Сыров Всеволод Сергеевич: другие произведения.

Зверинец

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что ж, моя первая повесть. Жанр - боевая фантастика. Ужасные чудовища, сверхсекретные элексиры, закрытое вооружение и враги, которые кажутся неуязвимыми. Неизвестный, скрытый мир вокруг нас...

  Глава 1. Реанимация
  
  Обрыв. Пропасть без начала и конца. Воздушное пространство не ограниченное ни сверху, ни снизу,
  просто полая труба, на краю которой я стоял, смотря на бесконечно черный воздух внутри, боясь
  упасть, боясь умереть. Балансируя на грани уже минуты с полторы, я постепенно стал замечать, что
  ноги устают, что мне все труднее не сорваться вниз. Сзади была пустота. Неосязаемая, но
  бесконечная полудымка, охватывающая молочной пеленой детали рельефа и все остальное, словно в
  плохо протестированной, сырой компьютерной игре, когда из всего окружения остается только главный
  герой и монотонное кремовое безразличие к нему со стороны неотрендеренной территории. "И что же
  это такое? Что за игра такая, или программа, что вот так просто заставляет зависать простого
  смертного человека над каким-то цилиндром, не зная, зачем и для чего?". Я думал, мыслил вслух,
  понимая, что кричу, и меня никто не слышит, но все равно продолжал. Громче, громче. А потом
  сорвался. Не удержал руки, и одна из них сильно накренила все туловище вправо. Страшно кольнуло
  сердце, под ложечкой засосало, я бухнулся в черный воздух, и растворился в свободном падении.
  "И долго мне еще интересно падать" - думал я, проснувшись в четвертый раз и не увидев ничего,
  кроме темноты. Паршивое, должен я вам сообщить, чувство, когда с открытыми и закрытыми глазами
  видишь перед собой совершенно одинаковую картину. В первые 2 минуты я почти не думал. Было просто
  страшно и я ждал, когда же наконец закончится это падение. Спустя минут десять я понял, что падаю уже
  слишком долго и моя скорость, должно быть, приближается к звуковой. Еще через час пришла злоба,
  захотелось, чтобы все наконец-то закончилось. Но ничего не кончалось. Я все летел и летел, летел
  и летел вниз, иногда засыпал. Счет времени терялся, я был наедине с пустотой. Со всех сторон
  смыкалась тьма, и было даже неудивительно, что я уже не вижу света с края трубы, на котором я
  некогда стоял...
  "Глупо. Очень глупо, если это чей-нибудь очередной тупой развод вроде тех, что показывают по MTV. Найду - убью гада и меня даже в тюрьму не посадят, потому что я буду прав". А падать все равно не хотелось. Страшно было, что в конце концов я встречусь с эдаким подобием дна из асфальтобетона, и дворник утром будет сетовать на то, что эти долбанные подростки опять нарисовали граффити на асфальте - до такой степени меня сплющит, ибо, как я думал, скорость я набрал уже не маленькую. Интересно, а кто-нибудь меня уже спохватился. Макс, Сережа, может Иван Денисович?
  - Ау! - прокричал я, пытаясь услышать отражающееся от стен эхо, но крик словно сошел на нет, захлебнулся в черноте, никуда не долетел.
  "Нда. Наверное, так и должно быть. Наверное"
  - Скипетр! База вызывает Скипетр! Прием! Скипетр, вы меня слышите?! Скипетр, ответьте! - звук совсем неподалеку! Кто?! Что?!
  Металлический мужской голос, должно быть из-за искажения высокочастотными ретрансляторами, что установлены на крыше нашей базы. Но как? И где в таком случае телефон с красной кнопочкой, которую наши умельцы специально приделали, чтобы знать, когда звонит шеф?
  - Скипетр! Мы потеряли контакт с Альманахом! Мы потеряли контакт с Альманахом! Скипетр, ответьте! Прием!
  "Как потеряли контакт, как потеряли!"
  - База! База! Это Скипетр! База! База! Это Скипетр! Что там у вас происходит! - крикнул я так громко, как только смог - База!
  
  Моя комната ворвалась в реальность так же быстро, как уплыла восемь часов назад.
  - Скипетр! Скипетр! Ответьте! - по телевизору чернокожий офицер армии США безудержно орал в микрофон одни и те же слова, не подозревая, что все его товарищи уже давно мертвы.
  Лицо горело, жутко хотелось пить - температура под 39 давала о себе знать. Очередной бессмысленный сон, перемешанный с образами из реальности - только и всего. "Быть может Колдрекс? Кончился. Жаль. Тогда парацетамол" - я начал вылезать из постели.
  Ванная. Обычная ванная, каких тысячи разбросаны по городу. Просто она моя. Вот и все. Шкафчик с медикаментами открылся нехотя, туго - как всегда клинило заржавевшую от времени щеколду. "Интересно, в 30 лет нормально не иметь щетины по утрам?" - почему-то подумалось мне, когда я мельком взглянул на абсолютно чистое лицо подростка, отражавшееся в зеркале. "Какого нафиг подростка!" - я дернулся обратно, но не обнаружил ничего необычного. Привычная небритая физиономия смотрела на меня добродушными карими глазами. "Вот так и начинаются все мистические триллеры" - бутылек с таблетками открылся легко. Закинув две белые пилюли в рот, я запил водой из-под крана. "Какая-то безвкусная". Так и было, никакого запаха хлорки, никакого привкуса ржавчины. Сомнения закрадывались в голову, почему-то разболелось левое плечо.
  - Игорь! Игорь! Ты с нами?!
  Я резко обернулся. Иван Денисович стоял в белом докторском халате прямо напротив входа в мою ванную и твердил каменным голосом:
  - Игорь! Игорь! Ты с нами?!
  - Конечно, я с вами! - ответил я то ли от обиды, на то, что он издевается, то ли от страха.
  Иван Денисович начал приближаться. В тусклом свете лампы под потолком я неожиданно увидел, что правая сторона его лица вся испещрена язвами. Инстинктивно отшатнувшись я выпалил в похолодевший воздух:
  - Что с вами случилось! Почему вы здесь!?
  - Совсем спятил, собака! А ну ка вернись! Вернись! - был его ответ.
  И в следующую секунду он со всей силы саданул меня по щеке.
  
  * * *
  
  Это был самый яркий свет, что я только видел в своей жизни. Лившийся потоками, сотнями струй входивший в мои глаза. Меня слепило. Зрачки сужались до размеров точки, но сомкнуть век я почему-то не мог, словно их держали.
  - Вырубите свет! Он же ослепнет! - закричал вдруг слева от меня знакомый голос.
  - Макс - попытался сказать я, но грудь словно сдавило и горло резало бритвами.
  - Не говори, идиот! - Иван Денисович тоже был здесь.
  Только сейчас я почувствовал, что плечо болит очень сильно, и еще нога. Правая, кажется. Я ее не чувствовал. Свет мерк. Медленно убавлялась яркость. Я стал что-то различать. Какие-то расплывчатые силуэты маячили сверху. Я понял, что что-то случилось.
  - Дыхание восстановлено, но пульс слабый. Он еще не с нами. Он по-прежнему не с нами! - голос ординатора Жени заглушил пронзительный писк. Пиииииииииии - Пульса нет! - последнее, что я помню из его слов.
  * * *
  
  Горы - я всегда считал их красивыми. Многие со мной не соглашались, говорили, что это бред, что в горах слишком много опасностей. Мда...Они просто не видели гор, не дышали их воздухом, не ощущали себя на вершине, когда вокруг великолепный пейзаж, и ты возвышаешься над ним на несколько сотен метров. Они просто не видели гор.
  Хотя я был не на вершине. Я был у подножия - на вытоптанной туристами площадке с коричневой землей, и черными вулканическими камнями. "Гора обреченных" - так местные жители окрестили этот вулкан. "Гора обреченных". Говорят, что в стародавние времена на вершине горы жило племя людоедов, которые часто спускались вниз и забирали с собой по одному жителю от каждой деревни, которые были не в состоянии противостоять их ужасающей силе. По тропе наверх они вели их три дня и три ночи без остановки, а потом...впрочем, и так понятно. Костерок, кстати, говорят, был виден аж с побережья. Хорошо, что сейчас это племя истреблено. По крайней мере, так мне сообщил гид в местной гостинице во время моего прошлого визита.
  Да, это был мой второй визит сюда. В первый раз я приехал по поручению шефа, чтобы найти какую-то статуэтку, но ничего не нашел. И вот я вновь здесь. Для чего же?
  - Мистер Коригов, это вы? - окликнул меня женский голос.
  Я обернулся. "Аня?".
  - Аня? - Повторил я вслух, ошарашенный встречей.
  - А вы думали, что Иван Денисович навсегда оставит меня в пыльных кабинетах второго этажа?
  Я медлил с ответом. Как похорошела то. Стать, формы - все при ней, а как бегала то раньше шустрячком, в пятнадцать то лет, когда ее только взяли в мою группу. Поразительная встреча, но почему она здесь?
  - Почему ты здесь? - спросил я, проигнорировав ее вопрос.
  Она взглянула удивленно. Затем сняла с нешироких плеч небольшой коричневый рюкзак, начала рыться в нем.
  - Аня? - переспросил я, не понимая, что происходит.
  Она молчала, только рылась в рюкзаке, все глубже засовывая туда руку. Вот уже рука вошла в 30-ти сантиметровый рюкзак по самое плечо.
  - Аня?! - закричал я, пытаясь привлечь ее внимание.
  Безуспешно.
  - О! Ну наконец-то! - произнесла она с радостью и вытащила руку - Узнаешь?
  Это была статуэтка. Та самая, которую меня просил найти Иван Денисович во время моей первой командировки сюда. Ничего себе так - обычная вещица из лавки старьевщика - какой-то мужик с глиняным сосудом на голове - подумаешь. И ради чего к ней такой интерес?
  - Держи! - Аня протянула мне статуэтку.
  Я взял.
  - Зачем? - спросил я, подкидывая артефакт в воздухе.
  Аня помрачнела, глаза наполнились печалью.
  - Потому что мы с тобой больше не увидимся, Игорь.
  Я ничего не понял, но через секунду за Аней вырос огромный чернокожий человек с костью в носу. "Какого..."
  - Ай!
  Аня вскрикнула и осела. Здоровенная дубина туземца обагрилась кровью невинного человека. Мне не хватило слов, чтобы сказать что-то, я выхватил пистолет - родную Беретту 9-го калибра и начал стрелять. "Сдохни, скот! Сдохни!" - а он все шел на меня, принимая своим огромным телом пули со стальным сердечником. "Сдохни!"
  - Игорь, Сволочь, не умирай! Слышишь! Не смей умирать! - кричал он мне в ответ.
  Но я его не слышал. Я стрелял. Стрелял из пистолета с бесконечными патронами.
  - Игорь!
  * * *
  
  - Есть пульс! Есть пульс!
  - В реанимацию его, срочно! - закричал Иван Денисович.
  - Может не дожить! - возражал ему Женя.
   Дальше я слышал лишь глухой удар и то, как Женя кричал от боли.
  - Кто-нибудь еще хочет со мной поспорить?! Еще кто-то хочет?!
  Да, Иван Денисович был страшен в гневе.
  - В реанимацию. Живо!
  Меня покатили. Двери и лампы дневного света. На потоке как будто на полу. Я все видел лишь урывками, клочками. Не знаю, сколько прошло времени. Не знаю, в какую палату меня привезли. Помню лишь одно - мое сознание постоянно повторяло: "Аню убили. Аню убили. Иван Денисович, Аню убили!".
  
  * * *
  
  "Я не вижу ничего
  В бездне темно-синих глаз.
  Я не вижу ничего.
  Пустота - она для нас.
  Развевает на ветру
  Наши флаги как тряпьё.
  Ты не бойся - я пойму.
  Есть любовь и нет её"
  
  - Просыпайся. Соня. Просыпайся.
  Нехотя ворочаюсь. Сладко, тепло. Одеяло? Нет. Тело. Женское тело.
  - Просыпайся. Соня. Просыпайся.
  Шепот мне на ушко. Так приятно. "Иринка. Моя дорогая Иринка. Я ж тебя так люблю, дорогой мой человечек! Если б ты только знала!"
  - Просыпайся. Соня. Просыпайся.
  "Иринка. Дорогая моя, зачем же повторять снова и снова? Снова и снова? Опять что-то выдумала? Проказница эдакая. Ладно, вот я тебе щас."
  Глаза открыл - пустая постель и темно еще совсем - заря только-только занимается, тучи выстроились как по команде генерала в одну шеренгу и движутся на запад, испугавшись восходящего солнца. "Только сон. Только сон". Поежился. Совсем обнаглели эти коммунальщики - платишь фиг знает сколько за ЖКХ, а они не могут отопление во время включить. Гнать поганой метлой - вот мой диагноз и лечение в одном флаконе.
  - Просыпайся. Соня. Просыпайся.
  Я с досадой саданул по будильнику кулаком. Конечно, он ни в чем не виноват. Я виноват. Только я. Иринка ушла из-за того, что я с этой долбанной работой, совсем о ней забыл. Дурак. Дурак. Третий уровень допуска! Смотри, дорогая, у меня третий уровень допуска. Теперь мы сможем плазменную панель купить вместо жидкокристаллической! Придурок. "Ты меня прости, прости пожалуйста. Я виноват. Я виноват! Ну пожалуйста, прости!" - я стоял перед ее окном на коленях. Я умолял ее простить меня, предлагал бросить свою работу. Отказалась. Сказала, что больше не любит. И кого обманывала? Все равно в подушку всю ночь проплакала - я же видел. Я же стоял. Всю ночь на коленях стоял. Любил.
  
  "Дружбу, нашу и вражду,
  Унесет во тьму веков.
  Пустота, я не уйду.
  Я к тебе давно готов.
  Дай мне ключ от тех дверей,
  Что скрывают Абсолют.
  Пустота среди теней
  Люди верят, Люди ждут"
  
  * * *
  
  - Игорь. Игорь. Проснись, Игорь, - нежный и дружелюбный голос, мягкие заботливые руки.
  "Ну а по лицу то зачем?! Ай, больно!". Грубые большие руки - Иван Денисович не иначе.
  - Просыпайся, Игорь! - громогласно, но не строго обратился он ко мне.
  Я открыл глаза. Что ж, я видел потолки и получше, но этот тоже ничего - слегка синеватый, крашеный водоэмульсионкой, однородный с огромной трехмерной рожей Ивана Денисовича прямо по курсу.
  - Как ты? - спросил он мягко, почти по-отечески.
  "Как я? А не знаю я. Вроде нормально, только холодно как-то". Я внезапно понял, что лежу совершенно голый на жесткой кушетке, застеленной простой хлопчатобумажной простыней, которая как-то не очень согревала.
  - Ваня, отойди от него - Все-таки Алла обладала потрясающим голосом - бархатным, нежным, что для женщины ее возраста и комплекции выглядело несколько рассогласовано.
  Иван Денисович бросил на нее укоряющий взгляд. Назвать его при подчиненных по имени - наверное, это страшное преступление, но Алле точно не попадет. Любит он ее, вот и все. Жена она ему и этим все сказано.
  - Игорь, лежи спокойно, не дергайся. Мы сейчас - произнесла она, склонившись.
  "Нет проблем. Не буду двигаться! Так точно!". Шутки шутками, а стоило ли мне послушать этого совета, ведь не так давно я абсолютно не чувствовал правой ноги. Ужаснувшись от такой мысли, я сразу же собрался подтвердить или опровергнуть свои опасения, для чего зашевелил пальцами - сначала левой ноги затем...правой.
  "Фух. Вот они пальчики, все на месте! А то я уж думал все - конец моей оперативной работе - оттяпали мои пальчики вместе с ногой выше колена. Они это могут. Изверги!" - конечно же, я врал. Не могли они мне отрезать ногу просто так. Никогда бы не отрезали. Люди здесь хорошие работали, особенно Алла - добрая, отзывчивая женщина и хирург первоклассный, должен сказать.
  - Игорь. Ты меня слышишь? - надо мной опять склонилась голова Ивана Денисовича.
   Я моргнул.
  - Хорошо. Слушай внимательно. Сейчас ты должен глубоко вдохнуть через нос, а когда я скажу, резко выдохнуть ртом. Ты понял? - в его устах это звучало скорее как утверждение, нежели вопрос, и я еще раз моргнул - На счет три. Раз. Два. Три.
  Боль была настолько сильной, что я заорал словно меня резали. Наверное, все отделение слышало, может даже вся наша База. Я кричал. Кричал и кричал и кричал и кричал, ничего не слыша, кроме своего крика. Простое "Аааа". А потом с дикой силой начал кашлять.
  - Плюй! Плюй! - кричал Иван Денисович.
  Я плевал - на пол, на выложенный голубой орнаментовой плиткой пол, вымытый совсем еще недавно. Я плевал. И с каждым новым плевком боль в груди усиливалась, становилась резче. Я кричал. Кричал и плевал на плиточный пол операционной. Они смотрели на меня. Оба. С сочувствием. Я впервые видел, как Иван Денисович смотрит на кого-то с сочувствием. Алла плакала. А я кричал и плевал... и хотел умереть - дико хотел, потому что все внутри меня сжигало огнем, рвалось, умирало, металось из стороны в сторону. Я не знаю, каково в аду, но я думаю, что мне было немногим легче.
  - Ты сволочь! Прекрати! Прекрати! - я неожиданно закричал. Закричал на Ивана Денисовича и заглотнул ртом воздух - пока еще тяжело, хрипло, словно трахею сдавили внутренними стяжками, а потом свободнее еще и еще раз.
  - Прекрати. Прекрати, - уже машинально, совсем без злобы повторял я, вновь глядя в потолок. Боль уходила. С каждой секундой мне становилось легче. Я вновь дышал - сам, без помощи бездушного аппарата для перегонки воздуха. Сам. Сам...
  
  * * *
  
  - Какой этаж то хоть? - спросил я раздраженно, выбрасывая сигарету.
  - Да девятый, девятый. Не мельтеши ты. Тихо! - Макс пригнулся, попытавшись спрятать свою рослую фигуру под небольшим кирпичным возвышением.
  - Идет? - шептал я из укрытия.
  - Нет. А, подожди - он насторожился - есть. Есть. Клюнул, гадина, на живца-то. Схавал и не подавился, вражина.
  - За ним! - скомандовал я, и мы оба выскочили из-за полуразрушенный стены какого-то детского аттракциона.
  Дом был весьма ветхий - старый кирпич, осевшее основание, трещины по стенам - полный набор. Оставалось только надеяться, что он не рухнет в то время, когда мы будем там находится, иначе нашей конторе придется раскошелится на похороны, а этого бюрократы не любят.
  Пистолет был в руках. Короткими перебежками мы добрались до подъездной двери.
  - Взорвем? - с усмешкой предложил Макс.
  - Есть более гуманные способы - парировал я и потянул ручку на себя.
  Темнота поглотила нас. Я ничего не видел кроме части перил и света где-то наверху - этаже на седьмом.
  - Я первый, ты за мной! - приказал я и рванул.
  - Игорь, стой! - крикнули мне в след, но было поздно.
  Разрезавши густую тьму своим силуэтом, навстречу мне выскочил крепкий коренастый мужчина. Первый же удар сбил меня с ног.
  - Огонь на поражение - скомандовал Макс и в ту же секунду град пуль прошил тело моего обидчика.
  Он завалился на бок, рухнул.
  - Спасибо, Макс, - прошептал я, пытаясь привстать.
  - Сочтемся - легко ответил он, а затем озабоченно - Статуэтка.
  - Здесь - я держал в руках артефакт. Тот самый, за которым зря съездил на остров с вулканом.
  - Зачем он нужен, Игорь? - спросил Серёга, выделившись из группы черных масок, следовавших за нами по пятам.
  Я смотрел на него твердо, но у меня не было ответа.
  - Наше дело доставать, а не спрашивать. Я не знаю, для чего он служит.
  Почему-то от этих слов мне стало паршиво. Но другого ответа у меня не было и пришлось стерпеть эту несправедливость. Мы рисковали жизнью. Не зная за что, не зная зачем.
  
  * * *
  
  "Глаза открывать не больно. Нет. Совсем не больно. Больно закрывать глаза - другим. Тем, кого ты когда-то любил" - с этой фразой я проснулся. Комната была небольшой - одноместная палата со всеми удобствами: VIP комната, как мы с Максом их называли, когда проходили обследование. Каждые пол года. Никто не должен работать на Базе, если не пройдет обследование. Кто это придумал? Иван Денисович? Шеф? Хотя в последнее время я все охотнее верю Сергею, который утверждает, что Иван Денисович и шеф - это один и тот же человек.
  Все тело болело. Сильно - особенно нога и левое плечо. Голова вроде шевелилась и я неприменул воспользоваться возможностью осмотреться. Стандартная такая палата - ничего особенного. Кровать-кушетка с изменяющимся углом наклона спинки, на которой, кстати, я и лежал; импортный телевизор, тумбочка, стол с двумя стульями, ваза с композицией из опавших листьев. "Ничего так - эстетично".
  Пришло время подняться. Я попробовал пошевелить конечностями - получилось. Никаких проводов я на теле не обнаружил, поэтому решил немного приподняться на руках, чтобы получше все разглядеть. Не то, чтобы это совсем не получилось, просто боль в плече заставила меня упасть. Тогда я принялся двигать ногами - сначала горизонтально, потом вертикально. Все работало. Можно было вздохнуть с облегчением. Я было собирался это сделать, но ручка в комнату начала поворачиваться и мне почему-то было достоверно известно, кто войдет в эту дверь.
  - Привет, Игорь - Иван Денисович выглядел озабочено.
  - Здравствуйте - процедил я, и опустил глаза - вспомнил то, как его сволочил.
  - Все нормально, Игорь. Все нормально - он похлопал меня по плечу.
  Я перестал волноваться.
  - Что случилось? - в ответе я был крайне заинтересован.
  Иван Денисович опустил глаза.
  - Всему свое время, Игорь. Тебе нужно спать.
  "Что! Нет, я не хочу спать!". Но сказать я ничего не успел - в руках у Ивана Денисовича мелькнул черный брелок с крупной кнопкой. Через мгновенье я почувствовал невыносимую тяжесть в голове и к своему удивлению моментально вырубился.
  
  Проснулся. Первая хорошая новость за этот день. Хотя тогда я никак не смог определить день сейчас на дворе или все-таки ночь - окон нигде не было, только две большие лампы на потолке и картина - типа красивый пейзаж летним солнечным утром. Привстать удалось почти сразу. "Плечо!" - подумал было я и приготовился вновь упасть, но с удивлением обнаружил, что оно совсем не болит. Даже как-то обидно сделалось, что я проспал все свое выздоровление. Но сокрушался я не долго. Проверил подвижность ног - вроде двигаются, попробовал сесть - как ни в чем не бывало. "Может и стоять уже могу?".
  - Может и можешь - я резко обернулся. Возле душевой кабины стоял Иван Денисович.
  Встреча меня насторожила, но он видно уловил это и поспешил меня успокоить.
  - Да ты не волнуйся. Просто вышел руки помыть. Я с тобой сидел - вон мой стул - он ткнул пальцем на стоящую рядом табуретку.
  - Да я и не волнуюсь - ответил я так вполне сдержанно, как мне тогда показалось, а он почему-то засмеялся.
  - Что?! - прикрикнул я, не понимая, почему он смеется.
  - Извини, извини, Игорь. Просто наблюдать за человеком антизотропической маской на лице порой весьма забавно.
  - Чего?! - еще больше распалился я.
  Иван Денисович захохотал еще больше. А потом, сдерживаясь, начал подходить.
  - Да ничего, Игорь, ничего. Я просто рад, что ты с нами.
  "С нами? Где-то я это уже слышал".
  - Может и слышал. Я кричал эти слова, когда у тебя пропадал пульс.
  Меня стопорило. "Вы умеете читать мысли?!". Он вновь рассмеялся.
  - Да, умею. И поверь мне, это не так сложно - в его руке показался черный брелок - точно такой же каким меня вырубили энное время назад.
  "Нет!". В то же мгновенье с лица словно содрали маску.
  - Больно же! - вскрикнул я, держась за горевшее жаром лицо.
  - Ничего, скоро пройдет - отозвался Иван Денисович, подбирая что-то с моей постели.
  Я хотел посмотреть, что он делает, но веки словно каменные не хотели открывать глаза. "Да что же тут происходит! Объясниться извольте!" - "Зря сказал" - подумал я, ожидая услышать от Ивана Денисовича ответа на свои слова.
  - Ну вот и все. Можешь открывать глаза - скомандовал он мне, чего я признаться не ожидал.
  Я внезапно понял, что мне ничего не мешает и тут же воспользовался возможность. В поднесенном зеркале я ничего особенного не увидел - лицо было моим, я это точно помнил.
  - Я тут подумал, что тебе кое-что надо узнать - начал Иван Денисович без прежнего шутовства, вновь предупреждая мои вопросы.
  Он протянул руку, помогая мне подняться. Ну и видок! Одет как какая-нибудь домохозяйка перед сном - безразмерная пижама в цветочек и теплые тапочки - смех да и только!
  - Ничего другого не нашлось? - спросил я, презрительно окидывая взглядом свой "костюм".
  - Извини, прикиды супергероев кончились. Пришлось брать то, что осталось - ответил он с сарказмом.
  "Ага. Типа смешно"
  - Иван Денисович, вы говорили, что мне надо что-то увидеть? - не скажу, что взгляд мой выглядел озабоченным или заинтересованным, скорее просто бессмысленным.
  - Пойдем - произнес он, указывая на дверь палаты.
  "Как странно. Почему мне опять кажется, что я оказался в какой-то заднице?".
  
  Глава 2. Тьма и огонь.
  
