Свечин Андрей: другие произведения.

Любовь и другие двигатели этногенеза (заметки дилетанта от этнической истории)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эх, Гумилев… Лукавый гений! Слово "passion" - "страсть" - понадобилось ему, чтобы замутить вопрос… А "сущность сути" пассионарности (в подстрочном переводе - "страстности") можно выразить более простым и знакомым словом - любовь! И только сама Любовь останется такой же необъяснимой, какой была всегда.

  Свечин Андрей
  ЛЮБОВЬ И ДРУГИЕ ДВИГАТЕЛИ ЭТНОГЕНЕЗА
  (ЗАМЕТКИ ДИЛЕТАНТА ОТ ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ)
  
  Блажен тот лев, которого съест человек, и лев станет человеком. И проклят тот человек, которого съест лев, и лев станет человеком.
  Евангелие от Фомы
  
  Каждый человек имеет дату рождения. Даже если она потерялась в памяти его родителей и не была занесена в метрические книги, никто не станет спорить с тем, что его собственное появление на свет отчеркнуто на бесконечной линии времени очень четко. Водораздел, делящий мир на две половины: "до того, как Я" и "после того, как Я". Каждый мнит эту дату имеющей вселенское значение, но, к несчастью, бесстрастное бытие позаботилось об ея антитезе... Post factum обе даты гравируются на граните.
  Не всегда датировки рождений-смертей возможны. Чем дальше, тем больше мир рождает не материальные объекты, а неосязаемые "плоды духа". И кто будет спорить с тем, что любая человеческая идея, кажется, сверкнувшая в мозгу подобно молнии, на самом деле жила в нем долго-долго-долго. А сколько еще пути от идеи до формулировки, от студня неосознанных эмоций до скорлупы догм? И где прикажете провести черту, означающую начало?
  Еще сложнее не с конкретными индивидуумами или конкретными идеями, а с любыми человеческими объединениями разного масштаба - начиная от семейных пар и кончая миллионными этносами. Скажите мне, когда конкретно рождается семья - простейшее в этой пирамиде? Конечно, не в момент простановки казенного штампа или произнесения магических слов религиозного обряда! А когда? При первой встрече? С первого поцелуя? В момент первого влечения? Спросите сто семей - услышите сто мнений. И неправым окажется Лев Толстой, ибо вы обнаружите множество счастливых семей, которые даже понятие счастья определяют для себя по-разному. А тем более по-разному осознают мгновение, когда они почувствовали, что становятся из двоих - единым.
  Сделаем маленькое отступление. Иногда, чтобы разобраться в чем-то, попробуют применить "так называемую" науку (тоже, кстати, продукт человеческого духа). Редко, но бывает что в мешанине ее формулировок и точек зрения удается нащупать нечто общее, похожее, единое - объясняющее! Вот только это общее все время ускользает, размывается, исчезает под напором частного, единичного, индивидуального...
  Философы утверждают - и им нельзя отказать в правоте - что любая наука проходит в своем развитии две стадии: аналитическую и синтетическую. Анализ - когда явление расчленяется на мелкие составляющие, из них выделяются значимые для его развития, анализируются их взаимовлияния и взаимосвязи и... В этот момент начинает казаться, что за стремительно ветвящимися деревьями уже невозможно будет увидеть лес. И небо над ним. И поле за ним. Но вот приходят более умелые садовники и сначала один, потом другой пытаются сами, сорвав веточку или плод, вырастить одно из деревьев, заменяя собой божественное провидение или ветер, разносящий семена. Мне нравится это слово - синтез. В науке эпоха синтетического знания подразумевает возможность предсказания дальнейшего развития событий. А это ли не вековая мечта человечества - "знать будущее"!
  К сожалению, в области наук, в которых исследуемым объектом или частью его является сам человек, такое предсказание в большинстве случаев оказывается невозможным. Даже самая продвинутая из наук о Homo Sapiens - медицина - иногда пасует перед необыкновенной с ее точки зрения живучестью у смертельно больного пациента (опять опустим обратное - будем в данном эссе оптимистами). И еще более непонятно, что и как делать с больными семьями. Или этносами. Особенно, если задался таким вопросом применительно к собственному народу.
  Приходится признать, что науки с приставкой этно- находятся на первом этапе развития. Они набирают статистику и выдумывают мудрые слова-определения. Последнее - процесс очень важный, но иногда приводящий к странным результатам. Вот модельная цитата: "на вероятность межэтнических мезальянсов влияют: теснота вовлеченности в мезоструктуру этноса, а так же маргинальность индивида." На самом деле все это достаточно просто и может быть объяснено по-русски, в чем вы убедитесь, дочитав до конца. Впрочем, автору некоторые вкусные слова нравятся, как молодые яблоки, и он их оборвал не все.
  Главное, чтобы нахождение и использование этих новоязовских слов не превращалось в самоцель. Наука, не способная по тем или иным причинам перейти на этап синтеза, может замкнуться на себя и начать огораживаться нагромождениями определений, формулировок, специальных терминов и прочая-прочая-прочая. Типичные примеры - сегодняшнее состояние физики термояда или психолингвистики. Не поймите меня превратно: я с огромным уважением отношусь к обоим проблемам и более того считаю их очень важными для человечества в целом. Но специализированность знания - не повод для превращения его в тайну для непосвященных. А именно такое ощущение возникает даже у достаточно образованного человека, когда он пытается читать статьи по этой тематике. Печально, но обычно искусственное усложнение - стыдливая вуаль, за которой скрывается неспособность продвинуться дальше. Обратите внимание, насколько простыми становятся научные знания после того, как они проникают в наш бытовой мир. Вот уже и электротехнику с магнитодинамикой смогли изложить понятно для школьников... Хотя они не стали проще со времен открытий Фарадея...
  У сегодняшней теории этногенеза есть и другая беда, тоже характерная для этапа анализа - существование системы псевдоаксиом. В эту систему входит и великолепный принцип "пассионарности", и количественные значения интервалов циклического развития, и особенности взаимодействия этносов, и еще, и еще. Система эта внутренне не противоречива и не избыточна. Но в этом-то, повторюсь, и заключается беда этой теории. Данные аксиомы на самом деле на поверку оказываются всего лишь теоремами, для доказательства которых нужно бы привлечь некие другие законы. Но они либо еще не сформулированы, либо столь же умозрительны...
  О, пассионарность, введенная в обращение талантливым историком и этнологом Гумилевым! "Ужели слово найдено?!" - воскликнула бы радостно Татьяна Ларина. И какое замечательное! Вкусное! Но вернемся на сухую научную почву. Применительно к отдельным индивидуумам, каждый здравомыслящий человек, кажется, может определить степень развития этого качества. Стоит же копнуть поглубже и выясняется, что в одном случае за пассионарность принимают темперамент (а это, видимо, не одно и то же - иначе зачем вводить новый термин). В другом пассионарность оказывается перепутанной с агрессивностью. В третьем - с социальным инфантилизмом или мизантропией. А типичное разъяснение сущности "пассионарности" применительно к этногенезу вдруг оказывается связанным с результатом ее воздействия. "Пассионарность подавляет инстикт самосохранения". Или "Благодаря пассионарности этнос развивается". Есть пассионарность - есть рост, нет ее - пожалуйте в стагнацию или прочие "акматические фазы". Но, позвольте, сама пассионарность была придумана автором, чтобы объяснить почему этносы в разные периоды своего развития ведут себя по-разному. А чем меряется или откуда берется эта пассионарность?
  Стоп. Сбивка. Синкопа. Бифуркация. Что такое? Автор просит отвлечься и вспомнить об одном непреложном факте. Человечество движется вперед. Писатель, сидящий во вращающемся кресле перед клавиатурой и экраном, совсем не похож на средневекового писца. Что же говорить о текстах, которые они пишут (пусть теми же словами или буквами)! Почему? Да, остались нерешенными великие этические проблемы, но есть же вещи не столь глобальные, как счастье человечества! Но даже простейшие темы, эволюционируя, все усложнялись в формулировках, во внутренних смыслах, во взаимосвязях, в вариантах понимания, во всем... Даже буквы те - да не те!
  Как человека, пришедшего в публицистику и беллетристику из точных наук, меня всегда радовало в моем новом занятии многозначность и необязательность строгой логики. Как я согласен с Джоном Ирвингом, великолепным и, наверное, великим современным американским писателем, когда в его романе автор каждый вечер рассказывает своему маленькому ребенку историю, начинающуюся одними и теми же событиями, но с разными концами и разной - сообразно событиям дня - моралью. А когда его жена просит рассказать его, как же все было на самом деле, он выдает на гора - несколько "взрослых" вариантов. "И все они - правда", - утверждает Ирвинг. И он прав, это американский ходжа Насреддин...
  Первый из писателей (официально первый), который стал писать гипер-романы - серб Милорад Павич. Его блестящего владения языком было бы достаточно для славы, но настоящий талант - всегда экспериментатор. Гипертексты с их перекрестными ссылками позволяют великолепно передать многозначность, многовариантность и многосвязность сегодняшнего мира. Из пункта А можно уехать не только в пункт Б, но и в В, Г, Д - далее везде. Но в обычной книге за главой 1 всегда следует глава 2. Это - анализ. Рассмотрение мертвого. Уже случившегося. У живого же всегда есть выбор! Его самые простые суррогаты дают Павич и Ирвинг. И это зачатки синтеза! Конечно, читать такие тексты сложно. Но интересно, не правда ли? Пусть у читателя пока два-три выбора, но и в реальной жизни этот набор не так бесконечен, как кажется...
  Написав наброски к данному эссе, я столкнулся с той же самой проблемой - многосвязности. С проблемой всех междисциплинарных исследований. С переплетением генетики, социологии, психологии, истории, физиологии и еще десятка наук о человеке и человечестве. Не имея опыта и желания переходить к передовым гипертекстам, я вынужден вставить в самое начало эссе это отступление, объясняющее некоторую сбивчивость и нелогичность изложения. Когда одна и та же мысль вынужденно проскальзывает в разных местах повествования, когда родственные факты из одной отрасли науки вынужденно разорваны и поясняют разные, далекие друг от друга мысли. Надеюсь, что мои извинения и разъяснения будут приняты и мой бесконечно терпеливый читатель все-таки двинется дальше. Вперед, вбок, вниз, иногда назад. К истине не бывает прямых дорог.
  Итак, откуда же возникает в этносе пресловутая пассионарность. "Причина в мутациях, возникающих в генофонде", - говорят мне, ссылаясь на авторитетного Гумилева. Надеюсь, это они не всерьез...
