Тальковский Дмитрий Викентьевич: другие произведения.

Проза нашей жизни. День первый. Рассуждения о тезисах Вадима Жмудь по физике

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Проза нашей жизни. День первый.
  Рассуждения по поводу тезисов Вадима Жмудь по еретической физике. 25.3.08г.
  
   Д.Т. По роду увлечения мне интересны суждения людей в той или иной степени касающихся вопросов, изложенных в Специальной Теории Относительности. Потому я с великой радостью, словно встретил близкого человека, ознакомился с тезисами Вадима Жмудь по еретической физике. Более того, мне захотелось побеседовать с Вадимом на сайте proza. ru, благо сайт такой возможности не исключает. Беседу, как представляется, можно вести в формате: Вы начинает диалог, я слушаю. Напротив, когда я что-то хочу сказать, то беру слово. Ваши слова, как слова первого автора, что бы не перепутать кто, о чем говорит, заключены в кавычки. Итак, Вадим Вам слово.
         
   В.Ж. 'Я довольно много писал на тему 'Теории Относительности'. Правильно было бы назвать ее 'гипотезой абсолютности скорости света'.
  
   Д.Т. Принципиально не могу согласиться с таким Вашим суждением по той простой причине, что апологеты релятивизма - как учения, альтернативного материализму, то же в той или иной степени предпринимают попытки выдавать теорию относительности за теорию абсолютности. При этом и сам релятивизм они предпочитают выдавать за материализм. Такая уже сущность релятивистов: выдавать зло за добро, неправду за правду. Венцом такой сущности релятивистов является утверждение, которому они пытаются придать наукообразный вид: если 2 помножить на 2, то можно получить 5.
   И, конечно же, такие утверждения, равно как и Ваше утверждение, априори, не могут быть абсолютными. Они могут быть только, простите, относительными, какой и является 'Теории Относительности' Эйнштейна. Хотя, в общем-то, мне понятны Ваши благие намерения раскрыть сущность эйнштейновского учения заключающегося, как Вам представляется в том только, что у Эйнштейна все завязано на абсолютизацию постоянства скорости распространения света.
   Понимая все это и, тем не менее, возражая Вам, не могу при этом не отметить, что не только релятивисты, но и всякий, сколько ни будь последовательный материалист, тоже абсолютно убежден в том, что скорость света, разумеется, если свет - это волна, а не корпускула, носит абсолютный характер. То есть, не зависит ни от скорости движения источника света, ни от скорости движения наблюдателей, которых, как может статься, и не будет. Но из всего этого совсем не следует что материалист, убежденный в волновой теории распространения света, является релятивистом. Напротив, материалист, в принципе не может быть релятивистом по той простой причине, что он не абсолютизирует относительные истины, а находит их из суммы относительных.
  
   В.Ж. Я бы рекомендовал избегать эмоциональных слов в дискуссии на научные темы. Я сам грешен в этом, и благодарен, когда меня поправляют, именно поэтому и я беру на себя смелость поправлять. Если мы ищем правду совместно, то надо на оппонента смотреть как на человека, равных или даже больших интеллектуальных возможностей, просто нам в голову чуть раньше пришли несколько иные аргументы, которые мы хотим обсудить. Если мы не встанем на такую позицию, всякая дискуссия обречена на провал.
  
   Д.Т. Согласен. И если бы я даже попытался оправдаться словами Эйнштейна о том, что изящество надо оставить портным и сапожникам, то даже в этом случае излишняя эмоциональность не может и не должна находить оправдания. Естественно, обозначать свои позиции надо, конечно же, не превышая мер необходимой защиты. И потому я предлагаю считать эти эмоциональные высказывания небольшим недоразумением, не имеющим к Вашим взглядам ровным счетом никакого отношения.
  
   В.Ж. Понятие 'последовательный материалист' несколько туманно для меня лично. Это - тема отдельной дискуссии, если моя точка зрения интересна, я могу ее развить.
  
   Д.Т. Конечно интересна. Что бы помочь Вам выразить свою точку зрения на философские проблемы, я позволю себе высказать свои суждения на тему предполагаемой дискуссии. Вот некоторые выдержки из моих суждений: "Эйнштейнианство"? Что это за определение? Что за определение: "Марксизм" или "Ленинизм"? Ни один серьезный исследователь не станет пользоваться такими личностными, а потому и неоднозначными определениями, предпочитая им более конкретные: "релятивизм", "диалектический материализм"... Ведь когда мы пользуемся разными определениями, в том числе и указанными выше, то мы, в принципе, даже не обязаны знать, кто придумал их, как не обязаны знать и помнить, кто придумал молоток, ручку или линейку, по той простой причине, что вводимые определения - это рабочие инструменты исследователя, и не более.
   В таком случае, достаточно знать, например, что диалектический материализм - это учение, которое впервые в истории развития науки позволило использовать для отыскания научных истин в одной упряжке коня и трепетную лань: материализм и идеализм. Превратив тем самым так называемый основной вопрос философии в схоластический спор обывателей о том, что первично: яйцо или курица, идея или материя.
  
   В.Ж. (вставная реплика) Я думаю, что люди, называющие свои взгляды 'диалектическим материализмом' не согласятся с Вашим определением.
  Еще раз хочу подчеркнуть, что диамат - отдельная тема, здесь я ее касаться не буду, давайте развернем отдельную дискуссию, если хотите. Что касается образной метафоры 'в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань' - вот вам пример того, как БОЛЬШИНСТВО ПОВТОРЯЕТ НЕЛЕПОСТЬ только потому, что она - расхожа, или потому, что она афористична, а в данном случае еще и рифмована. Приковывает наш 'острый ум' нелепость картины, в одну телегу впрягли коня и лань, и мы соглашаемся с автором. Но что нам, собственно, этот афоризм доказывает? Что по отдельности, стало быть, в одну телегу впрячь коня или лань можно? А так ли это? Представьте себе, что вы в телегу впрягли лань. Лань - вообще не гужевое животное.
  
