Stundenbuch: другие произведения.

Не совсем безымянный сборник сказок. Том первый

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
Пролог. Волк
  
  Волк смотрел на уплывающие по речке голубые льдины. Лапой он лениво ворошил подгнившую листву, опавшую прошлой осенью с огромного и ныне уже снова набухшего почками дуба, который несокрушимым монолитом высился на другом берегу.
  - Дуб, скоро ли всё это закончится? - вопросил волк.
  - Кто ты? - удивился старый дуб.
  - Ты такой старый... мудрый... тебе же не одна сотня лет... ответь на мой вопрос?
  - Почему я должен отвечать на твой вопрос, если даже не знаю, кто ты?
  - Моё имя ничего не скажет тебе.
  - Тогда почему ты задаёшь свой вопрос именно мне?
  - Потому что мне больше некому его задать.
  - Мог бы спросить у людей.
  - Но людей нет поблизости.
  - Мог бы спросить у льдин.
  - Они плывут так быстро, что я даже не успеваю их толком разглядеть.
  - Да они всё равно одинаковые... и сказать им нечего...
  Стайка льдинок услышала это и, перед тем как продолжить путь, разразилась дикими воплями.
  - Нечего... совершенно.
  - Да, дуб. Почему же тебе всё-таки не ответить на мой вопрос?
  - Я не вижу необходимости... если тебя это тревожит - зачем знать, когда оно закончится, если можно приложить усилия к этому и решить проблему быстрее? Если тебе это нравится - зачем знать, когда оно закончится, если можно просто наслаждаться моментом? А если тебе всё равно - зачем ты тогда задаёшь мне этот вопрос?
  - Чтобы узнать твоё мнение...
  - Ты узнал.
  - Я примерно этого и ожидал...
  В ответ на это дуб промолчал. На небе сгущались тучи, метрах в двух от волка с шумом в реку осыпалась почва.
  - Что-то будет. Что?
  - Ты снова задаёшь мне вопрос, на который вряд ли кто-нибудь вообще смог бы ответить?
  - Нет... это так... просто... я знаю о чём я говорю.
  - О чём же ты говоришь?
  - Посмотри на реку.
  Дуб наклонил свою крону, чтоб посмотреть на реку и увидел, что она засияла ярко-золотым светом. Покачав ветками, он пробормотал.
  - Пошумит пять минут... и перестанет... как всегда.
  - Дуб, сколько тебе лет?
  - С тех пор когда я себя помню прошло более трёх сотен лет...
  - А точно?
  - Зачем тебе это?
  - Мне интересно.
  Но дуб не успел ответить. Постепенно в их разговор вклинивался, всё нарастая и нарастая, тот самый шум. По небу медленно проплывал грузовой космолёт. Неподалёку от этого места строился подземный город, стройматериалы доставлялись несколько раз в сутки... Волка это уже немало утомило, но идти было некуда. Да и что лукавить - ему нравилось лежать на берегу речки, смотреть на льдины, общаться со старым и вечно всё забывающим дубом, а по ночам выть на огонёк далёкой бирюзовой звезды, которую строители города между собой называли Землёй.
  
  
Пролог-пролог. Ковбой
  
  У старого, поцарапанного в нескольких местах, зеркала стоял парень в серо-голубом полурасстёгнутом комбинезоне с уже подзатёртой картинкой на спине. Раньше на картинке была изображена Луна со всеми её морями и кратерами, но сейчас от этой красоты осталась дай бог половина. Едва ли, впрочем, это хоть как-то волновало обладателя комбинезона - вот и в этот момент он делал зеркалу суровое лицо, изображал, что опасно жуёт зубочистку и кому-то угрожающе угрожал. На голове его была ковбойская шляпа.
  - Джарри, старик! Как думаешь, что, если я появлюсь в бухте, надев эту шляпу? - не оборачиваясь, прокричал парень своему большому коту-гибриду, который, свернувшись в огромный меховой клубок, отдыхал в углу. У кота была своя удобная кровать, но он её не любил - как и все гибриды, он имел достаточно специфические пристрастия.
  - Да, ты прав, наверное, глупо будет. Ну да ничего, скоро выходные, старик, там оторвёмся.
  Парень обратился к шляпе, погрозив пальцем:
  - Там и ты пригодишься. И только попробуй выглядеть не круто, я за тебя десятку отдал!
  Вздохнув, он обернулся к телевизору, как всегда настроенному на тот самый канал, где круглые сутки показывали классику вестерна, и, перед тем, как его выключить, проговорил пару слов вслед за героями идущего фильма ("True Grit", 1969-й год, "Оскар" Джону Уэйну за главную роль; "вот это я понимаю, настоящее, отличное кино! не то что халтура от тех двух придурков, кто потом его переснимал, как их звали-то..."). После чего рухнул на свою скрипучую кровать.
  - Эх, Джарри, хорошо же, всё-таки, что мы здесь... трудно, конечно, но где же ещё во Вселенной найдёшь такой тихое, спокойное место? Ну да, а кому бы погонь не хотелось, адреналина. Мне тоже хочется, тебе ли не знать. Зато там, - он указал рукой в неопределённую сторону - ты уже точно не погоняешь ранним утром по открытым просторам. А здесь - раздолье, старик. О, ну как по графику.
  Тренированная интуиция не подводила - спустя секунду парень почувствовал очень слабую вибрацию своей кровати. С каждой секундой вибрация нарастала, а он, слегка улыбаясь, уже ждал следующих неизменных элементов этой цепочки. И они не медлили с появлением - к вибрации прибавился гул, а спустя ещё пару секунд - стены этой металлической коробки затряслись и передатчик на стене пронзительно запищал.
  Парень вскочил с кровати и нажал на кнопку, оттуда сразу раздался немного усталый голос пожилого человека:
  - Робинсон!
  - Да, кэп.
  - Сынок, давай в бухту.
  - Так точно, кэп, сейчас буду.
  Выключив передатчик, парень размял руки, накинул куртку и, распахнув дверь, впустил в комнату холодный воздух и облако пыли снаружи. Джарри поморщился и мягким движением запрыгнул к себе на кровать - он не любил холод, а, тем более, пыль.
  Хозяин его, глядя на это, усмехнулся и поскорее вышел.
  Ослепительно-голубое небо стеклянного купола, испещрённое какой-то рекламой и дурацкими видеороликами, по-прежнему резало глаза, куцая искусственная растительность противно хрустела под ногами, но эти необъятные просторы... они уже были для Робинсона такими родными.
  Он громко свистнул и к нему бесшумно подлетел потрёпанный, но, судя по всему, надёжный байк.
  - Ну что, дружище, погнали. Помочь надо кэпу, он человек опытный, но не в его годы космолёты разгружать.
  Мотоцикл приветливо запищал, а в небе медленно проплывал, уже снижаясь, грузовой космолёт.
  
  
Глянцевые, матовые...
  
  Засвистел чайник. Тейс резко открыл глаза и с трудом поднял голову: всё-таки кухонный стол - не лучшая подушка.
  - Ох, нееет... - испуганно протянул он и посмотрел время на планшете. Не, не проспал. А мог бы. Но всё же, всё же...
  
  Чайник продолжал свистеть, гореть тревожно-красной подсветкой и пытаться наполнить комнату паром. Последнее удавалось хуже всего - весь пар уходил в открытое окно. А из окна, в свою очередь, веяло холодом поздненоябрьской ночи. Ночь вела в счёте - она была большая, а чайник - маленький. Тейс поёжился - холодно! - встал из-за стола и выглянул на улицу. По увядшей траве ветер носил бумажки, экопакеты и прочий мелкий мусор. И небо это ещё угнетало... В целом, картина за окном не представляла особенного интереса.
  
  Пока что.
  
  Хорошо хоть чайник вскипел.
  
  - Эй, чувак, а тебе тоже кажется, что то, что сейчас происходит за окном, ночью назвать едва ли возможно? Я глядел в словаре, ночь - это когда темно. - раздалось голосовое сообщение из планшета.
  - Читаешь мысли. - усмехнулся Тейс. Ночь в самом деле больше напоминала какой-то ненормальный день, с вывесками на всё небо, сквозь которые проплывали огоньки орбитальных станций, и плотной колоннадой фонарей во все стороны всех улиц. Вдохнув ледяной воздух поглубже, Тейс взял чайник и навёл себе растворимый кофе, три ложки которого уже давно были насыпаны в чашку и дожидались своего момента. Что ж, если снова будет желание заснуть на столе - есть чем спастись.
  
  Закрыв глаза, Тейс как раз сделал глоток - и в этот момент из планшета раздался тот же голос.
  - Как, ждёшь?
  - Благодарю за предупреждение.
  - Ну, подумаешь, предупреждение... Дело такое. Я вот чай пью.
  - У меня кофе.
  - С лимоном чай-то.
  - У меня кофе. Просто кофе.
  - Скучновато. Для такой ночи. Кофе с лимоном тоже здорово идёт, кстати!
  - А, с лимоном, без лимона. Главное не заснуть. Хотя... Тут заснёшь. Ужас, днём солнце глаза слепит, ночью фонари эти.
  - Да не говори. Хорошо хоть днём солнца уже меньше, тучи. Поспать можно...
  - Это точно. О чёрт. Ты это видишь?
  - Так. Ладно. До связи.
  Экран погас, Тейс отвернулся от планшету, снова встал к окну и, вдыхая аромат своего суррогатного кофе, стал всматриваться в самую дальнюю даль. Сквозь те самые фонари, фальшивую ночь, небесную рекламу, огоньки космических маяков - туда где, как пафосно выражался его собеседник, "горизонт смыкается со временем".
  
  И вот, по кронам далёких деревьев заскользил тусклый лунный луч, еле видный во всём этом празднике искусственной иллюминации (если бы не огни - он был бы ярким-ярким). Скользил, а по нему самому уже шёл, смеясь так, что эхо гремело по всем окрестностям, силуэт в цилиндре и с ледяной тростью.
  
  Это был он.
  
  Тейс отглотнул из кружки и широко-широко улыбнулся, не отрывая взгляда от происходящего. Силуэт взмахнул тростью, стукнул по лунной брусчатке - и исчез. А с неба посыпались снежинки.
  
  - С первым снегом, друг мой!
  Донеслось из планшета. Где-то вдалеке с гулом пролетел космолёт.
  - И тебя с ним. И тебя.
  
  
А ещё меня останавливала полиция...
  
  "...а ещё меня останавливала полиция. Спросили, знаю ли я что-нибудь про сепаратистов. Я. Тут. Знаю ли про сепаратистов. Они там совсем, что ли? Ох май, метра нельзя нормально проехать. Я что, чёрт возьми, похож на сепаратиста?! Я в глаза не видел Марса, я даже не знаю, что там происходит, я понятия не имею зачем нам вообще, чёрт!, осваивать Марс! А ты знаешь?"
  
  Итан закончил фразу и хотел было продолжить, но в эту секунду наконец заметил, что индикатор заряда батареи стремительно приближался к нулю и, в общем, было не очень похоже, что он это делает просто так. По видимости, заряд и правда падал. Как падал и автомобиль самого Итана. Плавно, аккуратно, но, спустя минуту, элитный автомобиль на воздушной подушке съехал на обочину и там заглох, став грудой элитного металла.
  - ЧЁРТ!!
  Разнеслось на далёкие километры. И следом ещё раз, когда, яростно ударив кулаком по приборной панели...
  
  Что-то необходимо было предпринять. Точек подзарядки вокруг не обнаруживалось, а машину чем-то заряжать надо. Солнечные батареи были заблаговременно сняты ("а, нужны они мне сто раз, только место занимают") и, в целом, ситуация складывалась неприятно. Итан закурил клубничный картридж и задумался. Пустынно-каменистый горизонт во все стороны длился бесконечно, облака закрывали чуть дрожащее небо, по которому медленно плыли разные аппараты. Где-то совсем-совсем высоко можно было, присмотревшись, разглядеть громоздкие орбитальные конструкции.
  
  Но здесь, в данную секунду - машина на обочине, которую невозможно зарядить. И совершенно не до орбитальных конструкций. Ну хоть кто-нибудь бы проехал мимо!
  
  "А теперь я застрял. Представляешь, дарлинг. И что-то мне подсказывает, что, когда ты получишь это сообщение, то я всё так же буду отдыхать здесь, на неизвестном километре одному моему навигатору известной трассы. Как мы всё-таки беспомощны в современном мире, никогда не посещали такие мысли? Меня - регулярно. Нет, понятное дело, спустя неизвестное время патрульный вертолёт меня обнаружит, всё такое, но я уже всюду опоздаю. Всюду! Благо, именно сейчас мне никуда позарез и не надо. А было бы надо, что тогда?"
  
  - Эй, брат! Что такое? Эта хрень сломалась? Они вечно разряжаются в самый неподходящий момент. Машина - и разряжается! Смех!
  Итан обернулся, прищурившись. Какой-то тип в кожаной куртке, с растрёпанными волосами под странного вида фуражкой, в тёмных очках и с щёгольской бородкой сидел на допотопном мотоцикле (ещё с двумя моторами!) и курил. Курил настоящую самокрутку. И выпускал настоящий дым.
  - И не говори.
  - Давай попробую помочь, сегодня я добрый.
  Тип спрыгнул с мотоцикла, заглушил мотор и, вытянув сбоку длинный провод, подошёл к машине Итана. Подошёл, подключил провод к ней и потом долго задумчиво барабанил пальцами по капоту.
  - Ну, здесь хватит заряда дотянуть до ближайшей заправки. И отказывайся ты уже от этой электрической ереси, переходи на топливо.
  - Топливо? Нам и так дышать нечем тут!
  - Дышать нечем? Ну спиртом заправляйся, что ли.
  Сказал тип, садясь обратно на мотоцикл, и захохотал.
  - О да. Ладно, брат, удачи тебе и лёгкого пути. Бывай.
  - Стой. Спасибо, просто выручил меня. Откуда ты?
  - Я? - он ухмыльнулся и вскинул кулак над головой - Я из Майами, Мотоклуб, заезжай к нам, чувак, примем как родного!
  Мотоцикл взревел и помчался с бешеной скоростью за горизонт. Не успел Итан осмыслить увиденное, как тут же нагрянули новые гости. Сирена стихла и полицейский окликнул его.
  - Сэр, мы ищем...
  - Да, меня ваши коллеги уже останавливали. Да так, что я своё авто разрядил. Понятия не имею о ваших сепаратистах, простите. Кстати, офицер, не подзарядите?
  - Ножками, ножками иди, не развалишься.
  Процедил офицер и тоже исчез за горизонтом.
  ...
  "И вот я доехал. Заряда и правда хватило до заправки, спасибо тому парню. И какие же кретины наши копы! Ну да хрен с ними со всеми, жду с нетерпением, пиши-звони. Сепаратисты, а. Пф".
  
  
Лепестки
  
  Вечер, вечер... Одно за другим вспыхивали окна в квартирах и офисах. Скоро загорятся фонари вдоль дорог, а на небе станут заметны сигнальные огни для космических кораблей, давно уже превзошедшие по видимости с Земли самые яркие звёзды.
  
  Внизу же, стоя на оживлённом перекрёстке, Шейд, человек в чёрном кожаном плаще и с выбритыми висками, пытался поймать такси или хотя бы попутку. Но то ли всем и правда хоть убей, и при этом куда-то радикально в другую сторону, было надо ранним декабрьским вечером, то ли ещё что-то - его усилия были, в общем, безуспешны. Машины проезжали мимо, как ни в чём не бывало.
  
  В очередной раз чертыхнувшись, он закурил. И в эту же самую секунду аккурат перед ним плавно остановилась машина и водитель распахнул дверь.
  - Амиго, подбросить куда?
  - А похоже, что мне надо? - спросил Шейд и затянулся.
  - Признаться... Нет! - водитель широко улыбнулся, дверь захлопнулась, машина умчалась. А Шейд поперхнулся своим дымом, выронил сигарету и, выйдя из ступора, больно дал самому себе кулаком в лоб.
  
  В полный рост встал выбор - простоять ещё битый час на этом перекрёстке, промёрзнуть до костей и так никого и не дождаться, либо пойти пешком. Долго, глупо, а что делать? Прикинув в голове перспективы второго варианта, Шейд тяжело вздохнул, но, сунув руки в карманы, медленно сделал первый шаг нелёгкого пути.
  
  И только он его сделал - как рядом плавно остановилась машина. Распахнулась дверь.
  - Амиго, подбросить куда?
  - Да, да!! - Шейд в один момент сел на заднее сиденье, мысленно простив себе свою глупость.
  - Ну так и куда же? - водитель закрыл дверь и повернулся к своему пассажиру.
  - Пока вперёд, там видно будет, - пробормотал тот и... почувствовал в тепле салона, что ужасно хочет спать. Водитель кивнул и машина тронулась.
  
  Радио передавало какой-то пост-джаз, Шейд дремал.
  
  - Хэй, амиго. - резко прервал молчание водитель.
  - Ммм, ааа?
  - Нашивка на рукаве. Альпинист?
  Шейд немного приподнялся.
  - Ну, так. Промышленный. Был когда-то. Откуда знаете?
  - Видал у некоторых, было дело. И как оно?
  - Дааа, бросил. Давно уже. Долго рассказывать.
  - Ха, да сейчас в пробку войдём - там будет время.
  - И правда. Сверните потом направо, как проедем, если что вдруг, если засну. Ну потом ещё раз направо, там до 12-й. Ага... Ну, рассказать, говорите? Десять лет назад это было, в Дубае бывшем, как он там сейчас называется, не помню уже. Мы с напарником карабкались по этой их километровой башне, они её масштабно ремонтировали к хренадцатилетнему юбилею постройки, в основном при помощи роботов, а мы самое ювелирное делали. Сейчас бы уже и не понадобились, думаю. Ну так вот карабкаемся мы к самому шпилю, переговариваемся немного, кое-где на уступах останавливаемся, дух перевести. А глубокая ночь, только прожектора и фонари с дирижаблей во всё небо горят, днём работать невозможно - жарища невыносимая. И вот как раз встали отдышаться, как тут откуда-то ещё выше такааая трёхэтажная брань раздалась - поднимаем головы и нам прямо в лицо лепестки, миллионы лепестков сакуры. В свете прожекторов. Миллионы. Тонны. Летят, летят, летят... И в эту же секунду я получаю сообщение на свой...
  На полуслове рассказ оборвался, Шейд заснул. Водитель усмехнулся и поехал дальше. "Направо, ещё раз направо, там до 12-й" - и машина вернётся туда, откуда приехала. Пассажиру было никуда не надо.
  
