Степанов Александр Фёдорович: другие произведения.

О пользе преступлений

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:

  
 []
  
  Я хочу поговорить с вами о пользе преступлений.
  Именно о пользе, а никак не вреде, и пользе масштабной, государственного порядка.
  Люди, население, народ - массы, одним словом - привыкли воспринимать преступления как что-то ужасное, неприятное и всегда вредное. Но массы не могут понять того простого факта, что государство во все века управлялось и управляется, базируясь всего на двух доминантах поведения: страхе и поощрении. Иначе государством управлять невозможно.
  Люди искренне считают себя разумными, на самом деле таковыми не являясь. Они всегда действуют на основании примитивных инстинктов, точно так же, как любые животные. И точно так же поддаются дрессировке.
  Как известно, дрессировка заключается в тех же двух принципах: наказание и поощрение. Голод и ожидание еды. Боль и удовольствие. Всё, больше ничего не надо - это основные принципы управления любым живым существом. А люди, безусловно, живые существа.
  Если человек ничего не боится, он перестаёт подчиняться командам. Он начинает мыслить самостоятельно, действовать самостоятельно, находить самостоятельно наилучшие решения своих проблем. Он перестаёт быть разумным животным и действовать, повинуясь инстинктам, которые замещает разум. Он начинает помогать окружающим его людям, объединяется с ними - особенно, если они тоже никого не боятся. И их уровень жизни значительно возрастает.
  В этом не было бы ничего плохого, если при таком подходе и развитии дел не отпадала бы нужда в государстве и даже в денежных системах. В современном мире это может произойти очень быстро: учитывая тот уровень развития производственных средств, которого достигло человечество, технологий воспроизводства этих средств, технологий связи, агротехнологий и так далее - на самом деле даже небольшие группы людей могут себя обеспечивать полностью, пребывая в совершенном изобилии. Даже в Антарктиде.
  Но в таком случае станет невозможно управлять этими людьми. И те люди, которые являются столпами общества, не смогут оставаться таковыми и потеряют свою значимость. Более того: освободившись от влияния авторитетности мнения этих людей, и развивая свой интеллект, не имея в основе своего поведения страха, массы неизбежно потребуют ответа от вчерашних своих руководителей за все те мнимые и реальные преступления, которые им пришлось совершить в силу необходимости властвования.
  А такое положение дел неприемлемо для нас, самых уважаемых людей мира.
  
 []
  
  Лишь поддерживая в людях животно-инстинктивное поведение, основанное на страхе и голоде и внушая им ложную убеждённость в их разумности, можно этого избежать. Предназначение руководителя - руководить, и учитывая тот факт, что любое сегодняшнее государство в первую очередь - его руководитель, можно понять, что разумность людей, их счастье и нормальная жизнь без страха - это угроза существованию государства.
  Любое государство держится в первую очередь на страхе. Любое государство - это в первую очередь принуждение. Принуждение без страха невозможно. Это аксиома государственности. Пока люди ощущают страх за свою жизнь, они желают быть в государстве, которое их защитит.
  Другой вопрос, как добиться такого положения дел, чтобы структуры, создающие боль и страх для своих сограждан, выглядели не как источник боли и страха для них, а как средство борьбы с ними?
  Таких способов много. Главный принцип здесь: лучше всего управляет явлением тот, кто его создаёт. Угроза войны почти во все времена, а сегодня особенно - вполне управляемая угроза. Она должна оставаться именно угрозой, не переходя в крайнюю стадию непосредственно войны, чтобы работать максимально эффективно. И если у нас вдруг исчезнет противник - мы его создадим, а если невозможно будет создать - мы его придумаем. Все страны, имеющие хоть какой-то вес в глобальной политике, связаны между собой договорами не о мире, как мы это преподносим массам, а о войне. Именно такие договоры, позволяющие накалять и охлаждать международную обстановку для устрашения и повышения управляемости масс, и поддерживают мир и существование государственности как мирового явления. Именно возможность устраивать по договорённости между первыми лицами государств и группировками, ими правящими, войны нужного масштаба и в нужных местах, позволяет вовремя удалять с политической мировой орбиты тех правителей, которые не хотят соблюдать правила мировой игры, помогает поддерживать мировое правительство в чистоте его традиционных интересов. В общем, избавляться от тех паршивых овец, которые могут испортить всё стадо.
  Война - это мир.
  