   Д.Т. (ответ на вставную реплику) Вадим, я отлично знаю, что Вы превосходный спорщик, равно как и то, что лань - это не гужевое животное. Но в том, как раз и заключается блестящая сущность и полезность диалектического материализма который, сумел таки на современном этапе своего развития, превратить так называемый основной вопрос философии, в схоластический спор обывателей о том, что первично: яйцо или курица, идея или материя. Если Вам не понятно как все это произошло, то я могу пояснить. Раньше идеалисты, противопоставляя себя материалистам с тем, что бы подчеркнуть свою значимость, утверждали, что первопричиной всего является идея. Теперь, когда идея сама по себе материализовалась, другими словами, когда всем стало понятно, что не материализованная мысль - идея, существует только в безматериальных умах идеалистов, актуальность выяснения истины о первопричинах материи, равно как и идеи, отпали сами по себе. Теперь совершенно не актуально, я бы даже сказал не модно выяснять, кто главнее: папа или мама, материя или идея. По той простой причине, что всем, наконец, стало ясно, что без одного, равно как и другого, обойтись никак не возможно. Теперь у всех нас одна забота: отучить маму выдавать себя за папу. То есть, теперь важно разъяснить всем идеалистам, что их работа такая же необходимая и важная, как и все другие и чураться ее, выдавая себя за материалистов, совсем не обязательно. Как в равной степени все материалисты должны, наконец, перестать кичиться и понять, что без идеи, материя мертва.
         
   В.Ж. (вставная реплика) Точно так же нелепо ставить, например, вопрос, чем именно является свет - потоком частиц или волной?
  
   Д.Т. (ответ на вставную реплику) А вот здесь, Вадим, Вы глубоко ошибаетесь, что свидетельствует о том, что Вы не практичный человек. То есть, для Вас главное не решить проблему, а поспорить, а там - хоть трава не расти. Вы просто не представляете себе, как важно решить проблему установления часов на единое время в случае, когда часы находятся на движущихся друг относительно друга системах отсчета. Вы просто не можете понять, что если Вы не будете знать определенно, что собой представляет свет: волну или корпускулу, то Вы не сможете с необходимой точностью установить пространственно-временной континуум удаленного от Вас события.
  
   В.Ж. (вставная реплика) Тут тоже можно сказать: 'Давайте уж или то, или другое, но никак не и то и другое'. Так? Вовсе нет! Точно так же как лань вообще не впрягают в телегу, в такой же степени корпускулярная теория света вообще ни с чем не спрягается. Свет - это ТОЛЬКО ВОЛНА. Так же, как среди гужевых животных можно указать коня, мула, осла, собак, в конце концов, даже на свиньях кто-то ездил, но на лани поехать не получится. Простите мне это лирическое отступление. Я лишь хотел продемонстрировать, сколь часто ЛОЖНОСТЬ утверждения лежит на поверхности, а мы все проходим мимо и не замечаем этого.
  
   Д.Т. (ответ на вставную реплику) Лирическое отступление! Сколько угодно, я и сам по натуре - лирик, теперь же, полагаю, мы вместе будем 'зрить в корень'.
  
   Д.Т., Тогда как релятивизм, - это не учение даже, а совокупность методов и приемов, позволяющая узкому кругу лиц и даже отдельных личностей (диктаторов) в процессе отыскания абсолютных (научных) истин абсолютизировать в своих корыстных целях относительные истины без учета негативных последствий таких действий. Релятивисты, выдавая относительную истину, за абсолютную пытаются утверждать в частности, что 'никто и ничто не только не отменит, но и не поколеблет теорию относительности и квантовую механику - эти основы современной физики'.
   При этом необходимо иметь в виду, что чистых или абсолютных диалектических материалистов, равно как и релятивистов в природе не бывает. Другими словами, нельзя сказать, что вот этот человек - диалектический материалист, а этот - релятивист. По той простой причине, что в каждом человеке худо-бедно уживается и релятивист, и материалист. Тем не менее, основоположником релятивизма в физике, - человеком, которому в современных условиях позволили абсолютизировать так называемый принцип относительности Галилея, - является Эйнштейн. Теперь его последователи в физике пытаются абсолютизировать истину, заключающуюся в том, что принцип относительности лежит в основе развития всей современной физики.
  
  Если релятивисты смогут реализовать эту свою бредовую идею, то на официальной науке, которую мы знали раньше, и которой под силу было решение всех проблем, можно будет поставить жирный крест. Эта проблема тем более актуальна, что уже теперь ученые физики при решении важных проблем показали полную свою несостоятельность. Приведу только один пример. Академики-физики проектируют атомную станцию и дают гарантию, что вероятность ядерной катастрофы на ней составляет 1 раз в миллион лет. И вот эта атомная станция, не обращая внимания на все расчеты ученых, взрывается практически в тот же год. Как в таком случае Вы прикажете называть таких ученых. Эпитеты можете придумать сами.
   Ярким представителем релятивизма в политике является И.В.Сталин, абсолютизировавший к концу тридцатых годов относительную истину, заключающуюся в том, что фашистская Германия не нападет на СССР. Негативные последствия релятивизма в науке и политике оценить невозможно. Тем не менее, в силу того, как уже говорилось выше, чистых релятивистов в природе не бывает, считаю необходимым сказать так же, что при решении других, в том числе важных, судьбоносных для государства проблем, Сталин проявил себя ярчайшим диалектиком. И релятивисты, которые умеют единственно озвучивать проблемы, ему этого простить, ну никак не могут. С чего все это происходит, понять не возможно.
  
