Талер Тим: другие произведения.

Старый Ник сегодня не голоден

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Мужчина гнался по слякоти за мальчишкой.
  
  Задыхаясь и кашляя, он орал:
  
  - Домой не возвращайся, паршивец, убью! Убью, слышишь! Руки поотрываю, дрянь неблагодарная! Я в шахте надрываюсь, кормлю его, одеваю, а он по карманам шарит! - И совсем уже захлебнувшись кашлем, перешел на шаг, согнулся и сплюнул в грязь: - Чтоб тебя Старый Ник забрал!
  
  Мальчишка свернул в переулок и тоже остановился, чтобы отдышаться. Холодные сильные пальцы ухватили его за ухо:
  
  - Сам прибежал! Маленький воришка, обманщик и лентяй, так? Хороший улов у Старого Ника сегодня, большой улов.
  
  Мальчик повернул было голову, чтобы рассмотреть говорившего, но заскулил от боли в вывернутом ухе.
  
  - Не визжи, не разжалобишь! - хрипло рассмеялся старик. - Хочешь на Старого Ника посмотреть? Ну смотри!
  
  Он наклонился совсем близко к лицу мальчика, и тот подавился очередным визгом. Вырезая лицо из темного дерева, мастер дольше всего занимался огромным безгубым ртом и зубами, сделав их намного больше, чем полагалось. На остальные детали времени не осталось: резчик успел проковырять маленькие, близко посаженные глаза, несколькими движениями выстругать острый нос, а морщины расползлись по всему лицу, словно борозды от соскочившего в спешке ножа.
  
  - Не буду я тебя сейчас есть, - вдруг икнул Старый Ник. - Сыт уже. Заберу-ка я тебя к себе домой. А завтра и съем.
  
  Он зашагал к дальнему концу переулка, где стояли санки с запряженными в них оленями. Мальчишка тащился рядом, косясь на худую фигуру с торчащим животом. Дойдя до санок, старик перебросил мальчишку через высокий борт, а сам уселся на облучок. Санки рванули с места, подскакивая на комьях льда. Сзади раздавались глухие удары, вскрики и всхлипывания.
  
  С трудом подняв голову, мальчик оглядел комнату, куда Старый Ник принес его под мышкой. Огоньки, бегавшие по углям в камине, едва освещали большое кресло с ворохом шкур и тряпок, а все остальное скрывала темнота. Старик наклонился к мальчику:
  
  - Я сейчас спать пойду, а ты чтоб сидел тише мыши. Зашумишь - разбудишь меня, а я, разбуженный, очень-очень злой. Понял? Да, и не пробуй бежать. Выйдешь из дома - он меня разбудит, а я, когда разбуженный... - Мальчик быстро-быстро закивал. - До завтра, паршивец.
  
  Старик напился воды, зачерпнув жестяным ковшом из бочки, уселся в кресло и засопел. Мальчик лежал неподвижно, не осмеливаясь даже подползти поближе к огню погреться. Однако наконец не выдержал и вытянул руку, задержав дыхание и прислушиваясь к храпу. Довольно скоро он уже прижался спиной к теплым изразцам и грел под мышками ладони. Холод и боль чуть отпустили его, а глаза привыкли к темноте. Прислушиваясь, принюхиваясь и вглядываясь, мальчик думал об одном: до утра он должен приготовить старику завтрак и при этом не нашуметь.
  
  В углу нашелся мешок с крупой, на столе - заросший грязью котелок, а у камина были сложены поленья. Передвигаясь тихо, словно клочок темноты, мальчик налил в котелок воды из бочки и уселся на пол отскребать щепкой пригоревшие в нем остатки, а закончив, набрал чистой воды и прокрался к камину. Подложил щепок к почти погасшим углям, потом подсунул пару поленьев. Одно из них громко выстрелило.
  
  - Ты что там делаешь, щенок? - прохрипел старик сквозь сон.
  
  - Я дров подложил, господин Старый Ник, чтоб вы не замерзли, - дрожащим голосом ответил мальчик.
  
