Тальковский Дмитрий Викентьевич: другие произведения.

Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Предлагается сокращенный вариант статьи Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета с учетом суждений Игоря Смородина.

  Дмитрий Тальковский о материалах Игоря Смородина
  
  Физика явлений в движущися и неподвижных системах отсчета
  
  Эйнштейн. Главный парадокс минувшего века
  
  Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным,
  Нет ничего сокровенного, чтобы не сделалось
  известным и обнаружилось. Лука, 8:17.
  
  
   О том, что учение Эйнштейна - главный парадокс минувшего века красноречиво говорят факты. Так ООН, в частности, в честь столетнего юбилея публикации в немецком научном журнале "Annalen der Physik" в сентябре 1905 года статьи Альберта Эйнштейна "К электродинамике движущихся тел", объявила 2005 год Годом физики. Объявляя 2005 год годом физики, чиновники из ООН, видимо, предполагали, что этот год пройдет под знаком чествования "величайшего гения всех времен и народов" - Альберта Эйнштейна и его знаменитой теории относительности (ТО). Тем не менее, этого не произошло. Пресса, радио, телевидение встретили юбилей ТО ледяным молчанием. Зато пользователи Интернета, заинтересовавшиеся Годом физики, смогли узнать, наконец, много нового и интересного о ТО и ее творце. Так из книги Кристофера Джона Бьеркнеса "Альберт Эйнштейн - неисправимый плагиатор" можно узнать о том, что Альберт Эйнштейн элементарно своровал основные идеи и формулы своих теорий у других авторов: идеи и формулы СТО - у Лоренца и Пуанкаре; формулу взаимопревращения массы и энергии Е = mс2, - у Дж. Дж. Томсона и так далее.
  
  Кроме того, два немецких исследователя: Георг Галецкий и Петер Марквардт на 276 страницах своей недавно вышедшей книги "Реквием по частной теории относительности" исполнили реквием по теории Эйнштейна (СТО). Рецензию на книгу смотрите на http://www.znanie-sila.ru/online/issue_1524.htm. В этой своей книге два немецких исследователя, со школьной скамьи убежденные в гениальности и истинности ТО, в ходе многолетней исследовательской работы, выполненной с чисто немецкой педантичностью, пришли к парадоксальному на первый взгляд выводу: СТО - ошибочная теория. Кроме того, они также установили, что доводы в ее пользу фабриковались, возражения игнорировались, а все пять попыток доказать СТО экспериментальным путем - провалились. При этом со всей наглядностью стало всем очевидно, что фабриковать доводы, игнорировать возражения, упрямо пропагандировать так называемую квазинаучную Теорию Относительности, несмотря на протесты всего научного сообщества физиков, не смог бы обычный клерк патентного бюро, не будь за его спиной одной из самых могущественных сил нашего времени - сионизма.
   При этом стало очевидно также и то, что сионисты, уже тогда контролировавшие ключевые позиции в международных финансах, медицине, средствах массовой информации, задались целью сначала "раскрутить" Эйнштейна как "великого гения всех времен и народов", а затем заставить его служить своим целям. Как все сионисты делали это, не гнушаясь бессовестной пропагандой и даже физическим устранением научных оппонентов Эйнштейна, рассказывается в книге украинского физика Л.П. Фоминского "Чудо падения". Главу вторую этой книги "Взлет и падение Эйнштейна" можно прочитать здесь: (http://www.ntpo.com/physics/archive/6_4.shtml).
  
   При этом невольно возникают вопросы: Как могло случиться, что серьезный научный немецкий журнал "Annalen der Physik" напечатал как научную статью совершенно никому не известного клерка патентного бюро Эйнштейна? Причем, напечатал статью клерка Эйнштейна, без ссылок на предшествующие этой статье научные работы Лоренца и Пуанкаре, что естественно противоречит всем правилам и законам научной этики и практики? Возникают естественные вопросы: Как, в принципе, это могло произойти? Более того, как могло случиться, что буквально на следующий день после выхода Лейпцигского журнала "Annalen der Physik", статья А.Эйнштейна была уже передана телеграфом по трансатлантическому кабелю в газету "N.Y.Times"? Передана телеграфом в газету, которая немедленно известила весь мир о рождении 'непостижимо гениальной' Теории Относительности. Оповестила весь мир о рождении новой, непостижимо гениальной теории, в то время как читатели журнала "Annalen der Physik" еще не успели даже получить свой журнал, и ни один ученый не только не успел, оценить, но и прочесть статью А.Эйнштейна. Простите, но какое в таком случае отношение, все эти указанные выше обстоятельства имеют, собственно, к науке? Какое отношение к науке имеет статья, если не просто рецензия, а отрицательная рецензия на нее выдающегося ученого Пуанкаре была отклонена и не допущена в печать редакцией журнала? А ответственный редактор журнала "Annalen der Physik" Пауль Друда, после роковой для всей науки публикации, был найден застреленным. Смотрите "Теория относительности принадлежит Ф.Линдеманну", Петер Роша: http://www.whiteworld.ru/rubriki/000108/006/02052504.htm.
  Какой вывод из всего этого можно сделать? Ответ напрашивается сам собой: редакция журнала "Annalen der Physik" была запугана и подкуплена.
  
   Таким образом, теперь всем стало очевидно, что обстоятельства появления на свет ТО носят криминальный характер, а А.Эйнштейн, вошел в науку через черный ход.
  Однако быть может, ТО Эйнштейна имеет столь высокую научную ценность и полезность для всего человечества, что всем нам просто следует закрыть глаза на эти криминальные обстоятельства ее появления? Попробуем разобраться и в этом вопросе. Вообще-то говоря, Теория Относительности Эйнштейна, не является теорией в строгом смысле этого слова. Она распадается на две, по сути, независимые друг от друга части: СТО (Специальная, 'частная' Теория Относительности или релятивистская электродинамика) и ОТО (Общая ТО или релятивистская теория гравитации). Первая изложена в статье "К электродинамике движущихся тел" (1905), вторая - в книге "Основы общей теории относительности" (1916). Поскольку обе теории оказались не только независимыми, но даже, несмотря на все потуги Эйнштейна создать обобщенную теорию относительности, - противоречащими друг другу, то мы будем рассматривать их отдельно и начнем со СТО. Начнем со Специальной Теории Относительности Альберта Эйнштейна, которая подобно Земле, покоящейся на трех мифических китах, базируется на трех мифических постулатах:
   постулат относительности;
   постулат о постоянстве и предельном характере скорости света;
   постулат об истинности преобразований Лоренца и физических следствий из них.
  
  Мифическими, эти постулаты являются потому, что никто и никогда (ни до Эйнштейна, ни после, включая самого Эйнштейна) не смог их доказать. Действительно, если бы за 100 лет, прошедших со времени создания СТО, данные постулаты были доказаны, то они автоматически бы перешли в ранг физических законов природы, тем самым перестав быть постулатами. Однако этого не произошло. Эйнштейн, заметьте, 'ввел', не открыл, как Исаак Ньютон, законы природы. А именно, подобно Моисею, принесшему евреям десять заповедей, 'ввел' в науку свои три постулата.
  
  Первый постулат Эйнштейн придумал сам, заимствовав основную идею у Галилея, второй и третий постулаты - украл, соответственно, у Пуанкаре и Лоренца. Причем, что очень важно, если в работах Пуанкаре и Лоренца соответствующие положения имели характер черновых рабочих непроверенных гипотез, то в статье Эйнштейна 1905 года они, словно по мановению волшебной палочки, превратились вдруг в императивные постулаты. Природе было приказано их соблюдать, а физикам - в них верить. Верить, несмотря на то, что природа нисколько не заботится о соблюдении этих постулатов Эйнштейна. Верить, вопреки многочисленным возражениям выдающихся физиков того времени, часть которых, тем не менее, не выдержав давления, смирилась таки и приняла так называемый трехчленный эйнштейновский "символ веры". Так возникла ересь эйнштейнианства, или по-другому - релятивизма, которая в продолжение "столетней войны" практически задушила живое дерево физики.
  
   Придя к власти (как и почему - это отдельный вопрос) в академиях наук ведущих держав мира, эта воинствующая ересь постепенно установила тотальный контроль над физикой. Тех же, кто все-таки осмеливался критиковать ТО, просто сажали в "психушку". Теперь мы знаем, что подобная практика имела место не только в СССР, но также в США и Европе. Возможно, такая ситуация продолжалась бы сколь угодно долго (господствовала же 1500 лет в науке, геоцентрическая система Птолемея!), если бы не создание в конце двадцатого века глобальной сети Интернет. В течение буквально одного десятилетия, свободный от цензуры Интернет оказался насыщен массой материалов на всех основных языках мира, показывающих логическую, математическую и физически-экспериментальную несостоятельность ТО Эйнштейна. Так что в 2005 году праздника физики, уже не получилось. Восхищаться "новым платьем короля", когда сотни людей во всем мире прокричали, что король-то голый, было просто невозможно. Стало понятно, что доказать постулаты Эйнштейна никогда и никому не удастся. А вот опровергнуть их, дать этим постулатам действительно научную интерпретацию - можно.
  
   Первый постулат Эйнштейна (постулат относительности) в современной формулировке БСЭ звучит следующим образом: "Принцип относительности - один из наиболее фундаментальных физических законов, согласно которому любой процесс протекает одинаково в изолированной материальной системе, находящейся в состоянии покоя, и в такой же системе, находящейся в состоянии равномерного прямолинейного движения. Состояние движения или покоя определяется здесь по отношению к произвольно выбранной инерциальной системе отсчета; физически эти состояния полностью равноправны". Для того чтобы правильно понять смысл этого постулата и доказать его истинность или ложность, нужно обратиться к истории его возникновения. Принцип относительности был введен в науку Галилео Галилеем в его знаменитой работе "Диалог о двух главнейших системах мира - птолемеевой и коперниковой", опубликованной в 1632 году. В этой своей работе Галилей обосновал новую для того времени гелиоцентрическую систему мира, опровергая при этом аргументы сторонников геоцентрической системы Мира. Напомним, что система Птолемея ставила в центр Вселенной неподвижную Землю, вокруг которой в порядке удаленности обращались Луна, Меркурий, Венера, Солнце, Марс, Юпитер, Сатурн, и еще 1022 видимые звезды.
  
   Среди прочих, сторонники геоцентрической системы мира, выдвигали, например, такой аргумент: "Если бы Земля двигалась по орбите и вращалась бы вокруг своей оси, то мы бы заметили это, так как вращение Земли сбрасывало с нее все предметы, а облака и птицы отставали бы от ее движения". В ответ на это Галилей приводил пример с кораблем, равномерно и прямолинейно движущимся по глади моря. Он писал: 'Уединитесь с кем-либо из друзей в просторное помещение под палубой какого-нибудь корабля.... Заставьте теперь корабль двигаться с любой скоростью и тогда (если только движение будет равномерным и без качки в ту и другую сторону) во всех названных явлениях вы не обнаружите ни малейшего изменения и ни по одному из них не сможете установить, движется ли корабль или стоит неподвижно... Бросая какую-нибудь вещь товарищу, вы не должны будете бросать ее с большей силой, когда он будет находиться на носу, а вы на корме, чем когда ваше взаимное положение будет обратным. Капли, как и ранее, будут падать в нижний сосуд, и ни одна не упадет ближе к корме, хотя, пока капля находится в воздухе, корабль пройдет много пядей'.
  
   В общем виде, Галилей сформулировал принцип относительности так: "В каюте корабля, движущегося равномерно и без качки, вы не обнаружите ни по одному из окружающих явлений, ни почему-либо, что станет происходить с вами самими, движется ли корабль или стоит неподвижно". В современных учебниках физики принцип относительности Галилея формулируется обычно следующим образом: "Механические явления происходят одинаково в любых двух изолированных материальных системах, движущихся равномерно и прямолинейно одна относительно другой".
   Из принципа относительности Галилея, в интерпретации его не учеными, а обывателями, можно сделать один 'любопытный' вывод: поскольку механические процессы в двух инерциальных (движущихся равномерно и прямолинейно) системах отсчета протекают одинаково, то мы можем "привязать" систему отсчета к любому из движущихся тел, выбрав его по собственному произволу. Например, в случае галилеевского корабля и Земли мы можем связать систему отсчета с Землей, и тогда корабль будет двигаться относительно Земли. Но мы можем связать систему отсчета и с кораблем, и тогда уже Земля будет двигаться относительно корабля. Несмотря на столь явную передержку: из двух высказываний: "корабль движется относительно Земли" и "Земля движется относительно корабля", только первое высказывание является истиной. Последующие поколения физиков некритически восприняли принцип относительности в интерпретации неучей, и с течением времени принцип ТО превратился в догму.
  
   Однако в середине XIX века вместе с развитием электродинамики выяснилось, что применительно к электромагнитным явлениям принцип относительности не соблюдается. Скажем, если электрический заряд покоится относительно нас, то он создает вокруг себя только электрическое поле и не создает магнитное. Если же этот электрический заряд движется относительно нас равномерно и прямолинейно, то он создает также и магнитное поле. Другой пример. Представим, что два одинаковых электрических заряда движутся параллельно друг другу с одинаковыми скоростями. Получается, что относительно друг друга эти заряды неподвижны, и благодаря своему электрическому взаимодействию они должны отталкиваться друг от друга. Но для неподвижного наблюдателя эти два заряда будут выглядеть как два параллельных электрических тока, которые силой магнитного взаимодействия будут не отталкиваться, а притягиваться. Получается, что для электромагнитных взаимодействий состояние покоя и состояние равномерного и прямолинейного движения отнюдь не идентичны, что свидетельствует о неприменимости, то есть, ошибочности Принципа Относительности.
  