   В.Ж. Если мы последовательно отождествим свет с волновым явлением, то скорость света по логике вещей должна привязываться к среде. Разумеется, если мы сами перемещаемся относительно среды, то скорость света в таком случае должна меняться: в одном направлении увеличиваться, в другом - уменьшаться.
   Я тут не говорю о взглядах Эйнштейна, а говорю о простых взглядах любого человека, как оно следовало рассуждать в отсутствии сведений о более поздних теоретических построениях СТО. В этом случае мы запросто должны допускать именно такое преобразование скорости света в зависимости от нашего движения относительно среды. Далее теория относительности возникла на предположении, что это изменение скорости света вследствие нашего движения относительно среды должно быть выявлено.
  
   Д.Т. Вадим, мне нравится Ваша открытость и искренность рассуждений, которая позволяет увидеть, в чем отличаются наши взгляды и подходы на, казалось бы, абсолютно понятные и простые вещи. Дело в том что, рассуждая об упомянутых Вами проблемах уже с самого начала, я решил их таким образом, что такого понятия, как движущийся наблюдатель у меня просто нет. Наблюдатель у меня всегда непосредственно связывается с системой отсчета, в которой он, как это не странно, всегда покоится. А сама система отсчета может, как покоится, так и двигаться в зависимости от того, какая это система отсчета.
   Вы можете сказать, как же так: вот я, человек, двигаюсь относительно покоящегося воздуха и эфира, а Вы мне тут какую то ересь пытаетесь внушить про Ваши какие то системы отсчета. Вот здесь я Вам уже ничем не могу помочь. Это определение. Человек, без среды жизнеобеспечения, равно как и без часов, по этому определению не может быть системой отсчета.
   Системой отсчета может быть, как минимум, лаборатория, в том числе, например, космический корабль, или, в крайнем случае, просто космический скафандр. С тем, чтобы космонавт мог сказать: я, наблюдатель, системы отсчета, например, скафандр, в которой среда распространения звука, равно как и света, относительно меня всегда покоится по определению. А дальше можно рассуждать, например, система отсчета, т. е., скафандр, движется относительно, системы отсчета Земля, и потому наблюдателю системы отсчета скафандр кажется, что воспринимаемый им звук изменил свою собственную частоту, и так далее, и так далее. Другим словами все, как у Эйнштейна, только на другом языке. Причем, под другим языком имеется в виду не латиница или кириллица, а релятивизм или материализм. Кстати, все эти рассуждения подробно изложены в опубликованном уже введении к статье, а так же в моем письме профессору Пещевицкому Борису Ивановичу от 5.09.1989 года. Теперь я разыскал это письмо и публикую его на прозе и Lib. ru.
  
   В.Ж. Тот эксперимент, который был поставлен Майкельсоном и Морли, на самом деле и не должен был выявить этого изменения, даже если оно существует. Проблема именно в этом! Эксперимент не позволял измерять скорость света на двух встречных направлениях, он лишь позволял фиксировать перемещение интерференционных полос. Мной показано, что даже при изменении скорости света в двух встречных направлениях, смещение интерференционных полос не обязательно произойдет, то есть даже обязательно будет отсутствовать. То есть этот эксперимент в принципе не показателен. Ошибка в предсказании его результата породила ошибку в дальнейшей трактовке физических сущностей.
  
   Д.Т. О роли 'отрицательного эксперимента' Майкельсона-Морли в становлении релятивистской физики и решении проблемы систем отсчета, мы говорили достаточно подробно. Позволю себе привести только одну цитату из письма Леонову о том, что надо делать, что бы выработать нормальные отношения к так называемым отрицательным экспериментам: 'Что бы воспрепятствовать строительству физики на отрицательных экспериментах введем два постулата:
   Первый постулат - эксперимент никогда не может противоречить опыту.
   Второй постулат - эксперимент, единственно, может уточнять опыт.
  Теперь рассмотрим, как эти два постулата превращают драму идей в решение интересующих нас проблем, в частности движения. Для чего вспомним, как решали проблему движения свободного падения тел Аристотель и Галилей.
  
  Аристотель, который, естественно, исходил из опыта, утверждал, что тяжелые тела в поле притяжения Земли падают быстрее, чем легкие. Галилей, который также, естественно, исходил из отрицательного эксперимента, пришел к 'парадоксальному' выводу, что тяжелые и легкие тела в поле притяжения Земли падают с одной и той же скоростью. Возникает вопрос: кто прав? Ответ на этот вопрос вытекает из отношения к приведенным выше постулатам. Галилей нарушил постулаты - значит он не прав. В чем же конкретно не прав Галилей?'
   Разумеется, все вышесказанное в отношении решения проблемы движения, в равной степени относится и к решению проблемы систем отсчета вообще, а так же к определению роли и места 'отрицательного эксперимента' Майкельсона-Морли, в частности.
  
   В.Ж При этом скорость света принята абсолютной для любой системы отсчета и для любого наблюдателя. Разумеется, это отнюдь не то же самое, что принять ее фиксированной во всех направлениях только для одной единственной покоящейся системы, в которой и среда, ответственная за перенос света, тоже покоится. В итоге - теория относительности - это именно гипотеза, абсолютизирующая скорость света во всех системах одновременно. Я бы даже сказал, что она 'обожествляет' скорость света. Ибо то, что утверждает эта теория, ни одним умом понято не может быть до конца.
  
   Д.Т. Согласен. Физики, включаю Физо и Майкельсона по большому счету не измеряли скорость света, тем более с точностью до 1метра в секунду. Чтобы измерить скорость света с высокой точностью, надо уметь определять моменты событий с точностью до наносекунды и этот вопрос, насколько я могу судить, мы тоже в общих чертах, обсуждали. К более подробному рассмотрению проблемы, измерения скорости волн света, или его корпускул, при желании можно вернуться.
  