  Старик пробормотал что-то и снова захрапел. Мальчик перевел дух и повесил котелок поближе к огню. Скоро вода закипела, и он, всыпав крупу, накрыл котелок крышкой и пристроил его сбоку от огня, на горячие кирпичи. Старик проворчал:
  
  - Опять шумишь, отродье?
  
  - Я вьюшку закрыл, - тихо ответил мальчик. - Спите, господин Старый Ник.
  
  Он уже снова сидел, прислонившись спиной к камину, словно и не вставал. Мог бы не обдирать руки, думал мальчик в отчаянии, все одно он меня съест. Кто же будет пустой несоленой кашей давиться? Может, отыщется хоть полгорсточки соли или масла кусок?.. Он снова пополз на четвереньках по комнате, ища люк в подпол. Тот нашелся в углу рядом с бочкой. Мальчик поддел кольцо стертыми в кровь пальцами и потянул.
  
  - Кто там? - прошептал голос снизу.
  
  От испуга мальчик чуть не выпустил кольцо. Что за чудища могут жить в подполе у Старого Ника? С другой стороны, вряд ли чудища будут спрашивать "кто там?".
  
  Он наклонился к самому полу и тихонько произнес:
  
  - Меня Старый Ник привез. Милостивые господа, у вас не найдется соли и масла для каши?
  
  - Милостивые господа, говоришь? Найдутся у милостивых господ и соль, и масло, а вот у тебя что найдется в обмен, а? - прошептали снизу.
  
  Секунду подумав, мальчик достал из кармана деревянную лошадку, чудом не вывалившуюся, пока его швыряло в санках, и сунул в приоткрый люк.
  
  - Хороша коняшка, хороша, да только мало одной. Нас тут три, и тридцать три, и еще три дюжины, и я, а коняшка одна.
  
  - Где ж я еще возьму? - прошептал мальчик в щель. - Пожалуйста, милостивые господа, сжальтесь, дайте мне соли и масла, а то меня Старый Ник утром сьесть обещал.
  
  - Вырежи коняшек хоть трети, а остальные, так уж и быть, завтра отдашь, когда старый хрыч уедет, - торговался сидевший в подвале.
  
  - Да у меня и ножа нет.
  
  В подполе зашептались. "Дадим ему нож?" - "Не-а, все равно его Старый Ник съест", - расслышал мальчик. Дальше шепот стал неразборчивым. Наконец из щели показался маленький нож. Мальчик положил его в карман и пополз за поленом к камину.
  
  - Эй, - окликнули его из щели, - на, мазь возьми, руки смажешь.
  
  Старый Ник проснулся в неплохом настроении. В доме было тепло, от очага пахло чем-то вкусным. Мальчик сидел на полу у огня.
  
  - А ну помоги мне встать, щенок! - рявкнул старик.
  
  Мальчишка подскочил к нему и помог дойти до двери.
  
  - Господин Старый Ник, я вам завтрак сготовил, поешьте, пока не остыл.
  
  - А, думаешь, я его съем, а тебя не стану?
  
  - Да я ж никуда не денусь, господин Старый Ник, - опустил глаза мальчик. - А каша до вечера засохнет.
  
  - И то, - согласился старик, садясь к столу...
  
  Когда Старый Ник наконец уехал, мальчик присел у люка:
  
  - Милостивые господа!
  
  - Да ладно тебе нас господакать, - ответил смешливый голосок. - Мы тут такие же пленники, как и ты. Нас старый хрыч подальше отпускает, вот и вся разница. Будешь себя хорошо вести, тебе тоже разрешит. Как тебя зовут-то?
  
  - Ники.
  
  - Тезка его, смотри ты! - хихикнул голосок. - Принес остальных коняшек?
  
  - Я сейчас последних доделаю. Ваш нож, считай, сам режет, только направляй.
  
