Таллахасси Фосс: другие произведения.

Высший класс - Главы 17-20

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:



  
  Способность 17. Кооперация.
  
  - Какого хрена? - совершенно искренне осведомился Марат. Получилось тихо, но веско.
  Девчонка смотрела, не отрываясь, и безмолвствовала. Лишь ветер трепал спутавшиеся волосы, да хлопала повязанная на плечах куртка. Молчание затягивалось. Неподвижная фигура спустилась чуть ниже. В какой-то момент показалось, будто она пытается внушить определённую мысль - настолько пристальным и пронзительным был взгляд. Но давалась эта миссия с трудом.
  - Паршивая из тебя телепатка, - наконец вынес вердикт уставший ждать какой бы то ни было реакции Марат, взъерошивая пыльный вихор.
  - Я не телепат, - равнодушно отозвалась Тохарани, покачнувшись из стороны в сторону.
  - В курсе! - огрызнулся неудавшийся шпион. - Телепаты своих не гробят!
  Брови девчонки едва заметно дёрнулись.
  - Откуда тебе знать? - ровным тоном обратилась она, слегка наклоняя голову.
  - В отличие от тебя, они всё чувствуют и башкой работают, - припечатал кирпичом бесценного опыта Марат.
  На этот раз собеседница совершенно определённо удивилась. Бросив внимательный взгляд на одноклассника, она вздёрнула подбородок и уставилась в сердцевину пылевого шторма.
  - Нет, - спустя томительные мгновения, последовала негромкая поправка. - Откуда тебе знать, кто здесь свой?
  Сбитый с толку Марат моментально насторожился. Либо эта шельма издевалась, либо хотела в принятой тут уклончивой манере о чём-то предупредить. Либо просто пудрила мозги, в спешке придумывая очередную подлянку. Но в последнее верилось с трудом - слишком уж не равны были силы, чтобы приходилось выкруживать лишние секунды.
  Не хотелось признавать, но тайфун по имени Тохарани сдержать бы не удалось никому, если бы он решил разгуляться в полную мощь. Обведя выразительным взглядом все разрушения, Марат молчаливо кивнул своим мыслям. Да, тут явно ничего не поделаешь - эта девица отлично умеет прикидываться шлангом. Вон, даже староста верила, будто Хара разносит всё от недостатка самоконтроля. Только не понятно, почему для него сделали такое откровенное исключение и теперь совершенно искренне поглядывали сверху вниз, даже не пытаясь продолжать свои игры.
  - Ты ведь специально, - перевёл стрелки Марат, расчётливо прищурившись. - Ну и как, полегчало?
  - Это приятно, - после некоторых раздумий согласилась Тохарани. - Нет радости в победе над неравными.
  По лицу было совершенно не понятно, осталась ли она недовольна сообразительностью собеседника, или же приняла её с наслаждением. А может, просто догадалась, что сосредоточенным молчанием ничего не добьётся. Марат одёрнул куртку, пытаясь собраться с мыслями, и заодно потянуть время. В воздух метнулось облачко густой земляной пыли. Одноклассникам уже следовало что-нибудь придумать. Долго он здесь развлекать воинствующую разведчицу не сможет.
  - То есть, по-твоему, просто так взять и избить человека, притащившего тебе подарок, а заодно разнести полдома - это нормально? - для порядка уточнил Марат издевательски-проникновенным тоном.
  Заложив полупетлю, девчонка стремительно метнулась вниз и повисла у него перед носом. Она явно хотела что-то ответить, однако упорно поджимала губы. То ли высказаться не позволяла гордость, то ли собственное благоразумие. Красноречиво-оценивающий взгляд заставлял медленно стекать по спине неприятный холодок. Марат предпринял робкую попытку отодвинуться, поскольку расстояние между ними сделалось критически малым, но обнаружил, что не может шевельнуть и пальцем. Невидимые тиски плотно обхватили его с двух сторон, заковав в неосязаемую колоду.
  - Я приношу ему честь, - с расстановкой проговорила Хара. Будто вдалбливала азы грамматики неразумному дошколёнку. Выразительно приподняв бровь, Марат скептически хмыкнул. Отрадно, что ему оставили хотя бы возможность выражать эмоции.
  - Так не говорят, - заметил он. И, спокойно встретив царапнувший взгляд, презрительно добавил, - Самооценку за чужой счёт поднимаешь? Твоего дружка теперь все засмеют.
  Тохарани вильнула, воспроизводя совершенно непонятный жест потерянной аквариумной рыбки, но глаз не отвела. И даже медленно расплылась в кровожадной усмешке. Марат быстро скорректировал впечатление с безобидной лупатой карпихи на соскучившуюся по свежему мясцу акулу.
  - Некому, - доверительно сообщила одноклассница.
  Тем не менее, напряжение, исходившее от неё, начало ощущаться буквально физически. Но к чему оно относилось, разобраться сходу было непросто. Внимательные, так ни разу и не моргнувшие глаза следили за каждым движением. Расползшиеся до границ радужки зрачки вгрызались в душу, пытаясь выдернуть оттуда нечто чрезвычайно важное и победоносно предъявить владельцу. Марат хотел, и в то же время не мог отвести взгляда. Казалось, - проиграй он в этом поединке, и произойдёт нечто, которое никто не в силах будет обратить. Словно сам мир может измениться от того, отвернётся он сейчас от этой сумасшедшей девчонки или нет.
  Сзади послышалась тихая дробь. Под прерывистое жужжание взметнул волосы рванувшийся ветер. Мимо пронеслась размытая тень. Вмиг поднявшаяся пыль охотно забилась в нос. Марат закашлялся и удивлением обнаружил, что перед ним уже никого нет, а невидимые путы спали.
  Под ногами раздался возмущённый хрип. У самых ботинок, распластавшись по земле, брыкалась и шипела разъярённая Тохарани. А сверху, навалившись всем своим немалым весом, восседала преподавательница по искусству. Наклонившись к буйстивующей ученице, она тоном любящей мамаши добродушно приговаривала: "Ну всё, всё. Тише, девочка. Тебе ещё здесь убирать". Однако как следует прижимать Хару к земле она при этом не забывала. По идее, та могла бы инструкторшу легко сбросить, но от чего-то не решалась. Только дёргалась, изредка чихая от клубящейся на раскуроченном газоне пыли.
  "Для чего тебе это?" - забывшись, послал свою мысль донельзя удивлённый Марат, глядя на поверженную одноклассницу. Тохарани вдруг резко вывернула голову, и полоснула предостерегающим взглядом. Может хотела, чтобы не вмешивался, а может намекала на скорую расплату за собственное унижение.
  - Молодец! - послышался знакомый хрипловатый голос, однако Марату потребовалось значительное усилие, чтобы переключить своё внимание на преподавательницу. Напряжённый взгляд девчонки от него так и не отлипал.
  - Хорошо, что помог спустить, - продолжила Рапида, устало выпрямляясь. Руки Тохарани она надёжно зафиксировала и теперь следила, чтобы та больше не думала вертеться. - Так высоко я бы не допрыгнула.
  "А как она вообще подкралась-то?" - озадачился Марат и тут заметил две узкие пылевые полосы. От дальних построек к месту, где они находились, тянулся чёткий след из протоптанных бусин, нанизанных на паутину выбитой земляной крошки. И упирался он в мощные ноги инструкторши, восседавшей на капитулировавшей ученице.
  Марат пошатнулся, словно его от души приложили по голове. Гул, смазанный вихрь чьего-то едва различимого движения, неожиданный поры ветра - всё обрело новый смысл. Склочная тётка, всегда смотревшая на своих воспитанников свысока, ругающая по любому поводу, требующая невыполнимого и выматывающая до изнеможения, не взирая на такое отношение, всё же была одной из них.
  Ещё раз посмотрев на следы, Марат вперился сосредоточенным взглядом в пышную копну преподавательских волос. Никогда, ни разу Рапида не шевельнула и пальцем, чтобы явить свои способности. И за тот же срок так и не разжилась хоть какой-то солидарностью к своим, гоняя их, как грешников на сковородке.
  "Нет! Было дело!" - вскинулся Марат, вспомнив день своего приобщения к танцевальной культуре. Тогда он настолько устал, что и не понял случившегося. Тот единственный раз, когда Рапида изменила своей привычке не вмешивать силу в образовательный процесс. Видать, сильно он её тогда задел. Марат напряжённо сглотнул. Как-то мгновенно стала ясна и стабильная предвзятость в его отношении. Тем страннее было слышать сейчас похвалу.
  Внимательно рассматривая и заново оценивая неправдоподобные пропорции учительского тела, Марат внутренне ёжился и старался, чтобы на него обращали минимум внимания. Мощные плечи и квадратные ножищи инструкторши теперь вызывали ещё меньшие приливы вдохновения. Это ж как надо было бегать, чтобы нарастить такую массу? Или сколько калорий сжечь? Тут можно было смело воображать самосвал-трёхсоттонник и не ошибиться с исходными габаритами. Наверняка в прошлом инструкторша была той ещё толстухой, иначе от постоянных энергозатрат ссохлась бы раньше, чем успела добежать до нового рабочего места.
  Глаза Рапиды тронул гневный прищур. Сзади послышался радостный гомон, и мелкая дрожь вспаханной земли возвестила о скором прибытии подкрепления благополучно переживших стихийное бедствие энтузиастов в числе которых мелькали знакомые макушки одноклассников. Мгновенно забывший об учительнице Марат внимательно следил за надвигающейся толпой и прикидывал шансы. Если затеряться среди этих ничего не подозревающих зевак, на всех порах спешащих позлорадствовать, как скоро его хватятся?
  Ситуацию усложняло то, что кругом раскинулись хоть и порядком прорыхлённые, но всё же хорошо просматриваемые поля. Любой спешно удаляющийся одиночка мгновенно попадал в поле зрения десятков глаз. Можно было попробовать нырнуть вниз. Где-то тут наверняка пролегали переходы подземного бункера. Вот только имело ли смысл так рисковать? В здании, нашпигованном аппаратурой слежения, отловить его было бы ещё проще.
  Прерывая стратегические размышления, в локоть вцепилась чья-то жилистая ладонь. Марат инстинктивно дёрнулся, распавшись, но с места тронуться не смог. Ладонь сдавила плотнее, и, обернувшись, он наткнулся на выразительно поблёскивающие очки. Неу осуждающе покачал головой.
  - Не стоило тебе... - едва слышно пробормотал он.
  - Что, надо было ждать, пока Хара кого-то покалечит? - уголки губ Марата сморщились, отыгрывая оскорблённую невинность. Кристально честные глаза взирали на преподавателя с причитающимся ситуации возмущением.
  Неу шумно выдохнул и медленно повёл плечами, распрямляясь. Только сейчас стало по-настоящему заметно, какой он рослый.
  - Ты понял, о чём я, - спокойно проговорил учитель и нехотя отпустил нервно подрагивающую руку Марата. Тот, не отвечая, мрачно стряхнул остатки пыли с куртки и повернулся спиной, скрывая собственную досаду. Да, понял он всё просто прекрасно. Неу, похоже, предупреждал первый и последний раз.
  Если уж этот очкарик каким-то образом прочухал, рыпаться смысла нет. Ему не дадут уйти. Не даст Рапида, способная догнать в мановение ока. Не даст поганый телепат, который, если заметит, то моментально настучит о любых его намерениях. Не дадут чистоплюйные однокашники, вынужденные прозябать вместе с ним в одном корпусе.
  Последняя мысль пришлась особенно к месту. Взбалмошный вихрь крутанул Марата волчком и, едва не отодрав рукав штормовки, толкнул в сторону. Мчавшаяся со всех ног Вита решила затормозить об него не самым гуманным способом. Однако извиняться она даже и не думала. Вместо этого, бухнувшись на колени рядом с одноклассницей, ответственная медсестричка принялась за осмотр, получив однозначно-протестующее "Р-р-р!" от Тохарани.
  Очумевший от такой стремительности Марат так бы и смотрел на весь процесс от начала до конца, если бы не громкий возглас, раздавшийся неподалёку и ничего, кроме очередных неприятностей, не суливший.
  - Стареешь, Йорик! - демонстративно заложивший пальцы за ремень Гел высокомерно оттопырил подбородок и теперь поглядывал на приближающегося старшекурсника сверху вниз так, словно собирался прихлопнуть одним выверенным ударом.
  Зеваки из числа перваков, прохлаждавшиеся неподалёку, дружно сделали вид, что они тут не при чём, и вообще - пришли по доброте душевной справиться о состоянии коллеги. Марату подобная миролюбивость показалась более чем странной. Не те ли ребятки так активно болели за Тохарани, когда она ввязывалась в драку? Почему же они столь единодушно отворачивались сейчас, было непонятно.
  - А, Гелато... - рассеяно глянул сквозь неприятеля Иерихон. - Соскучился?
  Несмотря на браваду, от равнодушного тона Гела передёрнуло. Но в руки он себя взял мгновенно.
  - Бабёнка тебе, похоже, не только рожу начистила, но и последние мозги отшибла, - нагло заявил он, делая размашистый шаг навстречу.
  Окружающие аккуратно отступили, освобождая пространство, но Иерихон этих вербальных приготовлений даже не заметил. С тревогой поглядывая на Виту, он дожидался, когда она опустит деловито порхающие ладони. Слонявшийся рядом Игнис тут же с неприкаянным видом загородил ему обзор.
  - Моя девушка кому угодно может, - снизошёл-таки до ответа любитель землетрясений.
  Уязвлённым он себя чувствовать, похоже, не собирался. Вот только собственнические интонации в голосе слегка коробили. Активно гревший уши Марат невольно зыркнул на двух хорохорящихся петухов, желая им обоим скорейшей встречи со шрамовскими методами демократизации. Хотя, где в столь ответственный момент носило самого главного ревнителя по части правопорядка, оставалось загадкой. Ещё одной потасовки двух атакеров и так дышащее на ладан здание общаги бы точно не пережило. Вот только вмешиваться пока никто не жаждал.
  - Ну, уж если даже она может... - многозначительно начал Гел, похрустывая костяшками и самодовольно ухмыляясь. Иерихон нарочито зевнул в кулак.
  - Да всем понятно, что ты ничего не сделаешь, - со скучающим превосходством резюмировал он и смерил соперника сонным взглядом. - У нас с тобой разный... уровень.
  - Вот что, ребятушки... - начал неуверенно поглядывающий то на одного, то на другого Неу, но тут же смолк.
  Земля подёрнулась инеем. Со стеклянным треском из рук Гела выстрелили широкие ледяные шипы. Мгновенно обросшие прозрачной коркой предплечья превратились в зазубренную броню. Иерихон даже не почесался. Иронично изогнув бровь, он в упор уставился на оппонента, будто спрашивая, всерьёз ли тот пытается затеять драку, или это всего лишь сиюминутная блажь, которую можно адептам его профессии и простить.
  - Так! Так! Так! - послышался властный голос Рапиды. - Гелато, рвение прёт изо всех дыр? Разворот на сто восемьдесят, и шагом марш приводить корпус в божеский вид. Тебя тоже касается, - добавила она уже менее строго Иерихону. - Вам двоим выпала почётная обязанность приступить к разбору завалов первыми. Рабов с подъёмником пригоню позже.
  - Так точно, госпожа надзиратель! - расхлябанно отсалютовал Гел обледеневшей рукой, театрально подкатив глаза. Его собрат по профилю лишь молчаливо потёр подбородок и этим ограничился.
  - Начать разрешаю сию секунду, - покровительственно сообщила учительница, сопроводив команду долгим взглядом исподлобья.
  Первым сдался второкурсник. Понимающе цыкнув зубом, он развернулся и, приподняв холм, на котором стоял, покорно поплыл в заданном направлении. Не желая плестись следом, как бульдог на привязи, Гел мгновенно соорудил ледяной мост и, с лёгкостью впрыгнув на него, быстро заскользил к общежитию.
  - А вы чего тут околачиваетесь? Занятий нет?! - рявкнула преподавательница по искусству на спонтанно оформившуюся толпу зевак. - У кого нет, тот сейчас отправиться оказывать посильную помощь коллегам!
  Всех любопытствующих как ветром сдуло, остались лишь участники минувшего погрома. Марат понимающе фыркнул - у Рапиды слова с делом не расходились, и тестировать эту простую аксиому в очередной раз отважных героев не нашлось.
  Дождавшись утвердительного кивка от Виты, инструкторша размашисто хлопнула Тохарани по спине, заставив ту поперхнуться, и с неохотой поднялась.
  - Справишься? - уточнила она у Неу, наблюдая, как кашляющая ученица медленно распрямляется и одаривает собравшихся излишне доброжелательным взглядом.
  - Да-да, конечно, иди, - засуетился преподаватель, беспокойно поглаживая запястья. - Поесть не забудь.
  Рапида согласно хмыкнула и, бросив напоследок: "Если что, зови!" - мгновенно исчезла. Только тихий свист рассекаемого воздуха и мутная бронзовая тень пронеслись над лужайками, всколыхнув непотревоженную доселе траву. Проводив её глазами, Марат обречённо причмокнул, предвкушая грядущую уборку. То, что Неу заставит горбатиться до вечера каждого провинившегося, он и не сомневался. Однако преподаватель не спешил распределять обязанности. Вместо этого он аккуратно поправил очки и, посмотрев поверх макушки Тохарани, произнёс:
  - Всему есть предел. Никакое положение не оправдывает подобного поступка. Если хотите размяться, так хотя бы не мешайте остальным. Ясно?
  Хара дважды кивнула, хотя было видно, что она ничуть не раскаивается. Более того, где-то даже гордится тем, что способна на такое. Некоторых атакерских замашек у неё было действительно не отнять.
  - Я ожидал большего, - грустно сообщил Неу и, ссутулившись, поплёлся в сторону разрушенного общежития, где уже вовсю сновали парни. Судя по грохоту и долетавшей ругани, как раз пытались вернуть второй этаж на место.
  Скривившись, словно от зубной боли, Тохарани приподнялась на мыски и неспешно воспарила над окружающей разрухой. Похоже, последние слова преподавателя были ей всё-таки неприятны.
  - Эй! А нас?! - тут же заорал не расположенный к особо длительным переживаниям Игнис и принялся активно семафорить, требуя снизойти до остальных. Но девчонка на него внимания не обратила. Наклонившись, она без особого рвения полетела прочь, прихватив с собой только оторванный кусок стены, валявшийся у соседнего здания. Марат вжал голову в плечи, когда над ними проплывал, роняя цементную крошку, кривоватый угол общежития, но с места трогаться не торопился.
  - Ну бли-и-ин! - завопил вслед планомерно удаляющейся однокласснице Игнис. - Тоже мне, кинетик называется!
  Глядя на него, староста издала кряжистый звук, похожий на тщательно сдерживаемый смешок.
  - Ладно, чего застряли? - насуплено буркнула Вита, привычным движением отряхивая колени. - Быстрей закончим - быстрей отпустят. Пошли.
  И, подавая пример, двинулась за учителем первой. Следом тут же потянулся Щит. Продолжавший громко ныть Игнис гневно топнул и пополз за ними, еле-еле переставляя ноги и усиленно шаркая. Попытавшись представить, каким образом можно всё убрать быстро, если работы тут не на один день, Марат впал в прострацию. Наверняка ведь спать сегодня всем придётся где-нибудь в школе, а завтра с утра снова приниматься за работу. Грядущие выходные галопом уносились Игнису под хвост...
  - Ты обронил.
  Прервав лирическое созерцание спин одноклассников, Марат удивлённо посмотрел на старосту. Она стояла рядом и протягивала крепко сжатый кулак. С побелевших пальцев свешивались знакомые металлические бусины, на которых безалаберно покачивался жетон. Казалось, собственная судьба была ему целиком и полностью безразлична. Более того, он был весьма не против внезапно оформившегося одиночества.
  Небывалая тактичность старосты давала отчётливую лазейку. Можно было сделать вид, что всё произошло случайно, стоило лишь взять эту статусную вещицу обратно. Но Марат всё равно колебался. Заберёт сейчас - признает, что готов отказаться от попыток сбежать. Останется со всеми и будет подчиняться установленным правилам. А признавать поражение он был пока не хотел, пусть даже и пришлось бы какое-то время вести себя смирно.
  Устав ждать, Токсик приблизилась и аккуратно затолкала цепочку в карман маратовской куртки. Жетон так и остался торчать наружу.
  - Надень, - велела староста, упрямо. И, немного помолчав, обосновала. - Шрам может наказать.
  Марат вдруг остро ощутил, что сказать она хотела совершенно не то, но в последний момент изменила аргумент. Если оглянуться, Токсик никогда ничего не делала во вред остальным. Значит и сейчас искренне верила, что так будет лучше. И к её совету, наверное, всё-таки следовало прислушаться.
  Тем временем, давно обогнавшая преподавателя Хара безо всяких сложностей отбуксировала груз на место и начала тщательно примериваться, чтобы как можно плотнее подогнать его к фундаменту. Стоявший на земле Иерихон что-то крикнул и поманил её за собой. Наверное, хотел показать оптимальный угол установки. Гел в их работу предпочитал не вмешиваться и к тому времени, как подтянулись остальные участники рембригады, всего лишь переместил ледяные колонны так, чтобы с первого этажа было удобней растаскивать мусор.
