Рыськова Светлана: другие произведения.

Как не убить Повелителя демонов

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Казалось, что все неприятности позади и впереди Лану с ее семьей ждет только безграничное счастье. Но оказалось не все так радужно. Ей предстоит встретиться с отцом Изара, научиться быть будущей Повелительницей сильной и, как показало время, малоизученной расы демонов, избежать попыток ее убийства и постараться самой не убить своего новоприобретенного второго отца - Повелителя демонов.

    КНИГА ЗАКОНЧЕНА.ЧЕРНОВИК.ВЫЛОЖЕНА НЕ ПОЛНОСТЬЮ.

    На момент окончания книги - оценка была 6,59*51.

    За обложку большое СПАСИБО Анжелке

    Стартовал 12.05.2016. Закончен 12.02.2017

    Моя Муза питается комментариями и оценками, поэтому, если хотите больше проды, вы знаете, что делать)

    ukraine brides contador de visitas Contatore visite


Как не убить Повелителя демонов или приключения Ланы продолжаются.

  
   Пролог
  
   Шесть лет назад наследный принц Повелителя демонов, попав в плен с разбитым сердцем на планете Шриам, не представлял, что это самое лучшее, что могло с ним случиться.
   Ведь именно там он, спустя два года непрерывных попыток соблазнения, нашел ту единственную, которая смогла не только залечить прошлые раны на сердце, но и незаметно врасти в него своими корнями. Лана Мюррей, его светлая земляничная девочка, что каждый раз попадала в комичные ситуации и выходила из них с гордо поднятой головой победительницы.
   Девушка, ради которой он не побоялся пойти на магический брак, прекрасно осознавая его последствия как для себя, так и как для всего рода ДарХаресса. И пусть сначала он обманывал сам себя, утверждая, что это единственный способ вырваться с этой проклятой планеты, но правда оказалась намного проще. Она покорила его с самого первого взгляда.
   А когда они вырвались с этой планеты и уже летели домой, его жена вдруг решила, что не готова к роли правительницы и ей надо немного подумать. Как же ему было больно расставаться с ней, видеть эту жесткую решимость в родных синих, как полноводные озера, глазах. Тогда он решил, что даст ей пару дней, пока он доберется до своей планеты Акума и поможет отцу, а потом вернет строптивицу домой. Но, прилетев на Акуму, Изар еле успел помочь отцу, сильно сдавшему из-за его потери, подавить мятеж. Отец Анжиолетты решил силой захватить трон, раз с браком не вышло.
   Благо силы и сноровки он не растерял, несмотря на двухлетнее заточение в антимагических браслетах. А узнав о том, что наследный принц вернулся, многие союзники мятежника перешли на нашу сторону. Они, конечно же, принесли потом клятву верности, чтобы избежать в будущем подобных попыток.
   И как только прилетел взволнованный кораблик, на котором улетела моя любимая, Повелитель демонов, узнав обо всем, телепортировал сына на Триан.
   Но каково же было изумление полудемона, когда при встрече с приобретенными родственниками, он не встретил свою любимую. Она сбежала, не сказав никому куда и по какой причине. Считывать их сознание Изар не мог. Ее дедушка, Стефан Винчестер, оказался поистине великим человеческим магом и безупречно поставил ментальные щиты на себя и своих родных. Именно он ставил тот защитный полог на планете Шриам, который так и не смог пройти наследник демонов. Щиты взламывать он не стал, прекрасно понимая, что тем самым не только испортит отношения с новоприобретенными родственниками, но и разрушит их с Ланой любовь. Жена никогда не простила бы полудемону этого. Мама его земляничной девушки посочувствовала ему и рассказала, что они обсуждали закрытые планеты, как вариант побега от каких-то проблем. О проблемах жена промолчала, но родители подумали, что новобрачные разругались из-за какой-то мелочи и разлетелись по разным планетам. А чтобы ее поискал новоиспеченный муж, их вспыльчивая дочь просто решила скрыться на одной из закрытых планет.
   Изар тогда даже не догадывался о том, что их память подправил дедушка, чтобы я не догадался раньше времени о причинах, побудивших его девочку так поспешно бежать.
   Наследника успокаивало только то, что с его любимой все хорошо, так как Лилит, связанная с ней незримыми узами драконница, чувствовала себя хорошо, временами изводила его своими капризами, но не показывала особого беспокойства.
   Но когда через восемь месяцев брачная татуировка отделилась от руки и вновь превратилась в браслет, Изар чуть не сошел с ума. Дракоша тоже заметно волновалась, нервно ходила из угла в угол и к чему-то прислушивалась. На его невнятные вопросы, сыпавшиеся беспорядочным потоком, не отвечала, полностью игнорируя мужчину. И ни его отчаянные мольбы, ни безумные угрозы выкинуть из корабля, вернув ей первоначальный размер, ни уговоры подарить что угодно - не действовали на нее. И когда наследник готов был собственноручно задушить рогатую рептилию, она тихо взвыла, подняв голову к потолку, и тяжело рухнула на стол, по которому ходила последние десять часов. Осторожно, боясь навредить Изар переложил легкое тело золотой драконницы и погладив рогатую голову, задал один единственный вопрос: "Лана жива"?
   Получив утвердительный усталый кивок, мужчина аккуратно положил дракошу на мягкую подушку в специальной корзинке, где было ее спальное место, и с силой вцепившись в успевшие отрасти волосы, тихо выругался от накатившего облегчения. И впервые в жизни напился до беспамятства.
   А потом они вдвоем еще бороздили темное космическое пространство, еще пару лет, пока рогатая зараза, как называл Лилит в порыве ярости наследник, не нашла себе дракона и не забеременела. И, наверное назло ему, выбрала именно его дракона, с кем у них образовалась связь наездник-дракон.
   Четыре с лишним долгих и трудных года Изар искал свою ненаглядную любимую жену. Он облетел миллионы закрытых планет, а она оказалась не так и далеко от него.
   Лишь перепроверив все дальние закрытые планеты, полудемон решился проверить ту, что самой первой отринула Лана. Это была Земля - самая магически и технически отсталая планета во всей Галактике.
   И на этот раз ему повезло. Надо было догадаться раньше. И сколько бы горестных дней пришлось избежать, а в скольких радостных событиях принять участие. Но все случилось так, как было. Жаль, но никому не дано изменить прошлое.
   Когда же он нашел свою жену, то готов был прыгать до потолка, как ребенок.
   Но его строптивое счастье решила спустить его с небес на землю, одной фразой обрезав появившиеся от эйфории крылья. У нее появился мужчина. Он надеялся, верил, что он для нее останется одним, единственным мужчиной. Но как же Изар ошибался.
   И тогда, глядя в ее чудесные сапфировые глаза, наследник четко осознал, что в такую женщину сложно не влюбиться. Поэтому ничего удивительного нет в том, что у нее появился мужчина. Несмотря на боль, разрывающую его сердце, он решил отпустить свою жену, ведь было очевидно, что она счастлива. Это проскальзывало в теплоте ее тона, когда Лана говорила о нем, в мягких, чуть увлажнившихся синих глазах, когда она вспоминала о незнакомце.
   Он ушел, но не далеко. Сначала Изар решил посмотреть на соперника, который оказался удачливее его. Его даже на миг не стал задумываться, почему проявился брачный браслет, хотя этому способствовали только две причины: рождение ребенка или смерть одного из владельцев. Не проанализировал и то, что жена заметно похорошела. На ровном раньше животе появился небольшой упругий холмик, все формы стали более аппетитными и округлыми, пропала небольшая угловатость во всем облике. Все, о чем он мог думать в тот момент, так это о незнакомце, спящем на втором этаже в ее кровати.
   Когда наследный принц повторно вошел в квартиру своей любимой, он сразу же побежал наверх, чтобы посмотреть на того, кому он оставляет свою ненаглядную женщину.
   Каково же было его удивление, когда на кровати вместо мужчины он увидел маленького мальчика. Ребенок, разбуженный шумом, резво соскочил на постели и угрожающе выставил вперед руку с зажатым плюшевым драконом, так напоминающим Лилит. Белокурый ангелочек подозрительно смотрел на Изара и грозно хмурил темные брови.
   Мужчина от удивления потерял дар речи и ничего не мог сказать. Когда в спальню вбежала взволнованная жена, то она сразу же бросилась к... мальчику.
   Ребенок, увидев заплаканную Лану, грозно спросил, кто ее обидел. А мужчина не мог поверить в свое счастье, поэтому он решил спросить, ее ли это сын. Хотя сходство было очевидным. У мальчика были ее цвет волос и овал лица. Только вот глаза были не ее, они оказались до боли знакомыми, карими. Глаза самого Изара.
   Любимая подтвердила его сомнения, представив их друг другу. Белокурый Дар был его сыном, невероятно. И он поблагодарил всех существующих богов разом, за такой чудесный подарок.
   Еще пару месяц они прожили на Земле, решив отметить день рождения сына и дать им возможность привыкнуть друг к другу.
   Эти два месяца чистого счастья с лихвой отплатили четыре с лишним года страданий, боли и беспомощности.
   Дар, спустя пару дней, привык к незнакомому мужчине, оказавшему его отцом, о котором много рассказывала мама. И через неделю наследник с сыном были не разлей вода.
   Они в играх узнавали друг друга, ходили в парк и зоопарк, учились кататься на двухколесном велосипеде, пробовали стряпню похорошевшей жены и матери. Полудемон сначала долго сомневался пробовать обед, который приготовила жена, еще помня о том зелье и ее кулинарных подвигах на пиратском корабле, о которых ему в красках рассказывала вся команда. Но быстро уплетающий сырный суп сын заставил отринуть все сомнения и вдоволь насладиться новоприобретенными навыками любимой женщины.
   И вообще Лана стала более ловкой, ее движения стали плавными и точными. Она даже научилась спокойно ходить на восьмисантиметровых каблуках без жертв со стороны окружающих. И Изару казалось, что ее природная способность попадать в разные неприятности пропала.
   Наследный принц демонов, собираясь всей своей семьей на родную планету Акуму, уже думал, что все невзгоды остались позади и теперь их ждет только светлое и обязательно счастливое будущее. Но как покажет время, он сильно ошибался. Ведь все только начиналось.
  
   Глава 1. Старый знакомый
  
   Когда мы покидали Землю, я испытывала самые противоречивые чувства: радость и предвкушение - от того, что скоро увижусь с родными и моей Лилит; грусть - от того, что покидаю такую гостеприимную планету с верными друзьями, которые на протяжении этих четырех лет помогали мне справляться с возникающими проблемами; разочарование - что прилетел не мой умный, живой кораблик, а самый обычный; и страх - что не понравлюсь отцу Изара и его подданным.
   Но так как я всегда была оптимисткой, то решила не изменять себе и на этот раз, в любом случае Повелитель демонов уже ничего не может сделать. Ну, если только я не понравлюсь ему до такой степени, что свекр решит избавиться от меня с помощью убийства. Надеюсь, что такой радикальный способ ему не потребуется.
   Муж обещал, что как только мы доберемся до открытого сектора М-87, то приземлимся на одной из станций Дарилия и пересядем там на мой кораблик. За ним там, по словам любимого, присматривает особый инопланетянин - его старый знакомый.
   На протяжении старта и дальнейшего полета, Дар все время вертелся рядом с отцом, донимая его различными вопросами. Например, "Что эта за кнопка?", "А что будет, если нажать на тот рычаг?". И это были самые безобидные их них. Проблемы начинались после таких вопросов, как "Папа я нажал на зеленую кнопочку, что теперь будет?".
   После очередного такого вопроса и последовавшего за ним стона, я решила поберечь нервы мужа и увела сына готовить папе обед. Изар, одарив благодарной улыбкой, сосредоточенно стал проверять, что же успел натворить наш вездесущий непоседа.
  Мы поставили разогревать мясное рагу с запеченными овощами на плиту. Затем я включила панель, позволяющую одной из стен стать прозрачной, и поспешила следом за счастливым сыном к необъятному космосу.
  Нет, я не боялась, что мой ребенок выпадет, так как стена хоть и казалась призрачной, но все же была сделана из твердого, прочного материала. Я взволнованно торопилась, словно навстречу к давнему хорошему другу. Впрочем, так оно и было в какой-то степени. Ведь я была путешественницей по мирам, изучающей новые планеты, расы и их обычаи.
  Дарик без страха прижался к прозрачной стене ладошками и восторженно уставился в черноту вселенной. Мимо лавировали другие космические корабли; медленно, словно неповоротливые черепахи, проплывали астероиды разного размера и причудливой формы; временами мы пролетали над красочными, яркими планетами, которые восхитительными солнышками сразу пленяли взгляд. Повсюду мерцали ровным таинственным светом звезды различной яркости и величины, а вдалеке закручивались в тугие спирали галактики. Красота!
  Сын, приоткрыв рот от восторга, рассматривал эту завораживающую картину, а я, приобнимая его за плечи, вспоминала, как раньше путешествовала по вселенной в поисках новых цивилизаций. Легонько провела по руке, где был встроен переводчик. Интересно, не устарел ли он за эти четыре с лишним года?
  Потом мысли, как обычно, перескочили на мужа. Сколько же галактик ему пришлось перерыть в поисках любимой женщины? И ведь за столь долгий срок его ни разу не посетила мысль о том, чтобы все бросить и спокойно завести себе другую. Или демоны все такие упрямые однолюбы?
  Нахмурилась, осознавая, что до сих пор очень мало знаю о демонах, как о расе, а муж постоянно увиливает от ответа. Надо будет это дело исправить как можно быстрее.
  В кухонной зоне прозвучал сигнал-оповещение о том, что блюдо согрелось, и я, отложив выяснения на потом, поспешила туда, чтобы разложить еду по тарелкам.
  Через некоторое время мы всей семьей сидели за небольшим овальным столом в гостиной и, тщательно пережевывая пищу, смотрели в величественную черноту космоса.
  Не успели мы встать из-за стола, как взвыла система, и по комнатам прокатился женский, безжизненный, механический голос, оповещавший о нападении на наш космический корабль.
  Изар так резко вскочил, что стул с грохотом упал на пол, метнул в меня обеспокоенный взгляд и побежал в командную рубку, разбираться кто на нас напал.
  Я тоже перепугалась и, оставив все на столе, подбежала к сыну, который с немым восхищением уставился на чёрный, как бездна, космический корабль пиратов с весёлым "Роджером" на левом борту. Тихо застонав про себя, я рванула к панели и сделала стену вновь непроницаемой.
  Дар укоризненно и в то же время обиженно посмотрел на меня, словно у него забрали конфету.
  - Мама, это ведь были пираты, да? - сын не мог долго дуться, его распирало любопытство пополам с предвкушением. И столько надежды было в его карих глазах, что я не смогла соврать. Лишь обречённо кивнула.
  Вот не стоило ему разрешать смотреть фильмы про непослушных детей, измывающихся над грабителями или их похитителями. А ещё не следовало рассказывать ему сказку о приключениях прекрасной принцессы, попавшей в плен к космическим пиратам.
  Да и Изар раззадорил, рассказав о своих детских проделках. Так что наш сын жил мечтой о том, что когда-нибудь и ему удастся, как он говорит, "пошалить".
  Он давно грезил пиратами. И вот они на нас напали, сами ещё не зная о своей незавидной участи.
  Хотела было пойти вперёд и договориться с захватчиками по-хорошему, ну, то есть дать им шанс уйти без потерь, но сын оказался предусмотрительным и не отставал от меня ни на шаг.
  Так что махнув рукой на незнакомых людей, пытающихся пленить нас, я направилась вслед за сыном в его комнату за оружием.
  Изар тем временем пытался лавировать между астероидами, чтобы пираты не смогли взять нас на абордаж. Но, к сожалению, корабль ДарХарессов был не таким навороченным и усовершенствованным, как преследующий их корвет корсаров с мигающим весёлым "Роджером" по бокам.
  Через полчаса бешеной гонки бандиты вышли на связь.
  Мы с Дариком тоже были в этот момент в рубке. Ну, первые пару минут точно, а потом он незаметно для нас ускользнул к грузовому шлюзу.
  - Корабль "Чёрная смерть" во главе с капитаном Серым кардиналом приветствует вас и предлагает сдаться по-хорошему. Тогда капитан гарантирует сохранения вам жизни. - Появившийся на экране интариец выглядел важно с надувшимися болотного цвета щёками и огромными выпуклыми, как у рыб, глазами. - Если вы будете сопротивляться, то мы примем жёсткие меры.
  - Мы не хотим проблем, - спокойно ответил муж, - так что даём вам возможность развернуться и улететь.
  У интарийца даже глаз задёргался от столь вопиющей наглости. Щеки ещё больше надулись, как у жабы, и сменили окрас на бурый.
  - Вы сами напросились, - проквакал пират и отключился.
  - Жалко их, - сказала я, заметив, что сына в рубке нет. - Ведь не понимают глупые, что их ждёт.
  - Сами виноваты, - припечатал полудемон. - Мы их предупреждали. - И подойдя ко мне, притянул за талию и поцеловал легко в губы. - Тем более, что мы обещали Дарику весёлое путешествие.
  - Да, но...- попыталась возразить я, но меня перебили.
  - Ты сама обещала ему, что дашь пошалить, если на нас нападут пираты.
  - Ну, кто же знал, что мы на них наткнёмся? - возмутилась я.
  - А нечего давать ребёнку опрометчивых обещаний. - Пожурил муж. А затем, весело подмигнув, добавил: - Пойдём, проконтролируем, чтобы его "шалости" не зашли слишком далеко.
  Сына мы нашли в основном коридоре, ведущем к грузовому шлюзу.
  Он как раз растягивал стальную тонкую нить на уровне щиколоток в проходе, крепящуюся к двум приклеенным незаметным, прозрачным крючкам, которые мы используем вместо вешалок.
  - Что ты делаешь? - весело спросил Изар.
  - Сейчас увидите, только к кухне не ходите пока, - предупредил светловолосый сынок, - а то весь сюрприз пиратам испортите.
  Мы портить сюрприз не хотели, да и на себе его проверять тоже не горели желанием, поэтому отправились вслед за Дариком в смежное помещение, использовавшееся как кладовка. Сейчас она пустовала, но обычно в ней хранилось техническое оборудование для перевозки продуктов. Но так как наша семья малочисленна, нам хватало и одной хладокамеры.
  В приоткрывшуюся щель мы все вместе стали наблюдать за проходом.
  В это время контроль над кораблём перехватили космические корсары и с довольным гиканьем разбрелись по кораблю, выискивая нас.
  Их было шестеро. Трое из пиратов были обычными людьми со спортивным телосложением. Эдакие качки без мозгов или как говорят сами пираты: движущая сила. Один был тем самым интарийцем, что разговаривал с нами по связи. Четвёртый был магом с эльфийскими корнями, на это указывали отличительные заострённые к верху ушные раковины и длинные, тонкие, ухоженные пальцы. Черты его лица были намного грубее, чем у настоящих эльфов, поэтому можно смело отнести его к полукровкам.
  И последним был брианец - желеобразный инопланетянин нежно-салатового цвета с огромной головой, похожей на баклажан, маленькими поросячьими глазками ярко-голубого цвета, носом-картошкой и беззубым ртом. Его тело было похожим на улитку, такое же безногое и оставляющее после себя склизкий ядовито-зелёный след. Его верхние конечности были похожи на передние ноги богомола, такие же шипастые и цепкие.
  Даже я, имея всю информацию о брианцах и видя их на картинках, испытала лёгкий ужас и отвращение, каково же моему четырёхлетнему сыну? Но, взглянув на ребёнка, поняла, что для него брианец самый интересный из присутствующих на корабле инопланетян. Даже жабообразный интариец уступает ему в глазах моего сына.
  Дар, увидев брианца, подался вперёд, словно охотничья собака, почуявшая след раненного зверя. И если бы не сюрприз, с такой заботой им подготовленный, он давно бы изучал брианца в разрезе.
  Пока мы разглядывали налётчиков, они тем временем, немного оглядевшись, направились в нашу сторону.
  Первым был эльф-полукровка с готовой парализующей сферой заклинания в правой руке. Он шёл медленно, словно поджидая каждую минуту удара из-за угла, остальные же корсары были менее острожными и более нетерпеливыми, поэтому один из пиратов - лысоватый качок с большим лбом, не тронутым печатью интеллекта, с мелкими шрамами на щеках, подтолкнув своего осмотрительного коллегу в спину, придал магу ускорения.
  Финишную черту в виде натянутой проволоки они пересекли практически одновременно, хотя полукровка был все-таки первым. Он на полном ходу запнулся о нее и стал падать вперёд, при этом сфера выскользнула из его руки и, ударившись об пол рядом с ним, парализовала самого мага и его попутчика - пирата со шрамами.
  Они небольшой грудой загородили остальным проход, поэтому тем пришлось в спешном порядке, ругаясь сквозь зубы на незадачливого мага и слепого, везде спешащего Шрама, оттаскивать их парализованные тела ближе к шлюзу.
  Я даже успела заметить, как один из его коллег - качок карликового роста, пару раз наподдал своим невезучим соратникам несильных, но обидных, судя по злым глазам, пинков под мягкое место.
  Дальше пираты проходили медленно и насторожено. С тщательностью всматривались под ноги, чтобы не повторить подвиг своих коллег.
  Впереди шёл интариец. Благодаря своим большим рыбьим глазам он видел намного лучше подслеповатого брианца и оставшегося татуированного качка.
  Следом за ним следовал татуированный пират, его прикрывал карлик. А последним полз брианец. Своих парализованных собратьев они решили оставить у входа.
  Жабообразный пират шёл уверено и целенаправленно, лишь изредка останавливаясь и словно к чему-то прислушиваясь. Хотя это было не возможно. Как и все интарийцы он не мог слышать, словно змея, он чувствовал колебания воздуха и был, пожалуй, самым опасным противником, так как мог нас почувствовать. Все-таки тяжело стоять на одном месте без движения.
  Его блеклые рыбьи, без век, глаза уже смотрели в нашу сторону, когда Дарик выбежал из нашего укрытия и молча побежал вперёд.
  Я было рванула за ним, но Изар придержал меня, шепнув на ухо, что я обещала не мешать сыну. Так как он буквально спеленал меня рукой и зажал рот свободной ладонью, я ничего не могла сделать, лишь закатила глаза от досады.
  Тем временем, ошеломлённые пираты, не ожидавшие детей на корабле, с явным недоумением уставились друг на друга. Потом карлик поднёс руку с переговорным браслетом ко рту и опасливо обратился:
  - Кэп, тут на борту ребёнок.
  - Сколько? - после продолжительных помех, прозвучал усталый голос.
  - Не знаю. Мы видели только одного мальчика. - Неуверенно ответил качок.
  - Так какого... кх... ты меня отрываешь от дел? - раздосадовано вопросил Серый кардинал. - Как возьмёте всех, так и зови.
  - Есть, кэп. - Чётко отрапортовал карлик, поморщившись. И, отключив связь, добавил чуть слышно: - Только детей мы не похищали.
  Переглянувшись со своими собратьями по оружию, он громче сказал:
  - Все слышали Серого кардинала? - Дождавшись утвердительных кивков, скомандовал: - Тогда вперёд!
  И все дружной толпой, уже ничего не опасаясь (ведь мальчик пробежал не опасаясь попасть в ловушку), побежали дальше, догонять Дарика.
  Когда за поворотом показался хвост брианца, мы вышли из своего укрытия.
  - Почему ты меня остановил? - зло прошипела я, с беспокойством всматриваясь в ту сторону, куда вёл ядовито-зелёный след.
  - Потому что мы обещали не мешать ему. - Спокойно ответил муж. - И, уже немного зная нашего сына, могу быть уверенным в его безопасности.
  - Ну, не знаю. - Протянула я, оглядываясь на парализованных пиратов.
  В это время в коридоре, ведущем на кухню, прогремели взрывы и послышался крик.
  Не сговариваясь, мы побежали в ту сторону.
  Я ожидала любого поворота: от того, что моего сынишку схватили, до того, что он там отбивается от пуль разозлённых его проделками корсаров. Уж очень похожи были звуки.
  Но точно не была готова к тому, что увидела.
  Наша кухонная зона была полностью разгромлена. У хладокамеры орали дурными глазами два с красными пятнами на лицах качка, усиленно что-то выискивая в его недрах.
  Жабообразный интариец подскакивал на месте от взрывающихся под его ногами бомбочек. В итоге он попятился и наткнулся на рассыпанные в гостиной у овального стола невидимые на фоне стального пола прозрачные стеклянные шарики величиной с горошину. Для его перепончатых ног это оказалось сложным испытанием. И он, проехавшись на шариках и не удержав равновесия, с треском свалился за наш овальный столик щедро смазанный мёдом.
  При соприкосновении с янтарным цветочным мёдом, слизистая кожа на открытых безрукавкой руках и лице инопланетянина покрылась огромными болезненными язвами. Их появление сопровождалось криками боли интарийца, напоминающими перекличку лягушек в пруду, и лёгкими "чпоками", когда язвы созревали и прорывались.
  А сына мы нашли стоящим напротив брианца недалеко от кухонной зоны, пытающегося поговорить со светловолосым хулиганом, держащим что-то за спиной.
  - Где твои родители? - на всеобщем языке спрашивал ребёнка желеобразный пират. - Сколько вас на корабле?
  Дарик с наивным выражением лица хлопал карими глазками и делал вид, что его не понимает. Хотя я научила его двум языкам: земному и общепринятому или как ещё говорят - всеобщему. И Изар в последние месяцы учил его своему родному - эредану, хотя и не слишком продвинулся в этом.
  Тогда брианец попробовал на ломаном земном наречии задать те же вопросы. Результат оказался тем же. Сын хмурился и качал головой.
  Как раз в этот момент вновь пронзительно закричал неподалёку интариец, пытающийся встать со стола, но шарики под ногами не давали этого сделать.
  Брианец опасливо обернулся на коллегу, тем самым пропустив увесистый удар большим надувным молотком с прорезиненной ударной частью, до этого скрывающийся за спиной Дара.
  Удар пришёлся как раз в поворачивающееся лицо брианца.
  Молоток с громким "бульк" впечатался прямо в картофельный салатовый нос пирата. Маленькие поросячьи глазки ярко-голубого цвета недоуменно скосились к переносице, разглядывая инородный предмет. Брианец, будто не почувствовал боли, лишь удивлённо приподнял надбровные дуги без бровей. Дар с азартным блеском в глазах отвёл руку с молотком в сторону и, замахнувшись, ударил в район ниже пояса, где у любого мужского пола должны быть половые органы.
  Сначала послышался "бультых", словно камень упал в воду, даже непрерывно орущие качки заинтересованно повернулись посмотреть на реакцию брианца, сами поморщившись от боли и невольно хватаясь в защитном жесте за свои сокровища. И она не заставила себя долго ждать.
  В абсолютном молчании, даже интариец затих, брианец перехватил своими передними шипастыми ногами орудие у сына и с лёгким интересом начал изучать его.
  Дарик с восторгом первооткрывателя наблюдал за действиями брианца, качки, потеряв интерес, вновь вернулись к своему поиску, тихо поскуливая.
  Один из них, тот что карликового роста, увидев в проходе нас, умоляюще спросил, повернувшись к нам лицом:
  - У вас есть растительное масло?
  От открывшейся картины я непроизвольно вздрогнула. Красные пятна показались мне свежими ожогами, которые до сих пор тихо шипели. Ошеломлённо кивнув, я головой указала на нижний ящик кухонного шкафа.
  Но всё оказалось намного проще. Дар точными попаданиями (это вообще отдельная история) кинул в лица мужчин красных мелких "жучков", которые при ударе намертво приклеивались к коже.
  По словам сына, карлик с неожиданной силой, увидев такого "жука" на носу друга, хлопнул со всего размаху по нему. Оболочка насекомого не выдержала и, естественно, лопнула, выплёскивая на нос татуированного мужчину и руку карлика жгучий, сичуанский перец, который смывается только маслом растительного происхождения. Этот острый и безумно жгучий перец - излюбленное лакомство каменных троллей с планеты Грыхм. Они вообще вкуса еды не ощущают, кроме этой острой приправы, которая воспринимается ими, как сладкое для обычного человека.
  Так вот, "жучков" таких было несколько штук на лицах этих двоих крепышей. Когда они попытались осторожно их отклеить от лица, то хрупкая оболочка лопалась, жидким перцем обжигая нежную кожу лица и пальцы неудачливых пиратов.
  Эффект от этого перца был похож на ожоги от огня, но в отличие от последних проходил в течение одной-двух недель. Хотя болезненные ощущения снимались растительным маслом.
  Когда татуированный и карлик нашли наконец-то оливковое масло, то стонами наслаждения начали лить его на свои лица и руки.
  Я укоризненно посмотрела на сына. Ну, нельзя же так издеваться над живыми существами.
  Малыш лишь невинно улыбнулся и пожал плечами.
  В этот момент интарийцу все-таки удалось встать со злополучного стола. Он в порыве злости и ярости побежал на моего сына отчаянно квакая что-то на родном языке. Мой переводчик все переводил, доказывая тем самым, что до сих пор функционирует и не устарел. Но я даже не обратила на это внимания, с ужасом наблюдая за бурым лицом раздувшегося инопланетянина, который тараном надвигался на ничего не боящегося ребёнка.
  Как в кошмарном сне я видела всё так чётко, словно воздух превратился в кисель и движения всех присутствующих стали медленными. Вот интариец сделал широкий шаг вперёд к моему ребёнку, его ноздри чуть приплюснутого носа трепетали от ярости, бурая кожа с вскрывшимися язвами выглядела просто мерзко и страшно. Рыбьи глаза почти вращались вокруг своей оси, как у хамелеона, от распираемого бешенства. А мой сын спокойно стоял на пути этого чудовища и мирно ждал, что же будет дальше.
  Когда я отмерла и попыталась отпихнуть Дарика с траектории движения, то было уже поздно. Я осознавала, что не успеваю к нему. Но все равно побежала к моему мальчику. Но, сделав пару шагов, я замерла от страха.
  В то мгновение, когда интариец был всего в двух шагах от сына, вокруг ребёнка взметнулось кольцо огня, отрезая мальчика от всех.
  Я задохнулась от ужаса, выискивая взглядом мага, который таким образом попытался навредить моему мальчику. И с облегчением вздохнула, увидев колдующего мужа, подмигнувшего мне. Жабообразный пират заклокотал, но пробиться сквозь огненную преграду не смог.
  - Хватит! - громко прикрикнул Изар. - Вызывайте своего главного. С ним будем разговаривать.
  Отошедший от боли низкорослый пират, поднёс руку с переговорным браслетом и, нажав на кнопку, сказал:
  - Капитан, мы ждём вас на кухне.
  - Кх... наконец-то... кх... что так долго? - произнёс сильно искажённый голос с переговорника.
  - Пришлось повозиться, - потрогав, наверняка, зудящее ещё пятно на лице, проговорил корсар.
  - Иду, - чётко донеслось из динамика.
  Связь отключили, и мы стали ждать.
  Обозлённые и потрёпанные захватчики расселись на стулья посреди гостиной. Овальный, злополучный стол был унесён к дальней стене. А мы сели на высокие стулья у кухонной зоны. Причём
  Дара мы посадили между нами. Уж очень злыми, исподлобья, взглядами прожигали нашего сына поверженные им пираты.
  Когда в проёме показался капитан пиратского судна, я аж подпрыгнула на стуле от удивления.
  - Что тут произошло? - оглядев своих понурившихся подчинённых вопросил Серый кардинал.
  Так как кухонная зона располагалась в стороне, справа от входа, капитан корсаров сразу нас не заметил. А вот мы без проблем разглядывали главаря пиратов.
  Он почти совсем не изменился с последней нашей встречи.
  Лишь только раздобрел ещё больше, на шее появился второй подбородок, довольно пузатый живот стал на пару размеров шире. На одном глазе красовалась чёрная кожаная повязка, словно он лишился одного органа зрения. А во втором глазу-пуговке читалась мрачная решимость. Во всех движениях пирата чувствовалась медлительность и властность. Серые волосы были прилизаны волосок к волоску, прижатые поперёк головы глазной повязкой. Добротная одежда из дорогой ткани была немного маловата, почти трещала по швам.
  Подчинённые молчали. А я вот от переизбытка эмоций смолчать не смогла.
  - Какая встреча, - протянула я, переглянувшись с враз повеселевшим мужем. - Давно не виделись, Крыс.
  Серый кардинал при звуке моего голоса остолбенел. Весь вытянулся, как шест, что даже одежда на животе угрожающе затрещала. Загорелая от космического излучения кожа побледнела. Медленно, словно надеясь, что ему показалось, он повернул голову в мою сторону и чуть слышно простонал сквозь зубы.
  К нему присоединились двое парализованных, которые видимо успели отойти от заклинания или им помог ещё один маг, пирата. Встали со спины, в любой момент готовые втянуть за себя своего тучного капитана и загородить его немаленькую тушку своими телами.
  - Нет, ну как же так? - простонал старый знакомый. - Я же специально улетел в другую вселенную, чтобы не встречаться с тобой.
  - Да, ты просто фартовый. - Восхитился муж. - Даже в другой вселенной она тебя нашла. Это судьба. Не иначе. Пираты хмурились, не понимая о чём речь, но встревать не решались.
  - Всё! - с горечью сплюнул Крыс, срывая кожаную повязку с глаза. - Ухожу на покой. В этот момент ко мне подошёл сын и, дёргая за руку, спросил на всеобщем языке:
  - Мама, этот тот самый пират из сказки?
  - Да, милый, - улыбнулась нежно малышу. Всё-таки не стоило так часто её ему рассказывать.
  - Мам, тогда можно в этот раз, если они нас пленят, то я буду взрывать их корабль? - спросил с надеждой мой мальчик.
  При этом вопросе краем глаза заметила, как вздрогнул Крыс, или Серый кардинал, а потрёпанные корсары с ужасом уставились в оба зрячих, как оказалось, глаза капитана. Они, наверное, уже представили масштабы разрушений, ощутив на себе последствия фантазии маленького белокурого демонёнка.
  - Нет, - препротивно взвизгнул Крыс, ничуть не изменив себе. Сразу же вспомнились мои приключения. - Никто вас похищать не будет. И уж тем более вести на наш корабль.
  - Почему? - расстроился Дар.
  - Потому... - замялся капитан пиратов, подбирая достойный повод отказаться от пленных, при этом не уронив авторитета в глазах подчинённых.
  - Потому что их капитан - наш старый знакомый. - Помог ему Изар, присаживаясь на корточки перед расстроенным ребёнком. - А знакомых обижать нельзя.
  - Да-да, - закивал Крыс, расплываясь в улыбке, обнажая два больших передних зуба, выступающих над нижними мелкими зубами. - Мы просто заскочили поздороваться.
  И с такой мольбой посмотрел почему-то на меня, что мне даже отчего-то стыдно и неловко стало.
  - Ну, привет. - Махнула я рукой, не зная, что делать в такой ситуации.
  - Здрасьте. - Облегчённо выдохнул Крыс. - А теперь, если вы не возражаете, то мы полетим дальше, ладно?
  - Папа, а вон тот зелёный похож на "дядю Джека", правда? - вдруг громко спросил Дар.
  Желеобразный пират всколыхнулся всем телом и со страхом уставился на ребёнка, не ожидая ничего хорошего от интереса со стороны Дарика.
  - Да, - окинув долгим взглядом инопланетянина, подтвердил Изар. - Очень похож.
  Дело в том, что на планете Земля была такая сладость. Желеобразный мармелад в виде зелёной груши с прорисованным на ней лицом. И кому-то пришло в голову назвать эту сладость "Дядя Джек". Причём на упаковке был нарисованный мультяшный человек в бейсболке, в клетчатой жёлтой рубашке с короткими рукавами, в джинсовом комбинезоне поверх неё и держащий оттопыренный палец вверх. Не трудно догадаться, что эта была любимая сладость моего мальчика.
  - Мама, - обратился теперь ко мне сын, сияя глазами, - а можно я его попробую. Вдруг он такой же вкусный, как "дядя Джек"?
  Брианец, не выдержал и, побледнев почти до прозрачности, со всей возможной скоростью пополз на выход.
  У капитана пиратов нервно задёргался правый глаз. Он с ужасом уставился на Дарика. Потом перевёл потрясённые глаза на меня.
  Ощущение было такое, будто мне подмигивает приговорённый на эшафот человек. Жутко в общем.
  - Не бойтесь, - поспешила успокоить я нервного инопланетянина, - у нас ещё остался где-то "Дядя Джек". Я вам его сейчас дам попробовать. И поспешила к кухонным ящикам, чтобы достать сладость.
  - Они ещё и каннибалы. - Послышалось со стороны хладокамеры.
  - Да, вы не так поняли. - Попыталась оправдаться я, поворачиваясь к пиратам лицом. - Дядя Джек - это...
  Но меня не стали слушать. Вся команда головорезов с криками ужаса выбежала прочь их кухни, а потом и из нашего корабля. Впереди всех, сверкая золотыми набойками на сапогах, бежал Крыс, громко причитая, что если выберется отсюда живым, то больше никогда не будет пиратом.
  Я укоризненно посмотрела на хохочущего мужа, но не выдержала и тоже рассмеялась. Забавно всё-таки получилось.
  
