали в свои леса, а воинам всегда легче сражаться, если есть опредёлённая цель. Причём желательно понятная и их простому уму тоже, а не только умам командиров.
   Хотя справедливости ради следует отметить, что боялся маршал не за себя. Яд вирр не действовал на его бессмертный организм, а их лёгкие копьеца не смогли бы нанести ему хоть сколько-нибудь значительный урон. Жалко было солдат. В последнее время Эомар вообще заметил, что его то и дело посещают приступы неведомой ему ранее меланхолии. В чём была причина сего? Маршал искал и не находил ответа. Видно прожитые годы таки начали давать о себе знать, и Вечный Воин, как за глаза называли его подчинённые, стал потихоньку сдавать...
   Внезапно неторопливый ход мыслей маршала прервал чей-то громкий полный боли вопль.
  -Что за чёрт? - Рявкнул Эомар, но вскоре всё стало ясно итак. Оказалось, что трое его из его солдат провалились в замаскированную яму ловушку, утканную острыми деревянными кольями. Двое погибли на месте, а одному кол навылет пробил живот, и теперь он только и мог, что жалобно стонать.
  -"Черепаха"! - Заполошно рявкнул Эомар. - "Черепаха", вашу мать!
   Воины тут же поспешили выполнить его приказ, но тревога командующего оказалось напрасной. Вирр поблизости не было. Тогда, помянув всех чертей, Равильон приказал отряду продолжать путь.
  -А с этим что делать? - Робко осведомился один из его офицеров, указывая на корчащегося в яме незадачливого бойца.
  -Добейте, чтоб не мучился. И впредь чтобы все внимательно смотрели под ноги. Неизвестно, что ещё приготовили нам хозяева этих мест...
  
   ***
  
  
   В последующие два дня оказалось, что вирры приготовили захватчикам немало сюрпризов, и отряд потерял пятнадцать человек, напарываясь на всевозможные ловушки. То один вояка цеплял ногой растяжку, и его сбивало с ног массивное бревно, сокрушая грудную клеть, то опять ямы с кольями, то отравленные иглы, летевшие из зарослей, причём ответные залпы воинов Кессаля из арбалетов так никого и не задели.
   На третьи сутки прибыли гонцы из других отрядов, благо отыскать местонахождение такого большого скопления людей, по следам оказалось не слишком сложно. Они принесли примерно похожие вести о ловушках и засадах, однако одному из восточных отрядов удалось таки уничтожить небольшую деревушку вирр, жители коей были поголовно вырезаны. Не пощадили даже совсем маленьких детей. Потерь у этого отряда оказалось не слишком много, и, как сообщил Равильону его командир, тактика, разработанная Серпетрионом, полностью оправдала себя.
   А ещё через сутки отряду Равильона и самому довелось столкнуться с виррами в ближнем бою...
  
   ***
  
  
  -Проклятье, мы почти неделю топчемся по этим зарослям без нормальной жратвы, и так никого и не встретили! - Злобно сплюнул на землю смуглокожий здоровяк с густой чёрной бородой чуть ли не до самых глаз.
  -А чего ты хочешь? Чтоб эти засранцы летучие нас своими иголками по самые гланды утыкали? - Огрызнулся его товарищ. - Лучше смотри по сторонам...
   Стоило ему произнести эту фразу, как из близлежащих зарослей раздался негромкий свист, и один из воинов, шагавший впереди колонны с коротким вскриком схватился за лицо. Маленькая отравленная иголка, пущенная одной из вирр, вонзилась ему прямиком в глаз.
  -Выставить щиты! - рявкнул Эомар, первым подавая пример своим воинам, вскидывая свой, в который тут же вонзилось не менее десяти отравленных игл. А потом начался кошмар. Иглы летели, казалось, отовсюду, откуда только можно, и воины, несмотря на спешно выстроенную "черепаху" то и дело валились на землю, содрогаясь в предсмертных корчах.
   Сам Равильон не особо боялся импровизированных снарядов вирр. Во-первых, их яд, как уже говорилось, на него не действовал, а во-вторых, он сам и все его телохранители были облачены в специальные кольчуги, непробиваемые для игл крылатых созданий. Открытым оставалось только лицо.
   Наконец, по команде первого маршала защёлкали арбалеты, и из кустов посыпались мёртвые тела вирр, навылет пробитые тяжёлыми болтами. На этот раз их было слишком много, чтобы все стрелы воинов Эомара пропали даром. Многие из них таки находили свою цель.
   Всё действие происходило на довольно просторной поляне, со всех сторон окружённой густыми зарослями гигантского папоротника, в изобилии произраставшего в этих чащобах, и вирры, осознав, что дальний бой себя исчерпал, вынырнули из под укрытия растений. Было их очень много, намного больше, нежели воинов Кессаля. Даже по самым скромным прикидкам не менее пяти тысяч. Однако бойцы первого маршала были куда более сплочены и организованы.
   К тому же вирры совершили ошибку, ввязавшись в ближний бой. Им бы дать своим противникам возможность ещё поплутать по их непроходимым лесам, окончательно измотав себя, но нет. Крылатые воины слишком давно не терпели поражений у себя дома и посему посчитали своих соперников лёгкой добычей. К тому же они не хотели рисковать своими женщинами и детьми, благо воины Равильона могли в любой момент наткнуться на какую-нибудь деревню, и тогда судьба её обитателей оказалась бы крайне печальной.
   В общем, в итоге лавина крылатых созданий бессильно разбилась о "черепаху" своих врагов и отступила, потеряв множество своих бойцов. Короткие копьеца не сумели пробить прочные деревянные щиты, а самих крылатых воителей, лишённых каких бы то ни было доспехов, солдаты Кессаля легко нанизывали на свои пики и рассекали их тела короткими лёгкими мечами, бывшими, как уже и говорилось, у них в ходу.
   Последней же каплей для вирр оказались телохранители Эомара и сам первый маршал, которые благодаря своей практически полной неуязвимости окончательно рассеяли порядки вирр и даже сумели взять несколько пленников, чего ранее не случалось никогда, ибо вирр было практически невозможно выследить на их собственной территории.
  
  
   ***
  
  
  
  -Значит, ты не будешь говорить?
  -Нет, ублюдок, от меня ты ничего не добьёшься! - С ненавистью выдохнул вирра прямо в лицо первого маршала. - Его маленькие чёрные глазки были полны невыразимой муки и боли, а коричневый мех потемнел от крови.
  -Ну, хорошо... - Неопределённо хмыкнул Равильон, насмешливо поглядывая на привязанного к дереву пленника. - А скажи-ка мне тогда вот что. Это правда, что ваше племя богато различными там обрядами и традициями...
  -Наши обряды и традиции тебя не касаются. - Отчеканил вирра и с презрением отвернулся от своих палачей.
  -Ну, да, ну, да... А скажи мне тогда, правда ли, что если вирре обрезать крылья, а затем сжечь их, при этом не убивая самого хозяина, то это будет означать безвозвратную гибель её души?
  -Ты не посмеешь...
  -Да ну?... Аргар!... - Кивнул он своему помощнику, при этом, давая понять, что торопиться не следует, и громадный телохранитель, нехорошо усмехаясь, начал поднимать свой исполинский меч...
  
   ***
  
  
  
  
   Вирра рассказал им всё, что знал. И о местонахождении основных деревень, и численности войск. Всё. Итогом этого откровения стало то, что отряду Равильона удалось, скоординировав действия остальных его воинских подразделений, уничтожить все основные центры обороны летающих противников и их основные места обитания.
   Увидев успех неприятеля, некоторые вирры предпочли перейти на сторону Равильона взамен на обещание последнего не трогать их самих и их семьи. Эффект неожиданности и предательство сородичей проявили себя в полной мере. В итоге у рассеянных по всему лесу вирр осталась только одна мало-мальски крупная деревня, к которой все они и стягивались, чтобы на этом рубеже дать своим врагам воистину последний бой...
  
  
   ***
  
  
  
   Полдень. Ярко светит солнце. Небольшая лесная деревушка... Хотя небольшая она лишь по меркам громадных человеческих городов более всего похожих на муравейники от обилия и суеты проживающих там людей. Довольно уютные жилища, сплетённые из тонких гибких веток на вершинах высоких деревьев и высовывающиеся оттуда любопытные мордашки детей. Сегодня эта деревушка была прямо таки переполнена небольшими созданиями, более всего похожими на крупных летающих лисиц.
   Все они столпились вокруг громадного исполинского древа, точнее даже не древа, а Древа, настолько внушительно оно выглядело. Этот громадный лесной патриарх стоял здесь, наверное, с самого начала времён, по крайней мере, сами вирры не помнили, чтобы когда-либо было иначе.
   Внутри циклопического ствола располагалось огромное дупло, способное, казалось, вместить в себя всех присутствующих здесь. Старый шаман уже с совершенно седым мехом придирчиво отбирал из толпы своих сородичей самых выносливых и крепких воинов, которые затем по его повелительному жесту исчезали внутри дупла, казавшегося, несмотря на ясный солнечный день, истинным провалом в небытие.
   Случилось то, чего так боялись все без исключения шаманы этого народа. Враг таки пришёл в их лес. Пришёл подготовившись, и теперь лесному народу предстояло либо погибнуть, либо...
   Испокон веков считалось, что вирры совершенно не владеют магией. Так оно и было. Но с одной существенной оговоркой. Лишь самые древние шаманы, истые хранители вековечных традиций своего племени знали, что в час беды народ лесов может обратиться к своей родной стихии. К стихии первозданной природы. Жизни, если угодно. И тогда в ход пойдут поистине ужасающие силы...
  
  
   ***
  
  
  
  -Итак, господа, перед нами последняя деревня вирров. - Неторопливо вещал первый маршал Кортура, пристально вглядываясь в глаза своим офицерам, привычка, за которую перед Равильоном особенно трепетали, ибо прямой как стрела, пронизывающий взор его холодных голубых глаз мало кто мог выдержать - Их, так сказать, финальный рубеж. Падёт он, и их народу наступит конец. Однако это понимаем не только мы, но и наши противники, посему драться они будут до последнего. Каковы ваши соображения относительно штурма?
  -Я считаю, что необходимо окружить деревню по периметру, дабы у летунов не осталось ни малейших шансов, а затем перебить их всех. - Сурово отчеканил генерал Эльвандес, один из главнокомандующих армии Кессаля. - Оставшимся это послужит хорошим уроком, и они прекратят всякое сопротивление.
  -План неплох. - Кивнул головой вождь Теллон, один из немногих вирр, которые предпочли сдаться на милость победителей и перейти на их сторону. Если бы не помощь его отряда, то войскам Эомара ни за что не удалось бы взять деревни крылатых воителей так легко. - Я лишь прошу пощадить наших женщин и детей.
  -Они заслужили смерть! - Вскинулся было молодой, порывистый Эльвандес, но под пристальным взглядом первого маршала быстро смешался и умолк.
  -Довольно. - Осадил подчиненного Равильон. - Я выполню твою просьбу, Теллон... по мере возможности, разумеется... Как никак это война, и может случиться всякое...
  -Благодарю тебя, Вечный. - Серьёзно кивнул один из вождей крылатого народа, который отнюдь не был законченным подлецом и присоединился к Равильону лишь потому, что видел в этом единственный шанс на спасение хотя бы некоторой части своих соплеменников. - Это то, что я хотел услышать.
  -Тогда прояви свою благодарность на деле и скажи, какие сюрпризы могут преподнести мне твои сородичи в предстоящей битве?
  -Не знаю, Вечный... - Замялся вирра - наши методы ведения войны и так известны тебе более чем хорошо, а что до магии... шаманы болтали о каких-то древних временах, когда мы владели могучими силами, но по мне, это не более чем легенды...
  -И всё-таки? - Проявил любопытство Равильон.
  -Они говорили... о неких силах природы, которые можно пробудить, используя Древо Начал, но по мне это не более чем сказки.
  -Если я не ошибаюсь, то Древо Начал, это как раз то древо, что растёт в вашей главной деревне, в Вэре?
  -Именно так. - Кивнул головой Теллон, подтверждая догадку Эомара.
  -Чтобы глядели в оба. - Повернулся Равильон к двум старшим некромантам, которые тоже присутствовали на совете, и которые до этого не принимали участия в кампании. Но на последнюю решающую битву первый маршал всё же решил их взять. Так, на всякий случай. Как говорится, мало ли что...
  
  
   Глава третья. Загадки природы.
  
  
   И вот, наконец, решающий момент штурма. Эомар не поскупился и стянул к последнему оплоту крылатых воителей без малого пятьдесят тысяч своих воинов. Конечно, далеко не все они были также хорошо обучены, как первые отряды, понёсшие немалые потери в лесных чащобах, но, тем не менее, они превосходили численностью своих противников как минимум втрое.
   Помимо простых солдат в стане первого маршала находилось и десять некромантов, прибывших из самой столицы Кессаля, бывшие придворные колдуны ныне покойного Габра, а также около тысячи вирр под руководством вождя Теллона из числа тех, кто перешёл на сторону противника.
   Самих защитников деревни было примерно около десяти тысяч, не считая женщин и малолетних детёнышей, однако на этот раз даже они были вооружены и готовы дать захватчикам самый жестокий отпор. Ибо понимали, что альтернативой будет смерть.
   Сам первый маршал разбил свои войска на четыре отряда примерно по тринадцать тысяч человек в каждом, которые охватывали деревню вирр сплошным кольцом. План предстоящего сражения строился таким образом, что вначале бой начинают мало обученные воины и вирры-предатели, давя противника числом а уже потом в дело вступают основные силы во главе с самим Равильоном и довершают разгром, при этом уничтожая тех, кто попытается скрыться в непроходимой лесной чаще.
   В возможность применения магии со стороны противника Эомар верил не слишком, вполне справедливо полагая, что раз вирры, находясь на грани уничтожения, до сих пор не использовали что-то подобное, то значит попросту не в состоянии этого сделать. Однако Равильон привык просчитывать все возможные варианты и потому приказал всем некромантам быть наготове.
   Наконец, бой начался. Первые отряды согласно плану маршала пошли в атаку и натолкнулись на яростное сопротивление со стороны своих противников. На этот раз вирры предпочитали прятаться в густых кронах деревьев и стрелять оттуда своими отравленными иглами.
   Эти отряды воинов Кессаля, как уже и говорилось, не были столь же хорошо обученными как предыдущие и посему тут же начали нести колоссальные потери, замешкавшись с построением уже ставшей традиционной "черепахи".
   В ответ в крылатых воителей летели многочисленные арбалетные болты, но из-за густых ветвей и как следствие плохого обзора для воинов Эомара, потерь со стороны защитников деревни было гораздо меньше.
   Равильон рассчитывал, что вирры вскоре прекратят обстрел, и будет возможность сровнять счёты в старой доброй рукопашной, однако не тут то было. Помня свои прошлые поражения, летуны загодя запаслись огромным количеством отравленных игл и посему вступать в открытый бой пока не желали.
   В итоге солдатам Кессаля пришлось отступить подальше в лес, оставив на гигантской поляне множество тел своих.
  -Проклятье! - Заскрежетал зубами порывистый Эльвандес. - Эти трусливые собаки бегут!
  -Не бегут, а отступают. - Спокойно поправил своего подчинённого первый маршал, вместе со своим отрядом скрытый до поры до времени чарами невидимости. - И правильно делают, а то у нас будет ещё больше бессмысленных потерь. Похоже, летуны оказались крепче, чем мы думали. Ну что ж. Думаю, имеет смысл начать наступление по всем направлениям. - Прищурился Равильон, и по взмаху его руки вестовые тут же опрометью ринулись передавать его распоряжение другим отрядам.
   Вторая атака оказалась для вирр куда более тяжёлой. Мало того, что теперь на них напали со всех сторон, и они фактически оказались в окружении, так ещё и отряд Эомара оказался намного более подготовленным для сражения с ними. К тому же масла в огонь подливали и их ренегаты-сородичи, которым ничто не мешало пользоваться тактикой своих противников, то бишь расстреливать летунов из-за прикрытия крон деревьев.
   Теперь потери несли уже сами вирры. Они довольно быстро исчерпали запас своих отравленных игл, и им волей неволей приходилось переходить в рукопашную. Крылатые воители столкнулись на земле с людьми, а в небе со своими сородичами, и тогда уже начался настоящий ад. Вирры сшибались в воздухе с сокрушительной силой, и не раз получалось так, что от этого столкновения вниз замертво падали оба участника битвы.
   Теллон расчетливо кружил вокруг своих бывших соратников, выискивая себе лёгких соперников или стараясь убивать в спину воинов, занятых битвой с другими виррами его племени. Он был искусен, этот вождь-предатель, и не раз уже случалось так, что крылатые воители гибли под его смертоносным копьём, обманутые его расчётливой манерой ведения боя.
   Вот какой-то воин из числа защитников деревни ринулся в сторону Теллона, но вождь не стал дожидаться сближения и изо всех сил метнул своё лёгкое копьецо прямо в шею сородичу отчего тот немедленно рухнул на землю, разбрызгивая кровь. Его товарищ, видя, что убийца остался безоружным в свою очередь налетел на предателя, однако тот, непостижимым образом извернувшись в воздухе вцепился своими острыми зубами в загривок соперника и одним движением мощных челюстей сломал ему позвоночник.
   Покончив со вторым противником, вождь остановился, чтобы слегка перевести дух и неожиданно столкнулся взглядом с одним из детёнышей, возле гнезда которого он оказался. Теллон замешкался лишь на миг, на и этого хватило ребенку, чтобы плюнуть отравленной иглой прямо в глаз предателя.
   Вирра пронзительно заверещал от боли и камнем рухнул вниз. Когда его тело ударилось о землю, он был уже мёртв...
   А битва всё продолжалась. Отряды Равильона за это время уже порядком потеснили крылатых воителей, вынудив их отступить к самому Древу Начал. Защитников деревни осталась жалкая горстка, и теперь им приходилось лишь уповать на чудо...
  
   ***
  
  
  
   А тем временем в гигантском дупле циклопического Древа разворачивалось поистине удивительное зрелище. Около полусотни воинов народа вирр образовали огромный круг, в центре которого верховный шаман нараспев читал заклинания.
   По мере того как звучали могучие исполненные Силы слова на почти забытом древнем языке вирр, громадное древо как будто бы оживало. Стены его ствола приходили в движение, издавая какой-то неясный гул.
  -Эр арна герверга хор! - Наконец истово выкрикнул седой шаман и изо всех сил вонзил корявую острую ветку, которую до этого сжимал в руках себе в грудь. Брызнула кровь и как только она соприкоснулась с полом, из поверхности ствола на стоящих воинов со всех сторон устремились жадные розоватые щупальца, охватывая несчастных и заживо пожирая их тела.
   Раздался низкий довольный гул, и потрясённые воины Равильона увидели, как огромное Древо внезапно вытащило из земли свои толстенные корни, которые тут же принялись оплетать ствол со всех сторон. Тёмная кора начала стремительно заменяться бугристой розовой плотью и уже через несколько минут потрясённые участники битвы увидели на месте Древа Начал гигантский кокон, который то и дело содрогался изнутри, как будто кто-то или что-то упорно пыталось выбраться наружу.
   Толчки становились всё сильнее и, наконец, гигантский кокон с мокрым чавкающим звуком лопнул. Во все стороны полетели громадные ошмётки розовой плоти, погребая под собой не успевших вовремя укрыться воинов, причём как с той, так и с другой стороны. Теперь на месте уничтоженного кокона расправляло крылья поистине ужасающее создание, вырвавшесе, казалось, из самых глубин ада.
  -А вот и божество летунов... - Заворожено протянул первый маршал, во все глаза глядя на появившееся диво. - Во всём своём сраном великолепии...
  Его розоватое тело было покрыто редким коричневатым мехом, торчащим во все стороны неопрятными клоками. Тварь имела четыре конечности и сильные развитые крылья.
   Жуткая пасть, усеянная сотнями острейших клыков, была, казалось, способна перекусить разом несколько стволов столетнего дуба. Но самым ужасным было то, что бестия, казалось, состояла из множества тел, в которых не без труда угадывались чудовищно изуродованные тела воинов, пошедших на добровольную жертву.
   Зыркнув во все стороны своими громадными налитыми дикой злобой кроваво-красными глазами, чудовище издало кошмарный рык, больше похожий на рёв чудовищного урагана. От этого звука все без исключения воины попадали на землю, зажимая уши. У многих из них лопнули барабанные перепонки, и теперь они только и могли, что беспомощно ползать, не в силах даже добраться до хоть какого-нибудь мало-мальски надёжного укрытия.
   А тем временем тварь, решив, что она достаточно ознакомилась с новым местом своего обитания, совершила гигантский прыжок и одним движением могучих челюстей подцепила сразу с десяток воинов Эомара.
  -Проклятье, некроманты! - Злобно рявкнул Равильон на растерявшихся магов. - Заснули что ли?!
   И те тут же сбились в круг, готовя какое-то заклинание. Первый маршал вновь грязно выругался. Кошмарное порождение магии вирр не собиралась останавливаться на достигнутом и довольно резво носилось по поляне, убивая его воинов десятками. Правда, надо отдать ей должное, оно не делало разницы между противниками и пожирало вирр с той же охотой, с какой и обезумевших от ужаса людей.
   Самому Эомару и его окружению в лице генералов и телохранителей, повезло, поскольку они пока ещё не принимали участия в битве и находились под защитой густых зарослей, вследствие чего тварь не могла их видеть.
   Наконец, заклинание было готово. Вокруг некромантов сгустились тучи серого праха и довольно резво устремились в сторону чудовищной бестии, которая уже успела сожрать кучу народа и отнюдь не собиралась останавливаться.
   Две гигантские призрачные серые петли обвили монстра с обеих сторон. Лица колдунов побелели от напряжения, однако бестия лишь досадливо рыкнуло, лениво поведя плечами, отчего петли бесследно рассыпались, а некроманты беззвучно повалились на землю. Все они за исключением двух наиболее опытных, тех самых, что присутствовали на совете, были мертвы, словно бы из них в одночасье вынули души.
  -Проклятье! Она слишком сильна! - Выдохнул порывистый Эльвандес.
  -Отступаем! - Прокричал первый маршал, и герольд за его спиной тут же сыграл соответствующий сигнал.
   Однако теперь отступление более всего походило на бегство. От шестидесятитысячной армии остались лишь жалкие горстки, с позором улепётывающие во все лопатки. На их счастье бестия оказалась слишком огромна, и ей было тяжело преследовать их в густых непроходимых зарослях леса вирр...
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Значит так. Первое что ты делаешь, это немедленно отступаешь в Мудгарб. Там ты дожидаешься подхода некромантов из Кортура. Их путешествие вряд ли займёт более двух недель. За это время постарайся сделать так, чтобы пострадало как можно меньше жителей Кессаля, нам ещё понадобятся воины для будущих кампаний. Главное ни в коем случае ни вступай с ней в бой. Этим ты ничего не добьешься, лишь напрасно погибнешь.
   Оказавшись в безопасности, первый маршал Кортура уже на территории Кессаля немедленно мысленно связался со своим господином и вкратце рассказал ему о том, что произошло в главной деревне вирр.
   После этого Серпетриону не составило труда проникнуть в сознание одного из уцелевших некромантов и подсказать своему фавориту, как ему дальше действовать. Владыка Кортура не винил в лучившемся своего вернейшего слугу, ибо понимал, что не в его силах было справится с тем, что выпустили на волю крылатые сородичи Теллона, в отчаянной попытке если не победить, то хотя бы заставить захватчиков горько пожалеть о том, что они сунулись в их земли.
  -Но что это за тварь, Владыка? Мне никогда не доводилось видеть ничего подобного.
  -Это существо нечто вроде раттанха, только создано при помощи враждебной мне Силы, и гораздо опаснее. Но это не страшно. Мои некроманты сумеют справиться с ним, после того как я вручу им один артефакт. Они доставят его тебе, а после я подскажу, что делать дальше...
  
   ***
  
  
   В это воскресное утро город Равват, что находится на юго-западе Кессаля, спал спокойно.
  Ничто не предвещало беды. Да меж горожанами ходили слухи о том, что из лесов вирр на свободу выбралось какое-то кошмарное чудовище, заставившее отступить даже самого бессмертного маршала, но, во-первых, Равват находился довольно далеко от границы лесов крылатых созданий, а во-вторых, у тамошних обитателей имелись и другие куда более важные и насущные дела, чем появившеесе незнамо где непонятное чудовище, тем более, что Равильон увёл почти весь гарнизон города в столицу, объяснив это подготовкой к грядущим сражениям. А значит и им опасаться особо нечего.
   Поэтому когда город накрыла громадная тень, никто поначалу ничего не понял, ибо занятые своими мелкими проблемами горожане редко поднимали свои глаза к небу. Однако заполошные крики городской стражи, таки заставили обывателей обратить внимание на громадное, словно бы вырвавшееся из ночного кошмара обкурившегося дурной травы сатира, чудовище.
   Стражники попытались было сбить чудовище на землю при помощи арбалетов, однако оно было слишком огромным, так что стрелы для неё были всё равно что булавки, да и не смогли они пробить её невероятно прочную шкуру.
   Заметив огромное количество беспрерывно шастающих людишек, тварь довольно взревела и всей своей чудовищной массой обрушилась на город. Исполинские крылья били во все стороны, играючи ломая каменные стены домов и погребая под их обломками их несчастных жителей. Гигантская тварь пожирала людей десятками и всё никак не могла остановиться.
   Через несколько часов всё было кончено. Город Равват был полностью разрушен, а его жители за исключением тех, у кого хватило ума бежать из города в самом начале этого кошмара, мертвы. Бестия же, наевшись впрок, залегла в спячку прямо на главной городской площади. Ей требовался отдых, да и спешить новоявленному богу вирр было особо некуда...
  
