Розовый кролик больше не веселый. Он разочаровался в этом мире. Он больше не верит ни в любовь, ни в дружбу. Почему его никто не понимает? Все думают, что он хочет много, рассчитывает на многое, а, на самом деле, нет. Неужели такие простые понятия, как любовь и дружба, недоступны окружающим. Неужели, в них обязательно нужно вкладывать пошлость? Что еще нужно сделать, чтобы просто любить? Что еще нужно сделать, чтобы просто дружить?
Темнота сгущается в большие кристаллы, которые мрачно висят в воздухе. Точно так же одновременно с темнотой и мысли кристаллизируются в черные сталактиты и сталагмиты. Вот за кристаллами темноты уже не видно ни стен, ни окон. Розовый кролик закрывает пушистыми лапками маленькие глаза-бусинки. Где-то там, в лабиринтах мыслей, бродит его никчемное, одинокое сознание, стучась то в одну дверь, то в другую и, не найдя нигде тепла, сиротливо озирается и вновь проваливается в сырую черноту ночи. Розовому кролику грустно. Его игрушечная шерсть больше не пушистая. Она свисает грязными клочьями с усталых ног, которые уносят его без разбору по лужам и по грязи в темноту. Ему все равно. Ему наплевать. Это тупик, конец, эта ночь - последнее темное пристанище недолговечного кролика.
А что, если бы дождь хлестал по лобовому стеклу так, как будто невидимая рука непрерывно опрокидывает на него ведра воды, а вокруг было бы темно, и постоянно увеличивалась бы скорость? Можно ли было бы тогда убежать от своих мыслей, смыть их с себя? Кролик бы надавил на педаль и, разорвав плотную пелену дождя, скрипя шинами по мокрому асфальту, устремился бы вперед, туда, где его ждут и понимают, туда, где ему все еще рады... Под откос и с обрыва - в черную воду...