  - А мы, гномы, по железу первые мастера, - согласился голосок. - Ну, чего старику готовить будешь? Может, ягодный пирог испечешь? Мука там где-то должна быть, а сушеных ягод мы тебе дадим.
  
  - А что взамен возьмете? - осторожно спросил Ники.
  
  - Договоримся, не беспокойся, - засмеялись снизу...
  
  Старый Ник вернулся засветло. Мальчик, спавший в теплом углу у камина, вскочил на ноги, лишь услышал скрип шагов.
  
  - Добрый вечер, господин Старый Ник. Будете ужинать? Я пирог с ягодами испек и чаю брусничного заварил.
  
  - Да ты времени даром не терял. - Старик оглядел чисто прибранную комнату. - Все надеешься, что не съем, пожалею?
  
  - Воля ваша, господин Старый Ник.
  
  - Моя, моя. Ладно, давай пирог сюда. И подбрось полено, замерз я.
  
  - А вы бы разрешили мне в лес выходить, господин Старый Ник, - вкрадчиво сказал мальчик. - А то дрова кончаются. Я бы и воды натаскал, и ловушек на зайцев и птиц расставил.
  
  - Там посмотрим, - проворчал с набитым ртом старик.
  
  Старый Ник задумчиво ковырял в зубах и смотрел на мальчишку, мывшего посуду в тазу. Словно почувствовав его взгляд, мальчик обернулся:
  
  - Господин Старый Ник, у нас соли последняя горстка осталась.
  
  Старик поморщился. Он терпеть не мог ходить по лавкам. Но придется, наверно. Завтра. А пока можно поспать на новой кровати, которую мальчишка срубил в конце зимы. На лапнике, да под одеялом из шкурок, да на пуховой подушке... Ничего не скажешь, старается паршивец. Ну ведь не за просто так, за шкуру свою работает. Может, его в лавку послать, пока Старый Ник своим делом заниматься будет?
  
  - Собирайся, щенок. Завтра поедешь со мной в город, купишь там соль и все остальное, что надо.
  
  - Спасибо, господин Старый Ник, - кивнул мальчик и покосился в сторону люка.
  
  В летний возок он залез с мешком. Старик подозрительно посмотрел на него, но ничего не спросил. Так они и доехали молча до городка, и, только когда олени уже бежали по мостовой, Старый Ник вдруг обернулся:
  
  - Вон, видишь того бездельника? Не сегодня, так завтра я его заберу.
  
  У витрины игрушечной лавки стоял малыш в рваной, заплатанной одежде и смотрел на сокровища за стеклом.
  
  - Вот так и начинают все эти мошенники! - захохотал старик. - Ладно, вылезай. Вот лавка. Купи все, что надо, и жди меня здесь, понял?
  
  - Понял, господин Старый Ник.
  
  Ники вылез из возка и зашел в бакалейную лавку. Выйдя оттуда через полчаса с заметно раздувшимся мешком за плечами, он огляделся по сторонам и быстро заскочил в игрушечный магазин, у витрины которого все еще стоял тот самый малыш. В лавке Ники сразу подошел к хозяину:
  
  - Уважаемый господин, не хотите ли купить игрушки? Гномья работа.
  
  Переговоры заняли больше времени, чем хотелось Ники, и он издергался, выглядывая в окно лавки: старик мог вот-вот вернуться. Наконец хозяин кончил торговаться, и Ники, с облегчением положив деньги в карман, выскочил на улицу. Проходя мимо малыша, он украдкой сунул ему в карман зажатую в кулаке лошадку с кожаными удилами, седлом и султаном из настоящих перьев, выкрашенных в алый цвет.
  
  - Ты что делаешь, щенок? - загремел голос Старого Ника.
  
  От подзатыльника Ники чуть не упал. Старый Ник руганью и тычками гнал его до возка, а там отвесил мальчику такой пинок, что тот врезался в железный кант и до крови рассадил лоб.
  
  - Я с тобой дома еще разберусь, мошенник! Выдумал тоже - игрушки раздавать! - зло ворчал старик с облучка.
  