  - Вот, возьми это! - довольно резко приказал Иван Денисович, протягивая мне небольшой приборчик, чем-то напоминавший затычки в нос, соединенные небольшой пластиковой перегородкой.
  - Зачем это? - не удержался я от вопроса.
  Он скосил на меня свой пронзительный взгляд.
  - Во внешнем кольце холодно. Это поможет согреться.
  "Во внешнем кольце?!". Дверь палаты распахнулось и обжигающий ветер ударил мне в лицо и грудь. Сначала я подумал, что это пекло, но потом понял - нет, просто здесь до того холодно, что кажется, что безумно тепло.
  - Надевай! - голос Ивана Денисовича вывел меня из задумчивости, я наугад ткнул затычками и попал прямо в ноздри.
  В одночасье стало невероятно тепло. Словно внутри меня зажгли ядерный реактор или что-то в этом духе. Радость охватила меня, захотелось прыгать, летать. "А я умею?"
  - Не тупи! - знакомый голос вновь оборвал мои мысли - запаса Биомальтов хватит минут на пять, потом сдохнешь!
  "Ну Нифига себе заявы пошли!"
  - Выдвигаемся! - Иван Денисович махнул рукой в сторону распахнутой настежь двери.
  Только сейчас я понял, что стою в длинном абсолютно темном коридоре, заканчивающимся двумя выходами - явно не медицинский корпус, где все было разбито на отделения в форме квадратных клеток.
  - Саша, сзади! - крикнул кто-то.
  - Наступают! Уводите его, мы прикроем!
  Я обернулся. За моей спиной было несколько солдат в черных масках.
  - Огонь на поражение! - скомандовал один из них и я услышал глухие шлепки.
  - Игорь! Сюда! - Иван Денисович схватил меня за руку - Бежим! Бежим! Скорее!
  Мы бежали к выходу - к полукруглым раскрытым дверям, удаляясь от звуков перестрелки. Все дальше и дальше. Все дальше и дальше. Поминутно я оборачивался назад, пытался определить, идет ли за нами погоня, но безуспешно, а когда переводил взгляд на дверь, то искренне не понимал, почему же она все еще так далеко.
  - Стоп! Давай сюда! - закричал Иван Денисович и начал рыться в ключах.
  Через секунду он словно открыл пустоту - пространство перед нами, отодвинув его в сторону - легко и просто, словно какую-то дверь на роликах.
  - Спускайся! Да осторожней ты! Здесь ступеньки!
  Я с тревогой оглянулся назад.
  - Забудь про них. Они уже не жильцы. Их не спасти. Спускайся, иначе присоединишься к ним!
  Страх охватил меня. Страх неизвестности.
  - Ауууу! - завыли вдалеке!
  - Они вернулись! Ну же! Да фигли ты стоишь!
  Меня с силой толкнули в проем и я кубарем покатился вниз, пересчитывая многочисленные острые ступени.
  - Сволочи, за что?! - попытался крикнуть я.
  - Молчи, идиот! Молчи! - доносилось из темноты.
  У меня было много вопросов. И все они превратились в мат, когда я уперся спиной в стену.
  - Ауууу! Ау-Ауууу! - глухо, словно из-за препятствия.
  Возня невдалеке продолжалась довольно долго, а потом я опять услышал "Аууу!" и все. Мертвая тишина поглотила звуки вокруг. Я совсем поплохело. От страха сковало мышцы и хотелось блевать, но я пока что держался.
  - Дурак, ты нас чуть не убил - шептал мне грубый тембр.
  - Извините. Я же не знал? И вообще, какого фига? Что здесь происходит, в конце концов?! - не удержался я от простого вопроса.
  Дальнейшее помню смутно. Помню вздох и боль в затылке. Палату тоже помню. Она появилась неожиданно, когда обморок от удара выплюнул меня из своих объятий прямо в нашу повседневную реальность.
  В затылке трещало, а точнее ныло и стреляло, но мне было вообщем то наплевать - не сильно я вдавался тогда в терминологию - просто хотелось, чтобы эта боль прошла, но надежды на это почти не оставалось. Приятный сюрприз ждал меня на стоявшей рядом тумбе. Две таблетки и стакан с водой, а под ним записка корявым почерком. Не глядя я кинул таблетки в рот, запил, за записку принялся позже. "Извини, что пришлось тебя стукнуть. Просто было нужно, чтобы ты хоть на минутку заткнулся. Шеф". "Ха. И почему я не удивляюсь?!". Серёга все-таки был прав - Иван Денисович и шеф оказались одним человеком. Мне можно было радоваться. Я разгадал только что загадку поистине вселенского масштаба. Но еще более грандиозная, колоссальная задача ждала меня впереди - узнать наконец, что же все таки произошло на нашей сверхсекретной базе, которую как утверждали эксперты невозможно было взорвать даже пятисотмегатонной ядерной бомбой.
  - Инсталлятор включен, дождитесь полной загрузки программы - сообщил до боли привычный голос с металлическим отливом.
  "Я подожду. У меня есть время".
  
  "Позови с собой того,
  Кто хранит пути людей,
  Позови с собой его,
  Теплотой своей согрей.
  Мысли тают словно снег,
  Без беды не будет зла,
  Твой любимый человек
  Умирает за тебя.
  Твой солдат не спит, не ест,
  День и ночь на страже снов
  Он несет свой тяжкий крест,
  Связан жесткостью оков.
  Посреди зимы седой,
  Посреди чужих степей,
  Позови его с собой,
  Теплотой своей согрей"
  
  - Спасибо, можешь закрывать - скороговоркой оповестил я панель голосового управления.
  - Файл закрыт - вторил мне все тот же компьютерный голос.
  Эмма. Так мы звали ее - голосовую систему управления и оповещения. Последнее слово техники, по крайней мере, так нам казалось, когда мы служили на первом этаже. Ха-ха. Наивные и глупые мальчишки, которых пустили в офисное здание, оборудованное лазерной системой слежения и сейфовыми дверьми безопасности второго уровня. До сих пор помню свой первый день на работе - нервничал тогда ужасно, так как поступил по конкурсу и жутко боялся вылететь. Помню, как в первый раз на совещании уронил кипу папок с бизнес-планами. Думал - уволят. Не уволили. Просто в туалете подошли ко мне двое крупных таких мужчин и тактично объяснили, что так больше поступать не стоит. А я одному из них за его особую тактичность по роже двинул неслабо. Весело было! Правда потом пришлось провалятся две недели в лазарете, но оно того стоило.
  С Максом и Серегой познакомились уже на втором уровне, когда меня повысили до старшего наблюдателя. Нормальные мужики - с такими хоть в горы, хоть на войну. Не бросят - точно знаю. Сто раз бросить могли уже и не бросили. Я сам себя бросал порой, а они не бросили. Интересно, как они?
  - Очнулся, говорливый ты наш? - из дверного проема торчала голова веснушчатой девушки с вечно улыбающимися глазами и двумя косичками по бокам головы.
  - Аня?! Жива! - закричал я, вскакивая с постели.
  Это была Аня. Та самая - Аня-шустрячок, такая милая, задиристая, добрая, веселая. Аня. Наша маленькая сестренка, которую мы все безумно любили.
  - Аня! Жива! - я чуть не плакал от радости, а она смотрела на меня испуганно и озадачено.
  - Я. Я сон видел - начал оправдываться я, пряча радость - там ты была. Там тебя убили, понимаешь.
  Лицо ее стало серьезным.
  - Я знаю, Игорь. Мне Иван Денисович рассказывал. Он просил, чтобы я тебе не говорила.
  "Это еще почему?" - хотел было спросить я, но понял, что это не важно. Гораздо важнее для меня сейчас был маленький, едва заметный огонек страха, что вспыхнул в Аниных глазах.
  - Аня, что случилось?
  - Не знаю! Я не знаю, Игорь, не знаю! Не хочу знать. Мне не велели. Я была дома - в казарме. В своей комнате, а потом этот взрыв!
  - Аня! - окрикнул ее голос из-за двери.
  Она вздрогнула, обернулась, затем посмотрела на меня глазами, молящими о помощи. Я взял ее за руку, прижал к себе, мы с ней вместе вышли из палаты. Макс стоял как вкопанный, явно не ожидая, что я приду ей на помощь. Мой взгляд встретился с его глазами. Мы поговорили мысленно. Он был страшно зол. Не на меня, не на Аню. На что-то еще. На то, о чем я не имел ни малейшего понятия.
  - Отпусти ее - полуприказ из его уст.
  Я смотрел ему в лицо - он ничего ей не сделает, а она умоляла меня не отпускать, прижималась ко мне все сильнее.
  - Что они с ней сделают? - я произнес это неожиданно даже для себя.
  Попал в цель. Макс опустил глаза и заплакал. Я впервые видел, чтобы он плакал в открытую - при Ане, при мне, при тех двух охранниках, что стояли позади него. Сквозь полумглу я мог видеть его слезы на жилистом лице, ощущал их теплоту, ощущал, как они прожигают меня до самой глубины души. Но почему?
  - Игорь. Они. Они с ней ничего не сделают. В том то все и дело - он всхлипывал, заливался слезами, пытался вытереть их, но еще больше размазывал испачканными в чём-то руками по лицу.
  Аня тоже плакала, а я. Я стоял как вкопанный ни туда - ни сюда. Кусок дерьма, который неизвестно зачем положили возле этих двух людей - по крайней мере, так я себя ощущал.
  - Она три дня назад заболела. Мы не знали, что это, как лечить, что делать! Понимаешь, мы не знали! - он акцентировал на "МЫ" вдавливал в него все эмоции своей души.
  Мы не знали, наша контора, наши врачи, самые лучшие врачи современности, мы не знали, с нашими сверх методами и нанотехнологией, с нашими биодройдами - мы не знали!
  - Игорь! - Аня обратилась ко мне, пытаясь освободится.
  Я отпустил. Карман на ее курточке расстегнулся, она достала оттуда зажатый в кулачке предмет. Заколка. Небольшая такая, но красивая заколка для волос. Артефакт упал мне на руку, я пару раз подкинул его.
  - Зачем отдаешь? - спросил я, ненавидя себя за то, что не могу ничего сделать.
  Она совсем погрустнела, стала совсем на себя непохожа, совсем взрослой стала...
  - Потому что мы с тобой больше никогда не увидимся, Игорь.
  Как приговор звучала эта фраза. И тот огромный папуас с костью в носу предстал у меня перед глазами. Я не мог его убить. Вовсе не мог. Никаким оружием не мог спасти ей жизнь - это было понятно, иначе Макс не стал бы говорить того, что он уже сказал, иначе он не стал бы плакать при людях.
  - Я должна идти. Отпусти меня, Игорь - произнесла она еще раз.
  Я не понимал, что держу ее за куртку. Я не хотел, чтобы она уходила, но я все-таки разжал свою руку.
  - Прости - произнес я, когда она обернулась в последний раз, рухнул на колени.
  Два охранника увели ее вглубь коридора. Мы с Максом остались наедине.
  
  За рюмкой легче говорить о чем-то тяжелом. Но водки не было, поэтому приходилось так - на живую. Тупым лезвием по спрятавшимся венам, чтоб было как можно больнее. Макс многое мне рассказал, на многое открыл глаза.
  На базу напали пять дней назад - несколько сот...существ. Точнее он описать не смог. На первом уровне свет потух сразу, затем началась атака. 20 охранников, дежуривших в ту ночь, открыли огонь...вслепую...как оказалось впоследствии - зря. 12 клерков погибли на месте, еще 6 скончались в лазарете. Был дан приказ эвакуировать людей на второй уровень. Под усиленным конвоем "Черных масок" людей отвели во временную гостиницу, а затем, по подземных тоннелям, обратно в город. Потом провели зачистку первого уровня. Ничего. Ни следов, ни тел, ни оружия. Один из выживших охранников рассказал, что на нас напали звери, похожие на волков, но больше раза в три - очень агрессивные и быстрые вдобавок. А еще стреляли из автоматического оружия - иностранного, должно быть. Больше он ничего не знал.
  Через 2 дня началась новая атака. На этот раз сам Макс видел, что из себя представляют существа: огромные серые комки шерсти с оскалом, как у монстров из детских комиксов - бесстрашные и беспощадные, лишенные инстинкта самосохранения. Первую заставу взяли сразу, две последующие - в течении суток. Специальным распоряжением шефа дверь на второй уровень была заблокирована, и мы стали отрезаны от внешнего мира.
  На третьем уровне выжившие пробыли около 5-ти суток, пока у первых людей не начали проявляться признаки "заразы". Огромные струпные образования на руках, причиняющие дикие боли. Люди начали умирать, заражать других, те третьих. Однажды ночью шеф приказал заблокировать дверь в карантинную зону. О заболевших больше ничего не известно. Аня "зачесалась" 4 часа назад - значит, через сутки у нее появится первая язва - на ладони, прямо по центру. На ранних стадиях болезнь не заразна, но ее уже сопроводили в карантин - специальную комнату с пуленепробиваемыми стеклами.
  
  Я вздохнул. Хотелось плакать, но слезы я сдерживать умел - насмотрелся за последние 4 года многого, поэтому и не плачу теперь по пустякам. Макс сидел молча, смотрел в стол, как будто там можно было найти ответ. Нет, нельзя. Я знал точно, что ответов этот старый пластиковый стол дать не может, ровно как и задать правильных вопросов.
  - И что? Так и будем сидеть и ничего не делать?! - мое негодование, возможно, звучало очень резко после тихой беседы, но усидеть на месте я не мог.
  Макс смотрел на меня осуждающе, мол, вот, дескать, прыгаешь ты тут в тщетной надежде что-то исправить, а ведь исправить то уже ничего нельзя.
  - Дудки, Макс! Все еще можно исправить - распалялся я - Ничего еще не потеряно.
  "Ну да, Игорь, конечно, ничего еще не потеряно. Из этой задницы обязательно должен быть и другой выход. Да, Игорь! Через гланды, блин, выход!" - это читалось в его глазах, в его еще не просохших глазах, таких голубых и глубоких, что я бы захлебнулся в них, если бы не был так зол непонятно на что.
  - Сергей! Нам нужен Сергей, чтобы все обдумать. Втроем что-нибудь смозгуем!
  "Схватить бы тебя за грудки да встряхнуть хорошенько! Макс, сволочь! Да в чем дело то?! Молчишь как язык отрезали!"
  - Сергей мертв, Игорь - эта фраза полоснула меня не сразу. А может просто я не сразу почувствовал боль.
  Так или иначе, я не осел и не сконфузился, хотя много раз представлял, что все будет именно так, если мне принесут подобную новость. Представлял, как мне будет плохо, тяжело...но ничего не было. Только пустота, обволакивающая изнутри и заключающая в непробиваемый плен...ее ноша, ноша непринимания фактов.
  - Сергей мертв, Игорь - еще раз повторил Макс загробным голосом и опустил взгляд. Он словно пытался мне доказать, вталдырить в мою пустую голову, что совершилось нечто ужасное, что никогда уже нельзя будет исправить, что никогда уже нельзя будет предотвратить - Его убили 3 дня назад, когда мы пытались вытащить выживших со второго уровня. Эта тварь полоснула его когтями по самой шее. Я убил ее. Лично. 18 разрывных пуль всадил зверюге в череп. Сдохла, скотина. На 19-ой пуле сдохла. Упала прямо у меня перед ногами.
  
  Я впал в оцепенение от этих слов. Потом мы шли по коридору - долго, нудно. Однообразно тянулись лампы и пахло мочёй - люди совсем обезумили от случившегося, перестали верить Ивану Денисовичу, разбрелись по территории, не собрать. Мы шли тайными проходами и невидимыми дверьми в морг - самое холодное место третьего уровня, доступ к которому имели лишь криминалисты и сам шеф.
  Такого количества трупов я никогда раньше не видел. Они все были похожи друг на друга - однотипные холодные куски мяса, наполовину съеденные, наполовину обуглившиеся. И все же я различал их лица. Зина - моя первая начальница на новом месте службы. Она отвечала за сбор информации. Арнольд - наш охранник, хотя нет, лишь половина Арнольда. Денис - курьер, по одежде узнал, конечностей не осталось совсем.
  Я знал, что оперативники лежат в другом зале поменьше. Мы вошли внутрь. Темноту разрывали синие прожекторы - все как в классике фильмов ужасов, только зомби не хватает и пожарного топора на стене. Уж лучше бы зомби, уж лучше бы зомби, чем эти тела. 32 тела моих друзей...моих братьев. Если бы это были зомби, то я бы точно знал, что можно стрелять...а так - это все те же синие люди, без всякого намека на бессмертие.
  Мы подошли к операционному столу для вскрытия. "Майор Сергей Увалько" - гласила табличка возле его ног.
  - Зачем его вскрывали? - мне стало безумно обидно, что кто-то копался в его внутренностях.
  Но Макс был спокоен, насколько это было возможно.
  - Проверка. Вскрыли каждого третьего. Заражение в омертвевших тканях не должно было происходить - хотели удостовериться.
  - И что?! - перебил его я.
  - Но мы же здесь. И на нас нет защитных костюмов - ответил Макс с неприсущей ему философичностью.
  "Да, мы здесь. И он тоже здесь"
  
  
  "Лежит мой друг под простыней,
  Лежит, забыв меня и мир,
  Он спит, ведь смерть несет покой,
  Мой вечно памятный кумир.
  Ты научил меня вещам,
  Что жизнь ломали много раз -
  Не верить сплетням и пращам,
  Не выдирать глазА за глаз.
  Врагов прощать, любить друзей,
  С гостями чаще пить вино.
  Не забывать простых людей,
  Что скроет это полотно,
  Я помнить буду до конца,
  Твои глаза и нрав простой,
  Идут года, течет вода -
  Мой друг лежит под простыней"
  
  Его стихи. Простые солдатские стихи. Не знаю, насколько они хороши с точки зрения всех этих надменных лощеных дядек-писателей, но для меня лучше этих стихов не было ничего. Простые стихи майора Сергея Увалько.
  - Открой - приказал я Максу. Он не осмелился ослушаться.
  Он был похож на всех остальных покойников, что я видел до этого. Холодный, белый...Только шрамы по всему телу и швы - множество хирургических швов, на шее, и в районе желудка длинный разрез - вынимали органы, взвешивали...Я сам делал это много раз, а точнее ассистировал, чтобы привыкнуть к крови, чтобы не рвало при виде человеческих внутренностей. А вот теперь - нет, меня не вырвало, я просто отвернулся, как делал это много раз. Макс был неподвижен. По выражению его лица, я понял, что ассистировал именно он.
  - Я не сержусь на тебя - ответил я как можно мягче.
  Да, я не сердился. Не знаю, насколько Макс мог повлиять на решение не вскрывать Сергея, но не могу даже представить, чтобы он не старался.
  - Я пытался - оправдывался он.
  "Я знаю".
  - Я знаю - ответил я и взглянул в последний раз на тело - Пойдем.
  Мы стали выходить. Опять мимо холодных полурасчлененных трупов. Мимо, мимо. Дверь я толкнул не сильно, вышел. Запах испражнений, ударивший в нос после холодного трупного воздуха был ужасен. Я не смог сдержаться.
  - Ничего - произнес Макс, мельком посмотрев на коричневую кучку - здесь все равно никто не убирается.
  Я сплевывал. Гадкое все-таки чувство после рвоты, и на зубах оскомина.
  Шли мы минут пятнадцать. Все тем же туннелем, в полумраке, отбрасывая изменяемые тени, как в играх про монстров и охотников. Только все было на самом деле.
  - Подожди - Макс внезапно остановился.
  - Что случилось?! - с тревогой спросил я, видя, что мой друг удаляется к стене.
  Макс приложил ухо, прислушался, прошелся немного вдоль, опять приложил ухо, затем отодвинул небольшую пластиковую панель, под которой обнаружилась кнопочная консоль. "Доступ разрешен" - зеленые буквы на черном фоне, а всего-то надо было протарабанить по клавишам и приложить большой палец. "Интересно, а я так могу?".
  - Игорь, пойдем - окликнул меня Макс, призывая встать рядом с ним.
  Не совсем понимая, что должно произойти я последовал его указаниям.
  - Сканирование сетчатки завершено - металлический голос Эммы был абсолютно беспристрастен, ему было глубоко наплевать на то, что в душе у меня скреблись кошки. Она просто сообщала, что я прошел очередную процедуру идентификации.
  "Не злись, не злись" - твердил я сам себе в тщетной надежде успокоится.
  - Стой спокойно - Макс был вполне настойчив.
  Стена перед нами разъехалась в стороны, оголив черный армированный бетон толщиной метров в пятнадцать.
  - Добро пожаловать на четвертый уровень! - торжественно, но все же весьма грустно сообщил мой попутчик.
  Я не верил глазам. Все эти годы мне лгали. Третий уровень не был последним. Жаль, что теперь я этому даже не удивился, а тем более не обрадовался.
  
