# Лечение счастьем

Екатерина Анатольевна Степанидина

Продолжение "От надежды до победы"

В просторные богатые комнаты сквозь огромные окна мягко заходили лучи закатного солнца. Командующий космофлотом Артоса Инеат Ар-Никта любил простор, и его апартаменты были очень высоко над Кер-Сериндатом.

Он слушал Милорда внешне спокойно... даже чересчур. К известию, что тот жив, за полтора месяца он как-то смог привыкнуть, но личная встреча... всё равно оказалась слишком неожиданной, и он понял, что совершенно не готов с ним - нынешним - говорить. Подумалось: а ведь Даниель Озен знал, знал давно, жил с этой правдой намного дольше, чем эти полтора месяца, наверняка повстанцы ему сообщили с самого начала, - тот же Линн даль Соль поставил союзника в известность, - а тот промолчал. Скрыл от бывшего офицера Империи, согласившегося возглавить его космофлот, важнейшую информацию. Не тот, видимо, был уровень допуска. А сейчас правда выплыла наружу против воли всех, кто хранил тайну... Он слушал Милорда, только просил что-то уточнить, - да, всё верно, Линн шёл не убивать Императора, а спасать своего отца, Император устроил чудовищную провокацию, и вышло так, как вышло.

- Но ведь это же...

- Предательство? Да. Безусловно.


Линн вырвался из мрака сзади, Милорд успел блокировать удар. А дальше ему пришлось отступать под бешеным натиском сына, лазерные мечи высекали искры из металлических конструкций, вот Линн загнал его на мостик над шахтой... Дышать становилось всё трудней, - похоже, перегрузка. Но этого не должно быть, эти системы и не на такое рассчитаны!..

Яростный удар отсёк ему кисть, лазерный меч полетел в пропасть. Он со стоном упал на спину, зелёный смертоносный луч был направлен в горло... В воздухе пахнет горелой изоляцией, - рука давно уже искусственная, боли нет... Остановись, сын, ещё один удар твоего меча, и ты станешь таким, как я!

Линн с ужасом посмотрел на механическую руку Милорда, переложил меч из правой руки в левую, - и перевёл взгляд на свою. Биопротез взамен потерянной на Беспине кисти. И чем он теперь лучше Милорда?..

- Хорошо, - Император действительно был доволен, даже изобразил нечто вроде аплодисментов. - Ненависть сделала тебя сильнее. А теперь убей своего отца и займи его место рядом со мной!

И Милорд понял, что раскрыт. Что таким - не желающим убивать сына - он Императору не нужен. Что Император не зря хотел, чтобы он совершил это: живой Линн был той ниточкой, что вела Эльснера даль Соль обратно. К любви и человечности, которые Император вытравлял в своём ученике всеми доступными способами. И именно убийство отца станет для Линна той чертой, за которой открывается Тёмная Сторона...

- Нет, - Линн с облегчением выключил меч и отбросил его в сторону. - Ваше величество, вы проиграли. Я - Владеющий Силой, каким был и мой отец до меня.

На морщинистом лице Императора перемена чувств незаметна.

- Пусть будет так... Владеющий Силой.

А в следующее мгновение с кончиков пальцев Императора в Линна ударили ослепительные бело-синие молнии.

Милорд встал, - дыхание почти восстановилось. Император поджаривал Линна, получая от этого дикое, звериное удовольствие... и не для того ли растягивал убийство, чтобы устрашить его, Милорда? А перед тем не он ли помогал мальчику в бою против отца?!

В зале стены были из металлопластика, эхо подхватывало крики Линна. Здесь не должно остаться врагов.

И он понял, что это - всё. Что мальчик сейчас умрёт. Умрёт единственный человек, который любит его, - любил, не зная, а узнав, не возненавидел, даже несмотря на Беспин. Умрёт от рук этого старого, как мир, мерзавца, который никогда в жизни не знал, что на свете есть любовь.

- Отец! Помоги!

И он решился. Схватил Императора, с лёгкостью поднял над головой, - тот сразу почувствовал, что это смерть. Синие молнии били в шлем, струились по плащу, - Милорд знал, что сейчас все системы, поддерживающие его жизнь, полетят в Бездну, но ему было всё равно. Главным было то, что в Бездну полетит этот омерзительный сухощавый тип, будь он хоть сто раз руниа. И что после взрыва, обозначившего конец Императора, Линн поднялся с металлического пола, бросился к отцу и оттащил его от края пропасти.

Лорд Эльснер рассказывал... а я смотрела на Линна. Совсем бледный, и огромные глаза, - и вообще мы не за этим пришли: Даниелю было некогда, он посоветовал мне связаться с Ар-Никтой, чтобы тот по старой памяти помог разобраться в артосских развлечениях, мы с ним вместе ходили на концерты, когда Даниель не мог... Стало обидно: вот же, казалось, наконец всё закончилось, можно выдохнуть и нырнуть с головой в мирную жизнь, а не дают.

- Извините, - тихо сказала я, когда Милорд на мгновение прервался. - Я всё понимаю, это важно для вас обоих, но нельзя ли перенести вечер воспоминаний на тот момент, когда Линна с вами не будет? Зачем его снова протаскивать через этот кошмар? Инеат... вы были офицером Империи, и... это что, такая месть? Я о вас думала лучше...

- Ничего, - Линн попытался взять себя в руки. - Я... всё нормально, мне только надо немножко подышать.

Он встал, оперся на золотистую спинку кресла, сделал пару шагов - и пошатнулся. Лорд Эльснер в одно мгновение оказался рядом, не дал упасть и опустился вместе с ним на пол.

- Воды, - приказал он.

За моей спиной что-то звякнуло: Инеат нервно наполнил бокал. Протянул мне, я передала лорду Эльснеру.

- Это реакция, - с тревогой проговорил Милорд. - Пока ты лечилась на Дельсарене, он ещё был относительно спокоен, но потом... он очень переживал и оттого, что тебя похитили, и покушение, и когда тебя спасали... Он хорошо держался, но всему есть предел.

Линн дышал часто-часто, яркие глаза были закрыты. Лорд Эльснер коснулся его висков, - длинные ресницы дрогнули, он начал приходить в себя. Лорд Эльснер помог ему встать и увёл на диван к дальней стене. Инеат смотрел на них неотрывно.

- Нет, я даже и не думал о мести, - сказал он. - Стало быть, вы вместе... а как же Даниель?

- Это была инсценировка для убийства губернатора, - ответила я, и Инеат резко вскинул голову. - Собственно, я его и убила.

- Вы?!

- Да.

- А... тогда понятно, оружие... это же был не бластер.

- Совершенно верно.

Инеат невольно вздохнул. Похоже, он тоже обо мне думал лучше.

Лорд Эльснер достал видеофон и быстро набрал сообщение.

- Сейчас за нами приедут, - отрывисто проговорил он. - Инеат... спасибо, что выслушали. Я знал, что должен как-то объясниться. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Инеат помолчал.

- После краха Империи все мы живём в новой реальности, - он очень тщательно выбирал слова. - Если решение остаться на службе и предложение Даниеля стать командующим артосским космофлотом я принял быстро, то тут... мне нужно время.

Когда прислуга доложила о том, что нас ждут, Инеат пошёл проводить и был очень удивлён, обнаружив за рулём корреталя Артоса Даниеля Озена лично.

- Я думал, вы пришлёте Рейлеха, - Инеат явно говорил только для того, чтобы тишина не давила. - Извините, встреча вышла совсем не так, как вы предполагали.

Даниель хмуро смотрел, как мы занимаем места, махнул Ар-Никте на прощанье и резко поднял машину в воздух.

- Он что, пытался предъявлять обвинения?

- Нет. Но...

- Я понял.

Он обернулся на меня.

- Ревность?

- Нет. Он и тогда на меня не претендовал.

- Хорошо. Линн, я настаиваю на том, чтобы перенести открытие Центра по изучению Силы. Ты мне не нравишься. Я не знаю, что сказали бы врачи, но я тебе предписываю полное безделье и лечение счастьем. Как минимум неделю. Потом поглядим.

Линн заулыбался.

- Ну ты иной раз и скажешь...

Флайер сел у правительственной гостиницы, Даниель вместе со всеми дошёл до нашего с Линном номера. Лорд Эльснер отмёл возражения Линна, заставил его лечь и помог заснуть, затем на короткое время прикрыл глаза: разговаривал мысленно.

- Я вызвал Йаллера, - объяснил он. - Пусть на него посмотрит.

Даниель изумлённо остановился посреди комнаты.

- Йаллер на Артосе? И давно?

- Нет. Он прилетел сегодня, но на связь не выходил. Я его почувствовал. Он сказал, что сейчас придёт.

Я замерла. Йаллер. Снова. Решил вернуться к людям? Или нам грозит какая-то новая напасть, а он прилетел предупредить?

- Я хотел предложить обратиться к кому-то из клиники Академии, - вздохнул Даниель. - Но раз вы предпочитаете Силовые методы, то...

- Я ничего не предпочитаю. Просто он руниа. Так быстрее.

Мы расположились в гостиной, я мельком глянула в изящное высокое зеркало, - на Артосе умели устраивать не кричащие, но безумно богатые интерьеры, мне это всегда нравилось. Как же всё-таки неожиданно, что мне предстоит именно тут жить...

Йаллер появился вскоре, красивый и очень встревоженный, окинул нас взглядом - и внезапно попросил лорда Эльснера и Даниеля подождать где-нибудь в другом месте.

- Кэт срочно нужно учиться управлять своими способностями, - напомнил он. - При слишком пристальном внимании... это не получится. Я кое-что покажу ей, мы потом к вам придём.

Я подумала, что он прав. Под взглядом Милорда не то что учиться невозможно, - галактический язык порой из головы вылетает.

Когда мы остались одни, Йаллер закрыл двери и сел возле спящего Линна, я пристроилась рядом.

- Смотри, - тихо сказал он. - Смотри не только глазами. Учись видеть. Если сразу не получится, не пугайся, не расстраивайся и просто попробуй ещё раз.