  - Да я же ради вас стараюсь, господин Старый Ник. Малыш этот чего натворит, а вам за ним ездить. А то посидели бы дома, я бы вам глинтвейн сварил, вот и пряностей купил, и патоки. И пирог бы с маком и с медом испек.
  
  Старик замолк. Так и ехали до самого дома.
  
  - Вылезай, распряги оленей... Подожди, значит, игрушки хочешь детям раздавать?
  
  - Ну да. - Мальчик осторожно приглядывался к Старому Нику. - Детям занятие, меньше будут шалить, а вам езды меньше. Разве плохо?
  
  - Ну смотри. А когда все успеешь? Или готовить за тебя леший будет?
  
  - Не беспокойтесь, господин Старый Ник, я все успею. А не буду успевать, воля ваша, не берите меня с собой.
  
  - Ну смотри, - повторил старик, заходя в дом.
  
  Старый Ник наблюдал за мальчишкой. Тот укладывал игрушки в мешок. Незаметно подкралась дремота, и старик прикрыл глаза, убаюканный привычным шумом: гномы в подвале стучали молоточками, скрипели ножами, а от ритмичного шелеста печатного станка весь дом, казалось, плавно покачивался. Вдруг старик открыл глаза. Побледневший Ники стоял у скамьи, а игрушки, высыпавшиеся из мешка, лежали яркой кучей на полу: их грохот и разбудил Старого Ника.
  
  - Что такое? - проворчал он. Мальчик не ответил. - Что случилось? - уже настойчивее спросил старик.
  
  - Не знаю, господин Старый Ник. Плохо мне.
  
  - Плохо? - Старик оглянулся на дверь. - Что плохо?
  
  - Не знаю, господин Старый Ник. Просто плохо мне, стоять не могу. - Ники опустился на скамью и замер, со всхлипом втянув воздух. - Помру сейчас, господин Старый Ник, - прошептал он едва слышно.
  
  - Да все в порядке с тобой, - проворчал старик. - Сейчас последняя родная кровь твоя умирает, вот и вся история. Потерпи чуток, зато потом уже настоящим волшебником станешь.
  
  - Кто... умирает? - прохрипел Ники. - Кто?
  
  - Твой отец, кто ж еще!
  
  - Как? Отец умирает? Сейчас? Я... Где он? - В ответ старик лишь пожал плечами. - Господин Старый Ник, пожалуйста... можно я... к нему? Олени... можно?
  
  Ники кое-как поднялся и, едва переставляя ноги, пошел к креслу. Вдруг он запнулся, упал на колени и ткнулся головой в халат старика.
  
  - Можно?
  
  Старый Ник почувствовал движение губ мальчика и буркнул:
  
  - Да можно, можно! Только ты ж и до сарая не дойдешь.
  
  Ники оперся на ручки кресла и встал.
  
  - Дойду...
  
  Санки с запряженными оленями уже стояли у избушки. Старый Ник покосился на красный колпачок, мелькнувший под крыльцом, молча помог Ники сесть в санки и взять в негнущиеся пальцы вожжи.
  
  - Эй, Злюка, Комета, Танцор! Эй, Гром! Вперед! - крикнул он и хлопнул Грома по лоснящемуся боку.
  
  Олени рванули с места. Старик смотрел вслед, кляня себя за то, что отпустил мальчишку. А вдруг подскочат санки на ухабе - и вылетит маленький паршивец, ведь едва сидит. Беги потом по морозу. Да и оленей ловить кто будет?.. Но санки удалялись плавно, будто плыли по свежему снегу.
  
  - А они ведь летят! - прошептал голосок за углом. - Летят, смотри! Вот здорово - может, успеет Ники!
  
  - Если летят, значит, он уже опоздал, голова твоя гномья! - гаркнул старик. За углом ойкнули. - А ну. пошли в дом, бездельники. Он скоро вернется...
  