   При этом мы знаем, что если какой-нибудь научный принцип перестает соответствовать вновь открытым экспериментальным фактам, то он должен быть, либо упразднен, либо ограничен той областью явлений, где первоначально он обнаружил свою справедливость. Но если научный принцип превращается в догму, которая не выдерживает, но одновременно и не терпит критики, то у многих ученых возникает непреодолимое желание "согласовать" факты окружающего нас мира - объективную реальность, с этим принципом, направив тем самым науку по ложному пути.
  
   К величайшему сожалению, именно это произошло с физикой в начале XX века. Когда А. Эйнштейн в своей работе "К электродинамике движущихся тел", столетие которой ООНовские чиновники попытались отметить как "Год физики", обобщил, то есть, абсолютизировал, довел до абсурда принцип относительности Галилея. Невольно показав при этом его несостоятельность. Но, тем не менее, распространив этот Принцип Относительности на все другие, в том числе и электромагнитные и оптические явления.
  
   В этой своей работе постулат относительности, Эйнштейн формулирует так: "...для всех координатных систем, для которых справедливы уравнения механики, справедливы те же самые электродинамические и оптические законы".
   В дальнейшем Эйнштейн и его последователи-релятивисты распространили принцип относительности на все физические явления вообще. В учебном пособии Акосты, Кована, Грэма: "Основы современной физики" общий принцип относительности сформулирован следующим образом: "Все законы природы должны быть одинаковыми для всех наблюдателей, движущихся друг относительно друга с постоянной скоростью". Здесь обращает на себя внимание категория долженствования: Законы физики должны быть такими, какими их хотят видеть господа релятивисты. Не больше и не меньше. При этом указанное выше определение больше походит на заклинание: "Господи, мы не знаем, как все происходит на самом деле, но мы заклинаем именем всемогущего и всеведущего Эйнштейна, чтобы Законы природы подчинялись всесовершеннейшему постулату относительности!". Тем не мене, даже размноженное в миллионах экземплярах и переведенное на все языки мира, это заклинание не смогло заставить Природу подчиниться постулату Теории Относительности Эйнштейна.
  
   В самом деле, когда Галилей писал - "заставьте теперь корабль двигаться с любой скоростью" - он не мог предполагать, что во второй половине XX века появятся летающие корабли, способные разгоняться до первой космической скорости (7,9 км/с) и выводить на околоземную орбиту искусственные спутники Земли (ИСЗ). Подобным ИСЗ сегодня, например, является обитаемая Международная космическая станция (МКС). Она движется вокруг Земли на высоте 350 (км) с первой космической скоростью. Подобно галилееву кораблю, который движется вокруг Земли по водной глади океана, МКС не может не рассматриваться как инерциальная система отсчета (ИСО).
   Теперь зададим сакраментальный вопрос: если космонавты задраят иллюминаторы станции, то смогут они определить, находится ли их станция в покое на Земле, либо она движется равномерно и прямолинейно по земной орбите? Тот факт, что космическая станция совершает орбитальное движение, не меняет сути дела, поскольку корабль Галилея, также движется не абсолютно прямолинейно, а по окружности земной поверхности? Таким образом, если принцип относительности Галилея-Эйнштейна верен, то космонавты не смогут определить, где находится их космический корабль: на Земле или в космосе. Если принцип относительности Галилея-Эйнштейна не верен, то, наоборот, - смогут. Но ответ-то в данном случае, очевиден: - конечно, смогут!
   Конечно, смогут благодаря хорошо известному науке XX века, но неизвестному Галилео Галилею факту, что все материальные тела внутри МКС находятся в состоянии невесомости. Ну а в условиях невесомости все физические процессы протекают по-другому, нежели на земной поверхности. Так предметы, выпущенные из рук, не падают, а свободно парят в воздухе. Вода не проливается и не растекается по полу, а собирается в свободно парящие шары, которые при соударении отскакивают от стен, пола и потолка станции. Процесс кипения воды заметно замедляется, нежели в условиях земной гравитации. Пламя свечи приобретает сферическую форму. По-иному происходят процессы плавления и кристаллизации металлов и т.д., и т.п. Вообще, следует отметить, что в условиях невесомости не только физические, но и химические, и биологические процессы протекают не так, как на Земле, и этим занимаются соответствующие разделы наук, такие как физика невесомости, химия невесомости, биология невесомости.
  
   Следовательно, мы теперь больше не вправе связывать систему отсчета Земля и систему отсчета МКС, с принципом относительности Галилея-Эйнштейна, несмотря на то, что обе рассматриваемые системы отсчета подпадает под критерий ИСО. Теперь стало понятно, что совершенно неоправданно, а так же логически и физически необоснованно заявить, что Земля движется относительно МКС. Более того, теперь мы просто обязаны объявить, что "МКС движется относительно Земли", и никогда наоборот.
  Следовательно, принципа относительности Галилея-Эйнштейна в природе не существует ни в галилеевском, ни, тем более, в эйнштейновском его понимании. Принцип относительности Галилея был справедлив лишь как аргумент в споре со сторонниками геоцентрической системы мира, но он не может рассматриваться, ни как универсальный физический принцип, каковым попытался сделать его Эйнштейн, ни как, тем более, фундаментальный закон природы, каковым объявляют его некоторые современные словари и энциклопедии.
   В конце концов, даже в трюме галилеевского корабля при помощи изобретённого уже в ХIХ веке прибора - магнетометра, можно обнаружить, движется ли корабль по силовым линиям магнитного поля Земли, или напротив, находится в покое на якоре. Следовательно, многовековой спор физиков о наличии или отсутствии привилегированных (абсолютных) системы отсчета должен быть решен положительно.
  
   Представляется, что таких систем можно насчитать четыре в соответствии с иерархическим членением космоса: планета - звезда - галактика - Вселенная. Точкой начала отсчета должен быть гравитационный центр масс соответствующей материальной системы. Так если в поле тяготения Земли точкой начала отсчета будет геометрический центр Земли, то Землю следует считать неподвижной, естественной и абсолютной системой отсчета, тогда как все другие принудительно или естественно движущиеся относительно Земли тела, в принципе можно так же считать соответственно искусственными или естественными, но уже относительными системами отсчета.
  
  Если в поле тяготения точкой начала отсчета будет уже не Земля, а Солнце, то Земля тогда уже будет рассматриваться не как абсолютная, а относительная система отсчета, вращающаяся вокруг своей оси и движущаяся при этом вокруг абсолютной системы отсчета - покоящегося Солнца, со скоростью примерно 30 км/с.
  
  В масштабах галактики (Млечного пути) уже Солнце вместе со всеми своими планетами будет рассматриваться как относительная система отсчета, движущаяся вокруг галактического центра масс со скоростью примерно 300 км/с., делая при этом полный оборот за 127 миллионов лет.
  
   Вопрос о центре Вселенной долгое время оставался открытым, пока в 1986 году интернациональная группа астрономов, назвавшая себя "7 самураев" (Alan Dressler, Sandra Faber, David Burstein, Roger Daivis, Donald Lynden-Bell, Roberto Terlevich, Gary Wegner) не открыла вселенский центр масс, получивший название Великий Притяжитель (Great Attractor). Британская энциклопедия дает следующее определение Великого Притяжителя: "Предполагаемая концентрация масс, которая влияет на движение многих галактик, включая Млечный путь.
   В 1986 году группа астрономов, наблюдающая движение Млечного пути и соседних галактик, заметила, что галактики движутся в направлении суперскопления Hydra-Centaurus в южном небе со скоростью, значительно отличающейся от той, которая предсказывается законом Хаббла для расширяющейся Вселенной. Одним из возможных объяснений нарушения закона Хаббла является существование так называемого Великого Притяжителя - региона или структуры огромной массы (эквивалентного десяткам тысяч галактик), оказывающих гравитационное воздействие на окружающие галактики. Подсчитано, что Великий Притяжитель должен иметь диаметр в 300 миллионов световых лет, и что его центр расположен примерно в 147 миллионах световых лет от Земли. Представление о Великом Притяжителе, как о вселенском центре масс углубляется следующей цитатой с сайта www.CyberSpace.com.: "Представляется, что Великий Притяжитель располагается в направлении созвездия Virgo. Отдельные галактики, включая Млечный путь, движутся по направлению к нему со скоростью приблизительно 700 км/с. Тогда как с противоположной стороны несколько галактик так же движутся по направлению к нам, что указывает на источник гравитационного притяжения, как на относительно небольшой сверхмассивный объект.
   Выявление вселенского центра масс говорит о том, что силы гравитационного притяжения галактик возобладали над силами инерции их "разбегания", возникшими в результате Большого взрыва. Сегодня мы наблюдаем начало процесса стягивания всей материи Вселенной в район ее геометрического центра, находящегося внутри сверхскопления Abell 3627. Когда этот процесс закончится, вместо современной нам Вселенной мы будем иметь лишь безразмерную сверхплотную "точку сингулярности" - фаза манвантары сменится фазой пралайи. А затем снова произойдет Большой взрыв... Итак, система отсчета, связанная с геометрическим центром масс Вселенной, - это абсолютная система отсчета.
  
   Дмитрий Тальковский. Глубокоуважаемый Игорь Смородин, дорогие читатели все, что написано в главе 'Эйнштейн. Главный парадокс минувшего века' вплоть до настоящего момента полностью совпадает с моими собственными суждениями и потому я готов подписаться под каждым выше написанным словом, каждой вытекающей из этих слов мыслью. Другими словами, когда я читаю и даже исправляю текст, то мне кажется, что все что написано выше, написал не Игорь Смородин, а Дмитрий Тальковский. Дорогой читатель, если Вы сомневаетесь в сказанном, Вы можете просто даже бегло ознакомиться с моими материалами и убедиться в том, что суждения Игоря Смородина и Дмитрия Тальковского по рассматриваемым выше вопросам, тождественны.
   Тем более мне кажется неожиданным и даже невероятным, что при таком тождестве суждений на такое большое число рассматриваемых вопросов, некоторые дальнейшие наши рассуждения и выводы, не всегда конечно, но неоправданно часто, как мне представляется, не то, что тождественны, но они просто диаметрально противоположные. Это напоминает мне душ с теплой и холодной водой: то все совпадает, а то все напротив. Так или иначе, речь снова зашла о Большом взрыве. Тем не менее, мое отношение к (Big Bang) Большому взрыву, не изменилось. Я по-прежнему остаюсь на позиции, которая исчерпывающе подробно изложена в дискуссии Гарик - Березина - Тальковский: В тупике ли физика? Выдержка из этой дискуссии прилагается:
  
   Гарик. Теперь давайте обсудим утверждения Лены Березиной. Поскольку многие из них относятся к Большому взрыву (Big Bang), в котором, по современным космологическим представлениям, возникла вселенная. Несколько слов о самом взрыве и откуда он взялся. Если не ошибаюсь, то в общей теории относительности были выведены уравнения описывающие эволюцию вселенной (уравнения Эйнштейна). Это довольно сложная система уравнений, которую решить очень и очень не просто. Но и просто решить - это недостаточно. Математических решений бесчисленное множество и нужно выбрать те из них, которые могли бы быть применимы к окружающему нас миру.
   Это и сделал Фридман. Он умудрился построить несколько решений, которые достаточно хорошо согласуются с астрономическими наблюдениями. Естественно было пройтись по этим решениям назад по времени и посмотреть, что же было раньше. Оказалось, что если идти назад, то видишь, как вся наша вселенная собирается в кучку, а кучка делается все меньше и меньше пока, в один прекрасный момент, вся вселенная не соберется в точку. Вот так и появилась теория Большого взрыва, в результате которого из точки и появилась вселенная. Как только такие слова были произнесены, то у неспециалистов появилось множество вопросов. Кто нажал кнопку на детонаторе? Где же была спрятана вся эта "взрывчатка" и кто ее туда подложил? А что же специалисты? А специалисты работают себе дальше. Для них в этом результате нет ничего особенно странного или удивительного. Ну, началось все взрывом. Ну и бог с ним.
  
   Д.Т. Простите меня великодушно за то, что вмешиваюсь в Вашу милую беседу, которая мне очень и очень даже нравится. Но мне тоже прямо таки не терпится сказать сначала хотя бы пару слов в оправдание существования теории (Big Bang).
  
   Гарик. Для того эти комментарии и сделаны, чтобы в них можно было вмешиваться.
  
   Д.Т. Глубокоуважаемый Гарик, как мне представляется, дело здесь даже не столько в упомянутых Вами выше уравнениях Эйнштейна и их решениях Фридмана, уже не говоря о Ваших великолепных, почти романтических описаниях этого самого Big Bang. Сколько, как я полагаю, в механике сэра Исаака Ньютона, которая устроена таким образом, что бы ей заработать, необходим первоначальный Божественный толчок.
  Как Вам вероятно известно, Ньютон работал, или как мы теперь говорим, занимался научной деятельностью в эпоху жестокого культа Церкви, которая научные работы, без прямой ссылки на нашего творца - Бога, отправляла не в типографии, куда их посылали, а вместе с учеными, назвав их еретиками, на костер. Какие времена, такие и нравы. Таким образом, как мне представляется, что бы избавиться от необходимости решать не существующую в природе или, по крайней мере, совершенно не касающуюся нас непосредственно проблему Big Bang, надо в полной гармонии с настоящим гуманным временем исправить механику Исаака Ньютона. То есть, сделать то, что ему, по указанным выше причинам, сделать не позволили. Еще раз простите меня великодушно, если я что-то говорю, как может показаться Вам вдруг, не по делу.
  
   Гарик. НЕ могу сказать по делу или нет. Но, если честно, не понял, что именно Вы хотели здесь сказать. Не понимаю, зачем механике Ньютона "Божественный толчок". Я, помнится, учил все это и, ей Богу, никакие толчки для самой механики не нужны. Толчок нужен какому-либо телу, если вы хотите, чтобы оно начало двигаться. Но, если, вас устраивает все, как есть, можно прекрасно обойтись без "толчков".
  