Его взгляд вдруг стал невыносимо сильным, я вынуждена была отвернуться - и вдруг на краю поля зрения обнаружила какое-то странное сияние. Приглядеться не удавалось. Йаллер кивнул.

- Хорошо...

Я попыталась приспособиться и всё-таки понять, что он такое сотворил. Поначалу был полный хаос... а потом постепенно пришла ясность. На коже Линна ничего не было, но стоило глянуть чуть в сторону, как я начинала видеть это сияние: множество следов на груди, как будто ожоги, широким браслетом - вокруг правого запястья, почему-то на щеке... Стало страшно: это от ранений?

- Да, - ответил Йаллер. - Человек устроен сложнее, чем кажется на первый взгляд... если даже полностью всё зажило, то память всё равно сохраняется. Не знаю, как понятнее объяснить.

Он взял его руку, с удивлением рассматривал, потом осторожно отпустил.

- У вас великолепная медицина... когда я был с людьми во время Великого Расселения, регенерации не было и в помине, такие увечья оставались с человеком навсегда. Вы очень, очень талантливы, - вы, люди.

- Кто как, - возразила я. - Но в целом ты прав.

Минуты улетали в тишину, наконец Йаллер поднялся, и сияние исчезло.

- Пойдём. Они там ждут и волнуются. У меня к тебе просьба.

- Да, конечно...

Его взгляд перестал быть пронизывающим.

- Я не знаю ваших планов, но для него будет лучше всего, если первым, что он увидит, когда проснётся, станешь ты.

Я смутилась.

- Ну... а его надолго усыпили?

- Нет, не бойся, это не так действует. Ему просто помогли заснуть, а дальше человек подчиняется своему обычному режиму.

Мы вышли из номера, я поняла, что очень хочу есть. Инеат, ну что ж ты какой.... я надеялась, ты пригласишь нас поужинать...

Даниель и лорд Эльснер ждали в ресторане на том же этаже, я воспользовалась этим и попросила себе еду.

- Всё верно, это перегрузка, - негромко проговорил Йаллер. - Если человека так швырять от отчаяния к надежде и обратно, то даже если потом на голову свалится счастье, это трудно выдержать. Я постарался придать ему сил... но думаю, он справится сам.

Даниель встал.

- Я еду к Ар-Никте. Такие вещи нельзя пускать на самотёк.

Йаллер проводил его взглядом, и мы остались втроём. Мне наконец принесли ужин.

- У вас отличная медицина, - повторил он. - Я даже не мог себе представить, что он так изранен... а ведь почти никаких следов. Некоторые ранения были очень опасны... что с ним случилось?

Милорд чуть подался вперёд, глаза вспыхнули. Я в первый момент ждала, что тоже что-то увижу... но этого не произошло. Они с Йаллером смотрели друг другу в глаза, казалось, если случайно попасть между ними, то обожжёшься. Йаллер вдруг согнулся, лицо исказилось.

- Сволочь... Если бы я знал! Если бы я только знал, я бы давно уже выбрался с Аксерата...

Я тихо доела и бесшумно отложила вилку. Похоже, меня тут не то что не надо, а вообще можно было и не приходить, ну и ладно... но как же так, они меня просто игнорировали оба... с другой стороны, а кто я... бесплатное приложение к Линну...

Я встала и направилась к выходу.

- Ты куда? - спросил за спиной Милорд.

Я поняла, что не могу на него смотреть.

- В номер, куда же ещё.

- Подожди. Что-то не так?

Он вышел из-за стола, остановился слева. Я не могла заставить себя обернуться.

- Лорд Эльснер, вы имеете полное право показывать свои воспоминания кому хотите... и не показывать тем, кому не хотите, это нормально... Я понимаю, тут в одном зале собрались сильнейшие Владеющие Силой Галактики, а я так, поужинать пришла, и...

- Кэт...

Я подняла руку.

- Извините, - голос почти не слушался. - Я сейчас договорю и уйду. Так вот, это нормально... это можно, я ничего не прошу и ни на чём не настаиваю. Но относиться ко мне как к мебели... нельзя. Неужели так трудно было сказать мне хотя бы два слова? Например, что вы не хотите. Или что мне нельзя это видеть. Или... да какая разница, что. Хоть что-то. Я не спорю, для вас моё мнение о себе... неавторитетно. Но меня выбрал Линн. И не только за то, что у меня есть фигура, хотя и за это тоже. Но главное, видимо, не это, а то, что я способна что-то понять. И его. И, наверное, не только. Он ведь не ошибался в людях... В конце концов, его мнение о вас для меня было решающим.

Он шагнул ко мне и взял за плечи. Я по-прежнему не могла на него взглянуть.

- Ты права, - просто сказал он. - Прости меня.

От неожиданности я вздрогнула и подняла голову. В его взгляде было ровно то, о чём он говорил, - чувство вины и признание, - и я вдруг поняла: он действительно никогда не врёт, ему попросту не надо. Я молча кивнула, - не смогла сообразить, как ему отвечать. Как же с ним трудно...

- Посиди с нами. Линн проснётся нескоро.


***

Даниель аккуратно поставил флайер на высоком этаже и велел доложить Ар-Никте, что он снова здесь. Инеат стоял у огромного, во всю стену, окна и смотрел на закат, пламенеющие лучи били в глаза, оставляя Даниелю только чёрный силуэт собеседника.

- Инеат, помнится, вы сказали, что если я буду стоять между победителями и вами, то вы не вцепитесь друг другу в глотки. Я на своём месте... но меня можно и отшвырнуть - тому, кто сильнее. И нанести удар - быстро и неотвратимо. По своим причинам, мотивам... У вас ведь есть этот мотив. Правда?

Инеат медленно обернулся.

- А как насчёт презумпции невиновности, господин юрист? Или, как говорится, в Империи невиновных нет, есть ещё не допрошенные?

- Именно, - легко согласился Даниель. - Поэтому я вас и спрашиваю. Хотелось бы узнать, чего ожидать, если есть такая возможность.

Ар-Никта отошёл от окна, Даниель наконец увидел его глаза. Командующий космофлотом был очень сосредоточен.

- Мотивы есть у многих.

Даниель кивнул.

- Кое-кого из этих многих мы только что нейтрализовали.

Инеат с интересом глянул на него.

- Ишь ты. Я не знал. Расскажете подробности?

- Нет. Это неактуально.

Инеат несколько мгновений размышлял.

- Могу я узнать, против кого конкретно были направлены действия этих... нейтрализованных?

Даниель подумал, действительно ли стоит сообщать такие сведения. И что будет, если он их не даст.

- Да. Можете. Против обоих - и Линна, и лорда Эльснера.

- А девушка? Милорд говорил о похищении. Это связано с тем, как вы несколько дней назад просили меня послать помощь Йаллеру, который её освобождал?

- Да.

- Ясно... то есть не очень. Но ладно. Я принимаю информацию в том виде, в котором вы мне её дали.

- И ничего не скажете в ответ?

Инеат был невозмутим.

- Вы думаете, я не понимаю, почему они оба не с новым руководством Галактики, - не в Столице или не на Свейзе? Выбор Артоса очевиден, это один из бывших центров Империи, трудно представить себе более лояльный к Милорду народ... но на нём убийство Императора. И при этом они всё-таки здесь. Стало быть, среди повстанцев обстановка ещё хуже. Я прав?

- Да.

Даниель решил не говорить, что это не всё. Приятно, конечно, иметь дело с умным человеком...

- Вы прислали их ко мне под предлогом культурной жизни... - Инеат усмехнулся. - Нет, не отнекивайтесь, я тоже думаю, что это не только предлог, но... главная причина не в этом. Как вы выражаетесь, мотив. Вы хотите, чтобы они жили тут, у вас есть на них какие-то планы. Как сказал бы Император, вы нашли себе опасную игрушку.

- Люди не игрушки... в этом была его ошибка.

- Вы бы никогда не сказали ему этого в лицо, ведь правда? Так вот, вы хотите, чтобы они себя здесь чувствовали как дома, но сомневаетесь, получится ли. Они не неуязвимы. И есть я. И артосский гарнизон, из которого мало кто уволился после краха Империи.

Даниель согласно кивнул.

- Вы очень рискуете, господин корреталь.

- Мы уже не открутим ситуацию на полтора месяца назад, когда считанные люди в Галактике знали, что Милорд жив. Условия изменились. Либо мы к ним приспосабливаемся, либо....

- Либо вы остаётесь безоружным, потому что предателей никто не любит, а тот, кто их прикрывает, не заслуживает доверия сам.

Даниель молчал: это было больно.

- Даниель, поймите. Мы приняли то, что вы организовали убийство своего брата-губернатора... по сути, это была самооборона. Но вы просите слишком о многом. Я не уверен в том, что мы сможем вас поддержать. Империя - это больше, чем личные счёты, Император был для нас богом. Да, жестоким. Но если этот бог решил кого-то покарать... он имел на это право. Линн ведь был врагом.

- Линн сдался. Он сложил оружие. Он отказался воевать. Император же его вынудил вступить в бой. И потом... вы сами тихо возмущались, когда Милорд казнил за любую провинность. То есть если так делал Милорд, это плохо, а если Император - то хорошо? Вы уж определитесь, закон должен быть един для всех.

Он сделал шаг к выходу.

- И ещё. Я убил брата... чужими руками, да, неважно... потому что он убивал тех, кто был мне дорог. Ведь Милорд сделал то же самое. Так почему же в ваших глазах я достоин оправдания, а он нет? Мы подписали Декларацию прав народов Галактики, - мы, главы планет. "Все равны перед Создателем и законом". Можно сочинить самые лучшие законы, кричать на каждом углу о справедливости, но что толку, если их не будут исполнять? Что будет, если вы - те, кто согласился не просто жить в новой системе, но быть частью новой власти, быть моей вооружённой опорой, - если вы отринете закон и устроите произвол? Вам мало смуты в Галактике, хотите добавить? Подумайте... они ведь не сдадутся без боя, оба, даже если они погибнут, то вы тоже потеряете своих людей. Ради чего им умирать? Императора больше нет, его не вернуть, и Империю тоже.