  Ники действительно вернулся еще засветло. Старик прислушивался и прикидывал в уме: вот он распряг оленей, вытер их, повесил упряжь, вот сейчас он идет к дому...
  
  Войдя, Ники молча сел на свое обычное место - у камина, на скамеечке для ног - и уставился на огонь. Бедный мальчик, подумал старик. Да уж и не мальчик: вон как вытянулся - чтоб на скамейку сесть, ему втрое складываться приходится, а плечи - едва очага не шире.
  
  - Кхм... Я тут думал: как насчет того, чтобы раздавать игрушки всем хорошим детям, а? - проговорил Старый Ник, когда тиканье часов в тишине стало невыносимо громким. - Может, выбрать один день, да хоть Рождество, и раздать.
  
  - А почему Рождество? - спросил Ники, помолчав.
  
  - Ну, там и ночь почитай что самая длинная, да и праздник вроде как.
  
  - Всем детям, да?
  
  - Всем хорошим детям, - педантично уточнил старик.
  
  - Но ведь... они же все хорошие? - Ники наконец оторвал взгляд от огня и посмотрел на старика. - Все хорошие, ведь правда?
  
  - Ну...
  
  - Ведь правда, они все хорошие? Все!
  
  Ники рыдал, стоя на коленях у кресла и уткнувшись лицом в плечо Старого Ника, словно хотел выплакать все непролитые за эти годы слезы. Старик гладил его.
  
  - Конечно, так оно и есть, они все хорошие, все, Ники, - шептал Старый Ник. - А ты у меня лучше всех, ты самый хороший, мальчик мой. Я старый дурак, Ники, что я понимаю в детях? Ты у меня самый умный, Ники, мальчик мой. Конечно, надо всем детям раздать игрушки, раз ты так говоришь. Ты ведь теперь у нас Молодой Ник, малыш... вон и оленей летать научил. А я дома посижу, буду за этими бездельниками приглядывать.
  
  - Да за тобой самим присмотр нужен, - проворчал добродушный голосок.
  
  Вот так и кончилась эта история, и началась новая. Дети не скоро перестали бояться Старого Ника, но все же через несколько лет одна смелая девушка решилась подсмотреть, кто приносит подарки в ночь на Рождество. От нее-то все и узнали, что на санках, запряженных летающими оленями, теперь ездит румяный седой волшебник с молодыми глазами.
  
  А на следующее Рождество санки Молодого Ника вернулись в избушку не пустыми - с невестой. Точнее, она-то сидела на облучке в обнимку с женихом, а в санках ехали ее подружки - веселые маленькие фееч-ки, решившие навестить гномов и помочь молодым подготовиться к свадьбе. Дело в том, что будущая миссис Ник была крестницей королевы фей: ведь не всякая девушка сможет увидеть волшебника. Ох и шуму прибавилось в доме Старого Ника, особенно когда у него родились внучата, а потом и правнуки. Он даже иногда уезжал в своем самоездном кресле, сделанном гномами, в старую избушку и там отдыхал от суеты, ожидая, пока раздастся скрип половиц и голоса:
  
  - Господин Самый Старый Ник! Вы не спите? Расскажите нам про дедушку, господин Самый Старый Ник!
  
  Самый Старый Ник нащупывал ладонью шелковистую макушку возле своего колена и начинал рассказ:
  
  - В тот день Старый Ник был не голоден...
  
  Postscriptum
  
  Святой Николаус или Николай родился в 260 году в городе Мире Ликийской (Малая Азия) и прославился своей щедростью, бескорыстием и искренней и сильной верой. Он славен многими чудесами и добрыми делами, в том числе спасением трех детей, убитых и расчлененных мясником, и тем, что он подбросил три мешка с золотом бедному отцу трех бесприданниц. Мешки, по легенде, угодили в башмаки, поставленные сушиться у камина (по другой версии в развешанные чулки). Этим, разумеется, список его дел не исчерпывается, но теперь нам ясно, почему Святой Николай, кроме всего прочего, считался щедрым и добрым покровителем детей. По восточному обряду день Святого Николая Чудотворца - 19 декабря. В западной традиции день Святого Николауса приходится на 6 декабря.
    
