День меня протирает сквозь сито своих ожиданий,
Я ему соответствую мало, как горечи соты,
На остатках кофейных его молодого гадания
Проступают черты, только б знать для чего их красоты.
Звук гармошки в метро привлекает, но всем неприятен
Ощущением нищего, слепоживущего мира,
ИспитОе лицо под очками у лже-императора,
Как реклама нелепая нашего 'третьего Рима'.
Как осадок зимы, кислотой разъедающий проруби,
Чтоб до дна напоить и, следы оставляя поспешные,
По морщинам полей, по дорогам, водою заполненным,
Расползаться улыбкой в беззубой и нежной погрешности.
А когда замолкает мехов гармоничных дыхание
На последней октаве, что в сердце частит и тревожится,
По каналам метро, по отросткам нейронным  рыдания
День уходит в тоннель нерешенного будущим множества.