  Глава 3. Зверь из клетки
  
  - Проходи, не бойся - Макс указал путь.
  Я и не боялся. В самом деле - чего тут бояться - туннельный коридор с арочными сводами и мокрыми стенами - совсем темный, неприветливый. Ответвлений не наблюдалось и я ступил в черную бездну, вслед за своим другом, который уже успел растворится в ней наполовину.
  - Макс! - крикнул я и понял, что тоннель не такой уж глубокий, как я думал - эхо отразилось от стен, улетело куда-то вдаль, но вернулось весьма быстро.
  - Не кричи ты! Просто иди, понятно?! - его лицо высунулось из мрака - Да, и осторожней, здесь ступеньки.
  "Ступеньки значит, ладно, поглядим". Попутчик опять убежал вперед, я шел на ощупь. Пару раз споткнулся, чуть не упал, но все же удержался - некое подобие корней торчало тут и там. Макса совсем не было видно за непроницаемой для взгляда завесой и это меня пугало, признаюсь. "Держаться! Держаться!" - повторял я сам себе, когда хотелось закричать, чтобы хотя бы по звуку определить, где я нахожусь. Пластиковая стена позади меня уже давно сомкнулась, а впереди не было ничего, что указывало бы путь. Я совсем потерял ориентацию и остановился, боясь наскочить на стену.
  - Ну ты где там?! - голос был совсем рядом.
  Резко обернувшись я сделал пару шагов.
  - Ай! Что ты какой неуклюжий! - я, кажется отдавил Максу ногу.
  - Извини.
  - Ладно, проехали - ответил он, копошась возле стены.
  Любопытство все же съедало меня, несмотря на последние события, но от расспросов я воздержался.
  - Введите код и вставьте карточку доступа 4-го уровня - Эмма, была как всегда неподражаема в своей манере отдавать приказы.
  Консоль горела красными кнопками, совсем тускло - даже экрана не было видно.
  - Пароль верен. Идентификация пройдена
  Словно из ниоткуда, как в космической фантастике, зашипели вакуумные дверные насосы. Колоссально! Другого слова, пожалуй, и подбирать не стоит. Поразительно яркий желтый свет, озарявший белоснежный холл с суетящимися людьми. Дверь разъезжалась в стороны. Пол метра не меньше - чистейший титан с кевларовыми вставками - мой мир рушился, я думал, что такое бывает только в кино.
  - Проходи давай, а то через девять секунд включится защитное поле - Макс потянул меня за рукав, я проскочил и обернулся.
  Пространство позади меня раскрасилось синеватыми полосками.
  - 5000 В, 50 А - верная смерть - макс явно был в курсе происходящего, а я...а что я? просто радовался тому, что не превратился в поджаренный бекон.
  "Да уж, Игорь, простое человеческое счастье" - сарказм был мне все же присущ, хотя и в малой степени.
  - Пойдем! - меня опять потащили.
  Я не терял времени даром. Оглядывался, запоминал. Обстановка походила на сверхсекретное убежище горстки выживших после ядерной катастрофы, когда во внешнем мире голод и болезни, а здесь - сухо и тепло, как и должно быть в последнем оплоте цивилизации. Круглые столы с футуристическими ноутами сменялись вполне обыденными офисными помещениями с четвертыми пентюхами, старыми лампами, подсветкой времен 60-ых годов. Через 2 двери меня провели без задержек. У третьей дежурило два охранника, которые никак не хотели нас впускать. Макс пытался им что-то объяснить, тараторил, но они были непреклонны. Я уже было отчаялся проникнуть за эту дверь, как вдруг они оба вытянулись в постойке "смирно" и замерли. Я обернулся. "Какая встреча! Ну почему я опять не удивлен".
  - Здравствуйте, Иван Денисович! - ехидно начал я, но укоряющий взгляд Макса оборвал мое намерение.
  Что еще сказать - я был зол. Зол на то, что шеф ничего мне не рассказал.
  - И тебе не хворать, Игорь, хотя зря ты так обо мне. Мне знаешь, как-то тоже не очень приятно было мешки с трупами зашивать вместо лаборантов, которые все на первом этаже остались.
  "К чему бы это он?!" - неожиданно подумал я, создавая на лице некое подобие удивления.
  - Да все к тому же, Игорь, все к тому же. Не хочу, чтобы ты на меня злился - "Он что, умеет читать мысли?!"
  - Нет. Просто опыт. Просто опыт - произнес шеф устало - Пропустите нас - охранники разошлись в стороны.
  Макс толкнул дверь рукой, за ним вошел шеф, я - следом, чтобы не отстать. Это был длинный широкий коридор с окошечками по обе стороны. Не имея ни малейшего понятия о том, где я нахожусь, я ловил взгляды, но ни Иван Денисович ин Макс не подавали мне ни малейших зацепок. В окошки тоже ничего не просматривалось - как не пытался я вглядеться в мутные стекла, но эффект был один - молочная синева, полностью поглощавшая любые контрастирующие детали.
  - Куда мы идем?! Объясните наконец! - я не выдержал.
  Иван Денисович отвел глаза.
  - Ты должен знать, Игорь. Должен знать, с кем тебе предстоит сражаться.
  Почему то этот его ответ мне жутко не понравился, внутри екнуло, я понял, что, возможно, очень крупно вляпался, но пути назад не было...нет, ну теоретически конечно был, но меня не покидало ощущение, что в реальности этот самый путь оборвется двумя охранниками, что остались по ту сторону помещения.
  - Это здесь - Иван Денисович резко свернул влево.
  Судя по взгляду, Макс тоже понятия не имел, что его ждет. Мы подошли к одному из боксов с окошечком.
  - Я надеюсь, вы готовы - "не томите уже!".
  Синяя перегородка отъехала в сторону, и на нас уставилось глазами нечто ужасное - чудовище, которого я никогда раньше не видел. Это был волк...если конечно волки способны вырастать до размеров крупного быка. Все его тело словно состояло из мышц, обтянутых толстой шкурой. Череп в половину моего туловища угрожающе клацал по виду весьма острыми зубами, а из челюстей текла зеленоватая слюна. Огонь в его глазах прожигал насквозь, вселял дикий, панический ужас. Я даже не пытался представлять, что стало бы со мной, если бы этот зверь вонзил в меня свои зубы. Оторвать взгляд от животного не представлялось возможным. Оно как будто впитывало, поглощало мое внимание со всевозрастающей силой, манило к себе... "Нет уж!" - я мысленно закричал и резко ответ глаза в сторону. Нет, это не гипноз, просто страх неизвестности.
  Макс был бледен как смерть, на его лице я читал те же чувства, что охватили мою душу несколько минут назад. На какое-то время я испугался, что он не отведет глаз, что подойдет к двери, к окошку и тогда...тогда зверь бросится на него, пробьет хрупкую боксовую перегородку и сломает своей огромной лапой шею еще одного моего друга. Последнего друга.
  - Макс! - закричал я, не выдержав.
  Он резко обернулся, словно вышел из ступора, отшатнулся от двери, панически озираясь по сторонам стал отходить все дальше и дальше - к центру коридора.
  - Открыть дверь 1524! - признаться, в тот момент я меньше всего ожидал услышать эту команду, тем более от Ивана Денисовича, но услышал.
  Непонимающим, вопросительным взглядом я впился в его глаза, умоляя объяснить, что происходит, потом захотел убежать, но ноги приросли к полу. Я остался неподвижен и беззащитен перед зверем по ту сторону поднимающейся перегородки. Выше, выше. Уже оголились лапы, торс, холка...голова. Ужасных размеров голова, с пуленепробиваемым черепом.
  - Что вы делаете?! Для чего все это?! - я кричал от безвыходности, кричал, боясь отвести взгляд от поднимающейся двери между мной и моей смертью - Нет!
  Зверь кинулся ко мне, одним прыжком преодолев добрые 10 метров. Я зажмурился, приготовился встретить боль, приготовился, что сейчас меня будут таскать по коридору и рвать на части...
  - Урр...Урр... - донеслось возле моей ладони. "Не верю. Пошло оно нафиг! Я не верю! Я не хочу верить! Убейте меня! Ведь все было задумано именно для этого!"
  - Урр...Урр... - как будто котенок мурлыкал, только громче раз в пятнадцать и горячее дыхание я ощущал всей поверхностью руки.
  - Открой глаза, дурачок - Иван Денисович был спокоен, словно ничего и не случилось.
  Я мысленно его обматерил, конечно, но поразмыслив о том, что стою тут, уже наверное с полминуты все еще живой и невредимый, поднял каменные веки. Зверь стоял, почти прижавшись к моей руке своим огромным черным носом. Он не собирался меня есть. Он хотел, чтобы я его приласкал. Кроваво красные глаза сменили цвет и выглядели вполне безобидно, почти как у старого умного ретривера, хотя, елки-палки, все же старый умный ретривер был бы немного поменьше.
  Иван Денисович приближался медленно, осторожно. Затем взял животное за шею, потрепал по голове. Зверь умиленно прищурил глаза, начал ластится. Я отказывался верить фактам, но в мыслях уже вертелся вопрос, а значит реальность вновь была принята без моего согласия. Макс стоял совсем далеко - метрах в 200-ах, почти у самой двери - наблюдал со стороны. Я его не судил.
  - Что это значит? - голоса я не узнал. Он дребезжал на все лады, как расстроенная балалайка, но выровнять его я не смог.
  Иван Денисович смотрел на меня без укора, по-доброму. Ненавижу такие взгляды.
  - Это, Игорь - Соломон. Объект номер 12. Соломон, дай лапу!
  Зверь высунул язык и как послушная собака протянул мне правую конечность, размером с обе моих ноги. Жать ее мне совершенно не хотелось.
  - Зря ты так, Игорь. Соломон добрый. Соломон хороший - он вновь потрепал зверя по загривку.
  "Ну раз говорят, что хороший, значит точно сожрет" - я начал пятиться. Не знаю, как это получилось, ведь ноги до этого были вкопаны по самые колени, но я медленно отходил, пытаясь не смотреть зверю в глаза. Какая же все-таки наивность, отходить спиной и думать "Я сильнее тебя, я сильнее тебя, тварь!" - какая необдуманная глупость думать так про того, кто может раздавить тебя, просто неудачно приземлившись.
  - Игорь! Давай сюда! - меня схватили сзади.
  "Макс, все-таки подошел поближе. Ну а как же иначе! Друг все-таки, не бросил, стало быть". Мы вместе отбежали метров на 10-ть. Соломон не сводил с нас глаз, всем своим телом порываясь подойти поближе и поиграть с нами в футбол нашими же головами, отчего ни я, ни Макс, должен признаться, особого оптимизма не испытывали.
  - Соломон! Домой! - Иван Денисович приказывал грубо и властно.
  Наш песик-переросток завилял хвостиком, уркнул, кивая головой в нашу сторону. Шеф улыбнулся, мельком взглянул на нас.
  - Нет, нет, Соломон. Потом их съешь. Иди. Иди...домой - он возился с ним как с собакой! Подумать только! Эта здоровенная волосатая штуковина могла перекусить его пополам, а он его дразнил и загонял в будку. Мой мир рушился.
  Дверь бокса начала медленно скользить вниз. Глаза Соломона стали такими грустными, он заскулил. На секунду мне даже стало жалко этого зверька, но я отринул предательские мысли подойти поближе, до того, как дверь полностью не опустилась.
  Ноги задрожали лишь только по помещению распространился звук вакуумных насосов, откачивавших воздух из перегородки, чтобы дверь самопроизвольно не открылась.
  - Иван Денисович, вы рехнулись?! - "зря ты так, Макс. Тебе это еще аукнется".
  Шеф смеялся.
  - А ты, Игорь, что думаешь? Рехнулся ли я? - "Ну уж нет, старая, сволочь, ты совсем не рехнулся. Играешь с нами просто".
  - Я думаю, что вы все это затеяли не с проста - ответил я потактичнее.
  Шеф сделался серьезным.
  - Ты правильно думаешь, Игорь. Подойдите.
  Я стал осторожно перемещаться к боксу. Именно перемещаться, потому что я не чувствовал, что иду. Макс был рядом.
  - Все не случайно, Игорь. Ты прав. Сейчас нет места случайностям - начал Иван Денисович, когда мы подошли почти вплотную.
  "Давай уже, выкладывай, что к чему и от кого на этот раз спасаем мир".
  - Это была демонстрация того, с чем вам предстоит столкнуться на поверхности. Я вывел Соломона из клетки лишь для того, чтобы вы больше не боялись - он подошел к окошечку. Краем глаза я видел, что зверь поднял голову - Соломон не обычное животное. Сильное, страшное, но такое же доброе, как и кокер-спаниель.
  - Быть может, начнем по порядку? - предложил я, не совсем понимая суть происходящего и смысл повествования.
  Шеф погрустнел.
  - Ладно, Игорь. Я начну с начала - "Слушай Игорь, а если что не понравится, то бей в морду" - лет 20-ть назад наше незабвенное социалистическое правительство, находясь в полном разладе со своими собственными внутренними органами, дало нашей лаборатории заказ на проведение генетических исследований в области создания сверхживотных. Молодой, перспективный специалист-генетик Андрей Ковалев за идею ухватился и после поступления первой партии денежных средств, взялся за дело. Но союз развалился, финансирование перерезали, а у него все руки чесались довести до конца свое начинание - шеф отвлекся от окошка, перевел взгляд на меня - Я ему разрешил, деньги выделил - перекинул с других проектов. Через полтора года результаты меня потрясли. Он создал животных, полностью отличавшихся от всех существовавших ранее. По генам, по белковым цепочкам собрал, с нуля. Уникальных зверей, способных уничтожать противников одним ударом. В перспективе - лучших пехотных воинов, которыми не жалко было пожертвовать! Только вот какая неурядица вышла у него: ровно год спустя после рождения первой Особи, ген послушания, который являлся архидоминантным самопроизвольно заместился на архидоминантный ген агрессии. В результате инцидента погибло 32 человека, в том числе и Андрей. Я, само собой, наложил вето на исследования, задействовал армию - всех перебили, ни одного не осталось. Лично трупы вскрывал! Аккурат 18 штук не больше, не меньше. А потом меня сюда перевели. В исследовательский комплекс ? 13 и я благополучно обо всем забыл.
  Я усмехнулся. Не зло, и не злорадно, просто оттого, что мне эта история напомнила фильм-катастрофу.
  - А потом из ниоткуда вылезли новые Особи и начали резать мирных горожан. Так?
  Шеф не отреагировал.
  - Не совсем, Игорь, не совсем. 14 дней назад в недостроенном крыле первого уровня мы нашли странную вакуумную дверь. По форме и виду - вроде нормальная, только прочная очень, словно строили специально для ядерного бункера. Ты знаешь, я много дверей на своем веку побывал, но эта...500 мегатонн прямого попадания она выдержит спокойно, чем хочешь клянусь!
  - Открыли?! - с раздражением сказал я, предчувствуя, что всему виной опять стало любопытство, но шеф меня одернул.
  - Игорь, я что, дурак?! Открывать дверь, разработанную под ядерный взрыв?! Ты, может читаешь много научной фантастики, но поверь мне, я не настолько глуп, чтобы так поступать! Часовых поставил, пост охраны - все как положено, чтобы только никто к этой двери не подходил! И ребятам строго настрого запретил самим рычаги всякие трогать, а то сам знаешь - нажмут и хана всему миру!
  Я, конечно, был не в восторге от своей реплики, и Иван Денисович кричал на меня не за зря.
  - Извините - я отвел глаза, шеф меня простил - по голосу почувствовал - но что же дальше?
  - Дальше? А что дальше?! Гуляю я как-то в том районе, дай думаю загляну, проведаю как там мои орлы службу несут, в каморку сунулся, а там никого! Ни охраны ни дежурного, как в пропасть сгинули! По всей базе скрытая тревога, Сергея с оперативниками срочно к двери пригнал, а ты на задании как раз был еще. Аня тоже тут прискакала - отправил подальше, чтоб не мешалась. Начали смотреть, искать, весь комплекс перерыли - нет людей! Ни следов, ни трупов, ни оружия. Ничего, вообщем! А потом дверка то хлопс и открылась, родименькая! А от туда вой дикий! "Оружие на изготовку, говорю!" - ну ребята то что?! Встали как один, стволы вперед и огонь, что было мочи - и тут твари эти поперли - из-за угла прямо, из темноты. Троих убили кое-как, так за ними еще девять вылезло и вдалеке воют - много голосов, не считал, не до того было. "Стреляйте, говорю! Стреляйте гадов!" - говорю. Какой там, стреляйте - бошки как бронированные. Четырех людей сразу положили, остальные за бронированную дверь, ну и я вместе с ними. Патронов нет, дверь с петель высаживают. Я только и успел скомандывать, чтобы ноги уносили в казармы - вот и все. Дверь когда закрывали, первый уровень уже обречен был, - шеф опустил голову - и только не говори мне, что сволочь я последняя, что людей тех на смерть обрек. Не говори, Игорь. Если дверь бы открытой оставили - не разговаривал бы я сейчас с тобой. И фиг бы кто смог что-то придумать.
  - Иван Денисович... - ни о чем таком я даже и не думал, просто переваривал то, что в меня вкачали. Жирная пища. Одно из двух - либо долго усваиваться будет, либо пронесет, как и не было ничего, и дело с концом.
  - Такие дела, Игорь. Наверху - ад. Мы с военными связались, они оцепили город, и не смейся - они это могут, если захотят. С вертолетов наблюдают за обстановкой, пытаются тварей убить. Журналюг на пушечный выстрел не подпускают - я попросил. Не нужна нам огласка, только панику поднимать.
  - Иван, Денисович - в разговор вмешался Макс, а разве военные не могут зверей этих перебить? Средства все-таки есть - танки там, артиллерия.
  Шеф отошел от бокса, медленно зашагал в сторону второго выхода. Мы побрели за ним.
  - Проблема, Максим в том, что если военные начнут атаку, звери могут стать жутко агрессивными и попытаются прорвать оборону. А если хоть один из них выйдет за пределы Кольца, то я боюсь даже представить, что может произойти.
  - Значит пока что они в городе и ведут себя относительно спокойно? - мой уточняющий вопрос был воспринят спорно.
  - Да, Игорь, ОТНОСИТЕЛЬНО спокойно. Ведь они живые, а живым нужно есть. Сколько у нас народонаселение?
  Я ужаснулся. До костей меня пробило ознобом, я представил себе этих людей. 400 тысяч людей, которые стали кормом. Остановился. Что-то совсем сдали нервы после таких рассказов. Двигаться не могу и внутри как будто что-то инородное - выдавить хочу из себя, а не выходит. Шеф смотрел с сочувствием, возможно он тоже переживал нечто подобное, но за пеленой забот о защите четвертого уровня, забывался, снимал с себя ношу. А мне не о ком было заботиться...теперь уже не о ком, поэтому так воспринимал.
  - Извини, Игорь, не надо было - он приблизился ко мне, взял под руку, похлопал по плечу.
  - Все нормально, Иван Денисович. Все нормально.
  Минут пять мы просто медленно шли ко второму выходу из коридора, я иногда оглядывался назад, на боксовую дверь - боялся, что Соломон решит, что пора погулять, но дверь не открывалась. Это радовало.
  - Иван Денисович, а как же Соломон? Кто это? - спросил я наконец, немного оправившись.
  Шеф задумался.
  - Соломон...Соломон - это собака. Большая и добрая собака. Когда проект закрыли после инцидента, я взял все необходимое оборудование и образцы ДНК, перенес их сюда, думать начал - почему же так получилось, что гены поменялись ролями, думал долго, очень долго. 4 года думал. Мне случай тот покоя не давал постоянно. Почему? Почему они так взбесились? Но даже не это было главным. Я понять хотел, как сделать так, чтобы больше это не повторилось...А потом меня идея осенила. Простая такая гениальная идейка. Я ген преданности выращивать не стал. Просто от собаки взял от соседской - безмерно доброго пса, который за всю свою жизнь, похоже, даже ни разу никого не укусил. Ну и результат, соответственно через 2 месяца получил - щенок такой миленький, с остренькими зубками, совсем небольшой и глаза добрые, добрые, аж плакать хочется. Вот, 10 лет живет уже и ничего - играюсь с ним, с рук кормлю, хоть раз пикнул бы поперек воли - ничего. И к чужакам спокойно относится. Правда мелковат для своей породы - может просто на воле не был ни разу...
  "Ничего себе, мельковат!"
  - Какие же тогда оригинальные особи?!
  - Примерно в 1,2 раза больше - спокойствие шефа иногда меня убивало, как и теперь.
  - Понятно - мы продолжали идти - а от нас то что требуется, если в город попасть никак нельзя? Просто сидеть и ждать?
  Иван Денисович улыбнулся.
  - Нет, Игорь. Сидеть и ждать женщины будут, да дети малые, да старики. А вы прорываться будете, с боем - в город. Кто-то должен разгадывать эти загадки. Много их больно накопилось.
  Я смотрел рассержено. "Как всегда? Я что, похож на Рэмбо?!" - быть может я негодовал справедливо, быть может нет - плевать. Главное, что мы дошли до второй двери.
  - Открывай - Иван Денисович отошел в сторону, уступая мне место.
  Я, признаться, как-то без особого восторга смотрел на эту идею, потому что неизвестность редко когда приводит в хорошие места. "Была не была!" - я потянул ручку на себя, дверь со скрежетом открылась, оголив пуленепробиваемые листы.
  - Добро пожаловать! В центр оружейных разработок!
  Шеф предлагал зайти внутрь. Помещение было огромным, разделялось сотнями перегородок на миниатюрные клетушки клерков со всеми неприметными атрибутами. 4 охранника дежурили возле высокой сетки, ограждавшей зал с оружием и сборочный цех. Мы вошли. Дверь захлопнулась внезапно и плотно.
  - Не волнуйся, Игорь, ты конечно не Рэмбо, но мы тебе поможем, - опять подставили! "Я тоже хочу такую траву, чтобы читать мысли!"
  - Умеете вы людей успокаивать, Иван Денисович, - сарказм был при мне.
  Шеф ничего не ответил. Макс тихонько хихикнул. "Аукнется, Игорь. В который раз аукнется". Теперь Иван Денисович улыбнулся. "Да чтоб тебя! Такого не бывает!". Я думал шеф ответит, но он ничего не сказал, просто улыбнулся еще шире. Мы направились к сетке с оружием.
  
  "Уснуть - хорошо. Проснуться - еще лучше. Проснуться здоровым - просто великолепно. Эту простую истину начинаешь понимать лишь в конце своего пути, а до этого вечно чем-то недоволен..." - слова кого-то из мудрых.
  - Пора - слова Ивана Денисовича, так резко открывшего дверь.
  Тьма вокруг расступилась перед лучом желтого света, лившегося из проема, с большой поседевшей головой. Мне дали выспаться. Опять вкололи какое-то лекарство, и я упал без чувств. Интересно, зачем они так берегут меня? Я особенный? Я избранный? Чушь! Просто избранных и особенных уже не осталось! Они все лежат там - в синей комнате третьего уровня, накрытые простынями...потому что избранные чаще всего умирают первыми.
  Я встал, вышел из своей темной каморки. Шеф стоял возле двери.
  - Как спалось? - просто вопрос.
  - Неплохо - разговаривать особо не хотелось.
  Несколько часов назад я был в сетке с оружием, выбрал себе автомат по душе, 4 пистолета. Набрал побольше патронов - разрывных, со смещенным центром тяжести, чтоб наверняка. Меня будут прикрывать. Две дюжины ребят из "Черных масок" во главе с Максом. Я почти уверен, что больше половины из них не вернуться с задания. Так паршиво жить с мыслью о том, что ради тебя будут гибнуть люди...хотя, может не ради меня, совсем не ради меня - недостойного того, чтобы они гибли...может, ради тех, кто остался наверху. Ради своих жен, детей...Именно так.
  Шеф смотрит подозрительно, а я не понимаю в чем дело, только потом врубился - стою и в угол головой уперся - глупо должно быть выгляжу, но в мозгах от той дряни, что в меня вкачали, совсем мутно.
  - Вот, возьми - Иван Денисович протянул мне пузырек с красной жидкостью.
  "Сочувствует, значит". Я открыл склянку, понюхал - не очень приятно, должен сказать. Пахнет серой и марганцовкой. "И это пить?" - но взгляд шефа был непреклонен - "значит, ничего страшного не произойдет...я надеюсь". Я опрокинул содержание баночки залпом. Язык защипало, вкус оказался до того противным, что я хотел было сплюнуть, но наткнулся на Ивана Денисовича, настойчиво грозившего мне пальцем и призывавшего этого не делать. Через пару минут вкус улетучился, осталась только оскомина.
  - Что это было?! - возмутился я, но в то же мгновенье осекся, не узнав своего голоса.
  Я никогда не был обладателем грубого баса, но сейчас, казалось, мог сотрясать стены. Уставившись на Ивана Денисовича, я пытался найти объяснение в его глазах.
  - Это пройдет - произнес он наконец, когда мой взгляд стал совсем злобным - побочный эффект от действия тринитипсарина. Голова прошла?
  Он улыбался. "Ненавижу, когда он улыбается, как будто наперед все знает и ведает!". Но голова действительно была свежа, и мысли мелькали яркие, живые, запоминающиеся.
  - Зачем это? - я уставился на свои руки, замечая, что они словно плывут, как на ЖК мониторах с плохим временем отклика.
  - Это Игорь, психологический катализатор - голос шефа казался таким далеким, чужим, но мозг запоминал информацию до обидного точно, правильно. Это меня поражало - он дает временное улучшение мозговой деятельности, на пару часов ускоряет реакцию, концентрацию, внимание и память. Безвредный и не имеющих побочных действий, в малых дозах, разумеется.
  Я все еще рассматривал свои руки, затем перевел взгляд на стены, предметы в комнате. Все они расплывались, словно я был пьян, но меня почему-то никак не покидало чувство, что это не я живу медленнее мира, а мир живет медленнее меня.
  - Вы так и не ответили на мой вопрос - я произнес это весьма дерзко и испугался. В нормальном состоянии я бы смягчил тон.
  Шеф вздохнул.
  - Ты идешь не на прогулку, Игорь. Существа, с которыми тебе предстоит столкнуться опасны и быстры. Чтобы их победить не достаточно одного мужества или четырех стволов за спиной. Ты должен быть быстрым, как они, дерзким, как они, безрассудным, как они. Это ключ к успеху, - он запнулся, подошел ближе, обхватил мою голову руками - теперь слушай. Единственный выход отсюда - старый вентиляционный тоннель, который ведет на второй уровень к парковке. Там есть машины. Выбери любую по своему усмотрению и гони к главному пропускному пункту. Я открою внешние ворота, поэтому ты сможешь выехать. Игорь! Ты должен доехать до военных! Должен! Никуда не сворачивай и не думай о ребятах, что будут тебя прикрывать! Они выполняют свой долг, и ты выполни, слышишь?!
  - Да - я ответил быстро, приготовившись вновь погрузится в его слова.
  - Когда доедешь до военных кордонов, жми на полную - тебя пропустят, обещаю. Ни с кем не разговаривай. Найди генерала Родимцева - он командующий силами блокады. Говори только с ним. Он расскажет тебе больше, чем я. Сейчас я не располагаю информацией. Я не знаю, что это за дверь, которая сама открылась; я не знаю, откуда взялись эти твари; одно лишь предполагаю, что Ковалев жив и может быть причиной всему этому хаосу. Говори с Родимцевым! Он тебе поможет!
  Он отпустил мою голову - резко оттолкнул от себя, словно закончив внушение. Что ж, настало время прощаться.
  - Иди! - Иван Денисович произнес это с надеждой и страхом - я никогда не слышал, чтобы он так говорил.
  Я метнулся к двери, открыл ее одним движением пальцев, выскочил в коридор. 200 метров пролетели, будто их и не было - секунд через 5 я уже стоял на другом конце. "Интересно, а как это скажется на мышцах?" - почему-то последствия меня волновали больше чем реалии, но я решил, что ничего страшного все же не случится.
  За дверью меня ждали. Макс "при параде" - в бронежилете и с полной амуницией, ребята тоже. Я подошел к столу со своим снаряжением. "Заменили, все-таки. Так и знал, что не отпустят с обычными стволами" - на неприметном пластиковом столике лежали 4 длинноствольных пистолета, по конструкции схожие с моими, только пара доработок - по краям канавки-воздухозаборники, уж не знаю для чего и какой-то неизвестный мне вид нарезного гасителя. Автоматов было аж 2 штуки. Оба - мелкокалиберные. По привычке я стал проверять магазины. Заполнены под завязку, а на пулях красно-синее напыление и металл странный какой-то, с вкраплениями - переливается под светом прожекторов. "Алмазы?!". Тратить время на раздумья я не стал - просто всунул обоймы обратно.
  Через 10 минут, затянув последний ремень на бронежилете, я был полностью укомплектован. Ребята смотрели на меня с воодушевлением, уж не знаю, может ждали, что я толкну эдакую зажигательную речь, но говорить мне совсем не хотелось - страшно было, как и им.
  - Выходим! - приказал я и побежал, пытаясь сдерживать скорость.
  Путь пролегал через однообразные бетонные стены, полуразрушенные проемы, двери и решетки - старые тупики, которые после добротного заряда взрывчатки становились ненормативными проходами. Система вентиляции поражала своим масштабом, мы бродили по ней около получаса, пока, наконец, почти случайно не наткнулись на решетку, сквозь которую пробивался яркий ламповый свет.
  - Гараж - прошептал я Максу - нужно спускаться.
  Обогнув решетку по ответвлению в системе, мы пробрались в комнату обслуживающего персонала.
  - Давай! - крикнул я и один из оперативников резко спрыгнул на пол и завертелся во все стороны, оценивая ситуацию.
  - Все чисто! - он подал знак, что можно спускаться.
  Через 3 минуты мы стояли в тесной комнатке. Слева - дверь в гараж; справа - на парковку. Я прислушивался, но даже с моими обостренными чувствами нельзя было разобрать что-то из-за толстых кирпичных перегородок.
  - Высаживай! - приказал я, еще не зная, что нас ждет.
  Секунду спустя, правая дверь отлетела в сторону, и мы высыпали на стоянку.
  Все было разрушено - автомобили, будки охраны, фонари, стекла на наблюдательной вышке прямо под потолком. Железные перекрытия еле держались, казалось, что здесь прошел смерч, хотя, наверное, смерч не оставляет после себя столько изуродованных трупов. В полумраке ребята начали включать фонари. Глупое решение! Какое же глупое!
  - Огонь! - закричал я, когда первая Особь начала приближаться со стороны въезда.
  Все-таки нас оснастили подобающим оружием - убить зверя не составило особого труда, но прямо за ним, из кромешной темноты выбежали еще четверо. Я огляделся. По разрушенному потолку нас обходили с тыла три монстра, еще один выл в левом углу, выбирая момент для атаки.
  - Круговая оборона! Круговая оборона! - стволы сомкнулись возле меня, автоматные трели теперь были слышны со всех сторон.
  Стреляли не без успеха. Вот уже в тылу у нас только двое, да и тот в углу лежит с раздробленным черепом, а вот впереди по-прежнему четверо бегут прямо на нас. Чудом успев отпрыгнуть я избежал незавидной участи одного из ребят, который попал зверю под лапу. Ближний бой. Никогда его не любил! Отбросив бесполезный автомат в сторону я выхватил из-за спины первые пистолеты. Зверь был рядом - смотрел на меня, готовясь к броску, но сегодня ему это не удастся. Прицельным огнем я всадил ему 4 разрывные пули прямо в глотку. "Один готов!".
  - Макс, лови! - я подкинул С4.
  Он успел в самый последний момент. Увернулся, отпрыгнул от летящего на него зверя и со всей силы всадил ему в бок длинный острый штырь - специальный крепеж на живое тело.
  - Врассыпную! - крикнул я, видя, что Особь несется в нашу толпу.
  Многие не успели, но это того стоило. При виде разлетевшегося на куски соплеменника, чудовища стали нападать осторожнее, неувереннее, медленнее приближались к нашим позициям. А нам только того и надо - огонь из всех орудий и покончим с этим ради тех, кто нам дорог! Только дырки на выходе, размером с бейсбольный мяч! Спустя несколько минут, мы прекратили стрельбу. Врагов больше не осталось.
  Я был весь в крови - людской и звериной, лицо горело, а пространство по-прежнему плыло перед глазами. Макс был ранен - несколько ребер сломано; остальные выглядели не лучше. "А я?". А что я?! Две руки две ноги, голову тоже вроде пока не оторвали. Спасибо сказать надо Ивану Денисовичу за чудо-настойку, да открытку ему прислать на новый год, чтобы не дулся.
  - 8-ых убили - оповестил меня подошедший оперативник.
  Я отдышался, осмотрел тела, насколько это было возможно, приказал собрать оружие. Шеф ошибался - на стоянке не осталось нормальных машин, все были искорежены, будто нарочно. У нас был только один шанс - гараж. Там всегда стояла пара-тройка автомобилей том числе и мой Форд Фокус. "Жив ли он еще? Кто знает...".
  В гараж я решил заходить с центральных ворот - выстроил людей в линию, чтобы наверняка, двоих определил следить за тылом. Макс открывал ворота из будки управления. Они разъезжались медленно, как 2 облепленные броней черепахи, почему-то поссорившиеся друг с другом и теперь расходящиеся в разные стороны.
  - Чисто! - крикнул кто-то из ребят.
  Мы вошли внутрь. "Значит, все-таки не добрались!" - моя любимая машина была в том же состоянии, в котором я оставил ее здесь 15 дней назад.
  - Рассредоточится! - голос Макса совсем сел - Саня, Олег, открыть дверь пункта охраны! - двое крепких парней побежали к коморке - Костя, бери вторую группу - к воротам!
  - Ауууу! Ауу-у-у-у! - мое сердце снова забилось чаще.
  - Занять оборону! - Перед воротами выстроилась шеренга.
  - Нет - я шептал Максу прямо на ухо - ты уведешь людей. Уходите через вентиляцию, как и пришли. Скажи шефу, что я отпустил.
  В глазах своего друга я читал страх...благодарность...опять страх. Я понимал, что не смогу уехать, если они останутся здесь, понимал, что не смогу завести мотор, видя как их убивают.
  - Уводи людей, остолоп! Уводи их! - дверь в коморку болталась на петлях - заряд пластида сделал свое дело.
  Я торопил Макса, орал на него, чтобы он соображал быстрее, звери были совсем близко. Еще пару минут и они ворвутся на парковку через узкий въезд, ведущий ввысь...на волю. Я сел в машину, закинул автомат. Ключ очень кстати остался в замке зажигания - такое требование на нашей базе. Мотор приветствовал меня, а я его, выжимая педаль, заставляя урчать громче и отчетливее. В каморке осталось только двое, и вот они - создания, которых я ненавижу больше всего на свете...вылетают из-за угла, поскальзываясь на мокрой от масла и крови парковке.
  Я ударил по газам. Запах жженой резины мгновенно наполнил кабину, машину понесло влево, но я крепко держал руль - выровнял, несусь прямо на этих сволочей, а им хоть бы что, как танки прут на меня и не боятся. "Ну уж нет, тварь! Не тебе сегодня убивать! Не тебе! Не тебе выживать сегодня!" - я резко крутанул вправо, мимо меня пролетела гигантская туша и врезалась в остатки раскуроченного автомобиля, загорелась - видимо бензин вытек, а потом взрыв - мощный, яркий. Чувствую, сверху на меня летит что-то - благо в крыше люк прозрачный сделал - сильнее педаль в пол утопил - только колонны мелькают, а позади зверюга черепом в асфальт - "Точное попадание!".
  Выход был близко, пару сотен метров. Я летел, наверное, под 90, но мне казалось, что еле плетусь - до того сильно были развиты мои чувства. В тоннель, ведущий наверх, я заехал с разворота, боком машины весьма удачно зацепив еще одного зверя, упавшего замертво в нескольких метрах позади. Вот он - пост охраны, почти уже доехал. Жаль парней - краем глаза увидел несколько трупов в комнате персонала и кровь повсюду - старая такая кровь, засохшая. "Ненавижу гадов!" - а ворота то открыты и солнце прямо из-за горизонта поднимается, как в сказке, только вот мне почему-то в эту сказку совсем не верится, я просто вылетаю на дорогу, чтобы разогнаться до предела и меня не интересуют окрестности.
  
