# Истинная история

Айа Инти

http://samlib.ru/i/inti_a/

Солнце с утра так и не появилось из-за туч, да и день выдался не слишком удачным. На лекцию я опоздал, томясь в тесном, битком набитом работягами, трамвае, в вечной пробке на дороге. Позавтракать не успел и не выспался. А вчера, вечером Ленка мне заявила, мол, конец отношениям, потому что надеялась на большее, чем моя тупость и безразличие, и замуж нет смысла выходить за того, кто кроме своего эгоизма больше ни к чему серьёзно не относится. А я за это врезал ей прям по смазливой мордахе. Ну и пусть. Как там сверх-позитивные оптимисты из Гербалайфа выражаются? Типа, это не жизнь не сложилась - это день был не лучший. Вот с таким настроением я и притащился к середине первой пары.

Бродить по пустым коридорам себе дороже, в деканате не дремлют, заметут за праздное времяпровождение, не отмоешься. Потому решил, с отмороженными эмоциями и постным , трагически настроенным лицом, прорваться на лекцию, пусть уж лучше преподаватель отругает.

Но взбучки от препода так и не случилось, потому как в аудитории, вообще никого не было, ни Евгения Семёновича, ни студентов.

-А где все? - недоуменно спросил я лаборанта.

-Они ушли.

-Куда?

-Так в среду же объявляли! - Уклончиво ответил лаборант, будто я шпион из вражеской разведки, пришёл тут, вымогать чертежи бомбардировщика.

И правда, а я забыл. В среду Евгений Семёнович объявил, что нас всех пригласили на какой-то эксперимент, в какой-то очень закрытый НИИ пипеток ни пробирок , короче, не помню даже названия, тем более, как туда добраться. Лишь запомнил, что берут нас, исключительно, как серую массу статистов, для своих экспериментов и даже заставили подписать какую-то бумажку, мол согласен и всё такое. Я подмахнул не читая.

-Ну и, как туда добраться?

-Ты же опоздал, тебя туда и не пустят.

-Ага? Зачёт ты мне поставишь, что ли? Евгений Семёнович меня накажет, не тебя. Давай адрес, не жиди!

Помоему он обижен и крепко, смотрит сердито, насупился. Но адрес я вырвал у него таки, а то мнит из себя, выделывается, важности накачивает и создаёт секреты из ничего. Заодно телефон Евгения Семёновича, на всякий случай, это чтоб проблем не возникло на проходной их супер-пупер НИИ. Но всё оказалось гораздо проще, я застал всех на той же проходной, даже больше чем всех. Три курса исторического фака стояли у фасада НИИ, маялись бездельем в ожидании неизвестно чего. Я и пристроился к своей группе, даже никто не заметил, что отсутствовал. Да, был я! Был. Только Ленка и заметила, она дёрнулась нервно, с гримасской "фи" и полным пренебрежением. Даже друзьями не хочешь остаться? Ну, как скажешь, канарейка, тебя на цепи никто не держит, свободная и гордая птица. Если не любишь вот дверь. Сломай замок, порви цепи, переплыви ров с крокодилами, перепрыгни через забор с высоким напряжением, и вали!

***

Наконец, нашли время для бедных студентов, разрешили проникнуть через проходную и всё пришло в движение, народ забурлил, засуетился, двинулся неуправляемой гурьбой в здание. А на проходной, нас фильтровали по одному, вернее, всучивали по блокноту, фломастеру и визитке, жестом приглашали пройти через вертушку в зал для конференций. Что? Опять гербалайфщики учудили? Изобрели новый способ рекрутировать новобранцев в свою секту? Но отличия от сектантов всё же были - каждому, кто получил стандартный канцелярский пакет, две здоровенные, мужеподобные тётки в белых халатах влупили по инъекции в запястье из специального шприца-пистолета, прямо тут же, у вертушки проходной. Ой...

-А инъекция зачем? - спросил я парня, что был в очереди впереди меня.

-Контракт не читал, что ли?

-Контракт?

-А подписывал?

-Ну...

-Значит, согласен.