   В.Ж. 'К сожалению, даже люди, которые называют себя моими единомышленниками, не всегда понимают меня, и не всегда дают себе труд прочесть то, что я уже написал'.
  
   Д.Т. Вадим, именно этим мы теперь занимаемся: 'Зевс - ты сердишься, возможно, ты тоже можешь быть не правым!'.
  
   ВЖ. Вообще-то я не сердился, когда писал это.
  
   Д. Т. Тем не менее, несмотря на то, что я постоянно хожу к Вам на страничку в гости, я не могу сказать, что мне удалось познакомиться со всеми Вашими материалами. Круг Ваших интересов и работ восхищает, и я даже начинаю иногда думать, что нельзя объять необъятное.
   Потому я предлагаю с чего-то начать. Давайте начнем с наших общих знакомых, в частности, Секерина. Я раскопал архивы и отыскал там пока единственное письмо Секерину, которое и публикую на прозе. Этому, моему последнему к нему письму предшествует небольшая история. О Секерине, я в первый раз услышал от Виктора Барыкина - председателя оргкомитета минского семинара 'Экология физики'. Его заместителем был Стельмах, а я исполнял обязанности секретаря оргкомитета.
   Мы с Виктором в то время работали рядом, буквально в ста метрах. Он однажды позвонил мне и сказал, что есть новости и надо встретиться. Потом передал 'Очерк' Секерина, его адрес и сказал, что необходимо связаться с Секериным и убедить его приехать на семинар. Сказать, что Очерк произвел на меня сильное впечатление, значит, ничего не сказать. В Очерке я впервые увидел в концентрированном виде собранные материалы, касающиеся объективного, в том числе и философского отношения к релятивизму.
   Здесь, у Вас могут возникнуть сомнения, что возможно никакого моего философского взгляда на релятивизм раньше не было, и я просто заимствовал его у Секерина. Чтобы развеять эти Ваши предполагаемые иллюзии вернемся в 1979 год.
  
   В.Ж. Мне не свойственно подозревать людей в худшем. Поэтому у меня не возникли такие 'сомнения'. Я считаю, что рациональный взгляд на природу вещей - это неотъемлемое право любого человека. Поэтому разделять чью-то точку зрения может каждый. Если речь идет о первенстве в идеях - это другое. Это легко устанавливается по публикациям. Если кто-то идеи высказывает вслух, а другой публикует, то доказательство авторства - это уже вопрос тонкий. Но сейчас более остро стоит вопрос поиска истины, и поиска единомышленников, а не препирательств по поводу авторства. Я считаю, что каждый вправе писать то, что думает, а затем если где-то чьи-то мысли совпадут, то вопрос авторства можно будет при необходимости решить честной дискуссией и сверкой по датам. Меня сейчас это не очень волнует.
  
   Д.Т. Меня тоже в гораздо большей степени волнует вопросы поиска истины и единомышленников. Потому я прошу Вас по возможности поделиться информацией о наших единомышленниках. Когда мы готовились к семинару, то я передал адреса и аннотацию работ боле 30 участников семинара профессору Пещевицкому. В свою очередь, примерно такое же число адресов и работ, в рамках подготовки к семинару 'Экология физики', профессор Пещевицкий передал мне вместе аннотациями и даже самими работами.
  
   Д. Т., Но вернемся в 1979 год. В этом году я опубликовал законченный вариант статьи 'Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета'. Но еще значительно раньше, а именно с середины шестидесятых годов, мною рассматривались первые варианты этой статьи. Точную дату можно установит по объективным фактам. Одно из обсуждений статьи состоялось с Томильчиком. Лев Митрофанович ознакомился со статьей, и при обсуждении сказал: 'материалы интересные, если бы Вы обратились ко мне на год раньше, возможно бы они меня заинтересовали. Теперь обстоятельства складываются так, что через месяц у меня назначена защита кандидатской степени по СТО Эйнштейна, и потому помочь Вам ничем не могу'.
   Что касается публикации статьи 'Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета', то она происходила следующим образом: я набрал на пишущей машинке последний вариант статьи с введением (введение теперь я публикую на прозе), всего получилось 44 страницы. Далее, с первого экземпляра статьи, отпечатанного на машинке, в автозаводской типографии, я увеличил ее количество до 53 экземпляров, аккуратно переплел и отправил своим единомышленникам. В то время я вел активную переписку с надеждой как-то вмешаться в ситуацию, которая виделась мной как надвигающийся кошмарный сон.
  Постараюсь пояснить почему.
   Главными, составлявшими смысл моей жизни еще со слушательской скамьи, были три увлечения: физика, философия, идеология. Длительное время моими настольными книгами были 'Материализм и эмпириокритицизм' и 'Эволюция физики'. Так как вопросами философии я стал заниматься в сравнительно раннем возрасте то, естественно, меня одолевали честолюбивые устремления. Я был, одержим идеей, написать книгу 'Эволюция мира', в которой собирался описать, каким образом отражается внешний мир, начиная с одного и заканчивая семью измерениями.
   В одном измерении внешний мир у меня отражали простейшие, в двух - обезьяны, в трех - люди, в четырех - боги, в семи - машины. Что бы написать эволюцию мира, была нужна специфическая информация. Пытаясь решить эти проблемы, я практически все отпуска проводил в Москве, пытаясь встретиться с нужными мне людьми. Одним из первых, с кем я добивался встречи и встретился, был Суворов, написавший введение к 'Эволюции физики'. Меня интересовал вопрос становления у нас релятивизма. В частности, мне было интересно, почему поток релятивизма, который в идеологически устойчивых государствах Запада, строго дозируется, у нас, напротив, начинает приобретать масштабы стихийного бедствия.
  