     К щедрому и доброму дарителю присоединились его темные спутники, задачей которых было пугать и наказывать непослушных детей (по другим легендам, эти демоны первоначально занимались похищением детей, но святой поймал их и заставил служить себе). Например, в Австрии это был мохноногий, рогатый, с длинным красным языком Крампус, который носил в руке кнут или розги, а за спиной - корзинку, куда он складывал непослушных детей. Некоторые из этих жутковатых существ также носили имя "Николас", "Никкель", "Ник", например, "Мохнатый Никкель" (Pelznickel). Прообраз Санта Клауса - голландский Sinterklaas - приезжает из Испании вместе со своим спутником Черным Петером (как и "Старый Ник", это одно из прозвищ дьявола). Хорошим детям Sinterklaas дарит сласти и игрушки, а плохих забирает в Испанию. В наших краях Святой Николай Чудотворец ходит вместе с помощниками - Ангелом и чертиком Антипкой. Ангел несет подарки хорошим детям, Антипка приносит розги для непослушных.
    
     Знакомый нам Санта Клаус - американского производства. Образ существа, приносящего на Рождество подарки, приехал в Америку вместе с иммигрантами из Европы. Выглядел он то как епископ в митре и с посохом, то как голландский моряк в зеленой куртке и с длинной трубкой. В 1821 году было напечатано стихотворение Клемента Кларка Мура "Ночь перед Рождеством". В нем впервые появляется образ добродушного старика с седой бородой, одетого в отделанную белым мехом красную шубу и ездящего на санках, запряженных летающими оленями. Возможно, эту деталь Муру подсказали финские легенды о "Старике Зиме", который вместе со снегом спускается с гор на оленьей упряжке. К концу гражданской войны выкристаллизовался образ Санта Клауса с его телескопом, в который он может увидеть любого ребенка, и книгой, где записаны все хорошие и плохие дела детей.
    
     Другую метаморфозу не так просто датировать. Но к семидесятым-восьмидесятым годам ХХ века Санта Клаус из строгого судьи, раздающего всем по заслугам, превратился в символ щедрости, прощения и обновленной надежды. Он позволяет родителям проявлять эти стороны своей любви к детям на Рождество, с тем, чтобы в остальные дни года они воспитывали в детях бережливость, самоконтроль и чувство ответственности.
  
  (прежняя версия)
     Итак, Старый Ник в рассказе не становится Санта Клаусом - это уже Молодой Ник. А Старый Ник просто сходит со сцены. В этом смыслe рассказ отражает трансформацию образа Санта Клауса и его коллег. Начнем по порядку.
    
     Святой Николаус или Николай был исторической фигурой и прославился своей щедростью, бескорыстием и искренней и сильной верой. Настолько сильной, что он подрался с Арием на первом Никейском соборе, и его вышвырнули из собрания и заключили в темницу. Однако Дева Мария явилась епископам и уговорила их помиловать Святого Николауса, поскольку движим он был любовью к Христу. Святой Николаус славен многими чудесами и добрыми делами, в том числе спасением трех детей, убитых и расчлененных мясником, и тем, что он подбросил три мешка с золотом бедному отцу трех бесприданниц. Мешки, по легенде, угодили в башмаки, поставленные сушиться у камина (по другой версии в развешанные чулки). Этим, разумеется, список его дел не исчерпывается, но теперь нам ясно, почему Святой Николаус, кроме всего прочего, считался щедрым и добрым покровителем детей. День Святого Николауса приходится на 6 декабря (в западной традиции) и празднуется до сих пор, особенно в Нидерландах и Бельгии.
    