  Из недр подвала доносился какой-то грохот и витиеватые переругивания. По ту сторону замёрзшего вместе с водой грязевого кома, загораживающего проход на нижние этажи, раздалось отчаянное скрежетание. Гел быстро взмахнул рукой, и отвердевший бугор моментально поплыл. Шум снизу стал громче и резче.
  - Разойдись! - донёсся звучный приказ, и земляная пробка взорвалась фейерверком слипшихся ошмётков. Как раз перешагивающий порог, а потому "разойтись" не успевший, Марат тут же получил увесистый лепок в голову и моментально запнулся. Начав крениться всторону, он схватился за первое, что попалось под руку. Вот только подвернулся ему, как назло, Игнис.
  Тот, укрывшись за ближайшей ледяной колонной, безалаберно покачивался на выгнутом осколке крыла, вмёрзшем в пол, и чистосердечно считал, что ему ничего не грозит. Свою стратегическую ошибку он осознал, только когда следом за одноклассником полетел на заботливо выстланный густой грязью лёд. Грохнулись оба практически одновременно.
  С размаху чмакнув в особенно крупную кучку земли, Игнис замер. В сущности, повезло-то ему больше - Марат неплохо приложился о неровно затвердевшую воду и теперь, стиснув зубы, ощупывал отзывавшуюся хором церковных колоколов голову. Но в полной мере оценить собственную удачливость Игнису не позволил прорвавшийся из-за спины издевательский хохот.
  - Нет, оно, конечно, для кожи полезно, - прозвучал тонкий женский голосок. - Только разделся бы, что ль! Я этот навоз счищать отказываюсь.
  - Второй раз! - покатывался и всё никак не мог остановиться Гел. - Второй раз малец ушатал! Хей, sfigato, может тебе лучше в крысы податься, а его бойцом сделаем?! Хоть позорить нас станет некому!
  С трудом разлепивший глаза Марат уставился в сероватый, обросший ледяными кристаллами потолок. Он упорно пытался сосредоточиться на смысле услышанных слов, но ничего, кроме раздражающего зудения, не различал. Хотя, кого-то, вроде бы, уже успели послать на фиг.
  - Два дурака - пара, - послышался беззлобный комментарий Виты, и пол монотонно завибрировал от лёгкого топота. Каждый шаг отдавался в позвоночнике нервным постукиванием злобных гномов, отправившихся на разработку руды.
  Проглотив стон, Марат попытался перевернуться на бок. И в тот же миг начавшую промерзать спину толкнуло упругой волной жара. Грязь под локтями ожесточённо забулькала. От лежащего рядом тела во все стороны побежали затейливые ручейки талой воды. С громким хрустом лёд треснул и надломился.
  - Урою! - прохрипел приподнимающийся Игнис. По его одежде слаженно заплясали язычки багряного пламени. Становилось не только горячо, но и ощутимо мокро.
  Одним коротким рывком Марат выбрался из наливающейся полыньи и, оттолкнувшись, довольно резво заскользил прочь. Он вполне чётко представлял себе первейшую мишень горячих благодарностей Игниса. Тот, однако, отличился свойственным братии масштабом мысли, и накипятил под собой слишком большую лужу.
  Озерцо, в котором теперь восседал не на шутку озверевший атакер, хлюпнуло и взорвалось высоким гейзером. Игнис, на деле пытавшийся всего лишь превратиться в полыхающую головешку, по инерции проводил взглядом подлетевшую воду и даже от неожиданности слегка притух. Тут-то до него дошло, что гравитацию пока никто не отменял.
  - Ик! - только и сумел выдать огненный дебошир и рванулся вперёд. Гел невинно шоркнул ножкой сорок пятого размера. Мгновенно схватившись, лёд пола с хрустом вцепился в Игниса, не давая дёрнуться.
  Медленно проводив глазами уже начавшую обратный полёт воду, Марат быстро закрылся курткой. С радостным плеском взметнувшаяся лужа обрушилась вниз, от души обдав своего сумасбродного создателя. Капли шумно застучали по замёрзшему полу, тут же застывая безмолвным памятником тепловым эффектам.
  Прикрывшийся ледяным щитом Гел наконец не выдержал и откровенно заржал. Посреди холла восседал покрытый мелкими иглами расплескавшейся и в тот же миг замершей воды огромный кристальный ёж. И он уже начинал трескаться под натиском огня, полыхающего внутри. Игнис явно собирался восстановить престиж любой ценой, даже если для этого придётся рвануть всю общагу.
  - О-от-ставить! - на оплывающее изваяние опустился тяжёлый армейский ботинок. Гел подавился смешком и закашлялся. Приплясывающая рядом с ним девчонка беззаботно хихикнула. Поднапрягшись, Марат вспомнил, где её видел. Это была конфетная вымогательница, отиравшаяся в своё время возле каморки Игниса и обещавшая исправить погром за соответствующую плату. А вот другой участник спектакля его откровенно не порадовал. Однако в потребности физрука радовать подопечных обычно и не входило.
  Гулко топнув по подтаявшей и без его участия ледяной корке, окружавшей Игниса, он пустил сеть мелких трещин. А затем, от души размахнувшись, пнул глыбу под основание. Раздался дикий треск. Заоравшего от боли и обиды Игниса помятой рыжей кометой выбило наружу. Пролетев несколько метров, он воткнулся носом в ближайшую сверкающую опору и замер. Шрам довольно отряхнул ладони.
  - Этого стёкла греть, - он показал большим пальцем через плечо на валявшееся тело и тут же повернулся к Марату. Придирчиво глянув на выбившийся из-под майки жетон, двусмысленно хмыкнул и вынес вердикт. - Этого наверх - течи искать. Вита, возьми ключи - комнаты проверишь.
  Стоявшая у внешней стены девчонка согласно кивнула и ловко поймала брошенную в её сторону звенящую связку.
  - Ты, - Шрам с грацией танковой пушки навёл указующий перст на притихшего Гела. - Холодильник размораживаешь и свободен. И своих подбери. Кое-кто уже решил, что практика отменяется. Щит, будешь держать здание. Неу, вовремя. На тебе, как всегда, наружка, - сунувший нос в пробитую дверную раму преподаватель беспечно кивнул. Внутрь заходить он даже не попытался. Похоже, механизм действий в подобных ситуациях был уже давно отлажен.
  Марат аккуратно поднялся по стенке и, бурча себе под нос, заковылял в направлении лестницы. Открыто перечить тренеру смысла не было. Это могло привести к альтернативным и куда более тяжким последствиям. Хотя приказ уже сам по себе отдавал изрядной толикой бредовости. Как можно посылать человека, обходящего любую жижу за километр, искать воду? Преднамеренное убийство, да и только.
  Задержавшаяся у поверженного атакера Вита нагнала уже на последних ступеньках и, радостно подпрыгнув, с размаху вцепилась в плечи. Марат сжался и по привычке дёрнулся, пытаясь вырваться из настойчивого захвата, но девчонка даже не думала отпускать.
  - Тише! Я проверяю! - шикнула она, сжимая пальцы ещё сильнее. Смирившись с новыми синяками, Марат раздражённо замер и принялся считать до десяти.
  - Отвали, а? - без особой надежды на освобождение от этого вездесущего проклятия в конце концов попросил он.
  - Цыц! - нисколько не обидевшись, радостно отозвалась Вита. В плечах защекотало, - Не мешай практиковаться!
  - Практикуйся, вон... - Марат посмотрел вниз и, нашарив глазами раздающего последние указания Шрама, хотел отправить девицу к нему, но та, не дослушав, довольно перебила.
  - Здоров, как бык. Вперёд! - и, хлопнув своей мягкой ладошкой по затылку, рванула в мужское крыло. Скорбно вздохнув, Марат без особой радости поплёлся за ней, предвкушая как минимум пару часов непрекращающейся трескотни. Но на деле управились они гораздо быстрее.
  Шнырявшая по комнатам Вита с проворством мелкой ящерки отмечала все трещины и повреждения мебели, проставляя маркировку на притолоках распахнутых настежь дверей. Где-то царапала штрих, похожий на молнию, где-то выводила крупную каплю, несколько последних удостоились кривоватого квадрата.
  - Это значит, необходимо подновить предметы, - пояснила она подошедшему Марату, вознамерившемуся первым делом оценить целостность собственного пристанища, а уж затем выполнять приказ. А в идеале не выполнять вовсе, попросив помощи у сердобольной Виты в качестве компенсации за регулярную подработку учебным пособием.
  Оставалось ещё три двери, но пол возле них был покрыт хрупким кустом разломов, ведущих к огромному провалу в конце коридора. Гел уже убрал свои ледяные столбы, и теперь ничто не мешало по неосторожности ухнуть в образовавшуюся дыру. Легкомысленно двинувшаяся вперёд Вита была подхвачена и оттеснена подальше. Недовольно покачав головой, Марат повернулся, чтобы свериться с числом пройденных комнат, и горестно вздохнул. Сомнений не осталось - его была самой последней из уцелевших и сейчас угрожающе нависала над провалом.
  Продвигаться дальше пришлось, тщательно примериваясь. Бетон похрустывал, но из чистого упрямства держал. Вита неуверенно топталась подле кромки трещин то и дело порываясь шагнуть следом. Погрозив ей кулаком, Марат осторожно сунул голову в ближайшую дверь. За ней ничего особенно интересного не обнаружилось, что, впрочем, объяснилось состоянием соседнего жилища. Вот там-то царил настоящий бардак.
  Вспучившиеся чешуёй треснувшей краски стены с трудом держались на разъехавшейся пополам плите. Рама покосилась, скалясь щербатыми проёмами выбитых стёкол. Снизу раздавались хлопки и потрескивания. Где-то журчало. "Вот она, работа моей мечты..." - проскрипел Марат и, вытянув шею, изволил убедиться, что, кроме разорванных кабелей, в проёме пола ничего не болтается. Значит, трубы пролегали дальше. Идея посетить собственную комнату уже не казалась такой привлекательной.
  Он как раз собирался дать задний ход, но тут из дыры вынырнула покрытая пылью лысина. Неуклюже заворочавшись, она вдруг дёрнулась и заворчала.
  - Блин, проводов много. Зити, потребуется помощь!
  "Да куда ж вы без меня!" - раздалось снизу. Голова в разломе медленно осмотрелась и, заметив торчащую из двери верхнюю половину одноклассника, приветственно кивнула.
  - Ходите, не бойтесь. Я держу, - разрешил Щит и принялся увлечённо ковыряться в порванных кабелях. "Дай! Дай сюда!" - подвывали внизу. В трещине изредка мелькала взъерошенная макушка, хозяйка которой то и дело дёргала азиата за майку. Щит глубоко дышал и продолжал со вселенской невозмутимостью заниматься делом. Кажется, о своей просьбе он уже немного жалел.
  Решив проверить полы на прочность, Марат аккуратно просочился в комнату целиком и, скользнув к окну, встал над разломом. Этажом ниже воздух слегка подрагивал. Знакомая рябь струилась в стороны, покрывая тонким слоем потолок и стены. Барьеры создавали каркас, на который висевшая снаружи Тохарани неторопливо укладывала куски раскрошившегося бетона. Несколько камней влетели в комнату и принялись с хрустом протискиваться в щель пола.
  - Эй-эй! Погодь! - закричал Щит и скрылся внизу. Не смотря на заверения одноклассника, Марат с некоторой опаской перешагнул стремительно зарастающий бетоном разлом и сунулся в стену. Он морально приготовился лицезреть самый крупный погром в своей жизни, поэтому реальность слегка разочаровала.
  Состояние спальни мало чем отличалось от предыдущей. Разве что пол был цел, но надломан по углу. Упавший шкаф, выплюнув жёваной кучкой вещи, перегородил входную дверь и горестно упёрся створками в противоположную стену. Вернуть его в исходное положение было равносильно попытке уговорить пьяного стоять прямо, но Марат справился. Кровать накренилась, потеряв одну из ножек, зато стол со всем содержимым был цел, да и окно не пострадало. Сквозь него было отлично видно, как через двери первого этажа деловитым потоком струится мусор. Дирижировала сим лицедейством Хара, не забывая сортировать его по фактуре. Куски побитой статуи летели в одну кучу, деревянные обломки в другую. Возле последних уже вовсю скакала Зити, оставившая-таки в покое Щита и теперь колдовавшая над сломанной мебелью.
  Одна из кучек отобранного ей хлама с треском взвился в воздух и опустился на землю уже готовым стулом. Следом собрались ещё три скамьи. Девчонка довольно завертелась, благодарно помахав Тохарани, и заскользила руками по пыльным сиденьям. Воскресшие лавки принялись отбивать мелкую дробь, сбрасывая с себя пыль и опилки.
  - Разделение, - послышалось от двери. Осторожно перепрыгнув сваленную горкой одежду, Вита играючи вынырнула из-за спины. - Сила Зити - разделение. Ты ведь за ней смотришь?
  - Я же велел не лезть! - раздосадовано попенял Марат, не оборачиваясь.
  - Щит-то держит, - пожала плечами одноклассница. Наверняка знала обо всём заранее, поэтому с самого начала и не боялась. Осознав собственную наивность, Марат поморщился и начал всерьёз раздумывать над перспективой выйти в окно.
  - Она медик, как и я, - вернулась к теме Вита, не замечая чужих терзаний.
  - Медик, который лечит деревяшки? - в заявлении не усомниться было просто нельзя. Девчонка рассмеялась.
  - Не только. Ещё и в шкафу твоём каждую неделю ковыряется.
  - Что?! - периодически встревающий на теме приватности Марат развернулся, надеясь, что ослышался.
  - Понимаешь, - Вита заговорщически подалась вперёд и перешла на громкий шёпот. - У тебя волшебный шкаф! Там внутри целый мир, и ты можешь стать его королём. Нужно только найти вход...
  Не оценив шутки, Марат продолжал таращиться с крайней подозрительностью. Изредка оставляя дверь незапертой, он как-то не предполагал, что по вещам тут же начнут шарить всякие незнакомые девчонки. А здесь, оказывается, это вполне себе норма. Парней-то, небось, в женское крыло с такой целью визита не пропускали. Хотя, последнее можно было и проверить при случае. Марат расплылся в мечтательной улыбке, предвкушая вылазку. Для полноты ощущений следовало ещё и через душевые пройтись.
  Почуяв неладное, Вита быстро свернула балаган и постаралась как можно быстрее объяснить.
  - Вообще-то, она не только сюда ходит, конечно. Никогда не задумывался, с чего бы твоя одежда ещё в оружие массового поражения не превратилась? Или ты её стирать пытался?
  Судя по вытянувшейся физиономии одноклассника, ответ был очевиден. Вита насмешливо фыркнула и выразительно постучала пальцем по лбу.
  - Никто поначалу не замечает, - смилостивилась она. - График такой, что обычно не до этого. Но вот когда замечают, начинают паниковать. А на деле ничего особенного. Зити не может восстанавливать повреждения, как я, но зато с лёгкостью выводит всё лишнее. Отделяет не входящие в состав исходной структуры частицы. Чтобы использовать такие способности для исцеления, требуется определённая сноровка. Но для очистки они незаменимы. Вот она и взялась за подработку. Раз в неделю прохаживается и встряхивает наше бельишко. Все уже привыкли. Некоторые даже двери специально не запирают, чтоб ей меньше возни с ключами было...
  В поисках безмолвной поддержки Марат медленно присел на край стола. То есть он, значит, может спать абы в чём. Может, например, переодеваться для бассейна. Может о возвышенном грезить между делом. Например. А тут, такая вваливается, значит, девчонка, и давай в шкафу шерстить. И на хозяина комнатки косо поглядывать. Ситуация, однако.
  Стол с тяжестью известий справлялся, за что Марат ему был в высшей степени благодарен. А вот тому придумщику, который такое безобразие узаконил, хотелось сказать пару ласковых. Глядя на вперившегося в одну точку паренька, Вита звонко хихикнула, уловив и без того прозрачный ход мыслей. Не найдя, чем себя занять, она довольно прошагала к сваленной в кучу одежде и принялась её с любопытством разглядывать, пытаясь обнаружить хоть какой-нибудь компромат. Вовремя опомнившийся Марат тут же соскочил с потёртой столешницы и поспешил оттеснить гостью подальше во избежание прецедентов.
  - Хочешь, помогу разложить? - невинно поинтересовалась Вита.
  - Спасибо. Сам, - отрезал Марат и, подхватив весь клубок разом, оперативно затолкал его внутрь шкафа.
  - Ути, какая стесняша! - умилённо всплеснула руками девчонка, довольно посмеиваясь.
  Так и подмывало ответить ей что-нибудь веское, но наметившееся взаимопонимание на корню перешиб грохот из коридора. Тохарани с чужим имуществом не церемонилась. С пинка открывая очередную дверь, она какое-то время пялилась на содержимое комнаты, потом производила несколько замысловатых пассов руками и переходила к следующей.
  Вышедший проверить источник шума Марат потоптался на пороге своей спальни, не зная, стоит ли остаться и проконтролировать, чем там она занимается, или лучше убраться от греха подальше. Дилемму решила Вита. Подкравшись сзади, она просто вытолкала хозяина взашей и потащила к дыре в полу, над которой нависала одинокая дверь в душевые.
  - Пойдём, я тебе помогу. Здесь лучше не мешаться. А то пришпандорит кровать к потолку и скажет, что так и было, - в полголоса пояснила одноклассница, смело запрыгивая на пустоту. Под ногами тут же зарябило, наглядно демонстрируя, что даже попытки ходить по воздуху ничем особо страшным не грозят. Но от такого зрелища всё равно делалось не по себе.
  - Может? - усомнился Марат, невольно обернувшись. Из очередной открытой комнаты послышался треск проводки и злобный комментарий. Вита пожала плечами, предлагая либо поверить на слово, либо идти и требовать индивидуального подхода к оформлению интерьера.
  - А новых наказаний не боится? - прибегнул к беспроигрышному доводу Марат, накрепко запомнивший, как негодовали одноклассники, когда он сплоховал. Уже давно хотелось посмотреть, отчитывают ли так же всех подряд, или это его исключительная привилегия.
  - Не думаю, - как-то нехорошо усмехнулась девчонка. И, бойко нырнув в дверной зев душевых, негромко пояснила. - Хара - случай особый.
  - Боятся её, что ли? - с непревзойдённой прямотой поинтересовался вошедший следом Марат, по-тихому прикидывая, что могли означать загадочные инсинуации столь могущественного кинетика. Если Тохарани не страшилась гнева команды, значит, либо имела безграничный авторитет, либо просто плевала на всех с высокой горки, с лёгкостью усмиряя всех недовольных по мере необходимости.
  - Нет, - отрешённо сообщила Вита, и, выразительно покосившись на открытую дверь, осторожно спросила. - Тебя же тоже нашли, так?
  Зябко дёрнув плечами, Марат отрывисто кивнул. События своих первых месяцев в новой ипостаси он предпочитал не разглашать, считая их достаточно неприятной темой для бесед с малознакомыми людьми, пусть даже и коллегами. Вита с облегчением выдохнула и просияла:
  - Всех, кого я тут знаю, нашли. Кроме Тохарани. Она пришла сама.
  
  Способность 18. Доверие.
  
  Марат впился рукой в притолоку и с силой сжал хрипло скрипнувшее дерево.
  - Она в своём уме вообще? - вопрос вырвался больше по инерции, чем от любопытства.
  - Вполне, - качнула головой Вита. - Во всяком случае, тесты ничего такого не выявили. Да и учится неплохо.
  - Я не о том! - попытался объяснить Марат, подрагивая от возмущения. - Кто, мать его, может сюда хотеть?!
  Одноклассница отвечать не спешила. Перемещаясь по душевой и заглядывая во все кабинки, она наполняла пространство постепенно густеющим молчанием, липкие щупальца которого уже начинали пробираться Марату за шиворот. Когда осматривать стало больше нечего, Вита, наконец, развернулась и одарила горьковатой улыбкой.
  - Например тот, кому больше некуда идти, - тихо предположила она. - Не думай, всем интересно не меньше твоего. Но лезть к ней с этим я тебе не советую. Если сама не говорит, то и не наше дело.
  Заявление звучало довольно категорично, особенно для той, которая с удовольствием суёт всюду нос. В связи с этим на Марата снизошло крайне неприятное умозаключение - он вдруг впервые задумался о том, что его проблемы могут быть вовсе и не такими уж внушающими, как казалось ещё несколько мгновений назад.
  Если кто-то решил выбрать это место добровольно, если абсолютно осознанно продал собственную свободу, значит все эти режимные понукания, бесконечные нагрузки и отработки не шли ни в какое сравнение с тем, что ожидало снаружи. Поэтому Тохарани не переживала. Наверное, наказать её было уже трудновато.
  - Пикантная у вас тут среда, - с лёгким удивлением заметила Вита, вырывая одноклассника из пасмурных размышлений. Оказывается, она уже некоторое время сидела на корточках и задумчиво водила пальцами по полу, словно бы к чему-то прислушиваясь. - Столько всего... Жаль, пробирки под рукой нет. Хотя...
  С этими словами она тщательно поелозила пятернёй по скользкой плитке, на короткий миг замерла, с интересом вынюхивая что-то на мокрой ладони. И вдруг быстро сунула пальцы в рот.