  Мутация, т.е. изменение последовательности аминокислот в ДНК - как случайное явление в абсолютном большинстве случаев вредна. Попробуйте случайным образом заменить десяток букв в книге. Едва ли вы этим устраните хоть одну опечатку, а тем более внесете новый смысл в то или иное предложение. Таково свойство сложных систем. Направленные мутации - вещь более мутная. Существование их наукой не отрицается, но и не подтверждается... Яблок на березе по академику Лысенко все-таки не вырастишь, хоть лимонадом ее поливай... А это и не нужно! Геном даже человека - сложнейшего из живых существ - крайне избыточен. Вы, конечно, помните, о существовании рецессивного и доминантного вариантов отдельных участков гена. Кроме того, некоторые участки гена дублированы и троированы. Более того, часть участков на первый взгляд вообще не принимает участия в биохимических процессах, за которые отвечает ген. И, наконец, вообще непонятно, зачем 99% этой информации... Сколько еще открытий чудных и сопутствующим их заблуждений уготовано человеку на пути понимания своей биологической природы! Своей сути...
  Вот одна из таких идей (называть ее просто гипотезой уже нельзя; постулировать как теорию - рановато). Для включения механизма естественного отбора при изменении внешних условий новые мутации чаще всего не нужны! Под воздействием окружающей среды в генетически эволюционирующей системе постоянно идет направленная селекция признаков. Но не новых, а соответствующих уже существующим генам! Изначально скрытые под горой других - более полезных в исходных условиях - доминант, они просто "всплывают на поверхность" как хорошо забытое старое. Конечно, я слегка лукавлю. И в этом механизме новые мутации все-таки нужны... Они рецессивно (aka невидимо) копятся на дальних рубежах, чтобы в нужный момент было из чего выбирать. Выбирать, чтобы выжить, если в изменившихся внешних условиях не сработают ранее опробованные варианты, лежащие на ближних полках генома. Самые нежизнеспособные из этих "закулисных мутаций" (т.е. возникающих вновь, в первый и последний раз) отсекаются уже на этапе "раздельного проживания" сперматозоида и яйцеклетки. Следующие по нестойкости - на этапе зачатий или первых делений оплодотворенной клетки. Этот процесс некоторые из ученых количественно оценивают так: только 1 из 7 оплодотворений завершается беременностью. Остальное - естественный отбор. И еще какой! 6 из 7 гибнут, чтобы дать путь единственному. А если добавить шансы один к миллиону, в которые играют сперматозоиды... Столь жесткое влияние этого пренатального этапа делает влияние естественного отбора на последующих стадиях настолько размытым, что некоторые биологи, изучающие эволюцию человека предлагают говорить о "выживании счастливейших", а не "выживании сильнейших". Вынужден согласиться с такой формулировкой... Насколько бы ни была важна пассионарность для их развития, не нужно включать Чернобыли или повышать солнечную активность для генерации мутантов-пассионариев. Существует совершенно естественный механизм генерации таких пассионариев из внутренних резервов. Из избыточности генома. Из избыточности генофонда этноса в целом. Из избыточности генофонда человечества в целом. Всё может быть сформулировано очень просто! Мальчики начинают усиленно любить девочек, от которых родятся именно пассионарии, а не соглашатели-оппортунисты... И девочкам в ответ нравятся именно те мальчики, от которых родятся именно пассионарные младенцы... Вот они, "выживающие счастливейшие" естественного отбора, зачатые и выросшие в любви!
  Осталось всего ничего... Только объяснить, почему мальчики и девочки любят друг друга именно в нужных генетических взаимосочетаниях и именно в этот момент, а не десять-сто-пятьсот лет назад или спустя. И по каким признакам девочки и мальчики подсознательно определяют пригодность партнера для зачатия пассионария. Почему они влюбляются именно друг в друга! (Наверное, все-таки влюбляются, а?) Представьте себе этих ребятишек, задумавшихся о генерации необходимых своему народу пассионарных личностей!
  Эх, Гумилев... Лукавый гений! Слово "passion" - "страсть" - понадобилось ему, чтобы замутить вопрос... А "сущность сути" пассионарности (в подстрочном переводе - "страстности") можно выразить более простым и знакомым словом - любовь! И только сама Любовь останется такой же необъяснимой, какой была всегда.
  Любовь как движущая сила этногенеза... Мы чуть-чуть приблизились к формулировке тезиса, вынесенной в заголовок эссе. Хочется обратить ваше внимание его незаметную многозначность. Русский язык знает одно слово - "любовь". Для плотского влечения существует иное слово - "похоть", носящее выраженный если не отрицательный, то табуированный оттенок. А вот попытка перевести эту фразу на древнегреческий вызвала бы у автора непреодолимые муки. Греки любовь квалифицировали. Эрот - влечение плотское. Филео - влечение сердечное. Агапе - влечение самоотверженное. Или так: эрот - видит и любит тело, филео - видит и любит все хорошее, агапе - видит и дурное, и хорошее, но принимает все и любит, таким как есть.
  Понятия любви в западной и восточной цивилизациях вообще различны (как различны наша "любовь" и древнегреческое комплексное понятие). Например, в японской традиции агапе и эрот тоже могут сливаться - и даже более странно. Для самурая любовь к Родине, выраженная в любви к императору это в том числе эрот (в его эстетической составляющей). Помимо агапе. Эрот - буквально! Европеец здесь либо странно ухмыльнется или почешет затылок. Конечно, бывало, что державных вождей западной традициях западной цивилизации, любили именно эротически... Но все-таки восток - дело совсем тонкое...
  Применительно к этногенезу, конечно, хочется писать об агапе - о любви к родине. Только вот самоотверженные герои - известны их имена или нет - выигрывали сражения, но не выигрывали кампаний. Более того, такое понимание любви напоминает мне о том, что среди разных надписей на воротах фашистских концлагерей была и такая: "Права она или нет - это моя Родина". Агапе, как и любая любовь, лишь умножает сущности, вознося возвышенное к облакам и погружая низкое на самое дно колодцев.
  Нет, мне нужно писать об эроте! Он основа основ. Только от эрота родятся дети. В том числе пассионарии - резерв ставки этноса, который ведет его от победы к победе...
  Вот так желание разобраться с механизмами рождения, взросления и гибели этноса приводит нас к необходимости научного исследования столь ненаучного понятия, как любовь. Что прежде всего определяет выбор любимого? Первым в голову приходит красота. И пусть "не родись красивой, а родись счастливой", пусть "любовь зла полюбишь и козла", пусть социолог аргументированно заявляет, что в опросах о желаемых качествах будущего супруга красоту ставят не на первое место, но... "Нравится - не нравится " - с этого начинается оценка человека.
  Каноны красоты - вещь на сегодняшний взгляд эфемерная. Современное общество с кажущимся всесилием масс-медиа выплевывает из своих недр то нечто с неидентифицируемой половой принадлежностью, то нечто перверзивное, то экзальтированное, то недоношенное. И пытается установить оное на пьедесталы Афродиты или Аполлона! Или на оба сразу...
  Но - согласитесь - тщетно! В момент выбора собственного партнера, особенно партнера для создания семьи и следовательно продолжения рода, все модные веяния уступают место личным предпочтениям - а точнее некоей высшей целесообразности. Любовные предпочтения оказываются мало чувствительны к навязываемым извне. Видимо, они частично наследуются по генетическим механизмам, а еще в одной своей части тоже наследуются, но уже по механизмам воспроизводства культурных и эстетических стереотипов в этносе. Среди множества теорий о естественно-научных предпосылках "т.н. любви" есть гипотеза о запечатлении ("импринтинге"). В младенчестве или просто в раннем возрасте в сознании человека запечатлеваются лица или, говоря более общо, образы людей, которые впоследствии используются как эталоны. Поскольку, вообще говоря, такое запечатленное лицо может быть неединственно, то и эталон может оказаться достаточно далек от физиономий конкретных людей. Механизм выбора запечатленного образа тоже предложен - эти лица должны находиться в поле зрения в момент сильного эмоционального воздействия - совсем необязательно являясь субъектом или объектом этого воздействия. Так что любовь действительно зла...
  Запечатленный образ, кто бы ни был его источником, начинает активно использоваться индивидуумом в процессе познания им мира - в том числе оценки красоты. В этом случае принцип пропорциональности или равновесия, как основная вербальная характеристика красивого сохраняется - сознание постоянно сравнивает новое с запечатленным эталоном. Совпадение - дает минимум энергии на распознавание. Минимум расходуемой энергии - максимум удовольствия для мозга. В этих же терминах, отвлекаясь, можно сформулировать удовольствие от придумывания нового. Обычно это установление новой воспроизводимой связи между совокупностью объектов. То есть выработка нового запечатленного, нового шаблона, который в дальнейшем позволит прилагать меньше усилий для переваривания сходной совокупности информационных объектов. Гормональная система стимулирует мозг на выработку таких энергосберегающих технологий - подбрасывает в нужный момент в качестве награды гормонов радости. Эта же гормональная система отвечает в итоге и за получение удовольствия от наблюдения того или иного лица (как в смысле физиономии, так и личности).
  Чем чаще встречается вокруг конкретный тип лица, тем большая вероятность запечатления его в качестве эталона. Эта простейшая статистика обеспечивает преемственность канонов красоты внутри этноса. В качестве частного примера "импринтинга" отметим тот тип лица, который современный человек видит наиболее часто - собственное отражение в зеркале. И вот бедные нарциссы тщетно ищут вокруг самих себя. Присмотритесь к юным друзьям-подружкам, которые парочками-троечками проходят мимо. Очень часто в таких узких душевных компаниях они удивительно похожи друг на друга! Впрочем, здесь срабатывает и еще один механизм - взаимно усиливающегося подражания. О нем позже... Но подражание проявляется прежде всего в одежде, прическе и прочее. А похожесть таких пар проявляется глубже - на уровне физиономического-физиологического типажа. Припомните известную народную примету о том, что если жених и невеста похожи друг на друга, то семья будет счастливой. Накапливаемая в таких вековых наблюдениях информация заслуживает внимания!
  Все мы учились понемногу и помним Чарльза Дарвина, который объяснял красоту в живом мире естественным отбором. Бесполезные для выживания признаки развиваются, чтобы привлечь брачного партнера. Ученый тут же собрал данные путешественников о Homo Sapience и, конечно, обнаружил, что идеалы красоты у любого народа обычно лежат в собственном внешнем типе. Европейцу все китайцы кажутся на одно лицо. Ему сложно представить, что сами европейцы для китайцев - столь же сложно различимы. Отсутствие визуального опыта затрудняет опознавание "слишком чужого", где уж говорить о красивом или безобразном. Однако, метаморфозы возможны! Сейчас красивые для европейца китаянки - среди самых красивых и для китайца. И наоборот. А ведь были времена, когда голубые глаза китаец сопровождал презрительным сравнением - "как у обезьяны", а развитый профиль носа стал однажды в Китае опознавательным знаком в расовой резне.