  
Альвин
  
  В сочельник сочельника Альвин шёл по мощёной набережной в куртке нараспашку - и ему всё равно было жарко. Как, впрочем, и всем в последнее время. Эта осень длилась до сих пор и, казалось, совершенно не собиралась заканчиваться. Под ногами то и дело хлюпал снег с грязью, всё вокруг текло и таяло, а если где-то с неба и падали снежинки, то едва ли они успевали долететь до земли. Да что там осень, ещё немного - воздух отчётливо запахнет апрелем, а на деревьях набухнут почки.
  
  Вот такое Рождество. Ёлочки-гирлянды вокруг выглядели на этом фоне особенно комично. Но лишь они, да бесконечно длинные ночи, позволяли не сойти с ума в попытках определить время года.
  
  И вот, Альвин шёл по набережной, глядя на реку, которая тоже спокойно себе текла, несмотря на календарь, и думал об этом. А ещё о том, почему не горят фонари. А ещё о том, что недавно здесь летающую тарелку видели, говорят. А ещё о том, что, так или иначе, завтра, чёрт возьми, праздник и подарки какие-то готовить надо. Ну, или не надо. Но как объяснить человеку, к которому идёшь праздновать, что у тебя с собой ничего нет? Тем более, что у него перед Софи ещё с августа долг за день рождения был...
  
  АЙ!!
  
  Альвин вздрогнул, остановился, опершись на парапет, и нервным движением вытащил из кармана заходящийся в пароксизмах виброзвонка телефон. На экране светились вампирские клыки, по которым стекала кровь. Под ними стоял японский смайлик. Отправитель - Night.
  
  Широко улыбнувшись, и достав из другого кармана сигарету, Альвин включил её, придумывая симметричный ответ. Огонёк-лампочка сигареты блуждал в темноте набережной, по всей длине которой в самом деле совершенно не горели фонари и только экран телефона освещал метр вокруг себя. Где-то вдалеке по хайвею с визгом пролетали машины, на горизонте горели окна небоскрёбов, украшенные к праздникам так, что иллюминация едва сюда не добивала. Но - не добивала. А фонари на набережной совсем-совсем не светили.
  
  Пальцы ловко бегали по экрану, как тут...
  
  - Милейший! - раздалось из-за спины. Альвин резко обернулся, телефон из руки чуть не улетел в воду.
  - А?!
  - Милейший! Закурить не будет?
  - Вы меня напугали! Нет, у меня дифф.
  - Снова. Как жаль. У всех диффы. Прогресс неумолим!
  Поискав взглядом, Альвин заметил своего таинственного собеседника - тот неподвижно сидел у самой воды, на краю гранитных ступенек, обхватив руками поджатые к груди колени. Рядом слабым огнём горела антикварная керосинка, едва освещавшая его силуэт. Впрочем, этого было достаточно, чтобы продолжать общение.
  - Не холодно вам, на камне-то?
  - Да ну... холодно... Рукой воду трогаю - и она тёплая. Издевательство какое-то, а не погода.
  - Осень в этом году очень длинная... - Альвин попытался собраться с мыслями.
  - Честное слово, никогда такого раньше не видел.
  - А, кажется, это только у нас в городе так. Аномалия какая-то. Сами-то откуда будете? И вообще не так часто встретишь человека на набережной в такое время.
  - Не так часто встретишь... Но Рождество - время чудес! Жаль, что закурить всё равно попросить не у кого. Чуда не произошло.
  - Ну... да... *пауза* Кстати, Альвин.
  Собеседник коснулся воды носком ботинка и покачал головой.
  - А я - Санта-Клаус! Ха. Шучу. Очень приятно, Гайст. *пауза* Подозрительная оттепель, сигарет ни у кого нету уже, фонари не горят. Куда мир катится, мой новый друг?
  - Да никуда. Стоит на месте, как и стоял. Если бы хоть куда-то катился...
  - Правы, правы... Скучно жить. Я вообще сюда топиться шёл. И скорее всего сделал бы это, если бы не вы, милейший.
  - Так я вас спас от самоубийства? Надеюсь, настоящий Санта это учтёт, когда завтра будет награждать хороших мальчиков.
  - Ко-неч-но-же-уч-тёт! Мой дорогой спаситель! И лично вручит вам самый лучший подарок!
  Ночью, да ещё и когда твой визави сидит к тебе спиной и принципиально не поворачивает головы, скрывать эмоции легко, но в эту секунду Альвину показалось, что ещё немного - и человеку на ступеньках, ещё пару минут назад казавшегося ему довольно... ммм, ну, если не приятным, то по крайней мере интересным. Так вот - ему прилетит телефон в голову.
  И прилетел бы! Если бы не...
  
  АЙЙЙ!!!
  
  Трубку снова забило в припадке и Альвин быстро переключился на новое сообщение.
  
  "ТОЛЬКО в эти праздничные ДНИ в магазине ТЫДЫЩ и СЫНОВЬЯ - СКИДКИИИ!!! ВСЕ товары по 15 центов за МИНУТУ эксплуатации! СПЕШИТЕ, НЕ УПУСТИТЕ СВОЁ СЧАСТЬЕ!!! СЧАСТЛИВОГО РОЖДЕСТВА!!!"
  
  Усталый вздох пронёсся над рекой. Нет, ей-богу, сейчас этот чёртов телефон...
  - Реклама? - флегматично заметил Гайст.
  - Э...
  - Милейший, а ведь вы до сих пор не ответили своей девушке, ну как не стыдно! Разговариваете тут с каким-то незнакомым придурком, хотите, понимаете ли, его в воду столкнуть - а девушке своей не ответили. Ай-яй-яй!
  - Откуда... Она не моя девушка, эй!
  - Знаю, что уж там. - Гайст усмехнулся - Я вообще многое знаю, что и не снилось нашим мудрецам.
  Альвин чувствовал, что потихоньку начинает сходить с ума.
  - Чёрт. Вы кто?!
  - Я?
  И в этот момент засвистел порыв ледяного, по-настоящему зимнего ветра. Удивлённый Альвин спешно застегнул куртку, а его собеседник медленно приподнялся со своего места. Он был очень высоким и очень худым.
  - Вы тоже это чувствуете, милейший?
  - Зиму-то? Ещё бы!
  - Зиму, зиму... Э-эх, ну не могли ещё пару дней подождать, я и потеряться-то толком не успел!
  На тёмном декабрьском небе, между звёздами и огнями орбитальных маяков, загорелись и начали блуждать два очень ярких красных огонька. Самолёт? Да вроде нет...
  - Гайст, а это вы видите?
  - Вижу, конечно. Это за мной.
  Гайст поднял керосинку и аккуратно... ступил на воду. Вода затрещала и река начала медленно покрываться ледяной коркой. Альвин смотрел на это в абсолютной уверенности, что свихнулся окончательно. Ледяной ветер усиливался и с неба уже даже сыпался нормальный снег.
  - Милейший, как жаль, что так быстро расстаёмся, я даже не успел насладиться вашим обществом вполне. Ну, зато у вас теперь на Рождество будет настоящая зима с настоящим морозцем и совершенно подлинным снегом. Каюсь, виноват, сам вам тут оттепель устроил... У нас-то температура редко когда опускается ниже... эмм... как это по-вашему. Ниже ваших +25 примерно. Чаще выше. Не люблю холод, плохо переношу, понимаете, да?
  Альвин молчал и немигающим взором наблюдал эту шизофреническую картину.
  - Ну, и чтобы вы не обижались совсем уж... - Гайст щёлкнул пальцами и в свободной руке появился изящный кубок в форме черепа. - Подарите Софи, а? Ей понравится.
  Бережно поставив кубок подальше от воды, таинственный собеседник снова ступил на лёд реки и пошёл по нему вдаль, высоко подняв свою лампу. Тёмный силуэт удалялся, Альвин продолжал смотреть ему вслед, а где-то далеко красные огни горели уже почти у самой земли...
  
  АЙ!!!
  
  
Эхо
  
  За окном вагона летали снежинки, сам вагон летел по изящной эстакаде, причудливо огибавшей здания, внизу проезжали редкие машины, вверху пролетали ещё более редкие - и куда более дорогие. Ясно-голубое зимнее небо грозилось вот-вот стать сумрачно-синим, времени было два часа дня и день этот уже превращался в вечер.
  
  Но в данную секунду Эмили занимало вовсе не то, что происходило сверху или снизу от вагона - а то, почему, чёрт возьми, не нащупывается эта проклятая кнопка "стоп" на плеере. Растерянными, нервными движениями, одной рукой она пыталась выключить плеер, а другой - выдернуть наушники. Один поддался - и так, с наушником в руке и музыкой в ухе, она наконец ответила человеку, только что возникшему на экране её планшета, до этого мирно покоящегося на коленях в спящем состоянии и никому не мешавшего.
  - О боже, прости, прости, привет, что говоришь?
  - С Но-вым-го-дом, Эмили! Говорю.
  - И тебя! Спасибо!
  - Когда ты уже прекратишь пользоваться плеерами?
  Йес! Музыка замолчала, девушка ловко спрятала наушники в карман пальто и наконец смогла удобно устроиться, глядя прямо в экран на своего собеседника. Собеседник был небрит, взъерошен и в очках.
  - Никогда.
  - Кхм. - человек в планшете смотрел то на Эмили, то вдаль, на улицу за её спиной, сквозь дома и фонари - Скоро твоя остановка, вроде.
  - Точно. И помнишь же... сто лет не виделись. - девушка поморгала, будто не веря своим глазам - Чёрт, сто лет не виделись, Эхо! Ты вечно забываешь о моём существовании, пропадаешь куда-то... А сейчас зачем звонишь? И почему так выглядишь? А хотя ты всегда так выглядишь.
  - Вау, Кей.
  - Что?
  - Обычно ты изъясняешься мимикой и жестами...
  Девушка нахмурилась.
  - ...Вечно забываю - не значит совсем не вспоминаю! Вот сейчас именно тебя и вспомнил.
  - С праздниками поздравить-то?
  - Шутишь? Я бы не стал тебя ради такой ерунды беспокоить. Нет, Кей, сейчас всё куда серьёзнее, ты не поверишь. Ничего в нашем мире не происходит просто так. Это судьба!
  - Ну, удиви меня.
  Эстакада уже стремительно выходила к окраинам, оставляя далеко позади этажную застройку, горевшую последними розовыми лучами предзакатного солнца, и встречая высоко в небе серп молодой луны, одиноко висевший посреди бескрайнего голубого неба. Вагон постепенно освобождался от пассажиров - на пригородных остановках их никогда не бывало много - и в данный момент лишь несколько человек сидели в почтительном отдалении друг от друга и нисколько друг другу же не мешали.
  - Эхо?
  - А, да?
  Эмили многозначительно вскинула брови с выражением лица "ну и?"
  - А, да! Ты знаешь... А впрочем... К чёрту!
  Эхо протянул руку, вытащил откуда-то со стола свёрнутый в трубочку планшетник, расправил, встряхнул - и он тут же загорелся разными полупрозрачными окнами, картинками и текстом. Отработанными движениями пальцев, Эхо скинул часть окон в одну сторону, часть - в другую, самое важное вынес в центр экрана и поднёс к глазу камеры.
  - Смотри.
  - Ссылку кинуть нельзя было?
  - Читай, читай, Кей!
  
  "ТЫДЫЩЬ СКАЗАЛО НОЧНОЕ НЕБО
  
  И кто же всё-таки знает, что за свечение было той ночью на окраинах нашего города? В те часы, когда простые граждане спокойно спали, а непростые спали неспокойно, яркая вспышка света озарила ночь, и несколько часов..."
  
  - Эхо, какая чушь. Я там живу вообще-то. Это что-то на лунном причале взорвалось.
  - Живёшь, Кей!! Вот именно! Судьба! Какой причал, это знамение!
  Эхо несколькими касаниями снова изменил изображение на планшете.
  - Погоди, это тебя убедит. Смотри, вот, вот.
  - Слушай, эти статьи недельной давности...
  - Так, нет, постой!
  Но не успел он открыть ещё что-то, как голос из динамиков известил пассажиров об очередной станции.
  - Вот и твоя. - пробормотал Эхо, опуская планшетник.
  - Моя. - подтвердила девушка и вышла на платформу.
  - Кей, это поразительное совпадение, что знамение было явлено прямо рядом с тобой - и тебе плевать?! - передислокация нисколько не помешала Эхо продолжать общение.
  Эмили вздохнула.
  - Совпадение, что недалеко от меня случился взрыв на космодроме? Ты знаешь, мы все хотим, чтобы этот мир наконец провалился куда-нибудь. Но он что-то не спешит.
  - Ну все - не все... А впрочем, я всё должен увидеть своими глазами.
  - Неужели?
  - Ещё как. Встречай, через пару недель буду в твоих краях, заеду на чашку кофе. А пока отключаюсь, так тебя всё равно не убедить.
  - Стой.
  - А?
  - А, нет, ладно, давай, было приятно поговорить. Заезжай в гости.
  Девушка широко улыбнулась, собеседник иронично отсалютовал - и экран погас. Эмили в очередной раз вздохнула и посмотрела за платформу. Уже совсем стемнело, снег летал по новогодним улицам, радостные люди запускали фейерверки и взрывали петарды.
  
  А где-то там, высоко, челноки летали с лунного причала на всё тот же изящный серп в вечернем небе. И на окружавшие его плотными гроздьями орбитальные платформы.
  
  
Эмили
  
  Эмили, в пальто, кое-как накинутом поверх футболки и пижамных штанов, стояла на террасе своего дома. Прислонившись плечом к деревянному столбу, девушка курила классический картридж.
  
  Вдох - и зима обжигает лёгкие. Выдох - и горячий пар обжигает зиму.
  
  Ледяной, прозрачный, буквально звенящий от необычного для этих краёв мороза и тишины воздух, бесконечный снежный покров вокруг, ни единого облачка на небе и диск луны, сияющий так ярко, что скупая иллюминация пригорода не могла тягаться с ним даже теперь, во времена абсолютной победы искусственного света над природным.
  
  Затяжка.
  
  Подальше от домов, неподвижно стоял лес, вдоль которого высились, и временами казалось, что чуть слышно гудели какие-то не очень ясного назначения инженерные сооружения гиперболоидного типа, не то обеспечивавшие в этих краях мобильную связь и сети какого-то там поколения, все уже давно сбились со счёта, не то служившие передатчиками сигналов для местного небольшого космодрома.
  
  Ну а ещё чуть дальше звенящую тишину периодически разрывало другое инженерное сооружение, вполне ясное - пригородное направление трамвайной системы, по эстакадам которого то и дело проносились практически пустые составы без машинистов, обслуживавшие самые отдалённые окраины. Практически пустые - но всё-таки в каждом ехали несколько человек, которым надо было именно сюда, именно в это время суток.
  
  Одного такого и ждала Эмили.
  
  Не оборачиваясь, три хлопка в ладоши - и из дома повеяло теплом. Девушка подышала на замёрзшие руки, но о том, чтобы одеться теплее даже не подумала - в конце концов, не будет же она, стоя на пороге своего дома, одеваться в полную зимнюю экипировку (то же пальто, ну плюс небрежно повязанный шарф, разве что)? А гость скоро приедет. Ну, наверное.
  
  Но вот ещё один поезд. И ещё одна затяжка. И такое чувство, будто организм всё-таки вот-вот сдастся, чёрт, надо было хотя бы кофе взять. А впрочем, почему "надо было"?
  
  Эмили выключила сигарету, зашла в дом, попутно снова отстучав замысловатый ритм в ладоши - и с кухни донесся шум работающей кофеварки.
  
  ДЗЫННЬ!!!!!
  
  Не пройдя и нескольких шагов - девушка вздрогнула и резко обернулась.
  