  Терзавшийся интригой Марат оцепенел, не в силах произвести ни одного комментария. А Вита, тем временем, тщательно обсасывала каждый палец и хитро поглядывала на поражённого одноклассника, причмокивая с абсолютно неприличным смаком. Тошнотворность зрелища дополнял громкий стук капель - барьеры Щита начинали протекать, напоминая, что рядом пролегают не только трубы с водой, но и канализация.
  - Фуэ! - наконец нашёл способ резюмировать происходящее Марат, скривившись под гнётом тяжёлых травм, нанесённых по тщательно всхоленной брезгливости. Вдоволь налюбовавшись подрагивающей миной паренька, Вита бодро хихикнула и, подскочив, с радостью взялась просвещать:
  - Я с иммунной системой экспериментирую. Хочу научиться выделять какую-нибудь штуку вроде заживляющего геля, чтобы вам на боевые задания раздавать. Будете в безопасности, даже если меня рядом нет. Жаль, что пока получаются только антисептики.
  Сожаления в её голосе, однако, не чувствовалось. Скорее, затаённая гордость за собственную сообразительность. Марат удивлённо присвистнул - Вита мыслила воистину масштабно, и, похоже, именно на это тратила всё свободное время. Возникал закономерный вопрос - следовало ли её теперь вообще дёргать для отработок навыка перемещения по стенам, или лучше было предоставить шанс заняться чем-то полезным для всех.
  Если бы появилась возможность лазать по вертикальным плоскостям, Марата от побега не удержало бы ничто. А если в активы добавлялась ещё и такая переносная аптечка, то вывести дезертира из строя представлялось уже чем-то совершенно невозможным.
  - Понюхай! - радостно потребовала Вита, оценив, что благодарный слушатель искренне проникся.
  Она рывком приблизилась к Марату и, от души плюнув на ладонь, сунула её прямо под нос. Испугавшись контакта с загадочными производными чужого организма, одноклассник решительно отпрянул и даже попытался спастись, кинувшись в стену. Но Вита оказалась проворней.
  - Да-да, круто! - выпалил Марат, изо всех сил уворачиваясь от рассадника неизведанных инфекций. Ноздри неприятно царапал острый лабораторный запах. Опасный биологический кисель мельтешил в считаных миллиметрах от лица. Вита напирала, определённо подзабыв, что не все питают аналогичную страсть к научным изысканиям.
  Устав от бесконечных нападок, Марат резко вывернулся и крепко схватил девчонку за запястье.
  - Не надо, - строго предупредил он, сдавливая руку.
  Вита вдруг притихла и покладисто закивала. Похоже, сурового отпора от обычно лояльного к подобным выходкам паренька она никак не ждала. И теперь, аккуратно слизав всё обратно, принялась тщательно распихивать драгоценные исследовательские наработки по щекам.
  Игривое настроение разлетелось испуганной стайкой летучих мышей. Марат азартно утёрся рукавом и гордо засчитал победу. Но одноклассница всё же умела оставлять последнее слово за собой.
  - Кажется, прорыва два, - она указала в дальний угол и, прищёлкнув пальцами, с лукавым прищуром добавила, - Плюс, ещё один вдоль стены. За плиткой слева тоже что-то может быть. Слишком уж флора активна. Так что действуй, а то Шрам скоро явится и начнёт казнить.
  Издав стон вселенской скорби, Марат мигом растерял весь свой боевой дух и понуро двинулся в указанном направлении совмещать неприятное с бесполезным. Радовало только то, что в это время покладисто трудился не он один.
  По стенам и потолку торопливо стелились мелкие пылевые волны. В воздухе кружилась белая взвесь, лениво оседая внизу. А оттуда, подчиняясь ритмичной дроби, заползала в немногие оставшиеся щели. Пол у душевых стремительно срастался, оставляя ровные дорожки проёмов под починку. Пометки, оставленные Витой на дверях, исчезали. Текстуры поверхностей проявились чётче. Стены выровнялись и как будто посветлели. Все комнаты были на месте. Коридор сверкал первозданной чистотой вылизанного перед сдачей в эксплуатацию директорского кабинета. Марату даже померещились сопутствующие запахи свежей краски и непроветренного пластика.
  Возле окна, прислонившись к стене, шуршала маленькая фигурка с пушистым ёршиком волос. Закрыв глаза, Зити осторожно водила ладонями по стенам, словно разглаживая невидимый песок, и давала негромкие указания Тохарани, примостившейся на корточках неподалёку и тщательно ощупывавшей новенький пол.
  Высунувшись из душевых, Марат рассмотрел среди грациозно танцующей пыли приближающуюся фигуру старосты. Добравшись до одноклассников, та скупым кивком поощрила его работу и принялась что-то тщательно объяснять внимательно взирающей на неё снизу-вверх Харе. Становилось душновато. Стрельнув глазами в направлении лестницы, Марат без оптимизма обнаружил подкрадывающегося следом Игниса. Судя по общему сбору, работёнка предстояла коллективная.
  Но, вопреки наметившимся ожиданиям, обоих отважных исследователей канализационных далей оперативно выдворили прочь, строго приказав не путаться под ногами и, для вящей убедительности, сослав в женское крыло. Вернее, отправилась туда лишь Вита. Марат, рискнувший последовать за ней, был остановлен негодующими протестами и принудительно выдворен за пределы корпуса, получив от одноклассницы вдогонку сомнительный ультиматум: "Чтоб первый и последний раз!" Однако кое-что он заметить всё-таки успел.
  Если мужское крыло сейчас сверкало стерильной новизной, то место проживания девчонок выглядело совершенно обыденно - блёкло и пыльно. Почему Зити не прошлась тут своей лихой кинетической метёлкой, оставалось загадкой.
  Теперь, вынужденно прогуливаясь снаружи, Марат с удивлением отметил, что женская часть совершенно не пострадала - на кирпичной облицовке были видны застарелые морщины пережившей несколько землетрясений кладки, но в целом эта половина здания смотрелась вполне бодрой старушкой, готовой продержаться ещё не одно десятилетие.
  "Ничего себе избирательность!" - искренне возмутился Марат, отдавая должность ушлости коллеги. Действительно, зачем Тохарани было крушить собственную спальню, когда представилась возможность спокойно раскурочить соседские и списать всё на невладение силой?
  Озарённый новой идеей, Марат быстро оббежал дом вокруг и, тщательно прощупав стену на предмет вибраций, просочился внутрь. Подозрения полностью оправдались: стройные ряды холодильных камер и продовольственных полок располагались аккурат под спальнями девчонок.
  Расчётливость Хары не знала границ - оставить без ужина она никого не планировала, развлекаясь так, чтобы ни в коем разе не пошатнуть комфорт привычного распорядка. Перестаралась немного, конечно. Но, похоже, на такой случай просчитала даже время уборки, которая теперь слишком удобно приходилась на часы и без того предназначавшиеся для физических упражнений.
  Марат непроизвольно поёжился, и виноват в этом был отнюдь не прохладный ветерок кухонных систем кондиционирования. С каждой минутой Тохарани вызывала всё больше опасений. Сильные просто обязаны были оставаться безмозглыми. Иначе возникала серьёзная угроза. А любые, даже самые призрачные, угрозы тут недооценивать не могли. И всё же позволили девчонке присоединиться к команде. Может быть, не подозревали о том, на что способна? Недооценивали? Или наоборот, решили дать шанс развернуться и посмотреть, что из этого выйдет?
  Через недра общежития протёк металлический стон. Вдумчиво осмотрев потолок, Марат заметил, как расплывшиеся водяные пятна медленно всасываются в небытие верхнего этажа. Лужи, разбросанные по кухне, медленно, по каплям поднимались ввысь и тянулись к испуганно мерцающим лампам. Зрелище разливалось по истине космическое.
  Хороводы прозрачных шаров разного размера неторопливо отрывались от пола и замирали посреди комнаты, осыпая щедрыми бликами всё доступное пространство. Настороженно гудело освещение, не понимая, придётся ли снова сражаться с влагой, или на этот раз всё закончится благополучно. Марат тихо оборачивался среди кружащегося роя водяных пузырей, пытаясь увековечить в памяти этот волнующий момент.
  Первые сферы достигли потолка и принялись неуверенно толкаться. Каждая передавала право первого контакта другой. "Всего-то воду сверху вытягивает, а та даже здесь реагирует!" - поразился Марат, глубже осознавая истинную мощь одноклассницы. Он допускал, что так по преподавательскому велению может шаманить и Гел из-за стены. Но по какой-то причине ощущал всем нутром: эта фантастическая картина - творение рук Тохарани.
  Странно, что её вообще допустили к остальным. Уровень это был совсем не первого года обучения. Если так, то даже Иерихон теперь выглядел куда более прозорливым ухажёром. Его попытки снискать расположение коварного соперника теперь казались отнюдь не безвольным следованием чьему-то предписанию. Марат даже позволил себе тихий смешок.
  По сравнению действиями Тохарани, любые нападки Игниса сразу меркли и стыдливо забивались в уголок. Атакер был прямолинеен, как кувалда, и уж точно не стремился к тщательному обдумыванию своих шагов наперёд. Девчонка же словно играла со всем, что подворачивалось под руку, воспринимая окружение, как большую арену, а других учащихся, как спортивный инвентарь.
  Но при этом к одноклассникам была настроена весьма покровительственно: не досаждала, а иногда и помогала избавляться от лишних проблем. Во всяком случае, Марата она так и не выдала. И вообще, казалось, забыла о случившемся инциденте. Или не забыла.
  Сверху подозрительно булькнуло, и в тот же миг с потолка обрушился ледяной душ. Кажется, провинившаяся разведчица посчитала, что её работа окончена, а кухню кто-нибудь приберёт и так.
  Мокрый и грязный, Марат без особой охоты поплёлся к остальным. Шрам уже поджидал всех у центрального входа, хмуро обозревая фронт проделанных работ. Детишки закончили ремонт просто до неприличия быстро - такими темпами можно было и полтерритории перепахать, а затем с невинным видом всё скоренько подмести. Ну и где тут воспитательный элемент, спрашивается?
  Стоило в дверях мелькнуть смазанной тени старосты, физрук громко свистнул и строгим кивком показал на лестницу. Токсик поняла его без слов. Обернувшись, чтобы сосчитать своих, она подождала, когда весь основательно побитый пылью отряд пройдёт мимо, и лишь тогда двинулась следом, замыкая строй.
  Доверия к ним несколько поубавилось - больно уж ретиво староста контролировала присутствие. И Марат небезосновательно принял это на свой счёт. Тоскливо переставляя ноги, он задумчиво разглядывал спину идущей впереди Тохарани и размышлял, как бы незаметно пролезть к девчонке в голову и понять наконец, что там творится.
  "Не могла же она быстро спланировать весь этот погром, только чтобы не дать мне уйти?" - задался под конец Развития совершенно провокационным вопросом настойчиво опекаемый шпион. Но, в пол-уха выслушивая недовольное ворчание Неу, всё же решил, что такой полёт идеи даже для Хары был бы явным перегибом. С другой стороны, Тохарани и так представляла собой один сплошной чересчур. И Марату подобное положение дел ой, как не нравилось.
  Но ещё больше не понравилось ему то, что после занятий в дверь музыкального класса, гасившего не прекращавшиеся в этот вечер жёсткие окрики Рапиды, просунулась знакомая кепка.
  Шрам, схомутав притихших ребят одним пронзительным взглядом, возвестил:
  - Поздравляю, бойцы! В виду того, что большая часть коллектива сегодня особо отличилась... - он, минуя Тохарани, в упор посмотрел на безрадостно пинавшего пол Марата, - ...класс в полном составе объявляется штрафниками и на ближайшие три недели остаётся без выходных!
  - Да вы нас в гроб загоните! - взвился, было Игнис, но тут же, натужно захрипев, смолк. Из удушающего захвата Щита вырваться было не так-то просто. А друг в данный момент был неумолим - нагнетать и без того паршивую ситуацию совершенно не стоило.
  Одинокие шепотки и взаимные переглядывания тут же стихли, стоило тренеру довольно потереть ладоши и пояснить:
  - Отныне, всё свободное время, неудержимые мои, вам предстоит посвящать созидательной физической активности под моим чутким, - Шрам не совладал с искушением и растянул губы в злорадной ухмылке, - присмотром. Как выразились коллеги, - будем анализировать пределы возможностей ваших беспокойных организмов.
  Формулировка не понравилась никому, поскольку оставляла за собой солоноватый привкус смертельной усталости и дурной запашок окончательно скисшего настроения.
  - И не в ущерб моим заданиям! - тут же внесла свою лепту Рапида, до этого невозмутимо восседавшая на высоком табурете ударной установки. - Тех, кто не будет практиковаться, поселю в танцевальном зале!
  "Спелись!" - возмущённо подумал Марат, поглядывая то на одного педагога, то на другого, и копчиком прозревая импровизированный заговор. В такт его мыслям преподавательница по искусству ослепительно улыбнулась, даже не скрывая, что от души наслаждается происходящим. Шрам солидно кивнул и решил добить и без того "счастливое" прогрессивное сообщество:
  - Смотрю, все так и рвутся в бой? Что ж, в знак личного расположения могу предоставить вам этот шанс уже сегодня. В шеренгу, и шагом марш наверх! Объявляю особую тренировку в честь отменённого ужина. По стадиону у меня до самого отбоя ползать будете, лоботрясы!
  Тут уж слегка пошатнулась даже Вита, обычно приходящая в восторг от любой коллективной деятельности. Желудок Марата панически заурчал, предчувствуя голодные двенадцать часов в обозримом будущем.
  "Мы все умрём!" - одними губами выдавил благородно пунцовевший в крепком захвате Игнис и с облегчением осел на пол, - Щит верно рассудил, что остудить его возможно, только предварительно вырубив. Физрук, взиравший на эту семейную идиллию сквозь пальцы, одним размашистым жестом велел старосте пройти в конец строя и проконтролировать беспрекословность подчинения. Но стараться ей особо не пришлось. Оценив безрадостные перспективы, никто из отряда тратить силы на пререкания не стал.
  Сжалившись над пыхтевшим Щитом, пытавшимся взвалить на себя неподвижное тело главного дебошира, Тохарани властно повела рукой, и подхватила ношу. Азиат благодарно кивнул и, подталкивая колыхавшегося в воздухе Игниса, потянулся к двери вслед за остальными.
  Шрам не соврал и гонял их ровно до того момента, когда режущие кромки чёрных теней отвоевали себе всю территорию пансионата. Только дальние общежития позволяли себе бороться с этой враждебной тьмой, да редкие всполохи горизонта обозначали некое подобие существующей где-то за гранью восприятия нормальной жизни.
  Класс держался на ногах исключительно стараниями Виты. Даже несгибаемая Токсик позволила себе отступить от правил и пару раз приложиться к дарующим бодрость прикосновениям. Запала же Игниса хватило только на первые тридцать минут после пробуждения. Всё остальное время он молча пыхтел и с упоением разбрасывал крайне озлобленные взгляды вокруг. Чаще всего доставалось, разумеется, Марату. Но того дополнительные подкосили так, что можно было с уверенностью констатировать - даже раздиравший изнутри звериный голод не помешал бы ему сегодня заснуть. Складывало впечатление, что Шрам задался целью угробить именно его, потому что команда "Стоп!" прозвучала ровно в тот момент, когда незадачливый дезертир от усталости полетел носом в раскисшую грязь. Сочтя результаты пыток удовлетворительными, физрук скомандовал отбой и лично проследил, чтобы все ученики взяли верный курс в сторону кампуса.
  - Ну, мы всё-таки пока живы, - устало резюмировала Вита, когда остальные, спотыкаясь и придерживая друг друга, ковыляли прочь после столь продуктивного вечера.
  - Говори за себя! - прохрипел Игнис, вытягивая шею в направлении дверей и рьяно принюхиваясь. Ему мерещилось, что оттуда веет ароматами так беспринципно ускользнувшей из-под носа еды.
  - Идите сюда, - потребовала девчонка, измождённо поднимая ладони. - Сейчас устроим сеанс коллективной терапии.
  - Рекомендую поберечь силы, - посоветовала Токсик, аккуратно отодвигая протянутые руки. - Полагаю, завтра утром они многим из нас пригодятся.
  Вита хотела было возразить, но вместо этого лишь слабо улыбнулась и вняла доводам коллективного разума.
  - Странно немного... - подал голос молчавший всю дорогу Щит. Большинство одноклассников единодушно покосились в его сторону, только Игнис продолжал упрямо топать вперёд, делая вид, что в интеллектуальных беседах не заинтересован. - Нас так ещё ни разу не наказывали. Хотя, помните первый раз, когда кое-кто столовую разворотил.
  Атакер ускорил шаг. Провожая его взглядом, Марат понятливо усмехнулся.
  - В текущей ситуации действия преподавателей оказались закономерны, - цинично констатировала староста.
  Перечить никто и не пытался, однако всеобщее негодование требовало выхода.
  - Совести у них нет! - тихонько зашипела Вита, сжимая кулаки. - Мы же всё исправили! Мы всегда всё исправляем!
  - "Исправлять" и "не совершать" - не есть равноценные действия, - задумчиво откликнулся азиат, но, увидев лицо девчонки, быстро пошёл на попятную. - Но с чего бы они так погорячились именно сегодня? Всё же было, как обычно...
  - Заслуги суммируются? - высказал невесёлое предположение тихо мотавший на ус Марат. Но ответить ему никто не успел.
  - Кое-что изменилось, - вдруг произнесла Тохарани, и многие невольно сбавили шаг. Кто-то начал переглядываться. Марат вертел головой, всматриваясь в основательно пропотевшие лица, но ничего толкового выудить из их выражения не мог.
  - Вы что, издеваетесь?! - раздался впереди гневный окрик. Постепенно наливающийся благородным багрянцем Игнис резко затормозил и яростно воззрился на одноклассников. - Всё вы прекрасно знаете, - от чего да почему! Нехрен дебилов корчить!
  - Ой, не начинай... - поморщилась Вита, отступая - тугой кокон жара, исходившего от коллеги, установлению взаимопонимания не способствовал.
  - А и не я начал! - прошкворчал щедро разгорающийся эрудит всея отряда, готовый дать отпор любому, кто посмеет возражать. - Не надо палить, - посоветовал Щит, осторожно поднимая руку. - Мы ничего не знаем наверняка. Может и правда дело в количестве...
  Издав лающий смешок, Игнис выпрямился во весь свой немалый рост и обвёл замерших ребят презрительным взглядом.
  - Хорош мозги-то пудрить! В рожу не можете высказать? Так я помогу!
  - Вина на всех одна! - громко осадила его староста. - К сложившемуся положению следует привыкнуть. Или я буду вынуждена принять меры.
  Остальные молчали, но в этом молчании легко читалась непоколебимая поддержка главы отряда.
  - Вы совсем, что ли? - затрясся атакер, подёргиваясь кривоватой зыбью рвущейся наружу силы. - Соображаете, что творите? Кого вообще покрываете, а?!
  "Перебор", - тут же понял Марат и шарахнулся в сторону. Вмиг раскалившийся воздух загудел. По траве поползли огненные дорожки. Окружённого снопами искр Игниса подкинуло на струе белесого пламени. На несколько секунд он воспарил над головами, но тут же с треском и шипением рухнул вниз, придавленный незримой силой к земле. Щит, как всегда, был начеку. Вот только звук пленнику отрубить не счёл нужным.
  - Они же все такие! Все, твари, такие! Только и умеют подставлять! - хрипел Игнис, выдыхая длинные струи синеватого пламени. - Вы что, не понимаете?! Сейчас не разберёмся - потом поздно будет!
  - Чего он опять завёлся? - вполголоса поинтересовался Марат у стоявшей рядом Виты. Обычно словоохотливая, та закусила губу и ссутулилась, нервно озираясь. Выглядела она так, будто была готова кинуться в огонь к полыхающему Игнису, лишь бы не взваливать на себя бремя просвещения.
  - Уймись! - рыкнул Щит и с размаху двинул приятелю по физиономии. Голова мотнулась. Потеряв равновесие, Игнис неуклюже завалился на бок, едва успев чиркнуть ладонью по земле.
  Марат безучастно отметил, что для главного бойца в группе атакер как-то уж слишком часто огребает. Причём, больше всего от своих же. Сейчас он едва сидел, неуверенно встряхивая головой и пытаясь отогнать роящиеся вокруг всполохи пламени. От удара сила разделились на множество мелких светлячков, и теперь они опадали грустными хлопьями умирающего огня, окутывая своего хозяина бледнеющим во мраке рыжеватым плащом.
  Однако вместо того, чтобы озаботиться состоянием друга, грозно возвышавшийся над ним Щит с тревогой обернулся на Марата. Тот, в свою очередь, недоумённо окинул взором притихший класс. Все смотрели на него. Без осуждения, но с какой-то невыносимо тяжёлой, нервирующей нерешительностью, словно бы пытались собраться с духом перед прыжком в очень глубокую пропасть. Наконец, староста соизволила заговорить:
  - Мы просим прощения за подобные... - она полоснула колючим взглядом Игниса, - ...инциденты. От лица команды обещаю, что впредь мы постараемся держать всё под контролем.
  - С чего бы? - не уловил Марат. С его точки зрения ничего необычного не случилось - подумаешь, у заядлого поклонника в очередной раз пригорело. А вот ребята вели себя куда как более странно.