  Глава 4. Город обреченных
  
  "150...155...160" - фонарные столбы я почти не замечал, деревья тоже. Вопреки ожиданиям, дорога была вполне приличная - не разрушенная, лишь изредка попадались воронки где-то в стороне и черные пятна - остатки чьей-то крови. Дома по бокам - дома, дома, сотни домов, пролетали мимо, всматриваясь в силуэт моей серебристой машины своими красными от солнца окнами. Там были люди - люди, которые, возможно, встречали свой последний рассвет, тщетно надеясь, что железные двери спасут их от чудовищ.
   За мной велась погоня - шестым чувством чувствовал (ну или пятой точкой, кто как больше привык). В зеркале заднего вида никого не было, но меня не покидало ощущение, что это не надолго. Так и есть - вот они, голубчики, выбежали из-за угла и прямо за мной, сшибают ограждения, перепрыгивают через автомобили. На секунду меня охватила уверенность, что моей скорости им никогда не развить, но я был очень удивлен, когда краем глаза увидел, что они приближаются. "170...175" мотор ревел на пятой передачи. Не предел, конечно, но ровная дорога заканчивалась, близился поворот. Свист покрышек был слышен, пожалуй, за 2 квартала, но главное, что я почти не потерял скорость. Впереди был почти европейский ХайВэй - трасса, ведущая вон из этого проклятого места, но путь оказался блокирован - мне навстречу бежали 8 мощных туш. Действие препарата, как я понял, заканчивалось, так как руль начало бить, мне стало тяжелее управлять машиной. Скорость 180 на отнюдь не ровной дороге. Меня кренило влево, да и боковой ветер играл не последнюю роль. Преследователи поотстали конечно, но вперед я смотрел с ужасом, а между тем противники стремительно приближались. "Попытаться увернуться? На такой скорости - слишком опасно, слечу как нечего делать...что же тогда? На таран?!" А у меня был выбор? Риторический вопрос, на который совсем не хотелось отвечать. 500 метров, 400, 300, 200. Я совсем отчаялся, нога все сильнее порывалась к педали тормоза, хотя уже все равно было поздно. Я приготовился ощутить удар, но вместо удара услышал лишь пронзительный визг, а в следующее мгновенье машину дернуло, затрясло. Монстры были позади. 4 зверя включали режим экстренного торможения, а затем...они просто начали разлетаться на куски...я не сразу понял, что им кто-то помогает.
  - Это беркут один! Это беркут один! Мы сопроводим вас до ближайшего пункта охраны! - рев громкоговорителя непривычно резал уши, я сбросил скорость, и только потом смог разобрать звуки работающих винтов - вертолеты, не меньше 3-х, кружили надо мной, вели сквозь ужасы этого города к более-менее безопасному месту. Я совсем расслабился, лишь изредка вновь концентрировался на дороге, когда мне казалось, что попутчики оставили меня одного.
  
  - Генерал Родимцев?! - голос мой сорвался на крик, хоть я этого и не хотел.
  Усатый мужчина лет 50-ти, только что вошедший в комнату, хмуро посмотрел на меня, подвинул стул, сел. Его высокая худощавая фигура едва уместилась на небольшой табуретке, выглядел он комично, но смеяться совсем не хотелось. Мои глаза все еще выражали вопрос.
  - Да, это я - ответил он без смущения, но я этим не удовлетворился.
  Сознание судорожно искало потерянную часть недавнего прошлого, я словно упустил нечто весьма важно... "Иван Денисович, сволочь!"
  - Из 12-ой пьесы пятый слог шестого действия - пробормотал я невнятно.
  Генерал вытянулся, удивленно взглянул мне в глаза.
  - У нее нет имени, но у нее есть облик - прошептал он упавшим баритоном.
  "Помнит, стало быть. Значит не врет".
  - Сержант! - молоденький солдатик, судя по всему, никогда не видел генерала таким рассерженным - Кто дал приказ его связывать?!
  - Я...это...
  - Развязать немедленно, если шкура дорога! - сержант остолбенел на мгновенье, но защитный рефлекс сработал в нужное время и я был развязан - Пошел вон!
  Через пару секунд мы остались одни, армейское "Есть" донеслось почти из-за двери, видимо солдат был сильно напуган.
  - Суровые у вас тут нравы, товарищ генерал - начал я, потираю затекшие запястья.
  Он встал, обнял меня за плечи.
  - Живой значит. Живой, старый лис, Ванька! Живой! - "Интересно, это он так о шефе?" - Рассказывай, все рассказывай, что да как, по какому поводу сюда приехал?!
  "По медленней, не так быстро" - мысль показалась мне пустяковой, но после того, как я попробовал что-то вспомнить, голова начала жутко болеть. Генерал это дело увидел, но едва ли смутился, скорее просто немного расстроился.
  - Иван Денисович опять психотропники на людях исследует? - этот вопрос ни удивления ни отвращения у меня не вызвал, я молча кивнул.
  Генерал вздохнул, полез в армейскую сумку, висевшую на плече. Через минуту в его руках сверкнула хромированная фляга.
  - Вот, выпей, полегчает - он протянул ее мне.
  "Водка" - почти обреченно подумалось мне. Хлебнул.
  - Что за гадость?! - закричал я, едва сглотнув - совсем, совсем горькое и ни чуть не похожее на водку снадобье.
  Генерал опять улыбнулся, его усы шевелились так необычно, что я начал думать, будто они живут независимо от лица.
  - Это, сынок, не гадость, это сынок травяная настойка - мы с Иван Денисовичем ее лет 15 назад придумали. Лечит все, начиная от похмелья и заканчивая последней стадией наркомании. Жаль, что стоит дорого очень, да и рецепт эти бюрократы из мин.обороны засекретили, а сами то поди хлебают. Кстати! - он спохватился - Забыл представится - Вениамин Львович - он протянул мне руку - совсем небольшую, худощавую.
  - Очень приятно, меня Игорем звать, - я пожал, потом вытер губы рукавом свитера, хотел было сплюнуть - внутри все жгло, но генерал меня остановил.
  Голова прояснялась, чему я был рад, признаюсь, потому что весьма паршивое состояние после этого тридиги...или как его там, вообщем красного лекарства для ускорения реакции.
  - Ну все, хватит претворятся, давай рассказывай, что там у вас стряслось! - произнес генерал, отсчитав время по командирским часам.
  Я не понял, к чему он это сказал, так как у меня жутко болели десны и гортань горела...я морщился, Вениамин Львович смотрел на меня непонимающе. Потом открыл флягу, капнул себе на палец жидкости болотного цвета, попробовал языком.
  - Ох ты ё! - сплюнул - передержали, специалисты фиговы, передержали настойку. Сплевывай!
  Как же я был рад его словам. Секунд через 10 он подал мне стакан с водой, приказав пить, потом еще один налил, и еще. Четыре стакана я так выхлебал, от пятого отказался - не полезло, да и жжение вроде прошло.
  - Ты как? - обеспокоено поинтересовался генерал.
  "А что я?! Что мне сделается?! Я же такой - в огне не горю, в воде не тону, от лекарств просроченных не дохну - супермен вообщем, находка для спецслужб и гроза наркодиллеров, робокоп во плоти, елки палки!"
  - Нормально, - хотя мой ответ, похоже, генерала не интересовал.
  - Теперь рассказывай, - Наверное, ситуация была и вправду критической; что ж я был не против рассказать...про базу и про город, про нападение, про дверь, которая сама собой открывается и про ученого этого Андрея как его там...вообщем обо всем по порядку.
  
  "Он был поражен? Да не похоже. По крайней мере в его глазах не читалось...может знал. А впрочем, какая мне разница" - сигарета в руках совсем уже помялась, отсырела. Странное дело - после реанимации совсем не хочу курить, как отрезало. "Может к лучшему? Попробовать? А толку то что?" - я поднес сигарету к губам, воротило - не смог даже в рот взять. "Поколдовали, стало быть, надо мной все-таки, волшебнички фиговы" - вспомнился Иван Денисович. "Интересно, как они там? Макс вернулся ли, оборона все еще держится?".
  Пачка дорогих сигарет лежала на столе - рядом с правым локтем. Генерал вышел минут 5 назад, когда я закончил рассказывать о случившемся: сказал, что собирается куда-то звонить и просил посидеть тут недолго. А мне то что? Я то посижу. Паршиво на душе совсем, правда, страшно как-то и одиноко очень, как будто я один остался и ничего не смогу. А еще боялся, что мы не успеем, что город просто вырежут...
  - Игорь! Пойдем! - генеральская голова торчала из приоткрытой двери.
  Я кинул сигарету к пачке, неспеша вышел из комнаты. Все было по взрослому - большое помещение с кучей мониторов, крупные звездочки на погонах - чинов ниже полковника не наблюдалось. На меня не обращали внимания, что-то обсуждали, тыкали пальцами в карты, сверялись по ноутбукам. "Да у вас тут прям слет какой-то...только болтовни что-то много". И вправду, болтали обо всем подряд - это я понял немного позже, когда начал прислушиваться. Кто-то про погоду разговаривал, кто-то подтрунивал товарища.
  - Бюрократы. Не обращай внимания, - произнес Вениамин Львович, видя мою заинтересованность.
  Пройдя через всю эту толпу, мы оказались в еще одной комнате - совсем крохотной, там стоял стол и несколько свободных стульев.
  - Присаживайся, - мне указали на кресло возле стола.
  Генерал расположился за ноутбуком, что-то щелкал, с минуту водил мышкой. Я осматривался. Света не хватало, темнота разрывалась лишь настольной лампой и тусклыми фиолетовыми люминисцентками на потолке. Их свет, признаться, мне сразу не понравился, какой-то он давящий был, гнетущий.
  - Ну вот, Игорь, смотри сам, - Вениамин Львович повернул экран.
  Снимок местности со спутника, координаты - похоже на остров, две дуги песчаных пляжей, лес посредине, чуть левее - мертвая выжженная земля.
  - Узнаешь? - удовлетворенно спросил генерал.
  Я узнавал. Не сразу, конечно, отрывками, клочками, но это был именно тот остров. Остров с большой горой о которой гиды рассказывают страшные легенды...
  - Название то хоть помнишь?
  Помнить то я помнил, вот только какое сказать, аборигенское или перевод.
  - Иетухаруа. Остров семи ветров, - я решил, что оба варианта подойдут.
  - Вот именно, Игорь, вот именно - Вениамин Львович вновь подвинул ноутбук ближе к себе, начал вводить какие-то данные.
  "Причем тут остров?" - я посчитал, что вопрос будет излишним, и решил просто подождать - прав был, как оказалось.
  - Эй, ты с нами? - мой взгляд упирался в стол, но я вовремя очнулся, опять уставился в ноутбук - Понимаешь, Игорь, этот остров...ну вообщем с ним много чего связано. Разработки, исследования, испытания. Это наш полигон, вернее это был наш полигон, пока Союз не развалился.
  - А какое отношение он имеет к этим тварям то? - перебил я собеседника, пытаясь быстрее вникнуть в суть.
  Генерал усмехнулся.
  - Вот молодежь пошла, вечно куда-то торопятся - на экране всплыла черно-белая фотография с какой-то штуковиной, вроде огромного бура, метров 15 в диаметре - дело в том, Игорь, что остров этот стоит на тектоническом сдвиге, а это, как ты понимаешь - колоссальная энергия. Лет 40 назад один умный человек предложил построить там специальный генератор, который бы энергию эту преобразовывал в пригодную для употребления и продажи. Ну, чертежи заказали, машину разработали, собрали, поставили - заработало все. Вот только один нюанс был - когда котлован под бункер копали, то обнаружили странные кости - старые очень, им не одно тысячелетие. Так вот кости то эти один в один с костями наших зверушек совпадают - у нас несколько образцов осталось, мы их сравнили, чисто для эксперимента. Размер в размер. Хоть сейчас вставляй. Вот и задумались, группу отправили специальную, а от них уже 5 дней как никаких известий нет.
  Он замолчал, давая мне возможность подумать. Думать было больно, очень не хотелось напрягать ослабшие извилины, но ничего не поделаешь - раз надо, значит надо. Но мозг сильно утомляться все же не стал - незачем было, и так все вроде предельно ясно, а точнее ясно только то, что мне, судя по всему, как самому бравому парню опять придется куда-то лететь.
  - Правильно думаешь, Игорь! - мой вопрос опять упредили. "Мне это уже надоело!"
  - Как?! - выражение моего лица говорило само за себя, я действительно хотел, чтобы меня посветили в тайну прочтения мыслей.
  Вениамин Львович дружелюбно усмехнулся, словно ждал этого вопроса очень давно.
  - Попадешь в высшую школу психоразведки, тебя еще и не тому научат. Мы с Иваном Денисовичем там 6 лет от сессии до сессии весело жили.
  "Отлично. По крайней мере, это не трава!" - шутки шутками, а у меня появился вопрос.
  - Ну хорошо, и что мне делать с этими вашими данными? Как эти кости связаны с вторжением Особей?
  Вениамин Львович нахмурился.
  - Игорь, если бы я знал, то тебя бы здесь не было. Ты полетишь на остров; ты и еще 8 лучших специалистов-оперативников. Личности проверенные и харизматичные, но ты не тушуйся и все нормально будет. Вы должны найти всего один ответ: "Как выгнать этих тварей из города". Больше меня ничего не интересует, просто добудьте информацию о том, что нужно делать. Вас сбросят в джунглях, неподалеку от наблюдательного бункера - он все еще функционирует, насколько я знаю. Там наши ребята есть, с ними поговорите, может узнаете что-нибудь ценное. Да, кстати, с местными в контакт не вступать, по джунглям одному не шататься. Все ясно? - "Да куда уж ясней! Хотя..."
  - Вениамин Львович, а насчет этой тайной двери вам что-нибудь известно?
  Он задумался, опять заклацал мышкой, на экране чередовались картинки.
  - Все, что я смог узнать - начал он, пролистывая слайды с фотографиями двери - это то, что подобные двери в США в начале 90-ых разрабатывались. Их для бункеров делали и для секретных лабораторий, вроде той, что под городом. Но никаких данных о том, что эти двери ставились у нас, не поступало. Однако, сам знаешь, все возможно в нашей России.
  "Да, точно. Все возможно. И волки, размером с быка и двери на 200 мегатонн неизвестно откуда вырастающие".
  - Ну хорошо, спасибо хоть за эту информацию, - честно говоря, я совершенно не знал, что нужно делать дальше.
  Вениамин Львович привстал, я так понял, что он захочет меня проводить, но он словно вспомнил что-то, вновь плюхнулся в кресло.
  - Ах да, Игорь, чуть не забыл. Доктор Ковалев, действительно мог выжить - трупа не нашли, вернее думали, что нашли - похож был, только изуродован сильно, а когда ДНК-тест запросили, оказалось, что не он. Но это так - просто к сведению, потому что я понятия не имею, где он сейчас и чем занимается, так что не бери в голову, - он задумался на мгновенье - И вот еще что. Возьми это - он протянул мне герметичный черный ящичек - это ключ. Ты сам поймешь к чему, только не открывай, пока не понадобится.
  - Понятно, - я был удивлен немного, но эта новость меня сильно не обеспокоила.
  - Ну что ж, давай прощаться что ли. Тебе вроде как на задание вылетать, а я тут остаюсь, буду бюрократам картинки веселые показывать - снимки со спутника, мол все в порядке. Тебя ребята встретят в конце - генерал протянул мне руку, встал.
  Я тоже встал, пожал руку, непонимающим взглядом уставился на него. "В каком еще конце?" - в столе образовалось углубление, в нем - черная кнопка. Вениамин Львович нажал. Стена позади него разъехалась в стороны, яркий белый свет ударил мне в глаза - коридор был достаточно длинным.
  - Иди, Игорь. Иди, - он махал рукой, призывая пойти.
  Я и пошел, боясь оторвать от генерала глаза, а когда прошел мимо, лицо руками закрывать стал, чтобы в глаза не било, потом попривык вроде. Дверей не было - только стены, дверь сзади вновь сомкнулась - с этой стороны были видны характерные "швы" и панель управления. Впереди виднелась еще одна дверь - большая, двустворчатая. До нее я дошел вполне быстро, приоткрыл, пробрался в проем, а там - гигантский ангар и вертолетов не меньше 10-ти, истребители стоят, штурмовики, автомобили и люди суетятся, туда-сюда ходят.
  - Господин Коригов?! - я не сразу заметил, что меня уже ждали.
  - Да, это я, - ответил я двум крепким парням, в спецназовских костюмах.
  Они подошли, смерили меня взглядом (я был на голову ниже, да и в плечах тоже не великоват).
  - Илья.
  - Костя.
  Мы поздоровались.
  - Игорь. Стало быть, вместе работать будем? - не знаю почему, но дискомфорта я не чувствовал.
  - Стало быть, вместе, - отозвался Костя как-то недобро.
  - Ладно, пойдем, - но Илья, похоже, был на моей стороне.
  Они зашагали быстро, раскованно, я поспешил следом, оглядываясь по сторонам - "а все-таки до чего ж большое помещение! И сколько же футбольных полей тут поместится?! Так, хватит смотреть на ночь познавательные передачи, а то совсем от метрической системы отвыкну".
  Мы шли минуты 3, за это время я успел получше разглядеть своих новых знакомых. Илья - крепкий такой парень, лет 28 я бы ему дал, не больше. На русского богатыря чем-то похож, только лицо больно помятое, да и нос весь кривой - часто ломали, наверное. Высокий, 185, не меньше. Костя - чуть помельче и помоложе, как младший брат к Илье пристроился - но тоже парень хоть куда, сразу видно. Да и характером, должно быть, покруче будет. Странная компания подобралась, должен признаться, и пока что совершенно не хотелось доверять кому-то из них свою жизнь.
   Тем временем мы приближались к вертолету. Большой военный, с кучей ракет и двумя массивными пулеметами. Я сразу понял, что люди вокруг - это мои спутники. Так и было. Лишь только мы подошли, они собрались в кучу и начали на меня глазеть, в прямом смысле, будто я какой-то зверек из зоопарка, а может, им просто не нравился чемоданчик у меня в руке.
  - Товарищ майор! - мужичок лет 40-ка, самый старший из всех, приветствуя меня отделился от толпы.
  - Без официальщины, ладно - произнес я устало, не имея ни малейшего желания запоминать звания - Просо Игорь.
  - Геннадий - расслабившись, произнес мужчина в черном костюме, - подполковник разведки.
  Я поздоровался с остальными. В ответ они называли свои имена. Ренат, Артем, Коля, Леха. "Ничего так знакомство прошло, я худшего ожидал".
  - А Саня то где? - "И вправду, как я не заметил. Их же семеро только, вместе с Костей и Ильей"
  - Майор Александр Северный - из ниоткуда за моей спиной вырос человек, почти моей комплекции, то есть ни рыба ни мясо, худощавый с впалыми щеками, - штатный снайпер второго полка четвертой моторизованной дивизии северо-западного округа.
  "Не слабо! И кто он? Какой-нибудь охотник-одиночка, сам себе не уме, что человека убить может одним только взглядом, если вдруг патроны кончатся? Ладно, разберемся!". А пока что я решил узнать о плане действий из их уст. Меня повели к раскладному столу с картами и шагомером - это в наше то время!
   - Старые способы - самые лучшие - заметил Геннадий, видя мой презрительный взгляд.
  "Время покажет" - подумал я и начал вникать в ситуацию.
  
  Паршивое предстояло заданьице, совсем паршивое. Опорный бункер располагался фиг знает где и чтобы до него добраться, нужно было десантироваться километрах в 10-ти, а потом по джунглям, пешочком, ночью, и это при том, что там нынче странные дела происходят. Перспективы не радужные вообщем. Хорошо хоть оружия набрали - будь здоров, да и хорошее очень, разработки и прототипы, - не серия какая-нибудь, все под заказ. Я как обычно четыре пистолета по периметру туловища распихал, ну и 2 автомата, как полагается, патроны в рюкзаке, сухой паек. Ребята тоже экипировались неплохо. Саня вон длинностволку прихватил, говорит, что стрелял из такой только один раз и то на учениях секретных. Штука убойнейшая. Слона с двух километров одним выстрелом валит только так. Остальные в основном автоматами да гранатами обвешались, только Илья и Костя пулеметы взяли - прикрывать будут. Как оказалось, они из десантуры. Геннадий из разведки, он тут у нас типа главного - по званию старший да и по возрасту тоже, ну вообще мужик умный весьма, да и команды, судя по всему, просто так не отдает. Это радует.
   Ренат - разговор особый. Здоровый, плечистый татарин, такого только на вольную борьбу отправлять...с быками. Не разговорчив, сам себе на уме, я думаю, хотя не знаю, первое впечатление меня всегда подводит. Артем - человек с неисчерпаемой фантазией и хорошим чувством юмора, границ не переходит, держится адекватно, да и, я думаю, в решающий момент всегда на курок нажмет...не знаю, может просто скрывается за маской такого шутника. Всякое же бывает. А еще он лучший специалист по взрывчатке во всей Российской армии, по крайней мере так в резюме написано.
   С Колей я как-то сразу не сдружился. Взгляд у него недобрый, а точнее дурной какой-то, как у уголовника какого-нибудь, а ведь майор все-таки, может просто убивать хорошо умеет...Ха. Все мы тут убивать умеем. Даже я.
  Ну и Леха - последний остался. Наш штатный доктор-лекарь, саквояжек променял на длинноствольный гранатомет, хотя, думаю, аптечка у него все же имеется.
  "Вот такой вот, блин, отряд коммандос подобрался. Разработчики обзавидовались бы" - я даже сам не понял, почему провел параллели с известной игрой.
  Лопасти вращались также быстро, но монотонно, скучно - машина летела на предельной скорости. Уже 2 часа мы сидели смотря друг другу в глаза, изредка переговаривались, Артем много шутил - все смеялись. Я тоже смеялся, но нехотя, как-то не от души. Ключ тяготил меня. Я не знал, что внутри и это убивало. "Уж лучше определенность".
  Да, определенность важна. С ней проще. Хуже всего, когда не знаешь, что тебя ждешь, не знаешь, к чему готовиться и начинаешь просто тупо ждать, а когда дождешься, то и подготовится то толком не успеваешь и все делаешь тяп-ляп...Все таки поскорее бы прилететь. Ведь город тоже ждет, под прицелом танковых орудий и сотни вертолетов. Город ждет меня.
  
  Глава 5. Свет в конце туннеля.
  
  - На подлете! - второй пилот обернулся к нам - Ребят, готовьтесь к высадке!
  "Ну наконец-то". Я простучал карманы бронежилета, одел усиленный спецназовский шлем. Через минуту машину начало трясти, покачивать - вертикальное снижение не очень приятная штука. Еще через полминуты мы сели. Двигатели с благодарностью свистели останавливающимися лопастями, мы начали выходить.
  Поляна была метров 15 в диаметре, ровная, с низкой травой - идеальная взлетно-посадочная площадка. "Интересно, специально сделали или просто рельеф такой?".
  - Пошли уже, хватит травку разглядывать! - сзади по моему плечу ударил Илья, призывая начать двигаться.
  Я послушался, зашагал офицерскими берцами по мягкой едва колыхавшейся на ветру траве. "А здесь жарко" - спина уже взмокла.
  - Саня! Не отставай! - Геннадий оглянулся, я тоже. Остальные шли в привычном темпе.
  Снайпер стоял возле вертолета и вглядывался в джунгли, окружавшие поляну. В темноте я не смог рассмотреть выражение его лица, а вот фигуру видел отчетливо. Он отошел к кабине, поговорил недолго с пилотом, затем развернулся и побежал к нам.
  - Пошли! - приказал Геннадий, как только он поравнялся со мной.
  Мы зашагали к лесу.
  
  - Слышь, Игорь, - шепотом произнес Саня.
  Я сбавил шаг, кивнул, мол, что такое.
  - Мы 2 километра уже прошли. А вокруг тихо, как в барокамере.
  - Нас пасут? - "А что ходить вокруг да около".
  Саня широко улыбнулся, как мне показалось, почти до ушей.
  - Пока не знаю, скорее всего, да, - ответил он все так же шепотом и с той же интонацией. Только сейчас я понял, что он просто опасается подать признаки беспокойства.
  - Так что же делать? - мой вопрос был вполне резонным.
  Снайпер подумал немного.
  - Ждать. Идти и ждать, пока что-нибудь не случится, - с этими словами он отдалился.
  - А ты куда? - спросил я, понимая, что он сейчас уйдет.
  - Я прикрою вас с тыла, - Ответил он и скрылся в чаще.
  "Отлично! Прикрыть с тыла - это нормально. Главное, чтобы с этого самого тыла не хлопнул! Может Геннадию стоит знать?!"
  - Пусть идет, Игорь - сзади меня нагнал Коля - человек с недобрыми глазами, но голос его был мягкий, располагающий - я Саню 18 лет знаю, если он что-то делает, то делает правильно. Геннадию не говори, не надо.
  Он зашагал быстрее, я не пытался его догнать, просто шел в темпе остальной группы, вилявшей по тропе впереди. "Вот оно, военное братство. А вдруг они заодно и всех нас погубить хотят?! И что мне теперь делать?!" - не найдя ответа на этот вопрос я просто ускорился.
  