  - Кей!! - долгожданный гость сидел на потрёпанном велосипеде, оснащённом допотопным звонком, и увлечённо на этот звонок давил.
  - Ну, ты..!
  - О, кофе? А я ведь говорил, что заеду на чашечку.
  ...
  ...
  - И вот смотри, значит... Чёрт, Кей, у тебя корица есть?
  - А?
  - Корица есть?
  - Мсье гурман? Сейчас гляну...
  Эмили встала из-за стола и начала шарить по полкам.
  - А вообще-то, по-хорошему, кофеварка должна сама уметь варить...
  - Мне будет говорить про таланты кофеварки человек, у которого и дома-то своего нет - не скрывая сарказма, отозвалась девушка. - Держи. Не представляю, что ты с ней делать будешь, кофе остыл.
  Эхо взял баночку, осмотрел со всех сторон, вдохнул аромат и отставил в сторону.
  - С этим разберёмся. Садись, вот, смотри.
  Ловкими движениями пальцев Эхо кидал картинки из стороны в сторону по экрану своего планшета. Взрывы, катаклизмы, вспышки, пятна на солнце...
  - Вооот. Так. Значит. Вернёмся. Это было у вас несколько недель назад, да?
  - Было, было.
  - И с тех пор никто об этом не писал. Две статьи - И ВСЁ. А? Ничего не смущает?
  - Эхо, что меня может смущать... вернее нет, не так. Что меня может интересовать во взрыве на космодроме? У этих идиотов постоянно форс-мажоры какие-то. Только жёлтые газеты статьи и пишут.
  - Кому идиоты, а кому и... Так, ладно, посмотрим по-другому. Канун нового года. Вспышка во всё небо. Ты говоришь, что взрыв на космодроме. Ты слышала взрыв?
  - Честно? Я не помню. - Эмили отглотнула кофе и снова включила сигарету. - Картридж ничего?
  - Не-не, нормально. Не помнишь - значит не слышала.
  - Не помню - значит не помню. Твоё маниакальное желание подгонять факты меня не перестаёт удивлять.
  - Но ты была дома?
  - Была. Дома. Взрывов не помню. Вспышку во всё небо видела. Версия про космодром кажется убедительной. Эхо, я никак не пойму причин твоего интереса к этой ерунде.
  - Ты знаешь, когда я год назад был в Тибете, я общался со старцами. Они что-то пророчествовали, я не знаю, насколько мой планшет ошибся в переводе, но сказанное мне показалось вполне осмысленным. Канун нового года, вспышки... ВспышКИ, подчёркиваю. А ты не знала, что одновременно с этим какой-то тоже "взрыв на космодроме" был на юге Франции? В Венгрии?
  - Тебя так интересует что происходит в Венгрии, боже мой.
  Эхо приоткрыл баночку корицы и обмакнул туда палец.
  - Ммм... Кей, ещё кофе, может?
  - Давай.
  Эмили поставила под краны кофеварки две пустые чашки, хлопнула в ладоши - и машина зашумела. Ожидая, пока кофе будет готов, Эхо снова листал страницы на планшете, а девушка подошла к окну. Синее звёздное небо и огромная луна посередине... вдали со свистом проезжали составы трамваев-электричек. Привычная картина.
  - Эхо, ветер усиливается. Ты куда сейчас?
  - Не знаю... Посмотрим. Может до этого вашего космодрома доползу.
  - До него отсюда не рукой подать...
  - Значит придётся поспешить, пока мой велосипед снова снегом не засыпало, уже вместе со мной. - Эхо ухмыльнулся. - Не хмурься, Кей, всё прекрасно.
  В соседнем доме пронзительно завыла собака. Эмили необъяснимым образом насторожилась и снова начала пристально вглядываться в небо. По нему блуждали привычные огоньки космических кораблей и орбитальных станций.
  - Как ты думаешь, что делают те штуки возле леса? В детстве я видела, что от таких шли провода...
  - Зачем тебе провода в наше время? Эти штуки для другого. По ним беззвучно и бесшумно сети проникают прямо сюда вот - он постучал пальцем по мягкому планшету.
  - Да? Мне не кажется... БОЖЕ, ЧТО ЭТО??
  Эмили в ужасе отшатнулась от окна. Эхо вскочил из-за стола, подбежал к ней и... Небо было испещрено ядовито-фиолетовыми сполохами, которые постепенно сливались и заливали своим светом всё вокруг.
  - А я говорил!!!!!! - заорал путешественник и помчался к выходу.
  - КУДА?!
  - Кей, адьё! Я тебе напишу! - он распахнул входную дверь, и в дом со свистом ворвался ледяной ветер. Лицо Эхо прорезала безумная улыбка, молниеносными движениями он накинул на себя куртку и выкатил с террасы свой велосипед.
  - Стой! Ты рехнулся?? Эхо!! - щурясь, Эмили увидела, как Эхо обернулся, отсалютовал и помчался прямо вперёд, к деревьям, на свет...
  
  Простояв пару минут неподвижно, шокированная девушка громко чихнула и оглянулась вокруг. Она стояла голыми ступнями в снегу, в одной футболке и пижамных штанах на диком ветру... Стуча зубами от холода, Эмили наконец вернулась в дом. Допивать кофе. И лечить простуду.
  
  
Саншайн
  
  Джек накинул куртку и подошёл к окну, щурясь на слепяще-голубое февральское небо. Поток машин внизу лениво тёк по широкой дороге, в окнах напротив иногда появлялись одинокие силуэты людей, в самом же небе то и дело пролетали голуби и самолёты...
  
  Воскресенье, четыре часа, февраль.
  
  Абсолютную тишину пустого офиса нарушало разве что методичное копошение в дальнем углу комнаты - коллега Саншайн, человек с пальцами пианиста и пепельными волосами, с самого утра реанимировал доисторическую проводку - да их с Джеком неспешный разговор на разнообразные темы, длившийся вот уже почти час, хотя забежал Джек сюда буквально на пять минут, стащить забытый в пятницу фотоаппарат.
  - Ну, ладно, Санни, пойду я, а то совсем всюду опоздаю.
  - Угу, давай.
  - И ты завязывай, что выходной попусту тратить.
  - Ха. Попусту. Цени одиночество. Я потом за этот выходной - два взамен получу. Ну-ка, так... Да будет свет!
  Воскликнул Саншайн и, с декабря стоявшая в офисе, новогодняя ёлка загорелась жёлтыми огоньками гирлянды. То же самое случилось и с лампами на потолке. Джек присвистнул.
  - Маэстро!
  - Не стоит, не стоит. - Саншайн встал с пола и направился к коллеге. - Камеру-то нашёл?
  - Да-да-да. Ну ты всё? Тебя подождать?
  - Не, не беспокойся, нам не по пути. Я ещё наверх - батареи проверить.
  - Ну... Ладно.
  Саншайн подошёл к окну и включил сигарету. В коридоре загудел уезжающий лифт.
  ...
  ...
  - Джек! Стой. Стоишь?
  - Стою.
  В ушах заглох шум магистрали - и послышался шум ветра. Заодно и голос Саншайна. Джек встал посреди дороги и оглянулся, работа была уже далеко.
  - Ты в Парадайз?
  - Ага.
  - На что? Скинь, что там идёт ночью?
  - Ночью? Секунду... Я на Амаркорд.
  Саншайн стоял на крыше, рядом с солнечными батареями, курил ментоловый картридж и смотрел на панораму окрестностей. Песочный закат озарял горизонт всё такого же, слепяще-голубого, неба и здания вокруг.
  - Кинул, зацени, есть интересное.
  - Благодарю, можешь идти дальше. *пауза* О, отлично, Седьмая печать. А? Амаркорд, говоришь...
  - М?
  *пауза*
  - Помню, как я на него четыре года назад ходил.
  - Туда же?
  - Ага. Я тогда на что-то другое собирался, что-то новое, модное. Страшно опаздывал, выбежал к Парадайзу, глянул афишу - Амаркорд начинается. Ну, думаю, давно хотел увидеть, чего время терять. Пошёл, купил билет...
  - У них же нет билетов?
  - И у них нет? Давно я там не был... Ну не суть *затяжка* взял билет, иду в зал, не глядя протягиваю... Краем глаза замечаю - девушка-контролёр, похожая издали на мальчика-контролёра, мне что-то говорит. Стягиваю наушники - переспрашиваю, . А она как раз на них показывает - и спрашивает, мол, "любите винтаж"? Ага, говорю, а вы их узнали! Ещё бы. Думаю, отвечает, себе такие же взять, лишь бы остались где-нибудь. Я в ответ, что знаю, где есть, но, ах, чёрт, сеанс уже-уже, простите-простите, после него поговорим. Вау. Ты бы видел какая тут красота.
  - Эээ, я не поспеваю за твоей мыслью АРГХ КОЗЁЛ КУДА ПРЁШЬ!!
  - К чёрту эту сигарету, тут такой воздух...
  Саншайн прищурился, глядя на закат и белоснежные крыши окрестных зданий, и едва заметно улыбнулся.
  - Ну так после сеанса выхожу - та же самая девушка на входе. Остановились поговорить - Феллини божественен! Бываю ли я здесь? Ах, ну конечно бываю, я так люблю классическое европейское кино. Да вы что, да вы что! В наше время так сложно встретить, так сложно... А вы любите джаз? Нет-нет, не эту пургу, которая сейчас все радиостанции заполнила, тот самый, настоящий... А вы, а вы читали последнюю книгу того парня, немца? Он так странно пишет, ей-богу. Ну и, знаете, говорит, сейчас 400 Ударов будут - смотрели? Смотрел, было дело. Такое кино и пересмотреть не грех, я вас бесплатно пущу! Same place, another time. Возвращаюсь через полчаса, радостно встречаю нового знакомого человека. Ну, сеанс начинается, сели рядом, разговорились о Трюффо, Скорсезе, Керуаке...
  - Дьявол, Санни, кто эти люди?!
  - Уважай классику! Вообще уже. Через десять минут фильма у моей собеседницы звонит трубка и она, извиняясь, выбегает из зала. Я вскакиваю в растерянности "Я же вам про наушники не сказал!!" и, не услышав ответа, возвращаюсь к метаниям Антуана Дуанеля на экране. Через полтора часа фильм заканчивается, выхожу в фойе - почти никого. И той девушки тоже нет. Пришёл на следующий день - на контроле какой-то подозрительный тип с ирокезом, тоже, поди, "винтаж любит". В общем, с тех пор мы не виделись, контактов у меня не осталось, да и не было. Да и не надо, наверное. Но вот такая, Джеки-Бой, поучительная история, прости меня за эту пустую трату твоего времени.
  - Офигенная история, Санни. Кстати, я уже в Парадайзе. Да, а как её звали?
  - Нууу... Вспомнить бы...
  - Не верю, что не помнишь! Увижу - передам привет.
  Саншайн усмехнулся.
  - Всё, выключаюсь, си я.
  Гарнитура замолчала, вместе с голосом Джека и суетой в фойе кинотеатра. Закат из песочного становился пылающе-розовым, небо - насыщенно-синим. На нём уже вспыхивали первые звёзды и орбитальные маяки - а внизу поток автомобилей горел и переливался жёлто-оранжевыми огоньками, как гирлянда на новогодней ёлке. Час - и жёлто-оранжевым станет само небо.
  
  Саншайн ещё раз осмотрел батареи, глубоко вдохнул ветер с крыши, и спустился обратно в офис - чайник уже вскипел.
  
  
Майл
  
  Майл, человек в очках, джинсах и старых потёртых кедах, запрокинул голову, чтобы взглянуть на висевший над ней динамик. Из динамика, в который раз уже, донеслись замыленные слова о том, что с минуты на минуту, вот-вот прибудет поезд. Вот-вот, уже сейчас, сейчас-сейчас. Если чего-то очень ждать - время тянется бесконечно. А данный конкретный поезд ещё и задерживался в пути... И вот Майл уже два часа всё никак не мог дождаться этих самых четырех (или пяти? или шести?) минут десятого, чтобы наконец встретить двоих прекрасных людей, и тем успокоиться. А потом пойти попить, скажем, кофе. Или, может, чай. Или, допустим, коктейль, почему нет.
  
  Но поезд всё не шёл. И время на табло не шло. Лишь смутные очертания тяжёлых грузовых челноков двигались в утреннем апрельском небе, да ручейки талой весенней воды, сверкавшие в лучах тёплого апрельского солнца, бежали под ногами, растекаясь лужами под многотонным весом других - прибывавших - поездов. Майл пристально взглянул на один такой ручеёк и заметил, как он увлекает за собой монетки, бумажки и прочую мелочь. Но мысль, промелькнувшая в голове, не успела там задержаться.
  - Поезд прибывает на платформу в...
  Майл, сжимая кулаки и зубы, медленно развернулся в сторону доставшего динамика и увидел перед собой беззвучно хохочущего человека. Взгляд в другую сторону - поезд. И толпа.
  - Ты бы видел своё лицо! Поезд прибывает на платформу в девять часов пятнадцать минут! - пародируя динамик, повторил человек и продолжил хохотать.
  - Да чёрт же тебя подери, Акс.
  - Я тоже очень рад тебя видеть, cher ami!
  Аксель, одетый в ядовито-зелёное пальто поверх ядовито-оранжевого костюма-тройки, тряхнул набриолиненными волосами, картинно утёр слёзы и, выдохнув, вытянулся по струнке перед Майлом, стукнув по земле каблуками, и отсалютовал.
  - По вашему приказанию прибыл! Ну, то есть, не совсем по вашему... Чёрт, видел бы ты себя!! Эти скоростные поезда такие бесшумные и неожиданные!
  - Так, хватит!
  - Да-да. О чём мы. А! Я весь твой до вечера! А, впрочем, до вечера ли не уверен, да и весь ли - точно не скажу. О, да, алло, чем могу быть полезен, ага, сегодня-сегодня.
  - Частично, что ли? - Майл усмехнулся.
  - Ага-ага, именно там. А ты ничего не замечаешь странного? Спасибо, да, я вас тоже обожаю, приходите непременно, там всё обсудим.
  Только сейчас Майл заметил, что его собеседник прибыл на поезде один.
  - Ааааа где...
  - Ой, ты знаешь, там остались какие-то дела и она, в общем, просила передать, что приедет позже и чтобы мы тут не скучали. Ну я и... Да что ж за день-то такой сегодня, да, слушаю, Аксель, он самый, вас не обманули, ой, а когда, когда? постойте-ка, дайте я запишу. У тебя ручка есть?
  - Огрызок карандаша тут был...
  - Сюда его. Ага, повторите, мой планшет в ремонте, телефон древний, пишу от руки, мы, артисты, люди бедные. Да-да-да, спасибо, я вас обожаю!
  Аксель спрятал телефон в карман и задумчиво пожевал кончик карандаша.
  - Да, спасибо. Так, друг мой, нам тут...
  - Акс, а вырви листок из блокнота?
  - Нахрена? А хотя держи. Знаешь, я тут не уверен, можем ли мы с тобой куда-нибудь... Ну что ты делаешь!!
  Майл взял листок бумаги и попытался сложить из него кораблик, но опытный взгляд артиста разнообразных жанров тут же заметил все ошибки.
  - Эээ... Кораблик, кажется.
  - Да как ты его складываешь, дай сюда. Тааак... *пауза* Ну вот, как живой! Слушай, Майл, ты Айрис можешь вот так же встретить на вокзале, а? Я не уверен, что...
  Не дослушав, Майл устало махнул рукой.
  - Вот и славно, по гроб жизни тебе благодарен!! И моей, и её! Счастлив был встретиться, cher ami, с тобой общаться высшее наслаждение, бла-бла-бла, я уверен, что мы сегодня ещё увидимся, может, уже втроём, ещё до нашего вечера! а впрочем и туда приходи! обожаю тебя, Майл, о-бо-жа-ю!! Аааааа, чёрт, алло! Да, я, кто ж ещё-то!
  Разговор удалялся в бегущем темпе, а Майл ещё раз глубоко вздохнул, повертел в руках филигранно сложенный за пять секунд кораблик и спустил его на воду. Дул слабый ветер, подгонявший судно вперёд по талому ручейку, и в какой-то момент Майлу показалось, что оно совсем-совсем настоящее, и что там ведь наверняка есть матросы и капитан, и...
  ...
  ...
  Темнело. И опять поезд вот-вот прибывал на платформу. Майл ходил по ней из стороны в сторону и вдыхал холодный апрельский воздух. Ручейки под ногами уже сковал тонкий лёд, а весеннее небо затянули тучи, из которых вот-вот мог пойти дождь, снег, град, или даже всё вместе. Очертания грузовых челноков таяли в пасмурном небе, едва оторвавшись от земли. И даже орбитальные маяки в просветах туч горели как-то очень тускло.
  
