Хэленка: другие произведения.

10. Bad Romance

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.37*17  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Говорят: жизнь, как зебра. Иногда мне кажется, что мне досталась зебра, если и не сплошь черная, то с черно-серыми полосами. После очень плохого периода наступает тоже плохой, но не настолько. А может, полосы просто очень широкие? И за бесконечным черным периодом наступит бесконечный белый? Должен же человек надеяться на лучшее?.. Закончено. Окончание - по почте, очень мне надоели слишком активные товарищи, размещающие работы, где попало.

   Часть 1
  
   Глава 1
   В обычные дни я шла от общаги до автобусной остановки около десяти минут, сегодня, кажется, преодолела этот путь секунд за тридцать, кипя от гнева. Можно было бы взять такси, но мои финансы на исходе, а до перевода от родителей оставалась целая неделя. Меньше всего хотелось просить их выслать деньги раньше: мама в отпуске по уходу за ребенком (кто бы мог подумать, что женщина под сорок решит порадовать семью появлением наследника, хотя, все, и правда, радовались, и Дениску я обожаю), и папе приходится содержать всех нас, еще и кредит за квартиру выплачивать. Я честно стараюсь не тратить лишнего и зарабатывать самостоятельно, но заработки мои крайне нерегулярны.
  
   Наверное, с таким настроением стоило остаться в общаге: какой клуб, если тебя раздражает все. В автобусе попытался познакомиться какой-то парень, но я даже не рассмотрела, симпатичный ли он, так рыкнула в ответ, что его в другой конец салона отбросило. А все этот Ганс! Что мне могло в нем понравится?! Конченая дура! Так и расплылась, когда этот недоносок спросил, иду ли я вместе со всеми, а потом еще и подвезти пообещал. "Я за тобой заеду, но за это ты наденешь юбку". Извращенец-фетишист! Я в жизни юбку не напяливала в такой холод! И как только согласилась? Ну, а когда я уже была готова к выходу и дожидалась его звонка, он сообщил, что застрял в пробке. "Ксюха, детка, ты же сможешь добраться самостоятельно? Встретимся внутри". Ненавижу, когда меня называют "Ксюхой", примерно так же, как когда меня зовут "деткой". А еще не воспринимаю людей, не исполняющих обещаний! Я же его не просила за мной ехать, сам предложил...
  
   Умная на моем месте осталась бы дома. Сначала я так и собиралась поступить. Это был бы самый лучший выход из ситуации. Но позвонила Нэлька и поклялась меня удушить, четвертовать и повесить на березе, если меня не будет. Учитывая, что она согласилась на эту вылазку только, если я тоже пойду, понять ее гнев несложно. Хотела переодеться, но обнаружила на любимых джинсах пятно, а у меня не так много вариантов одежды, которую можно надеть в приличное место. Клуб, в который мы собрались, был как раз очень приличным местом. Пожалуй, самым приличным в городе.
  
   Решив, что лох - это судьба, я вышла, в чем была. Вид, надо сказать, достаточно провокационный. Высокие сапоги и та самая юбка оказались в моем гардеробе случайно, и так бы и лежали в дальнем углу до конца дней своих. Самой себя я казалась больше похожей на проститутку, чем на студентку в таком наряде, оставалось надеяться на то, что смогу проскочить быстренько до места, а там вся компания, не должны дать в обиду. Оставалась опасность полного отморожения задницы, но тут уж ничего не поделаешь, только на лучшее и надеяться.
  
   До клуба я все же добежала без потерь, но на входе меня ожидала очередная заморочка: охранники не пожелали пропускать, пока за мной не выйдет тот, у кого мое приглашение. "Сегодня вход только по приглашениям", - тупо повторял охранник, не меняясь в лице. Я начала набирать всех из собравшейся внутри немаленькой компании, чьи номера знала, только в клубе попробуй услышать звонок телефона...
  
   Когда из помещения, манившего теплом, кто-то вышел, я начала надеяться на чудо: вдруг этот кто-то из наших. Ну, конечно! Чудеса же на каждом шагу случаются! Разочарование и холод заставили мозг работать быстрее, и я нашла блестящий (так мне тогда показалось) выход из ситуации.
  