  - Какого ты перед этим уродом лебезишь?! - взвыл Игнис, перебив открывшую, было, рот Токсик, и принялся свирепо биться о невидимые путы, в надежде найти брешь. - Из-за него мы теперь пахать будем! Из-за одной поганой крысы, которая вздумала слинять!
  К горлу подступила тошнота. Марат резко посерел и даже сделал небольшой шажок назад. Он-то надеялся, что всё обошлось.
  - Мы тоже виноваты, - сиплым голосом возразила Вита, упорно разглядывая носки ботинок.
  - В чём?! Что сразу эту мразь не поджарили?! - не унимался образец альтруизма, источая щипавшие кожу потоки сухого зноя.
  - В том, что часто позволяли себе оперировать общепринятой точкой зрения. Не следовало нам разделять твоих опасений, - холодно возразила староста и уверенно кивнула Марату.
  Остолбеневший Игнис вытаращился на неё с такой болью и недоумением, будто только что каждый из присутствовавших полоснул ему по горлу ножом. А сама Токсик - так аж дважды. Он открывал и закрывал рот, пытаясь огласить хоть какие-то аргументы, но, похоже, не знал, как ещё убедить окружающих в своей правоте.
  - Вы все помереть хотите, да? - с благоговейным ужасом наконец прошептал он.
  Никто не ответил. То ли снова пытались сделать вид, что всё в норме, то ли возражать не было причин.
  - Любишь же ты на говно исходить, - почти ласково вздохнул уставший от общего бездействия Марат.
  - Не сказать, чтобы у него не было совсем уж никаких оснований, - резонно заметил Щит, наклоняя голову в присущей ему поучительной манере.
  - Так. Есть претензии? - скопировал его жест Марат, переходя в наступление. Ему до смерти осточертело выслушивать любые нападки и порицания. Даже если он сегодня и провинился, половина выбросов Игниса всё равно звучала форменным неадекватом.
  С таким видом, будто бы сейчас пожалеет о сказанном, Вита стиснула зубы и, нервно переминая пальцы, пробормотала:
  - Понимаешь... - она с надеждой смотрела в глаза, буквально умоляя о пощаде, но Марат только придвинулся ближе. - Многие полагают...
  Смирившись с незавидной участью, Вита глубоко вдохнула и выпалила полушёпотом:
  - В общем, ходят слухи, что кры... - она запнулась и быстро бросила исподлобья виноватый взгляд. - ...шпионами становятся люди, изначально обладающие определёнными чертами личности...
  - Ну да, Токсик говорила что-то такое, - поторопил Марат, не улавливая сути. Сам он тогда посчитал это вполне логичным и где-то даже правильным. Ведь специализированную работу лучше всего выполняет тот, кто с первых мгновений обладал подходящими задатками, а затем просто развил их в нужном направлении.
  - Ты не до конца осознаёшь, видимо, - убитым голосом выдохнула Вита и, вжав голову в плечи, зыркнула со смесью сочувствия и опаски. - Считается, что они склонны к... ну, не совсем честным поступкам. Оттого и получают способности к утайке, незаметному проникновению - всякому такому скрытному.
  До Марата дошло не сразу. Но вот когда дошло...
  Он медленно повернулся в сторону Игниса. Задержал взгляд на каждом из одноклассников. Задумчиво поцокал языком и решил слегка конкретизировать:
  - То есть вы все думаете, что я потенциальный уголовник? Что я опасней любых здешних мудаков, которые по настроению на людей кидаются и всё вверх дном переворачивают?
  От звука его речи топтавшаяся рядом Вита испуганно попятилась. Но всё же взяла себя в руки и, тряхнув головой, осторожно возразила:
  - Не все думают. Но такие есть, - она выразительно глянула на Игниса. Тот уже вполне оклемался и теперь сверлил противника жадным взглядом готового кинуться в любую секунду Цербера. - И их довольно много. Ваша репутация тоже не на пустом месте строилась, знаешь ли.
  - "Наша" репутация?! - повысил голос Марат, стискивая кулаки. - Чья это "наша"? Моя, снова моя и какого-нибудь придурка из соседнего класса, которого вы знать не знаете?!
  - Однако, реагируешь ты сейчас весьма предсказуемо, - посетовал издалека Щит, всё ещё присматривая за своим буйствующим другом.
  - То есть, вы оцениваете меня по чужим поступкам, а потом ждёте благодарностей?! - возразил Марат, со всем возможным скепсисом воззрившись на азиата. Тот пожал плечами и невозмутимо отвернулся, не желая конфликтовать, но явно оставаясь при своём мнении. А каким оно являлось, догадаться было несложно. В его глазах все возможные исключения либо таковыми не являлись, либо подтверждали правило.
  - Да у тебя ж на роже всё написано! - презрительно тявкнул зловеще помалкивавший всё это время атакер. - Думаешь, самый умный здесь? Самый правильный?
  Готовившегося возразить Марата схватила за плечо Вита, осторожно разворачивая прочь от главного раздражающего фактора.
  - Не станешь же ты отрицать, что характер, например, Игниса и его способности вполне соотносятся? - заискивающим голосом обратилась она, пробуя подойти к вопросу с другого бока. - Согласись, есть и в тебе что-то такое - от специальности.
  - Да идите вы со своими типированиями! - не выдержал Марат.
  Вырвавшись, он гулко потопал к общежитию, перестав обращать внимания на любые слова.
  В голове шумело. Где-то под рёбрами трепыхалось пакостное ощущение вселенской несправедливости. Сперва, значит, твердят о важности и нужности. А потом вдруг заявляют, что постоянно были готовы к любой подлости с его стороны. Хороши однокласснички! Самым честным, выходит, всё время был только Игнис.
  От последней мысли Марат едва не расхохотался в голос. Кто бы мог подумать! Вроде главный задира, и вдруг такой святой. Если б не его прямота, кто знает, сколько бы остальные ещё косились втихомолку. Вступались они ещё, ха! Боялись, что ночью явится и прирежет, если вдруг слишком сильно огорчат. Ну да, преград-то для него не существует. Разумеется, он первым делом полезет устраивать геноцид. За этим сюда и пришёл. Чтобы калечить кучку недоумков, которые его и за человека-то не держат.
  - Возможно, иногда мы были немного не удовлетворены степенью твоей благонадёжности... - пробился сквозь туман горьких откровений голос старосты. Марат даже не удосужился сбавить шаг. Ему было бы легче, если бы эти слова произнёс кто-то другой. Ожидать предвзятости от Токсик, которая уже не раз его выручала и редко в чём открыто винила, как-то совсем не получалось. - Но сегодня всё изменилось. Даже если изначально ты позволил себе некоторую... беспечность, - Марат показательно фыркнул, понимая, какое слово она заменила, - то затем доказал, что готов поставить чьи-то интересы превыше собственных.
  - Прости, но для шпионов это редкость, - поддержала Вита. Запыхавшаяся, она, тем не менее, упорно продолжала трусить следом и держалась за самым плечом. - Большинство ведут себя просто гадко. Это они меня после прошлых соревнований на больничную койку отправили. Всего лишь за то, что я медик и помогала своим! Подкараулили на следующую же ночь и выкинули из окна. Щиту тогда тоже досталось... Но мы-то всегда пытались надеяться на лучшее. Результаты предварительных проверок обнадёживали. Да и ты вполне нормальным оказался! Поэтому мы все очень старались, честно! Но как можно быть уверенными полностью...
  Марат вскинул ладонь, молчаливо требуя перекрыть потоки оправданий. Может быть, в объяснениях и имелся смысл, но в данный момент смысл этот был ему глубоко безразличен. Издалека донёсся раскатистый рык. Выпущенный на свободу Игнис оперативно догонял группу.
  - Вы кого тут обхаживаете?! - толкнул в спину возмущённый вопль. - Этот гад сбежать хотел, только и всего! Всё время! Каждую секунду! Слышь, говнюк, я тебя сразу раскусил! Ты что, думал - никто не замечает?! Ха! Вы как вообще собрались с таким на задание идти, а?! Да он же нас сдаст при первой возможности. А потом свалит и не обернётся! Или вообще сам со спины зайдёт и прикончит! Только вот хрен ты кого угробишь! Если я сдохну, то и тебя за собой уволоку, понял?!
  - Заткнись, - процедил Марат, не сбавляя шага. Внутри разливалось гнилью липкое ощущение сосущей пустоты. Хотелось, чтобы все эти въедливые голоса вокруг исчезли навеки, а в черепушке хоть на мгновение поселился бы кто-нибудь другой. Но уведомлять об этом он никого не собирался.
  - Это не так! - неожиданно крикнула Вита так громко, что по ушам полоснула неприятная резь. Стёкла общежития задребезжали на высокой, почти истеричной ноте. Марат инстинктивно пригнулся, ожидая, что они сейчас разлетятся вдребезги, и краем глаза выхватил из синеватой тьмы силуэт решительно сжавшей кулаки медсестрички. Она яростно сверкала глазами и, похоже, была готова кинуться на Игниса. - Ты всё врёшь! Юн имеет право на ошибку! Как и любой из нас! Даже ты! Только он совершает их по незнанию. А ты... - Вита скривилась и выдала самое отвратительное сравнение, которое только смогла придумать. - Ты ведёшь себя, как Гел!!! Мне такая забота и даром не нужна!
  Не в силах отвести глаз, Марат медленно выпрямился. Понять девчонку не было никакой возможности. Вита говорила, что не верит таким, как он. И вместе с тем отчаянно защищала, готовая пойти против главного задиры класса. Странно, что ей была так дорога одна только надежда на порядочность. На этом можно было неплохо сыграть.
  - Скажи ему! - потребовала Вита, глядя в упор на Марата. - Скажи правду. Ты ведь не специально. Ты не знал, когда уходил, что нам тоже достанется.
  - Вот именно, только о себе думал. Ему ж на всех чхать. Таким, как они, всегда своя шкура дороже... - проворчал под нос поутихший Игнис, на которого сравнение с Гелом возымело должный эффект.
  - Скажи, - прошептала Вита. - Пожалуйста!
  Марат смолчал. Вместо ответа он посмотрел на небо и мрачно прищурился - всё пространство до горизонта было завешано клубами низких облаков. Звёзд было не рассмотреть.
  - Видите! - возликовал Игнис.
  - Не говори чуши! - огрызнулась девчонка.
  - Я хотел, - вдруг невозмутимо отозвался Марат. - Сбежать, - пояснил он в ответ на недоверчивую мордашку. - Блевать от вас хочется. От вас и от этого места.
  Вита отшатнулась, словно её ударили, и Марату на миг захотелось забрать свои слова обратно. Но отступать было нельзя. Поэтому он, снисходительно покосившись, добавил:
  - И поверь, мне совершенно всё равно, что с вами станет. Накажут? Так вам и надо. Отправят на опыты - да плевать. Кто вы? Всего лишь толпа уродов, которые мнят себя хорошими, - последнее слово он проговорил с особым омерзением. - Просто потому что могут защитить кого-то, - Щит гулко втянул носом воздух. - Или не дать умереть, - Вита опустила глаза. - Или бесстрастно смотреть, как гнобят других, - Токсик едва различимо повела головой. - Вы же все здесь такие безоговорочно святые! Просто от того что ваши силы дают вам право быть чище всех остальных, так?
  - Юн... - простонала Вита, закрывая лицо руками.
  - Не надо, - перебил Марат.
  - Почему ты не хочешь нас понять?! Мы же дали тебе шанс!
  - Ах, шанс вы мне дали! Вот спасибо-то! Не поскупились! Можете теперь сходить и доложиться своему начальству, что эксперимент провалился. Авось запрут меня за решёткой. Будете спать спокойнее!
  - Зачем ты так... - порывисто всхлипнув, Вита бросилась к дверям общаги. Марат посмотрел ей вслед с нескрываемым удовлетворением, ни на секунду не сомневаясь, что поступил правильно.
  Хотела правды - вот она, правда. Теперь-то больше никто не станет сомневаться в словах Игниса. И всем будет, против кого дружить. Лицо Марата озарилось издевательской улыбочкой - а ведь прав был чёртов поварёнок. Наверняка всё знал, иначе б не стал тогда доводить. Наверное, он тоже был из этих "многих", про которых говорила Вита.
  Зато теперь она сама сможет со спокойной душой присоединиться к этой своре, не подставляясь под гнев праведного большинства. Чего Марату совсем не хотелось, так это чтобы из-за него кто-то мучился угрызениями совести. Или того хуже - опустился следом в болото отщепенцев.
  Сокрушённо покачав головой, Щит поплёлся следом, не забыв цапнуть за шкирку никак не желавшего униматься Игниса, довольно горлавнившего на весь стадион: "Я же говорил!"
  На плечо резко опустилась чья-то крепкая ладонь.
  - Истина важнее всего, - прошелестела рядом с ухом Тохарани. Но Марат готов был поклясться, что в её голосе звучала искренняя гордость.
  Тонко улыбнувшись, девчонка осторожно убрала руку и неспешно растворилась в ярко освещённом прямоугольнике холла. Рядом оставалась лишь Токсик. Она, в отличие от остальных, не торопилась покинуть место попрания высоких порывов и, дождавшись, когда последний из членов отряда скрылся из виду, произнесла:
  - Ты не ответил на вопрос. Как следствие, Вита огорчилась зря. Запрещённый приём.
  Не сумев сдержаться, Марат кряжисто рассмеялся. Он знал, буквально чувствовал, что всё так обернётся. Вряд ли кто-то смог бы провести их наблюдательную старосту.
  - Стараюсь оправдывать ожидания. Вам же так удобней.
  Некоторое время Токсик упорно заглядывала в его лицо. А затем, что-то там обнаружив, с невозмутимым видом отвесила размашистую оплеуху.
  - Принимать подобные решения предоставь нам самим.
  - Да ладно, жили же как-то без меня, - беспечно возразил Марат, потирая ушибленное место. - Теперь снова станет проще. Разрешаю себя ненавидеть, презирать и устраивать моральные доминирования, если это поможет вам не передраться в следующие три недели.
  - В данный момент твоё визуальное спокойствие настораживает, - задумчиво проговорила Токсик, наигранным жестом поднося руку к подбородку. - Хладнокровность, несомненно, считается для вас добродетелью. Но меня не устраивает причина, по которой она решила себя проявить.
  - Я-то не атакер, - усмехнувшись, отозвался Марат. - Вообще, если подумать, всё даже здорово. Не каждый день вот так запросто разрешают быть плохим.
  - Я не разрешала, - со всей серьёзностью отчеканила староста и строго воззрилась на подопечного. Марат от такой непосредственности даже поперхнулся. Кто б тут кого теперь стал спрашивать.
  - Помойные крысы - твари стайные, - бесшабашно пояснил он. - Серые, как одна. В помойку меня уже определили. Значит, отныне официально буду соответствовать своей породе. Чтоб ваша картина мира по швам не трещала.
  Токсик ощутимо посмурнела. Опустив голову, она некоторое время перебегала взглядом с одной травинки газона на другую, пытаясь подобрать нужные слова.
  В ноздри начал прокрадываться щипучий, кисловатый аромат. Марат оглянулся в поисках его источника, но налетевший порыв ветра разметал любые намёки на происхождение. Только лёгкая сухость в носу теперь напоминала о том, что призрачный запах ещё мгновение витал неподалёку.
  - Приношу свои извинения, - выдавила Токсик. Видно было, что слова даются ей с огромным трудом. - С тобой всё несколько иначе. Мне сложно сохранять нейтралитет. Члены нашего класса... осведомлены не обо всех аспектах вашей деятельности. Но я не имею права вмешиваться в эмоциональные впечатления от того, что им уже известно. Это будет нарушением. Командиры ограничены в способах изложения некоторых своих соображений.
  - Ты что-то про меня знаешь? Про таких, как я? - нахмурился Марат и встревоженно подался вперёд.
  - Мне известно множество сведений в различных областях, - уклонилась от ответа Токсик, но даже это можно было счесть хорошим подтверждением.
  - А-а-а, неразглашение, - с грустью вздохнул Марат.
  Староста согласно кивнула.
  - Считается, что лишние логические данные могут негативно сказаться на вашем развитии. И привести к нежелательным эмоциональным и физическим последствиям. А так же пробелам в основном образовании.
  - Крыша поедет? - полюбопытствовал Марат
  - Скорее, возможно некоторое смещение приоритетов, - облекла согласие в максимально обтекаемую форму староста.
  - То есть, кому-то выгодно травить шпионов?
  - Это можно счесть принудительной вакцинацией.
  - От чего?
  - Твой вопрос не корректен, - понизила голос Токсик. - Следует употреблять предлог "для".
  Марат погрузился в глубокую задумчивость. От раздражения не осталось и следа. Если староста хотела его успокоить, то лучшего способа нельзя было и вообразить.
  - Извлекать уроки из различных ситуаций могут не все, - с расстановкой проговорила Токсик и посмотрела вверх, на комнату Игниса, в которой только что зажёгся свет. - Я лишь прошу, чтобы ты наблюдал и осмысливал чуть больше остальных. Всегда держи в уме последствия любых возможных действий или бездействий. И лишь после того, как овладеешь этим искусством, ты получишь право наказывать истиной других. Но не раньше.
  - У вас рубить с плеча научился, - беззлобно откликнулся Марат. Извечная статичность старосты теперь действовала на него умиротворяюще.
  - В таком случае, твой подход к образованию довольно нерадив, - сказала Токсик, приподняв уголок рта в намёке на лёгкую усмешку. - Иначе себе ты лгать бы не стал.
  Брови Марата непроизвольно поползли вверх. Он всегда считал, что поступает предельно честно, по отношению к себе уж точно. Да, может быть услугами ехидных голосов и не пользовался, но всегда действовал только так, как считал нужным, не подстраиваясь под общепринятые ожидания.
  Видя, что её не понимают, Токсик коротко вздохнула и неожиданно протянула руку, осторожно пригладив не слишком опрятные волосы измаянного шпиона.
  - Если ты испытываешь некоторый душевный дискомфорт от размолвок с нами, значит, всё-таки возлагал на группу определённые надежды.
  Не ожидавший подобного от скупой на поощрения старосты Марат не нашёлся, что сказать. Он просто стоял и не решался стряхнуть с себя на удивление тёплую ладошку, которая так и осталась лежать на голове. Вдруг стало очень заметно, какая Токсик на самом деле маленькая. Марат никогда не обращал внимания на то, что она даже ниже его - строгость и бескомпромиссность исправно добавляли к восприятию несколько сантиметров.
  - Благодарю, - одними губами прошептала староста и, отстранившись, спокойно пошла в дом.
  А Марат всё стоял и ещё долго смотрел ей вслед, даже когда коридор первого этажа опустел.
  
  Способность 19. Преемственность.
  
  Чпок!
  Чавк-чавк-чавк. Чпок!
  - Вот ленивая задница!
  Чпок! Чавк-чавк.
  Марат перевернулся на другой бок и зарылся носом в подушку. Излишне реалистичные сновидения всегда доставляли ему массу хлопот.
  Кто-то бесцеремонно схватил его за плечи и рванул на себя.
  - Алло, пещера! Я к тебе обращаюсь!
  Толком не проснувшийся Марат по инерции выбросил вперёд кулак, надеясь попасть по бессовестному интервенту. Послышался громкий хлопок, и руку опутала липкая масса. Пахнуло сладостью свежей жвачки.
  - Бе-е-е, - раздражённо прогундосили справа, и по голове прошёлся хороший удар.
  - Вон! - рявкнул Марат, рывком сдёрнув простынь и швырнув её в нахально устроившийся на краю постели силуэт.
  - Ещё чего, - раздалось в ответ.
  Смазанная тень метнулась вперёд, и в грудь толкнуло тупой тяжестью. Не удержав равновесия, Марат повалился обратно, утонув в подушке. Кровать скрипнула. Дышать стало на порядок сложнее. По телу разливалось неприятное тепло, словно на живот уронили медленно остывающую после отопительного сезона батарею.
  Кто-то резко дёрнул за руки, и в следующее мгновение Марат обнаружил, что надёжно привязан к спинке кровати своей же простынёй.
  Восседая на поверженном теле, неведомый гость аккуратно расправлял складки уныло обвисших концов ткани, нисколько не заботясь о времени визита и общем состоянии негостеприимного хозяина. Пышная копна волос манерно раскачивалась в такт. Тонкие руки умело порхали, приводя главный инструмент экзекуции в подчёркнуто-опрятный вид.
  Марат несколько раз моргнул, надеясь пробудить ночное зрение. Чьи-то острые ногти мазнули по шее, и всё вокруг заволокло ароматом жвачки.
  - Слабак, - хохотнули совсем рядом. Тёплое дыхание пощекотало нос и растворилось во тьме.
  - Отвали! - зарычал Марат и пару раз демонстративно дёрнулся, намереваясь сбросить с себя поганца.
  Кто бы это ни был, похоже, он был не в курсе, что привязывать такую жертву не имело ни малейшего смысла.
  - Молчать! - властное требование подкрепили осторожным прикосновением к губам. Марат подавил желание клацнуть зубами и откусить визитёру его немытый палец.