  Да, не стоит долго распространяться, что классический тип красоты, принятый в этносе, соответствует его стандартам. Но не среднестатистическому типу лица, а средним стандартам его восприятия!!! Видимо, даже импринтинг предполагает восприятие лица не абсолютно, а с утрированием некоторых особенностей и приглушением других. "Ученые" тут же придумали для этого несуществующего идеала название - антропоэтнический код.
  Не стоит также сомневаться в наличии некоторых общечеловеческих универсальных канонов красоты. Или хотя бы всемирных канонов уродства. В конце концов человечество произошло от Адама и Евы и потом не слишком сильно разошлось во внешнем виде (две руки, две ноги, нос посередине лица, вокруг рта губы и т.д.). Отметим и поищем объяснения для случаев необычных. В них могут таиться более сложные закономерности.
  Кто может заподозрить современных греков в светловолосости? И на древних вазах и амфорах жители Ионического полуострова изображали себя с черными волосами. Позвольте, а как же светлокудрая Гера, златовласый Аполлон и Афродита, типичная блондинка? Чужаки? Не похоже... Наследники традиции Афин и Спарты - чернявые римлянки тоже считали светлые волосы привлекательными, и - развитие цивилизации! - отбеливались в светлых и рыжих. Между прочим, жрицы древнейшей профессии в Риме краситься в такой цвет были обязаны законом, что нисколько не останавливало в аналогичном действии знатных патрицианок (между прочим от этого корня происходит русская рыжая Патрикеевна). Откуда такие предпочтения у брюнетов и брюнеток? Этакий анти-импринтинг...
  Заглянем в далекую Индию. Существующая в этой стране жесткая кастовая система с запрещением "неравных" браков способствовала консервации фенотипов в социальных группах (пока не будем говорить о генотипах). Наиболее европеоидны - высшие касты браминов и кшатриев. Чем ниже, социальный статус, тем более индус становится похож на ... австралоида. Именно австралоидные дравиды были древнейшими жителями Индостана! А европеоидность - от господ-завоевателей, последней волной которых были наши "современники"-англичане. И что же мы видим на экранах индийского Голливуда - красавицы со специфическим фигурами и специфическим, но явно европеоидным типом лица. А курносые скуластые потомки дравидов послушно воспринимают такой тип красоты как универсально индийский. Однако, спешу заметить, что эта епропеоидность все-таки специфически индийская! Любой отличит киношную красотку из Белуджистана от калифорнийской кинодивы или старлетки с Мосфильма!
  Но не только красоту и ее оценки нужно выводить из "Происхождения человека и видов". Рождение и самой любви, как чисто человеческого чувства, относится, видимо, ко временам дарвиновского рождения человека как вида. В группах обезьян отбор идет по признакам, сильно отличающимся от "человеческих". Лидер группы (сильный, обладающий качествами лидера "альфа-самец") спаривается со всеми самками и активно препятствует попыткам спаривания со стороны самцов низшего ранга, входящих в группу. Исследования же показывают, что наибольшую "смекалку" с человеческой точки зрения (использование подручных предметов, формирование навыка и пр.) проявляют отнюдь не альфа-самцы. В этом случае, в таких группах отбор по признаку "разумности", как кажется, очень затруднен. Ведь для того чтобы среди потомства начинали превалировать особи, генетически более склонные к "разумности", именно они должны - как минимум! - участвовать в процессе воспроизводства, чему препятствуют "сильные но, увы туповатые" вожаки. Кстати, интересно, что обезьяны с исходными зачатками "альфы", оказываясь в ранге бета, гамма и проч. особей, выживают гораздо хуже (в том числе из-за постоянных попыток занять место самой сильной "альфы"), т.е. в соревновании на нижних иерархических эшелонах побеждает именно разум. И он же кажется не способен обеспечить свое воспроизводство.
  Такое противоречие можно разрешить. До сих пор в описании жизни обезьяньей стаи никак не упоминались самки. Но, видимо, именно их предпочтения в ряде случаев позволяют "бета" или "гамма"-самцу стать отцом. Гипотетически, если такое предпочтение возникало, причем было встречным и персонифицированным, у него было больше шансов реализоваться в условиях противодействия этому со стороны "альфа-самца". А изворотливость особей-самок в попытках сходить на сторону или изобретательность самцов в попытках "завоевать" их определялись не только физической силой, но и разумной составляющей. Но что такое встречное и персонифицированное предпочтение, если не любовь? Становящаяся движущей силой эволюционного развития - если сказать пафосно. А прозаически: стаи, в которых в результате таких побочных спариваний гармонично сочетались "разумность" и "сила", имели преимущество перед другими и пружина эволюции начинала раскручиваться.
  Замечание на манжетах. Автор данного опуса - мужчина и, столкнувшись с вышеупомянутым противоречием, как-то к слову живописал его даме. Выслушав его, та усмехнувшись сказала: "Бедные альфы-мужья. Они всегда находятся в святой уверенности, что все дети - его. Но именно от таких, как они, женщина чаще и смотрит на сторону...". Да, одновременно с любовью родилось женское коварство... "Звериную любовь" у других видов животных любят описывать поэты. Но спешу огорчить лириков - это влечение-предпочтение, видимо, имеет другую подоснову. Сохранение сформировавшейся пары у некоторых видов, конечно, имеет ряд преимуществ с точки зрения естественного отбора, но скорее здесь мы имеем дело с принципиальной невозможностью "жениться на молоденькой", то есть сменить подругу. Особи несоотвественного возраста просто не могут рассматриваться как потенциальные супруги. Инстинктивно не могут! А против инстинктов не пойдешь... Вот и становятся вдовцы - целибатами. Интересно, что фольклорно "верные" лебеди-самцы, на самом деле не прочь "сбегать на сторону", но - и это очень важно! - они шляются к уже "женатым" соседкам, а не к молодым самкам, находящимся в периоде выбора "мужа". Впрочем, наблюдения такого рода единичны и рассматриваются здесь только как интересная иллюстрация.
  Наиболее сильно социальность любви проявляется в ее "законном воплощении" - семье. Одним из шедевров природы назвал ее философ Сантаяна. Различные этнические стереотипы поведения при создании семьи приводят к разной значимости "такого фактора, как любовь", на развитие генофонда этноса. Там, где "выдают замуж" или "приводят невесту", в действие вступают на первый взгляд более социальные и консервативные способы отбора, способствующие сохранению генетического status quo. Однако, это только на первый взгляд. "Разумные" кастово-социальные принципы будучи взяты отдельно от принципов национальной обособленности генетически "размывают" субгруппу или консорцию внутри этноса гораздо быстрее, чем "неразумная" любовь. Поглядите на изменение антропологического типа нашей последней правящей династии и высшего света. Постоянная осознанная "европеизация" привела к тому, что средний дворянин был совсем другим "русским", чем "русский" простолюдин, по крайней мере краниологически (а в общем-то и генетически). И это помимо того, что они находились на разных полюсах экономического общества и сильно отличались мировоззрением. Но ведь был в русской истории период, когда вместо англосаксов или германцев в качестве предпочтительного сословного брака в элите общества рассматривались браки, обращенные в степь или на восток. То есть изменение генофонда тоже шло в сторону отклонения от основной части этноса, но совсем в другом направлении. Однако, это все-таки только один из вариантов развития консорции - "целенаправленное изменение". Гораздо чаще встречаются попытки генетической "консервации", когда каста, клан или диаспора надстраивает дополнительные экономическо-социальные критерии "соединения молодых" на жестко национальную основу первичного поля отбора.
  Примером успешности таких попыток служат этнические диаспоры, находящиеся во "враждебном" окружении, но достаточно успешно сохраняющие свою национальную идентичность. Интересно, что часто упомянутая "враждебность" является мнимой и служит только для формирования в каждом индивидууме диаспоры внутренних табу, успешно борющихся с "неправильными" влечениями к лицам иного этноса. Этнологи отмечают чрезвычайную важность для поддержания этой "системы ограничений" специфических субконсорций внутри самой диаспоры, которые в некотором роде отвечают за формирование его этнического самообраза (кланы религиозных деятелей, писатели-публицисты и прочие властители дум). "Этнообразующие консорции отличаются от прочих субэтнических групп способностью генерировать и активно продвигать в общество идеи." Так говорил классик этногенеза Гумилев... В любви и особенно браке система мифов и табу, поддерживаемая такими консорциями, наверное наиболее сложна и глубока (более этой сферы табуирована, наверное, только печальная тема смерти).
  Сложны и неопределенны судьбы любви в сегодняшнем мире. Она рассматривается нами как квинтэссенция индивидуального выбора. О, индивидуализм - религия современной "цивилизации"! А выживает ли любовь в этом атомизированном мире? Красоту в искусстве этот мир уже деформировал и вторгся в морально-этические глубины. Перверзия в качестве нормы, норма в качестве перверзии, смещение сексуальных предпочтений под воздействием масскультуры... Эстетствующие назовут все это новой ипостасью любви. А как тогда с ее древнейшей функцией, которую мы сегодня пытаемся понять. Такая "любовь", как фактор естественного отбора, а тем более как движущая сила этногенеза уже не работает. А отделение секса от процесса деторождения - это окончательный удар по любви в ее древнем понимании.
  Развитие гражданско-политической составляющей в структуре этноса позволяет на современном этапе развития цивилизации использовать для формирования или коррекции "рынка любви" государственные механизмы. В данном случае речь идет не об работницах/работниках древнейшей профессии, а о попытках осмысленной иммиграционной политики (упомянем, не вдаваясь в опасные подробности, Швецию, Новую Зеландию, отчасти США). Предпочтения могут отдаваться не только представителям определенного пола/возраста, что важно с точки зрения последующего деторождения, но и антропологического типа или даже более конкретно конкретной национальности. Интересно, что в ряде случаев такие предпочтения не афишируются. Завозить "товар" в соответствии с существующими в этносе барьерами толерантности и принципами оценки человеческой красоты проще, чем пытаться деформировать саму систему этих ценностей. Хотя постепенная смена в окружении человека среднего антропологического типажа может привести к коррекции и представлений о привлекательности различных антропологических типов. Небольшой и неглубокой. И очень медленной. Современные политики любят добиваться результатов в гораздо более сжатые сроки. Причем неясно понимают ли они, что привлечение "новой крови" без укрепления внутренних этноообразующих социокультурных принципов для этноса крайне опасна.