   Суворов был уже в преклонных годах и я, помню, ездил к нему на квартиру. В то время я так же посещал всевозможные семинары, коллоквиумы, защиты степеней наших и иностранных абитуриентов. Встречался или переписывался с Гинзбургом, Капицей, Логуновым, Кувшиновым, Федоровым, а так же практически всеми выпускниками наших физфаков, занимая при этом позицию начинающего диалектического материалиста. Другими словами, "разоблачая" релятивистов.
   Вот только один пример. В 70-е годы, когда начала выходить передача 'Очевидное - невероятное', я обратился сначала к Капице, а потом, не получив ответа, с Открытым письмом в Президиум АН СССР. При этом я задавался вопросом: кому и зачем понадобилось очевидное (понятное, светлое, ясное) выдавать как что-то темное, страшное - невероятное? Уже, не для того ли, что бы не теперь, а спустя какое-то время иметь возможность невероятное (например, утверждение, что Союз - это империя зла) - сделать очевидным!
   Этот пример я привел для того только, чтобы жители моей многострадальной родной Белоруссии, могли извлечь из случившегося урок, и по прошествии какого-то времени, не повторили путь, пройденный Президиумом АН СССР, не существующего уже больше на картах мира государства.
         Таким образом, еще во введении к статье 1979 года, я писал: 'О том, что идеи релятивизма у нас широко распространены видно хотя бы из названия телепередачи "Очевидное - невероятное". Заметьте, очевидное - превращается в невероятное. Решается не научная задача, в результате чего из непознанного, неизвестного, невероятного получается, что-то понятное и очевидное, а наоборот - строго по Эйнштейну. Нельзя не заметить, что сама постановка вопроса: очевидное - невероятное, содержит в себе сверхзадачу на решение которой, как на алтарь, положено пятьдесят миллионов человеческих жизней. Нельзя допустить, чтобы жизни всего человечества были отданы на откуп решения этой во всех отношениях абсурдной задачи. Да и с чего бы это материалистической физике очевидное вдруг стало казаться невероятным?'
  
   В.Ж. Я думаю, что вы напрасно придрались к названию передачи. Из названия и из цели этой передачи ее релятивистская направленность отнюдь не следует. Название 'Очевидное - невероятное' можно истолковать как направленность передачи на то, чтобы уметь и научить зрителей увидеть чудесное в простом и простое в чудесном.
  
   Д.Т. Совершенно правильно. Название этой передачи продумано, что является секретом полишинеля, а ее название - типичный двойной подход к решению одной и той же задачи. То есть, Вы ставите ударение на первом слове и с возмущением проговариваете второе, получая плацдарм для борьбы со всем, что тебя окружает. Развалив все, что недавно было вполне работоспособным: решение национального вопроса, обучения и воспитания, а так же вопросы образования и науки. Вы можете поменять акценты и сделать ударение на втором слове, как бы восхищаясь увиденным. Как Вы говорите, восхищаясь, научить зрителей увидеть чудесное в простом и простое в чудесном. Что касается лично меня, то мне трудно увидеть чудесное в простом и простое в чудесном, как и трудно восхищаться окружающим.
  Обучение и воспитание, равно как образование и наука, переместились с первого на 40 - 60 место. Решенный, и даже проверенный в жесточайший период истории нашего государства, национальный вопрос, обратился в бесконечные национальные конфликты, и даже войны: люди снова стали ненавидеть и даже убивать друг друга. Какое уже там восхищение.
  
   В.Ж. Собственно, это и есть - предназначение науки. Тот факт, что конкретно Капица - младший отреагировал не так, как подобает истинно служителю науки, бросает тень лишь на него, но не на всю передачу в целом. Да и что вы хотите? Обвинять одного лишь Капицу в том, в чем грешны 99,99% физиков? Смысл? Да, они сторонники той теории, которая одобрена большинством. А если бы они таковыми не являлись, они лишились бы работы. Это же касается и Капицы-младшего. Передача - лишь тень той сути, которая состоит в косности науки. Поэтому передачу можно оставить в покое, надо с косностью генералов науки бороться, а не с косностью популяризаторов. Капица младший - всего лишь 'озвучиватель'. Какой он ученый? Папа его был ученый, а он - 'говорун', не более того. Был у него приятель - академик Мигдал. Вот он и задавал тон всем передачам по физике.
  
   Д.Т. Упаси меня Бог от желания кого-то судить или даже просто упрекая, осуждать. Каждый в своей жизни выбирает свой путь. Судя по тому, как Капица младший встретил 80-летие, не только власти, но и сам Бог к нему весьма и весьма благосклонны. Я присоединяюсь к указанным выше поздравлениям и хочу сказать только, что если бы в исполнение библейского завета возлюбить ближнего своего, как самого себя. Власти с самого начала своего восхождения на олимп, определяли для этой мисси не примадонн типа Аллы Борисовны, согласитесь, не худший вариант из уже имевшихся в нашей истории, а мыслителей масштаба Капица, что младший, что старший. Только тогда, только в таком случае, мы были бы избавлены от сюрпризов. В частности, от необходимости более трех суток ждать, пока вождь всех времен и народов придет в себя и начнет принимать хоть какие-то решения. Вы можете представить себе генералиссимуса Суворова, который во время начала сражения на трое суток сбежал бы от своей армии и скрылся от народа? Я, нет.
   Что же касается физической стороны рассуждений В. И. Секерина, а так же его готовности, а точнее не готовности к дискуссии, то все это достаточно подробно изложено в моих письмах Секерину В.И. и Чешеву В.В., которые опубликованы, в том числе и на Lib. ru. Всего Секерину я написал пять подробных писем. На все мои обращения он, подобно Ньютону, отвечал: 'Статью не комментирую, если что не понятно, читайте статью'. Все это можно уточнить у Секерина. В публикации моих писем, если они сохранились у Секерина, равно как и в установлении истины, как диалектик, я заинтересован всегда и во всех случаях.
  