Инеат Ар-Никта позвал прислугу.

- Даниель. Я выслушал вас. Я сказал Милорду, и повторю вам то же самое: мне нужно время. Давайте вы не будете делать резких движений. А сейчас прошу к столу. Пора ужинать.


***

Лорд Эльснер вышел из гостиницы и сел во флайер, за рулём был Рейлех. Глава охраны корреталя набрал высоту, лорд Эльснер достал видеофон и написал Даниелю, что они выехали.

- Линну ни слова, - предупредил он. - Где они сейчас?

- В парке на левом берегу. Я помню.

Штаб военно-космических сил был не в центре Кер-Сериндата, - на отшибе, вне путаницы улиц, здесь не мешали гражданские машины... их раньше не было вовсе, сейчас всё-таки стало более оживлённо. Рейлех посадил флайер на стоянке и вышел вместе с Милордом. Тот шёл быстро, на какой-то миг Рейлеху показалось, - чего-то не хватает, с этой решительной размашистой походкой должна быть другая одежда... потом сообразил: да, действительно. Должна. Но уже нет и не будет. Потому что он теперь лорд Эльснер даль Соль...

Перед ними открылись высокие створки дверей, - на всей длине лестницы выстроилась охрана. Инеат Ар-Никта встречал наверху, коротко поздоровался - и повёл в зал. Тяжёлые двери раскрывались одна за другой, вели в бесконечные, подавляюще простые коридоры. Здесь как будто был совсем не Артос, ничего общего с его обычной роскошью, - светло-серый монолит стен, и всё.

Перед последней дверью Инеат замедлил шаг. Ещё несколько мгновений... и неизвестное будущее станет настоящим, сбросит покров тайны и обрушится на головы - либо новой кровью, либо мирной тишиной. И опять всё в руках этого человека, который сейчас более не в чёрном.

Зал был полон. После краха Империи форму решили не менять, просто убрали все имперские знаки отличия и ввели новые, но цвет остался прежним - до боли знакомым.

Лорд Эльснер вышел следом за Инеатом, тот представил его - и отступил назад. Он остался один перед толпой... медленно обвёл всех взглядом. Всех. До последнего ряда. Кто хотел - встретил. Кто не захотел, отвёл глаза... Их немного. Но они есть.

В зале была мёртвая тишина.

- Я пришёл по приглашению командующего космофлотом Инеата Ар-Никты, - сказал он. - У вас есть вопросы?

Тишина стала ещё глубже. Рейлех знал, что у него теперь другой голос... но манера разговаривать осталась прежней.

- Есть, - долетело из середины зала.

Слышно было плохо, - то ли человек сомневался, стоит ли вообще выступать, то ли в зале просто была неприспособленная акустика.

- Я слушаю.

Рейлех ждал - какой вопрос прозвучит первым. Новый допрос о предательстве и убийстве Императора? Сразу - в огонь?

Офицер что-то сказал, - видимо, говорить ему действительно было трудно, и прозвучало совсем тихо, но Милорд расслышал. Рейлех стоял слева, - чуть сзади, - и смотрел в зал. И правда нервничает... не привык разговаривать с Милордом. А кто привык...

- На самом деле, уцелеть мне не удалось, - ответил Милорд. - Но меня спасла мой врач, Раина Сойтар. Не могу сказать, что я был ей сильно благодарен.


Он знал, что это и есть смерть.

И был рад.

Просто тихо рад.

Усталость, глаза Линна - рядом, его слова... да, он оказался прав, хотя в это трудно было поверить.

Лорд Эльснер даль Соль всё-таки был жив. Все эти годы.

Он уже не чувствовал своего тела, - вокруг были звёзды, меж них метались чьи-то корабли, что-то взрывалось... обломки пролетали сквозь него, даже не приходило на ум отшатнуться, потому что он принадлежал уже другому миру. Он знал, что сын останется жив, что не погибнет и приземлится, чтобы похоронить его, - ниоткуда, просто - знал, как знают мёртвые... и мёртвые - он через двадцать с лишним лет в полной мере прочувствовал давнюю ошибку - могут не всё. Они просто знают, слышат... ощущают. Чтобы уметь, нужно умирать намеренно, а не случайно, готовиться и знать, на что идёшь и на что соглашаешься...

Он увидел своих мёртвых учителей - тех, кто когда-то давно послал его убивать Императора. Им не нужно было слов. Всё было ясно - и тихо. Никто уже не был виноват... да и не был никогда. Это - судьба. С ней не спорят.

Они хотели попрощаться с Линном - прежде чем шагнуть в Вечность. Они видели его - тот видел их, и только теперь, когда всё встало наконец на свои места, можно сказать - прощай. Сказать без единого слова, улыбкой и взглядом, сказать - всё было правильно, окончательно... всё совершилось. И Линн после сожжения тела на костре отпускал отца, скрутив в душе крик - не уходи, останься!..

Покой. Он уже обнимал за плечи, звал их всех. Кто-то может и остаться: таким, как они, дано было выбирать, если захотеть. Он - не хотел. Слишком резко и жутко обрушился груз совершённых преступлений, останешься - на тебя обрушится ненависть, бессильная ярость, жажда мести... а он ничем не сможет ответить на это. И - за это.

...когда звёзды вдруг стали редеть и исчезать, он успел только слабо удивиться: неужели это и есть - конец, и теперь он окончательно забудет всё, потеряет себя, станет частью Вселенной?.. Но уже через мгновение понял, что ошибся.

Вокруг был тихий свет и знакомые стены. Он мучительно попытался вспомнить, что же это, откуда... а потом в памяти алым тревожным сполохом зажёгся ответ: это Алголь. Секретная база - его и Раины Сойтар.

А потом он обнаружил, что под пальцами тонкая ткань простыни, что под щекой - подушка... Этого не было уже много лет. Этого не могло быть. Он был наполовину машиной и уже забыл, как это - когда ты спишь, как обычный человек.

Но - как?!.

Он повернулся на лёгкие шаги. Раина. Невозмутимая. Бледная. Не спала несколько ночей. Как всегда.

- Милорд...

- Лорд Эльснер, - резко поправил он и обнаружил, что не может узнать свой голос.

Раина поклонилась, соглашаясь с новым именем.

- Лорд Эльснер, операция прошла успешно.

- Что за операция?

- Пересадка мозга. У вас теперь полностью новое тело.

Он едва сумел осознать то, что ему сказали. Новое тело? Значит, можно выйти на траву босиком... можно есть и пить, можно дышать самому и не зависеть от систем жизнеобеспечения... За что, да за что - ему! - такое чудо?.. И чем за это придётся расплачиваться?..

После долгого молчания он наконец взял себя в руки.

- Чем закончилась битва?

- Полным поражением Империи.

- Император?

- Мёртв.

- Командование и флот?

- Большей частью уничтожены.

- Ваши дальнейшие планы?

Раина помолчала. Раньше он всегда называл её на "ты".

- Они зависят от вас.

Он насторожился. Зачем-то она вернула его к жизни. Зачем?

- Каким образом?

- В Галактике есть новая власть. Мне неизвестно, какой политики они будут придерживаться по отношению к тем, кто служил Империи, но мне бы хотелось найти работу, соответствующую моему профилю. Кроме того, как человек, входивший некоторым образом в имперскую верхушку, я могу представлять для них определённый интерес. Правда, боюсь, я не смогу его оправдать.

- То есть вы не исключаете для себя службы новому правительству?

В глазах Раины мелькнул страх, который она тут же спрятала, опустив глаза.

- Лорд Эльснер...

Он хотел было встать, но понял, что пока не стоит: в вену что-то вливалось.

- Лорд Эльснер, могу ли я спросить...

- Да.

- Что вы собираетесь делать?

- Встретиться с сыном.

Она вздохнула с облегчением, - явно ждала от него иного. Да, конечно, - собрать уцелевших, возглавить их как бывшему главнокомандующему, стать остриём непримиримой мести... это было бы возможно, но... снова воевать против Линна он не собирался.

- Я отвезу вас к нему. Хорошо, что вы сами этого хотите. Я... всё равно собиралась это сделать. У меня нет выбора...

- Каким образом?

От его лёгкой усмешки она содрогнулась, но быстро взяла себя в руки.

- Наркотик... дальше - вопрос транспортировки. Гравиплатформа с человеком может поместиться практически в любой звездолёт. Да, я знаю, что Владеющие Силой способны частично преодолевать действие одурманивающих препаратов, но... в вашем состоянии, насколько я понимаю, вам ещё предстоит восстанавливать умения, на это потребуется время, так что сейчас этот вариант вполне мог бы сработать.

Он оценил и её возможности, и её откровенность. Что ж... она тоже могла бы предать.

- Спасибо за предупреждение, - иронично отозвался он. - Когда и куда мы стартуем?

Он почувствовал, как у неё отлегло от сердца. Боялась. Да. Ещё как.

- Сейчас. На Свейз. Я слушала их переговоры - прежде чем улететь на Алголь. Они собирались сделать там временный центр управления Галактикой.

Он смотрел, как Раина вынимает иглу из вены. "...и хорошо бы нас пропустили... представлюсь сразу, должно получиться..."

Лорд Эльснер коротко глянул на неё и отвернулся. Чтение мыслей вернулось. Её план был хорош... но она не знала, как быстро он восстановит владение Силой. Впрочем, он сам - тоже.

А потом - перед тем, как пойти к звездолёту, - он велел ей подождать и ходил по дорожкам. Прикасался к деревьям, снял ботинки и ходил босиком, чувствуя каждый мелкий камешек, ветки, траву...

Он знал, - эти мгновения безумно дороги, дальше будет вихрь ненависти, разбирательств... из которого, может быть, ему не суждено выбраться, слишком много висит на нём того, о чём он сейчас заставлял себя не думать, того, что навалится, как ни защищайся, и не навалиться оно могло только в том случае, если бы лорд Эльснер даль Соль продолжал оставаться мёртвым.