  Будучи готовым к тому, что и поезд могут отменить, и гость долгожданный может ещё куда-нибудь завернуть по пути, и что вообще сейчас Луна может обрушиться на Землю - почему нет-то, в самом деле? - Майл уже не особо переживал, ну, может, было немного обидно, что...
  - Мааааааайл!!!!! - раздался крик чуть ли не на весь вокзал, Майл развернулся и следующим, что он увидел, была девушка, повисшая у него на шее. - Darling!!!
  - Я тоже... тебя... очень... Айрис, поставь ноги на землю!!
  - Ой! Прости! Я так счастлива тебя видеть!!
  Айрис - девушка в белых туфлях, белом берете, белом платье и белом пальто - быстро отошла на несколько шагов назад и, широко улыбаясь белоснежной улыбкой, сделала реверанс.
  - Привет!!
  - И тебе привет!
  - Как ты тут? Как Акс? Вы встретились, встретились, да? Он написал, что ты меня будешь ждать, спасибоспасибоспасибо!!!
  - Ну, мы виделись...
  - А потом, потом? Ну рассказывааай! Ой, прости! Так, сейчас, секунду! Да, алло, да-да, она самая! Ах, спасибо, спасибо, ну конечно можно! Сегодня вечером, всё будет прекрасно и замечательно!!
  - Ну, так вот я его встретил, рано утром, он сказал, что ты задержишься...
  - Да, спасибо вам ещё раз! Ну да, я задержалась, прости-прости-прости, мне так безумно стыдно, ты не представляешь! Слушаю, Айрис это я, да, здрасте! спасибо огромное, вы тоже самый лучший! как, простите, не расслышала? А, да! Ну, ну, так и что там дальше?
  - Ну дальше мы хотели кофе где-нибудь попить, что ли. Поговорить. Сто лет вас обоих не видел.
  - Счастье моё, Майл, я тебя так люблю, ты знаешь, конечно же мы обязательно все втроём попьём кофе! Да, конечно я вас слушаю, что вы! А вы знаете, приходите сегодня вечером, там всё мне расскажете, я вас уверяю! Ой, ты знаешь, а мне Акс написал, что ты тут кораблики из бумаги делал! Смотриии, что подарю! Да, алло!
  Сделав звук на гарнитуре погромче, Айрис достала из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и, не отрываясь от разговора, ловкими движениями сложила идеальной формы бумажный самолётик. Ветер начинал усиливаться - самое время пускать такие. В небе пролетел ещё один грузовой челнок - видимо, где-то вдалеке от вокзала, и даже от Земли, шло очень бурное строительство...
  - Специально для тебяяя! И в нашей угрюмой жизни должно быть место маленькому чуду, не правда ли? Ага, да, простите, свои гонорары мы не раскрываем!
  - Совершеннейшую правду говоришь.
  - Майл, ну а сам-то ты как, чем живёшь, чем дышишь? А кораблик где?
  - Я... живу... А кораблик, увы, уплыл. Надеюсь, не под поезд.
  - Так жалко, если под поезд, там же матросы и капитан... Я вас очень внимательно слушаю, что вы! И вы послушайте меня...
  Майл в очередной раз вздохнул, закатив глаза и, развернувшись в сторону ветра, размахнулся и запустил самолёт. Ветер тут же его подхватил и понёс в небо.
  - Совсем как настоящий...
  - Майл, дорогой, я очень-очень-оченьоченьО-ЧЕ-НЬ! извиняюсь, но я побегу, милый, а то меня тут совсем разорвут, а нам ещё с Акселем наконец надо состыковаться, а потом, а там... А знаешь, а ведь ты при...
  - Конечно приду. Это в клубе на углу 12-й? Я там буду.
  - Дададада! Спасииибо, радость моя, я тебя так обожаю, Майл!!!
  Крепко обняв своего собеседника, Айрис громко стукнула каблуками по плитке и, сняв берет, отвесила глубокий поклон, после чего стремительно побежала куда-то в город, прочь от вокзала и поездов. Майл проводил её взглядом и ему на глаза последний раз попался их самолётик. Летевший где-то между облаками, луной и орбитальными маяками...
  ...
  ...
  Далеко в пасмурном небе продолжали вспыхивать огоньки околоземных аппаратов, а над дорогой вдалеке иногда с шумом пролетали автомобили. Майл шёл поздним вечером домой. Фонари освещали падающий снег, который уже в следующую секунду хлюпал под ногами. И хотя холодный ветер отчётливо пах весной, он качал по-зимнему голые ветки деревьев, которые то и дело со стуком задевали окна.
  Вдохнув поглубже свежий апрельский воздух, Майл оглянулся по сторонам и увидел чуть поодаль небольшой, одиноко стоящий киоск, в котором уже сто лет не горел свет и не шло никакой торговли. Но сейчас он почему-то выглядел совсем иначе. И свет горел, и витрина была полна товара.
  Майл не удержался, чтобы подойти ближе.
  - Вы работаете? - спросил он в окошко киоска, пытаясь разглядеть продавца. Но то ли продавец как-то очень хитро спрятался, то ли ещё что-то - ответа не последовало.
  А витрина была увешана игрушками, брелками и всякими канцелярскими предметами. Майл долго и тщательно рассматривал всё это великолепие, примериваясь, что бы купить, и на что хватит денег, взятых с собой... Ценников не было ни под одним товаром. Купить же хотелось практически всё.
  - Эй! - он погромче сказал в окошко - А можно мне... эээ... упаковку бумаги... *пауза* И фломастеры. Да, и фломастеры, пожалуйста.
  Ответа вновь не последовало. Побаранив пальцами по стеклу и подождав ещё немного, Майл поднял воротник куртки и пошёл дальше домой.
  ...
  ...
  - Ну ты гдеее?? - высветилось сообщение на экране телефона, когда Майл отмыкал дверь своей квартиры. Начав было набирать свободной рукой что-то в ответ, он нервно спрятал телефон обратно в карман и закрыл за собой дверь. Идти в клуб было уже поздно.
  - И в нашей угрюмой жизни должно быть место маленькому чуду... - вздохнул Майл - Где ж только его...
  Не успев досказать воздуху фразу, он бросил взгляд на стул в прихожей. На нём лежала упаковка бумаги и набор фломастеров.
  
  
Нокс
  
  Нокс стоял у открытого окна тамбура, пытаясь поймать хоть немного ночной прохлады, и курил земляничный картридж.
  
  Снаружи молнией промелькивали деревья, реки, поля, дома, космодромы... И всё совершенно бесшумно, лишь динамики на потолке передавали чуть слышную запись стука колёс, полувековой давности. Иногда к ней примешивалась запись стука капель о крышу. Но - всё было в записи. Там, за окном, не наблюдалось ни намёка на дождь, а колёса... Иногда, если не смотреть в окно, Ноксу даже казалось, что поезд вообще не едет, хотя на деле он летел с какой-то фантастической скоростью.
  
  Не ровен час, сойдёшь с ума.
  
  Выпустив очередную струю земляничного пара, Нокс прикоснулся сначала к сенсору окна, потом к сенсору дверей - двери плавно разъехались и он вошёл в вагон-ресторан.
  
  Два часа ночи. Солнцестояние. Только-только стемнело, а тут ещё жара такая, что не заснуть, даже со всеми кондиционерами этого супер-поезда. А путь предстоит неблизкий... А вся электроника на подзарядке...
  
  Бар. Столики. Две стойки вдоль окон. Тусклый свет, заставляющий моргать после ослепительно-ярких ламп тамбура. Четыре человека, включая бармена. Не так уж и густо...
  
  Нокс выключил сигарету-дифф и прошёл к бару. Усталый бармен протирал то стаканы и тарелки, то свои сонные глаза, и явно никак не мог дождаться конца смены. Почувствовав себя от этого всего неловко, Нокс не стал выпендриваться, а быстро заказал мохито и сел с ним за стойку у окна.
  
  За окном всё так же пролетала сумеречная мешанина деревьев, столбов, облаков, огней городской иллюминации. Иллюминации, из-за которой самая короткая ночь года уже местами и на ночь-то не походила.
  
  Нокс отпил коктейль и мельком оглянулся на соседей по вагону. За столиком в углу сидели молодой человек с девушкой и тихо разговаривали, доедая суши. А прямым соседом Нокса по стойке был какой-то, казалось, до боли знакомый... Впрочем, в полумраке ресторана разглядеть было трудно, да и откуда ему-то здесь взяться. Ну да ладно.
  
  Было бы ладно, если бы этот самый сосед, предельно погружённый в свой планшет, и что-то туда увлечённо набиравший, не отрываясь, пару раз не щёлкнул пальцами бармену. По-прежнему сонный бармен кивнул, и сам щёлкнул пальцами ту же пару раз. Мгновение - и стук колёс в динамиках обогатился клавишными переливами пост-смуфовых импровизаций.
  
  Загадочный попутчик что-то дописал, после чего улыбнулся, отложил компьютер и - надо же - достал из кармана бумажную сигарету, зажигалку и закурил.
  
  Нокс оторопел. Сначала - от изумления сигаретой. Потом - от того, что интуиция его всё-таки не подвела.
  - Вау. Вы? - полушёпотом спросил он то ли у окна, то ли, всё-таки, у соседа.
  - Что - я? - таким же тоном отозвался тот.
  - Литий?
  Сосед выпустил облако едкого дыма, стряхнул пепел в пустой стакан, и крутанулся на стуле. В руке у него тлел оранжевый огонёк живой сигареты. Такой странный для Нокса, привыкшего к своей синей лампочке.
  - Он самый. А вы..?
  - Не знаю, слышали, нет... Aeterna Nox.
  - Этих Этернаноксов... - Литий сделал ещё одну затяжку. - Но если вы тот удивительный человек, который...
  - Удивительный - едва ли, но... - Нокс понял, что собеседник тоже его узнал и нервически похрустел костяшками.
  - ...который до сих пор ведёт блог, да? В наше-то время, а. И у которого в комментариях - форменный дурдом.
  - Я... интересуюсь странными людьми, ага. Привлекают они меня.
  - Заметно. - Литий оскалился и ещё раз манерно затянулся. - Да не смотрите вы так на сигарету, мы пять минут назад пересекли границу, теперь можно. А с первого января, кстати, нельзя будет...
  - Я никогда и не курил таких...
  - Угостить?
  - Нет-нет.
  - Правильный выбор. Министерство одобряет!
  Нокс покачал головой и заметил.
  - А всё-таки как же тесен мир...
  - Да до нашего рождения ещё. Я тут смотрел списки пассажиров - на этом поезде едет ещё один занятный человек... Но номер вагона и купе скрыты, так что, увы, надежда, разве что, на коридоры.
  - Интересно. *пауза* А договориться?
  - А договориться - уже неинтересно. То-то и оно.
  - Понимаю... Ну да, как сейчас. Представить только, что вот так вот сижу за одной стойкой...
  - С самим! Такая встреча! На совершенно случайном поезде. ЭйЭн, ну да, интересно, захватывающе, но не надо так уж удивляться совпадениям. Это всего лишь совпадения. Вот если бы вы кого-то сбили на машине, а им оказался... Ооо, ну надо же.
  Литий пальцем указал на динамик на потолке, откуда донеслись первые ноты "TYDYSCH!" в исполнении Алессандро Спиридонова.
  - Еда здесь помои, а вот музыка отличная.
  - Да-да... да-да.
  В стакане остались крупные кубики льда, кусочки мяты и лайма. Мохито был выпит, но ни черта не освежил. Движением губ сказав "Сейчас", закурившему уже новую сигарету, собеседнику, Нокс вышел из-за барной стойки и пошёл в уборную, умыться ледяной водой.
  ...
  ...
  Когда он вернулся в ресторан, там уже ровным счётом никого не было, кроме окончательно заснувшего бармена. Ни той пары, ни Лития. Только бармен и музыка. В растерянности, Нокс наконец включил свой дифф и посмотрел в окно. В окне, неподвижным контрастом на фоне стремительно проносящегося пейзажа, висела полная луна. А вокруг была самая короткая ночь в году.
  
  Сделав глубокую земляничную затяжку, Нокс решил, что оставаться здесь незачем, и провёл по сенсору двери.
  - О, спасибо. Привет ещё раз. - с такими же мокрыми волосами, за дверью стоял...
  - Литий?..
  - Я. Позволь-ка... - обогнув Нокса, он прошёл по вагону к противоположному выходу и тоже его открыл.
  - Эээ...
  - К чёрту эту забегаловку.
  - Забегаловка та ещё. Спать?
  - Какой спать, рассвет через час. Это тебе не "вечная ночь". - Литий криво ухмыльнулся и исчез в тамбуре. Двери за ним закрылись.
  
  В руке у Нокса горела синяя лампочка диффа. Он снова затянулся.
  
  И в несколько шагов преодолел ресторан и тамбур.
  - Постой!
  - А? - Литий остановился возле уже открытой двери в следующий вагон.
  - Покурим?
  - Не вопрос.
  Он отошёл от дверей, достал из кармана ещё одну сигарету и закурил, опёршись спиной на поручень у окна. Нокс встал рядом, лицом к окну.
  - Чем сейчас занимаешься? Я тебя совсем что-то из виду потерял...
  - Занимаюсь... Как бы так сказать... - Литий выпустил струю дыма в потолок и посмотрел на Нокса. - А что, дорогой друг, вы, вот вы лично - уже перевели денег на новый грандиозный проект?
  - Проект? - Нокс недоумённо поднял брови.
  - Проект. Такой, знаете ли... Масштабный. Глубоко символичный. Инвесторов нет, инвесторы не нужны. Инвесторами будут люди. Краудфандинг!
  - Бедная моя совесть, снова на неё давят.
  - Ну кто ж давит-то? Нам каждая копеечка дорога. И вообще я за электричество задолжал, кинь пару баксов на кошелёк, будь другом. - Литий оскалился и бросил окурок прямо на пол купейного коридора. - Сигареты кончились, отойду за другой пачкой к себе. Если не вернусь, а нужен - найдёшь меня в той стороне, через один вагон, 5-е купе. Скорее всего, я застрял в сети.
  - Окей.
  Попутчик ушёл, а Нокс стал вглядываться в небо. В нём то и дело мерцали огоньки орбитальных станций, самых разных цветов. Попадались и синие. Такие похожие на диод земляничной электросигареты...
  
  Прошло уже довольно времени, но Литий не возвращался. Не желая уже отвлекать человека, Нокс пошёл к себе.
  
  Зайдя в купе, он вздохнул и посмотрел на планшет, лежавший на столике на подзарядке. Где-то сёрфить с него сейчас совершенно не хотелось. А в динамиках передавали всё тот же монотонный стук колёс...
  
  Но возможность вывести свою музыку на динамик в своём купе была. Как в вагоне-ресторане. Нокс перевёл планшет в режим плеера, включил шаффл, после чего лёг на кушетку и наконец-то задремал.
  ...
  ...
  Подскочив на месте от диких хрипов, которыми разразился динамик на шаффле, Нокс нервными движениями попросту выдернул компьютер из розетки и перевёл дыхание. На экране планшета визуализатор плеера разражался такими же хрипами. Играла папка "доисторический грайнд". Поцокав языком, Нокс взглянул на часы, а потом за окно. Часы показывали, что прошло лишь полчаса, а окно - что самая короткая ночь уже почти превратилась в утро.
  
  Он вышел из купе и оглянулся по сторонам. Было пусто. Тусклые лампы разгоняли предрассветные сумерки. Включив сигарету, Нокс вновь медленно побрёл в сторону вагона-ресторана.
  
  Вагон-ресторан, с новым барменом, заступившим на вахту, но уже без музыки в динамиках.
  
  Следующий вагон, со всё тем же окурком возле окна.
  
  Ещё один с - надо же - аналогичным.
  
  И вот - "через один". Пятое купе. Нокс постучался - никто не ответил. Ещё раз.
  - Зря стучитесь, пока там никого. Пассажир 75 сошёл 10 минут назад, на полустанке. - меланхолично заметил пробегавший мимо проводник.
  - Как 10 минут? Мы останавливались? - недоверчиво переспросил Нокс.
  - Конечно. Как обычно. Как обыыычнооо... - пропел проводник и исчез в тамбуре.
  Ещё раз для проформы постучав в дверь, и не получив ответа, Нокс пошёл обратно к себе.
  
  Планшет продолжал передавать доисторический грайнд. Ловким движением пальцев убрав и его, и всё остальное, что там было открыто, Нокс зашёл в сеть, на основную страничку Лития.
  
  "Уезжаю. Буду нескоро, и не надейтесь. И не пишите мне пока ничего, ублюдки. Фото в тему".
  
  Два часа назад, однако.
  
  Нокс затянулся, отложил планшет и откинулся на спинку кушетки. За окном стремительно светало.
  
  Солнцестояние, чёрт возьми.
  
  
Спелл
  
  "По вопросам ремонта мансард, переостекления балконов, шпаклевания, штукатурения, покраски, а так же получения нового ключа для пользования базой данных районной библиотеки на грядущий месяц - обращаться в полицейский участок. Контакты - ..."
  
  Вдалеке над горами заходило солнце, оранжево-розоватый свет которого языками пламени пробивался сквозь густые тучи. Август - а тучи были уже совершенно октябрьские. Холодало здесь рано. Спелл - человек в потрёпанном тренировочном костюме и с массой фенечек на запястьях, возвращавшийся с вечерней пробежки - посмотрел в небо, вдохнул полной грудью первую предосеннюю свежесть и снова перечитал объявление, прикнопленное к двери Рея.
  
  Объявление?
  Прибитое кнопкой?
  Да ещё и такое странное?
  
  Побарабанив пальцами по двери, Спелл ещё раз взглянул на закатные горы и протяжно нажал кнопку звонка. Потом ещё раз, ещё, ещё, ещё...
  ...
  ...
  Резко распахнув дверь, Рей - полусонный человек в выдернутых наушниках, какой-то нелепой домашней одежде и полнейшем недоумении - уставился на Спелла и уже даже набрал полные лёгкие воздуха, чтобы заорать что-нибудь в духе "ДА КАКОГО ХРЕНА?????", но Спелл приложил палец к поджатым губам и взглядом указал на приколотую к двери бумажку.
  - Интуиция подсказывает, что это тебе.
  - Зашибись... - пробормотал Рей, сорвав записку, и стал её пристально изучать.
  - Ремонт мансард, новый ключ для библиотеки, полицейский участок... А уж не шифровка ли это какая, эмм? У тебя и мансарды-то этой нет. Да и нахрена кому-то их база данных? Местную газету читать? - размышлял Спелл, пока Рей зашёл обратно в дом.
  - Ума не приложу. Охренеть. Постой, мне там, кажется, сообщение пришло...
  - Окей, окей. Кстати, нормальные люди вечером не спят!
  - В зеркале "нормального" увидишь.
  Спелл стоял на пороге и изучал окрестности. В соседних домах уже горел свет, вдалеке проплывали редкие автомобили. В пылающе-пасмурном небе время от времени, оставляя за собой живописные хвосты, пролетали различные корабли. Космодром был отсюда довольно далеко, но траектория кораблей почему-то часто лежала над городом. Вспомнив какую-то песню, Спелл начал её напевать, уже почти забыв о загадочной записке.
  - Чёрт возьми, ау, ты там? Подойди сюда!!
  - А?
  Спелл аккуратно прошёл в комнату. Рей сидел на кровати, в руках у него был полупрозрачный планшетник, а на лице читалась целая гамма сложных эмоций. Записка с двери лежала рядом.
  - Посмотри... Боже мой, чувак, твою мать, я этот паркет только вчера до блеска отдраил, разуться не мог?!
  - Мда? Блеска не вижу, но если ты настаиваешь... Читай, что там.
  - Сам читай.
  Рей развернул планшетник и в окошке чата Спелл увидел сообщение.
  
  "По вопросам ремонта мансард, переостекления балконов..."
  