   В.Ж. У меня лично с Секериным не было проблем в обсуждении. Так что тут я не берусь комментировать источник ваших непониманий, если они были.
  
   Д.Т. Непонимания были. Сначала с моей стороны были восторг и восхищение, позже сменившиеся недоумением и глубоким разочарованием. Подробно об этом можно прочитать в опубликованных моих письмах Секерину, Чешеву, Котельникову, Пещевицкому.
  
   В.Ж. 'В частности, если кто-то не согласен с теорией относительности, то он - мой единомышленник лишь в этом частном вопросе'.
  
  
   Д.Т. Смею Вас заверить, Вадим, что этот так называемый Вами 'частный вопрос', совсем не частный. В действительности, этот вопрос является самым важным, самым главным, самым животрепещущим вопросом от которого, в конечном итоге, зависит жизнь человека на нашей планете, и жизнь самой планеты Земля. Называется этот частный вопрос, идеологическая борьба. При этом я не отбираю у Вас права на выбор своей позиции в этой борьбе, просто хочу, что бы этот свой выбор, Вы сделали осознанно.
  
   В.Ж. Я сделал давно уже выбор. Я теорию относительности отвергаю. Но разве не важно, ПОЧЕМУ я ее отвергаю? Понимаете, есть люди, которые отвергают ее потому, что считают свет потоком корпускул. Другие - потому, что считают верной теорию Ритца (без каких-либо поправок на то, что считать скоростью света, и как отличать скорость распространения фронта волны от скорости распространения фазы). Есть такие, кто критикует теорию относительности за то, что в ней не достаточно изгнан эфир. Что же мне - считать всех их единомышленниками?
  
   Д. Т., Разумеется, нет. Поверьте мне, пользы от диалога с такими единомышленниками, часто гораздо меньше, чем вреда в виде разочарований и крушений надежд, как это видно из моих писем Секерину и Демину:
   Цитата из письма Секерину 6. 4. 1992 года. 'Вы знаете, как высоко я ценил Ваш "Очерк...". Но даже тени такой оценки никогда не появилось, напиши Вы в "Очерке..." то, что написали в новой своей статье, название которой, кстати, в значительной степени заимствовано у Анатолия Денисова. Я имею в виду Ваш новый, или даже не знаю, старый, но теперь уже так ярко проявившийся, подход к 'эфиристам', к которым Вы относите в первую очередь материалистов Денисова и Горожанина, и просто не можете не отнести, если конечно будете последовательными, и всех остальных материалистов, включая Ленина'.
   Цитата из письма Демину 17.07.1997 года по поводу Отзыва Селезнёва. 'Во-первых, я не приемлю двойного стандарта при решении по существу одного и того же вопроса. Иначе говоря, я убеждён, что честно воюющему и павшему на поле боя солдату, безразлично чья, своя или чужая пуля или осколок остановили его продвижение вперёд и обратили окружающий его мир в бесконечность.
   Во-вторых, я не могу понять, что имеет в виду Селезнёв, когда говорит: 'Учёт относительного движения Земли, Юпитера, его спутника и Солнца дают возможность решать многие проблемы, затронутые в работе'. То есть, мне не понятно, следует ли из приведенного выше высказывания Селезнёва, что он, вслед за релятивистами, выступает за абсолютизацию принципа относительности движения Галилея.
   В-третьих, в конце Замечаний профессор Селезнёв пишет: 'Подобная нечёткость в научном подходе и была оценена должным образом в отзыве кафедры физики', а на обороте советует: 'возбудить в суде дело об оскорблении личного достоинства человека'.
   Другими словами Селезнев не мытьем так катанием пытается абсолютизировать в физике принцип относительности Галилея, с чем согласиться никак не возможно.
  
   В.Ж. 'Если кто-то при этом согласен с теорией Ритца, то он уже не является моим единомышленником в вопросах о том, как надо строить новую теорию'.
  
   Д.Т. Я бы не торопился так строго судить теорию человека, о котором известно так мало. Тем более что Ритц не только отрицал, что массы, длины и масштаб времени, измеренные в разных системах отсчёта, отличаются, но и объяснил, как может возникать кажущееся изменения массы в опытах Кауфмана. Ф.С. Завельский "Масса и её измерение", М.: Атомиздат, 1974 г. При этом, еще до Эйнштейна, Ритц применил идеи электродинамики к гравитации и вплотную подошёл к тому, чтобы объяснить инерцию и тяготение через посредство электродинамических понятий. Наконец еще задолго до Эйнштейна, Ритц применил и обосновал предположение Пуанкаре о том, что скорость распространения тяготения должна равняться скорости света чем, по сути, доказал единую природу гравитации и электромагнетизма. Задолго до Эйнштейна, Ритц так же объяснил релятивистский эффект смещения перигелия Меркурия и вывел описывающую его формулу, найденную, подобно тому как находят рояль в кустах, позднее Эйнштейном.
  