   Д.Т. Как не странно, я тоже учился в школе, где меня учили: чтобы механика Ньютона заработала, то есть, стала объяснять, как устроена Вселенная и как она развивается в пространстве и времени ей, то есть, механике Ньютона, необходимо предположение о первоначальном Божественном толчке. Потому что только после первоначального Божественного толчка, законы движения Ньютона, дадут свое положительное описание мира, наблюдаемых нами явлений: равномерного движения планет по инерции, по своим орбитам вокруг Солнца.
  Как Вы понимаете, речь идет о принципе относительности движения Галилея или первом законе Ньютона, согласно которому существуют такие системы отсчета, относительно которых тело (материальная точка) при отсутствии на нее внешних воздействий (или при их взаимной компенсации) сохраняет состояние покоя или равномерного прямолинейного движения. Системы отсчета, в которых выполняется первый закон Ньютона, называют инерциальными. Следовательно, инерциальными являются такие системы отсчета, относительно которых материальная точка при отсутствии на нее внешних воздействий или их взаимной компенсации покоится или движется равномерно и прямолинейно. Наблюдения показывают, что с очень высокой степенью точности можно считать инерциальной системой отсчета гелиоцентрическую систему, у которой начало координат, связано с Солнцем, а оси направлены на "неподвижные" звезды. Таким образом, что бы объяснить наблюдаемое равномерное движение планет вокруг Солнца, осуществляемого в полном соответствии с законами движения Ньютона, божественный толчок просто необходим. Другими словами, без него, этого самого божественного Big Bang, механика Ньютона не может работать в принципе, что мной и было сказано. Что же здесь непонятного?
  
  Дмитрий Тальковский. Продолжение. Что же касается моего отношения к принципу относительности Галилея-Эйнштейна (Первому постулату Тории Относительности) то, как уже было сказано выше, мое отношение к этому постулату Эйнштейна, тождественно отношению к нему Игоря Смородина, в том числе и тогда, когда он говорит: 'Следовательно, мы теперь больше не вправе связывать систему отсчета Земля и систему отсчета МКС, с принципом относительности Галилея-Эйнштейна, несмотря на то, что обе рассматриваемые системы отсчета подпадает под критерий ИСО. Теперь стало понятно, что совершенно неоправданно, а так же логически и физически необоснованно заявить, что Земля движется относительно МКС. Более того, теперь мы просто обязаны объявить, что "МКС движется относительно Земли", и никогда наоборот'. Другими словами мы просто обязаны объявить, что движение относительной системы отсчета - МКС, относительно абсолютной системой отсчета - Земля, является не относительным, а абсолютным.
  
  Точно также, если в поле тяготения точкой начала отсчета будет не Земля, а Солнце, то Земля будет рассматриваться уже не как абсолютная, а относительная система отсчета. Рассматриваться как относительная система отсчета, вращающаяся с абсолютной скоростью вокруг своей оси и движущаяся при этом вокруг абсолютной системы отсчета - покоящегося Солнца, со скоростью примерно 30 км/с. То есть и вращение Земли вокруг своей оси, и движение Земли со скоростью примерно 30 км/с. вокруг Солнца в этом случае, как и движение МКС вокруг Земли, также будет носить абсолютный характер.
  
   Игорь Смородин. Продолжение. Первый постулат Эйнштейна (постулат относительности) в современной формулировке БСЭ звучит следующим образом: "Принцип относительности - один из наиболее фундаментальных физических законов, согласно которому любой процесс протекает одинаково в изолированной материальной системе, находящейся в состоянии покоя, и в такой же системе, находящейся в состоянии равномерного прямолинейного движения. Состояние движения или покоя определяется здесь по отношению к произвольно выбранной инерциальной системе отсчета; физически эти состояния полностью равноправны".
   Согласно принципу фальсифицируемости Поппера, если научная теория не находит подтверждения хотя бы в одном-единственном случае, она уже не может считаться верной и, соответственно, утрачивает статус научной теории. Мы уже рассмотрели случай, при котором не соблюдается принцип относительности Галилея-Эйнштейна. Но если неверен основополагающий принцип, то отсюда неверна и теория, несущая одноименное название. Тем не менее, продолжим рассмотрение постулатов CТО и рассмотрим второй ее постулат, который в формулировке самого Эйнштейна гласит: "Свет в пустоте всегда распространяется с определенной скоростью V, не зависящей от состояния движения излучающего тела".
  
  Второй постулат Эйнштейна так же ошибочен, как и первый, - он возник как следствие неверной интерпретации опыта Майкельсона-Морли (1887). Целью этого опыта было зафиксировать движение Земли относительно неподвижного мирового эфира, который мыслился как среда распространения световых волн и рассматривался в качестве абсолютной системы отсчета. Для этого световые лучи в интерферометре Майкельсона испускались в направлении движения Земли и отражались в перпендикулярном и противоположном направлении. Если бы эфир как неподвижная всепроникающая среда, сквозь которую движутся все небесные тела в космосе, существовал, то скорость света в направлении движения Земли была бы (V+30)км/с.
  А в противоположном направлении (V-30)км/с. Однако опыт не зафиксировал какого-либо различия в скорости света в зависимости от направления распространения светового луча.
   Из опыта Майкельсона-Морли следовало два безусловных вывода: 1) эфир не существует; 2) скорость света в воздухе (земной атмосфере) одинакова по всем направлениям. Здесь следует подчеркнуть: в воздухе, а не в вакууме, как уверяет Эйнштейн! Для наглядности проведем мысленный эксперимент. На полпути между Парижем и Токио установим маяк, который периодически испускает мощные вспышки света. Несмотря на то, что луч света, двигающийся по направлению к Токио (с запада на восток), совпадает с направлением движения Земли, а луч света, двигающийся по направлению к Парижу, противоположен ему. Лучи света достигнут наблюдателей в Токио и Париже одновременно, поскольку земная атмосфера (как и Токио, вместе с Парижем) движется вместе с Землей. Но стоит только световому лучу вырваться за пределы земной атмосферы и направиться в сторону какого-либо небесного тела Солнечной системы. То есть, из системы отсчета, связанной с Землей, и перейти в систему отсчета, связанную с Солнцем, как для вычисления скорости света придется учитывать взаимное направление движения и собственную скорость источника и приемника. Это вполне очевидно, понятно и не требует дальнейших пояснений.
  
   Дмитрий Тальковский. Глубокоуважаемый Игорь Смородин! А вот здесь я с Вами совершенно не согласен. То есть я не согласен с тем, что Вы говорите о втором постулате Эйнштейна: 'Это вполне очевидно, понятно и не требует дальнейших пояснений'. Как раз напротив, речь идет, как мне представляется все о том же душе с горячей и холодной водой. При этом я совсем не собираюсь на чем-то настаивать, уподобляясь при этом релятивистам, которые если и говорят что-то, то исключительно одну правду, естественно, в последней инстанции. Напротив, совершенно напротив, после того как было установлено что мы, независимо друг от друга выработали одинаковое отношению к первому постулату Тории Относительности Эйнштейна, у меня появилась реальная надежда на возможность объяснить свое отношение и второму постулату Эйнштейна, естественно исходя из тех точек соприкосновения, которые уже у нас имеются. В частности, у Вас можно прочитать: 'Следовательно, принцип относительности Галилея-Эйнштейна в природе не существует ни в галилеевском, ни, тем более, в эйнштейновском его понимании. Принцип относительности Галилея был справедлив лишь как аргумент в споре со сторонниками геоцентрической системы мира, но он не может рассматриваться, ни как универсальный физический принцип, каковым попытался сделать его Эйнштейн, ни как тем более, фундаментальный закон природы, каковым объявляют его некоторые современные словари и энциклопедии'.
  
   Другими словами Вы, глубокоуважаемый Игорь Смородин, совершенно справедливо, как мне представляется, с одной стороны подвергаете критике Принцип относительности Галилея но, тем не менее, с другой стороны, не отождествляете эту свою критику с уничтожающей критикой Принцип Относительности Эйнштейна. Все это происходит по той простой причине, что все мы теперь просто не можем не осознавать, что Принцип относительности Галилея не только позволил официально развивать гелиоцентрическую систему, как альтернативную геоцентрической системе мира, что уже само по себе архиважно. Но Принцип относительности Галилея также еще и позволил открыть новую, а именно научную страницу в решении проблемы, которую условно можно назвать теперь проблемой систем отсчета и которую Вы, между прочим, также обозначаете, когда говорите: 'Следовательно, многовековой спор физиков о наличии или отсутствии привилегированных (абсолютных) системы отсчета должен быть решен положительно. Представляется, что таких систем можно насчитать четыре в соответствии с иерархическим членением космоса: планета - звезда - галактика - Вселенная. Точкой начала отсчета должен быть гравитационный центр масс соответствующей материальной системы. Так если в поле тяготения Земли точкой начала отсчета будет геометрический центр Земли, то Землю следует считать уже в этом случае неподвижной. То есть, естественной абсолютной системой отсчета наблюдателей (людей), относительно которой среды их жизнеобеспечения - воздух и гравитационное поле Земли, на незначительном от ее поверхности расстоянии - покоятся'. Тогда как все другие принудительно или естественно, движущиеся относительно Земли тела как я, вместе с Вами, надеюсь, считаю, можно назвать, соответственно, искусственными или естественными, но уже относительными системами отсчета.
  
   Что касается учения Галилео Галилея о системах отсчета, то в силу известных причин, он не мог делить системы отсчета на относительные и абсолютные, как это совершенно свободно теперь можем позволить себе мы. Галилей был просто вынужден все системы считать, во-первых, инерциальными, а во-вторых, тождественными, то есть инвариантными или абсолютно одинаковыми системами отсчета. Другими словами, как это определенно мы знаем теперь, и покоящиеся, и равномерно движущиеся корабли Галилея - это искусственные относительные системы отсчета, которые не способны увлекать, а единственно могут только при своем движении переносить естественную среду жизнеобеспечения наблюдателей, в частности воздух. Что же касается переноса собственного гравитационного поля, то естественно, в силу незначительности размеров и массы кораблей Галилея, эти относительные системы отсчета не могут иметь и, конечно же, тогда и переносить свое собственное гравитационное поле. Не могут переносить свое собственное гравитационное поле на расстоянии от их поверхности соизмеримого хотя бы с ростом наблюдателя - человека. Иллюзия же инвариантности рассматриваемых систем отсчета в этом случае обеспечивается равномерностью движения и незначительностью скорости движения кораблей Галилея.
  
   Таким образом, любые рассматриваемые нами относительные системы отсчета, в зависимости от условий их движения и устройства, друг по отношению к другу, а также по отношению к абсолютной системе отсчета - Земля, могут быть: инвариантными, условно инвариантными, т. е., приблизительно инвариантными и неинвариантными. Судите сами. Пусть корабль Галилея стоит на якоре, а на море штиль. Тогда априори, относительная система отсчета - корабль Галилея, инвариантна абсолютной системе отсчета - Земля. Если же море разбушевалось, и корабль Галилея вынужден двигаться не только с разными скоростями, но и в разных плоскостях, то тогда естественно, об инвариантности такого взбушевавшегося корабля Галилея, спокойной Земле, как-то и говорить, не приходится. Другими словами, здесь мы имеем пример неинвариантных систем отсчета. Но вот море успокоилось, корабль Галилея стал двигаться равномерно с ничтожной, по сравнению со светом, скоростью. Естественно, в этом случае, в том числе и отдавая дань гениальности учителя - Галилео Галилея, уместно говорить об условной инвариантности рассматриваемых систем отсчета.
  
   Что же касается свойств инерциальности абсолютной системы отсчета - Земля и относительных систем отсчета - кораблей Галилея. То, как совершенно справедливо, опять же насколько я могу судить, Вы утверждаете: инерциальных систем отсчета, то есть таких систем отсчета, в которых тела покоятся, или движутся равномерно без всяких на то причин как угодно долго, в природе не существует. Именно потому движение рассматриваемых как инвариантных, так и неинвариантных систем отсчета можно и даже всегда нужно определять для того, по крайней мере, что бы иметь возможность устанавливать свойство их инвариантности (не инвариантности) или условной инвариантности. Глубокоуважаемый Игорь Смородин, мы так подробно остановились на учении о системах отсчета для того только, что бы иметь возможность перейти к анализу неверной, как Вы совершенно справедливо утверждаете, интерпретации Эйнштейном, опыта Майкельсона-Морли (1887). При этом я хочу обратить Ваше внимание, внимание дорогих читателей на то, что свою основную работу 'Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета', в которой развивается учение Галилея о системах отсчета, и основное содержание которой начинает со слов: 'Специальная теория относительности А.Эйнштейна основывается на двух постулатах, каждый из которых, в интерпретации А.Эйнштейна противоречив'. Я начинаю, тем не менее, со скрупулезного анализа теории распространения или передачи информации при помощи волн. Другими словами, прежде чем перейти к анализу постулатов СТО в их интерпретации Эйнштейна, я скрупулезно рассматриваю примеры распространения волн звука в различных системах отсчета.
  
   Д. Тальковский. Минск, 1979 год.
  
  ФИЗИКА ЯВЛЕНИЙ В ДВИЖУЩИХСЯ И НЕПОДВИЖНЫХ СИСТЕМАХ ОТСЧЕТА
  
  ВВЕДЕНИЕ
  
   Вашему вниманию, дорогой читатель, предлагается точка зрения, отличающаяся от известной точки зрения на Принцип относительности Галилея-Эйнштейна и системы отсчета. Предлагаемый подход к системам отсчета заключается в настоятельной необходимости определения геометрических размеров и физических свойств, рассматриваемых систем отсчета, а также признании различия физических систем отсчета и математических систем координат. Система отсчета в таком случае, это не что иное, как совокупность физического пространства и времени, которые обеспечивают жизненные условия наблюдателям, покоящимся в этих системах отсчета Другими словами, пространство на поверхности Земли - это естественная абсолютная система отсчета, живущих на ней наблюдателей (людей).
  