  Глава 2. Первое впечатление
  
  Остаток полёта прошёл без приключений.
  Мы быстро пролетели до закрытого сектора М-87. Сделали посадку на станции Дарилия и, не задерживаясь дольше необходимого, пересели на мой любимый кораблик. Кстати подумалось, что надо бы дать ему имя, а то как-то неудобно обращаться к нему просто по виду - кораблик.
  Мой кораблик, или Стремительный - как я его назвала, буквально сшиб меня с ног своими эмоциями, как только я вступила на него. Сначала меня затопила волна безграничного счастья и облегчения, потом обиды и непонимания и немного удивления, когда на борт ступил любознательный малыш.
  Дарику было все интересно. Когда я коснулась своей красно-чёрной татуированной вязью на правой руке до гладкого маслянисто-чёрного бока двери, то на несколько секунд вспыхнул яркий алый свет, впечатлив сына. А когда он испытал на себе ту гамму чувств, что передавал кораблик, то он был просто в восторге от нового друга.
  Стремительный быстро нашёл общий язык с моим мальчиком, обустроив для него свою собственную каюту по пожеланию Дара. Так что на протяжении остального пути я своего ребёнка видела только за столом, когда мы ели.
  Так что все это время мы с Изаром не отлипали друг от друга. У нас словно был второй медовый месяц. Всё-таки на Земле сын постоянно был с нами, не давая побыть наедине даже ночью. Он не доверял незнакомому мужчине, внезапно появившемуся в нашей жизни, и спал в нашей спальне между нами. Мы наслаждались друг другом урывками и постоянно в спешке, переживая, что в каждый миг наш сын может проснуться и пойти на наши поиски.
  А на Стремительном мы были предоставлены сами себе и смогли наконец-то, не спеша насладиться друг другом, вновь изучать каждый сантиметр такого дорогого, желанного и любимого тела своей второй половинки.
  За пару дней мы пересекли несколько галактик и прилетели на планету Акума.
  Я хотела сначала залететь на свою родную планету - Триан, к родным, но муж сказал, что они уже давно ждут его мачка и как только получат, сразу же телепортируются на Акуму. Так что делать крюк, чтобы воссоединиться с семьёй мы не стали. Я же посчитав, что на чужой планете, где из знакомых лиц будет только муж с сыном, мне не помешает лишняя поддержка родных. Поэтому я легко согласилась.
  Ещё меня настораживало то, что моя неуклюжесть стала возвращаться. Не в таких масштабах конечно. Так по мелочам. То вилку выроню, то нож соскользнёт при резке хлеба, не так катастрофично, как раньше, до членовредительства не доходило, но всё-таки. Например, раньше хлеб легко нарезала на ровные кусочки, а теперь они постоянно выходили какими-то кривыми, а иногда овальными или вообще неизвестными геометрическими фигурами. Поэтому я надеялась, что мой любимый дедушка просканирует меня на какие-нибудь отклонения.
  Как только мы прошли обязательную для всех регистрацию космолёта, то сразу же оказались окружены биороботами. Они просканировали нас на наличие оружия и болезней, что очень удивило меня, и оставшись удовлетворёнными результатами своих проверок потеряли к нам интерес, направившись к другим клиентам.
  А мы смогли наконец-то оглядеться.
  Космопорт Акумы поражал своим величием и открытостью. Стеклянный купол окружавший все вокруг пропускал свет огромного ярко-красного солнца планеты, фильтруя и преобразовывая его смертельные лучи в приемлемые для всех живых существ лучи.
  Сын, не удержавшись подбежал к одной из стеклянных преград, оббегая малочисленных приезжих (демоны не очень любят гостей) и мягкие нежно-голубого цвета кресла, предназначенные для ожидающих космолёт или встречающих гостей.
  Я последовала за Дариком. Встала рядом, внимательно, чуть прищурившись от солнца, бьющего прямо в глаза, рассматривала ландшафт планеты, на которой мы теперь будем жить. К сожалению, он не радовал многообразием красок и растительности.
  Эта была пустыня, состоящая из крупных песчинок тыквенного цвета. То тут, то там среди барханов выглядывали, бросая солнечные блики, отполированные пики скал, острые грани которых разрезали плотный воздух планеты с лёгкостью остро наточённого ножа, рассекающего мягкое сливочное мало.
  Из растительности здесь были мохообразные светло-бежевые кустики высотой около двадцати сантиметров, которые росли на вершинах невысоких скал, напоминая плохо побритые подмышки.
  Сын разочарованно вздохнул и уже повернулся ко мне, чтобы что-то сказать, как вдали показалась чёрная точка, стремительно увеличивающая в размерах.
  - Мама, что это? - заворожённо рассматривая быстро приближающийся объект, спросил мой мальчик.
  - Это Драго, - ответил за меня незаметно подошедший муж. И обнимая меня за плечи, а сына взяв за руку, продолжил: - Это мой дракон, пара Лилит.
  И в это же время защищённый космопорт огласил радостный курлыкающий клич огромного чёрного дракона.
  Он завис над защитным куполом прямо над нашими головами, заслоняя своим могучим телом от нас солнце, погружая половину территории космопорта в темноту и поднимая клубы красно-оранжевого песка в маленькие смерчи своими взмахами больших кожистых крыльев.
  - Мама, а можно и мне своего дракона? - не отрывая взгляда от ревущего дракона, спросил сын.
  - Ты ещё маленький..., - начала было я.
  Но меня перебил спокойный голос мужа:
  - Конечно, сын. Как только сможешь удержаться в седле без ремней, так сразу же и подберём тебе дракона.
  Я укоризненно посмотрела в хитрые карие глаза супруга, который ещё и подмигнул игриво. Потом перевела взгляд на сияющее лицо Дара и решила отложить этот разговор на будущее. Всё равно сейчас он меня не услышит, да и нам будет не до драконов в ближайшие дни.
  Я провела пальцем по золотой драконочке на моей левой ладони и нахмурилась. Почему я её не слышу и не чувствую? Ведь давно должна была. Или из-за долгого перерыва связь оборвалась?
  - Почему с ним нет Лилит? - с беспокойством взглянула на мужа.
  - Она со своими малышами, - весело хохотнул Изар, - они по характеру не уступают ни в чем нашему мальчику. Да и у них их двое.
  - Бедная моя, - пожалела я свою дракошу.
  - Ночью прилетит во дворец проведать тебя. - Прошептал на ухо любимый.
  - А почему я её не чувствую? - Не спешила успокаиваться я.
  - Она закрылась. - Поцеловал меня в нахмуренный лоб муж, пытаясь, как обычно, поцелуем разгладить морщинки. - Просто тебе и своих эмоций хватает, если она своих добавит, то боюсь, что дворец не выдержит. Тем более, что она опять беременна и у нее гормоны гуляют.
  - Понятно, - облегчённо вздохнула я.
  Чёрный Драго что-то ещё громко проголосил и улетел в том же направлении, откуда появился.
  - Пошли в ситр, - потянул нас на выход их космопорта Изар. - Нас уже давно ждут дома.
  Ситром назывался небольшой космический корабль, наподобие скрещенного четырёхместного автомобиля и самолёта-истребителя с планеты Земля.
  Передняя часть ситра была острой, треугольной, плавными изгибами перетекая в серединку салона, как в спортивных моделях земных автомобилей, а задняя часть было словно обрублена топором, так быстро он заканчивался. Внизу под ним были воздушные подушки, с помощью которых он и передвигался.
  Сынишка, как и все мужчины, наверное, с восторгом уставился на гладкие маслянисто-чёрные бока ситра. С восхищением в глазах нагнулся, рассматривая воздушные подушки, чуть слышно жужжащие на пустой парковке.
  - Я думала, что нас будут встречать с фейерверками и музыкой, - пошутила я, усаживаясь вместе с мужем на переднее сидение. - Ты же всё-таки наследник Повелителя.
  - Ты хотела громкой встречи? - игриво поддел Изар, пристёгивая сына в кресле сзади.
  - Прости не знал, но думаю, что сумею устроить приём в замке в твою честь, со всеми вытекающими развлечениями.
  - Нет, ты что, - уже пожалела, что подняла этот вопрос. - Просто я думала, что у вас так встречают влиятельных жителей планеты.
  - Дорогая, у нас так никого не встречают. - Серьёзно ответил муж. - Даже коронованных особ других планет. Слишком много чести. - И, присаживаясь за руль, добавил: - Да и от демонов не ждут иного.
  - Понятно. - Облегчённо выдохнула я. - Значит, насчёт приёма ты пошутил?
  - Нет. - Обломал мои ожидания супруг. - В твою с Дариком честь завтра состоится официальный приём, на котором вас представят высшему свету Шанкара и его жителям.
  - Папа, а что такое Шанкара? - вдруг спросил сын. - Так называется столица Акумы - этой планеты, огонёк. - Улыбаясь, ответил Изар. - Ты скоро её сам увидишь.
  Но летели мы достаточно долго, а не только города не увидели, но даже ни одного домика. Повсюду раскинула свои тыквенные просторы с сахарными скалами пустыня, любовно опекаемая здешним светилом.
  - Где же Шанкара? - устав всматриваться в тёмные стекла ситра на унылый пейзаж, укоризненно спросил Дар.
  - А вот она, - уйдя резко вниз, словно ныряя в воду, весело ответил супруг.
  И действительно. Рельеф этой планеты был так необычен, что издалека не было видно ничего, кроме пустыни. Пока не нырнёшь вниз с обрыва пустынного бархана, словно кто-то огромный сжёг огромную часть песка, превратив его в стекло и, копнув поглубже, одним рывком выкинул всё оставшееся на лопате за ненадобностью.
  Мы летели вниз, параллельно гладкой, стеклянной поверхности обрыва километров десять, потом ситр плавно выровнялся и я лишь каким-то чудом не заорала на весь ситр.
  Просто прямо на нас на скорости летел идентичный агрегат, не спешащий уйти с линии полёта. И я уже готова была толкнуть Изара, чтобы он вывернул руль в сторону, как послышался оглушительный треск.
  Я повернулась к своему мальчику, чтобы последнее, что увижу было бы его любимое личико, и взяла его за руку. Но прошла минута, а боль и смерть не наступали.
  Я рискнула посмотреть вперёд и увидела, что мы попали в другой мир.
  Как оказалось, мы пролетели через зеркальный щит, который окружает весь город. Отсюда и электрический треск, и отражение надвигающегося ситра. Не знающим этой мелочи никогда не найти столицы Акумы. Впрочем, таких здесь не бывает. Всех приглашённых сопровождают встречающие их местные жители, а нежданных гостей всегда готовы указать дорогу домой.
  Как только мы пересекли зеркальный щит, то увидели совершенно другую местность. На протяжении одного километра вся поверхность земли была устлана необычной травой.
  Она имела три грани и в зависимости от направления ветра шелковистые травинки меняли цвет. Мы зависли вертикально, чтобы полюбоваться ею.
  Сначала перед нами было обычное изумрудное поле, но вот подул северный ветер и изумрудное море скрылось под волной ярко-синего цвета. Это было просто завораживающее зрелище. Словно встретились два разноцветных океана, но вместо того, чтобы смешиваться, волны сильнейшего на данный момент перекрывали цвета слабого.
  А затем направление ветра поменялось, подул слабенький западный ветерок, и уже синие море нехотя, медленно сдалось под натиском волны лавандового цвета. Это было как в сказке, словно волшебник своей палочкой постоянно раскрашивал шёлковые травинки в разные цвета, и никак не мог определиться с конечной окраской.
  Кроме травы здесь ничего не росло. Ни одного деревца, ни цветочка. Хотя зачем здесь цветы, если сама трава, как необычный цветок, разноцветьем глаз радует.
  - Вот бы здесь пикник устроить, - мечтательно произнёс Дарик.
  Я лишь согласно вздохнула.
  - Как только обживёмся, так сразу и устроим, - пообещал Изар.
  Дольше мы не стали задерживаться. Немного набрали высоту и полетели дальше к виднеющимся невдалеке ровненьким домикам.
  А травянистое поле закончилось неожиданно. Оно просто упёрлось в огненную реку, которая, по словам мужа, опоясывала город Шанкара по всему периметру.
  Далее всего в двухстах метрах от огненной реки - Сакая, начинались постройки.
  А впереди нас ждало совершенство.
  Со всех сторон окружённый сверкающими зеркальными пиками скал, показался он - Шанкара. Белоснежный, сверкающий, идеальной круглой формы, с улочками-лучами, расходящимися во все стороны света. А в самом центре высился самый настоящий замок с пикообразными башенками, упирающимися прямо в щит. Сверкающий алыми всполохами, сделанный из какого-то неизвестного мне камня, словно рубин в оправе из мощёных дорожек, жавшихся друг к другу белокаменных домиков и высаженных полукругами аллей.
  Меня поразила идеально спроектированная архитектура города, из которой не выпадало ни единого строения, ни единого клочка земли и даже ни одного деревца, которых в городе было предостаточно в отличие от травянистого поля.
  Мы летели по аккуратным улочкам, усеянным разнообразными цветами, кустарниками, деревцами, словно сладкий пирог, усыпанный разноцветными цукатами.
  А рубиновый замок с каждой секундой полёта всё приближался, давя своей красотой и мощью.
  - Добро пожаловать домой, - с гордостью произнёс любимый.
  - Ух, я буду жить в настоящем замке. - Восторженно протянул сын. И, наклонившись вперёд, с серьёзным видом уточнил: - Папа, а там есть приведения?
  - Ну, насколько я помню, нет. - Улыбаясь ответил полудемон. А заметив разочарованную мордашку ребёнка, добавил: - Но за несколько лет, что меня здесь не было, всё могло измениться.
  Сын воодушевился, а я уже сочувствовала приведениям красного замка.
  Когда ситр, преодолев аллею фигурно-подстриженных кустарников и клумб, остановился перед резными дверями, распахнувшимися сразу же после нашего приземления, я испугалась.
  Не знаю почему у меня возник этот безотчётный страх, но он не отпускал до тех пор, пока настороженный сынишка не взял меня за руку.
  До сих пор когда Дар волновался или чего-то боялся он бежал в первую очередь ко мне, а уж потом вспоминал, что у него есть сильный папа. Но Изар не обижался, прекрасно понимал сына и терпеливо дожидался, когда он это перерастёт или когда он станет настолько доверять ему, чтобы открыться отцу полностью.
  Интересно Дарик тоже что-то почувствовал или он как обычно отзеркалил мои эмоции?
  Спросить не успела, так как нам навстречу вышел дворецкий.
  Дворецкий, к моему искреннему удивлению, оказался человеком. Я думала, что демоны предвзято относятся к людям и у них в услужении находятся только демоны, ну, в крайнем случае, полукровки.
  Пожилой дворецкий оказался невысоким мужчиной с испещренным морщинками лицом, большим горбатым носом, тонкими морщинистыми губами. Но с удивительно зоркими для его возраста каре-зелеными глазами.
  Изар нежно приобнял меня за плечи и шепнул на ухо:
  - Мой отец лоялен ко всем расам.
  - Это радует, - также тихо ответила я.
  А пожилой человек обладал не только проницательным взглядом, но и острым слухом, так как ответил, изящно и без особых усилий поклонившись мне:
  - А меня как это радует, моя Повелительница.
  Я немного опешила от этого и не знала, что сказать. Неловкость сгладил сынишка, спросив:
  - Как вас зовут? И можно узнать кое о чем очень серьезном?
  - Меня зовут Говард, маленький принц. - Чуть склонив голову, ответил мужчина. - Я всегда к вашим услугам.
  - В этом замке водятся призраки? - с надеждой в голосе спросил Дар.
  Бросив на нас быстрый пронзительный взгляд из-под кустистых бровей, посеребренный сединами слуга серьезно ответил:
  - Нет, - но увидев погрустневшие карие глазки быстро добавил с улыбкой в голосе: - Видите ли, мой маленький господин, у нас ЖИВУТ приведения - души демонов и других рас, которые при жизни были довольно благородных кровей, и они после своей смерти ведут себя цивилизованно, не гремят цепями по ночам, не делают пакости и никого не пугают.
  - Ну, надо же, - подпрыгнул от радости сын. - А можно будет с ними встретиться?
  - Я думаю, что они будут очень рады познакомиться с принцем, мой маленький господин, - улыбаясь уголками тонких губ, ответил дворецкий.
  - Можете называть меня Даром, - разрешил мой маленький мужчина, величественно кивнув головой. И когда только научился? Или это влияние отца?
  - Вас ожидают через три часа в маленьком зале для торжеств, - мельком взглянув на наш ситр, величественно произнес дворецкий, отходя от проема, тем самым пропуская нас вперед.
  Я повернулась к мужу, чтобы задать вопрос, но он тут же вылетел у меня из головы, так как я заметила, что наш немногочисленный багаж объяло рыжее бесшумное пламя огня.
  Вскрикнув, резко взмахнула левой рукой, хотела указать на нашу горящую собственность, но неудачно пошатнулась. Рука по инерции полетела дальше и с громким шлепком врезалась во что-то мягкое сзади. Костяшки на руке сразу же неприятно заныли.
  Отшатнувшись к боку Изара, я со стыдом рассматривала красный отпечаток на щеке пожилого удивленного мужчины, который осторожно, слегка касаясь кончиками пальцев, поглаживал наливающийся красками след от удара.
  - Простите, - повинилась я. - Просто я запаниковала, увидев, что наши вещи горят.
  Мы все посмотрели на наш непострадавший в огне багаж, который стоял у подножия небольшой лестницы, хотя пару минут назад находился в багажном отделении ситра.
  - Мамочка, с тобой все в порядке? - обеспокоенно заглянул в мои глаза сынишка. - Багаж не горит.
  А сзади послышалось тихое похрюкивание, когда я, нахмурившись, повернулась, то похрюкивание переросло в громкий хохот. Изар весело смеялся, опираясь на колени.
  - Это вы простите меня, Повелительница. - Не обращая внимания на смеющегося наследника, спокойно произнес Говард. - Я забыл вас предупредить, что шаман и владею магией огня. Я просто хотел донести ваши вещи с помощью магии, так как в моем возрасте поднимать пусть небольшие, но тяжести чревато.
  Я смущенно приобняла сына за плечи, а муж враз успокоился и недоверчиво хмыкнул, но не сказал и слова.
  Я тоже не особо поверила в немощность пожилого шамана, но выказывать свою подозрительность не стала. Лишь еще раз извинилась за свою неловкость и вопросительно посмотрела на улыбающегося супруга.
  Он, приобняв меня за талию и взяв сына за руку, повел нас в прохладный и сумрачный холл замка.
  Когда мы вошли, то по обеим сторонам от входа до широкой каменной лестницы, устланной ковровой дорожкой цвета спелой вишни, стояли ровным рядом слуги и служанки в накрахмаленных передниках и чепчиках. Это так смутило меня, что я застыла на пороге, не зная что делать дальше.
  Спас положение все тот же дворецкий, представив сначала нас, как истинных и законных хозяев этого огромного замка. Причем если Изара представили, как наследного принца, то меня как Повелительницу. То есть у меня было больше прав командовать этими людьми и нелюдями, рассматривающими меня с интересом, а некоторые даже с едва уловимой неприязнью, чем у моего супруга, сына Повелителя демонов.
  Затем началось представление мне служащих. Как только называлось имя, слуга или служанка выходили вперед, кланялись нам и стояли, ожидая, когда представят их род деятельности, расу и их способности. Последние два пункта были специально для меня, так как по удивленным глазам служащих было ясно, что до этого было достаточно назвать их имя и род деятельности.
  Мне стало приятно, но в то же время неловко.
  Изар, почувствовав мое смятение, лишь крепче сжал руку на моей талии, приободряя меня.
  Честно говоря, я практически никого не запомнила, кроме горничной Элис и няни Анны.
  Элис была чистокровной демоницей.
  Высокая, выше Изара где-то на полголовы, смуглая, темноволосая с небольшими матово-темными рожками на лбу и с черными, как беззвёздная ночь, глазами, подтянутая, как впрочем все демоницы, девушка стояла напротив меня и, опустив глаза в пол, придерживала тонкий хвостик с небольшой кисточкой на конце к правому бедру.
  Дар с детской непосредственностью уставился на это чудо демонической природы, и лишь крепкая рука мужа удерживала нашего сорванца от попытки исследовать этот предмет со всех сторон.
  Анна же была полной противоположностью Элис. Достаточно крупного телосложения, рыжеволосая полукровка с маслянисто-агатовыми небольшими рожками, с огромными серыми глазами, но, как и все полукровки без очаровательного хвостика, рассматривала нас не таясь, с каким-то очень пристальным интересом. Будто уже писала отчет о наших многочисленных физических недостатках и тех немногих достоинствах, которые, судя по часто бросаемым на Изара косым взглядам, принадлежали мужу, чем мне с сыном. И держалась она намного свободнее и увереннее, чем остальные служащие.
  Анна молча встала за спиной моего мальчика сразу же после того, как Говард представил нам последнего слугу.
  Камердинер мужа, Макс, оказался обычным человеческим магом, старым знакомым супруга. Это сразу стало понятно по их мимолетным сердечным улыбкам друг другу.
  Когда церемония представления закончилась, нас повели в наши покои. Поднимаясь по лестницы, я порадовалась, что сегодня решила обуть балетки, так как пока мы добрались до своих спален протопали, наверное, половину дворца.
  Шли не спешно, рассматривая старинные картины в позолоченных рамах, древние гобелены с различными гербами, окутанные специальными магическими составами от разрушения, щиты и доспехи, вазы и драгоценности, лежащие на мраморных постаментах под защитным магическим колпаком.
  Путь от входа до дверей наших покоев мне показался вечностью. Ноги ныли, желудок сердито, но пока еще тихо урчал, словно недовольный лаской кот, а в глазах уже рябило от многочисленных "экспонатов", стильно расставленных по многочисленным коридорам замка.
  Открыв очередные большие двери, мы попали в гостиную поистине королевских размеров. Посередине комнаты стоял мягкий диван золотистого цвета с тремя креслами напротив. Между ними находился небольшой столик вишневого цвета, на котором уже стояла ваза со свежими фруктами.
  Справа и слева располагались двери в спальню и в ванную комнату. Позади на возвышении между двумя закрытыми тяжелыми шторами окнами затесался большой секретер винного розового цвета с маленькими шкафчиками, закрывающимися на замок с помощью ключей и заклинаний.
  На самом секрете в свете озорного лучика солнца, пробивающегося сквозь неплотно задернутые шторы золотистого цвета, сверкала драгоценной горкой связка ключей от этих самых ящичков, рядом в идеальном порядке лежала стопка чистых белых листов с багровым вензелем наверху и закрытая чернильница с золотым пером в футляре.
  У дверей находились небольшие шкафчики с многочисленными книгами, которые впрочем находились под охраной защитных чар. Что именно это за книги я рассмотреть не смогла с порога, да и всполохи сине-зеленых чар не давали как следует сосредоточиться.
  - Огонёк, - повернулся к сыну Изар, - можешь брать, что хочешь, но к книжным шкафам нигде в замке и близко не подходи. Твой дедушка, когда я был маленьким наложил на них такую сложную и опасную защиту, что никто до сих пор не может разобраться, как ее снять.
  - Ты был непослушным ребенком, папа? - рассматривая гостиную, поинтересовался сын.
  - Еще каким, - пряча улыбку, нарочито горестно вздохнул супруг. - И я очень сожалею об этом. Но ты же у меня не такой?
  - Конечно, - посмотрел Дар на мужа честными глазами. И, отвернувшись ко мне и лукаво подмигнув, добавил: - Я очень послушный ребенок.
  Я лишь закатила глаза. Сын меня всегда слушался. И рос, на мой взгляд, очень серьезным ребенком. Никогда не шалил, игрушек не ломал и вообще старался вести себя по-взрослому.
  Но когда в нашей размеренной жизни появился Изар, то сынок, словно снял с себя груз ответственности и стал более живым и непосредственным. Вспомнить только его выходку с пиратами. Поэтому сейчас вопрос послушания оставался размытым.
  Спальня, располагавшаяся за правой дверью, была такой же большой, как и гостиная. Круглая кровать, на которой поместились бы две наших семьи, была невысокой и жестковатой. Справа рядом с окном стояло женское трюмо с большим зеркалом в бронзовой оправе и мягким низким пуфиком. Огромный золотисто-бежевый шкаф, захвативший всю стену напротив окна, поразил меня до глубины души. Но и это оказалось не все. Шкаф был с расширяющим внутреннее пространство заклинанием, чтобы гардеробная не занимала отдельную комнату.
  Ванная комната, спрятанная за дверью по левой стороне гостиной, особо ничем не удивила, так как ее аналог был на нашем кораблике. Огромное джакузи, практически небольшой бассейн, множество шкафчиков и полочек с различными баночками и в углу, скрытый стеклянной дверью туалет.
  Дальше мы прошли в комнату напротив наших покоев, где располагалась спальня нашего сына.
  Она отличалась от нашей спальни лишь размером и цветовой гаммой. Если у нас преобладали золотисто-красные тона, то у Дарика они были бело-синими. Ну, и гардеробный шкаф был не такой большой, как наш.
  Когда мы осмотрели все доставшееся в наше пользование пространство, то Изар взяв меня с сыном за руки, повел в нашу гостиную.
  Посадив нас на диван, он повернулся ко мне и сказал:
  - Любимая, - при этом слове горничная покраснела, - не могла бы ты приказать своей горничной принести нам что-нибудь поесть? А то торжество будет только через пару часов, а позавтракали мы на рассвете.
  Я удивленно посмотрела на мужа. Неужели, он сам не мог ей приказать? Прочитав мой невысказанный вслух вопрос по моему лицу, любимый добавил:
  - С этого дня она должна слушаться только твоих приказов.
  - Элис, пожалуйста, не могли бы вы принести нам что-нибудь перекусить? - вежливо спросила я.
  - Нет, - резко ответил вместо нее Изар. - Лана, ты - Повелительница. И ты должна не просить, а приказывать. И обращайся ко всем на "ты", даже к моему отцу. Я не стала с ним спорить на глазах у слуг, но позже я собиралась серьезно поговорить обо всем этом.
  - Элис, принеси нам что-нибудь перекусить, - произнесла я, хмуро глядя на мужа.
  - Да, Повелительница, - робко ответила девушка, не поднимая глаз от пола и быстро выскользнула из комнаты, чтобы выполнить поручение.
  - Анна, - обратился к нашей няне Наследник Повелителя демонов. - Принеси нашему сыну полноценный обед.
  - Простите, господин, но мне кажется, что ребенку не следует перебивать аппетит перед торжеством, - произнесла тихим басом няня.
  Я посмотрела на сына, жадно вгрызающегося в сочное красное яблоко, и приказала:
  - Выполняйте то, что вам приказал мой супруг, иначе мы найдем другую няню нашему сыну.
  Бросив на меня недовольный взгляд, няня все-таки подчинилась и вышла, аккуратно закрыв за собой двери.
  Когда мы остались в гостиной вчетвером, Изар щелкнул пальцами, активировав чары. По рубиновым гладким стенам прошлась оранжевая волна, блокируя двери и устанавливая звуковой полог.
  Как только полог был установлен муж с его камердинером с громкими счастливыми воплями бросились друг к другу в объятия. Отстранив от себя друга за плечи, супруг, улыбаясь, спросил:
  - Макс, что там с торжеством?
  Счастливая улыбка медленно сползла с красивых губ мага, серые в зеленую крапинку глаза мгновенно стали стальными, серьезными.
  Посмотрев с жалостью на меня, пепельноволосый мужчина сказал:
  - Советник Повелителя настоял на полном почитании традиций.
  - Вот же змей, - прошипел зло муж. - Решил устроить проверку.
  И повернувшись ко мне и доедающему второе яблоко сыну, Изар обнадежил:
  - Не бойтесь, я попробую поговорить с отцом и решить этот вопрос.
  И не дав мне ничего сказать, быстро снял чары и вышел за дверь.
  - Что за проверка? - обескураженно спросила я у мага, жестом предлагая сесть в кресло напротив. - И почему мы не можем познакомиться с родственниками в тесном семейном кругу, как нормальные люди?
  - По-семейному не получится, - грустно вздохнул мужчина, присаживаясь. - Во-первых, ваш свёкр - не человек и вы, Повелительница, осмелюсь напомнить, находитесь на планете демонов, а, во-вторых, ваша семья не сможет присутствовать сегодня на приеме.
  - Почему? - громко воскликнула я.
  - Потому что ваш отец, цитирую: "... опять угробил единственную нормальную лабораторию с порталом. Ошметки от очередного прорыва в маготехнологии придется убирать вручную пару дней. Будем на балу через два-три дня. Держись, тайфунчик, и не разрушь замок за это время".
  Я невольно улыбнулась, вспоминая, как однажды после такого вот папиного прорыва дедушка Стефан пытался магией очистить портальную площадку и лабораторию. Папины магокомбайны ожили и, нарастив себе ноги, начали высасывать магию отовсюду, куда могли дотянуться и дойти. Все магические удары дедушки быстро поглощались и увеличивали мощность приборов. Пришлось ломать их обычным молотом, не известно как сохранившимся у дедушки на чердаке.
  Это действительно похоже на моего отца и деда. Что же, придется подождать встречи с ними еще несколько дней.
  - Так что за проверку мне решил устроить мой свёкор и его советник? - вновь я вернулась к волновавшему меня вопросу.
  - Понимаете, Повелительница, - начал камердинер и замялся.
  - Если скажешь, то может и пойму, - натянуто улыбнулась я, подбадривая.
  Маг только открыл рот, как в дверь ввалилась запыхавшаяся и раскрасневшаяся няня с подносом, заставленным всякими сладостями.
  - Это что? - удивлённо спросила я.
  - Еда мальчику, - не поняв моего вопроса, ответила женщина.
  - Считаете, что сладости - это нормальная еда для ребёнка? - возмутилась я.
  И, посмотрев на недоумевающую няню все ещё стоящую с подносом в дверях, добавила:
  - Не знаю, как у вас на планете принято кормить детей, но в моей семье принято обедать тремя блюдами. На первое - какой-нибудь суп, на второе - мясо или рыба с гарниром и на третье - это кисель, компот или другой сладкий напиток. Сладости можно подавать к третьему блюду, но никак не вместо первого и второго.
  Посмотрев на побледневшую от злости женщину, я решительно заявила:
  - Мне кажется, что всё-таки придётся искать нам другую няню, которая будет более расторопнее и понятливее.
  Краем глаза я отметила, что при появлении няни, Макс соскочил с кресла и стал молчаливым и напряжённым. Помимо моих обоснованных претензий у меня были и другие причины выпроводить настырную и своевольную особу из комнаты.
  - Обед у нас уже прошёл. И у нас на планете он также состоит из нескольких блюд. - Выпятив вперёд объёмную грудь, басом проинформировала меня рыжеволосая дама. - А на полдник, который по времени совпадает с началом торжества, мы даём детям сладости. А взрослым лёгкие закуски.
  "Так что получается они нас полноценно кормить и не собирались?" - гневно подумала я, а мой желудок поддержал меня возмущённым урчанием.
  Не обращая внимания на его ворчание, я приказала:
  - Принесите моему сыну два нормальных блюда, а сладости отнесите обратно.
  - Но мама, - на этот раз возмутился сынок. - Пусть оставит хоть одно пирожное.
  - Хорошо, - смягчилась я, повернувшись к сыну, - но только после того, как съешь первые два блюда.
  Строго посмотрев на недовольно поджавшую губы няню, я немного повысила голос:
  - Вы всё слышали? Тогда исполняйте быстрее. - И, дождавшись утвердительного кивка, добавила: - И на будущее: советую прежде чем врываться в помещение, стучать и спрашивать позволения войти.
  Как только за Анной закрылась дверь, я повернулась к Максу. Но стоило ему открыть рот, чтобы продолжить прерванный разговор, как дверь снова распахнулась.
  На этот раз дверь распахнулась и с громким стуком ударилась ручкой о красную стену. В пустой дверной проём робко заглянула Элис с огромным подносом в руках и робко спросила:
  - Можно войти?
  - Заходи, Элис, - нахмурившись, бросила косой взгляд на закрывшего рот камердинера. - И в следующий раз стучи, будь так любезна.
  - Как скажите, Повелительница, - покорно согласилась девушка, ставя поднос с наполненными тарелками на столик. - Просто у меня были заняты руки.
  - Ах, да, - смутилась я.
  Но извиниться мне не дали.
  - Ты вполне могла постучать хвостом или магией, - сурово бросил пепельноволосый маг.
  Теперь уже смутилась девушка, но по презрительно прищуренным глазам мага было понятно, что он ей не верит.
  - Элис, ставь тарелки на стол, - сказала я, пытаясь немного разрядить повисшее напряжение.
  Девушка молча прошла к столу, расставила тарелки с закусками и напитками, под восторженным взглядом Дарика, и, опустив глаза в пол, тихо поинтересовалась:
  - Будут ещё какие-нибудь указания?
  - Да. - Кивнула я. - Не могла бы ты выйти и оставить нас?
  Так как традиций и принятых здесь норм приличий я не знала, а читать мне было некогда, то указание получилось с вопросительной интонацией. Вдруг этим приказом я как-то скомпрометирую себя. Не хотелось бы добавлять мужу ещё проблем, и портить первое впечатление о себе.
  - Как хотите, моя госпожа, - кротко ответила Элис, метнув быстрый взгляд на камердинера мужа, и вышла, тихо прикрыв дверь за собой.
  - Я ничего не нарушила? - обеспокоенно спросила я мага.
  В ответ он лишь отрицательно мотнул головой.
  - Если так, то установи полог тишины, не закрывая дверей, - приказала я. И. дождавшись, когда чары накрыли всю комнату, потребовала: - А теперь рассказывай, что там за проверка?
  Дар в это время задумчиво ел маленькие канапе с какой-то ярко-красной рыбой, по крайней мере запах был рыбий, и с интересом наблюдал за нашим диалогом.
  Макс вновь открыл рот, чтобы, наконец-то, рассказать о таинственной и, судя по реакции мужа, опасной для меня проверке, как в дверь громко постучали.
  Да что же это такое? Стоит только магу открыть рот, как в дверь кто-то ломится. Прям заставляй его писать на бумаге об этой проклятой проверке.
  Я скрипнула зубами от досады, но, взяв себя в руки, спокойно разрешила:
  - Войдите.
  Обернулась к Максу, вспомнив, что на гостиной стоит полог тишины, но мужчина оказался сообразительным и вовремя снял чары. Открылась дверь и в комнату вплыла Анна. Няня с каменным лицом подошла ко мне, демонстрируя содержимое подноса. На этот раз там был суп-пюре с сухариками, тушёные овощи с мелко нарубленным мясом, облитым каким-то красно-чёрным соусом. В высоком стакане дымилось шоколадного цвета какао, рядом с ним расточали аромат свежие ванильные пирожные с кремовыми сливками.
  Сглотнув голодную, вязкую слюну, разрешила женщине расставить перед сыном блюда.
  Когда она закончила, я громко объявила:
  - Дарик, сначала съешь первое и второе, а потом уже сладкое. - И, видя жалостливые глаза сына, облизывающегося на десерт, напомнила: - Ты мне обещал.
  Сын сразу погрустнел, но принялся пробовать суп.
  Переведя взгляд на няню, стоящую рядом с ребёнком с непроницаемым лицом, сказала уже ей:
  - На ближайшие полчаса вы свободны. Можете подождать за дверью.
  Женщина ничего не ответила. Её недовольство выдавали лишь плотно сжатые губы, да чуть прищуренные глаза. В этот раз она вышла, громко хлопнув дверью.
  - Итак, - начала я, присаживаясь рядом с сыном на диван и пробуя канапе с зеленоватым сыром, когда полог тишины был установлен, - ты что-то хот ел мне рассказать.
  Мужчина утвердительно кивнул головой, с некоторой опаской выждал несколько минут, посматривая на дверь, словно ожидая не придёт ли кто-нибудь ещё. Я, подперев рукой подбородок, вместе с Дариком заинтересованно переводила взгляд с мага на дверь, ожидая дальнейшего развития событий.
  Удостоверившись, что никто больше не стремится ворваться в гостиную и прервать так и не начавшийся монолог, мужчина опять открыл рот.
  Дверь вновь распахнулась, и я со злостью и каким-то нездоровым азартом посмотрела на вход. Маг сплюнул от досады. А в дверях стоял мой муж, и он был в ярости.
  Нет, по лицу ничего не было понятно. На нем была маска каменного спокойствия. Только удлинившиеся когти на руках и сузившиеся кошачьи зрачки, да полыхнувшее на мгновение пламя в любимых карих глазах показывали насколько Изар был взбешён.
  - Ничего не вышло? - грустно поинтересовался Макс.
  - Нет, - прорычал супруг, но, взяв себя в руки, уже спокойнее добавил: - Но они сами виноваты. Эта их проверка им же и боком выйдет. Они ещё мою жену не знают.
  - Да расскажет мне кто-нибудь наконец, что за проверка? - раздражённо поинтересовалась я обеспокоенная последней фразой мужа.
  - А ты ещё не в курсе? - удивлённо посмотрел на мага Изар.
  Тот лишь отрицательно мотнул головой, опасаясь открывать рот.
  - Ладно, - устраиваясь за столом, блокируя замок на дверях и устанавливая полог тишины, бросил супруг. - Слушай...
  