  Впрочем, несмотря на всю сложность и проблемность вопроса, дело "политтехнологов от любви" живет и процветает. Выбор партнера для совместной семейной жизни с их точки зрения - дело настолько простое, что количество брачных контор скоро превысит количество потенциальных женихов и невест. Некоторые из них даже гордо заявляют, что используют компьютерные программы (sic!) для определения совместимости своих клиентов. Активность данных компьютерных сводников определяется не пониманием механизмов любви. Нет! Ими исписаны сотни страниц, в которых подробно объяснено как находить себе пару - но по расчету!
  Надо признать, что данный резон в любом обществе - от первобытного до посттехнологического - огромен. И дети рождающиеся в таких браках - полномочные и многочисленные члены этноса. Интересно, что среди этих "считанных" браков больше "неравных". Я бы сказал - "разноценностных". В них одна сторона выигрывает на брачном рынке за счет величины своего кошелька. Другая же компенсирует свою финансовую недостаточность молодостью, сексуальной привлекательностью, физическими данными и конечно - опять красотой. Размер кошелька - счетная величина. А вот снова и снова появляющаяся на нашем научном горизонте красота - суть величина, которую в точных цифрах выразить более затруднительно. Попробуйте определить априори по двум фотографиям и двум анкетам понравятся эти люди друг другу или нет. Ха! И много-много встреч по наводке брачных контор остаются первыми и единственными (даже те, где половина функций Амура достались Маммоне).
  Еще один сильнейший соперник Любви (помимо Маммоны) в этнически значимом поведении - ее сестра Вера. Верую, потому что абсурдно! - восклицал древний святой. Как это похоже на нелогичность любви... Внедряющаяся в настолько же глубокие уголки "Я" вера, имеет все-таки коренное отличие от любви. Любовь многих к одному и тому же человеку - существует (не сотвори себе кумира...), но как иное этнически значимое явление; это не "любовь во имя продолжения рода". Такая любовь - переходная ступень именно к вере и мы говорили о таком агапе-эросе в восточных обществах. Именно любовь многих, но не к человеку, а к некоторой идее (впрочем, часто антропогенизированной) и можно интерпретировать, как веру. Вера идет еще дальше, она вторгается в поведенческие мотивы гораздо шире, чем любовь. Не всегда сильнее, но всегда шире. В ее сфере влияния могут быть любые поступки человека. Вера попадающая в руки своих служителей, как и ее ипостась идеология, стремится к еще большему. Она пытается подмять под себя и этические, и этнические принципы.
  Конфессиональные принципы разделения некогда единого этноса обычно приводят к самым кровавым конфликтам (типичные современные представители - Ирландия, Израиль, Югославия). Такая реакция отторжения связана с деформацией самой глубинной системы распознавания "свой-чужой" - антропологической привлекательности. Когда любой "брат" может оказаться "врагом", человек теряет опору в своих поступках - и превращается в одинокого волка, с соответствующими последствиями для этики и морали. А группы людей в обстоятельствах гражданских войн я вынужден идентифицировать, как стаи.
  Система верований воздействует на всю систему построения этноса. Причем иногда очень сложно опосредованно. Еще Вебер показал, что возможность повышения цен на свою продукцию в разных обществах приводит к различным последствиям. Жнецы-протестанты при повышении расценок повышают выработку, а католики снижают! Успешное экономическое функционирование этноса оказывается связанным с вариациями в понимании заповедей Господних!
  Коснемся вскользь другого важнейшего признака из системы распознавания - языка. Весьма поучительна история одного каннибальского племени, записанная этнографами. В системе табу племени было и такое - "нельзя есть человека, которого ты понимаешь". Нарушение табу естественно каралось сверхъестественной смертью преступившего (проверять сие конечно никто не решался). Племя плодилось, и в один "непрекрасный" день часть перекочевала то ли за хребет, то ли за реку. Связь с родственниками потихоньку ослабла. Но кушать их все еще было нельзя! Шли годы, десятилетия, века - язык, как и любой живой организм менялся. Но при встречах охотники разделенного племени все еще понимали друг друга. Пока среди них не попался один - более тупой. А с другой стороны не оказался человек с дурной дикцией. "Я не понял, что он сказал! Я не понял!" - радостно кричал неразумный охотник, притащивший добычу. Дальнейшее печально: бывший родственник был съеден; табу, грозившее смертью, естественно не сработало, и местные мудрецы пришли к выводу, что "если мы не умерли, съев их человека - мы действительно не понимаем их". А теперь странное - они стали охотиться друг на друга и перестали понимать. Такова сила табу...
  Итак, рассмотрение канонов красоты вернулось к исходной точке. Чем более усложняется общество цивилизационно, тем более оно вольно в выборе материала для "импринтинга" и в его дальнейшей "обработке". И красота, и любовь - все-таки продукт не только генетический, но и социальный. Вечная двоичная система бытия...
  Чуть раньше (разделив влияние нейросистемы и гуморальной системы) мы уже подтвердили для себя известный факт по крайней мене "двухэтажности" сознания человека. Вообще же количество формулируемых "уровней" зависит в основном от развитости фантазии ученого. Фройд делил разум пополам по-другому: "Сознание и Подсознание". Или "Я и Сверх-Я". Не пытаясь уподобиться физикам-ядерщикам, мы не станем расщеплять эту пару на составляющие, а просто выглянем из окна. И обнаружим там некое "МЫ", сильно отличающееся от суммы "Я+Я+..+Я". Впрочем, в каждом "Я+Свех-Я" есть маленький кусочек "НАС". Этот еще один вариант деления человека надвое - на собственно индивидуума и на существо социальное. Взаимодействие этих сторон сознания - отраженное взаимодействие индивидуума и общества. Их взаимовлияние проявляется в любом человеческом действии, любом поведении человека и группы людей, в том числе таком, которое называют "пассионарным".
  Для того чтобы генерация "пассионарности" в обществе происходила по принципам естественного отбора, "пассионарные" индивидуумы, во-первых, должны иметь существенные внешние отличия. В контексте обсуждения канонов красоты такие отличия должны быть фенотипические (ценность и значимость поведенческих отличий "пассионария" мы проанализируем чуть позже). Во-вторых, должен существовать механизм фиксации "признака пассионарности" в эталонах красоты или других критериях выбора партнера. Между прочим, также необходим и механизм, по которому такие признаки из эталона исчезают. Мы снова сталкиваемся с "единством и борьбой противоположностей" внутри понятия "красота". Устойчивость понятия и его изменчивость. Индивидуальность "импринтинга" и необходимое условие "множественности или повторяемости" для корректируемого эталона. Ведь "единица - ноль, единица - вздор" и чтобы любой процесс стал этнически значимым, он должен происходить одновременно в сознании многих. Если данные условия обеспечены, "пассионарность" может развиваться по Дарвину или по его аналогу в "разумных стаях". А не слишком ли эти условия противоречивы?
  Сталкиваешься с противоречием - не спеши думать, что посылка неверна? Отнюдь! И ты тоже прав, говорил ходжа Насреддин. Именно отсутствие внутренних противоречий - признак нежизнеспособности теории. Мертвые не спорят! - говорили люди с Дикого Запада. Живое же течет и изменяется.
  Один из механизмов коррекции "эталонов" или других "критериев" (в том числе и красоты, и любви) связан со взаимодействием того самого "МЫ" с "Я да Сверх-Я". Обычные воздействия общества на человека подобны броуновским силам. Их равнодействующая близка к нулю и оставляет человека в рамках системы ценностей, полученных им от "общества в малом" - его детского окружения или семьи. А вот сонаправленное действие общественных сил не может быть случайным по определению. По крайней мере оно всегда требует неких затрат (или утрат) со стороны общества. Чем более глубокие слои сознания пытается откорректировать общество - тем больше усилий оно должно затратить. Именно сложность воздействия на глубокие уровни сознания обеспечивает устойчивость психики среднего индивидуума, т.е. устойчивость "Я" в целом. Чем более преуспело общество в деформировании идеалов отдельного человека - тем более неустойчива психика этого человека. Попытки разрушить или даже скорректировать слишком много глубоких стереотипов "Я" однозначно приводят к его гибели - разрушению личности с последующей физической гибелью человека (под поезд он бросится, или в драке, или в крестовый поход уйдет, или с тоски сопьется - зависит от обстоятельств). То же и с этносом - перебор с пассионарностью приведет к уничтожению этноса (в том числе самоуничтожению) куда более быстро, нежели от отсутствия такой пассионарности. Это происходит, но нечасто - видимо, срабатывают некие механизмы самозащиты (типичная диалектика процесса). Вернемся к этому чуть позже... А пока посмотрим, что же такое входит в "МЫ", но не входит в "Я". Математически говоря, где эти множества не пересекаются. А фактически - что же сшивает всех этих "Я" в единое "МЫ". Иногда - в народ; иногда - в толпу...
  Судя по всему склейка этноса в единое целое на психо-социальном уровне происходит с помощью - взаимопроникновения идей (причем не всегда "пассионарных"). Для огромного большинства в этносе эти идеи могут казаться не конкретными "правилами поведения", а вещами абсолютно непрактичными (такими как мифы, или даже сказки и байки). В разное время они носят не только разный смысл, но и даже область приложения. Религиозные, захватнические, политические, экономические, социальные, этические... Естественный отбор идей происходит уже на уровне глубин этноса. И как в любом отборе существуют некоторые механизмы умножения принимаемых и фильтрации отвергаемых идей, которые делают процесс такого отбора относительно быстрым. Например, для самоумножения пассионарности Гумилев ввел термин "индукция пассионарности". Но пассионарность - только частный случай этнической idea fix. И опять для объяснения механизмов этого процесса можно воспользоваться старыми понятиями.
  Жизнь идеи, жизнь идеала невозможна без человека как их носителя. Продвижение и захват новой всего этноса невозможно без общения людей. Пассионарность - как идеология развития - тоже требует своего развития и распространения внутри этноса, требует умножения числа своих носителей. Часть из них обладают качествами, необходимыми для ее восприятия от рождения; другие - могут быть воспитаны в духе новой веры. Способность любых психических реакций (в том числе: любви к Родине или любви к вождю или любви к идее или любви к поп-диве) к самоумножению связана, в частности, с человеческим конформизмом. Не стоит однозначно относиться к конформизму, как явлению стыдному. "Делай как я!" - не на этом ли основан прогресс человечества? Абсурдный "абсолютно неконформный" индивидуум не способен к поглощению информации, не вытекающей из его собственного опыта. Умный человек учится на своих ошибках, мудрый - на чужих. Конформизм - неотъемлемая черта мудрости.
