Тюлин Дмитрий Юрьевич: другие произведения.

Скиталец

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ 14-летней давности, сочинённый мной ещё раньше, когда я был подростком. Немного подредактировал его, не меняя содержания. Я давно не отношусь серьёзно к идеям неантропоморфной разумной жизни, а в картину космоса по Шкловскому не верил никогда. Так что, по научно-фантастической части рассказ имеет ключевые недостатки. Но он многим нравился, и в нём, помимо антуража, есть кое-что ещё...


 [Полина Молодова]
  В который раз Мартин запустил звездолёт. Упёрся предплечьями в пульт и устремил прямой взор в вечность. В спине - вибрации, в грудной клетке - дрожь. Вновь превратился в нервный комок, заточённый в полусфере командной рубки. Лампы тусклого тёплого света замигали от перепадов напряжения.
  Звёзды в иллюминаторе вращались всё быстрее, ускорялись во встречном беге. Разгонялись серебристой вьюгой, простреливающей разноцветными искрами салюта. Сливались в молочные реки, всё плотнее и гуще - их струи. Как-будто радужные серпантинные ленты вплетены в жемчужные косы.
  Звездолёт готовился к квантовому прыжку. Индикатор на потолке замигал зелёным и завращался. Потом наступила темнота, иногда нарушаемая голубыми всполохами в иллюминаторе. Мартин облегчённо вздохнул и нащупал кнопку под поручнем откидного кресла. Оно давно приглашало в объятия. Наконец, пора на покой.

***

  Мартину часто грёзилась планета Земля, её океаны и материки.
  В тот далёкий день океан неиствовал: шумел, грохотал, разбивался о скалы. Солнце палило, но тучи уже надвигались из-за горизонта армией унылых призрачных кашалотов. С Мартином была Джейн. Взгляд её - озорной, кожа - белая, носик - пуговкой, губки - пухлые. Лицо обрамляло каре из волос. Ветер бросал светлые пряди на щёки - поправляла, задирал лазурное, в цвет глазам, платье - смущалась. Ткань намокала от брызг, липла к фигурке, морщилась складками.
  - Ты не вернёшься, - сказала Джейн.
  Кричали чайки, парили над волнами, высматривая рыбу. Мартин не нашёл, что ответить. Красавица потянула его за руку.
  - Идём!
  Ветер задувал уши, волочил песок, смешанный с ракушечной крошкой. Мартин глядел под ноги, на створки сердцевидок, на скукоженные пучеглазые тушки выброшенной на берег сельди и утешался формулами про космос, который стоит вечности, и даже - любви.
  За пляжем к небесам грядами громоздились грозные гранитные глыбы. Меж двух скал застряло мёртвое бревно. Белую древесину облепила иссохшая тина.
  - Потерпи, я покажу... - пообещала Джейн.
  Девушка сняла с шеи серебряную цепочку с сапфиром в ажурной оправе.
  - Как говорят камни, - шёпотом завершила она.
  Мартин присел на бревно, воткнул локти в колени, уронил лицо в ладони. Чужая душа - потёмки, - думал он, - а в камнях души - нет.
  Кашалоты проглотили солнце. Последний день, и нет солнца! - с досадой хмурил лоб Мартин.
  Скрежет сапфира о целлюлозные волокна резал слух. Тина в залитых водой каменных лунках источала аромат йода. Вдруг Мартин почувствовал прикосновение тонких тёплых пальцев у висков. Расслабляющий ток пробежал по его мышцам.
  - Готово! - торжественно объявила Джейн.
  Очи девушки сияли, с надеждой и тревогой она высматривала реакцию Мартина.
  На дереве вырезаны буквы.
  "Буду ждать тебя вечно!" - прочёл Мартин.
  Облака расступились, выглянуло солнце. Джейн улыбалась. Мартин ничего не заметил. И солнце снова скрылось. Гудел и стонал ветер. Мартин - где-то далеко...
  Вечером кабину наполнит грохот. Ускорение вожмёт Мартина в кресло. Огненный ад взмывающей выше и выше, к звёздам, ракеты, унесёт Мартина навсегда.
  Мартин убеждал себя. Серые будни, кусочки мозаики: отчий дом, приятели, колледж, Джейн - всё ради триумфа первого в истории человечества звездоплавателя. Разве нет?
  Последний день на планете Земля снился Мартину каждые сутки.