  Глава 3. Приём
  
  Проверка на самом деле оказалась не такой уж страшной и невыполнимой, как я себе представляла.
  Мне надо было только нацепить на себя церемониальный наряд Повелительницы демонов (они все что ли помешались на этих нарядах?) и подняться к трону без помощи магии (её-то у меня как раз и нет).
  Как выяснилось в процессе разговора, приём будет проходить в большом тронном зале (кто бы сомневался), но соберётся там только самые близкие и важные персоны к трону. Для всех остальных же, включая местную аристократию, будет устроен пышный бал в мою честь где-то дня через два или три.
  Суть проверки заключалась в том, чтобы без помощи магии или каких-либо других вспомогательных инструментов подняться по трёмстам тридцати семи ступеням, что ведут к трону Повелителя, дабы показать, что Повелительница не только хороша собой, но и вынослива, крепка духом и сможет выносить здоровое потомство.
  Кивнув на своё доказательство в пользу последнего пункта, который уже дожёвывал сладкое пирожное, вымазав весь носик в креме, я спросила к чему тогда это всё.
  - Понимаешь, любимая, - прожевав последний кусочек запечённого угная в кляре (местной разновидности угря), продолжил отвечать на мои вопросы супруг, - всё дело в чёртовых традициях, точнее в демоновых. Советник, старый змей, настроил отца, что если мы хотим, чтобы тебя принял народ и аристократия, то надо уважить традиции предков и тем самым показать, что ты - не слабое звено. Я не смог переубедить его отказаться от столь глупого решения.
  - В этом есть логика, но как-то диковато, на мой взгляд. Хорошо, я пройду эту проверку, - опрометчиво согласилась я, не подозревая на что подписалась. - Но перед тем, как я пойду переодеваться к приёму, ответь ещё на один вопрос.
  - Да хоть на тысячу, - как-то подозрительно с облегчением выдохнул муж. - Что тебя интересует?
  - Почему именно триста тридцать семь ступеней? - внимательно следя за мужем, спросила я. - Ведь это имеет какое-то значение?
  - Да, ты права, - легко откинулся на спинку дивана Изар, - имеет значение. Но не такое, как ты себе уже представила. Просто в сумме эти цифры дают тринадцать - это самое счастливое и божественное число у расы демонов. Вот поэтому такое количество.
  - Но почему тогда не триста семьдесят три или не семьсот тридцать три? - Допытывалась я. И увидев искреннее удивление на лице мужа, поспешила добавить: - Нет, ты не думай, что мне мало и этого количества ступеней. Их более чем достаточно. Просто не понимаю, почему именно столько.
  Не знаю почему, но этот вопрос казался мне самым важным на данный момент. Словно ответ на него был ключом к какой-то двери или загадке.
  - Просто цифра три является неблагоприятной. - Странно на меня посматривая, ответил вместо мужа Макс. - И ставить её впереди, считается хорошей приметой.
  - А как же тринадцать? - озвучил вопрос вперёд меня Дарик. - Ведь там цифра три стоит в конце? А тринадцать для вас счастливое число?
  - Для демонов, - мягко поправил сына маг, - сама цифра три - вроде бы нейтральна, но если она стоит удвоенной, то считается, что она приносит несчастье. - И предупреждая наши дальнейшие вопросы, добавил: - А цифра семь в конце, считается, приносит удачу.
  - Понятно, что ничего не понятно. - Голова шла кругом уже от этих цифр и замарочек с ними связанных. - Не могли сразу сказать, что так захотел архитектор, что строил этот дворец?
  Мужчины лишь недоуменно переглянулись, но ничего не сказали.
  Я, вверив сына отцу и недовольной няне, отправилась вместе с Элис в спальню, где меня уже ожидал церемониальный наряд.
  Увидев его, я чуть не села у порога.
  - И как в таком вообще ходить можно? - осипшим голосом поинтересовалась я.
  - Не переживайте, Повелительница, - "приободрила" меня горничная, - там спереди есть небольшой вырез, чтобы было удобнее.
  Я поискала и, действительно, в волнообразных складках впереди нашла небольшой разрез.
  Теперь я в полней мере поняла на что так легко дала согласие.
  Платье было цвета адского пламени - чёрное с красными разводами по краям. Лямки верха из какой-то бархатистой на вид, но очень лёгкой и нежной, словно шёлк, ткани туго обнимали шею сзади, плавно обрисовывали увеличившиеся после беременности и родов, но всё ещё красивые высокие груди, открывая до неприличия низко нетронутую загаром спину до двух небольших ямочек. Нижнее бельё под этот наряд не предусматривалось, и это безумно нервировало меня. Нервировало даже больше, чем зауженный, словно тугой бутон только раскрывающейся розы, низ платья до середины икр. Дальше она расходилась небольшим кругом. Впереди ткань была собрана волнами, а посередине имелся небольшой разрез. Позволяющий более менее сносно сделать хоть один шаг, а сзади тянулся небольшой, лёгкий шлейф с мой локоть.
  Смущало больше не то, как трудно мне будет подниматься в этом церемониальном наряде по трёмстам тридцати семи ступеням, а то, что я буду абсолютно нагой под платьем среди множества чужих и вряд ли дружелюбных демонов, которые будут прекрасно осведомлены об этом пикантном нюансе.
  Смущало ровно до того момента, пока я не увидела обувь, что шла в комплекте с нарядом.
  Нет, я конечно в последнее время весьма сносно ходила на небольших каблуках, даже соблазнительно покачивать бёдрами научилась, но то, что предлагала мне обуть Элис, было выше моих умений.
  Туфли были красивы, но этой красотой мне хотелось любоваться издалека, а не обладать.
  Черные лодочки из мягкого ажурного кружева были восхитительны и невесомы, а вот прозрачная, высокая, пластиковая, скрытая платформа с язычками пламени внутри не внушала доверия. Да ещё это пламя, словно живое, менялось. Сначала это был ровный свет от свечи, затем он плавно превратился в пылающий костёр, раскрывающийся розой и взрывающийся фейерверком. Огненный рисунок ни разу не повторялся. Честно говоря, я даже не заметила, что смотрю на это чудо уже пять минут, не отрываясь, пока горничная не предложила примерить их, чтобы проверить, угадала ли она с размером.
  Мне стоило ещё тогда обратить внимание на мелькнувшее в её глазах лукавое торжество, когда я безропотно согласилась лишь примерить. Но все произошло так быстро, что я решила, мне показалось.
  Как только обе моих ноги ласково обхватили лодочки из какого-то неизвестного мне материала, то с обувью начали происходить стремительные перемены. Легкие, невесомые кружева расплавились, словно лёд на пятидесяти градусной жаре, побежали чёрные прохладные струйки живого материала и приклеились к коже так крепко, будто вросли в неё. Огонь в пластиковой платформе в это мгновение вспыхнул нестерпимо ярко и расплавленной лавой прошёлся по всей поверхности пластика, вновь принимаясь за свой причудливый танец.
  Следующие десять минут я громко возмущалась и пыталась отскрести кружева, но безуспешно. На мои крики прибежал супруг с сыном и магом, но помочь они ничем не могли.
  - После приёма они сами спадут, - попыталась успокоить меня Элис. - Их магия рассчитана на двенадцать часов.
  Я ничего не сказала, только бросила на неё мимолётный красноречивый взгляд, что демоница невольно вздрогнула и. наверное, вознесла своим Богам благодарность за то, что я не владею магией.
  - Макс, может ты сможешь помочь? - еле переставляя ноги в очень лёгких, но таких неустойчивых туфлях, попросила я помощи, - если они магические, это по твоей части.
  - Простите, моя Повелительница, - сочувственно покачал головой мужчина, - но эта магия высшего порядка. Такую снять может только древний демон.
  - Изар, приведи мне его. - Приказала-взмолилась я. - Пожалуйста.
  - Извини, любимая. Но из древних демонов остался только один. И это мой отец. Так что сама понимаешь. - Пожал плечами супруг.
  Пришлось смириться с этой навязанной неприятностью и молиться Вселенной, чтобы не упасть с лестницы и не свернуть себе шею.
  С макияжем и причёской управились быстрее, чем наряжались. Лёгкий макияж и распущенные волосы очень шли к моему образу, но оказалось, что мне ещё досталась треугольная диадема Повелительницы, выполненная из литого золота с вставленным в центр одним большим огранённым гранатом по центру. Его грани переливались от красного цвета, цвета запёкшейся крови, до чёрного оттенка, как нутро чёрной дыры. К диадеме полагался комплект, состоящий из серёжек-капелек, ажурного золотого колье с вкраплениями маленьких звёздочек граната и родового кольца с этим же камнем, которое тут же надел мне на палец счастливый Изар.
  Когда я была уже одета и готова выйти, в гостиную кто-то постучался. Так как муж с камердинером и сыном ушли на приём раньше меня, то в наших покоях была я и Элис. Горничная пошла открывать дверь, пока я тренировалась ходить в этом платье и туфлях.
  Дверь в спальню была приоткрыта и я вполне слышала, как в покои вошёл дворецкий.
  - Где госпожа? - оглядев гостиную, строго осведомился старик.
  - Повелительница, - делая ударение на обращении, поправила демоница, - уже готова и скоро выйдет.
  - Госпожа должна была уже следовать за мной в тронный зал, - игнорируя замечание, резко ответил дворецкий. - А она ещё даже не в гостиной.
  - Вы должны обращаться к ней соответственно её статусу, - косясь на дверь спальни, тихо прорычала горничная, - для всех нас она - Повелительница.
  - Но не для меня, - парировал спокойно, но тихо мужчина. - Пока она не пройдёт традиционную проверку, то она останется госпожой.
  Вот ведь ещё один консерватор на мою голову. Хотя, стоп! А как же при первой нашей встрече? Он ведь меня Повелительницей звал и никак иначе. С чего вдруг такие резкие перемены?
  - Я пройду проверку, Говард, - сухо сказала я, выходя из спальни, выпрямив спину и гордо подняв подбородок. - А теперь если вы закончили пререкаться, может всё-таки пойдём? Я, конечно, понимаю, что каждая уважающая себя женщина должна опаздывать на встречу, но думаю нескольких минут будет достаточно для будущей Повелительницы.
  Во взгляде Элис читалось искреннее восхищение мной. Бросив торжествующий взгляд на Говарда, она сказала:
  - Для меня будет честь сопровождать вас до тронного зала, моя Повелительница.
  - Хорошо. - Величественно кивнув, прошла я к дверям на подрагивающих ногах мимо склонившегося в поклоне дворецкого. И, решив поставить мужчину на место, бросила: - Говард, ты с нами?
  - Буду рад. - Тихо ответил пожилой маг и с невероятной для его возраста прытью опередил меня и пошёл впереди, показывая путь.
  На этот раз дорогу я не запомнила. Да и разглядывать достопримечательности моего нового дома было тяжело, так как всё моё внимание было сосредоточено на том, чтобы не упасть позорно перед дворецким, подтверждая его сомнения.
  Платье, несмотря на то, что плотно обнимало мою фигуру, словно вторая кожа, было удобным и не стесняло движений. А вот туфли были всё-таки не очень устойчивыми. Или просто я не умела ходить на такой платформе? В общем шла я аккуратно, но самостоятельно.
  Когда мы подошли к большим, мраморным, закрытым дверям, то напряжение, повисшее между мной и дворецким можно было резать ножом. За весь долгий путь мы не перекинулись и парой слов.
  - Сейчас я объявлю о вашем приходе и вы войдёте в зал, - нарушил молчание Говард, поклонившись мне.
  - Хорошо. - Чуть сипловатым голосом ответила я.
  Сердце на мгновение остановилось, лишь створки дверей начали открываться по мановению руки дворецкого, но тут же пустилось вскачь, пытаясь выпрыгнуть из груди, сломав рёбра.
  - Удачи, моя Повелительница, - напутствовала позабытая мною горничная, приседая в лёгком реверансе.
  - Удачи, - послышался тихий шёпот старика.
  Или мне почудилось?
  Не важно. Отбросив страх и сомнения, я выше подняла подбородок. Ничего они мне не сделают, даже если я не пройду их проверку. Я уже замужем за Изаром и наследник у нас тоже уже имеется. Самое страшное, что меня ожидает - это сломанные ноги, если упаду и смешки от придворных.
  - Спасибо, - тихо ответила я, не поворачиваясь к девушке, и вошла в смолкший после объявления моего имени и титула зал, выпрямив спину и подняв голову вверх.
  Глаза всех собравшихся здесь нарядно одетых демонов и других представителей рас обратились на меня, почти осязаемо окидывая меня волнами любопытства, зависти, неприязни и лёгкого восхищения.
  Сглотнув вязкую слюну страха, вновь подумала: "Вот будет смеха среди окружающих, если я упаду, разобью нос и разорву платье. Тогда я точно стану звездой приёма".
  Но всё-таки восхищённые взгляды и перешёптывания, некоторых присутствующих здесь мужчин, придали мне силы. И я медленно пошла вперёд по кроваво-красной дорожке, устланной от входа до подножия огромной оливково-чёрной лестницы, на вершине которой, словно вишенка на торте, находился багряного цвета трон с Повелителем демонов.
  "Что за страсть к красным и чёрным оттенкам?" - нервно подумала я. И увидела понимающую ухмылку на лице мужчины. Или мне это показалось?
  С такого расстояния трудно было утверждать наверняка. По сторонам старалась не смотреть, чтобы не видеть взглядов полных ненависти и презрения. Мне и так было нелегко их чувствовать. Проще было смотреть вперёд на приближающиеся ступени и уверять себя в том, что мне они кажутся, что я себя накручиваю.
  Подойдя к подножию лестницы, я глубоко вздохнула и поднялась на первую ступеньку. Платье, к моему великому облегчению, не мешало поднимать ноги и не грозило порваться по швам в самый неподходящий момент. Подбадривая себя этой маленькой радостью, я начала медленный подъем вверх, считая про себя ступени.
  В тишине, лишь изредка нарушаемой тихими перешёптываниями, я шла вперёд с гордо поднятой головой и опущенными вниз глазами, чтобы не промахнуться мимо следующей ступеньки и не упасть вниз на потеху всем присутствующим.
  Туфли почти сливались с чернотой ступенек, лишь моя белая кожа, просвечивающая сквозь ажурную вязь, помогала ориентироваться.
  Когда я досчитала до триста тридцать шестой ступени, то сама удивилась тому, как быстро преодолела разделяющее нас с Повелителем расстояние.
  На последней ступени я совершила ошибку.
  Не смотря куда наступаю, я подняла взгляд на самого главного мужчину на этой планете и сделала шаг.
  А дальнейшее событие запомнилось всем присутствующим здесь людям и нелюдям надолго.
  Я всё-таки наступила на край платья. Подошва соскользнула с ткани, и я начала падать вперёд. И так обидно мне стало, что я столько прошла, поднялась по этим проклятым трёмстам тридцати шести ступеням и уже почти прошла проверку, как тут такая неприятность. Ну, что мне стоило сначала подняться на вершину и уже потом рассматривать новоприобретённого родственника?
  Злость на эту "счастливую" седьмую ступеньку, на Повелителя и на себя придала мне сил и неожиданной скорости. И я каким-то невероятным усилием смогла не только позорно не упасть, но и выровняться, опираясь обеими руками на что-то очень кстати оказавшееся рядом.
  А тем временем Измаил ДарХаресс - Повелитель демонов, как настоящий благородный мужчина, поспешил ко мне на помощь. Но он явно не ожидал, что я сама справлюсь с ситуацией. Да что уж говорить о нём, когда даже я не ожидала от себя самой.
  В общем этим чем-то оказался сам Повелитель. Он в одно мгновение оказался передо мной и протянул руки, чтобы поймать меня. И так неудачно подался вперёд.
  А когда я резко отклонилась назад, с силой ударилась лбом об его нос, да ещё и за плечи ухватила, надавливая их вниз, чтобы выровнять равновесие и не свалиться с лестницы.
  От такого напора самый сильный мужчина на этой планете растерялся и опустился передо мной на колени, зажимая кровоточащий нос руками.
  Всё это произошло за какие-то доли секунды. В оглушающей, прямо-таки гробовой тишине, я гулко сглотнула и уставилась в удивлённые чёрные глаза с красными зрачками. Казалось, что все даже дышать перестали, перебирая в уме все мыслимые и немыслимые наказания, которые должны последовать за нападение на главу государства.
  И эта тишина, словно зеркало, с хрустальным хрустом разбилась звонким голоском моего сына:
  - Папа, а что делают этот мужчина и мама?
  Ответ мужа поразил не только всех присутствующих приглашённых на приём, но и меня:
  - Этот мужчина - твой дедушка, мой отец. - И окинув нашу молчаливую композицию, добавил неуверенно: - И они с мамой ... хм... играют.
  Недоумение и растерянность ощущались даже спиной. Они, словно живая лиана с цепкими шипами, обвивали мои плечи, заставляя втягивать голову в плечи. Но неимоверным усилием воли, я вновь распрямила плечи и со страхом подняла взгляд от окровавленных рук мужчины, посмотрев ему в удивительные глаза.
  А Измаил ДарХаресс щелчком залечил себе сломанный нос и, посмотрев на моего мужа и сына, что стояли у подножия лестницы, громко и заразительно расхохотался.
  А я в этот момент порадовалась тому, что успела поговорить с сыном. Вот было бы неприятно, если бы мой ребёнок со свойственной ему непосредственностью спросил во всеуслышание, почему его мама боится. Тогда впору было бы плакать, а не смеяться.
  Тем временем все в изумлении уставились на хохочущего правителя, а я впервые смогла рассмотреть его.
  Хищный профиль, чёрные глаза с красными зрачками, зачёсанные назад длинные волосы. Этот мужчина был красив, но какой-то особенной, пугающей красотой.
  Хотя во всем его облике проскальзывали знакомые, родные черты лица. Такой же подтянутый и мускулистый, несмотря на возраст, тот же невысокий лоб с густыми чёрными бровями, один в один красивые, пухлые губы. Но было и значительное различие. Повелитель был намного шире в плечах и выше собственного сына, и эти узкие скулы, делающие его лицо хищным и опасным.
  А ещё эти его рога и хвост. Правда рога Повелителя и единственного, по словам мужа и его камердинера, древнего демона завораживали. Угольно-чёрные, бархатистые на вид и немного пушистые (или это игра света?) загнутые назад двадцати пяти сантиметровые рога просто так и манили к ним прикоснуться. Хвост, аккуратно обёрнутый вокруг колен хозяина, был без кисточки на конце, но с короткой и на вид довольно жёсткой щетиной. У остальных чистокровных демонов хвосты, как я успела заметить, были с небольшими кисточками на концах.
  Задумавшись, я поймала себя на мысли, что рука сама уже тянется к голове всё ещё стоящего передо мной на коленях мужчины. Посмотрев на свою руку, которая словно жила своей собственной жизнью, быстро одёрнула её, пока никто не заметил, и замерла от грудного красивого голоса:
  - Лана Мюррей, ты вторая женщина во всей Вселенной, перед которой сам Повелитель демонов стоит на коленях. Ты - опасная женщина, настоящая Повелительница.
  После его слов я неверяще посмотрела в эти удивительные глаза и вздрогнула от оглушающих аплодисментов, последовавших за ними.
  - ДарХаресс. - Тихо обронила я. - Лана Дархаресс.
  - Да, - чуть наклонил голову мужчина, - уже ДарХаресс. Измаил одним плавным движением поднялся на ноги и, взяв меня за руку, молча потянул в сторону трона.
  А я только сейчас заметила тёмную фигуру, неподвижно стоящую в тени чуть правее за троном. При нашем приближении, змеелюд выполз, чем немного напугал меня. За всю свою довольно продолжительную работу путешественницы я много раз слышала об этой таинственной расе человекообразных, но ни разу не видела. Змеелюды обычно жили на своей закрытой от всех других рас планете Зазирс. На самом деле на их языке она звучала намного дольше и с многочисленными "с", но кто-то сократил название планеты до Зазирса, а другие просто подхватили.
  Так вот раса змеелюдов была не очень многочисленна и неприветлива. Если демонов можно было считать малоизученной расой, то о расе змеелюдов можно смело утверждать, что они вообще неизученная раса. О них ходило очень много слухов по всей Галактике, но ни один миф так и не был никем доказан.
  Поэтому сейчас я с жадностью уставилась на советника Повелителя (можно было догадаться, что это советник по постоянному ругательству мужа - Змей) и пыталась тщательно запомнить все детали его внешности. Я так увлеклась изучением внешности, что не заметила, как уже сама тянула Измаила ДарХаресса к его трону, ближе к объекту исследования.
  Мои глаза автоматически подмечали все мелкие детали, а мозг самостоятельно подмечал все отличия от общеизвестных рас. Змеелюд был получеловеком, полузмеей. Человеческий торс был хорошо развит, все мускулы были чётко очерчены, словно прорисованы. Длинные тёмные волосы были зачёсаны назад, уши неестественно маленькие, а овал лица был какой-то ромбовидный. Светло-жёлтые радужки глаз были овальными с зауженными, как у всех змей, зрачками. На том месте, где у человека и всех человекообразных рас был пупок, у этого представителя редкой расы смуглая кожа резко переходила в чешуйчатый хвост.
  Чешуя была такая гладкая, тёмно-зелёного, практически чёрного цвета, глянцевая, что казалась отлитой из какого-то единого сплава. Конец хвоста терялся где-то за троном, поэтому выяснить насколько он длин у меня не было возможности.
  - Позволь, Лана, представить тебе моего советника и друга - Масиса. - Оторвал меня от чрезмерного разглядывания змеелюда Повелитель демонов. И уже посмотрев на советника, сказал: - Это твоя Повелительница - Лана ДарХаресс. Прошу служить ей, как служишь мне уже много лет.
  - Рад знакомству, моя Повелительница, - прошелестел Масис и склонил низко голову в знак подчинения.
  - А я как рада, - вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.
  Змеелюд вздрогнул, Повелитель удивлённо посмотрел на меня, а какой-то мужчина немного нервно хихикнул. Оглянувшись, увидела, что им оказался пытающийся скрыть весёлую улыбку Изар.
  Конечно, Изар знал о моей слабости - изучение новых видов рас, а вот остальные даже не подозревали об этом. Поэтому муж уже явно вообразил, что ждёт змеелюда в дальнейшем, а он даже не догадывался.
  По глазам было видно, что Повелитель очень хочет узнать, что так развеселило его сына, но он сдержался, решив удовлетворить своё любопытство чуть позже.
  - Теперь твоё место по правую руку от меня, - сказал громко Повелитель, подталкивая меня к трону.
  Сам он сел на трон, а я так и осталась стоять рядом с ним с правой стороны, но вот недовольному советнику пришлось занять место по левую руку от его господина. Нет, этот хладнокровный мужчина ни словом, ни жестом не выдал своего недовольства, но по дрогнувшему кончику хвоста, выглядевшему из-под резной ножки трона, и по чуть сузившимся глазам было понятно, что он привык быть правой рукой Повелителя и очень гордился этим. А сейчас его место заняла я.
  Тем временем, к нам по лестнице начали подниматься Изар с Дариком. Оба одеты в традиционные костюмы демонов: тёмные приталенные рубашки, плотные обтягивающие штаны и лёгкую однотонную юбку с многочисленными разрезами по всей окружности. При каждом их шаге полы длинной юбки расходились, позволяя спокойно делать шаг, когда же они останавливались, то юбка походила на плотный отрез ткани, разрезанный по бокам.
  Вообще это был традиционный костюм чистокровных демонов. Юбка была необходима, чтобы скрыть отверстия, вырезанные в штанах для хвоста. Тем самым они соблюдали приличия и хвост был "на свободе". Но со временем, по словам Изара, эти наряды стали носить все, без исключений. Особенно на торжественные мероприятия.
  В повседневной жизни полукровки и другие представители многочисленных рас, живущих на этой Акуме, были вольны одеваться, как им заблагорассудиться.
  На логичный интерес с моей стороны о том, что в церемониальном наряде никакой юбки не было, а разрез маленький и то спереди, был вполне предполагаемый ответ - Повелительница должна доказать свою выдержку, силу и терпение.
  Я впервые порадовалась, что обычный человек. Будь я чистокровной демоницей, то отсутствие выреза для хвоста было бы настоящим испытанием для меня. Ведь по словам мужа, хвост, особенно его основание - очень чувствительное место у демонов. И ещё рога. Поэтому все демоны очень ревностно относились к личному пространству.
  Пока я размышляла на тему нарядов и обычаев, краем глаза наблюдала за своими приближающимися мужчинами. Они в это время с лёгкостью уже преодолели триста тридцать семь ступенек и стояли перед нами.
  Муж с гордостью и мягкой улыбкой поклонился своему отцу и Повелителю, а чересчур серьёзный сынишка с детской непосредственностью исследовал глазами сначала своего новоявленного дедушку. По глазам было видно, что любопытство и насторожённость борются в его душе. Потом взгляд таких любимых карих глаз упал на советника, и я испугалась, что Изар не сможет удержать нашего мальчика от сиюминутного исследования хвостатого мужчины.
  Но мой маленький мужчина успел перебороть свои желания, как недавно это сделала я, чем заставила гордиться им ещё сильнее.
  Дарик тоже склонил белокурую головку, приветствуя Повелителя, как учил его папа.
  Краем глаза увидела, как Измаил одобрительно склонил голову, приветствуя моих мужчин.
  После приветствия нас пригласили к столам, расположенным в соседнем помещении - малой гостиной. Сначала мы дождались, когда муж с сыном спустятся вниз по лестнице. На протяжении всего этого времени я переживала о том, как буду спускаться. Повторения истории на Шриаме не хотелось, хотя этого бы в любом случае не случилось бы, так как спускаться мне предстояло только вместе с Повелителем.
  Опасения мои были напрасны. Словно уловив моё смятение, Повелитель щёлкнул пальцами и я приподнялась в воздухе на два сантиметра над землёй. Положив мою руку на свой локоть, он величественно начал спускаться по ступеням, в то время как я парила над ними.
  Благодарно посмотрев на своего свёкра, я расслабилась и начала рассматривать присутствующих.
  Сразу же в глаза бросила красота одной из присутствующих здесь демониц. Тем более, что она стояла прямо по центру образовавшегося полукруга собравшихся у подножия лестницы гостей. От неё буквально волнами расходились самоуверенность и самодостаточность.
  Она была просто умопомрачающе, ошеломляюще хороша собой. Гладкие распущенные волосы, такие чёрные, что цвет уходил в синеву, обнимали её, подобно плащу. Тёмно-зелёные знойные глаза. Маленькие изогнутые губы алого цвета ни чуть не портили лицо. Потрясающая фигура, подчёркнутая облегающим платьем из тёмно-алого же бархата с многочисленными разрезами по всей окружности. Тонкие, ажурные бриджи под ним, игриво выглядывающие в разрезе, когда она шла или выставляла чуть вперёд ногу.
  Ей даже драгоценности были не нужны, чтобы подчеркнуть необычную, немного восточную красоту. Только золотая цепочка диадемы сверкала в причёске, не позволяя волосам падать на лицо, привлекая внимание к маленьким агатовым рожкам.
  При нашем спуске она чуть склонила голову, когда остальные согнулись в неглубоком поклоне. Словно она была одной из особей королевских кровей.
  Остальные блёкли и терялись на фоне этой знойной брюнетки.
  - Это Анжиолетта. - Тихо проинформировал меня Измаил, увидев пристальный интерес к девушке.
  Имя было смутно знакомым, но никак не могла вспомнить, где уже его слышала.
  Потом что-то щёлкнуло в голове, и я вспомнила. Это бывшая невеста Изара. Та самая, что отправила его на два года на Шриам. Но как она осталась не только жива, но и на свободе?
  Видимо, у меня этот вопрос был на лице написан, так как Повелитель демонов остановился на середине лестницы и, окружив нас пологом звуконепроницаемости, повернулся ко мне и сказал, глядя в глаза:
  - Её вина не была доказана. Она прошла ментальный допрос и было выявлено, что она действовала под внушением. Так что она не только жива, но и находится постоянно у меня на глазах. Так будет лучше.
  - Понятно. - Выдавила я. Ведь предъявлять претензии самому Повелителю демонов не было смысла. Лучше выяснить всё у Изара.
  И мы вновь продолжили спуск. А я по-другому взглянула на девушку.
  Лёгкий интерес во взгляде, усмешка на губах, осознание собственной силы, дикая уверенность и спокойствие в позе и лёгком наклоне головы. Спокойствие, неприкрытый соблазн и ожидание.
  Да, такая вполне могла найти лазейку и обмануть менталиста.
  Стоит быть с ней настороже.
  Когда мы достигли подножия лестницы, подданные отошли на расстояние пяти шагов, давая нам возможность пройти в соседнее помещение. Невидимая магическая подушка под моими ногами исчезла, прежде плавно опустив меня на пол. Когда мы были уже у распахнутых настежь дверей, я не удержалась и бросила мимолётный взгляд назад.
  Следом за нами шли Изар с Дариком, который бросал настороженные взгляды назад, на Анжиолетту. Демоница тем временем не упускала момента и вовсю строила глазки моего мужу. Изар всё своё внимание уделял только сыну и отстранённо отвечал на её вопросы.
  Да что она себе позволяет? Решила возобновить свои отношения с Изаром и стать его любовницей. Так не получится. Я любовницу ему никогда не прощу. И он это прекрасно знает. У нас был с ним такой разговор, и мы приняли решение - никогда не ранить друг друга связями на стороне.
  Но что если у него вспыхнуть старая любовь? Что если он не сможет противостоять её красоте?
  Я внимательно посмотрела на мужа. Он всё также даже не смотрел в сторону бывшей невесты, но продолжал вежливо отвечать на её расспросы.
  - Она для моего сына - пустое место. - Тихо, с лёгким смешком в голосе произнёс Измаил ДарХаресс. - Не стоит так переживать. Тем более, что моя рука тут не причём.
  Я нахмурилась и недоуменно уставилась на руку мужчины. Даже не заметила, как вцепилась в рукав рубашки Повелителя и начала с силой сжимать ладонь, наверняка оставляя ногтями болезненные ранки на коже.
  - Простите, - тихо повинилась я.
  - Ничего страшного. - Обаятельно улыбнулся собеседник. - Ты ещё хорошо держишься. Даже больше скажу, ты держишься достойно и хладнокровно, как и должна настоящая Повелительница.
  От комплимента мои щеки раскрасил невольный румянец смущения. Пройдя в шикарный и что более удивительно светлый зал с неожиданно бледно-золотистыми стенами, мы подошли к столам, которые были уставлены по всему огромному периметру малой гостиной.
  Если это - малая гостиная, то боюсь себе даже представить, каких размеров должна быть большая гостиная.
  Большие кремовые колоны, обвитые золотистыми полосами ткани, высокий бледно-золотистый потолок с несколькими большими люстрами, освещающими каждый уголок зала. Белый с золотистыми прожилками мраморный пол. И букет синих роз, стоящих на каждом столе. Цветы, которые мне дарил только Изар. Я тепло улыбнулась супругу, который внимательно следил за моей реакцией.
  Столы просто ломились от разнообразных закусок и напитков. И, несмотря на то, что полчаса назад я перекусила с мужем, от разнообразных вкусных запахов живот свело от голода.
  А у противоположной к выходу стены располагался отдельный стол, уставленный шоколадом и разнообразными кондитерскими изделиями из него же. Всё, держите меня и сына, а то мы этот стол опустошим вдвоём.
  Вздрогнула от неожиданного тёплого смеха Повелителя демонов, о котором успела позабыть. Видимо, он прочёл мои последние мысли. Или он все мои мысли читает?
  - Все. - Наклонившись так близко к моему уху, что я почувствовала горячее дыхание на виске, ответил на мой мысленный вопрос мужчина. И увидев недовольную гримасу, жёстко добавил: - Все и всех. Сегодня это - необходимость.
  И больше ничего не добавил, потянув меня к одному из столиков с закуской и заставив терзаться догадками.
  Решив, что поговорю ещё и об этом с мужем позже, я взяла одну из тарелок и начала накладывать на неё закуски.
  Потом спохватилась, что не предложила тарелку сначала Повелителю, протянула свою демону, но он лишь весело махнул рукой. Мол, не беспокойся, всё в порядке. Пожав плечами, я повернулась к зале, чтобы посмотреть, где мои мужчины. И тут же недовольно поджала губы.
  Они, как и все остальные подданные разбрелись по залу, обходя столик с шоколадом, и наполняли тарелки содержимым блюд. К столу, где стояли мы вдвоём с Измаилом, никто так и не подошёл. Хотя я в тайне надеялась, что к нам присоединяться Изар с Дариком.
  Вокруг моего мужа крутилась Анжиолетта, постоянно ненароком прикасающаяся к Изару и спрашивающая что-то у моего мальчика. Дар же исподлобья смотрел на демоницу и упорно молчал, чем неимоверно раздражал девушку.
  Правильно я его учила: с чужими не разговаривать. И я лучезарно улыбнулась демонице, когда она бросила раздосадованный взгляд на нас. Пусть знает, что её обаяние и красота действует не на всех мужчин.
  Немного перекусив и понаблюдав за своими подданными, Повелитель откланялся, извинившись и поцеловав мою руку на прощание. Как только он вышел из гостиной, все присутствующие выпрямились (они все склонили головы, как только Повелитель оторвался от моей руки и направился к выходу) и одновременно уставились на меня.
  Если честно, было жутковато. Десятки пар глаз смотрели на меня с любопытством и глубоко спрятанной глухой ненавистью. Как же какая-то обычная человечка, даже не маг, будет повелевать ими.
  Я натянуто улыбнулась и с мольбой посмотрела на мужа. Он тепло улыбаясь, уже шёл ко мне с сыном. Я сама улыбнулась в ответ. Хотелось опереться на родное плечо, снять ненавистные туфли и пойти уже к себе в спальню.
  Но по традиции я не могла сразу же после ухода Повелителя покинуть приём, тем более организованный в мою честь. Поэтому мне оставалось натянуто улыбаться, принимать поздравления и заверения в преданности от потянувшихся ко мне представителей местной аристократии.
  Брюнетка была последней. Её льстивые заверения и косые взгляды на Изара, наполненные чувственным желанием, практически вывели меня из себя. Я уже открыла рот, чтобы высказать несносной девице всё, что о ней думаю. Но мне помешал мой сынишка, громко попросив:
  - Мама, можно мне шоколада?
  - Конечно милый, я провожу тебя. - Благодарно посмотрев на своего маленького мужчину, ответила я.
  - Я с вами, - обнял муж меня за талию и потрепал сынишку по светловолосой голове. - Наберём шоколадок и пойдём в спальню. Что-то устал я от общества сиятельных.
  Позади недовольно фыркнула Анжиолетта, но мы даже не повернулись в её сторону.
  