Он хотел, чтобы никто его не видел.


Мёртвая тишина чуть ожила, - кто-то тихо обсуждал услышанное, кто-то просто вздохнул. Милорд поднял взгляд, и всё снова стихло.

- С этим всё ясно, я полагаю. Ещё вопросы?

Рейлех ждал. Да, с фактом, что Милорд убил Императора, они живут со дня краха Империи, но как же было легче, когда все считали, что Милорд тоже умер...

- Вы поступили на службу новому правительству?

Рейлех заинтересованно глянул на спросившего, тот сидел в первых рядах. Ищет оправдание для своего собственного перехода, похоже... Они же не уволились.

- Официально - нет. Для них это невозможно. Для меня тоже. Но способ сотрудничать был всё же найден.

- Можно ли спросить, какой именно?

- Спросить - можно, - он чуть усмехнулся. - Узнать подробности - нет. Это не ваш уровень допуска.

Инеат сделал шаг к лорду Эльснеру.

- Пожалуйста... расскажите без подробностей. То, что положено для нашего уровня допуска.

- Я Владеющий Силой, - бросил Милорд, не оборачиваясь. - Таких людей сейчас всего двое - я и Линн. Мы им нужны.

В зале - показалось? - стало немного спокойнее. Сила и те, кто с нею связан, всегда были ужасом простых людей... и от них защищал Император - руками Милорда, у которого, кроме обязанностей главнокомандующего имперским космофлотом, было и кое-что ещё, куда... не было допуска. Страх незримо сопутствовал им обоим всегда, страх был неотъемлемой частью жизни... к нему привыкли. Но при этом на счету Милорда были десятки операций против, как было принято называть, самодеятельных Владеющих Силой, об опасности которых ходили жуткие легенды - веками. И теперь, похоже, он снова вставал на страже.

Инеат не мог понять, почему никто не спрашивает об Императоре. Он ждал, напряжение росло, он не решался спросить сам, не хотел направлять разговор вместо своих людей... предоставил им свободу.

Он не ожидал, что этот вопрос так и не прозвучит.

Позже, когда разговор был окончен, он проводил Милорда до стоянки. Рейлех неслышно шёл рядом, Инеат обнаружил, что вообще забыл о нём.

- Я должен вернуться, мы продолжим совещание, - сказал он, прощаясь. - Когда мы что-нибудь решим... я сообщу корреталю. Если это будет возможно.


***

Линн отключил затемнение стёкол во флайере.

- Куда полетим?

- Потихоньку прямо. Только не гони... чтобы всю красоту рассмотреть.

Он поднял машину в воздух. Хорошо всё-таки, что можно гулять по Кер-Сериндату и так, не встречаясь с людьми... без неожиданностей. Только что в парке на нас налетел мальчишка на самокате - смешная доска с колёсами, которая ездила по земле, но могла ещё и взлетать невысоко и ненадолго, - с горящими глазами назвал Линна по имени, спросил, правда ли, что Милорд его отец, и правда ли, что он жив. За малышом спешила его мама, хотела удержать от лишних вопросов, но было поздно.

- Правда, - признал Линн. - И то, и другое. Всё правда.

- Здорово! - его глаза засияли ещё больше. - Это же так здорово, что папа живой!

Линн коротко глянул на меня. Папа живой, да...

- Да. Ещё бы.

Женщина наконец догнала сынишку и взяла за руку.

- Извините, - она поклонилась, но с достоинством. - Его отец вернулся с войны. Многие не вернулись. Поверьте, люди искренне рады, что между вами и вашим отцом мир... могло быть иначе.

Я тряхнула головой и отогнала воспоминание. Артос. Они исстари верны Империи... жизнь безвозвратно изменилась, и не они её меняли, они вынуждены были лишь смириться с переменами. А Даниель уверен, что может гарантировать безопасность - и Линну, чуть ли не самому известному человеку из повстанцев, и всем, кто с ним. Мне бы его уверенность...

И всё же Кер-Сериндат был прекрасен. Линн вёл небыстро, можно было рассмотреть, как осеннее солнце озаряет крыши, - здесь всё было рассчитано на взгляды сверху, в старых районах на крышах выкладывали разноцветные узоры и устраивали скверы, от воздушных стоянок вели лифты вниз, в путаницу изящных улиц. А если вылететь на Набережную и зависнуть над водой, то откроется гармония центра города: торжественно засияет Большой дворец, из названия которого исчезло слово "губернаторский", направо от него, через кварталы особняков, будет благородно возвышаться здание концертного зала, а налево, на таком же расстоянии, непохожий, но почему-то очень хорошо сочетающийся с ним один из бесчисленных кер-сериндатских музеев. А дальше - белые шпили Академии, голубые стены небоскрёбов делового центра, всё такое знакомое, но теперь смотришь и понимаешь, как много не знаешь о Кер-Сериндате... теперь на всё есть время. Где-то в разноуровневых улицах прячется район казино, и можно найти жутко дорогую гостиницу, где я жила, изображая Элту Ариатис... но лучше выкинуть всё из головы и просто насыщать душу красотой, вот за следующим поворотом притягивает взгляд дом из белого резного камня с изумительной мозаикой во всю стену...

Возвращаться на обед в правительственную гостиницу Даниеля было неохота, хотелось остаться на чудесных улицах, где гостеприимно распахивали двери маленькие ресторанчики, - тёплая осень позволяла сесть под лучами солнца в мягкие кресла с плетёными спинками, смотреть на модно одетых прохожих, забыть про бешеный ритм жизни звёзд... Тут было дорого, но Линн заявил, что деньги существуют для того, чтобы их тратили с удовольствием, и я согласилась, пусть платит. В конце концов, он с самого нашего знакомства удивлял меня тем, что деньги у него водились всегда.

Напротив, на противоположной стороне улицы, уходили в высоту старинные дома, я засмотрелась на каменное кружево. Сверху подлетел флайер, скрылся на крыше, - здесь, похоже, жили... Солнце заслонила тень, я оглянулась: к нашему столу подошёл незнакомец и поздоровался с Линном так, как будто давно его знал.

- Можно к вам?

Линн улыбнулся в ответ.

- Да, пожалуйста... а вы кто?

Беспечность слетела, я вжалась в кресло. Понятное дело, охранники Рейлеха где-то рядом, но...

Незнакомец достал видеофон - большой, не новый, с покоцанным экраном. Открыл на нём что-то и протянул нам.

- Это чтобы представиться.

Я заглянула тоже. Большая заметка в давнишних новостях, автор сообщал о разгроме "нелояльной группировки" на каком-то предприятии... масса фамилий, похвалы в адрес имперской полиции, вовремя схвативших негодяев за руку.

- Я по этому делу десять лет отсидел, - сообщил незнакомец. - Дело было громкое. Может, ты в курсе?

- Нет, - Линн перестал улыбаться. - Я тогда совсем мальчишкой был. Вас выпустили после краха Империи?

- Ну, как "выпустили". Мы сами вышли.

В тёплом осеннем кафе повисла тишина. Сами вышли. Откуда? Сколько их? Смогли ли вернуться в нормальную жизнь?

- Нелояльность - страшный диагноз, - незнакомец невесело усмехнулся. - В большей части случаев со смертельным исходом. Ты извини, я тебя увидел в парке и глазам своим не поверил. Линн даль Соль на Артосе? Ну я-то понятно зачем здесь, а ты что тут забыл? Смотрел, как ты с девушкой гуляешь... не похоже, что прилетел по делам, хотя кто тебя знает.

Мне стало не по себе. Следил, значит. Линн остался спокоен, но я почувствовала: ему тоже неприятно.

- И зачем же вы здесь?

- Артос - странное место, - незнакомец подозвал официанта и заказал себе выпить. - Даниель Озен взял сторону повстанцев ещё до краха Империи, убил губернатора, но какой-то он, право слово, скользкий, и нашим, и вашим. Мы же всех знаем - кто нас судил, кто вёл следствие, если это можно так назвать... кто подставил директора. Директор, конечно, тоже хорош, если получаешь государственный заказ, то надо делиться, а он то ли не отблагодарил кого следует, то ли слишком много денег украл, вот ему и организовали... нелояльность. А вместе с ним Империя загребла всех нас. На всякий случай. И теперь они скрылись. Ну, кое-кого мы нашли. Так сказать, свидетелей со стороны обвинения. А следователи, судьи, вся эта братия, - они здесь. Видимо, у корреталя Озена для них нашлась и работа, и хорошие условия для жизни.

- И чего же вы хотите? - тихо спросил Линн. - Чтобы я вам помог их найти?

Незнакомец залпом выпил принесённый напиток. Я знала, что эта штука очень крепкая, чтобы вот так легко её глотать, нужна привычка.

- Я хочу справедливости. Помочь найти - это, конечно, неплохо, но у нас уже опыт есть... сами справимся. Вот добраться до них будет без тебя сложно. Ты же можешь войти куда захочешь, сделать так, что тебя никто не увидит, пройти под носом у охраны, внушить кому угодно что угодно. Провести других. Так?

По тёплой улице пролетел порыв ветра, спутал волосы, - светлые густые пряди упали Линну на глаза, он не стал поправлять.

- Ну, в общем, так.

Незнакомец отставил бокал.

- Знаешь, вот мы-то вышли... а сколько не вернулось. Да и у тех, кто вернулся, жизнь разбита, её уже не склеить. И никто за это не ответит. А те, кто это устроил, будут ездить на работу здесь, в Кер-Сериндате, получать кучу денег и жить как ни в чём не бывало. И у вашего корреталя будут юристы, которые гробили людей при Империи, считая, что Империя во всём права. Он может, кстати, и не знать подробностей о тех, кого пригрел... хотя я в это не верю. А оттуда, где им могли бы воздать по заслугам, сюда никто не дотянется. Кроме нас. Подумай. Тебе-то оно зачем - знать о несправедливости и оставить всё как есть? Оставить имперских преступников безнаказанными. Разве ты за это воевал?