***

  Мартин тяжело разомкнул веки, боковым зрением зафиксировал новый узор созвездий в иллюминаторе. Мучала жара, голова раскалывалась. Приехали. Звездолёт бесстрастно ждал команды. Вокруг - многоцветье проводов, вентиляционные щели, изгибы проёмов. Громоздкие рычаги ручного управления, предусмотренного на случай катастрофы, металлоломом торчали из усеянного кнопками пульта. На одном из таких штурвалов - пропитавшаяся потом мятая серая футболка. Стерильные лучи, дохлые зайчики и приколотые булавками блики - такая имитация солнечного утра окрашивала убранство каюты в тона воспоминаний. Это и был его, Мартина, мир, который скучно знать наизусть.
  Мартин надавил на рычаг под сиденьем, и кресло покатилось к установленным перед иллюминатором мониторам. Мартин обвёл звёзды обречённым взглядом. Теперь он точно знал, что их лучи тоже - лишь воспоминания о случившемся много световых лет назад. Припамятовав сиё, Мартин горько усмехнулся и включил вентилятор. Грязное тарахтение лопастей сопровождалось душным ветром, разносящим по рубке фимиам машинного масла. Наконец, Мартин вышел из прострации и забегал пальцами по жёлто-белым клавишам.
  Монитор тут же выдал сообщение, составленное в издевательской формулировке: "Планетарная система - отсутствует. Нет причин для задержки".
  Нет причин для задержки! И так каждый день, двадцать восемь лет подряд. Если планетарная система присутствует (примерно на одну из ста четырнадцати звёзд), то состоит из газовых гигантов. Раз двенадцать компьютер заявлял, что жизнь не возникла по причинам неустановленного характера, и нет причин для задержки. Так звездолёт Мартина блохой скакал по галактике.
  И Мартин запустил звездолёт опять. Заезженной пластинкой в его мозгу - пожелание юнцам-рифмоплётам узреть истинный смысл одиночества. Звёзды в иллюминаторе начали медленно поворачиваться по часовой стрелке.

***

  Однажды, на четырнадцатый год пути, искусственный интеллект всё же сказал: "На пятой планете системы отмечены признаки жизни. Есть причины задержаться".
  Следующие четырнадцать лет Мартин каждый день вспоминал то утро в чужом мире под розовым небом. Бледное солнце подсвечивало языки облаков снизу. Вдали над горами стелилась сиреневая дымка. Шлем стеснял обзор. Сбивающийся ритм циркулирующей через очистительную систему воздушной смеси то и дело отвлекал внимание. Почему-то Мартин торопился миновать тень планетолёта.
  Под ногами смешно хрустели и чавкали хрустальные искривлённые перья с приподнятыми рваными краями. Словно кладбище мёртвых чаек разбилось до горизонта. Разбросаны мозаикой, дабы не загородить друг другу свет. Среди них распускались лиловые бутоны-глаза, спеша из влагалищ меж ветвей под солнце. Скользили прочь загадочные немые тени. Наверное, то была жизнь.
  Мартин гонялся за тенями. Они оказались пустотами, мимолётно возникающими на стыках того, что укрывало грунт прозрачным ковром. Они не являлись жизнью. Хотя... Что такое жизнь? Просто вещество на короткое время скручивается в деревья и в птиц, в людские тела, перемещающиеся друг относительно друга, среди камней и рек, чтобы вернуться в землю...
  Планета-случайность, отклонение от графика в одиссее, флуктуация, исключение из правила. Так классифицировал этот космический объект скиталец.