  По джунглям мы шли еще час, может чуть больше. Я совсем уже вспотел - духота гнела, хотелось пить, но вода во фляге могла еще пригодиться. Я временил. Коля следил за мной все это время - искоса, пытаясь выглянуть из-за чьей-нибудь спины, но у меня на такие вещи нюх. К Геннадию, я даже не пытался приблизиться - знал, что если попробую, меня остановят. Возможно, Костя с Ильей тоже были в курсе, поэтому и шли в конце, чтобы остальные не заметили отсутствия снайпера, не знаю. Я вообще мало что понимал в тот момент, только чувство тревоги внутри меня ширилось с каждым пройденным километром, распирало, рвалось наружу.
  - Бункер. В двухстах метрах - я вышел из задумчивости, лицо Геннадия выражало беспокойство.
  "И как он сумел приблизиться ко мне так бесшумно" - но думать не хотелось, тем более что дикий страх охватил меня в момент, когда мы остановились. Тишина поражала, не простая звенящая тишина, которая бывает, когда в помещение никого не остается, а другая - давящая, мертвая, словно на старом сельском кладбище. Я всем сердцем ненавидел эту тишину - знал, что-то начнется через мгновенье.
  - Все к бункеру! Бегом! - первым закричал Геннадий.
  Он смотрел прямо за мою спину. Меня прошиб пот, страх прошелся по спине легкой дрожью, но обернуться я не посмел - дернулся что есть мочи и побежал за остальными. Костя с Ильей неожиданно развернулись почти перед моим носом. Как по команде открыли огонь. Только теперь я посмотрел через правое плечо. На нас неслись около 10-ти огромных полуволков, жадно заглатывая раскрытыми слюнявыми пастями душный воздух. "Нельзя бросать ребят. Нельзя!"
  - Беги, идиот! - крикнул мне Илья.
  Я повиновался, сам еще не понимая почему. Побежал. Неожиданно из-за деревьев позади, прямо на то место, где я находился мгновенье назад, выскочило еще одно существо. В тот момент я подумал, что ребят просто разорвут, но ни криков, ни рева я не услышал - может просто слишком сильно стучало сердце. Совсем немного оставалось до бункера, но как и следовало ожидать впереди была засада. Прямо из чащи на нас выбежало еще 15 зверей, начали окружать.
  - Рассредоточиться! - Геннадий кричал во все горло, мы бросились врассыпную.
  В первую секунду я подумал, что это полный бред - сражаться поодиночке, но потом понял, что так на самом деле легче. Вместе мы - просто кегли, которые можно сбить одним прыжком, одним ударом лапы. Поодиночке...да тоже в принципе не особо опасны, просто побегать придется дольше.
  - Сзади! - я нагнулся.
  Огромная туша пролетела мимо и впечаталась в землю. Я выпустил очередь - убил. Без ускорителя реакции было тяжело; страх сковывал, мешал думать. Секунда - я вновь уворачиваюсь от еще одного - целюсь дулом в морду развернувшегося врага, попадаю в череп - нет эффекта. Думаю, что это конец - челюсть уже клацает совсем рядом со мной. Последний бросок, я чувствую горячее дыхание...а потом падаю на землю, увлекаемый огромным весом, группируюсь, каким то чудом вылетаю из-под зверя, пытаюсь понять, что произошло. Через пару мгновений еще одна тварь падает замертво и тогда я понимаю - это не случайно. Это снайпер. Наш снайпер!
  На дереве поблизости нахожу едва различимую фигуру. "Саня!" - звери продолжают падать замертво. Один выстрел - один труп - давнее правило. "Но все ли наши выживут?" - "да какая разница! Стреляй!". Автомат перезаряжать времени не было, а второй свалился с плеча, во время падения. Я выхватил первую пару пистолетов. Пули летели ровно и точно в цель - "Тепловое наведение?!", а может просто я хорошо целился. Я убил минимум двоих, перед тем, как услышал крики с тыла. Илья отходил один.
  - Давайте внутрь! Там еще дюжина на подходе! - Геннадий кивнул, до дверей оставалось не так много.
  Со всех ног я бросился к бетонной конструкции, пытаясь успеть...но.
  - Саня! Как же Саня! - закричал я вдруг, понимая, что мой спаситель остался на дереве.
  Артем открыл дверь, Коля впихнул меня внутрь - в черноту, забежал сам, затем Геннадий, Леха, Ренат, Артем поспешно запечатал вход, когда Илья плюхнулся в проем, продолжая стрелять. Я прорывался к выходу.
  - Саня! Он же там! Наш снайпер там! - Коля крепко держал меня за руки. Я не смог вырваться.
  - Костя тоже погиб, - слишком официально произнес Илья.
  Воцарилось молчание. Снаружи не доносилось ни звука - должно быть дверь отлично изолировала помещение. Мне почему-то хотелось плакать. Я не помог человеку, спасшему мне жизнь...а мог ли? На этот вопрос я себе не отвечу. Никогда.
  - Вставай, Игорь - я не знал, что сижу на коленях. Руки потянули меня вверх. Кто-то уже зажег фонари, тень от моей фигуры играла на сырых бетонных стенах, туловище ползло вверх. Через мгновенье мои глаза встретились с Колиными и я вдруг понял, что когда-то давно ему обожгло лицо и поэтому у него теперь такой взгляд - страшный, неестественный.
  - Я нормально вижу, Игорь, - успокоил он меня - просто кожа вокруг глаз неправильно растет.
  Быть может, стоило извиниться, но я не успел.
  - Игорь, Коля, назад! - крикнул Геннадий.
  Я краем глаза заметил, что Артем уже закончил монтировать взрывчатку на одной единственной железной двери в дальней стене. Мы побежали - помещение было похоже на узкий коридор, слева черными пуленепробиваемыми стеклами на нас смотрел вмонтированный в стену пропускной пункт - должно быть когда-то здесь дежурила охрана.
  - Всем пригнуться! - Артем закоротил контакты.
  Взрывная волна отбросила меня примерно на пол метра, но не повредила. Остальные тоже вроде были в порядке. Дверь шаталась на петлях - вырвать двойной металлический косяк оказалось не так уж и сложно.
  При свете фонарей мы проследовали в проем. Он расширялся, становился холлом - небольшим, грязным. Прямо перед нами было две круглых "трубы" диаметром около 2-х метров, белых, выкрашенных совсем недавно. Продвигаясь вдоль стены, я нащупал рубильник, по инерции рука потянулась его включить. Зажегся свет яркий свет на потолке. Ребята дернулись - "наверное. зря. Надо было посоветоваться", но упрека в мой адрес не последовало. Теперь я видел помещение целиком. Это было нечто вроде приемной, а "трубы", судя по всему уходили глубоко вниз. "Интересно, что бы это могло быть?".
  - Ренат, проверь электронику - татарин зашел за одну из "труб", пощупал ее, нажал в несколько мест.
  Матовая краска начала трескаться, загудел сервомоторчик. Из трубы выехал довольно значительный металлический кусок и перевернулся на 180 градусов, оголив сенсорный экран. Ренат подключился к какому-то проводу с помощью наладонника, начал быстро вбивать цифры. Минуты через 3 он закончил. Экран потух, задвинулся обратно, часть трубы вдавилась внутрь, отъехала в сторону, оголив подсвеченную зеленоватым кабину.
  - В лифт! - приказал Геннадий.
  Решили ехать все сразу, набились в небольшую кабинку. Кнопки было всего 3. Илья нажал самую нижнюю.
  Кабина загудела, створка встала на свое место, в первое мгновенье меня слегка вдавило в пол, но потом это прошло. Не знаю, с какой скоростью мы ехали, но уши сильно заложило. Секунд через 10 резкое торможение и часть трубы снова отъезжает в сторону. Нас опять встречала темнота.
  - Оружие к бою - прошептал Геннадий.
  Спецназовцы скрестили руки - автомат и фонарь стали одним целым. Артем и Илья шли первыми. Я - следом, затем Ренат. Помещение походило на склад. Множество стальных перекрытий над головой, странные конструкции из деревянных реек, стеллажи, кое-где видны клочки старой, пожелтевшей уже газеты. Воздух был спертый, по всему видно, здесь давно уже никто не работал. Встав в круг мы принялись осматривать стены в поисках дверей или окон - нашли аж четыре, по одной в каждой стене.
  - И что дальше? - спросил я недоумевая.
  Геннадий ничего не ответил, только задумался на минуту. Ребята рассредоточились, принялись осматривать склад.
  Коля что-то вынюхивал у первой двери, слева от меня, затем пошел к другой, вернулся, принюхался еще раз, подошел к двум оставшимся, повторил операцию.
  - Геннадий! - крикнул он и замахал в мою сторону.
  Из-за моей спины вышел полковник с КПК, направился к Коле. Они что-то обсуждали, речь их то обрывалась, то переходила в перепалку. В результате Геннадий махнул на него рукой и отошел.
  Мощным движением руки, Коля крутанул сейфовый вентиль. Дверь слегка подалась, но открываться, похоже, не собиралась. Я подошел ближе.
  - Здесь какой-то секрет - объяснил мне озадаченный Коля.
  - Есть версии? - спросил я.
  - Пока нет - ответил он невозмутимо, продолжая соображать.
  Я тоже решил побродить вдоль стен. Осторожно, почти не касаясь древней штукатурки я водил по ним подушечками пальцев, словно пытаясь найти какой-то ключ, но ключа не было. Стало обидно.
  - Ребята, сюда! - закричал Артем с противоположной стороны.
  Лучи от фонарей замельтешили, замешкали, потом начали осторожно укорачиваться, освещая военный силуэт и открытую настежь металлическую дверь.
  - Здесь лестница, - Геннадий выглядел озадаченным - но в плане бункера этого помещения нет.
  - Зайдем? - жизнерадостно предложил Артем.
  - Игорь, Ренат, дуйте вниз.
  Голос Геннадия был уверенным, и противиться его приказу не имело смысла. Я выставил фонарь на максимальную яркость, но этого все равно не хватило. Свет словно утопал в темноте, проваливался в ней, поглощался невидимым глазу излучением, не оставляя следов. "Что еще за шутки?!" - подумалось мне, когда мы все ближе подходили к месту, где пропадал луч. Я дотронулся до черноты рукой...странная она какая-то - эта чернота, на гранит по ощущениям похожа или что-то в этом роде. Абсолютно черное тело, так сказать. Доверяя осязанию, я продолжал шарить по сплошной стене в поисках неровностей, которые могли хоть как-то намекать на наличие входа, но ничего не обнаружил. "Странно" - подумал я, и в тот же момент стена передо мной поднялась вверх, а из проема излился яркий искусственный свет.
  - Ты что-нибудь трогал? - я оглянулся на Рената.
  - Нет - удивленно ответил татарин.
  Мы вошли. Помещение было размером с неплохую гостиную в особняке банкира средней руки, но очень старое...и страшное. Облезлые обои, трещины на ветхих стенах, разбитые ящики в левом углу, безумно старый диван и два кресла - все в заплатках. "Здесь что? Жили?!".
  - Игорь, что тут у вас? - Илья появился совершенно неожиданно.
  - Не знаю - какая-то комната - я начал шарить по стенам
  - Справа сверху, точку видишь в уголке, на муху похожа, правда?
  Я поднял глаза. И действительно - в заросшем паутиной углу в объятьях белого плена мерно покачивалась мертвая муха.
  - Вижу, и что? - мое недоумение было понятно.
  - Да так - просто думал, что тебе интересно будет - ответил Илья, смотря прямо на сеть.
  Я решил, что у него просто поехала крыша, немного отошел. Геннадий с лап-топом был уже здесь, я справился о плане действий - его не оказалось. "Ну вот, теперь придется самому придумывать как мир спасать" - в диване я заметил едва видную вмятинку.
  Стараясь не привлекать к своим действиям излишнего внимания, я подошел ближе к металлическому каркасу, наклонился. Углубление было необычным, словно специально выточенным под физиологию человеческого пальца и искусно замаскированное под след от удара. Я провел по нему большим пальцем - оно оказалось абсолютно гладким, отполированным до потрясающей ровности, хотя металл вокруг был явно более шероховатым.
  - Ренат, берегись! - татарин едва успел отпрыгнуть с прохода, как прямо из верхней стены вывалилась массивная металлическая плита, загородившая путь к отступлению.
  - Живой?! - Геннадий бросился к двери, Ренат нервно отряхивался.
  - Игорь, какого лешего ты делаешь?! - Артем пошел на меня - Ты нас всех погу...
  - Тсс! - Мощная рука Николая остановила его - слушайте!
  Я напряг уши - вроде ничего...нет, постойте, это же вой. Тот самый, только очень-очень далеко, и глухой какой-то, хриплый. А вот теперь ближе и четче.
  - Занять оборону! - заорал Геннадий.
  Ребята начали группироваться в центре комнаты. Я медлил. "Нет, все не правильно. Очень не правильно. Есть другой выход. Есть!" Я провел по вмятине еще раз, потом второй, третий с большим усилием - "бесполезно". Вой приближался, я выхватил пистолеты, примкнул к основной группе. Плита выглядела весьма прочной и, похоже, крепко сидела в стенах, но я все же опасался, что звери ее пробьют.
  - Аууу! У-у-у-у! Ауууу! - Совсем близко, почти рядом с нами.
  - Автоматическая система безопасности активирована! - компьютерный голос доносился со стороны паутины.
  В следующее мгновенье за плитой послышались трели крупнокалиберных пулеметов, тяжелые пневматические шаги, лязг, рикошет и множество писков, рев, местами просто грохот. Я понимал, что это бойня - место, откуда нет выхода. И я был рад, что не нахожусь там в этот момент, а сижу в маленькой светлой комнатке, пусть и замурованной с четырех сторон.
  
  Минуту спустя стрельба прекратилась, шаги стихли, только едва слышные поскуливания умирающих животных доносились из-за стены.
  - Добро пожаловать в убежище, господа! - я чуть было не выстрелил от неожиданности.
  Во время боя никто не следил за тылами, а между тем стена бесшумно отъезжала вниз, позволяя окружить нас людям в инженерских спецовках. Но приветствовавший не был похож на ученого, скорее на военного, волею случая надевшего этот халат.
  - Подполковник Геннадий Семин - главное разведывательное управление - отчеканил наш командир, попутно призывая бойцов опустить запоздало поднятое оружие.
  Человек в халате смерил невысокого, щуплого подполковника взглядом, возможно даже усмехнулся про себя.
  - Полковник Сергей Колонкин - отдел особых исследований. До Инцидента - заведующий геотермальным комплексом Остров-4, - люди в халатах тоже опустили оружие - итак, какова же цель вашего визита? - он говорил спокойно, сдержанно.
  Геннадий медлил, в воздухе витало недоверие.
  - Наша группа отправлена в эту лабораторию для выяснения причин Инцидента, случившегося в одном из городов - наконец произнес он.
  "Что ж, посмотрим куда приведет эта откровенщина".
  - Инцидента? - переспросил полковник.
  Геннадий понял, что отступать некуда.
  - Две недели назад в лабораторный комплекс "Номак-16" вторглись неизвестные ранее звереподобные существа. В результате этого, комплекс был почти полностью уничтожен и звери вырвались на поверхность - в город с 400 тысячным населением. Правительством был принят ряд мер, по блокированию передвижения животных из города. Также в ходе исследований было установлено, что на вашу лабораторию также напали эти странные существа, поэтому было принято решение о высадке десантной группы с целью выяснения обстановки, - Геннадий сделал паузу - Я рад, что мы нашли живых...
  Полковник, судя по всему, таким ответом удовлетворился.
  - Что ж, я признателен, что правительство о нас не забыло, вот только что с того - наши запасы провизии на исходе и мы понятия не имеем что делать с тварями на острове - они словно взялись из ниоткуда. Неделю назад их было только 240, сейчас - уже несколько тысяч - он тоже прервался, оглянулся на нас - Ваши бойцы должно быть устали. Идемте, здесь все еще не безопасно.
  Он развернулся, направился к проходу, Геннадий следом, мы - за ним. С полминуты спустя стена за нами начала медленно подниматься вверх - также бесшумно, как и опустилась, позволив застать нас врасплох.
  
  "Когда навалится грусть,
  Ты вспомни простые слова:
  "Вернуться живым не забудь - я молюсь
  За нас, за тебя, за себя.
  
  Уйди из-под пули шальной,
  Ножа не поймай под ребро,
  В суровых боях на заставе родной
  Не бойся и помни одно -
  
  Солдатам не стоит грустить,
  За них погрустят в тыловых,
  Стоять до конца, до домов не пустить
  Врагов самых ушлых, дурных.
  
  Себя береги, но не трусь.
  Среди фронтовых передряг,
  Вернуться живым не забудь - я молюсь
  В тяжелые ночи атак.""
  
  "Зачем? Зачем они там, а я здесь? Зачем нам это все?" - с того момента, как я покинул базу, прошло уже около полутора суток. Значит, Аня уже в Изоляторе, значит, у нее уже начался необратимый процесс разложения ткани. Девчонка же еще совсем!
  Свет резал глаза. Я специально не стал его выключать, чтобы было легче просыпаться. Правда, спал я неважно, из снов помню только то, что кого-то убил, человека вроде, но это нормально после стольких смертей.
  Полковник весьма четко обрисовал нам ситуацию, рассказал предысторию. Оказалось, что по всему острову разбросаны несколько крупных бункеров - научных лабораторий, в которых проводились исследования активности земной коры в местах разломов, в частности возле вулкана. Также существовала одна центральная лаборатория, где располагался генератор геотермальной энергии и военный корпус, предназначенный для охраны территории. Местным жителям оставили примерно 1/3 острова, остальное пространство огородили колючей проволокой и выставили часовых. Масштабы работ потрясали. В период расцвета здесь располагалась целая военная база с 8-ми тысячным контингентом, но после распада СОЮЗА военных вывезли, оборудование тоже, оставив только сам генератор, который оказался неразборным. В результате комплекс просто подорвали в нескольких местах, решив, что этого хватит. Три недели назад на станцию Остров-4, из джунглей напало несколько Особей. Ученые сообщили "наверх", но ответа не дождались. Через неделю остров был заполонен чудовищами неизвестного происхождения. Оставшимся научным сотрудникам пришлось укрыться в убежище - хорошо защищенном месте станции, и активировать очень мощные охранные системы, которые отпугивали Особей. Однако в последние дни их ситуация ухудшилась - звери прошли первый рубеж обороны и теперь пытаются преодолеть второй. Люди на станции говорят, что их словно кто-то ведет внутрь, вглубь - в убежище, но мне в это верилось неохотно.
  Так что в общих чертах все выглядело весьма скверно, если не считать того обстоятельства, что нам дали оружие и боеприпасы, и, что немаловажно, карту местности, так как GPS-навигатор КПК Геннадия давно не работал, как нам объяснили из-за помех, создаваемых силовой установкой главного электрогенератора.
  Я понятия не имел с чего начать, но все же сошелся в мыслях с остальными членами команды, что целесообразней для начала осмотреть с центральную лабораторию, тем более, что именно в том районе были обнаружены кости древних животных. Что ж, не теряя времени даром, я вышел из комнаты отдыха и направился в конференц-зал - запланированное совещание должно было начаться с минуту на минуту.
  - Всех приветствую - я махнул пару раз рукой - Геннадии, Леха и Артем уже сидели в креслах за продолговатым столом в хорошо освещенной светом пастельных тонов комнате.
  Я тоже присел, через мгновенье вошли Коля и Илья; Ренат появился только через несколько минут. Когда он занял свое место, полковник начал совещание.
  
  Весело щелкнул затвор. "Умница" - оружие и впрямь было отменным, странно, что на военной базе я не видел такого. Длинноствольный пистолет-автомат ПРК-07, магазин на 38 разрывных патронов, скорострельность приличная, встроенный квинтальный гаситель, сводивший отдачу почти к нулю. "И почему нам такое на задания не выдавали?" - много бы людей хороших в живых осталось...Раньше я не задумывался об этом, ну нет, не так - задумывался, конечно, но как должное воспринимал, что ли. А теперь меня это раздражает.
  - Игорь, ты готов? - я обернулся.
  - Да! - щелкнул затвор второго пистолета.
  - Выходим! - крикнул Геннадий и замахал рукой в сторону толстой двери.
  Я засунул пистолеты за спину, схватил со стола 2 автомата, рюкзак накинул на плечи - все, как учили.
  На совещании мы решили, что лучший способ пробраться в центральную лабораторию - пройти по секретному служебному тоннелю, который связывает убежища друг с другом. Выходить на поверхность не имело смысла - остров просто кишил нехорошими тварями, поэтому выбор у нас был небольшой. Особых препятствий на нашем пути не предвиделось, Колонкин обещал отключить автоматическую систему безопасности на этом уровне.
  
  10 км пешком - не так уж много, но я вымотался. Мы прошли уже около половины пути - два склада и бесчисленное число фонарей на стенах тоннелей. Судя по карте, мы находились рядом с распределителем энергии, но никаких указаний о том, как он выглядит, не имелось.
  - Сюда! - я бросился вперед.
  - Ну и зачем так кричать - дверь, как дверь - Геннадий отчитывал Николая.
  - Что за дверь? Почему закрыта? - вмешался Артем, прикидывая, сколько понадобиться взрывчатки.
  - Успокойся, У меня ключ есть. Это дверь к распределителю энергии - Геннадий достал КПК - так, мужики, за дверью большое пространство - должно быть ангар или что-то подобное. Держаться вместе. Если что, открывать огонь. Ясно?!
  Я кивнул, на всякий случай взял автомат наизготовку. Дверь жутко заскрипела, открылась наружу. Мы вошли. Мрак смыкался над нами - крыши совсем не было видно, дальние стены тоже терялись в темноте - фонари до них не доставали. Помещение было и вправду очень просторным, по ощущениям, площадью, примерно, с футбольное поле, может чуть больше. Вокруг не было ничего - огромное пустое пространство. Мы медленно шли вперед. Леха отобрал у меня карту и сам указывал направление.
  Шаг. Шаг. Через тьму... С флангов и тыла доносились звуки воды по металлу, мне стало страшно. "Семь человек. Всего семь против бесконечной неизвестности, против гигантских, возможно, непобедимых врагов, которых тысячи вок..." - "одну минутку, по-моему, я это уже говорил". О да, я знал, что должно произойти в следующий момент, ведь чувство дежа вю никогда не подводит. Из пыльной мглы на нас выплыла величественная, уходящая к потолку конструкция, похожая на гигантского ощетинившегося ежа - обвитый проводами каркас разветвлялся, подобно дереву, острыми иглами уходил в разные стороны и одной - самой крупной - вверх, в объятья черноты.
  - Не слабо - Илья восхищенно присвистнул.
  Мы все остановились, наблюдая, пытаясь разглядеть как можно больше деталей в узких световых струйках фонарей, напрягали зрение. Это чудо инженерной мысли заворожило нас на несколько минут, приковало к себе... И все-таки, какой же я дурак, что не заметил подвоха!
  - Несанкционированное проникновение! Активация Стражей! - "ненавижу компьютерный голос!"
  Мне совсем не понравилось последнее предложение, да и ребята тоже, похоже, были не в восторге.
  - К выходу! - крикнул Геннадий. Мы бросились к двери.
  Я не помню, где научился бегать так быстро, ведь нормативы я всегда сдавал весьма скверно, но в итоге я почти обогнал даже мускулистого Илью. Спасение было близко. Я слышал, что позади с потолка опускаются орудия, но все же надеялся - успею.
  - В укрытие! - По команде Рената мы кинулись врассыпную.
  "Не успел, стало быть" - с досадой подумал я, ощущая, что сзади в бетонный пол врезаются крупнокалиберные пули. Каким-то чудом я оказался возле распределителя и забился в узкий проем между двумя генераторами. Вокруг меня все стихло, но звонкими отзвуками по ангару разносились следы стрельбы - кто-то пытался отбиться. Ноги совсем не слушались, а где-то вверху гигантская гидравлическая пушка с видеокамерой искала меня своим беспристрастным оранжевым взглядом.
  - Игорь! - даже не пошевелился - Игорь, беги!
  Я не разобрал, кто кричал и откуда, но команде повиновался и бросился наутек. Секунду спустя я услышал, как место, где я сидел, методично обстреляли из двух стволов. "Врешь, не возьмешь!" - противников по-прежнему не видно. Я начал стрелять вверх - они там, скрытые под слоем темноты, возможно искусственной. "А ведь возможно!". Бросившись к ближайшей стене я стал искать подобие выключателя. Не нашел!
  - Коля, Коля! - его фигуру невозможно было спутать.
  Он спрятался за небольшую бетонную стенку, я нырнул за ним.
  - Коля! Нужно взорвать распределитель! - он уставился на меня ошалелыми глазами. Я понял, что помощник из него никакой - где Артем?!
  Он встрепенулся.
  - Убили! Убили Артема! Еще когда к двери бежали! - "А дело то совсем дрянь!".
  На эмоциях я кинулся вперед. Не знаю, каким образом мне довелось избежать ранения, ведь огонь был ураганным, но я добрался до тела. Он был еще жив, но, судя по всему, не протянул бы и 5-ти минут. Я не стал его трогать, просто схватил рюкзак лежавший рядом, отстегнул с пояса несколько мин, короткими перебежками от укрытия до укрытия, добрался до центрального узла распределителя в виде своеобразной сферы, метра 4 в диаметре. Со взрывчаткой я никогда не работал, поэтому решил положиться на удачу - закинул мины в рюкзак - к остальному, снял с пояса гранату.
  Чеку выдернул бессознательно, не отдавая себе отчета в том, что делаю, затем кинул гранату в подложенный под сферу мешок и побежал, что было сил. Через несколько секунд ударная волна отбросила меня вперед на пару метров, ангар осветило яркой вспышкой, распределитель разворотило, во все стороны полетели шматки проводов, стальные пластины. Я мог лишь надеяться, что никого не убило, но подниматься не стал. Грохот разрывал перепонки, казалось, что все помещение превратилось в сплошной пылающий ад. Обмотка проводов клубила черным дымом, он поднимался вверх, к мощной вытяжной трубе... "Я вижу!" - потолок и пушки больше не были скрыты темнотой. Стрельба прекратилась. Автоматические стволы беспомощно висели на заклинивших тросах. Я вздохнул с облегчением.
  Геннадий вылезал из-под обломков, кашлял - вроде цел. Тело Артема разорвало на части, отбросило к стене. Я встал, побежал разыскивать остальных. Коля сумел выжить - переждал, Илью изрешетило - бронежилет оказался бесполезен.
  Спустя какое-то время меня разыскал Геннадий с Ренатом.
  - Леха не выживет - прошептал подполковник - еще пол часа, потом умрет от потери крови - помолчали - Вот бишь, Игорь, как в жизни выходит...всю жизнь людей лечил на войне...а сам...сам от ран умирает и ничего сделать нельзя...
  - Сильно мучается? - неожиданно спросил Ренат.
  Геннадий непонимающе уставился на него. Ренат отошел, направился к лежавшему на полу Алексею.
  - Не смей! - мой пистолет смотрел прямо Ренату в голову.
  Я все понял. Он просто хотел оборвать его страдания, просто хотел, чтобы Леха ушел сейчас - быстро и безболезненно...хотя настолько ли безболезненно? В любом случае, мне казалось, что я правильно делаю.
  - Не смей! - повторил я еще раз, когда Ренат все же потянулся за пистолетом - Будет кровь еще на твоих руках! Пускай же будет кровь твоих врагов, а не твоего друга!
  Татарин вернулся к нам.
  - Жалко просто... - я впервые увидел, что он плачет.
  - Который час? - неожиданно спросил подполковник.
  Я пожал плечами.
  - Пора уходить - настойчиво предложил Геннадий - ты взорвал распределитель. Теперь система безопасности осталась без питания - она не работает, а значит, скоро здесь будут эти твари.
  Долго меня уговаривать не пришлось. Через пару минут мы уже стояли по ту сторону выхода, пытаясь совладать с теми чувствами, что бушевали в нас, как ураган. Закрывая дверь, каждый из нас оставлял в этом ангаре частичку себя вместе с теми людьми, что умерли вместо нас, и я отчетливо понимал, что оставляю отнюдь не самую маленькую частичку.
  