- Нет.

Незнакомец встал.

- В общем, я пошёл. Подумай. Номер давать не буду, ты же умеешь позвать мысленно. Как надумаешь, зови.

Он прошагал мимо соседних столиков, - люди оживлённо разговаривали между собой, никто не обратил на него внимания. Линн смотрел куда-то сквозь опустевшее кресло... в недавнее прошлое.

Я молчала. Сколько же несчастья принесла Империя, не разгрести...

Наконец Линн обернулся ко мне.

- Подумать-то я подумаю. Обязательно.


***

- Этот человек уехал на северо-запад Кер-Сериндата, - доложил Рейлех. - Я передал сведения полиции, но они сказали, что доказательств подготовки преступления нет, а за намерения арестовывать нельзя. Новые законы, сами понимаете.

- Да, - сказал Даниель. - Вы всё сделали правильно.

Он подумал, что на месте полиции захотел бы поговорить с Линном. Вытрясти из него, действительно ли он не знает своего собеседника. Добыть эту старую статью с именами. Разобраться, кто кому и что должен... Он попытался представить, что будет, если Линн всё-таки втянется в эту авантюру. Очень понадеялся на то, что этого не произойдёт. Да, трудно быть известным человеком, только высунешь нос на люди, как тут же тебя узнают и чего-то от тебя захотят... что ж, ему теперь вообще на улицу не выходить?

- Я аккуратно спросил в полиции, что будет Линну за молчание, - добавил Рейлех. - Они занервничали и сказали, что имперская практика доносов сейчас предана осуждению, поэтому попытки обвинять людей по статье про несообщение о готовящихся преступлениях лучше не затевать.

- Да, верно, - кивнул Даниель. - Хорошо. Только бы он сам не полез... справедливость наводить.

Рейлех тревожно взглянул на корреталя.

- Может, стоит его предупредить?

Даниель обдумал и это.

- Беда в том, что Владеющих Силой действительно очень трудно удержать, если они начнут что-то осуществлять, - терпеливо разъяснил он. - Ну, предупредим. А если он не согласен, то мы получим больше проблем, чем есть сейчас. Оно нам надо?

- Но что тогда делать?

- Пока - наблюдать. Возможно, я перестраховываюсь.

Рейлех вспомнил, что имперским спецслужбам так и не удалось поймать Линна, несмотря на титанические усилия, личное руководство Милорда поисками и обещание награды. Скрываться он умеет, да...

- Мы и так наблюдаем.

- Я знаю, - взгляд Даниеля был внимателен и прозрачен. - И, пожалуйста, ничего не меняйте в указаниях охране. Это очень неприятно, когда за тобой следят... не с целью обеспечения твоей безопасности, а с подозрением. Он ничего плохого не сделал, - только никому не сказал о разговоре, а это не преступление.

- А если они кого-нибудь убьют? Он же будет виноват: мог предотвратить, но ничего не предпринял.

Даниель перебрал варианты действий.

- Я подумаю, как этого не допустить.

- Убийства?

- Нет. На предмет недопущения убийств должна работать полиция. Я не могу вместо них исполнять их обязанности. А вот как сделать, чтобы он не оказался причастным...

- Что ж, понятно, - Рейлех поклонился и шагнул к выходу. - Могу только посочувствовать. Он хороший человек, но хорошие люди тоже порой ошибаются... тем обиднее. Удачи.


***

Даниель приехал в нашу гостиницу вечером, когда уже совсем стемнело, - лучи заката полностью погасли, сменились бессонными огнями Кер-Сериндата. Он умел творить незримую ткань беседы, умел уводить от всего, что угнетало, уходить от опасных и неприятных тем... и было легко. Накрывшая днём тень недавних бед растворялась, отходила в прошлое и гасла следом за ушедшим солнцем. Когда он посреди всего вдруг спросил о том, не запомнил ли Линн дату, когда была написана статья о "нелояльной группировке", тот даже и не удивился, остался в том же лёгком расположении духа, - как будто так и надо. Незнакомец показал текст ненадолго, я не поняла, как там вообще можно было что-то уловить... но Линн назвал число и даже то издание, где поместили новость, какая планета, какой город, назвал несколько фамилий. Я изумлённо смотрела на него. Вот так мгновенно запоминать, и это как будто ничего и не стоит, никакого труда? Хорошо, что он не обиделся на вопрос, - разумеется, знал, что за нами наблюдают, я даже понадеялась тогда на охрану, бывший заключённый особого доверия не вызывал...

И внезапно мне стало кристально ясно: а ведь ему никто не указ. Он потому так и спокоен... никто не может остановить его, он пройдёт где угодно, обойдёт любую слежку... и убьёт тех, кого будет необходимо. Даниель может сейчас выдать самую блистательную за всю его жизнь речь о законности и соразмерности наказания, о том, как нужно и как не нужно выходить из душевных травм... и всё это будет бесполезно, Линн выслушает, улыбнётся, согласится - и сделает по-своему. И Даниель это прекрасно знает. И потому и пришёл. Не предупредить, не попросить... спросить, что тот решил. Мне стало холодно, как зимой, я как будто заглянула в бездну и наконец полностью осознала, с кем связалась. И что мне теперь делать? Да в конце концов! я же знала, кто он, на что я соглашаюсь, и знала, чей он сын... это если вспоминать, что откуда взялось... Что за чушь лезет в голову... Это мой выбор, в полной мере мой, и взрослость - умение не только принимать решения, но и отвечать за последствия...

Линн бросил на меня быстрый взгляд и опустил глаза. Я вдруг задним числом сообразила, что забыла закрываться... Не забыла. Не захотела. Едва только мы поселились в правительственной гостинице, он сказал сразу: ты не обучена, я невольно слышу твои мысли, я как будто постоянно подслушиваю то, что мне не положено, так не должно быть, научись думать только для себя, твои мысли - часть тебя, ты должна отдавать их только добровольно... И было очень страшно учиться - не хотеть его слышать, не хотеть, чтобы он слышал меня. Недоверие - самая жуткая вещь, недоверие к тому, о ком хочешь, чтобы он понимал тебя... кого хочешь понимать сама. И после того, как у меня получилось закрыться, я с таким облегчением снимала защиту... возвращалась в доверие. И теперь он знал. Знал, что я его испугалась, боролась с собой, чтобы откинуть страх. Что я не хочу, чтобы он шёл в эту отравленную несчастьями и ненавистью компанию, без всяких объяснений, просто не хочу, и всё... и знаю, что он вопреки всему может поступить наоборот.

- Какие выходы ты видишь? - спросил Линн у Даниеля.

Тот налил себе вина.

- Все ждут твоего решения, - негромко отозвался он. - И они... и я. Вариантов-то немного, либо ты пойдёшь с ними против закона, либо отстранишься, и пусть воюют сами. С полицией, с новым порядком жизни... со своими душевными ранами.

Даниель выпил и легко постучал по бокалу. Звон был красивым.

Пролетело несколько мгновений тишины, самых последних и самых тяжёлых - перед ответом. Линн молчал, думал... и ещё раз посмотрел на меня. Я тоже ждала.

- Я не буду звать, - наконец сказал Линн. - Но они не заслуживают войны... они заслуживают справедливости. Какой-то компенсации, что ли. Нельзя же так, что тем, кто разрушил их жизнь, всё, а им - ничего.

Даниель очень постарался не показать, какой огромный груз свалился с плеч.

- Я тебя понял. Отдыхай.

Линн встал. Мысленно спросил, хочу ли я вернуться с ним в номер или останусь здесь. Услышал, что не останусь. Тихо и успокоенно улыбнулся.

- Да, пожалуй... мы пойдём. Набродились сегодня по свежему воздуху...

Даниель проводил нас взглядом и обернулся к Милорду. Тот подождал, пока шаги стихнут в коридоре.

- Они его в покое не оставят, - вполголоса проговорил лорд Эльснер. - Не получат ответа и снова выйдут на связь. Рейлех далеко?

- Разумеется, нет.

- Пусть он покажет мне... где квартирует этот борец за справедливость. Пообщаемся.


***

Дверь распахнулась, хозяин квартиры попытался схватиться за оружие, но не успел: Милорд протянул руку, бластер мгновенно притянулся к его ладони, как к магниту.

- Не стоит. Поговорим спокойно, или ты попытаешься ещё что-то предпринять?

Бывший заключённый вжался в стену. Призрачная надежда на то, что перед ним всё-таки не Милорд, растаяла в холодной звенящей тишине.

- Не о чем разговаривать, - ответ был еле слышен. - Убейте меня, раз нашли, и уходите.

- Убить тебя легко. Но моего сына это не обрадует.

Он стремительно пересёк комнату, уселся у окна, из которого падал резкий ночной уличный свет. Положил бластер на стол.

- Я пришёл сообщить, что он не собирается вступать в ваш клуб самоубийц.

- Что, и всё?

- Нет. Дальше - вопрос.

В комнате было полутемно, - Милорд ворвался среди ночи, когда хозяин уже готовился ко сну. Тени падали на лица, изменяли их, что-то скрадывали, проявляли то, что никогда не видно днём. Хозяин комнаты не хотел вопросов. Он ждал, когда всё закончится, - под гнётом страха было почти всё равно, чем, - лишь бы наконец исчез этот давящий взгляд, под которым трудно дышать... скорей бы.

- Есть ли какой-то выход, который вас устроит, - без кровопролития?

Бывший заключённый бешено глянул на Милорда, но тут же снова отвёл глаза.

- Ясно. Значит, нет.

Милорд коснулся бластера.

- Ты хочешь смертей. Был момент, когда я мог позволить тебе убить меня, и ни секунды не пожалел бы об этом. Теперь тебе придётся смириться с тем, что я жив, и что у меня есть то, чего нет у тебя, - полноценная жизнь. Даже если ты дотянешься до намеченных жертв из твоего списка, даже если тебя при этом не схватят, - останусь я. Ненависть сгрызёт тебя изнутри, у неё нет и не будет выхода, этот ползучий пожар нельзя загасить кровью... даже моей. Сейчас ты пытаешься залить его алкоголем. Не поможет.