   ***
  
  
  -Ну и что, так и будем торчать тут и ничего не предпримем? - Эльвандес в порыве безудержного гнева от души врезал крепким смуглым кулаком по дубовой столешнице. - Сейчас она практически беззащитна!
  -Нет. В этом состоянии она неуязвима для нашего оружия и даже для чар некромантов. Придётся ждать, пока он пробудится.
   После того как тварь вирров уничтожила Равват, она, словно бы следуя незримому приказу, направилась в сторону столицы Кессаля. На самом деле никакого приказа не было, просто бетия чувствовала, где находятся те из выживших, что осмелились напасть на неё при помощи враждебного колдовства.
   Будучи созданием Жизни, чудовище смертельно ненавидело магию Смерти, а также всех тех, кто хоть как-то был причастен к этой Силе, и инстинктивно стремилось их уничтожить. В итоге она достигла столицы, разрушив по пути несколько деревень и мелких городов, а затем вдруг неожиданно перед самой стеной опустилась на землю и начала превращаться в каменную статую, по крайней мере, именно так это и выглядело со стороны.
   Увидав загадочное превращение, Равильон тут же воззвал к своему Владыке, но тот, видевший всё глазами некромантов, успокоил его, сказав, что таким образом бестия набирается сил и что уничтожить её в этой форме их силами невозможно.
   Некроманты, как и обещал Серпетрион, прибывшие через полторы недели, подтвердили слова своего повелителя и посоветовали дождаться утра, когда тварь вновь вернётся в своё первоначальное состояние.
  -На этот раз мы должны её уничтожить. - Внушал Эомару глава кортурских некромантов. - Это чудовище постоянно пожирает десятки, а то и сотни людей, становясь от этого всё сильнее и сильнее. К тому же оно растёт. Если мы не совладаем с ней сейчас, то она вырастет настолько, что уничтожит всех на этом континенте и тогда лишь Владыке будет под силу повергнуть её.
  -Может, всё же рискнём и зарядим по ней из настенных катапульт? - Высказал своё предположение Эльвандес.
  -Ну что ж, ни вижу в этом ничего плохого. - Кивнул головой маршал. - Попробуй. В крайнем случае, она проснётся раньше срока и будет слаба. - Действуй.
   Получив приказ маршала, генерал Эльвандес покинул зал, в котором проходил военный совет, бегом поднялся на крепостную стену и приказал наводчикам дать по твари хороший залп. Взметнулись громадные каменные ядра и, вращаясь на полной скорости, угодили в каменное чудовище, но... не произвели на него никакого эффекта, бессильно разбившись на сотни осколков. По всей видимости, они не смогли даже оцарапать невероятно прочную шкуру бестии.
  -Чёрт! Проклятая тварь... - В сердцах выругался Эльвандес. - Давайте ещё пару раз...
   Наводчики пальнула ещё пару раз для очистки совести, но эффект был абсолютно тот же. Бестия даже не дрогнула.
  -Ну, что я тебе говорил? - Усмехнулся Равильон, поднимаясь на стены вместе с тремя десятками отборных некромантов. - Дождёмся утра. После пробуждения она станет уязвимой...
  
   ***
  
  
  
   Эта бессонная ночь тяжело далась Равильону и его некромантам. Неподалёку от твари выставили конный патруль, который должен был тут же сообщить, если бестия проснётся раньше срока. В итоге Эомару и колдунам пришлось бежать по тревоге аж четыре раза. И все эти разы оказались ложными. Как говорится, у страха глаза велики.
   Тогда первый маршал приказал некромантам повесить на тварь упреждающие чары, которые бы просигнализировали им об её пробуждении, но некроманты в ответ на это лишь развели руками. Чудовище оказалось полностью невосприимчивым к какой-либо магии, пока было в этом состоянии.
   И вот, наконец, ранее утро. Солнце только-только начало вставать, а отряд кортурских мастеров смерти под мощным прикрытием из тяжёлых пехотинцев, которые, по сути, были ничем иным как пушечным мясом, должным задержать тварь на достаточное для сотворения необходимых чар время уже стоял неподалёку от каменной статуи страшилища.
   Сам Равильон, бывший, как и всегда в своём красно-золотом маршальском мундире сжимал в руках небольшой волнистый кинжал с совершенно чёрным лезвием, от которого волнами расходилась чуждая, недобрая всему живому сила. - Первый маршал зловеще прищурился - Если всё пойдёт по задуманному плану, то это оружие сегодня отведает крови...
  -Начинается... - Хрипло выдохнул Саорх, бывший главой мастеров смерти всего Кортура и обладавший не меньшим влиянием, чем сам первый маршал.
   И действительно каменную оболочку кошмарного создания рассекли мелкие зигзагообразные трещины, а затем она развалилась на тысячи обломков, открывая создание вирр во всём его смертоносном великолепии.
  -А "подарочек" то изрядно подрос... - Непонятно к кому обращаясь, процедил Равильон. - Все всё помнят?
  -Мы свою работу знаем. - Холодно процедил Саорх, вставляя в уши специальные затычки, плотно закупоривающие ухо. - Главное, чтобы ты выполнил свою.
   И вновь, как и в пошлый раз над головами мастеров Смерти сгустились волны серого праха и поплыли по направлению к твари. Бестия низко взревела, однако на этот раз никто из противостоящих ей даже не дрогнул. Их уши были заткнуты специальными восковыми вставками, да к тому же некроманты постарались и наложили на отряд кое-какие защитные чары. Кортурские маги были не чета кессальским и посему они выстояли.
   Поняв, что её рёв не производит на жалких двуногих никакого эффекта, чудовище ринулось на ощетинившийся длинными пиками строй солдат. Засвистели арбалетные болты, однако они лишь бессильно отскакивали от неведомого создания. И тут, наконец, в ход пошло чародейство некромантов. Могучие серые жгуты из чистейшей квинтэссенции Смерти обвили кошмарное тело божества вирр... и на этот раз чудовище не сумело их разрушить. Оно ещё раз оглушительно взревело и остановилось, не доходя до плотного строя копейщиков всего каких нибудь десять метров.
  -Давай, Равильон! - Гаркнул Саорх, надсаживая горло. - Нам её долго не удержать!
   Но первый маршал и сам знал, что нужно делать. Выхватив волнистый кинжал, который ему передал глава кортурских некромантов от самого Серпетриона, Эомар протиснулся сквозь строй поспешно расступающихся людей и подскочил вплотную к беснующейся бестии.
   Легко уклонившись от страшных когтей создания, Равильон оказался перед самой мордой чудовища и всадил мерцающий недобрым тёмным пламенем кинжал прямо в горящий лютой злобой огромный красный глаз.
   Вой повисший над полем на секунду оглушил всех присутствующих, несмотря даже на ушные затычки. Солдаты все как один выронили копья и принялись остервенело трясти головой, тщетно пытаясь справиться со звоном в ушах. Некроманты выглядели получше, поскольку их, как и самого Равильона защищали специальные чары, нейтрализующие убийственную силу рёва бестии.
   Клинок первого маршала вкачал в божество вирр ударную дозу энергии Смерти и рассыпался чёрным пеплом, не вынеся столкновения. Чудовище в ответ на это отмахнулось своей кошмарной лапой и Эомара отшвырнуло назад на добрых полсотни метров. Вопреки всему бестия была жива и крайне опасна.
   Однако удар Равильона её сильно ослабил, чем и не преминули воспользоваться некроманты, влив всю свою оставшуюся силу в серые жгуты праха, которые по их команде резко дёрнулись в разные стороны и разорвали чудовище на части и тут же бессильно опали, растворившись в прохладном утреннем воздухе. Выплеск силы после смерти жуткого создания оказался таким мощным, что всех без исключения членов отряда сбило с ног и протащило по земле несколько метров.
   Наконец всё стихло. Изуродованные останки твари были разбросаны на десятки метров окрест. Но самое парадоксальное заключалось в том, что во время этой битвы не погиб ни один человек...
  
  
   ***
  
  
  
  -Поздравляю с победой, ты как всегда отлично справился. Теперь ты должен завершить кампанию на Ротэрре. Вирры покорены. Осталось уничтожить сатиров.
  -Эта война изрядно потрепала наших воинов, Великий...
  -Я знаю. Но я не могу выслать тебе подмогу, ибо Кортур сильно обескровлен войной с туннакрскими варварами, а фуррийцев и крантцев нельзя сбрасывать со счетов. Тебе придётся справляться собственными силами.
  -В таком случае прошу оставить в моём распоряжении некромантов. Иначе, я боюсь, сил может и не хватить.
  -Действуй. Пусть сатиры ощутят на себе всю мощь моего гнева...
  
  
   Глава четвёртая. Сатиры.
  
  
  
  
  -Зачем вы пришли на наши земли? - Старый вождь Мемекр грозно рассматривал довольно большой отряд крылатых созданий с измождёнными, усталыми лицами из под густых кустистых бровей.
   Этот отряд пришёл на земли сатиров несколько дней назад и по просьбе их предводителя встретился с вождём народа сатиров.
   Впрочем, отрядом это группу можно было назвать лишь с большой натяжкой, ибо более половины его составляли женщины и дети, а у многих мужчин не было при себе никакого оружия. Слишком уж поспешным было их бегство с их последнего оплота, возле которого разыгрались недавние кровавые события, когда их божество наголову разгромило армию захватчиков, при этом не пощадив и их самих.
   В итоге от некогда гордого и сильного народа осталась жалкая горстка изгнанников, не имеющих собственного крова. Ибо возвращаться назад после всего того, что случилось, было попросту немыслимо.
  -Мы просим убежища. - Мрачно проговорил Арлан, единственный из уцелевших вождей вирр.
  -Вам нечего делать на наших землях. - Упрямо нагнул голову Мемекр. - Возвращайтесь туда, откуда пришли.
  -Тебе ведомо о той войне, что разыгралась меж нами и людьми? - Решил сменить тактику Арлан.
  -Да. Но это ваши дела. Нас они не касаются.
  -Нам стало известно, что вскоре люди нападут и на вас.
  -Да ну? А зачем им это? - Усмехнулся Мемекр, который был довольно умён для представителя своего вида.
  -Серпетрион хочет быть единоличным Владыкой на наших землях. Скоро он придёт и к вам.
  -Не глупи. В войне с вами он потерял много воинов! Мы размажем его!
  -Мы тоже думали, что наши леса неприступны. И как видишь, вот к чему нас это привело.
  -Наши леса ему не взять! А вам следовало бы лучше защищать свои владения!
  -В таком случае я взываю к твоему милосердию. Среди нас много женщин и детей и им некуда идти.
  -Если мы примем вас, то это навлечёт на нас гнев Серпетриона... - Задумчиво протянул сатир.
  -Ты же сказал, что вы не боитесь его. - Отпарировал вирра. - Или всё же это не так?
   Удар попал в цель. Как бы ни был умён Мемекр но, как и все сатиры, он обладал чрезмерно горячим и задиристым нравом. К тому же старый вождь был не чужд и жалости, а плачевный вид изгнанников действительно вызывал её в нём.
  -Хорошо. - Кивнул он своей рогатой головой. - Мы примем вас. И никто не посмеет назвать нас трусами...
  
   ***
  
  
  -Ваше Высокопревосходительство... - К задумавшемуся Эомару негромко обратился совсем ещё молодой капитан, командир того отряда, что обеспечивал прикрытие маршала от чудовищного создания вирр.
  -Чего тебе, юноша? - Нахмурился Равильон, который не любил, когда его отвлекали от размышлений.
  -Нет... просто... я бы хотел поблагодарить вас за то, что... - Юноша запнулся и покраснел - за то, что вы спасли город от этой бестии...
  -Полно. Мы просто хорошо сделали свою работу. Вы - свою. Я - свою.
  -Если бы не вы, нам бы не выжить. - Упрямо наклонил голову молодой офицер. - И ещё... у меня в Мудгарбе жена и трое детей. Они бы тоже не выжили, если бы не вы...
   Первый маршал недоумённо посмотрел на юношу и уже хотел, было отправить его по своим прямым обязанностям, но вместо этого неожиданно для себя произнёс с теплотой. - В этом есть и твоя заслуга, сынок. И всех тех, кто пал в бою с этим порождением ночного кошмара... Чем ты сейчас должен заниматься?
  -Проверять посты... - Покраснел молодой капитан.
  -На сегодня освобождаю тебя от несения службы. Сходи домой, обними детей и приласкай жену. Скоро нас ожидают великие дела...
  -Так точно, Ваше Превосходительство! - Сурово (точнее, он отчаянно хотел, чтобы это так выглядело) отчеканил юноша, и опрометью бросился бежать, как будто бы первый маршал отправил его со срочным военным донесением...
  
  
   ***
  
  
  
   Столица сатиров Варлин была чрезвычайно большим и обустроенным городом для этой расы, которая, как правило, жила в убогих деревушках с сырыми землянками, хотя конечно и отдалённо не могла сравниться с крупными городами людей.
   Здесь были и по настоящему добротные деревянные дома, а не покосившиеся землянки, и даже нечто напоминающее ратушу для вождя и старейшин. Вообще сатиры были весьма ленивой расой не любившей работать, посему, как правило, жили они в землянках, кормясь собирательством и потребляя в немереных количествах наикрепчайший (и наидерьмовейший, надо сказать) самогон, который сами же и гнали.
   В Варлин же стекались в основном те, кто несколько отличался от остальных интеллектом (в лучшую, разумеется, сторону) и кого можно было с небольшой натяжкой назвать тамошней аристократией. Пока ещё у сатиров не сложились родовые аристократические семьи, и власть по большей части была выборной, но всё постепенно шло именно к этому.
   Надо сказать, что при всех своих недостатках сатиры были начисто лишены одной пренеприятнейшей черты характера, которая зачастую присутствует у людей. А именно снобизма и нетерпимости к другим народам.
   Поэтому в столице шла довольно свободная торговля как с кессальцами, так и с виррами, хотя сатиры и не пускали на свои земли большие вооружённые отряды. Но на этот раз они решили сделать исключение. Ибо к ним с визитом пожаловал сам первый маршал Кортура Эомар Равильон, которого сатиры Силачом за его недюжинную физическую силу.
   Отряд Равильона насчитывал всего пять сотен прекрасно обученных копейщиков, вооружённых к тому же мечами и лёгкими арбалетами. Посему сатиры не заподозрили подвоха и пропустили на свои земли. Ведь в одном только Варлине проживало не менее трёх тысяч сатиров.
   Дорогих гостей встречал сам вождь Мемекр собственной персоной, а также всё мужское население города, составляющее примерно тысячу сатиров. Увидев, какое оружие сжимают козлоголовые телохранители вождя, Равильон, несмотря на прожитые годы, едва не прыснул со смеху.
   Всё дело было в том, что ранее он никогда не посещал Варлин, и видел сатиров лишь в качестве наёмников, вооруженных вполне себе стандартным оружием, хотя и специально подогнанными под их габариты. Здесь же местные вояки держали в руках обыкновенные... оглобли, хотя и несколько более короткие, чем обычно. То бишь, по сути, длинные абсолютно прямые палки-дубины практически идеальной формы.
  -Кареты, что ли собрались мастерить... - Со смехом прошептал Равильону генерал Эльвандес, который довольно неплохо проявил себя в кампании с виррами, и посему Эомар старался пока держать его при себе. Но первый маршал лишь досадливо отмахнулся и обратил свой взор на приближающуюся процессию в лице Мемекра и его охраны.
   На самом деле всё это объяснялось гораздо проще. Кареты сатирам были совершенно ни к чему, поскольку вокруг одни леса и передвигаться на подобном транспорте было бы для них крайне неудобно. Просто козлоголовые жители Моранта не умели сами плавить металл, посему изготавливали себе оружие из подручных средств, в изобилии произраставших у них на землях. А стволы и ветви деревьев, произраставших тут, имели практически идеально ровную прямую форму. Отсюда и "оглобли"...
  -Что привело тебя в наши земли, Силач? - Довольно вежливо для сатира обратился к нему Мемекр. Он стоял напротив Равильона, окруженный десятком своих телохранителей, здоровенных детин, даже по меркам далеко немаленьких сатиров.
  -Одно небольшое дельце, о вождь, одно небольшое дельце... - Задумчиво протянул маршал, а затем вдруг резко выхватил шпагу и вонзил её льдисто-голубое лезвие прямо в грудь ошарашенного Мемекра.
   Старый сатир сдавленно захрипел и рухнул на землю. Его телохранители с секунду тупо смотрели на тело своего вождя, а затем с яростным рёвом ринулись на Равильона. Однако над головой последнего внезапно сгустились тучи серого праха и, повинуясь трём стоящим позади него людям, бывшими никем иными, как старшими некромантами, незамедлительно опустились на нападавших, которые тут же истошно завопили и принялись кататься по земле, на глазах превращаясь в кучки безвредной пыли.
   Остальные сатиры, увидев столь скорую гибель своих сородичей, тут же атаковали идеально ровные шеренги людских копейщиков. Однако те крепко держали строй, и нестройная волна козлоголовых обитателей Моранта разбилась об их хладнокровие и выдержку.
   Громадные оглобли со страшной силой ударяли в тяжёлые прямоугольные на это раз (Серпетрион готовился к войне не только с виррами) окованные железом щиты, но они были крепко сцеплены друг с другом, и посему люди могли использовать всю совокупную силу фаланги для того, чтобы отражать их.
   Длинные тяжёлые копья, которые держали сразу по несколько воинов, били в ответ со страшной силой и легко протыкали могучие тела сатиров насквозь. Маги Равильона, которые в последний момент таки успели отойти под прикрытие собственных воинов, тоже подливали масла в огонь, кося нападающих волнами серого праха.
   Сам первый маршал, также успевший отступить вместе со всеми, не принимал непосредственного участия в битве, предпочитая оставаться за спинами солдат, и короткими повелительными фразами корректировал их действия.
   Так не могло продолжаться слишком долго и, наконец, сатиры дрогнули. Пару раз они едва не прорвали непоколебимый строй фаланги, сумев выдернуть пару щитоносцев из строя, но опытные натасканные бойцы фаланги быстро сумели закрыть прорехи и вытеснить некоторых прорвавшихся одиночек-сатиров из глубины собственного строя, истыкав их своими короткими мечами для ближнего боя, так что на них практически не осталось живого места.
   Наконец, бой завершился. Несколько десятков выживших сатиров с позором отступили в леса. Среди них к немалому разочарованию Равильона оказалось и несколько старейшин. Женщины и дети козлоголовых успели сбежать намного раньше. Эомар не стал их преследовать. Нету смысла. Главная цель визита ведь всё равно выполнена. Вождь сатиров вместе с большей частью старейшин были мертвы.
   Так что теперь, лишившись более менее сносного управления тупоголовые морантцы станут лёгкой добычей для него и его воинов. Столицу сатиров первый маршал по здравому размышлению приказал предать огню, вполне справедливо рассудив, что потеря Варлина сильно подорвёт боевой дух его противников...
  
   ***
  
  
  
  -... ты сам ничего не понимаешь, я тебе говорю, надо будить Тирикона!
  -Тирикон - ходячий кошмар! Вирры уже пробудили своего бога, и чем это для них обернулось?
   После подлого убийства Мемекра, бежавшие старейшины разослали гонцов во все деревни сатиров и к ним потянулись воины со всех концов бескрайнего леса сатиров. Местом сбора назначили небольшую деревушку неподалёку от сожжённого Варлина. Там и проходил военный совет, участие в котором приняли представители без малого ста деревень козлоголовых обитателей Моранта.
  -Тихо, успокойтесь! - Возвысил голос Арлан, и сатиры удивлённо примолкли, во все глаза уставившись на чужака, посмевшего их перебить. - Так мы ничего не добьёмся!
  -Кто ты такой, чтобы перебивать нас, жалкий изгой! - Проревел, набычившись, могучий дубар по имени Дуст.
  -Я предупреждал вождя Мемекра о том, что люди пойдут на вас войной, но он не захотел слушать! - Как ни в чём не бывало, продолжил вирра, не обратив внимания на оскорбление. - Теперь враг уже стоит у вашего порога, и для того чтобы справиться с ним, вам понадобятся все силы, какие только возможно! Сатиры проявили великодушие, позволив моему народу поселиться на их землях. Теперь наш черёд. В этой битве мы будем сражаться плечом к плечу с вами до последнего вздоха.
  -Да что ты возомнил о себе... - Начал было подниматься Дуст, но под пристальным взглядом одного из старейшин внезапно осёкся и замолчал.
  -Помолчи, Дуст! - Не менее могучим голосом прорычал Гавр. Он был старейшиной в Варлине и по положению считался намного выше, нежели простой дубар. - Чужак говорит правильные вещи. Сейчас не время предаваться распрям и склокам. Моё мнение - надо будить Тирикона, без его помощи нам не справиться с армией Силача и его подлого хозяина. Это нужно вынести на голосование. Пусть воины сами решают, как нам поступить...
   Через несколько часов большинством голосов было решено побудить древнего полубога, чтобы тот, как и столетия назад, вновь защитил свой народ от беды...
  
   ***
  
  
  
   Это место уже многие столетия не посещала нога разумного. Более того, практически никто из ныне живущих не знал о нём. Никто кроме ныне покойного вождя и некоторых старейшин. Гавр был одним из тех, кто знал. Из глубокой норы окруженной небольшой дубовой рощей, заваленной самым разннобразым мусором в виде камней, сухих веток и поваленных стволов деревьев, тянуло холодом и сыростью.
  -Ты уверен, что нам стоит туда спускаться? - Шёпотом, сейчас скорее более похожим на жалкое блеяние пробормотал один из старейшин. - Прошло много лет, и никто не знает, каким он стал.
  -От него зависит жизнь нашего народа. - Непреклонно отрубил Гавр. - А ради него я полезу хоть в логово к самому Вечному Вождю Людей ... - С этими словами старейшина решительно тряхнул рогатой головой и одним могучим прыжком исчез внизу.
   Нора не была особенно глубокой, и потому Гавр вполне удачно приземлился на ноги. Внутри логово оказалось не особенно большим, а в самом дальнем его углу виднелся чей-то внушительный силуэт, и еле заметное даже в тишине этой своеобразной гробницы мерное дыхание.
  -Тирикон! - Наконец, набрался смелости пожилой сатир. - Наш народ нуждается в тебе! Мы просим тебя пробудиться!
   Однако в ответ на это не последовало никакой реакции, лишь дыхание древнего создания стало чуть более громким.
  -Тирикон! - вновь возвысил голос сатир, но, видя, что его слова не оказывают на прародителя никакого влияния, замирая от священного трепета, подхватил валявшийся неподалёку небольшой булыжник и запустил им в своё божество.
   Со стороны силуэта послышалось низкое недовольное ворчание, а затем там, в темноте, что-то медленно заворочалось, пробуждаясь от многовековой спячки. Полубог народа сатиров Тирикон возвращался к жизни...
  
  
   ***
  
  
  -...Вы думаете, сатиры решатся на открытое столкновение? - Вопросительно поднял брови генерал Эльвандес.
  -После того как мы уничтожили их столицу, убили их вождя и старейшин? Нисколько в этом не сомневаюсь. - Кивнул головой Равильон. - Сатиры - не вирры и не будут нападать из засад. Чёрт возьми, эти примитивные твари даже не знают стрелкового оружия, предпочитая использовать пращи, но даже в стрельбе из них они мало преуспели... Именно открытое столкновение всё и решит. Как только мы войдём в их леса с большой армией, они не замедлят встретить нас... Но битва будет жестокой. Козлоголовые упрямы и будут защищать свои земли до последнего.
  -Тогда, быть может, имеет смысл привлечь оставшихся вирр для этой кампании? Они могут оказать нам неоценимую услугу в качестве стрелков и разведчиков.
  -Так мы и поступим. - Хищно улыбнулся первый маршал - И для них будет лучше согласиться помогать нам добровольно...
   Надо сказать, что слова Равильона были как нельзя более справедливы. После того как было уничтожено их божество, оставшиеся вирры разделились на два лагеря. Первые, как уже говорилось, отправились искать убежище у сатиров, ну а вторые (меньшая часть) во главе с ныне покойным Теллоном предпочли присоединиться к людям.
   Эомар не препятствовал, но приказал взять в заложники всех их женщин и детей, держа и в столице, чтобы у вирр-ренегатов не возникло мысли предать его. Видимо, некоторые злодеи предпочитают действовать по определённым (и, кстати говоря, весьма эффективным) шаблонам, даже если они и из разных миров...
  
  
   ***
  
  
  
  
   Стратегия Равильона была не лишена логики, но в одном он крупно просчитался. Стремясь спасти от бессмысленной гибели своих солдат, он приказал потратить несколько недель для обучения новобранцев азам военного искусства, поскольку очень многие ветераны сложили свои головы в предыдущих сражениях.
   Не учёл же он того, что сатиры не просто будут готовы для отражения внешней угрозы своим владениям, но и сами рискнут сунуться на земли Кессаля. Задержавшись с военной кампанией Эомар предоставил морантцам достаточное количество времени для того, чтобы собрать внушительную армию и двинуться в наступление.
   Так что на момент описываемых событий весь юг Кессаля был охвачено войной и без малого тридцать тысяч здоровенных сатиров разгуливало по его землям, сея анархию и хаос. К тому же к козлоголовым морантцам присоединилось и около пятисот выживших воинов вирр, что ещё более усугубляло положение.
   Земли и без того разоренные ныне покойным божеством "летающих лисиц" пришли в полный упадок. Начался голод. Потянулись многочисленные беженцы из разорённых областей.
   Жители Кессаля начали роптать. Даже в столице ощущалась тяжёлая аура озлобленности и недовольства. И немудрено. Мало было войны с виррами, которая практически полностью обескровила кессальскую армию, так теперь ещё и сатиры, с которыми у кессальцев никогда сроду не было никаких серьёзных стычек, в одночасье превратились в смертельных врагов.
   Пока ещё никто не осмеливался роптать в открытую, ибо статус Равильона тут был практически священен, но так не могло продолжаться слишком долго, так что первому маршалу славного Кортура пришлось в срочном порядке сворачивать учения и идти наперерез захватчикам, надеясь разбить их основные силы в едином генеральном сражении...
  