Очень долго, галдя и беспорядочно передвигаясь три курса историков-студентов разместились в зале для конференций. Я попытался протиснуться поближе к Ленке, но она как детское мыло в ванне, не ухватить, всё время не подпускала меня ближе пятого ряда, то есть, тут же соскальзывала с места и суматошно перебиралась в другой конец зала. Обиделась. Это я должен обижаться. И вообще, пошла ты к черту! На коленях ещё приползешь, а я тебе, рожу набью, вот посмотришь, мымра. Уселся, где пришлось и успокоился. Успокоился и зал. Все затихли когда на сцену вышел дядька в нелепой тюбетейке нахлобученной на кипу седых волос, с ним вышли на сцену Евгений Семёнович и ещё два профессора с параллельных предметов.

-Мы вас собрали, - сказал дядька в тюбетейке, - на очень важный эксперимент. Это революция в науке. Вы - будущие историки и вам это тоже должно быть интересно. Я даже вижу десятки, а то и сотни диссертаций по вашему профилю, нет, я даже жду этих диссертаций от вас, дорогие мои.

Во, загнул. Революция в науке, жду от вас диссертаций. Ну-ка, ну-ка, мне это интересно. Честолюбия во мне, ого-го! Надо бы Евгения Семёновича попросить быть моим научным руководителем. А может сразу подкатить к тому, в тюбетейке? Вон, величина, какая!

-Надеюсь, - продолжил он, - вы все внимательно читали контракт, где самым важным пунктом было строжайшая секретность. Вы подписали декларацию о неразглашении, того, что будет происходить в этом зале, а так же неразглашении деталей эксперимента.

Нифига-се! А я думал, чего вдруг лаборант шифруется и такой обиженный, так то, его не пригласили сюда, хотел из вредности мне тоже насолить. Вот завтра подойду к нему и скажу: "Я тут, диссертацию собрался настрочить. В ассистенты пойдёшь ко мне?" Пусть от зависти сдохнет! Ладно, будем слушать дальше.

-Коротко, о сути эксперимента. Не буду вдаваться в технические детали, эта информация не для вас, но теорию я просто обязан донести, ибо очень трудно понять суть, зачем вы все здесь. В стенах вот этого института, вашим покорным слугой, было сделано величайшее открытие двадцать первого века, а возможно и последующих столетий!

И дядьку понесло! Мало того, скромности ноль, но и такта, тоже в минус первой степени. Думает, я и остальные, кто присутствует- матёрые физики-теоретики, чтобы понять, то, что он тут сейчас выдал. Говорит о Вселенной как о компьютерной программе, что вся материя - это лишь набор ноликов и единиц в нужной комбинации. Говорит, так уверенно, будто сам архитектор этой Вселенной, и состряпал весь мир за последнюю неделю. Да, бу-у-у-де-е-е-т све-е-е-т! Ну допустим, не съехал с катушек и выдаёт истину в последней инстанции, но как понять это?

-Всё, что происходило, происходит и будет происходить связано между собой единой нитью и имя этой нити - синхронизация или проще - резонанс. Изучает эти процессы, ещё очень молодая наука, называемая эфиродинамикой, - в экстазе размахивает руками профессор, ну, понятно, он же монстр, главный дока в ней, науке, - То есть, то, что мы делаем каждую секунду текущего времени, каждый из нас, создаёт свою собственную синхронизацию возможного будущего, а то, что происходило в прошлом, соответственно синхронизировано с нами нашими предками по-мгновенно. Другими словами - в резонансе.

Короче, Склефасовский, уколы зачем нам делал? А это - оказывается, называется синхрогенез. Химическая программа, которая вскроет память генов и тогда произойдёт чудо - настроит в резонанс наши ощущения с уникальной точкой в линии истории. М-да. Чудик в тюбетейке. Я просто улыбаюсь и не верю ни одному его слову. Шарлатанов в науке нынче развелось, как тех же, гербалайфщиков. Он что-то ещё там говорил, про этот синхрогенез, что все генетические коды всех людей на планете тоже связаны между собой по принципу родитель-отпрыск. Так и коню понятно! От папы половина, от мамы половина. Мы - продолжение наших предков по всей бесконечной нитке беспорядочных связей по всей истории, ну и так далее в будущее. Но! Как оказывается, что он выяснил, наши гены - ключ ко всей информации во Вселенной, что происходило от первочеловека, и будет происходить с последним человеком на планете. Круто, да? Силён в своей шизе.