  Конформизм на примере малых групп исследован достаточно глубоко. Конформизм на примере больших групп успешно используется рекламщиками, пиарщиками и прочими пропагандистами. Конформные реакции толпы на ритмические лозунги, цвет и музыку - классика манипулирования такими стоглавыми гидрами. Однако, во всех этих случаях мы имеем дело с сильными реакциями индивидуума и общества, которые легко вычленяются и идентифицируются. Акт покупки товара, голосования или - как квинтэссенция! - признания соленого сладким вслед за окружающими ясен и понятен с точки зрения ученого. Иное дело поведение этнически значимое, но не поддающееся точной формулировке. Выбор спутника жизни - типичный поступок такого рода. В какой мере сформировавшиеся в этносе понятия красоты, доброты, верности и прочая оказываются в данном случае значимыми? Как эти понятия участвуют в процессе выбора при разных внешних возмущающих факторах, исходящих от этноса в целом, точнее от состояния этноса в целом в данный момент времени? Ясно одно: эти понятия по крайней мере существуют и оказывают сильнейшее воздействие на формирование и развитие генофонда человеческой популяции.
  Преодолеть стереотипы, оценивая абстрактные и эмоционально окрашенные качества, гораздо сложнее, чем заставить человека купить ненужный ему стиральный порошок. Норма красоты изменяется куда медленнее, чем политическое предпочтение. Даже умирающие или замещаемые древние стереотипы иногда не уничтожаются полностью. Мертвые, они переносятся в подсознание этноса - в систему табу. Но и живые, и мертвые, они самоподдерживаются этносом.
  Капли мнений - услышанных, увиденных, замеченных и даже унюханных (спутники эмоций ферромоны именно пахнут) - точат камень любой устоявшейся догмы в разуме конкретного человека. В обществе же они дополнительно отражаются и умножаются. Но, повторюсь, процесс этот в нормальных условиях - не в эпоху перемен - настолько медленен, что может остаться незамечаемым, поскольку для него может быть недостаточно жизни двух-трех поколений, а за это время сравнивать может оказаться не с чем. Носители исходного варианта оценок уйдут... Насколько же важно для исследователей этнопсихических реакций существование талантливых писателей, которые не стесняются вываливать свои заблуждения и убеждения на суд потомков! И насколько важно для этноса существования писательской консорции...
  Появление этносов совпадает с появлением неких средств донесения до каждого индивидуума формальной общественно-значимой информации. Например, государство немыслимо без законов. Закон должен быть доведен до сведения каждого. Чем более доходчиво сделано это, тем меньше репрессий придется затратить на выполнение этого закона. Также и пропаганда - не порождение ХХ века. Средневековые проповедник, скоморох и глашатай - разные ипостаси одного явления. Помимо идей государственных в обществе существуют законы неписаные. Но тоже формулируемые. Особенно роль идей в обществе усиливается в моменты, когда этнос оказывается на перепутье. Психика человека в условиях, когда его взаимоотношения с обществом или окружающей средой претерпевают изменения, становится неустойчивой. "Перестройки" всегда способствуют расшатыванию, не говоря о разрушении, некоторых этических принципов этнического уровня, ведь только тогда эти перемены могут действительно считаться значимыми. Это происходит независимо от того, какую линию поведения в меняющемся мире выбирает индивидуум: максимально консервативную или наоборот. Излишний конформизм и социальное умножение эмоций - неизменные спутники общества в эпохи перемен. Более того, оба этих фактора начинают действовать избирательно в пределах социальных, этнических или прочих групп, приводя к дальнейшей дифференциации общества. Расслоение идет по принципу первого толчка: выбранная изначальная оценка в дальнейшем стремится найти поддержку у единомышленников и получить заряд творческой ненависти у вновь обнаруженных "врагов". А ведь и единоверцы и оппоненты не заставляют себя ждать - каждый готов объяснить все и вся со своей колокольни. Пока неясно, почему в одних случаях такой "раздрай" в обществе приводит к внутреннему конфликту, а когда флуктуация мировоззрения сглаживается.
  Можно предположить, что спонтанные процессы в обществе в глобальных условиях являются априорно деструктивными. Количество и глубину возникающих разломов можно проследить по количеству партий, классов, субэтнических групп в существующих и прошлых этносах. И очевидно, что наиболее вероятное число таких групп - две. Тогда разлом протекает по одному параметру и тогда сила воздействия его на общество максимальна. Существует несколько путей рукотворного преодоления раскола. Один из них (как это ни странно) - в предложении обществу еще нескольких вариантов деления. Количество возможных полемических стереотипов возрастает, эмоция - основной двигатель нарастания ненависти - по каждому направлению смягчается. Другой способ, естественно, силовой. Исходить он может как от властных слоев, обладающих табуированными средствами воздействия, так и от низовых групп, которые начинают в этом случае обычно действовать также структурированно. Конечно, возможны варианты. От духовного воздействия - анафема или массированная пропаганда, до физического устранения: сначала точечного - по механизму устрашения или устранения харизматических лидеров, потом - тотального.
  К сожалению или к счастью, перемены - необходимое условие любого развития. Этноса, в том числе. Расшатывание основ и расчистка пространства - первый этап строительства. Только в зависимости от силы разрушающих воздействий мы можем получить новый виток возрастающей спирали, а можем получить - "до основанья". Но без этих изменений - обществу остается гниение и застой. Жизнь этноса - в преодолении! Сначала старого, потом инерции разрушения, потом нового, снова ставшего старым. Хотя исходную точку в этой непрерывной цепочке найти нельзя, но источником любой "этнической турбулентности" оказывается "по определению" именно пассионарность. Дискретные возмущения в этносе, порождаемые пассионариями, подобны броуновским толчкам молекул о пылинку (снова возникает это механистическое сравнение). В спокойном состоянии разница в векторах воздействия: тысяча ударов с одной стороны и тысяча-плюс-один удар с другой. Но как только пылинка-этнос сдвинулась с места в действие вступают иные механизмы - макровозмущения. Смещение взаимоотношений субэтнических групп, социальных слоев, классов - порождений экономики и прочая. Разломы, расколы, смуты...
  Как расколы развиваются в "естественной" среде? Банальный ответ - иногда они разрывают этнос, иногда раны зарастают. Успех без риска - химера. Как для людей, так и для этносов. Поведение же интересующих нас "пассионариев" в районе этих разломов всегда остается неизменным. Их перемещения и действия внутри этноса в такие моменты напоминает мне перемещение дислокаций в кристалле в зону растущей трещины. Каюсь, что привожу такие диковатые для нетехнического человека ассоциации - не все же знают материаловедение, но это очень значимое сравнение. Смысл такого перемещения внутри кристалла в том, что "пустоты" в кристаллической решетке тоже могут смещаться. Перепрыгнул атом на соседнее пустое место - а со стороны кажется, что сместилась "дырка". Начавшийся рост трещины продолжается не только за счет разрушения попавших в ее зону изначально "здоровых" кристаллов, но и за счет миграции к трещине "пассионарных" дырок-дислокаций. Аналогия практически абсолютная. Пассионария влечет в зону внутриэтнического конфликта, он гибнет в этом конфликте, но разлом из-за этого только растет!
  При таком описании пассионария перед глазами конечно же - муж бравый и гордый, или юноша с горящими глазами, или... В общем, мужчина. Да простит меня прекрасная половина человечества, что автор теории пассионарности и этногенеза, сам будучи мужчиной сосредоточил свое внимание именно на них. А правильно ли такое понимание? И что такое пассионарность применительно к женщине? Я не собираюсь свести этот вопрос к девственно-маскулинным героиням типа Жанны Д'Арк, коммунистическим феминисткам ala Коллонтай или национальным певицам-символам, как, например, украинка Мария Бурмака. Нас должна интересовать эта " псевдо-пассионарность" как усиление в женщинах некоторых качеств, способствующих развитию этноса в целом (а не этнообразующих консорций, к которым конечно относятся вышеперчисленные героини). Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сказать, что это должны быть женщины много рожающие, заботливо растящие и умело воспитывающие детей. Умеющие любить. Детей, мужа, родню... Родину? Женщина Родину не любит - она сама есть Родина. Именно женщины олицетворяют для меня то самую глубинную часть психосоциального и культурного ядра этноса. Это потом пассионарий-мальчик попадает в руки мужчин (или социума в целом), но язык, главные табу, этические нормы (в том числе сильнейшие - уровня "можно-нельзя" без объяснения причин) он впитывает если не буквально с молоком матери, то близко к тому по времени и сути.
  Если рассматривать эту точку зрения, то можно не спорить, что успешность пассионария-мужчины как "человека семейного" очень низка. Выпадающим звеньям сложно стать началами новых цепочек. Пассионарии не дают потомства или их потомство малочисленно! Именно поэтому для развития этноса очень важна постоянная генерация первичных пассионариев - иначе они очень быстро вымирают ... "как мамонты". Но представьте себе этнос целиком состоящий из пассионариев... Воображение сразу рисует горькое зрелище гражданской войны всех против всех... Или другого социального катаклизма. Как такие мужчины оказаться предпочтительными для "матерей этноса" - носителей выраженного женского начала? Пассионарии не способны к длительному напряжению в банальном - к простому несению семейной вахты. Дети их слишком близки к безотцовщине. И мы снова натыкаемся на противоречие. Пассионарность оказывается вредной с точки зрения демографии этноса. Но необходимой для его развития. Нужно только позаботиться о ее антитезе.
  Сломав столько копий в критике новоязовских терминов, на этом месте я вынужден посыпать голову пеплом. Сколько я не перерывал литературу, а достойного имени для женской или материнской составляющей в системе этнических ценностей не нашел. Да, теоретики этногенеза постоянно противопоставляют пассионарность инстинкту самосохранения, но ведь это не совсем то... Да, инстинкт сохранения рода для таких Женщин всегда первичен, но не он (точнее, не только он) определяет их место в иерархии этноса. Я просто вынужден ввести абсолютно новый термин - матрикулярность. Происхождение его от matricular - маточный. И не нужно ханжески опускать очи. Мы все - поголовно! - вышли именно оттуда. Именно в этом суть женского начала - психологии женщины-матери, женщины - хранительницы очага, женщины - строительницы этноса. Впрочем, я, как мужчина, вынужден, пользуясь случаем, просто снять шляпу и поклониться оземно Женщинам. Особенно тем, с которыми меня самого сводила судьба...