   ***
  
  
   И вот, наконец, свершилось. Две внушительные армии стояли друг напротив друга. Равильону удалось скорректировать маршрут своих войск таким образом, что они встретились неподалёку от реки Керра, которая частично перекрывала сатирам отступление назад, в свои земли.
   Эомар понимал, что только полная и безоговорочная победа сумеет вернуть ему утраченное доверие жителей Кессаля. Ибо в противном случае их терпение может лопнуть окончательно, и тогда уже они могут решиться на открытое восстание, чем полностью перечеркнут все планы его господина.
   Первый маршал опять невольно поймал себя на мысли, что планы его Владыки не доставляют ему никакой особой радости. Более того, он даже не испытывал ни малейшего страха от того, что Великий Серпетрион может прочесть его мысли. Эомар ещё сам не понимал до конца, почему его начали посещать подобные откровения, но уже отчётливо осознавал, что в убийствах женщин и детей, в тотальном геноциде народа вирр нет ничего хорошего и вообще, если судить здраво, то...
  -Ваше Высокопревосходительство, они атакуют! - Каковы будут приказания? - Выпалил адъютант Гийом, озабоченно вглядываясь в отстранённое лицо Эомара.
  -Плотнее держать строй. - Усмехнулся Равильон. - Удар будет страшным...
   Так оно и вышло. Неровные ряды козлоголовых воителей Моранта сшиблись с людским ополчением, которое Равильон поставил впереди фаланги, чтобы хоть как-то ослабить сатиров перед основным столкновением, с ужасающей силой.
   Сатиры с ходу врезались в его ряды и стоптали их, практически не понеся потерь. В воздух то и дело взлетали тела несчастных ополченцев, подброшенные вверх могучим ударом чьей-нибудь дубины.
   Теперь вся надежда была только на фалангу, где стояли наиболее опытные ветераны, прошедшие уже не через одну битву. А сатиры, опьянённые успехом, похоже, не собирались останавливать свой гибельный разбег и уже готовились вступить в ближний бой с основными силами кессальцев.
   Правда, прежде чем дошло до рукопашной, люди успели дать по сатирам пару залпов из арбалетов, в ответ в них полетели камни, выпущенные из пращей, а иногда и просто брошенные голой рукой, ибо сила морантцев существенно превосходила человеческую. И с той и с другой стороны начали падать первые убитые, пронзённые болтами, либо с проломленными камнями головой. Причём со стороны сатиров потерь было существенно больше.
   В воздухе тоже была своя маленькая баталия. Это крылатые вирры сшиблись грудь в грудь на лету осыпая друг друга отравленными иглами и протыкая короткими копьями. Со стороны сатиров летающих лисиц было больше. К тому же они, увидев перед собой по сути предателей собственного рода, сражались с особой яростью, так что немудрено, что вскоре перевес оказался на их стороне.
   Пол тысячи "правильных" вирр сумели таки рассеять три сотни "неправильных" и обратить их в бегство. Покончив с ренегатами-сородичами, летуны не замедлили прийти на помощь сатирам, однако мало в этом преуспели, ибо запас отравленных игл был уже исчерпан, а с короткими копьецами сражаться против могучей тяжёлой людской пехоты было для них не слишком-то сподручно.
   А битва всё продолжалась. Сатиры были охвачены праведным и до сих пор ещё неостывшим гневом от подлого убийства их старейшин, а люди защищали свои земли от чужаков и потому тоже стояли насмерть. Сшибка армий сопровождалась жутким лязгом и грохотом. Прорыв сатиров был настолько сокрушительным, что даже длинные копья и сплошная стена щитов, не смогли помещать морантцам проломить строй противника.
   Немалую толику успеха принесло сатирам и неведомое существо, отдаленно похожее на самих морантцев, но с ярко-голубым мехом и выше на голову. В лапах это создание сжимало цельный ровный ствол громадного древа полностью очищенный от ветвей и листвы (по сути, полноценную оглоблю) которой одним ударом сшибала сразу по несколько человек. Стрелы не могли пробить толстую шкуру создания, а его раны, нанесённые копьём или мечом, затягивались прямо на глазах.
   Осознав, что его фаланга вот-вот рухнет, Равильон отдал приказ некромантам, стоящим, как и он сам, позади строя, наконец-то вступить в дело. На этот раз служители Смерти не стали использовать серый прах, опасаясь попасть по своим же воинам, ибо на месте фаланги образовалась уже настоящая куча мала, в которой было мало понятно, где свои, а где чужие. Вместо этого над их головами сгустилось призрачное зеленоватое мерцание, и мертвецы с той и с другой стороны принялись неспешно подниматься на ноги...
   Сатиры вовремя заметили опасность, и часть из них повернулась навстречу новому противнику, так как большинство трупов лежали позади основного сражения, но живых мертвецов не так-то легко остановить обычными дубинами, к тому же многие зомби при жизни были сатирами, а недалёким морантцам было не так то легко перестроить своё мировосприятие и начать принимать их за полноценных врагов. Так что не мудрено, что чаша весов стала клониться на сторону людей.
   Казалось, победа близка, но тут из кошмарной круговерти битвы внезапно вырвалось то самое необычное существо с ярко-голубым мехом и, злобно разевая пасть, полную длиннейших и острейших клыков, что вообще то было несвойственно травоядным сатирам, довольно резво помчалась навстречу Равильону и его некромантам.
   Первый маршал в ответ на это лишь лениво указал в сторону неведомого создания одному из некромантов и тот начал неспешно создавать жгут серого праха. Однако, как оказалось, разума бестии было не занимать. Ловко уклонившись от чуть было не захлестнувшего её жгута праха, она неожиданно изо всех сил швырнула свою оглоблю прямо в сторону занятых с зомби некромантов.
   Двоих из них тут же смело чудовищной дубиной, в одночасье переломав кости, а остальные тут же обратили своё внимание на оказавшуюся неожиданно живучей тварь, но она была уже слишком близко, и посему они не успели ничего сделать. Одного из них полубог по ходу движения поддел на свои острые рога. А остальным уже было не до него. Их лошади встали на дыбы, пугаясь кошмарного вида полубога сатиров (а это был именно он) и сбросили своих седоков.
   Тирикон действительно обладал изрядной долей разума. К тому же, он видимо прекрасно чувствовал колдунов, поэтому сначала быстро добил троих оставшихся некромантов, которые были изрядно оглушены падением, оторвав им головы, а затем уже повернулся к Равильону, который был занят тем, что пытался удержать свою лошадь в повиновении.
   Поняв, что это ему не удастся, Эомар с проклятием спрыгнул на землю и, не обращая более внимания на унёсшегося в неизвестном направлении коня, разрядил свой арбалет прямо в грудь полубога. Выстрел был произведён с очень близкого расстояния, поэтому болт глубоко погрузился в грудь прародителя морантцев, однако тот лишь насмешливо рыкнул, и выдернул его. Рана тут же начала бледнеть и затягиваться прямо на глазах.
   Первый маршал громко выругался. Он уже трижды пожалел, что взял с собой только пятерых магов смерти, оставив большую их часть в Мудгарбе, но увы. Столица гудела, словно растревоженный улей, и Равильон не хотел давать её жителям лишний повод для бунтов, ибо местную знать тоже нельзя было совсем уж списывать со счетов, несмотря на недавний жестокий урок, полученный ею от него.
   Однако долго думать Эомару не дали. Тирикон глухо взревел и обрушился на первого маршала всей своей мощью. Равильон в ответ обнажил свою фамильную шпагу, понимая, что с тяжёлым эспадоном он попросту не успеет за скоростью создания, бывшей, несмотря на его более чем внушительные габариты, весьма высокой.
   Как впоследствии оказалось, Тирикон был не просто быстрым, а очень быстрым, Эомар едва успевал уклоняться от его мощных когтей, полосуя его в ответ своей шпагой, но раны чудовища затягивать слишком быстро, а первый маршал уже и сам умудрился получить несколько весьма болезненных порезов.
   Наконец Равильон умудрился получить сильнейший удар лапой от полубога, смявший ему рёбра, глубоко располосовавший бок и отбросивший его аж на три метра назад. Тирикон торжествующе склонился над ним, но тут неожиданно первому маршалу подоспела помощь в лице... Гийома, который был среди пятёрки некромантов, и который тоже испытал болезненное падение с лошади.
   Полубог не стал его добивать, не посчитав юношу достойным противником, и адъютант, очухавшись от падения, тут же пришёл на помощь своему командиру, исхитрившись вонзить свою шпагу в бок кошмарной бестии.
   Тирикон сдавленно рыкнул и... как бы это сказать... "откопытил" юношу, нанеся ему чудовищный удар копытом в голову, от которого та немедленно разлетелась на куски словно переспелая тыква. Однако это дало Равильону несколько драгоценных секунд, которые он тут же использовал, собрав все свои оставшиеся силы и перерубил голень чудовища.
   Тирикон злобно завыл и рухнул на землю неподалеку от маршала, у которого уже не было сил подняться. Тварь перекатилась по земле, рухнув на маршала сверху, одним движением выбив клинок у него из рук. Но Эомар не растерялся и тут же выхватил из-за пояса недлинный кинжал, вонзив его прямо в глаз бестии. Тварь вновь взревела, отшатнувшись от столь строптивой добычи, и Равильон поистине запредельным усилием, Едва не порвав мышцы от натуги, сбросил её с себя.
   После этого он, шатаясь, поднялся, и уже практически ничего не соображая от боли в порванном боку и потери крови, подобрал шпагу и двинулся, к потерявшему глаз созданию. То ещё было живо и вполне опасно, хотя видело теперь намного хуже, чем раньше. Равильон не стал дожидаться, пока тварь вырастит себе новый глаз или прирастит ногу назад, и принялся атаковать чудовище, не давая ему ни секунды передышки.
   Сперва Тирикон лишился одной из лап, затем Эомар исхитрился повредить ему второй глаз, ну и под конец, беспомощный и уже практически ничего не соображающий от боли полубог лишился головы. Клинок первого маршала как всегда не подвёл собственного хозяина...
  
   ***
  
  
  
  
   Эта битва дорого обошлась обоим сторонам. Армии людей и сатиров практически поголовно уничтожили друг друга. Оставшаяся жалкая горстка морантцев покинула поле боя и, переправившись через реку много ниже по течению, отступила в свои земли. Так что можно сказать, что люди всё же сумели выиграть эту битву.
   Самого Равильона его телохранители, которым тоже пришлось вставать в строй фаланги, чтобы хоть как-то уравнять шансы, нашли неподалёку от трупа полубога Тирикона. Равильон сидел перед телом обезглавленного Гийома и задумчиво смотрел вдаль. На его щеках блестели влажные капли, а глаза покраснели. Если бы воины так хорошо не знали бессмертного, то они бы сказали, что он плакал...
   Тысячи и тысячи людей и нелюдей погибли по нелепой прихоти существа, которого никто из ныне живущих, за исключением считанных единиц, включая и самого бессмертного маршала, даже ни разу не видел...
  
  
  
  
   Интерлюдия.
  
   Этой ночью столица кортурской империи величественный Друккарг как всегда спала спокойно. Ибо не было в мире Танарты такой силы, которая могла бы угрожать ей. Громадная серая коническая башня мрачно возвышалась над жалкими людскими постройками, как бы насмехаясь над ними в своём всепоглощающем величии.
   На самом верху башни наглухо запечатанной от внешнего мира нерушимыми стенами, не имевшими ни малейших видимых отверстий, находилась небольшая круглая комната, сплошь затканная липкой чёрной маслянистой паутиной. В самом центре этой паутины, широко раскинув руки, неподвижно висело худое мумифицированное тело человека.
   На первый взгляд казалось, что это просто высохший полуразложившийся труп, однако при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что существо, находящееся паутинном коконе, очень даже живо, если подобное слово, конечно, вообще применимо к подобному созданию. В пользу этого говорили и редкие, едва заметные подрагивания его тела, и еле вздымавшаяся впалая грудь. Но самым главным фактором, говорившим в пользу этого вывода, были его холодные, мерцающие тусклым зелёным светом глаза.
   Это необычайное создание уже более сотни лет пребывало в подобном положении, но, похоже, это его ни капельки не беспокоило. Его беспокоили совершенно другие вещи. Вот и сегодня оно, как и всегда, блуждало своим разумом где-то очень далеко от своего жалкого пристанища плоти. В совершенно ином месте. В совершенно ином мире.
  -Ты приготовил всё необходимое для жертвоприношения?
  -Да, великий Тхэрсиорх. - Мысленно ответило создание, постаравшись вложить в свой ответ как можно больше почтения к незримому собеседнику.
  -Хорошо, я доволен тобой. Как скоро мы сможем приступить?
  -Думаю через несколько недель мы получим достаточное количество силы, чтобы пробить барьеры и открыть портал.
  -Делай скорее. Что же касается остальных жителей этого жалкого мирка, то не беспокойся о них. Ты итак уже вполне достаточно их ослабил. Теперь ими займутся мои инсекты...
  
  
  
  
  
  
  
   Книга третья. Путь к Смерти.
  
  
   Глава первая. Восставший из тьмы.
  
  
  -Фи! И в этом с позволения сказать убожестве лежит легендарный воитель? - Пренебрежительно скривился Хирам, скептически оглядывая простой каменный саркофаг, лишённый даже малейшего намёка на какие-либо изображения и барельефы, не считая довольно большого крестообразного углубления в самом его центре.
   Внутри темница Шаннора оказалась устроенной просто до безобразия. Длинный узкий коридор, ведущий в глубину подземелья, а в конце небольшой зал с гигантским гробом посредине, на котором за прошедшие века скопилось изрядное количество пыли.
  -И это всё? - Усмехнулся Урхаган. - Охота было тащиться ради этого старья... - И решительно направился к саркофагу.
  -Стоять! - Рявкнул на него Авар, и капитану пришлось с неохотой подчиниться. Он уже отлично усвоил, что когда Бог Ветра говорит подобным тоном, лучше выполнять его указания. Чтобы потом сильно боком не вышло.
  -Я ощущаю магию Смерти... - Как ни в чём не бывало, продолжил Авар. - Видите этот прах? Это необычная пыль. Это Прах Смерти. То, что он не рассеялся и по сей день, говорит о том, что тут поработали не простые некроманты.
  -А сам Серпетрион? - Рискнул предположить Рамон, которого Бог Ветра решил взять с собой.
  -Верно, юноша. - Усмехнулся Авар. - Теперь необходимо разрушить его заклинание... - С этими словами Плачущий высоко поднял руки, между которых тут же принялся зарождаться миниатюрный торнадо. Решив, что влил в него достаточно силы, Авар изо всех сил метнул этот маленький смерч прямо в саркофаг.
   Рамон почувствовал резкий выплеск магии, а затем его взору предстал совершенно чистый гроб, освобожденный даже от малейшего намёка на какую-либо пыль.
  -Всё, теперь можно подходить... - Удовлетворённо выдохнул Авар. - Было видно, что этот магический фокус дался ему не слишком-то легко.
  -А я думал ты его ещё и откроешь... - Недовольно протянул Урхаган.
  -Может, мне тебе ещё задницу вытереть, когда тебе по нужде приспичит? - Огрызнулся Авар.
  -Было бы неплохо... - Ничуть не смущаясь, ухмыльнулся капитан, и Рамон немедленно прыснул со смеху.
  -Понятно... - Неопределённо протянул Бог Ветра. - Крышка гроба прибита к основанию каменными штырями. Неплохо бы вам помочь мне с её открытием.
  -Так они, наверно, намертво вросли... - Процедил Урхаган, сплёвывая на пол. - Тяжеловато придётся...
  -Ничем не могу помочь. Надо меньше бухать... - Резюмировал Авар. - Навались, парни...
   С этими словами Бог Ветра, первым подавая пример, схватился обеими руками за толстенный каменный штырь и потащил его наверх. К нему тут же подключились Хирам и двое оставшихся в живых фуррийцев.
   Колоссальная сила Авара и сынов Фурры сделала своё дело, и штырь с противным скрежетом вышел из пазов. За первым последовал второй, затем третий. Остался всего последний гвоздь, отделяющий Шаннора от желанной свободы, как вдруг...
  -Наги, наги ожили! - Истошно заорал один из воинов, оставленных охранять раненых. Половину наших покрошили, сейчас будут здесь!
   И точно. Как только воин произнёс эту фразу, в зал на полной скорости вломилось девять змеевидных существ.
  -Они что и впрямь бессмертны... - Потрясённо прошептал Авар. - Освободите Шаннора, я разберусь с ними! - Крикнул он фуррийцам, а сам тут же превратился в маленький смерч, и ринулся в самую гущу морских бестий.
   Надо сказать, что Авар, обладая немалым опытом в различного рода стычках, быстро сообразил, что справится одновременно с девятью тварями у него никак не выйдет, и потому старался лишь задержать наг, разбрасывая их во все стороны.
   Фуррийцы тоже не страдали недостатком сообразительности и изо всех сил пытались вынуть гвоздь, который хоть и поддавался, но слишком медленно,... слишком медленно... Урхаган, ругаясь самыми непотребными словами, держал за шиворот рвущегося на помощь к другу Рамона. Остальные же члены отряда и вовсе жались к стенам, предпочитая смотреть на схватку со стороны. Им с лихвой хватило и первого раза.
   Наконец, каменный штырь с оглушительным скрипом вылез из гнёзд, и фуррийцы всей своей совокупной мощью навалились на каменную плиту, стремясь сдвинуть её с места.
  -Не так! - Гаркнул Авар на языке кентавров. - Дубина Игхона - это ключ! Вставь её в отверстие на плите!
  -Дайте мне! - Рявкнул на своём наречии Игхон, однако фуррийцы ничего не поняли и продолжали молча упираться в саркофаг. Тогда полубог подскочил к плите, и бесцеремонно отпихнув ошарашенных от подобного обращения воинов, вставил ключ в отверстие.
  -Поверни её! - Вновь подал голос Авар, который был уже порядком измождён и вот-вот должен был рухнуть без сил. Заклинание смерча пожирало слишком много его энергии.
   Игхон кивнул и, напрягая могучие мышцы, повернул дубину по часовой стрелке. Ему повезло. Он сразу выбрал верное направление, и внутри саркофага что-то сухо щёлкнуло. Ну, дальше фуррийцы и сами сообразили, что им делать, и вместе с полубогом кентавров навалились на каменную крышку. Та, уступая напору четырёх могучих тел, наконец, поддалась и с оглушительным грохотом рухнула на пол, подняв тучу пыли, к счастью обычной, немагической.
   Все тут же, как по команде уставились на заключённое внутри саркофага существо. Было оно отдалённо похоже на немыслимо худого человека с несоразмерно длинными конечностями, но при этом с идеально чёрным блестящим как слюда телом и беловатыми алебастровыми глазами без зрачков.
   Нужно сказать что, несмотря на отсутствие столь важной для человека части тела, видело это создание просто отменно, потому что уже через секунду ринулось на опешивших наг. Двигалось оно при этом настолько быстро, что змеелюди попросту не успевали реагировать. Первому же представителю этой расы Шаннор, не мудрствуя лукаво, вырвал из головы крупный рубин, ярко горевший алым светом, и тут же раздавил его. Тварь рухнула как подкошенная, не подавая более признаков жизни.
   Также он поступил и ещё с четырьмя нагами, которые, правда, пытались обороняться, но их звездообразные клинки ничего не могли поделать с блестящей чёрной плотью неведомого создания. Оставшиеся пятеро бестий тут же развернулись и поспешно принялись улепётывать во все лопатки. Уже в коридоре ещё одну догнал Авар и на последних остатках сил умудрился отсечь своим клинком её рубин.
  -Вот чёртовы твари! - Злобно выругался Урхаган, провожая взглядом ускользнувших бестий.
  -И не говори... - Устало выдохнул Авар, с довольным кряхтением усаживаясь прямо на грязный пол. - По крайней мере, своё слово они не держат...
  -Ты видимо, слишком молод, раз думаешь, что в этом мире ещё хоть кто-нибудь держит своё слово. - Усмехнулся Шаннор, походя забирая у Авара его рубин, и меланхолично, давя его в кулаке в пыль. Голос у него изобиловал шипящими нотками и звучал в очень низком диапазоне. - Быть может, лишь фуррийцы...
  -Этих тварей нужно разрубить на мелкие куски и сжечь, пока они не воскресли. - Резюмировал Бог Ветра.
  -Незачем. Камни уничтожены, значит, они мертвы. - Не согласился Шаннор.
  -Не скажи, Игхон уничтожил один... - И тут же осёкся. - Как же я сразу не сообразил...
  -Я так понимаю, ты отделил камни от тел, но не уничтожил, посчитав это излишним. Я когда-то тоже совершил подобную ошибку. За что и поплатился...
  -Как же я сразу не сообразил, идиот... - Мрачно процедил Авар. - Тогда бы мои люди, что сейчас наверху остались живы...
  -Наши в основном живы, командир. - Отрапортовал воин, принесший весть о нагах. - Я такого дива отродясь не видывал... Те из змеюк, что целы остались, в своих дружков камни воткнули, и те пооживали... Мы на них сунулись, было, так они пятерых наших в капусту и к вам! Хорошо, что я успел раньше них в подземелье прошмыгнуть, а то б... - Воин осёкся и замолчал.
  -Остальные живы?
  -Живы, что ж с ними станется...
  -Лады. - Подытожил Бог Ветра - Тогда пошли наверх. Мы освободили тебя для того, чтобы ты помог нам одолеть Серпетриона. - Повернулся он к Шаннору.
  -Учитывая то, что он запер меня в этой дыре, я с радостью это сделаю. - Прошипела тварь.
   Личность Шаннора всегда вызывала у обитателей мира Тамарты неоднозначную реакцию. Большинство из них и вовсе не ведали о его существовании, а те, что знали о нем, всегда говорили загадочном существе крайне неохотно, отводя глаза в сторону, как будто бы услыхали о чём-то совершенно непотребном. Так в чём же было дело? Почему это существо было так нелюбимо среди всех рас этого мира?
   Всё было очень просто. Шаннор не обладал могучей магией, он не повелевал и силами природы или смерти, а его сила и ловкость хоть и были весьма впечатляющими, но отнюдь не сверхъестественными по меркам бессмертных. Он вообще не обладал никакими особыми талантами. Кроме одного. Он был абсолютно неуязвим. Ни для чего.
   Ни какое оружие, ни какая магия не могли причинить ему даже самый малейший вред. Так что немудрено, что при таких раскладах, он был крайне нежелательным противником для любого сильного мира сего.
   Серпетрион прекрасно понял это в своё время и при помощи наг, с которыми у Неуязвимого был давний конфликт, сумел заключить Шаннора в массивный саркофаг со специальными углублениями, которые точно повторяли форму его тела и абсолютно не позволяли ему шевелиться. Так что за целое столетие неуязвимый так и не сумел процарапать себе выход, хотя при иных раскладах вполне был способен это сделать, учитывая абсолютную твёрдость его тела...
  -Вот и отлично. Тогда поспешим. Неизвестно что ещё за сюрпризы приготовит нам этот треклятый остров...
  
   ***
  
  
  
  
  
   Оказавшись на поверхности, Авар первым делом провёл перекличку своего отряда, в ходе которой выяснилось, что никто из воинов, так сказать, "первого эшелона" не пострадал. Оставшиеся же в живых наги по рассказам оставшихся на берегу, скрылись в бездонной пучине океана, только их и видели.
   Бог Ветра в ответ на это лишь рассеянно кивнул головой. В конце концов, вряд ли морские твари, учитывая то, сколько их осталось, и наличие в отряде Шаннора рискнут напасть на них в третий раз. Ну а если всё же рискнут,... то тут все и полягут. Авар слишком хорошо видел, как сражается Неуязвимый, и понимал, что нагам ни за что не справиться с ним столь малыми силами.
   Убедившись, что всё более менее в порядке, Плачущий отдал команду грузиться на корабль. Их путь вновь лежал на родину полубога Игхона, правда, на этот раз интересовали Бога Ветра отнюдь не кентавры...
  
   ***
  
  
  -...рука... нога... здесь... вот... нет,... а... где...нет,... не она...
  -Что это с ним? - Осторожно поинтересовался Урхаган у Плачущего, глядя на застывшее лицо Шаннора, который сидел на корточках и повторял абсолютно бессмысленные на первый взгляд слова.
  -Не знаю, но возможно за время пребывания в саркофаге у него повредился рассудок. - Покачал головой Авар. - По крайней мере, я не рискнул бы у него спрашивать...
  -А ежели ему взбредёт в голову... передушить нас всех как курей? - Нахмурился капитан, уже успевший изрядно залить шары по случаю успеха мероприятия.
  -Будем надеяться, что не взбредёт... Но вообще... думаю, в случае чего мне удастся вышвырнуть его за борт, а там уж придётся твоим молодцам налечь на вёсла и...
  -Угораздило же меня связаться с тобой... - В сердцах сплюнул капитан и, покачиваясь, двинулся в свою каюту. На сегодня с него явно было достаточно приключений. Причём, любого толка...
  -Что с тобой? - Участливо наклонился Авар над съёжившимся в уголке палубы Рамоном, который сидел там, мрачно нахохлившись, и явно пребывая в некоторой прострации, как и сам Шаннор.
  -Я чувствую его мысли,... улавливаю его желания... - Потерянно прошептал юноша, доверчиво вглядываясь в лицо Бога Ветра. - Ты не представляешь ему,... я даже не знаю подходящих слов для описания подобного. Он очень древен, Авар... Намного древнее не только этого мира, но и... Не знаю... А его мысли... Нет у меня просто нет таких слов, чтобы описать ту бездну, что мне открылась в нем...
  -Успокойся, мальчик мой... Ты по всему видать, сильный эмпат, я к примеру, ничего не почувствовал от него. Вообще ничего... Ладно, пошли ка спать, да набираться сил. Чувствую, скоро нам предстоят тяжёлые дни...
  
   ***
  
  
  
  
   На следующее утро все члены отряда как обычно собрались на палубе, обсуждая последние новости и перебрасываясь незамысловатыми шутками. Шаннор после той беспокойной ночи, когда он своими непонятными завываниями и бормотаниями переполошил почти всех находящихся на судне, всё также продолжал сидеть в своём углу, правда, бормотать уже перестал к немалому облегчению Урхагана и его матросов.
   Каждый на "звёздной пыли" нашёл себе занятие по вкусу. Команда в основном была занята греблей, из воинов кто боролся, кто играл в карты или перебрасывался с друзьями солеными шуточками. Казалось, ничто не предвещало беды, как вдруг вода метрах в шестидесяти от корабля внезапно забурлила, и с той стороны по всем направлениям пошли громадные волны, несмотря на абсолютно ясное небо и полное отсутствие ветра.
  -Что за чёрт... - Пробормотал Урхаган, уставившись застывшим взором на взбунтовавшуюся морскую гладь, откуда начала подниматься поистине циклопическая фигура.
   Внешне она больше всего походила на высеченную из белого мрамора женщину с мерцающими изумрудными глазами и змеиным хвостом. Статуя была в высоту около тридцати метров. Заметив корабль неведомое нечто издало оглушительный рык в котором не было ничего живого, и от того он казался особенно жутким. Так мог бы зарычать гигантский механизм, и резво устремилось в сторону "Звёздной пыли".
  -Помоги нам небо... - Прошептал капитан Урхаган и тут же без перехода рявкнул на матросов. - Что застыли, акулий корм?! Живо готовьте катапульту!
   По его команде матросы бегом бросились к единственному орудию, находившемуся в распоряжении экипажа, так как "Звёздная пыль" была таки довольно мелким судёнышком.
  -Заряжааай... - Скомандовал боцман. - Пли!
   Громадный каменный валун в полметра в диаметре взвился в воздух, но не достиг цели, плюхнувшись в соленую морскую воду и подняв тучу брызг. Рамону даже показалось, что одна из них достигла его губ, и он машинально облизал их. Второй выстрел был точнее и каменная глыба ударила прямо в голову неведомого создания, но при этом лишь бессильно разбилось о неё, не причинив чудовищу никакого вреда. Природная броня у бестии была что надо.
   Тварь вновь оглушительно заревела, правда на этот раз в её рёве чувствовалась явная насмешка. И вдруг погода начала стремительно меняться. Завыл ветер, на небе сгустились непроглядные серо-чёрные тучи, а на море началось сильное волнение, отчего судёнышко Урхагана забросало во все стороны, словно какую-нибудь мелкую деревянную щепку.
  -Что это за тварь... - Потрясённо выдохнул Авар. - Никогда не слышал ни о чём подобном...
  -Это Ликадонна. Древняя королева наг... - Прошипел из своего угла Шаннор, который до этого всё также спокойно сидел в своём углу, не выражая абсолютно никаких эмоций по поводу всего происходящего. - Вам с ней не совладать. Она намного сильнее, чем даже Серпетрион... Нагам всё же удалось пробудить её... Теперь она не успокоится пока не уничтожит нас.
  -Что же делать, чёрт бы тебя побрал?! - Заорал на него Бог Ветра, стараясь перекричать ураган.
  -Можно попробовать один трюк... - Задумчиво протянул Шаннор и, не мешкая боле, направился к катапульте.
  -Запустите меня в эту тварь. - Обратился он к матросам, и те, без лишних вопросов сделали это. Блестящее чёрное тело неуязвимого, также как и каменные глыбы до этого, взвилось в воздух и приземлилось аккурат на гигантскую голову Ликадонны, которая была уже в это время совсем близко к судну.
   Обнаружив на себе ненавистного врага, королева наг оглушительно заревела и начала колотить громадным бронированным хвостом во все стороны, отчего океан вокруг забушевал с новой силой. Судно опасно накренилось, но к счастью успело выправиться до того, как его захлестнул бушующий океан. А тем временем Шаннор, ухватившись за громадный гребень, венчающий голову страшилища, изо всех сил обрушил свой кулак на один из глаз бестии, разбив его на мелкие осколки.
   Над морем повис жуткий вой, то и дело переходящий в инфробасовый диапазон, отчего у корабельной команды начало немедленно ломить виски, а неуязвимый успел выбить бестии ещё один глаз, прежде чем громадная рука схватила его в исполинский кулак и отшвырнула далеко в сторону, по счастью выбросив его прямиком обратно на корабль.
   Лишившись зрения, чудовище заметалось из стороны в сторону, пытаясь найти корабль, но по счастью для экипажа "Звёздной пыли" выбрало изначально неверное направление, отклонившись далеко в сторону. К тому же ветер уносил судёнышко всё дальше и дальше от разгневанной королевы наг.
   Наконец, осознав, что она упустила добычу, Ликадонна в последний раз издала разгневанный рёв и окончательно исчезла в глубинах океана. С её уходом как по мановению руки прекратился и загадочный шторм. На море вновь установился полный штиль...
  -Ну и тварь, сожри меня акула! - Выдохнул Урхаган, присовокупив к этому высказыванию ещё парочку выражений, которые я не буду здесь приводить, дабы окончательно не превратить повествование в некое подобие похабного анекдота. - Куда там какому-то сраному Серпетриону! Вот это мощь так мощь! Как же эти проклятые змеюки, имея такую козырную карту, до сих пор не подмяли под себя весь этот грёбаный мир?
  -Ликадонна уже давно не интересуется делами внешнего мира. - Прошипел из своего угла Шаннор, который по понятным причинам ни капельки не пострадал во время падения. - Всё что её интересует это морская пучина и собственные дети - наги. Сегодня она пришла, чтобы отомстить за гибель своих обожаемых чад, но получила от меня хороший урок. Больше она к нам не сунется...
  -Её можно убить? - Осторожно поинтересовался Бог Ветра.
  -Можно, хотя и невероятно трудно. Однако со мной ей в одиночку не совладать...
  -Ладно, это всё лирика. Надо подсчитать потери. - Резюмировал Авар.
   После непродолжительного осмотра, оказалось, что во время шторма экипаж умудрился потерять трёх человек, которых, по всей видимости, попросту смыло за борт громадными волнами, бушевавшими на море. Двое из них были матросами "Звёздной пыли", а вот третьим,... а вот третьим оказался не кто иной, как Рамон...
  