***

  Джейн вышла замуж в первый же день путешествия Мартина, а скончалась на четвёртый день. Изменённые спинальные характеристики в приборе квантовой связи, спутавшиеся вероятности, позволили Мартину получить информацию. Контакт с родной планетой отчего-то прервался на девятый день пути, скорее, чем ожидалось. На пятнадцатый день астронавигатор потерял Солнце, и Мартин понял, что наступило одиночество.

***

  С плетёной корзиной в руке, Мартин спускался по широким и низким ступенькам. Лифт наскучил Мартину в первые же дни после того, как космический корабль доставил его к ожидающему на орбите за Плутоном звездолёту. На стенах освещённого неоновыми лампами коридора - едва заметные швы. Путь лежал спиралью, мимо функциональных залов: библиотека, лаборатория, бассейн, мастерская, оранжерея.
  Мартин замер перед дверью, та отреагировала на тень и спряталась в нише. Хозяин звездолёта шагнул внутрь оранжереи. Контейнеры с растениями размещались концентрическими кругами. Дорожки меж теплиц вели из центра к окраинам. На седьмом круге росли помидоры, за ними - огурцы и лук. Мартин собирался приготовить салат.
  Программа далее - стандартна: лаборатория, спортзал, киносеанс. Вероятнее всего, к финалу фильма двигатели остановятся. Тогда можно воспользоваться лифтом, быстро вернуться в командную рубку, занести показания приборов в базу данных и перезапустить звездолёт. После - шлифовать деревянного оленя в мастерской. Наконец, душ, чтение и сон.
  Тоскливый мир, давно вызубренный на зубок.

***

  Изо дня в день звездолёт рассекал космическое пространство квантовыми прыжками. Искусственный интеллект фиксировал и обрабатывал данные по спектральным частотам светил, с целью избежать повтора в выборе звёзд. Вселенная отличается удивительным постоянством.
  Звёздное вещество состоит из атомов. Солнца слагают галактики, разделённые миллионами парсеков. И вроде разнородна Вселенная, неисчерпаемы её краски, но человек жаждет другого. Собственного продолжения, конца отчуждения, в том его драма, где бы он ни искал: в душе второй половинки, или в тексте столетней давности, либо на трассе, соединяющей квазары...

***

  Однажды индикатор над головой вспыхнул красным. Мартин недоумённо вытянулся перед экраном. "Цель достигнута! Поздравления!" - мигающей клоунадой написал искусственный интеллект. В голографической глубине монитора завращалась синяя планета: гигантский океан без единого материка, но с причудливыми узором из бесчисленных архипелагов. Дивное видение рядилось в пёрышки из облаков.
  Обезумевшее сердце Мартина прихватило, пришлось класть под язык валидол. Впустить в себя момент! - пафосно настраивал себя астронавт, рассасывая таблетку. - Не забыть важного!
  И вот, перед Мартином - распечатанные снимки. Зелёная, жёлтая и красно-бурая вата, вне сомнений - чащи хлорофиллсодержащих организмов, а робкие скопления янтарных колечек - продукты техногенной деятельности неизвестной цивилизации.
  Ничто не вечно во вселенной, даже - одиночество! - лепетал вслух захмелевший от победы Мартин, одновременно перебирая в уме алгоритм действий: запустить разведзонды, дождаться сигнала, оставить звездолёт на внешней орбите, добраться космолётом до планеты... С изумлением обнаружил, что ноги - дрожат, а руки - трясутся.
  Уснуть Мартин не смог. На утро, не веря в продолжающийся каскад удач, он внимательно изучал данные, принятые от зондов: состав атмосферы - близок к земному, потенциально опасной микрофлоры - не обнаружено. Как такое могло приключиться?