- Может, хватит?

- Да.

Милорд встал.

- Я кое-что тебе покажу, и ты сам решишь свою участь.

Перед мысленным взором бывшего заключённого вспыхнул кричащими красками незнакомый зал, - ты в окружении людей, в их глазах страх, тревога, они смотрят как на кошмарный сон, внезапно оказавшийся явью и пришедший к ним домой... знакомо, до ужаса, как сейчас... так смотрят все, кроме троих. Накрыло ощущение безнадёжности, гнетущей беспомощности, испепеляющее чувство вины: да, ты виновен перед всеми, перед каждым из присутствующих здесь... и не только, и ты знаешь, что не расплатишься ничем и никогда, и острой болью по сердцу - отчаянный взгляд Линна: тот замер и ждёт. Потому что ты обжёг его сейчас хуже лазерного меча, - внезапное чудо обретения отца, которого он считал мёртвым, ты собрался разрушить: уйти обратно в смерть.

- Это пустые слова! Давайте, включайте Силу! Кого вы выкинете из окна? Раину, которая вас спасла? Линна, который счастлив видеть вас живым? Или меня - в благодарность за Алголь? Мне, между прочим, легче всех, - скорее с папой встречусь. Ну, чего вы ждёте?

От звенящего яростью голоса проваливаешься в бездну: что же, ты сам убьёшь её, - на глазах у сына, чтобы тебя в ответ расстреляла охрана, отнимешь у него обоих... Как будто мало того, что ты ему сделал... "счастлив видеть вас живым"?!

Милорд оборвал видение. Бывший заключённый вдруг понял, что чужая безнадёжность и желание умереть не исчезли, они как будто передались - тому, чья мысль давно уже шла сходной дорогой, только никогда раньше не доходила до такого накала... теперь дошла. Да, это правда, - он вынужден был признаться самому себе, что тоже хотел умереть, таща невольно жалкую жизнь в заключении, и когда внезапно обрёл свободу, понял, что ничто не вернёт потерянных лет и загубленного счастья... Да, это правда, - мысль о мести не приносила желанного облегчения, да и то, что уже было совершено... ничего не изменило. Смерть показалась открытой дверью, за которой ты уже ничего не улучшишь в земной жизни, ты уйдёшь туда таким, какой есть, и, может быть, там наконец настанет покой - или не будет ничего, но в любом случае тебе будет лучше, чем здесь.

Милорд взглядом открыл окно и протянул ему бластер. Когда тот взял оружие задрожавшей рукой, шагнул к выходу.

- Дальше - сам. Не перекладывай исполнение своего желания умереть на других.

Он вышел, не оборачиваясь, спустился вниз, к флайеру, где ждал Рейлех, и никто из них не услышал звука выстрела.


***

Сообщение пришло лорду Эльснеру, когда мы завтракали, он настороженно взял видеофон - и вдруг придвинул к нам. Я пересела поближе, с моего места было плохо видно.

Линн перечитал ещё раз и засиял.

- Он всё же смог сам выйти на связь! И не так уж много ему понадобилось времени...

Я всматривалась в строчки на галактическом. Инеат на маленьком фото был в чёрной парадной форме командующего космофлотом, серьёзный и торжественный, и не хотелось верить в плохое. "Лорд Эльснер, я желаю вам доброго утра и высылаю афишу Кер-Сериндата. Как просила Элта Ариатис, я отметил события по своему вкусу, которые, как мне думается, могли бы вам быть интересны. Прошу меня простить, я пока не могу привыкнуть к её настоящему имени и не хотел бы обидеть её, ошибившись в написании. Передайте мой сердечный привет Линну даль Соль. С почтением, Инеат Ар-Никта".

- Надо же, как много всего, - негромко проговорил лорд Эльснер, просматривая присланный список. - Теперь уже мне нужно время, чтобы понять, что тут к чему.

- Это точно, - отозвался Линн со знанием дела. - Знаешь, когда Даниель впервые вышел на нас, надо было проверить его, и я полетел на одно мероприятие... мы чуть голову не сломали, выбирая. Вообще, конечно, это всё очень интересно, спектакли, концерты и всякое такое, но хотелось бы ещё и разбираться в том, что хорошо, что плохо и почему. Хорошо, когда у людей это главная забота...

Лорд Эльснер слишком аккуратно отложил видеофон.

- Ты прилетел на Артос вскоре после того, как тебя объявили в розыск?

- Да. А ещё надо было не только выбирать, куда идти, но и в чём, чтобы не выделяться. У них совсем другая мода, а я тогда только-только уехал со своей фермы... непривычно. Пришлось учиться носить.

Лорд Эльснер тихо усмехнулся.

- Я тоже... не привык. Точнее, отвык.

Линн засмеялся.

- Так у тебя и сейчас ничего подходящего для их мероприятий нету. Как-то вы у меня оба без нарядов для мирной жизни, Кэт и вовсе унеслась с Тайшеле без вещей, в чём была, мы пришли в номер, а ей переодеться не во что...

Я слушала его, и на душе было тепло. Наряды, вопрос, куда пойти... и ведь хотелось этого безумно, тогда, здесь же, на Артосе, и чтобы ничто не терзало, не висела над головой опасность, не надо было напоминать себе, как меня зовут по фальшивым документам. И чтобы вокруг были не имперские палачи и пресыщенные бездельники, а дорогие люди... страшно хотелось и было абсолютно недостижимо. Дорогих людей не осталось, было только одиночество, оторванность от дома без права на возвращение, а Линн... это пришло позже.

- Про наряды - к Даниелю, - сказала я. - Он это обожает.

Лорд Эльснер кивнул, снова взял видеофон, начал что-то набирать. Во взгляде Линна на него было столько искреннего беспокойства, столько заботы... Они встретились, когда он уже стал взрослым, он никогда не смотрел на отца снизу вверх, маленьким, у них никогда не было таких отношений, как у меня с папой... и не будет. Милорд столько потерял...

Линн отодвинулся от стола.

- Ну что, на Большие фонтаны?

Я удивлённо уставилась: вот так, легко, снова в людные места, не боясь, что кто-нибудь опять возникнет с неприятными вопросами или с авантюрными предложениями? Он улыбался, и я поняла, что тоже хочу вот так, сметая свои опасения, - в жизнь. Да в конце концов, мы воевали не за то, чтобы прятаться по углам!..

- На Большие фонтаны, - согласилась я. - А потом...

- Веди, - сказал лорд Эльснер. - Ты же тут всё знаешь.

- Ну, не всё...

- Но больше, чем мы.

Мы пошли на стоянку. По дороге до меня дошло: а ведь он прав, Линн тут был короткими наездами, сам он и вовсе почти не бывал на планетах, если и приходилось спускаться, то ненадолго, это я торчала здесь несколько недель, и делать мне было нечего, кроме как изображать очередную пассию Даниеля и развлекаться. Вот для операции по убийству губернатора меня точно выбрали за внешность и совсем не для того, чтобы стрелять...

Большие фонтаны построил брат Даниеля Озена, давно, - когда только начинал свою карьеру, ещё не стал губернатором и работал по своей основной специальности, архитектором. У него был хороший вкус, чувство пространства, он умел вписать живые меняющиеся струи в статику окружающих высоток, - вода сама создавала стены, обрушивалась с высоты единой прозрачной волной, расходилась множеством пенящихся ручейков и снова устремлялась вверх. Сейчас, в свете дня, цвет Больших фонтанов был спокоен, только естественные краски и сверкание белых пенных шапок под солнцем, а по ночам - до самых холодов, когда фонтаны выключали на зиму, - к ним присоединялись огненные столбы, рассыпавшие искры. Даниель рассказывал, как время от времени появлялась идея, что надо бы добавить цветные прожектора, что просто огонь, просто игра пламени - это мало, но каждый раз собирался совет Кер-Сериндата по архитектуре и останавливал искателей улучшений.

Лорд Эльснер смотрел, как мы с Линном нашли водяную арку из перекрещивающихся струй и проскакивали под ней, стараясь не намокнуть: Линн вскидывал руку, и капли над головой начинали лететь в сторону, как будто попадали на нематериальный упругий зонт.

- Есть версия, что дар творчества - это тоже своеобразная одарённость Силой, - заметил лорд Эльснер. - Что-то в нём всё-таки было, в брате Даниеля, хотя и не по нашей части. Но этим я не занимался. Один из вопросов к будущему Центру по изучению Силы, между прочим.

- Разберёмся, - азартно ответил Линн. - Теперь во всём разберёмся, и всё это перестанет людей пугать.

- Совсем не пугать не выйдет.

Линн собрался возразить, но передумал, радостно махнул рукой и снова унёсся в путаницу струй воды. Главная махина Больших фонтанов уходила в высоту над головой, но вдобавок к ней было несколько площадок, где можно дойти до воды, встретиться с ней близко, коснуться прохлады, и летом на этих площадках собирались толпы народу. Сейчас люди любовались издали, и нам никто не мешал. Порыв ветра налетел сбоку, резко изогнул струю, рассыпал на мириады брызг и нахально бросил мне в лицо, я обиженно отвернулась: ну вот, всё-таки промокла...

Линн подошёл ближе, остановился на краю бордюра, - вода плескалась у его ног.

- Ты даже не попробовала защититься! Не успела?

- Да я и не подумала... а как это? А разве я смогу?

Линн засмеялся.

- А куда ты денешься. Конечно, сможешь.

Он протянул мне руки и помог забраться к нему на границу воды и суши.

- Попробуй мысленно до них дотянуться. И всё, дальше делай с ними что хочешь. Так можно отодвинуть дождик, можно изменить танец пламени... что угодно. Если ты коснулась - ты их чувствуешь, а они подчиняются.

Я смотрела на взмывающие в солнечные лучи брызги - быстрые и яркие, как бриллианты.

- Так просто?

- Ну да.