  
   Глава вторая. Невольник.
  
  
  
  
  -Капитан, кажись, человек... - Озадаченно протянул крепкий смуглокожий матрос с золотой серьгой в ухе, недоумённо разглядывая темнеющийся вдали силуэт.
   Волны лениво играли с маленькой человеческой фигуркой, которая судорожно цеплялась за мокрый обломок дерева, тем самым удерживаясь на безбрежной и гладкой словно зеркало поверхности океана.
  -Ага, и впрямь живой... - Насмешливо оскалился невысокий чернобородый человек с жёстким лицом и дерзкими глазами разбойника. - Это хорошо... будет на одного раба больше... Давайте парни, вытаскивайте его! - Прикрикнул он на своих помощников, которые поспешили выполнить его указание и бросили несчастному верёвку.
   Однако юноша в ответ даже не пошевелился. Он здорово промёрз и нахлебался воды и потому сейчас пребывал без сознания, лишь продолжая рефлекторно сжимать побелевшими от напряжения пальцами спасительный обломок.
  -Подох что ль... - Брезгливо процедил один из матросов. - Капитан, он не шевелится!
  -Вот и сплавай, посмотри, что там с ним, ленивая акула! - Рыкнул на него названный капитаном, и матрос, ругаясь сквозь зубы, принялся стаскивать с себя одежду. Крутой нрав своего командира он знал очень хорошо, чтобы осмелиться на пререкания.
   При ближайшем рассмотрении спасённый оказался живым, хотя и сильно измотанным.
  -Ничего молодой, оклемается быстро... - Довольно протянул капитан. - А нет, так... киньте его пока в трюм к остальным, а там поглядим, что за рыбку мы с вами поймали...
  
   ***
  
  
  
   Очнулся Рамон уже в грязном тёмном помещении, в которое помимо него поместили ещё около полусотни грязных оборванных людей.
  -Где я? - Прохрипел юноша, с трудом поднимаясь с грязных холодных досок, на которых до этого лежал.
  -Где, где, на корабле, где ж ещё... - Ворчливо передразнил его худой, но ещё довольно крепкий старик в грязных засаленных лохмотьях, по всей видимости, уроженец Кортура.
  -Как я сюда попал?
  -Как, как, так же как и все мы... - Сплюнул старик на и без того не слишком чистый пол.
  -А... куда нас везут?
  -Парень, мой тебе совет. - Старик пристально взглянул в глаза Рамону. - Если не хочешь неприятностей, то поменьше задавай глупых вопросов. Куда надо, туда и везут... Им виднее...
  
   ***
  
  
  
   Через несколько дней Рамон таки сподобился узнать, куда же именно их везут и что это за корабль. Судно это было типичным пиратской шхуной, которая везла партию невольников из Кессаля в Аббор, и которое сильно сбилось с курса по вине разыгравшегося накануне шторма. Рамону посчастливилось наткнуться на него во время, так сказать, свободного плавания, и теперь его ожидала весьма незавидная доля быть проданным на невольничьем рынке Аббора.
   Впрочем, как ни странно осознание собственной участи практически не расстроило обычно весьма впечатлительного и ранимого юношу. "По крайней мере, я снова увижу родину" - решил для себя Рамон и принялся терпеливо ждать окончания пути.
   Надо сказать, что кормили невольников на судне из рук вон плохо. Если бы не крепкое природное здоровье, Рамон ни за что бы ни оклемался после такой весёлой "прогулки" по волнам. Полугнилая баланда непонятного содержания, да кусок заплесневелого хлеба, вот и всё, чем баловали пираты свой живой товар.
   Рамон не вёл счёт дням, впав в какую-то равнодушную апатию, и когда путешествие подошло к концу, покорно дал связать себе руки и встал в неровные ряды с остальными невольниками. Причалили пираты в порту одного из небольших приморских городов Аббора, и теперь везли свой товар на невольничий рынок.
   Невольничий рынок представлял собой грубо сколоченный деревянный помост, на который рабов выводили партиями по пять - десять человек. Вокруг толпился народ самого разнообразного толка. Торговцы, купцы, простолюдины, ремесленники. Мелькнула даже пара серых балахонов, и Рамон при виде них тут же невольно поёжился. Быть проданным некромантам было намного хуже смерти.
   Его поставили в партию с четырьмя довольно крепкими кессальцами, которые также как и он сам, принимали свою судьбу с равнодушным спокойствием приговорённых к смерти. Видимо, пираты прекрасно умели обуздывать даже самых норовистых пленников, если уж даже смуглокожие крепыши кессальцы, всегда славящиеся своим весьма дерзким и независимым нравом сочли за лучшее играть по правилам своих временных хозяев.
   Начались торги. То один, то другой купец поднимал палец вверх и называл сумму. Как и всегда бывает в таких случаях, вспыхнули споры, которые впрочем, довольно быстро утихли, после того как один из них одетый особенно роскошно обозначил свою цену в тридцать золотых монет за всех.
   Рамону повезло. Купец оказался весьма добродушным полным дядькой, который тут же приказал развязать свои новоиспечённых рабов, дабы они имели возможность размять руки и разогнать застоявшуюся кровь по венам. Мысль о побеге юноша отмёл сразу как не стоящую внимания, ибо купца сопровождал с десяток вооружённых громил, которые бдительно следили за тем, чтобы никто из невольников не вздумал сбежать.
   По прибытии в роскошный двухэтажный особняк торговца, новый хозяин приказал перво-наперво накормить рабов и помыть их. А то запах от них был... хм, мягко говоря, не слишком приятный. После обильного ужина, невольников повели в специальный барак, в котором несмотря на абсолютную простоту обстановки было довольно чисто и более того даже присутствовали деревянные лежаки с грубыми шерстяными одеялами. Там им было приказано располагаться на ночлег, и Рамон, плотно завернувшись в одеяло, тут же погрузился в блаженный сон...
  
   ***
  
  
   Проснулся Рамон от грубого тычка, когда на дворе стояло ранее утро. Полная краснолицая женщина неприятным голосом осведомилась, долго ли ещё он будет разлёживаться и не пора ли ему, наконец, взяться за дело. Как оказалось, Рамону поручили помогать слугам выполнять разнообразную грязную домашнюю работу, начиная от колки дров на заднем дворе и кончая выносом помоев.
   Работа оказалась весьма нудной и однообразной, но не слишком тяжёлой и обременяющей, так что у юноши оставалось время забиться куда-нибудь в угол и подумать о своём прошлом. Рамон не знал, выжили ли его друзья во время того чудовищного шторма, разыгравшегося по воле злобной королевы наг, но в одном он был уверен точно. Что если они выжили, то рано или поздно обязательно найдут его. Почему-то в этом он был уверен на все сто процентов.
  
  
   ***
  
  
  
   Дни потянулись за днями, Рамон почти всё время пропадал на работе, и пребывал как бы в некой прострации, пока однажды под вечер, старшая над слугами, та самая краснолицая женщина не послала его в трактир за вином вместе с ещё одним слугой, который должен был помочь ему донести кувшины, а также проследить за тем, чтобы юноша не убежал.
   В душном тёмном помещении было довольно сумрачно и сильно воняло прокисшим пивом и табаком. Контингент в таверне был под стать обстановке, сплошь ремесленники да мастеровые, однако помимо них в самом углу отдельно ото всех расположились трое солдат в форме абборцев.
   Один из них был высоким черноволосым мужчиной в самом расцвете лет, которого Рамон никогда раньше не видел, а вот другие двое... Юноша со свистом выпустил воздух... А вот другими двумя были Ферс и Пирст собственной персоной. Старые знакомые ещё по ранней юности. Первые солдаты абборской армии, с которыми довелось познакомиться Рамону. Убийцы его родителей. Его враги.
   Словно какая-то кровавая пелена застлала глаза юноше. Не говоря ни слова, он одним прыжком оказался возле Ферста, который сидел ближе всех и, выхватив меч у него из-за пояса, мощным ударом перерезал ему глотку. Кровь фонтаном брызнула на стол, моментально залив все блюда находящиеся на нём, а Рамон, не теряя времени даром, быстро проткнул горло второму воину и обрушился на Пирста, который едва успел поднять свой клинок для защиты.
   Абборец был изрядно накачен вином, к тому же он сидел в самом углу, и у него не было места для манёвра, так что ничего удивительного, что клинок Рамона нашёл дорожку к его сердцу уже на втором выпаде. Идеальные палачи и угнетатели оказались плохими воинами...
   Рамон же тяжело дыша, опустил испачканный кровью короткий меч, но не успел он придти в себя, как ему на голову обрушился тяжёлый удар. Затем наступила тьма...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Очнулся Рамон уже в повозке, которая везла его неведомо куда.
  -Не повезло тебе, парень... - Сочувственно прогудел седой кучер, неодобрительно качая головой. - За убийство трёх стражников тебя отдадут в руки мастеров смерти... За что ты их так?
  -Они убили моих родителей... - Тяжело прохрипел Рамон. В голове у него стоял звон, а рот то и дело наполнялся кровью, которую приходилось сплёвывать прямо на деревянный настил повозки. После того как слуга, приставленный к нему в качестве охраны, оглушил его тяжёлой дубовой кружкой, стража, вызванная встревоженным хозяином заведения от души добавила поверженному юноше по рёбрам, так что теперь ему было больно дышать.
   Кучер в ответ на реплику Рамона лишь ещё раз сочувственно покачал головой, но больше ничего не сказал. Да и что он мог сказать ему, старый, немощный, забитый с рождения человек, никогда не видевший лучшей доли?
   Ему было искренне жаль незнакомого юношу, но рядом с ним в повозке находились двое молчаливых стражей из числа воинов приставленных Серпетрионом непосредственно к мастерам смерти для обеспечения охраны и прочих их нужд, и потому он счёл за лучшее промолчать. В конце концов, у него семья, и ей может сильно не поздоровиться, если он будет распускать язык. Как говориться, своя рубашка ближе к телу...
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
   Во второй раз Рамон вынырнул из спасительного забытья, когда двое дюжих некромантовых стражей довольно бесцеремонно схватили его под руки и поволокли в какой-то деревянный барак с наглухо запертыми толстенными дверями. Судя по всему, барак располагался на городских окраинах, и прохожих тут практически не было. Возле двери лениво околачивался толстый сонный стражник, флегматично ковыряя в носу и абсолютно не обращая внимания на подходящих воинов и их пленника.
  -Чего замер, открывай, твою мать! - Грубо рявкнул на толстяка один из стражей, и караульщик тут же принялся возиться с засовом что-то недовольно ворча себе под нос. Покончив, наконец, со своим делом, толстяк отворил дверь, и Рамона грубо втолкнули в тёмное пропахшее застарелым потом и нечистотами помещение, отчего тот немедленно растянулся на грязном деревянном полу.
   В бараке помимо него находилось ещё около двадцати человек, все измождённые и усталые до последней крайности. Все кроме одного здоровенного толстого мужика поперёк себя шире с вислыми чёрными усами.
   Он единственный кто в отличие от прочих возлежал на грубо сколоченных деревянных нарах, остальные располагались на холодном полу кто где. По всей видимости, пленников выводили на оправку в определённое время, так как ничего даже отдалённо похожего на парашу не наблюдалось. Однако человек всё-таки не машина, посему в углах барака было изрядно загажено, а вонь стояла просто нестерпимая.
  -Кто таков? - Насмешливо рявкнул он, презрительно разглядывая Рамона. - Имя у тебя есть?
  -Рамон... - Еле слышно прошептал юноша, однако местный набольший его услышал.
  -Рамон... - неопределённо протянул мужик - ты молод, Рамон... Ты молод, а у меня давно не было бабы. - Пришёл, наконец, громила к неожиданному умозаключению и неспеша двинулся в сторону юноши.
   Мгновенно поняв, что именно сейчас с ним произойдёт, Рамон мысленно сосчитал до трёх и затем принялся собирать остатки своей внутренней силы в единый кулак, как учил его Авар. Юноша понимал, что в своём нынешнем состоянии, у него хватит сил нанести только один по настоящему серьёзный удар. А самопровозглашённый хозяин тем временем вальяжно наклонился над Рамоном и принялся неторопливо стаскивать с него штаны... И тут Рамон, наконец ударил. Ударил резко, от души, вложив в этот удар всю свою ментальную и физическую силу.
   Громила сдавленно захрипел, держась руками за перебитую гортань, а затем медленно осел на землю. Рамон же который вложил в эту атаку все свои оставшиеся силы вновь погрузился в тяжёлое чёрное забытье...
  
   ***
  
  
  
   Очнулся он уже ранним утром, когда подошло время кормёжки. При виде валяющегося в луже собственной крови громилы, караульщик, тот самый толстяк, что вчера открывал Рамону двери, удивлённо вытаращил глаза.
  -Это как понимать? - Надменным властным голосом осведомился невысокий худощавый человек в сером балахоне некроманта.
  -Так, сам вчера кончился, господин... - Униженно проблеял один из пленников, со страхом косясь на невзрачную фигуру мастера смерти. - Жаловался, что ему дышать трудно, а наутро и помер...
  -Сам, говоришь, помер... Ты! - Некромант брезгливо указал на стражника. - Вчера никого из новых не приводили?
  -Приводили, а как же, ваша милость. - Тут же закивал головой толстяк. - Вон его, но он еле живой был, даже на ногах не стоял...
  -Ясно... - Неопределённо протянул некромант, скептически оглядывая худую измождённую фигуру юноши и его лихорадочно блестевшие глаза. - Ну что ж, видимо, настал его черёд уходить на Небо. Этого забрать. - Коротко кивнул он на тело мёртвого бугая двум дюжим стражникам, сопровождающим его. - А также этого, этого и... вот этого. - Последним некромант указал на Рамона. - Всё равно они уже не жильцы...
   Повинуясь приказу старшего, воины короткими копьями начали подталкивать пленников к выходу. Труп громилы сперва заставили нести самих заключённых, но они были настолько обессилены здешними условиями и отсутствием нормальной кормёжки, что не сумели даже сдвинуть его с места. Тогда солдаты с проклятиями взялись за дело сами.
   Покончив с погрузкой мертвеца в повозку, стражи начали подталкивать к ней пленников, но тут неожиданно возле повозки появился какой-то пьяный оборванец, который стоял, пошатываясь возле экипажа и загораживал воинам проход.
  -Пшёл вон, пьянь... - Брезгливо процедил один из воинов, замахиваясь на нищего своим копьём, однако тот неожиданно ловко уклонился от удара. Мелькнули два недлинных парных клинка, и стражник осел на землю с перерезанным горлом. А оборванец, не теряя времени даром, быстро подскочил к некроманту и, не давая тому ни малейшего шанса на колдовство, одним мощным ударом отсёк голову. Второй страж и караульщик тоже оказались весьма лёгкой добычей для необычного нищего и вскоре присоединились к своим товарищам один с распоротым животом, другой - с перерезанным горлом.
   Рамон, как и прочие пленники, смотрел на это с широко распахнутым ртом до тех пор, пока незнакомее не откинул глухой капюшон, скрывающий его лицо.
  -Авар? - Изумлённо выдохнул юноша, впрочем, его удивление не было слишком сильным потому что, во-первых, Рамон подспудно ожидал чего-то подобного, а во-вторых, был слишком слаб, чтобы выражать какие бы то ни было сильные эмоции.
  -А кто же ещё. - Сумрачно усмехнулся "нищий". - Пошли быстрее, по дороге я тебе всё объясню...
  
  
  
  
   Глава третья. Альянс.
  
  
  
  
  -Ну, что нашли?
  -Да нет, командир, как сквозь землю провалился. - Виновато развёл руками громадный дюжий воин поперёк себя шире.
  -Чёрт, как же так... - Авар в смятении схватился за голову.
  -Видать его за борт смыло во время бури. - Сочувственно прогудел Урхаган, кладя на плечо Бога Ветра свою тяжёлую волосатую руку. - Жалко мальца...
  -Это я втравил его в это дело... - Тяжело вздохнул Плачущий и погрузился в сумрачное молчание.
   После того как утих шторм, и матросы обнаружили отсутствие Рамона, Авар самолично облетел окрестности, но поскольку не мог улетать на большие расстояния, ибо был весьма молодым богом, его изыскания не увенчались успехом.
  -Ладно, чему быть, того не миновать... Урхаган, сейчас прикажи своим молодцам взять курс на Аббор, там мы пополним запасы продовольствия, а заодно и разузнаем последние новости, ну а после... ну а после мы наведаемся кое к кому, без кого наше мероприятие, скорее всего, будет обречено на провал...
   Прибыв по счастливому стечению обстоятельств в тот же порт, куда и привезли Рамона, а не в Зорав, поскольку Авар хотел узнать последние новости империи так сказать из первых уст, экипаж "звёздной пыли принялся готовиться к дальнему путешествию, запасаясь провизией и вкушая заслуженный отдых.
   Всё складывалось без особых осложнений до тех пор, пока однажды один из матросов Урхагановова судна не увидел в одном из трактиров Рамона и его стычку с абборскими стражами. Признав в юноше пропавшего без вести молодого друга Бога Ветра, моряк опрометью кинулся обратно на судно и доложил обо всём случившемся Авару.
   Плачущий сперва хотел было тут же броситься на выручку юноше, но потом, взвесив все за и против, решил не пороть горячку и дождаться момента отплытия судна, чтобы лишний раз не рисковать своим планом.
   Бог Ветра проследил за тем, куда именно стражи увели Рамона, и решил вызволить его только на следующий день, на который как раз и было назначено их отплытие. Задумка увенчалась успехом. Плачущий успел в самый последний момент, когда Рамона уже забирали на жертвоприношение. Остальное читателю и так известно.
   Во время безумной гонки по кривым припортовым улочкам. Авару приходилось едва ли не волочить на себе обессилевшего Рамона, Плачущий и сам изрядно вымотался, так как ему пришлось проторчать в засаде целые сутки без сна, но это его не смущало. Доводилось ему бывать в переделках и похуже...
   На счастье беглецов их так никто и не стал преследовать, слишком уж стремительным и неожиданным было вызволение Рамона и его бегство. Конечно, стражники обнаружили тела своих товарищей и некроманта, что немедленно всколыхнуло весь город, однако пока суд да дело, беглецы успели добраться до "Звёздной пыли", которая тут же отчалила из порта, пока некроманты не успели закрыть его. След беглецов затерялся...
  
  
   ***
  
  
  
  -... я не знаю, что тогда нашло на меня, как будто бы какое-то затмение...
  -Успокойся, мальчик мой, главное, что теперь всё позади.
  -Если бы я тогда не вспылил, тебе не пришлось бы рисковать жизнью, выручая меня.
  -Ты всё сделал правильно. Отомстил подонкам, убившим твою семью, к тому же, если ты помнишь, это я обещал тебе помочь в этом деле, но так и не сдержал своё обещание...
  -Нет смысла теперь говорить об этом... - Мрачно выдохнул Рамон. - Они мертвы, и это главное.
  -Вот именно никакого смысла в этом нет. Пойдём в каюту, там для тебя Урхаган сподобился таки приготовить уютное ложе, чтобы ты смог отдохнуть. Скоро нас ждут великие дела...
   И вновь судёнышко с необычным названием "Звёздная пыль" бороздит бескрайние воды Внешнего моря. На этот раз его путь лежит в Зенту, страну, покрытую вечнозелёными лесами, которая испокон веков принадлежит эльфийскому народу, отнюдь не жалующему чужаков на своих землях. Однако Авар надеется, что на этот раз остроухие обитатели Кэргора всё же сделают для него исключение, ибо на кону ныне была судьба всего мира Танарты, и сами эльфы это как ни крути, не могли этого не понимать...
  
  
   ***
  
  
  
  
   Беда настигла их в тот самый момент, когда тёмные очертания величественного Кэргора уже были видны на горизонте. На этот раз морская пучина безо всякой прелюдии разверзлась уже в непосредственной близости от судёнышка Урхагана и перед изумлёнными путешественниками предстала циклопическая фигура Ликадонны.
   Не успели воины Авара толком понять, что же именно происходит, как громадный бронированный хвост одним ударом превратил "Звёздную пыль" в груду обломков. Таранный удар переломил судёнышко надвое, и теперь почти все члены экипажа оказались в холодной морской воде, и лишь немногие тщетно пытались удержаться на обломках тонущего судна.
  -Ты можешь что-нибудь сделать? - Крикнул Авар, с трудом удерживаясь на мокрых искореженных палубных досках чудом оказавшемуся рядом с ним Шаннору.
  -Вряд ли, я не плаваю. - Прошипела бестия, в голосе которой впервые с момента освобождения прорезались нотки беспокойства. Видимо, ему не слишком хотелось провести остаток своих дней на морском дне.
  -А если я перенесу тебя к ней?
  -Попробуй, если поднимешь...
   И Авар ту же, не мешкая, взвился в воздух и ухватил неуязвимого за подмышки, крякнув от натуги. Надо сказать, что при своей комплекции Шаннор весил намного больше, чем обычный человек подобного размера, однако и Авар обладал гораздо более внушительной силой, нежели простой смертный, посему ему с грехом пополам удалось поднять Шаннора в воздух над головой королевы наг и затем поистине запредельным усилием швырнуть его прямиком в гневно распахнутую пасть Ликадонны, которая, кстати говоря, уже успела обзавестись новой парой глаз взамен выбитых неуязвимым воителем во время их предыдущей стычки.
   Рёв, который издала королева наг, наверное, был слышен даже в эльфийских лесах Кэргора. Впрочем, он довольно быстро перешёл в надсадное хрипение, исполинское тело Ликадонны заметалось во все стороны, по ходу дела убивая и калеча тех воинов Авара, что оказались на её пути, а затем королева наг исчезла в морских глубинах.
   Однако на её месте тут же появились новые персонажи. Четвёрка уцелевших наг, за которыми плыл тот самый саркофаг, в котором и был заточён Шаннор, не желала мириться с поражением и принялась хладнокровно добивать тех воинов, кому повезло выжить во время буйства их королевы. Находясь в своей родной стихии, наги чувствовали себя как рыбы (или вернее будет сказать, ка водяные змеи?) в воде и вполне успешно расправлялись с растерявшимися членами экипажа "Звёздной пыли".
   Но и это было ещё не всё. К месту кораблекрушения стали стягиваться небольшие морские акулы, привлечённые запахом крови погибших и раненых воинов. Каждая акула была около полутора метров длиной, но и этого размера с лихвой хватало хищникам, чтобы безнаказанно нападать на моряков, вырывая своими чудовищными зубами громадные куски мяса из их тел.
   Авар, видя гибель своих воинов, устремился, было к нагам, но немного не рассчитал траекторию своего движения, и громадная трёхлезвийная алебарда-звезда глубоко пропорола ему бок, отчего Бог Ветра тут же потерял высоту и рухнул в воду, к счастью, довольно далеко от местонахождения змеелюдов и акул.
   А бойня всё продолжалась, наги тоже умудрились потерять одного из своих, ибо Гротт-Урод завладел дубиной оглушённого полубога Игхона и размозжил рубин одной из бестий, однако долго так продолжаться не могло. Осознав, что ещё чуть-чуть, и они будут попросту перебиты, Авар, несмотря на рану, громко отдал приказ всем выжившим плыть к берегу, а сам, с трудом найдя в круговерти битвы совершенно растерявшегося Рамона, подхватил его как недавно Шаннора подмышки и устремился к берегу.
   На последних резервах организма он сумел таки достичь мелководья и ещё успел увидеть около полутора десятков высоких светловолосых фигур, стоящих на берегу, прежде чем окончательно потерять сознание...
  