-К сожалению, мы далеки от идеального результата, чтобы проследить всю ветку истории человечества, пока мы можем исследовать историю на глубину в двести, триста лет в обе стороны. Слишком много переменных. И к сожалению, каждый человек синхронизирован лишь с одним событием, только в прошлом или только в будущем, это зависит от типа генов. Каждый исследователь может увидеть события ограниченных от минуты до суток. Глубже, к сожалению пока не удаётся продвинуться, как и не удаётся также, прогнозировать - в какую точку времени попадёт исследователь. Но и этого достаточно, чтобы понять, что происходило и будет происходить, при условии массового эксперимента, что и делаем мы сейчас с вами. Мы узнаем истинную историю Мира!

Так вот для чего мы ему! Он нам втюхал химию, эта химия вскроет наши гены и принесёт ему всю информацию об истории человечества на тарелочке. Ха! Силён дядька, если это всё правда. Я так рассудил. Евгений Семёнович этому чудаковатому дядьке поверил? Поверил. А Евгений Семёнович своей профессорской репутацией рисковать не станет. Тогда, мне сам бог велел поверить. Мне, вообще, рисковать нечем, репутацию ещё заработать нужно, чтоб потом ей рисковать.

-Сейчас вас всех погрузят в гипнотическое состояние и вы отправитесь каждый в свою точку времени. Внимательно наблюдайте, ищите все возможные подсказки о времени, которое будет вас окружать. И запоминайте всё, что с вами произойдёт. Потом, когда вернётесь то запишите в свои блокноты. Всё. Всё. Нам очень важна каждая деталь, а так же ваши выводы и знания истории.

Вот, удача-то! Сейчас на сцену выйдет факир-гипнотизёр и загрузит нас в машину времени. Ну, как я там прошвырнусь, такого натворю! И вообще, я намерен чудить. Лучше конечно, в прошлое. Закопаю кувшин с золотом и запомню место. Да что там, кувшин! Сундук! Хе-хе-хе-хеееее.... А если в будущее? М-м-м... Запомню выигрыш в лотерею и если не самому придётся, внукам передам по наследству. Мол, в таком-то году, такого числа, вы выиграете сто миллионов долларов, вот по этому номеру. Круто! Только за одно это, меня запомнят все последующие поколения, даже не надо будет напрягаться, делать что-то вечное-доброе.

Но факир-гипнотизёр на сцену не вышел. Какой-то паренёк, моложе меня, в белом халате уселся за пульт в неприметном углу сцены. А пульт-то дискотечный! Щас сбацает нам, что-нибудь из Тиесто или Ван Бёрна... И?

-Закройте глаза, пожалуйста, - сказал мальчишка в микрофон за пультом и нажал какие-то, только ему известные, кнопки. В зале погасили свет.

***

Ничего не произошло. Ни музыки ни даже таинственных звуков. Даже смешно, сидеть вот так с закрытыми глазами и ждать чуда, как в детстве верил в деда Мороза и в волшебную страну Оз. Но звук всё же был, совсем не слышный, за порогом слышимости, я его почувствовал, не сразу конечно, через несколько минут, вдруг начал вибрировать воздух вокруг меня, как далёкое землетрясение отдаёт слабыми толчками, дрожью земли. Заложило уши. Заколотилось сердце выбиваясь из своего привычного ритма, будто второе сердце где-то ниже солнечного сплетения настойчиво пробивается и заставляет смириться, что тоже имеет право биться и вовсе не в унисон с моим. Чёрт... Непривычное ощущение. Не завидую бабам... Когда носят плод, в свой положенный срок.

Я так понял из всего чего наговорил чудик- изобретатель, попаду в какого-нибудь предка или потомка в пределах развилки в двести, триста лет. Так то, его сердце и бьётся, оно же не обязано быть синхронизированным с моим? Ладно, посмотрим, что дальше будет.

А дальше - темнота. Может глаза открыть? И вдруг я понял... У меня нет глаз! А ещё, у меня нет рук, ног, тела... Ничего! Я бьюсь маленьким сердцем в абсолютной темноте, где нет ни начала ни конца, ни верха ни низа, ни холода ни жара, ни шороха... пустота. Я в Аду... Потому что церковь врёт, будто знает, что есть Ад и, что есть Рай. Я знаю, теперь... Ад - это когда ты один, на всю Вселенную и в ней больше ничего, никого нет, кроме тебя и твоих двух сердец. Это страшно, настолько страшно, что нет сил даже сопротивляться року, что накрыл тебя своим безмолвным величием спрессованным в одну точку Чёрной дыры. И страх тебя держит за глотку ватным туманом, ни вырваться, ни даже вздохнуть. Если так чувствуют все, кто умер - я бы не хотел такой смерти. А если я останусь здесь навсегда? Кто знает? Какую химию мне влили под видом синхрогенеза? Может это вовсе не программа, а мощный ЛСД наркотик? И я просто уже загнулся на столе экспериментатора? А чем ЛСД не программа? Бог мой! Если мне посчастливится вернуться в нормальный мир, сделаю всё, как Ты скажешь, всё, как захочешь. Клянусь! Только, дай мне знак...