  Глава 4 Разговор
  
  - Напомни, милый, почему твой отец - Повелитель демонов, а Повелительницей считают не твою мать, а меня? - спросила я, стягивая наконец-то эти кружевные орудия пыток.
  - Любимая, - подходя ко мне и присаживаясь на корточки передо мной, протянул Изар и, обхватив мою правую ступню своими горячими ладонями, начал их массажировать. - Мы же это обсуждали уже.
  - М-м-м, - простонала я от наслаждения, - я забыла.
  - Потому что моя мать умерла, - с горечью ответил муж, продолжая разминать мою конечность, - а у демонов принято, что всеми подданными женского пола повелевает женщина, находящаяся ближе всех к власти. В данном случае жена сына, то есть ты.
  - Я всё равно не понимаю, - простонала я, откидываясь на кровать и млея от массирующих манипуляций супруга. - Почему сам Повелитель не может ими заниматься?
  - Потому что у него и так достаточно проблем, чтобы ещё разбираться с женскими капризами. - Переходя на вторую ногу, пояснил супруг. - Да и к женскому полу у нас особое отношение, я же говорил тебе.
  - Не помню, - чуть ли не мурлыкала от удовольствия я.
  - Ну, как же, - всплеснул руками муж, при этом оторвавшись от массажа моей второй ноги.
  Я недовольно приподнялась на локтях и с укором взглянула на мужа, глазами призывая его продолжать.
  - Ладно, - вздохнул муж, повторю ещё раз. - У нас после почитания Богов на втором месте стоит женщина. Поэтому мы своих женщин холим и лелеем. Они первые вкушают пищу и имеют больше свободы, чем мужчины.
  - На самом деле, здесь имеется иной умысел, чем вы хотите показать. - Опять откидываясь на спину.
  - Это какой же? - удивился муж.
  - Ну, всё логично. - Тоном заправского профессора начала я. - Женщины у вас едят первыми, чтобы проверить безопасна ли еда, которую вам подают. Эдакий безопасный для вас определитель ядов.
  Муж тихонько хихикнул, но перебивать не стал.
  - А свободы у ваших женщин больше, так как они не обучаются у вас военному делу и связанным с ним дисциплинам. В то время как вы - мужчины тренируетесь на мечах и изучаете в чём разница между тактикой и стратегией, женщины занимаются уходом за телом и другой ерундой: последние новинки в одежде и причёсках и многое другое.
  - А ты никогда не задумывалась, почему все наши женщины такие подтянутые? - Лукаво спросил Изар. - Даже среди полукровок практически нет полных и даже толстых женщин.
  - Я думала, что это гены, особенности вашей расы. - Приподнялась я на локтях, хмуро глядя на мужа. - Неужели их здесь тоже муштруют?
  Супруг выдержал паузу, после чего улыбнувшись своей ошеломляющей улыбкой, ответил:
  - Нет. Ты была права.
  Захотелось кинуть в небо подушкой, чтобы стереть улыбку с его лица, которая вместо милой превратилась в ехидную ухмылку после его последней фразы.
  - Тогда я и в остальном права, - сдержавшись, ответила я.
  - Возможно, - легко согласился полудемон. - Я не думал об этом в таком ключе.
  А дальше мне стало не до разговоров. Потому что муж устал от них и решил заняться куда более интересным делом. Тем более, что я и сама была не против. Ведь сына мы уже полчаса как уложили спать, объяснив непонятные ему ситуации сегодняшнего вечера.
  Платье, в которое меня с таким трудом впихивала Элис, было сорвано с меня за считанные секунды, а сам муж успел раздеться во время массажа (не иначе, как Изар использовал магию). Одним плавным прыжком супруг прыгнул на кровать, оказавшись на мне.
  Наши взгляды встретились, и я чуть не задохнулась от обжигающей страсти, быстро разгорающейся в его карих глазах.
  Я глубоко вздохнула от наслаждения, когда наши разгорячённые тела соприкоснулись.
  Кожа мужа была настолько горяча, что почти обжигала. Я закусила губу, сдерживая стон удовольствия, когда его язык скользнул по моей шее вниз, и прикрыла глаза. Несмотря на то, что сын находился в противоположной спальне, а с Изаром мы были законными супругами и могли заниматься в своей спальне, чем угодно, я стеснялась, что нас могут услышать. Те же слуги, например. Это мешало расслабиться и полностью отдаться во власть ощущениям.
  Тем временем, любимый втянул в себя мой сосок, а другой при этом лаская подушечкой большого пальца. Затем выпустил и начал спускаться поцелуями ниже. Ласково обвёл языком края пупка, с трепетом и нежностью расцеловал небольшой животик под ним, оставшийся после родов, и продолжил проводить мокрую дорожку поцелуев всё ниже и ниже.
  Когда его язык проник в меня, я всё-таки не выдержала и тихо застонала.
  Запустила пальцы в его отросшую шевелюру, опасаясь потерять себя в набирающих обороты волнах наслаждения.
  Затем язык сменили пальцы. Такие длинные и тонкие, они достигали самых сокровенных уголков моего тела, заставив извиваться и глухо вскрикивать каждый раз, когда их танец слегка замедлялся. Тем более ему это не составило особо труда, все мои чувствительные местечки он знал как свои пять пальцев.
  Я распахнула глаза, когда он притянул меня к себе за бёдра. И длинным и плавным движением вошёл в меня.
  А когда он начал двигаться, все посторонние мысли мгновенно покинули мою голову. Уже после одновременно полученного удовольствия, мы услышали тихий стук, больше похожий на то, что кто-то тихонечко скребётся с другой стороны двери.
  - Я же говорила тебе, - недовольно зашипела я на супруга, невольно вспоминая как громко стонала несколько секунд назад.
  - Наша спальня не пропускает звуки, - неуверенно ответил Изар, натягивая на себя штаны.
  - Но ты же слышал этот стук, - шёпотом возмутилась я.
  - Не пропускает изнутри, - пояснил муж, подходя к двери, - а внешние звуки - да. Иначе ты можешь не услышать, как к твоим покоям идёт враг.
  - И такое бывает? - ужаснулась я, натягивая одеяло до подбородка. Платье валялось на полу бесформенной кучей и при всём моем желании, если бы оно ещё было, я не смогла бы самостоятельно в него влезть. А искать сейчас что-то другое не было времени.
  Но с другой стороны, а чего я ожидала? Ведь я теперь состою в родстве с власть имеющими и на них, как показывает многочисленная история всех рас и цивилизаций, постоянно совершаются попытки убийства. О Вселенная, как я об этом раньше не подумала?
  Муж тем временем подошёл к двери и щелчком пальцев открыл её. Распахнув двери, он удивлённо оглядел пустую гостиную.
  - Там никого нет. - Недоумённо сказал он. - Пойду, посмотрю за дверью, может стук доносился из коридора?
  - Я с тобой. - Вскочила я с постели, направляясь к шкафу. И уже тише добавила: - Вдруг там нежеланная гостья заявилась.
  Но муж уже вышел в коридор, не дождавшись, когда я оденусь.
  Наскоро влетев в найденный чей-то халат, я запахнулась в него и потуже завязала пояс, чтобы полы его не разъезжались. Халат оказался велик и его полы волочились по полу за мной, как накануне шлейф платья.
  Но стоило мне просеменить к двери, как стук-скрежет раздался вновь. На этот раз где-то сбоку.
  Я остановилась, прислушиваясь. Выглянула в гостиную, но в ней никого не было. Изар вышел в коридор и пропал.
  Всё это начало меня беспокоить.
  Скрежет повторился вновь, а потом я потерялась в лавине различных чувств и эмоций. Моё сознание затопила радость, волнение, счастье, приправленное толикой вины и посыпанное щепоткой обиды. Я пошатнулась, лишь чудом удержавшись о косяк двери.
  Помотав головой, как собака после купания, я повернулась и отправилась к закрытому окну.
  Открыв окно, вздохнула прохладный ветерок и в следующую секунду встретилась с виноватым взглядом алых глаз.
  - Ну, наконец-то вы оторвались друг от друга, - пропыхтела язвительно в моей голове Лилит, пытаясь тем самым скрыть своё смущение.
  - Лилит, - обрадованно взвизгнула я, высовываясь наполовину из окна и обнимая золотистую мордашку любимой дракоши. - Так это ты стучала?
  - Скорее скреблась как кошка, - пробурчала драконница, - здесь же не за что зацепиться. А открыв нашу связь, я чуть со стыда не сгорела. Что вы - люди только не вытворяете в постели, прям акробаты какие-то.
  Теперь уже я пыхтела от смущения. Но через секунду испугалась. Изар, он до сих пор не вернулся в спальню. Что его задержало? Или кто?
  Легко считав мои мысли и чувства, Лилит велела:
  - Иди, узнай, что с ним.
  Аккуратно придержав меня своей чешуйчатой мордой, пока я залазила обратно в спальню, драконница добавила:
  - Только будь осторожней. Всё-таки теперь ты - Повелительница и многим здесь как кость в горле.
  - Можешь не рассказывать, - горестно вздохнула я, - сегодня на приёме всё сама видела. Поверь, я прекрасно понимаю, что меня здесь практически все ненавидят.
  - Ты - сильная и умная, - подбодрила меня рогатая подруга, - уверена, что скоро они поменяют своё мнение. Пусть они не сразу полюбят тебя, но уважать точно станут.
  - Надеюсь, - обеспокоенно поглядывая на распахнутые двери спальни, ответила я.
  - Иди, давай уже. - Фыркнула Лилит. - Если что, я рядом.
  Даже представить страшно, что будет, если драконница поспешит ко мне на помощь. От дворца камня на камне не останется. За это подданные Акума уж точно меня не полюбят, да и уважать навряд ли станут.
  Рассуждая об этом, я быстро пересекла спальню и гостиную и остановилась на пороге, за которым плескался чернильный сумрак.
  Если там где-то и находился мой муж, то я его точно не видела. Как и потенциальных врагов. Не слышно было даже звука, словно эта тьма была живой и не только скрывала видимость, но и поглощала любые звуки.
  По спине пробежал неприятный колючий холодок, заставив невольно поёжиться.
  Но где-то там мой муж и, возможно, он сейчас ранен или попал в ловушку и ждёт от меня помощи.
  Глубоко вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, и отогнав от себя здравые, но трусливые мысли, что я всё равно ничем не смогу помочь, если он в ловушке, да ещё и могу сама в неё попасть, я шагнула за порог.
  Нет, всё-таки я была права и тьма оказалась живой. Тёплая, густая, пахнущая жасмином и дымом она с тихим чавканьем приняла меня в свои объятия, сомкнувшись за моей спиной, отрезая свет и звуки. Я в одно мгновение словно оглохла и ослепла.
  Паника захлестнула меня, я выбросила вперёд руки и начала шарить ими из стороны в сторону, чтобы нащупать открытую дверь или хоть что-то.
  - Не паникуй, - раздался спокойный голос Лилит в моей голове, подействовав на меня, как ведро холодной воды. - Сейчас открою нашу связь полностью.
  Она ещё не успела договорить последнее слово, как непроглядная тьма сменилась серыми сумерками, в которых я отчётливо видела происходящее в коридоре.
  Они стояли в десяти шагах от нашей спальни и о чём-то увлечённо разговаривали.
  Изар даже смеялся. И пусть я до сих пор не слышала не единого звука, но они стояли ко мне вполоборота, поэтому ясно разглядела широкую белозубую улыбку.
  Стало трудно дышать или это живая тьма сильнее сомкнула свои объятия?
  Взглянула на дверь, за которой находились покои сына и направилась туда, чтобы проверить всё ли с ним в порядке.
  Убедившись, что он крепко спит, я вновь вышла в коридор, как раз в тот момент, когда ненавистная девица целовала моего мужа. А он крепко держал её за талию.
  Сердце сжалось в комок от боли. Неужели он до сих пор не смог забыть её? И его клятвы ничего не стоят.
  Глаза защипало от слёз, но я решительно тряхнула головой и пошла к единственному другу и родной душе на этой огромной планете.
  Лилит встретила меня молча, понимая, что я сейчас не готова ничего слушать. Молча подставила длинную тёплую шею, на которую я практически упала из окна, и легко оттолкнувшись от фиалковых в свете ядовито-синей луны стен взлетела.
  - Быстрее, - хрипло прошептала я.
  Но нам и не нужны были слова. Мы понимали друг друга без слов. И сейчас я и золотая драконница были одним целым, разделив свои чувства и эмоции на двоих, иначе бы я не выдержала и упала на крыши домов, проносящихся под нами с невероятной скоростью и сливающихся в одну сплошную полосу. Или на тонкие иглы, в которые превратилась так заворожившая меня днём трава, сталью сверкавшая под рассеянными пологом лунными лучами.
  Слёзы катились по моим щёкам, срываемые холодным, колючим ветром, но это не волновало меня.
  Мне сейчас было так больно, что я ничего не замечала: ни холода, ни красот местной природы, ни разумных мыслей, пытающихся пробиться сквозь пелену страданий.
  Когда мы приземлились, меня уже охватила апатия. Я плавно съехала по шее дракоши на бок, упала на мягкую землю и осталась сидеть, уставившись в одну точку.
  Так и сидела бы, пока не окоченела от мороза, если бы моей щеки не коснулся мягкий, упругий, немного шершавый язык. Он лизнул мою щеку, осушая мокрые дорожки слёз, потом ещё раз и ещё. Закончив с одной щекой, он переместился на другую. А на колени мне плюхнулось что-то пушистое, тёплое и игривое.
  Последняя мысль немного озадачила и я сфокусировала взгляд на обладателе шершавого языка.
  Передо мной стоял пушистый, золотистый детёныш дракона, который вёл себя словно большая собака. Облизывал меня своим горячим шершавым розовым языком, умильно глядел большими ярко-синими без белков глазами и стучал по моим коленям пушистым хвостиком.
  Я невольно улыбнулась и погладила вдоль шерсти игривый хвост. Шерстинки, несмотря на то, что были на вид мягкими, оказались довольно жёсткими на ощупь, но очень гибкими.
  Сзади раздалось пугливо-завистливое курлыканье. Я повернулась и увидела второго дракончика. Он был чуть меньше первого, смотрел на меня знакомыми алыми глазами из-под чёрного пушка волос, свисающих со лба. Как-то сразу было понятно, что эта чёрненькая малышка - девочка, а смелый пушистик - мальчик. Девочка застенчиво жалась к передней лапе Лилит, обвив её пушистым чёрным хвостиком.
  - Почему они пушистые? - задала я первый напрашивающийся вопрос мысленно. Невидимые тиски боли, сжимавшие сердце, немного ослабли. - Ведь у тебя чешуя? У твоего Драго вроде бы тоже, хотя я могу и ошибаться, ведь с того расстояния, что я его видела трудно было разглядеть.
  - У него тоже чешуя. - Лукаво на меня косясь, ответила рогатая подруга.
  - Так почему? - так и не услышав ответа, переспросила я вслух.
  - Детёныши драконов всегда рождаются пушистыми, когда им исполняется три года шерстинки затвердевают и становятся чешуйками. - Ответила Лилит, мордочкой подталкивая ко мне упирающуюся дочь.
  - Так странно, - отвернулась от них я, чтобы не смущать малышку. Почёсывая обнаглевшего дракончика за маленькими ушками, я тихо добавила: - Счастливая ты, Лилит, у тебя и дочь и сыночек.
  - Так кто тебе запрещает завести ещё одного ребёнка? Может в следующий раз у тебя будет девочка. - Весело спросила дракоша.
  Я сразу вспомнила Изара и его поцелуй с демоницей, и тиски с удвоенной силой сжались вокруг моего страдающего сердца.
  - Думаю, что Изар не захочет второго ребёнка. С учётом того, что мы видели, ему достаточно и одного наследника. - Горько прохрипела я. Горло вновь охватил спазм и слова приходилось выдавливать из себя.
  - Дура ты. - Припечатала Лилит, зло рыкнув. Разнежившийся и уже наполовину улёгшийся на мне малыш, испуганно вздрогнул, но не сдвинулся с места.
  - Знаю. - Согласилась я, с удивлением осознавая, что слёзы опять против моей воли очертили свои мокрые дорожки по щекам. - Зря я надеялась, что он забыл её.
  - Это невыносимо, - проревела драконница.
  С боку что-то осторожно ткнулось. Я повернула голову и, улыбнувшись, зарылась руками в чёрную шёрстку, которая была намного мягче, чем у её брата.
  - Если бы у него остались к ней чувства, то он не стал бы искать тебя почти четыре года по всей Вселенной. - Фыркнула негодующе рогатая зараза. - Оставил бы тебя на Земле и спокойно бы развлекал со своей бывшей.
  - Тогда зачем он целовался с ней? - крикнула я, не удержавшись. Боль от предательства мужа была невыносимой. - Ещё и после того, как оставил меня одну в нашей постели.
  Оба малыша вместо того, чтобы убежать от чокнутой девицы подальше, теснее прижались ко мне, словно поддерживая.
  - Возможно, это она его целовала, - предположила Лилит неуверенно.
  - А он не очень-то и сопротивлялся, - горько усмехнулась я, но уже не плача.
  - А может быть ты видела лишь иллюзию? - вдруг оживилась дракоша. - Ведь что-то же преграждало путь тебе из комнаты в коридоре. - Я слышала, что многие демоны владеют магией иллюзий.
  Вспомнила живую тьму и передёрнулась. Пусть она и причинила мне никакого вреда, кроме временной глухоты и слепоты, но чувствовать себя внутри живого организма неприятно. Будто тебя съели, но переваривать не захотели, побрезговав.
  "Какие глупости лезут в голову", грустно улыбнулась я, согретая с двух сторон маленькими пушистыми телами.
  - Но почему ты сразу мне об этом не сказала? - взволнованно спросила я, оборачиваясь назад.
  - А ты бы стала меня тогда слушать? - язвительно поинтересовалась Лилит, подходя ближе и обнимая нас своим длинным чешуйчатым хвостом. - До тебя же в тот момент было не достучаться.
  - Ну, хорошо. - Вздохнула я. - Ты права. Стоит вернуться и выслушать версию мужа. Тем более, что раньше таких ситуаций не было.
  Но возвращаться прямо сию минуту не хотелось. Мне требовалось набраться смелости и спокойствия, чтобы встретиться с Изаром и выслушать его рассказ.
  Ещё где-то минут двадцать я возилась с маленькими Рыком и Ночкой, наблюдая, как фосфоресцирующий под лёгким ветерком мох, похожий на обычные камни, привлекал мелких животных, которые как под гипнозом шли в пещеру драконов на ужин.
  Как рассказала мне Лилит, этот мох растёт по всей поверхности гор, что находятся за городом Шанкара. Днём это обычные камни, только немного пружинят под ногами, а ночью - это мягкий мох, привлекающий мелких хищников к своей сердцевине, что находится глубоко в пещере, фосфоресцирующим светом и невероятно притягательным запахом (хотя я его не почувствовала, как не старалась).
  Сердцевину этого необычного хищного растения я тоже видела. Ею оказался огромный ярко-жёлтый цветок шарообразной формы, пульсирующий словно сердце с алой каплей овальной формы посередине. Он завораживал, гипнотизировал и если бы не толстая прозрачная преграда из выжженного драконьим огнём камня, я бы тоже стала жертвой этого смертельно прекрасного растения.
  Днём цветок закрывался и угасал, переваривая полученную ночью добычу, а чуть наступали сумерки - раскрывался, освещая пещеру драконов и привлекая мелких хищников, которые сами шли на верную смерть.
  - Как же он ещё не засох, если всю его добычу вы съедаете? - спросила я, разглядывая это чудо.
  - Ну кроме наземных хищников, есть же и подземные животные. - Беспечно отмахнулась от моих волнений подруга. - Ему есть чем питаться.
  Затем мы вчетвером наблюдали, как луна меня цвет с ядовито-синего на ярко-красный цвет. Так менялись здесь луна и солнце местами, обозначая границы своих владений. Одна звезда с разными сторонами: луна и солнце.
  Очень медленно отступала ночь, постепенно окрашиваясь сначала красным, затем и жёлтым цветом поверхность планеты. Мох постепенно затвердевал, а трёхцветная трава вдалеке, наоборот, становилась гибкой и мягко стелилась под прохладным ветерком, дующим с запада.
  - Пора, - сказала Лилит, порыкивая на засыпающих около меня малышей.
  Когда дракончики ушли, стало зябко. Но им действительно давно пора было спать, это из-за меня рогатая подруга разрешила им полночи не спать.
  - А где твой муж? - спросила я, когда мы летели обратно к дворцу.
  - Драго улетел на охоту, - зевая ответила драконница. - Да и не хотел мешать твоей истерике.
  - Я не истерила, - сонно возмутилась я. - Я даже не рыдала.
  - Ага, сидела и улыбалась счастливо, - съязвила эта ехидна. - Чуть не плясала от радости.
  - Прекрати, пожалуйста, - стало немного стыдно, что из-за меня дракону пришлось покинуть свой дом, пусть и ненадолго.
  - Ладно, не переживай. - Смилостивилась дракоша. - Ему всё равно пришлось бы лететь за добычей, ведь мелкие хищники тоже не глупы, а то бы давно уже все вымерли. Они обходят ночью горы стороной, чтобы не попасть под власть Огнецвета. Попадаются либо слишком молодые и самонадеянные особи, либо неудачники, что услышали его запах, распространяемый ночным ветром.
  Через несколько минут я осторожно спрыгивала с шеи Лилит на широкий подоконник в нашей спальне. И тут же угодила в жёсткие объятия мужа.
  - Прости, что сделал тебе больно, - в макушку прошептал муж. - Но дай мне, пожалуйста, пару минут, чтобы объяснить, как всё было на самом деле.
  Я рвано выдохнула, невольно всхлипнув, и лишь кивнула головой в знак согласия. Опёрлась лбом в грудь мужчины не в силах посмотреть ему в лицо.
  - Когда я открыл дверь в коридор, то увидел, как Анжиолетта выходит из спальни нашего мальчика. - Начал рассказывать Изар, всё также сжимая меня в своих объятиях. Поэтому когда я дёрнулась, чтобы проверить, как наш мальчик, он нежно, но крепко удержал, продолжив: - С ним всё в порядке. Конечно, я схватил её за руку, чтобы выяснить, что она там делала. Приказав ей оставаться на месте, я первым делом проверил огонька. Дарик спокойно спал в кровати, подложив руку под щёку.
  Да, наш сынок всегда так спал, привычка с детства. И я сама вспомнила, что перед тем, как улететь на Лилит, заходила к нему и он был в порядке. Поэтому немного расслабившись, я продолжила слушать объяснения мужа.
  - Когда я вышел, Анжиолетта ждала меня неподалёку от нашей спальни. Мы отошли ещё на пару шагов, чтобы не разбудить сына, и я начал допрос. - Продолжал тем временем Изар. - Конечно надо было пойти с ней в нашу гостиную и разговаривать при тебе, но я решил, что станет только хуже. Ведь я видел, как ты меня к ней ревновала.
  Я зло скрипнула зубами. Видел он как я ревновала. Если бы он не разговаривал с ней и не смеялся, то и я бы реагировала спокойнее.
  - Оказалось, что она искала меня, чтобы поговорить, и перепутала двери. Когда увидела нашего сына, то поспешила тихо покинуть его спальню.
  - Не верю, что она не знала, где наши покои, - не удержалась я, хотя и решила молчать, пока Изар полностью не расскажет, что произошло.
  - Я тоже так решил, - показалось, что муж с облегчением выдохнул, - поэтому продолжил расспрашивать. Она сказала, что до сих пор любит меня и хотела, чтобы я знал об этом. В том случае, когда ты мне надоешь, она готова скрасить мой досуг.
  - В любовницы набивалась? - ошалела я от такой наглости.
  - Да. - Просто ответил супруг, крепче прижимая меня к себе. - Но я рассмеялся ей в лицо и сказал, что этого никогда не будет. Что моя любовь к тебе вечна и только смерть сможет нас разлучить, и что никто мне не нужен ни сейчас, ни потом.
  - Но вы целовались, - тихо прошептала я, не давая себе растечься лужицей у его ног от этих приятных сердцу слов.
  - Нет, любимая, - мягко возразил муж. - Когда я услышал, как тихо стукнулась дверь в комнате сына, я хотел повернуться, но Анжи не дала мне этого сделать. Она дёрнула меня на себя и, воспользовавшись неожиданностью, поцеловала меня. Я сразу хотел отстраниться, но она клыками прокусила мне язык. При каждой моей попытке отстраниться, она вонзала свои клыки ещё больше. Кричать я не мог, чтобы не испугать ненароком сына, поэтому лишь сильно сжал руки у неё на талии, выпуская когти. Но она, игнорируя собственную боль, продолжала держать мой язык, словно ждала чего-то или кого-то.
  - Наверное, меня, - поднимая глаза на мужа, сказала я.
  - Да, это я понял по тихому горестному вздоху, - смотря мне прямо в глаза, подтвердил Изар, - и я уже готов был пожертвовать собственным языком, чтобы догнать тебя и объяснить, но она резко отпустила меня. Я не удержался и упал, а когда прибежал в спальню, тебя уже не было.
  - А что ты делал дальше? - поглаживая его плечи, спросила я.
  - Я думал, что тебя похитили, а Анжиолетта была отвлекающим манёвром. - Расслабляясь, продолжил Изар. Я даже не заметила, что он всё это время был напряжён. - Вернулся в коридор, но её нигде не было. Заглянул на всякий случай к Дарику, но он продолжал сладко спать. Вызвал Анну и Макса.
  - Зачем?
  - Анну попросил приглядеть за сыном, а Макса - отследить магический след похитителя. Но оказалось, что его нет. Пока я метался по спальне, намереваясь найти эту тварь и выяснить твоё местоположение, как прилетел Драго и сказал, что ты у них.
  - Вот умничка, - похвалила вслух я Лилит, - догадалась мужа отправить.
  - Не мужа, а пару, - поправил мягко муж. - Я хотел было лететь за тобой, но Драго отговорил. Он сказал, что тебе нужно немного успокоиться. Как ты будешь готова, сама вернёшься. И он оказался прав. Хотя всё это время я себе места не находил.
  - Ну, хорошо, - немного успокоившись, расслабилась я. - А ты выяснил у неё, зачем она всё-таки приходила к нашему мальчику?
  - Не до этого мне было, - устало зевнул, поглаживая мою спину и медленно, словно опасаясь, что я его оттолкну, начал спускать их ниже, - но ты не переживай, любимая. Завтра пойдём к отцу и всё ему расскажем. Он сам её вызовет и допросит.
  - Пойдём? - прижимаясь к нему ближе, промурлыкала я. - Может, ты один сходишь или с Максом?
  - Нет, моя земляничная девочка, - хрипло прошептал муж, сжимая мои ягодицы, - пойдём все вместе. Ты же не думала, что знакомство с моим отцом ограничится только официальной частью?
  - Будет ещё и неофициальная? - упираясь руками в грудь Изара, чтобы он не смог воспользоваться положением и уломать меня ещё на что-нибудь. Хотя я прекрасно понимала, что от таких "просьб" не отказываются, желания вновь встречаться с Повелителем демонов, причём в довольно тесном кругу, не было совсем. - Можно я её пропущу?
  - Перестань, - не обидно рассмеялся несносный полудемон, и просто выдохнул мне в губы, обжигая горячим дыханием, - он не такой страшный, как кажется.
  А дальше мне не дали возможности что-либо сказать, наглым образом затыкая рот нежным поцелуем, лёгким, как прикосновения крыльев бабочки. Когда поцелуй перешёл от нежности к обжигающей страсти, муж тихо зашипел сквозь стиснутые зубы.
  - Что случилось?
  - У меня регенерация, конечно, хорошая, но не такая как у чистокровных демонов. Раны ещё болят.
  - Дай, посмотрю.
  Когда любимый показал язык, во мне проснулась кровожадность. Эта девица мало того, что нагло вешается на чужого мужа, так ещё и калечит его. Впервые мне пришёлся по душе новый статус Повелительницы. Надо только пролистать права и обязанности, чтобы не подставить себя и мужа. Но ведь месть - это блюдо, которое подают ледяным?
  Язык был ярко алым с двумя колотыми ранами с рваными краями. Кровоточить они уже перестали, но при каждом движении образовавшаяся корочка лопалась и начинала бежать сукровица.
  - Давай спать, - погладив мужа по щеке, предложила я. - А то уже рассвет, а нам скоро завтракать с твоим отцом. Да и Дарик на новом месте долго спать не будет, прибежит через час или даже полчаса.
  Муж мою идею поддержал. А как только моя голова коснулась подушки, то этот долгий и насыщенный событиями день, перешедший в глубокую ночь, наконец-то, закончился.
  
  Глава 5 Завтрак
  
  Вопреки нашим ожиданиям, встали мы через три часа, а не через час как предполагали. Дарик не спешил будить нас, словно давал возможность отоспаться от ночных приключений.
  Разбудил нас Говард, громко, но деликатно стуча в дверь гостиной. Сначала я даже сквозь дрёму подумала, что этот стук производит местная живность или птица. Но после того, как муж сграбастав меня в охапку, сонно потёрся носом о щёку, царапая нежную кожу отросшей за ночь щетиной, я поняла, что это кто-то из прислуги.
  Первым делом я проверила сына. Он, к моему удивлению, уже не только встал, умылся, но и самостоятельно под чутким присмотром няни выбирал себе одежду. Анна предоставила ему свободу выбора, лишь изредка одобряя его выбор, но не забывая указывать на его возможные недостатки.
  Так, например, когда сынишка выбрал яркую салатовую футболку с узкими оранжевыми штанами, она похвалила его за яркость самовыражения, но как бы невзначай сказала, что они очень творчески смотрелись бы на прогулке по улицам города, но на завтрак с Повелителем уместнее было бы выбрать что-нибудь не столь кричащего цвета.
  Мой маленький мужчина согласно покивал головой и с серьёзным видом продолжил "самостоятельно" выбирать себе наряд.
  Я улыбнулась и впервые за всё время пребывания во дворце испытала симпатию к рыжеволосой полукровке. Благодарно кивнув няне, отправилась в наши с Изаром покои, чтобы привести себя в порядок.
  Как только с водными процедурами было закончено, в спальню, где я придирчиво изучало содержимое шкафа, ворвалась запыхавшаяся Элис с каким-то нарядом в руках. В отличие от Анны мне самостоятельность выбора одежды не предоставили. Я, конечно, могла встать в позу и сама выбрать наряд, но решила пока не вредничать и побыть послушной Повелительницей. Но как только узнаю о своих правах и обязанностях, то сразу же решу все накопившиеся проблемы, в том числе и с местной модой.
  - Только не говори, что это церемониальный наряд, - с ужасом уставилась я на большой чехол с одеждой.
  - Нет, что вы, моя Повелительница, - смущённо улыбнулась демоница, - это один из повседневных нарядов правительницы.
  - Если честно, - призналась я, - ты меня этим ни чуть не успокоила.
  Как оказалось, переживала я напрасно. В одёжном чехле были: чёрная лёгкая блузка с длинными шифоновыми рукавами, корсет из кожи тёмно-бордового цвета, чёрные с алой вышивкой по краям бриджи и юбка с многочисленными разрезами в тон корсету.
  Примерив наряд, была вынуждена признать, что это намного лучше, удобнее и красивее, чем платья, которые я носила на Земле.
  Но я так хотела быть такой же подтянутой, как все остальные окружающие меня женщины, что перестаралась со стягиванием нижней части корсета. Да, маленький животик под пупком никак не давал мне покоя. Нет, дыхание и движению он не мешал, но вот при повороте корпуса налево или направо, у меня перехватывало дыхание. Появлялась ощущение, как на горках: когда на всей скорости поднимаешься наверх, а потом резко уходишь вниз. Вот такое уханье в животе я чувствовала, как только поворачивалась в сторону и невольно вырывался вздох, который со стороны мог показаться восторженным.
  Перетягивать тесёмки времени не было, поэтому я решила, что как-нибудь переживу пару часов.
  Как показало дальше время я себя переоценила или недооценила местные традиции.
  Сначала всё было в порядке.
  Ровно до того момента, пока мне не принесли обувь. Нет, на этот раз не было неудобного каблука или платформы. Обычные чёрные лодочки на невысоком каблуке. Единственное оригинальное добавление - это два твёрдых полтора сантиметровых шипа спереди, видимо символизирующих отличительную черту чистокровных демонов.
  - Что это такое? - содрогнулась я.
  - Это последний писк моды, - гордо заявила Элис, бросая завистливые взгляды на рогатые туфли. - Сделали специально для вас с невысоким каблуком.
  - Спасибо. - Благодарности не было и близко. Наверное, последнее, что ты можешь сделать, когда падаешь из-за шипов - лишь пискнуть.
  Вышли мы втроём через полчаса. Дарик с Изаром выглядели совершенно одинаково в вишнёвых рубашках и чёрных штанах, словно сговорились.
  Затем начались переходы из одного коридора в другой, сменяясь так быстро и часто, что я перестала считать на первом десятке. Всё равно сама дорогу не смогу найти.
  По пути нам попадались приглашённые гости, решившие задержаться до предстоящего бала и слуги, спешащие по своим делам. Все останавливались и низко кланялись, желая доброго утра.
  Изар вёл нас уверенно, что было не удивительно, ведь это его дом. После очередного поворота мы зашли в тупик. Но муж не растерялся. Подошёл к рогатому бюсту и беспардонно нажал наверняка какому-то великому демону на правый глаз.
  Неприметная дверь, сливающаяся со стеной бесшумно открылась слева от статуи, открывая проход в темноту.
  - Не бойся. - Подталкивая меня к входу, сказал муж. - Этот потайной ход безвреден, о нём знаем только я и отец.
  - Теперь и я с мамой, - похвастался сынок, пролезая впереди меня и смело ныряя в темноту.
  - Подожди, сначала я. - Страх перед мраком, появившийся из-за недавних событий, был вытеснен страхом за сына. И я смело влетела в тёмный проход.
  В моих представлениях потайные ходы должны быть сырыми, затхлыми и покрытыми многочисленными слоями паутины. Реальность оказалась не такой жуткой.
  В коридоре было тепло и сухо, а ещё сумрачно из-за света, льющегося в проём открытой двери. Дарик с интересом разглядывал пол, выложенный какими-то странными узорами, которые засветились мягким золотистым светом, стоило только Изару нажать на какой-то камень внутри прохода, закрывающий дверь. Видимо им часто пользуются, раз он в таком идеальном состоянии.
  - Здорово! - сын нетерпеливо побежал вперёд.
  - Подожди, ты же не знаешь дороги, - глядя на его удаляющуюся спину, воскликнула я.
  - А тут не заблудишься, - целуя в висок, успокоил супруг, - дорога прямая, без ответвлений.
  Идти пришлось недолго. Через несколько минут показался свет в конце коридора, где с ноги на ногу смущённо переминался сынок.
  - Что случилось? - весело спросил муж, поспешивший к сыну. - Почему не заходишь?
  - Не знаю, как к ним относится, - сынок был сама непосредственность.
  Я подошла вплотную к своим мужчинам, но ничего не смогла разглядеть из-за широкой спины любимого.
  Но они стояли в проходе недолго. Прошли вперёд, освобождая мне проход в помещение. Им оказался просторный кабинет в невероятно изумрудной гамме. Назвать столовой помещение, в которое мы вышли из потайного хода, казалось неправильным. Большие широкие окна с левой стороны освещали накрытый посередине стол, придвинутые вплотную к нему стулья с высокими спинками и небольшой письменный столик, располагающийся в дальнем от нас углу у окна.
  За ним зарывшись в какие-то бумаги сидел советник, который при нашем появлении плавно поднялся.
  Мои мужчины неторопливо направились к столу. Впереди меня стояло массивное кресло с высокой спинкой, поэтому не было видно, сидит ли там кто-то. Но что это кресло предназначено для Повелителя я даже не сомневалась.
  Направившись вслед за своими родными я забыла посмотреть вниз, чем и поплатилась, зацепившись шипами туфель о кромку светло-зелёного ковра.
  - И-и-и, - пропищала я от неожиданности (мимолётно вспомнив о своих словах про писк) и, выставив руки вперёд толкнула кресло. Это помешало мне позорно растянуться на полу и позволило сохранить равновесие. А вот креслу и его владельцу повезло меньше.
  Толчок оказался неожиданно сильным и кресло начало крениться вперёд на стол. Через мгновение я услышала сдавленный рык.
  - А она мне определённо нравится. - Послышалось из ближайшего угла с левой стороны. - О такой родственнице я только мечтать могла.
  Повернувшись увидела ещё одного участника произошедшей неприятности.
  Взяв меня за руку, женщина подвела ошеломлённую меня к столу, обойдя хищно торчащие две ножки кресла, и сказала, глядя на упёртого рогами в стол и отплёвывающегося от каши, в которой чётко уместилось лицо, словно для него и было создано, правителя Акумы:
  - А я тебе не раз говорила, что следует соблюдать хотя бы часть правил этикета даже на неофициальных встречах. Вот если бы дождался прихода своих родственников, то не радовал нас маской из каши. Хотя мне это даже понравилось.
  Я не представляла почему Измаил не смог упереться руками в стол, чтобы избежать падения, пока не увидела в его растопыренных в стороны руках нож и отрезанное сверху крупное яйцо всмятку.
  - Простите, я нечаянно, - пролепетала я с ужасом наблюдая, как демонстративно медленно Повелитель кладёт нож и яйцо в подставку. Откидывается с креслом назад, обретая своё прежнее положение, и, взяв с колен белоснежную (что удивительно) салфетку, начал вытирать остатки каши с лица.
  - Папа, а зачем мама толкнула стул дедушки? - задал простой вопрос сын, бросая на меня обеспокоенные взгляды.
  - Ты же слышал, она это сделала не специально. - Еле сдерживая смех, ответил муж.
  - А дедушка её не будет наказывать? - опасливо косясь на невозмутимое лицо Измаила ДарХаресса, уточнил Дарик, естественно считав мои эмоции.
  И в этот момент Повелитель громко расхохотался, да так заразительно, что через несколько минут смеялись всё присутствующие, исключая невозмутимого Масиса.
  - Присаживайтесь, - отсмеявшись, пригласил отец Изара, - и давайте уже завтракать. Я жутко голодный.
  Я села с правой стороны от Измаила (теперь это моё законное место), рядом расположился сынок, напротив плавно опустилась незнакомка, а рядом мило ей улыбаясь, уселся супруг.
  И было в их взглядах друг на друга, такое тепло и нежность, что я мысленно заскрипела зубами. Кто ещё эта такая? И что их связывает?
  Пристально присмотрелась к гостье, которая чересчур уж свободно вела себя в компании Повелителя демонов и его родных. Девушка была красива, несмотря на чуть заметные морщинки вокруг больших васильковых глаз и в уголках пухлых чувственных губ. Что указывало на то, что эта представительница прекрасного пола много и часто улыбалась.
  Короткие до плеч льняные волосы, немного полноватая, но с красивыми формами женщина, знающая себе цену.
  - Аурелия Стейф, - представил женщину Измаил, прочитав мои мысли. - Родная сестра моей покойной жены. И тётя твоего мужа.
  - А это моя невестка - Лана Мюррей, - видимо не простив своего позора, продолжил Повелитель, а потом словно вспомнив, ехидно добавил: - Ах, да. Всё время вылетает из головы, уже не Мюррей, а ДарХаресс.
  - Думаю, что очень скоро ты навсегда забудешь девичью фамилию нашей невестки, - лукаво мне подмигивая, сказала тётя, которая по возрасту могла бы быть мне ровесницей, по крайней мере внешне.
  Правитель никак не отреагировал на эту шпильку, велев подавать завтрак своим дорогим гостям.
  В помещении появился слуга, который появился словно из воздуха и начал выкладывать со своего широкого подноса тарелки с кашей. Я с Дариком дружно скривились, увидев склизкую субстанцию болотного цвета, которая, должно быть, была аналогом нашей овсянки.
  - Что это? - потыкал ложкой кашу сынок.
  - Это милет. - Ответил хозяин замка, будто это должно всё объяснить.
  - Мама, мой переводчик сломался? - адресовал уже мне вопрос ребёнок. - Он не перевёл название этой гадости.
  - Родной, - укоризненно воскликнула я, переживая, что слова сына обидят и без того оскорблённого нового родственника. - Он не сломан, просто это слово не переводится. Эта га... субстанция так называется.
  - А из чего она сделана? - Любопытству сына не было предела. Он снова, но уже с интересом, а не брезгливостью размазывал слизь по тарелке.
  - Лучше тебе не знать, - посоветовал муж, с отцовской гордостью наблюдая за сыном. - Он, несмотря на вид, очень вкусный и питательный. Попробуй.
  - Лучше я тапочки попробую. - Признался ребёнок, отодвигая от себя тарелку. А увидев в углу за столом серьёзного змеелюда, вдруг оживился. Посмотрел сначала на милет, потом на советника и снова на тарелку, сделал какие-то свои выводы и, участливо глядя на Масиса, сказал:
  - Сочувствую вашей утрате.
  - Простите. - Аж подпрыгнула я, вставая за стулом сына. Змеелюд, который с каменным лицом выслушивал умозаключения сына, весь затрясся, а его хвост, выглядывающий из-под стола стал совпадать с цветом милета. - Он ещё ребёнок, не знает о чём говорит.
  У меня на Земле была подруга, Варвара. Так вот она ужасно оптимистичная, весёлая воспитательница детского сада. Как-то раз она после долгого трудового дня прилетала ко мне вся взлохмаченная и начала рассказывать, что с ней утром случилось.
  Накануне вечером мы отмечали её день рождения. Я как обычно не пила, так как алкоголь плохо на меня влияет, а вот Варвара себе ни в чём не отказывала. На следующий день у неё должен быть выходной, но её сменщица попала в больницу с аппендицитом и Варю срочно вызвали на работу.
  С похмелья, да ещё спросонья, она плохо соображала, но всё-таки рискнула сесть за руль своей "Матизки". Так как она спешила и была не совсем трезвой, её остановили двое местных стражей закона.
  Потирая ноющие виски, она ляпнула:
  - Чё капризничаем мальчики? Опять вас мама одинаково одела?
  Пока мужчины приходили в себя, она недовольно буркнула, включая ключ зажигания:
  - Вечером придёт, настоятельно ей посоветую больше так не делать!
  И поехала дальше, оставив стражей закона с открытыми ртами.
  Когда она мне рассказала эту историю, мы с ней полчаса хохотали как ненормальные. А Варя ещё и шипела, в точности как сейчас змеелюд.
  И смотря на Масиса я не могла определить: смеётся он или как некоторые змеи шипит перед нападением. Поэтому обеспокоенно взглянув на весёлого мужа, я перевела взгляд на его отца.
  Тот казалось только этого и ждал, так как снова захохотал в голос. Затем, утерев глаза тонкими пальцами, просветил:
  - Это Масис так смеётся, не переживай за сына. Я сначала и сам забеспокоился, так как это произошло второй раз за сто с лишним лет. Но даже если бы он сильно разозлился, то никогда бы не причинил вреда мне или моим родным. - Задумавшись, посмотрел на все ещё смеющегося змеелюда и добавил тихо: - Самостоятельно, прямым действием не сможет. А вот через кого-то воздействовать - это да.
  Увидев мой испуганный взгляд, брошенный на мужа, поспешил успокоить:
  - Не волнуйся, Лана, я ему верю, как самому себе. Тем более у нас никто никогда не обидит ребёнка. За это без разговоров принято казнить. Жёстоко и незамедлительно.
  Советник Повелителя в мгновение стал серьёзным и собранным, лишь в уголках необычных светло-жёлтых, кошачьих глаз притаились смешинки.
  Завтрак продолжился в добродушном настроении. Мне с Дариком сменили милет на крупные розовые яйца всмятку, по вкусовым качествам и ощущениям ничуть не уступающим земным куриным. Только вот цвет скорлупы необычный, размер большой - страусиный и цвет белка - голубой - отличия заметные, впрочем, которые их не портили, а добавляли экзотичности.
  Молоко было импортным, поэтому обычным, средней жирности. Животных, которые давали бы эту белую жидкость здесь по каким-то причинам не приживались. Сын, который очень любил этот продукт животного производства, выпил чуть ли не литр за завтраком.
  Когда первый голод был приглушён, я стала исподволь бросать любопытные взгляды на представителя редкой и неизученной расы. Было ужасно интересно, как он помещается за таким низком столом? И куда прячется весь его довольно немаленький хвост? А правда ли то, что говорят будто у них есть вторая ипостась - человеческая? Вопросов было много, а удовлетворить моё профессиональное любопытство было некому.
  Муж просто не знал об особенностях расы Масиса, точнее ему это было не интересно, так что он никогда этим не интересовался. Слугам естественно о таких вещах не рассказывали, но все инстинктивно обходили его стороной. А узнать у Измаила не было ни времени, ни возможности, ни, откровенно говоря, желания.
  Так как корсет был слишком затянут, то при каждом моём повороте, или взгляде через плечо, я непроизвольно тихо охала или ахала. При этом делавший вид, что ничего не видит и не слышит змеелюд при каждом моем вдохе бледнел и чуть заметно вздрагивал.
  Я так увлеклась, что не сразу заметила, как за столом установилась напряжённая тишина. Вернулась сознанием за стол только после громкого покашливания тёти Изара.
  - Изарик, а ты уверен, что стоило привозить сюда свою любимую? - тихо, но очень отчётливо, чтобы все услышали, спросила она. - Мне кажется, что ты для неё не слишком экзотичен на фоне других присутствующих мужчин.
  Конечно, я надеялась, что муж прекрасно помнит, чем вызван столь пристальный интерес к советнику, но по задумчивому, слишком серьёзному, направленному на меня взгляду, было сложно утверждать наверняка.
  Нахмурившись, я недовольно посмотрела на Аурелию и уж открыла рот, чтобы высказать своё мнение по поводу такого нахального и бестактного вмешательства в чужую личную жизнь, пусть даже с благородными намерениями, но меня опередил супруг:
  - Тётушка, ты даже представить себе не можешь насколько я сочувствую Масису, так как столь жадный и явный интерес моей супруги не связан, как могло со стороны показаться, с физическим влечением. Её просто гложет любопытство о тайнах, что так упорно и успешно скрывает раса змеелюдов.
  И тут до меня дошло. Ведь действительно со стороны могло показаться, что я томно вздыхаю, бросая заинтересованные взгляды на советника. Да, хорошо, что Изар перебил меня, а то бы я такого успела наговорить, что потом было бы стыдно.
  - И только то, - расслабленно выдохнул объект разговора, - я с удовольствием отвечу на вопросы Повелительницы. - И мстительно добавил, не скрывая ехидства: - Как только у неё появится свободное время на разговоры.
  Недоуменно взглянула на мужа, который в свою очередь хмуро смотрел на веселящегося отца.
  - Я думал, что ты дашь ей немного времени, чтобы адаптироваться, лучше изучить наши традиции и, наконец, подготовиться к своим обязанностям.
  - Вот на практике сразу и изучит, и подготовится, и адаптируется. - Не желал в этом уступать Измаил. Образовавшиеся жёсткие складочки в уголках губ, делали его лицо ещё более хищным, демонстрируя, что несмотря на человеческую внешность, Повелитель - далеко не обычный человек. - Ты же знаешь, я считаю, что лучше не затягивать.
  - Кстати об этом, - не стал спросить муж, - что ты решил насчёт Анжиолетты?
  Измаил лишь молча перевёл тяжёлый взгляд на своего советника и, дождавшись кивка, сказал с прохладцей в голосе:
  - Пусть заходит.
  Двери, находящиеся напротив кресла хозяина, бесшумно распахнулись, впуская внутрь бледную красавицу.
  - Ты знаешь почему тебя вызвали? - равнодушно вопросил Повелитель демонов. Именно сейчас ощущалась та власть и то могущество, которое будто невидимым рычагом было отключено на время семейного завтрака. Это было разумно, ведь в ином случае мне бы кусок в горло не полез.
  - Догадываюсь, - демоница стояла с гордо поднятой головой, в знойных зелёных глазах плескалась честность, припорошенная толикой грусти и страха.
  За столом повисла напряжённая тишина. Все присутствующие тихо наблюдали за демоницей. Аурелия смотрела с ненавистью (интересно почему?), Изар с нарочитым равнодушием (так рассматривают красивую редкую зверюшку. Смотрят вроде сквозь неё, а сами подкрадываются на несколько сантиметров ближе, чтобы поймать и изучить). Масис с каменным лицом (даже в глазах не мелькнуло ни единой эмоции), взгляда сына я не видела, так как он сидел, повернувшись ко мне спиной, но знала, что он пристально изучает внешность и поведение незнакомки, которая очень не нравится его маме. В моём взгляде скорее всего была холодная ярость (как она посмела входить к моему беззащитному мальчику, как рискнула целовать моего мужчину?), а во взгляде Повелителя демонов был холод, который словно вымораживал всю сущность того, на кого он был направлен.
  - Так может, ответишь честно: зачем ты вчера вечером заходила в комнату Дара ДарХаресса? - Хищные черты правителя этой планеты заострились сильнее, словно это вообще было возможно. Он чуть подался вперёд: опасный смертоносный хищник, готовый без зазрения совести напасть на любого, кто по его мнению представляет хоть малейшую опасность.
  Девушка, облачённая в традиционный наряд демониц, перевела печальный взгляд на моего мужа и, глядя ему в глаза, ответила:
  - Я сказала правду Изару. Пришла поговорить с Наследным принцем по личному вопросу, но перепутала комнаты. Как только я осознала свою ошибку, то сразу же покинула покои. В моих мыслях и действиях не было никакой угрозы, можете проверить.
  Затем она оглядела присутствующих, задержав на мне свой пристальный, какой-то липкий взгляд дольше, чем на остальных и с вызовом посмотрела на рогатого правителя (в этой комнате он был единственным носителем отличительной черты расы демонов). Тот лишь нехорошо усмехнулся и расслаблено откинувшись на высокую спинку прищурил свои необычные глаза.
  Показалось, что в помещении стало трудно дышать. Воздух превратился в густое желе и с трудом проходил сквозь лёгкие. Я обеспокоенно посмотрела на сына, что если с ним происходит то же самое и он начнёт задыхаться. Дар уловив моё волнение, повернулся и задорно улыбнулся (мол, всё в порядке, чувствую себя хорошо) и вернул своё внимание застывшей в центре перед накрытым столом демонице. Дышать стало чуть легче.
  Анжиолетта еле уловимо морщилась, словно испытывала лёгкий дискомфорт от пронзительного взгляда чёрных с красными зрачками глаз, но продолжала смотреть наивным честным взглядом на своего Повелителя.
  Мне показалось, что время застыло. Будто на видеовизоре поставили паузу. Сколько времени прошло в режиме стоп-кадра? Минута, час, несколько часов? Мне почудилось, что целую вечность, а на самом деле могло быть и несколько секунд.
  - Ничего не вижу, - сказал Измаил ДарХаресс, тремя словами взрывая напряжённую накалившуюся тишину.
  Аурелия вместе со мной судорожно вздохнула, будто мы задерживали дыхание до победного конца, до черных точек в глазах, Изар нахмурился, змеелюд так и остался равнодушно-отчуждённой статуй сидеть за своим столом, а Дарик, резво развернувшись, спросил:
  - Дедушка, а я могу тоже мысленно смотреть, что у других в голове?
  Переведя недовольный взгляд с бледной, но глупо улыбающейся Анжиолетты на внука, он улыбнулся тёплой мягкой улыбкой и пообещал:
  - Я попробую тебя научить, когда твоя магия проснётся.
  - А во мне тоже есть магия? - обрадовался светловолосый сорванец.
  - Очень на это надеюсь. - Лукаво подмигнул Повелитель.
  Повелительным взмахом отослав подданную вон, Повелитель задумчиво посмотрел на меня и сказал после небольшой паузы:
  - Начнём, пожалуй, после бала в твою честь. Мы и так достаточно долго ждали появление Повелительницы, что пару дней ничего не изменят.
  - Начнём что? - испуганно покосилась я на мужа.
  - Решено! - Встал из-за стола Измаил и бросил салфетку на грязную тарелку из-под милета. Не отвечая на мой вопрос и не обращая на нас никакого внимания, словно нас вовсе и не было здесь, решительно направился вслед за демоницей.
  Как только за чистокровным демоном и за выскользнувшим вслед за ним советником, захлопнулась дверь, я перевела ошарашенный взгляд на спокойно дожёвывающего кусочек хлеба с маслом мужа, затем на точно такую же изумлённую Аурелию и поинтересовалась у первого:
  - Что это было?
  - Не знаю, - спокойно ответил муж. - Но что-то мне подсказывает, что отец всё-таки увидел в голове Анжи то, что ему сильно не понравилось. А для того чтобы не пугать нежных дам, он решил об этом промолчать и решить всё самостоятельно.
  - Ну, раз так, - прозвучало угрожающе, - я тоже пойду по своим делам.
  Тётя Изара поднялась, аккуратно положила салфетку на сиденье своего стула и, обойдя стол, пошла на выход. Проходя мимо меня, она тихо бросила:
  - Я вечером загляну к тебе. Надо поговорить.
  Подошла к Дару, который уплетал очередные сладости и, потрепав по непослушным чуть волнистым волосам, звонко чмокнула его в макушку. Сынок, который жуть как не любил прикосновений чужих незнакомых людей, никак не отреагировал на этот жест, продолжая жевать кремовую корзинку.
  Когда в кабинете (назвать столовой это помещение у меня язык никак не поворачивался) остались мы втроём, не включая молчаливого слугу, статуей застывшего у дверей, я осторожно сказала:
  - Какие странные у тебя родные.
  - Какие есть, - потянувшись к одному из пирожных, пожал плечами муж. - Но если все наелись, предлагаю прогуляться по дворцовому парку, нашей оранжереи и потом подобрать комнаты для твоих родственников. Ведь завтра они приедут на твой бал.
  - Зря, я думаю, вы собрались делать бал. - Осторожно предупредила я. - В прошлом такие мероприятия заканчивались не совсем хорошо.
  - Охотно верю, - рассмеялся беззлобно муж, слизывая кремовую шапку, - но моего отца ничего не может переубедить. Это одна из древних традиций и исключений ещё не было ни разу.
  - Понятно. - Предчувствуя неприятности, безнадёжно вздохнула я. И чтобы немного отвлечься от грядущих напастей, встала из-за стола: - Пошли на прогулку.
  Сын только этого и ждал. Вскочил со стула и побежал к дверям, через которые все выходили.
  - Подожди, огонёк. - Остановил его Изар. - Нам надо вернуться так же, как и пришли.
  Отослав молчаливого слугу вон, муж подошёл к стене, что находилась за креслом Повелителя и шепнул какое-то слово. Дверь бесшумно втянулась в стену, а сын, ужом проскользнувший мимо нас, уже скрылся в темноте прохода.
  