  
   ***
  
  
  
   Очнулся Бог Ветра уже в каком-то шалаше, сплетённом из гибких ивовых веток на деревянном ложе, застеленном мягкими серыми шкурами неведомых зверей. Первое, что он увидел, придя в сознание, было встревоженное лицо Рамона, склонившееся над ним.
  -Как ты? - Мягко поинтересовался юноша.
  -Вроде живой... - усмехнулся Авар. - Только бок немного побаливает. Но это ничего... скоро заживёт... у меня всё быыстро заживает... Так стоп! А что с остальными? Я помню только, как донёс тебя до берега, а потом... всё.
  -Успокойся, погибли не все... хотя и многие...
  -Давай-ка поподробнее, где я,... хотя это я и так знаю..., что случилось с нашими воинами, и самое главное, в каком статусе мы находимся у наших гостеприимных хозяев?
   А случилось вот что. После того, как Бог Ветра потерял сознание, все оставшиеся в живых матросы и воины устремились к берегу. Наги попытались, было, им помешать, но их было слишком мало, и в итоге люди собрались с силами и дали бой змеям уже на мелководье. Они сражались с яростью обречённых, и сумели таки уничтожить двух тварей, а одну даже захватили в плен. Немалую лепту в этом деле сыграла Леата, которая носилась над головами бестий и осыпала их отравленными иглами, целясь в глаза.
   Выживших оказалось очень мало. И это были самые сильные, те, кто сумел достаточно быстро преодолеть вплавь расстояние, отделявшее потерпевших рукотворное кораблекрушение от спасительного берега. Среди них были Жак-Жонглёр, потерявший практически все свои булавы, кроме двух, которые постоянно носил за поясом, коротышка Риг, который собственноручно прикончил одну из тварей, вырвав рубин у неё из головы при помощи своих миниатюрных капканов.
   Гротт-Урод, уничтоживший двух бестий при помощи дубины Игхона, и вынесший на себе плохо плавающего карлика тоже уцелел, как и сам полубог кентавров, который по прибытии на берег тут же потребовал своё оружие назад. Богатырь не возражал... А вот более из кентавров не выжил никто. Наги из-за крупных размеров полулошадей, заметили их одними из первых, и попросту поднырнув снизу, распороли им животы своими "звёздами". Акулы по достоинству оценили столь щедрый дар...
   Вирра Леата тоже сумела выжить, ей это по вполне понятным причинам оказалось проще, чем остальным. Последними, кто смог уцелеть, оказались фуррийцы во главе с Хирамом и, как ни странно, капитан Урхаган, который даже в этих нелёгких обстоятельствах сумел сохранить свою заветную флягу с отборнейшим самогоном, который кроме него никто не мог даже нюхать. Как сказал потом сам капитан, если бы фляга пропала в морской пучине, то и ему самому лучше было бы оказаться там же.
   Когда уцелевшие воины и моряки, наконец, то выбрались на берег, они нос к носу столкнулись полутора десятком местных жителей, вооружённых мощными дальнобойными луками. Это были воины-разведчики, застава которых находилась неподалёку в лесу. Неизвестно, чем бы закончилась эта встреча, если бы в самый последний момент из морской пучины не показалось чёрное блестящее как слюда тело Шаннора.
   Неуязвимый долго сражался с королевой наг, но, в конце концов, сумел таки одержать верх. Попав в её пищевод, он сумел пробить себе дорогу к её мозгу и, находясь внутри, исхитрился разбить громадный рубин, находившийся в самых глубинах её бронированного черепа в мелкое крошево, тем самым окончательно уничтожив её. Да, порой поединки бессмертных приобретают весьма и весьма странные формы...
   Шаннор не умел плавать, это было для него в принципе невозможно, учитывая особенность его физиологии, но он сумел выбраться на сушу по морскому дну. И, надо сказать, как раз вовремя.
   Эльфы, несмотря на некоторую изолированность от внешнего мира, были прекрасно осведомлены о том, кто такой Шаннор, и посему тут же опустили оружие.
  -Во всей этой истории мне непонятно лишь одно. - Подытожил Авар, когда Рамон, наконец, закончил своё повествование. - Зачем вы оставили в живых одну из наг? Какая от неё польза? Ведь как показала практика, эти создания абсолютно чужды чести и жалости... Мерзкие твари...
  -Она сказала, что знает безопасный путь в Кант.
  -Это меняет дело. - Авар, кряхтя, поднялся с ложа, придерживаясь за больной бок. - Пойдем, поглядим, что интересного она нам поведает...
  
   ***
  
  
  
   Нага действительно поведала Авару и его соратникам много интересного. В том числе и о том, где находится секретный проход в город Кант, отгороженный со всех сторон непроницаемой магической завесой, непреодолимой для любого смертного и бессмертного.
  -Откуда ты можешь это знать, червяк-переросток? - Скептически нахмурился капитан Урхаган, брезгливо поглядывая на сидящую в довольно глубокой яме, возле которой неподвижно застыли двое стражников-эльфов, бестию.
  -Всё просто - прошипела нага, та самая, что говорила с Аваром ещё на Забытом острове, которую, кстати говоря, звали Септр. Пола эти создания не имели. - Кант стоит на стыке двух ваших рек Орлы и Гравы, которые в свою очередь впадают во Внутреннее и Внешнее моря. С помощью этих рек нам удалось обнаружить слабое место в совершенном круге защиты Серпетриона. Оно находится глубоко под водой...
  -Где гарантия, что-то, что ты нам только что сказал, не ложь. - Нахмурился Авар.
  -Я не лгу. Если же вы выясните обратное, то ничто не помешает вам уничтожить меня. У меня нет силы против Неуязвимого.
  -Или ты просто тянешь время в надежде бежать, когда для этого представится удобный случай... - Задумчиво протянул Плачущий. - Ладно. Пока будем считать, что я тебе поверил. Но гляди. Если ты меня обманул, то жестоко поплатишься за это...
   Надо сказать, что эльфы, увидев Шаннора, проявили к нему и его спутникам совершенно несвойственное для них гостеприимство, расположив их на ночлег в своей ближайшей деревушке, и отправили посланцев в свою столицу Эльрон с сообщением о том, что Неуязвимый сумел освободиться из своего саркофага и теперь находится на их землях.
   Деревушка эльфов состояла по сути всего из трех десятков травянистых жилищ-шалашей и смотрелась на взгляд спутников Авара весьма скромно, если не сказать убого. Однако это был всего лишь так называемый аванпост, место ночлега для воинов приграничья, которые не нуждались в особых удобствах. В обычной жизни лесные эльфы предпочитали устраиваться намного более комфортабельно.
   Видимо лесным обитателям Зенты был ведом какой-то свой особый способ передвижения и передачи информации, потому что уже через неделю от старейшин Эльрона пришёл ответ, в котором путников приглашали прибыть в столицу эльфийского государства и обсудить сложившуюся ситуацию в мире.
   Дорога до Эльрона заняла у Авара и остальных около трёх дней, причём Урхаган готов был поклясться, что на самом деле расстояние от Эльрона до побережья куда более внушительное.
  -У нас свои пути. - Загадочно улыбнулся один из проводников из числа эльфов в ответ на вопрос капитана, при этом дав понять, что более не намерен обсуждать эту тему, и бравый морской волк не стал настаивать.
   При ближайшем рассмотрении Эльрон не произвёл на путников какого бы то ни было особого впечатления. По сути, это была та же деревня, только гораздо более внушительных размеров с многоярусными деревянными домами, некоторые из которых вырастали прямо из стволов громадных деревьев с густой раскидистой кроной.
   Это было, пожалуй, единственным, что поразило впечатлительного Рамона. Остальные же остались равнодушны к этому диву. Шаннор и Авар уже бывали здесь, Леата ранее и сама жила в подобных произведениях искусства правда намного меньшего размера, Урхагану же было глубоко насрать на местные пейзажи вообще и на архитектуру Эльрона в частности, лишь бы была полна его заветная фляга. Ну а осталные были просто закалёнными наёмниками, и не привыкли выражать каких бы то ни было сильных чувств.
  -Смотри, какие необычные дома! - Распахнул глаза Рамон, хватая за рукав, покачивающегося Урхагана.
  -Отвянь, сопля, не до тебя сейчас... - угрюмо буркнул капитан, грубо вырывая свой рукав из рук юноши - у меня горе...
  -Какое? - Вытаращил глаза юноша.
  -Вся моя команда, весь мой экипаж погиб. - Скорбно вздохнул капитан, смешно сморщив при этом изрядно помятую вчерашними (да и сегодняшними тоже) обильными возлияниями, физиономию. При этом накачивал он себя только эльфийским зелёным вином, которое щедро предоставляли ему хозяева здешних мест, а отнюдь не собственным самогоном, который берёг на крайний случай, справедливо полагая, что восполнить его запасы ему удастся ещё нескоро. - Моё судёнышко, которое я сам вот этими руками...
  -Смастерил? - Осторожно подсказал Рамон.
  -Назвал. - Упрямо мотнул головой Урхаган. - Потоплено какой засратой морской бестией... Ты мне должен новый корабль. - Неожиданно повернулся он к шагавшему рядом Авару.
  -Ха, о чём речь, мой нетрезвый друг! - Весело подмигнул Плачущий Рамону, так чтобы капитан этого не заметил, что было в принципе несложно сделать, поскольку Урхаган, как уже ранее говорилось, был изрядно накачен вином. - Как только Серпетрион будет повержен, я тебе с десяток таких кораблей подгоню. Один краше другого.
  -Ловлю на слове. - Мрачно буркнул капитан и, уронив голову, вновь погрузился в апатию.
   У эльфов Кэргора в отличие от их сородичей в иных мирах не было единого короля или королевы. Их страна вообще и Эльрон в частности управлялись советом двенадцати старейшин, которые не сменялись уже много веков по той простой причине, что эльфы не стареют и при наличии благоприятных для этого обстоятельств и отсутствия внешних угроз могут жить вечно.
   По случаю прибытия столь дорогих гостей, встречать их вышли все жители Эльрона находившиеся на данный момент в городе во главе с самими старейшинами.
  -Авар, сколько лет, сколько зим! - Обрадовано воскликнул высокий стройный эльф с длинными золотистыми волосами, заплетёнными в толстую косу.
  -Теорн, рад тебя видеть! - В свою очередь широко улыбнулся Бог Ветра, стискивая эльфа в дружеских объятиях, от которых последний заметно поморщился. Хватка у Плачущего была поистине железной.
  -Я вижу, ты к нам пожаловал не один. - Внезапно посерьезнел эльф. - Значит, ты всё-таки сумел...
  -Как видишь, дорогой друг, я держу свои обещания. Теперь настал ваш черёд выполнить свои.
  -Пойдём во дворец, наш разговор не для чужих ушей.
  -Ты опасаешься, что у вас завёлся предатель? - Тихонько поинтересовался Бог Ветра, когда они уже оказались в здании совета. Причём пустили туда только самого Авара и Шаннора. Остальных вежливо, но настойчиво попросили подождать снаружи.
   После этого двенадцать старейшин и двое чужаков проследовали в небольшой круглый зал, в котором оказалось как раз четырнадцать сидений (видимо эльфы планировали этот разговор и именно в подобном составе заранее). И уже там за плотно закрытыми дверями, снаружи которых неподвижно застыли двое молчаливых стражей, они принялись обсуждать судьбу всей Танарты.
  -Всякое может быть. - Пожал плечами Теорн. - Как говорится, лучше перебдеть, чем... ну ты меня понимаешь.
  -Ну, что ж, уважаемый совет. В таком случае, если у вас нет возражений, я хотел бы сразу же приступить к делу. Всем известно, что Серпетрион угрожает всем без исключения расам и народам этого мира. Его армии неисчислимы, а колдовская мощь превосходит совокупную силу нас всех вместе взятых. Посему, если мы и дальше будем бездействовать, то это закончится нашей гибелью. Он просто перебьёт нас поодиночке. Вы помните, я говорил вам об этом и несколько лет тому назад. Тогда вы сказали мне, что всё упирается в несокрушимость Башни Теней, в которой и обитает Владыка Смерти. Однако, как вы помните, нам удалось установить, что секрет этой несокрушимости кроется в магическом кристалле, находящемся в городе Кант, что стоит на стыке двух рек, Граввы и Орлы. Однако Серпетрион слишком хорошо укрепил этот город. Его окружает непроницаемая магическая завеса, преодолеть которую не может никто. Никто, кроме существа, которое не ведает страха ни перед чем. Никто, кроме существа, которое в принципе невозможно, не только убить, но даже и ранить. Никто, кроме Шаннора. Однако и его можно победить. Пусть не уничтожить, но сковать, обезвредить. Поэтому нам нужна сильная армия, вкупе с которой мы сумеем разгромить Серпетриона и его империю на крови. Несколько лет назад вы сказали мне, что пойдёте за мной, если я сумею освободить Шаннора, и я пообещал сделать это. Я сдержал своё слово. Вот он перед вами, думаю, ни у кого не вызывает сомнение его подлинность. Если хотите, хм... то можете проверить.
  -Он что, действительно неуязвим ни для какого оружия? - Скептически хмыкнул Оронэль, самый молодой из старейшин, которому едва исполнилась сотня лет, и который вошёл в совет после нелепой гибели одного из своих предшественников на охоте.
  -Можешь проверить. - Усмехнулся Авар. - Думаю, Шаннор не станет возражать. - Повернулся Бог Ветра к неподвижно сидящему Неуязвимому, и тот молчаливо кивнул в ответ.
  -Этот меч - Оронэль продемонстрировал собравшимся тонкий прямой клинок с ослепительно белым лезвием - ковали лучшие кузнецы моего народа. Он играючи рассекает обычную сталь, и брошенный лепесток цветка, попадая на его лезвие, тут же распадается надвое, едва успевая коснуться его. Если он не возьмёт это... существо, то тогда я и впрямь поверю, что он неуязвим.
  -Ну что ж, давай. - Согласился Авар, и эльф с резким криком-выдохом обрушил свой меч на плечо Шаннора, который так и продолжал неподвижно сидеть в своём кресле. Удар был очень силён. Чувствовалось что эльф - мастер своего дела. Однако клинок вместо того, чтобы начисто срезать руку Неуязвимого, со страшным звоном отскочил от чёрной плоти Шаннора и вывернулся из рук своего владельца.
   На идеальном до этого мгновения лезвии клинка появилась глубокая зарубка, а плечо Неуязвимого осталось целым и невредимым. На нём не осталось даже малейшей царапины. Ошарашенный Оронэль же некоторое время только и мог, что потрясённо переводить взгляд со своего меча, на неподвижно сидящего, оставшегося абсолютно спокойным Неуязвимого, а затем опустился перед Шаннором на колени и низко поклонился ему.
  -Прости меня за то, что сомневался в тебе. - Почтительно произнёс он, при этом упорно глядя в землю и старательно избегая взгляда его белых алебастровых глаз. - Ты и впрямь необыкновенное создание. Чудо природы. Я буду горд сражаться рука об руку с тобой.
  -А что скажут остальные? - Подал голос Теорн. - На правах старейшего члена этого совета я выношу на голосование следующее предложение. Кто за то, чтобы поддержать слово Авара и начать войну против Серпетриона?
   Поднялось десять рук.
  -Кто против?
   Поднялось две руки.
  -Итак, большинством голосов совет принял решение помочь Авару, Сыну Неба и Неуязвимому Шаннору в борьбе против Повелителя Смерти Серпетриона. Да будет так!
  -Да будет так!
  -Да будет так! - Раздались со всех сторон воинственные голоса. Решение было принято...
  
  
   Глава четвёртая. Кант.
  
  
  
  
  -... Так не пойдёт, то, что вы предлагаете - безумие! Наш флот будет уничтожен ещё на самых подступах!
  -А ты что хочешь, чтобы мы и дальше воевали с Серпетрионом в одиночку? А вы бы потом воспользовались плодами нашей победы?
  -Тихо, успокойтесь вы оба! - Возвысил голос Авар, и спорщики послушно умолкли. После того как Бог Ветра освободил Шаннора, его авторитет среди эльфов Зенты в одночасье взлетел на недосягаемую высоту.
   После принятия решения о вступлении в войну с Кортуром собрался уже большой совет, на котором присутствовали не только старейшины, но и многие уважаемые жители Эльрона, всех спутников Авара пригласили также.
  -Если мы хотим одолеть нашего общего врага, нам необходимо единство. С одной стороны вы правы, говоря, что вашу флотилию уничтожат ещё на подходе к Канту. Но с другой стороны прав и Урхаган, говоря, что в одиночку мы не сумеем взять его приступом. Посему я предлагаю следующее. Я знаю, что для того, чтобы поддерживать щит из энергии Смерти, в Кант каждую неделю доставляются новые пленники. Скорее всего, их там особым образом убивают, поддерживая этим силы заклятья. Однако это не столь важно. Важно же то, что по прибытии баржи с очередным живым грузом, защита на время отключается тамошними некромантами и появляется реальная возможность проникнуть вовнутрь.
  -Ты что же, считаешь, что шавки Серпетриона настолько слепы и тупы, что не отличат наше судно от баржи работорговцев?
  -Нет, я считаю, что они не отличат настоящую баржу от той, которую мы изготовим прямо здесь. - Хитро улыбнулся Плачущий.
  -Ни у кого из нас нет необходимых навыков, чтобы изготовить подобное судно. - Покачал головой Теорн.
  -Говори за себя, недотёпа. - Пробурчал Урхаган, на миг отрываясь от довольно вместительного сосуда полного отборного зелёного эльфийского вина, даже не потрудившись при этом поднять голову на собеседника. - Я хорошо знаю, как выглядит баржа работорговцев, как никак, двадцать лет в море и сумею помочь её сделать. Но, предупреждаю сразу, работы будет много...
  -Я ценю таланты твоего странного друга, но передай ему, что если он ещё раз меня оскорбит, то я проткну его на месте вот этим самым клинком. - Теорн для большей убедительности похлопал себя по бедру, на котором висел короткий, но очень изящный и искусно сделанный меч, с причудливым цветочным орнаментом на сверкающем лезвии, подчёркнуто обращаясь именно к Богу Ветра.
  -Это с превеликим нашим удовольствием. - Вновь подал голос Урхаган - Хотя всё равно твой бабский мечишко мою толстую шкуру даже не оцарапает...
  -Может, проверим это прямо сейчас? - Гневно вскочил со своего места Теорн.
  -Прекратите возню. - Прошипел чей-то холодный голос. Лишь через несколько мгновений всем присутствующим стало понятно, что он принадлежит Шаннору. - Серпетрион - мой личный враг. Из-за него я провёл целую сотню лет в каменном гробу, не имея возможности даже шевельнуть пальцем. Своими склоками вы лишь помогаете ему сокрушить нас, и не даёте мне насладиться местью, оттягивая ее сладостный момент. Поэтому, если вы будете и дальше продолжать в том же духе, то станете моими врагами, это ясно?
   В воздухе повисло напряжённое молчание.
  -Довольно, не будем горячиться. - Поспешил разрядить обстановку Авар. - По-моему, сейчас для нас будет лучше вплотную заняться претворением нашего плана в жизнь. Думаю, Урхаган с радостью объяснит вам все тонкости этого непростого дела. Я прав, капитан?
  -Угу... - Недовольно отозвался тот. - Чем скорее начнём, тем быстрее закончим.
   Против этого аргумента возразить не сумел никто.
  
  
   ***
  
  
   Строительство псевдобаржи началось через три дня. Ровно столько понадобилось рабочим, чтобы достичь побережья. Урхаган в полном соответствии со своей натурой не принимал участия в общем строительстве, а только изредка лениво покрикивал на упорно снующих туда-сюда эльфов и спутников Авара, которые деловито носили спиленные брёвна на побережье.
   Надо сказать, к вечеру пьяный, склочный капитан настолько достал всех своими придирками и хреновым настроением, что несколько эльфов, выгадав момент, добре его поколотили. После этого Урхаган стал вести себя намного более осмотрительно.
   Но, в общем и целом, работа продвигалась не просто споро, а можно даже сказать, ударными методами. Все участвующие в этом мероприятии прекрасно понимали, что время дорого и посему старались, как могли.
   Результат не заставил себя долго ждать. Баржа, названная остроумным Аваром, с молчаливого одобрения остальных "Пыльной звездой" была построена уже через месяц, и даже Урхаган нехотя процедил, что издалека это судёнышко вполне можно принять за полноценную баржу работорговцев.
   Впрочем, Бог Ветра, который тоже прекрасно знал, как выглядят подобные баржи, уверил остальных, что капитан в полном соответствии со своей склочной, поганой натурой сильно преуменьшает их заслугу, и корабль сделан настолько хорошо, что вряд ли кто-то сумеет распознать обман.
   Однако теперь следовало немедленно отправляться в путь. Авар благодаря эльфийским наёмникам, которые то прибывали в Зенту, то убывали обратно, был прекрасно осведомлён о положении дел в других частях света.
   А слухи шли не слишком утешительные. Как говорила молва, кессальцы по приказу Серпетриона почти полностью истребили вирр. Сатиры тоже находились в не намного более выгодном положении, а это означало, что в скором времени Владыка Смерти может обрушиться и на Кэргор. И тогда помоги нам Небо...
  
   ***
  
  
  
  -Ну что, капитан, как тебе твоя новая посудина?
  -Ну, в целом неплохо, хотя до моей "Звёздной пыли" ей как тебе до Серпетриона. - Не удержался от шпильки Урхаган.
  -У нас с ним силы разного корня... - Начал было объяснять слегка задетый за живое Авар, но, увидев нагло ухмыляющуюся физиономию капитана, в сердцах плюнул и поспешил покинуть палубу. В последнее время у Бога Ветра были изрядно расшатаны нервы, и он не желал спровоцировать конфликт, который по вполне понятым причинам не закончился бы для Урхагана ничем хорошим.
   Следует сказать, что причины для беспокойства у Плачущего имелись. Мало того, что Кант считался едва ли не самым укреплённым городом Кортура, не исключая даже и саму столицу, так ещё и штурмовать его они направились поистине смехотворными силами всего в пол сотни бойцов. Больше "Пыльная Звезда" попросту не сумела бы в себя вместить.
   Эльфы согласились вступить в полномасштабную войну лишь в том случае, если Авару и его спутникам удастся уничтожить кристалл, питающий стены Башни Теней. А сделать это будет ох как непросто.
   Уже возле своей каюты Бог Ветра наткнулся на группу воинов, среди которых были как "ветераны" так и новые члены отряда из числа эльфийских воителей Зенты, выразившие желание присоединиться к нему.
  -Ну так что, командир, может всё же расскажешь, что нас там ждёт? - Требовательно прорычал Гротт-Урод, поигрывая исполинской дубиной. Новой. Старая благополучно утопла где-то неподалёку от эльфийского побережья.
  -Да, думаю, что для этого настало самое время. Я не хотел говорить об этом раньше, чтобы вы не забивали себе голову ненужными проблемами и решали задачи по мере их поступления. Я долго изучал расположение Канта, насколько это было вообще возможно, учитывая практически полную его изоляцию от внешнего мира. И вот что мне удалось разведать. Кант стоит на стыке двух рек Гравы и Орлы, но это вы и так прекрасно знаете. По сути, весь город находится внутри исполинской пещеры, которая сокрыта от глаз постоянно низвергающимися с обрыва бушующими потоками воды величественного водопада Девы.
  -Я слышал о нем. - Заворожено прошептал Рамон. - Один человек в нашем селе рассказывал мне... Он говорил, что настолько величественное и завораживающее зрелище, что себе и представить нельзя.
  -Это так. - Склонил голову Плачущий. - Зрелище действительно очень красивое, однако нам важно не это, а то, что эти потоки воды могут в два счёта расплющить наше судёнышко.
  -Но как же тогда другие проходят? - Не унимался Рамон.
  -Как, как раком... - Недовольно пробурчал Урхаган, как раз успевший подойти к остальным говорившим и прекрасно слышавший последнюю фразу Рамона. - Туда проходят не сами суда, а лодки с рабами. На время их прохождения некроманты при помощи магии открывают маленькие проходы, которые вода как бы минует... Чего вы на меня вытаращились? Думали, старый дурак и пьяница, да? А вот хренушки вам, мы тоже кой чего могём...
  -В этом никто и не сомневается. - Серьёзно кивнул Авар, стараясь сдержат смех, который многие присутствующие не старались нужным сдерживать вовсе. - Мы все в одной команде, и каждый вносит посильную лепту в наше общее дело. Да, капитан указал всё верно. Наша задача заключается в том, чтобы не вызвав подозрение у стражи и колдунов, миновать завесу воды под видом очередного груза рабов, а затем перебить их всех. Делать всё надо быстро, иначе они успеют поднять тревогу.
  -Чё то я не понял, если у нас уже есть столь шикарный план, то на кой ляд, нам сдалась эта паршивая бестия, которая торчит сейчас связанная в трюме моего корабля? - Неожиданно раздухарился Урхаган, выхватив по ходу тирады свою тяжёлую пиратскую саблю и решительным шагом направляясь к люку, ведущему в трюм. - Такое судно мне загубили, паскуды...
  -Эй, эй попридержи ка коней, вояка! - Со смехом стопорнул его Авар. - Помимо барьера воды есть ещё и второй барьер. Чисто магический. Всякий, кто коснётся его, немедленно превращается в горстку пепла. Это не магия Смерти, но нечто иное. Вот для этого нам как раз и нужна нага.
  -Погоди, так у нас же есть этот. - Урхаган с опаской покосился в сторону как всегда невозмутимого Шаннора. - И его тоже... в пепел?
  -Нет, как раз Шаннор то с этой преградой вполне справится, но вся загвоздка в том, что его одного стражи могут и одолеть, пусть не уничтожить, но сковать и пленить. И вот тогда мы уже точно завалим всё дело. Мы должны ему помочь, чтобы разыграть эту партию до верного. А для этого нужно убрать колдовскую преграду. Завесу питает некий магический генератор, находящийся глубоко под водой. Так что нам никак не обойтись без помощи наги в его уничтожении.
  -Ладно, пусть живёт пока... - Нехотя процедил капитан, убирая саблю обратно за пояс. Тот факт, что подобным оружием он бы вряд ли убил столь опасное создание, коим являлась морская бестия, ему в голову видимо не пришёл...
  