Он вдруг шагнул прямо в воду, я подумала, что сейчас он тоже промокнет до нитки... но вода отхлынула в стороны, дала ему дорогу, падающие с неба капли сложились над головой в сверкающий шатёр. Он прошагал до другого берега, поднялся на дальний бортик, - и всё вернулось враз, передо мной снова плескались волны.

Линн посмотрел на то, как я обречённо разглядываю воду, сжалился и перешёл подальше, туда, где не было глубины и волн под ногами, а брызги фонтана разбивались о белый камень.

- Ну иди же!

Я подняла голову. Солнце стояло в зените, припекало, - такая тёплая осень, даже если ничего не получится, ну станет мне попрохладнее, и только, что поделать, пойду сушиться...

Мне вдруг вспомнилось: учись видеть... Брызги летели быстро, их жизни было всего несколько мгновений - до того, как упасть на землю... незаметно их бег замедлился, я увидела направление их полёта, успела порадоваться, как они красивы и совершенны... и повернулась влево. Часть брызг продолжила падение, - а часть рванулась туда, куда я посмотрела. Линн стоял далеко, на другом берегу, я увидела, как он обрадовался, хотел что-то сказать, но не стал: побоялся меня сбить. Страх неудачи колыхался где-то на дне сознания, как волны неподалёку, избавиться от него не получалось, я попыталась, потом решила не обращать внимания... и пошла вперёд. Сверкающая вода должна была упасть на волосы, но пролетала над головой. За пару шагов до берега я осознала, что у меня получилось, от изумления захватило дух... и я почувствовала, что стремительно падаю обратно, в обычное состояние. Капли обрели свободу, рванулись вниз, я бросилась от них бежать, но они были быстрее, и я мгновенно намокла.

- Ты видел?!

- Да!

- Постой, не надо, не обнимай меня, я же вся мокрая, ты сейчас будешь тоже...

- Неважно!..

Лорд Эльснер смотрел издали, сквозь переплетающиеся струи воды, которые закрутились красивой сеткой, сошлись и снова разделились.


***

Когда высокая фигура на балконе гостиницы внезапно перестала быть человеческой и распахнула огромные крылья, Рейлех ахнул и бросился к флайеру. Йаллер летает. Руниа ещё и умеют летать, то есть вот этот - может, а тот, кого убили... неизвестно, да и уже неважно... Он понимал, что не имеет права на страх, но держать себя в руках было выше его сил.

Йаллер резко обернулся вглубь комнаты, бросил какие-то слова - и шагнул с балкона, в один момент взмыл в вечернюю высоту. Он летел странно, изломанными линиями, как будто лететь по прямой ему было тяжело, или же душевное состояние... оставляло желать лучшего. Возле окна появилась женщина, - свет в комнате, за спиной, не позволил Рейлеху разглядеть её, - короткое время смотрела вслед и снова скрылась.

Рейлех не хотел гоняться за ним, только надеялся, что Йаллер сообразит держаться подальше от главных путей людского транспорта и не станет нарушать правила воздушного движения. Но следящих камер в городе море, кто-то, конечно, засечёт... Страх. Древний как мир страх перед одарёнными Силой, стократно подогретый Императором. И как теперь быть?

Он сообщил Даниелю. Тот был занят, но сразу связался с Милордом, попросил позвать Йаллера, наступило тревожное ожидание. Йаллер свернул на север Кер-Сериндата, в лес уходящих выше облаков высоток, скрылся в туманной пелене - летел, касаясь её крылом. Показалось, - вроде бы его движения стали более плавными, Рейлех боялся надеяться, но очень хотел, чтобы тот хоть немного успокоился. Что у них там происходит? Да, они прилетели с Аксерата вместе... и она держится в тени.

Даниель вышел на связь вскоре, - попросил забрать его и отвезти туда же, на север, к Йаллеру: сказал, что Милорд сумел договориться о встрече. Рейлех сумрачно кивнул и вылетел. Встреча на крыше, на самой высокой точке над Кер-Сериндатом... Он встал между победившими повстанцами и бывшими военными Империи, теперь он ещё и посредник между простыми людьми и одарёнными Силой. Не слишком ли много он на себя взял, справится ли? А если не он, - то кто?

Крыша была огромной. Здесь не было стоянки, обзорная площадка осталась несколькими этажами ниже, на эту крышу посмотреть можно было разве что со звездолёта, и красоту тут никто не наводил. Даниель осторожно пробрался к самому краю, где, глядя в пропасть, сидел Йаллер, и встал рядом. Тут всё же есть перила...

Йаллер поднял голову. Сейчас крылья исчезли, но сзади на рубашке остались разрывы, напоминающие о том, где они возникли, и ветер трепал порванную ткань, открывая кожу. Даниель невольно позавидовал: Йаллер не мёрз.

- Как её зовут?

- Тариэль. Она элиа. Она вас презирает. Вас, людей. Тяжело...

Даниель кивнул и сел возле него. Сидеть было страшно жёстко и неудобно.

- У вас есть дети?

- Нет.

- У меня трое, - подумав, сообщил Даниель. - И я никогда не был женат.

- Почему?

- Насмотрелся на родителей. Мне такого не надо.

Йаллер снова смотрел вдаль.

- Ты ведь просил о беседе не для того, чтобы говорить о личном.

Даниель попытался устроиться поудобнее, но получалось плохо. Вцепился в перила. Как же тут безумно высоко...

- Всё связано. Ты бросился в новую жизнь, Тариэль пошла с тобой, но не может в полной мере её разделить. Ты ничего не говоришь... мы не знаем, с какой целью ты прилетел. Ты спасал Кэт... Линн бесконечно благодарен тебе, лорд Эльснер тоже, но пойми, мы не можем ни о чём тебя просить. Простые люди хотят избавиться от страха, хотят посмотреть ему в глаза, чтобы он рассеялся. Для этого мы, собственно, и затеяли Центр по изучению Силы.

- Сила... - Йаллер чуть усмехнулся. - Для меня всегда это было загадкой. Мы, руниа, - как бы сказать, внутри. Вы - снаружи. Наверное, снаружи всё же можно что-то разглядеть и изучить.

Даниель молчал. Ему отчаянно хотелось, чтобы Йаллер остался - на Артосе, с людьми... в свободе открывшегося пути, которой ему, похоже, так не хватало на его Аксерате. Но для этого нужно, чтобы у Йаллера был свой собственный интерес, - живой, настоящий, идущий от души, а не навязанный извне. А если его нет, или - хуже - если ему важнее ублажать Тариэль... тогда ничего не будет. И зачем было прилетать?

Йаллер обратил к нему светящийся взор.

- Я очень хочу быть с вами. Там, на Аксерате, уже ничего для меня нет... а тут жизнь. Но я вам не нужен.

- Это ты сам решил, или кто-то ляпнул?

- Нет... я же вижу. Вы давно встали на крыло и идёте своим путём. Великое Расселение завершено, от Императора вы избавились сами.

Даниель закрыл глаза. Ветер пронизывал насквозь, он понимал, что надолго его не хватит.

- Йаллер. Послушай. Я не могу уговаривать тебя насчёт Центра, я сам мало что смыслю в этом, надо спрашивать у Линна, что они там планируют и как. Но пойми... нужность - она нематериальна. Она не зависит от того, насколько ты полезен, что ты умеешь, как хорошо служишь чьим-то интересам. Знаешь, если бы зависела, то было бы трудно понять, зачем Линн пошёл спасать человека, который его искалечил.

Йаллер вздрогнул.

- Что?!

Даниель смешался.

- Ты не знаешь...

- Нет. Откуда?.. Они прилетели ненадолго на Аксерат месяца полтора тому назад, по вашему счёту, и потом... всегда было не до рассказов, а я не лезу насильно в чужую память. Но вот я здесь... сколько? два дня?.. Я ничего не знаю, я...

Даниель встал и положил ему руку на плечо.

- Йаллер. Я прошу, просто поверь. Мы открыты тебе, - мы, люди. Когда я увидел тебя... мне как будто снова стало восемнадцать лет, как тогда, когда я читал впервые "Свидетельство" Ма-Истри - о тебе, о Расселении. Ты словно вернул нам нашу историю, соединил огромным живым мостом прошлое с настоящим. Не лишай нас этого счастья - быть единым целым с великим прошлым и вместе творить жизнь дальше. Если ты останешься, ты обязательно найдёшь своё место... а мы поможем.

Он замолчал. Пришла мысль: он тоже далеко не всё знает, видел только то, что доставалось ему здесь, на Артосе, а ведь было много чего ещё...

- Пожалуйста. Останься. Ты ведь прилетел для этого, признайся.

Йаллер тихо улыбнулся.

- Ну... Да.

Даниель понял, что его уже колотит от холода, и надо срочно уходить в тепло, иначе он рискует вылететь из рабочего графика прямиком на больничную койку.

- Открытие Центра через пять дней. Видишь? Вон те белые шпили - это Академия. Там есть большой красивый зал с колоннами... приходи туда. К нам. Приходите оба. Если Тариэль решила пойти с тобой, - ну пусть хотя бы попытается. Дай ей шанс.

- Ты замёрз.

- Ещё как, - сознался Даниель. - Пойдём отсюда, пожалуйста. Только не лети своим ходом... люди боятся.

Йаллер глянул с тревогой и поднялся, казалось, он совершенно не замечает, что стоит на самом краю пропасти. Взял Даниеля за руку, - тот чуть не вскрикнул от ледяного прикосновения, но в следующий момент почувствовал, как холод отступает, он согрелся, и только осталось покалывание в покрасневших ладонях.

Рейлех дождался, когда оба усядутся во флайер, и взял обратный курс.


***

Фойе концертного зала было шикарным, я всегда старалась не проскакивать его по дороге в зал или обратно, а застрять и понаслаждаться красотой. Ясное дело, вот так, сходу, было трудно разобраться в том, в чём тот же Даниель жил всю жизнь, но он очень старался помочь внезапно свалившейся на его голову Элте Ариатис. Теперь я с удивлением обнаружила, что от его усилий про просвещению меня есть толк.