     Праздник Рождества Христова пришелся на время языческих праздников зимнего солнцестояния. Многие обычаи этих ранних празднеств были включены в рождественские. Например, еще в 17 веке в Лапландии в райoне Рождества (или Йоля) украшали оленьими внутренностями дерево с обрубленными ветвями. А в Финляндии до сих пор подарки на Рождество приносит "Козел Йoля" (Joulupukki). В Померании и Пруссии на Рождество приходил зловещий Мешок с Костями или Мохнатый Козел и требовал подарков для себя - отголосок жертв.
    
     До Реформации подарки делали в день Святого Николауса, но Мартин Лютер был недоволен тем, что католический святой приносит подарки, и вместо него появился Christkindlein, "Дитя Христово". Позднее это имя трансформировалось в английском в Крисс Крингля (Kriss Kringle), аналога Father Christmas.
    
     К щедрому и доброму дарителю присоединились его темные спутники, задачей которых было пугать и наказывать непослушных детей (по другим легендам, эти демоны первоначально занимались похищением детей, но святой поймал их и заставил служить себе). Например, в Австрии это был мохноногий, рогатый, с длинным красным языком Крампус, который носил в руке кнут или розги, а за спиной - корзинку, куда он складывал непослушных детей. Некоторые из этих жутковатых существ также носили имя "Николас", "Никкель", "Ник", например, "Мохнатый Никкель" (Pelznickel). Прообраз Санта Клауса - голландский Sinterklaas - приезжает из Испании вместе со своим спутником Черным Петером (как и "Старый Ник", это одно из прозвищ дьявола). Черен он по одной версии от каминной сажи, а по другой это мавр, освобожденный святым из рабства и оставшийся его слугой. Хорошим детям Sinterklaas дарит сласти и игрушки, а плохих забирает в Испанию. Учитывая образ испанца, сложившийся в Нидерландах, это путешествие отнюдь не воспринималось как каникулярная поездка на пляжи Андалузии.
    
     Знакомый нам Санта Клаус - американского производства. Образ существа, приносящего на Рождество подарки, приехал в Америку вместе с иммигрантами из Европы. Выглядел он то как настоящий епископ в митре и с посохом, то как голландский моряк в зеленой куртке и с длинной трубкой. В 1821 году было напечатано стихотворение Клемента Кларка Мура "Ночь перед Рождеством". В нем впервые появляется образ добродушного старика с седой бородой, одетого в отделанную белым мехом красную шубу и ездящего на санках, запряженных летающими оленями. Возможно, эту деталь Муру подсказали финские легенды о "Старике Зиме", который вместе со снегом спускается с гор на оленьей упряжке. Мур принадлежал к группе зажиточных нью-йoркцев (в их числе был и Вашингтон Ирвинг), которая хотела сделать Рождество семейным праздником, а не пьяной гулянкой на улицах - отсюда и акценты, расставленные в стихотворении. Через сорок лет в Северной Америке началась гражданская война. Карикатурист Томас Наст решил использовать Санта Клауса для агитации за северян. В его рисунках, появлявшихся в журнале Harper's, Санта Клаус раздавал лакомства солдатам северян и утешал детей в тылу. Дети южан, естественно, тоже хотели конфет, но Санта Клаус объяснял, что из-за войны он не может к ним добраться. К концу войны образ Санта Клауса с его телескопом, в который он может увидеть любого ребенка и книгой, где записаны все хорошие и плохие дела детей, можно сказать, выкристаллизовался. Однако его внешний вид все еще не был похож на знакомый нам. В двадцатых годах ХХ века компания "Кока-Кола" провела рекламную кампанию, признанную одной из самых успешных в истории. Именно художник Hаddon Sundblom, к которому обратилась компания, нарисовал Санту таким, каким он и остался поныне.
    
     Другую метаморфозу, внутреннюю, не так просто датировать. Но к 70-80-м годам ХХ века Санта Клаус из строгого судьи, раздающего всем по заслугам, превратился в символ щедрости, прощения и обновленной надежды. Он позволяет родителям проявлять эти стороны своей любви к детям на Рождество, с тем, чтобы в остальные дни года они воспитывали в детях бережливость, самоконтроль и чувство ответственности.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"