   ***
  
  
  
   Путешествие от Кэргора до Ксенея продлилось около недели и на восьмой день пути "Пыльная Звезда" наконец достигла того места, где Грава впадала во Внешнее море. Там располагался небольшой форт, который защищал земли кортурской империи от незваных гостей, однако после того как Урхаган переговорил с его комендантом, сунув ему при этом изрядную мзду, все вопросы были быстро улажены и путники спокойно поплыли дальше.
  -Как всё прошло?
  -Да всё ништяк. - Расхохотался капитан. - Коменданта этого я давно знаю, так что наврал ему, будто бы заделался охотником за живым товаром, и никаких проблем. Теперь нам главное не привлекать излишнего внимания, и всё будет тип топ.
   Как впоследствии оказалось, Урхаган не ошибся, и судно спокойно прибыло до места назначения. Впервые увидев, что же из себя представляет город Кант, Рамон только и сумел, что восхищённо замереть.
   Вторая неофициальная столица Кортура располагалась в огромной пещере, вход в которую полностью скрывал собой гигантский водопад, высотой около сорока метров. Воды Гравы с чудовищным грохотом низвергались вниз, при этом из-за того, что практически в месте падения вод эта река пересекалась с Орлой, в месте их соприкосновения постоянно бурлил чудовищный водоворот, что с одной стороны обеспечивала местному населению невероятно красивое завораживающее зрелище, а с другой делала проход судов здесь практически невозможным, ежели, конечно, не задействовать магию.
   Так что по сути самого Канта и не было видно, всё скрывали величественные воды водопада Девы, из-за чего этот город заслужил прозвище у кортурцев "город-призрак".
  -Я никогда не думал, что на свете бывают подобные вещи... - Восхищённо прошептал Рамон.
  -Ты не сильно то заглядывайся на здешние красоты, мальчик мой. - Снисходительно усмехнулся Авар. - Сам понимаешь, заварушка будет жаркой...
   Их баржа стояла пришвартованной к приграничному форту, который специально находился здесь именно для этих нужд, ибо на расстоянии тридцати-сорока метров от водопада, течение становилось таким сильным, что преодолеть его не могло ничто. Ничто, кроме магии.
   Перед тем как попасть внутрь, сперва требовалось получить разрешение от дежурного некроманта форта, который в сопровождении дюжего сержанта и двух его здоровенных солдат как раз в этот момент стоял, напротив выстроенной вереницы пленников и придирчиво их изучал.
  -Одни эльфы... - Скептически скривился некромант. - Что-то подозрительно...
  -Нет, нет, что вы, господин. - Почтительно поклонился Урхаган. - Эти остроухие прохвосты, как я слыхал, к нам наёмниками прибыли, ну а потом надрались в одном из портовых кабаков и начали возводить хулу на нашего Великого Серпетриона... Вот их всех и повязали, голубчиков...
  -Кто нанял тебя на эту работу?
  -Старший мастер смерти Дарган. - Не моргнув глазом, соврал капитан. - Он сказал, что эльфы будут особенно ценным даром для Великого Канта.
  -Это же в порту совсем недалеко отсюда. Почему я не получил никаких вестей? - Подозрительно нахмурился мастер смерти.
  -Дык буквально несколько часов назад он мне все и поручил, у них там поломка какая-то образовалась, у тех, кто обычно возит... вот меня и подвязали...
  -Почему с тобой так мало людей? - Не унимался мастер смерти. Его подозрение всё никак не желало утихать.
  -Так на кой больше то, Ваша Милость? - Искренне изумился капитан. - Эти слабаки только с луками мастера обращаться, а в доброй рубке они что дети малые!
  -А кто у тебя был на вёслах? Или ты хочешь сказать, что вы вдесятером управлялись с этой махиной?
  -Дык они на вёслах и были! - Расхохотался капитан. - Я почти всех своих молодцов отпустил погулять по кабакам, а то в последнее время работы было много...
  -И что, ты не боялся, что они могут взбунтоваться?
  -Дык как, Ваша Милость, мы ж их к вёслам прикрутили, связанные они были, чего б они нам сделали! Тем более что каждый мой молодец как минимум четверых ихних стоит. Вон взять хотя бы Урода! - Указал капитан на громадную фигуру богатыря Гротта, и тот тут же горделиво расправил плечи, состроив самую свирепую ухмылку, на которую только был способен.
  -Я смотрю, у тебя в команде не только люди... Но и... нелюди. - Вкрадчиво осведомился некромант, поглядывая на невозмутимо замерших фуррийцев.
  -Дык, а чего такого, Ваша Милость. Рази нелюдей нанимать запрещено? Да и фуррийцы во многом получше наших. Сильнее, выносливее, исполнительнее... не пьют, опять же!
  -Да нет, не запрещено, но всё же... слушай, что-то мне твоя рожа знакома, я тебя уже где-то видел? Как тебя зовут?
  -Дык, Урхаган, Ваша Милость! Меня все знают!
  -Да - Мгновенно поскучнел некромант - я тебя вспомнил, видел тебя однажды в одном трактире, хотя ты меня и вряд ли знаешь. - Головорез, пьяница и пройдоха, каких поискать. А теперь ты, значит, заделался ещё и работорговцем... Ладно, грузи своих рабов на эти лодки. - Некромант небрежным жестом указал на две длинные узкие плоскодонки, в каждом из которых сидело по восемь гребцов из числа гарнизона форта. - А потом можешь проваливать.
  -Но я вообще-то рассчитывал дождаться своей команды здесь в форту, как мы вдесятером то с ней управимся? Да и потом, рази не мы сами должны рабов то вовнутрь вести?... Эх, а я так надеялся хоть одним глазком поглядеть на дивный город...
  -Делай, что тебе говорят, и поменьше задавай вопросов. - Враз посуровел мастер смерти. - Иначе сам присоединишься к своему грузу. Своих головорезов, так уж и быть, можешь дожидаться тут. Но смотри, для тебя же самого будет лучше, если они появятся как можно раньше.
  -Конечно, конечно, Ваша Милость. - Угодливо закивал капитан, да они уже через два дня будут здесь, клянусь вам... Эй вы! Чего встали, а ну пошевеливайтесь, остроухие выродки! - Уже совсем другим тоном рявкнул капитан на замерших со связными руками эльфов, и те нехотя принялись сгружаться в лодки. Улучив мгновение, в эту партию затесался и Авар, облачённый из-за осенней прохлады в тёмно-коричневый плащ с глухим капюшоном, точь в точь такой же, какие были и на самих эльфов.
  -И чего нам теперь делать?
  -Ждать. - Спокойно обронил Урхаган в ответ на робкий вопрос Рамона. - Уверен, Авар найдёт выход.
   А тем временем потоки воды в самом центре водопада разошлись в стороны, и взорам изумлённых друзей открылся широкий проход в самое сердце таинственного города. Однако это было ещё не всё. Незримая сила растолкнула и бурлящее течение в непосредственной близости от водопада.
   Таким образом, в самом центре широкой Гравы образовался идеально ровный водный коридор, лишённый даже намёка на какое-либо течение, в то время как по краям этого коридора, отделённого от остальной части реки невидимыми стенами, течение бесновалось и бурлило с ещё большей силой.
   Гребцы всё также безмолвно, как и до этого принимали пленников, начали сноровисто грести по направлению к проходу. Всё это время Урхаган и остальные оставшиеся на корабле продолжали напряжённо смотреть на зияющий тёмный провал прохода. Наконец, лодки исчезли в его зеве, но напряжение команды "Пыльной Звезды" и не думало ослабевать...
  
  
   ***
  
  
  
   А тем временем Авар и остальные "пленники" въехали в зияющую непроглядной тьмой пещеру прохода. Внутри, однако, оказалось не так уж и темно, скорее сумрачно. Водный поток внутри пещеры продолжал струиться во тьму подземелья, в конце которого угадывалось мерцание дивного радужного барьера, коим обозначалась граница недоступного простым смертным входа.
   Однако "рабов" сгрузили на берег намного раньше. Двое молчаливых некромантов в серых балахонах в сопровождении пятёрки дюжих стражей молча наблюдали за вновь прибывшими, а затем принялись деловито выстраивать их в колонну. Чувствовалось, что эта работа была для них привычна и уже успела надоесть им до колик.
  -Сейчас. - Улучив момент, шепнул Авар Оронэлю, который тоже изъявил желание участвовать в походе, и который являлся командиром эльфийского отряда, и тут же, не мешкая боле стряхнул со своих рук импровизированные веревки, которые на самом деле держались на одном лишь честном слове, и ринулся на колдунов. Секундой позже к нему присоединились и сами эльфы.
   Никакого боя не было. Некроманты и их подопечные настолько привыкли к молчаливой покорности своих жертв, что нападение отряда Бога Ветра застало их врасплох, и они не сумели оказать им даже самого незначительного сопротивления.
   Уже на первых секундах боя Авар заколол первого некроманта, вырванным у ближайшего стражника клинком и тут же приставил его лезвие к горлу второго.
  -Не дёргайся, если хочешь жить. - Прошипел он прямо в ухо оцепеневшего от ужаса чародея, и тому оставалось лишь покорно кивнуть в ответ.
   Стражи же были попросту смяты подавляющими силами внезапно освободившихся эльфов, вмиг обезоружены и перерезаны как бараны на бойне. Никто из них даже пикнуть не успел.
  -Отвечай коротко и по существу. - Холодно процедил Авар своему пленнику, которого и не подумал выпускать из рук, отлично зная, на что способен даже самый завалящийся мастер смерти. - Как открывается проход?
  -Ппри помощи этого жезла... - Нехотя выдавил из себя чародей, указывая на валяющийся неподалёку короткий посох своего мёртвого собрата с тусклым дымчато-серым кристаллом на конце.
  -Если сейчас мои люди, оставшиеся снаружи поплывут сюда, проход не закроется?
  -Нет, для того чтобы закрыть проход, нужно воспользоваться жезлом...
  -Смотри, если ты солгал, то присоединишься к своему дружку. - Небрежно указал Авар на мёртвое тело в сером балахоне. - Оронэль! Подержи ка этого молодчика как я. А я пойду, подам сигнал нашим друзьям. Следи за ним внимательно, он опасен. - Счёл нужным предупредить Плачущий, а затем, передав пленника эльфу, одним движением взвился в воздух и вылетел из прохода.
   "Сюда" - Подал сигнал Бог Ветра, воспарив высоко над землёй и сделав своим воинам приглашающий жест.
  -Этто что... - Изумлённо проронил некромант, допрашивавший Урхагана, который как раз вернулся для того, чтобы окончательно разобраться с вновь прибывшими, но капитан не стал дожидаться, пока он сообразит в чём дело, и одним прыжком оказавшись рядом, вонзил ему свой кинжал под подбородок. Чародей захрипел и повалился навзничь.
  -Тревога! - Оглушительно заорал дюжий сержант, при виде мёртвого чародея и, выхватив меч, бросился на чужаков. Его солдаты последовали за ним, а из приземистого здания форта на подмогу своим товарищам спешило ещё около двух десятков воинов с тяжёлыми арбалетами наперевес.
  -Жаль бутылочку, но видно пришло время... - Задумчиво пробормотал Хирам и резко швырнул в сторону набегавших врагов небольшой прозрачный пузырёк с ярко-оранжевой жидкостью. Грохнул небольшой взрыв. На месте вражеских солдат немедленно вспыхнуло пламя точь в точь того же цвета, что и сама жидкость, и бравые вояки в одно мгновение превратились в чёрные обугленные головешки. Снадобье бессмертного алхимика было сработано на совесть.
   Сержант же и его двое починённых были моментально сметены превосходящими силами противника. Сержанта зарубил Урхаган своей абордажной саблей. Остальных прикончил Гротт-Урод, чудовищная дубина которого в единый миг переломала незадачливым воякам все кости.
  -Ух ты, а я и не знал что у тебя после той заварушки с нагами ещё хоть что-то осталось! - Восхищённо выдохнул Урхаган.
  -Осталось, но, к сожалению, это предпоследняя. - Виновато развёл руками Хирам. - Всё остальное утонуло.
   Один из фуррийцев в ответ на это лишь пренебрежительно хмыкнул, но ничего не сказал. Он, как и остальные его товарищи, считал, что сражаться нужно либо честной сталью, либо голыми руками. Все остальные методы есть проявление слабости их применяющего.
  -Ладно, не суть, - Обрубил Урхаган. - Рамон, давай, слетай в трюм, и скажи всем, кто там находится, чтобы поторапливались, неизвестно, сколько ещё продержится заклятие прохода...
  
   ***
  
  
  -А дальше то что? - Урхаган скептически оглядел мерцающую стену барьера. Нам тут не пройти.
  -А теперь уже в дело вступает наш уважаемый пленник. - Подмигнул Авар. - Что-то ты не слишком-то сподобился в своё время изучить тайны этого города, а, бравый капитан?
   После того как вся первая линия обороны Канта была прорвана, Рамон спустился в трюм, где прятались Игхон, Леата, Шаннор и Септр, и сообщил, что опасность миновала. Изначально Авар планировал вообще ссадить всех четверых неподалёку от форта из-за слишком уж специфической внешности последних, ибо, если некромантам вдруг взбрело бы в голову более тщательно осмотреть их судно, весь план полетел бы коту под хвост. Однако затем Бог Ветра по здравому размышлению решил всё же рискнуть, поскольку в противном случае это оборачивалось для них ещё большим риском и ненужными осложнениями.
   Теперь же вся команда "Пыльной Звезды" Стояла неподалёку от радужной завесы и решала, что им делать дальше. Изнутри пещера не выглядела особенно большой, однако друзья ещё не видели её недра, и посему судить об истинных размерах подземного убежища было пока ещё рановато.
  -Верно. - Жёстко усмехнулся Урхаган. И Рамон поразился непривычной глубине и горечи, которой был наполнен голос обычно внешне недалёкого и бесшабашного капитана. - Потому что когда меня ещё пацаном привезли сюда, всех моих товарищей, с которыми я вырос в одной деревне, и которых эти твари захватили вместе со мной, погибли. Я спасся лишь потому, что с детства плавал как рыба и сподобился развязать свои верёвки ещё в лодке. А это - капитан широко распахнул свою рубаху и указал на длинный белёсый шрам, красовавшийся у него на левом боку - мне на память оставил один из ублюдков наподобие вот этой падали. - Урхаган со злостью пнул ближайшее к нему тело убитого эльфами стража.
  -Прости, я не знал. - Положил капитану руку на плечо Плачущий. - Сегодня мы заставим их отплатить за все те беды, что они принесли тебе и другим ни в чём не повинным людям.
   Урхаган в ответ лишь вяло отмахнулся.
  -Ну, что, Септр, я могу доверять тебе или нет? - Повернулся Авар к неподвижно замершей возле него наги.
  -Это не важно. - Подал голос Шаннор. - Я поплыву с ним. В одиночку он вряд ли сумеет разрушить то, что поддерживает силу завесы.
  -Ты уверен? - Озабоченно нахмурился Авар. - Без тебя весь наш план не стоит и выеденного яйца, а наш общий друг может запросто оставить тебя там на глубине.
  -Не оставит. - Мрачно усмехнулся Неуязвимый. - Я поплыву на его спине, он выдержит, он даже сильнее чем ты, Авар. - А я же в свою очередь всё это время буду держать руку на его камешке, чтоб ему в голову без нужды не лезли всякие нехорошие мысли, верно, Септр?
   Нага нехотя кивнула, с ненавистью уставившись на ухмыляющегося Шаннора.
  -Тогда поспешите. Время дорого. - Кивнул головой Авар, и оба тут же не мешкая, исчезли в непроглядной толще пещерных вод.
  
   ***
  
  
  
   Неясная тёмная тень быстро скользила в тёмных глубинах Гравы. Спуск продолжался довольно долго, Шаннор уже начал было подозревать, что нага везёт его куда то не туда, как вдруг внизу на самом дне реки, которое, кстати говоря, было песчаным а отнюдь не каменистым, как ожидал бессмертный, Неуязвимый заметил продолговатый серый обелиск правильной формы и явно рукотворного происхождения.
   Будучи по понятным причинам не в состоянии говорить, Шаннор бесцеремонно повернул голову морской бестии в свою сторону и вопросительно указал на обелиск. Нага раздражённо кивнула, не слишком довольная подобным беспардонным обращением, и подплыла вплотную к обелиску.
   И вот тут перед Шаннором возникла дилемма. Пару раз ударив ногой по камню, он обнаружил, что не в состоянии его разрушить, одновременно контролируя нагу. Тут требовалась вся его мощь. Тогда Неуязвимый быстро выпустил из рук рубин твари и изо всех сил ударил обоими кулаками по прочному монолиту обелиска.
   Раздался глухой треск, и камень распался надвое. Однако Септр тоже был далеко не дураком, поэтому, как только камень был разрушен, могучий удар змеиного хвоста смёл Шаннора с его спины, и змеелюд, не дожидаясь, пока Неуязвимый придёт в себя, проворно поплыл назад.
   Казалось, всё было кончено. Шаннор не мог самостоятельно выбраться из водных глубин. Точнее мог, но это заняло бы у него колоссальное количество времени, но всё повернулось совсем по-другому. На пол пути до поверхности, нага неожиданно развернулась и поплыла обратно. Подплыв вплотную к Неуязвимому, она нетерпеливым кивком указала ему себе на спину, и ошарашенный сверх всякой меры Шаннор только и смог, что молча подчиниться.
  
  
   ***
  
  
  
  
  -... поздравляю, вы справились. - Хлопнул по плечу Шаннора Бог Ветра. - Барьер развеян.
  -Следует поторопиться, скоро некроманты поднимут тревогу. - Озабоченно прошипел Септр.
  -Ты свободен. - Коротко кивнул ему Авар. - Можешь идти на все четыре стороны.
  -Я пойду с вами. - Упрямо мотнул головой Септр.
  -Нет, мой отряд уже достаточно настрадался от твоего вероломства. - Нахмурился Плачущий.
  -Тебе стоит взять его. - Тихо прошипел Шаннор. - Там на глубине он мог бы сбежать, но... не стал этого делать.
  -Вот как, я смотрю, вы уже подружились... Зачем тебе это?
  -Наша владычица Ликадонна после своего пробуждения поведала нам о том, что Серпетрион хочет уничтожить этот мир. А я не хочу умирать. - Пожал плечами Септр. - Так что я с вами в одной лодке, до тех пор, пока Владыка Смерти не будет уничтожен.
  -А какой был смысл тогда сбивать меня в воду? - Прошипел Шаннор, недоуменно прищурив свои алебастровые глаза.
  -Ты убил многих моих сородичей... К тому же надо же было мне поставить тебя на место. - Ничуть не обескуражено отпарировала нага.
  -Ладно, некогда пререкаться... Вперёд!...
   Как выяснилось позже, завеса скрывала за собой небольшой, но довольно широкий однако коридор, который в самом конце разветвлялся надвое.
  -Так, ну и в какую сторону? - Озадаченно почесал макушку Урхаган.
  -Туда! - Рамон, не колеблясь, указал направо. - Я чувствую исходящую оттуда огромную силу.
   И путники, повинуясь чутью юного эмпата, двинулись в указанном направлении. Путь преградили десятка три спешно набежавших из боковых дверей стражей. Авар, на бегу превратившись в миниатюрный смерч, расшвырял их в разные стороны. Кого-то походя добили остальные воины его отряда, а кто-то просто оглушённый валялся у стен. Этих трогать не стали. Времени было в обрез.
   Наконец коридор закончился, и друзья оказались перед массивными каменными воротами, сработанными из белого гранита, с выгравированным посередине ухмыляющимся черепом, выполненном из обсидиана.
  -Шаннор, твой выход. - Только и успел приказать Авар, как Неуязвимый на полном ходу плечом врезался в казавшиеся несокрушимыми ворота. Брызнуло каменное крошево, и створки, не выдержав удара, широко распахнулись.
   Взорам путников предстал довольно обширный квадратный зал, целиком высеченный в скале, в самом центре которого висел в воздухе громадный кристалл, охваченный ярким сиреневым свечением. Вокруг него на расстоянии около трёх метров мерцала точно такая же полупрозрачная радужная завеса, которую не так давно уничтожили Септр и Шаннор.
   Неподалёку от завесы в самоуверенной, если не сказать вальяжной позе стоял могучий обнажённый до пояса довольно высокий человек с длинными чёрными волосами и необычными, ярко-зелёными глазами. Изяществом и красотой черт лица он немного походил на эльфа, однако был гораздо массивнее и мускулистее. По всей его беловато-серой коже змеились причудливые татуировки, нанесёнными чёрной краской.
  -Я Аримис, Хранитель этого кристалла. Что привело вас сюда? - Насмешливо спросил воин, иронически изогнув бровь. Чувствовалось, что он был исполнен ощущения собственной силы и превосходства.
  -Я Авар, Бог Ветра. Мы прибыли сюда, что бы уничтожить кристалл. Уйди с дороги или последуешь за ним.
  -Это вряд ли, молодой бог, это вряд ли,... к сожалению, я не могу выполнить твою просьбу. Я привязан к Кристаллу незримыми узами и буду защищать его до последнего.
  -Что-то плоховато ты его защищаешь. - Усмехнулся Плачущий. - Серпетрион давно уже выкачивает из него энергию для своих нужд.
  -Это меня не волнует. - Равнодушно пожал плечами Хранитель. - Меня интересует лишь целостность Кристалла.
  -В таком случае ты умрёшь. - Резюмировал Бог Ветра. - Шаннор!
   И Неуязвимый, игнорируя Хранителя, ринулся к кристаллу. Однако последний неожиданно резко взвился в воздух и, подскочив вплотную к Шаннору, схватил его поперёк туловища и через весь зал легко отшвырнул его обратно.
  -Ну хорошо... - пробормотал Бог ветра и превратился в маленький смерч. Но Аримис в ответ на это лишь легко бросил своё тело вперёд и на лету сбил плечом самоуверенного Бога ветра, так что тот, пролетев через весь зал, на полной скорости врезался в одну из стен.
   А тем временем в коридоре послышались воинственные крики стражников. Хирам в ответ на это откупорил свою последнюю бутыль и швырнул её прямиком в дверной проём. Повалил удушливый тёмно-синий дым, и среди стражников зазвучал хриплый, надсадный кашель.
  -Это их надолго задержит... - Пробормотал он себе под нос.
  -Надеюсь, мы то сами сумеем пройти? - Встревожено подал голос Урхаган.
  -Думаю, к тому времени, как мы закончим, дым развеется. - Успокоил его алхимик и поспешил на помощь к товарищам, которые уже вовсю сражались с оказавшимся таким неожиданно сильным загадочным Хранителем Кристалла.
   Их дела складывались не очень хорошо. Мало того, что Аримис был быстрее и сильнее любого из них, не исключая даже Шаннора, так он ещё и обладал мгновенной регенерацией, превосходя в этом отношении даже наг. Любая рана, нанесённая ему, затягивалась настолько быстро, что казалось, будто бы клинки попросту проходят сквозь его тело, не причиняя никакого вреда. Уже половина воинов Бога Ветра, включая и его самого, валялась полуоглушённая на ровном полу каменного зала.
  -Как зовут? - Злорадно протянул коротышка Риг, ухватив Хранителя своим капканом за промежность, однако тот не поведя и бровью, одним мощным ударом ноги отбросил карлика далеко вперёд. От удара грудь коротышки смялась вовнутрь, и он, пару раз дёрнувшись, затих. Из его полуоткрытого рта непрерывно стекала тоненькая струйка тёмной крови...
   Игхон пытаясь сбить противника на землю, швырнул в него свою дубину, но промахнулся и решил попытать счастья в рукопашной схватке. Обхватив противника поперёк талии, он начал мощно сдавливать её, однако Аримис, легко извернувшись, избежал объятий кентавра, и сильно пихнул того в бок, отчего тот отступил на несколько шагов, и половина его туловища оказалась в радужном мерцании завесы.
   Эффект был просто поразительным. Задняя часть Игхона, попавшая в поле враждебной энергии моментально испарилась, и полубог рухнул на каменный пол зала грудой мёртвой плоти. Передняя часть его туловища заканчивалась идеально ровным чёрным обугленным срезом...
   Аримис, не обладая магией, двигался настолько стремительно, что друзьям никак не удавалось сгруппировать силы и атаковать его всем скопом. Вот один из фуррийцев обрушил свою гизарму на Хранителя и глубоко рассёк ему бок. Его товарищ обхватил Аримиса сзади, пытаясь поставив того на колени.
   Хрипло рассмеявшись, Хранитель в свою очередь схватил фуррийца за шею и одним движением сломал шейные позвонки, а затем швырнул уже бездыханное тело на его товарища.
   Вирра Леата, паря высоко в воздухе, обстреливала Аримиса отравленными иглами однако толку от этого было немного, ибо Аримис был настолько стремителен, что ухитрялся не только воевать с воинами Авара и уклоняться от снарядов вирры, но ещё и раз за разом отшвыривать упрямого, не оставляющего попыток пробиться сквозь завесу Шаннора от Кристалла.
  -Так ничего не получится! Давай вместе! Спалим его к безднам в огне завесы! - Рявкнул Неуязвимому Гротт Урод, и они кинулись на Хранителя с двух сторон. Схватив его за руки, они принялись тащить его в сторону мерцающего сияния, но Аримис, вовсе не желая быть сожжённым, изо всех сил ударил Урода головой в переносицу. Богатырь взрыкнул, но не разжал хватки.
   Тогда Хранитель ударил ещё раз, затем ещё... После пятого удара Гротт не выдержал и разжал руки. Аримис к тому времени находился всего в двух шагах от завесы. Освободившись от Урода, Хранитель схватил Шаннора за горло и в который уже раз за сегодняшний день отшвырнул его далеко назад.
   В это время Жак Жонглёр, до этого слегка оглушённый Хранителем, заметив, что они на волосок от успеха, приподнялся с пола и швырнул в Аримиса одну из своих булав. Снаряд угодил в переносицу Хранителя и заставил того ощутимо вздрогнуть. Септр, который до этого напряжённо присматривался к сражавшимся, понял, что настал его черёд и, подскочив к опешившему Аримису и нанёс ему чудовищный удар хвостом.
   Хранитель оказался воистину великим воином. В самый последний момент он успел перехватить нагу за гибкий длинный хвост и швырнул его в завесу. Но тут очухавшийся Гротт схватил Аримиса за ноги и изо всех сил бросил его туда же. Тело Хранителя с коротким криком исчезло в единой вспышке радужного пламени.
  -Давай, Шаннор, время дорого! - Рявкнул богатырь, озабоченно поглядывая на дверной проём, откуда уже выбегали фигуры разьярённых стражей в кожаных доспехах. За ними маячили молчаливые некроманты в серых балахонах, которые, наконец, то сумели преодолеть воздействие снадобья Хирама.
   Неуязвимый молча кивнул и бросился к кристаллу. Неподалёку от него лежало обугленное тело наги. Его рубин ещё тускло мерцал, но по нему уже пробежал ряд заметных трещин. Видимо столкновение с магическим огнём завесы оказалось для него непосильным испытанием.
  -Добей... - Хрипло прошипел Септр, и Шаннор пристально посмотрев на змеелюда, тихонько взял его камень в ладонь и осторожным, почти нежным движением пальцев превратил его в пыль. Багровые глаза Септра полыхнули в последний раз и погасли окончательно. Его распростёртое тело даже после смерти выглядело грозно и величественно...
   Набежавших стражей встретили прицельными залпами эльфийские лучники, луки которым принесли Септр, Шаннор и прочие, прошедшие сквозь проход во второй партии. Начали падать первые убитые. Некроманты, видя, что их воинов вот-вот ждёт поголовное истребление, атаковали эльфов серым прахом, который тут же выкосил половину из них.
   А тем временем Шаннор, миновав завесу, изо всех сил ударил кулаком по кристаллу. Раздался мощный низкий гул, и творение неведомых сил рассекла глубокая чёрная трещина. После второго удара трещина стала намного глубже, и из кристалла начали бить сиреневые лучи чистой энергии, разрушавшие всё на своём пути.
  -Все вон из зала! - Оглушительно рявкнул Гротт Урод, который первым сообразил, что сейчас произойдёт, и Авар в третий раз за сегодняшний день превратившись в живой вихрь, ринулся на некромантов. Сверкнули парные короткие мечи, в воздух полетели кровавые обрубки тел незадачливых колдунов.
   Все остальные же в свою очередь поспешили вон из зала, причём рядовые стражи некромантов на этот раз тоже были в их числе, даже и не помышляя о продолжении боя. Выжить хотели все.
   Шаннор, увидев, что его друзья покинули зал, обрушил на Кристалл третий удар, и последний с оглушительным грохотом взорвался, исторгнув из себя колоссальный поток чистейшей мощи, который отбросил Неуязвимого далеко назад, и тот, пользуясь неожиданной "подмогой", поспешил прочь из зала, и, надо сказать, как раз вовремя, поскольку уже через мгновение каменный потолок не выдержал дикой пляски неведомых магических сил и обвалился вовнутрь.
  