***

  Для посадки Мартин выбрал местечко у подножия леса, с видом на море и на техногенные объекты. Пришёл долгожданный момент покинуть космолёт, и скиталец ступил на неведомую землю.
  Его встретил пейзаж в оттенках тропического заката. Конусовидные постройки вдали блестели платиной и казались театральной бутафорией. За ними простёрлось необыкновенное море: почти фиолетовое, сотканное из волн с лиловыми загривками. Тёпло-оранжевое солнце в ясном нежно-бирюзовом небе настраивало на беспечный лад.
  Мартин осмотрел многоярусный лес позади космолёта. Здесь произрастали деревья, кустарники и травы с плотными кожистыми листьями пурпурного цвета. Края листьев заворачивались внутрь, на их нижней стороне сверкали золотистые жилки. Здесь соседствовали формы с листьями крупными и мелкими, простыми и перистосложными. То тут, то там, взрывалось нечто, и мелкие, по-детски симпатичные, букашки катились в разные стороны. Их облик не поддавался описанию. Жёлто-голубые игрушки, прыгающие кузнечиками.
  Всё представлялось Мартину понятным и, вместе с тем, чрезвычайно необычным. Он долго бегал по пружинящей бордовой траве. Наконец, встал, расставил руки в стороны и рассмеялся. Потом зачарованно наблюдал за светлым эллипсовидным диском в небе. Удивился, когда скафандр проткнула игла, и боль пронзила плечо. Вспомнил, как зоологи работают с хищным зверем. Улыбнулся и вновь подивился, уже тому, что теряет сознание.

***

  Когда Мартин очнулся, у него всё ныло, особенно - спина, шея и лоб. Мартин привстал на колени и провёл ладонями по полу: вначале - правой, затем - левой. Пол устилали мягкие квадратные плиты со скруглёнными краями. Полупрозрачные оранжевые и синие клетки группировались в шахматном порядке. Мартин понял, что очутился внутри огромного стеклянного куба, по другую сторону которого что-то колыхалось.
  Мартин поднялся на ноги. Ломило поясницу. Астронавт сглотнул, почувствовал тяжесть внизу живота и побрёл к стене. Это был гигантский аквариум, заполненный воздухом и помещённый под воду.
  Круглые тёмные глаза за стеклом напугали Мартина. Страх сменила тоска. Мартин рассмотрел надзирателей. Насчитал семерых. Их щупальца, рядом поясов торчавшие из тел, перекатывались. Фигуры - суровые, не бесформенные, с изгибами. Под глазами, которых у каждого имелось по семь пар, раздувались и растягивались по горизонтали присоски. Смуглая, почти чёрная кожа - сеточкой, в ней чуть вспыхивали и гасли зелёные и красные огоньки. Головы - свечами. За их спинами громоздились механизмы. У существа в центре группы меж щупалец раскрылся острыми лепестками цветок, остальные засуетились, замелькали перед Мартином. Человек закричал и отскочил назад. А абориген просто нацарапал на стене человечка. Рисунок уровня пятилетнего художника.
 [Полина Молодова]

***

  Мартина усадили в летательный аппарат. С высоты птичьего полёта человек заворожено взирал на широкую бухту. Нежные сиреневые языки бесились в розоватых волнах. Поплавки загадочных конструкций блестели жемчужинами. Плавучие и прибрежные постройки маячили белой пористой тканью. Идиллический мир и покой - на воде. Зарослями мха кажется шапка леса, подле которой - золотистые колечки.
  Мартин жадно раздувал ноздри, втягивал душистый воздух, впитывал кожей свежий ветер, а тот приносил знакомый, и оттого - таинственный, аромат. Мартину не удавалось его припомнить. Морской, живой, резонирующий с окрестностями, неповторимый - на ум приходили одни эпитеты. Почти - родная Земля...
  Внезапно верх автоматического "такси" затворился стеклянной полусферой. Аппарат тряхнуло, он будто замер и вдруг начал стремительно падать. У Мартина захватило дух, к горлу подступил ком, а в нижней части живота - защекотало.