  Измеряя ускорение свободного падения тел в поле гравитационного притяжения Земли на разных широтах, наблюдатели пришли к выводу, что пространство на поверхности Земли изотропное, или при разных широтах, условно, т. е., приблизительно изотропное, в направлении, перпендикулярному радиусу Земли, и анизотропное в направлении, параллельному радиусу Земли. Все известные системы отсчета воспринимаются наблюдателями на Земле как внутренние и внешние, относительные и абсолютные, естественные и искусственные, неинвариантные и инвариантные, инерциальные и неинерциальные. Необходимо так же отметить, что инерциальных систем отсчета, то есть систем отсчета, в которых тела по инерции, то есть без всяких на то причин, могут или покоится, или равномерно двигаться как угодно долго, в природе не существует. Не существует потому, что все тела во Вселенной притягиваются друг к другу с силой, определяемой Законом всемирного тяготения, из-за чего каждое тело обладает инерцией, т. е., свойством сохранять состояние своего покоя, пропорциональное массе, а так же гравитационной плотности системы отсчета, в которой это тело находится. Если же в системе отсчета на тело действуют уравновешивающие друг друга силы, в том числе и силы гравитационного притяжения, или их равнодействующая сила меньше силы инерции, то тело в этой системе отсчета стремится покоиться, то есть, стремится со временем стать составной и неотъемлемой частью этой системы отсчета.
  
  Инвариантные системы отсчета в таком случае, это не что иное, как разные материальные объекты, например, абсолютная система отсчета - Земля, а также другие, но уже относительные система отсчета - к примеру, корабли Галилея, физические свойства пространства у которых, одинаковые. В силу чего все процессы в инвариантных системах отсчета протекают идентично и естественно, определяются одними законами. Если в инвариантных системах отсчета, которые раньше назывались инерциальными, одинаковые значение принимали только изменение скорости и силы, то теперь в инвариантных системах отсчета одинаковое значение принимают также скорость и расстояние. Более того, определение движения тел, а также рассмотрение явлений в системах отсчета, к которым тела, вещества не относятся непосредственно, строго говоря, лишено смысла. Очевидно, что по мере все более глубокого изучения и освоения космического пространства, новый взгляд на системы отсчета будет приобретать все более и более актуальный характер.
  
   Важным, как мне представляется, является также и то, что при обосновании нового взгляда на системы отсчета и принцип относительности Галилея-Эйнштейна, я старался придерживаться известного правила. А именно, не принимать за истинное что-либо, что таким не является, и строго соблюдать порядок, в каком следует выводить одно суждение из другого. Другими словами, я стремился исходить из опыта, который мне представляется в виде законов философии, закона сохранения энергии, всемирного закона тяготения, Второго закона Ньютона. Выводы из теории, как я считаю, всегда должны подтверждаться экспериментами.
  
  Что касается идеализированного, то есть не осуществимого в принципе эксперимента Галилея, на основании которого был сделан вывод о тождественности состояний покоя и равномерно-прямолинейного движения Земли, вокруг Солнца, первый закон Ньютона, СТО А.Эйнштейна - были положениями, отвергнутыми как ложный опыт. Разумеется, эксперимент всегда должен подтверждать выводы из теории, но только в том случае если теория построена на опыте, а выводы вытекают непосредственно из этой теории. Если же эксперимент не подтверждает выводы из теории, то естественно, уточнению подлежит теория и что важно, но что не всегда выполняется, именно та часть ее, которая привела к несоответствию ожидаемых и наблюдаемых явлений, то есть та часть теории, которая построена на ложном опыте.
  
   Вот почему важно разделять и опасно отождествлять ложный опыт, опыт и эксперимент. Ведь из ложного опыта вытекает ложная теория. Попытки же создания новой теории не всегда успешны. К такой неудачной попытке относится Специальная теория относительности Эйнштейна, в которой за счет отрицательного решения основного вопроса философии, найдено объяснение результатам эксперимента Майкельсона-Морли. Разные понятия, как Вы понимаете, дорогой читатель, опыт и отрицательный эксперимент. Настолько как, к примеру, в геометрии: аксиомы и теоремы. Аксиомы определяют геометрию так же, как опыт определяет физику. А.Эйнштейн же, в частности, предпринял попытку создания новой физики, которая не только не исходит из опыта, но которая и реальную действительность подвергает переосмыслению. В этом ее "революционность". Но беда в том, что в основу СТО положены неявно выраженные предположения, противоречащие опыту: отвергается материальность среды распространения света. Явно же сформулированные постулаты, объясняющие результаты отрицательного эксперимента Майкельсона-Морли, в конечном итоге приводят к выводам, противоречащим опыту.
  
   Порочность подобных действий - подмена опыта отрицательным экспериментом, очевидна. Принимая во внимание отрицательный результат эксперимента Майкельсона-Морли, А.Эйнштейн рассмотрел два случая, а именно, увлечение и не увлечение движущейся Землей среды распространения света. Рассмотрев две крайние возможности распространения света в относительной системе отсчета - Земля, Эйнштейн оставил без внимания естественную возможность, когда среда распространения света, предположительно гравитационное поле Земли, на незначительном от ее поверхности расстоянии, увлекается Землей. Но как можно путешествуя на автомобиле, изолирующем Вас от влияния внешней среды, исключать возможность, что Земля, отправляясь в свой космический полет, позаботилась о себе подобным, же образом.
   Другими словами, Альберт Эйнштейн невнимательно читал Галилео Галилея, который в своем бессмертном произведении 'Опыт, показывающий несостоятельность всех опытов, приводимых против движения Земли' писал: 'Уединитесь с кем-либо из друзей в просторное помещение под палубой какого-нибудь корабля, за?паситесь'. Обратите внимание на слово, уединитесь, то есть, изолируйтесь. Более того, ни эксперимент Майкельсона-Морли, ни опыт Физо или годичная аберрация звезд, ни любые другие эксперименты, не могут отрицательно решить основной вопрос философии - опровергнуть существование среды распространения света. Простите, отрицать среду распространения света могут только люди, стремящееся поставить развитие физики на идеалистическую основу.
  
   В.И.Ленин в книге "Материализм и эмпириокритицизм" писал: "Значит вне нас, независимо от нас и от нашего сознания существует движение материи, скажем, волны эфира определенной длины и определенной быстроты, которые, действуя на сетчатку, производят в человеке ощущение того или иного цвета. Так именно естествознание и смотрит. ... Это и есть материализм: материя, действуя на наши органы чувств, производят ощущения. Материя есть первичное. Ощущение, мысль, сознание - есть высший продукт особым образом организованной материи - ВТОРИЧНОЕ. Релятивисты же, выбросив из физики среду распространения света - первичное, автоматически поставили на первое место мысль, ощущение, сознание - идею. И, согласно классическому определению, стали идеалистами, использующими затруднения физики, для решения своих, узкокорыстных целей.
  
  Философия релятивистской физики А.Эйнштейна - идеализм. Не знать это, или делать вид, что это не так - значит сознательно подвергать себя обману. Тем не менее, среди физиков, считающих себя материалистами, широко распространено мнение, что в СТО А.Эйнштейна никакого идеализма нет и, что если Эйнштейн и отказался от "эфирной" теории света, то только в результате тех противоречий, в которых физика к тому времени запуталась сама. Более того, оказывается и в отказе от эфира, нет никакого идеализма, так как материализм утверждает только существование объективной реальности вне нашего сознания. А в каких формах существует материя - эфир это, или силовые поля - для материалиста не имеет значения, так как этот вопрос должны решать физики и астрономы, а не философы. Уместно уточнить: физики - релятивисты, астрономы, научившиеся мыслить как релятивисты? Как Вы уже заметили, дорогой читатель, приведенное выше рассуждения находится в вопиющем противоречии с материалистической философией, которая утверждает, что: "... коренной вопрос философии - это вопрос о том, что первично - материя или сознание, что является источником нашего познания. Этот основной вопрос всякого мировоззрения нельзя смешивать с теми конкретными вопросами, которые решает физика, химия и другие науки". Совершенно очевидно, что релятивисты, выбросив из физики выродка в семье физических субстанций - эфир, материю, стали откровенными, хотя и не признающими это, идеалистами. В.И.Ленин, полемизируя со своими оппонентами, утверждал, что вопрос о признании существования материи, как объективного источника наших ощущений, есть именно гносеологический, а не физический или химический вопрос. Действительно, не имеет существенного значения, как называть среду распространения света - эфиром или силовым полем. Но заблуждающиеся вслед за Эйнштейном физики, считающие, что в релятивистской физике слово "эфир" просто заменено силовым полем, забыли как важно, чтобы это силовое поле - материя, не оставалось выродком в семье физических субстант, чтобы оно всегда занимало изначальное место в процессе познания мира окружающей действительности.
  
  Тем не менее, релятивизм у нас широко распространен и продолжает все больше и больше распространяться дальше, что видно хотя бы из названия телепередачи "Очевидное - невероятное". Заметьте, в популярной телепередаче очевидное выступает и определяется уже как что-то непонятное и невероятное. То есть, решается не научная задача, в результате чего из неизвестного и невероятного получается что-то очевидное и понятное, а наоборот, строго по А.Эйнштейну. Нельзя не заметить, что сама постановка вопроса: очевидное - невероятное, содержит в себе сверхзадачу на решение которой, как на алтарь, уже положено пятьдесят миллионов человеческих жизней. Нельзя допустить, чтобы жизни всего человечества были отданы на откуп решения этой абсурдной во всех отношениях задачи. И вообще непонятно: зачем физике светлое, делать темным, если и так всем хорошо известно, что свет - это самое темное пятно современной физики?
  
   Таким образом, релятивисты не без основания видят смертельную угрозу своему существованию в вечно живом и верном марксистско-ленинском материалистическом учении. Так у В. Л. Гинзбурга можно прочитать: "Нельзя, однако, не признать, если говорить об истории философии в целом, такие "лабораторные занятия" философов в значительном числе случаев не принесли науке пользы, а иногда и наносили большой вред. Оглядываюсь назад, мы видим, что нет, пожалуй, ни одной великой теории в области физики, астрономии и биологии, которая не была провозглашена представителями тех или иных философских направлений или ложной, или даже антинаучной и крамольной". Отсюда, как Вы понимаете, дорогой читатель, и нападки на философов-материалистов, попытки изменить основной вопрос философии, отождествить разные философские направления, подорвать доверие к основным материалистическим постулатам. Задача релятивистской физики, как известно, заключается в упорядочении постижений мира наших чувственных восприятий. Задача прямо скажем - нелепая, не имеющая ничего общего с наукой - познанием мира явлений. Естественно, для познания мира окружающей действительности надо исходить не из релятивистских постулатов Теории Относительности А. Эйнштейна, а из опыта.
  
   СТО Эйнштейна начинайся с грубой ошибки, не заметить которую, исходя из опыта, невозможно: "Известно, что электродинамика Максвелла приводит в применении к движущимся телам, к асимметрии, которая не свойственна, по-видимому, самим явлением" Если эту основную мысль учения Альберта Эйнштейна выразить другими словами, то она будет выглядеть приблизительно так. До меня (Эйнштейна) считали, что если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. После меня, Эйнштейна, Магомет, идя к горе, может считать себя покоящимся и считать, что не он, а гора идет к Магомету. Потому что, как утверждает учитель Эйнштейн, все зависит от точки зрения или систем отсчета. А так как все системы отсчета равноправны, то у Вас нет никакой возможности выделить хотя бы одну из них. Или, вот еще один взгляд на учение Эйнштейна. Есть точка зрения, система отсчета, в которой Че Гевара - это человек, бесконечно любящий человечество и который, подобно Данко, отдал свою собственную жизнь во имя торжества жизни всех людей на планете Земле. И есть другая точка зрения, система отсчета, в которой Че Гевара - это бандит, вторгшийся в Боливию с целью свержения, милого буржуазии, господствующего там строя. Строя, который сам при этом, уничтожает своих собственных людей. Как видите, имеются две точки зрения, две системы отсчета, но так как они равноправные, у Вас нет никакой возможности выделить хотя бы одну из них. Че Гевара, лейтенант Колли, а теперь и президент Грузии, Соакашвили - герои они или бандиты, установить никак невозможно.
  
   Специальная теория относительности - идеалистическая теория еще и потому, что при синхронизации удаленных друг от друга часов, не вводится поправка на конечность скорости распространения синхронизирующего светового сигнала. А.Эйнштейн предложил условия синхронизации часов. Но условия синхронизации часов, кем бы они, ни были определены и как удачно небыли сформулированы, не смогут заменить саму синхронизацию часов. В конечном итоге, если поправка на запаздывание синхронизирующего сигнала не вводится, то синхронизация часов отсутствует. Остаются только идеалистические рассуждения, не способствующие объективному развитию физики. Остаются рассуждения, которые, вместе со спекулятивным отношением к отрицательным величинам, нулю и бесконечности, приводят к торжеству безумия в физических концепциях. Господствующими, становятся наиболее безумные концепции. Чтобы положить конец этому безумию, можно предположить, наконец, что средой распространения света является гравитационное поле, имеющее разную степень своей плотности. Так, например, плотность гравитационного поля, определяемая непосредственно на поверхности планет, в том числе и Земли, отличается от гравитационной плотности околопланетного и межзвездного пространства. В таком случае, совершенно обоснованно можно говорить об увлечении планетами и звездами своего собственного гравитационного поля. То есть, можно совершенно обоснованно говорить об увлечении относительной системой отсчета - Земля, вращающейся вокруг своей оси и движущейся вокруг Солнца, своего собственного гравитационного поля, которое, как мы уже знаем, является средой распространения света.
  