   В.Ж. Ритца я бы не осмелился судить 'строго'. Я бы принял у него решительно все, но с одной важной поправкой: ФАЗОВАЯ скорость зависит от скорости источника света, и должна определяться как сумма фазовой скорости неподвижного источника со скоростью источника. Это действительно так. Это легко показать. Принятия этого положения самого по себе достаточно, чтобы закрыть раз и навсегда все спорные моменты относительно опыта Майкельсона-Морли. Но Ритц имел в виду не фазовую скорость, а скорость распространения волны, трактуемой как возмущение. В этом он был не прав. Этого быть не может.
   Представьте себе пример. Я сижу в лодке, и ударил веслом по воде. Пошла звуковая волна от весла в толще воды. Эта звуковая волна распространяется с определенной скоростью. Звук дойдёт до кого-то на берегу через время, которое равно расстоянию, деленному на скорость звука в воде. Теперь представьте, что я еду на лодке с некоторой скоростью и ударил веслом по воде в той же самой точке. Разве звук в этом случае дойдет быстрее? Разумеется, нет! Ведь среда покоится. И возмущение будет в ней распространяться с той же скоростью! То есть скорость распространения возмущения в среде не может зависеть от скорости источника. Теперь представьте, что я ударяю по воде веслом с некоторой фиксированной частотой. Отклики от ударов будут двигаться к берегу с некоторой определенной скоростью, то есть с той же самой, о которой мы говорили ранее. В данном случае фазовая скорость будет совпадать со скоростью распространения. А теперь представьте, что я в лодке двигаюсь к берегу. Новый удар будет происходить на новом месте, ближе к берегу. На берегу в этом случае каждый новый всплеск будет слышен раньше. То есть, как бы увеличится частота на приемном устройстве. Гребни сожмутся в пространстве по линии их распространения. В точке приема это породит такой эффект, что фазы будут быстрей сменять друг друга.
  
   Д.Т. Согласен. Именно начиная с осмысления таких простых понятий как, например, что такое кажущаяся или 'не кажущаяся' длина волны и частота распространения звуковых волн в системах отсчета увлекающих или не увлекающих, переносящих, или не переносящих среду распространения звука, должен начинаться анализ идей о системах отсчета. Собственно, именно с такого скрупулезного анализа, который я проводил на протяжении более пятнадцати лет, и начинается статья 'Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета. Именно такой скрупулезный анализ позволил мне нащупать дорогу к решению проблемы, которую мы условно теперь называем проблема систем отсчета.
  
  В.Ж. 'Если кто-то считает, что эфир увлекается движущимися телами подобно тому, как воздух увлекается движущимся автобусом, то и он не является моим единомышленником по вопросам строительства новой теории'.
  
   Д.Т. Ну, зачем же так строго? Во-первых, не эфир! Это слово у меня всегда ассоциируется с кефиром. А гравитационное поле, которое, нравится это Вам или не нравится, действительно присутствует, то есть всегда имеется у всех без исключения тел, в том числе и движущихся. Именно поэтому движущиеся тела просто физически не могут не переносить свое собственное гравитационное поле, раз оно у них есть, и раз они движутся. При этом не вызывает никакого сомнения, что плотность гравитационного поля на поверхности тел, например, Земли выше, чем плотность гравитационного поля на некотором удалении от Земли, то есть, в околосолнечном и далее - межзвездном пространстве. Все это хорошо измеряется и все это, простите, азбучные истины, которые не нуждаются в своей защите.
   Во-вторых, как я уже говорил, воздух не увлекается движущимся автобусом, как это наблюдается у достаточно массивной Земли, а переносится. Заметьте, это существенная разница. Что бы Вы имели о ней представление, я позволю себе привести объективный факт, заключающейся в том, что не только наш автобус, но и массивная Луна, многие другие космические объекты, как и наш, скажем космический корабль, не увлекают воздух. Космический корабль может единственно только переносить нашу среду жизнеобеспечения, воздух, но никак не увлекать.
  
   В.Ж. Мне слово эфир не кажется плохим. Суть остается - существует среда, ответственная за распространение электромагнитных волн, включая световые волны. Теорию (гипотезу) увлечения среды какими-либо телами я не приемлю, потому что она мне не требуется, как я уже говорил.
  
  
   'ТЕЗИСЫ
  1. Теория относительности ошибочна.
  2. Корпускулярная теория света безосновательна.
  3. Светоносная среда существует. Назовите ее 'эфир' или 'вакуум' - не важно.
  4. Волновой теории света достаточно для объяснения всех без исключения физических явлений, связанных со светом и его взаимодействием с веществом. Свет - это чисто волновое явление. Корпускулярных явлений в свете нет'.
  
   Д.Т. Действительно если свет - это волна то, конечно же, свет - это уже не корпускула. Так называемый корпускулярно-волновой дуализм может существовать только в безматериальных умах релятивистов. Тем не менее, если Вы действительно считаете, что свет - это волна, то в этом случае Вам уже не может быть совершенно безразлично, как называется эта среда. В этом случае Вам не могут быть безразличны свойства этой среды и, конечно же, ее название. Как не может быть безразлично отцу, имя рожденного им ребенка.
  
   В.Ж. не согласен. Вы можете назвать волка wolf или lupus он все равно останется волком. Даже если вы назовете его страусом, но при этом будете понимать именно волка, то не будет большой беды. Поэтому не важно, как называть, эфиром или вакуумом, важно, какое определение дать этому понятию. Собственно, взгляните на геометрию. Равные назвали 'конгруэнтными', параллельные назвали 'коллинеарными', что из-за этого случилось? Геометрия рухнула? Или получила новый толчок к развитию? Ровным счетом ничего не произошло, кроме дополнительного напряжения в мозгах пятиклассников. Слово 'вакуум' стыдливо заменило слово 'эфир', постепенно переняв все основные свойства эфира, кроме одного. Если (и поскольку!!!) доказано, что это последнее свойство вакууму тоже присуще, то не столь уж важно, будем ли мы по-прежнему назвать его вакуумом, или вернемся к названию 'эфир'. 'Эфир' было бы справедливее, но предвижу большие протесты со стороны физиков, а также путаницу с химическим веществом с тем же названием. Поэтому лучше называть вакуум, но иметь в виду именно тот эфир, который пытались отыскать Майкельсон и Морли.
  