  Глава 6 Встреча с родными
  
  Никогда не подозревала, что выбор комнаты для родителей и дедушки может растянуться на несколько утомительных часов.
  Нет, у моих родственников не было никаких особых вкусовых изысков в интерьере или других капризов, но вот чтобы подобрать что-то более близкое к нашим комнатам и при этом "выселить" обитающих в них сейчас демонов, с каждой минутой прибывающих на бал оказалось просто подвигом.
  Мне, как Повелительнице и слово бы не сказали "против", если бы я приказала им поселиться в той или иной спальне. Но скандалов было бы не избежать (многие семейства высшей аристократии вели холодную войну друг с другом. И, не дай Вселенная, поселить их по соседству, могут и полдворца разрушить), да и на прислуге ни в чём неповинной, "дорогие" гости явно могли отыграться. Ведь теперь они принадлежали мне и отомстить за столь "приятное" общество соседей, они могли только косвенно через них. Тем более что прислуга была вышколена до такой степени, что никогда не расскажет о том, что происходит за закрытыми дверями.
  - Надо это срочно изменить, - возмущалась я, прохаживаясь сотый раз по списку гостей усталым взглядом. - Ведь неизвестно, что с ними там делают и к чему принуждают. А они даже пожаловаться не могут никому.
  - Ну, никто не посмеет принести серьёзный вред или непоправимое увечье нашей прислуге. Для этого они обычно приезжают со своими. - Пожал плечами супруг, которому, казалось, не было никакого дела до моих переживаний вообще и вымышленных страданий неизвестных и некоторых известных мне слуг в частности.
  - Что значит непоправимое увечье? - листок с двух сторон исписанный именами и мелкими пометками сбоку выпал из моих ослабевших рук. - Что за ужасные порядки у вас здесь? Значит, если сломал руку, а потом залечил, то за это не последует наказания?
  - Типа того, - отмечая ещё в двух таких же листах номера комнат слева от имён аристократов, ответил муж.
  - Но как же так? Как вообще к вам идут работать слуги? - сказанное никак не укладывалось у меня в голове. Растущая, как надуваемый воздушный шарик, злость грозила растянуться до предела и лопнуть, увлажняя ближайшее окружение тёплыми капельками слюны, скопившейся в нём при надувании.
  - Очень радостно, доходит иногда до драк. - Улыбнулся чему-то муж и, отложив листки на столик в гостиной, где последние полтора часа мы размещали гостей, подошёл ко мне. Обнял сопротивляющуюся злую меня за плечи, мягко притянул к себе ближе и, смотря прямо в глаза, предложил:
  - Ты же теперь Повелительница. И в твоих возможностях изменить существующие законы и порядки. Главное - доказать свои решения отцу.
  В таких родных, любимых и тёплых объятиях мужа, я никак не могла расслабиться. Злость, клокотавшая внутри, не хотела уступать завоёванные сантиметры резинового пространства.
  Изар устало вздохнул, подхватил на руки и сел на диван, устраивая меня на коленях лицом к себе.
  - Послушай, любимая, и, пожалуйста, услышь меня. Ты можешь приказать своим подданным не причинять вред своим слугам, ни к чему не принуждать их и относиться к прислуге по-человечески.
  Я с надеждой посмотрела в любимые карие глаза (интересно в кого у него такие? У матери были васильковые, как у тёти, а у отца вообще чёрные с красным зрачком) и боялась поверить, что может быть всё так просто.
  Оказалось, боялась не зря.
  - Но ты учти что ты находишься среди демонов. Да, они похожи внешне на простых людей, но ведь кроме внешних отличий есть и внутренние. У нас, я говорю - у нас, так как родился, вырос и провёл большую часть своей сознательной жизни здесь, другое мировоззрение, другое отношение друг к другу и к самому себе. Пришлых здесь, как ты заметила, очень мало. А те, кто захотел здесь укорениться, без каких-либо усилий принимают установившиеся нормы.
  Я отвернулась к креслу, в котором уже несколько минут спал уставший за день сынок. Приглушённые с помощью пары щелчков пальцами магические огоньки, служившие в этом замке вместо электрических ламп, мягко очерчивали светлые волосы, примятые во сне, прижатые друг к друг ладошки, подпирающие щёку с правой стороны, расслабленная немного мечтательная улыбка, пушистые тёмные ресницы, отбрасывающие тени на розовые щёки.
  Хотела ли я для него такого окружения? А что если видя, что бить слуг, грубить и ни во что не ставить лю... демонов и полукровок, находящихся ниже по положению - это в порядке вещей, он станет жестоким, бесчувственным? И ведь ему когда-то придётся править этой планетой и её жителями, конечно, лучше как можно позже, но от этого никуда не деться. А с другой стороны, наблюдая за супругом, выросшим в таких условиях, я не замечала в нём всех этих качеств.
  Да, он немного отстранённо и прохладно относился к той же Анне или Элис, но с Максом он чуть ли не обнимался при всех аристократах.
  Я устало потёрла лоб. Что же делать? Нет, не желаю экспериментировать с собственным ребёнком. Сама я росла в любви и уважении ко всем окружающим меня личностям и для своего сына хотела бы того же.
  Я решительно перевела взгляд на наблюдающего за мной Изара.
  - Понятно. - Обречённо прошептал муж и, приняв какое-то решение, добавил: - Хорошо. Сейчас я отнесу огонька в его спальню и посмотрю как там устроилась Анна (чтобы она могла за ним присматривать круглосуточно, ей открыли закрытую вторую спальню рядом с спальней сына, которая была ранее скрыта чарами) и мы не только устроим нашей гостей по комнатам, но и набросаем твой первый указ Повелительницы. Если отец его одобрит, то ты изменишь некоторые укоренившиеся устои нашего общества.
  - Спасибо, - целуя губы, выдохнула я. - Я говорила, что люблю тебя.
  - Нет, сегодня ещё ни разу. - Запуская пальцы в заплетённую косу на затылке, лукаво улыбнулся муж.
  - Считай уже сказала. - Хихикнула я, ловко вырываясь из ласковых объятий. Если мы продолжим в том же духе, то сын так и останется лежать в мягком кресле, но не в очень удобной позе, а высокие гости поселятся в местной гостинице или останутся ночевать на улице. Ну, не моих же родных туда отправлять?
  Муж прекрасно понял ход моих мыслей и не стал удерживать. Лишь озорной огонёк в глазах говорил о том, что сегодняшняя ночь будет долгой и не только трудоёмкой и результативной, но и страстной.
  Изар бережно подхватил так и не проснувшегося Дара на руки и отправился вместе с ним в спальню напротив, которую я про себя обозвала "детской".
  Я же соскользнула мыслями в недавнее прошлое.
  После завтрака мы направились сначала в крытую оранжерею, находящуюся, словно огромное живое сердце, в центре замка. Именно над ней этажом выше находился тронный зал.
  Было так удивительно, когда стеклянные, изрисованные морозными узорами, двери распахнулись, открывая восторженным взглядам целый отдельный, самостоятельный мир, созданные с помощью магических чар.
  Начнём с того, что потолка здесь не было, а над головой раскинулось безоблачное синее небо с ласковым обычным солнышком. Словно мы только что не вошли сквозь стеклянные двери из коридора, утопающего в полумраке, в другое помещение, а шагнули в открывшийся портал, ведущий в иное измерение.
  Всё пространство, куда касался взгляд, пестрело от роз различных сортов и оттенков. Они росли обособленными островками, между которыми плескались в солнечных лучах бирюзовые дорожки с белыми, едва заметными на фоне разноцветного ковра, кружевными скамейками.
  Казалось, аромат должен сбивать с ног, вызывать головокружение от обилия цветов и их разновидностей, вызывать головные боли или дискомфорт, но этого не происходило.
  Я стояла как вкопанная и не могла поверить своим глазам, обонянию, ощущениям. Они было словно накрыты невидимым куполом, не пропускающим запахов, мешающим им смешиваться, как те бирюзовые реки-тропинки.
  Как только я сворачивала с дорожки и подходила ближе к той или иной розе, чтобы разглядеть её поближе, то в моё сознание мягко вплетался аромат цветов того вида, который находился у меня перед глазами. При этом, протянув руку к цветку, я могла беспрепятственно погладить бархатный лепесток, уколоться острым шипом, покачать кончиком пальца глянцевый изумрудный листик. Будто и не было того барьера, который не пропускал запахи до бликующей на солнце тропинки.
  - Как?
  Эмоции, чувства, ощущения переполняли меня, не давая более развёрнуто спросить про это чудо. Но довольному мужу и не требовалось большего. Он понял меня без слов. И также не разглагольствуя, ответил:
  - Магия планеты.
  Кто бы мог подумать, что Акума могла сотворить подобное, глядя на пустынный пейзаж с редкими ссохшимися растениями, находящимися за границей защитного купола.
  Как потом объяснил Изар, планета сама по себе могла быть цветущей и просто утопленной в зелени, если бы кто-нибудь высаживал и заботился о растениях. Но как я сразу заметила, сажали и заботились о саженцах только внутри защитного полога, около своих жилищ. Логично. Кому захочется выходить во внешнюю среду, тратить намного больше усилий и времени, чтобы вырастить несколько саженцев вне полога, когда можно заняться тем же не уходя далеко от своего дома?
  Сыну здесь тоже очень понравилось. Он носился по дорожкам-ручейкам, вдыхал присущей тому сорту аромат и с весёлым криком нёсся дальше, поставив себе целью найти самую красивую и ароматную розу и обязательно, спросив разрешения у взрослого, подарить её мне.
  Я же наслаждалась цветами, вдыхала полной грудью нежные ароматы, ласкала взглядом бутоны, шевелящиеся под осторожными касаниями тёплого ветерка, впитывала всем своим существом гармонию и спокойствие, что навевало это сказочное место.
  - Эта оранжерея принадлежала моей маме. - Наблюдая за сыном, тихо поведал муж. Его глаза излучали нежность, а на красивых губах играла грустная улыбка. - Отец, зная о её страсти, специально самостоятельно построил эту оранжерею и посадил несколько разновидностей роз. Затем коллекция саженцев начала пополняться самой мамой, отцом, благодарными подданными. А потом и я начал привозить интересные, необычные сорта из своих коротких путешествий. Жаль, что мама их уже не увидела.
  Я нежно коснулась его руки, переплела наши пальцы, молчаливо поддерживая его. Слов не находилось, но он их и не ждал, благодарно сжимая в ответ мою руку.
  - Ты знаешь, - я задумчиво смотрела на сына, который словно бабочка порхал с цветка на цветок. - Мне так спокойно здесь, словно в ласковых маминых объятиях. Может, она до сих пор где-то здесь и знает, кто и как ухаживает за её цветами?
  - У меня тоже всегда такое ощущение, когда я сюда прихожу. И отец здесь был бы частым гостем, если бы не дела требующие его постоянного присутствия. - Наклонившись ко мне, он тихо добавил: - Но я ещё с детства узнал, что он каждую ночь перед сном обязательно сюда приходит на полчаса.
  Я повернула голову и оказалась в миллиметре от лица мужа. Облизав губы, выдохнула, глядя в его такие близкие карие глаза, затягивающие в себя моё сознание:
  - Мне так жаль.
  Изар ничего не сказал, лишь жадно поцеловал, будто этим поцелуем хотел убедиться, что я - настоящая, реальная, а не фантом или призрак, и никуда не пропаду. Одна его рука зарылась в мою косу, вторая нежно поглаживала абрис лица, ласково прорисовывая каждую чёрточку.
  Через несколько минут мы оторвались друг от друга. Муж упёрся лбом в мой лоб и тяжело дыша, предложил:
  - Может, продолжим экскурсию в другой раз? А сейчас отведём Дара в вольер на попечение Максу, сами же поднимемся в нашу спальню?
  - М-м, заманчивое предложение, - облизала губы я, до сих пор ощущая вкус любимых губ, отдающим сладким шоколадом с лёгким привкусом горечи миндаля.
  И, отодвинувшись, посмотрела по сторонам в поисках сына.
  Следующие несколько минут слились для меня в один сплошной кошмар. Дара нигде не было видно. И на зов он - чуткий и ответственный мальчик, не отзывался.
  Мы с Изаром разделились, чтобы оббежать такую огромную территорию двоих было мало, но терять время, вызывая слуг на помощь, никто из нас двоих не хотел.
  Теперь великолепие цветов вызывало лишь одно раздражение. Ну, неужели не могли посадить пару кустиков одного вида вместо нескольких десятков рядов?
  Я бежала вперёд, заглядывала под каждый кустик и отчаянно звала сына, надеясь как никогда на его способности. Он же должен был почувствовать как мне плохо, как с каждым ударом сжимается когтистая лапа ужаса на моём бешено колотящемся сердце? Так почему же до сих пор не появился, не отозвался? Что или кто помешало ему?
  Мысли пугливыми птицами метались в голове, мешая думать рационально.
  Вдруг глаза, которые уже жгли беспомощные слёзы, выловили впереди огромный расплывающийся тёмный силуэт. Сморгнув их, я внимательнее вгляделась. Впереди были несколько беседок, увитых шипастыми лозами вьющихся роз.
  Я резко бросилась к ним, в груди кольнула надежда, что сын находится там, поэтому и не слышит наши крики. А насколько распространяются его эмпатические способности мы не проверяли, к сожалению.
  - Дарик, сынок, - хрипела я, сорванное криками горло отказывалось прибавлять громкости. - Где ты, родной, отзовись.
  Уже добежав до крайней беседки, меня кто-то резко дёрнул за руку с левой стороны. Пробежав по инерции ещё пару шагов и чуть не пропахав носом примятую землю, я облегчённо выдохнула и, упав на колени, разглядывала серьёзного и прижимающего палец к губам сына. Только отрыла рот, чтобы пожурить его, что ушёл так далеко и не отзывался на наши окрики (зов Изара я до сих пор слышала, правда очень тихо, с другого конца розария), как услышала, что в беседке, вблизи которой мы сидели кто-то едва слышно разговаривал.
  Нахмурилась, прислушиваясь к голосам, но так ничего и не поняла. Наверное, на беседки был какой-нибудь защитный от подслушивания полог. Опять было раскрыла рот, как отчётливо услышала своё имя, долетевшее из беседки.
  Сын тихо подошёл к беседке, махнув мне рукой, чтобы следовала за ним. Несколько секунд во мне боролось природное любопытство с воспитанным благородством. Любопытство оказалось сильнее, и я осторожно приблизилась к хмурящемуся Дару. Неужели он что-то разбирает?
  Оказалось, что на беседке полога не было. Тут видимо была какая-то схожая магия с той, что накрывала розы не давая запаху смешиваться и распространяться по всему помещению.
  - Зачем ты поступаешь так с бедной девочкой? - услышала я, как только вплотную приблизилась к зелёным шипастым лозам, обнимающим беседку. Шёлковые бледно-лиловые лепестки бутонов тихо покачивались сами по себе. - Тебе мало того, что ты заставил пройти через это мою сестру и тем самым подписал ей смертный приговор? Ты ещё хочешь лишить бедного сына любимой женщины, а ребёнка матери? Как ты так можешь? Я думала, что ты как никто другой понимаешь, что будет твориться с ними, что они будут чувствовать, через что им придётся пройти по твоей прихоти.
  Листва была такой плотной, что мы не могли разглядеть ругающихся в беседке, да мы даже саму беседку не могли увидеть. Казалось, что сама основа беседки состояла из толстых витых стеблей роз, хищно щерящихся шипами во всех, кто оказался снаружи, защищая от подглядывания над влюблёнными, которые находились в ней. Только вот в данный момент там была не влюблённая пара, да и голоса были хорошо знакомы. Так что это нам не мешало.
  - Ты же сама знаешь, что по-другому никак нельзя, - устало ответил Измаил, безнадёжно вздохнув. - Я ещё с Ри тогда всё перепробовал, ничего не срабатывало. Без инициации ей больше месяца на планете не жить.
  - Но она ведь может как я. - Послышался тихий стук каблучков. - Бывать здесь, а жить на своей планете или любой другой.
  - Ты думаешь, она согласиться оставить мужа и сына на Акуме, а сама приезжать раз в три месяца на четыре недели? - раздражённо спросил Повелитель. - Ри ведь ещё до рождения Изара не хотела покидать Акуму и сама настаивала на инициации, хоть и знала, что шансы не велики.
  - Это сломит нашего Изарика, ты это осознаешь? - зло бросила тётушка. - Смерть Арианы надломила его, а потеря Ланы - убьёт.
  - Не убьёт, - неуверенно, но жёстко рыкнул Измаил, - у него останется сын, мой внук.
  На некоторое время установилась тяжёлая, гнетущая тишина, возможно, они обдумывали свои мысли. А я обессилено опустилась на немного влажную землю и ошарашенно откинулась спиной на стену беседки, словно гранитная плита свалилась мне на плечи и давила меня к земле с невероятной мощью. Боли от впивающихся даже сквозь одежду шипов я не чувствовала, мысли вяло текли, будто давно залипшие мухи в янтарном мёду (поначалу изо всех сил пытались вырваться из сладкой, липкой ловушки, а в конце обессиленные лишь изредка подрагивали крылышками, до самой смерти надеясь на чудо).
  Что же за инициация меня ждёт? Что такого страшного на ней происходит? Если судить по словам Повелителя, то Ариана - мать мужа, прошла инициацию. Но сразу не умерла, так как через какое-то время забеременела и родила Изара и лишь через четыре года после его появления на свет умерла. Получается, что после этой процедуры мать супруга прожила на Акуме пять лет точно, а то и больше (неизвестно когда наступила её беременность).
  А что нам мешает жить на Акуме месяц, остальные три месяца всей семьёй путешествовать по космосу или жить на другой планете, как Аурелия? Ведь пока жив Измаил, планетой демонов есть кому править и без нас.
  Интересно, а Изар знает о предстоящей мне инициации? И как он к ней относится? И почему все хотят меня инициировать? Что на Шриаме, теперь вот на Акуме. Прямо, поветрие какое-то.
  И словно услышав мои мысли, давящую тишину разбил вопрос родственницы:
  - Ты уже сказал Изару?
  - Нет. Расскажу после бала.
  - Может, стоит рассказать раньше? Может, он найдёт решение? Он - умный мальчик. - Стук каблуков вновь начал выбивать своеобразный ритм, видимо она ходила из стороны в сторону.
  - А я, значит, глупец? - вспылил Измаил ДарХаресс. - Нет, не стоит омрачать его счастье. Ты же видела, как он светится от любви. Я перепробовал всё, что только было можно. И всегда остаётся один процент того, что Лану примут стихии. Может, этой светлой девочке повезёт больше, чем нас с Ри. Ведь смогла же она родить Дарика без последствий.
  - Видишь, даже она придумала выход из, казалось бы, безвыходной ситуации. Может, они вместе что-нибудь придумают! - Вскинулась Аурелия. Мне стало так тепло, что она - незнакомая женщина, так переживает за меня, ну, или за Изара. Эх, всё равно приятно.
  - После бала. - Неумолимо отрезал Повелитель. - У них будет три дня, чтобы что-то придумать. В конце концов один день ничего не решит.
  - Может, решит. - Не унималась противница.
  - Рел, я устал спорить. Прекрати, пожалуйста. Сам весь измотан мыслями, как им помочь, но нет никакого способа. - С вселенской усталостью в голосе пробормотал мужчина.
  - Возможно, они смогут жить у меня и посещать тебя раз в три месяца? - предложила последний способ уйти от инициации Аурелия.
  Надежда во мне подняла понурую голову, встрепенулась всем маленьким тельцем, расправила крылья и поднялась в воздух, чтобы через пару минут (в течение которых собеседник раздумывал над словами) разбиться на многочисленные осколки о твёрдую землю.
  - Акума не отпустит Дара.
  - Может, отпустит. Ведь в нём очень мало магии. Да и то отголоски наследства Арианы. Если попытаться развить, то он в лучшем случае дорастёт до неё, но не перепрыгнет. А в худшем - так и останется в зачаточном состоянии.
  - Возможно, ты права. Но рисковать жизнью и здоровьем внука я не собираюсь. - В ледяном тоне Повелителя появились стальные нотки. - Да и сама Лана не станет проводить эксперименты над собственным ребёнком. Если ради его рождения, она рисковала собственной жизнью, то и здесь её выбор будет очевиден.
  - Она так на неё похожа, - с такой болью в голосе сказала Аурелия, что у меня защемило сердце. - Такая же жизнерадостная, добрая, где-то наивная, красивая и безгранично преданная своей семье.
  - Мне тоже так кажется. А ещё она весёлая. Видела бы ты, что она натворила на приёме в её честь. Я думал, что одна часть собравшихся гостей кинуться её убивать собственными руками за покушение на меня, а вторая часть - ринется ей на помощь, чтобы уж точно быть уверенным, что ей это удастся.
  - Я бы присоединилась ко вторым, - с горьким смешком сказала женщина. - Я ведь до сих пор не смогла тебе простить её смерть.
  - Я и сам себя не простил. - С застарелой болью и горечью тихо ответил Измаил.
  Ласковые объятия выдернули меня из невесёлых воспоминаний, оставив тонкий шлейф безысходности и обиды на мир. Ну, почему когда я только-только позволяю себе расслабиться и побыть счастливой, возникают непреодолимые препятствия? Неужели я не заслуживаю спокойной и благополучной жизни?
  - О чём задумалась? - опалило горячее дыхание моё ухо. Шершавый язык ласково обвёл абрис уха, особое внимание уделив мочке, и настойчиво продолжил путь вниз по чувствительной шее, вызвав толпу мурашек.
  - О несправедливости жизни. - Обобщила я, поворачивая голову в бок. А следующий ответ потонул в мягком, наполненном такой нежностью поцелуе, что у меня перехватило дыхание, и низ живота приятно заныл в предвкушении удовольствий.
  - Тётушка была права, рассказав нам об инициации. Я ведь не знал об этом. - Выдохнул супруг, сразу же после того, как оторвался от моих губ.
  Тут же в памяти всплыл недавний разговор, произошедший в этой самой комнате пару часов назад. И пусть мы уже знали всё, благодаря любопытству сына и подслушанному разговору, но некоторые подробности, о которых мы не подозревали, помогли понять всю картину предстоящего бедствия.
  И, к моему огромному сожалению, Дар присутствовал при разговоре. Я пыталась отослать его, но он проявил не свойственную ранее настойчивость, а Изар его поддержал.
  Со слов тётушки, мы узнали, что инициацию проводит супруг. Изар должен будет отвести меня в Храм Стихий, где меня, как молекулу под микроскопом будут рассматривать божественные начала - пять стихий. Если мне повезёт, то одна из Стихий выберет меня, наделив какими-то способностями и Акума не будет отторгать меня, как здоровый организм пересаженный чужой орган.
  На мой вопрос, каким образом планета может повлиять на меня, если я не пройду инициацию, ответ был довольно прост: сначала я буду чувствовать лёгкую слабость, затем постепенно начнутся более серьёзные недомогания, которые постепенно приведут к отказу внутренних органов. И если магия и научный прогресс далеко шагнули в этом направлении (большинство внутренних органов можно было заменить на другие или поддерживать их работоспособность с помощью магии), то вот самое главное в человеческом организме учёные восстановить были не в силах - мозг. Этот сложный и самый важный орган не могли пересаживать или поддерживать магически. И был ещё один удручающий факт - не известно сколько мне будет отмеряно на планете, если инициации провалится. Ариана - мама Изара прожила на планете в совокупности около шести лет.
  Она тоже пробовала пить разнообразные поддерживающие тоники и зелья, пару раз ей трансплантировали лёгкие и почки, но мозг всё равно отказал. Женщина в одно прекрасное утро просто не проснулась.
  Что происходит в самом храме и как происходит сама инициация не знал никто, кроме Повелителя и его жены. Аурелия, как не старалась выпытать у сестры, та ей ничего так и не рассказала. Просто как-то обмолвилась, что у каждого есть выбор и она свой сделала.
  На семейном совете, состоящим из четырёх человек, ну почти человек, было решено, что завтра с утра до завтрака муж сходит к отцу и узнает все подробности предстоящего испытания. Затем за завтраком мы обсуждаем полученную информацию и исходя из неё составляем дальнейший план действий.
  Около обеда встречаем моих родителей с дедушкой Стефаном, размещаем их и готовимся к балу. А уже на следующий день в спокойной обстановке подключаем и моих родных. Уж мой любимый дедуля должен найти выход их сложившейся ситуации, ведь со Шриама он сумел сбежать.
  И вот весь вечер был потрачен на рассадку гостей по гостевым покоям, хотя мои мысли постоянно скатывались к предстоящей инициации, словно в полной сетке яблок была небольшая дырка, в которую по одному выскальзывали сочные плоды. Даже страх перед грядущим торжеством сошёл на "нет" в связи с таким ошеломляющим событием.
  Действительно, что страшнее: опозориться перед многочисленным народом демонов или погибнуть мучительной смертью от не принявшей тебя планеты? Выбор очевиден: позор можно пережить, а вот собственную смерть - нет.
  Следующее утро началось далеко за полдень. Мы всё проспали.
  Громкий стук в дверь и вежливый голос Говарда, доносящийся из-за двух дверей (вот это лёгкие или магия?), заставил нас подпрыгнуть на кровати.
  - Проспали, - простонала я, судорожно натягивая халат, - что теперь делать?
  - Не паникуй, - решительно натягивая штаны, посоветовал муж, - просто придётся немного подкорректировать наши планы.
  - А почему Дарика нет? - трясущиеся пальцы, завязывающие пояс, замерли. - Ведь он, в отличие от нас, спал всю ночь и должен был прибежать сюда хотя для того, чтобы позвать завтракать.
  - Не паникуй, - повторил уже полностью одетый супруг. - Сейчас всё выясню, а ты пока одевайся. Вот-вот твои родные должны телепортироваться. Я чувствую, как отец открывает телепортационный портал.
  Спрашивать о том, как именно он чувствует открытие портала, я не стала. Ещё вчера Изар рассказал, что каждый мужчина, в котором течёт кровь правителей планеты, чувствует, какие изменения происходят с Акумой. Они тесно связаны друг с другом. И с момента рождения до совершеннолетия между ними постепенно устанавливается прочная связь.
  Дарик со временем начнёт это тоже чувствовать, поэтому до совершеннолетия Акума не отпустит своего наследника. Если он покинет планету, то будет угасать с каждой секундой проведённой в дали от неё. Пусть даже он будет находиться на соседней планете.
  Акума с Дариком уже стали связаны, с момента нашего приземления на планете. И с каждой секундой эта связь только крепла. Поэтому неважно сколько крови правителей текло в венах моего ребёнка и не имело значения насколько сильна его магия, факт оставался фактом.
  Так что вариант с проживанием на других планетах отпадал сам собой. И я бы никогда не оставила сына здесь одного, даже с отцом и влиятельным дедом. Поэтому и этот способ нам не подходил. Оставалось искать лазейки в проведении самой инициации.
  Не став дожидаться, пока Изар наденет сапоги, я босиком рванула к двери, чтобы самой удостовериться, что с сыном всё в порядке. Не останавливаясь я пролетела сквозь гостиную и с силой толкнула двери. Они с глухим звуком обо что-то ударились и, отпружинив, стукнули меня в ответ по рукам, заставив на несколько шагов вернуться внутрь.
  С той стороны двери послышался мужской стон. Кажется кому-то не поздоровилось проходить мимо. У меня же болел ушибленный мизинец, но моя рана была, скорее всего, менее болезненной, чем у неудачливого незнакомца.
  Во второй раз я уже осторожнее открывала двери. У противоположных дверей спальни моего мальчика стоял седовласый Говард, усилено растирая набухающую между глаз лилово-красную шишку.
  - Прости, Говард. - Проговорила я, отчаянно краснея. - Я думала, что ты уже ушёл по своим делам.
  - Мне приказано привести вас к телепортационной площадке, - с усилием убирая руку от пострадавшего места, ровно ответил дворецкий.
  - А ты знаешь, где наш сын? - спросил подошедший Изар, стараясь смотреть куда угодно, но не на лицо слуги.
  - Конечно, - с ноткой превосходства вежливо ответил Говард. - Он завтракал с Повелителем и госпожой Аурелией, а потом вместе с ними ушёл встречать почётных гостей.
  - Можешь быть свободен, - едва сдерживая смех, отослал слугу Изар. - Мы сами дойдём. Скажи отцу, что будем через несколько минут.
  Говард с достоинством поклонился, делая вид, что не обращает внимания на рвущийся из груди хохот моего мужа. Я хмурилась, косо смотря на мужа, пытаясь не сгореть со стыда. Мне не надо было обладать способностями сына, чтобы чувствовать унижение и обиду со стороны седовласого мужчины.
  - Что не мог удержаться? - язвительно поинтересовалась я, закрывая дверь. - Мне и так стыдно, что из-за меня ему придётся полдня ходить с шишкой между глаз.
  - Около двух дней, дорогая, - смахивая выступившие от смеха слёзы, поправил супруг. - Ты, наверное, забыла, что он - человек, пусть и маг, но регенерация у него самая обычная.
  - О, Вселенная, - простонала я. - Но ведь есть какие-то мази, убирающие шишки и кровоподтёки?
  - Есть, - согласился муж. - Но Говард не будет ими пользоваться. Он всегда был мнительным, а после несостоявшегося переворота стал ещё более подозрительным. Так что он не пользуется ничем, что не готовил самостоятельно. А при нынешней занятости ему просто некогда заниматься чем-то, кроме своих прямых обязанностей.
  - Это ужасно.
  - Для него видимо не так уж и ужасно.
  Благодаря стараниям расторопной Элис, оделась я за считанные минуты. На этот раз был полюбившийся мне наряд, принятый на Акуме: тонкая облегающая блузка, юбка с многочисленными разрезами и тонкие бриджики под ней. Обувь я надела на этот раз свою. Обычные земные чёрные мокасины с ярко-красными декоративными шнурками спереди.
  И хоть Элис, судя по поджатым губам, была явно недовольна моим выбором обуви, я настояла на своём. Хватит уже с меня падений на Повелителя. Такими темпами он будет шарахаться от меня в сторону, стоит мне приблизиться на расстояние десяти шагов (на меньшее он не рискнёт меня подпустить, ну, я бы точно не рискнула).
  Воспользовавшись одним из не самых популярных тайных ходов (на этот раз паутина и чуть светящийся мох присутствовал), мы за пару минут уже стояли рядом с пританцовывающим от нетерпения сыном и приветливо улыбающейся Аурелией.
  Когда из портала вышли мои родители, я не сдержалась. Я, как маленькая избалованная девчонка, радостно взвизгнула и бросилась к маме в объятия, совершенно забыв, что я уже взрослая замужняя женщина, растящая своего ребёнка. Но за эти несколько лет, что я была с неё в разлуке, я как никогда поняла - что мама - это самый родной, близкий и незаменимый человек во всей Вселенной.
  Уткнувшись в упругие золотистые локоны, вздохнула знакомый с детства аромат лимона (она всегда пользовалась лимонным антисептиком) и ванили. Едва слышно охнула от крепко сжавшихся на талии рук и чуть не расплакалась, услышав тихое: "моя непоседа". Чуть отстранилась, внимательно всматриваясь в знакомое до боли лицо: низкий лоб, дугообразные светло-русые брови, зелёные большие глаза с мелкими морщинками в уголках внимательно рассматривающие меня в ответ, тонкий небольшой нос и тепло улыбающиеся красиво очерченные губы.
  - Дай и мне обнять нашу блудную дочь. - Папа мягко протиснулся между нами и крепко обнял.
  Я уткнулась ему в грудь, вдыхая запах машинного масла и различных химикатов и ингредиентов. Зажмурилась от удовольствия, расслабившись на мгновение, чувствуя себя в абсолютной безопасности в крепких, родных объятиях. И нехотя отступила на шаг, задирая голову (в отличие от низкорослых меня и мамы, папа был довольно высок и статен), несколько секунд тонула в тёплых синих глазах, пока меня мягко не подхватили невидимые руки и не понесли в сторону портала. Не успела я испугаться, а присутствующие насторожиться, как меня уже сжимали стальные объятия появившегося из портала деда.
  - Привет, тайфунчик, с тобой всё в порядке? - рассматривая меня на вытянутых руках, поинтересовался серьёзно самый лучший дедуля в мире.
  - Да, а почему ты спрашиваешь? - улыбаясь, спросила я.
  - Потому что замок стоит на месте, - хохотнув, приобнял за плечи дедушка, который был на целую голову выше отца, поэтому мне приходилось опираться головой на его руку сзади, чтобы шея не затекала, когда я смотрела на него. - Даже Повелитель жив и здоров. Вот я забеспокоился, всё ли с тобой хорошо.
  - Перестань. - Густо покраснев, как в детстве, когда меня дед мягко отчитывал за проделки, попросила я. - Лучше пойдём, познакомимся с правнуком, мужем и новыми родственниками.
  - С мужем я уже знаком, выбор одобряю, - подходя к стеснительно мнущимся около Дарика родителям, сказал дед Стефан, - а вот на счёт остальных родственников мы посмотрим.
  