  Оставшуюся часть пути до головной лаборатории я молчал. Коля тихо матерился первые 10 минут - проклинал это задание и всех тех людей, кто когда-то додумались до автоматической защиты, проклинал зверей, из-за которых мы все здесь оказались; Геннадий с Ренатом шли впереди, что-то живо обсуждали. Время тянулось, каждый шаг четким эхом проходил по арочным сводам невысокого тоннеля. Я много думал о доме, о нашей базе, о тех людях, что остались там ждать моего возвращения. Аня должно быть уже умерла. Я бы не хотел, чтобы так случилось, но если суждено - значит, никуда не денешься. Макс...как он там? Держится ли? Скольких еще людей схоронил из нашего отряда? Скольких еще не досчитался после очередного задания...Стоит ли город. Остался ли там кто-нибудь живой и была ли попытка прорыва блокады? Не знал...и это убивало.
  - Мы на месте! - крикнул Геннадий.
  Я прибавил шаг. Они были прямо за поворотом - ушли вперед метров на 100, может, чтобы не отвлекать нас с колей от мыслей, воспоминаний.
  - Судя по карте, за этой дверью главный корпус лаборатории - Геннадий взглянул на монитор КПК - Движения нет. Должно быть пусто. Открываем!
  Ренат крутанул ручку-вентиль вправо, потянул на себя. Свет в проеме был тусклый, воздух затхлый... трупный.
  - Ну вот и все, - голос Коли дрожал - Женщины остаются за дверью. Мужчины идут внутрь! Без вопросов!
  Он первым переступил через порог, я следом. Геннадий и Ренат сразу заняли позиции по флангам. Я выставил автомат вперед - в направлении центра большого, почти пустого помещения. Коля прикрывал тыл. Распределившись на четыре стороны, мы начали продвигаться вперед. Сверху, должно быть, мы выглядели как живое вращающееся перекрестье прицела с отходившими в стороны четырьмя лучами фонарей. Меня учили не думать в таких ситуациях, меня учили не думать...но волею неволей в голову лезли мысли, в основном о смерти; страх, предательским безразличием заполнял душу, хотелось стонать от моральной боли, нервы сдавали. Ожидание хуже действия - я всегда ненавидел ожидание.
  Мы шли довольно долго. Никаких звуков, кроме наших собственных шагов, я не уловил. К лифту мы подошли без происшествий. Пароль - не проблема. Вниз. Вниз. На 20 этажей - в самый центр - к геомагнитному генератору. "Пронесло!" - подумалось мне, когда мы поехали вниз; "Надолго ли?" - когда лифт подъезжал к 19-му этажу.
   Створки разошлись со щелчком, неестественно натужно. В кабину хлынула холодная вода.
  - Это еще что такое?! - Ренат отпрыгнул в дальний угол.
  - Всем успокоиться, оружие наизготовку! - приказал Геннадий.
  Мы вышли, потолок отсутствовал, вместо него был просто свод скалы, твердый минерал поблескивал в световой струе, искрился, словно усыпанный бриллиантами. Коридор, где мы находились, затопило. Абсолютная, непроходимая тьма окружала нас со всех сторон, развивалась дезориентация.
  - Все за мной! - все-таки у Геннадия была харизма.
  Мы двинулись медленным шагом, пытаясь как можно лучше осматривать стены. Через несколько метров луч фонаря уперся в очередную дверь.
  - Заклинило! - раздраженно выпалил Ренат, ударил по ней ногой.
  - Что делать будем? Взрывчатки больше нет, - спросил Коля. Геннадий думал.
  Я продолжал осматривать стены. Трещины, трещины, куски отвалившейся шпаклевки, отсыревший бетон. "Здесь не пройти". Я перевел взгляд вниз. Тоже, ничего интересного...хотя...Быстро переведя фонарь на замеченную мной странную точку, я окончательно убедился, что прав. Свет вновь терялся в черноте, поглощался ею. Это был проем, скрытый завесой мрака. Колебался я недолго - всунул правую руку, благо диаметр отверстия позволял, нащупал что-то вроде тумблера.
  - Осторожно! - Коля закрыл рената рукой, отодвинул немного.
  Дверь начала медленно ползти на нас. Затем отъехала в сторону, обнажив металлические направляющие, за слоем свежей штукатурки.
  - Молодец, Игорь, - подполковник хвалил меня, я не сильно обрадовался.
  - Давайте уже зайдем.
  Мы вошли. Одно можно было сказать точно - геотермальный генератор давно уже не работал. В огромном ангаре, наподобие того, что мы видели до этого, он стоял недвижимо, бесшумно, заливаемый двумя мощными водяными струями сверху.
  - Должно быть, родниковые воды - предположил я.
  Со мной согласились. Лодыжки уже конкретно сводило, стало ясно, что долго оставаться в воде не стоит, поэтому я достал карту.
  - Коля, посвети, - слабеющий луч упал на отсыревшую бумагу - так, хорошо, мы пришли, что дальше?
  - Убежище слева, на пять этажей ниже - ответил Геннадий.
  - Так что же, нам идти туда?
  - Скорее все...
  - Тише! - Ренат пригнулся, было от чего.
  Среди звука льющейся воды я отчетливо разбирал ритмичные, нечастые всхлипы, как будто кошка лакала из озера. Они были совсем близко, метрах в 20-ти правее. Я поднял нацелил автомат, Коля - фонарь. Из мрака неожиданно появилась огромная волчья морда, щурившаяся от яркого света. Он выглядел совсем не злым, даже наоборот - очень добрым, милым, вроде Соломона в нашей лаборатории. Ребята ждали, а я начал медленно подходить.
  - Игорь, ты что! - шептали мне вслед, увещевали.
  Зверь был все ближе, его красные глаза выказывали удивление, любопытство, хотя не симпатию - точно. За мной были три ствола, готовых в любой момент открыть огонь, но я совсем не чувствовал себя в безопасности. Правая рука потянулась к морде, я коснулся его! "Никаких резких движений!" - твердил я про себя. Глажу. Зверь подается к руке, ласкается, трется огромным носом о мою ладонь, начинает подходить ближе.
  Я не сразу понял, почему он мне показался другим, но теперь, кажется, до меня дошло. Сквозь кожу проступали мощные, крепкие ребра - он совсем оголодал. Плоская морда вся была впалой - начиналось заражение большой раны за левым ухом. Он терся об меня уже всем своим телом, ходил вокруг, как кошка, просящая еды у хозяина. Я взглянул на ребят. Они заворожено смотрели на то, как это животное пыталось мне понравится, их автоматы уже почти опустились - это мне, честно говоря, не понравилось. А еще в сердце забралось какое-то нехорошее чувство. Зверь сделал еще пару кругов возле меня, потерся, как ни в чем не бывало, потом начал обходить справа. "Блин, как же я влип!" - пожалуй, впервые в жизни я осознал, какой же я все-таки идиот. Особь отходила немного и смещалась - это был идеальный угол для ее броска. Я уже ничего не успевал сделать. Ни пистолет выхватить, ни крикнуть. Единственное, что мне оставалось сделать - зажмуриться и умереть, но даже глаза были мне неподвластны. Зверь сделал еще несколько шагов и с наскока бросился ко мне, метясь челюстями в голову.
  Выстрел! Громоподобный выстрел из ниоткуда, из черной пустоты, до которой мы еще не добрались! Я упал ниц, закрыл голову руками, а рядом со мной шмякнулась огромная туша голодного зверя.
  - Открыть огонь! - приказал Геннадий
  - Идиоты, это я! - голос из темноты был предательски похож на Сашин.
  "Нет, не может быть!" - но я не смог пошевелиться.
  - Бегите, идиоты, бегите! - Саня звал за собой, меня начали поднимать.
  - Аууу! Ауу-у-у-у-у! - "Вой сверху! Вой сверху!"
  - Игорь, да вставай ты уже! - я сам не понял, как очутился на ногах, но сразу же побежал.
  Впереди маячили три силуэта, ну и четвертый - невидимый для меня; сзади - грохот падавших металлических опор, лязг снесенных заграждений, тяжелый стук лап по бетонному полу - они догоняли.
  - Сюда, скорее, за дверь! - я видел ее, она была совсем рядом, она была открыта!
  Но пол неожиданно ушел у меня из-под ног, словно я провалился в открытый колодец. Все мое тело подалось вниз, увлекаемое силой тяжести в неизвестность, дыхание перехватило, засосало под ложечкой, сердце екнуло, электрической дугой по спине забегали мурашки. Последнее, что я видел, это как закрывали дверь почти у моего носа. Я падал во мрак.
  Первые несколько секунд я не мог понять, что происходит - страх сковал мысли, рефлексы, я просто растворился в невесомости, сознанием понимая, что остановка в конце не оставит мне шансов, но вскоре, я стал ощущать, что замедляюсь, обретаю вес, скольжу в восходящем воздушном потоке почти вертикально и, вероятно приземлюсь на ноги. Еще через пару секунд поток воздуха усилился, я почти остановился и, мгновенье спустя, рухнул на холодный пол, немного задев голову.
  Лежал я молча, первые секунды только тихо постанывая от пульсирующей боли в правой лодыжке и головокружения, но после чувства стали возвращаться ко мне и я услышал то, чего совсем не хотел услышать. Вокруг меня сопели, храпели, скалились не меньше десятка взрослых Особей, в любой момент готовых накинуться и разорвать меня в клочья. "Но чего они ждут?" - мысль от испуга.
  Невдалеке я различил негромкий свист на грани ультразвука, легкий, ненавязчивый, расслаблявший. Звери расступились, кольцо вокруг меня стало шире. Я вскочил, мгновенно выхватил пистолеты, пытаясь сориентироваться и вновь не упасть, шатаясь из стороны в сторону, целился им в головы. Может, это выглядело очень забавно со стороны, но мне смеяться не хотелось, ведь ценой веселья была моя жизнь. Звук повторялся снова и снова с равными промежутками - так прошло с полминуты. Морды полуволков почти уже скрылись в темноте, так что я с трудом мог определить их местонахождение, пытался целиться в воздух на уровне их туловища - благо координация восстановилась. Затем прозвучал резкий, режущий звук, и много визжащих волчьих голосов бросилось от меня врассыпную. Через минуту я остался один в абсолютной черноте и тишине, крутясь с двумя вытянутыми стволами на 360 градусов то в одну, то в другую сторону, чтобы опять не закружилась голова.
  - Вы в безопасности мистер Коригов! - раздался мужской шепелявый голос справа, я мгновенно прицелился в этом направлении - Но они скоро вернуться, поэтому вам лучше пойти со мной.
  - Кто ты такой?! - я совсем не хотел верить этому голосу.
  - Меня зовут Эрик Харлайн, я ученый здесь, в лаборатории...по крайней мере был им, пока эти твари не напали на нас. Вам лучше пойти со мной, быстрее, они скоро придут - повторил он еще раз, уже почти упрашивая.
  Я медлил секунды две. "Была не была!" - опустил пистолеты и побежал на голос. Впереди замельтешили шаги - незримый собеседник убегал.
  - Сюда, сюда, скорее! - тьма передо мной расступилась, в открывшийся проход вбежал худощавый человек с растрепанными волосами, в очках, замах мне рукой.
  На секунду я задумался.
  - Ауу! Ау-у-у-у-у! - "как-то слишком громко" - Ау-у-у-у! - эхо почти оглушило меня.
  - Это вожак! Скорее, внутрь!
  Я кинулся в проход, тьма за мной сомкнулась, затем кусок металлической стены заехал на свое место. Не сводя глаз со стены, я слушал, как во вне эти твари искали меня.
  - Их привлекла ваша кровь, - пояснил мне мой новый знакомый, отряхивая лабораторный халат. Он был на голову ниже меня, выглядел совсем забитым, несчастным, - Это ведь ваша кровь?
  Он уставился на мои руки. Я тоже решил взглянуть. "Ох ё!" - все левое предплечье было расцарапано.
  - Да, моя, - коротко ответил я - но я по-прежнему не понимаю, где я и что здесь делаю...ах да и еще, откуда вы знаете мое имя?
  Человек не выглядел смущенным, скорее наоборот - расцветал в радостной улыбке, словно ждал этого вопроса долгие годы кропотливой работы в лаборатории.
  - Я уже говорил, что меня зовут Эрик. Эрик Харлайн. Я работал здесь - в центре новейших технологий. А знаю я вас, господин Коригов, потому что именно я должен был вас ввести в курс дела по прибытии.
  - В какой такой курс?
  Мужчина вздохнул.
  - Ох, и все это вам, военным, надо объяснять, да рассказывать. Ладно, идемте со мной.
  Я в недоумении направился за ним по узкому коридору. Стальные стены - толстые наверное, со встроенными светильниками за пуленепробиваемыми стеклами - "мощная конструкция, должно быть не просто так строили".
  
  Глава 6. Эволюция
  
  - Проходите, проходите - ученый засуетился, распихивая по углам разбросанные вещи - извините, здесь не убрано - все времени не было.
  "Ладно уж, на первый раз прощаю". Комната была небольшой, квадратов 30-ть, может и меньше; всевозможный житейский хлам соседствовал со вполне современным лабораторным оборудованием непонятного назначения.
  - Темновато - возмутился я, косясь на потолок.
  - Ой, ну что вы, - Эрик щелкнул выключателем.
  Помещение мгновенно озарилось ярким светом, я сощурился, прикрыл глаза рукой. Видя мой конфуз, ученый начал что-то ковырять в стене.
  - Нашел! - свет начал тускнеть, смягчаться.
  Наконец-то можно было нормально видеть. Я кивнул Эрику в благодарность, он расплылся в улыбке.
  - Вот так и живем - произнес он негромко, подойдя к моему плечу.
  "Не густо" - подумалось мне, когда я вновь осматривал комнату. Два стула, разложенный диван, стол, подобие электрической плитки, морально устаревший чайник и набор металлической посуды рядом.
  - Центр новейших технологий, да? - Эрику не понравилось мое ехидство.
  - Эх, кабы не эти твари наверху, то я бы развернулся, - начал он плаксиво - Раньше я заведовал двумя этажами, и там были вещи, о которых вы даже и мечтать не могли. А теперь вот сижу здесь и жду, когда же вы все-таки соблаговолите поинтересоваться о вашей миссии. Неблагодарная работа, должен вам сказать.
  "Миссии? Опять играть в избранного?"
  - Прости за подколки, просто вырвалось. Рассказывай, кто к нам с чем зачем?
  - Мудрено выражаетесь, Игорь - он впервые назвал меня по имени - Рассказывать нечего. Сами смотрите.
  Он подвел меня к одному из лабораторных столов. Экран старенького ноута мигал красными точками - я сразу понял, что это не очень хорошо.
  - Это, Игорь, количество особей на острове - он нажал несколько кнопок, на экран вывелась карта мира - а это - предположительное количество особей по всему миру примерно через месяц.
  Должен сказать, что меня шатнуло. Весь экран был утыкан красными кругляшками - особенно большими в городах и маленькими на равнинах и нежилых территориях.
  - Ну как, охота шутить отпала? - "Ага. Всерьез и надолго"
  - Вопрос, - заинтересованно произнес я - что все это значит? Глобальная экспансия?
  Профессор усмехнулся.
  - Нет, никакая не экспансия. Просто банальная погоня за местом для существования. Вот и все.
  - Они хотят захватить все континенты? Но их же все равно очень мало! - я возмущался.
  - Это пока - а профессор был спокоен, по меньшей мере, внешне - через пару дней проснуться самки...и вот тогда их станет намного больше.
  Я выхватил пистолет. "Этот очкарик у меня дождется!"
  - Так, стоп! Да что с вами со всеми такое твориться?! Вы, ученые, всегда рассказывать с конца начинаете?! - я вспылил, заходил по комнате.
  - Так вы что, не в курсе? - удивленно осведомился Эрик.
  - Нет! Вообще не в курсе! Буду признателен, если просветишь! - может не стоило на него орать, но мне хотелось.
  Ученый ушел к другому столу.
  - Ну тогда слушай! - "ну надо же, он наконец-то перешел на "ты"" - Эти твари появились на планете в эпоху мамонтов и саблезубых тигров. Этакие волки ледникового периода. Доподлинно известно, что обитали они лишь в южных широтах, вблизи экватора, были короткошерстными и ненавидели зиму. Мы назвали их Глиндвергами. По мере того, как климат холодел, они были вынуждены отходить все дальше на юг. Это был всего лишь еще один вид древних зверей, который был частично истреблен, частично вымер сам от холода и недостатка пищи. И все бы ничего, да вот только одному ученому, уже в наше время, была поставлена задача вывести суперживотное, а времени в обрез оставалось. Вот тогда то он и пронюхал о том, что у нас в лаборатории кости эти древние лежат, послал запрос, мы ему откололи кусочек - у нас то их как грязи было. А через пару лет узнали, что в какой-то лаборатории произошел Инцидент. Вот тогда-то и признали в зверушках наших доисторических экспонатов, в правительство сообщили, а там все дело по обычаю замяли и нам под угрозой расстрела запретили кому-либо рассказывать.
  - Так он что, просто напросто воссоздал древнюю форму жизни? А это реально? - я изобразил глупое удивление.
  Эрик смотрел укоризненно.
  - В наше время, господин Коригов, все реально, и тем более, если за проектом стоят большие деньги. Будьте уверены, у генетики уже добились таких неслыханных результатов, о которых обычные врачи могут только мечтать. Да и тем более, создание новой цепочки ДНК - процесс невероятно сложный, а тут - вот она, готовая, запечатана в кусочек костной ткани, ну, естественно с генами пришлось повозиться, вот видимо что-то и напутал, местами поменял два квадратика биологического конструктора и все наперекосяк пошло, твари агрессивными стали.
  - Так значит, это просто взбесившиеся песики? А в чем тогда подвох? - я все еще не понимал.
  - А подвох в том - продолжал профессор - что помимо чрезмерной агрессивности, после генетической модификации, особи получили возможность крайне быстро достигать зрелого возраста, ну и размножаться, разумеется.
  Картинка вырисовывалась, но пока только контурами, я был намерен задать еще несколько вопросов. К слову сказать, раздражительность моя совсем к этому времени прошла и даже сменилась любопытством.
  - Ну хорошо, раз это так, то почему же они до сих пор не заполонили всю планету и что это за самки, которые должны проснуться?
  Эрик подобрел, довольный тем, что помог мне разобраться.
  - Знаете, Игорь, генная модификация в 90% случаях дает один очень существенный побочный эффект, - "Нда, интересно, какой же?" - Только 20% модифицированных особей способны к размножению. А вернее, только 1% самок и 19% самцов. Поэтому этих тварей все еще мало. Спящие самки - это те немногие оставшиеся в живых после ледникового периода Особи. Если они проснуться и самцы найдут их, то произойдет всплеск рождаемости...и тогда для людей просто не останется места.
  Я призадумался. Все это было очень познавательно и интересно, но два вопроса волновали меня больше других.
  - А как они проспали столько времени и не сдохли? - мой первый вопрос.
  Профессор опять заулыбался.
  - Игорь, а вы когда-нибудь об оборотнях слышали? О чудовищах на болотах и в лесах континентальной Европы? Со времени их последнего появления на поверхности прошло не так уж много - всего каких-то 200-250 лет, а потом они резко исчезли...ушли под землю в глубокий сон, как рептилии. Я понимаю, это звучит глупо и неубедительно, но это так.
  "А я разве спорю?".
  - Ну ладно, допустим, это все правда, тогда что же нам делать? - мой второй вопрос.
  - Подойдите, пожалуйста, сюда - Эрик замахал рукой, перемещаясь столу с разноцветными пробирками.
  Я уже понял, что сейчас мне нужно будет что-то выпить.
  - Знаешь, когда я в последний раз что-то пил, эффект был прямо скажем не очень - попытался отшутиться я, но ученый похмурнел, напоминая, что не на прогулке мы с ним. "Ладно, извиняюсь...".
  - Это не просто напиток, Игорь - начал он очень серьезно - это вытяжка из слюны этих зверей, - он поймал мой взгляд - Что?! Не смотри на меня так. Я прекрасно знаю, что их слюна ядовита, но поверь мне, что лекарство безвред...
  - Я не об этом думал - перебил я, уставившись в его глаза - Что мне это даст? Зачем мне его пить? Я чувствую подвохи, Эрик, поэтому хватит юлить.
  Профессор вздохнул.
  - Ну ладно, Игорь, раз уж на то пошло...в этой пробирке ключ к бесконечной силе и бесконечному безумию в одном лице - результат работы тысяч специалистов генетиков. Жидкость в ней дает человеку колоссальную силу, не сравнимую ни с чем...но она лишает разума. Понимаешь, в определенных экстремальных ситуациях, когда в кровь выделяется адреналин, находящиеся в ней ферменты слюны глиндвергов действуют как катализаторы, наделяя человека еще большей силой, но они также разрушают личностный отдел мозга, который тщательно следит за нашим поведением. В результате, при длительном нахождении в крови, ферменты полностью разрушают личностный сегмент головного мозга, и человек перестает ощущать себя человеком. Он может стать кем угодно - но никто не знает, кем именно, - он прекратил говорить, давая мне возможность обдумать сказанное. Через минуту я кивнул, разрешая ему продолжить - Понимаешь, Игорь, когда ты выпьешь эликсир, твое тело измениться, ты станешь почти неуязвим и ты сможешь противостоять им один, даже без оружия. Ты должен добраться до самок раньше них, ты должен убить самок. Они спят за этой треклятой дверью, которую американские военные специально поставили, чтобы защитить их, но я боюсь, что если глиндверги доберутся до автономного генератора, то она перестанет функционировать. Не дай им это сделать, слышишь?! Игорь! Игорь!
  Нет, я не слышал. Я падал на пол в полном оцепенении. Дверь. Дверь в городе. Они добрались до самок. Вот почему за 2 недели их популяция утроилась. Вот почему они вырвались на поверхность. Они добрались до своей цели. Как? это уже было не важно. Ведь важна только цель...только цель...
  Я схватил пробирку и одним махом отправил ее содержимое в рот. Вкус был отвратительный, словно в ней смешали все самые ужасные земные ароматы и залили все это аммиаком. Зазря Эрик кричал мне что-то про инструкцию, про то, что это нужно запивать...Не нужно, мне не нужно...
  Мышцы сковало судорогой - все сразу, как по команде. Я никогда не чувствовал более сильной боли. Она длилась всего секунду, а потом я упал в черноту. Я умер? Может и так...плевать.
  
  - Игорь, Игорь, проснись, соня... - "Иринка...Иринка, ты ли?! Откуда? откуда?!"
  - Нет! - я вскочил навстречу яркому свету.
  Дышать было больно, тяжело; я глотал воздух, как тогда, на операционном столе нашего шефа. Я глотал воздух...Моя левая рука сжимала кушетку, в ладони я чувствовал нестерпимое жжение, боль, смешанную с экстазом, распространявшимся по телу - медленно, миллиметр за миллиметром. Лишь когда я взглянул на руку, до меня дошло - я все еще жив.
  Хромированный металл высококачественной инструментальной стали был смят как бумажный листок, расколот на части, пронзившие руку насквозь. Но я не кричал...боль совсем уже прошла и я упивался видом собственной крови... "Я что, рехнулся?!".
  - Игорь! Прекрати немедленно! - Эрик стоял возле двери.
  Я разжал кулак, позволил железу выйти из моей кисти. Поразительно. Раны затянулись почти мгновенно, как в кино. Я с удивлением рассматривал руку, трогал - совсем не больно.
  - Игорь! Препарат уже действует! Ты неуязвим, но у тебя совсем немного времени! - "Какой он странный этот профессор...такой хрупкий, такой беззащитный...О чем это я?!".
  - Эрик, что происходит?! - "а голос то вроде не изменился".
  - Твой мозг уже начал разрушаться! У тебя около двух суток, до тех пор, пока Зверь не поглотит тебя полностью. Тебе пора! - Профессор указал на дверь.
  Я инстинктивно ощупал спину - "пистолеты пропали!". Эрик заметил мое недоумение.
  - Они тебе больше не нужны - пояснил он, поспешно выходя в коридор - вот карта, компас, фонарь; в рюкзаке четыре взрыв-пакета на всякий случай.
  Мы бежали по темному коридору, тому же, который привел нас к небольшой комнате, впереди я видел сейфовую дверь.
  - Удачи, Игорь! - последние слова Эрика, перед тем, как дверь за мной захлопнулась.
  Во тьме не было звуков. Словно вымерло все. Я включил фонарь, начал смотреть карту. Двумя крестиками были обозначены мое местоположение и местоположение цели. Как все-таки странно - наш с ребятами путь лежал в ту же сторону...
  