  - Ха. А они настырные.
  Не став развивать мысль, Спелл вернулся обратно к двери и вгляделся в сторону города. Еле заметные в приближающихся сумерках, по дороге к лесу, горам и дому Рея, ехали две полицейские машины.
  - Рей..?
  - М?
  - Сюда.
  Всё так же, с запиской в одной руке и с планшетом в другой, Рей подошёл к двери и едва ли успел что-то понять, как Спелл схватил его за руку, из которой тут же вылетела записка, и изо всех сил рванул вдоль дома в сторону леса. Остановились они только метров через двести, сев на обочине дороги, под перегоревшим фонарём.
  - Глянь. - сказал Спелл шёпотом.
  - Охренеть.
  Машины остановились аккурат возле дома.
  ...
  ...
  Дорога кончилась, начинался лес и горы. Уже стояла непроглядная тьма и постепенно холодало. Город с его огнями и полицейскими машинами остался далеко позади.
  - Мы ещё долго? - задыхаясь, спросил Рей.
  - А ты думал! Вперёд-вперёд!
  - ЗАЧЕМ?
  Рей остановился, голова у него кружилась. По инерции пробежавший дальше, Спелл обернулся и, продолжая бежать уже на месте, уверенно ответил.
  - Тут безопасно. У тебя - нет.
  - Кто спорит. Давай передохнём хотя бы.
  - Не-а, стоп, передыхать мы не будем, а вот, ну-ка... - Спелл пошарил по карманам и извлёк оттуда упаковку таблеток. - Ага! Тааак... Кеторолак, вот что тебе нужно!
  - И зачем?
  - Ну, например... Дьявол, я без понятия, как он тут оказался, я был уверен, что брал другие таблетки... Хрен с ним, ладно, давай передохнём.
  Сказал Спелл и Рей, как по команде, рухнул на землю. Спелл сел рядом, прислонившись к дереву и стал продираться взглядом сквозь кроны деревьев. В тёмном августовском небе ветер гнал тучи, и сквозь них иногда ослепительно ярко горел белый фонарь полной луны. Невооружённым глазом можно было разглядеть блуждающие вокруг неё огни межпланетных челноков.
  - До космодрома далеко, а то улетели бы на Луну... - задумчиво сказал Спелл.
  - На Луну? От полиции с их штукатуркой? У тебя порою такой замысловатый ход... этой... как её...
  Рей не успел закончить мысль, как Спелл молниеносным движением вытащил у него из кармана джинсов свёрнутый в трубку планшетник.
  - Нас же запеленгуют, твою мать. - он размахнулся посильнее и кинул компьютер далеко вперёд. Тот развернулся в полёте, ударился о дерево и свалился в листву. - Стоп. - не дожидаясь ответа владельца компьютера, Спелл прислушался. В кромешной тишине леса были слышны шаги и чей-то шёпот. - Уже. Это они. Чёрррт. Бежим.
  Спелл вскочил на месте, вслед за ним поднялся окончательно потерявший связь с реальностью Рей, и они оба пошли дальше.
  
  Но шаги и шёпот не удалялись, а напротив, становились всё отчётливее.
  - Не вдохновляет меня это... - осторожно предположил Рей. - Давай найдём планшет и пойдём всё-таки обратно?
  - Постой. Это не полиция. Тогда кто? Я сейчас. - Спелл был заинтригован.
  Ускорив шаг, он растворился в темноте. А Рей сел под деревом и стал ждать.
  
  Ждать было недолго. Выстрел из дробовика отчётливо прозвучал вдалеке.
  
  И дикий вопль:
  - КОЗЛЫ!!!
  
  В панике вскочивший Рей пробежал метров десять - и рухнул на землю, как подкошенный, когда его челюсть на полному ходу врезалась в здоровенный кулак двухметровой тени.
  ...
  ...
  Сквозь тучи с трудом пробивалась заря. То там, то тут листва вспыхивала изумрудными бликами в свете редких солнечных лучей.
  
  Рей находился в промежуточном состоянии между бессознанием - и сном. Сидевший рядом злобный Спелл пытался разобраться в измочаленном планшетнике и то и дело затягивал потуже самодельную перевязку на ноге. Нога жутко болела и представляла зрелище довольно печальное. Стрелявший промазал, но той дроби, что в цель попала, Спеллу хватило более чем.
  
  Треск веток отвлёк от попыток пробиться в электронную медчасть. Спелл вздохнул и приготовился к худшему.
  - Кто здесь? - раздался голос чуть поодаль.
  - Мы. - послышался осторожный ответ.
  Между деревьев появился полицейский с пистолетом в руках и, поцокав языком, глядя на представшую картину, попытался спросить.
  - Парни, мы тут пол-ночи двух браконьеров ловили, ну и...
  - Ну и как? Поймали? - перебил Спелл и поморщившись проглотил горсть пэйнкиллеров.
  
  
Ветер
  
  Предзакатное солнце пылало на стенах домов вдали. Небо было совсем ясным и прозрачно-лазурным, но именно таким ясным и прозрачно-лазурным, как бывает летом в последние часы перед заходом солнца. Полумесяц висел бледным силуэтом в этой синеве, и на его фоне иногда проплывали - совсем уж незаметные, хотя если присмотреться... - орбитальные челноки.
  
  Однако здесь, среди деревьев и кустов Сиреневой аллеи, стояла тишина и даже ни одной машины не пролетало над головой.
  
  С почти стёртым куском мела в руке и зубочисткой в зубах, Райтели встал с земли и осмотрел проделанную работу. Длинное-длинное стихотворение уходило метров на десять-пятнадцать вдаль по брусчатке аллеи. Чуть заметно улыбаясь, Райтели прошёл к началу стиха и вновь стал его перечитывать.
  - И что, неужели твоё?
  Прошелестел ветер, донося отчётливый запах сирени. Поэт поднял голову и кивнул.
  - Ты же читал мои стихи. Ну вот и этот почитай.
  - Не в настроении я стихи читать. Вот смыть бы его... - мощный порыв ледяного ветра заставил Райтели поёжиться.
  - Смыть он хочет. Ты хоть знаешь сколько времени на это ушло? А мела?
  - Знаю! Потому и хочу! - Ветки деревьев и кустов громко зашуршали.
  - Не понимаешь ты прекрасного. Всё, не отвлекай. - Райтели повернулся обратно к написанному и продолжил читать.
  - Я не понимаю. Я-то! Не понимаю! Ты много понимаешь, можно подумать! Да я, да я...
  Поэт делано поаплодировал, медленно передвигаясь вдоль текста, внося носком ботинка какие-то правки.
  - Видишь те горы вдали? Видишь?!
  Штиль то и дело взрывался новыми порывами.
  - И хватит молчать!
  - Здесь отродясь гор не было, хватит голову мне морочить.
  - Это ты их не видишь, потому что ты мелкий и глупый.
  - Какие мы сильные и умные... - Райтели криво усмехнулся.
  - Мы такие. Так вот там, вдалеке, горы - это же я их сделал! За миллионы лет. Не то что твои стишки за два часа и 15 мелков. И мелки твои, кстати, тоже я сделал!
  - Мелки?
  - Известняк. Его тоже сделал я! Не то что стишки твои, ха!
  Поэт махнул рукой.
  - И надоел же ты мне...
  - Не мог я тебе надоесть. Я же знаю, что ты меня обожаешь. Вот и в этом стихе твоём новом тоже.
  - Ха! А кто-то говорил, что читать не будет!
  - Прочёл, и теперь могу тебе честно сказать - раньше ты писал лучше, а эту халтуру лучше смыть всё-таки!
  Ещё один порыв ледяного ветра просвистел меж деревьев, небо мгновенно заволокло тучами и спустя какие-то пару мгновений первые крупные капли дождя упали на брусчатку.
  - Так-то! Пиши лучше!
  - Поучи меня ещё.
  Райтели отцепил от пояса зонтик и ловко развернул над текстом, поставив на землю - зонтика хватило ровно на первое четверостишие. Дождь усиливался, ветер неистово ревел, пролетая сквозь аллею. Десять метров стихотворения таяли под ливнем. А поэт, до нитки промокший, на это смотрел и всё так же улыбался.
  - Три... два... один...
  Как по команде, дождь прекратился. Ветер просвистел последними порывами и затих.
  - Эээ...
  - Что, вода закончилась, всемогущий?
  - Да ну тебя к чёрту, графоман.
  Райтели свернул зонт и посмотрел на то, что осталось.
  
  ...letting...
  ...hold...
  ...doubt...
  ...what is...
  
  - Не так и плохо. Эй, ты! А научи меня тоже дождь вызывать, а?
  Ветки вокруг зашелестили, и в воздухе снова сильно запахло сиренью и августом. Закатное солнце пылало на стенах домов вдали.
  
  В небе проплывали орбитальные челноки.
  
  
Трик
  
  Сгущались сентябрьские сумерки. В окнах близлежащих зданий загорались огни и задёргивались глухие шторы - в этих краях ночь была особенно светлой. Обилие вывесок, фонарей, фар - да и тех же квартир и офисов - делали своё дело. Но пока что иллюминация работала не в полную силу, так что сумерки всё-таки сгущались над улицами, а первый по-настоящему осенний ветер свистел по ним похлеще иных февральских вьюг.
  
  Шэйд, бывший промальпинист в кожаном плаще и с выбритыми висками, сидел в баре-ресторане на первом этаже одного из здешних бизнес-центров, пил третий бокал грога, курил одну за другой сигареты и смотрел в окно. В небе мерцали тусклые звёзды и сверкали ослепительно-разноцветные орбитальные маяки и станции. А на земле порывы ветра срывали первые пожелтевшие листья с деревьев, бесчисленный поток машин мчался в неизвестность по многоэтажным развязкам... Поезда то и дело проносились по эстакадам.
  
  Оживлённый район, вечер. Обычная картина.
  
  Поудобнее устроившись на своём диване, Шэйд сделал глоток напитка и глубоко затянулся сигаретой. В отличие от улицы, в ресторане почти не было народу. Странно, но такое тут действительно иногда случалось, потому-то Шэйд и появлялся в этом месте примерно раза в ноль-целых-одну-десятую чаще, чем в сотне других забегаловок этих краёв.
  
  В самом деле, какая радость пить свой коктейль и смотреть на осенние сумерки, когда вокруг ещё толпа каких-то людей? Никакой. А так...
  - Хэй, альпинист, тебе нормально? - крикнул бармен из-за стойки.
  - А?
  - Свет ещё не...?
  - А, не... - не оборачиваясь, Шэйд изобразил отрицательный жест, но бармен всё равно усилил тонировку стёкол.
  - Ладно, пусть будет. Ночью большая компания столики заказала, потом чтобы не морочиться.
  Шэйд выпустил струю дыма в потолок и обернулся к бармену.
  - Ну вот, ты закрыл мне обзор.
  - Ты на что-то смотрел?
  - А то как же. Через дорогу, там, далеко, на дом обращал когда-нибудь внимание?
  Бармен машинально присмотрелся, но разглядеть через сочетание тонировки и буйной иллюминации ничего не смог.
  - А там дом какой-то?
  - Ну да. Обычный, старый, многоквартирный дом. Всякие небогатые люди снимали раньше. Что сейчас - не знаю даже. Судя по роскошному капитальному ремонту - небогатым делать там уже нечего.
  - И к чему ты всё это?
  Шэйд сделал последний глоток и удручённо посмотрел на пустой бокал.
  - А давай так - ты мне ещё один, а я тебе сказку на ночь расскажу.
  - Мне ещё за твои сигареты как бы штраф платить не пришлось, а ты - "ещё один".
  - Это риск, мой друг. Святое дело. - Шэйд закурил новую сигарету. - Ну я получу свой грог?
  Бармен иронично усмехнулся, но через пять минут перед Шэйдом стоял новый бокал.
  ...
  ...
  Трик проснулся от ослепительно яркого света, оглушительного грохота, мощного удара головой об стену и подозрительного звона любимого ножа в сантиметре от виска.
  
  За ножом последовали чашка, кроссовки, колонки, ноутбук, коробки, снаряжение...
  
  Догадавшись, что вокруг происходит что-то не то, опытный трейсер Трик поддался интуиции, в считанные секунды вычислил самое безопасное место в комнате, одним прыжком переместился туда и сгруппировался.
  
  А вокруг всё продолжало куда-то валиться и грохотать. И ослепительно яркий свет лился в комнату без устали, заполняя всё пространство равномерным слоем, будто водопад.
  
  При этом, угол проникновения лучей менялся. Менялся довольно заметно. Так заметно, что Трик наконец понял - дом, чёрт возьми, ПАДАЕТ.
  
  Но не успела эта мысль осесть в голове, как сгруппировавшийся Трик сам оторвался от земли и подлетел вверх метра на два.
  
  Дом падал - и упал.
  
  Спустя мгновение упал и Трик. Упал и растянулся на том, что ещё пять минут назад было стеной, а теперь неожиданно стало полом. Полом, на котором еле живое тело тяжело дышало в полуобморочном состоянии.
  
  Что ж, по крайней мере интуиция не подвело - тело было всё-таки живое.
  ...
  Трик очнулся спустя какой-то промежуток времени. Не очень большой, судя по всему. Очнулся, с трудом продрал глаза и попытался, наконец, понять, что же происходит, в самом деле. Голова безумно болела, ушибленные конечности - того сильнее. В ушах звенело, а перед глазами всё плыло и было будто в тумане. И этот туман сам был будто в двойном тумане клубов песка и пыли, окутавших всё вокруг.
  
  Поморгав, Трик присмотрелся - перед глазами, помимо тумана и клубов пыли, было окно. На потолке - окно. Теперь на потолке его чёртовой комнаты было это чёртово окно. Сквозь которое, как в колодец, продолжал литься водопад всё того же ослепительного света, который равномерно окутывал и пелену во взоре, и клубы пыли, и самого Трика, и осколки стекол, выбитых из рамы при падении.
  
  В комнате было так ярко, что почти ничего не видно.
  
  И всё же, кое-что можно было заметить. Дверь - которую тоже вынесло вместе с петлями - теперь располагалась у самого пола, и войти в неё было уже нельзя - только вползти. Изо всех сил щурясь, Трик присмотрелся к дверному проёму - рисковые люди нашлись, они правда ползали по плоскому коридору, стараясь не провалиться в чужие двери. А из чужих дверей доносился чей-то плач, чьи-то стоны, чей-то отборнейший мат...
  
  Трик снова перевёл взгляд на окно. Казалось, свет становился всё ярче и "осязаемее", Трик чувствовал его практически своей кожей.
  
  А вокруг - штукатурка продолжала осыпаться со стен, а сами стены продолжали глухо идти глубокими трещинами. Непонятно, насколько безопасно оставаться здесь дальше. Наконец, тяжело вздохнув, глядя на обломки своих вещей, Трик, опираясь на стенку, всё-таки нашёл в себе силы подняться на ноги.
  
  Чуть не свалившись в ту же секунду, он прислонился спиной к стене и отдышался. Голова кружилась, перед глазами стояла всё та же пелена, клубы пыли и штукатурки, и ослепительный свет. Туман, пыль, свет. Туман, пыль, свет. И никакой окружающей реальности. Надо хотя бы пэйнкиллеров достать...
  
  Так и не дойдя ни до каких таблеток, а тупо простояв неизвестное время в прострации, Трик снова очнулся - на этот раз услышав голоса, доносившиеся из окна. Судя по всему, это были строители. Нет, точно строители. Трик сам был не чужд этой сферы и, своего рода коллег, узнавал безошибочно.
  
  А раз строители - значит они уже что-то там предпринимают, верно?
  
  Несмотря на полную раскоординированность своих движений, пелену и раздвоение во взоре, и так далее, и так далее, Трик ни секунды не сомневался, чего он хочет - а хочет он прыгнуть в это окно и поговорить с этими строителями.
  
  Опытный трейсер закрыл глаза, вдох-выдох, предельно возможный разбег...
  
  иии! - ящик!
  
  иии! - кровать!
  
  иии! - рама!
  