Вдруг, темнота слегка развеялась. Не совсем, просто чуть отодвинулась, стала менее конкретной и заполнилась слабыми образами, как будто я во сне и вижу сон, бесплотный, нелогичный, с фигурками - лишь намёком на реальность , подчёркнутых слабым светлым контуром. Театр китайских теней. Они двигались, смещались и совсем не подчинялись моей воле, сами по себе, а я сторонний наблюдатель в этом театре, в мою задачу входит только смотреть. Это так всё происходит? А я то, думал, что пущусь в безумное путешествие по планете на срок отпущенный мне, начну исследовать, анализировать и влиять на всё, что происходит.

Картинки задвигались быстрее, стали более осмысленными. Какой-то мужчина протягивает даме цветы, улыбается мило и влюблён. Дама бежит ему навстречу, плавно, как летит по воздуху, тянет к нему руки, а цветы вянут и превращаются в клубок змей в руках мужика, да и мужик - не мужик вовсе, а злобный бычара с рогами-секирами. Секиры рассекают воздух острыми взмахами, вот, вот руки отрубят. Бре-е-е-ед!

Я открыл глаза, не я, а тот в ком сейчас нахожусь, потянулся рукой к выключателю и яркий свет вырвал меня из кошмара. Уф! Как же я перетрусил! Мир не исчез вовсе, а временно отсутствовал, он вернулся, яркий и насыщенный, как и должно быть. А вместе с этим вернулось самообладание и уверенность в себе. Во мне вновь проснулся исследователь. Оглядеться бы, покрутить головой. А фиг там! Голова не моя и не мне решать куда смотреть. Смотрит на часы. Стрелки на полшестого. Чудные часы какие-то... С вензелями и легкомысленными завитушками, массивные, как будто сделаны на века. Какой век? Напрягаю память. Что-то в семнадцатом веке, такое, с выкрутасами делали. Я в прошлом? Но опять же электрический свет в комнате, правда из люстры под стать часам. Ладно. Я в доме коллекционера, наверное.

Взгляд направлен на руки... Блин, какие то слишком изящные, маленькие, аристократичные или руки педика, нежные и ухоженные. Черт. Не-е-ет! Только, не в бабу! Ну, спасибо тебе, добрый старик в тюбетейке, всю жизнь мечтал ощутить себя женщиной!

Она поднялась с постели, сладко потянулась, так сладко, что и мне стало неприлично хорошо. Ну, бабушка-про, пращур мой изящный, теперь дуй к зеркалу, чтоб я убедился, что ты - не мымра какая. Ладно, смирюсь побыть женщиной, так хоть такой, чтоб не стыдно было. Но приказывать тут нечего, не в моих силах, сиди внутри и просто смотри что она делает. Прикольно. Непривычно. Хочу повернуть голову, а она двигает рукой. Как в автомобиле, где ты пассажир на первом сиденье и не тебе водить, даже подсказать нет возможности, куда ехать, потому что я не слышу ни единой её мысли, как полагаю и она мои. Чувствую запах тонких духов, вижу всё, что видит она, слышу, но глух и нем лично сам, не могу перекинуться с ней парой слов. Недоработочка профессор, недоработочка, это нужно будет указать в своём докладе, никакого комфорта, мол и средств коммуникации.