  "Все происходит так быстро...события сменяют друг друга...эта чехарда так выматывает...что со мной? Что со мной опять случилось?!". Проход был узким, уходил далеко вперед, извиваясь змеей, как человеческий кишечник. Я засунул карту обратно в карман, огляделся. Тяжелая дверь закрывала вход, а другой возможности проникнуть внутрь я не видел. Глаза горели, веки резала боль, тяжесть каменными лапами обхватила их, я не хотел больше сопротивляться.
  Последние полчаса в моей душе бушевал дикий, нечеловеческий гнев, пытавшийся подчинить мое внутреннее "я", сломать, обезглавить его. Маниакальное желание бить кулаками по стенам, крушить старые, итак уже неслабо разбитые ящики, охватывало меня волна за волной, вселяя все больше ненависти - пустой, бесконечно неопределенной, безвекторной ненависти, которая, однако, была столь хорошо ощущаема. Веки сомкнулись, я почувствовал, как что-то чуждое мне вырывается на волю... и я закричал - невыразимо громко, нечеловечески, вкладывая в крик весь гнев, все смятение своей души.
  Открыв глаза, я понял, что стал другим. Это чувство прошибло меня сразу с головы до пят, булькнуло, сомкнувшись над макушкой черепа, погрузив в созерцательность своих новых ощущений. Все тело представляло собой как бы один огромный энергетический сгусток, по непонятным причинам облаченный в бренное материальное тело. Мышцы, налитые звериной силы, стенали и требовали выплеснуть накопившуюся в них мощь. Я не стал сопротивляться.
  С необыкновенной легкостью я подбежал к двери и впечатал свой кулак в холодную бромированную сталь аккурат по центру. Словно пластилин, дверь промялась от этого удара, потаенный титановый косяк наполовину вырвало из железобетонного основания, он согнулся, сбросив с себя массивные петли. Я был ошарашен от увиденного, не верил себе, боялся, что вот-вот мою руку сожмет недеформированный металл, а все это окажется лишь наваждением, миражом, галлюциногенным побочным эффектом, но вмятина и не думала сжиматься, а дверь продолжала беспомощно склоняться под собственной массой.
  Вторым ударом я сломал сверхпрочный замок, и к моим ногам рухнула некогда величественная конструкция - творение человеческой инженерной мысли. Лишь сейчас я осознал, насколько сильным был мой удар - толщина двери составляла около 25 сантиметров, и я вошел в нее примерно наполовину.
  Сердце билось громко, отчетливо, звук его ударов отражался от стен, учащенное дыхание заставляло меня ужасаться своим возможностям...панический страх завладевал разумом, ведь я начал понимать, что отныне останусь таким навсегда - зверем в человеческом обличии, хотя, может, уже и не в человеческом вовсе, ведь лица своего я тогда не видел. Как бы то ни было, но думать в те мгновенья я не мог, повиновался инстинктам, а он гнал вперед, в неизвестность извилистого узкого прохода.
  Осмотрев проем, я крайне удивился - он был еще уже, чем сама дверь, так что идти там можно было разве что боком. Никаких источников света не наблюдалось, а батарейка фонаря уже конкретно подсела. Невольно в голове промелькнула мысль о том, что, возможно, у меня теперь есть ночное видение, но физических подтверждений этому я не нашел, поэтому решил идти по старинке - на ощупь.
   Стены поначалу были ровные, твердые - чистый, нетронутый бетон. Я расслабился - и вправду, какой смысл напрягаться, иди себе да иди, ни о чем не думай. Никаких признаков опасности я не видел, а точнее не ощущал, мышцы стали мягче, некое подобие спокойствия снизошло на меня, нервы разжались - мне полегчало...но ненадолго. Как раз в тот момент, когда фонарь в последний раз моргнул более менее достойным лучом света, бетонная стена, как я понял, закончилась и пошла старая кирпичная кладка. Камень крошился под пальцами правой руки, порой осыпался трухой, сгнившей до такой степени, что она не источала даже неприятного запаха. Я мог только гадать, сколько лет этим стенам и кем они были построены, но в том, что этот кирпич не принадлежал ни к нашему ни к прошлому веку, я был уверен на миллиард процентов - слишком хрупкая и неровная текстура выдавала в нем отсутствие температурной закалки и как следствие непромышленный способ изготовления.
  Меня тревожила столь резкая смена направляющей поверхности. Ведь такие изменения от хорошего к плохому ни до чего путного довести точно не могли. Спустя несколько секунд мои инстинкты снова взвыли, я почувствовал, что знаю ответы на свои вопросы, знаю, чем впоследствии сменится эта стена и почему страх мало-помалу заволакивает сознание. Так и случилось - минуты через 3 рука скользнула по липкому, противному веществу, чем-то напоминавшему слизь, но гораздо более тягучему. Запах стоял ужасный - сочетание гниющей, трупной плоти, гнойных выделений, чьих-то продуктов жизнедеятельности...Страх захлестнул меня целиком, я понял, что под ногами у меня вовсе не камень, как раньше...это были кости или что-то очень на них похожее. Они хрустели, ломались. Я ступал по черепам древнего склепа, если это, конечно можно было назвать подобным образом. Шаг за шагом, секунда за секундой я все больше отчаивался выйти из этого прямого лабиринта, ожидая самого худшего и, минуту спустя, дождался.
  Первому, слабому попискиванию я почти не придал значения, посчитав, что это может быть мышь или некрупная крыса, коих здесь, как я полагал, обитало немало. Но по мере того, как я шел все дальше и дальше, не мозгом, но сердцем я начал понимать, что это вовсе не крысы, а что-то гораздо извращеннее и ужаснее. Писк усиливался - он шел мне навстречу довольно быстро, иногда теряясь за стенами, иногда становясь отчетливее. Я сто тысяч раз пожалел о том, что оставил пистолеты в лаборатории - "и о чем думал?! Придурок! Кранты тебе, идиотина! Фигово совсем сейчас будет!". Писк остановился в нескольких метрах от меня. Я замер. Холодным потом с висков текли струйки - чернота и неизвестный враг убивали во мне всякую надежу...я знал, что он чувствовал мой страх, и знал также, что противник мой был уродлив до ужаса.
  Не знаю, что побудило меня достать фонарь, но я это сделал. Света от него едва хватало, чтобы разглядеть собственную руку, но мои глаза, странным образом исказили картинку, перенаправ свет от фонаря наружу - туда, где пищало неизвестное существо. Передо мной возвышалась толстая, даже скорее жирная, уродливая личинка под два метра высотой, почти достававшая до потолка - увеличенная копия жука короеда со страшными челюстями - вечно голодная, которая была готова сейчас сожрать все, что угодно.
  Многие люди, оказавшиеся на пороге смерти говорили мне, что чувствовали, как жизнь с момента рождения и до сегодняшнего дня пролетает перед ними, выпуская наружу эпизоды, которых они стыдились, и при этом время как бы останавливается на микросекунду...так вот - все это сущая правда! Я видел себя в детстве, видел в юности, видел сейчас, глядя на то, как конвульсирует чрево этого мерзкого создания почти передо мной, как сурово и решительно клацают его круглые челюсти со струящейся по "морде" слюне...он хотело жрать - худшего зрелища я в жизни не видел.
  Страх, пронзивший меня миллиардами пучков сначала погрузил в отчаяние, а потом неожиданно разбудил во мне дикого зверя, который никого и ничего не боится. В следующее мгновенье для меня перестала существовать эта гусеница-переросток - от нее остался лишь образ противника, которому со мной не тягаться.
  Фонарь упал на кости, я размахнулся насколько мог правой рукой и вонзил ее в каменно-слизистую стену, вогнав по локоть, а затем, резко дернувшись обвалил все, что находилось ниже. Левой рукой я проделал тоже самое, в результате я смог развернуться лицом к противнику и у меня было небольшое пространство для маневра - по обе стороны от туловища образовались своеобразные проемы в стене.
  Личинка бросилась на меня, вереща почти на ультразвуке - видимо в обычном состоянии эти частоты для человека невыносимы, но мне они не причинили вреда - я остался неподвижен. Отсчитывая расстояние изрядно поточневшим глазомером, я ждал, когда произойдет рывок...3,2,1...с необъяснимой ловкостью я прыгнул в одно из углублений; мимо, пища и выравнивая стены своей белой гладкой тушей, пронеслась гусеница, явно недовольная тем, что промахнулась.
  Я успел вытащить взрывчатку - всего один пакет, подумал, что этого хватит, и сломя голову бросился бежать. Коридор за тем местом, где стоял мой враг оказался гораздо шире, чем пройденная мною часть, поэтому бежать было несложно, если конечно не учитывать того, что за мной уже гнались. Ее скорость явно превышала мою, и я не знал, насколько хватит выигранной форы, к тому же фонарь остался лежать на земле и я уже ничего не видел, повинуясь лишь инстинктам и чувству равновесья, обострившемуся многократно.
  Возможно, на открытом пространстве, мне бы не составило труда убить эту тварь, но сейчас фактор местности был на ее стороне, поэтому я отбрасывал всякие мысли о том, чтобы занять оборону. Писк опять был от меня в нескольких десятках метров, я рвал когти изо всех сил, тарабаня по костям, впечатывая особо прочные из них в мягкий грунт, проваливался, спотыкался, хорошо еще, что не падал. Несколько метров оставалось мне до смерти, несколько паршивых метров и в этот самый момент, непонятно для чего я резко развернулся и боком влетел в пространство между неожиданно выплывшими из темноты бетонными стенами, пролетев добрых десять шагов головой вперед.
  Мгновенье спустя таким же образом в это пространство попыталась впрыгнуть и личинка, но ее хрупкому телу не удалось потягаться с человеческим гением, возведшим это укрепление. Моего противника сплющило раза в полтора, по инерции протащило почти до самых моих ног. Истерические клацанья челюстей, истошный протяжный писк, борьбу желания поесть и инстинкта выживания прервал глухой хлопок в области пуза гусеницы, оставшегося за бетонными сводами и трепетавшего от колоссального перенапряжения. Тело личинки обмякло, расслабившиеся мышцы, перестали вдавливаться в стены в тщетной попытке продвинуть туловище еще на несколько метров, личинка начала сползать.
  Появившееся у меня желание подойти поближе и осмотреть ее тело я засунул в такое глубокое место, что Марианская впадина по сравнению с ним - всего лишь выемка в детской песочнице. Вместо этого я медленно побрел к выходу, появившемуся через несколько десятков метров. Стальная дверь была точ-в-точ как на входе, но бить ее кулаками было не с руки.
  Поразмыслив пару мгновений я что было мочи двинул по ней правой ногой, от чего она вместе с косяками отлетела на пару метров. Своим способностям я уже не удивлялся, приняв их как должное и естественное для меня состояние, да и ушедший страх сделал свое дело - мне было безумно свободно, как после ночного кошмара, когда понимаешь, что все случившееся - всего лишь сон...
  В помещении, куда вылетела дверь, светили мощные лампы. Это окончательно меня успокоило, но все же осматривался я из прохода. Несколько десятков квадратных метров были абсолютно пусты и лишь в глубине дальней от меня стены, за 18-ю слоями пуленепробиваемого сверхпрочного, армированного марганцевыми стержнями, стекла находился управляющий компьютер. Я хотел было уже войти, но сзади вновь раздался писк - было понятно, что с этим надо что-то делать. Достав второй заряд я направился в обратный пусть между стен. Гусеница уже всеми силами пыталась вылезти обратно в свое убежище, от чего сильно сползла, и, услышав мое приближение, стала дергаться еще сильнее, еще интенсивнее спасаться от своей недавней добычи - чувствовала наверное.
  С бесконечной циничностью я, с помощью штыря, всадил один из зарядов прямо ей в голову, а другой, с более длинным запалом кинул к середине туловища. Уходил я медленно и все также цинично, на входе в комнату поджег фитили. Из проема донесся пронзительный писк, а через мгновенье взрывная волна адски горячим пламенем ворвалась в комнату с компьютером, мгновенно рассеявшись. Я ждал волны от второго взрыва, но она, судя по всему даже не дошла до конца проема, "ну и фиг с ним!".
  Я наконец-то вздохнул с облегчением, упал на колени, дал себе отдышаться. "Ну, Эрик, поймаю - убью гадину!".
  
  Глава 7. Бойня
  
  Минут пять я провел на полу. Тяжелые утепленные штаны хорошо защищали от холода бетонных плит, но я все же начинал замерзать. Из помещения вела только одна, по виду весьма прочная дверь. Я не был уверен, что ее стоит высаживать, так как она все же защищала главный компьютер добавочного генератора от посторонних рук...то есть лап. Внимательно изучив ее конструкцию, я пришел к выводу, что запирается она только снаружи, а изнутри весьма легко открывается парой-тройкой клавиш. Так и оказалось. Буквально сразу я нашел отпирающую кнопку. Дверь запыхтела, снизу повалил пар, а затем два совсем неслабых моторчика втянули массивную конструкцию в верхний косяк.
  Я размышлял недолго и быстро вышел из комнаты. За моей спиной закрывался проход, а впереди была огромная захламленная комната с десятками дверей по периметру - должно быть старый компьютерный зал, так как кое-где прямо из пола торчало оборванное оптоволокно, да и куски обычных проводов там и тут валялись среди картонных коробок. Лазерные диски тоже встречались, в основном расколотые или обуглившиеся, но в тот момент меня больше волновало, что же мне дальше делать, ведь выходов много, а я один.
  "Пора бы и на карту взглянуть" - я достал из кармана клочок бумаги. "ХА! И почему я не удивляюсь?!" - он самый - большой жирный красный крест прямо на середине этой комнаты, означавший лишь одно - меня снова здорово надули. Никаких намеков на то, куда могли вести все эти двери, карта не содержала, поэтому для начала я все же решил достигнуть заветного крестика.
  С середины помещение уже не казалось таким уж большим, хотя...это по прежнему был ангар в двести квадратов, с высокими потолками и люминесцентным освещением - не очень приятным, должен заметить, но после кромешной тьмы склепа я был несказанно рад даже этому.
  - Пи-пии! - я бросился куборем к дальней стене - пипип...пииии....Мяу...пшшш!
  Кошка...это была только кошка, непонятно как здесь очутившаяся, но, судя по всему, ужасно напуганная и голодная. Она была вся такая разноцветная. Серые пятна на ее шкуре чередовались с черными и ярко оранжевыми, белыми, кое-где виднелись кровоподтеки. Теперь она гордо шествовала под одну из коробок, таща в зубах пищавшую крысу - ее сегодняшний ужин. Не знаю, почему, но я, честно говоря, был безумно рад, что хотя бы этой мохнатой скотинке сегодня повезло...
  - Игорь! - я не поверил ушам.
  Пока мое внимание было отвлечено, какая-то дверь подарила мне столь желанную и долгожданную встречу, однако я сразу понял, что радостной она не будет - пришедших было трое.
  - Мужики, где Коля?! - испуганно спросил я, когда мы встретились примерно на середине комнаты.
  - Погиб. За дверью остался Коля - отозвался Ренат.
  Геннадий тоже смутился на мгновенье, затем хотел было спросить, как я тут оказался, но суровый возглас Сани, заставил его засуетиться.
  - Скорее! - кричал снайпер и указывал на комнату с компьютером.
  Мы побежали, невдалеке я уже различал протяжный вой глиндвергов, слышал, как они бьются тушами в двери...в это множество дверей, ведущих в неизвестность.
  - Я узнал, что это за твари! - крикнул я, когда мы добежали, но особого интереса мои слова, похоже, не вызвали, только Геннадий кивнул в мою сторону, призывая рассказывать.
  - Это глиндверги, так их назвали. Они жили на Земле в эпоху мамонтов, а потом один слишком умный ученый возродил их к жизни...А еще они к самкам лезут! - прохрипел я последние слова.
  - Да все мы к самкам лезем! - завопил Ренат, пытаясь отвинтить заклинившую панель управления.
  - Да тут похоже код нужен! - попытался уточнить я...
  - Да знаем мы код, знаем! - Геннадий орал мне прямо в ухо, но взгляд его был направлен прочь - в сторону дальних верей, которые уже подавались на бесконечные удары ужасных существ.
  - Все, крантец настал - прошептал Саня...
  
  В следующую минуту одна из дверей упала, и в помещение ввалилась туша, за ней еще восемь, хищнически озиравшихся по сторонам. Через мгновенье они заметили нас и бросились галопом - "быстрые, сволочи!" - другие двери тоже пали под мощным натиском, количество наших врагов прибавлялось.
  Ренат не справлялся с панелью, затекшие, разбитые в кровь пальцы тщетно пытались развинтить самоконтрящиеся гайки; Саня начал отстреливаться - двоих уже убил, но больше пяти завалить точно не успеет...Геннадий остолбенел, судя по всему у него уже не было оружия, чтобы обороняться. Окруженные, загнанные, напуганные - эти люди ждали, когда же, наконец, клыкастая смерть оборвет их существование. Они потеряли надежду.
  Настал мой час. Весь маршрут вел меня к этой комнате, к этой стае самых сильных самых смелых самцов всего глиндверского рода. Я понял это, когда прилив энергии вновь заставил сердце пульсировать с удвоенной скоростью. Моя ненависть воплотилась, нашла отражение в несущихся на меня окровавленных мордах. Я жаждал их убить - всех до одного.
  
  Когда первый из глиндвергов подлетел к моей голове, я схватился за его череп, крутанул влево и отбросил от себя. Это оказалось совсем несложно, легко, почти естественно для меня, ведь я тоже стал зверем, как и они. На пол упало бездыханное тело. После того, как еще двое попытались разорвать меня, время перетекло в иную плоскость - я жил быстрее их примерно в двое, поэтому угадывать их движения не составляло труда, я словно знал все наперед, как актер, играющий свою роль в постановочном бое...я бил их, бил со всей своей звериной силы, со всей своей звериной одури.
  Резким движением руки я оторвал одному из нападавших нижнюю челюсть, голову другого с разворота расплющил о бетон ударом правого кулака. Ребята меня боялись; ошарашенные, подобной сценой, они, забившись в угол, безучастно наблюдали картину расправы человека над ненавистными тварями.
  Тем временем еще две особи обходили меня по флангам, а третья приземлилась прямо передо мной, делая рывок для укуса, но левой я разнес ей нос, вогнав руку на полкулака в морду - сволочь сдохла от болевого шока. Правый и левый противник прыгнули одновременно. Нижним ударом я вставил одному из них свой ботинок в трахею, а другого заставил перекрутиться в воздухе хлестким ударом свободной ноги.
  От такой неописуемой жестокости глиндверги посмирнели, начали опасливо смотреть в мою сторону, шакалились от каждого моего движения, немного отходили...
  - Саня, дай мне винтовку! Саня?! - глаза его были стеклянными, он боялся пошевелиться, боялся сказать слово.
  Я с силой выхватил оружие у него из рук, нацелился, начал стрелять. Один выстрел - один труп. Провокация удалась - звери с новой силой ринулись ко мне и были встречены достойно.
  Первого я все еще положил по старинке - пулей промеж глаз, на второго не успевал уже нацелиться, да и третий подлетал, а за ними еще шестеро. Разрядив магазин, я упал ничком, позволив врагу перелететь через меня, а второго, чья морда была уже перед моим лицом, схватил за пасть, и раскрутив кинул на спешивших на помощь собратьев. Правая нога убила третьего нападавшего, а со вторым, который перелетел через меня, я разобрался ударом кулака.
  Натиск ослабевал?! Нет! Как бы ни так. Шестеро все еще бегут на меня. Я разломал винтовку на части...они еще не знают, сволочи, что я буду делать! Первым полетел ствол - металлический прут пробил глиндверга насквозь и вышел примерно из спины, улетев к потолку. Затем патронташ вонзился второму в горло, третий погиб от приклада, четвертый успел добежать, но был пригвожден к бетонной стене цевьем, С шестым и пятым пришлось разбираться руками, но особый цинизм и ярость захлестнули меня в тот момент. Засунув руку прямо в глотку своего противника я вырвал все, что смог зацепить, полуволк попытался взвыть, но не смог, захрипел только. Второго ждала не менее незавидная участь. Безумно сильным ударом я снес его мощную голову, обагрив кровью стены и пол.
  Рассвирепев от гнева, я начинал понимать, что теряю контроль, меня заносило, я жаждал все более и более страшных, леденящих душу смертей. Теперь уже не глиндверги пытались убить меня, а я их. Охотники и жертва поменялись местами - они тоже это чувствовали, поэтому сторонились, сбиваясь в кучи, протяжно воя, призывая на помощь своих товарищей. Тщетны ваши надежды! Тщетны ваши старания! Я ворвался в самую гущу, видя, ощущая их страх, пьянящим, хмельным ароматом вторгавшимся в мой рассудок и прерывая во мне всякое чувство меры. Они разбегались от меня в ужасе, как бездомные шавки при виде породистого добермана, ищущего кому бы надрать задницу сегодня вечером.
  Я отрывал им хвосты, лапы, пробивал насквозь черепа, разбивал челюсти, рвал животы голыми руками, ломал позвоночники, одним пальцем выдавливал оба глаза сразу...большинство из них дохли сразу же, от болевого шока, остальные лежали, мучались...таких я даже жалел, и убивал быстро, но это все равно походило на дикость сошедшего с ума маньяка...
  После получаса непрекращающейся мясорубки, с ног до головы пропитанный чужой кровью, среди сотен и сотен трупов глиндвергов, я стоял победителем, смотря, как вокруг меня кружит скалящаяся стая, которая никогда не рискнет напасть на меня первой...они ждали вожака...вожаков.
  Словно величественные войны, чинно, четким но мягким шагом, из девяти дверей вышли очень крупные особи. Все остальные полуволки были им лишь по пояс, да и в ширине уступали порядком, но я смотрел на них с презрением, как на недостойных себя кандидатов. Они остановились невдалеке. Я ждал, они тоже.
  В едином порыве стая завыла, переливаясь сотнями волчьих голосов, пытаясь скорее всего, напугать меня...но мне было все равно - я знал как прервать этот вой. Счастливая пуля - мой вечный спутник, мой амулет, который я повесил в виде брелка на свои ключи...она так долго ждала своего часа...дождалась. Я вынул из кармана пулю и размахнувшись со всей силы кинул в толпу. Тотчас же один из зверей упал замертво. Стая замолкла на мгновенье, но затем зарычала вся разом и вожаки двинулись на меня.
  Наивные ублюдки! Они явно не понимали, кто стоит перед ними. Сначала вышел самый крупный, сильный вожак, один на один со мной - чистый самоубийца. Резкости ему хватило ровно на то, чтобы после рывка, я не встретил его ударом в челюсть. Пришлось увернуться, но его попытка откусить мне руку по приземлении, привела к тому, что я просто отвернул ему голову, а тушу выкинул в стаю.
  Стало понятно, что в одиночку меня не взять. Двое с наскока попытались накрыть меня массой, но я уклонился, подставил одному руку прямо под брюхо. Как кол она прошла сквозь его внутренности и вышла через спину, сломав позвоночник. Другой сдох просто - от разрыва какого-то органа, когда я вдарил ему в область печени. Но на подлете было еще четверо. Я разобрался с ними быстро при помощи комбинации рук и ног...и того осталось трое. Одному я сломал шею, другой, почти было перекусил меня пополам, когда я отвлекся, чтобы проверить как там ребята, но и его я убил без жестокости...а вот девятый - последний все пятился и пятился, видя, как подыхают его товарищи, опускал хвост все ниже и ниже...струсил, идиот! Подбежал ко мне в самом конце, когда все было решено, завилял хвостом в низу, прикрывая им все, что можно было...еле живой глиндверг, которого я ударил не слишком сильно хищно оскалился на него, что мол перед врагом раболепствуешь и будто обиду я в его глазах увидел...а потом добил его.
  - Пшел вон! Шакал! - живой вожак опустил глаза, опять попятился, потом затрусил к двери...его провожали голодные взгляды, а затем несколько тварей понеслись за ним, видя, как он пустился наутек. "Сожрут и не подавятся. Даже у них предательство не в чести". Хищно зыркнув на оставшихся противников, я понял, победил в этом кровопролитном сражении. Я победил...
  
  Мой рассудок прояснился...я был в ужасе от того, что сотворил с этими животными...пусть мутировавшими, пусть злыми, пусть беспощадными...но все таки...я был в тысячу раз беспощаднее их...я убивал без цели, без призвания...в этот раз я убивал ни за друзей, ни за себя...в этот раз я убивал ради пьяной эйфории, убивал, одурманенный страхом этих беспомощных передо мной существ...я убивал...захотелось плакать, выть и кричать...но я не мог позволить себе при них.
  - Пошли все! Дрянные псы! Пшли! - я замахал руками, забегал вокруг, выгоняя глиндвергов из помещения. Они рассосались по девяти проемам, но продолжали смотреть. Я брал двери - каждую из них, и впечатывал заново в растрескавшийся бетон - чуть глубже и так, чтобы обязательно зашибить кого-нибудь из стаи. Они визжали, давились в узких коридорах, но не посмели бы войти еще раз, даже если бы сзади их похдлестывали языки пламени.
  Заделав последнюю дверь, я рухнул на пол. Сознание окончательно прояснилось. Я начал ненавидеть себя за ту бойню, что здесь устроил, за то, что столько трупов оставил после себя...нет, мне не было жаль этих тварей, нет...просто мне было страшно и стыдно, что я - человек, упал в такую бездну, поддался животным инстинктам... Почему?! Почему?! Психологическое воздействие препарата?! Да нифига?! Ну отчасти только, возможно! Но главное - чувство меры. Его так легко потерять, когда понимаешь, что ты сильнее всех на этом свете...
  Ребята боялись меня как огня, забившиеся в угол, выставившие вперед свои штыкножи, они пытались огородиться от меня, отбиться хоть как-нибудь, только чтобы выжить...они тоже видели, что я творил здесь...тоже видели...и судя по всему, они этого не перенесли.
  Я думаю, что они оправились бы, будь у них больше времени, но пока что этого времени не было, поэтому я просто прошел мимо них к двери, которую так тщетно пытался открыть Ренат. Двумя ударами я снес ее вместе с косяком. Комната казалась такой девственно чистой, воздух в ней был относительно свеж, лишь слегка пахло обугленным мясом личинки, но это не шло ни в какое сравнение с тем трупным зловонием, что царило по соседству.
  Я подошел к стеклу. Нет, 18 слоев я не пробью никогда...а вот бетон рядом - запросто. Я начал колошматить руками по стене, с каждым ударом углубляясь все дальше. Крошки летели во все стороны, из раздолбанных кусков торчали острые металлические прутья, гнутые, кривые. Я рвал об них кожу, оставлял куски мяса, как плату за проникновение к компьютеру...ребята уже зашли в комнату, оправляясь от полученного шока, с удивлением смотря на то, как я пробираюсь через стену.
  Минут через десять пусть к панели управления был открыт. Как я понял, раньше она управлялася по лучу с дистанционного пульта или по беспроводному каналу непосредственно с компьютера, но сейчас передо мной была лишь панелька ручного управления и красная надпись на экране, требующая ввести код доступа.
  - 451245 Элеонора, Рузвельт, Грегори, Иствурдон, 491594 АЗЮ12 Игрик Моргенштарн З2.
  - Доступ разрешен.
  Я смотрел на подошедшего сзади Геннадия...он был уже почти спокоен и относился ко мне, похоже, как и прежде, по крайней мере, насколько это было возможно, после увиденного.
  - Спасибо тебе, Игорь, - произнес он, положив руку мне на плечо.
  Я похлопал его по ладони, развернулся.
  - Иди через выбитую дверь все время прямо - не заблудишься, если у конца бетонной стены найдете свежие останки гусеницы, ну там слизь или внутренности, то смело идите через коридор. Если нет, то пулей возвращайтесь обратно - это важно, запомни! - он кивнул - вот тебе карта, идите к красному кресту - там вас встретит Эрик - передавай ему от меня привет. Скажи, что я почти у цели.
  Геннадий слушал очень внимательно, изучал карту.
  - Свяжись со штабом, пусть покончат с этим! - это был мой последний наказ старшему по званию, после чего он вышел.
  Я прислушивался еще с минуту, как они идут по тоннелю, переговариваются, боялся, что вернуться - не вернулись. Стало быть, сдох червяк, ну и фиг с ним!
  В высветившихся на мониторе менюшках я нашел раздел с планом уровня, открыл, бегло просмотрел куда ведут двери из большой комнаты. Многие обрывались тупиками. Десять выходили в какие-то коридоры. Одиннадцатая вела в еще одну комнату, судя по всему, там и находилась заветная дверь. Выйдя из менюшек, я отдал приказ на дезактивацию дополнительного генератора. Через пять секунд сообщение об успешной дезактивации высветилось зелеными буковками на потухшем черном экране, а, мгновение спустя, и оно исчезло навсегда.
  