 []
  
  Но войны предназначены для межгосударственного, глобального регулирования института власти как такового. А для внутренней политики государства война - слишком масштабный, слишком грубый инструмент, чтобы регулировать жизнь державы. Государства стараются использовать такой неразрушающий и довольно тонко воздействующий инструмент, как религия, но он всё чаще входит в противоречие с самим современным образом жизни. К сожалению, уровень образования, необходимый населению для обслуживания государства и его руководителей, всё более возрастает. Умы людей каким-то образом удаётся сдерживать в предразумном, полуинстинктивном состоянии, но одной религии, как сто лет назад, становится всё более недостаточно. Слишком многие умнеют на глазах и отказываются от такой необходимой государству вещи, как "страх божий" - боязни неподчинения авторитетному мнению власти из страха перед несуществующими на самом деле божествами.
  На самом деле слишком умных, слишком много понимающих и слишком глубоко рассматривающих проблемы власти и управления обществом, чересчур разумных людей во все времена было гораздо больше, чем требуется для осуществления власти. Уничтожать их напрямую, в открытую, категорически нельзя. Даже объявление самых разумных врагами для мыслящих на уровне инстинктов обывателей, необходимых для существования государства, заставляет этих обывателей задумываться над происходящим, что в итоге внезапно вырывает массы из полудремотного состояния ума. К тому же, демонстрация государством постоянного насилия над собственными гражданами подрывает значимость госструктур как структур, защищающих гражданина в его глазах. Человек начинает бояться государства больше, чем это необходимо, более того - в какой-то момент страх перед государством может пропасть - и это тоже инстинкт, самый мощный: инстинкт выживания. А не "потеря доверия" или "народный гнев", как мы внушаем обывателям. Это то же самое явление, которое, хоть и редко, но происходит в стадах и стаях: они внезапно и массово, повинуясь инстинктам, набрасываются на вожака, утратившего свою силу или доверие.
  Человек может успешно бояться государства при ощущении своей вины перед ним - то есть, совершив преступление или правонарушение. Но в таком случае он перестаёт ему подчиняться полностью и становится неуправляем.
  Но, когда гражданин уверен, что такие неуправляемые граждане, вставшие на другую сторону закона, для него опасны, мы можем управлять этим гражданином. Мы можем обрести доверие в его глазах, какую бы эксплуатацию и несправедливость мы бы ему не причинили: лишь бы они не превышали уровень той несправедливости, которую он ожидает от преступных элементов.
  
 []
  
  Это тот самый страх, который нам нужен для управления массами. И его можно создать всегда, вне зависимости от религиозности масс или их образованности. Этот страх не требует содержания армий, и он прекрасно будет работать даже в мировом государстве без границ. Чтобы не стать жертвой преступления, человек согласится быть послушным инструментом в руках государства, несмотря даже на своё образование и кругозор. Невзирая даже на понимание сути державности выше положенного, допустимого ему предела. Это - почти идеальный страх. Он ценен в первую очередь тем, что подталкивает человека в государство по его же собственной воле. Как в игре в доброго и злого следователя.
  Обыватель считает, что преступность появляется сама по себе - однако это не так. Чтобы создать преступность определённого, требуемого вида и объёма, государству и лучшим его умам приходится прилагать массу усилий. Главным образом, как уже упоминалось - в сохранении тупости масс при одновременном культивировании жадности. Так мы получаем полукриминальный слой, специализация которого - экономические преступления. От банального воровства из магазинов и белья с чердаков до взяток и коррупции в государственных масштабах.
  Последний вид экономических преступников хорош для нас тем, что он очень хорошо внушаем, управляем и кровно заинтересован в сохранении государства как своей кормовой базы. Зная точно об их преступлениях, имея на каждого из чиновников компромат и возможность в любую минуту по нашему желанию переместить его из уютного кабинета в неуютную тайгу законным путём, мы можем делать с ним всё. И чем больше он украдёт - тем больше и яростнее будет биться и за государство как таковое, и за первых лиц государства, являющихся для него гарантами продолжения его сытого и почти всевластного существования.
  Чем выше такой преступник поднимается по служебной лестнице и чем больше у него оказывается в личных закромах - тем больше его разум уступает примитивным инстинктам.
  