  Тень наклонилась ближе. Сухие мягкие ладони скользнули на шею и задержались там, изучая рельеф кадыка. Гость явно размышлял - придушить жертву сразу или пока повременить. Марат завозился и попытался отстраниться.
  - Наконец-то хоть один милый мышонок, - певуче протянул в темноте высокий голос. Но руки с шеи его хозяин убирать не спешил. - Кругом такая мерзость! Даже не хочу мараться.
  На комплимент это походило с трудом. Особенно в свете явно не слишком дружелюбных порывов полуночки.
  - Понимаешь меня? - горячо прошептали на ухо. Длинные когти спустились к ярёмной ямке и многозначительно нажали на гладкую кожу. - Пачкаться об их гнилое нутро... Такую дрянь ведь потом ни одним мылом не смоешь.
  - Прямо поэзия, - саркастично заметил Марат, ничем не выдавая своего напряжения.
  - Как жаль. Жаль. Так жаль. Очень жаль, - довольно заурчал голос. Чужие волосы плотным коконом обвили шею, а к груди прижалась пытающая щека.
  "Девчонка!" - с облегчением понял Марат. Правда, голос был ему всё же не знаком.
  - Такой славный... Такой глупенький... - продолжали мурлыкать. Когти начали впиваться сильней, оставляя щипучие борозды.
  - Эй! Нежнее! - попытался отшутиться Марат, для себя решивший, что хорошего должно быть понемножку. Барышня определённо была не слишком адекватной.
  - Не могу, - проникновенно отозвался капризный голосок. - Не заслужил.
  - Тогда, боюсь, нам придётся расстаться, - притворно взгрустнул хозяин комнатушки и постарался расслабиться. Уходить предстояло быстро.
  - Увы, - согласилась девчонка, медленно выпрямляясь. - То, о чём ты пока только мечтаешь, уже стало моей реальностью. И я не позволю тебе её отнять.
  От игривых интонаций не осталось и следа.
  Чужие пальцы сдавили шею так резко, что Марат даже не успел вскрикнуть. Лишь попытался рассеяться и как можно скорее пропустить их сквозь себя.
  Горло заныло. Кислорода стало не хватать. Мышцы одеревенели, и в тот же миг тысячи мелких игл разом впились в тело, падая от самых плеч тяжёлым занавесом. Марат попытался дёрнуться раз, другой, и понял, что обездвижен. По нервам медленно расползался гудящий зуд, эхом отдававшийся в ушах. А мрак упорно шипел полным ярости голосом:
  - Ты живёшь по законам мира, сотворённого мной! Не смей рушить то, чего даже не пытался создать!
  Яркий луч ударил по глазам. Вместе с нестерпимой резью брызнули слёзы, но Марат зажмуриться так и не смог.
  Сверху восседало раздираемое сетями пульсирующего света существо. Тонкие, живые нити маленьких солнц вспыхивали под кожей, проносились волнами по телу и оседали где-то в клубке пышных волос. Оно выглядело, как девушка, но даже не пыталось скрывать того, что носит своё тело временно и при случае готово разменять его на что-то более удобное. Небрежно подобранная одежда, искажённое неумелой гримасой аккуратно выведенное лицо - весь вид говорил о том, что оно предпочло бы явиться сюда пылающим богом, а не кукольным человечишкой.
  - Сдох-х-хни! - харкнуло светящееся создание, и сияющие нити его тела пришли в движение.
  Хотелось вдохнуть, рвануться, заорать, но Марат мог лишь бессильно таращиться на завораживающий танец пульсирующих лучей под тонкой кожей.
  "Прикопают, всё-таки, под порогом", - пронеслась в мутнеющей голове тоскливая мысль, а на языке на секунду возник привкус сырой земли.
  Пол резко ударил по затылку. Перед глазами брызнули радостные всполохи. Марат уверовал, что его с почестями приветствуют в аду. Каменные плиты девятого круга приятно холодили ободранную спину. В горле жгло от непроглядной взвеси серы. Вокруг слышался рёв, скрипучие стоны и глухие удары. Зачем-то воняло опалённым пластиком.
  Попытавшийся приподняться Марат в ту же секунду саданулся головой о низкий потолок своей пыточной пещеры. Гомон окружения резко стих. Навалилось оглушающее безмолвие. Тьма вокруг начала проявляться в очертания знакомых предметов. Быстро оглядевшись Марат понял, что провалился под кровать.
  Наверху зашуршало. Его маленькая убийца резво метнулась к краю постели и свесила голову вниз, выискивая ускользнувшую добычу.
  - Пока! - издевательски прохрипел Марат, глядя в бликующие мертвенным светом глаза без ресниц, и плавно ухнул вниз.
  Спасшие от неминуемой гибели рефлексы не подвели и на этот раз. Пролетев пол насквозь, он гулко плюхнулся в перекрытия первого этажа.
  В холле было абсолютно тихо. Марат посмотрел вверх, где приглушённо мерцали энергосберегающие лампы и тут же скривился от боли. Шею зверски саднило. Он даже не стал к ней прикасаться, побоявшись лишний раз тревожить подсохшие царапины.
  Возвращаться обратно было нельзя, по крайней мере пока. Обернувшись, Марат какое-то мгновение разглядывал мерцающую контурами тьму за окнами, но всё же решил не ударяться в бега по ночному лесу. Из здания вообще было лучше не высовываться - с высоты второго этажа легко просматривался любой, кто посмел выйти на прилегающие к корпусу территории.
  Одним сильным рывком вытащив себя из пола, Марат опасливо покосился на лестницу и нырнул в единственную обнадёживающую стену. Идея затаиться на кухне пришла спонтанно, но мгновенно обросла рядом преимуществ. Пробираясь во тьме между рядами пустующих столов, он старался производить как можно шума и молился о том, чтобы сумасшедшая девица не обладала даром направленной телепортации. Или ещё каким полезным в выслеживании и погоне навыком - чутким слухом, идеальным нюхом, способностью видеть сквозь предметы...
  На последней мысли Марат замер и затравленно прислушался. Ни одного постороннего звука - только тихое шуршание холодильных камер и далёкое журчание труб. Даже вентиляция, казалось, перешла на бесшумный режим. Быстро вскинув голову, Марат пробежался взглядам по квадратам решёток на потолке. Нет, он же сам проверял - в здешних воздуховодах могла с комфортом путешествовать разве что кошка. Всё было в порядке. Если только девчонка сама не умела становиться кошкой или чем помельче.
  Никакого визуального контакта, чтобы применять телекинез. Никакого бунта механизмов - признака влиятельного технопата. Даже ножки стульев, сделанные из металлического сплава, покорно попирали затёртый кафель пола, не думая реагировать на приказы извне.
  Молча схватившись за голову, Марат продолжил свой путь, не переставая оглядываться. Сейчас против него работали все четыре измерения. Находясь в окружении разношёрстного народа с абсолютно неизвестными способностями, приходилось учитывать такие абсурдные вероятности, от которых ум за разум заходил необычайно легко.
  В секции кухни, отгороженной от обеденного зала, быстро нашлась первая отрада паникующего - ящик с аккуратно разложенными ножами. Марат даже углядел небольшой топорик для разделки мяса, но предпочёл обойтись привычным руке сантоку.
  С ножом стало намного спокойней. Оставалось решить, стоило ли торчать на одном месте до рассвета, смиренно ожидая своей участи, или попытаться выбраться и самому устроить девчонке сеанс воспитательной терапии. С другой стороны, этого она как раз и могла ждать - бахвальства самоуверенного одиночки, решившего бросить вызов более опытному сопернику.
  Почесав тупым концом лезвия запястье и заносчиво ухмыльнувшись, Марат решил поступить вопреки любым социальным стереотипам и явить врагу то, чего от попрекаемого представителя канализационной профессии уж точно никто не стал бы ожидать. Он полез жаловаться.
  Идея была проста, как лом - если на него напали в одиночку, не заботясь о конспирации, значит, предполагали, что на помощь попросту никто не придёт. Да и сам Марат постесняется о ней просить.
  Может, это было и неприятно, вот только спутать карты врагу было гораздо важнее, и в такие минуты гордости рекомендовалось скорбно помалкивать. Изловить бестию одному вряд ли бы вышло. А вот если поднять на уши весь класс, участие которого явно не планировалось!..
  С лёгкостью взобравшись по полкам складских комнат наверх, Марат сунул голову в потолок и огляделся. Смутно надеясь, что попал в комнату Токсик, он некоторое время оценивал помещение, пытаясь уловить знакомые детали строго поддерживаемого порядка, но в конце-концов решил, что проще будет залезть целиком и решать на месте, не подвергая лишним опасностям болтавшиеся на кухне части тела.
  Трофей, крепко зажатый в руке, тихонько звякнул об пол, когда Марат втащил себя наверх. Пришлось замереть и бросить быстрый взгляд в сторону кровати - её владелица могла в любой момент проснуться и поднять шум. Но там никого не оказалось. Комната была пуста.
  Стопка тетрадей на столе, одна раскрытая - с забытой на исписанных листах ручкой. Осушённая бутылка тоника, прислонённая к выключенной лампе. У некоторых, оказывается, были лампы. Жалюзи раздвинуты, впуская в комнату проблески окон соседнего корпуса. Сверху в углу круглая нашлёпка камеры.
  Оп! Марат застыл, напряжённо рассматривая тёмную полусферу. Такого аксессуара в его спальне не было. Грозно мигающий красный индикатор намекал на скорые неприятности - местные ревнители порядка наверняка не могли оставить без внимания тот факт, что кто-то шарится по женским спальням после отбоя. Только вот вопиющую анархию, творившуюся этой ночью в мужском крыле, пытались старательно игнорировать.
  Над головой зловеще зашуршало. Мягкое прикосновение мазнуло по затылку. Готовый сражаться за свою жизнь, Марат сиганул к столу и, развернувшись, быстро взмахнул ножом.
  Сзади никого не было. Посреди комнаты болтался кусок одеяла. Мерно покачиваясь в такт тихому сопению, он лениво поплыл вверх и принялся аккуратно обматываться вокруг парившего у потолка кокона.
  - О-о-о! - случайно вырвалось у Марата.
  Огромная тканевая гусеница изогнулась. Внутри что-то хрустнуло, а затем с наслаждением выпрямилось. Из верхней части выпросталась потягивающаяся рука. Следом показалась шапка растрёпанных волос. Мелькнул тусклый блик прищуренного глаза.
  Какое-то время этот одинокий глаз бездумно созерцал выведенный на фоне окна силуэт визитёра. Последний тоже не стремился идти на контакт, размышляя, как бы половчее ускользнуть, не поднимая шума. Падать обратно в кухню совершенно не хотелось.
  Бах! Воздух покинул лёгкие. Спина, принявшая на себя второй удар за ночь, скорбно хрустнула. Марат издал невразумительное "Кхе!" и обмяк. Неведомая сила пришпилила его к потолку, словно озлобленный жрец ритуальную куклу.
  В темноте пол казался бесконечно далёким. У комнаты тут же обнаружилось множество углов и твёрдых поверхностей, при падении на которые можно было с лёгкостью свернуть шею, или, в лучшем случае, остаться без зубов.
  - Совсем обнаглели! - глухо проворчал кокон.
  - Пымхити! - высипел Марат, молясь всем богам, чтобы его не вздумали ронять обратно. Он отчаянно скрёб пальцами потолок в надежде хоть как-то уцепиться и даже попытался сунуться внутрь. Но с удивлением обнаружил, что ничего не выходит. Спальня была какой-то странной - пол впускал, а вот потолок выпустить наотрез отказывался.
  - Ты что тут?! - раздался ледяной голос.
  Попытавшись наклониться настолько, насколько позволяли путы удерживающего наверху подвеса, Марат встретился взглядом с хмурой хозяйкой комнаты и непроизвольно икнул.
  - Ну? - грозно потребовала отчёта Тохарани.
  - Я это... - нашёлся с ответом Марат. - Мимо проходил.
  Девчонка недоверчиво прищурилась и аккуратно выплыла из одеяла. Смотрелась она так, будто действительно висела в толще воды - в отличие от одеяла ни одежда, ни волосы не свисали помятым полотном, а парили вместе с ней. Однако, едва посмотрев в лицо непрошенному гостю, Хара настороженно замерла.
  "Ты уже всё знаешь?" - по привычке мысленно спросил Марат.
  Тохарани глядела на него, не мигая. Мышцы на оголённых плечах напряглись. Пальцы вжались в потолок. Она словно к чему-то прислушивалась, стараясь не подавать виду. Но выглядела при этом, как взведённая наспех пружина, готовая в любой момент сорваться и разнести всё к чертям.
  "Эй!" - снова обратился Марат, от чего-то не решаясь переходить на устную речь.
  - Нужно позвать Токсик! - вдруг резко заявила одноклассница и рванула вниз.
  Потолок перестал быть плоскостью притяжения. Марат взмахнул руками и полетел вниз, кормить алчущую бездну тьмы. В последний миг перед ним пронёсся тёмный ком и развернулся с упругим хлопком. Послышался треск разрываемой ткани. Лезвие ножа, так и зажатого в руке, чиркнуло по бетону. Марат почувствовал, что его нос, уткнувшийся в полотно раскрытого одеяла, отделяют от пола считанные сантиметры.
  Сбоку раздаюсь негодующее шипение. Тохарани была явно против порчи своего имущества. Металл завибрировал, и ручка ножа дёрнулась прочь из ладони. Опасаясь, что его этим же кухонным трофеем сейчас и наградят, Марат резко забарахтался на тонком гамаке и легко соскользнул вниз.
  - Всё исправлю! - тут же уверил он, не дожидаясь нравоучительных тумаков.
  - Не сомневаюсь! - раздалось с порога.
  Синхронно повернув головы, Марат и Тохарани уставились на застывшую в дверях девятым валом старосту. Общий величественный вид основательно портила розовая пижама с зелёными слониками, заправленная в наскоро стянутые шнурками ботинки. Марат издал короткий смешок. Затем ещё один. Пижама и Токсик настолько друг другу противоречили, что вызывали нервное желание ржать во весь голос.
  - И потрудись объяснить, почему ты снова бродишь по ночам? - резко осведомилась староста, даже не делая попыток зайти. Нелепости своего вида она, похоже, не осознавала.
  - Не я один, - возразил Марат, кое-как совладав с суицидальной потребностью рассмеяться. Но обращаться постарался только к ботинкам во избежание рецидива. - Что у вас за система безопасности такая?! Любой - врывайся и гандошь!
  - Не понимаю, - сдвинула брови Токсик.
  Выразительно обернувшись на висящую в углу камеру, Хара кивком предложила одноклассникам продолжить беседу в коридоре. Пропустив остальных перед собой, староста аккуратно прикрыла дверь и уничижительно воззрилась на Марата.
  - Зачем это? - стоило замку щёлкнуть, Тохарани вытащила из-за спины нож и с лёгкостью подкинула его, эффектно поймав перед носом одноклассника.
  - Взял на кухне, - тут же рапортовал Марат и вполголоса добавил. - Меня только что чуть не придушили. В собственной постели.
  Брови старосты чуть дёрнулись, выдавая смятение. Она внимательно посмотрела на блестевший в ночном свете ламп металл, затем на самого подопечного, и лишь сделав для себя какие-то выводы, решила заговорить.
  - Ученикам запрещено держать при себе любые виды оружия, за исключением тренировочных или боевых ситуаций. Вернёшь туда, откуда взял. И впредь постарайся не обращаться к сторонним средствам самообороны.
  - Ага, - охотно согласился Марат. - Лучше тихо-мирно дать себя кокнуть. И вам мороки меньше, и ножи все на месте. Может всё-таки уже пойдём и вломим за визит, а?
  Токсик подозрительно прищурилась, пытаясь оценить степень саркастичности высказывания. Но совладать с градацией так и не смогла. В итоге она произнесла только:
  - Ты поразительно активен для подобного инцидента.
  - Ушёл же, - пожал плечами Марат и нетерпеливо протянул руку, чтобы Тохарани вернула его законный трофей.
  Вообще-то ему казалось, что дотошная староста сразу начнёт требовать каких-нибудь доказательств. Уточнять, не приснилось ли ему всё это. Предполагать, что он упал от недостатка самоконтроля и просто перепугался. Или всё же сразу отправится проверять место преступления, чтобы удостовериться в беспочвенности претензий. Но Токсик поддалась поразительно легко. Вместо лавины недоверчивых вопросов, причитающихся старшим по званию, она задала лишь один:
  - И ты сразу отправился к нам?
  - Ну да, - подтвердил Марат, догадываясь, куда она клонит. - Это ведь логично.
  - Твой вывод сложно оспорить. Но опыт социальных взаимодействий говорит о том, что немногие бы избрали ответной реакцией именно этот поступок, - согласилась староста, не спеша, тем не менее, никуда выдвигаться.
  - О чём спорим и почему без меня? - раздался из-за спины укоризненный голос.
  Марат настороженно сглотнул и медленно обернулся. Вита, сонно потирая кулаком глаз, стояла на пороге соседней комнаты и осуждающе косилась на присутствующих. Следов длительных душевных терзаний на её лице не обнаружилось, что, в свете событий минувшего вечера, несказанно радовало. Но стоило однокласснице поднять взгляд на Марата, как она испуганно вскрикнула и, всплеснув руками, кинулась причитать:
  - Это ещё откуда? Как ты умудрился?! Почему на ногах?! Живо в лазарет! Здесь болит? А тут?! Дышится нормально?! Как сердце?
  - В чём дело? - насторожился Марат, отстраняясь от протягивающей руки медсестрички. С трудом верилось, что она уже ни грамма не в обиде.
  Вместо ответа Вита одним движением развернула его и критически осмотрела спину. Раздался густой вдох. Холодные пальцы быстро прошлись по рёбрам и остановились в районе пояса.
  - Ты что, в розетку влез?! - послышалось из-за плеча горестное подвывание. - Весь бурый, куда не ткни!
  Выражение лица Токсик неуловимо изменилось. Тохарани с отстранённым видом снова к чему-то прислушалась. Марат, в отсутствие альтернатив наблюдавший за старостой, попытался осмотреть себя с ног до головы. Но Вита, властно вцепившись в плечи, строго потребовала:
  - Прикуси кулак. Сильнее!
  - Зачем? - не понял Марат, хотя на всякий случай подчинился.
  - Чтобы не орать, - патетично пояснила одноклассница.
  Спину прошил поток огненных лезвий. Если Марат и представлял себе сеанс акупунктуры, то, по его мнению, пациенты наслаждались именно такими впечатлениями. Всюду жгло и кололо. Под кожей что-то грызлось, чесалось, устраивало гладиаторские бои и радостно маршировало по позвоночнику до самой головы. Мышцы периодически подёргивало. Когда Марат уже готов был лезть на стенку, ворох игл, наконец, схлынул, оставив после себя ощущение щемящей усталости.
  - Нервные окончания были повреждены, - сообщила сзади Вита. - Поэтому ты ничего не чувствовал. Вернее, они были... не знаю... разомкнуты, что ли. Я подобного соматического вмешательства пока не видела. Даже не представляю, как ты выжил. Да ещё и передвигаться мог нормально.
  - Такой вот я особенный, - пробормотал Марат, внимательно осматривая руки. После сеанса терапии на них начали проступать тонкие фиолетовые дорожки. Что творилось сзади, вообразить было несложно. И дышать, и разговаривать стало вдруг на порядок труднее. Словно мозг, наконец, осознал все травмы и теперь исправно поставлял данные о болевых точках в самые дальние свои закоулки. Геройствовать резко расхотелось.
  - Кто это был?! - потребовала ответа Вита, гневно скрестив руки на груди. Вид у неё был при этом такой, будто она лично собралась наподдать любому, на кого укажет пострадавший.
  - Девчонка, - мотнул головой в сторону спален Марат и тут же поморщился от резкой боли в шее. - И явно с придурью.
  - Какая она? - продолжила допрос одноклассница, наверняка перебирая в уме знакомых.
  - Плоская! - выпалил Марат первое, что пришло в голову.
  Вита злорадно хихикнула. Настороженность старосты сменилась лёгким презрением. Тохарани фыркнула.
  - С длинными когтями, - продолжил перечислять Марат, немного стушевавшись. - Волосы странные - в стороны пушатся, хотя не короткие... Она вообще вся, как ненастоящая. Светится, будто неона наглоталась. И говорит не нормально, словно несколько разных людей. Что-то бухтела про собственные законы. И про то, как я ей мешаю.
  - Не встречала таких, - понуро отозвалась Вита, на глазах теряя энтузиазм. - Даже в картотеке упоминаний не видела. Значит, не из нашего потока.
  - И не из предыдущего, - внесла свою лепту Тохарани. Откуда она об этом знала, Марат предпочёл не думать.
  Все одновременно посмотрели на хранившую молчание старосту. Та, поправив выбившуюся из-за уха прядь волос, окинула собравшихся проницательным взглядом, и негромко произнесла:
  - Сведений по этому делу в системе нет.
  В коридоре повисла гнетущая тишина.
  - То есть, как так? - тихо процедил Марат, нарушив похоронное молчание. - Хотите сказать, что вот это вот, - он яростно ткнул пальцем в продолжавшие расползаться под кожей синяки, - коллективная галлюцинация? Или я сам себе навалял от нефиг делать?!
  - Хуже, - буркнула Тохарани и, устало махнув на прощание, скрылась во мраке своей комнаты, не желая принимать дальнейшего участия в беседе.