  Глава 7 Бал
  
  На последнюю реплику все отреагировали нормально, хотя я очень переживала, что Измаил сочтёт эти шутливые слова оскорблением и выпишет обратный билет родным за дерзость. Но Повелитель оказался адекватным мужчиной и с неплохим чувством юмора. Да и ещё оказалось, что они были с дедом знакомы. Находились не в дружеских отношениях конечно, но знакомство их было дружеским.
  Мой сын лучился счастьем, скорее всего мои эмоции накрыли его, как цунами, с головой. Он сам бросился к жадно рассматривающим его дедушке и бабушке и начал обниматься, расспрашивать про ощущения при переходе через портал и про планету, откуда они прибыли.
  - Огонёк, может, дадим сначала твоим дедушке и бабушке пройти хотя бы в замок, переодеться, накормим, а уж потом можно будет и утолить твоё чрезмерное любопытство? - со смехом спросил Изар.
  - Конечно, - усаживаясь на широких плечах деда Стефана, как я когда-то в детстве, согласился ребёнок. - Пошли, дедуля Стефан, я покажу тебе твою спальню.
  И под громкое ржание "лошадки" они поскакали, куда направил свой указующий палец маленький наглец.
  Родители дружелюбно здоровались с Повелителем за руку, а Аурелию мама сразу же приняла в тёплые объятия, отчего тётушка чуть не прослезилась. И они сразу же нашли общие темы для разговоров, вспоминали о проделках маленьких Ланы и Изарчика и смеялись, словно две лучшие подружки.
  Мой отец сдержанно расспрашивал про обстановку во дворце, с мнимой холодностью узнавал, как меня принял его народ, хотя по смешливым искоркам в необычных глазах Повелителя демонов, этот манёвр отцу не удался. Да и не удивительно, ведь он сам наблюдал, как мы обнимались у открытого портала.
  Папа понял это и со смехом уже более расслабленно начал интересоваться событиями, связанными с нашим появлением во дворце. Мама с тётей Изара шли позади нас, дедушка Стефан с Дариком уже давно ускакали вперёд, ошарашив половину замка своим поведением. А мы с мужем шли позади отцов, улыбаясь, поглядывая друг на друга.
  Когда мы дошли до развилки, один из коридоров которой вёл в гостевые покои, Повелитель попрощался, сказав, что через четверть часа за нами придёт Говард, чтобы проводить на обед. Не успел Измаил покинуть нашу шумную компанию, как из приоткрытой двери одной их спален, подготовленных около наших покоев для моих родных, послышался восторженный голос сына.
  - Ух, ты! А можно я тоже попробую выстрелить из него.
  - Извините, - успела крикнуть я, стремительно убегая к ним.
  - Папа, я же просила, - простонала мама, спеша за мной следом.
  Дедушка Стефан часто давал мне всякие разные магические безделушки и серьёзные вещи, которые часто взрывались в руках или отключались в середине моего полёта на них. Конечно, дедуля всегда предотвращал падение или травмы, которые я могла бы получить, но рисковать своим сыном я не хотела.
  Все оставшиеся повернули с одинаково удивлённым выражением лица к оставшемуся члену семьи Мюррей. Андреас Мюррей, отец Ланы, лишь виновато пожал плечами и отодвигаясь от распахнутых чуть дальше дверей, куда стремительно убежала прекрасная половина его семейства, посоветовал:
  - Я бы на вашем месте отошёл ещё на пару шагов.
  Не успели отреагировать на эти слова оставшиеся встречающие, как прогремел взрыв, весь замок содрогнулся, но устоял, а из комнаты повалил бирюзовый дым.
  Изар и Аурелия, не сговариваясь, рванули в сторону покоев Стефана, где громко кашляли, приглушённо ругались и заливисто смеялись.
  Оставшись наедине с Повелителем демонов, отец Ланы обеспокоенно посмотрел на своего нового родственника, ожидая услышать, как минимум, приказ о возвращении неугомонной семейки обратно на их планету, а максимум о возвращении материальных убытков или же другом неприятном наказании. Но услышал лишь усталое, брошенное в потолок:
  - Жаль, что мне нельзя одобрять родственников моей невестки, ибо уже поздно. - И, посмотрев на сжавшегося свата, подмигнул и добавил: - Но одно радует, что скучно нам в ближайшие дни точно не будет.
  И, попрощавшись, направился по своим делам, даже не поинтересовавшись, что произошло. Зачем? Если ему через несколько минут всё донесут в мельчайших подробностях.
  Проводив задумчивым взглядом широкую спину Измаила ДарХаресса, Андреас Мюррей флегматично пожал плечами и направился к творившемуся за дверями, до сих пор скрытыми плотным дымом, безобразию.
  Войдя в огромное помещение, спешно проветриваемое с помощью магии мужем дочери, он увидел необыкновенную картину.
  Его светловолосая дочка с женой суетливо крутились вокруг хохочущего внука, пытаясь рассмотреть ожоги, порезы или другие возможные травмы от краскомёта, который был недавно создан, но ещё не прошёл проверки на прочность.
  Изар занимался очищением воздуха от бирюзового дыма (единственная оказавшаяся недоработка изобретения), некудышно пытаясь скрыть смех за кашлем, а Аурелия стояла недалеко от бирюзовой статуи и тихо посмеивалась вместе с Дариком.
  И когда его тесть успел уволочь только вчера разработанное устройство?
  Андреас давно хотел перекрасить амбар, где хранились его все изобретения, но так как помещение было огромным и практически забитым под завязку различным оборудованием покраска его стен с внутренней стороны была проблематична. С помощью магии можно было покрасить лишь все помещение и находившееся в нём оборудование целиком, а цвет некоторых изобретений должен оставаться неизменным.
  Ржавчина кислотного зелёного цвета, проевшая в углах помещения небольшие дыры, давно мозолила глаза, так что вопрос был давним и довольно-таки наболевшим. Но испытать краскомёт было некогда. Сначала неудачно взбесившийся комбайн, который должен был не только смешивать и измельчать продукты, но и самоочищаться после использования, нарушил все планы своим взрывом в процессе измельчения орехов и грубого тсерианского мяса. А потом была очередная нотация Стефана и совместная уборка лаборатории вручную, магию они оба использовать давно отказались. Затем сборы на планету Акума, занявшие половину дня. В итоге когда аппарат, похожий на пистолет глок, был готов, времени его проверить не было.
  На этот раз, к глубокому удовольствию Андреаса, краскомёт получился сразу, без дополнительных доработок, небольшая корректировка не в счёт. А самое главное, что проверку прошёл на "отлично", и никто, кроме самого воришки, не пострадал.
  Стефан Винчестер радовал всех присутствующих красивым бирюзовым цветом кожи и одежды.
  Когда воздух в помещении был очищен, а одежда Стефана приведена в порядок, в отличие кожи лица и рук (стойкая краска с кожи отказывалась уходить), все разместились в креслах и на ближайшем мягком диване.
  Выяснилось, что Стефану не понравился однотонный тёмно-красный цвет стен его покоев и ему захотелось перекрасить их в ярко-бирюзовый цвет, напоминающий ему о море, да и изобретение показалось на редкость удачным. Увидев пистолет в руках прадеда, Дар естественно захотел попробовать пострелять из него. И мечтавший о сыне, затем и внуке Стефан не смог отказать в этой малости долгожданному ребёнку мужского пола. Только он не успел посоветовать ему целиться в стены, а Дарик, выросший на Земле и видевший отрывки из боевиков, пока мама не замечала, выстрелил в единственного живого человека в комнате. Результат все видели и не таясь посмеивались.
  - Да, я хотел, чтобы Великий Повелитель демонов надолго запомнил о моём приезде. - Смущённо признался Стефан Винчестер. - Я знал о его цветовых предпочтениях, вот и решил немного подшутить, перекрасив стены своих покоев в бирюзовый цвет. Да ещё взял супер устойчивую краску, чтоб уж никакая магия не помогла её убрать.
  - Хорошая краска, - улыбаясь, похвалил Изар. - Только вот какая-то избирательная. С одежды-то она сошла, а с тела нет.
  - Так это ничего удивительного. Я ведь одежду всегда зачаровываю, когда в гости к внучке иду. Проверено опытом.
  Все посмотрели на меня, а я мгновенно залилась розовым цветом.
  Обед прошёл не в столовой, как предполагалось ранее, а в парке, куда мы так и не попали вчера.
  Не спеша прохаживаясь вдоль низких нежно-зелёных кустарников, обрамляющих многочисленные дорожки из терракотового камня, мы наслаждались жаркими лучами местного солнца, скользя взглядом по фигурно посаженным разноцветным цветам, вылавливая то тут, то там сияющие бриллиантовые брызги миллионов капелек воды из резных скульптурных фонтанов, разбросанных по всему парку.
  Дарик, с позволения Измаила, давно бегал по изумрудному газону (вполне обычная трава) и руками пытался поймать разноцветных бабочек, порхающих с цветка на цветок.
  Мы разместились в самом центре парка, в большой прямоугольной беседке за уже накрытым столом.
  Повелитель демонов уже ждал нас в своём любимом кресле с высокой спинкой, поставленном напротив входа в беседку. Видимо во избежание повторения случая за завтраком. Злопамятный однако же.
  К чести Измаила, он не стал хохотать над необычным цветом кожи моего дедушки, даже спрашивать о причинах столь разительной перемены не спешил. Просто улыбнулся на мгновение кончиками губ и вежливо поинтересовался:
  - Я могу тебе чем-нибудь помочь?
  - Не думаю. - Холодно ответил дедушка.
  Сам обед прошёл вполне мирно и дружелюбно.
  Сначала поели женщины, как тут принято, а затем уже мужчины. Странные традиции, но никто из мужчин, сидящих за столом, не был против них. Мне и маме было неуютно сначала, даже кусок в горло не лез и мы с ней пытались уговорить мужчин отложить традиции и пообедать по-семейному, но дедушка Стефан лишь цыкнул на нас, сказав, что мы должно чтить и уважать законы и традиции той планеты, где находимся. И мы с мамой сразу сдулись. Заметив, что Аурелия вполне спокойно поглощает содержимое своей тарелки, не терзаясь моральными вопросами, мы решили, что и нам не стоит.
  - Они очень хитрые. - Высказала своё предположение Аурелия, окуная руку в прохладную прозрачную воду фонтана. - Сначала проверят еду на женщинах, потом спровадят наевшихся прекрасных половинок погулять, а сама обсудят за едой проблемы, накопившиеся в процессе дня. А мнение женщин не в счёт.
  Я медленно обходила по кругу и внимательно рассматривала самый большой фонтан в парке. Скульптуры четырёх Стихий в человеческом обличье, выполненные из белого с голубыми прожилками мрамора, поражали своей красотой и живостью.
  Несмотря на то, что выполнены они были из монолитного камня, в воображении сами прорисовывались краски, делая их настоящими. Это была какая-то магия.
  Трое мужчин и одна женщина.
  Один был могучий, широкоплечий, с небольшим животиком, с густыми кустистыми бровями и небольшой бородой. В сложенных лодочкой ладонях росла крупная кустистая роза, иногда казалось, что до меня доносится её яркий и в тоже время нежный аромат. Маленькие глаза смотрели добродушно и весело, хотя полные губы были поджаты. Он олицетворял собой добротную Землю.
  По правую руку от него стоял мужественный подтянутый атлет, как две капли похожий на Повелителя демонов, только рогов не хватает. Вся его поза говорила о самоуверенности, вспыльчивости, порывистости, отваге, мужестве и воинственности. Сложенные на груди руки, строгий взгляд чёрных, как бездна, глаз, обращённых в душу, чётко очерченные губы, сложенные в едкой ухмылке, широко расставленные ноги. На мгновение показалось, что от него веет таким жаром, что подойди чуть ближе и тебе опалит ресницы и волосы спереди. Огонь в самом своём сильном проявлении.
  Дальше стоял тонкий гибкий парень. Казалось, он только вошёл в пору своей беспечной юности. Легкомысленный взгляд, лукавая улыбка, озорной блеск в небесно-голубых глазах, светлые кудри, растормошённые рукой в разные стороны. Он чуть склонился в гибком небольшом поклоне, шутливо приветствуя каждого, кто стоит напротив. Такой же гибкий, легкомысленный, весёлый, до поры до времени, ветерок-Воздух, под обманчивой внешностью которого в любое мгновение может проступить разгневанный мужчина.
  И последняя, но не по силе (хотя демоны со мной не согласятся), хрупкая, гибкая девушка. Томная улыбка, волоокие глаза с мечтательной дымкой, гладкие волосы, волной спускающиеся до талии, протянутая навстречу рука, так и просящая доверчиво вложить в неё свою ладонь. Вода. Демоны считают, что эта самая слабая стихия. И отмеченные богиней демоны и полукровки часто такие же мягкие и приветливые личности, обладающие творческими способностями.
  И такое спокойствие от этой фигуры повеяло, такая благодать, что я не удержалась и, поднявшись на бортик фонтана, протянула руку и с улыбкой вложила свою кисть в её хрупкую протянутую ладошку. Как только моя рука полностью легла на мраморную, тёплую, словно живую, ладонь, меня окутала такая материнская нежность, будто я вновь стала маленьким грудничком, бережно укачиваемым на ласковых маминых руках.
   Мне даже показалось, что я услышала нежный, тихий голос мамы, поющей мне колыбельную.
   Мир подёрнулся дымкой, где-то слышался гомон взволнованных голосов, но доносился до меня, словно из-за толстого стекла. Вокруг никого не осталось, только хрупкая девушка, с чёрными уходящими в синеву волосами, с любопытством рассматривала меня с головы до ног, но всё ещё крепко держа меня за руку.
   - Кто ты? - спросила я, и звук моего голоса колокольчиком отразился от стен пещеры, украшенных всевозможными драгоценными камнями, сверкающими в полумраке, словно находились под солнечными лучами. - И как мы тут оказались?
   - А ты как думаешь? - внимательно за мной наблюдая, спросила в ответ девушка. Полупрозрачная бирюзовая туника, доходящая до середины бедра, ничуть не скрывала ладной фигурки незнакомки.
   - Мама, - немного подумав и прислушавшись к своим ощущениям, ответила я на первый вопрос.
   Мой ответ удивил не только меня саму, но и незнакомку. Она тепло улыбнулась и, кивнув, подтвердила:
   - Ты угадала, я - Мать всего живого во всех мирах.
   - А где мы находимся? - спросила я и тут же приглушённо охнула, так как сейчас мы находились наверху плоского камня, находящегося у самого края посередине водопада. Бурлящие потоки с оглушительным шумом, обтекали наше каменное прибежище, и с радостным рёвом падали вниз, собираясь в белые сливочные барашки, превращаясь в белую завесу тумана, растворяясь в лазурной глади далее.
   Влажный воздух наполнил лёгкие, мокрой завесой накрыл всё тело, заставляя передёргивать плечами от щекотных мурашек.
   - Когда? - держа меня крепко за руку, наверное, чтобы я не свалилась вниз со скользкого камня, спросила Мать.
   - Сейчас, - ответила я, оторвав восторженный взгляд от громко бурлящей внизу воды, недоумённо посмотрела на девушку.
   - Разве ты не видишь? - изогнув идеально чёрно-синюю бровь, удивилась Мать.
   - Вижу, что у водопада, - произнесла я и осеклась, ошеломлённо оглядывая огромный апельсиновый шар, заходящий в спокойную, умиротворённую гладь бесконечного тёмного сейчас моря.
  - Ты уверена? - смеясь, спросила не отрывающую взгляда от завораживающего зрелища меня. Я уже боялась отрывать глаза, от новой окружающей меня реальности, справедливо опасаясь, что тут же окажусь где-нибудь в другом месте. Хотя честно признаться, меня не слишком расстраивала мгновенная смена окружающей среды, ведь всё было настолько прекрасно, что казалось лишь сказочным сном. Да и этот странный диалог выглядел не совсем реальным.
  Эта мысль заставила нахмуриться и оторваться от наблюдения за закатом у моря.
  - Так где находится моё тело в данный момент? - конкретизировала я свой вопрос.
  В волооких ярко-синих глазах мелькнула искорка гордости и одобрения, но я опять получила не тот ответ, на который рассчитывала.
  - Запомни, девочка, у каждого есть выбор. Постарайся сделать правильный.
  Не успела я ответить или что-то спросить, как она подошла ко мне и легко и нежно коснулась моего лба мимолётным поцелуем, от которого закружилась голова. И я начала стремительно падать в темноту.
  В себя приходила медленно, словно нехотя выплывая из сладкого сна. Отстранёно смотрела на руку, все ещё держащую Стихию за мраморную тёплую ладошку. От ладони статуи ко мне едва касаясь струилась водяная голубая спиралька, точно живая змейка, ласково обвивая всем прохладным тельцем мою руку до локтя. А вторая ладонь касалась чего-то бархатистого, горячего и жутко приятного на ощупь. Мои пальчики легко пробежались по немного ребристой поверхности, скользя то вверх, то вниз. От этих незатейливых движений по телу проходили волны жара, изредка уступая место торопливым жутко спешащим мурашкам.
  Сзади послышался сдавленный стон, а моё пребывание в полусне, полуяви прервал осторожный вопрос родительницы:
  - Милая, ты уже пришла в себя?
  Удивлённо повернула голову влево, посмотрев на взволнованных родных, стоящих от фонтана в пяти шагах.
  - Да, а что случилось? - не отпуская рук, спросила недоумённо я.
  - Любимая, - это уже муж, не отводя обеспокоенного взгляда, сделал шаг вперёд, - ты только не делай резких движений.
  - Что? - не поняла я, резко опустив вниз ладонь, что держала ребристое, бархатистое, горячее нечто в правой руке.
  - Я скоро не выдержу, - простонали рыча сзади. Невольно удивилась, что рыком можно стонать. Хотела уже повернуть голову, чтобы увидеть, кто же такой виртуоз, но мне не дали.
  - Лана! - слаженно воскликнули родные в один голос. - Не двигайся!
  Нахмурилась и с укором посмотрела на испуганные лица родных.
  - Ну, что вы кричите. Сына мне напугали.
  - Мама, отпусти, пожалуйста, дедушку, а то ему очень плохо. - Удерживаемый мужем взволнованно попросил сын.
  Медленно повернула голову вправо и чуть не запрыгнула в фонтан на статуи.
  Передо мной стоял Древний в своей боевой ипостаси и горел, в прямом и переносном смысле слова, а я все ещё крепко держала его за один изогнутый назад рог, увеличившийся до полуметра. И не смотря на огонь, который обтекал его раздавшуюся и увеличившуюся в росте фигуру, словно облитое карамелью яблоко, меня пробрала ледяная дрожь от горящего голодного желания в полыхавших лавовых глазах. Зрачка в этом жидком огне белков видно не было.
  - Любимая, - медленно произнёс муж, - теперь медленно, без резких движений, разожми руку и отступи тоже плавно и очень медленно назад в фонтан.
  Я осторожно, затаив дыхание, разжала по одному пальцу свою руку и медленно отняла руку от бархатистого рога, который так и манил к себе прикоснуться ещё хотя бы разок. Но я подавила в себе это суицидальное желания и, как советовал муж, не спеша сделал шаг назад, не поворачиваясь спиной к возбуждённому демону и не отрывая испуганного взгляда от его тяжело дышащей фигуры.
  Но я, как обычно, не смогла аккуратно спуститься в прохладные воды фонтана, нога поскользнулась на влажном бортике и я начала падать назад.
  В следующее мгновение произошло сразу несколько событий сразу, я видела всё в мельчайших деталях, словно воздух уплотнился, и все начали двигаться в замедленной съёмке.
  Вот возбуждённый рычащий демон рванул ко мне, словно моё падение послужило сигналом для действий. Краем глаза заметила, что мама и Аурелия, перехватив моего испуганного сына под руки, развернулись и бегом направились к выходу из парка. Отец и дедушка Стефан стали плести атакующие заклинания, взмахами своих рук только мешая друг другу закончить плетение. Изар, выдохнув сквозь зубы: "Твою ж мать!", резко побежал ко мне, явно не успевая защитить меня от своего отца.
  - Вот чёрт! - выдохнула я, закрываясь, будто щитом, руками, скрещёнными перед лицом.
  Это оказалось моим спасением и несчастьем Повелителя демонов.
  При взмахе с левой руки водяная змейка вместо того, чтобы просто стечь или исчезнуть, слетела с руки и полетела прямо в лицо взбудораженного несущегося демона в боевой ипостаси. И угодила прямо в лоб, точно между внушительных рогов, тем самым затормозив бегущего на меня Повелителя демонов. Он встал, словно вкопанный, вытянулся по струнке, удивлённо посмотрел на меня обычными своими черными с красным зрачком глазами и, закатив глаза, рухнул на спину.
  - Убила, - прошептала я, с ужасом смотря на неподвижного Измаила ДарХаресса.
  - Думаешь? - спокойно переспросил добежавший Изар, на всякий случай, задвигая меня к себе за спину.
  - О, Вселенная, - вместо ответа простонала я, показалось, он даже не дышит.
  - Не паникуй, - оборвал меня супруг, впрочем, не спеша к отцу, чтобы проверить, жив он или уже присоединился к его матери.
  Выглянув из-за широкой спины супруга, я с некоторым облегчением увидела, что около Повелителя суетятся дедушка и отец. Но расслабляться не спешила, уже представляя себе масштабы катастрофы. Ведь если я причинила вред Повелителю, меня ждёт местная, приветливая тюремная камера или, что ещё хуже, пыточная. А если я убила правителя Акумы, то и смертная казнь.
  - Он жив, - крикнул дедушка Стефан. - Изар, зови целителей.
  Я гулко выдохнула, даже не заметила, как задержала дыхание и, пошатнувшись от головокружения, оперлась на спину мужа двумя руками.
  - Ты в порядке? - взволнованно спросил Изар, выводя в воздухе какой-то знак. Наверное, вызывал целителей. И, повернувшись ко мне лицом, быстро осмотрел с ног до головы.
  Я неуверенно кивнула, голова продолжала кружиться то ли от недостатка кислорода, то ли от запоздалого страха за свою жизнь и честь, то ли от вариантов будущего наказания, любезно представляемых богатой фантазией.
  Не дождавшись от меня вразумительного ответа, он подхватил меня на руки и, не обращая внимания на стекающую воду с моего подола, направился к испуганно выглядывающим из дальних кустов женщинам.
  Мама и тётушка мужа не спешили к нам навстречу. Взволнованно что-то говорили друг другу, сын, увернувшись от потерявших бдительность взявших на себя роль нянек родственниц (у Анны был сегодня выходной) и стрелой подбежал к нам.
  Изар опустил меня на ноги, а Дарик, обняв меня за талию, испуганно спросил:
  - Мама, мы улетаем отсюда?
  - Нет, огонёк, - ответил за меня муж, мягко улыбнувшись, - просто мама и дедушка Измаил сейчас пойдут к целителям, а потом, уверившись, что с ними всё в порядке, мы все вместе пойдём готовиться к балу.
  К моему счастью, Повелитель не пострадал, лишь около часа провалялся в беспамятстве в своей спальне под бдительным присмотром целителей и недовольным приглядом Масиса.
  Как объяснил мне Изар позднее, то коснувшись руки Стихии Воды, я вошла в некий транс. Измаил, обернувшись на взволнованную просьбу моей мамы ответить и увидев меня в таком положении, громко воскликнул, чтобы меня никто не трогал и не приближался. Так как в моём состоянии при любом неосторожном касании, я могла либо совсем уйти за грань, либо могла сработать защита Стихии, и любого, коснувшегося меня, убило бы насмерть. Стихии не любят, когда им мешают разговаривать с избранными ими личностями.
  Во избежание моего падения, Повелитель, как самый сильный на этой планете маг, страховал меня, находясь сзади и, на всякий случай, перейдя в боевую ипостась. И никто не ожидал, что я, будучи ещё в не сознания, схвачусь за одну из эрогенных и интимных частей тела демона - а, именно, рога, точнее один из них.
  Поскольку прерывать процесс "общения" со Стихией прерывать нельзя, то Повелитель демонов стоически терпел мои наглые поползновения.
  И в тот момент, когда правитель Акумы практически потерял над собой контроль от возбуждения, я начала медленно приходить в себя. Так как по своей натуре демоны - хищники и любое резкое движение могло интерпретироваться им как сигналом к наступлению, то мне следовало плавно и медленно отпустить эрогенный орган и отойти от возбуждённого Повелителя, находящегося на грани срыва. Но мне, как обычно, не повезло.
  Поэтому когда Изар бежал ко мне, пытаясь успеть первым, но прекрасно осознавая, что не успевает, он уже прикидывал какими приёмами будет бить отца, оттаскивая того от меня и пытаться при этом остаться в живых.
  Но хоть на этот раз мне повезло. Магическая струйка, наполненная чистой силой Стихии Воды, смогла не только остановить древнего демона, но и резко вернуть ему нормальный вид. Из-за этой резкости и принуждённого оборота, Измаил и провалялся в беспамятстве около часа.
  Именно, исходя из пережитых эмоций за те несколько секунд, что превратились для моего любимого мужчины в вечность, он не спешил на помощь к своему отцу и хладнокровно интересовался его здоровьем. А вот моё физическое и психическое благополучие безумно волновало его.
  До самого бала я не смогла увидеться с Измаилом и попросить прощение за то, что трогала его рог и отправила его в нокаут, пусть и не специально.
  
  
***
  
  - Послушай моего совета: отмени обязательный танец Повелителей, - в который раз за последние полчаса просил Стефан Винчестер, в неформальной обстановке переходя на "ты". - Иначе хуже будет.
  - Да, ладно тебе преувеличивать, - отмахнулся весело Измаил ДарХаресс. - Твоя внучка не такое бедствие, как ты её описываешь.
  - Она намного хуже, - тихо прошептал маг, посмотрев в окно. И заметив ироничную улыбку, добавил: - На своём первом и последнем выпускном балу она спалила здание университета дотла.
  - Не может быть, - охнул впечатлительный советник, что молчаливо присутствовал при разговоре.
  Стефан Винчестер кивнул без тени улыбки и, тяжело вздохнув, откинулся на спинку кресла, в котором сидел.
  - Я думаю, что это просто стечение обстоятельств. - Неверяще покачал головой Повелитель, сидящей в своём кресле за столом напротив старого друга и верного советника, в его кабинете, служившем ещё и малой столовой, где не так давно он завтракал со своей пополнившейся семьёй. - Просто девочке слишком часто не везёт.
  - Простите, Повелитель, - вкрадчиво прошипел Масис, - но, мне кажется, наоборот, ей очень даже везёт, так как она выходит из неприятных "стечений обстоятельств" лишь с лёгким испугом.
  - Вот послушал бы своего советника, - одобрительно взглянул на змеелюда бирюзоволицый Стефан.
  - Возможно, вы правы. - Вроде бы согласился с ними Измаил, отпив из бокала янтарную жидкость. И тут же непримиримо произнёс: - Но всё же балу, как и танцу Повелителей, быть. Это древняя традиция.
  - Ты что из-за удара в лоб здравомыслия лишился? - вспылил маг, подаваясь всем телом к столу и Повелителю. - Хочешь ещё и замка лишиться?
  Измаил ДарХаресс неосознанно потёр лоб, куда попала водяная змейка силы, и отмахнулся от своих собеседников фразой:
  - Зато будет повод провести долгожданный ремонт. А то всё никак руки не доходят.
  - Ну, я тебя предупреждал, - раздосадовано откинулся на спинку кресла дедушка Повелительницы.
  А советник решил обезопасить торжественный зал, в котором проходили балы, несколькими противоударными и противопожарными заклинаниями. И, оценив хмурый вид старого мага, подумал, что стоит посоветоваться с умудрённым опытом человеком, чтобы просчитать все возможные последствия готовящегося мероприятия и присутствия на нём Повелительницы.
  