  Окровавленные руки опустились. Лишь теперь я понял, насколько все-таки измотался за последнее время. Изрезанные, порванные сухожилия кулаков адски болели, мышцы, налитые свинцовой тяжестью пытались пригвоздить меня к полу, заставить заснуть хотя бы на несколько минут...я почти поддался. Но через каменную бесконечность мой обостренный слух улавливал легкое шипение сверхпрочной двери, оставшейся без вакуумного уплотнителя - ведь компрессоры выключились.
  "Если я не дойду туда первыми, то они дойдут...а если дойду, то никто из них не посмеет туда сунуться" - я отчетливо осознавал, что даже несмотря на свое недавнее поражение и потерю всех вожаков, глиндверги вряд ли смогут противостоять самому главному инстинкту своей жизни. Значит надо вставать, значит нужно идти дальше.
  Я поднялся. Идти к самкам абсолютно без оружия мне не хотелось, ведь все же они были крайне крупными. Пробежав глазами по помещению, я ничего ценного не нашел, поэтому решил выйти в ангар. О да, здесь можно было развернуться, среди трупов, то тут то там валялись ржавые трубы и куски косяков.
  Я остановил свой выбор на двух плоских заостренных стержнях, метр двадцать в длину и около десяти сантиметров в ширину. Согнув нижние части в цилиндр с помощью своей недюжинной силы, я засунул их по бокам ног - в очень кстати подвернувшиеся крепления под амуницию. Не долго думая, я также насобирал какие-то небольшие металлические осколки - они тоже могли понадобиться. Взрывпакеты я так и оставил в рюкзаке, просто выведя запалы наружу...
  "Чемоданчик" - я вытащил его, и трезво рассудив, что сейчас самое подходящее время, сорвал два накидных замка. Как я и думал, он оказался пуст, а точнее был наполнен каким-то серебристо-белым песком. Возненавидев в тот миг всех и вся, я со злости швырнул его от себя как можно дальше, но он ударился о близлежащую мохнатую тушу, песок рассыпался, а из глубины выкатилась маленькая скляночка, обернутая в фольгированную бумагу.
  Я подобрал артефакт, развернул. Подняв выпавшую изнутри бумажку, я прочитал послание корявым почерком:
  "Раз ты открыл это, то помни, что жидкость в склянке активна лишь в течение получаса, поэтому действуй быстро. Когда достигнешь цели, то вскрой панель управления и в образовавшиеся углубление влей эту жидкость. Сделав это, ты получишь возможность сразиться со своим врагом..." и подпись - "И.Д."
  Я покрутил сосуд и так и сяк - он казался пустым, жидкость либо совсем не преломляла свет, либо обладала еще каким-то неизвестным мне свойством. Как бы то ни было, я сунул ее во внутренний карман, под замок, чтобы не потерять.
  Теперь я был полностью укомплектован и мог отправляться в путь. Правильную дверь я узнал среди прочих моментально - она оказалась несколько больше остальных и толще вдобавок. Отбросив прочь бесполезный кусок металла я вошел в хорошо освещенный коридор, заканчивавшийся еще одной дверью. Она также слетела с петель весьма быстро, и я спрыгнул в просторную пещеру, не содержавшую никаких намеков на рукотворность, кроме, разве что, той самой супердвери, что так учтиво возвели здесь специалисты из США. Что ж, она была несколько ниже, чем я ожидал - всего три метра в высоту и около двух в ширину, запирающаяся вполне стандартно для сверхпрочных дверей такого класса - восемью бронебойными плитами, разделенных вакуумными промежутками, которые, судя по всему, сейчас уже были заполнены воздухом. Я попробовал войти по старинке...
  Размахнувшись со всей дури, я всадил пятку примерно посередине, но даже ногой я не смог сколь-нибудь сильно повредить этот устойчивый к деформациям металл...видно грубой силой этого препятствия не взять.
  Поразмыслив немного и совершив еще несколько бесплодных попыток сломать дверь самостоятельно, я вдруг с удивлением обнаружил, стоящую прямо рядом с дверью металлическую конструкцию, сильно смахивавшей на будку охраны. Так и было. Я вошел и почти сразу, среди обычного интерьера, выделил небольшой пульт с кнопками, регуляторами и четырьмя ЖК мониторами. "Панель управления"...наугад дернув какой-то тумблер, я вырвал половину этой конструкции, включая провода и микросхемы, но это того стоило. Прямо по центру пульта находилось некое подобие воронки с завальцованными краями. Расчистив пространство от лишних проводов, я извлек колбочку и просто напросто разбив ее о край, вылил содержимое в воронку.
  С минуту ничего не происходило. Я уж было подумал, что стекло каким-то образом помешало жидкости попасть куда нужно, но затем, массивная рукотворная дверь издала протяжный скрип и начала медленно раздвигаться в стороны.
  Я вышел, вытащил свои самодельные "мечи" из "ножен" и приготовился к встрече с неизвестностью.
  
  Все восемь дверей разъехались, и я зашагал по рыхлому, старому, крошившемуся под ногами камню, забираясь вглубь неизведанной пещеры. Это был огромный зал, испещренный рисунками, всевозможными наскальными надписями, следами когтей и зубов. Пол был усеян костями сотен тысяч животных...или, быть может...людей?! Кое-где сочилась вода, образовывая своеобразные ручейки, сливавшиеся в озерца ближе к северу. Сверху били солнечные лучи - примерно в двух километрах над собой я заметил гигантскую воронку кратера, казавшуюся отсюда лишь небольшим круглым оконцем в верхний мир.
  Я узнавал это место. Десятки раз я созерцал его с равнины, поднимался по его склонам. Это был тот самый Великий Вулкан - Гора обреченных. Гора бессмысленных жертв дикарей, которые скидывали равнинных жителей сюда...на съедение этим чудовищным существам, которые, возможно, потому и не выходили на поверхность столь долгое время.
  По всей пещере разносился мерный сап - тяжелый и величественный, страшный и трагичный, словно огромный многоголовый дракон отдыхал в глубине. Но это был не дракон и потому я боялся.
  Подойдя к одному из источников звука, я смог разглядеть своего будущего противника. Одна только голова самки, торжественно возлежавшей на каменном возвышении, была с два моих корпуса и представляло собой невиданной мной ранее сочетание прочности и мощи, собранной в одном месте. Туловище было огромным. По сравнению с ним обычный глиндверг был в несколько раз мельче. "Интересно, и ка же они спариваются?!" - эта мысль смогла меня рассмешить, даже несмотря на явную опасность теперешнего положения.
  Несмотря на мое присутствие, самка никак не хотела просыпаться, полагая, очевидно, что я не стою ее внимая. И вправду, ведь на человека я сейчас был похож меньше всего, по крайней мере, по исходившему от меня запаху.
  Я принялся выбирать подходящее место для удара. Тщательно обойдя ее со всех сторон, я осознал, что единственный мой шанс - это ударить ее со всей силы в глаза или нос, иначе я рисковал просто-напросто не пробить толстой шкуры и крепких мышц. Выбор был сделан. Я снова очутился напротив морды, направил один из мечей в правый глаз и резко вращая им из стороны в сторону всадил его в левую часть.
  Дикий визг наполнил пещеру в следующее мгновенье, я упал на колени, забился в конвульсиях, безуспешно закрывая уши руками. Столь громкого звука я еще никогда не слышал и он был до того противен, что пережить подобное во второй раз я не согласился бы даже за все сокровища мира.
  Массивная туша инстинктивно метнулась вверх, но, не рассчитав дистанцию до потолка, с треском лопавшейся ткани насадилась на торчавший из свода объемистый сталактит. Я уж было подумал, что она еще сможет передвигаться и приготовился отразить атаку, но самка рухнула замертво, обагрив постамент, на котором недавно лежала, кровяным озером.
  Признаться, в тот момент, мне подумалось, что с остальными самками я и вовсе не справлюсь в одиночку, ведь эта была не последняя, но когда по пещере разнесся истошный рев, то мой страх прошел - остальные глиндверги были гораздо мельче ее.
  Не знаю, что это были за самки, и как они здесь очутились, но они в размерах были сравнимы с самцами, хоть и больше последних в полтора-два раза. Пять особей выстроилось напротив меня, чтобы начать атаку.
  
  Вырвав второй "клинок" из глаза поверженного противника я устремился навстречу жаждущим моей смерти мощным органическим танкам.
  Первая самка, полоснув меня по руке, перепрыгнула через каменный выступ и оказалась позади - это не могло не беспокоить. Еще две самки обошли с флангов - я попал в окружение. Секунда за секундой мы кружились в страшном смертельном танце среди торчащих из дна острых каменных обелисков, грозивших пронзить любого, кто приблизиться к ним слишком близко. Наконец, одна из самок совершила прыжок. Идеально рассчитав дистанцию, я отпрыгнул в самый последний момент, позволив ее брюху с хлюпким бульком вонзиться в каменный штырь. Сразу после нее, атаковала вторая самка. Учтя неудачу предыдущей, она ринулась на меня и мощным рывком попыталась перекусить пополам, но я поймал ее за челюсть, подпрыгнул, перевернулся в воздухе, оказавшись над самой макушкой ее головы и с лету втаранил один из мечей сквозь черепную кость прямо в мозг. Рухнувшая тотчас самка заставила меня упасть вместе с ней, и как оказалось, это мне очень помогло, так как когтистая лапа третьего противника уже цедила воздух в том месте, где мгновенье назад была моя голова. После очередного взмаха, я поймал ее, с криком попытался сломать - не получилось, поэтому пришлось просто подлететь в воздух по инерции, когда зверь попытался меня стряхнуть.
  В ту же секунду я увидел, что прямо не меня летит еще одна особь - та, что обошла сзади. Беспомощно паря в воздухе, подброшенный предыдущим зверем, я бы ничего не смог сделать, если бы не очень вовремя выставленный вперед меч. Он пробил ей одну из ноздрей и поэтому, сбив меня в полете, она не стиснула зубов на торсе, позволив мне выиграть время и удобную позицию для решающего удара по позвоночнику. После этого, зверь беспомощно отлетел к стене, а меня отбросило влево, ударив спиной о тупой выступ.
  Боль была сильной, но расслабляться я не мог. И хотя лежащая невдалеке самка больше не представляла опасности, я потерял все свое оружие и понятия не имел, как его вернуть. Еще две особи по-прежнему шли на меня - одна ровно, другая - немного прихрамывая на поврежденную лапу.
   Я снял со спины рюкзак, встроенным пиропатроном поджег запал и бросил метров на двадцать - в сторону движения особей. Как я и подозревал, детонатор сработал немного раньше и поэтому серьезных повреждений здоровой самке нанести не смог, а вот хромой взрывом сильно искалечило передние лапы и обожгло морду, так что я кинулся на нее со всей оставшейся свирепостью. Добежав, я прыгнул, что было мочи, зверь попытался отшатнуться и уйти боком, но из-за сломанных лап, он лишь завалился и рухнул, позволив мне, после кувырка, подбежать почти вплотную к его глазам. Самка истерически пыталась встать, но я не дал ей такой возможности. Сильным ударом ноги я размозжил ее череп о выступ в скале, оставив умирать от полученных ран.
  У меня уже почти не осталось сил, но схватка еще не была закончена. Последняя пятая самка кружилась вокруг меня - бесстрашная, неуловимая, ловкая и проворная...мой рывок заставил ее отпрыгнуть, но контратака сбила меня с ног и я, уже отчаявшийся было победить, рухнул на землю ничком, мгновенно откатившись на сколько мог, потому что мохнатая лапа попыталась прижать меня к земле...неудачно. Вскочив на ноги, я первым делом увернулся от толчка гигантской головой, опять упал, но на этот раз менее критично, успел развернуться и встретить противника лицом к лицу уже на двух конечностях.
  Самка прыгнула ко мне еще раз. Как каменный истукан я дожидался, когда ее челюсть поравняется с моим кулаком, который я выбросил вперед, задав неописуемо мощный импульс своим плечом. Через секунду это произошло. Сжатые пальцы встретились с ее носом, принимая на себя колоссальную энергию, которая расплющила бы обычного человека в лепешку, сделала бы из него мясной блин.
  Я остановил ее. Рухнув у моих ног, она истошно визжала, но уже не так громко и страшно, как первая, и поэтому я смог совладать с собой. Ударом ноги я окончил ее мучения. Она больше никогда не встанет с этого камня...
  
  Мгновение спустя после победы, я рухнул без сил. Все тело заболело сразу, не давая возможности опомниться. Я был полностью порван от черепа до ягодиц, кровь хлестала фонтанами во все стороны, стекала алыми струйками по оголенным костям и вырванным кускам мяса. Глаза, давно уже ставшие красными от лопнувших сосудов, зачесались, начали кровоточить. Я чувствовал, как жизнь покидает меня, как угасают во мне ее последние очаги. Ноги и руки стали отниматься, в легких забулькала жидкость, гортань горела пламенем всех пожаров на свете...В этой пещере я упал рядом с поверженными самками...упал, чтобы никогда больше не встать...уснул, чтобы никогда больше не проснуться....
  
  
  
  
  
  Глава 8. Возвращение в город обреченных.
  
  - Господин Коригов! Господин Коригов... - я открыл глаза.
  Посреди залитой белым, неестественно ярким светом, комнаты, стоял Иван Денисович в слепящих, расшитых золотом одеждах - балахоне и брюках, свободно колыхавшимися от неосязаемого ветерка.
  - Господин Коригов, долго же вы спите! - он улыбался, смотрел на меня по отечески тепло, и улыбался...
  Я не мог понять, где нахожусь, пространство вокруг словно плыло, размазывалось нечеткостью картинки, как тогда, после красного катализатора реакции. Мерным, умиротворенным взглядом я оценивал обстановку. В душе моей царило абсолютное спокойствие и запредельная радость, вызванная этой неожиданной встречей с моим бывшим начальником.
  - Где я, Иван Денисович? Это рай? - мои слова тонули в молочном тумане, становились мягкими, растворенными в эфемерности этого помещения.
  Иван Денисович взглянул на меня с грустью.
  - Нет, Игорь... Это еще не рай...из рая я бы к тебе не пришел, уж извини - он улыбнулся, видя, что я не осуждаю его.
  "Да, я бы тоже не вернулся из рая".
  - Игорь, смотри кто со мной пришел - Иван Денисович протянул руку и рядом с ним, выплывая из белесой мглы, показалась Иринкина фигура - стройная, красивая, с распущенными, вечно лезущими ей в глаза волосами - такая, какой я ее запомнил.
  - Иринка! Живая! Живая, Иринка! - она опустила глаза... - Иринка, что с тобой, Иринка?!
  Ее молчание я ненавидел даже больше распеканий самого Шефа, ее грусть всегда разрывала мне сердце, заставляло совершать самые безбашенные поступки, которые могли бы ее рассмешить, но теперь я понимал, что бессилен перед этой ее грустью, бессилен что-то придумать. Иван Денисович тоже погрустнел.
  - Ну не плач, не плач, Иринка, он еще придет, обязательно придет, - шеф кивнул в мою сторону, - Игорь, у тебя очень мало времени...действие морфина заканчивается, действие морфина заканчивается...
  Словно в фильме, он стал меняться, трансформироваться в пухлое, неказистое женское тело с прыщавым, противным лицом и гигантским вторым подбородком. Иринка и вовсе исчезла.
  - Иван Денисович! Куда же вы?! - крикнул я, но лишь ворчание старухи было мне ответом.
  
  - О, смотри ка, Ивана Денисовича какого-то вспомнил. Наркоман фигов!
  Она ухмыльнулась, кривыми зубами оскалилась на меня пару раз, а потом вышла за прозрачную стеклянную дверь, оставив меня один на один с окружавшей отовсюду новой реальностью.
  Тяжелыми, мутными образами пространство выплывало из размытости красок, становилось четче с каждой минутой, с каждым новым вздохом. Не имея ни малейшего понятия о том, сколько я уже здесь нахожусь, я начал отсчитывать секунды, полагая, что это поможет, но на пятой минуте бросил это занятие.
  Комната была полностью стеклянной. Сквозь прозрачные толстые стены я мог видеть окружавшую меня черную пустоту, словно специально созданную, чтобы скрыть от моих глаз все посторонние предметы. В своей маленькой клетке я висел буквально в воздухе, подвешенный на каких-то неизвестных мне невидимых оковах.
  Взглянув на руки, я вдруг с ясностью осознал, что они полностью срослись. Сухожилия больше не болели, и куски мяса были на нужных местах - молодого, свежего еще мяса, налитого силой вновь сросшихся мышц.
  Я дернул изо всех сил рукой, но та даже не пошевелилась, а точнее пошевелилась, но в ту же секунду была возвращена на место, словно силовым полем, окружавшим меня отовсюду. С ногами тоже ничего не получилось - отчаянные телодвижения полностью блокировались.
  Еще совсем непонимающим, не отошедшим от наркотика сознанием я пытался соображать. Мысли текли медленно, нехотя переваливались их одного полушария в другое, вызывая страшную боль в затылке.
  - Выпустите меня отсюда! Выпустите меня!
  По всей видимости, мой крик скорее походил на мычание, но мне было наплевать. Главное, что я смог привлечь к себе внимание, правда, это было несколько не то внимание, на которое я рассчитывал. Крепкий охранник выплыл из черноты, открыл дверь и, подойдя, двинул меня прикладом по голове. Я вновь погрузился в темноту.
  
  - Слишком много зараженных. Слишком много. Мы истребили всех вервольфов, но неуверенны, что сможем спасти жителей. Товарищ генерал, с этим надо что-то делать. Срочно надо что-то делать...люди напуганы, они в панике пытаются покинуть свои дома...
  - Тсс...да тише ты - этого разбудишь...
  - Да он спит, как младенец - Виктор его хорошо приложил.
  - Так что делать будем, товарищ генерал?!
  - Я подумаю...а ты пока докладывай мне об обстановке. Из города никого не выпускать!
  - Приказ ясен.
  - Ладно, давай, когда что-то станет ясно, позвони.
  Я не спал...о нет, вот уже как три часа не спал...прислушивался, иногда на миллисекунды открывал глаза, чтобы осмотреться. Туловище мое все также беспомощно висело в силовом поле, я уже не пытался его победить. Удивительно, как много можно узнать, просто закрыв глаза, притворившись спящим, когда все перестают обращать на тебя всякое внимание.
  Оказывается, я тут был чем-то вроде подопытного кролика, ведь меня никакая зараза не брала...те то, что в бункере остались на острове - Саня, Геннадий, Эрик, Ренат, другие ребята - все умерли уже давно, зараженные были все, их и расстреляли прямо на месте, когда спецназ вызвали. А меня вот живым нашли...хотя как сказать живым - почти живым, то есть почти уже совсем мертвым, но все-таки приказано было доставить сюда - для опытов. Оказалось, что прошло уже четыре дня со времени моей битвы с остатками глиндвергов и за это время, я полностью исцелился - сам, регенерировался за счет внутренних резервов...потом меня кормили внутривенно - противное ощущение должен признаться, особенно когда это делает Клава - старшая медсестра, непонятно за что меня ненавидевшая до глубины души... "И что я ей сделал?". Об Иване Денисовиче и ребятах с базы ничего при мне не говорили, поэтому я не знал, что с ними стало...надеялся, что хотя бы кто-то еще жив.
  
  В подвешенном состоянии я провисел несколько дней, пока наконец, в один прекрасный момент мои оковы не рухнули вниз, утащив меня с собой. Этот пол мне показался настолько родным, настолько знакомым, что я не мог нарадоваться возможности поспать...Но поспать мне не дали.
  - Клава, коли еще синего!
  Клава с удовольствием всадила шприц мне в вену. По всему телу растеклось горячее, будоражащее жжение, оно усиливалось, все больше и больше нарастая, заставляя биться в конвульсиях
  - Ааааа! Ааааа! - я кричал от нестерпимой боли, разрывавшей меня, растаскивавшей по частям в разные углы этой комнаты, - Аааа! Ааааа!
  - Увеличить напряжение! - крикнул генерал.
  Тотчас мое тело подалось вверх, я будто взорвался изнутри и уже абсолютно без сил вновь подчинился своим силовым оковам, поднявшись над полом на полметра. Боль все еще жгла меня во всех клетках организма, горячим ознобом дрожала кожа, лопались микрососуды в глазах, я кричал и кричал, пока наконец эти ублюдки не бросили в меня какой-то дротик, позволивший мне заснуть...
  
  - Этот не расколется...никогда не расколется - ты видел, как он сопротивлялся синему?! И ты что в самом деле думаешь использовать его гены?! Для чего, Юра?! Ты пойми, что он зверь - он опасен, ты прекрасно знаешь, что было с предыдущими испытуемыми.
  - Да, знаю, но, по крайней мере, эксперимент никогда не заходил так далеко...мы ставили дверь и на этом все заканчивалось! А теперь я должен уничтожить весь этот город только потому, что ты боишься выпустить его наружу?!
  - Я не дам такого разрешения! Он опасен! Узнав, что мы убили всех на его базе, он начнет мстить! А он узнает!
  - Да тише ты, заткнись! Идиот, вдруг он не спит!
  - Да ты что, такая доза свалит слона...куда уж ему...
  - Знаешь, такая доза синего разорвала бы слона на части...
  - И то верно, ладно, раз он еще не вопит, значит, не проснулся. Пойдем отсюда.
  Я слышал звук их шагов...слышал, как закрывалась за ними дверь, скрытая от меня бездонной рукотворной чернотой, рассеянной вокруг генератором абсолютно черных газов - так официально называлась эта разработка. Я и не думал вопить. Нет, не думал. Еще из разговоров мед персонала я понял, что нашу базу взорвали, вырезали всю под чистую, никого не оставили...ребята даже, наверное, и не думали, что их так цинично предадут, что Иван Денисович - защита и опора, погибнет самым первым, а потом и все они...
  Интересно, было ли мое первое видение случайностью, галлюциногенным эффектом морфина, или он действительно приходил ко мне, говорил со мной...я не знаю, но то, что Иринка была с ним, меня успокаивало. Я все еще был в поле - подвешенный между двумя мирами - нашим и грез, я переходил то в один то в другой, уже окончательно запутавшись в том, где правда, а где вымысел, где добро, а где зло. Порой мне являлись гигантские личинки и пытались сожрать меня, порой, красивые, добрые люди пытались взять меня под руки, но неизменно после этих снов было лишь одно - выплывающее в пространство кривое лицо медсестры Клавы - истинной садистки во всех смыслах этого слова. Я просто устал...
  Если бы только я был свободен, то отомстил бы им за всех! За ребят, за Иринку! Но меня связывали эти треклятые оковы, которые я никогда бы не смог порвать. Поэтому мне оставалось только копить в себе злость, чтобы потом долго и громко кричать, пытаясь привлечь к себе хоть какое-то внимание охранника, глухим ударом по черепу погружавшим меня в беспросветный мрак...Ублюдки...что же они все-таки наделали?!
  
  - Меня слышно?! Меня слышно?!
  - Да, Монаган, вы в эфире!
  - Приветствую вас, жители Нью Мексико. Главная новость сегодняшнего дня продолжает будоражить мировую общественность. В России вновь проведены испытания слабой ядерной бомбы, которая, как заверяют эксперты, не угрожает экологической ситуации в мире, а служит лишь для уничтожения смертоносного вируса, который был обнаружен в этом районе, так как, опять же по заверению российского руководства, никакими другими средствами этот вирус уничтожить не удается. Напоминаем вам, что все люди из зоны проведения спецоперации были заблаговременно выселены, а заболевшим оказывалась экстренная помощь. Президент соединенных штатов направил телеграмму российскому коллеге с соболезнованиями семьям погибших от страшного вируса и выразил искреннюю надежду, что этот взрыв никоим образом не скажется на отношениях между Россией и США.
  
  Монаган Флэтчер. Новости седьмого канала...
  - Стоп, снято!
  
  Я не верил им...не верил, что они хоть кого-то попытались спасти, попытались вывезти из объятого эпидемией города...
  Это последнее интервью, что я услышал в своей жизни. Безумный, безудержный гнев переполнил меня в тот момент, и я изо всех оставшихся сил пытался вырваться, но их уже не хватило. Измученный, голодный и уставший, я вновь рухнул на пол после очередной тщетной попытки разорвать всех, кто вводит мне всякую дрянь в мои истерзанные вены...
  Генерал смотрел на меня с сожалением, болью...и страхом - знал, что если бы я был в состоянии, то убил бы всех, находящихся в этом здании, даже если бы это был самый густонаселенный небоскреб в мире...но я не мог. Гнев переполнял меня, но мышцы отказывались шевелиться. Это был мой конец...
  С беспомощностью перевернутой на спину черепахи, я водил руками и ногами, пытаясь поймать пол под собой, но и его я уже не чувствовал, проваливаясь в пустоту, поглощавшую меня, с ног до головы вбиравшую мое бренное тело в бесконечность мягких пушистых объятий забвения...
  Лишь голос надо мной цинично возвестил:
  - Вколите ему еще синего...
  Сознание помутилось, я был в эйфории из которой мне уже не суждено было вернуться и лишь как призрак, тень моего прошлого, материального мира, вновь и вновь в моей голове звучала заученная наизусть, повторяемая тысячу раз подряд, такая родная, такая знакомая песня - в память всем тем, кто ушел раньше меня, в память всем тем, к кому я теперь иду:
  
  
   И лампа не горит...
  И врут календари...
  И если ты давно хотела что-то мне сказать,
  То говори.
  Любой обманчив звук...
  Страшнее тишина...
  Когда в самый разгар веселья падает из рук,
  Бокал вина.
  И черный кабинет...
  И ждет в стволе патрон...
  Так тихо, что я слышу как идет на глубине,
  Вагон метро.
  
  На площади полки...
  Темно в конце строки...
  И в телефонной трубке эти много лет спустя,
  Одни гудки.
  И где-то хлопнет дверь...
  И дрогнут провода...
  Привет! Мы будем счастливы теперь...и навсегда!
  
  Привет! Мы будем счастливы теперь... и навсегда!
  
  
  
  (с) Всеволод Сыров Тольятти. Зима 2006-2007 год.
  
  
  В произведении использован текс песни группы "Сплин" - "Романс".
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"