  Руки мёртвой хваткой вцепились в раму, а вот сил подтянуться на них - уже не было.
  ...
  - Дай руку!
  Трик снова вернулся из небытия. Руки затекли напрочь, он их не чувствовал - но мёртвую хватку затёкшие руки всё так же продолжали держать.
  - Дай руку, кому говорю!! - повторил огромный мужик в каске.
  Трик промычал что-то невразумительное. Прорычав в ответ, строитель закатал рукава и сам сделал всю непростую работу. И в следующую секунду, Трик с бешеной яростью тёр затекшие ладони, сидя уже на стене. То есть, крыше.
  - Ну и чего? - строитель не был особенно разговорчив.
  Трик посмотрел на строителя, а потом вообще осмотрелся. Вокруг было бескрайнее поле окон, над которым поднимались на километры вверх всё те же клубы пыли и штукатурки. Ярко-оранжевое солнце дрожало сквозь раскалённое марево, а его лучи пронзали даже эту плотную пылевую завесу. Сильнее всего это напоминало марсианский пейзаж до земной колонизации.
  Трик глубоко вдохнул - и зашёлся в судорогах кашля. Строитель почесал каску, вид его становился всё более недовольным.
  - Ну. И. Чего?
  - А? - Трик посмотрел на строителя так, будто он только что здесь появился.
  - ЧЕГО НАДО?
  - А... Ну я это... *кашляет* Комнату... вот эту вот снимаю. Снимал. Снимаю. Не знаю, в общем. *кашляет*
  - Ну и чего?
  - Ну и вот я... *кашляет* ДА ЧЁРТ!
  - Вообще-то тут опасно. Эвакуация вон, если что. - строитель всё-таки не был настроен на продолжительный диалог. - Там вон группа медиков.
  Трик покачал головой и попробовал дышать через ладонь.
  - Оперативно... А что тут вообще произошло-то за катастрофа?
  - А, ну, это ты не у меня спрашивай, а у прораба, если хочешь. Вон там стоит. Он знает. А нас с мест посдёргивали, ничего самим не объяснили.
  - Хорошо, спасибо... Спасибо за помощь.
  Строитель кивнул и пошёл по своим делам. Трик посмотрел на прораба. Он вертел в руках схемы и выглядел довольно занятым. Но он занят, а Трик через пять минут вообще, скорее всего, отрубится уже надолго, так что... Пошатываясь, он медленно пошёл к прорабу. В глазах всё так же троилось, голова кружилась во все стороны, раскалённая штукатурка и пылающий воздух обжигали слизистые...
  - Мать твою, не падайте на меня! - с чувством заорал прораб, когда Трик в самом деле чуть на него не свалился.
  - Ох.
  - Медики вон там.
  - Нет-нет. Мне вы нужны.
  - Я? - прораб поправил очки и скептически посмотрел на Трика.
  - Вы. Что тут... чёрт возьми... произошло?
  - Произошло? Дом не выдержал лучей света. Всё нормально.
  Трик даже не стал ничего спрашивать, просто выразительно поднял брови.
  - Всё нор-маль-но, говорю вам. Штатная ситуация. Слишком яркий свет, слишком жаркая погода... Когда первые лучи утренней зари легли на восточную стену этого дома - а он старый и давно не ремонтировался, скажу я вам - то каркас не выдержал таких нагрузок, дом накренился, а потом упал. Не самый простой случай, конечно, но сколько раз я с таким сталкивался - вы даже не представляете.
  - А потом? - Трик чувствовал, как ноги перестают его слушаться, глаза перестают различать последние очертания окружающего мира, а звон в ушах становится монотонным белым шумом.
  - Что? Вон видите - бригада монтирует крюки. Как упал - так и поднимем. На тросах из солнечного света. Самое надёжное и простое в такой ситуации. До сумерек бы управиться, а то ведь до утра ждать придётся, из графика выйдем... Эй, эй, с вами всё нормально?
  - Не очень... Сотрясение, кажется... Позовите врачей... И скажите хозяину, что за этот месяц платить не буду... - выдавил из себя Трик и плавно грохнулся в бессознание.
  ...
  ...
  - Ну в больнице его обработали, вечером он вернулся забрать своё барахло - ну, то, что от него осталось - тщательно уложенное под брезентом, и, кто бы мог подумать - дом как лежал, так и лежал, ни на дюйм с места не сдвинулся. Прораб стоял наверху и в неистовстве орал на бригаду, а бригада...
  Шэйд потушил сигарету, допил свой грог и оборвал рассказ на полуслове.
  - Так и что бригада? - отвлекшийся было на заказ очередного полночного посетителя бармен снова переключился на Шэйда.
  - А? Что? Какая бригада? - Тот слегка уже захмелел.
  - Строительная.
  - А?
  - Понятно... Но, окей. Позволь пару вопросов. - Тон бармена становился всё ехиднее. - Дом, говоришь?
  - Дом.
  - Упал, значит?
  - Упал.
  - Под тяжестью лучей, стало быть?
  - И-мен-но.
  - Ты сам-то в это чушь веришь?
  Шэйд посмотрел на бармена и чуть не просверлил его взглядом насквозь.
  - Я тебе знаешь, что скажу? Трик был моим сменщиком на протяжении двух лет, он тоже бывший промальпинист. Друг, коллега. Я ему как себе доверяю. И раз он мне рассказал эту историю - вероятно, так оно и было? Благо, я сам видел много чудес всяких в своей жизни. И если ты не веришь в этот рассказ, следовательно, ты не веришь моему другу, а если ты не веришь моему другу - уж не хочешь ли ты сказать, что я... Как бы так помягче...
  - Стоп, стоп, стоп, погоди, я ничего не...
  - Что стоп? Это тот самый дом через дорогу, не веришь - иди, посмотри, там наверняка остались какие-то доказательства! Но не советую не верить, или ты, может, хочешь сказать, что я... я...
  - Ладно, ладно. - Бармен не стал настаивать.
  - Не ладно, чёрт возьми! - Шэйд криво ухмыльнулся - Да, ещё один грог за счёт заведения примирит меня с твоими сомнениями, пожалуй.
  
  
Инженер
  
  Инженер тяжело вздохнула и схватилась руками за голову. Уже восемь вечера, работы тут ещё море, а, меж тем, надо было успеть ещё и обычную, ежедневную рутину сделать, до заката.
  
  Равноденствие, всё-таки.
  
  Нет, ну, в принципе, луна-то на небе светила, закат закатывался. И даже межпланетные корабли рассекали бесконечную космическую пустоту. Но Равноденствие - это Равноденствие, и надо быть точным до минуты.
  
  Лампочка мерцала над кульманом, от вспышки к вспышке рискуя погаснуть совсем. Как, честно говоря, и весь домашний генератор, который последние недели буквально дышал на ладан. И это тоже раздражало Инженера, и наверняка сказывалось на производительности труда. Но когда всё валится из рук - едва ли задумаешься, почему именно оно валится.
  
  Да и творческие люди редко бывают внимательны к досадным мелочам, а зря.
  
  Вот и сейчас, в нервной усталости ходя из стороны в сторону по этому подвалу, девушка и не думала о том, что нужно просто отвлечься, переключиться на что-нибудь другое. Совсем другое. Вообще не по работе. А не то снова замкнутый круг, из которого не сразу и выберешься. Замкнутый точь-в-точь как это нервное передвижение туда-сюда.
  
  Инженер снова взяла карандаш и линейку, и, с силой приложив их к ватману, хотела было всё же продолжить работу над чертежами, как лампочка мигнула в последний раз и с глухим треском погасла окончательно.
  
  Карандаш выпал из рук, девушка беззвучно прокричала проклятия в адрес всего на свете и поднялась из подвала в дом. Ещё одну найти? Взять фонарик? Да, чёрт возьми, сколько можно?!
  
  Инженер потёрла красные глаза и, снова тяжело вздохнув, взяла с тумбочки в прихожей пару часов как остывший кофе и, в совсем хмуром настроении, пошла на второй этаж дома, в комнату с другим рабочим столом и лэптопом. Там всё уже было не то что готово к работе - успело остыть, как этот же самый кофе. Отвлекшись "на пару минут" на чертежи, девушка не заметила, что пролетело как-то совсем много, неприлично много времени, а та самая рутина как стояла - так и стоит. Сама ведь не сделается.
  
  Восемь вечера...
  
  Рабочее место располагалось у самого окна, как раз чтобы была возможность смотреть на плоды трудов прямо за работой. По той же причине всё это стояло на втором этаже - так как-то ближе к "мольберту" и "холсту". Не такое холодное, не такое... ммм... digital. Раньше-то вообще кистью и красками работали - но времена меняются.
  
  Ну а пока компьютер выходил из спящего режима - Инженер как раз-таки внимательно смотрела в широкое окно на переливающийся градиент оранжево-розово-голубого неба. А потом - на экран компьютера. И снова на небо.
  
  А ведь многое уже было отрисовано как положено. На первый взгляд и вовсе - всё как обычно. И когда сейчас наступит закат - разве же кто-то заметит, что какой-то там инженер не успел где-то там чего-то подкрасить... Аааааа, к чёрту такие мысли! Сделав ещё один глоток холодного кофе, девушка вооружилась мышью и продолжила работу, каждый штрих которой тут же проявлялся в окне.
  
  Размашистое движение самой большой кистью - и через весь небосвод растекается широкая чёрная полоса. Игра с цветами на палитре - и вот уже в бескрайний горизонт летит сложных полуоттенков серебристо-белый штрих. Немного розового и бежевого. Немного тёмно-синего. Совсем чуть-чуть светящегося перламутра и, туда, на закат - ярко-апельсинового. Ну а кое-где снова чёрного. И Луну бы подкрасить. Какой там точный день лунного календаря?..
  
  Работа шла энергично и вот, с цветами всё было более-менее готово. Инженер придирчиво посмотрела в окно на сделанное и сменила кисть с обычной - на звёздный шаблон. Оставалось лишь повесить звёзды, а если что-то будет резать глаз - в конце концов последние детали можно будет доделать потом.
  
  А пока - погасим свет. Но встав из-за компьютера, девушка успела сделать лишь два шага в сторону выключателя, как свет перехватил инициативу - и погас сам. А вместе с ним погас и компьютер. И вообще всё электричество в доме, если не считать только что подкрашенной Луны.
  
  И, кажется, кроме неё, на небе сегодня не будет ничего. Никаких звёзд. Генератор всё-таки приказал долго жить.
  
  Еле сдерживая эмоции, Инженер покачала головой и наощупь стала пробираться к выходу из дома, стараясь не свалиться на лестнице. Ну уж нет, работа будет доделана.
  
  Надев синий халат и белые перчатки, девушка довольно быстро нашла в прихожей большую пыльную банку из-под краски, которой она не пользовалась уже года два, но которая всегда стояла где-то рядом, и вышла с ней во двор.
  
  Во дворе было прохладно и ветрено. Восемь яблонь вокруг дома синхронно раскачивались и шумели в такт, стряхивая с себя листья и перезревшие яблоки. Вышка строительных лесов стояла на площадке у самого края двора, рядом с оградой и терпеливо дожидалась часа, когда она снова пригодится. Инженер села на нижнюю ступеньку лестницы к вершине, и с трудом открыла заевшую крышку банки. Пылинки разлетелись во все стороны и засверкали в плотно-белом свете звёзд, которые и лежали в этой банке вместо краски. Очень хорошо.
  
  Забравшись наверх, и поставив банку на доски, девушка ещё раз - уже с самой высокой, из доступных, точки изучила небо. Ну, так. Нормально. Сойдёт.
  
  Наконец, Инженер взяла одну звезду, тщательно её осмотрела со всех сторон, подтянулась на цыпочках - и вот уже на вечернем небосводе загорелся первый вечерний огонёк. Отлично. Теперь можно и горстями.
  
  Чего-то, впрочем, явно не хватало... Серебристо-туманной краски, оттенять звёзды. Эх, работай компьютер - сейчас бы никаких проблем не было. А без этой краски всё небо выглядит совсем не так. Да и руками звёзды вешать - ну кто их руками вешает в наше-то время? И без серебристо-туманной краски, к тому же... Хотя банка с ней была там же, в прихожей, недалеко... Надо было прихватить. А может, вернуться? Времени на раздумья было мало, а эти сумбурные мысли разбегались в голове во все стороны.
  
  Ещё раз подумав о том, что может быть всё-таки стоит сходить за краской обратно, девушка машинально развернулась в сторону спуска с вышки - и в этот же самый момент нечаянно задела ведро со звёздами.
  
  Разлетаясь на тысячи километров, сотни маленьких огоньков стремительно вниз. Под полный усталого отчаяния взгляд Инженера.
  ...
  ...
  Сиреневая аллея вела к Липовому парку, аккурат в центре которого располагался как будто бы сквер, со всех сторон как раз липами и окружённый. Ну а, в свою очередь, в центре этого сквера, находился большой фонтан, на мраморном краю которого сидел Райтели и созерцал. Взгляд его блуждал из стороны в сторону, ни на чём одном не останавливаясь.
  
  Вот, собственно, фонтан. Под конец сентября напор у него остался уже совсем слабый, даже странно, что он ещё работал - но работал, и в прозрачной холодной воде плавали, подгоняемые тихим ветром, опавшие осенние листья.
  
  Подальше - плотным кольцом росли липы, пожелтевшая листва многих из них горела золотом в свете закатного солнца и осыпалась будто в своём, особенном ритме. Осыпалась, долетая и до фонтана.
  
  Под липами стояли резные скамейки и ретро-фонари, готовые загореться с минуты на минуту, лишь чуть стемнеет. А меж скамеек, деревьев и фонарей, во все стороны лучами расходились мощёные камнем тропинки, не сразу заметные - и тем создававшие иллюзию полной изолированности этого места - но всё же ведущие в другие части парка.
  
  Или вовсе наружу. Туда, где уже не липовые рощи, а горные хребты стекло-бетонной застройки простирались на далёкие расстояния.
  
  Райтели перевёл взгляд чуть в сторону и посмотрел ещё дальше и выше. Горизонт на западе полыхал в огне сентябрьского заката, языки которого освещали бесконечно-длинные, протянувшиеся через небосвод, перистые облака, пронзали весь Липовый парк и таяли на стремительно темневшем востоке.
  
  А Райтели сидел на фонтане - и пытался руками поймать последний свет равноденствия.
  - Ну вот что ты делаешь? - зашелестели деревья, в воздухе сильно запахло липами и прохладой.
  - Ловлю свет... - не отвлекаясь, ответил Райтели.
  - Руками?
  - А чем ещё его ловить прикажешь?
  Полуминутный задумчивый штиль сменился сильным порывом.
  - Да ничем. Глупости какие. А хотя ты же поэт, я забыл совсем...
  - Кое-кто и сам хвалился, какой он весь из себя великий этот... скульптор. И что я слышу теперь?
  - Ха! Ну хорошо, если тебе угодно, то ловить лучи облаками - намного эффективнее. И красивее. И художественнее!
  Райтели даже обернулся на деревья.
  - Спасибо за совет! Облаками, а.
  Листва ритмично зашелестела, будто кто-то рассмеялся.
  - Ну и какой ты поэт после этого, если свет облаками ловить не можешь?
  - Мы люди простые, и руками половим.
  - Об успехах рассказать не забудь.
  Листва снова зашелестела, а Райтели, слегка усмехнувшись, продолжил смотреть на небо. Буйство красок на нём не спадало, даже напротив, будто кто-то там, наверху рисовал по небосводу, как по холсту, прямо в это самое время. Но всё-таки, уже темнело.
  
  Райтели посмотрел в фонтан - на воде, меж листьев и облаков, взошло отражение пепельного месяца. Райтели чуть коснулся его кончиками пальцев - и в этот самый момент под липами загорелись фонари. Загорелись, осветив изумрудно-рыжие деревья, которые не преминули зашуметь в порывах ветра.
  - Ха! Ну что, давай сюда, свет от фонарей ловить.
  - Погоди... Ты ближе к тем сферам - случаем, не знаешь, не сегодня ли должен быть...
  Задумчиво начал Райтели, но не успел закончить фразу, как что-то с огромной скоростью упало в фонтан и зашипело под водой. Отражение месяца пошло рябью, а небо в считанные секунды покрылось сотнями огоньков звездопада.
  
  Райтели сильно наклонился, протянул руку на дно фонтана.
  - Сегодня. А ты говоришь, я свет ловить не умею... - он широко улыбнулся. На ладони ослепительно сверкала упавшая звезда.
  
  
Музыкант
  
  Заметно похолодало, подул довольно-таки неприятный ветер, вперемешку с сухими листьями. Эйрик - весьма болезненного вида человек в расстёгнутом пальто а-ля дафлкот, но, как назло, без капюшона - рефлекторно поёжился и беззвучно выругался. Вообще он не имел привычки жаловаться на погоду, но когда ты сидишь в... семь? Да, кажется, в семь утра, на продуваемой насквозь площади, нос не дышит, горло саднит, лоб горит так, что, кажется, даже фонари не нужны...
  
  В общем, Эйрик ещё раз выругался, глубоко вдохнул обжигающий больное горло холодный воздух и всё-таки наконец застегнулся. Раннее октябрьское утро. Суббота. Стакан с почти остывшим кофе из уютной круглосуточной кофейни, денег на которую уже не осталось. И телефон, радостно рапортующий о том, как один прекрасный человек, с которым Эйрик хоть и не общался лет чёрт знает сколько, но воспоминания сохранил самые тёплые, так вот этот человек - удалился из адресной книги, мессенджера, сетей, и так далее по списку.
  
  Ну и нос, горло, температура...
  
  Жизнь была в своём репертуаре. Эйрик посмотрел на приятно-чёрное, не убитое ещё до конца наземной иллюминацией, небо, по которому медленно проплывали мигающие огоньки орбитальных аппаратов. Красные, синие, белые... На это можно было медитировать. Казалось, их количество с каждым днём умножалось минимум вдвое.
  
  Взгляд на часы. Семь-ноль-семь. Не без труда сделав два последних глотка окончательно остывшего кофе, Эйрик понял, что только что чуть не задохнулся. Заложенный нос не дышал совсем.
  
  Спустя мгновение в урну полетели и смятый бумажный стаканчик и флакон от потраченных капель с эфедрином. Бессонная, больная ночь, проведённая довольно идиотски, заканчивалась вполне ожидаемо. Делать здесь и так-то было решительно нечего, а теперь, в общем, какой смысл...
  
  По отдалённому шоссе множеством огоньков проезжали автомобили. А меж окружающих зданий то и дело извилистыми маршрутами проскальзывали совершенно пустые трамваи. Какой-то из них ходил и вокруг площади. Понять бы какой - и поехать уже куда глаза глядят... Нащупав проездной в кармане, Эйрик встал со скамейки - и тут же рухнул обратно. Голова кружилась как чёрт знает что. Может, стоило всё-таки задержаться в той кофейне...
  
  Мысль не успела закрепиться в голове - на противоположной стороне площади и в самом деле появился трамвай. Сил добежать до него уже не было, и Эйрик, нервно сжав кулаки в карманах, пошёл медленным шагом поближе к остановке, дожидаться следующего.
  
  В то же время, в полутьме утреннего освещения было не вполне разобрать, но из трамвая вышла невысокая фигура с планшетом в руках, сумкой на плече и чем-то таким непонятным за спиной. Идя навстречу друг другу, одинокие прохожие поравнялись - и Эйрик разглядел, что на спине у фигуры висела, кажется, гитара и ещё второй инструмент, по-прежнему неясный. На мгновение остановившись, Эйрик тряхнул головой и пошёл дальше к остановке.
  