  
***
  
  Время до бала пролетело незаметно. Я, Аурелия, мама и Элис просматривали наряды, что привезла с собой мама. На замечание горничной о том, что на бал следует приходить в церемониальном наряде, я заявила, что как Повелительница - сама вправе выбирать, в чём и как мне ходить. Под вызывающим взглядом и напором трёх блондинок ей пришлось сдаться.
  После примерки около десятка платьев разного фасона и расцветок, я остановилась на красивом шифоновом платье в пол, мама выбрала нежное персиковое, а тётушка мужа - ярко-алое платье с глубоким декольте.
  Наскоро перекусив в нашей с Изаром гостиной, мы начали собираться. Сначала было время для ванны, масок для лица, тела и волос, а затем уже мы с помощью Элис облачились в свои шикарные платья.
  - Надо признать, что вы выглядите просто умопомрачительно красивой в этом платье, даже лучше, чем в церемониальном наряде, - с придыханием восхищённо заявила горничная, когда увидела меня в выбранном мною платье с причёской и макияжем. - Хочется искренне поклоняться вам, как Повелительнице, а не по принуждению, как выбранную пару Наследника.
  - Да я и не желаю поклонений, - поморщилась я, но тут же довольно улыбнулась. Всё же было приятно это слышать.
  Я подошла к освободившемуся зеркалу и залюбовалась платьем.
  В позолоченной оправе старинного зеркала на меня смотрела хрупкая, утончённая блондинка в лёгком платье глубокого синего оттенка, делая мои глаза более насыщенного тёмно-синего цвета. Чёрный бархатный лиф платья, плотно облегающий всё ещё высокую грудь, заканчивался широкой перекрученной петлёй на шее. Широкий пояс под грудью украшали крупные сапфиры и небольшие бриллианты, далее синяя шифоновая юбка стекала, словно потоки живой воды, вниз, до самого пола и небольшой лужицей покоилась у моих босых ступней. Как я не пыталась отказаться от каблуков, фасон платья не предполагал иного. Но я настояла на невысоком каблуке, позволяющем ходить без опасений для себя и окружающих и не наступать на подол наряда.
  Элис принесла бриллиантовый гарнитур рода ДарХаресс, который состоял из кружевной диадемы, небольших звёздочек-серёжек и паутинки-колье с вкраплениями средней величины сапфиров. Подняв мои пшеничные волосы в высокую причёску и, разбавив её бриллиантовыми звёздочками в тон к гарнитуру, Элис сделала из меня статную, уверенную в себе женщину - настоящую правительницу.
  Увидев меня выходящей из спальни, где шли последние приготовления, Изар застыл столбом, даже задержал дыхание от восхищения.
  В его карих, таких любимых глазах, отразилась будоражащая смесь разнообразных чувств: восхищение, неверие, сомнение, узнавание и безумная нежность, заставившая сердце забиться в два раза быстрее от счастья.
  Сын, опьяневший от моих эмоций, опасно покачнулся вперёд и сказал заплетающимся языком:
  - Какая же ты красивая, мамочка. Я даже не сразу узнал тебя.
  - Я тоже, - обернувшись к Дарику, нахмурился муж. - Что с тобой?
  - Он просто пьян от счастья Ланы, - пояснил проницательный дедушка Стефан, радуя всех пусть и посветлевшей, но ещё бирюзовой кожей лица и рук. - Думаю, что ему лучше остаться в своей комнате.
  Я расстроилась, но не успела что-либо сказать, лучший в мире дедушка продолжил:
  - Я останусь с ним. Посмотрим видеовизор, почитаем книги, поиграем.
  - Нет, - одновременно воскликнули я, Изар и мама, вспомнив, как недавно они играли с краскомётом.
  - Ладно, так и быть. - Угадав, о чём мы думаем, протянул старый хитрец, - можете приставить к нам вашу надсмотрщицу-няню. Пусть за нами присмотрит.
  Взволнованно посмотрев на пьяного ребёнка, потом на раздумывающего мужа, я согласилась. Неизвестно что может случиться на балу. В последний раз был сильный пожар, который никто не смог затушить, пока здание университета не сгорела дотла.
  - Хорошо. - Посмотрев строго на улыбающегося дедушку, согласилась я, но сразу же выдвинула условие: - Только дай слово, что никаких экспериментов и "интересных" историй.
  Потому что я прекрасно знала, что после таких историй бывают самые разнообразные, безумные и травмоопасные игры.
  И дедушка Стефан, пусть и нехотя, но дал магическое слово, а я со спокойной душой отправилась вместе с мужем в бальный зал. Родители и Аурелия ушли раньше нас, чтобы присоединиться к гостям. Нам же предстоял торжественный выход.
  - Милая, прежде чем мы окунёмся в торжественный водоворот, хочу тебе кое о чём рассказать, - поведал мне на ухо муж перед закрытыми резными дверями перламутрового цвета.
  Я ещё какое-то время рассматривала двери, так разительно отличающиеся по цвету от основной цветовой гаммы всего замка, что не сразу уловила суть произнесённой фразы. Нет, конечно, в гостевых покоях были разные расцветки мебели и окружающих предметов обихода, но в общих торжественных залах в основном преобладал красный и чёрный цвет в разных вариациях. Поэтому увидев столь нежный приятный цвет двери, я немного зависла.
  - Ты собрался сейчас плавать? - недоуменно уточнила я у супруга.
  - Нет, я говорю, что хочу предупредить тебя о сюрпризе. - Нервно дёрнув плечом, пояснил Изар.
  - Ты же знаешь, что я не люблю сюрпризы, - нахмурилась я.
  - Знаю, но с этим сюрпризом я ничего не смог сделать. - Зло выдохнул Наследник и ревниво притянул меня к себе ближе.
  - Значит, он неприятный и меня не порадует. - Сделала выводы я.
  - Боюсь, что, наоборот, очень порадует и ты, забыв о своём статусе, кинешься с ним обниматься, - сквозь зубы произнёс супруг.
  - Ты сейчас своими загадками испортишь всем бал. - Предупредила я, начиная злиться от ревнивых ноток в голосе и от необоснованных намёков в моей несдержанности. - Я сейчас развернусь и уйду, а ты сам будешь объяснять, почему Повелительница не посетила торжественное мероприятие.
  - Он не оставил мне выбора, приехав без приглашения. А выгонять мне его было некогда. Подгадал гад время, когда все были заняты и явился прямо перед торжеством. - Крепче сжимая руки на моей талии, бормотал нервно муж, словно пытаясь в чём-то оправдаться. - Сказал, что лучше они к нам, чем мы к ним. Мол, они не переживут нашего повторного визита на их планету.
  - Ты что бредишь? - уже взволнованно посмотрела я в глаза мужа, в которых начало разгораться пламя ярости. - Кто и что тебе сказал, объясни нормально!
  - Келер, мать его! - рыкнул муж.
  - Келер и его мать? - с испугом переспросила я, освобождаясь от объятий мужа, который уже не замечал вытянувшиеся когти, которые царапали камни на поясе. - Зачем Рагная прилетела?
  - Да, нет, - пытаясь успокоиться, глубоко выдохнул муж, потом продолжил: - Рагнаи здесь нет. Только Келер и Мелори. Точнее Хранительница Мелори и её первый и единственный пока супруг Келер.
  - Это же хорошо! - воскликнула с облегчением я. На что муж ревниво зарычал. И я поспешила добавить: - Хорошо, что они к нам приехали, хоть какие-то знакомые лица будет на празднике. Но знаешь, я думала, что мы слетаем на Шриам и посмотрим, как там все изменилось.
  - Вот этого он и боялся. - Успокаиваясь и повеселев, сказал Изар. - Поэтому сам припёрся. - И, посерьёзнев, приказал: - Я хочу, чтобы ты с ним не обнималась, тем более на виду у всего высшего света, не подходила без меня или отца в сопровождении и не принимала приглашение на танец!
  - Во-первых, танцевать я не собиралась, кроме этого принудительно-обязательного танца Повелителей. - И то до последнего надеюсь, что Измаил образумиться и не станет настаивать на исполнении всех традиций демонов. - Во-вторых, ты не вправе что-то мне приказывать, хоть и муж. Я думала, что у нас равноправные отношения, и каждый в паре может попросить, а не потребовать каких-то определённых действий или бездействия со стороны другого. - Укоризненно посмотрела на поджавшего губы виноватого мужа.
  - В-третьих, обниматься на глазах у всех я бы не стала, даже если бы ты не требовал этого. Всё-таки я умная и достаточно образованная девушка, чтобы понимать, что мы не в дружеской компании, а на светском приёме. И пусть по статусу мы практически равны, но падать в объятия другого мужчины - не приемлемо.
  - Прости, - успел прошептать муж, перед тем как Говард огласил наши статусы и имена.
  - Позже договорим, - прошипела я, натягивая милую улыбку на лицо.
  Двери открылись, и нас ослепил свет и оглушил шквал аплодисментов. Пережидая пару секунд в дверях, когда восстановятся органы зрения и слуха, мы медленно двинулись вперёд, где в середине поистине огромного зала стоял живой и невредимый Повелитель демонов.
  Пока шли, я рассматривала убранства помещения. Оно было отделано в перламутровых тонах. Начищенный до зеркального блеска глянцевый каменный пол, переливался в свете магических ламп, как внутренняя высохшая сторона устрицы под яркими лучами солнца. Мраморные жемчужные колонны, поддерживающие свод и увитые настоящими вьющимися бутонами роз нежного розового цвета, источающими приятный аромат. Они росли в небольших горшках, скрывающихся за колоннами, чтобы не было заметно и чтобы не мешались под ногами гостей. Впрочем, кроме колонн и перламутровых стен в зале больше ничего и не было. Напротив дверей, в которые мы вошли, за многочисленными спинами подданных виделись открытые резные двери, что, наверное, вели в зал с напитками и лёгкой закуской.
  Гости прохаживались по залу с бокалами в руках под звуки живой музыки, что лилась по всему помещению с балкона, находившегося прямо над дверью, в которую мы вошли.
  Я взглядом нашла родителей, смотрящих на меня с любовью, нежностью и гордостью, тётя мужа была рядом с Измаилом и о чём-то тихо с ним переговаривалась, а Келер и Мелори нашлись неподалёку от них. Хмурое лицо блондина озарила обаятельная улыбка, когда он встретился со мной взглядом, и он уже было дёрнулся в нашу сторону, но новая Хранительница Шриама удержала его от необдуманного поступка. Я тепло им улыбнулась и благодарно кивнула Мелори.
  Звуки голосов и музыки начали стихать и совсем исчезли, когда муж вложил мою ладонь в горячую руку Повелителя.
  - Танец Повелителей! - громко оповестил Говард. И все гости спешно отошли к стенам, расчищая нам место для танца.
  Мы встали напротив друг друга. За сам танец я не переживала, пока мы летели на Акуму, Изар разучил его до автоматизма. Вот только добрый Стремительный не только убирал из помещения, где мы тренировались, всю мебель, но и полы делал не такими гладкими.
  Я непроизвольно сглотнула, посмотрев на зеркальную поверхность под ногами.
  - Может, отменим? - тихо поинтересовалась я, впрочем, не особо надеясь на положительный ответ.
  - Боюсь, мне придётся тебя разочаровать, - проследив за моим испуганным взглядом, ответил партнёр по танцу. - Но отменить я его не могу, да и не хочу. Когда мне ещё представиться возможность потанцевать с такой очаровательной нежной девушкой?! - И, поправив полы своего чёрного, как и вся остальная часть одежды, пиджака, он с сожалением добавил: - И мне очень жаль, но я не смогу подстраховать тебя магией, как в тронном зале. Мой резерв, увы, пуст, не без твоей помощи, конечно.
  Я покраснела от стыда, вспомнив, что случилось в парке.
  - Прости. - Пролепетала я, мечтая провалиться сквозь землю. И, посмотрев на лоб Повелителя в поисках шишки или другого доказательства своих рук, ничего не увидела. - Как ты?
  - Нормально. - Веселясь, наблюдал за моей реакцией Повелитель. - Ты только больше не трогай рога демона, а то муж у тебя очень ревнивый, драки не избежать.
  - Я не специально! - чуть повысив голос, возмутилась я.
  - Знаю-знаю. - Хохотнул Измаил, выставляя передо мной руки ладонями вперёд. И тут же, став серьёзным, добавил резко: - Если бы это было не так, то я бы тут же, не задумываясь, сделал сына вдовцом.
  Прозвучало так угрожающе, что я нервно сглотнула и втянула голову в плечи. Потом, опомнившись, с укором и вызовом посмотрела на партнёра. Я ничего предосудительного не успела сделать, а мне уже угрожают. Ну, что же, если я сейчас отдавлю пальцы на ногах этого мужчины, то не особо и расстроюсь. И, стушевалась, увидев понимающую улыбку на губах собеседника.
  Зазвучала мелодия, как только Повелитель жестом приказал начинать.
  А дальше получилось всё как всегда. И я на все сто убедилась, что моё невезение снова вернулось.
  Зазвучали первый аккорды, и мы склонились друг другу: я в реверансе, мужчина, стоящий напротив в поклоне.
  Я медленно поднялась, он шагнул навстречу. Моя левая рука птицей вспорхнула с тканью юбки платья в сторону, правая ладонь упала в объятия мужской руки. Сильная, горячая даже сквозь одежду, мужская вторая рука плавно легла на мою талию и чуть сжала её.
  И немного отставив локти в стороны, мы начали вальсировать. Медленно кружась по залу, я отсчитывала в уме такты. Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три. Поворот. И руки размыкаются, чтобы мы, пройдясь по дуге, зеркальным отражением друг друга, вновь соединили их, но уже тыльной стороной.
  Теперь в моей левой руке нежная ткань платья, а правая тыльной стороной соприкасается с рукой Повелителя. Медленный разворот по кругу и пристальный взгляд глаза в глаза, дыхание двоих смешивается, так близко мы находимся.
  Опять расходимся, делая полукруг и не отрывая взгляда. Сходимся, чтобы вновь закружиться по залу. Повсюду слышатся восхищённые вздохи и завистливые шёпотки.
  Измаил отрывает ладонь от моей талии, и я медленно кружусь вокруг своей оси, не отпуская ладони от руки партнёра. И вновь я в его объятиях кружусь под чарующую мелодию. Полы моего платья, будто трепетные крылья синей бабочки, сопровождают каждое наше движение.
  И вновь руки, соприкасающиеся тыльной стороной, неотрывный вызывающий взгляд глаза в глаза и новый виток мелодии, а мы меняем руки, двигаясь уже в другую сторону.
  Было так легко и спокойно, что я расслабилась в уверенных руках партнёра по танцу. И уже в душе праздновала победу над своей неуклюжестью, но музыка заиграла быстрее.
  А Повелитель демонов закружил со мной по зале намного быстрее. В один из моментов, кружа меня вокруг собственной оси, мы ближе придвинулись к зрителям. Я по танцу должна была закончить эту серию упражнений, приседая в лёгком реверансе. Но, видимо, пришёл конец моей удаче.
  Каблук заскользил по гладкой поверхности, и я начала приседать гораздо глубже запланированного. Скользила до тех пор, пока каблук не упёрся в чью-то ногу. Обладатель конечности не ожидал такого и пошатнулся, облив свой идеальный костюм. И, судя по стону, удар вышел ещё и болезненным.
  Повернувшись в сторону жертвы моей невезучести, увидела красивого рогатого блондина с яркими синими глазами. Не успела я извиниться, как под звуки продолжающейся мелодии была уже рывком поднята на ноги и уведена дальше по залу.
  Хотела было возмутиться, как меня снова закружили в быстром темпе, теперь уже не отрывая руки от талии. А добравшись до противоположной стене зрителей, резко отпустили, не отпуская руки.
  От неожиданности и по инерции моя свободная рука взметнулась и наотмашь залепила кому-то звонкую пощёчину. Оглянувшись, увидела удивлённого Келера, прижимающего руку к горящей щеке и с немым вопросом в глазах "за что?" смотревшего на меня.
  - Прости, - пропищала я, уже увлекаемая в танце в центр зала.
  Мелодия продолжалась в быстром темпе, и мы метались из одной стороны в другую, опасно приближаясь к зрителям. В один из таких моментов мы снова приблизились уже к другой стене зрителей и раскрутивший меня Измаил, резко наклонился всем корпусом вперёд, заставляя и меня прогибаться к полу. При этом моя макушка задела что-то очень твёрдое. Послышался глухой стон и невнятное шипение сквозь зубы, а у меня в глазах вспыхнули звёзды от удара.
  Когда Измаил привёл меня в вертикальное положение и чёрные точки перед глазами исчезли, я повернула голову, чтобы узнать обо что же такое каменное я ударилась. Ничуть не удивилась бы, узнав, что это была одна из колонн.
  Этим оказался нос одного из званых гостей, который сейчас всё ещё кровоточил. Рыжеволосый демон с тёмно-красными маленькими рожкам и не читаемым лицом смотрел в нашу сторону. Но как бы он не старался, я увидела искорки злости и ярости в его серо-зелёных глазах, когда удостоверившись, что я в порядке, Измаил продолжил этот нескончаемый танец.
  "Ну, неужели, нельзя быть осторожнее?" - подумала я, смотря в необычные глаза веселящегося демона.
  - Можно, - прошептал на ухо Измаил, когда мы вновь сошлись руками, делая круг. - Только стоило этих мужчин наказать.
  "Наказать? Мной?" - мысленно воскликнула я.
  - За что? - изумилась уже вслух, поменяв руку и плавно шагая в другую сторону, благо ритм с быстрого темпа вновь стал медленным. Совершенно забыла, что Измаил читает мысли всех присутствующих.
  - Блондин, - начал пояснять Повелитель, - Ирас Тхар, слишком уж откровенно раздевал тебя глазами, а в мыслях уже даже и ... потребил. - Запнувшись, всё-таки закончил свою мысль правитель. - И это при том, что в отличие от тебя прекрасно знает и помнит, что я - менталист.
  И пока я, осознав смысл сказанного, заливалась краской гнева, он продолжил кружить меня по залу. При нашем приближении гости, стоявшие в первых рядах, шарахались от нас к стенам зала, как от прокажённых. Видимо, насмотрелись на моих невольных жертв и решили не пополнять ряды подвернувшихся под мою руку, ногу или макушку неудачников.
  - Что же такое думал Келер, что вы его наградили моей пощёчиной? - справившись с эмоциями, спросила я.
  - Ничего такого, - пожал плечами, кружа меня вокруг оси, Повелитель. - Просто он не нравится моему сыну. Я пока не выяснил почему, Изар стал слишком легко ставить блок на свои мысли, только вот лицо держать, ещё не научился. По нему так легко его читать.
  - Ну, а краснорогий чем вам не угодил? - взяв на заметку поговорить об этом упущении с мужем, поинтересовалась я.
  - Тулех Крам - самый отъявленный бабник на Акуме. - Прочитав мои мысли, усмехнулся свёкор. - И он, не смотря на мой запрет, постоянно крутиться вокруг Аурелии. Да, и ей я о нём подробно рассказывал.
  - И что? - не поняла я. - Ведь он её ни к чему не принуждает. К тому же Аурелия давно уже не молодая, глупая девушка, а вполне красивая, самодостаточная и свободная женщина. Если она знает о его репутации, то понимает последствия своих действий.
  - Она мне не чужая. - Сквозь зубы процедил Измаил, крепче сжимая когтистую руку на талии. - Аурелия - сестра моей любимой женщины. И, разделив со мной заботу о сыне, стала ещё ближе и роднее.
  "Так, кажется, у кого-то чувства к тётушке, но этот кто-то их почему-то скрывает" - подумала я, смотря на флиртующую блондинку. "И, похоже, объект разговора тоже об этом знает, ну, или догадывается точно".
  Сначала Повелитель скрипел зубами, подслушивая мои мысли, но потом заинтересованно проследил за улыбающейся девушкой и спросил:
  - Ты так думаешь?
  - Не знаю. Может, ей просто нравится злить вас и ругаться с вами, - пожала уже я плечами.
  Измаил посмотрел на меня с укором. Я лишь невинно улыбнулась. А вот нечего ковыряться в голове у других.
  Повелитель лишь понятливо хмыкнул, но продолжать разговор не стал. Да и танец, слава Вселенной, подошёл к концу.
  Мы сделали последний круг по залу и, остановившись друг против друга, склонились: я в глубоком реверансе, а мой партнёр по танцу - в поклоне.
  Мелодия закончилась, зал взорвался аплодисментами и восторженными выкриками. Повелитель протянул мне руку, а когда я вложила свою ладонь в его, Измаил притянул к своим губам и мягко поцеловал.
  - Спасибо за чудесный танец. - Улыбаясь во все зубы, поблагодарил он.
  - Думаю, что не всем он показался таковым. - Протянула я, двигаясь вместе с Повелителем к мужу и родителям.
  - Незабываемым он точно стал для всех, - не согласился правитель Акумы. И, передавая меня сыну, негромко сказал: - Развлекайтесь, дети мои.
  Не успела я спросить, о каких развлечениях говорил Измаил, как муж потянул меня в сторону друзей.
  - Извини, я не специально, - вместо приветствия сказала я, как только мы подошли к Келеру и Мелори.
  - Да, я-то в курсе. - Невольно потирая все ещё красную щеку, со смехом ответил шриамец. А потом, поцеловав мою руку, добавил с лукавой усмешкой: - я даже боюсь себе представить, что было бы со мной и теми двумя демонами, если бы ты намерено решила нас унизить.
  - О, Вселенная, - простонала я и повернувшись к мужу, - нам надо подойти и извиниться перед ними.
  - Нет, - холодно отрезал муж. - Ты - их Повелительница. И ты можешь делать всё, что посчитаешь нужным, не должна отчитываться и уж тем более извиняться.
  - Но... - хотела возразить я, но Изар меня перебил.
  - Ты нечаянно добилась уважения всех собравшихся аристократов. Не стоит портить то, за что многие правительницы до тебя добивались трудом и интригами.
  И я замолкла. Если муж говорит, что не стоит извиняться, то так тому и быть. Я до сих пор ходила под впечатлением от рассказа мужа об испытаниях, которые проходили демоницы, мечтающие быть на моём месте. И я не горела желанием проходить их, чтобы заработать уважение аристократии. А если для этого мне нужно было только потанцевать с Повелителем и побить слегка несколько демонов, то пусть так всё и остаётся.
  С нынешней Хранительницей Шриама мы по-дружески обнялись и проговорили о произошедших переменах на планете где-то около получаса. За это время сменилось несколько танцев, в почти каждом из которых приняли участие мои родители, была выпита пара бокалов с игристым вином и съедено несколько канапе.
  - Мы обязательно приедем к вам в гости, как только будет ближайшее свободное время, - горячо заявила я друзьям. - Так хочется посмотреть, что вы смогли построить за время моего отсутствия.
  Келер и Мелори как-то странно переглянулись и перевели тему на нашего сына.
  - Он остался с прадедом в своей комнате. - С понимающей улыбкой, ответил Изар на заданный вопрос.
  - Жаль, а мы привезли ему подарок, - с нарочитой грустью произнёс блондин. - Ну, ничего страшного. Мы завтра улетаем в обед, надеюсь, ещё успеем с ним познакомиться и отдать подарок.
  - Конечно, успеете, - всё ещё хмурясь, заверила я.
  И я уже хотела прямо спросить. Почему Изар и наши гости с Шриама не хотят, чтобы я посетила их планету, как муж прижался ко мне ближе и сказал на ухо:
  - Потанцуй со мной.
  Я скептически посмотрела на него. Он не проникся. Тогда я спросила прямо:
  - После показательного танца Повелителей, ты всё ещё хочешь танцевать со мной? Да и вдобавок после двух выпитых бокалов вина?
  - Любимая, - ласково погладил мою щёку супруг, что захотелось прикрыть глаза от удовольствия и потереться об неё, словно кошка. Но ласка была мимолётной. Убрав руку, он продолжил: - Это белый танец, да ещё и "Амарента". И если ты не против, чтобы я танцевал его с Анжиолеттой, то можешь и дальше мило беседовать с нашими гостями.
  - Ты же можешь просто отказать ей, - нахмурилась я, немного покачиваясь от выпитого. Не сказать, что меня развезло, но голова немного кружилась. Но в немного расслабленных мыслях всплыла информация об этом танце. Это был предпоследний танец на балу, но не это делало его особенным. Амарента - на удивление очень чувственный танец, можно сказать даже интимный.
  - Не могу. - С сожалением выдохнул супруг. - Как Наследный принц, я обязан станцевать на балу хотя бы раз.
  - Пошли. - Дёрнула я мужа, увидев на лице стремительно приближающейся соперницы предвкушающую улыбку. Дрянь узнала как-то, что я не любительница танцевать. Схватив мужа под локоток, я мстительно добавила: - Не знаю ещё как, но она пожалеет о своих намерениях.
  И мы под мелодичный смех Мелори направились в центр зала.
  Под зазвучавшую музыку, мы встали напротив друг друга и склонились в приветственном поклоне. Шаг вперёд и мои ладони упираются в широкую грудь Изара, а его горячие пальцы сжимаются на моей талии. Я чувствую себя скованно, ведь этот танец - практически предварительные ласки у всех на глазах. Но демоны не видели в этом ничего предосудительного.
  От неотрывного взгляда глаза в глаза, по спине невольно пробегают щекотные мурашки. Мужские руки медленно скользят вверх по позвоночнику, словно пытаются прогнать шустрых насекомых с оккупированной ими территории. Затем пальцы, едва касаясь кожи, доходят до шеи и плавно перемещаются на плечи, предплечья и кисти, пока не накрывают их своими ладонями.
  Нежная, едва уловимая ласка, вызывает жаркую волну, поднимающуюся снизу живота вверх.
  Голова мужа медленно склоняется к моему лицу, но не успевают его губы коснуться моих чуть приоткрытых губ, как я плавно делаю шаг назад. Его ладони соскальзывают, давая мне свободу действий.
  И я медленно, не отрывая ладоней от тела мужа, захожу ему за спину. Теперь уже мои руки ласково обрисовывают абрис хорошо сложенной фигуры супруга и на одно мгновение мои пальчики забираются в жёсткие короткие волосы на затылке. Сквозь негромкую музыку я отчётливо расслышала стон мужчины, да и не одного. Вокруг нас танцевало ещё около десятка пар, а самое противное, что Анжиолетта с моей недавней жертвой танцевального произвола - синеглазым блондином, была практически в трёх шагах от нас и пристально за нами наблюдала. Впрочем, как и демон, пожирающий меня глазами.
  Но что-либо сделать или сказать я не успела, мелодия, да и следующее танцевальное движение требовали от меня обратить всё своё внимание на партнёра.
  Легко скользнув с шеи на плечи, мои пальчики пробежались по вороту пиджака и вновь замерли на часто вздымающейся груди Изара. Я подняла недовольный взгляд на мужа и забыла про всё на свете, утонув в разгорающемся пламени страсти в любимых карих глазах. Пропала моя скованность и смущённость. Я забыла о вызывающих неприятные эмоции сопернице и её партнёре, да и вообще обо всех присутствующих в бальном зале.
  Здесь и сейчас остались только я и мой горячо любимый муж.
  Наши пальцы переплелись и, отстранившись друг от друга на шаг, мы, перебирая ногами и на каждом шаге чуть приседая, прошли три шага в сторону, затем в другую. Вновь оказавшись на своём месте, мы замерли и снова приблизились вплотную.
  Руки мужа прошлись теперь от шеи по позвоночнику вниз, задержавшись на моей пятой точке. Мои ладони наоборот, коварными змеями заскользили вверх, зарываясь в волосы и, удерживая из в руках, чуть оттянули голову назад. Затем вновь повторение самых первых движений. Руки мужа скользят вверх по спине, едва касаясь её пальцами. А мои ладони спускаются вниз, упираясь в грудь супруга.
  Когда его руки накрывают мои ладони, я делаю шаг назад и вновь, не отрывая своих рук, захожу ему за спину. Но не успевают мои пальцы зарыться в его волосы, как муж резко поворачивается и, хватая меня за левую руку, притягивает к себе, кружа.
  И теперь я стою прижатая спиной к его груди, а его руки удерживают меня за плечи. Дыхание у обоих рваное, сердце гулко бьётся в груди, словно пойманная в силки птица, а его горячие ладони почти до боли медленно спускается вниз по моим рукам.
  Жаркое дыхание касается оголённой шеи сзади, заставляя откинуть голову назад и чуть склонить её в бок, выставляя беззащитную шею под поцелуи, которые не заставляют себя ждать. А шаловливые руки мужа уже оглаживают живот, поднимаясь все выше.
  И как только руки слегка задевают мою обтянутую корсетом грудь, я вырываюсь. Изар ловит меня за руку и крепко прижимает к себе. Я, упираясь ему в грудь ладонями, медленно прогибаюсь в спине, доверчиво откидываясь на надёжно удерживающие мужские руки. Мои ладони плавно отталкиваются и откидываются в стороны, а наследный принц неторопливо начинает кружиться вместе со мной.
  От удовольствия я закрываю глаза, наслаждаясь мелодией и танцем с любимым мужчиной.
  И тут по моей правой руке прошёлся прохладный шёлк, затем кольцо, что подарил после танца Повелитель в знак признательности, за что-то зацепилось, и послышался вскрик.
  От удивления я дёрнула руку к себе, а крик боли вновь повторился. Открыв глаза, изумлённо застыла, рассматривая у своих ног стоящую на коленях Анжиолетту, которая пыталась отцепить свои волосы, запутавшиеся в массивном сапфире, что украшал подарок Измаила. Я хотела было помочь ей, немного приподняла руку, видимо, причинив боль. Потому что девушка зашипела и, зло уставившись на меня, сказала сквозь зубы:
  - Я сама распутаю, ... Повелительница.
  - Я сделаю это, - щелчком пальцев, Изар немного подрезал ей прядь волос.
  "И правильно", - мстительно подумала я. - "Нечего было красоваться и распускать свои космы. Ведь все присутствующие дамы, следуя этику, убрали свои роскошные гривы в высокие причёски".
  Не посчитав такой маленький инцидент за серьёзное происшествие, музыканты продолжали играть, а пары танцевать. Лишь искоса любопытно косились в нашу сторону.
  Муж мгновенно переключил на меня своё внимание и вновь прижал к себе за талию.
  Далее шло повторение первых движений, после которых муж подхватил меня и закружил на вытянутых руках. Одна моя туфелька не выдержала и слетела с ноги, исчезнув в толпе не танцующих гостей. Муж, не заметив полёта беглянки, остановился и неторопливо начал опускать меня вниз, при этом я буквально сползала по нему, как сливочное масло по горячей булочке.
  И когда мои ноги коснулись пола, мы заметили, что музыка больше не играет. А все присутствующие смотрят куда-то влево. Проследив за их взглядом, я увидела пошатывающегося Повелителя демона с красной небольшой шишкой на лбу. Сначала я подумала, что это шишка осталась после случая у фонтана. Наверное, её замаскировали магией, а теперь иллюзия спала и все увидели своего правителя в неприглядном виде. А затем я увидела Аурелию, вертевшую мою туфельку в руках и побледнела.
  В установившейся тишине Измаил, отобрав орудие преступления из рук улыбающейся тётушки, решительно пошёл к нам. У меня от страха подгибались коленки, но я нашла в себе силы не дрогнуть, когда Повелитель остановился напротив меня и с укором посмотрел мне прямо в глаза.
  - Я нечаянно, - пролепетала я, крепко сжимая ладонь мужа.
  - Знаю, - печально вздохнул демон. И, встав на одно колено, попросил:
  - Дай ногу, - я недоуменно приподняла подол платья и протянула босую ногу.
  Одевая мне туфельку, как принц из сказки "Золушка", что я читала сыну, когда он был маленьким, правитель громко сказал:
  - Ты неподражаема!
  И справившись со своей задачей, встал, весело подмигнул и, как ни в чём не бывало, отправился развлекаться дальше. Музыка зазвучала вновь, но, слава Вселенной, это был уже другой танец.
  
  Глава 8 Обязанности
  
  Всё оставшееся время до полуночи родные, устроившиеся в гостиной сына, в красках рассказывали дедушке Стефану о моих приключениях на балу. Смех не затихал ни на минуту, даже Дарик, который в такой поздний час до сих пор не спал, заразительно хохотал.
  - Я же нечаянно, - в который раз за вечер воскликнула я, немного обидевшись на подшучивающих близких.
  А муж, прижав надувшуюся меня к себе ближе, звонко поцеловал в щёку и громко сказал:
  - Любимая, только ты нечаянно могла оттаскать соперницу за волосы на глазах высшего общества и отомстить Повелителю за то, что использовал тебя в качестве наказания.
  Грянул новый приступ смеха, после которого наконец-то решили разойтись по своим комнатам. Всё-таки завтра у меня начинался новый трудовой день в роли Повелительницы, а родные собирались домой.
  Изар с Дариком уходил вместе с ними, чтобы не путаться у нас под ногами. Муж и дедушка решили просмотреть в его огромной библиотеке все имеющиеся свитки по прохождению инициации у разных народов. А также хотя бы попытаться выяснить, что собой представляют Стихии Акумы, и чего от них можно было ожидать. А сын, во-первых, не хотел весь день провести с няней, а, во-вторых, хотел посмотреть планету, где родилась и росла его мама. И думаю, что дедушка соблазнил его разными "игрушками", вроде того краскомёта, иначе бы он не бросил меня тут одну. Уж слишком сильна была связь между нами, но я заверила его, что ничего страшного не случится. По крайней мере, я на это надеялась.
  Уложив сына и уже лёжа в кровати после страстного секса, я завела разговор на тему, которая очень беспокоила меня.
  - Изар, нам надо придумать, как мне не убить Повелителя демонов. - Поднявшись с груди Изара, серьёзно посмотрела в глаза засыпающего мужа.
  - А ты хочешь его убить? - зевнув, уточнил супруг.
  - Нет, воскликнула я, легонько стукнув кулачком по груди наследника. - Просто после последних событий, я думаю, что половина высшего света считает, что я пытаюсь это сделать.
  - Боюсь тебя огорчить, любимая, - вновь укладывая мою голову на своё плечо, ответил спокойно супруг. - Большая часть присутствующих сегодня на приёме гостей именно так и считают. Они думают, что ты хочешь стать полноправной Повелительницей, а не только быть в роли правительницы, исполняя все полагающиеся обязанности, но ограниченная в причитающихся ей правах.
  - Какой ужас, - всполошилась я, вновь поднимаясь с плеча супруга.
  - Отнюдь, - поморщился недовольно муж и, потянув меня за руку к себе, добавил: - Верные и умные подданные никогда бы о таком не подумали, потому что если это было бы хоть на одну треть правдой, то отец давно бы сделал меня вдовцом. А не смеялся бы над твоими нечаянностями.
  Успокоенная словами мужа, я через пару минут уснула.
   На следующий день после совместного завтрака всей многочисленной семьи, мы направились провожать моих родственников в портальный зал. Сын с мужем тоже отправились с ними, чтобы, по их словам, не отвлекать меня от моих обязанностей Повелительницы.
   Проводив гостей и заверив, что мы постараемся как можно скорее вернуть визит, я осталась наедине с Повелителем в зале, погрузившимся в сумрак после яркой вспышки захлопнувшегося портала.
   - Ну-с, - потирая руки, улыбнулся Измаил, - пожалуй, начнём.
   - Что начнём? - передёрнула плечами от пробежавшего холодка.
   - Как что? - деланно удивился правитель Акумы. - Начнём разгружать меня и загружать тебя.
   - А, может, не так сразу? - тихо спросила я. - Может, начнём постепенно загружать мои хрупкие плечи?
   - Не бойся, милая. - Приобнимая за плечи, приободрил отец мужа. - Всё переложить у меня за один раз всё равно не прилучится.
   От такого заявления я споткнулась, но упасть мне не дали сильные плечи демона.
   - Аккуратнее, Лана, - пожурил веселящийся Измаил. - Раны, ссадины и переломы не помогут избежать обязанностей. - Остановился на минуту, будто задумался, а затем, посмотрев серьёзно, добавил: - Разве что смерть - будет уважительной причиной избежать их. Но ты ведь не собираешься покидать нас.
   - Не дождётесь. - Зло выдохнула я и, распрямив плечи, холодно поинтересовалась: - Ну, что у нас по плану идём первым?
   Первым оказался поход в местный серпентарий. Представив меня всем местным гадюкам и кобрам, Измаил тихо смылся по своим важным делам, напоследок шепнув о том, что всех приглашает разделить с ним обед.
   Демоницы впечатлились и выразили полнейший восторг. После ухода правителя множество пар глаз уставилось на меня, рассматривая с ног до головы.
   Окинув обстановку довольно просторной гостиной, уставленной для дружественных посиделок, я гордо вздёрнув подбородок прошла к мягкому и удобному на вид креслу, стоящему обособлено от стульев. Деревянные массивные стулья с жёсткими спинками, но с мягкими сидениями были расставлены в круг на расстоянии вытянутой руки. В углу стоял стол, уставленный множеством пирожных, кусочков разных тортиков и других сладостей, фарфоровый большой чайничек и множество чашек с блюдами из того же сервиза. Три полукровки горничные незаметно прислуживали местным леди.
   "Надо будет поговорить с ними после чаепития" - подумала я, пока шла к креслу, в котором как королева восседала, кто бы сомневался, Анжиолетта.
   - Я думаю, что это место моё, - глядя на ухмыляющуюся брюнетку, мило улыбнувшись, добавила: - Спасибо, что погрела мне место.
  Улыбка спала с красивого лица, превратившись в оскал. Прищурив зелёные глаза, Анжиолетта сказала:
  - Я на протяжении восьми лет сижу в этом кресле. С чего вдруг стану его освобождать.
  - Встань! - Потребовала я. - Советую помнить, что перед тобой стоит твоя Повелительница, которая может отлучить тебя от общества.
  - Не посмеешь, - мгновенно подскочила на ноги брюнетка. И, ехидно улыбнувшись, добавила: - Это может сделать настоящая Повелительница. А ты лишь исполняешь её обязанности. Твои права сильно ограничены.
  Сжав кулаки, глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. И, развернувшись, прошла к выходу под злорадные, презрительные, осуждающие и даже сочувствующие взгляды присутствующих женщин. Открыв дверь, позвала дежурившую около них стражу пройти за мной.
  Указав на усевшуюся и торжествующе улыбающуюся соперницу, приказала:
  - Вынесете это кресло и то, что в нём находится вон из замка. Оно вместе с содержимым уже слишком обветшало. За порог не пускать. С Измаилом я сама договорюсь. - Специально выделила, назвав правителя по имени, что с ним у меня близкие отношения, чтобы некоторые выскочки соблюдали субординацию.
  В гостиной установилась тишина, в которой отчётливо был слышан скрип зубов. Стражники, переглянувшись между собой, пошли исполнять приказ.
  Анжиолетта, вцепившись в подлокотники кресла, задрала подбородок и молча продолжила восседать в кресле, что с трудом выносили полукровки. Лишь поравнявшись со мной, тихо прошипела:
  - Ещё посмотрим, кто поплатиться.
  - Уже смотрю. - Громко ответила я. И, потеряв к нахалке интерес, повернулась к горничным, которые смотрели на меня со смесью восторга и ужаса и попросила:
  - Будьте добры, принесите мне новую мебель.
  И двое из трёх бросились исполнять мою просьбу.
  Я понимала, что сейчас объявила войну местному лидеру, но для того, чтобы меня здесь приняли, поступить по-другому не могла.
  Повернувшись к оставшимся леди, которые смотрели на меня кто с интересом, кто с подозрением, и даже заметила три пары глаз, глядящих на меня с ужасом, я постаралась мило улыбнуться. Судя по отшатнувшимся назад демоницам, получилось больше похоже на оскал. Глубоко вздохнув, сказала:
  - Милые дамы, прошу простить за недавний инцидент. - Благодарно кивнув горничным, вносящим бежевое мягкое кресло, прошла и села в него. Затем окинув до сих пор мнущихся демониц, спокойно сказала: - Присаживайтесь.
  Девушки неловко присели на краешек своих стульев и, смиренно сложив руки, уставились на меня, с подозрением ожидая новых репрессий.
  Но я решила их разочаровать и удивить.
  - Завтра же попрошу заменить здесь всю мебель и не мешало бы немного оживить унылый интерьер. - Осматривая тёмно-красные стены, тяжёлые занавеси на окнах и тусклые магические шары под потолком, оповестила я. - Не пристало моим подчинённым (лишний раз напомнить о своём статусе не помешает) сидеть на жёстких табуретках.
  Настороженные взгляды немного смягчились. На некоторых лицах появился намёк на улыбку.
  - Сегодня на повестке дня, - начала ободрённая небольшой победой я, - знакомство с вами, выбор моих помощниц, и будем совместно обдумывать будущий ремонт этой гостиной. Ведь нам в дальнейшем придётся провести здесь немало часов, поэтому считаю уместным сделать её уютной и приятной для каждой из нас. И правильным решением будет выслушать все пожелания и прийти к компромиссному решению.
  Демоницы постарше одобрительно закивали головами, молоденькие девушки, на вид где-то моего возраста, с энтузиазмом начали шушукаться.
  Попросив чашечку чая с кусочком кремового тортика, я начала знакомство. Демоницы представлялись, называя не только своё имя и имя рода, но и род деятельности своих семей. Кто-то добывал золото, которого оказывается много глубоко в горах, что находятся за пределами защитного полога. Кто-то занимался парфюмерией, экспортируемой на ближайшие планеты. А кто-то вообще промышлял туризмом, но, конечно, с разрешения самого Повелителя.
  Через пару чашек чая, я запомнила от силы только треть имён и то потому, что слишком интересным оказался род деятельности их семей.
  Затем около двадцати минут я раздумывала над тем, кто из вызвавшихся представительниц местного общества, станет моей помощницей. В итоге выбрала двух. Одну из старших леди и одну из молоденьких девушек, здраво решив, что опыт и креатив должны идти рука об руку.
  Старшую и первую мою помощницу звали Брианой. Её возраст выдавали чуть побледневшие кончики небольших рожек, посеребрённые благородной сединой тёмные волосы и едва заметная сеточка вокруг умных карих глаз. Её семья обладала большей частью земель, где давно разрабатывались местонахождения золота. Вторую, бойкую и энергичную помощницу звали Арила. Совсем ещё маленькие бордовые рожки, роскошная грива каштановых волос, убранных в тугой пучок, и вызов в больших светло-зелёных в тёмную крапинку глазах. Она единственная из молоденьких, сбившихся рядом друг с другом, как стайка испуганных птичек, демониц вызвалась стать помощницей.
  Обсудить интерьер нашей будущей гостиной у нас не хватило времени. Пришёл чопорный дворецкий и пригласил за стол в зелёную столовую.
  Вообще столовых, как и залов, гостиных и спальных комнат в огромном кровавом (как я его прозвала) замке было великое множество. И я не переставала удивляться, зачем это нужно. Понимаю, что по статусу вроде, как положено, иметь большой замок, но чтобы такой огромный? Это сколько же слуг необходимо иметь, чтобы его постоянно приводить в порядок?
  Я с двумя своими новыми помощницами шли по сумрачным коридорам вслед за молчаливым Говардом, разговаривая о том, что стоит предложить нашим соратницам, что шли, тихо переговариваясь о своём, сзади нас, подумать вечером о цветах и мебели, которые они хотели бы видеть в новой гостиной. Чтобы завтра не терять время, а работать уже с готовыми идеями.
  Краем глаза я выхватывала старинные барельефы, расположенные по обеим сторонам коридора, то тут, то там белыми пятнами выделялись мраморные бюсты предыдущих правителей и членов их семей. Под потолком плавали тусклые магические шары, а в стенах, на всякий случай было вмонтированы держатели для факелов. Хотя последних нигде по близости не наблюдалось.
  Шли мы недолго. Войдя в просторный зал, посреди которого стоял накрытый белоснежной скатертью стол с незабываемым креслом-троном во главе. Стены были задрапированы шёлковой тканью стального цвета, окна с тяжёлыми серыми портьерами были задёрнуты. Отодвинутые от стола стулья серебристого цвета с высокими неудобными спинками, грустно ожидали своих гостей. Огромный пепельного цвета камин, тоскливо смотрел на нас своим пустым пепельным глазам - нутром.
  Если бы просили обозначить эту столовую, я бы назвала её серой и тоскливой. В ней не то чтобы есть, находиться было неуютно. Но видимо ощущала дискомфорт здесь только я. Леди и появившийся вслед за нами из противоположных дверей Повелитель привыкли обедать именно в этой столовой.
  Дождавшись, когда слуги пододвинут усаживающимся женщинам стулья, и самолично усадив меня, Измаил устало опустился в своё удобное кресло-трон. Жестом приказал слугам подавать блюда, а сам, повернув голову вправо, где сидела я, спросил, кивая в сторону пустующего напротив меня стула:
  - Где потеряли Анжиолетту?
  - Об этом я бы хотела поговорить с вами наедине, - тихо ответила я.
  Но не успел Измаил хоть что-то ответить, как двери распахнулись и в дверях, в которые вошли мы, появилась та, чьё отсутствие мы начали обсуждать.
  - Простите за опоздание, - просияла брюнетка, стремительным шагом направляясь к нам.
  - Я выгнала её из гостиной, - тихо процедила я, наклоняясь к Повелителю.
  - Уже знаю, - тоже наклонившись ко мне, зашептал Измаил, - я не совсем понял, из-за чего у вас произошли разногласия, но прими то, что обедать она будет с нами. А в остальном - обговорим позже.
  - Она мне нахамила при всех, - обвинительно заявила я.
  - Обсудим ваше дальнейшее взаимодействие позже, в моём кабинете. - Громко сказал правитель Акумы и многозначительно обвёл всех прищуренными глазами. А все присутствующие в столовой дамы покорно опустили головы, кроме меня. И заметив, что я не собиралась подчиняться, со вздохом добавил: - Я соглашусь со всеми адекватными требованиями, но леди Анжиолетта будет присутствовать за обедом.
  Я победно улыбнулась и благодарно склонила голову. Бросив мимолётный взгляд на усаживающую напротив меня демоницу, успела заметить гримасу ненависти и разочарования.
  По хлопку Измаила молчаливые слуги начали разносить блюда на серебряных подносах, накрытые крышками. Видимо для того, чтобы обед не остыл.
  Первое блюдо принесли не Повелителя, как я предполагала, а мне. Нахмурилась, наблюдая, что остальные слуги ставят тарелки перед дамами, согласно их статусу, а Измаил с отрешённым лицом смотрит на это безобразие.
  - Почему ваша тарелка пуста? - тихо возмутилась я.
  - Лана, ты, наверное, забыла, что у нас принято, что первыми едят женщины. - Мягко ответил Измаил, а соперница презрительно скривила губы. - Но в этом нет ничего удивительного. Ведь ты воспитана в других традициях, да и свалившиеся на тебя обязанности и приёмы, я думаю, не помогли запомнить всё и сразу.
  - Ты, как всегда, прав. - Виновато улыбнувшись, ответила я, не обращая внимания на демоницу. - Для меня это необычно.
  Измаил мягко похлопал меня по левой руке, сжимающей салфетку, и опять уставился на стол с каменным лицом.
  Передо мной открыли крышку первой, так как по статусу я была сейчас главной, не считая самого демона. В нос ударил восхитительный запах запечённого картофеля, жареного мяса (какого животного я не знала, да и не особо хотела знать), политого красно-коричневым соусом. То, что подали сразу второе блюдо, удивления не вызвало, так как я прекрасно знала, что демоны не едят супов. В детстве ещё позволительно, а вот окрепшему, сформировавшему организму нужны белки.
  - Пахнет восхитительно, - хрипло сказала я, после того, как поняла, что все остальные сидят перед закрытым блюдом и смотрят на меня в ожидании.
  Это стало спусковым механизмом, так как дальше крышки были сняты со всех остальных блюд.
  Но как бы аппетитно не пахло от мяса, я не могла начать есть. Во-первых, после плотного недавнего чаепития я была не голодна. Во-вторых, белая скатерть на фоне серого убранства столовой резало глаза, заставляя их слезиться. И, в-третьих, сидеть и спокойно есть, когда рядом сидит уставший, голодный мужчина и смотрит на тебя, я не могу. Мне просто кусок в горло не полезет.
  Поэтому я отрезала кусочек мяса и с наигранным интересом обратилась к одной из демониц в возрасте, сидящей в самом конце длинного стола:
  - Леди Двина, а расскажите нам, пожалуйста, о вашей новой разработке.
  За столом прошелестел обречённый вздох женщин, а беловолосая от седины дама с зорким взглядом широко улыбнулась, благодарно склонила голову в знак почтения и начала рассказывать, при этом цепко смотря за всеми, чтобы никто из присутствующих не смел: есть, разговаривать и даже смотреть в другую сторону от вещающей дамы.
  Об этой демонице меня предупредила моя горничная, Элис. Она сказала, чтобы я по возможности ничего не спрашивала у леди Двины, так как она очень любит рассказывать. Сама она никогда не вступает в разговор и тихо молчит в сторонке, но стоит её о чём-нибудь спросить, неважно о чём, всем придётся туго. Она могла говорить на любые интересующие тебя темы, главное было в том, чтобы внимание всех присутствующих было приковано к ней. А если, не дай Вселенная, кто-то опустит взгляд от говорящей, леди Двина начала визгливо пищать. Да так сильно, что у провинившейся лопались перепонки. Это была особенность её магии.
  "А если всё-таки без этого не обойтись, то следует изобразить искренний интерес и даже моргать через раз, пока дама не расскажет всё, что намеревалась" - посоветовала горничная. Элис мне её подробно описала, а ещё упомянула, что о своих идеях леди Двина рассказывает не меньше получаса.
  Задавая вопрос, я на это рассчитывала. И пока все присутствующие дамы, отложив столовые приборы, изображали пристальный интерес к говорящей женщине, я свою тарелку незаметно поставила перед Повелителем.
  На его молчаливый вопрос, пояснила:
  - Я не голодна, а у тебя есть полчаса, не торопись.
  В его удивительных глазах отразилось понимание, признательность и теплота. Облокотившись на стол локтём, я упёрлась щекой в кулак, загораживая голодного мужчину, и внимательно смотрела на леди Двину. Она же ободрённая моим подчёркнутым вниманием и интересом, усиленно следила за демоницами, невольно помогая мне скрывать нарушение многовековых традиций.
  Моя тарелка опустела через десять минут, леди Двина ещё не рассказала даже половины из того, что хотела, как в тишине, нарушаемой лишь её монотонной речью, что-то проурчало.
  Рассказчица невольно запнулась, помолчала, ожидая повторения звука, но, не дождавшись, вновь открыла рот, чтобы продолжить, как тут же снова где-то заурчало. Леди Двина медленно обвела прищуренными глазами всех сидящих девушек, которые в недоумении смотрели друг на друга, потом остановила его на мне. Я невольно передёрнула плечами, но взгляда не отвела. А проницательный взгляд демоницы скользнул по мне и с испугом уставился куда-то мне за плечо.
  Я медленно выпрямилась и повернула голову в сторону Повелителя. И чуть не вскрикнула от испуга. Цветом лица Измаил напоминал труп. Побледневшее лицо пошло зеленоватыми пятнами, скулы заострились, а красная радужка глаз стала стремительно расползаться по всему зрачку. Вытянувшиеся когти на руках потускнели и противно заскребли по столу, кромсая скатерть на ровные полосы. В установившейся абсолютной тишине ещё одно урчание прозвучало набатом. Повелитель, рыкнув, вскочил, да так резко, что опрокинул своё любимое кресло, и стремительно выбежал из столовой.
  Удивлённые взгляды присутствующих дам обратились с громко хлопнувшей двери на меня.
  Я нервно сглотнула и попыталась улыбнуться. Судя по нахмурившимся лицам, получилось не очень. Не придумав ничего лучшего, я сказала:
  - Леди Двина, можете продолжать.
  Демоница удивлённо приподняла седую бровь, неуверенно кивнула, не получив пояснений и, прочистив горло, продолжила:
  - Так вот, когда я вычислила, что аромат Ирозарила можно получить, когда цветок опыляется бабочками, то ...
  Дальше я не следила за нитью беседы. Убедившись, что всё внимание женщин обращено на леди Двину, я задумчиво посмотрела прямо перед собой. И успела увидеть разочарованный и жутко испуганный взгляд Анжиолетты, который она бросила на дверь, закрывшейся за Повелителем. Потом девушка покосилась на мою тарелку, что до сих пор лежала у опрокинутого кресла Измаила и перевела колкий, полный ненависти взгляд на меня. Но деликатное покашливание рассказчицы, заставило брюнетку обратить всё своё внимание на неё. Я же, посмотрев на подмигнувшую мне беловолосую демоницу, со спокойной совестью перетянула тарелку себе и начала думать о произошедшем.
  То, что произошло с Повелителем, было явно подстроено. Причём то, что этот "сюрприз" явно предназначался мне, после взглядов Анжиолетты, сомнений не вызывало. Оставалось только не дать забрать тарелку с доказательством слугам и выяснить, чем же она собиралась меня накормить.
  И тут в голову вдруг пришла страшная мысль: "Что если она хотела меня отравить?"
  И тогда получается, что я нечаянно отравила Повелителя демонов. Сама. Своими руками.
  Резко встала, опрокинув свой стул, также как недавно это сделал Измаил, и, извинившись перед леди Двиной и оставшимися демоницами, забрала улику и стремительно направилась искать дворецкого, советника, Макса или хотя бы свою горничную. Измаилу сейчас возможно требуется медицинская помощь, а противоядие можно сделать только тогда, когда точно знаешь каким ядом, была отравлена жертва.
  Мне повезло. За дверями появился Говард и, чинно поинтересовавшись о том, чего я хочу, изумлённо уставился на грязную тарелку в моих руках.
  - Проводи меня к Повелителю. - Тоном, не терпящим возражений, сказала я.
  - Как скажите, - поклонился дворецкий. Но не спешил выполнять приказ. Немного помявшись, осмелился спросить: - Может, мне распорядиться отнести грязную тарелку на кухню?
  - Нет, - сильнее сжав руки на хрупком фарфоре, ответила я. - Скорее веди к Измаилу. Ему сейчас возможно требуется наша помощь.
  Лицо пожилого мага стало суровым, морщины показались глубже, большой нос, словно увеличился в размере, а тонкие губы сложились в ещё более тонкую линию. Весь его вид кричал об опасности. На мгновение показалось, что он сейчас вцепится мне в горло зубами, но спустя секунду лицо его расслабилось и он, покорно кивнув, быстро повёл меня по коридору.
  Проходя сквозь множества коридоров и проходных комнат, я не замечала ничего вокруг. Так была поглощена беспокойством за правителя, в очередной раз, виня себя в его неприятностях. Но с другой стороны, испытывала облегчение, ведь на его месте могла оказаться сейчас я.
  Когда Говард постучал и, получив разрешение войти, раскрыл передо мной двери, я была в таких растрёпанных чувствах, что совсем не удивилась увидеть в гостиной Измаила, судя по чёрно-красной расцветке мебели и стен, советника и камердинера мужа. Они что-то обсуждали на повышенных тонах, но, увидев меня, замолкли и нахмурились.
  - Что с Измаилом? Он умирает? - с порога решила выяснить я.
  - Нет, - растеряно ответил Макс. - У него небольшое расстройство желудка.
  - Слава Вселенной, - с облегчением выдохнула я, ожидая самого страшного. - Вот, - протянула я тарелку им обоим, - здесь причина болезни Повелителя.
  Змеелюд смазанным движением скользнул ко мне, вырвав улику из рук, от чего она выскользнула и разбилась.
  - Что ты наделал, - почти перешла я на визг, смотря на удивлённого советника.
  - Не знаю, как так получилось. - Промямлил Масис, с каким-то изумлением смотря на свои руки. Но потом наклонился и, подобрав, самый большой из осколков, поднёс его к носу. Нахмурился и недоуменно повернулся к Максу.
  - Что там? - спросил тот его.
  - Ничего не чувствую, - растеряно ответил змеелюд. - На, глянь сам.
  Но не успел молодой маг подойти к советнику, как тарелка начала самоочищаться. Точнее размазанные разводы соуса и кусочки картофеля начали с тихим шипением исчезать, оставляя тарелку девственно чистой.
  - Вы что творите? - воскликнула я так громко, что из соседней комнаты, скорее всего спальни, высунулся сам виновник собрания.
  - Что здесь происходит, - хрипло прошептал Измаил. Увидев чистый осколок в руках советника, скривился, словно съел самый кислый лимон на свете и не один килограмм, и, посмотрев на меня, добавил: - Лана, прошу простить меня, но мне стало нехорошо.
  - Знаю. - Ответила я. - И догадываюсь, кто этому поспособствовал.
  - Кто? - воскликнули все находящиеся мужчины в комнате, даже дворецкий, что молчаливо стоял за моей спиной.
  - Анжиолетта. - Мрачно выдохнула я.
  - Так, у тебя есть доказательства? - спросил за всех Измаил.
  - Были, - уставившись на Масиса, зло ответила я. - Только кто-то их сейчас удалил.
  - Давай поговорим позднее, через час, - вновь позеленев, процедил Повелитель, и, хлопнув дверью, через пару секунды громко выкрикнул: - Нет, лучше через два.
  Добравшись в молчаливом сопровождении дворецкого к своим покоям, я с удовольствием растянулась на диване в гостиной и начала размышлять.
  Как мы и подозревали с Изаром, у Анжиолетты есть сообщник, причём довольно могущественный, судя по тому, что он мог подтирать её память и избавляться от улик. Но кто это мог быть?
  Благодаря тарелке, подозреваемых личностей осталось трое, не считая меня и Повелителя: камердинер мужа, дворецкий и советник Измаила. Я ставила на змеелюда. Ведь Говард вполне мог затереть улики ещё по дороге и сказать, что понятия не имеет, кто это сделал. По дороге к отцу Изара я была такой рассеянной, что вполне могла ничего не заметить.
  Макс производил с самого начала самое хорошее впечатление, да и с мужем они были на короткой ноге, хотя за время отсутствия Изара он кардинально мог измениться. И не стоит сейчас сбрасывать его со счетов.
  А вот Масис абсолютно подходил на роль сообщника. Занимал высокий пост при Повелителе, обладал интересными способностями, о которых мы толком ничего не знали. И именно после его вмешательства разбилась тарелка, а следом исчезли и улики, доказывающие вину Летты. Также, по словам супруга, он постоянно носит защитный амулет от ментальной магии. Повелитель не запрещал, так как полностью ему доверяет. Но может зря? Возможно, стоит снять с него амулет и покопаться в памяти змеелюда?
  В дверь постучали, вырывая меня из задумчивых мыслей. Я села, поправила одежду и приказала:
  - Войдите.
  В гостиную скользнула взволнованная Элис, сжала в руках накрахмаленный тёмно-синий передник и, опустив глаза, тихо спросила:
  - Повелительница, разрешите спросить?
  - Конечно, - удивилась я поведению горничной.
  Девушка нервно поправила за ухо выбившийся из пучка локон и, набрав грудь полную воздуха, выдохнула на одном дыхании:
  - Это правда, что кто-то хотел убить Повелителя?
  - Нет, - мрачно ответила я, чувство вины вновь нахлынуло на меня. И не вдаваясь в подробности, добавила: - Хотели отравить меня, а Измаилу просто не повезло.
  Элис сдавленно охнула и схватилась за свой хвост, судорожно теребя его в руках.
  - Хотите успокаивающего чаю? - поинтересовалась демоница.
  - Что-то не хочется, - посетовала я, но, вспомнив, что так и не пообедала, сказала: - а вот от чего-нибудь более существенного не отказалась бы.
  - Сейчас принесу, - улыбнулась девушка и, немного подумав, добавила: - и принесу сразу же амулет на проверку ядов. У нашего повара есть запасной.
  - А он даст тебе его? - поинтересовалась я, благодарно посмотрев на горничную. Ведь сама думала несколько минут назад, как теперь есть, не опасаясь быть отравленной.
  - Мне не откажет, - лукаво усмехнувшись чёрными глазами, махнула хвостом Элис. - Сейчас всё будет.
  И ушла, оставив меня размышлять о предстоящем разговоре с Повелителем.
  Через минут пятнадцать я наслаждалась потрясающей запечённой рыбой с ароматным рисом, ну, или местными грибами, похожими на светло-зелёный рис. На вкус эти грибы оказались очень солёными с кислым послевкусием. Бледно-розовый с красной крапинкой соус оттенял их вкус, делая блюда безумно вкусным. А травяной успокаивающий чай с большим кусочком нежного, тающего во рту кремового торта оказались выше всяких похвал.
  После недавних переживаний и плотного обеда-ужина меня разморило. Я прилегла на диване и задремала, поэтому громкий стук в дверь застал меня врасплох. От неожиданности я вздрогнула и вскочила с дивана, толкнув столик, что стоял рядом, и, расплескав вино из фужера, которое для меня оставила Элис.
  Кроваво-красное пятно некрасивой кляксой расползалось по подолу моего платья. Тем временем из-за двери послышался взволнованный голос Говарда:
  - Повелительница, с вами всё в порядке? Можно войти?
  - Входи, - устало опустившись обратно на диван, разрешила я. И, когда дворецкий, как всегда, степенно зашёл в гостиную, устало спросила: - Что ты хотел?
  - Повелитель приглашает вас в тронный зал для обсуждения сегодняшнего происшествия. - Важно оповестил старый дворецкий.
  - Отлично. Подожди пару минут, мне нужно переодеться. - Вставая с дивана и направляясь в спальню, заметила, как презрительно скривился дворецкий. Развернулась, чтобы уточнить: - Что-то не устраивает?
  - Нет, Повелительница, - поклонился старый маг, - просто Повелитель не любит ждать.
  - Учту, - бросила я, заходя в комнату. Позвонила за красный с золотой линией шнур, вызывая горничную. Без её помощи мне не расшнуровать корсет платья.
  Когда, переодевшись в первое попавшееся неудобное платье футляр в пол, я вышла в гостиную, дворецкий нервно поглядывал на часы. Увидев меня, мужчина предложил:
  - Вы готовы идти?
  - Конечно. - Шагая короткими шажками, ответила я. Небольшие тонкие каблуки, которые пришлось обуть из-за чересчур длинного платья, разъезжались на скользком мраморном полу. Но искать другую подходящую обувь, да и само платье времени не было.
  Хотелось как можно быстрее выяснить, кто же является помощником противной Анжиолетты.
  Уже подходя к закрытым дверям тронного зала, каблук не выдержал и с громким хрустом надломился. Я покачнулась вперёд и схватилась за первое попавшееся. Им оказалось плечо невысокого дворецкого, который в этот момент стоял у двери, собираясь их открыть. Не ожидая от меня неприятностей, дворецкий полетел вперёд, направляемый моей рукой. Когда его голова столкнулась с выгравированными вензелями на створках дверей, прозвучал глухой стук. Двери сами раскрылись. Дворецкий упал на красную ковровую дорожку, а я с ужасом переводила взгляд со стонущего дворецкого на удивлённых мужчин, стоящих у трона с Повелителем, что восседал на троне.
  - Чем он тебе не угадил? - раздался весёлый вопрос Измаила. - Или теперь ты уверена, что Говард и есть тот, кто пытался убить тебя? Поэтому ты решила взять правосудие в свои руки?
  - Это вышло случайно, - хромая и подходя к пострадавшему мужчине ближе, негромко ответила я. Но меня все услышали. Остановившись у мотающего головой мага, предложила: - Давай помогу.
  Говард дёрнулся, отползая от меня в сторону и тихо бормоча:
  - Ничего страшного, я понимаю. Не стоит мне помогать.
  - Что с ногой? - став серьёзным, спросил Измаил, забыв об инциденте.
  - Ничего, - краснея, ответила я. - Каблук сломался. Именно поэтому и пострадал Говард.
  - Ясно. - Веселясь, что в этот раз пострадал не он сам, коротко ответил Измаил. - Прости, но помочь не смогу, до сих пор слабость во всем теле.
  - Ничего страшного, - осторожно, но уже нормально пошла я, так как сломанный каблук на дорожке уже не норовил отъехать вперёд и оторваться окончательно. - Дорожка не скользит.
  Обернулась назад, с облегчением увидела, что дворецкий уже встал на ноги. Но перед тем как продолжить свой путь, успела заметить недоверчивый взгляд пострадавшего мужчины на свои ноги.
  - Я не обманываю, - бросила я, не оборачиваясь.
  Когда я дошла до подножия лестницы и посмотрела на все триста тридцать семь черных, не покрытых ковром ступеньки, то заметно приуныла. На помощь мне пришёл Макс. Камердинер мужа, поводив руками и щёлкнув пальцами в конце, мягко приподнял меня над полом. Затем, словно дёрнув на себя конец невидимой верёвки, что-то прошептал. И я медленно поплыла наверх. Говард же, отряхнув с камзола невидимые соринки, начал подниматься, тяжело дыша.
  Остановившись около трона, заметила, что для Макса моё восхождение, точнее воспарение на вершину лестницы далось нелегко. Черты лица немного заострились, а на висках и над верхней губой заблестели капельки пота. Маг медленно разжал подрагивающие руки и мягко опустил меня на пол.
  - Спасибо, - искренне поблагодарила я, пытаясь понять с чего вдруг у камердинера и друга Изара магическое истощение. Неужели это он на самом деле является помощником демоницы? И из-за того, что он затёр следы с моей тарелки, теперь ему сложнее магичить? Но я всегда думала, да и со слов Изара, поняла, что Макс достаточно сильный маг. Тогда в чём же дело?
  Дождавшись, когда Говард присоединится к нам (будто внизу нельзя было поговорить), Измаил начал разговор:
  - Мы собрались здесь, чтобы обсудить происшествие, которое случилось сегодня в обед.
  - А лучше перейти к самому главному и обсудить, кто избавился от моих улик. - Предложила лучшую альтернативу я, усаживаясь на трон поменьше, что стоял слева от трона Измаила и немного позади него.
  - Лана, думаю, ты забегаешь вперёд. - Не согласился Измаил, внимательно наблюдая, как я хромаю к своему месту. - Сначала расскажи, с чего ты сделала вывод, что виновата Анжиолетта?
  Я и рассказала всё, чему стала свидетельницей и из-за чего произошла размолвка с соперницей, внимательно наблюдая за реакцией присутствующих мужчин. Но, к моему огромному сожалению, вели они себя сдержанно, ничем не проявляя страха или хотя бы волнения. С одинаково ничего не выражающими лицами внимательно слушали моё повествование.
  - Взгляды и домыслы ничего не доказывают, - не стал соглашаться со мной Измаил.
  - А как же уничтоженные улики? - пристально посмотрела на задумчивого советника.
  Змеелюд даже бровью не повёл. А Измаил, просмотрев мои воспоминания, задумчиво почесал подбородок двумя пальцами и приказал:
  - Оставьте нас господа.
  Мужчины поклонились и не спеша начали спускаться вниз. Я и Измаил всё это время молча наблюдали за ними. Как только за дворецким, что оказался последним, закрылась дверь, Повелитель повернулся ко мне и предложил:
  - Поговорим?
  