 []
  
  Государству необходимы экономические преступники. Они всегда под рукой и всегда послушны.
  Это очень просто.
  Так же можно создавать слой преступников, полностью асоциального типа: маргиналы. Это алкоголики, наркоманы, опустившиеся личности (бездомные). В этот слой хорошо втягивать как раз самых развитых, самых интеллектуальных особей, которые, находясь в нормальных условиях, несомненно разгадают все тайны государственности. И могут, используя свой авторитет в массах, донести до них правду.
  Переходя в разряд алкоголиков и наркоманов, бродяг, в маргинальный слой, они утрачивают всяческое уважение окружающих их более успешных, но менее одарённых и развитых в умственном плане особей. Они теряют в первую очередь тот самый инструмент воздействия на общество, с помощью которого могут это общество изменять: свой авторитет. Весь их протест против кажущейся им несправедливости, вся их неспособность к воровству в крупных масштабах и неподчинение устоям общества и командам правительства оказываются совершенно незначимыми величинами, которыми в целом можно пренебречь, как и самими этими особями.
  Сами по себе асоциальные маргиналы очень хороши для демонстрации массам принципов "не умничай, а то хуже будет", "с виду умный - дурак по жизни", "лучше работай, а не рассуждай", "против правительства - только наркоманы". И массы других приёмов пропаганды полусознательного стадного существования.
  Этот слой выполняет в основном функцию мелкого и бытового криминала, всего лишь раздражая обывателя своим существованиям и внушая ему страх своим нонконформизмом.
  Сам по себе никакой разумный человек в маргиналах не окажется, это происходит не просто так, и государство ведёт довольно плотную деятельность на всех уровнях, чтобы поддерживать это явление в нужных пределах. От создания условий для не востребованности самых умных и смелых на производстве, до регулирования цен на алкоголь и наркотики на легальных и чёрных рынках. Даже на нижнем уровне правоохранения приходится решать массу задач, чтобы возникновение и существование маргиналов выглядело естественным, а не инспирированным государством. Сокращение и количества участковых, и качества их подготовки и образования. Создание недоступности для люмпенов возможности возвращения к нормальной жизни. Маскировка этого положения дел активной агитацией заботы государства и организаций о помощи алкоголикам, бездомным и наркоманам, которую они не смогут получить или которая изначально создаётся крайне малоэффективной - весь этот цирк для масс требует вложения гораздо больших средств, чем вы можете себе представить. Эти средства в основном идут на оплату существования тех экономических преступников, которые и заведуют этим аттракционом.
  
 []
  
  Этот фронт работы - один из самых наиответственнийших для государства и его первых лиц. Маргиналы должны издыхать в канавах, вызывая отвращение у народа. Именно они - самая страшная угроза современной государственности. В них достаточно ума и честности, и смелости, чтобы не подчиняться нашим правилам. В них слишком мало жадности и подлости, чтобы мы могли сделать их своими союзниками.
  Трезвыми и уважаемыми они не нужны. Государством управляют люди, зачастую с гораздо более низким интеллектом и способностями, чем большинство тех, кого мы выбрасываем в канавы на издыхание и посмешище. Этим людям нельзя позволять вылезать из канав, помоек и запущенных квартир! Им нельзя позволять становится на ноги!
  В средние века мы отправляли их на костёр или на плаху. Но они приобретали при этом ореол мучеников, их слова и убеждения завоёвывали умы человечества. Сегодня мы более тонкими и гуманными способами отправляем их в канавы и на свалки, а их слова значат меньше, чем ничего. Они в глазах обывателя - преступники, и преступность - в самом их образе жизни. Их побаиваются и презирают, но презирают значительно больше. Это хорошо.
  Самый криминальный криминал, самые преступные преступники - воры, грабители, убийцы, маньяки, торговцы наркотиками. Уголовники - это главная армия преступного мира, с давнейших времён подчинённая государству и противостоящая ему одновременно. Но это противостояние лишь кажущееся, они не могут существовать без государства, и они полезны ему - хотя очень вредны его гражданам.
  Переловить и изолировать все по-настоящему преступные элементы небольшое государство может в течении двух-трёх часов, большое - за три дня. Для их перевоспитания в нормальных членов общества требуется не более полугода изоляции и двух лет реабилитации в самом обществе. Мы можем сделать так, что преступность исчезнет как явление, практически мгновенно. Она - в нашей полной власти. И короли преступного мира это знают, и активно сотрудничают с королями мира закона: мы - одна команда.
  