   Глава пятая. Жертвоприношение.
  
  
  -Планы изменились, мне нужно, чтобы ты открыл не один, а два портала.
  -Но, Великий, боюсь у нас попросту не хватит на это энергии.
  -Хватит. Я передам тебе ключи от одного могущественного заклинания, к тому же после открытия первого портала я смогу влить в него свою собственную силу.
  -Да, Великий, я всё понял, но дозволь спросить, для чего тебе это?
  -Узнаешь в своё время. Сейчас сосредоточься на выполнении моего первого задания и накоплении достаточного источника мощи для второго портала. Лучше всего будет, если ты откроешь второй портал как можно дальше от первого, чтобы их эманации не экранировали между собой.
  -Я понял, Великий. Мой лучший некромант сейчас как раз находится в Кессале, и ему вполне по плечу осуществить всю необходимую подготовку.
  -Если ты в нём так уверен, то пусть он займётся этим, однако тебе следует помнить, что в случае неудачи, за провал ты мне ответишь лично...
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Равильон, нам надо поговорить.
  -Я тебя слушаю.
  -Только что мне поступил телепатический приказ от Владыки Серпетриона. Он приказывает нам провести жертвоприношение. Жертв должно быть не менее сотни, причём все как на подбор молодые и здоровые, никаких стариков и больных.
  -Ты с ума сошёл? На нас здесь и так уже косо смотрят. Вот-вот начнётся бунт. А если сделать то о чём ты просишь, может подняться весь Кессаль!
  -Во-первых, прошу не я, а Владыка Серпетрион. Приказывает. А во-вторых, тебе не кажется, что в последнее время ты позволяешь себе слишком уж вольно рассуждать о делах нашего Владыки? - Вкрадчиво прошипел Саорх, глядя на хмурое, осунувшееся лицо первого маршала.
  -Это не тебе решать, чародей. - Жёстко отрубил Равильон. - И не тебе задавать мне такие вопросы. За свои слова и поступки я отвечаю лишь перед самим Серпетрионом.
  -Владыкой Серпетрионом. - С нажимом поправил маршала Саорх, и Эомар вынуждено склонил голову в знак согласия.
  -Владыкой Серпетрионом... - Эхом отозвался первый маршал.
  -В таком случае я жду от тебя полной поддержки. Проследи за тем, чтобы чернь не подняла бунт. Держи своих людей наготове. Это всё, что от тебя требуется. Об остальном мы позаботимся сами. Я могу на тебя рассчитывать?
  -Конечно, как и всегда. - Нехотя протянул Равильон.
  -В таком случае больше не смею тебя беспокоить. - Ехидно прошипел Саорх и неслышной тенью растворился в коридоре, покинув покои первого маршала.
  
   ***
  
  
   На следующее утро Эомара разбудили чьи-то истошные вопли. Кричала женщина.
  -В чём дело? - Недовольно процедил Равильон, обращая свой вопрос к одному из стражей, дежурившему у дверей его покоев.
  -Мастера смерти схватили каких-то святотатцев. Похоже, они собираются принести их в жертву нашему Владыке Великому Серпетриону. - Почтительно отозвался воин.
  -Господин, я вас прошу, я вас заклинаю, остановите это безумие! - К первому маршалу подбежал совсем ещё молодой кессальский офицер, тот самый, который не так давно благодарил его за избавление от создания вирр. - Они забрали мою жену! Она ни в чём не виновата!
  -Подожди, воин, ты говоришь о некромантах?
  -Да, именно о них! Мастера смерти совсем обезумели! Они ходят по городу и хватают первых попавшихся женщин и мужчин, обвиняя их в неведомых грехах. Я прошу вас, я заклинаю вас, остановите это безумие!
  -Я попробую спасти твою жену, но ничего не могу обещать. Некроманты на данный момент подчиняются Саорху, а не мне. - Кивнул головой Эомар и решительным шагом направился в покои верховного некроманта Кортура.
  -Я вас прошу, помогите! Если хотите, можете забрать мою жизнь, только спасите Назиру! Она у меня беременная!
  -Как ты сказал... беременная? Это точно?
  -Знахарка сказала, что уже два месяца как.
  -Понятно... пошли, поможешь мне опознать твою жену. Только не говори ни слова. С Саорхом и его людьми я разберусь сам...
  
   ***
  
  
  -Как это понимать, Равильон?
  -Никак. Я забираю её. - Жёстко отчеканил первый маршал, выхватывая из испуганной толпы мужчин и женщин молодую темноволосую девушку.
  -Почему именно её?
  -Она беременна.
  -И что? Она преступница и будет наказана по закону!
  -Я сказал, я забираю её. - С нажимом повторил Эомар, и, не слушая боле возражений Саорха, быстро пошёл прочь, волоча за собой впавшую в прострацию от всего происходящего Назиру. Её муж также последовал за ним.
   Осталные же пленницы, увидев всю эту сцену, начали наперебой кричать, что они тоже беременны, одна даже бросилась в ноги к верховному некроманту. Сквозь её тёмную хламиду явственно проглядывал кругленький животик.
  -Господин, пощади моего ребёнка! - Истово взмолилась женщина, умоляюще глядя на невозмутимое лицо мастера смерти.
   Тот в ответ лишь брезгливо поморщился и небрежным движением указал на неё одному из стражей, стороживших пленников. Тот лениво подошёл и, грубо ухватив женщину за волосы, поставил её на ноги, однако это лишь усилило её истерику. Тогда дюжий стражник изо всех сил ударил её кулаком в живот, отчего несчастная согнулась пополам и рухнула на землю, оглашая воздух тяжкими стонами.
  -Это уже слишком. - Вновь поморщился Саорх, и, повернувшись к стражу, приказал. - Заткни её.
   Воин, ухмыляясь, вытащил свой короткий меч и одним движением перерезал женщине горло.
  -Все поняли, что ожидает того, кто посмеет ослушаться меня? - Вкрадчиво осведомился верховный некромант у замерших от ужаса пленников. - Чтобы больше я не слышал от вас ни звука, иначе разделите её судьбу...
  
   ***
  
  
   Первый маршал Кортура доблестный Эомар Равильон никак не мог найти себе места, выхаживая туда сюда по своим покоям. Крики терзаемых женщин преследовали его с самого утра. Весь день Эомар пытался убедить себя, что это правильно, что таков приказ его владыки, который в последнее время почему-то перестал откликаться на его зов, но сам прекрасно понимал, что не что иное, как жалкие отговорки. Ни одна цель, ни одна власть не может оправдать убийство невинных людей.
   Впервые за без малого сотню лет своей жизни Равильон отчётливо понял и осознал это. Весь день к нему то и дело прибегали какие-то люди с отчаянными просьбами вызволить их близких, и сердце маршала, которое прежде было холодным словно камень, теперь всё чаще тревожно ныло, не давая своему хозяину желанного покоя.
   Тогда терзаемый противоречивыми чувствами он мысленно воззвал к Серпетриону, но тот, как и в прошлые разы не спешил откликаться на его зов, и маршал, наконец, решился. Сейчас он пойдёт и скажет Саорху, что отбывает назад в Кортур. Ибо он не в силах более выносить всё это, а там... пусть Серпетрион решает его дальнейшую судьбу. Лично ему уже всё равно.
   Пройдя быстрым, стремительным шагом по извилистым коридорам дворца ныне покойного Габра, Равильон остановился возле дверей покоев некроманта и собрался уже было решительно постучать, но тут он вдруг неожиданно услышал голоса, раздававшиеся внутри, которые заставили его внимательно прислушаться к предмету разговора.
  -...Вы считаете, что его время закончилось?
  -Не знаю, это решать Владыке, а не нам, но в последнее время он всё чаще съезжает с катушек... Может быть, имело смысл в своё время оставить в живых его семью тогда.
  -Вы правы почтенный Саорх, потеря такого воина как Равильон может серьёзно подорвать боеспособность нашей армии. Многие солдаты смотрят на него как на бога...
  -Я сообщу Владыке о неблагонадёжности Равильона. Думаю, он сумеет подобрать подходящего кандидата на его место.
  -Вы считаете, что его можно заменить... - С сомнением в голосе протянул неизвестный, но Эомар уже не слушал.
   Разноцветный калейдоскоп картин из его жизни мгновенно пронесся у него перед глазами. Более половины столетия он прослужил тому, кто уничтожил всю его семью. Тому, кто поломал его судьбу, превратив его в безмозглую марионетку, только и способную, что выполнять чужие приказы.
   Ведь и дураку ясно, что некроманты и шагу не могли ступить без согласия Серпетриона в таких вопросах. Теперь уже не важно, были ли те, кто сознался в убийстве Фелиции и её нерождённого ребенка настоящими убийцами или простыми козлами отпущения. Важно то, что теперь он знает правду относительно того, кто на самом деле стоял за всем этим.
   На губах Равильона промелькнула зловещая усмешка. Пусть не в его силах уничтожить самого Серпетриона, но уж с его шавками то он уж как-нибудь разберётся. Не мешкая более ни секунды, первый маршал изо всех сил рванул дверь на себя, вырывая массивный железный засов с корнем. Сейчас он покажет этим бездушным тварям, что они слишком рано списали его со счетов.
  -Что за... - Изумлённо вытаращился худой лысый некромант с круглыми навыкате глазами, который находился покоях вместе с верховным мастером смерти.
  -Ты что себе позволяешь?! - Рявкнул на первого маршала Саорх, вскакивая со своего кресла, на котором он до этого сидел, однако последний безо всяких разговоров выхватил свой льдисто-голубой клинок и одним движением пронзил горло первого некроманта.
   Глаза Саорха полезли на лоб, он попытался что-то сказать, однако Эомар не дал ему такой возможности, вонзив ему свою шпагу прямиком в сердце. Верховный некромант схватил первого маршала за мундир, но затем его руки бессильно разжались, и он медленно сполз на пол.
   Равильон снова позволил себе слабую усмешку, однако внезапно ощутил слабость в коленях и острую боль груди. Невольно скосив глаза вниз, он увидел на месте одной из своих медалей лишь чёрное обугленное пятно. Той самой, которая отвечала за его бессмертие. Прощальный подарок Саорха.
  -Я иду к тебе, любимая... - Ещё успел прошептать первый маршал, прежде чем бездыханным рухнуть на каменный пол покоев верховного мастера смерти устланного разноцветными дорогими кессальскими коврами...
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  -Они вот-вот будут здесь, ваши чары готовы? - Эльвандес повернулся к чудом выжившей после погромов десятке некромантов стоящих за спиной его воинов.
  -Готовы. - Кивком головы подтвердил один из них - Однако, наши силы на исходе. Мы вряд ли сумеем долго их удержать.
  -В таком случае нам остаётся уповать лишь на чудо. - Жёстко отчеканил Эльвандес. - Чтобы ни случилось, никому не отступать! - Он повернулся к напряжённо ожидавшим его приказа воинам. - Стоять насмерть!
   По застывшим лицам воинов сейчас мало, что было можно прочитать, однако чувствовалось, что, несмотря на чёткий и недвусмысленный приказ их командира им ох как не хочется умирать.
   А тем временем тяжёлые створки бывших покоев правителя Габра начали сотрясаться от мощных ударов. Наконец обитые железом двери не выдержали, и лавина мятежников со свирепыми криками ворвалась внутрь...
  
  
  
   ***
  
  
  
  
  
   Когда в тесную подземную камеру битком набитую самыми разными людьми в сопровождении двух вооружённых стражей вошёл молодой человек с решительным лицом в форме капитана, многие из пленников подумали что, пришёл их последний час, однако когда человек заговорил, у всех узников без исключения глаза в буквальном смысле этого слова полезли на лоб.
  -Все некроманты мертвы. - Отчеканил военный, глядя прямо перед собой застывшим взором. -Вы свободны.
   После этих слов капитана в камере среди узников на некоторое время повисло ошарашенное молчание, а затем они все как один наперебой принялись благодарить капитана. Многие пытались упасть ему в ноги, но он одним решительным жестом заставил всех замолчать.
  -Вы свободны. - Тихо повторил он. - Но благодарить за это вы должны не меня, а первого маршала Кортура великого Эомара Равильона, который пожертвовал жизнью ради вашей свободы. Я безмерно горд тем, что знал этого человека лично и со своей стороны сделаю всё, чтобы народ Кессаля никогда не забыл его...
  
  
  
  
   ***
  
  
  -Ну, Аргар, что ты собираешься теперь делать? - К громадному черноволосому кортурцу в боевых кожаных доспехах неслышно подошёл молодой человек в дорогом цветастом халате.
   После того как Равильон погиб, ценой собственной жизни уничтожив двух верховных некромантов, командование принял на себя генерал Эльвандес. Вместе с выжившими мастерами смерти они попытались, было сгладить сложившуюся ситуацию и предотвратить бунт. Однако у них ничего не вышло.
   Мудгарбцы, вконец разозлённые двумя опустошительными войнами и последней выходкой некромантов, штурмом взяли дворец, в котором держали оборону сторонники Эльвандеса, и перебили всех, кто был на его стороне.
   Самого Эльвандеса прилюдно казнили на главной площади города, а затем прямо там же выбрали нового правителя, которым оказался не кто иной, как тот самый капитан, чью жену Равильон спас не так давно от ужасного ритуала, который готовили ныне покойные некроманты, поскольку именно он был организатором восстания и если можно так выразиться, его душой. Аргар и его люди также участвовали в этих событиях на стороне новой власти, ибо были преданны ныне покойному первому маршалу душой и телом.
  -Я много думал над этим. Мой господин мёртв. Мёртв по вине этих серых шавок, которых я всегда подспудно ненавидел. Поэтому в Кортур я не вернусь. Если не возражаешь, я и мои люди хотели бы поступить на службу Кессалю. Уверен, Серпетрион никогда не простит вам этого предательства, а значит тебе, правитель, в скором времени понадобится сильная армия...
  
  
   Глава шестая. Башня Теней.
  
  
  
  -Великий, плохие новости. Мне только что стало известно, что мои некроманты в Кессале поголовно истреблены. Одно из моих орудий вышло из под контроля и подняло бунт. Теперь Кессаль для нас потерян. Мы не сможем открыть сразу оба портала, ибо лучшие из моих мастеров смерти погибли.
  -Это твой просчёт. Но об этом мы поговорим после. Ты создашь мне портал в то измерение, на которое я тебе укажу. Это приоритетное задание. В сложившихся условиях о создании второго портала можешь забыть. Однако портал, который тебе предстоит сотворить, будет двойным. Его первая составляющая обеспечит проход из твоего мира в Гашшарву, а вторая из моего измерения в конечную точку.
  -Но, Великий, если всё будет так, как ты говоришь, то какой смысл было планировать открытие второго портала?
  -Потому что портал, который ты создашь, будет однополярным. Его первая часть, которая соединит твой и мой миры, не будет обеспечивать прохода из Гашшарвы в Танарту, у нас для этого не хватит магической мощи, она лишь даст необходимую энергетическую поддержку для обеспечения прохода из Гашшарвы в конечную точку, в иной мир, с которым Танарта соединена особыми силовыми туннелями, потому мне и нужна твоя помощь... Однако если ты и в этот раз провалишь мое задание - то умрешь. Я не терплю неудачников, Серпетрион. Советую тебе поверить мне на слово.
  -Но что это за мир, Великий, о котором ты говоришь?
  -Это не твоё дело. Возможно, я и расскажу тебе больше в своё время, а пока копи силы, чую, тебе осталось совсем недолго это делать и исполни, наконец, то, что я тебе приказал. В противном случае я тебе не завидую...
  
   ***
  
  
  
  -...Может быть, стоит использовать фактор внезапности?
  -Думаю, что в данных условиях это неприемлемо. Насколько я знаю Серпетриона, он сразу же, как только узнает о падении Канта, примет все необходимые меры, для того чтобы себя обезопасить.
   После взрыва загадочного кристалла и гибели его Хранителя Авар и иже с ними успели покинуть город в самый последний момент, ибо после уничтожения вместилища столь могущественных сил там начало твориться попросту форменное светопреставление.
   К счастью всё обошлось. Друзья успели достичь своего корабля до того как магические чары, обеспечивавшие существование города окончательно перестали существовать, и весь подземный комплекс оказался затопленным. А вот выжившим стражам повезло намного меньше. Все они оказались похоронены под толщами вод величественной Граввы.
   Теперь "Пыльная Звезда" на всех парусах мчалась прочь от погибшего города, а сами путники, немного передохнув, принялись обсуждать свою дальнейшую стратегию.
  -То бишь теперь мы возвращаемся обратно?
  -Нет. Это займёт слишком много времени. Септр перед своей смертью поведал нам, что Серпетрион собирается уничтожить этот мир, а я давно чувствую странное напряжение вокруг его цитадели. Это напряжение столь велико, что я ощущаю его даже сейчас. Посему нам нужно как можно скорее уничтожить его башню и его самого.
  -Но что конкретно хочет сделать Владыка Смерти? - Рискнул спросить Рамон.
  -Этого я не знаю. Но чтобы он там ни планировал, наша задача не дать ему завершить то, что он задумал. Иначе нам всем конец.
  -И что же ты намерен делать? - Скептически поднял бровь Хирам.
  -Направиться в гости к твоим, Хирам, сородичам. - Повернулся Бог Ветра к фуррийцу. - Думаю, что при нынешних изменившихся условиях они не откажутся поучаствовать в предстоящей заварушке...
  
   ***
  
  
  
  
  -Ты снова пришёл к нам, Сын Неба? - Голос вождя фуррийцев Лэрса, звучал на этот раз довольно сурово, если не сказать, свирепо. - Что на этот раз привело тебя к нам?
   После того как Авар решил идти в Фурру, их судну удалось беспрепятственно миновать форт на стыке Гравы и Внешнего моря, им удалось по суши волоком перетащить баржу к Виссе, минуя опасное место на стыке двух рек и уже по её течению добраться до Фурры. Вся дорога заняла у путников около трёх суток.
  -Кант пал, доблестный Лэрс. Теперь стены башни Серпетриона уязвимы для обычного оружия.
  -Чем ты докажешь свои слова?
  -Моим словом.
  -И моим словом. - Прошипел Шаннор.
  -Это ещё кто? - Грубо проревел фурриец.
  -Шаннор.
  -Ха, бабьи сказки! - Пренебрежительно хмыкнул Лэрс. - Если на то пошло, я уделаю это чучело одной левой!
  -Давай, попробуй... - Издевательски прошипел Шаннор, и Лэрс тут же сорвался со своего трона-кресла и атаковал Неуязвимого своей гизармой.
   Раздался оглушительный звон, и оружие Лэрса отскочило от тела Неуязвимого и вырвалось из его рук.
  -Попытка номер два... - Хмыкнул Рамон себе под нос.
  -Обломс... - Не был так снисходителен как юноша Урхаган.
  -Смерть тебе! - Не пожелал смириться с поражением Лэрс и бросился на Шаннора с голыми руками.
   Однако Неуязвимый одним неуловимым движением ушёл вбок с линии атаки фуррийца и, обхватив его рукой за шею, легко прижал к земле.
  -Хватит с тебя или перегрызть тебе горло? - Злобно прошипел Шаннор. Его кошмарные чёрные зубы лязгали в считанных миллиметрах от его шеи.
  -Аррхх... - Рычал фурриец, тщетно пытаясь вырваться из стальной хватки Неуязвимого.
   Четверо охранников вождя разом обнажили гизармы и бросились на выручку к Лэрсу.
  -Стоять на месте! - Сдавленно рыкнул на своих воинов, наконец, более менее успокоившийся вождь, медленно поднимаясь с земли. - Он победил честно. Это действительно Шаннор. Никто больше под солнцем этого мира не смог бы повергнуть меня! - Хвастливо закончил Лэрс, сильно погрешив при этом перед истиной, но спорить с ним никто не стал.
  -Так ты поддержишь нас в этой войне? - Наконец решил взять слово Бог Ветра.
  -Мне нужно посовещаться со своими воинами. - Хмуро бросил вождь Авару. - Вас же пока проводят туда, где вы сможете устроиться на ночлег...
  
  
   ***
  
  
  
  
   На следующее утро Лэрс сообщил друзьям, что фуррийцы практически единодушно выступили за объявление Серпетриону войны. Оно и немудрено. Как уже говорилось, фуррийцы жили гораздо меньше людей, и воинская честь была для них всем. Гораздо важнее жизни. Так что такой поход должен был сделать всех его участников настоящими героями, о которых потом будут слагать легенды, и которые сами в свою очередь будут настоящей легендой и примером для подражания для своих потомков.
   К тому же сам Лэрс был по меркам фуррийцев практически стариком (27 лет!) . А это означало, что в скором времени ему отправляться в Алый Чертог, куда, как мы уже знаем, трусов не берут. Участие же вождя в такого рода войне сделала бы вероятность его попадания туда практически абсолютной.
   Сразу после оглашения решения воинов, началась лихорадочная подготовка к войне. Эльфы на "Пыльной Звезде" были направлены к своим сородичам с уведомлением о падении Канта и просьбой о подмоге.
  -Успеют, так успеют. Не успеют, так не успеют. - Резюмировал Авар. - Нутром чую, что ждать больше нельзя. Надо как можно скорее начинать войну.
  -Ага... Ты будешь удивлён, но я тоже чувствую... такое чувствую... Что-то чувствую, а вот что именно,... а вот х...й его знает, что именно! - Наконец выдал окончательное умозаключение Урхаган, который в очередной раз изрядно надрался. На этот раз фуррийской перцовкой, которая по крепости ненамного уступала его собственному зелью, по поводу которого Хирам как-то раз пошутил, что это намного более страшное оружие, чем даже его огненные коктейли, один из которых он столь успешно применил в битве при Канте.
  -Молодец. - Коротко резюмировал Авар с донельзя серьёзным выражением лица. - Главное что чувствуешь, а что именно дело десятое...
  -Вот именно. - Мрачно подтвердил Урхаган. - Приятного. - Неожиданно отрубил он и неровной походкой направился в сторону большого приземистого каменного здания, в котором их всех разместили. Ему явно нужно было прилечь. Что же до слова "приятного" то его значение так и осталось для Бога Ветра тайной, покрытой мраком. По всей видимости, пьяный капитан любезно предложил Авару наслаждаться солнечным деньком, на редкость погожим, надо сказать, несмотря на середину осени.
   Плачущий вообще был несказанно рад, что Урхаган, несмотря на то, что его посудина отчалила на Кэргор, изъявил желание остаться с ними. Он вообще в последнее время ловил себя на мысли, что успел крепко сдружиться со всеми членами своего отряда, в особенности с капитаном и Рамоном.
   За полторы сотни лет своей жизни Авар отнюдь не всегда был одинок. Случались у него и жаркие амуры, которые, однако, быстро заканчивались, поскольку все его пассии были как на подбор, скажем так, не слишком далёки во всех отношениях кроме внешней красоты. А настоящей любви и поистине достойной женщины Богу Ветра, увы, не встретилось.
   К тому же его одиночество скрашивали многочисленные ученики, коих у него за полтора столетия было изрядное количество. Но их отношения можно было скорее охарактеризовать по схеме строгий наставник - послушные (непослушные) ученики (ученицы). Нет, Авар искренне любил их и никогда не подвергал ненужному риску, но всё же они всегда смотрели на него как на бога, а отнюдь не так, как смотрел на него, к примеру, тот же Рамон. Как на равного. Как на друга.
   Да, немного их осталось, воинов самого первого созыва, коих Бог Ветра навербовал ещё в Мэрве. Уже давно не было в живых коротышки Рига, коему удар ныне также, что самое интересное, покойного Хранителя Аримиса проломил грудную клеть. Фуррийцев осталось всего двое, остальные нашли своё последнее пристанище кто где.
   Не было в живых и могучих кентавров, которые во главе со своим полубогом приняли на полях сражений поистине геройскую смерть, и были достойны того, чтобы быть воспетыми своими потомками, и которые вряд ли будут ими воспеты когда-либо, ибо, скорее всего, некому будет принести им весть о славной гибели их великих предков.
   Война, во имя чего и кем бы она не велась, всегда забирает твоих близких, не спрашивая на это никакого разрешения. Нам же остаётся либо сломаться под этими ударами судьбы, либо жить дальше, сознавая, что твоя жизнь есть не что иное, как вечная битва, непонятно ради чего, непонятно во имя каких целей. Жизнь вообще жестокая штука...
  
  
   Когда мы проходим по кругу порока
   Что манит к себе вновь и вновь.
   Когда не боимся ни черта, ни бога,
   Тогда умирает любовь.
  
   Когда на заре в полдень иль на закате
   Врагов проливаем мы кровь.
   Из тел на траве мёртвых стелим мы скатерть.
   Тогда умирает любовь.
  
   Когда средь безликой толпы светлый гений
   Не сбросит духовных оков
   Когда мудрость вечности гасит мгновенье
   Тогда умирает любовь.
  
  
  
  
  
  
  
   ***
  
  
  
  -Ну что, вы готовы? - Неслышно подошёл Бог Ветра к вождю фуррийцев, который как раз вовсю распекал своих воинов за какой-то неведомый проступок. - Больше медлить нельзя. Я нутром чую, что до часа икс осталось совсем недолго.
  -А как же эльфы?
  -Начнём без них. Если успеют прийти вовремя, то успеют. Нет, так, нет. Мы не можем больше медлить.
  -Тогда я отдам приказ о выступлении на завтра... Не знаю, как ты, Авар, а я нутром чую, что эта война войдёт в историю и будет воспета нашими потомками в легендах на вечные времена...
  