Мы вышли в игру света на зеркалах и металле, люди вокруг, похоже, тоже не торопились уходить домой, и среди спокойной довольной толпы, несмотря на тесноту, было уютно.

- Ты всё-таки поделился ею, - донёсся незнакомый голос сзади. - Что, надо было заплатить новой власти, и всё, ты согласился? А мне говорил - нет, нет, она только моя...

Даниель обернулся - резким движением хищника. Меня стало трясти, Линн немедленно сжал мне руку, - спокойно, всё хорошо... Всё было нехорошо, было стыдно и противно.

- Катись в Бездну, - холодно сказал Даниель. - Будешь навязчив - я у тебя и нынешнюю жену уведу. Ты же помнишь, как это бывает.

Я набралась духу и тоже оглянулась. Тёмные волосы с густой сединой, когда-то бывшее красивым лицо... Они слились в памяти, аристократы Артоса, потом нахлынули другие события, начисто выветрившие из головы то, что тут было... правда, не всё...

И внезапно я поняла, что - помню. Помню наигранное веселье в глазах Даниеля, когда тот притащил мне переливающийся блеском алый наряд и бросил на ходу: одевайся немедленно, мы будем танцевать, не отходи от меня... Помню тревожный полумрак большого зала, помню, как Даниель усадил меня на высокий стул у барной стойки. Смотрел в упор, протягивал руку в сторону, не глядя, и ему подавали большой прозрачный бокал с вином, а он подносил мне: пей. Как в какой-то момент я осознала, что всё вино уходит только за мой счёт, он трезв как стёклышко и что-то задумал. Помню наши танцы... и вот этот голос. И слова, от которых пылали уши, и как я мимолётно порадовалась, что под волосами этого не видно. Помню, как Даниель поворачивался к человеку за моей спиной, улыбался во всю ширь, а во взгляде был лёд и азарт опасной игры: нет, потому что я так хочу... И как он наутро страшно удивился тому, что я вообще что-то помню. А я пыталась выяснить, кто это был, и очень боялась, что это Ар-Никта. Инеат произвёл впечатление порядочного человека, не хотелось разочароваться, и так всё плохо...

Народ стал редеть, Даниель отвёл нас в сторону. Я смотрела в пол и не могла поднять взгляд, Линн легко потрепал меня по плечу и пошёл с Даниелем - подальше, к высокому окну, за которым уже царила ночь. Разговор не долетал, только было видно: вроде бы ничего страшного, да, Линн слушает серьёзно, но вот он улыбнулся, они с Даниелем, похоже, поняли друг друга...

Они вернулись, я наконец собралась с силами и взглянула Линну в глаза.

- Ты что? - удивлённо спросил он. - Ну перестань же, всё в порядке.

Пролетело несколько мгновений. Очень хотелось нырнуть обратно - в тот момент, когда я ещё ничего не вспомнила. А потом - я бросилась с головой в его слова, в этот тёплый голос, в его "всё в порядке". Поверить и снова начать жить...

Когда мы вернулись в номер, он выложил видеофон на стол в гостиной.

- Послушай. А ведь мы с тобой ещё ни разу не танцевали. Может, попробуем?

Напряжение стало стремительно уходить.

- Не в этом платье. Оно слишком узкое.

- Посмотри в шкафу, что-нибудь да подойдёт.

Я пошла в шкаф. Он был такой здоровенный, что просто подойти к нему означало ничего не получить, надо было с почтением распахнуть его двери и действительно уйти в глубину. В глубине нашлась широкая чёрная юбка с лифом, я переоделась и вернулась. Из гостиной доносились обрывки звуков: Линн искал музыку.

- Это пойдёт?

- Да, вполне, это их местное, с Артоса... ты вообще когда-нибудь танцевал?

Он не ответил, только взял меня за талию, и рука сама легла ему в ладонь.

В нём была удивительная лёгкость и уверенность, - по первым же шагам стало ясно, что он пробует не в первый раз, но было странно: обычно я всегда чувствовала за спиной человека тень его прежних партнёрш... а тут - ничего. Он не знал последовательность движений, мир артосских способов досуга был для него новым... а я ощущала, как больная память словно очищается, старые следы заносит песок, и они наконец уходят в прошлое, - где им и место. По счастью, в правительственной гостинице сделали просторные номера, и здесь было где развернуться, хоть это и не танцевальный зал... Линн сразу стал вести, это было изумительно, - когда полностью доверяешься рукам партнёра и не думаешь, когда едва касаешься земли и почти можешь летать... И так жаль, что заканчивается музыка, и приходится остановиться.


***

Милорд шёл коридорами Большого дворца. Он не знал, что именно услышит, - Даниель сообщил лишь, что будет встреча с Инеатом и его людьми, - а предчувствие молчало. Что-то они решили...

При виде него все встали, - у Даниеля главным местом для совещаний служил просторный золотой зал, но люди в нём не терялись, особенно ярко смотрелась чёрная форма космофлота. Они уселись за большой овальный стол. Милорд ждал: что они скажут.

Инеат понял, что ему придётся взять слово. Под взглядом Милорда это было нелегко.

- Когда Даниель сказал про Центр по изучению Силы, наконец всё встало на свои места, - начал он с середины и сбился. - Извините. Если бы я знал, если бы мы знали раньше, мы бы поняли... это было бы понятно. Спасибо за повышение уровня допуска...

Даниель дождался, пока Инеат замолчит.

- Это не будет ни новым Орденом, ни школой Владеющих Силой, - сказал он. - Прошлое погибло. Нас, простых людей, - множество, и нам нужно другое. Мы научились руководить своей жизнью сами, как когда-то изобрели гипердвигатель и стали без помощи Владеющих Силой летать среди звёзд. Но есть вещи, которые нам недоступны, и будут недоступны всегда, есть опасности, о которых мы ничего не знаем, кроме того, что они существуют. И есть нечто в нас самих, чего мы боимся, но больше бояться не хотим.

Инеат кивнул.

- Мы на совещании пришли примерно к тем же выводам, я рад услышать их из ваших уст. Очень надеемся, что так и будет, что за красивыми словами не кроется обман... Мы слишком хорошо понимаем, что обмануть простых людей для Владеющих Силой не стоит труда. Простите. Лорд Эльснер... от имени вверенного мне космофлота, от имени гарнизона Артоса я заявляю, что готов обеспечить вашу безопасность.

- Нашу, - вполголоса уточнил лорд Эльснер. - Нас трое.

- Да. Господин корреталь, если у вас нет к нам вопросов, разрешите идти.

Милорд с интересом наблюдал, как Даниель отпускает военных. Гражданская власть никогда раньше не управляла ими, военные Империи были выше, теперь всё поменялось.

- Это не всё, как я понимаю?

Даниель улыбнулся.

- Нет.

- Кто следующий?

- Ректор Академии. У меня к вам просьба: не пугайте его, пожалуйста. Он после покушения на Кэт и так сам не свой.

Лорд Эльснер смотрел, как перед ректором открывались высокие резные двери.

- Постараюсь.

Даниель пошёл ему навстречу, сердечно пожал руку и пригласил сесть. Ректор заметно нервничал и явно был расстроен, что Милорд пришёл один.

- Добрый день... а где Линн даль Соль?

- В отпуске, - ответил Даниель. - Первый рабочий день будет послезавтра, на открытии Центра. Не переживайте, он вас ещё заболтает. И приготовьтесь, когда он волнуется, то все цифры округляет в сторону увеличения. Так что насчёт денег с ним лучше не говорить, а надо сразу ко мне.

Ректор заулыбался и достал документы.

- Я хотел доложить вам, как мы решили кое-какие организационные вопросы.

Даниель придвинулся к ректору с одной стороны, лорд Эльснер с другой. У Академии были варианты жилья, - квартиры в высотках на окраине Кер-Сериндата, их давали в пользование тем, кто был на какое-то время ей нужен. Стоянка для флайеров на этаже, на две квартиры, одна направо, другая налево, в них всё готово... только перевезти свои вещи, и всё. А вещей немного... откуда может быть много у тех, кто постоянно летает среди звёзд...

- У вас ведь есть свой звездолёт, - сказал ректор. - Я договорился, "Скиталец" уйдёт из отряда "Столица" и будет приписан к Центру. Пусть Кэт перегонит его на стоянку Академии. Мы даём вам флайеры, - такие же, какие идут для наших экспедиций.

- Покажите, какая модель...

Даниель видел, как ректор успокоился, начал с азартом рассказывать о своём транспорте, - сам когда-то носился по Галактике, теперь это осталось только в воспоминаниях. Жалел ли? Как знать...

Видеофон коротко загудел, Даниель извинился и вышел.

- Линн?

- Послушай... я попробовал с ней танцевать! Это так здорово...

- Я же говорил.

- Да... Ты можешь мне помочь?

- Наверняка, - терпеливо сказал Даниель. - Только говори побыстрее. У меня встреча.

- Извини! Может, попозже...

- Ну уж нет. Не найдёшь помощи у меня, полезешь куда-то в одиночку... спасибо, не надо.

Линн с улыбкой замахал руками.

- Нет, ты что, никуда я не полезу! В общем... пока она была на Дельсарене, я думал... у них там, на её родине, есть один танец, я учил, но... короче, я тебе покажу, ты увидишь сам, какая плохая запись, а нормального ничего нет. Мне нужна эта музыка! Именно эта, и обязательно послезавтра. На открытии.

Даниель вздохнул.

- Кажется, я понял, что ты задумал. Будет. Не волнуйся.

- И ничего никому не говори!

- Само собой. Это всё?

- Да. Извини!

Даниель вздохнул ещё раз и выключил связь. Музыка. С планеты, о которой никто толком не знает. Хорошо ещё, что там знают галактический...

Он проводил ректора Академии, попрощался с Милордом. Подошёл к окну. Его Кер-Сериндат, его Артос жил полной жизнью, и время страха прошло.

Он достал видеофон.

"Кэт, послезавтра на открытие Центра надень вечернее платье!"