  Это немного обескураживало. По идее, и ночные визиты незваных и не всегда дружелюбных гостей должны были пробудить в ней хоть какой-то интерес. Но Хару такие нюансы мало волновали. Похоже, сон для неё был явно предпочтительней всяких полуночных бдений.
  Клацнула закрывшаяся дверь. Донельзя удивлённый Марат воззрился на Токсик, ожидая комментариев. Староста отрывисто вдохнула и тихо произнесла:
  - Протокол либо не вёлся, либо... - она быстро оглянулась через плечо, словно там мог находиться кто-то посторонний, - ...доступ к информации об инциденте ограничен.
  - Что это значит?
  Токсик поджала губы и нехотя выдавила:
  - Скорее всего... это значит - нападение санкционировано.
  Марат обречённо уронил себя на стену.
  "Добегался. Донарушался", - скреблись о черепушку тоскливые мысли. - "Решили, значит, показать, кто тут главный. Отработки для тюленей. С основательными пацанами разговор короткий. Интересно, атакеров тоже так ночами воспитывают?"
  - Судя по всему, я могу тебя поздравить, - неожиданно произнесла Токсик, чем вызвала новый прилив беспокойства. - Ты познакомился с Первой.
  - И выжил, - прошептала Вита, не сводя с одноклассника взгляда, полного благоговейного ужаса.
  - Ага, та ещё с-перва, - согласился Марат, отлипая от приятно холодившего помятую спину бетона.
  Внезапно рот зажала чужая ладонь. Вита упреждающе зашикала и стала настороженно озираться.
  - Думай, о ком болтаешь! - шепнула она, продолжая вертеть головой. - Если услышит, в другой раз восстанавливать будет нечего!
  - Ты же говорила, что не знаешь, кто это! - возмутился Марат с проворством ужа выворачиваясь из цепкого захвата.
  - Я и не знаю! - огрызнулась девчонка. - Только слышала, что есть такая. Но это было что-то вроде легенды. У нас много всякой несусветной ереси болтают. Мол, где-то тут сидит шпион, который мозги взглядом сжигает, и по ночам можно слышать из-под пола шипение - это он пытается прожечь дверь своей камеры. Или что у нас тут лабораторий под землёй аж до самого ядра нагорожено - Иерихон постарался.
  - Э-э-э, вообще-то... - решил прояснить одну небольшую деталь по поводу многоэтажности Марат, но Вита и не думала его слушать, продолжая бубнить:
  - А ещё говорят, что мы тут все - подопытные крысы, и на медосмотрах нас на самом деле усыпляют и проводят опыты. Чушь собачья! Сама лично на последнем ассистировала! Только разве кого убедишь?! "А может, тебя загипнотизировали! А может, мы вообще все спим в колбах и вырабатываем джоули!" Может то, может сё... Лишь бы языками почесать! Неучи!
  - Только вот одна из этих ваших "школьных баек", вся джоулями обвешенная, меня чуть на тот свет не отправила, - проворчал Марат, перекрывая поток излияний.
  - Таким образом, мы можем наблюдать результат недостаточной аналитической работы мозга у подавляющего числа учащихся, - флегматично резюмировала староста и спокойно уставилась на свои ногти так, словно и не назвала только что всех обитателей лагеря имбецилами.
  - Может хоть ты нас просветишь? - насупилась Вита, явно недовольная, что от неё утаивали такие любопытные сведения.
  - Регламент запрещает разглашать конфиденциальную информацию, - жёстко отчеканила Токсик. Но, взглянув на перекосившиеся лица одноклассников, негромко добавила, - Однако я не позволю вмешиваться в деятельность моего отряда, а тем более ставить под угрозу его целостность.
  Ещё немного, и Марат бы зааплодировал. Мир только что ощутимо пошатнулся. Чтобы их великая поборница режима, да так однозначно обрисовала приоритеты не в пользу устава - ради этого, наверное, стоило расшибиться об кого-нибудь ещё разок!
  - Предлагаю переместиться в более подходящее для подобных бесед помещение, - высказалась Токсик и, не дожидаясь согласия, быстро зашагала к своей двери. Вита, явно боясь, что её могут не пустить, сразу пристроилась в хвост и нырнула следом за старостой, едва та переступила порог комнаты. Неуверенно потоптавшись снаружи, Марат на всякий случай окинул взглядом коридор, и погрузился во мрак следом за остальными. Повторно нападать никто не собирался. Свидетели невменяемой бестии были не нужны.
  Первое, что бросалось в глаза после комнаты Тохарани - безукоризненная логика расположения вещей. Все предметы были сгруппированы и выровнены друг относительно друга. Ни одной хаотично распластавшейся тетради. Ни одной лишней вещи. Даже жалюзи, закрывавшие окно, не посмели всколыхнуться от наплыва посетителей. Подняв взор к потолку, Марат озадаченно нахмурился - камеры там не было. Зато кругом назойливо пахло молодой хвоей. К чему старосте требовался столь резкий освежитель, оставалось тайной.
  - Нибиру - таково нарицательное имя атаковавшей тебя, - уверенно начала Токсик, заперев дверь и для верности пару раз подёргав ручку. - Но среди учащихся она известна именно как "Первая". Однако мало кто знает, по какой причине возникло и прижилось это стороннее прозвище.
  - Потому что она, наверное, была первой, - резонно предположила Вита, устраиваясь на столе. Стул представлялся ей нелепой условностью.
  - Абсолютно точно, - согласилась староста, едва заметно поморщившись из-за столь дерзкого возмущения устоявшегося порядка. - Но, спешу заметить, отнюдь не по дате присоединения к сообществу. Она была первой, кто положил начало самой редкой и самой ценной из наших специальностей, - выразительно глянув на Марата, Токсик деловито пояснила, - Нибиру - первый представитель шпионов. И оставалась единственным их образцом довольно продолжительное время.
  Открыв от изумления рот, Марат несколько раз моргнул, пытаясь перемолоть услышанное.
  - Я ведь говорила, - попеняла Вита. - У ваших довольно размытое представление о морали. Вот, теперь уже и на своих кидаются.
  - Токс, мы правда такие? - нерешительно переспросил Марат, не зная, что и думать. Староста промолчала. Наверное, ответа всё же было лучше не слышать - она ведь запросто могла сказать "Да".
  - Но эта с-с-с...спасибо ей за визит, ничего обо мне не знала. Даже привязывать пыталась.
  Глумливо хихикнув, Вита быстро обернулась и на всякий случай глянула в окно.
  - Не исключено, что так, - согласилась Токсик, буравя взглядом пустоту. Кажется, частью сознания она пребывала совершенно не здесь. - Нибиру никогда не была командиром. И к определённому пласту сведений у неё доступа, разумеется, нет.
  - Зато профессия обязывает, - не согласился Марат, слегка проникаясь настороженностью Виты.
  - Если б всё выяснила заранее, так легко бы не отделался, - хмуро констатировала та, спуская его с небес. - Скорее всего, поленилась. Или подумала, что так интереснее. С неё станется.
  - Первая очень редко наносит личные визиты, - отозвалась эхом староста, колыхаясь возле двери бледным призраком. - И, как правило, они сопряжены с определёнными проблемами для принимающей стороны. Если обобщить известные мне сведения, нашим курсом она до сей поры столь открыто не интересовалась.
  - Чем-то ты Нибирочку зацепил, угнетаемый наш, - хмыкнула Вита, не упустив возможности отвесить причитающийся подкол.
  Марат недовольно поморщился.
  - "Законы" я её нарушил, видите ли.
  - Чушь собачья, - уверенно заявила Вита. - Это место основали задолго до первого набора. Так Неу говорил. И командовать тут могут только уполномоченные.
  Токсик согласно кивнула:
  - Существует устав и свод предписаний для действиях в нестандартной обстановке. Больше регулирующих поведение актов не предусмотрено. Субординация, разумеется, важна, но дата присоединения к сообществу подтверждает, что Первая - рядовой исполнитель.
  - И что про неё вообще известно? - заинтересовался Марат. - Почему кругом одни слухи?
  Староста неопределённо повела плечом.
  - Личное дело, список боевых заданий - стандартный набор сведений.
  - Только не говори, что намерен устраивать облаву, - возмутилась Вита. - Во-первых, бесполезно - она просто сильнее. А во-вторых - ваши предпочитают не драться на равных. Ниби высунется, если будет уверена в успехе. Так что, если ты её увидел, речь, скорее, заходит о выживании.
  - Да что она мне теперь сделает, ну?! - возмутился Марат, искренне недоумевая, как можно настолько опасаться какой-то ненормальной мелкотни, пребывающей в очевидном меньшинстве. - Не всемогущая же! Иначе бы сразу прикончила.
  - А не допускаешь, - неожиданно подала голос Токсик, - что тебя элементарно щадили, заведомо отобрав для реализации менее выигрышные действия?
  - Хочешь сказать, - она просто пришла познакомиться?! - подскочила от удивления Вита.
  Медленно покачав головой, Марат отмёл эту версию. Слишком уж сосредоточенно действовала Первая. И неистовое желание разодрать нарушителя в клочья исходило от неё буквально физически.
  Но она не смогла. А значит и не была всесильной.
  Без подготовки с таким настроем не приходят. С подготовкой - таких ошибок не совершают.
  - Есть что-то... - пробормотал Марат, ни к кому конкретно не обращаясь.
  Вита навострила уши и подалась вперёд. Токсик, напротив, поджала губы и слегка отклонилась, будто чем-то недовольная.
  - Есть какой-то механизм сдерживания. Что-то ей мешало меня убить. Значит, и силу её можно как-то обойти.
  - Приоритетом для нас является сохранение целостности отряда, а не организации карательных мероприятий, - отрубила староста. Выглядела она так, словно сам факт беседы на эту тему доставлял неимоверный дискомфорт.
  "Ах да, я же подбиваю их на очередное нарушение!" - догадался Марат о ходе её мыслей и скорбно вздохнул. С такими гиперответственными коллегами даже о простой разведке после отбоя не могло идти и речи.
  - В таком случае, - резюмировала Вита, звонко хлопнув в ладоши, - вывод очевиден. Тебя просто нельзя оставлять одного.
  - Что?! - задохнулся от возмущения Марат.
  Терять последние крохи свободы даже под угрозой расправы ему совершенно не улыбалось. Да вон - Игнис же его каждый день упорно со свету сживал, и ничего. А тут из-за какой непонятной девицы круглосуточную охрану устраивают. Помогли бы разок её прижать, да и хватит.
  - Организуем постоянный надзор, только и всего, - как ни в чём не бывало, продолжала Вита, азартно раскачиваясь на столешнице. Видимо, ситуация начала доставлять ей немало удовольствия.
  - Ну, блин, спасибо, - пробормотал Марат и устало растёр руками лицо. Сопротивляться вдохновившейся чем-либо Вите было не то, чтобы бесполезно, но малопродуктивно.
  - Если хочешь, я подежурю, - предложила Токсик в повисшей тишине.
  - Обойдусь. А придёт ещё раз, наваляю так, что потом вовек не сунется!
  Скептический взгляд старосты ни от кого не укрылся, но доказывать что-либо совершенно не хотелось. Поэтому Марату пришлось аккуратно отодвинуть её в сторону и, стараясь не растерять решимости, отправляться восвояси.
  Напоследок он демонстративно подкинул в руке нож и, помахав в воздухе широким лезвием, провозгласил:
  - Подержу до утра.
  Токсик подарила ещё один осуждающий взгляд, но, сделав над собой усилие, промолчала. А вот Вита была столь явно недовольна, что следовало как можно скорее убраться от неё подальше во избежание новых светлых идей.
  На месте Нибиру Марат возвращаться бы не рискнул - бесшумно напасть уже не выйдет, а ставить на уши всё крыло совершенно неразумно. Но, надо признать, сюрприз бы это вышел довольно неплохой. Окончательно расслабляться не стоило.
  - Организуем постоянный надзор, только и всего, - как ни в чём не бывало, продолжала Вита, азартно раскачиваясь на столешнице. Видимо, ситуация начала доставлять ей немало удовольствия.
  - Ну, блин, спасибо, - пробормотал Марат и устало растёр руками лицо. Сопротивляться вдохновившейся чем-либо Вите было не то, чтобы бесполезно, но малопродуктивно.
  - Если хочешь, я подежурю, - предложила Токсик в повисшей тишине.
  - Обойдусь. А придёт ещё раз, наваляю так, что потом вовек не сунется!
  Скептический взгляд старосты ни от кого не укрылся, но доказывать что-либо совершенно не хотелось. Поэтому Марату пришлось аккуратно отодвинуть её в сторону и, стараясь не растерять решимости, отправляться восвояси.
  Напоследок он демонстративно подкинул в руке нож и, помахав в воздухе широким лезвием, провозгласил:
  - Подержу до утра.
  Токсик подарила ещё один осуждающий взгляд, но, сделав над собой усилие, промолчала. А вот Вита была столь явно недовольна, что следовало как можно скорее убраться от неё подальше во избежание новых светлых идей.
  На месте Нибиру Марат возвращаться бы не рискнул - бесшумно напасть уже не выйдет, а ставить на уши всё крыло совершенно неразумно. Но, надо признать, сюрприз бы это вышел довольно неплохой. Окончательно расслабляться не стоило.
  Комната встретила хозяина картинно разметавшимся по полу постельным бельём и лёгким запахом жжёных нитей. Видно было, что художественный беспорядок устраивали исключительно в эстетических целях. Никто никого не запугивал, да и с трудом верилось, что вымещал злобу. В конце концов, тут всё можно было спокойно разгромить - времени осталось предостаточно. Но девчонка ограничилась только тщательно выверенным содомом, эпицентром которого стала поставленная на дыбы кровать.
  Заваленная на стену, она перегородила всю комнату, суля лишь тяжёлый физический труд вместо долгожданного сна.
  - Весь день убирали, всю ночь убираем... - пробурчал Марат, нехотя принимаясь за восстановления порядка.
  Управился он фантастически быстро даже для самого себя. Стоило приложить лишь одно незначительное усилие, и кровать с треском повалилась на причитающееся место, потянув за собой простыни. Осталось их лишь подоткнуть. Но вместо этого Марат стоял и таращился на открывшуюся взгляду стену.
  Прямо в центре ровными линиями были выведены три простых слова:
           НЕ
  ТЫ          ОДИН
  Стук в дверь громыхнул так, что Марат от неожиданности подскочил на месте. Кого ещё принесло в столь напряжённый момент, он и представить не мог. И очень не хотел выяснять. Но визитёры, как всегда, решили дилемму за него.
  - Что! Какого?! Идите вы! Да не буду я! - неслось по коридору с силой, явно достаточной для того, чтобы одним только воплем раздробить дверь в щепки.
  - Тише! Других разбудишь! - прозвучал суфлёрский шёпот, в котором с лёгкостью опознавался голос Виты.
  - Да жарил я их по самые гланды! - надрывался Игнис и, судя по медленно поднимающейся температуре, действительно был готов воплощать свои фантазии хоть сейчас.
  Марат залился беззвучным хохотом. Он, конечно, подозревал, что девчонки всё так просто не оставят, однако и предположить не мог, насколько ответственно они подойдут к вопросу.
  - Грозился за ним следить, вот и следи! - яростно шипела Вита, настаивая на своём.
  - Если ты не готов выполнить просьбу, я вынуждена остаться там на ночь, - послышался безапелляционный вердикт старосты. - Позволь пройти.
  - Шта?! - взвыл не своим голосом Игнис. - Не пущу! Я сам!
  - Вот и чудно, - с подозрительной кроткостью согласилась Токсик. - Но я обязана просить тебя оставаться снаружи. Во избежание прецедентов.
  Раздался истошный хрип. Как трясло и крутило Игниса, можно было только догадываться. Марат с огромным трудом не позволил себе лезть проверять. Широкая ухмылка не сходила с лица ни в какую, а провоцировать и без того нервного бойца явно не стоило. Взорвётся, чего доброго, на месте, сторожевая псина, и соскабливай потом со стен пригоревшие ошмётки.
  Чтобы как-то отвлечься от хулиганских инициатив, Марат принялся яростно тереть наволочкой стену, в надежде удалить надпись прежде, чем в комнату ввалятся бдительные одноклассники. Что-то подсказывало, что это послание предназначалось исключительно ему. Только оттираться не желало ни в какую.
  Дверь распахнулась, от души саданув по шкафу. Марат резко прислонился к стене, закрывая собой намертво впечатавшиеся буквы.
  - СПАТЬ! - рявкнул вломившийся Игнис и тут же выскочил обратно, шваркнув створкой так, что по краю притолоки пошла трещина. Влекомая силой инерции дверь со скрипом отворилась обратно. За спиной атакера, перегородившей половину проёма, на краткий миг мелькнула несуразная пижама старосты, пытавшейся убедиться, что внутри всё в порядке. Но Игнис яростно дёрнул за ручку, и комната вновь погрузилась во мрак. Марат тихонько перевёл дух.
  На этот раз повезло, однако с рассветом наверняка кто-нибудь зайдёт справиться о его состоянии и уж точно надпись заметит. Стереть не выходило, но можно было попытаться чем-нибудь залепить. На дне прихваченной во время переезда сумки как раз дожидался своего часа один провокационный плакатик...
  Прежде, чем воплощать свою дерзкую идею, Марат напоследок коснулся пальцами ровных штрихов. Буквы точно не были выцарапаны от руки. Скорее, тщательно проложены в веществе, будто мелкие дорожки на плате. От их идеального начертания, кажется, просто невозможно было отвести взгляда. Марат вдруг понял, что ему совсем не хочется избавляться от послания. Наоборот - тонкие линии так и притягивали взор, заставляя обдумывать каждую их комбинацию снова и снова.
  С одной стороны, надпись была глупой. Откровенно пафосной. Марат даже фыркнул - какому замшелому благодетелю могла прийти в голову столь старомодная фраза? Да ещё и накорябать её в форме треугольника мог только потенциальный шизофреник.
  Или же тот, кого совершенно не устраивало традиционное построение предложения, передававшее далеко не весь смысл.
  Марат прищурился, быстро прыгая взглядом по словам.
  "Ты не один". "Не один ты". "Не ты один". Шею вдруг окутал жар, быстро метнувшийся до самой макушки и схлынувший вниз зябкой испариной. В голове стало тяжело и вдвойне удивлённо. Бурный поток эмоций на короткое мгновение разделился на два. Марату даже на секунду показалось, что он воспарил над собственным телом и увидел себя со стороны. Но стоило моргнуть, и как видение пропало. Внутри гудело от звонкого кома идей.
  "Не я один!.." - поражённо прошептал показавшийся чужим голос, и Марат кинулся скрести по стенке с двойным рвением. Как бы ему ни хотелось, а оставлять такое было чревато.
  Кто-то ещё хотел выбраться. И этот кто-то нашёл способ сообщить о своих намерениях.
  Глаза продолжали бегать, вытаскивая из бермудского треугольника слов другие фразы: "Один ты не", "Ты один не..."
  "Я один не..." - беззвучно повторили губы, и Марат слегка поник. - "...Не справлюсь, всё верно".
  Только у кого здесь просить помощи? Не у той контуженной девчонки-то в конце концов! В смятении опустив руки, он вытаращился на уверенные штрихи букв.
  По щиколоткам стелился горячий воздух - Игнис свирепо тлел под дверью, периодически издавая треск укутавшегося в пламя полена. Марата подмывало выскочить из комнаты и обшарить общежитие сверху до низу. Возможно, сейчас где-то его терпеливо ждут, надеясь, что он правильно истолкует послание. Всего лишь нужно пройти через стену, пробежаться по спальням и вот она - свобода от бдительной охраны.
  Однако ноги словно приросли к полу. Мыслями Марат был уже внизу, лазал по пустым коридорам выискивая своего таинственного помощника, но тело что-то останавливало.
  "Нельзя!" - вдруг отчётливо сформировалась в голове центральная мысль. - "Выходить нельзя".
  Марат и сам не понял, откуда взялась эта непоколебимая уверенность.
  Неприкрытая враждебность будто разливалась во тьме. Лёгкой щекоткой она касалась шеи, ерошила волосы, гладила по спине. Так, словно бы готовилось мгновенно кинуться и разодрать в клочья за неповиновение.
  - Да, лучше бы поспать, - одеревеневшим голосом проговорил Марат, стараясь, чтобы слова звучали не слишком механически.
  Давление медленно, нехотя, отступило. Плечи истово зачесались. Оказывается, всё это время он стоял по струнке, выпрямившись так ровно, как только мог.
  "Кто здесь?" - почти неслышно спросил Марат, с огромным трудом принуждая непослушную шею повернуться.
  Сзади никого не было. И под окном тоже. Игнис за дверью всё так же недовольно скрипел и похрустывал. Ощущение зловещего надзора тихо притаилось в углу разума, но больше ничего не диктовало.
  "Это ты?" - не выдержал Марат, обращаясь непонятно к кому.
  Ответа закономерно не последовало.
  Некоторое время Марат просто стоял в темноте, прислушиваясь к шорохам, скрипам и собственным ощущениям. А затем снова решил попытаться.
  "Телепат, ты тут?" - обратился он к единственному пришедшему на ум источнику разыгравшейся паранойи.