  
   ***
  
  
  
  -Да, что-то многовато их сегодня... - Задумчиво прищурился Хирам, лениво разглядывая бесчисленные шеренги в красно-серых мундирах кортурской армии. - Похоже, Серпетрион стянул сюда всех, кого только смог.
   Армия Фурры выступила в поход через две недели после прибытия Авара и его сторонников в Рив. За это время Лэрс собрал внушительную армию в десять тысяч фуррийцев (очень грозная сила, учитывая всю невероятную мощь представителей этого народа) и даже сподобились под чутким руководством капитана Урхагана сколотить несколько осадных орудий. Друккарг был укреплён более чем хорошо...
   Пройдя насквозь весь Кортур и практически не встречая сопротивления, армия Фурры примерно за неделю достигла стен столицы империи Серпетриона. Там их уже поджидала целых сорок тысяч отборных воинов Кортура. Ещё тридцать тысяч в срочном порядке шли со стороны Аббора.
   Серпетрион рассчитывал также на подмогу со стороны восточных областей своей империи, однако здесь его надежды пошли прахом, поскольку на момент описываемых событий весь восток был охвачено войной. Эльфы сдержали своё обещание и обрушились на восточные области империи Владыки Смерти подобно стае коршунов. Так что всем его войскам, находившимся там, оставалось лишь отражать внешнюю угрозу, даже и не думая о высылке какого-либо подкрепления в столицу.
  -Ну, ещё бы. - Жёстко усмехнулся Авар. - Я буду не я, если он уже не прознал о наличии в нашем лагере Шаннора, а значит, сделает всё, чтобы мы не прорвались в город.
  -Он может обрушить на нас и свою собственную мощь. - Озабоченно нахмурился Лэрс. - Тогда выстоять будет непросто.
  -В таком случае в дело вступит Шаннор. Чарам Серпетриона он не по зубам. - Отрезал Авар.
   А тем временем воинам неприятеля надоело ждать, что же предпримут нападавшие, и их сигнальные рожки сыграли атаку. Первыми бой начали лучники противника, мгновенно осыпав строй воинов Авара настоящим ливнем стрел.
   Ровный строй фуррийцев даже не дрогнул. Вместо этого желтоглазые сородичи Хирама принялись с головокружительной скоростью вращать своими гизармами, создавая вокруг себя импровизированный вихревой щит, о который бессильно разбивались стрелы и арбалетные болты. Когда залп, наконец, утих, стало очевидно, что эту атаку фуррийцы пережили практически без потерь. Лишь считанные единицы из их числа упали пронзённые стрелами неприятеля.
   В ответ на это фуррийцы разразились яростным рёвом и ринулись на своих противником, при этом каким чудом ухитряясь ещё и не ломать строй своих порядков. Армии сшиблись с яростным грохотом и в воздух тут же полетели окровавленные части тел кортурских солдат.
   У фуррийцев не было доспехов, они сражались в одних набедренных повязках, но при этом все они были настолько сильны и быстры, что ни копья, ни мечи практически ничего не могли поделать с их могучими телами.
   В одночасье разбив войско неприятеля на две части, сыны Фурры принялись деловито добивать потерявших всякое мужество противников. Их собственные потери оказались настолько ничтожными, что большая часть кортурской армии предпочла удариться в позорное бегство, предпочитая бесчестье геройской смерти на поле брани.
   Сражение не продлилось и часа, а войско Серпетриона уже было наголову разгромлено. Его жалкие остатки с позором разбегались в разные стороны. Фуррийцы хотели, было продолжить преследование, но яростный окрик Лэрса заставил их вернуться назад. Требовалось ещё разрушить ворота, которые так и не были отперты горожанами, чтобы спасти собственную армию. Ибо они отнюдь не были дураками и прекрасно понимали, чем это для них закончится.
  -Нехилая заварушка, а Сын Неба! - Довольно проревел Лэрс, с ног до головы забрызганный вражеской кровью. В этой битве он участвовал наравне с остальными своими воинами. - Я же говорил тебе, что весь мир давно уже был бы нашим, если бы не ваша нечестивая магия!
  -Да, твои воины справились на ура. - Подтвердил Авар. - Теперь нужно разрушить ворота.
   По его знаку несколько десятков фуррийцев взялись за толстенные канаты и принялись подкатывать к стенам массивные катапульты, сделанные под руководством Урхагана. Взлетел первый массивный булыжник и ударился в один из парапетов тёмно-серой крепостной стены. Брызнуло каменное крошево и несколько защитников, оглашая воздух отчаянными криками, рухнули вниз.
  -Правее, правее берите, сукины дети! - Рявкнул Урхаган на фуррийцев осуществлявших обстрел, но, увидев, что один из них грозно сжал кулаки и двинулся в его сторону, тут же пошёл на попятную. - Ладно, ладно, просто правее... - Примирительно поднял он руки.
   На это раз булыжник попал куда следует, и массивные каменные врата, надёжно охранявшие город, потряс мощнейший удар. В ответ ударили настенные катапульты, и одно из пяти осадных орудий фуррийцев разлетелось вдребезги под вражескими снарядами.
  -Бить по вражеским орудиям! - Отдал новый приказ Урхаган.
   Авар, увидев, что их орудия будут вот-вот уничтожены врагами, решился на отчаянный шаг и, взвившись в воздух, он, не обращая внимания на залпы из арбалетов, приземлился аккурат на самом верху стены возле одного из вражеских орудий и, превратившись в живой вихрь, в одночасье смёл всех находившихся там неприятелей вниз.
   Затем в руке Бога Ветра появилась маленькая бутыль с ярко-оранжевой жидкостью, позаимствованная у Хирама, который, как только предоставилась подходящая возможность, не преминул пополнить запасы своих зелий и эликсиров. Грохнул небольшой взрыв, и орудие неприятеля оказалось охвачено ослепительным оранжевым пламенем, которое попросту невозможно было погасить обычными средствами.
   Таким же образом Бог Ветра поступил ещё с четырьмя катапультами на крепостной стене, а затем, наконец, громадные ворота Друккарга не выдержали не прекращающегося ни на секунду обстрела, и в них появилась гигантская брешь.
  -В атаку! - Яростно проревел Лэрс и очертя голову первым ринулся в образовавшийся пролом.
   Звонко щёлкнула стальная арбалетная тетива, и массивный болт навылет пробил широкую грудь вождя фуррийцев. Через мгновение к первому срезню присоединилось ещё четыре его товарища, также вонзившись в грудь и живот могучего Лэрса.
  -Ааааррр!... - Яростно зарычал вождь и тяжело рухнул на обагрённую кровью землю, при этом, ухитрившись не выпустить из рук свою тяжёлую гизарму.
  -Отец, я иду к тебе... - Ещё успел истово прошептать фурриец, прежде чем окончательно испустить дух.
  -Лэрс мёртв! - Оглушительно проревел какой-то фуррийский воин, яростно потрясая над головой тяжёлой гизармой - Отомстим!
  -Отомстим! - Хором грянули в ответ грубые могучие голоса, и в пролом хлынули новые воины.
   Теперь уже ничто не могло сдержать их осатанелого натиска. Вконец обозлённые гибелью своего вождя фуррийцы ворвались в город словно стая голодных львов, в одночасье покромсав тех немногочисленных защитников, которые не успели разбежаться.
   Тёмно-фиолетовый поток воинов Фурры ещё долго продолжал вливаться в город и растекся по нему кровавой рекой, не обращая никакого внимания ни на летевшие со всех сторон стрелы, ни на спешно сооружаемые баррикады.
   Друккарг подвергся чудовищной резне, которую учинили фуррийцы, мстя за своего погибшего вождя, не щадя ни женщин, ни детей, если те смели давать им отпор. Тех, кто прятался или сдавался в плен, впрочем, не трогали, уважая древние воинские традиции Фурры и сохраняя свою честь.
   Во всём этом хаосе Авару и остальным его спутникам с немалым трудом удалось собрать вокруг себя немногочисленную горстку тех фуррийцев, которые ещё не до конца опьянели о крови, и прорваться к самым стенам Башни Теней, тёмной громадой возвышавшейся над остальными строениями этого многострадального города.
   Первоначально по плану Серпетриона её окружал плотный заслон из отборной кортурской гвардии, но когда город был взят, этим войскам волей неволей пришлось вступить в битву с захватчиками, и кольцо оказалось прорвано.
  -Что это с ней? - Потрясённо выдохнул Рамон, указывая на идеально ровные серые стены башни, по которым то и дело пробегали чёрные и темно-серые сполохи, отчего она казалась живой.
  -Вот за это её и прозвали Башней Теней... - Хмуро усмехнулся Авар. - Однако меня сейчас больше волнует не это, а то, почему Серпетрион до сих пор не задействовал свою магию или на худой конец рядовых мастеров смерти.
  -Там внутри твориться что-то странное... - Прошептал Рамон. - Я чувствую какую-то дикую свистопляску сил, но не могу объяснить её природу...
  -Вот это мы и выясним по ходу дела... Шаннор, ломай стену!
   И Неуязвимый, подчиняясь команде, с разбегу врезался в башню своим черным угловатым телом. Стена ощутимо дрогнула, но выдержала удар.
  -И что бы вы без меня делали... - Усмехнулся Хирам, деловито извлекая из-за пазухи небольшой пузырёк с какой-то полупрозрачной жидкостью. Тщательно облив ей довольно обширный участок стены, алхимик спокойно отошёл в сторону.
  -Теперь отойдите подальше, а ты, Шаннор, попробуй ещё разочек. - Попросил фурриец, и все, кто находился в отряде, тут же последовали его совету.
   На этот раз, после того как Неуязвимый повторил попытку, ощутимо грохнуло, и громадный фрагмент стены метра два в диаметре разнесло в мелкую пыль.
  -Слушай, может быть, тебе не стоит идти дальше? - Повернулся Авар к неподвижно замершему Рамону, но тот ожёг его таким взглядом, что Бог Ветра не рискнул настаивать, и через мгновение весь отряд бесследно растворился внутри серой громады.
  
   ***
  
  
  
  -Ну и куда теперь?
  -Наверх. Серпетрион на самом верху.
  -Откуда ты знаешь?
  -Чувствую... Его ауру я ни с чем не спутаю...
  -А как наверх?
  -Тут где-то должна быть лестница... - Задумчиво протянул Бог Ветра.
  -Может, стоит разделить силы? - Предложил Хирам.
  -Нет, здесь это опасно. Пойдём все вместе...
   Внутри башни было изрядно сумрачно и пыльно. Впрочем, отряду Авара было не до того, чтобы любоваться здешним интерьером, весьма убогим надо сказать. Чувствовалось, что хозяина здешнего жилища мало волновали вопросы красоты и эстетики.
   Узкая серая винтовая лестница обнаружилась за ближайшим поворотом, как и громадный зомби с содранной кожей и длинными тридцатисантиметровыми клыками, который, не утруждая себя лишними разговорами, утробно взревел и проворно сиганул на ближайшего фуррийца. Свистнуло тёмное лезвие гизармы, и раттанх покатился по полу с отсечённой головой. Однако и фурриец медленно осел на землю, захлёбываясь собственной кровью. Его горло было разорвано могучими когтями бестии.
  -Бездна, только зашли, а уже потери! - Раздражённо гаркнул Хирам. - Если так пойдёт и дальше, я нам не завидую.
  -Ладно, двинулись. - Оборвал его рассуждения Авар. - Чую, времени осталось совсем в обрез.
   Подъём был долгим. По ходу движения отряду пару раз попадались раттанхи и некроманты-одиночки в сопровождении обычных зомби, с которыми играючи расправлялись фуррийцы. Потерь пока удавалось избегать. Однако на пол пути до вершины им неожиданно встретилась действительно серьёзная преграда. Четверо раттанхов в сопровождении двух явно опытных мастеров смерти, которые, не мешкая, тут же выставили магический щит и послали в друзей Волну Праха.
   Двое фуррийцев не успели вовремя уйти с линии атаки и моментально рассыпались серым пеплом. Раттанхи тут же незамедлительно бросились в атаку, но ещё в воздухе были встречены гибельным сполохом мечей Авара. Двое рухнули на землю с рассечёнными головами, а ещё двоих обезумевшие от ярости фуррийцы попросту изрубили на куски. Теперь после гибели троих своих товарищей их осталось около десятка.
   Бог Ветра же, покончив с боевыми зомби, обрушился на некромантов. Его живой вихрь в одночасье смял защиту мастеров смерти и сбросил колдунов с лестницы вниз. Расстояние до пола там было около тридцати метров, так что немудрено, что никто из чародеев после падения не выжил.
   Следующая преграда встретила, когда до верха осталось практически всего ничего. На этот раз это были пятеро полупрозрачных фигур, которые довольно резво устремились в сторону отряда. Четверо из них на полной скорости врезались в фуррийцев и тут же растворились в них, а пятая наткнулась на Хирама, но лишь бессильно соскользнула с его мощного тела, разочарованно взвыв.
  -Это ещё что? - Вытаращил глаза Урхаган.
  -Призраки одержимости. - Нахмурился Авар, сгустив воздух в малое призрачное лезвие и деловито рассекая духа надвое. Тот с жутким замогильным воем развоплотился. - Я не видел их с момента первой войны с Серпетрионом...
   А тем временем все фуррийцы, которые подверглись воздействию духов, внезапно тряхнули головами... и обрушили свои шипастые гизармы на своих же товарищей. Завязалась жестокая рубка, в ходе которой все одержимые были перебиты, но и "своих" фуррийцев, не считая Хирама, в живых осталось всего двое.
  -Поспешим. - Поторопил остальных Авар. - Нам осталось пройти совсем немного.
   Заклинательный покой Владыки Смерти, как и сказал Плачущий, обнаружился на самом верху. Возле самого порога дорогу им загородило десять совершенно невероятных существ. Более всего они походили на парящие в воздухе скелеты в серых балахонах, сжимавших в костлявых руках короткие жезлы с дымчатыми кристаллами на конце.
  -Личи... - Выдохнул Авар. - Ну, держитесь... Схватка будет жаркой.
   А тем временем ближайшая тварь выдохнула в сторону отряда зловонное гнилостно-зеленоватое облако.
  -Не дышать! - гаркнул остальным Хирам и швырнул себе под ноги один из своих флаконов.
   Воздух тут же очистился. Фуррийцы, которые в ответ на чёткий приказ сородича лишь презрительно скривились, не в силах в одночасье преодолеть свою нетерпимость к отступнику, лежали мёртвыми. Облако гнили моментально превратила их могучие лёгкие в труху. Следующим на пол полетел уже знакомый читателю "огненный коктейль", правда, уже в сторону бестий, двоих из которых тут же разнесло на куски.
   Шаннор, понимая, что медлить больше нельзя, устремился вперёд и, не обращая внимания на спешно воздвигнутый личами Щит Смерти, принялся деловито рвать их на куски. Авар тоже не мешкал и, взвившись в воздух и обогнув сражающихся, устремился прямо вглубь просторного заклинательного покоя, в самом центре которого висела гигантская маслянисто-чёрная паутина с прилипшей к ней серой высохшей фигурой мумии с мерцающими зелёным огнём глазами.
   В самом дальнем углу покоя клубился круглый зеленоватый портал. Рядом валялось около трёх десятков тел в серых балахонах, которые, по всей видимости, отдали все свои силы на поддержание этого могучего заклинания.
  -И вот в это убожество ты превратился... - С горечью выдохнул Авар, с презрительной жалостью глядя на ожившую мумию.
   Серпетрион злобно зыркнул глазами, но ничего не сказал в ответ. Он не мог отвлечься от заклинания ни на секунду, даже понимая, что от этого зависит его жизнь, ибо прервать заклятье означало бы всё здесь разрушить и обречь себя на неминуемую гибель.
   Бог Ветра, однако же, не стал более утруждать себя ни расспросами, ни сомнениями. Сверкнули короткие парные клинки, и Владыка Смерти рухнул на пол своего покоя с перерубленными руками и ногами. Последним ударом Авар отделил ему голову от тела, тем самым прервав его агонию.
   Раздался угрожающий низкий гул, и стены башни начали змеиться глубокими чёрными трещинами. Сверху посыпались камни.
  -Здесь сейчас всё рухнет! - Звонко прокричал Рамон.
   Бог Ветра колебался лишь мгновение.
  -Сюда! Все сюда! - Заорал он, указывая на мерцающий зелёным светом портал. - Это врата!
  -Но куда они ведут? - Недоверчиво нахмурился Хирам, который нёс на руках Леату с сожжённым неведомой магией крылом.
  -Неважно! Там есть хоть какой-то шанс уцелеть! Здесь же его нет!
   Похоже, все выжившие члены отряда были с ним согласны, поскольку все они, не мешкая, один за другим принялись исчезать зелёном пламени неведомых врат. Авар шагнул в портал самым последним. Через мгновение после его ухода всю громаду Башни Теней потряс оглушительный взрыв, и она, наконец, обрушилась.
  
  
  
   Сентябрь 2011 - март 2012.
  
  
  
  
  
  
  
   История мира Танарты.
  
   Краткая история.
  
  
  
  
   История мира Танарты в данном романе начинает свой отчёт с момента воцарения Серпетриона на престоле Кортура, ибо то, что было ранее скрыто усердными служителями Смерти от простых обывателей этого причудливого мира. То же что известно остальным расам Танарты также сокрыто от людей.
   Итак, Бог Смерти Серпетрион воцарился в Кортуре 150 лет назад, то же, что было раньше, считается веками настолько мрачными и жуткими, что любой добропорядочный гражданин Кортура даже помыслить боится о том, что же на самом деле происходило тогда.
   Воцарившись в Кортуре, Серпетрион примерно за тридцать лет сумел полностью подчинить себе также Аббор (небольшое государство к западу от Кортура) и Кессаль, занимающий большую часть соседнего континента Ротэрр. Затем он создал на территории новой империи культ Смерти, который включал в себя человеческие жертвоприношения, создание зомби и прочие малоприятные вещи.
   За 150 лет Серпетриону неведомым образом удалось невозможное. Он сумел полностью вычистить из памяти своих подданных то, что происходило до его появления в этом мире. С тех пор его империя постоянно враждует с Туннакром, довольно большим государством на севере континента Ксеней.
   Туннакр же в свою очередь славится двумя вещами. Своим многолюдством и своими могучими воинами, которые, как правило, любят сражаться конными, но и в пешем бою мало кому уступят. Именно этим, наверное, и объясняется тот факт, что Туннакр до сих пор не был покорён ненасытным Богом Смерти.
   Помимо вышеописанных государств и народов на Танарте существуют и иные страны и расы, о внешнем облике и обычаях которых будет изложено мною ниже.
  
   О странах и народах Танарты.
  
  
   Всего на Танарте существует три континента: Ксеней, Ротэрр и Кэргор. Для начала расскажу о Ксенее.
   Ксеней.
  
  
   Кортур - страна, занимающая весь запад Ксенея, как уже говорилось, находилась под управлением Серпетриона и его некромантов. Её населял народ, который ближе всего к земным европеоидам. К тому же Кортурская империя включала в себя страны Аббор и Кессаль.
   Столица Друккакрг включала в себя также и знаменитую Башню Теней, обиталище самого Серпетриона, о которой слагали ужасные легенды во всех уголках его необъятной империи. Ещё государство также примечательно загадочным городом Кантом, который расположен на стыке двух великих рек Граввы и Орлы прямо за водопадом Девы. Вход простым смертным туда заказан, и что там на самом деле происходит, не знает никто.
   Аббор - небольшая страна на востоке Ксенея, населяющие её люди тоже походили на европеоидов, но были более темноволосыми и темноглазыми, нежели светлокожие уроженцы Кортура. На момент описываемых событий находилась под игом Кортура. Столица - город Румей.
   Туннакр. - Страна богатая степными просторами, страна воинов и кочевников, которые известны своей привычкой перед битвой разукрашивать свои тела синей краской природного происхождения. На момент описываемых событий находилась в состоянии войны с кортурской империей. Столица - Орлей.
   Фурра. - Небольшое государство на юго-востоке Ксенея. Население этой страны крайне малочисленное, но когда Серпетрион попробовал привести его к покорности, то потом очень сильно пожалел об этом, ибо населяющие его фуррийцы настолько сильны физически, что... впрочем, об этой расе стоит рассказать более подробно.
   Фуррийцы - внешне выглядят как очень мощные слегка угловатые люди с тёмно-фиолетовой кожей и желтыми кошачьими глазами. Обладают невероятной физической силой и скоростью. Даже женщина-фуррийка легко справится с тремя хорошо обученными воинами из числа людей. Мужчина же играючи расправится и с десятком человек.
   Правда у них есть один изъян. Они не могут жить более тридцати лет. По прошествии сего времени фурриец, неважно мужчина или женщина, умирает, причём безо всяких видимых признаков старения.
   По поверьям самих фуррийцев их души после этого уходят в Алый Чертог, некий своеобразный рай для воинов, где они уже живут вечно и только и делают, что пируют да сражаются. Правда, запятнавший себя трусостью или бесчестьем, в Алый Чертог не попадает, а его душа погибает безо всякой надежды на воскрешение.
   Из-за всех этих особенностей фуррийцы отличаются крайней агрессивностью. Постоянно происходят битвы воинов за первенство, которые впрочем, редко кончаются смертью участников, ибо фуррийцы всё же далеко не дураки и понимают, что если будут чересчур уж давать волю своим инстинктам, то станут лёгкой добычей хищной империи Серпетриона.
   Вооружение фуррийцев составляют тяжёлые гизармы из тёмного металла, которые обычный человек поднять попросту не в состоянии. Правит фурийцами военный вождь, который постоянно должен доказывать остальным свою способность занимать эту должность в битве с сильнейшими воинами собственной страны.
   Крант - Небольшая страна на самом западном краю Ксенея. Находится пол патронатом фуррийцев. Её население составляют обычные люди, похожие на абборцев, которые обеспечивают фуррийцев продовольствием в обмен на то, что они защищают их от внешних угроз.
   Надо сказать, что при всей своей агрессивности, фуррийцы оказались превосходными правителями, ибо по их законам недостойно поднимать руку на слабого, так что они никогда не чинили произвол на территории Кранта, да и вообще их отношения скорее можно назвать союзом, нежели схемой "вассал-сеньор".
  
   Ротэрр.
  
  
   Кессаль. - Большая страна, занимающая весь север континента. Несмотря на расположение, климат там довольно жаркий, отчего и люди, населяющие эту страну похожи на земных арабов. Порядки, царящие в этой стране, однако не похожи на порядки их, так сказать, земных прототипов. Например, женщина там вовсе не считается домашним животным, а имеет равные права с мужчиной. Находится под игом Серпетриона. Столица - город Мудгарб.
   Морант. - Страна на юге континента. Населена сатирами, дурнопахнущими и крайне похотливыми созданиями с довольно низким интеллектом. Однако, несмотря на это козлоголовые обитатели Моранта очень многочисленны и сплочены. К тому же у них сильно развит инстинкт защиты территории, из-за чего Серпетриону так и не удалось привести их к покорности. Впрочем, он особо и не пытался, ибо сатиры по изложенным выше причинам вызывали у него крайнее отвращение и почитались им за животных.
   Увворг. - Небольшая страна на юго-востоке континента. Была населенна виррами, крылатыми созданиями похожими на гигантских летающих лисиц размером примерно с десятилетнего ребенка. Довольно воинственная раса, к тому же крайне трудно подчиняемая из-за своей способности летать. Живут в гнёздах на деревьях, в качестве оружия используют тонкие иглы, срезанные со специального растения, произрастающего на их территории и пропитанные смертельным ядом. Столица - город Вэр, по сути представляющий собой небольшую дубовую рощу с традиционными гнездами вирр на вершинах деревьев.
  
  
  
   Кэргор.
  
  
   Зента. - Эльфийское государство, богатое лесами. Эльфы - превосходные лучники, к тому же умеют превосходно скрываться в своих лесах, так что в своё время они довольно успешно отразили две попытки Серпетриона привести их к покорности. Столица - горд Эльрон, о красоте и величии которого люди слагают легенды.
   Гувр. - Огромная территория пустошей, населённая кентаврами. Кентавры славятся своей крайней свирепостью, ибо из-за скудной флоры и фауны их страны, им приходится питаться друг другом. Внешне выглядят как заросшие коричневой шерстью звероватые неандертальцы с торсом человека и ниже соответственно телом лошади.
   В качестве оружия используют дубины, изготовленные из ветвей и стволов эльфийских древ, вследствие чего постоянно находятся с дивным народом в состоянии конфликта, который впрочем, ограничивается лишь мелкими приграничными стычками.
   Живут кентавры кланами, которые также враждуют друг с другом, однако поговаривают, что не так давно у этого народа появился некий полубог с необычными для его народа дивными золотыми волосами, который вроде бы занялся активным объединением своего народа, чтобы, наконец, привести его к процветанию.
  
   Забытый остров.
  
  
   На Забытом острове издревле обитали наги. Давным давно они жили и на иных участках суши этого мира, пока остальные народы, объединившись, не изгнали их оттуда и неб помощи Шаннора. Чудовищные, практически неуязвимые змеелюди с рубинами во лбах, они легко бы могли завоевать весь мир, если бы не Шаннор, который был поистине непобедимой тварью, до тех пор, пока его не заточили на забытом острове по приказу Серпетриона.
   Поговаривают, что прародительницей наг была Ликадонна, их древняя королева. Гигантская нага необоримой силы. Именно она производила на свет своих детей, ибо наги не имели пола и не размножались никак иначе. На момент описываемых событий наг осталось считанные единицы. Они по иронии судьбы и стали первыми и единственными стражами гробницы Неуязвимого.
  
  
   Религия.
  
  
   Испокон веков жители Кортура, Аббора и Кранта верили в то, что их души после смерти уходят на Небо. Небо вечное, неизмеримо огромное как в физическом, так и в метафизическом смысле и было их богом. Нечестивые души же после смерти попадали в ад, который, по сути, ничем не отличался от христианского земного, причем мучили грешников персонально духи, сотканные из квинтэссенции зла посеянного каждым грешником в смертном мире. Таким образом, чем злостнее и неисправимее грешник, тем сильнее и муки, ожидающие его в загробном мире. Серпетрион не стал искоренять эту религию, здраво рассудив, что люди с подобной верой намного более податливы и покорны, нежели те, что не верят вообще ни во что.
   Фуррийцы, как уже говорилось ранее, верили в Алый Чертог, истинный рай для воинов хозяином которого был Отец Войн, грозный и непобедимый бог. Кентавры поклонялись духам предков.
   Эльфы жили в гармонии с природой и не верили ни в каких богов. Религия вирр была своеобразным симбиозом религии эльфов и кентавров, то бишь крылатые создания почитали природу и поклонялись духам предков, при этом веря, что их души следуют по бесчисленному кругу перерождений и никогда по настоящему не умирают, если вирре не обрезать и не сжечь крылья при жизни.
   Что же касается сатиров, то они, следуя своему практическому и не слишком далёкому складу ума, верили, что их прародителем был полубог Тирикон, который, кстати говоря, существовал на самом деле, но залёг в спячку много столетий назад. Иных богов и идолов для поклонения у них не было.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Аннотация (на обложку).
  
  
  
   Нет мира на землях Танарты. На всех трех ее континентах ни на секунду не затихают жестокие войны. Владыка половины мира Бог Смерти Серпетрион отгородил себя от внешнего мира несокрушимыми магическими стенами Башни Теней, и, оставаясь неуязвимым, чинит тиранию и произвол не только на своих землях, но и на землях других народов.
   Бог Ветра Авар, изгнанник и бродяга без роду и племени вместе с остатками своего ордена Плачущих пытается остановить безумного небожителя и положить конец его кровавым играм. Серпетрион объявляет охоту на него, ибо Авар единственный кому ведом секрет несокрушимой цитадели жестокого Бога Смерти...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Геярова "Шестая жена" (Попаданцы в другие миры) | | С.Волкова "Жена навеки (...и смерть не разлучит нас)" (Любовное фэнтези) | | Н.Любимка "Рисующая ночь" (Приключенческое фэнтези) | | К.Кострова "Соседи поневоле" (Юмор) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | И.Зимина "Айтлин. Сделать выбор" (Любовное фэнтези) | | А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | | М.Кистяева "Кроша. Книга вторая" (Современный любовный роман) | | М.Ртуть "Черный вдовец" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"