  Однако, вернемся к этногенезу. К соотношению в нем "пассионарности" и "матрикулярности".
  Не раз исследователи сталкивались с проблемой разумного сочетания революционного и консервативного начал. В разных ипостасях и приложениях. В самом близком варианте - при исследовании биологической эволюции человека и других видов животных. Решение оказалось простым до банальности и легко распространимым на этнос в целом. Мужское начало у Homo sapience олицетворяет и отвечает за изменчивость вида, женское - за его сохранение. Здесь можно учесть и гендерные различия в банальном количестве половых клеток, и в сексуальном поведении, и в отношении к потомству и проч. Не будем подробно останавливаться на этом тезисе, описанном в соответствующей литературе, зафиксируем лишь тот факт, что эти два начала оказываются - разнесены. Конечно, такое разнесение относительно, существуют женщины с маскулинным поведением и наоборот; существуют общества, в которых ролевые функции гендерно обменены (из мифологических приведу пример амазонок); существуют перверзии, в том числе физиологические. Зачем столь сложно: вообще не существует канонических абсолютно женского или абсолютно мужского поведения. Однако, эти два полюса есть и их система координат может быть применена к этносу. Собственно "пассионарность" в этом случае оказывается преимущественно мужским началом (носители ее - в основном лица мужского пола), а "матрикулярность" - его женским вариантом. Не стоит жестко привязывать оба этих понятия к половой принадлежности их носителей. Я уже говорил о типично пассионарных женщинах. Примеров гораздо больше. Примеры "матрикулярных" мужчин менее заметны и менее мифологизированы обществом. В самом деле, что интресного можно увидеть в человеке, который всего-навсего посадил дерево, вырастил сына и построил дом. А ведь именно это и есть программа действий "матрикуляра". "Пассионарий" захочет посадить сады в пустыне, позвать детей за собой в далекий поход и напоследок разрушить вражескую крепость. И надорвется уже на первом задании, оставив впрочем после себя маленький оазис посреди барханов, который потом будут холить и лелеять "матрикуляры"...
  Для сохранения общества нужна не только "матрикулярность", проявляющаяся персонально. Это только часть вопроса. Другое необходимое условие - наличие и консервация "матрикулярного" ядра этноса. Такое ядро должно быть, во-первых, этнически репрезентативно, то есть в нем должны сохраняться все этнически значимые признаки данного социума. Во-вторых, ядро этноса должно обладать экономической, военно-политической и генетической самодостаточностью. Эти качества позволяют этносу существовать и сохранять нужную дистанцию (независимость) даже во враждебном окружении, просачивающееся или прорывающееся через его границы. В-третьих, ядро этноса должно быть обладать максимальной исторической преемственностью. Именно ассоциирование ядра этноса с этносом в целом (как в пространстве, так и во времени) позволяет сохранить на столь небольшой территории весьма хрупкую культурно-этическую систему ценностей.
  Обычно в роли территориального средоточия этнической "матрикулярности" рассматриваются столицы или большие города - скопления наибольших масс людей в центре этнического ареала. Опасность такой ошибки очевидна. Столичные мегаполисы в любые исторические периоды становились крайне притягательными для миграционных потоков с периферии. Уровень благосостояния в центральных регионах обычно выше, чем на колонизируемых окраинах. В этих условиях генетический состав столиц очень сильно отличается от этнически репрезентативного и тем более не является этнически однородным. Более того, маргинальная культура неофитов часто замещает собой этнически унаследованную. Пример сегодняшнего дня в России - это Москва. Важным признаком таких миграционных потоков в благополучные стольные грады является повышенный процентный состав в них "пассионариев" обоих полов, как людей в наименьшей степени привязанных к месту рождения и в наибольшей способных на активные действия (поездке "за счастьем"). Таким образом, мигранты не только создают в центральном регионе-акцепторе повышенный фон пассионарности самим фактом собственного прибытия, но и в дальнейшем порождают второй пик генетической пассионарности - за счет рождения детей от браков и связей между коренными жителями центра и мигрантами (в том числе и иноэтническими). Добавьте к этому умножение психофизических реакций в социуме переобогащенном пассионарностью с генерацией вторичной пассионарности и вот вам объяснение, почему пертурбации происходят именно на границах и в столицах, а так называемая провинция всегда представляется как заповедник тишины и благости.
  И не только! Провинция - это еще и генетический "заповедник". Или "заказник", если быть более точным в сравнениях. Сейчас для великорусского этноса крайне опасно обезлюдение именно прилегающих к столице областей. Там - ядро русского этноса. Там - а не на московских площадях. Утрата генетической самости жителей провинции будет ознаменовать смену генетического портрета великорусского этноса. И тогда "дедушек-и-бабушек" этноса, "проживающего на данной территории", придется будет искать отнюдь не в центре европейской России. Отмечу на полях, что этот тезис для меня самого - наиболее спорный, но не озвучить его я не могу. Слишком не нравится мне такая перспектива!
  Самым главным для сохранения этнической однородности такого ядра является его "воинственная матрикулярность". Сложное словосочетание... Но без этого в трудные моменты истории это ядро разрушится раньше - под натиском собственных пассионариев.
  Естественное направление миграционного движения для нормальных членов этноса - вглубь этноса. К покою и благоденствию... Но для пассионариев такая миграция - еще более естественна. Пассионарии вообще более мобильны и с большей готовностью перемещаются в пространстве. В данном случае они с радостью бросаются "вперед и вглубь" этнического ядра к столице - к бОльшим возможностям и к потенциальным высотам власти.
  Вся политическая история успешных этносов - это история умелого отторжения избыточной пассионарности. Можно вспомнить совсем недавние "внутренние внешние фронты", которые не были разломами в этносе - "освоение целины" эпохи строительства коммунизма или американский лозунг "Высадимся на Луну раньше русских". Конструктивное замыкание пассионарности - искусство политики, но к сожалению временное, ибо "можно всю жизнь обманывать одного человека, и т.д". Способность пассионарности к отраженному действию - опасность, непонимаемая многими политтехнологами. Получение результата - получение удовольствия. Получение имитации результата - получение имитации удовольствия. Отсутствие видимого, а точнее ощутимого прогресса - причина краха всех сверхизощренных общественных конструкций, базировавшихся на имитациях, а не на реальных действиях.
  Гораздо проще посылать пассионариев "всерьез и подальше". Норманнские народы создали феномен викингов - людей, оторванных от семьи и родины и в этих условиях способных покорять страны. Европа смогла отправить в Америку своих авантюристов и частично затормозила бег великой Европейской революции (ни один этнос не исчез в итоге с лица старушки Европы). Россия в течение всей династии Романовых обладала своей Америкой, куда с удовольствием отправляла своих "пассионариев" - в Сибирь по следам Ермака. Еще в новгородской былине на вече народ думает о том, что сделать с подросшими буянами - и принимает единственно верное решение! Политическое! Их отправляют в новые земли! И так далее, и тому подобное. Казачество или французский легион, крестовые походы или золотая лихорадка, братская помощь или возможность подзаработать... И почти всегда движение пассионария из центра осознанно индуцировано социумом - и способствует сохранению этноса, а движение пассионария с периферии в ядро "естественно" и напротив может разрушить ядро этноса.
  Удивительно, каким образом этническая "матрикулярность" может тушить эти разрушителные порывы? Вы еще более изумитесь, когда я отвечу, что у меня пока нет осознанного мнения на этот счет. Не обижайтесь, это не страшно - в каждой новой теории должны быть дыры. Тем более, что это не теория, а заметки дилетанта...
  Несмотря на то, что я пока не могу дать исчерпывающее объяснение устойчивости ядра этноса, кое-какие дополнительные наблюдения о "матрикулярности " я приведу. Глубочайшая разница в поведении "пассионарных" и "матрикулярных" субъектов могут породить сомнения: а возможны ли такие различия в рамках одного типа генома? Не забывайте, что преимущественными носителями этих особенностей являются люди разных полов. Только закоренелые феминистки будут утверждать, что женщины и мужчины кардинально отличаются в психосоциальных реакциях. Однако, выясняется, что женский и мужской генофонд в некоторые периоды существования этноса гораздо более существенно отличаться друг от друга. То есть не только в ХY-ХХ хромосомах, а во всех 48-ми. Как будто генетически муж и жена принадлежат разным этносам. Это нельзя назвать абсолютно типичным, но ситуации, связанная с существовавшей - и существующей! - необходимостью восполнения недостатка лиц того или иного пола в этносе - возникают вновь и вновь. Механизмы протирания и латания демографических дыр могут быть самыми разнообразными - увод полонянок же в результате нашествия, их же привод из ответного похода, уничтожение части мужчин в войнах, полигамия обоих типов. В этих условиях часто не до любви! Порог терпимости по отношению к инородцам, которые могут воспомоществовать в продолжении рода существенно снижается. Критерии выбора брачного партнера мутируют, а вслед за ними мутирует и сам этнос. В дальнейшем, в периоды покоя происходит нивелировка генетического состава по половому признаку. Интересно, что все это могло происходить не в стародавние времена, а всего два-три века назад! В антропоэтнических исследованиях на Кавказе была выявлена обособленная группа аулов, в которой фенотипические особенности мужского и женского населения различались настолько, что исследователям пришлось разнести мужчин и женщин в различные краниологические группы. Выяснилось, что при военных действиях в предпоследнюю кавказскую войну женское население аула было полностью выведено соседними враждебными горцами. Тогда одинокие "горячие" парни предприняли экспедицию в дальние края и в результате зеркальной операции "выведения" обзавелись подругами жизни. Все довершила замкнутость жизни: в монолитном психо-социально на данный момент микроэтносе сохраняется антропологический "раскол" по половому признаку. К сожалению эти исследования проводились, когда генетика еще не научилась читать историю этноса, запечатленную на скрижалях его генома. Сейчас, исследуя отдельно Y-хромосомы, передающиеся от отца к сыну, и мтДНК, передающиеся по женской линии, можно проследить эту историю отдельно для мужского и женского населения. Пока эти исследования находятся на этапе накопления статистики и я остерегаюсь выписывать цитаты, но пройдет еще несколько лет и эти данные подорвут много "игр шоу-патриотов". Одно уже ясно. Никаких "чистокровных" народов не существует. В каждом этносе сохраняются как осколки хромосом его паспортных предков, так и кровь совращенных соседей-соседок. И дружба, и война между этносами вносят свой вклад в формирование этого гремучего коктейля - совокупного генофонда этноса. Сатана был прав, когда определял вопросы крови, как самые запутанные...