  Глава 9 В гости
  - Ты мне не веришь? - спросила я, повернувшись к Измаилу.
   - Почему не верю? - не согласился с моими предположениями демон. - Просто для того чтобы осудить и наказать Анжи, мне необходимы не косвенные, а неопровержимые доказательства.
   - С чего такое особое отношение? - язвительно поинтересовалась я, все сильнее заводясь.
   - Она единственная дочь моего покойного лучшего друга. - С болью в голосе пояснил Измаил. - Он спас мне жизнь и умер на моих руках. Я обязан его семье, пойми. Перед его смертью я пообещал позаботиться о его девочках.
   - Понятно. - Успокаиваясь, сказала я и встала со своего трона. - Но ведь полностью исключать её из списка подозреваемых нельзя. Слишком много совпадений с её участием.
   - Знаю, - раздражённо дёрнул хвостом демон и, посмотрев на меня снизу вверх, добавил: - Но прямых доказательств нет.
   - Так покопайся у неё в голове, - потерев ноющие виски, я прикрыла глаза. Как же не вовремя всё. Мало нам проблем с инициацией, так ещё и попытки отравления, интриги. Как хорошо было на Земле. Никто ничего не требовал от меня, жили втроём, наслаждаясь каждой минутой, и не боялись ножа в спину и нависшей дамокловым мечом над головой угрозы таинственного ритуала.
   - Пытался. - Рыкнул Измаил, устало прикрывая глаза. И, поменяв тему, извинился: - Извини за головную боль. Просто я ужасно вымотан недавним недугом, и тяжело контролировать свой дар. Слишком глубоко залез в твои воспоминания.
   - Так что с головой Анжи? - отмахнувшись от извинений, поинтересовалась я. Какая разница болит голова или нет. Главное, чтобы полученные знания от меня помогли выяснить, кто пытался отравить меня и благополучно отравил Измаила.
   - У неё стоит сильный блок на некоторые воспоминания. И если я попытаюсь их взломать, она может умереть. Мозг её в прямом смысле слова вскипит.
   Я, не смотря на всю неприязнь к демонице, не хотела ей такой смерти. Приятного мало, если твои мозги поджарят, пытаясь докопаться до правды. А может она этим и пользуется, зная о своём особом положении? Собралась отравить меня, чтобы в момент моей болезни подобраться ближе к Изару. Ведь в отличие от Повелителя демонов, я - обычный человек, могла и всю неделю проваляться от пищевого отравления не в самом приятном виде.
   - Тебя пытались убить, - беззастенчиво продолжая читать мои мысли, поправил меня правитель Акумы. - Ты умерла бы в течение пары секунд. Никто не смог бы тебя спасти. Видишь ли, насколько поняли мои лекари, используемый яд был очень дорогим и безумно редким. И что самое главное яд был магически созданным. Он был без вкуса и запаха, поэтому даже я сразу ничего не почувствовал. Мой организм высшего демона более крепок, поэтому сразу же начал бороться. Даже маг или полукровка сразу бы слегли от маленького кусочка с ядом, а обычный человек, лишённый магии умер бы на месте.
   Я побледнела и шумно сглотнула. Сегодня я чудом не умерла. Если бы я следовала традиции и попробовала кусочек, то Изар в один удар сердца стал вдовцом, а Дарик - сиротой.
   - Это ещё одно доказательство в пользу вины Анжиолетты. - Начала рассуждать я, ходя перед Повелителем из стороны в сторону. Сломанный каблук постоянно норовил отсоединиться полностью от подошвы, но я старалась наступать на носочки. Не хватало в запале злости поскользнуться и свалиться с лестницы, сломав себе шею. Разумнее было бы стоять на месте или сесть на свой трон, но кипящие внутри чувства, не давали устоять на месте. - Она мечтает избавиться от соперницы самым радикальным и действенным способом.
   - Не думаю... - начал опять защищать свою подопечную Измаил, но я не стала его слушать, рассуждая и дальше вслух.
   - Избавившись от меня, она опять сможет окрутить безутешного вдовца и стать Повелительней. Но есть ещё и Дарик. Возможно, она собирается сдружиться с ним, вот только она не знает о нашей эмпатической связи. И даже не предполагает, что сын никогда не подпустит её к себе близко, да и к отцу не даст. - На миг я остановилась от посетившей меня идеи. И я с ужасом в глазах посмотрела на задумчиво следящего за моими рассуждениями демона. Горло охватил спазм, и я с трудом выдавила: - А что если она знает? Тогда ей придётся избавиться и от моего сына.
   Измаил нахмурился, а я вдруг чётко осознала, что сын и муж должны были уже появиться в замке. С силой сжав кулаки, лихорадочно пыталась заставить себя не паниковать раньше времени. Боль от впившихся в ладони ногтей на время помогла отрезвить голову.
   Но в этот момент резко распахнулись двери и ворвавшийся в тронный зал побледневший, запыхавшийся стражник воскликнул, переводя дыхание:
   - Там... взрыв... в портальном зале...
  Измаил резко перешёл в боевую ипостась, вспыхнув огнём, словно пучок сухой соломы от маленькой искры. И громко стуча копытами, ринулся вниз. Я, не теряя времени даром, рванула следом за ним.
  Каблук ждал именно этого момента. С тихим хрустом он полностью сломался, а я находившаяся позади Повелителя успела вскрикнуть, прежде чем начала падать вниз.
  После, много раз прокручивая именно этот эпизод своей жизни, я не забывала благодарить всех богов Вселенной за то, что всё повернулось таким образом.
  Говорят, что перед собственной смертью, если она настигает тебя внезапно, вся жизнь проносится у тебя перед глазами. Так вот, нагло врут. Или просто я такая неправильная, раз всё, что пронеслось у меня перед глазами, это гибкий длинный хвост, объятый пламенем.
  Мне очень повезло. А вот Повелителю демонов не очень. Ведь его невесткой оказалась я.
  Полетев вниз, я упала прямо на спину ничего не подозревающего Измаила. Сбила его с ног и, улеглась сверху на широкой спине мужчины, ухватившись за обе эрогенные зоны демона - его рога. Просто за волосы было как-то не совсем удобно, да и, честно говоря, небезопасно (они ведь могли в процессе и оторваться). Измаил, не ожидавший удара в спину, не успел сгруппироваться.
  Возможно, на снижении быстроты его реакции повлияло и то, что он не восстановил свои силы после недавнего отравления, да и резкая смена ипостаси давала о себе знать.
  Наверное, именно поэтому он при падении не выставил руки вперёд. Вместо этого он попытался подхватить меня сзади, но не преуспел и они оказались прижатыми вдоль тела и развёрнутыми назад.
  Таким вот оригинальным способом мы покатились по лестнице вниз. Во время нашего спуска, я успела сесть верхом на Измаиле, коленями упираясь на его локти, при этом его когтистые ладони так сильно сжали мои лодыжки, что из ранок потекли тёплые струйки крови.
  От боли я непроизвольно сильнее сжала ладонями его изогнутые рога и застонала. Через пару секунд мой стон боли подхватил и Измаил, но в его голосе мне слышалась не только боль (всё-таки рёбрами пересчитать все ступеньки не самое приятное занятие), но и наслаждение. Я даже не смогла толком насладиться предположением, что Повелитель демонов в этот момент тысячу раз проклял эти злосчастные ступени. Всплывшее воспоминание о событие у фонтана к этому не особо располагало.
  Всё это произошло в мгновение ока. Так что когда мы, оказавшись посередине лестницы, стремительно пронеслись мимо мужа и сына, появившихся, словно из воздуха, я не смогла в полной мере насладиться облегчением от вида их чумазых, но вполне здоровых фигур.
  Успела лишь услышать их небольшой диалог, что полетел за нами вслед:
  - А что делают дедушка и мама? - задал вопрос удивлённый происходящим сын.
  - Играют? - неуверенно предположил муж, улыбаясь в голос.
  - Почему они всегда играют без нас? - обиделся Дарик.
  Ответ мужа я не успела услышать, но Изар позже пересказал мне его слово в слово.
  Докатившись до самого подножия лестницы, мы застопорились об ковровую дорожку. Измаил около минуты лежал, тихо постанывая. Я же аккуратно и медленно, помня о событиях у фонтана, отцепила пальцы от рогов Повелителя и, кряхтя, словно старуха, начала сползать со спины моего невольного транспорта. Демон не пошевелился и не поменял позы. Он всё также лежал, уткнувшись лицом вниз, тяжело дыша и постанывая. Я, не сводя настороженного взгляда, отошла от Повелителя демонов на несколько шагов и виновато посмотрела на мужа. Он беззвучно хохотал, но, заметив мой пристальный недовольный взгляд, не выдержал и засмеялся в голос.
  Измаил постепенно "затухал", вновь возвращая свой обычный вид. Когда всё ещё улыбающийся муж с Дариком спустились вниз, его отец продолжал лежать, не двигаясь, и, мне показалось, что он даже не дышал.
  - Похоже, на этот раз я убила Повелителя демонов, - шёпотом сказала я Изару.
  Муж сразу стал серьёзным и стремительно шагнул к неподвижному телу отца.
  - Нет, Лана, - глубоко и устало вздохнув, громко произнёс Измаил, пошевелившись, - так просто от меня не избавиться. - И он начал подниматься, опираясь на руку сына. Посмотрев на меня, улыбнулся, стирая уже засохшую струйку крови под носом. - Но таким вот оригинальным способом избавиться от меня никто ещё не пытался.
  Покраснев, я немного помялась на холодном мраморном полу и, хромая, присоединилась к ДарХарессам на ковровом покрытие. Стянула последнюю оставшуюся после поездки туфлю (первую со сломанным каблуком потеряла где-то в самом начале) и, смущённо посмотрев на мнущегося у двери стражника, что оповестил нас о взрыве, смотрящего на происходящее с ужасом и жадным любопытством, сказала:
  - Может, пройдём в более комфортное место и обсудим случившееся?
  - Согласен, - проследив за моим взглядом, ответил Измаил. - Но прежде, хотелось бы узнать, зачем надо было нас обманывать?
  - Он не обманул, - потупился Изар, быстро посмотрев на притаившегося и подслушивающего за нашими спинами сына. - Поговорим об этом в твоей гостиной?
  - Лучше в вашей, - потерев стремительно желтеющую (вот это регенерация) скулу, быстро поправил Измаил. И поспешил пояснить: - Лана босиком, не хочу, чтобы она простыла.
  - Можно же приказать её горничной, чтобы она принесла обувь, - улыбаясь, возразил Изар.
  - Думаю, что моей невестке будет комфортнее у себя, в привычной для неё обстановке, - не сдавался Измаил.
  - Всё понятно, - улыбаясь ещё шире, хотя я думала, что это не возможно, промурлыкал муж. - Боишься за свои статуэтки?
  Я нахмурилась, пытаясь припомнить в гостиной свёкра упоминаемые супругом предметы, но так и не смогла. В первый и единственный раз, когда я была там, моё внимание было поглощено злополучной тарелкой и присутствующими мужчинами. Поэтому вполне нормально, что я не запомнила обстановку в гостиной правителя.
  - Я приду к вам через десять минут, - грустно разглядывая отсутствующие пуговицы на своей чёрной рубашке, ушёл от ответа Измаил. И не обращая внимания на весёлое хмыканье Изара, направился прочь из тронного зала, нервно дёргая хвостом.
  - Иди ко мне, - притягивая меня к себе за талию, промурлыкал Изар. - Отец прав, не стоит тебе ходить босиком по ледяным полам замка. - И, подхватив меня на руки, повернулся к всё ещё обиженному сыну, сказал, обращаясь уже к нему: - Не отставай, огонёк. Нас ждёт интересный разговор с мамой и дедушкой.
  Сын не стал спорить, быстро шёл следом за отцом, но ни один из них не отвечал на мои многочисленные вопросы. Сын хмуро отводил взгляд в сторону, когда я смотрела на него через плечо супруга, а Изар только и твердил, что скоро всё узнаю вместе с Измаилом.
  Пришлось грустно вздохнуть и кидать на сына извиняющиеся взгляды, хотя особой вины за собой я не ощущала. Да и с чего вдруг? Мы же не играли на самом деле, просто мама у него бедовая, постоянно влипает в неприятности. Решив объясниться с ним в гостиной, я устало прислонилась к плечу мужа. Адреналин от страха за моих мужчин и весёлого спуска с лестницы постепенно спадал, оставляя после себя чувство усталости и разбитости.
  По пути я задремала на пару минут, а проснулась уже, когда муж аккуратно положил меня на диван.
  Через несколько минут в гостиную вошёл Измаил в новой рубашке, застёгнутой на все пуговицы, а следом за ним вплыла тележка, подталкиваемая Элис.
  - Я решил, что можно поужинать в семейном кругу, - усаживаясь в одно из кресел, пояснил Измаил.
  Пока я переобувалась, Элис успела разложить тарелки на стол, который увеличился примерно вчетверо с того момента, как я покинула гостиную. Дарик нетерпеливо ёрзал на диване, разглядывая уставленный стол. Муж с Измаилом неспешно потягивали золотистое вино из высоких бокалов. Все ждали меня.
  - Давайте, сначала поужинаем, - предложила я, смотря на светловолосого сына.
  - Хорошо, - поддержал мою идею Повелитель.
  Когда первый голод был утолён, Изар начал рассказывать о своих приключениях.
  Утром, когда они прибыли на Грей, то сразу же направились к дедушке Стефану. У него дома была обширная библиотека редких книг. Родители до обеда занялись своими делами, а Дарик, озабоченный моим будущим поддержал идею провести некоторое время в библиотеке. Так как читать он пока ещё не умел, тем более большинство книг было на разных инопланетных языках, ему предоставили возможность поиграть в саду с соседскими детьми, предварительно повесив следящие маячки и прикрепив браслет - переводчик (ведь большинство на моей родной планете общались на межмирном языке, а сынок выучил его не полностью).
  Пока двое мужчин искали любое упоминание о демонах и инициации Стихий, Дарик успел сколотить свою команду из разновозрастных мальчишек, пробраться к соседу за вкусной малиной (я частенько тоже этим грешила в детстве), быть им пойманным строгим старичком, чтобы прослушать получасовую нотацию по поводу неприемлемости воровства в наш просвещённый век всеобщего сотрудничества. Говоря другими словами, если бы Дарик просто попросил старого мага насобирать ягод, то тот ему бы с удовольствием это позволил, даже сам помог.
  Сын в свою очередь объяснил ему, что так не интересно, что ворованная малина намного вкуснее честно собранной ягодой. В общем, маг и ребёнок не смогли понять друг друга, поэтому у сына появилось оттопыренное красное ухо, а у мага стало лицо несмываемого болотного цвета.
  Когда перерыв кучу книг, но так и не найдя нужную информацию, Изар и дедушка Стефан вышли в сад, то застали группу мальчишек в количестве десяти человек за обсуждением плана, как превратить соседний двор в огромную площадь с ловушками. Разогнав детей по домам и схватив воинственно настроенного Дара под мышки, мужчины вернулись в дом моих родителей, чтобы пообедать и обсудить, как им быть дальше.
  Перекусив и решив посетить завтра закрытую планету Сиентию, где собраны миллиарды книг и свитков обо всех существующих традициях многочисленных рас Вселенной. Но попасть туда, а уж добиться возможности изучить запретные и закрытые знания - задачи не из лёгких. Дедушка Стефан обещал поднять все свои старые связи и решить эти задачи.
  Мой дедушка сразу после обеда ушёл, а мой папа решил показать зятю и внуку свою знаменитую лабораторию. Пока Изар и отец обговаривали и рассматривали последние удавшиеся труды моего родителя, Дарик с жадным интересом исследовал оставшиеся без присмотра незаконченные экспонаты.
  И нашёл именно те, которые были не совсем закончены. Взяв одного из шарообразных разноцветных кругляшей, он незаметно засунул его в карман, решив рассмотреть его позже.
  Но, к сожалению или к счастью, это с какой стороны смотреть, в тот момент, когда сын и муж зашли в открывшийся портал на Акуму, шар выпал из дырявого кармана штанов (вылазки через ограды соседа не прошли даром) и, соприкоснувшись с полом громко взорвался. Да так, что пострадали обе стороны. Не знаю как портал у родителей (всё-таки рядом лаборатория отца и портальная площадка более привычная к погромам и более укреплена), но появившиеся во всполохе дыма и грохоте продолжающихся взрывов, Изар и Дарик показались стражникам Повелителя демонов воплощением вестника смерти и его помощника.
  Чтобы не смущать слуг и гостей своим подкопчённым видом, Изар наложил на них полог невидимости. Именно из-за него мы не увидели мужа с сыном, которые поднимались нам навстречу. Муж не стал сразу снимать полог невидимости, так как ему стало интересно, о чём таком серьёзном мы разговаривали с Повелителем. Но Изар не ожидал такого спуска, поэтому от внезапности и крайнего удивления потерял концентрацию и полог слетел, открывая невредимых родных.
  Пока Измаил рассказывал о том, что произошло с нами в их отсутствие, я проводила воспитательную беседу с сыном о том, что брать без спросу не хорошо. Сын виновато сопел, но не выглядел раскаявшимся, судя по озорному взгляду карих глаз из-под густой белокурой чёлки. Устало вздохнув, я направилась с ним в его спальню. Время было уже позднее, а завтра предстоял тяжёлый день для всех.
  Когда я вернулась в гостиную, Измаил уже ушёл, а Изар хмурился, о чём-то раздумывая и смотря на стену сквозь золотистую жидкость в бокале.
  - Что тебя беспокоит? - подходя к нему со спины, обняла за шею и вдохнула такой родной аромат мужа.
  Подняв голову, Изар пытливо всмотрелся в мои глаза, словно ища в них ответ на свой вопрос. Но видимо не нашёл, так как раздражённо вздохнул и ответил:
  - Меня беспокоит то, что кто-то пытается убить мою жену и травит моего отца. А ещё эта инициация послезавтра, на которой может случиться всё, что угодно. И благодаря огоньку теперь не ясно, что с порталом в доме твоих родителей. Да ещё...
  Я положила палец к его губам, прерывая поток высказываний, напоминающих панику:
  - Тише, любимый. Мне тоже это не нравится, но знаю, что мы во всем разберёмся вместе.
  Изар отнял мою руку от своего рта и поцеловал внутреннюю сторону запястья, вызвав толпу приятных мурашек.
  - А что вы решили по поводу Анжи и её пособника? - спросила я, прикрыв глаза.
  - Будем следить за всеми. Хотя я уверен в Максе, а отец также доверяет своему советнику.
  - Остаётся дворецкий. - Приоткрыв глаза, сделала вывод я. - Но я думаю, что это был всё-таки кто-то из ваших доверенных лиц.
  - Знаю, что пока доверять никому нельзя. - Сквозь зубы неохотно ответил Муж, ласково поглаживая моё запястье Изар. - Но я с отцом решил, что сначала сосредоточимся на инициации. А уж потом возьмёмся за допрос подозреваемых.
  - Хорошо, - покорно согласилась я, тем более, что предложить иное решение не могла.
  - Я боюсь завтра тебя оставлять здесь одну, но и сидеть ничего не делая, когда есть возможность искать с твоим дедом информацию об инициации, я тоже не могу. - Поделился своей растерянностью супруг.
  - Знаю, - обходя кресло и садясь мужу на колени, прошептала я. - Со мной ничего не случится. Я теперь ношу с собой амулет по выявлению ядов, да и одна я завтра не останусь.
  - И всё равно... - не отступал муж, разрываясь на части между своими желаниями.
  - Завтра я целый день буду с твоим отцом. Он сказал, что мы пойдём с дружеским визитом к друзьям. - Положив голову на плечо супруга, зевнула. Потом тише добавила: - Что бы это ни значило.
  - Правда? - Оживился супруг, вставая со мной на руках и направляясь в ванну. И дождавшись моего кивка, обрадовался: - Тогда я спокоен. Ничего не должно случиться, пока ты будешь на глазах у Повелителя демонов.
  Но кто мог предположить, что и на глазах у Правителя Шанкары может случиться очень многое? Но обо всём по порядку.
  Мы принимали ванну около часа, прежде чем лечь спать. За это время страх немного успел улечься, да и прилетевшие проведать нас Лилит и Драго не дали возможности углубиться в тяжкие мысли.
  Проснулись мы рано. Дарик прибежал с первыми лучами солнца, взобрался к нам на постель и радостно сообщил, что портал восстановлен.
  Позавтракав, Аурелия, Дар и Изар ушли порталом сначала на мою планету Грей, а потом, оставив на попечение мамы и тёти сына, муж с моим дедом собрались на Сиентию. Дедушка Стефан за прошедшее время после феерического ухода Изара и Дара отправился к себе домой, с помощью кристалла связи соединился со своими старыми знакомыми и через их связи добился одноразового посещения закрытой планеты. Но им предстояло ещё договариваться с сиенцами, охранявшими многочисленные знания Вселенной. Так что своих родных я ждала не раньше ужина.
  Сама же я, одевшись по местной моде в лёгкие нежно-бежевые бриджи, лёгкую рубашку-шмиз белоснежного цвета, корсет золотистого оттенка и юбку с многочисленными разрезами в тон. Волосы мне Элис заколола высоко на голове, украсила их золотистым жемчугом и синими звёздочками, соорудив из них подобие короны.
  Сначала я посетила гостиную, где меня уже ждали аристократки со своими идеями улучшения помещения. В этот раз настроение у всех было приподнятым и оживлённым. Демоницы наперебой предлагали свои варианты, некоторые были в чём-то солидарны, а другие (хотя их было не очень много) практически не отличались от существующей обстановки. Выслушав их все, мы сошлись лишь в том, что стулья необходимо заменить на более удобную мебель. В нашей компании оказалось, что Арила - одна из моих помощниц, умеет хорошо рисовать. Она вызвалась набросать к следующему собранию несколько эскизов, из которых можно выбрать более понравившийся вариант.
  Затем за мной зашёл лично сам Повелитель и, извинившись перед дамами, что мы не сможем присоединиться к ним за обедом, повёл меня на выход из дворца.
  - Куда мы направляемся? - больше из вежливости, чем из любопытства поинтересовалась я.
  - К одному моему давнему другу, - усаживая меня в огромный ситр с затенёнными окнами, ответил Измаил. И, обойдя ситр сзади, уселся рядом со мной на заднем пассажирском сидении, добавил: - Я долго ждал этой встречи.
  - Почему? - невольно поинтересовалась я.
  - Видишь ли, дорогая, - задумчиво рассматривая мою одежду, ответил спутник, - Драх - затворник. Он один из трёх оставшихся Древних на Акуме. Старый демон до сих пор помнит своего лучшего друга - моего отца и не простил некоторых моих детских проделок.
  - А можно подробнее о вашем детстве? - подалась от искреннего интереса вперёд к Измаилу.
  - Как-нибудь в другой раз, - хитро улыбаясь, довольный моей реакцией на его слова, продолжил Повелитель: - Так вот. Драх заявил, что пустит меня за порог своего дома-крепости только в сопровождении Повелительницы. Старик всё ещё думает, что я - легкомысленный юнец, который поумнеет только рядом со здравомыслящей, рассудительной женщиной.
  - Понятно, - протянула я, не сумев до конца убрать из голоса разочарованные нотки.
  На что Измаил лишь понятливо хохотнул. Дальнейший путь мы провели в молчании. Каждый думал о своём.
  
  
   Противный амнистер слопал половину оценок, просьба их обновить.


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"