  Предлагаемая Вам статья, дорогой читатель, лишена внутренних противоречий при количественном описании электромагнитных явлений, в частности, при описании распространения света в движущихся и неподвижных системах отсчета. В соответствии с материалистическим учением, я стремился также не отождествлять математическое время и геометрическое пространство с объективными формами существования материи, физическим пространством - временем. Понимание относительности наших знании, признание, в отличие от релятивистов, считающих, что в мире все относительно, существование абсолютных истин, выгодно отличает предлагаемой Вашему вниманию точку зрения от других точек зрения. В заключение обычно принято благодарить тех и других ученых, которые проявили внимание к статье и чуткость к автору. Мне же некого благодарить ни за чуткость, ни за внимание. Сложилась парадоксальная ситуация: в стране, основателем которой является В.И.Ленин, последователь его идей в физике не может рассчитывать на внимание ученых-физиков. Попытки же связать публикацию моей статьи, с проведением эксперимента по обнаружению гравитационных волн в США через 10-15 лет, - абсурдны. Если разум не способен отличить ложное и истинное, его носителям не нужен опыт, их предназначение заключается в том единственно, чтобы осуществлять отрицательные эксперименты.
  
   О РАСПРОСТРАНЕНИИ ЗВУКА
  
  Ввиду того, что А.Эйнштейн, рассматривая случаи распространения звуковых волн, при обосновании постулатов СТО, исходил из совершенно ошибочных своих суждений и выводов о распространении звука и света в системах отсчета увлекающих и не увлекающих среды их распространения. Рассмотрим более подробно эти, равно как и другие возможные рассуждения, и выводы о распространении звуковых волн в разных системах отсчета. С тем, чтобы все эти рассуждения и выводы, в том числе и заведомо неверные, не вносили элемент заблуждения при проведении аналогии по распространению звуковых и световых волн в средах, которые, уже по определению, покоятся в своих системах отсчета. Другими словами подвергнем скрупулезному анализу приведенную А.Эйнштейном аналогию распространения звуковых и световых волн в системах отсчета увлекающих и не увлекающих среды их распространения, на основании которой А. Эйнштейн и его последователи, пришли к выводу, что среда распространения света - это "выродок" в семье физических субстант.
  
  
  РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЗВУКА В ИНВАРИАНТНЫХ СИСТЕМАХ ОТСЧЕТА
  
  В инвариантных системах отсчета, увлекающих или просто изолирующих, то есть, переносящих в своем движении воздух, распространение звука определяется:
  Во-первых, состоянием воздуха рассматриваемых инвариантных систем отсчета, то есть, температурой и давлением воздуха, переносимого относительными системами отсчета - теми же кораблями Галилея. Или воздуха, увлекаемого Землей, то есть, воздуха, покоящегося в абсолютной системы отсчета - Земля, которая, как известно, при движении вокруг Солнца и вращении вокруг оси, увлекает атмосферу - свой воздух.
  Во-вторых, параметрами источника звука, в частности, частотой колебания камертона. Предположим, что у нас имеется специально изготовленный камертон, частота колебания которого является функцией только его свойств, и в таком случае от состояния окружающей среды, а также своего собственного состояния - покоя или движения относительно воздуха, не зависит, и равна, к примеру, 200 герц. Другими словами, наш специально изготовленный камертон, независимо от температуры и давления воздуха, в котором он осуществляет свои колебания, а также от того покоится камертон или движется относительно этого воздуха с любыми скоростями, всегда будет иметь строго заданную нами частоту, равную, например, 200 герц.
  
  Длина волны звука в таком случае будет определяться, естественно, уже только состоянием среды распространения звука. Если параметры воздуха: температура и давление воздуха неизменны, то и длина волны, так же всегда будет постоянной, то есть, константой. Судите сами, предположим, что в инвариантных системах отсчета, увлекающих или просто перено?сящих среду распространения звука, состояние среды распространения звука неизменно и определяет длину волны, равную, скажем, 2 метрам. В таком случае в каждой инвариантной системе отсчета, от специального камер?тона во все стороны будут распространяться звуковые волны, которые за 1/200 секунды будут проходить расстояние, равное 2 метрам. Скорость распространения звука, как известно, равна произведению длины волны на частоту. Но определяется скорость звука не частотой колебания камертона, которая может изменяться произвольно, а длиной волны, определяемой единственно средой и ее состоянием, то есть температурой и давлением воздуха. Если температура и давление воздуха в рассматриваемых системах отсчета будут неизменными, то и скорость распространения волн звука, образуемых камертоном, в этих инвариантных системах отсчета, также будет постоянной. То есть, независящей ни от состояния покоя или движения камертона, ни от задаваемой ему частоты.
  
  Чтобы бы скрупулезно во всем разобраться, рассмотрим справедливость приведенных выше утверждений на конкретном примере. Пусть в точка А, абсолютной системы отсчета - Земля, находится камертон, а на расстоянии 400 метров, определенных с необходимой нам точностью, по обе стороны от камертона в точках Б и С, находятся наблюдатели, в нашем случае, слушатели. Предположим, что в фиксированный момент времени наш камертон - например, полый шар малых размеров, начнет пульсировать с частотой, равной 200 герцам. То есть, за 1/400 секунды шар сначала сожмется до своих минимальных размеров, из-за чего воздух устремится в образовавшийся вакуум со скоростью, определяемой его плотностью. Затем, в течение последующие 1/400 секунды, шар будет уже расширяться, и толкать перед собой воздух. В результате чего, в момент, примерно на порядок выше, чем 1/400 секунды, при начале очередного сжимания шара, от него отделится волна воздуха. Отделится тот же воздух, но уже с другими физическими и геометрическими параметрами, то есть, другой температурой и давлением, замкнутого, ограниченным пространством, воздуха, который условно можно назвать гребнем волны воздуха. Таким образом, именно скорость распространения этих гребней волн воздуха - это как раз и есть тот параметр, который мы называем скоростью звука. Теперь становится понятно, почему скорость звука не зависит:
   ни от частоты камертона - практически, скорости образования гребней волн воздуха;
   ни от его размеров, определяющих геометрические параметры гребней волн воздуха;
   ни от состояния камертона - его покоя или движения.
  
  
  РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЗВУКА ОТ ДВИЖУЩИХСЯ СИСТЕМ ОТСЧЕТА
  НЕУВЛЕКАЮЩИХ И НЕПЕРЕНОСЯЩИХ СРЕДУ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЗВУКА
  
  Общий случай. Простейшим примером распространения звуковых волн в инвариантных системах отсчета от движущейся системы отсчета не увлекающей и не переносящей собственную среду распространения звука - свой воздух, является движущийся специальный камертон. Пусть наш движущийся специальный камертон колеблется с частотой, которая, как мы знаем, не зависит от скорости его движения и равна, например, 200 герц. Причем, когда мы рассматриваем случаи движения камертона с разными скоростями, то мы понимаем, что речь идет не, просто о движении камертона, а о движении системы отсчета, не увлекающую и не переносящую свою собственную среду распространения звука. Понимаем, что речь идет о движении системы отсчета, не имеющей своей собственной среды, но движущейся или в абсолютной системе отсчета - Земля, или в относительных системах отсчета - например, кораблях Галилея, в которых среда распространения звука - воздух, всегда покоится по определению. Помните Галилей, писал: 'Уединитесь с кем-либо из друзей в просторное помещение... '. Далее, пусть наш движущийся в абсолютной или относительных, но обязательно инвариантных системах отсчета, камертон, начинает издавать колебания воздуха в фиксированной точке А, удаленной от точек Б и С, где находятся слушатели, на равное расстояние - L. Рассмотрим на графике случаи распространения звуковых волн от движущегося с разными скоростями камертона, при условии, что в результате этого движения, состояние среды распространения звука наших инвариантных систем отсчета, не изменилось.
  
   Во-первых, мы видим, что звук достигнет наблюдателей (слушателей) в точках Б и С, несмотря что к слушателю в точке Б камертон приближался, а от слушателя в точке С - удалялся, всегда в одно время, такое же, как и в случае, когда камертон покоился в точке А, разумеется, если скорость движения камертона меньше скорости звука.
  
  Во-вторых, при движении камертона со скоростью, равной, например, половине скорости звука, в сторону движения камертона, к наблюдателю в точке Б, будут распространяться звуковые волны с частотой в два раза большей и длиной волны, соответственно, в два раза меньшей, чем действительная частота камертона из-за чего слушателю точки Б будет казаться, что частота колебания камертона изменилась. Что касается слушателя, расположенного в точке С, от которого камертон удаляется, то к нему будут распространяться звук с длиной волны, равной, - 3/2 от 2 метров и кажущейся частоты, составляющей 2/3 от 200 герц. Очевидно, при движении источника звука, т. е., системы отсчета не увлекающей, не переносящей и даже не имеющей собственной среды распространения звука, мы имеем тот случай, когда изменение частоты, в результате этого движения, приводит к изменению расстояния между гребнями волн воздуха, - изменению длины волны звука. В результате, картина воспринимаемого звука слушателями в точках Б и С будет различная. Тогда как истинная частота колебания камертона, а так же скорость звука, остаются неизменными и потому, если скорость движения камертона меньше скорос?ти звука, слушатель в точке Б услышит звук так же быстро, как и слушатель в точке С. Если же скорость движения камертона будет больше, чем скорость звука, то картина распространения гребней волн воздуха, по понятным нам причинам, не связанным с изменением скорости распространения звука - гребней волн воздуха, изменится, в силу чего звуковые волны достигнут слушателей в точках Б и С за разное время. Что же касается длины волн и частоты, воспринимаемого слушателями звука, а также определение скорости его распространения, то все эти параметры определяются аналогично случаю, когда скорость движения камертона была меньше, чем скорость звука.
  
  Специальный случай. Рассмотрим случай, противоположный приведенному выше случаю. А именно, пусть в точке А, относительной системы отсчета - корабле Галилея, покоится, относительно абсолютной системы отсчета - Земля, камертон, то есть, система отсчета не увлекающая и даже не имеющая собственной среды распространения звука. А к камертону и от него, вместе со слушателями в точках Б и С, со скоростью равной половине скорости звука, движется корабль Галилея. Можно ли сказать, что для воспринимаемого в этом случае, и предыдущем случае, слушателям в точках Б и С, будет безразлично, что относительно чего движется: или как раньше, камертон, относительно неподвижных в точках В и С слушателей, или как теперь, когда слушатели, со своей средой распространения звука на корабле Галилея, движутся относительно, неподвижного в точке А, камертона?
  
  Очевидно, что в результате движения корабля Галилея вместе со слушателями в точках Б и С, относительно неподвижного камертона, слушателям будет уже не только казаться, что частота камертона, в результате их движения, изменилась. Но и скорость гребней волн воздуха, определяемая движущимися слушателями в этом случае будет уже складываться с их собственной скоростью, а не оставаться постоянной, как это было, когда слушатели покоились, а двигался камертон. Так барабанные перепонки, приближающегося к камертону слушателя, будет соприкасаться с гребнями волн воздуха не со скорость 400 метров в секунду, как это было в случае, когда двигался камертона, а со скоростью, равной 600 метрам в секунду, из-за чего движущийся слушатель будет испытывать известный дискомфорт от воспринимаемого им звука. Что касается удаляющегося от камертона слушателя, то гребни волн воздуха будут ударяться в его барабанные перепонки со скоростью, равной 200 метров в секунду. Другими словами, в этом случае, слушатели в точках Б и С услышат звук уже в совершенно разное время, и совершенно другими параметрами звука. Так слушатель, который приближается к камертону, услышит звук с длиной волны меньшей и частотой большей, не в 2, а только в 1,5 раза, и не через 1, а через 2/3 секунды. Тогда как слушатель в точке С, который будет удаляться от камертона, услышит звук с длиной волны в 2 раза большей, и соответственно, частотой в 2 раза меньшей, но не через 1, а только через 2 секунды.
  
  Таким образом, простейшие графические рассмотрения распространения волн звука в инвариантных системах отсчета от движущегося камертона - системы отсчета не увлекающей и не переносящей среду распространения звука, а также рассмотрение распространения волн звука в инвариантных системах отсчета, определяемых движущимися слушателями-наблюдателями, позволяют сделать нам вывод, что принцип относительности Галилея-Эйнштейна - ошибочен. Как ошибочно и само учение Альберта Эйнштейна, опровергающее асимметрию электродинамики Максвелла, которая, в действительности таки, свойственна самим явлением. Спасти, то есть сохранить хоть какую-то надежду на достоверность учения Эйнштейна, опровергающего асимметрию электродинамики Максвелла, может только широко проповедуемый апологетами релятивизма, так называемый корпускулярно-волновой дуализм света.
  