  Стоп! Появление в повествовании темных сил превращает это эссе в слишком уж художественное произведение. А я ставил перед собой другие цели. Пора остановиться и вспомнить, что же я уже наворотил на предыдущих страницах. Ай-яй-яй... Все это нагромождение неподтвержденных фактов и нелогичных умозаключений так и не приблизило нас к цели - пониманию происхождения пассионарности в этносе. Каюсь! Я осознанно затягивал с введением основного тезиса данного эссе, поскольку он является наиболее спорным из многих недоказуемых или недоказанных. Вот он! Поприветствуйте! Аплодисменты!
  Пассионарность - свойство индивидуумов с расщепленным мировоззрением. Изгойство - оборотная сторона пассионарности. Более глубокое расщепление сознания в психиатрии называется шизоидностью. Склонность к самопожертвованию, то есть нарушение основного инстинкта живого организма - инстинкта самосохранения - едва ли не самый главный пример, подтверждающий шизофреничность пассионариев. Это грустно, но пассионарность разрушает личность. Сосредоточение индивидуума на "пассионарных" проблемах, кажущихся ему архиважными, обедняет иные стороны его личности. Более того, если пассионарность и ее идеологическая подоснова становятся более зримыми, более пригодными для подражания, как это характерно для пассионариев-лидеров, то происходит самоумножение его собственных разрушительных эмоций, отраженных благодарными последователями.
  Пассионарность заложена в любом человеке. У некоторых она не может проявиться и спрятана глубоко в геноме. У некоторых она начинает свою разрушительно-созидательную работу с самого рождения. У некоторых - склонность к ней остается затушеванной обстоятельствами жизни. Но предрасположенность остается универсальной. Для подтверждения возможного перевода любого человека в пассионарное состояние приведу простой довод - "любого можно свести с ума". Для этого существуют разные способы. Один из них - знаменитое "коллективное помешательство".
  Основная причина появления в этносе людей с расщепленным сознанием - расщепление их генома. Межэтнические браки - вот основной генератор "пассионарности". Или по крайней мере пусковой крючок цепочки порождения и развития пассионарности. Вспоминая, все информацию с предыдущих страниц, казавшуюся бессвязной, можно очертить зону порождения более точно. Территориально - это границы этноса, зоны соприкосновения его с соседними этносами.
  Потомки от межэтнических браков, даже устойчиво идентифицирующие себя с тем или иным этносом, неспособны полностью ликвидировать в себе расщепленность сознания. Вероятность вступления их в межэтнический брак - повторение поступка их родителей - очень высока. При этом интересно, что в сегодняшних условиях урбанистической чересполосицы наций, предпочтения детей от межэтнического брака могут лежать вне этносов матери и отца. В прошлом, когда такие браки возникали на периферии этноса такое было невозможно. Этническая принадлежность была не более чем двузначна.
  Судя по тому, как в последнее время на границах происходит активная ассимиляция, дети от межэтнических браков психологически склонны причислять себя к доминантному этносу. Впрочем, именно в душах этих ребятишек "меряются силой" этносы-соседи. Здесь звучат сказки, здесь выбирается система запретов, здесь запечатлеваются те образы, которые потом станут "антропоэтническими предпочтениями" - а по-простому идеалом любимого.
  Продуктивность и успешность брака - это в том числе и количество и последующая успешность детей от этого брака. Для того чтобы генерация генетических пассионариев была самоускоренной межэтнические семьи должны отличаться повышенной репродуктивностью. Для анализа этой возможности интересно рассмотреть теорию о взаимном дополнении. Она гласит, что наиболее благополучны отношения пар, которые гармонично сочетают совпадение взглядов и интересов с дополнением их. Некий граф Кейзерлинг формулирует это так: "Вступать в брак нужно только с тем, принимая кого в свою душу человек может преодолеть то, с чем он не в силах справиться в одиночку или то, что с его личной точки зрения кажется ему односторонним и несовершенным". Прочность брака определяется "осознанной потребностью в дополнении". Интересна предложенная одной из научных школ количественная пропорция для гармонии: 20% совпадений и 80% дополнений в шкале человеческих ценностей. А не в этом ли лежат источники так называемой комплиментарности этносов? Достаточно реальна ситуация, когда особенности этнического воспитания в этносах-соседях уже подготавливают желательные различия в матрицах психологических качеств, которые подлежат дополнению в успешном браке. Но тогда очевидно, что здесь должны сильно проявляться и гендерные влияния. Проверим так ли это...
  Абсолютная комлиментарность этносов - это равноуспешность браков "мужчина этноса А + женщина этноса Б" и "мужчина этноса Б + женщина этноса А". То есть когда перестановка национальностей и полов не влияет на комплементарность. Я не могу привести обобщенные социологические результаты, но среди знакомых мне успешных семейных пар есть большое число семей "русский+украинка" и полностью отсутствуют семьи "украинец+русская". Возможно, такие семьи оказываются успешными во внутриукраинской этнической среде... Аналогичным образом, в окружающем меня лично этническом пространстве Москвы интенсивно развиваются отношения "мужчина кавказской национальности+славянка", но не гендерно-наоборот.
  Есть еще один гипотетический механизм, который может способствовать появлению генетических пассионариев. Известно так называемое равновесие Харди-Вайнберга. Это генетический состав этноса при полном и окончательном перемешивании его генофонда. Теоретическая и абсолютно нежизненная ситуация. Однако, все процессы в природе диалектически связаны. Неизбежное перемешивание и неизбежное обособление. При наличии этнически доминирующего фенотипа выбор партнера может подчиняться не столько инстинктивному импринтингу, сколько настолько же неосознанному, но уже поступающему с иного уровня сознания сигналу о поиске дополнения до репрезенативного. В этом случае выбирается не доминантный набор, а находящийся по другую сторону от линии равновесия. Например, если в этносе смешались два народа - южный и северный, то такой тип выбора партнера заставит представителя самого северного набора генов искать в себе пару обладателя самого южного и наоборот. В этом случае тот самый принцип "80-20" реализуется как бы в рамках одного этноса. Кстати, не с этим ли связано увеличение числа разводов в реликтовых этносах. Или во внешне благополучных ядрах этносов, где степень близости к равновесию Харди-Вайнберга очень велика. Люди инстинктивно стремятся к нарушению слишком равновесного мира - но не могут этого сделать... Есть еще один пример - достаточно далекий, но очень яркий. Всем известны норвежские лемминги, которых при увеличении численности охватывает гибельная жажда к переселению. Менее известно, что в условиях перенаселенности лемминги начинают тяготеть не только к миграции, но и - к гомосексуальности и к гиперсексуальности! Смена внутригрупповой социальной ситуации приводит к кардинальному - в том числе перверзивно-гендерному!- сдвигу в сексуальных предпочтениях. Что уж говорить о столь эфемерных понятиях, как любовь и красота!
  Помимо генетического неравенства межэтнические семьи сегодняшнего дня статистически в среднем демонстрируют большее неравенство и в других социальных параметрах. Они просто напичканы линиями разлома. В возрасте. В социальном положении. В доходах. Рискну выдвинуть два предположительных объяснения. Во-первых, в межэтнические браки более часто вступают потомки именно межэтнических браков предыдущего поколения. Они избыточно пассионарны, а такая неуравновешенность проявляется в отклонениях от инстинктивной нормы и в выборе партнера (от "импринтинга"). Причем не только по этнической принадлежности, но и по остальным параметрам: возрасту, статусу и т.д. Во-вторых, иноэтничные партнеры могут появиться после того, как исчерпаны попытки найти спутника жизни среди родственных по крови и культуре людей. Этакие последки... Между прочим, характерное неравенство в семье - еще один фактор способствующий развитию напряженности в психоэмоциональном климате - и развитию той самой пассионарности. Снова пассионарность первичная и вторичная идут рука об руку!
  Часто даже браки между представителями субэтнических социальных групп могут порождать пассионариев. Особенно в эпохи, когда углубляются разломы этноса именно по признакам, порождающим социальное разделение. Но в этом случае пассионарность (читай шизоидность) может быть вторичной, негенетической, а результатом противоречий внутрисемейных (они могут лежат в любой плоскости духовной жизни) умноженных общесоциальной обстановкой. Но причина и в этом случае - существующее соприкосновение глобальных этнических процессов внутри его самой малой ячейки - семьи.
  Методы Фрейда, пытавшегося изучать нормы человеческого поведения, пользуясь особями с выраженными отклонениями в таком поведения, представляются мне порочными. Но в случае с пассионарностью дело обстоит иначе. Будучи отклонением от нормы, ее побочные проявления проще идентифицируются в случаях аномальных. Как соотносятся антропоэтнические предпочтения и шизоидность, как основной признак пассионария? Исследования проводились на людях, чья генетическая "чистота" была неизвестна. Но люди, чьи психические расстройства не носили наследственного характера, в своих предпочтениях соответствовали ядрам этносов, к которым они себя причисляли. Иное дело люди с эндогенными психическими заболеваниями (в т.ч. шизофренией)! Им нравились люди более далекого антропоэтнического типа! Например, светлоглазым - темноглазые и наоборот. Им нравился тип питания, нехарактерный для их этносов! Причина и следствие мне непонятна. Либо такие люди с большей легкостью вступают в межэтнические браки - и тогда их генетическая шизоидность исходна по сравнению с пассионарностью их потомков-полукровок. Или, что более вероятно, выборка людей с отклоняющимися от обыденных предпочтениями - и есть те самые полукровки-пассионарии. Один из срезов этого достаточно разномастного сообщества, в котором болезненные проявления метисации взяли верх над "чисто пассионарными".
  Связь между первичной (генетической) и вторичной (социальной) пассионарностью неотторжима. Почему я называю эту вторичную, как бы наведенную пассионарность - социальной? Именно потому что она рождается только из-за того что будущий пассионарий контактирует с другими людьми - как с отдельными личностями, так и с социумами разной размерности. В качестве примера, я могу привести пример тайного усыновления в межэтническую семью. Усыновленный будет обладать столь же расщепленным этническим сознанием, как и реальный ребенок этих родителей. А вот предпосылки для проявления пассионарности, как расщепления сознания, у этих людей будут разные. У более генетически неоднородного субъекта она вероятностно выше. Но... Генетика, как всякая статистическая наука, здесь не детерминирует человеческую судьбу. А внутри истории, как процесса стохастического в малом, выводы о конкретном человеке вообще невозможны. Во-первых, генетическая неоднородность хоть и с меньшей вероятностью, но все-таки может - наоборот! - погасить склонность к пассионарности. Во-вторых, не будем забывать о таких способствующих расщеплению сознания факторах, как экономическая и социальная обстановка. Если в данном этносе она отличается по регионам или по субгруппам - в неблагополучной комбинации внешних факторов даже генетически благополучный ребенок вероятно вырастет в неуравновешенного пассионария.