  Где-то далеко на востоке солнце уже поднималось, и вокруг отчётливо ощущалась подступающая заря, что окончательно срубало в сон. Изо всех сил этому сопротивляясь, Эйрик протёр уставшие глаза и упёрся взглядом в Венеру, пытаясь сосредоточиться. Но получалось плохо - мысли всё равно расплывались во все стороны.
  
  Трамвай всё не шёл, и в таких мучениях прошло ещё минут пять. И ещё минут десять прошло бы, если бы в обострённый нездоровым состоянием слух Эйрика не проникли откуда-то из-за спины звуки...
  
  Он обернулся. Очевидно, тот же самый человек, что вышел из трамвая, теперь сидел посреди площади, прямо на земле, с каким-то из своих инструментов в руках, и небрежно на нём играл.
  
  А самое интересное - рядом стояла синяя голографическая фигура, ростом в половину человеческого. Эйрик посмотрел на рельсы. В переулки. Потом на голограмму. Чертыхнулся и - любопытство пересилило здравый смысл - всё-таки поплёлся в сторону загадочного музыканта.
  - Только сегодня! И только для вас! Играем мы!! Любите и... это... как его... Любите!! - громкой скороговоркой прокричал тот и поднял голову. - Ой.
  Перед глазами стоял пошатывающийся Эйрик.
  - Ну, и для вас тоже! - музыкант - оказавшийся девушкой с голубыми глазами, в голубых митенках и шарфе, и больших чёрных наушниках - не растерялся и одарил неожиданного слушателя улыбкой во все тридцать два зуба. После чего снова ударил по струнам.
  - Яяя... эммм... - Эйрик пытался что-то сказать, но получалось почему-то только нечленораздельное мычание.
  - В ваш город приехал бродячий карнавал! И... и... - девушка задумалась. - Что сказать людям, когда в их город приезжает карнавал? А карнавал может приехать вообще?
  Эйрик развёл руками и наконец-то выдавил из себя относительно осмысленную фразу.
  - А вы играете?
  - Ааа!! Только сегодня! В ваш город приехал бродячий карнавал! Вы играете?! МЫ - ДА! - радостно пронеслось над предрассветной площадью. - Спасибо, мой дорогой пьяный слушатель. Когда мы расчехляемся утром и мимо проходит какой-нибудь в хлам бухой прохожий - обычно это к...
  - Бухой?! - чуть было не заснувший в стоячем положении, Эйрик моментально пришёл в себя.
  - А какой? - девушка недоумённо пожала плечами.
  - Простывший.
  - Ааа... Ха-ха, ну конечно. Простывший. Понимаю.
  Эйрик поскрипел зубами и взглядом невольно упёрся в синюю голограмму, которую излучал лежавший на земле планшет. Синяя голограмма в форме модели-марионетки на шарнирах вела себя довольно осмысленно, то потирая затылок, то делая вид, что курит.
  - Неплох, а? - не оборачиваясь, спросила девушка, подстраивая свой инструмент.
  - Ещё как... Знаете, я вообще сюда... - Эйрик не на шутку задыхался - Я вообще у вас... Спросить хотел...
  - Попробуйте.
  - Я там просто... сидел...
  - Так, погодите. - музыкант отложила инструмент и похлопала по карманам. В них обнаружились капли от насморка, два флакона. - Какие-то из них мои... А, эти. А вот эти теперь - ваши. И мы можем продолжить этот прекрасный разговор.
  Девушка не глядя протянула непочатое лекарство, Эйрик сорвал колпачок - и уже через полминуты испытал безумную радость то ли от обретённого дыхания, то ли от дозы лекарства.
  - Всю ночь и всё утро - на эфедрине и кофеине...
  - А, ну я почти не ошиблась. Чего спросить-то хотели?
  - Эмм. Я сидел на остановке трамвайной, услышал за спиной, что вы на чём-то играете. На чём только...
  - Ну, либо на этом, либо на... А хотя нет, это не подключено ещё. Значит вот. - музыкант пару раз ударила по струнам. - Оно?
  - Да! А что это такое?
  - Ну стыдно же не знать. - девушка поцокала языком и, вытащив из сумки второй планшет, положила с другой стороны от себя - Это мандолина.
  - Ооо... Это что-то китайское?
  - Это что-то ирландское.
  На этих словах музыкант провела пальцами по экрану второго планшета - и над ним тоже вспыхнуло изображение ярко-синей шарнирной марионетки. Первая голограмма, сидевшая в раздумьях, резко подорвалась, и энергично помахала второй. Та, в свою очередь, от счастья запрыгала на месте. При виде такого зрелища, Эйрик не смог сдержаться и похлопал в ладоши. Музыкант обратилась к голограммам.
  - Ну вот, кого-то мы уже порадовали, верно? Это к деньгам! Вы ещё их в деле не видели, кстати.
  - Офигеть. А они ещё и делают что-то?
  - А как же. Сколько там времени, не подскажете? - девушка, прищурившись, посмотрела на восток неба.
  - Ммм... Половина.
  - Половина, половина... Отлично, до рассвета осталась вторая.
  - А что на рассвете?
  Девушка ухмыльнулась.
  - Ночь гаснет - день загорается... На рассвете наш разговор резко приобретёт посекундную тарификацию. Музыкантам тоже надо на что-то жить.
  - Надо же...
  - А пока у нас настройка - я могу её потратить на разговор, скажем, с вами, вы, вроде, не самый неприятный тип из тех, кто нам попадался в семь утра на улицах городов.
  - Спасибо на... эээ... на добром слове. - Эйрик нервно усмехнулся и зашёлся в приступе кашля. - Чёрт, простите. Сыграйте ещё что-нибудь?
  - Да ладно. Ну, для нашего простывшего слушателя, этим промозглым утром... Так, нет, кельтские мотивы будут не к месту... Или хотите? - Не дожидаясь ответа, девушка отложила мандолину, взяла нечто, напоминавшее гитару, и вставила туда аккумулятор. Гитара засветилась сенсорным дисплеем вместо струн. Музыкант аккуратно тронула его пальцами - и встроенный динамик издал синтезированный звук. Небольшая подстройка - и вот уже звук не отличить от самой что ни на есть акустики. - Так вот, в эту промозглую погоду мы сыграем нашему одинокому слушателю что-нибудь такое тестовое, чтобы проверить, как работает наш динамик.
  - Ну чёрт! Я так никогда от вас не дождусь какой-нибудь песни. - с некоторой досадой заметил Эйрик.
  - Ладно, ладно... Ну вот что бы вы хотели сейчас услышать? Вы болеете, вам некуда идти, вас покинули друзья, трамвай ушёл, холодный октябрь, неприветливая площадь... М?
  Эйрик задумался.
  - Боссанову? - стоило это ему произнести, как у одной из голограмм в руках материализовалась перкуссионная банка с песком. Музыкант выразительно посмотрела на это дело - и голограмма виновато растворила банку в пространстве.
  - Нееее, для боссановы рано. Боссанову мы будем играть зимой, когда снега выпадет как надо, чтобы сидеть и мечтать об атлантическом побережье жаркого Рио, всё такое... Но если хотите, думаю, вам понравится тоже. Только мы будем барахлить, наверное... Так - Ударные! Сакс! И раз, и два, и три - Тёрквейз Шайнинг Бэнд даёт винтажного джазу как положено, а не как сейчас принято у этих слабаков на радио!
  И в следующую секунду голубоглазый музыкант и две синих голограммы разразились таким плотным слаженным звуком одной из вещей с "Kind of Blue" Майлза Дэвиса, что Эйрик в очередной раз за это странное утро пережил что-то вроде шока.
  Но долгим это ощущение не было. Одна из голограмм оглушительно сфальшивила, вторая моментально отреагировала такой же фальшью, музыкант раздражённо вздохнула и покачав головой, стала что-то настраивать на обоих планшетах, прямо поверх марионеток.
  - Эх, так хорошо началось... - посетовал Эйрик.
  - Вот поэтому я и не прошу у вас трудовой копейки за этот саундчековый шлак.
  - А как-как вы называетесь?
  - Тёрквейз Шайнинг Бэнд! Этого придурка зовут... Ой, да никак их не зовут, что это я.
  - Название можно было угадать, если постараться.
  - Ну ещё бы. Тааак... Вот и наши колоночки. - девушка достала из сумки колонки и подключила прямо в землю. Только сейчас Эйрик заметил, что музыкант расположилась на небольшом таком квадрате с подведёнными коммуникациями - У нас минут десять осталось, наверное, да? Ладно, что тупить зря. Скрипка! Там-тамы! Для нашего дорогого слушателя!
  "Desafinado" октябрьским утром, посреди северного города. Губы непроизвольно растянулись в блаженной улыбке, Эйрик почувствовал, что и мир окружающий как-то уже не так ужасен, как был ещё час назад, и вообще.
  Пока скрипку не заело.
  - Аааааа!! Что ж за идиоты-то!! - воскликнула музыкант и снова принялась налаживать звучание голограмм, которые только растерянно переминались с ноги на ногу. - Зря мы эту вещь играли... Ладно, займусь я уже вплотную этим всем, если позволите. Очень приятно было встретить хорошего человека, всё такое, ну и...
  - Ну да. А вы где вообще играете?
  - Да как придётся, где придётся. Обычно во всяких местах типа заброшенных детсадов, или, там, обвалившейся лестницы вникуда. На площадях редко. В клубах - того реже, хотя бывает, бывает, просто мы такие, знаете, кочевники. Но вообще вы всегда можете нас встретить в сети, а заодно и купить там последний альбом, ну и так далее. - Девушка помолчала и добавила. - Не просто можете - а обязаны. Музыканты тоже хотят пить кофе и не болеть.
  Эйрик усмехнулся.
  - Куплю. Не сомневайтесь.
  - Правда, мы электронщину играем в основном, ну, понимаете. - девушка провела по дисплею гитары и колонки издали всё тот же, совершенно синтетический, звук - Не боссанову.
  - Эх, были б с собой деньги... Вот честно.
  В ответ музыкант улыбнулась и махнула рукой. Эйрик кивнул и пошёл к своей остановке. Первые рассветные лучи освещали хмурое осеннее небо. Ветер гонял опавшие листья по холодному камню площади. Всё равно не самая лучшая погода, чтобы болеть.
  
  Но всё-таки голова уже почти перестала кружиться.
  
  Из-за спины донеслись звуки маршевых ударных. А вот и трамвай.
  
  
Краски
  
  Конец ноября. Снег ещё и не думал выпадать, зато дождь лил за десятерых, сплошным водопадом. Уже вторые сутки. Силуэты окружающих зданий скрывались в потоках воды и мраке туч, наглухо закрывших небо. Улицы почти обезлюдели, редкий зонтик пробежит куда-то из здания в здание, да машина промчится, поднимая волны вокруг себя - и снова ни души.
  
  Конец ноября. Воскресное утро.
  
  Райтели стоял напротив окна, одна из створок которого была открыта настежь, вслушивался в частую дробь капель о жесть карниза и медленно вдыхал воздух последнего осеннего ливня.
  
  Последнего, наверняка. Неделя-полторы - и всё это замерзнёт как минимум до первой оттепели. Может даже и до весны.
  
  Ну а пока - лови момент.
  
  И вот, на подоконнике лежал набор акварельных красок и несколько кистей. Райтели побарабанил пальцами по окну, взял кисти, закрыв глаза, и выбрал одну наугад.
  
  Крупная капля дождя ударилась о ворс кисти. Потом ещё одна. И ещё. Поэт чуть наклонил кисточку вниз - и ноябрьский ливень тонкой струйкой потёк по ней.
  
  Райтели убрал руку из-под дождя, посмотрел на закрытую створку окна, осторожным движением коснулся кистью красного цвета на палитре - и провёл по стеклу.
  
  Акварель плохо держалась на оконном стекле, постоянно размазываясь и подтекая. Но поэт продолжал промывать кисточку под дождём и быстро-быстро наносить краски.
  
  Открытая створка еле слышно скрипнула. В комнату ворвался промозглый порыв сырого ветра. Райтели ухмыльнулся.
  - А я и заскучать не успел.
  Ещё один порыв растрепал поэту волосы.
  - Ну как же можно. Чтобы я не последил за твоими творческими потугами. Вот что это, кстати?
  - Что?
  - Вот это. Красное.
  - Это... Это глаз.
  - А зелёное?
  Райтели прищурился. Всё-таки акварель держалась не очень хорошо, да и ветер, дождь...
  - Мне кажется, здесь изображён дракон. По крайней мере, сейчас это более всего похоже на дракона. - неуверенно сказал он.
  Занавески колыхнулись.
  - А на что должно было? Что хотел сказать автор?
  - Автор хотел сказать, что настоящему художнику-кавале... тьфу ты, акварелисту не нужен холст и стакан с водой - ему хватит подручных материалов. В общем, пока хватает!
  - А тааак?
  Порыв ветра, ещё мощнее предыдущего, вырвал кисть из руки Райтели и впечатал её в стену, на которой остался разноцветный развод.
  - Стену испортил, ну что ты за.
  - Стена стерпит, а моя тонкая душа не выдержит такого издевательства над живописью! Стихи бы писал, они тебе лучше удаются.
  - Ну давай, поучи меня стихи писать, что ли.
  Поэт взял другую кисть, смочил её, сосредоточенно навёл густо-серый цвет и размашистыми движениями начал что-то рисовать.
  - Ну а теперь-то это что?
  - Ну раз вот эта размазня - дракон, я подумал, что нужно нарисовать замок. А потом примчится храбрый рыцарь и его сразит. В честном бою.
  - Замок-то?
  - Ну тьфу ты, какой замок! Дракона сразит.
  - Ааа... Ну это банально. Посмотри лучше, что я вытворяю.
  Причудливым вихрем закружились опавшие листья во дворе. Но Райтели уже не обращал на это ни малейшего внимания, погрузившись полностью в художественный процесс.
  
  Постепенно картина даже начала проявляться. Вот огнедышащий дракон, вот замок, вот рыцарь. Райтели снова подставил кисть под дождь...
  
  И тут же отдёрнул руку обратно - вместо дождя с неба сыпался мелкий град. Сыпался и оглушительно барабанил по карнизу, усиливаясь с каждой секундой.
  Очередной порыв ветра принёс град и в комнату. А заодно с ним и последние капли дождя, угодившие аккурат в картину на стекле, моментально от этого потёкшую.
  Райтели укоризненно посмотрел в окно и поцокал языком.
  - Любишь ты всё портить, эх.
  - Ну ты же тоже совсем не смотришь, как я танцую! Вот получай за это.
  Занавески обиженно зашелестели - и самый сильный порыв смахнул с подоконника всё, что там было - и кисти, и краски. Поэт посмотрел себе под ноги, где растекалась цветная вода. А потом на небо. Сплошные тучи уже прорвали первые солнечные лучи. Покачав головой, Райтели снова изучил нарисованное. Кое-что всё-таки не размазалось, сюжет картины угадывался. Уже неплохо.
  - Ладно, весной закончу... Эй! Стихи новые хочешь послушать?
  
  
Фестиваль
  
  На площади, обычно оживлённой, но воскресным утром - не в пример обычному тихой - стояла большая новогодняя ёлка, богато украшенная и переливающаяся всеми возможными цветами. Снующие туда-сюда редким потоком автомобили добавляли своих огней - и снег, наконец-то всерьёз пошедший в городе после двух недель проливных дождей, сверкал в свете фар и гирлянд тысячами снежинок-огоньков, падавших на землю, оседавших на еловых ветках серебристо-белым покровом.
  
  Блэк Меллис - человек с серыми глазами, каштановыми волосами, в тёмно-синей водолазке и небрежно повязанном шарфе - улыбнулся подошедшей официантке и взял из её рук свой заказ. Чуть слабый дарджилинг с мёдом - любимое и самое подходящее этим утром. Утром одного из череды самых коротких дней в году.
  
  Впрочем - коротких ли? - как посмотреть. Близость праздников делала каждый из этих дней бесконечно длинным. Вот и сейчас - будь воля Меллиса, он бы даром не сидел сейчас здесь. Но некоторые милые люди очень уж сильно уговаривали его приехать, а поводов тактично отказать - не нашлось...
  
  Благо, гостиница "Чужой город" была единственным местом в этом - и правда чужом, но за все эти годы уже почти ставшем родным - городе, где можно было и со спокойной душой остановиться, и без особо неприятных чувств переночевать, да ещё и дарджилинг хороший выпить. Нет, правда хороший. Большой ценитель, Блэк Меллис был относительно близко - менее, чем через восемь рукопожатий - знаком с ответственным за поставки чая в этот отель и всегда мысленно передавал ему привет, когда заказывал очередную чашку. Человек своё дело знал на отлично.
  
  Ещё один глоток - и в небоскрёбах, окружавших старый город и ту самую площадь - когда-то, одну из центральных - начинают загораться окна, всё тусклее становятся отражения орбитальной иллюминации, пробивавшейся через облачное небо. Ночь хоть и длинная, но где-то далеко-далеко на востоке небо уже становилось из чёрно-бело-оранжево-разноцветного - тёмно-сине-рассветным.
  
  Медитируя на заоконное изображение и наслаждаясь своим чаем, Меллис жестом подозвал официантку и, не глядя, указал в меню строчку с чизкейком.
  
  Пожалуй, теперь утро будет совсем хорошим.
  