  КОРПУСКУЛЯРНАЯ ТЕОРИЯ РАСПРОСТРАНЕНИЯ СВЕТА
  
  Прежде чем перейти к рассмотрению вопроса о том, что же собой представляет корпускулярная теория распространения света, представим себе на какое-то очень короткое время, что звук имеет не волновую, а корпускулярную природу своего возникновения и распространения. Другими словами, представим себе, что когда мы слышим, например, своего собеседника, то причиной всему являются не гребни волн воздуха, ударяющиеся в наши барабанные перепонки всегда с одинаковой скоростью, разумеется, если слушатель покоится, а не ищет для себя проблем сам. А корпускулы звука, ударяющиеся в наши барабанные перепонки с разной скоростью, разной частотой, разной интенсивностью и это воспринимается нами как, воспроизводимый собеседником, звук. Бог с ним, с этим нашим собеседником. Оставим его в покое и вернемся к хорошо знакомому нам камертону, функции которого при этом возрастают многократно. Судите сами, теперь камертон не просто должен колебаться с разной частотой и интенсивностью, как это имеет место при образовании волн воздуха. Камертон теперь просто обязан иметь и испускать корпускулы звука разных размеров, через разные, точно выверенные промежутки времени, с разными скоростями, от значения которых и зависит теперь частота воспринимаемого слушателями звука.
  Сложность устройства камертона при этом возрастает многократно, но зато есть и свои плюсы. Для возникновения и распространения звука уже совершенно не нужна среда, которая потом, при помощи камертона, образует волну. Напротив, совершенно напротив, любая среда (материя)- это противник распространения корпускул, испускаемых камертоном. Другими словами, чем плотнее среда, разделяющая источник звука и слушателя, тем труднее корпускулам будет достигать слушателя, естественно тратя на это большее время, затрачивая большую энергию. В волновой теории распространения звука все происходит точно наоборот. Помните, чем плотнее воздух, тем с большей скоростью он будет сначала заполнять образовавшийся вакуум, а затем, в форме гребней волн воздуха, двигаться к слушателю. Таким образом, теория возникновение и распространения корпускул не то, что не совпадает, а она диаметрально противоположная теории образования и распространения волн, что естественно, находит свое отражение и в математических уравнениях, отображающих распространение волн в средах, а также корпускул, которым среда только мешает.
  
  РАСПРОСТРАНЕНИЕ КОРПУСКУЛ В ИНВАРИАНТНЫХ СИСТЕМАХ ОТСЧЕТА
  
  Общий случай. Пусть наш специальный камертон, когда покоится, испускает корпускулы звука со скоростью, определяющую частоту, равную, например, 200 герц. Другими словами, пусть скорость движения корпускул, испускаемая покоящимся камертоном, равна, к примеру, 400 метров в секунду. Очевидно, что при движении камертона со скоростью, равной половине скорости звука, в сторону движения камертона, к наблюдателю в точке Б, будут распространяться корпускулы звука уже со скоростью 600 метров в секунду, из-за чего слушатель, к которому камертон приближается, услышит звук через 2/3 секунды, с частотой в 1,5 раза большей, и длиной волны, соответственно в 1,5 раза меньшей, чем когда камертон покоился. Что касается слушателя, расположенного в точке С, от которого камертон удаляется, то к нему будут распространяться корпускулы звука со скоростью 200 метров в секунду, из-за чего слушатель, от которого камертон удаляется, услышит звук только через 2 секунды с частотой в 2 раза меньшей, и длиной волны, соответственно, в 2 раза большей, чем в случае, когда камертон покоился. Рассмотрим, какие же выводы можно сделать из приведенных выше рассуждений.
   Во-первых, мы видим, что корпускулярная теория, в отличие от волновой теории предполагает, что звук достигнет слушателей в точках Б и С не за 1 секунду, а за 2/3 и 2 секунды, соответственно. Другими словами, очевидно, что установить, что же собой представляет свет, с учетом достигнутой теперь точности измерения, и имеющихся теорий распространения корпускул и волн, не составляет никакого труда.
  Во-вторых, мы видим, что именно корпускулярная теория света 'спасает' принцип относительности Галилея-Эйнштейна и именно потому 'ученые' держатся за корпускулярно-волновой дуализм, как утопающий за соломинку. Иначе говоря, все мы теперь ищем истоки двойных стандартов, в том числе и в политике. Но ведь фундамент двойных стандартов находятся на поверхности, а точнее находится на совести ученых, которые за деньги теперь готовы объяснить что угодно, когда угодно и кому угодно. Такого падения нравов в так называемой научной среде, история еще не знала. Самое же печальное заключается в том, что мир наш, как никогда, нуждается в научном решении глобальных проблем, довлеющих над человечеством, Проблем, которые могут решить только ученые. Где же они? И почему же вместо жизни, они так долго выбирают себе колбасу? Ответ на этот вопрос должны, даже обязаны искать, в том числе и политики.
  
  
   ВОЛНОВАЯ ТЕОРИЯ СВЕТА
  
  
   Теперь, когда мы все с абсолютной достоверностью знаем, что свет имеет свою волновую природу и возникновения, и распространения. Теперь, когда мы с такой же абсолютной достоверностью знаем, например, что свет - это самое темное пятно современной физики. Так вот, что мы еще знаем о свете как о волне, именно с такой же, абсолютной достоверностью. В том то все и дело, что очень и очень даже немного. Все это происходит по той простой причине, что мысли ученых, направлены не на отыскание объективных законов, а на спасение Принцип относительности Галилея-Эйнштейна.
  
   ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ
  
  Специальная теория относительности А.Эйнштейна основывается на двух постулатах, каждый из которых, в интерпретации А.Эйнштейна, противоречив. Рассмотрим первый из этих постулатов, который утверждает, что скорость света в вакууме одинакова во всех системах координат, движущихся прямолинейно и равномерно друг относительно друга. При постулировании скорости света в инерциальных (инвариантных) системах отсчета, А.Эйнштейн исходил из того, что он разрешает какую-то проблему. Что световые волны, распространяющиеся в инвариантных системах отсчета, от движущегося источника света - это что-то другое, чем, например волны звука от движущегося камертона. Что скорость распространения волн света в среде, определяемая 'движущимися наблюдателями', зависит (не зависит) от скорости их собственного движения и что это отличает природу распространения волн света, от природы распространения других волн, например, волн звука в воздухе.
  В действительности же, ничего эвристического в постулате о постоянстве скорости распространения света в инвариантных системах отсчета нет. Каждый теперь понимает, что скорость света в любой инвариантной системе отсчета, точно так же, как и скорость звука, из-за того, что среда распространения света (звука) у этих систем отсчета одинаковая по определению, есть тоже величина постоянная, константа. То есть величина, не зависящая ни от скорости движения источника света, ни излучаемой этим источником света частоты, ни от скорости движения систем отсчета с наблюдателями. Тогда как для 'движущегося наблюдателя', точно так же, как и для 'движущегося слушателя', которым мы совершенно неоправданно предоставляем статус систем отсчета, скорость распространения света, равно, как и звука, естественно будет зависеть от скорости движения 'наблюдателя-слушателя'. 'Наблюдателя-слушателя' - человека, который при первой же возможности, стремится изолировать себя от влияния внешней среды, то есть, стремится покоиться по отношению к своей среде жизнеобеспечения. Или, другими словами, стремится создать такую систему отсчета, которая, как минимум, переносит воздух, а в перспективе создаст силу гравитационного притяжения, инвариантную силе, образующей 'свободное' падение тел на планете Земля
  Во многом приведенные выше выводы мы можем сделать, только критически оценивая Теорию Относительности Эйнштейна, но если мы просто обратимся к здравому смыслу, то уже тогда увидим, что все эти наши рассуждения и выводы, раскрывают сущность распространения и световых, и звуковых волн одновременно. Необходимо отметить также и позитивное влияние постулата Эйнштейна о постоянстве скорости распространения света в инвариантных системах отсчета. Позитивное влияние постулата, который наложил известные ограничения на определение скорости света, посредством формального сложения скорости света, скорости движения источника света со скоростью движения наблюдателей, как все это имеет место в так называемом 'классическом законе сложения скоростей'.
  
  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ДЛЯ ИНВАРИАНТНЫХ СИСТЕМ ОТСЧЁТА
  
   Определение пространственно-временных преобразований для систем отсчета, движущихся друг относительно друга как с относительно малыми, так и субсветовыми скоростями, является ключевым вопросом развития физики и астрономии. Наиболее ярко необходимость пространственно-временных преобразований проявилась в XVII веке после того, как датский астроном Алеф Рёмер, исследуя движение открытых Галилеем спутников Юпитера, обнаружил, что точность предсказания времени их затмений колеблется в пределах, достигающих десятков минут. После чего, в 1675 году Рёмер и Кассини представили открытие, что: 'Момент начала затмения спутника Ио, в соединении противостояния, когда Земля и Юпитер наиболее удалены друг от друга, запаздывает почти на 22 минуты относительно момента, рассчитанного для ближнего противостояния, когда Земля и Юпитер наименее удалены друг от друга'.
  
   Рёмер и Кассини объяснили эту максимальную неточность в предсказании времени наступления затмения спутника Ио, конечностью и постоянством скорости распространения света, которому потребовалось дополнительно 22 минуты для прохождения, увеличившегося на диаметр земной орбиты расстояния между Землёй и Юпитером. Указанное выше открытие Ремера и Кассини, позволило астрономам измерить скорость света и таким образом, в случаях ближнего и дальнего противостояний Земли и Юпитера, с высокой для того времени точностью, определять моменты начала и конца затмений галилеевых спутников Юпитера. Во всех же остальных случаях, предполагаемые моменты затмений галилеевских спутников Юпитера, определяются даже теперь с довольно большой погрешностью. Так, например, моменты начала и конца затмений, то есть, расчетное время входа в тень и выхода из тени галилеевских спутников Юпитера, которые приводятся в 'American Ephemeris and Nautical Almanac' определяются там только с точностью до 1 минуты. В связи с этим известный астроном де Ситтер писал, что наблюдения затмений, даже выполненные очень аккуратно, с точностью до микросекунды, не позволяют определить моменты затмений с точностью, превышающую ошибку, равную, примерно 10 с., и этот предел не может быть улучшен, сколь бы большое число наблюдений не использовалось. De Sitter W. Jupiter's Galilean Satellites. 1931.
  
   Таким образом, как это видно из приведенных выше рассуждений, несмотря на очевидную закономерность появления ошибок в расчетах, астрономы так и не смогли связать эти свои ошибочные расчеты с отклонениями, измеряемых периодов спутников Юпитера, от их средних значений, достигающими максимальной величины, например, у спутника Ио, примерно 15 секунд. Эти отклонения, несмотря на очевидную и как представляется, установленную еще Рёмером причину их образования, к сожалению, так и не были связаны, с одной стороны с конечностью и постоянством скорости распространения света, а с другой стороны - изменениями расстояния между Землёй и Юпитером. Но уже не на диаметр земной орбиты, как раньше, а на какие-то меньшие величины, значения которых определяются длительностью периодов спутников Юпитера и изменяющимися проекциями орбитальных скоростей движения Земли и Юпитера на линию их взаимного визирования. Вот почему и теперь, в том числе и после появления релятивистской кинематики, измерения астрономов остаются без объяснения. Это происходит из-за того, что преобразования Эйнштейна-Лоренца, устанавливающие зависимость пространственных координат и временного интервала событий, измерениями астрономов, 'даже выполненные очень аккуратно, с точностью до микросекунды', подтверждаются только с точностью, равной, примерно 10 секунд.
  
  В таком случае естественно заключить, что для удаленных и движущихся друг относительно друга систем отсчета необходимы новые преобразования. Эти новые преобразования должны не только объяснять, в том числе и измеряемые земным наблюдателем отклонения от средних значений периодов спутников Юпитера, но они должны также сблизить различные точки зрения на природу света и систем отсчёта.
  При этом надо иметь в виду, что разные теории распространения света: корпускулярная, волновая, релятивистская, а так же различное отношение к системам отсчета, не могут не привести к выводу разных преобразований. Решить же, какие преобразования правильные, а какие ложные, можно, как представляется, исходя, единственно только из опыта, в основу которого положены не абстрактные рассуждения, а точные измерения.
  
  Перед тем как перейти к непосредственным измерениям, уточним, что все реально существующие системы отсчёта - это неинерциальные системы, которые отличаются друг от друга, как минимум, своими размерами и, естественно, степенью своей неинерциальности. Системы отсчёта с одинаковой степенью неинерциальности, как мы уже знаем, называются инвариантными системами отсчета. Инвариантные системы отсчета, как мы тоже уже знаем, бывают относительными и абсолютными. Образно относительные инвариантные системы отсчета, в нашем случае, можно представить себе в виде систем отсчета, в которых наблюдатель - человек, может осуществлять свою жизнедеятельность, пусть даже, только в принципе. Это такие системы отсчета как, например, орбитальные станции, Луна, Юпитер, Земля, другие планеты.
  Что же касается абсолютной системы отсчета, то в данном случае, я ссылаюсь на Вас, глубокоуважаемый Игорь Смородин: ' Следовательно, многовековой спор физиков о наличии или отсутствии привилегированных, то есть абсолютных системы отсчета должен быть решен положительно. Представляется, что таких систем можно насчитать четыре в соответствии с иерархическим членением космоса: планета - звезда - галактика - Вселенная. Точкой начала отсчета должен быть гравитационный центр масс соответствующей материальной системы. Так если в поле тяготения Земли, точкой начала отсчета будет геометрический центр Земли, то Землю тогда следует считать неподвижной, естественной, абсолютной системой отсчета, в то время как все другие принудительно или естественно движущиеся относительно Земли тела, будут соответственно уже относительными системами отсчета.
   Если в поле тяготения точкой начала отсчета будет не Земля, а Солнце, то Земля тогда уже будет рассматриваться не как абсолютная, а относительная система отсчета, вращающаяся с абсолютной скоростью вокруг оси и движущаяся при этом вокруг абсолютной системы отсчета - покоящегося Солнца, со скоростью, примерно 30 км/с'.
  