***

  Аппарат затормозил над пучиной и плавно вошёл в воду. Мартина окунуло в иную, малопонятную реальность. Разводы цвета индиго пронизывали косые столбы света. Растущие со дна фантастические спирали с отверстиями-окнами проступали в призрачной сизой дали. Аборигены роились вокруг этих построек тысячами головастиков, потоками проникали внутрь, стаями покидали соты.
  Аппарат повернул и, набирая скорость, понёсся к мелководьям. Мимо проплывали местные жители. Их косяки смешивались на перекрёстках путей. Кругом - дома в форме раковин, рифов и ажурных амфор в десятки этажей. Здания-звёзды и корпуса-октаэдры разбросало бисером по дну морских котлованов.
  Гигантское домашнее животное, бурое, с чёрными пятнами и круглое, кажущееся лохматым из-за напоминающих водоросли выростов кожи, производя вихрь пузырей, покорно ввинчивалось в воду следом за хозяином.

***

  В конечном итоге, Мартина поселили на суше. Вначале с ним общались посредством рисунков. Однако, вскоре удалось выработать общую иероглифическую письменность. Царапали друг другу на внутренней стороне известковых пластин - останках чьих-то панцирей. Так Мартин узнал, что повелителям планеты никогда не овладеть звуками. Взаимодействуя между собой, эти создания сигналили щупальцами и цветными переливами на коже.
  Они жили в океане, а производство вывели на сушу. Были единой цивилизацией, бесклассовым обществом. Ничего не ведали о генах, но умели менять спектральные характеристики солнца. Жаждали учиться у Мартина, но тот слишком устал, чтобы радоваться.

***

  Мартину разрешили построить заповедник с земной флорой и фауной, образцы которой были доставлены на территорию с борта космолёта. Мартин гордился тем, что продолжает родную биосферу в далёком закоулке космоса. Здесь блудному сыну человечества порой чудилось, что он вернулся домой. Обвитый плющом забор отрезал обитель астронавта от ненавистного нового мира. Мартин соорудил разветвлённый жилой комплекс из двухэтажных коттеджей с красочными фанерными стенами и рыжей черепицей на крышах. Имелась даже дымоотводная труба. Жильё окружил сад с цветами, подстриженными кустами и несколькими деревцами. Белые кролики прыгали перед домом, по просторной зелёной лужайке. Почти как на Земле... Одна беда: иногда на поляну с ушастыми зверьками опускался эллипсовидный диск.

***

  Мартин не любил покидать заповедник, но за гостеприимство положено платить. Как-то раз его пригласили на палеонтологическую выставку.
  Угрюмой улиткой затаился в илу океанской впадины музей. Пришлось забираться в устье исполинской спирали, хватаясь за выступы ладонями, обтянутыми, как и всё тело, в тонкий эластичный костюм. Зелёные и фиолетовые лучи внутри едва развеивали полумрак.
  Впереди и позади, Мартина сопровождали многочисленные спутники. Процессия продвигалась по узкому желобу, над которым с двух сторон возвышались борта с экспонатами, защищёнными от разрушения водонепроницаемой эмалью. Делегация углублялась к центру спирали; чем дальше - тем древнее экспонаты.
  С головы шествия Мартину передали раковину с иероглифами. Просили срочно обратить внимание на уникальный образец. Мартин нацарапал искусственным ногтем согласие и отправил раковину в эстафету.
  Человек размышлял о мозаике, изображающей эволюцию господствующего на планете вида. Их предки обладали лишь корневым поясом щупалец, - писал экскурсовод на раковине. Постепенно количество метамеров увеличивалось.
  Наконец, пришёл экспонат. Мартин принял на руки окаменевший кусок росшего на заре этого мира дерева. Интереса горемыка не испытывал: такие же, как у земных растений, годичные кольца и жилки - следствие конвергенции.
  Вдруг Мартин понял, что от него хотели и выронил фоссилию из рук. Живая вереница заколыхалась, ото дна отделился невесть откуда взявшийся пузырёк газа. Мартин узнал в расщелинах экспоната буквы родного языка: "Буду ждать тебя вечно!"
  Камни говорят пламенно.
 [Полина Молодова]

Рисунки Полины Молодовой


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) О.Мансурова "Идеальный проводник"(Антиутопия) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Г.Елена "Душа в подарок"(Любовное фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список