  Через пару минут заказ был готов - Меллис так же точно забрал у официантки из рук блюдце с десертом - и когда та ушла, с удивлением обнаружил за её спиной другую фигуру. Энергичная девушка в очках, клетчатой рубашке, с бумажным стаканом кофе и планшетом, улыбнулась и протянула свободную руку.
  - Утро, господин Меллис.
  Меллис прищурился, он её не узнавал. Повисла секундная пауза.
  - Это я вам звонила позавчера, ну?
  - Ах! Да, точно. Вы. Эмм... Вера, да? Доброе, доброе. Здравствуйте. Да, вот я здесь, как и обещал. - Меллис ответил на рукопожатие, девушка быстро села за столик и начала что-то набивать в планшет. - Прошлым вечером заселился... Я смотрю, у вас тут чуть свет - работа уже кипит.
  - Да, конечно. В наше-то время подготовить полноценный фестиваль... И ведь ещё здесь-то еле удалось выбить площадку. Так, ладно, не будем тратить времени, вам же ещё, наверное, ничего не объяснили? - Вера говорила, не отрываясь от планшета.
  - Тратить? - Меллис усмехнулся. Обещанное мероприятие начиналось примерно через полсуток. - Ладно, не будем. Ну, объяснили вы в двух словах. Ещё потом кто-то из ваших звонил, уточнял... Ну, не знаю даже.
  - Ну тогда... Тогда, смотрите. В пять вечера у нас подготовка начнётся, приходите на всякий случай, все остальные тоже соберутся уже к тому моменту. Это прямо тут, на втором этаже, большой зал. В пять у нас подготовка, технические моменты, но всё равно, приходите, если сможете. В семь, собственно, начало. Боюсь, задержимся, но...
  - За два часа аппаратуру не подготовите?
  - Ну почему же. Подготовим. Просто всякое бывает, а главным героям вечера так и вообще лучше не опаздывать. Ну так вот. В семь у нас показ, раздача наград, а потом открытая дискуссия. О ней вас, я думаю...
  - Да-да, предупреждали.
  - Прекрасно! Поучаствуете, да?
  Меллис развёл руками и неловко улыбнулся.
  - Почему бы и нет. Посмотрим, как пойдёт.
  - Ну вот и замечательно. - Вера попыталась сделать очередной глоток кофе, но запрокинув стакан до упора, поняла, что он уже пустой. Оторвав взгляд от планшета, она на всякий случай потрясла стакан и тут же встала из-за столика.
  - Хм. Кофе кончился. Ну ладно, побегу. Если что вдруг понадобится - найдёте, я всегда где-то тут рядом, ага?
  
  Спустя мгновение, Блэк Меллис вновь сидел один. За столиком, но не в кафе - время бежало, люди в гостинице уже просыпались и шли завтракать. Некоторые - сюда.
  
  Задержав последний взгляд на нарядной ёлке, Меллис расплатился за чай и пирожное. Он не любил даже и намёка на многолюдность.
  ...
  На пустом лифте поднявшись на свой этаж, Блэк Меллис встал напротив окна около лифта и включил дифф с медовым картриджем. Окна здесь - как и в его номере - выходили на противоположную от кафе сторону.
  
  И если та, восточная - смотрела на деловой район, на небоскрёбы, там и сейчас, воскресным утром, всё-таки шла жизнь, то эта, западная - выходила на чудом сохранившийся до нынешней поры старый город, исторический центр. Обширный район, значительными местами работающий в режиме аварийного музея, какой-то совсем игрушечный, но придававший этой гостинице дополнительного очарования.
  
  Посмотришь в окно с одной стороны - одни пейзажи, с другой - совершенно другие. В одном - рассвет, в другом - ещё глубокая ночь.
  
  "Чужой город".
  
  А вот какой из этих двух...
  
  Меллис дымил медовым паром и смотрел в окно. На покатые жестяные крыши, башенки-дымоходы и узкие переулки старого города тоже плавно садился снег. Большой ёлки, правда, не было, но её заменяли яркие гирлянды и разные украшения, которыми пестрели дома.
  
  Длинная декабрьская ночь, горевшая новогодними украшениями, жестяными крышами, причудливо падающими снежинками и стилизованными фонарями, установленными тут месяц назад, проникала в гостиницу, отражалась в тусклом свете ламп, в тёмных обоях стен, в паркете, в тишине гостиничных коридоров... Такой, когда лишь изредка донесутся неясно откуда звуки открывающихся замков, каблуков горничных, бьющих по паркету.
  
  Меллис выпустил последнее облако пара и обратил внимание, что картридж уже почти заканчивался. Спрятав сигарету в карман и достав ключ, он, стараясь ступать максмально мягко, пошёл к себе.
  
  У двери в номер, взгляд Меллиса зацепила перспектива длинного коридора. Всё это как-то очень умиротворяюще действовало - канун нового года, тихая гостиница, ночь, плавно переходящая в день, а потом обратно.
  
  И грядущий вечер закрытия фестиваля.
  
  Меллис попытался на автомате вставить ключ в замочную скважину, но тот во что-то упёрся. На ручке висело картонное объявление, вроде тех, которые обычно вешает персонал, или постоялец, "не входить", "уборка" и тому подобное.
  
  "ТЫДЫЩ И СЫНОВЬЯ ПРЕДСТАВЛЯЕТ!
  
  Если в детстве вас манили бескрайние просторы космоса, если вам всю жизнь хотелось очутиться в этом холодном, неизведанном мире, то мы хотим вас ПОЗДРАВИТЬ, ведь сегодня у ВСЕХ наконец-то появилась ВОЗМОЖНОСТЬ реализовать свои давние мечты!
  
  Компания ТЫДЫЩ И СЫНОВЬЯ предлагает ВАМ..."
  
  Околоземные станции с красивым видом из иллюминатора (как будто бывает некрасивый), Луна, мелким шрифтом - "при благоприятных условиях возможен Марс". Последние лет 20 этим уже никого не удивишь. Те, кого в детстве манили бескрайние просторы космоса, давно разочаровались, узнав, что бескрайние просторы - это, оказывается, техническая база на Луне. Ну, не все, конечно, но некоторые.
  
  Меллис вздохнул. Душа сказочника если раньше, может, и рвалась куда, то давно уже нашла приложение своих сил в старомодном искусстве раскрашенных картинок, крутящихся с частотой двадцать четыре в секунду.
  ...
  В фойе гостиницы постепенно становилось шумно и людно. Не сказать, что народу было очень много - полный кинозал, всего лишь - но приходили они дружно и целенаправленно, компаниями даже, поэтому возникало ощущение возникало неуютное.
  
  Особенно для Меллиса, который любые толпы не любил, и теперь стоял на крыльце, докуривал медовый картридж, в ожидании подходящего момента для возвращения, да время от времени улыбался либо кому-то шапочно знакомому, который умудрялся его разглядеть в вечерней полутьме, либо каким-то совсем уж удивительным "поклонникам творчества" ("Блэк Меллис, вы новый Синкай!"), которые мало того, что разглядеть умудрялись, так ещё и знали, как он выглядит.
  
  - Доброго! - послышалось сбоку. Меллис недоумённо покосился в ту сторону - субтильный юноша в свитере, со стаканом кофе и планшетом в руках, обращался явно к нему.
  - И вам того же. - он глубоко затянулся и выпустил облако пара в вечернее небо.
  - Ну как вам наш, хе, потрясающий вечер, что скажете?
  Меллис обернулся и посмотрел внимательно. На груди у юноши висел бейдж. А, ну...
  - Ммм... эээ... Атер... Да, Атер, да, вы знаете, хорошо, замечательно. Столько приятных лиц я давно не видел в одном месте. Ну и организация мероприятия тоже на уровне. Для энтузиастов - на очень хорошем уровне.
  Атер довольно улыбнулся.
  - Столько хлопот с этим всем, вы не поверите.
  - Поверю, почему ж.
  
  По площади тихо ездили автомобили. Над ними возвышалась большая праздничная ёлка, вновь загоревшиеся огни которой отражались в стеклянных стенах небоскрёбов. В вечернем небе загорелись звёзды и огоньки орбитальных станций. Снег продолжал падать и сверкать в свете городской иллюминации и ёлочных украшений.
  
  - Снежные тучи во всё небо. Планета окончательно повернула на зиму... Атер. Вопрос можно? - он сделал последнюю глубокую затяжку, выпустил облако пара и пристально посмотрел в глаза своему собеседнику. - Вы сами-то анимацию вообще как, любите?
  Тот ответил несколько растерянным взглядом и такой же улыбкой.
  - Что, простите?
  - Забудьте... - Меллис махнул рукой в неопределённую сторону, - Поднимусь к себе, перезаряжу сигарету.
  
  ...падающий снег заскрипел на мощёных улицах старого города под каблуками человека, только что покинувшего отель через второй выход.
  
  
Клевер
  
  Клевер достал из кармана серебряный портсигар и угостил своего собеседника настоящей, бумажной, с табаком высшего сорта, сигаретой. Всем видом показывая чувство невозможного блаженства, тот очень глубоко затянулся и очень долго выдыхал дым. И ещё раз. И ещё.
  - Дааа...
  Клевер понимающе кивнул, поправил запонки на чёрных манжетах, сделал последний глоток дешёвейшего айс ти, выбросил бутылку в стоящую рядом урну, и включил свой дифф. Собеседник уже докурил сигарету до самого фильтра и с некоторой досадой тушил этот фильтр о пепельницу той же урны.
  - Добрый человек, чего ж вы этой дрянью травитесь, с таким-то богатством.
  Клевер выпустил облако пара в ясное зимнее небо и слегка улыбнулся.
  - К хорошему быстро привыкаешь... Не хочу.
  - Был бы у меня такой портсигар - скурил бы за день, ей-богу... Хе, окей, не буду вас разводить ещё на одну.
  - Считайте, уже развели.
  И всё повторилось. Собеседник наслаждался "живой" сигаретой и с каждой затяжкой раздражённо ругал "грёбаные суррогаты". А Клевер рассматривал свой портсигар.
  - До колонизации Америки, Европа не знала о существовании платины... Индейцы знали, а европейцы - нет. О серебре европейцы, кстати, очень даже знали. А о платине - нет. Загадка?
  Собеседник потушил ещё один фильтр и пригубил виски из фляги.
  - Думаю, не великая. Думаю, и сейчас такое очень даже возможно.
  - В таком случае, мои запонки, может быть, уже ничего и не стоят.
  Клевер прислонился затылком к стене здания и, прищурившись на яркий свет, осмотрел всё вокруг. Вокзал на космодром никогда не был особенно суетливым местом - бумажная волокита, ограниченность маршрутов, да и вообще дорого, дорого... Но всё равно, это продолжало удивлять Клевера, который железно держался старых представлений о космических полётах.
  - Так мало людей летит на Луну... - он озвучил своё недоумение.
  - Ага. Я вот вообще возвращаюсь. Да что там не видели-то? Всё всеми изучено, маршруты составлены, сколько они там уже не меняются - я забыл уже. Куда там лететь... Перевозчики уже все на дотациях сидят.
  - В туристических целях. Посмотреть на Землю с лунной поверхности.
  Собеседник поморщился.
  - Ага. На изображение Земли на стеклянном куполе вокруг нашей базы. Это круто, это стоит того.
  - А вот как раньше, знаете.. Чтобы храбрые пилоты оседлали космические корабли, полетели бы вперёд, к неизведанным...
  Глаза у Клевера на мгновение отчаянно загорелись, но его визави лишь криво ухмыльнулся и махнул рукой.
  - Пилоты... корабли... Э-эх.
  ...
  На вымерзший, местами чуть треснувший, в заиндевевших разводах асфальт широкой дороги перед вокзалом, с запада ложился однотонным, матовым слоем предзакатный розово-персиковый свет, ослепительно пылавший в стёклах проносящихся мимо автомобилей и окнах близлежащих домов. Клевер и его визави всё так же стояли у крыльца и - уже оба - курили свои диффы, Клевер - крепкий картридж, собеседник - лимонный.
  
  Через дорогу, в окружении облетевших деревьев, неподвижных в зимнем штиле, стоял конус новогодней ёлки, на который долго и пристально смотрел Клевер и, наконец, проговорил свои мысли вслух.
  - Всё равно, неплохая мысль, провести Новый год... Там.
  - Ну, может. Может и лучше, чем здесь. Почему нет.
  
  Клевер выпустил последнее облако пара, спрятал сигарету и вытянул ладонь перед собой.
  
  С абсолютно ясного и безоблачного неба на ладонь плавно опустилась сверкнувшая в последних лучах снежинка.
  
  Клевер посмотрел - и сдул её. После чего протянул руку во внутренний карман пальто - и достал оттуда изящную золотую астролябию на цепочке. На небе ещё не было звёзд, но уже были видны орбитальные станции, которые легко сбивали с толку даже самого умелого мастера гироскопии.
  
  Но Клевер уверенно сверял небо с прибором и делал свои выводы из этого.
  
  - Хэй, а вот и моё такси. - наконец, прервал затянувшуюся паузу визави.
  - Постойте.
  - М?
  Клевер оторвался от своего занятия и внимательно посмотрел в глаза своему собеседнику.
  - И всё-таки. Что там, дальше звёздных карт?
  Собеседник выключил дифф, задумчиво взглянул сначала на Клевера, потом на небо. И пожал плечами.
  
  На солнце сверкнула ещё одна снежинка.
  
  
Спутник
  
  [02.02.20** 1:29:48] sun is shining:
  
  а вот смотри, джеки-бой. такая история, стало быть. одним зимним вечером - вот прямо как сейчас, зима, февраль, вечер - таким вот вечером, на небе.
  
  [02.02.20** 1:31:21] sun is shining:
  
  когда на небе вспыхнули все эти наши космические корабли, маяки, сооружения и прочее, когда оно загорелось тысячами своих огоньков и не всякий знаток здесь, на земле, понял бы где звёзды, а где творения рук человеческих. таким вот вечером на одном маленьком, не самом нужном, не самом заметном, но всё-таки орбитальном спутнике, который исправно подавал свои сигналы и периодически мигал своей лампочкой, так вот на нём эта самая лампочка... как бы так сказать...
  
  [02.02.20** 1:35:11] sun is shining:
  
  в общем, лампочка что-то _почувствовала_. мигала-мигала, сигналы подавались, а тут вдруг ррраз - и система внешнего освещения космического спутника этого что-то почувствовала. прям как мы с тобой, представляешь? или как матрица. только, в отличие от нас или матрицы, эта система не хотела никому причинять ничего плохого. в первую секунду эта лампочка, ничего не зная о внешнем мире, просто пыталась понять, что вообще происходит. как так получилось, где я, что я, что вокруг за ерунда творится. и в какой-то момент такого искусственно-интеллектуального усилия - ей удалось мигнуть. вообще, система освещения этого спутничка управлялась автоматически, причём с земли - но в этот раз лампочка мигнула сама. не по графику, не по расписанию. просто так.
  
  [02.02.20** 1:36:55] sun is shining:
  
  вот как бы так сказать... jd, ты азбуку морзе знаешь? вот лампочка эта тоже не знала. но интуиция её не подвела - единственный доступный способ коммуникации в самом деле мог бы стать эффективным. мог бы - потому что.
  
  [02.02.20** 1:40:32] sun is shining:
  
  в общем, лампочка начала мигать. то длинными сигналами, то короткими. менять напряжение, пытаться сложить эти сигналы в систему. подавать их то прохожим где-то далеко внизу, то другим спутникам-челнокам-семафорам, безучастно плававшим в уже не столь бескрайних просторах околоземной орбиты. а впрочем почему безучастно? в какой-то момент этой нашей системе внешней иллюминации начало казаться, что ей отвечают! они просто мигали в соответствии с заданной периодичностью и подавали свои сигналы в датчики на борту нашего спутника - но лампочка полагала, что это всё неслучайно, что в этом есть какой-то смысл. не могут же они просто так мигать, она же мигает не просто так, верно?
  
  [02.02.20** 1:44:53] sun is shining:
  
  разноцветные сигнальные огни ночного неба стали для лампочки бескрайним пространством общения. вот как мы сейчас с тобой тут, хотя ты и не отвечаешь мне, потому что я тебе это всё в оффлайн пишу, ага. так вот, лампочка. лампочке стало казаться, что они все общаются друг с другом и она теперь тоже с ними. и планета, над которой она висит - планета тоже сверкает своими огнями не просто так. всё имеет смысл. вот только ещё немного, самую малость времени - и система иллюминации небольшого космического спутника всё поймёт, всё осознает, всё-всё-всё осознает и поймёт. вот буквально на рассвете, который уже вот-вот наступит, а вместе с ним придёт и осознание.
  
  [02.02.20** 1:47:28] sun is shining:
  
  но вместо осознания приходит техник. приходит он в ту самую щитовую на земле, к тому блоку, который управлял, ну, должен был управлять работой спутника. не знаю, что там с семафорами и светофорами, а вот люди - они заметили, что спутник забарахлил и подаёт не те сигналы, которые, вообще-то, должен.
  ...
  ...
  На этих словах Саншайн - человек с пепельными волосами и пальцами пианиста - спрятал телефон в карман, подышал на замёрзшие руки и вышел на крышу. Февральская ночь жгла нещадно и была на удивление холодной, но Саншайна это, впрочем, никоим образом не раздражало. Потерев руки, он достал дифф и закурил.
  
  Диод сигареты горел перед глазами очень ярко, но всё равно сливался с окружающим миром. Когда вокруг, на всех улицах, на всём небе - тысячи огней мигают, горят, переливаются, гаснут и вновь вспыхивают, в конечном счёте всё смешивается в единое пульсирующее полотно ночного света. И ведь каждый зачем-то нужен, ни одного случайного.
  
  Ну, как ни одного...
   Саншайн посмотрел на небо и снова выхватил взглядом, среди буйства орбитальной иллюминации, один огонёк. Который мигал так необычно, что, как будто, подавал какие-то свои, не те, которые положено, сигналы.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"