  Образно, абсолютную систему отсчета можно представить себе, в виде однородного, изотропного пространства-вакуума - гравитационного поля, в которое 'вкраплена система мира' с Солнцем в центре. Волны света, в таком случае, будет распространяться в гравитационном поле абсолютной системы отсчета с Солнцем в центре, во всех направлениях, включая противоположные, с постоянной скоростью, не зависящей ни от скорости движения систем отсчета с источниками информации, ни от скорости движения систем отсчета с наблюдателями. Что справедливо, естественно, только для волновой теории образования и распространения волн света.
  Учитывая, что каждая точка абсолютной системы отсчета по определению обладает одинаковыми физическими свойствами, помещая в произвольно выбранную точку абсолютной системы отсчета систему координат, вместе с точно идущими часами и наблюдателями, можно получить инвариантные, абсолютной системе отсчета - относительные системы отсчета. К таким относительным системам отсчета относятся, например, орбитальные станции, Луна, Юпитер, Земля, другие планеты.
  При этом условимся, параметры системы отсчета, в которой происходит событие, и где находятся наблюдатели непосредственно, например Юпитер, обозначать штрихованными величинами - , , , , . Параметры же систем отсчета, например Земли, в которой событие только наблюдается, условимся обозначать не штрихованными величинами - X, Y, Z, t, v. Известно, что в инвариантных, то есть обладающих одинаковой степенью неинерциальности, системах отсчета, все события, процессы и явления протекают одинаково и потому отражаются одними законами. Так как каждая инвариантная система отсчета имеет свою метрику, то абсолютное значение в ней, наряду с ускорением, имеют все другие физические величины, в том числе время, расстояние, скорость. Синхронизация часов в инвариантных системах отсчета должна осуществляться с учетом конечности и постоянства скорости распространения синхронизирующего светового, или другого электромагнитного сигнала.
  
  Учитывая, что событие - любое событие, всегда протекает в пространстве и времени конкретной системы отсчета, будем считать, что события, рассматриваемые в разных системах отсчета, характеризуется тремя пространственными X, Y, Z и одной временной t, - координатами. Параметры коор?динат событий и времени, определяются наблюдателями с точностью, равной точности используемых измерительных приборов.
  В случае если пространственный интервал события, измеряемый наблюдателями, равен нулю, событие называется точечным событием или точкой. Причем, точка - это не отсутствие пространства, а единственно только его численное значение, которое положено в основу изучения, рассматриваемых нами явлений и событий.
  Если временной интервал события равен нулю, событие называется моментом. Причем, численное значение момента условно. Другими словами, численное значение момента определяет уровень, на котором рассматриваются изучаемые нами явления и события.
  Пояснить приведенные выше рассуждения, а также рассмотреть, почему принципу относительности движения нельзя придавать абсолютный характер, или почему нельзя отождествлять состояние движения тел, относительных систем отсчёта с состоянием их покоя, можно при рассмотрении решений простейших задач.
  
  Судите сами, пусть у нас есть два пешехода, которые движутся со скоростями, например, 5 и 10 километров в час. Так вот, в полном соответствии с 'научно' обоснованным принципом относительности, каждый из указанных выше пешеходов может считать себя покоящимся, а другого пешехода - движущимся, со скоростью, определяемой по так называемому 'классическому' закону сложения скоростей. 'Классическим' - закон сложения скоростей назван так по всей вероятности потому, что без обращения к абсо?лютной системе отсчёта, то есть, без обращения к тем самым пресловутым векторным 5 и 10 километрам в час. Никто никогда не знал и полагаю, никогда не узнает, когда и какую величину, к какой надо прибавлять, а когда и какую от какой отнимать. Не вдаваясь в подробности, отметим только, что всякие попытки придать принципу относительности объективный или даже научный характер, лишены оснований. До тех пор, по крайней мере, пока наблюдатели относительных систем отсчёта не научатся, без обращения к абсолютной системе отсчета, определять расстояние между телами, относительными системами отсчета и тем самым определять в любой момент времени их скорости и ус?корения. Пока же, терминология специалистов, абсолютизирующих принцип относительности движения тел в физике и астрономии, может и должна рассматриваться не иначе как упрощение или даже просто - сленг.
  
  Рассмотрим еще один упрощенный пример. Пусть в абсолютной одномерной системе отсчета с Солнцем в центре, покоится или движется относительная система отсчета - Юпитер, где, собственно, и происходит событие - горение электрической лампочки. А на известном расстоянии от Юпитера- L, покоится или движется вторая относительная система отсчета - Земля, где находятся только наблюдатели, измеряющие временные и пространственные координаты, происходящего на Юпитере события. Другими словами, пусть на покоящемся или движущемся относительно Земли, Юпитере, в какой-то нулевой момент загорелась, и через 152842 секунды погасла электрической лампочка. Рассмотрим, чему будут равны численные значения временного интервала указанного выше события, измеряемого наблюдателями на Земле и Юпитере.
  
  1-й случай. Земля удалена от Юпитера на расстоянии L и обе относительные системы отсчета покоятся друг относительно друга. Естественно, наблюдатели на Юпитере, произведя свои измерения, всегда, то есть независимо от векторной величины абсолютной скорости движения Юпитера, получат свои законные 152842 секунды:
  Что касается наблюдателей, находящихся на Земле, то измеренные ими моменты загорания и погасания лампочки, из-за конечной скорости распространения информации, в нашем случае, света, уже не будут равны собственным моментам, измеренным наблюдателями на Юпитере. Причем, моменты и загорания, и погасания лампочки в этом случае, измеренные наблюдателями на Земле, будут запаздывать на одинаковое время, равное отношению L/c, то есть, запаздывать на 34 минуты 57секунд. Из-за чего длительность события, измеренная наблюдателями на Земле, будет точно такой же, как и длительность этого же события, измеренная наблюдателями на Юпитере, 152842 сек.
  
  2-й случай. Система отсчета с источником информации - Юпитер, покоится относительно Земли, а удалённая от неё на расстояния L, Земля, удаляется или приближается к Юпитеру со скоростью, равной, например, 15км/с., что случается, вероятно, 1 раз в 10 - 15 тысяч лет. Этот случай наглядно можно представить себе при помощи следующих рассужде?ний. Событие - горение лампочки на Юпитере, представляет собой световой слой, распространяющийся в абсолютной системе отсчета со скоростью света, причем, толщина светового слоя равна произведению длительности события - 152842 секундам, умноженным на скорость света.
  Тогда как для наблюдателей на Земле, которая приближается к Юпитеру, время между пересечением начальной и конечной границами светового слоя, будет равно произведению длительности события, т. е., 152842 секундам, умноженным на скорость света, поделенную на скорость света минус скорость Земли, и составит, 152834,35 сек.
  Если же Земле удаляется от Юпитера, то время между пересечением начальной и конечной границами светового слоя будет равно произведению длительности события, 152842 секундам, умноженным на скорость света, но уже поделенную на скорость света плюс скорость Земли, что составит, 152849,65 секунд. Другими словами, когда Земля приближается к Юпитеру, то наблюдатели на Земле получат интервал события на 7,65 секунд меньше, а когда удаляется, то на 7,65 секунд больше, чем действительное время события, измеренное наблюдателями на Земле, когда Юпитер и Земля покоились друг относительно друга, или во всех случаях, измеренное наблюдателями на Юпитере.
  
  3-й случай. Система отсчета с наблюдателями - Земля, покоится относительно Юпитера, а удалённый от неё на расстояния L, Юпитер, удаляется или приближается к Земле со скоростью, например, 15км/с., что случается, вероятно, 1 раз в миллион лет.
  В любом случае, шаровой световой слой, распространяющийся в абсолютной системе отсчета от источника события - мигающей лампочки, уже не будет сферическим, так как его толщина, в направлении движения источника информации, изменится и будет равна
  произведению длительности события - 152842 секундам, умноженным на скорость света минус скорость Юпитера. Если же Юпитер будет удаляться от покоящейся Земли, то толщина светового слоя в направлении, противоположном движению Юпитера, будет уже равна произведению длительности события - 152842 секундам, умноженным на скорость света плюс скорость Юпитера.
  Далее, чтобы найти время события - горения электрической лампочки, определяемое наблюдателями на Земле, необходимо толщину светового слоя поделить на скорость света. Тогда, для наблюдателей на Земле, если к ним приближается Юпитер, время между пересечением начальной и конечной границей светового слоя, будет равно произведению длительности события, т. е., 152842 секундам, умноженным на отношение скорости света, минус скорость Юпитера, к скорости света и составит 152834,35 секунд. Если же Юпитер будет, удаляется от Земли, интервал времени будет равен произведению длительности события - 152842 секундам, умноженным на отношение скорости света, плюс скорость Юпитера, к скорости света, и составит, 152849,65 секунд.
  
  Таким образом, чтобы с абсолютной достоверностью определить приближается ли Земля к покоящемуся Юпитеру или наоборот, Юпитер удаляется от покоящейся Земли, необходимо произвести точные измерения, как говорил де Ситтер, очень аккуратно, с точностью, до микросекунды. Кстати, именно с точностью, которая необходима нам, чтобы подтвердить справедливость волновой теории света, в частности, и опровергнуть при этом, как корпускулярную теорию света, Принцип относительности Эйнштейна, так и предполагаемую Эйнштейном симметрию электродинамики Максвелла, вообще.
  
  4-й случай. Относительная система отсчета с наблюдателями - Земля, и удалённая от неё на расстоя?ния L, относительная система отсчета с источником информации - Юпитер, удаляются или приближаются друг к другу в абсолютной системе отсчета со скоростями, равными, например, 15км/с., что случается, вероятно, 1 раз в миллиард лет.
  
  Если Земля и Юпитер приближаются друг к другу с указанными выше скоростями, то измеряемый наблюдателями на Земле период спутника Ио, по сравнению с измерениями в 1-й случае, когда Земля и Юпитер покоились друг по отношению к другу, уменьшится на 15,294 секунды. Если же Земля и Юпитер удаляются, друг от друга, то измеряемый наблюдате?лями на Земле период спутника Ио, увеличится, на 15,295 сек.
  
  Из рассматриваемых выше примеров следует, что временные и пространственные интервалы, измеряемые удалёнными на расстояния L наблюдателями, в общем случае не равны собственным, то есть, измеренным в непосредственной близости от событий, временным и пространственным интервалам, и они зависят:
   от скорости распространения информации, в нашем случае - скорости света;
   от длительности собственных интервалов событий;
   от величины и направления скорости движения систем отсчета с источниками
  информации;
   от величины и направления скорости движения систем отсчета с наблюдателями.
  
  Наконец, перед тем как перейти к написанию преобразований, объясняющих наблюдения Рёмера, необходимо со всей определённостью отметить, что время, в преобразованиях Галилея, которые устанавливают связь между пространством и временем в движущихся друг относительно друга системах отсчета, имеет одно и то же значение для наблюдателей на Земле и Юпитере. Это произошло из-за того, что Галилей, измеряя скорость света, пришел к выводу, что скорость света - величина бесконечная. Другими словами, синхронизация часов в преобразованиях Галилея, предполагает осуществляться путем установления связи между пунктами, где расположены часы, с помощью сигналов, распростра?няющихся с бесконечной скоростью.
  Необходимо также отметить, что преобразования Галилея написаны для систем отсчёта, начала координат, которых первоначально совпадают, что принципи?ально не выполняется для движущихся вокруг Солнца относительных систем отсчёта - планет.
  
   Таким образом, чтобы получить пространственные и временные преобразования для удалённых друг относительно друга на расстояние L, движущихся вокруг Солнца относительных систем от?счёта (планет), которые бы объясняли наблюдения Рёмера. В преобразования Галилея необходимо внести приведенные выше уточнения. В таком случае, можно написать: Координата Земли, Х = Х штрих, (координата Юпитера), минус L (L - расстояние между Землей и Юпитером), плюс скорость движения Юпитера, относительно Земли, умноженная на время, измеряемое наблюдателями на Юпитере, минус скорость движения Земли, относительно Юпитера, умноженная на время, измеряемое наблюдателями на Земле.
  
  Что означают и о чём говорят, приведенные выше новые преобразова?ния? В частности, используя новые преобразования, естественно, трехмерные, то есть, объемные, можно сначала смоделировать, а затем уточнить расчетные траектории орбит Земли и Юпитера, других планет. Другими словами, научиться определять моменты наступления затмений галилеевских спутников с точностью, равной, как минимум 1 наносекунде, то есть точности, равной точности отправления и приема светового сигнала.
  
  Это очень важно потому, что в научной литературе приводятся многочисленные примеры ошибок в расчётах. Так, например, 2 марта 1946 года, ошибка в определения начала покрытия спутника Ио, составила 24 секунды, при точности фиксации момента события, равной тысячной доли секунды, что говорит о высокой точности измерений и неудовлетворительном знании расстояния между Землей и Юпитером. Более того, оказывается, что и во всех остальных случаях, даже теперь моменты затмений галилеевских спутни?ков Юпитера определяются с довольно большой погрешностью. Например, моменты начала и конца затмений и покрытий, входа в тень и выхода из тени для гали?леевых спутников Юпитера приводятся в 'American Ephemeris and Nautical Almanac' с точностью только до минуты. Все эти факты свидетельствуют об одном, а именно - неудовлетворительном развитии современной физики и астрономии.
  
  Известно, что локация - определение координат космических объектов, непосредственно связана с умением, как можно более точно фиксировать моменты событий. Известно также, что уровень развития цивилизации определяется точностью, с которой синхронизируются удаленные друг от друга часы. Наиболее наглядно это проявилось в начале 18 века, в эпоху развития мореплавания. Выяснилось, что для определения географической долготы морского судна необходимо знать, в том числе и местное время. Так ошибка определения местного времени в 1 минуту, приводит к ошибке определения координаты по долготе, равной примерно 20 километрам. Но чтобы лоцировать морские суда, кроме умения считывать местное время, необходимо иметь также таблицы наблюдений, например, за Солнцем. Определив координаты корабля, на карте вычерчивается траектория его движения, в результате чего появляется возможность определить скорость корабля.
  