  Сила вторичной пассионарности страшна еще и тем, что самые ярые фанатики всегда вербуются из неофитов. Новое мировоззрение таких людей постоянно требует подтверждения не только вовне (для окружающих), но и вовнутрь (для самого себя). Остатки же старого острыми краями своих обломков продолжают надрезать души таких людей, и сквозь эти надрезы сочится и сочится сукровица пассионарности.
  Как запускается механизм сохранения этноса в лихую годину? Макропотрясения (войны, эпидемии, голодоморы и прочее, даже не сопровождающееся вторжениями) приводят к усиленной миграции или просто к частичному разрушению табуированной части этнического сознания в целом. Даже в матрикулярной его части. Какое там "не убий", когда враг у ворот! Какое там "не укради", когда твой ребенок умирает от голода! В этих условиях даже ядро этноса начинает генерировать вторичных пассионариев. Активизируется любая латентная предрасположенность к первичной пассионарности - ведь проявление этого "заболевания" возможно в любом возрасте конкретного индивидуума (для простоты понимания любого тезиса всегда вспоминайте о связи шизоидности и пассионарности)! Всколыхнувшиеся миграционные процессы дают всплеск и самого обычного - явного! - варианта порождения пассионарности в далеких по генотипу родителей браках. Все эти "проявившиеся" пассионарии всех сортов отправляются по своему обыкновению на вечный бой и спасают - или не спасают... - этнос.
  Проявления пассионарности слишком ярки и обычно неповторимы ("каждый сходит с ума по своему"), чтобы заниматься сравнительным анализом их в разных этносах. Куда проще исследовать противоположное состояние - как ведет себя этноса, если пассионарность в нем подавлена. Самый простой, спокойный и длительный этап этногенеза - это последняя его фаза. Превращение этноса в реликт. Постепенная изоляция. Попытки сохранить "самость". В таком этносе-интраверте генерация "пассионариев" резко снижается и этнос начинает "схлопываться", замыкаться на себя. Обычно это сопровождается уменьшением ареала распространения. Целевой функцией этноса становится в том числе - ограничение подпитки "чужими" генами и к сужению рамок в "любовном поиске". Реликтовые этносы, в стремлении сохранить свою этническую идентичность, не желают "кровосмешения" с соседями. Все социальное поведение и все табу "успешно реликтового" этноса направлены на предотвращение межэтнических браков. Сформированные в обществе взгляды и механизмы минимизации контактов с иноэтническим группами способствуют формированию в каждом индивидууме понятия о красоте, понятия о желаемом психофизиологическом типаже партнера, понятия о "брачно-значимом" поведении, которые полностью соответствуют представителям родного этноса и только им. "Не вижу их и не знаю их" превращаются в искомое "не люблю ее/его и не хочу ее/его". В умиротворенном обществе и сами "случайные" пассионарии неизбежно становятся изгоями на "брачном" рынке Homo economicus и на рынке любви, даже если они генетически и фенотипически "соответствуют". Ведь их поведение противоречит основным принципам реликтового сообщества. Конечно, в противоречие с желанием сформировать такой "брачный рефлекс" вступают сегодняшние "глобальные" механизмы распространения информации. Но тогда в дело вступает настолько же отработанная к нынешнему моменту машина ограничения свободы - государство. Примеры попыток превратить себя в "успешный реликт" таким способом мы наблюдаем на пост-советском пространстве.
  Отсутствие в реликте "генетически порожденных" пассионариев не дает появиться и вторичным "пассионариям-конформистам", потому что общество и государство осознанно сглаживает конфликты и не дает возникнуть деформациям личности, имеющим в подоснове этнически значимые проблемы. Остающиеся конфликты оказываются замкнутыми на экономику, на межличностные отношения, на сиюминутные цели, остаются индивидуальными - и не превращаются в движущую силу социума и естественно этноса. Реликт формирует этнически однородную внутреннюю среду - и остается реликтом.
  Другое дело, что генетическая предрасположенность к пассионарности в глубоких реликтах может оказаться подавленной... А вторичные подрастающие пассинарии могут не успеть повзрослеть... И после военного или экономического поражения этническая территория реликта начнет заполняться иноземцами... Наступит последняя стадия поражения этноса... Однако, даже в этом случае не все еще кончено для реликта! Появление внутри ядра этноса чуждых и новых по крови "хозяев жизни" приводит к взрыву количества межэтнических браков (или, как это ни печально, изнасилованиям) - и рождается новое поколение пассионариев. Эти люди и рождаются генетически надломленными, и воспитываются в психологически сложных условиях, и поле для деятельности в условиях потрясений для их пассионарности необъятно. Вот эта вторая волна защитников может сохранить этнос, если культурно-этическая мощь древнего прародителя достаточно велика. В этих условиях "полукровки" - хотя это и нетипично для победителей - могут пожелать унаследовать и имя, и часть внутренних табу, и прочие этнически значимые признаки именно от реликта. И выступить на его стороне! И продолжать ощущать себя тем же этносом. Как замечание отмечу, что иногда такая самоидентификация межэтнических пассионариев направлена не на непосредственного "родителя" - слабых жителей реликта - а на былинно-мифических героев его прошлого (когда реликт, еще не был реликтом).
  Итак, реликтовый этнос характеризуется "нулевой" пассионарностью и одновременно стремлением к абсолютному инбридингу и ограничению межэтнических браков. Причина и следствие как всегда диалектически неразличимы, но логическая связь "пассионарность-экзогамия" сложно оспорима.
  Попробую привести хоть один пример значимости межэтнических браков для развития пассионарности и зарождения этноса. Москва... Именно в ее окрестностях в момент зарождения новой "московитской" государственности наблюдались славяне (вятичи), меря (угро-финны) и голядь (балты). Плюс внешний возмутитель этнического самосознания - татары. А знаменитое рождение новгородского субэтноса в составе Древней Руси. Именно в Новгороде соединились славянские словене, финская чудь и имевшие значительную балтскую примесь кривичи (если последние для вас чистокровные славяне - не забывайте о существовании в Новгороде Прусского конца - а уж они-то балты несомненные). И опять постоянно действующий на государственном уровне чужеродный внешний возмущающий фактор - варяги. Вот так... А может действительно двузначного смешения для устойчивой генерации пассионарности недостаточно? Может быть три - это магическое число? Точнее 3+, как любят сейчас выражаться (с учетом татаро-варягов). Или 2+ ? Возле Киева: славяне и север, которых приписывают к тюркским племенам... В такие дебри математической этнологии меня не тянет...
  Может возникнуть впечатление, что межэтнические браки являются каким-то злом - разрушающим этнос. Или наоборот добром - развивающим его. К сожалению бессмысленно выносить оценку таким бракам. Если вернуться к заголовку этого эссе - это то же самое, что пытаться беспристрастно отнестись к любви. Или к любимому. Этносы не висят в безвоздушном пространстве. Люди не замкнуты в четырех стенах. Касания этносов - касания людей - "судьбы сплетенья".
  США с его "плавильным тиглем", перемешивавшим исходные национальные черты, являются на сегодняшний день самым успешным государственным образованием. Я бы приводил этот пример как доказательство полезности экзогамии. Но, во-первых, сама концепция в данный момент молчаливо отвергнута Америкой, как несостоявшаяся (впрочем, несостоятельной ее тоже не признали). А во-вторых... Да, это образование весьма успешно в отсутствии внутренних опасностей, но истерика, возникшая в стране после трагедии 9/11, является симптомом очень значимым. Фобии, основанные на антропологической и квазинациональной принадлежности "опасных" членов общества, могут разодрать Америку не на части, а даже на атомы в течение десятилетия. Для того, чтобы это произошло, необходим единственный фактор - экономический спад, умноженный на любое внешнее воздействие. И "враги" найдутся! А выбраны они будут, как это уже видно сегодня, исходя из якобы забытых национальных происхождений. Откуда во мне такой скепсис... Пассионарность Америки в "мужском" ее понимании неоспорима. Но где же другая составляющая успешного этноса - "матрикулярность"!!! Наоборот, приходится признать победу героического феминизма в отдельно взятой стране! Чего стоит только боязнь мужчин ухаживать за женщинами из-за опасений оказаться на судебной скамье по обвинению в сексуальном домогательстве. Попытки консерваторов вернуть Америку к семейным ценностям в этих условиях обречены на провал - для этого нужно восстановить женское в женщинах. Пока Америку спасает некоторое количество женщин-иммигрантов последних поколений, которые еще не успели стать "настоящими американками". Посмотрим, что будет дальше... Массовое рождение человека мира воззнаменует гибель тех этносов, которые породят его внутри себя. Пустота, возникшая на месте того огромного пласта культуры, связанной с осознанием национальной идентичности, сделает общности таких людей в конечном итоге неконкурентноспособными.
  А что Россия? Что растерзанный русский этнос? Все в руках наших и Божьих...
  Спорно? Конечно! Если бы я хотел писать надежное по своей доказательной базе исследование, то ... я бы писал именно его, а не эссе, в котором излишества фантазии неотделимы от продукта чистой логики, где нет четкого деления на мысли свои или где-то и когда-то услышанные (все уже было сказано кем-то и когда-то, все...).
  Любой человек - потомок тех, кто выжил... Разной ценой... И не нам рассуждать о верности или неверности их поведения. Перед нами стоят те же выборы и перед нашими детьми будут стоять те же - вот где приложение для осознания исторических уроков!
  Заканчивая терзать долготерпение читателя, приведу еще кое-что в оправдание отсутствия единой и пронизывающей мысли. Замечательный философ Станислав Лем - он, кстати, почему-то причисляется некоторыми к так называемым фантастам - говорил, что лучшие свои творения начинал, не зная, чем они закончатся. Я хотел писать о любви... Но любовь - суть всех вещей и, говоря о ней, пришлось говорить обо всем и не сказать ничего. Да пребудет с вами и нами и всеми на земле сущими - любовь!
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Грейш "Кибернет"(Антиутопия) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) К.Демина "Вдова Его Величества"(Любовное фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Тополян "Проклятый мастер "(Боевик) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"