А ещё я слышу, чувствую, как бьётся второе сердце под солнечным сплетением. Неуютно от этого. Она что? Беременна? Афигеть. Попал, конкретно. Но мои ощущения и дискомфорт к проекту не относятся. Я здесь для того чтобы смотреть и запоминать, а по возможности вычислить эпоху. Будущее отпадает, однозначно. Ни одной вещицы из пластика не наблюдаю. Пока лишь установлено - не раньше семнадцатого века, да и программа не забрасывает глубже, так что, почти ничего. Ах да, электричество. Когда там, Лодыгин изобрёл лампочку? Но это ведь не обязательно должна быть Россия. Как жаль, что раньше не интересовался своей генеалогией, а так бы только по лицу своей носительницы уже бы догадался, когда это было. Она, кстати, смотрит как раз в круглое, витиеватое зеркало, со всякими пампушками и розочками, ангелочками. Кр-рас-сотка! Ух! Взяла гордость. Так им всем! Я родом из благородных джентльменов и леди, где красота ценится прежде всего. А граф или на худой конец барон, не возьмёт в жены какую-нибудь "Дуську" из за угла. Дык. Понимаю. Я вот Ленку как обхаживал почти год. Красива, потому что, как нимфа дриада. Так гены не обманешь, вон как выбирал мой пра-пра-дед. Правда, потом Лена мне осточертела, как горькая редька и я всё время старался её отослать куда подальше с глаз. Ну, не обо мне сейчас речь а о пра-прадеде. А ну-ка детка, покажи мне своего мужа?

***

Она одевается... снимает с себя ночную рубашку, в розочках из шелка... перед, всё тем же, зеркалом. Так, это в отчет не писать, особенно, как я с восторгом рассматриваю тело своей прародительницы. Юная нимфа, хоть и слегка беременная. Про-про-бабуля у меня -высший пилотаж! Одевает длинное платье . Век какой? Черт. Откуда мне знать моду эпохи, я и в нашей не слишком секу, Вот Ленка сечет, сразу бы вычислила по воротничку и шляпке с цветочком. Вот бы спросить у неё! Но не буду. Гордость - прежде всего. Обойдусь без её помощи.

Зазвонил телефон. И звонок такой резкий как у трамвая на перекрёстке. Телефон! У них уже был? Когда его изобрели? Ээээ. Историк, чёртов. А! Аппарат на стене. На нем чётко написано "Томас Эдиссон". Ну тогда всё в порядке. Конец девятнадцатого века однозначно, ну может быть начало двадцатого. Она подошла к аппарату сняла уродливую трубку и мягко сказала:

-Уи, моун шер. Же ме черелее.

Француженка! Я потомок французских графьёв. Ух, как распирает от гордости. И мужик в трубку кричит, очень недовольно, почти как ворона каркает:

-Мадам Элен! Жу вуз этонде?

А чего это он так орёт? Чем недоволен? Я по-французски - полный ноль, только и понял, что прабабку зовут мадам Элен. Хм. Почти как мою Ленку. Ага. Мою. Теперь нет, не мою. Не сожалею нисколько! Ха. Ха. Ха. Не отвлекаться.

Вот спрашивается? Как я теперь буду их понимать? И по каким критериям год вычислять? И вообще, события? Это всё равно, что приедет японец к себе, в Токио и будет рассказывать как он посетил янтарную комнату и как экскурсовод эмоционально просвещал посетителей на русском языке. Короче, как вернусь, пойду на курсы французского. Теперь, мне это очень важно. Благородный потомок я или где?

Она повесила трубку и потопала из спальни. По логике, он её вызвал на ковёр, пропесочить за какую-то провинность. Ну, по интонации, и вообще.

Она идёт по длинющим коридорам и залам, а я лихорадочно рассматриваю всё, на что падал её безразличный взгляд. Ну надо же! Как мои предки жили! А что если вычислить их по-фамильно, а потом покопаться в архивах, найти всё как есть, а потом взять и предъявить права на владения? Ты глянь, какой дом шикарный! Почему я - законный наследник, до сих пор не владею этим? Где это всё? Куда делось? Ы?

Так. Об этом после подумать. Куда она идёт? Понятно, позвал - идёт. А вдруг к нему в спальню? Я не согласен! Я не готов мужикам отдаваться... Не дай Бог! А-а-а-а! Может есть какая кнопочка, чтобы досрочно вернуться? По аварийному случаю, так сказать? Нет никакой кнопочки, вернусь как положено , когда закончится программа. Эй, милая прабабушка! Не давай ему сегодня, ладно? Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Мало что я в тебе, беременной сейчас нахожусь, почти смирился, но такого позора не вынесу. Боже мой, как отчёт потом писать и делать на этом диссертацию?