  Но тот, даже если и присутствовал, хранил дежурное молчание.
  "Что случилось?" - попробовал зайти с другого конца Марат. - "Эй! Расскажи. Кто это был?"
  Комната глубоко вздохнула волной игнисовского жара.
  - Ну и пожалуйста! - рассвирепел Марат. - Достали! Слышите, вы? Отвалите все! Никто мне не пришился! Никуда я не пойду! Довольны?! Спите спокойно, мать вашу!
  Вопреки ожиданиям мрак закипел и начал плавиться от бессильной злобы. Гудящая тишина накрыла обманчивым пологом. Казалось, стоило выйти за пределы комнаты, лишь высунуть нос - и ненависть прорвётся внутрь, сметая всё на своём пути.
  Никакого телепата не было. Об опасности предупреждали обострившиеся до основания инстинкты.
  Замерев, Марат медленно поднял глаза к потолку. Над ним простиралась крыша. Огромное свободное пространство никем не принимаемой в расчёт крыши. И сквозь неё, пронизывая бетонную толщу, следил полный ярости взгляд.
  Жажда, тягучее стремление дотянуться до вожделенной добычи и напряжение оголодавшего хищника - всё слилось в молчаливом вое, ощутить который могли только два замерших человека, разделённые широкой серой полосой.
  Нибиру никуда не ушла.
  - Завались! - с запозданием прилетел из-за двери нервный возглас. Подуспокоившийся атакер снова распалялся. Наверняка что-то чувствовал и тревожился не меньше.
  - Потявкай мне тут, шавка, - едва слышно буркнул Марат. Слова прозвучали больше похожими на просьбу, чем на угрозу.
  Он всё ещё смотрел наверх, не зная, удастся ли в таких обстоятельствах вообще заснуть. Может действительно стоило затеять свору с Игнисом и перебудить всех?
  Так, по крайней мере, стало бы спокойнее.
  
  Способность 20. Разумность.
  
  Наутро Игниса под дверью уже не было. Зато нарисовалась куда более весомая неожиданность - притолоку небрежно подпирал скучающий Иерихон. Первокурсники, волею судьбы обретавшиеся в коридоре, обходили его по широкой дуге и посматривали крайне недоверчиво. Некоторые даже пытались сбиваться в кучки, чтобы проскользнуть мимо потенциального агрессора с наименьшими потерями.
  Не ожидавший такого поворота Марат вопреки попытке выйти сделал шаг назад и удивлённо моргнул, всем своим видом призывая к скорейшим разъяснениям. Вместо прямого ответа, старшекурсник с любопытством оглядел комнату, одобрительно хмыкнув при виде плаката, и степенно перетёк внутрь, игнорируя почти осязаемое недовольство владельца.
  Аккуратно притворив за собой дверь, он ещё раз пробежался глазами по самым неблагонадёжным местам, как бы между прочим заглянул в шкаф, и, молвив неоднозначное 'Ну да...', кивком указал Марату на окно.
  На уровне второго этажа безмятежно плавал травяной холм. Зелёный ковёр приподнятого Иерихоном газона подёрнулся седоватым инеем, являя собой картину многовековой борьбы двух противоположных сезонов. До настоящей зимы было пока далеко, но это не мешало ей уже сейчас оглашать свои права на подвластные территории.
  Пока же бледный солнечный луч беззастенчиво играл с роем пылинок, висевших в тёплом озере комнатного воздуха. Земля за окном терпеливо поскрипывала, изредка кашляя облачками сухой пыли. Не выспавшийся Марат с большим усилием сопоставлял элементы происходящего.
  - И ты меня прикончить хочешь? - наконец вымученно пошутил он, раздумывая, кого за этот визит стоит благодарить.
  - С чего бы? - на лице Иерихона отразилось столь искреннее изумление, что Марат стушевался. Но решил и дальше гнуть свою линию.
  - Бойцовская солидарность. Сменил Игниса на карауле и надумал подсобить младшему коллеге.
  Честно дослушав до конца, Иерихон беспечно хмыкнул.
  - Чтоб ты знал, - поведал он, протирая глаза, - бойцы - это группа, которой сообща работается тяжелее всего. Не можем мы друг с другом уживаться. Разве что под дулом автомата, да и то ненадолго. Вот щиты - другое дело.
  - А шпионы? - не удержался Марат, хотя спросить планировал о цели визита.
  - А шпионов никто не заставляет, - неожиданно серьёзно ответил Иерихон и задумчиво посмотрел на бледного хозяина комнаты. Одежда, конечно, скрадывала синюшные узоры на теле, но в районе шеи их тёмные нити проступали достаточно чётко.
  - Так зачем пришёл? - прервав затянувшуюся паузу, поинтересовался Марат.
  Он слегка нервничал, впервые за всё время пребывания в пансионе принимая кого-то у себя. А уж тем более - не самого субтильного из атакеров. Мало того, что гость возвышался на полторы головы, так ещё и перегородил собой большую часть прохода.
  - Говорят, ты снова нашёл себе развлечение на ночь? - Иерихон по-братски улыбнулся, всем своим видом показывая, что никого не осуждает.
  - Кто говорит? - насупился Марат, недовольно поглядывая на дверь. Где-то там, через несколько стен находилась комната Тохарани. Раз уж атакер намекнул на повторную провинность, значит, в дела их небольшой группы его кто-то весьма регулярно посвящал.
  - Целых три независимых источника, - ухмыльнулся Иерихон. - Повезло тебе, конечно. Чтоб за меня так радели!
  В любое другое время Марат, несомненно, был бы польщён. Но сейчас концепция столь усиленной опеки никак не вписывалась в его планы. Как прикажете выходить на контакт с автором послания, если теперь каждый мимолётный знакомый в радиусе двух общежитий готов бдеть и перебдеть? Девчонки со своей паникой слегка перестарались. Иерихона привлекать было совсем ни к чему. Хотя, если приходилось выбирать между ним и Игнисом...
  - Пойдём, - отвлёк старшекурсник от размышлений. - Поговорить надо.
  - Что мешает здесь? - упёрся Марат, ни в коем случае не желавший покидать проверенную территорию ради приватной беседы с типичным бойцом. Иерихон будто понял все невысказанные опасения и, приняв нарочито-расслабленную позу, многозначительно изрёк:
  - Тут слишком много стен.
  Намёк был достаточно прозрачен. Стены без ушей в этом месте обычно не стояли. В корпусе водился как минимум один телепат, как максимум - несколько посторонних классов. До телепата, однако, Марат так достучаться и не смог, всю ночь безуспешно пытаясь выведать подробности минувших событий.
  Довод Иерихона казался непрошибаемым. Марат покорно вздохнул и махнул рукой в сторону двери, предлагая выдвигаться, но атакер избрал другой путь. Властно указав за окно, он велел взобраться на дежуривший там холм.
  - Будет лучше, если уйдём по-тихому, - попытка стимулировать энтузиазм Марата провалилась с треском. Отдаваться в безраздельную власть столь подозрительной личности не хотелось ни в какую.
  Иерихон не выдержал и широко улыбнулся.
  - Занятный ты, - пробормотал он, насмешливо разглядывая хозяина комнатушки лукаво блеснувшими глазами. - Игнису доверяешь больше, чем мне?
  - От него хотя бы понятно, чего ждать, - возразил уязвлённый Марат, недовольно выдвигаясь к окну. Радушные подначки Иерихона были ему особенно неприятны. Буквально каждая из них вопила о том, какой старшекурсник взрослый и понимающий, выставляя самого Марата мелочным параноидальным психом. Хотя уж кому, как не атакеру было знать о логике подобных предосторожностей.
  Земля даже не качнулась, услужливо замерев в тот момент, когда на неё недоверчиво опустился первый ботинок. Топнув пару раз для верности, Марат, наконец, приструнил сомнения и перелез целиком. На миг выпрямившись, он окинул взглядом лишившийся визуальных рамок пейзаж. Но без каких-либо ограничителей взирать с такой высоты на распластавшийся внизу стадион и по-настоящему огромный лес было крайне неуютно.
  Голова моментально закружилась. Открытое пространство напало со всех сторон и возмущённо толкнуло под коленки. Марат резко присел, упершись пальцами в землю. Он чувствовал себя мышью, по недоразумению оказавшейся посреди футбольного поля. Неба было слишком много. Ветер трепал встопорщившиеся вихры, норовя сдуть с ненадёжного, открытого его порывам холма. Земля нетерпеливо подрагивала и, кажется, готова была в любой момент опрокинуть беспокойного пассажира.
  Иерихон, отточенным движением выбравшийся следом, выпрямился в полный рост и глубоко вдохнул свежую прохладу. Уверенный, расслабленный, он столь явно ощущал себя властителем стихии, что Марат невольно позавидовал его спокойствию. Наверное, атакеру было хорошо снаружи настолько же, насколько самому Марату, внутри. Может, именно поэтому одному и достались способности бойца, а другому - шпыняемой крысы.
  Холм покачнулся и неторопливо поплыл к зданию школы. Иерихон явно старался доставлять сжавшемуся в клубок Марату как можно меньше дискомфорта. Комочки земли аккуратно перекатывались под ногами, отдаваясь гудящей дробью в подошвах. Подмёрзшая трава игриво щипала за пальцы. Хотелось её схватить и хотя бы на миг представить, что это вполне подходящие поводья для степенной силы.
  Остановив волну посреди открытого участка, Иерихон дождался, когда Марат неуверенно поднимется и встанет рядом. Оказывается, они незаметно выползли на высоту четырёх этажей. Все ближайшие постройки просматривались, как на ладони. Нескончаемый лес с чёрными запрудами редких прошлёпин, оставленных самыми дальними полигонами, резко контрастировал с вылизанным плато тренировочных площадок для техники. Было видно, что амфитеатр стадиона, оброс полипами мелких бараков и каких-то стеклянных офисных построек. А за ним - теперь это можно было разглядеть - сизым питоном лежала посреди тёмно-зелёного массива широкая дорога.
  - Видал? - с мелькающими в голосе нотками гордости спросил Иерихон.
  - Угу, - буркнул нахохлившийся от налетевшего порыва ветра Марат и озвучил давно тревожившую идею. - И о какой конспирации тут вообще может идти речь?
  Насмешливо-восторженный взгляд Иерихона застал его врасплох. Непонятно было, то ли атекр собирается хохотать в голос от такой наивности, то ли, наоборот, хвалить за рациональный подход. Наконец, совладав с собой, он повернулся и окинул взглядом горизонт.
  - Во-первых, если хочешь спрятаться, делай это у всех под носом. А во-вторых, покуда ты видишь больше, чем противник, ты защищён намного лучше него. Никому мы тут не нужны. А кому нужны, тот не подберётся, - Иерихон залихватски подмигнул, намекая не то на своих собратьев по цеху, не то на маратовских.
  - Вообще, я про заведение говорил, - попытался увести от опасной темы Марат. По его разумению, чем больше старшекурсник болтал сам, тем меньше задавал неудобных вопросов.
  - И на него работает, - не растерялся Иерихон. Глядя на пронзительно синевшее небо, он с удовольствием сообщил, - Зря у нас, что ли, Проекторы дежурят.
  Огорчённо кивнув, Марат понял, к чему он клонит. Иллюзии того же учителя физики до сих пор завораживали, несмотря на то, что с каждым уроком преподаватель лез во всё более глубокие дебри науки. Не исключено, что по периметру полигонов висела какая-нибудь завеса, скрывающая лишние нюансы от посторонних глаз. Просто так дискредитировать контору было попросту невозможно.
  - Да и не только они. Тут патрули из наших есть. За верхом следят. Вниз - не проберёшься. Ты ведь в курсе, что это всё только малая часть комплекса? Все основные помещения находятся под землёй.
  Нехотя кивнув и постаравшись встать так, чтобы Иерихон прикрывал его собой от пронизывающего ветра, Марат тихо обмолвился:
  - У нас слухи ходят, что это ты понаделал. Правда, что ли?
  Старшекурсник, изо всех сил сдерживая смех, яростно закашлялся. Причин для столь безудержного веселья сам Марат не находил. Он стоически дождался, когда концерт закончится, и воззрился на бойца с вежливым непониманием.
  - Уф, - выдохнул Иерихон и совсем по-мальчишески шмыгнул носом. - Понятно, конечно, что у вас пока стандартный курс, но мозги-то надо включать.
  Безразлично пожав плечами, Марат отвернулся, всем видом демонстрируя, что идея, в принципе, была не его.
  - Нет, я, конечно, могу, - по секрету сообщил Иерихон, продолжая фыркать. - Но кто ж тут даст - это раз. Напряжно - это два. Хотя, мне обещали полевые летом. А пока только, видишь, - газоны ровняю.
  - Что? - не поверил ушам Марат. Образ сурового Иерихона в его голове несколько пошатнулся.
  - Газон наш, - терпеливо объяснил атакер. - Мой курсовой проект. И главный тренировочный полигон для отработки мелкой моторики. Вам со временем тоже придётся чем-то подобным заняться.
  - Сорняки полоть? - уточнил Марат.
  - Нет. Развивать другие спектры применения сил, - нисколько не обидевшись, пояснил старшеклассник. - Думаешь, в этом климате трава сама бы так долго продержалась? Да я шесть дней голову ломал, пока не додумался на молекулярном уровне приток питательных веществ через грунтовые воды контролировать.
  - А на седьмой день, поди, отдыхал, - буркнул собеседник.
  Иерихон тонко улыбнулся, аналогию оценив, и решил усугубить ауру святости:
  - Кстати, ночью я её уберу и выстелю всё мягким грунтом, чтобы вам падать было удобней. Мы не только крушить можем. Создать что-то хорошее в разы сложнее, чем разнести имеющееся. Ваш Игнис тоже скоро до этого дойдёт.
  Скептически вздёрнув бровь, Марат внимательно посмотрел на второкурсника. Этот атакер явно был какой-то ненормальный. Все его коллеги, услышав подобные рассуждения, не сговариваясь, отметелили бы за ближайшим углом любого, посмевшего намекнуть, что сила не главное. В то, что Иерихон принципиально от них отличался, верилось с огромным нежеланием. Марат твёрдо успел уяснить, что в бойцы набирают каких-то особенно демонстративных неадекватов. От неприятных воспоминаний об ожогах он даже поёжился.
  - Мёрзнешь? - внезапно спросил старшекурсник, виновато дёрнув плечами. - Что-то не подумал... Я сам люблю слушать, как ветер здесь на полях гудит. Привык. Погоди.
  Воздух наполнился шуршанием и хрустом. Земля под ногами недовольно завибрировала. Холм тронулся с мёртвой точки и, обогнув здание школы, неспешно втиснулся в узкую границу между кирпичной стеной и лесом.
  Сзади громыхнуло. Марат по инерции пригнулся и закрыл руками голову. За оттопырившийся ворот посыпались комки дёрна. Под хруст восставшего газона из земли выстрелило несколько широких копий. Вспарывая траву, они бойко укладывались одно на другое, образуя резкий наклонный свод.
  - Пещера? - удивился Марат, неуверенно отнимая руки от головы.
  - Компромисс, - поправил Иерихон. В тот же миг дрожь под ногами прекратилась. - Тебе бы тоже не помешало им поучиться.
  Сверху ещё оседала пыль, а они уже стояли под большим земляным навесом. Запах потревоженного мха и влажной почвы щекотал нос. Иерихон уселся поближе к краю и деликатно указал Марату на место возле стены. Там виднелось небольшое возвышение, устланное последней молодой травой. Ещё тёплая, она радостными пучками прорывалась из срезанного грунта, порождая массу вопросов о своём происхождении. Которые Марат задавать всё же не стал. Сейчас интересовало другое.
  - Послали нотации читать? - брезгливо процедил он, подобравшись.
  Иерихон даже не обернулся. Сидя спиной, он задумчиво пожёвывал травинку и смотрел на горизонт.
  - Знаешь, было забавно, - наконец молвил он, игнорируя слова собеседника. - Они хотели, чтобы я тебя чему-нибудь научил. Но, по-моему, сейчас требуется как раз наоборот, - кое-что из тебя выбить.
  - Классическая атакерская педагогика? - Марат уже не мог скрывать своего скепсиса. Его буквально выкручивало от менторской ауры, которую излучал Иерихон.
  - Вот - классическая, - на секунду превратившись обратно в человека, старшеклассник показал увесистый кулак. - Но, боюсь, проку от неё сейчас не будет. Для такой науки нужен равный соперник. А ты мне, дружище, пока не ровня.
  - Странно, что Тохарани ровня, - с прохладцей отозвался Марат. В этом вопрос он был несколько солидарен с Гелом.
  - Верно подметил, - одобрительно улыбнулся Иерихон, будто и не разглядев подначки. - Не представляешь, как сложно найти хоть кого-то, способного выстоять против тектоники. Гелато, в некотором смысле, повезло - он попал на поток с вашим Игнисом. Теперь развлекаются. А у нас на курсе сильных стихийников нет. Можешь не верить, но я Тохарани очень благодарен. За то, что находит время повозиться...
  - Это вы называете "повозиться"?! - возмутился Марат, непроизвольно оглядываясь на общежитие, которого за земляной кручей всё равно не было видно. - Да ты хоть знаешь..!
  - Знаю, - веско перебил Иерихон. - Только не из-за нашей тренировки вас наказали. А из-за того, что кто-то до сих пор не может примириться с собственным выбором.
  - Выбором?! - взвыл Марат и стукнул кулаком по земле. - Это здесь выбором считается?!
  - Называю вещи своими именами, - непреклонно заявил старшекурсник и, наконец, изволил обернуться. - Научись уже нести ответственность за собственные решения. Тебя никто не принуждал.
  - Ага, как же, - процедил сквозь зубы Марат и, ухватив гость земли, принялся бездумно её комкать.
  - Не принуждал, - спокойно повторил Иерихон. - После перерождения у тебя есть выбор. Перво-наперво - пойти против закона или нет. Скажешь, не совершал его?
  Марат неразборчиво пробурчал что-то себе под нос.
  - Вот, - усмехнулся Иерихон. - Затем все ищут Место. Свою ступеньку в новой иерархии. Пытаются понять, как бы получше распорядиться новыми возможностями так, чтобы выторговать условия покомфортней. Иногда и права качают. Наши особенно. Но всё время забывают, что не способности решают, кому кем быть.
  - Да ладно! - недоверчиво протянул Марат. - И что же тогда?
  Выразительно наклонив голову, Иерихон мягко постучал себя пальцем по виску.
  - Чёрта с два! - не выдержал Марат и, скомкав землю, зло швырнул её со склона. - Нас изначально пихают в классы по определённой схеме! Через силу не перешагнёшь! Тот, кто лечить не умеет, медиком стать не сможет. Кто не в состоянии разнести пол-округи, не станет атакером. Всё!
  - Место выделяют в соответствии с физическими склонностями, - это да, - спокойно признал старшеклассник. - Но тебе подсказывают лишь подходящую профессию, а не модель поведения. Кем станешь - выбирать самому.
  - Серьёзно?! - съязвил Марат. - Что ж тогда все меня-то так чураются?
  - Правда? - в словах Иерихона отчётливо слышалась насмешка. - Прямо все?
  - Вот не надо. Постоянно: "Крысы могут", "Шпионы такие", "Для вас норма".
  - А сам-то сделал хоть что-нибудь для того, чтобы этого не происходило?
  Марат замер. Собеседник колко усмехнулся.
  - Никто тебе ничего не должен. В том числе, и относиться лояльно. Сам виноват, что нафантазировал. Либо соглашаешься с той ролью, которую тебе навязывают, либо стараешься сам. Выбор тут, - безжалостно припечатал Иерихон, коснувшись своего лба. - Кем хочешь быть - крысой или шпионом?
  - Морду хочу тебе набить, - медленно проговорил Марат, прилагая массу усилий, чтобы не ринуться воплощать своё желание. - Бесишь хуже Игниса.
  Иерихон совершенно неожиданно вспыхнул довольной улыбкой.
  - Это хорошо. Что от правды не отворачиваешься. Только тебе действительно я виноват? Или просто на себя нынешнего глазами других смотреть противно?
  Сверху упал кусок почвы и распался на множество мелких катышков. Воздух загустел и окружил со всех сторон плотным коконом. Он норовил пролезть в каждое ухо, доползти через ноздри до самого горла и поселить там горьковатый привкус тухлятины.
  Стало совершенно нечем дышать. Марат поднялся и, ничего не говоря, вывалился сквозь земляной навес на другую сторону холма. Налетевший ветер тут же запутался в куртке и принялся назойливо хлопать по рёбрам. Не обращая внимания на пронзительный холод, Марат позволял рваным порывам биться об себя столько, сколько вздумается. Он надеялся, что ветер унесёт затхлые хлопья раздражающих мыслей. Неприятные воспоминания, как мстительные репьи, цеплялись за каждое ощущение, за отголосок любой идеи.
  Хуже всего то, что Иерихон был прав. Какие ожидания можно было тут навешивать, а потом ещё и злиться, что те не соответствуют действительности? Остальные ведь не умнее. Не особо старше и ненамного опытнее. Сами себя развлекают. Лезут, куда не просят, а когда надо - не лезут. Нормально не живут. Кое-как существуют, и только.
  Кулаки медленно разжимались. Чистое небо угрожающе синело над головой.