   Д.Т. Я не сомневаюсь в Вашем умении убеждать своих оппонентов в правильности Ваших суждений. Особенно мне нравятся Ваши рассуждения о нашей геометрии, в которой добры русские слова, засоряются грубыми и тяжеловесными обрубками понятий: 'конгруэнтные', 'коллинеарные'. При этом я просто не могу не отдать дань восхищения упомянутому Вами факту, что геометрия у нас не рухнула. Правда, она не продвинулась из-за этого вперед, но и не рухнула. Тем не менее Вадим, есть критерии, после нарушении которых, любые рассуждения, любых деятелей, включая естественно и Вас, нельзя назвать иначе, чем демагогия. При этом я отлично понимаю, что если, например девочку назвать любым именем, она от этого не станет мальчиком. Это правда. Но я никогда не соглашусь, чтобы заново рожденный ребенок, при этом имеется в виду название среды распространения света, назывался эфиром, равно как и вакуумом, так как эти слова, как Вы справедливо заметили, уже имеют строгое физическое, и химическое значения.
  
   В.Ж 5. Результаты опыта Майкельсона могут быть предсказаны с позиции существования эфира, следовательно, эти результаты не опровергают существования эфира.
  10. Единая природа инерционной и гравитационной массы объясняется элементарно просто.
  
  КРАТКИЕ ОБОСНОВАНИЯ
  Д.Т. Просто и гениально, это относится ко всему написанному выше.
  
   В.Ж. Спасибо. Как сказано у Чехова 'Про живого человека так говорят только в насмешку'. Лично я характеристику 'гениально' воспринимаю по отношению к себе с изрядным опасением. Мне бы вполне хватило характеристики 'дельно' или 'толково' или 'достаточно обоснованно'.
  
   Д.Т. Согласен. Самое правильное рассуждение по поводу нашей гениальности принадлежит древнему греку. Запамятовал его имя, но изречение его помню каждый день: я знаю определенно только то, что я ничего не знаю. Что касается моих перлов, то Вы же понимаете: человек я эмоциональный и вероятно, таким образом, пытаюсь склонить Вас к совместному сотрудничеству. Помните, что по этому поводу писал Маяковский: единица - ноль, кто его услышит!
  
   В.Ж. ОСНОВНОЕ ОБОСНОВАНИЕ КРИТИКИ ЭТОГО ОБОСНОВАНИЯ
  
         Д.Т. Я, конечно, извиняюсь, но мне представляется, что Вы напрасно надеетесь на гениальность Эйнштейна и на то, что твердые тела изменят свои размеры так, что скорость света останется константой. Только Эйнштейн манипулировал со временем, а Вы собираетесь то же самое проделать с пространством. Чушь все это, как мне представляется по той простой причине, что пространство и время, по крайней мере, для наблюдателя-человека, при нормальных, то есть заранее оговоренных условиях - это константы.
   Что касается прибора Майкельсона-Морли, то он будет использоваться, об этом я писал давным-давно, подобно автомобильному спидометру для определения скорости движения космических кораблей относительно гравитационных полей околосолнечного и межзвездного пространств. Более того, в самое ближайшее время будет, наконец, то впервые измерена скорость света и установлены разные значения скорости распространения света для гравитационных полей разной степени плотности. То есть, скорость света в вакууме, определенная на поверхности Земли, тем более Юпитера, будет определена большей, чем скорость света, измеренная в околосолнечном и межзвездном пространстве.
   Что касается состоявшихся размеров Юпитера, Земли, равно как и всех других космических и земных тел, то они уже без нас гениев, диктующих природе ее законы, определены и стационарны. Что касается земных наблюдателей, то мы на первых порах должны разобраться, по крайней мере, на уровне имеющейся у нас техники, в том, как устроена Вселенная и как она развивается в пространстве и времени.
  
   В.Ж. Ну, во-первых, на гениальность Эйнштейна я отнюдь не надеюсь. Слишком много я его читал, чтобы считать его гениальным. В некоторых случаях я его считаю даже 'неряшливым' в рассуждениях. Кстати, я не исключаю и собственных ошибок, но считаю, что мои ошибки в сравнении с ошибками Эйнштейна - как опечатки в сравнении с ересью.
   Во-вторых, я отнюдь не собираюсь манипулировать с пространством. Для объяснения опыта Майкельсона достаточно рассмотреть, что происходит с фазами света. Но я как-то заметил, что ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ это рассмотрение не показывало, что прогноз Майкельсона о результатах опыта был ошибочен, и именно поэтому не подтвердился. Если даже в рамках предположения зависимости скорости света от скорости лаборатории, зависимость положения интерференционных полос от скорости лаборатории не такова, как видится авторам. Даже если это забыть, если это отбросить. Даже если бы зависимость эта не выводилась теоретически такой, какой она стала практически, то есть ЕСЛИ БЫ РЕЗУЛЬТАТ БЫЛ УДИВИТЕЛЕН И ЧУДЕСЕН, то и в этом случае он отнюдь не доказывал бы постоянства скорости света, ибо в этом случае НЕДОПУСТИМО СЧИТАТЬ ПОСТОЯННЫМИ РАЗМЕРЫ ИНТЕРФЕРОМЕТРА.
  И это отнюдь не в связи с тем, что изменяется пространство, а как раз В РАМКАХ НЕИЗМЕННОГО ПРОСТРАНСТВА. Интерферометр и его плечи не являются столь неизменным эталоном, чтобы на основании отсутствия перемещения интерферометрических полос утверждать, что меняется геометрия пространства. Логичнее было бы предположить, что пространство абсолютно и неизменно, а вот геометрия кристаллической решетки твердых тел, образующих интерферометр, вовсе не является такой уж фундаментально неизменной величиной.
          В.Ж. УДАЧ ВАМ! Д.Т. И ВАМ, ВАДИМ, ЖЕЛАЮ УДАЧИ!
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ) Ф.Вудворт "Наша сила"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевое фэнтези) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"