 []
  
  Пеницитарные (исправительные) учреждения - тюрьмы, колонии и прочие МЛС имеют задачу не исправлять преступные наклонности попадающих туда, а усиливать и закреплять их. Любое наказание за преступление лишь усиливает желание мстить, доказывать свою правоту повторением и усилением совершённого. Человек, совершивший любое уголовное преступление, нуждается в лечении, а не наказании: пока человек в здравом уме, ему не приходит в голову мысль о причинении ком-то вреда. Наказывая, по сути, психически больных людей за их болезнь, её можно лишь усилить, а не излечить.
  Такие склонности к такого рода психическим заболеваниям легко выявляются на самых ранних стадиях, ещё в детстве, и достаточно легко поддаются коррекции правильным воспитанием. Экономические затраты на такого рода профилактику преступности несравненно ниже, чем борьба с ней и её последствиями. Но именно этот, кажущийся таким разумным и простым способ, в государстве должен всячески подавляться и замалчиваться. Уголовная преступность нам необходима!
  Это секрет для уголовников низшего ранга, но не секрет для прокуроров и начальников СИЗО: все законы преступного мира, так называемые "понятия" тщательно сохраняются и развиваются государством. Вся воровская, уголовная, "блатная" иерархия и её принципы - это государственное достояние. Уголовники должны думать, что они живут в своей среде по законам антигосударственным - но эти законы в итоге работают на государство. Иначе бы их не было, государство всегда сильнее того, что создаёт и что контролирует.
  Если не контролировать это положение дел и созданную систему отношений между криминалом и государством, то всё будет сметено за несколько лет. Уголовники смогут достаточно легко прийти к власти, а потом, если не смогут перенять полностью и воспользоваться опытом государственности в полном объёме, они эволюционируют в нормальных, разумных, хотя и жёстких правителей. И сами уничтожат преступность - полностью.
  Жестокость содержания в МЛС правонарушителей жизненно необходима для их озлобления против тех, кто их наказывает и "угнетает" - государства. Она необходима государству. Никакой уголовник никогда не доберётся до тех, кто создаёт такое положение вещей в обществе, когда он воспринимает себя как жертву общества, ибо его наказание всегда гораздо страшнее его вины. И ему необходимо ненавидеть кого-то, и он ненавидит общество - ту область его окружения, которая ему доступна. А общество для него - это в первую очередь простые, серые граждане, служащие для него кормовой базой. Он считает себя волком в стаде овец - и это очень хорошо. Для овец очень полезно видеть, как волк режет некоторых из них, видеть, как овчарки по приказанию пастуха ликвидируют волков. Это убеждает их, что в стаде безопаснее, чем вне его. Это порождает здоровый страх в обществе овец, заставляющий их держаться в стаде. Это укрепляет доверие и любовь к пастуху и его собакам-волкодавам.
  Которые, по сути своей, такие же волки, которых они ликвидируют. Для нас не является секретом, что ресурс сотрудников уголовного общества и правоохранительных органов по сути своей один и тот же: антисоциальные по своей природе элементы. Не способные что-то создавать и внутренне нацеленные лишь на разрушение. Наиболее сильные духовно и смелые из них уходят в криминальный мир, становясь волками, менее сильные и смелые, не решающиеся на риск, приходят в волкодавы.
  
 []
  
  Здесь их криминальные наклонности к насилию напрямую и очень успешно служат государству, и для стада они выглядят как "свои", а не "чужие". Но не стоит обманываться формой от государства, в которую мы одеваем нацгвардию, полицию и прокуроров: само такое явление, как "оборотни" в погонах, случаи необоснованной жестокости при задержании даже заведомо невиновных граждан говорят за их сущность больше, чем все выкладки психологов. И частота этого явления - тоже.
  Никогда не думайте, что в государстве есть что-то, что государство не способно контролировать. Такое государство долго не просуществует.
  Даже антигосударственная с виду деятельность всегда контролируется государством. И на самом деле является ничем иным, как скрытой от масс государственной деятельностью.
  Любому государству необходима преступность как один из важнейших его инструментов.
  
 []
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Самсонова "Помолвка по расчету. Яд и шоколад" (Любовное фэнтези) | | Л.Антонова "Академия Демонов" (Любовное фэнтези) | | П.Флер "Сердце василиска" (Попаданцы в другие миры) | | С.Шавлюк "Начертательная магия 2" (Любовное фэнтези) | | С.Александра "Волчьи игры. Разбитые грёзы 2" (Романтическая проза) | | Vera "Летняя подработка 2.0" (Короткий любовный роман) | | А.Хоуп "Мир Белого дракона" (Любовная фантастика) | | Н.Самсонова "Рысь. Факультет судебной некромантии" (Юмористическое фэнтези) | | П.Флер "Поцелуй василиска" (Попаданцы в другие миры) | | М.Санди "Последняя дочь черной друзы." (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"