  - Да вы сами не лучше! - попытался реабилитироваться Марат, обращаясь, в основном, к окружающей действительности.
  - Конечно! - внезапно отозвалась действительность глухим голосом из-за стенки. - Наберут по объявлению, а нам тут потом страдай!..
  Запыхтев, Марат гневно воззрился на земляной скос.
  - Давай так, - спокойно начал Иерихон. - Как думаешь, почему Игнис тебя до сих пор не порешил, хотя и мог?
  - Потому что дурак, - без колебаний выпалил Марат, ни на секунду не сомневаясь.
  - Потому что он неплохой, в общем-то, малый. И действует в силу своего разумения. Только вот разумение у него пока... коротковато.
  "Да неужели?!" - так и подмывало спросить, но земля вдруг тяжело вздохнула, плюнув в стороны мелкими комками дёрна. Иерихон по ту сторону преграды отчётливо завозился.
  - Не веришь? - резонно поинтересовался он. - А вы хоть раз нормально поговорили?
  - С какой стати?! - не выдержав, возмутился Марат. - Он на всю голову отбитый! Кидается по любому поводу! И я ещё этому потакать должен?! Знаете, что? За гуманностью - к медикам!
  Холм многозначительно дрогнул, напомнив, что рядом тоже находится представитель бойцов. И лишний раз доводить его совершенно не следует. А то может, чего доброго, растерять своё благодушие и рьяно вступиться за интересы товарищей.
  Земляные копья затрещали и с громким хлопком лопнули чётко посередине. С хрустом и шуршанием, характерным для подсохшей почвы, они медленно поползли в стороны. Под навесом склона, скрестив ноги, восседал на холме Иерихон. Сложив ладони домиком, он оценивающе смотрел на Марата.
  - Ты можешь представить, каково это? М? Ты правда понимаешь, что значит быть атакером?
  Тон, которым были сказаны слова, вынудил сосредоточиться. Марат молча повёл головой. Тема ему совсем не нравилась.
  Неторопливо подняв голову, Иерихон глянул сверху вниз. Даже сидя, он умудрялся поддерживать ощущение превосходства.
  - Знаешь, мы плохо спим, - тихая фраза смогла перекрыть шум ветра. Марат незаметно сжал запястье, а старшеклассник всё так же спокойно продолжал, - Часто вскакиваем по ночам, чтобы проверить. Оценить ущерб. Или просто прервать действие силы. Если дать инстинктам разгуляться, кто знает, что может произойти. Некоторые приковывают себя. Просто так - на всякий случай. Чтобы не натворить лишнего.
  Стараясь не шелохнуться, Марат покосился в сторону общежития второкурсников. Он только сейчас в полной мере осознал, какое дикое количество атакеров сосредоточено на сравнительно небольшой территории жилых корпусов. И все эти бравые парни могли в любой момент без предупреждения рвануть.
  - Со стихией сложнее, - поймав его мысли, Иерихон задумчиво посмотрел на свой кулак. - Она не просто часть нас. Она повсюду. Ты чувствуешь её вокруг. Ощущаешь внутри себя. Реку. Океан. Бесконечный поток мощи. И любой её отголосок слышен на километры вокруг. На него нельзя не реагировать. Это как постоянный зов. Инстинкт. Тянешься к знакомой материи, не задумываясь. А в итоге... просыпаешься на руинах.
  Совершенно неожиданно воздух закончился. Марат отчаянно всхрипнул, поняв, что совершенно забыл дышать. Земля под ногами качнулась. Ветер на миг сменил направление пахнул в лицо. Иерихон понимающе прищурился.
  - Каждый миг нашей жизни - это борьба, - с лёгкой горечью констатировал он, глядя на переводящего дух первокурсника. - С самим собой. Со своей природой. Трудно быть атакером и не упиваться силой. Ты бы, вот, смог?
  Честно задумавшись, Марат пришёл к выводу, что разнёс бы тут всю шарашку при первой же возможности. А потом с превеликим удовольствием полетел чинить добро дальше. И уж точно больше бы так глупо не попался.
  Уловив невысказанные рассуждения, Иерихон согласно кивнул.
  - Может это и не заметно, но все знакомые тебе атакеры - редкостные терпилы. И очень часто сил сдерживаться по другим поводам у них уже не остаётся. Так что, не стоит судить слишком строго.
  Нервно хохотнув, Марат в упор уставился на собеседника, пытаясь понять, куда тот клонит. Не требовал же он, в самом деле, идти и брататься с Игнисом на том лишь основании, что бедолага каждый день превозмогает и просто вынужден спускать на ком-то пар. Такие попытки узаконить бойцовский беспредел в отношении шпионов категорически претили.
  Иерихон, почуяв неладное, задумчиво поскрёб подбородок, явно пытаясь сформулировать какую-то сложную мысль, но в итоге плюнул, и просто сказал:
  - Я не уговариваю тебя его прощать. Дело даже не в этом. Просто осознай. До этого момента ты не понимал природу атакеров. И оценивал некоторые ситуации иначе. Так же и с другими. Теми, кто тебя окружает. Они просто многого не знают о тебе. И что им в таком случае остаётся? Только опираться на собственные догадки. Которые, кажется, тебе не очень-то по душе, верно?
  Неопределённо дёрнув плечами, Марат от ответа предпочёл уклониться. Открыто соглашаться смысла не было - Иерихон и так прекрасно осознавал собственную правоту.
  - Мы все разные. Разные не только внешне. У нас отличается опыт, ясно? И если ты сам чего-то не говоришь, не рассчитывай, что тебя услышат, а уж тем более поймут. Вообще-то, со временем вы должны научиться... Но это когда ещё будет! А пока просто чаще открывай рот и говори, что думаешь. Сообщу по секрету - работает.
  Была в его словах какая-то особая уверенность, намекавшая на то, что вопросом Иерихон занимался детально. Марат слегка нахмурился. Ему пришло в голову, что старшекурсник действительно что-то слишком хорошо осведомлён о положении дел в классе. И когда это Тохарани успела предоставить отчёт за все минувшие сутки? Она же постоянно была на виду. Убирала вместе с остальными, занималась на дополнительных и совершенно точно поднялась к себе в комнату после общей свары - Токсик бы иного не допустила.
  - Откуда ты знаешь? - подозрительно спросил Марат.
  Слегка удивившись, Иерихон молча почесал нос, а затем осторожно поинтересовался:
  - Ты с однокурсниками-то общаешься?
  - Нет, зачем, - ни грамма не смутившись, отозвался Марат, стремясь как можно скорее отделаться от ненужных вопросов. Его куда больше волновало, где собрат Игниса черпает сведения об их маленькой экосистеме.
  - В самом деле... - отстранённо проговорил тот. Из земляных стен вывалилось несколько кусков почвы, но повелитель газонов не обратил на это никакого внимания. Только задумчиво подался вперёд и пугающе затих. Взгляд его расфокусировался. Кого-то это здорово напоминало...
  - Эй, - поторопил Марат, стараясь отвлечь погрузившегося в анабиоз бойца от нахлынувших размышлений.
  - Что? - Иерихон словно очнулся на миг, но затем снова начал медленно уплывать в неведомые дали.
  - Ты тоже это делаешь, - выждав некоторое время, заметил Марат. Он, наконец, вспомнил.
  - "Тоже"? - в глазах вспыхнул неподдельный интерес. Атакер мгновенно подобрался.
  - Залипаешь. У вас с Токсик это общее.
  Вместо ответа Иерихон тонко улыбнулся и посмотрел куда-то за спину собеседника.
  - Характерное поведение для нашего круга. Все уже привыкли.
  - Какого? - не понял Марат. Токсик, как раз, имела с атакерами крайне мало общего.
  Словно уяснив что-то для себя, Иерихон перестал пялиться всторону и залихватски подмигнул:
  - Мы оба командиры.
  - Не-е-е! - поверить в такое было сложновато. Марат даже не мог представить, кто в здравом уме будет наделять властью кого-то из атакеров.
  Иерихон, глядя на его реакцию, мягко рассмеялся.
  - Если бы ты вдруг решил поболтать с другими, то давно бы выяснил, что большинство командиров как раз и есть бойцы. Считается, что эта должность призвана нас несколько дисциплинировать.
  - Вас? - на всякий случай переспросил Марат, проверяя, что не ослышался.
  Старшекурсник утвердительно кивнул.
  - И как успехи?
  В воображении уже причудливо перемешивались оголтелость Игниса и топорные манеры их старосты, порождая на выходе непрерывно полыхающее чудище, отчитывающее любого за малейшую провинность. Если б такое разгуливало по корпусу, субординация была бы просто железной - народ наверняка побоялся бы получать малейшие взыскания. Хотя, с этой точки зрения подобные назначения как раз и обретали смысл.
  - Переменные, - хмыкнул старшекурсник и безоружно развёл руками. - В конце концов, нас слишком много, а подчинённых иногда слишком мало, чтобы говорить о какой-то безусловной эффективности при наших-то личных качествах.
  - Ну да, вы же первые в новой группе, - припомнил Марат рассказы Виты. - Старостами ведь назначают ненужных. То есть, лишних... в других... классах, - он смолк, поймав взгляд Иерихона.
  - С этим, прям, не поспоришь, - наконец отозвался тот.
  Неловкость просто-таки бухнула тяжёлым мешком по плечам.
  - Я не...
  Перерубив кособокие извинения одним взмахом руки, старшеклассник изобразил на лице нечто условно-примирительное.
  - Да понятно. В сущности, всё так и есть, что уж. Бойцов полно. Мы, как бы это выразиться, производственный мусор. Здесь-то приоритет - ювелирные операции. Бомбить города и беспилотники могут. А вот чтобы без пыли...
  Марат поскрёб щёку и пристально зыркнул Иерихону в глаза. Картина начинала складываться. Вита была права - атакеры в группе оказались далеко не самыми главными. Но просто находиться на вторых ролях самолюбие прирождённых альфачей не позволяло. Как лучше всего отвлечь таких от вопиющей несправедливости? Навалить побольше ответственности за других. Сделать вид, что на них сошёлся клином весь отряд. Назначить командирами. И драть за всё подряд при малейшей возможности, чтобы не забывали своё место.
  О, да - пусть подают пример, пусть чувствуют себя архизначимыми. Этого будет достаточно, чтобы устранить споры за лидерство внутри группы. А противостояния между классами, похоже, даже приветствовались. Командиры-бойцы всласть могли набодаться, а коллективы, конечно же, становились ещё сплочённее, поддерживая своих.
  На фоне подобных плюсов назначение той же Токсик смотрелось уже не таким выигрышным. С другой стороны, Марат не был уверен, что стал бы подчиняться Игнису. У их старосты были свои методы урегулирования конфликтов, которые ему пока нравились куда больше. А если бы его командиром был Иерихон?
  Атакер молча улыбался и подставлял лицо ветру. В этом парне удивительным образом сочетались уверенность рядового бойца, деликатность щитов и неоспоримая прямота Токсик. Легонько хмыкнув, Марат признал, что подчиняться такому командиру было бы, если не истинным удовольствием, то, хотя бы, совершенно не зазорным. Наверное, в его отряде не было особых склок - их же крыса являлась заместителем и правой рукой самого атакера.
  "Игнис тебе просто завидует..." - вспомнились сказанные когда-то Витой слова.
  Ну да, теперь Марат понимал, от чего. Их собственный боец не просто являлся довольно нежелательным элементом группы. Он был дестабилизатором без прямого подчинения руководству, а значит и получал живительные нравоучения в куда меньших объёмах. Горы самолюбия непрерывно вступали в жёсткий конфликт с реальным статусом. Добавить к этому необходимость постоянного самоконтроля, и без того гремучий характер взлетал на воздух всякий раз, как Марат наглядно демонстрировал собственное превосходство. Да и вообще - оказывался поблизости. Новичок, отобравший последний шанс на второе место.
  "А Игнис-то, наверное, надеялся", - пришла в голову закономерная мысль.
  Всё верно. Крыс было мало. Токсик и Вита беспрестанно об этом напоминали. Не каждая группа могла надеяться на шпиона. Игнис, как пить дать, молился о том, чтобы им "не повезло". Только так он мог бы стать замом.
  Если добавить к этому бесконечную паранойю насчёт репутации крыс... Марат удивлённо присвистнул. Да он бы на месте огненного задиры в первый же день сам себя в порошок стёр. Надо отдать должное атакеру - тот продержался значительно дольше.
  "Однако..." - пробормотал Марат, осторожно присаживаясь. Открытое пространство за спиной его больше так не беспокоило. Тут вскрылись вещи поважнее.
  Внимательно следивший за ним Иерихон заметно расслабился.
  - Вот, что не понятно, - медленно сказал Марат, глядя в землю. - Если командиры-атакеры так выгодны, почему бы не назначать их всегда? Зачем "правило первого"?
  По траве прокатилась едва ощутимая волна. Иерихон сбледнул. Выглядел он так, будто не прочь провалиться на месте. Теоретически, этот фокус был ему подвластен, но явно что-то удерживало.
  - Я бы назвал это "правило Первой", - наконец, сумел сформулировать он.
  Спину пронзил разряд. Чужие пальцы сдавили горло. "Ты живёшь по законам мира, сотворённого мной!" - прозвенело в ушах. От воспоминаний Марат дёрнулся, словно его ударило током.
  Гулко вдохнув сквозь стиснутые зубы, Иерихон посмотрел с искренним сочувствием.
  - С его маскотом, как понимаю, ты уже познакомился...
  Коротко кивнув, Марат нашёл в себе силы выдавить:
  - Нибиру не командир.
  - Разумеется, - аккуратно, словно боясь подорваться на растяжке, проговорил Иерихон. - Она - следствие. Командиром был Тайфун. Первый ученик, подписавший договор. Первый атакер пансиона.
  Не зная, как на это реагировать, Марат просто сидел и впитывал информацию. Он не хотел упустить даже малейшей детали. Нибиру пока оставалась вне досягаемости, а ещё один визит можно было и не пережить.
  - Всё шло хорошо, просто идеально, - начал Иерихон. - Первый набор. Невероятно сильные. Выносливые. Стабильные. Ими гордились. Их едва ли не почитали. Они стали показателем того, что система работала. Проходили обучение, начали набирать новых учащихся. Классов становилось больше, появился другой курс... А потом пришла Нибиру. Она была умна, сильна, подготовлена. Вопреки правилам, её отправили сразу в первую группу - её знаний и уровня хватало для этого. Невероятное везение. Команда была вне себя от восторга. Ещё бы - первые во всём. Даже по составу. Ни у кого тогда не было шпиона. Организаторы в какой-то момент начали сомневаться, стоит ли поддерживать теорию этой специальности. Но появилась Первая. И всё стало на свои места. Незаменимая, ответственная, опасная. Она быстро дослужилась до звания заместителя. Глядя на успехи, командование пересмотрело обязанности шпионов и ввело правило назначения заместителей. Тайфун был просто счастлив. Список их успешных операций рос день ото дня. Они не боялись ничего и никого. Они отдавались делу полностью, фанатично, с бесконечным удовольствием. Были примером для подражания. Я смотрел на них с восхищением. Даже хотел быть похожим на него, - Иерихон горько усмехнулся и сокрушённо покачал головой, признавая свою ошибку. - На Тайфуна. Чёрт, он действительно был классный!
  Марат с замиранием внимал.
  - Был? - переспросил он, чувствуя, к чему идёт.
  Ничего не говоря, Иерихон скупо кивнул. Видно было, что продолжить ему довольно непросто.
  - То, что я сейчас рассказываю, - секретная информация. Никто из рядовых учащихся не имеет к ней доступа, - последовало строгое уведомление. Марат понятливо закивал.
  "А Токсик бы не разгласила!" - промелькнуло в мыслях непрошенное сравнение, но Иерихон, видимо, понял всё и так.
  - Я считаю, что ты должен знать, - уверенно заявил он. - Твой командир решил по-другому. Но в данном случае ответственность моя. Думаю, Токсик будет благодарна. Избавлю её от выволочки и сделаю ваше взаимодействие менее напряжённым.
  Заинтригованный, Марат наклонился ближе. Грязные делишки предприятия его прямо-таки манили. Иерихон вдруг нахмурился и запустил пальцы в землю. Некоторое время он тщательно прислушивался к окружающим колебаниям почвы, а затем удовлетворённо кивнул, вынул руки и, быстро отряхнув, заговорил:
  - По официальной версии, первая группа успешно закончила обучение, выпустилась, и в данный момент большую часть времени проводит на заданиях. Их реальное местоположение и штабы засекречены. Доступ к информации запрещён. В общем, эталонный образ стопроцентного успеха.
  - На деле же... - подтолкнул Марат к сути.
  - Теперь все командиры знают, как НЕ надо себя вести. В первую очередь - считать, что учли все детали операции и ошибок быть не может. А если и будут, то уж наверняка их получится разрулить при помощи способностей.
  - А во-вторую? - прищурился Марат. Он сомневался, что дело тут только в банальном просчёте.
  - Во-вторую... - Иерихон тяжело посмотрел исподлобья. - Следует принимать во внимание особенности психики шпионов.
  - Хах! - Марат вытаращился на старшекурсника, как на грибок ядерного взрыва. Он не ожидал, что разговор вернётся в это русло.
  - С тех пор все мы сделались на порядок умнее. Методики изменились. Стали жёстче. Мы обязаны готовить вас к априори нестандартным ситуациям и командному взаимодействию на уровне безусловных рефлексов. Мы пытаемся выкорчёвывать любые сомнения друг в друге. Без этого боевой единицы не будет, как показал пример первого класса.
  - Он провалился, - констатировал Марат спокойно. Иерихон посуровел.
  - Тайфун допустил ошибку. Такую, которую больше не может позволить себе ни один командир. Он дал волю эмоциям настолько, что в какой-то момент переложил ответственность на других.
  Начиная догадываться, куда дует ветер, Марат заёрзал.
  - Цепь событий удалось восстановить довольно легко. Общая картина такова: они расслабились. Посчитали себя достаточно подготовленными, чтобы справиться с чем угодно. И на выпускном экзамене попались. Застряли в ловушке из-за того, что не сумели предварительно собрать достаточно сведений о противнике. Ситуация была безвыходной - они не могли уйти живыми. Во всяком случае, насколько известно, Тайфуну и остальным так казалось. - Иерихон устало дёрнул плечами. - Особых подробностей про выпускную миссию в доступном нам досье нет, но, по всей видимости, отряд ухитрились закрыть в изолированном бункере. Применение сил неизбежно повлекло бы за собой смерть кого-то из группы, - иной вариант придумать сложно, тут даже Гел согласен. Мы это долго обмусоливали.
  Марат сделал зарубку на память - оказывается, два атакера неплохо друг-друга знали. И, судя по доступу к сведениям, Гел тоже был командиром. Час от часу не легче.
  - Все были на нервах, - продолжал Иерихон, отвлекая от сторонних догадок. - Тайфун не просто боялся провала. Он боялся потерять команду. Время шло, умирать не хотелось никому. Начались взаимные обвинения. Детали нам не известны, но в какой-то миг Тайфун спровоцировал диалог о том, что Нибиру должна нести ответственность за свои промахи. И теперь обязана вытащить их любой ценой.
  Иерихон глубоко вздохнул и посмотрел на Марата так, словно бы тот взвалил на себя бремя за грехи всего человечества.
  - Знаешь, некоторые животные от отчаяния решаются на поразительные поступки. Крысы с голода начинают жрать слабых. Кошки душат котят, если понимают, что тем не спастись. Но приматы куда изощрённей. Ты ведь слышал про опыт с обезьянами?
  - Не-а.
  - Самок с детёнышами помещали в клетку, пол которой мог нагреваться. Сперва те пытались спасти потомство, забираясь по прутьям. Но когда через прутья пустили ток, знаешь, как они поступили? Побросали детей на пол и встали на них.
  Холодный ветер взъерошил волосы. По коже поползли мурашки. Цыкнув зубом, Иерихон тихо произнёс:
  - В тот миг она очень хотела выжить. И выжила.
  - Она бросила их. Бросила там всех, - догадался Марат.
  - Ваши силы несколько разнятся, - отстранённо заметил Иерихон. - Не стоит приписывать ей свои возможности. Нибиру всегда может спастись из клетки, но не всегда из закрытого помещения - зависит от подведённых систем. В тот раз просто так выйти она не смогла.
  - Но что тогда...
  - Если думаешь, что дурная слава пришла к шпионам из ниоткуда, то глубоко ошибаешься, - едва заметно скривившись, перебил Иерихон. - Она просто приняла более мягкую форму, покрывшись слухами и домыслами. Немногие знают, почему на самом деле вас клеймят главным отрядным злом. Но предпочитают опасаться. И в большинстве случаев шпионы, как раз, не против такого отношения. Вроде как, лестно слыть самыми опасными представителями среди всех профессий. Фактически, ты, на моей памяти, первое исключение. Это круто. Можно сказать, обнадёживает.
  Обескураженный, Марат растерянно почесал бровь, не понимая, за что его хвалят. Логика у командиров была довольно своеобразная. Токсик тоже иногда выдавала что-нибудь эдакое.
  Иерихон отвернулся, не желая смотреть в лицо, и негромко сказал:
  - Первая их убила.

Оставить комментарий

Читать дальше



Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"