  При локации космических объектов все происходит аналогичным способом, но только делается все наоборот. Сначала, на основании многолетних наблюдений за космическими объектами, как можно более точно измерив, скорость и ускорение относитель?ных систем отсчёта - планет, мы должны научиться и уметь с помощью математических уравнений описывать тот или иной вид их изменения, первоначально предположив, что орбиты планет - элептические и не лежат в одной плоскости.
  При этом надо помнить, что убежденность Ремера в том, что спутники Юпитера - идеальные модуляторы, позволила астрономам измерить скорость света. Уверенность в том, что партитура космических сфер написана на языке математики, позволит нам определить траектории и скорости движения планет на протяжении длительного периода их жизни, включая настоящее и будущее время. После чего, в том числе и в ходе уточнения орбит и скоростей движения планет, при помощи фиксации моментов выхода и прихода светового сигнала, используя приведенные выше преобразования, можно и необходимо уточнять расчетные траектории и, следовательно, увеличивать точность локации космических объектов. Другими словами, орбиты и скорости движения космических объектов необходимо уточнять посредством знания в фиксированное время расстояния между объектами; скорости света; моментов его выхода и прихода.
  
  Чем выше точность локации космических объектов, тем выше уровень развития цивилизации. При этом со всей очевидностью необходимо осознавать, что точности локации космических объектов, равной секунды, Вы просто никогда не сможете достичь, не зная определенно, что такое свет: волна или частица? Все это происходит потому, что Вы не будете знать определенно, какими условиями синхронизации часов Вам необходимо пользоваться. При этом мы также должны знать, что релятивистские условия синхронизации часов, предложенные А. Эйнштейном и признанные учеными как научные, в действительности не рабочие. Невольно возникает вопрос, по каким же преобразованиям, синхронизировать часы? Какой теории света при этом, необходимо придерживаться? Ответ на этот вопрос могут дать только точные измерения.
  
   В принципе о том, что свет - это не корпускула, а волна, астрономы установили давно, наблюдая за двойными звездами. Но экспериментальное подтверждение этого факта физиками, задерживается. Так было с наблюдениями Ремера, которые физики подтвердили только спустя 174 года. Вот почему и теперь, по моему глубокому убеждению, вопрос о том является ли среда распространения света 'выродком' в се?мье физических субстанций, или она действительно существует - это не вопрос спора о двух различных идеологиях, а единственно прерогатива опыта. Что же касается отрицательного эксперимента Майкельсона-Морли, то он действительно, на самом деле является отрицательный уже потому только, что не учитывает естественного и непреложного факта, что Земля, на ограниченном расстоянии, увлекает свою собственную среду распростра?нения света, своё собственное гравитационное поле.
   Из рассматриваемых выше примеров следует, что временные и пространственные интервалы, измеряемые удалёнными на расстояния L наблюдателями, в общем случае не равны собственным, то есть, измеренным в непосредственной близости от событий, временным и пространственным интервалам, и они зависят:  от скорости распространения информации, в нашем случае - скорости света;  от длительности собственных интервалов событий;  от величины и направления скорости движения систем отсчета с источниками информации;  от величины и направления скорости движения систем отсчета с наблюдателями. Наконец, перед тем как перейти к написанию преобразований, объясняющих наблюдения Рёмера, необходимо со всей определённостью отметить, что время, в преобразованиях Галилея, которые устанавливают связь между пространством и временем в движущихся друг относительно друга системах отсчета, имеет одно и то же значение для наблюдателей на Земле и Юпитере. Это произошло из-за того, что Галилей, измеряя скорость света, пришел к выводу, что скорость света - величина бесконечная. Другими словами, синхронизация часов в преобразованиях Галилея, предполагает осуществляться путем установления связи между пунктами, где расположены часы, с помощью сигналов, распространяющихся с бесконечной скоростью. Необходимо также отметить, что преобразования Галилея написаны для систем отсчёта, начала координат, которых первоначально совпадают, что принципиально не выполняется для движущихся вокруг Солнца относительных систем отсчёта - планет. Таким образом, чтобы получить пространственные и временные преобразования для удалённых друг относительно друга на расстояние L, движущихся вокруг Солнца относительных систем отсчёта (планет), которые бы объясняли наблюдения Рёмера. В преобразования Галилея необходимо внести приведенные выше уточнения. А именно, вместо преобразований Галилея: X = Х'+ V'* t - V* t. Написать преобразования, объясняющие наблюдения Рёмера и астрономов, вообще: Х = Х'- L + v't' - vt. Где: Х - координата Земли; X'- координата Юпитера; L - расстояние между Землей и Юпитером; v - скорость Земли относительно Юпитера; v' - скорость Юпитера относительно Земли; t - время события, определяемое наблюдателем на Земле; t' - время, определяемое наблюдателем на Юпитере. Что означают и о чём говорят, приведенные выше преобразования? В частности, используя эти преобразования, естественно, трехмерные, то есть, объемные, можно сначала смоделировать, а затем уточнить расчетные траектории орбит Земли и Юпитера, других планет. Другими словами, научиться определять моменты наступления затмений галилеевских спутников с точностью, равной, как минимум 1 микросекунде, то есть точности, равной точности отправления и приема светового сигнала. Это очень важно потому, что в научной литературе приводятся многочисленные примеры ошибок в расчётах. Так, например, 2 марта 1946 года, ошибка в определения начала покрытия спутника Ио, составила 24 секунды, при точности фиксации момента события, равной тысячной доли секунды, что говорит о высокой точности измерений и неудовлетворительном знании расстояния между Землей и Юпитером. Более того, оказывается, что и во всех остальных случаях, даже теперь моменты затмений галилеевских спутников Юпитера определяются с довольно большой погрешностью. Например, моменты начала и конца затмений и покрытий, входа в тень и выхода из тени для галилеевых спутников Юпитера приводятся в 'American Ephemeris and Nautical Almanac' с точностью только до минуты. Все эти факты свидетельствуют об одном, а именно - неудовлетворительном развитии современной физики и астрономии. Известно, что локация - определение координат космических объектов, непосредственно связана с умением, как можно более точно фиксировать моменты событий. Известно также, что уровень развития цивилизации определяется точностью, с которой синхронизируются удаленные друг от друга часы. Наиболее наглядно это проявилось в начале 18 века, в эпоху развития мореплавания. Выяснилось, что для определения географической долготы морского судна необходимо знать, в том числе и местное время. Так ошибка определения местного времени в 1 минуту, приводит к ошибке определения координаты по долготе, равной примерно 20 километрам. Но чтобы лоцировать морские суда, кроме умения считывать местное время, необходимо иметь также таблицы наблюдений, например, за Солнцем. Определив координаты корабля, на карте вычерчивается траектория его движения, в результате чего появляется возможность определить скорость корабля. При локации космических объектов все происходит аналогичным способом, но только делается все наоборот. Сначала, на основании многолетних наблюдений за космическими объектами, как можно более точно измерив, скорость и ускорение относительных систем отсчёта - планет, мы должны научиться и уметь с помощью математических уравнений описывать тот или иной вид их изменения, первоначально предположив, что орбиты планет - элептические и не лежат в одной плоскости. При этом надо помнить, что убежденность Ремера в том, что спутники Юпитера - идеальные модуляторы, позволила астрономам измерить скорость света. Уверенность в том, что партитура космических сфер написана на языке математики, позволит нам определить траектории и скорости движения планет на протяжении длительного периода их жизни, включая настоящее и будущее время. После чего, в том числе и в ходе уточнения орбит и скоростей движения планет, при помощи фиксации моментов выхода и прихода светового сигнала, используя приведенные выше преобразования, можно и необходимо уточнять расчетные траектории и, следовательно, увеличивать точность локации космических объектов. Другими словами, орбиты и скорости движения космических объектов необходимо уточнять посредством знания в фиксированное время расстояния между объектами; скорости света; моментов его выхода и прихода. Чем выше точность локации космических объектов, тем выше уровень развития цивилизации. При этом со всей очевидностью необходимо осознавать, что точности локации космических объектов, равной секунды, Вы просто никогда не сможете достичь, не зная определенно, что такое свет: волна или частица? Все это происходит потому, что Вы не будете знать определенно, какими условиями синхронизации часов Вам необходимо пользоваться. При этом мы также должны знать, что релятивистские условия синхронизации часов, предложенные А. Эйнштейном и признанные учеными как научные, в действительности не рабочие. Невольно возникает вопрос, по каким же преобразованиям, синхронизировать часы? Какой теории света при этом, необходимо придерживаться? Ответ на этот вопрос могут дать только точные измерения. В принципе о том, что свет - это не корпускула, а волна, астрономы установили давно, наблюдая за двойными звездами. Но экспериментальное подтверждение этого факта физиками, задерживается. Так было с наблюдениями Ремера, которые физики подтвердили только спустя 174 года. Вот почему и теперь, по моему глубокому убеждению, вопрос о том является ли среда распространения света 'выродком' в семье физических субстанций, или она действительно существует - это не вопрос спора о двух различных идеологиях, а единственно прерогатива опыта. Что же касается отрицательного эксперимента Майкельсона-Морли, то он действительно, на самом деле является отрицательный уже потому только, что не учитывает естественного и непреложного факта, что Земля, на ограниченном расстоянии, увлекает свою собственную среду распространения света, своё собственное гравитационное поле. Необходимо так же отметить, что предлагаемые новые преобразования, объясняющие наблюдения Рёмера, принципиально отличаются не только от преобразований Галилея, но они тем более тогда отличаются от практически таких же, для относительно малых скоростей движения тел, систем отсчета, преобразований Лоренца. Доказательством тому служит факт, заключающийся в том, что преобразования Лоренца, при относительно малых скоростях движения рассматриваемых систем отсчета, имеют своим частным случаем преобразования Галилея. А преобразования Галилея, это всем хорошо известно, написаны из предположения, что скорость света - величина бесконечная. Кроме того, при написании преобразований, объясняющих результаты наблюдений Рёмера, необходимо также исходить из того непреложного факта, что скорости движения и Земли, и Юпитера, не относительные, как это непроизвольно получилось у Галилея, и нарочито осмысленно у Альберта Эйнштейна, а абсолютные. Учитывая вышеизложенное, можно со всей определенностью сказать, что предлагаемые Вашему вниманию преобразования, объясняющие наблюдения Ремера, позволяют нам всем, с учетом многократно увеличившейся точности измерений, лучше узнать, как устроена Вселенная и как она развивается в пространстве и времени. Узнать как устроена не просто видимая наблюдателями на Земле Вселенная, а какой она является в действительности, разумеется, с учетом тем не менее ограниченных наши возможностей, определяемых нашим разумом.
   Необходимо так же отметить, что предлагаемые новые преобразования, объясняющие наблюдения Рёмера, принципиально отличаются не только от преобразований Галилея, но они тем более тогда отличаются от практически таких же, для относительно малых скоростей движения тел, систем отсчета, преобразований Лоренца. Доказательством тому служит факт, заключающийся в том, что преобразования Лоренца, при относительно малых скоростях движения рассматриваемых систем отсчета, имеют своим частным случаем преобразования Галилея. А преобразования Галилея, это всем хорошо известно, написаны из предположения, что скорость света - величина бесконечная. Кроме того, при написании преобразований, объясняющих результаты наблюдений Рёмера, необходимо также исходить из того непреложного факта, что скорости движения и Земли, и Юпитера, не относительные, как это непроизвольно получилось у Галилея, и нарочито осмысленно у Альберта Эйнштейна, а абсолютные. Учитывая вышеизложенное, можно со всей определенностью сказать, что предлагаемые Вашему вниманию преобразования, объясняющие наблюдения Ремера, позволяют всем нам, с учетом многократно увеличившейся точности современных измерений, лучше узнать, как устроена Вселенная. Узнать, как устроена не просто видимая наблюдателями на Земле Вселенная, а узнать какой она является в действительности с тем, чтобы иметь свои собственные суждения о том, как наша Вселенная развивается в пространстве и времени.
  
   Д. Тальковский
  
   P.S. Вашему вниманию, дорогие читатели, предлагается сокращенный вариант статьи 'Физика явлений в движущихся и неподвижных системах отсчета' вместе с материалами Игоря Смородина, позволившими мне в очередной раз стряхнуть пыль с преобразований, объясняющих результаты наблюдений Ремера и попытаться получить на них Вашу поддержку. Причем, я совсем не прошу Вас дать предлагаемым мной преобразованиям, объясняющим наблюдения Ремера, только положительную оценку и не более того. Напротив, совершенно напротив, я буду бесконечно благодарен в первую очередь тем моим коллегам, которые укажут мне на ту или другую ошибку в подходах получить важные преобразования, объясняющие не только наблюдения астрономов, но также 'работающие' в микромире. Другими словами, я убежден в том, что предлагаемые мной преобразования, в отличие от опубликованных Эйнштейном преобразований Лоренца, выдерживают-таки критику.
  
  Тем более мне тогда не понятно, не то, что мои преобразования, в отличие от преобразований клерка патентного бюро, Эйнштейна, не публикуют. Эту ситуацию достаточно подробно и, насколько я могу судить, убедительно, раскрыл Игорь Смородин. Более же всего на свете меня волнует, то есть, мне совершенно непонятно именно то, почему мои коллеги, включая, самого Игоря Смородина, Вадима Жмудь, Степана Тигунцева, Константина Катунина, Василия Северина, Иосифа Смульского, Альберта Вейника, Александра Стеняшина, Елены Березиной, и еще доброй одной или двумя сотнями моих коллег, с которыми я был знаком по переписке или даже знал лично, никогда не выразили никакого своего отношения к моим работам и взглядам. Это одновременно и волнует и пугает меня. Неужели всем нам, все по барабану? Неужели верна идеология, что после нас - хоть потоп? А как же наши дети, внуки, правнуки, наконец?! Ведь если не жить во имя будущего, тогда во имя чего же нам стоит жить? Выходит, действительно правы те, кто говорят, что после нас, - хоть потоп.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) М.Боталова "Императорская академия 2. Путь хаоса"(Любовное фэнтези) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) Л.Огненная "Академия Шепота 2"(Любовное фэнтези) Е.Кариди "Змеиная невеста. Разбавленная кровь"(Любовное фэнтези) А.Зимовец "Чернолесье"(ЛитРПГ) А.Тополян "Механист"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"