Но моя паранойя оказалась напрасной, он её вызвал по другому поводу. Лишь она вошла в библиотеку к нему, как он вскочил из-за письменного стола и... гневно взмахнул свое лапищей, врезал ей такую пощёчину, что моя голова дёрнулась, пронзило дикой болью щеку и обидой, что я заплакал. Нет, это она заплакала, навзрыд, взахлёб как маленькая девочка... Так стало обидно за себя и жалко её. Бабуля! Чего ты терпишь? Да врежь ему со всего маха по яйцам с носка, чтобы вообще забыл в будущем, как делать детей! Он хоть и родня мне, но нельзя же так? Он же граф, а графья все воспитаны и учтивы. Кодекс джентльмена, и всё такое. Или это только в книжках врут? И он заговорил как учитель, менторским тоном, всё тем же дребезжащим голосом:

-Мадам Елена! Вы понимаете, что разоряете меня?

Упс... Я знаю по-французски? Пожалуй, нет. Это он на чистом русском языке задвинул. А по телефону как француз шпарил - выделывался, наверное. Девчонка рыдает, слёзы потоками застилают глаза, плюс она ладонями закрывает лицо. А мне не видно, не могу рассмотреть негодяйского предка. Ух, какой беспощадный! Не француз вовсе, ещё и старпёр к тому же, девочка ему в дочки годится.

-Ваша благотворительность, нынче не уместна! - продолжил он, - сейчас, когда начинается война, голодранцев ещё прибавится. А эта наглая чернь требует всё больше и больше! И что? Мне их теперь всех кормить? На мою пенсию штабс-капитана?

У-у-у... Разочаровал, просто, зверски, остатки уважения развеял в прах. Никакой он не граф и не богат, простой штабс, даже не капитан, влачит жалкое существование на свою пенсию. И вот теперь жена его разоряет своей благотворительностью. Ну и где твои мозги были когда женился на малолетке? А? Но главное я узнал. Это четырнадцатый год двадцатого века. И события происходят не раньше лета, что и тэ-дэ. Какой я! Диссертейшен в кармане!

Пойдем, моя славная прародительница отсюда, и вообще, брось ты этого урода. В тебе уже зреет плод, мой прадедушка или прабабушка, а это - самое важное. Зачем тебе нищий и такой злой штабс-капитан? Его скоро на войну призовут и если не убьют немцы, то наверняка красные расстреляют. За характер - стоит, однозначно . Да ему, вообще застрелиться надо, как того требует честь русского офицера, за то, что тебя так обидел. Короче, разошелся я. Всё равно она меня не слышит, сквозь всхлипы проговорила:

-Милостивый государь мой, Ваше сиятельство.... Больше никогда не повторится. Клянусь Вам. - учтиво сделала реверанс и пошла на выход из библиотеки.

Стой, постой же ты! Имя, назови его имя! Всё таки граф или даже князь, только обедневший, что считает копейки, пожадничал на женины капризы. Но, нет, она ушла плачущая, но гордая, не сломленная. Тихо вошла в свою спальню, со вздохом взяла книгу в легкомысленно оформленном переплетёте... Вензелёчки, бантики.... Смотрю заглавие. Ого, Карамзина читает! Ну, мода, чего там мелочиться. Открывает на закладке. "Бедная Лиза".

Я не буду вместе с ней читать, позже прочту обязательно, когда вернусь. Чувствую, мне уже пора, потому что мир вокруг стал менее чётким, наплывает туманом и меркнет, мерцает затухающими всполохами. А мне, так много ей хочется сказать, Но не успею, и она всё равно не услышит. Но я скажу. Себе. Клянусь - я найду тебя, найду всех, кому обязан жизнью в этой череде неслучайных, уникальных связей, в результате которой - мне посчастливилось быть.

***

Я вернулся на то же самое место, в центре зрительного зала, будто никуда и не исчезал. Тот же мальчик за дискотечным пультом, в белом халате, объявил брэйк-кофе, перерыв. После перерыва все вернутся на свои места, написать сочинение на тему: как я побывал в своём предке или потомке. Толпа студентов ринулась в холл, за халявной порцией кофе с сэндвичем. Кроме меня и Ленки. Она сидела в первом ряду, притихшая. Она ждёт. Она ждёт меня...

Подхожу к ней, присаживаюсь рядом.

-Лен... ты прости меня за вчерашнее. Ладно?

-Я прощаю, но не забуду.

-Если подобное повторится... я отрублю себе палец. Вот этот, - выпячиваю мизинец на левой руке.

Она улыбнулась.

-Верю. Там, в будущем, у тебя нет этого мизинца.

-Откуда ты знаешь?

-Знаю. Я видела. Я была в твоём сыне, там, где нам по семьдесят лет. - Сказала и с нежностью погладила свой живот.