   - Простите, не могли бы Вы мне помочь? - обратилась я к вышедшему парню. Впрочем... парнем его и не назовешь, скорее, "мужчина". В его возрасте работать надо, а после работы к жене спешить. Вон, как на меня холод действует: совсем мозг заморозило, с какой стати я начала рассуждать, что должен и что не должен делать совершенно посторонний мужик?
  
   Мой "собеседник", если можно его так назвать (пока беседую только я), приподнял бровь и оценивающе меня осмотрел. Оценил, кажется, не более, чем на троечку, но меня это не остановило.
  
   - Я не могу друзьям дозвониться, передадите им, что я жду? - скорчив самое разнесчастное выражение лица, клянчу я. Раз не удалось сразить наповал своей неописуемой красотой, буду давить на жалость.
  
   - Ну, пошли, - снисходительно отвечает мужик и берет меня за руку. Мне сегодня просто везет: снисходительный тон я "люблю" примерно так же, как имя "Ксюха". Если бы не было так холодно, плюнула бы и укатила домой, предварительно сказав этому самцу, все, что о нем думаю. Тоже мне, хозяин жизни нашелся! - Моя гостья, - поясняет мужик охраннику.
  
   - Спасибо, - бормочу сквозь зубы и пытаюсь освободить руку. - Пойду я друзей искать.
  
   - Ай-яй-яй! Как некрасиво! Я сказал, что ты - мой гость, а ты вот так сразу уходишь? Я тебе помог, и все, чего заслужил - вялое спасибо? Так не пойдет! - сообщает мне мой сопровождающий, который нравится мне все меньше. Самоуверенный индюк!
  
   - А как пойдет? - обреченно интересуюсь, в поисках пути к бегству.
  
   - Выпьем, поболтаем... должен же я знать, кого провел, а то еще устроишь пьяный дебош, а мне стыдно будет.
  
   - Я не пью, и собеседник из меня никакой, - так я и поверила: таким, как ты чувство стыда незнакомо. Перестаю дергать руку, делая вид, что больше не собираюсь вырываться. Через несколько шагов, почувствовав, что хватка ослабла, резко дергаюсь по направлению к большому пальцу, как учил меня кто-то из друзей. Обычно срабатывает, но не на этот раз - реакция у мужика, дай Бог каждому. В его-то возрасте!
  
   - Лучше не дергайся, - предупреждает он, перекрикивая музыку, и тащит мое слабо сопротивляющееся тельце куда-то наверх. Ладненько, встретятся же нам по пути охранники? Тогда и будем действовать.
  
   Охранник стоял как раз у двери, куда меня решил "мило пригласить" мой новый знакомый (век бы его не знала!).
  
   - Помогите! - издаю истошный вопль прямо в ухо мордовороту, чтобы у того не получилось сделать вид, что он меня не расслышал. Охранник смотрит сквозь меня, будто я соткана из воздуха. Понятно, значит стоит рассчитывать исключительно на себя. Сейчас найдем что-нибудь, что можно применить, как холодное оружие. Главное, удар рассчитать правильно, не особо жажду сидеть лет десять за убийство этого г**дона.
  
   Дверь за мной закрывается, и сразу становится тихо-тихо. Недлинный коридор, еще дверь, и мы оказываемся в неком подобии квартиры. Неплохой такой квартирки, в несколько раз больше той, где живут мои родители. Это у них тут такие вип-комнаты? Странно, но помещение выглядит так, будто в нем кто-то постоянно живет...
  
   - Что тебе налить? - спрашивает мужик, пока я оцениваю обстановку, одновременно присматривая что-нибудь тяжелое. Вон та ваза вполне подойдет, надо только до нее добраться.
  
   - Сок, - отвечаю, чтобы отвлечь столь "любезно" пригласившего меня в гости и начинаю плавно перемещаться в сторону вожделенного предмета. Да, вазочка, что надо: тяжелая и в руку удобно ляжет.
  
   - Я бы не стал совершать неправильных движений на твоем месте, - совершенно спокойно, без малейшей угрозы в голосе говорит мужик. - Отсюда ты не выйдешь, пока я сам тебя не выпровожу.
  
   Оборачиваюсь и смотрю на этого козла. Я что, на самом деле попала? Нет, быть такого не может! Дедушка Мороз, или кто там у вас отвечает за подарки к новогодним праздникам, я ничего такого не просила, ни аленького цветочка, ни большой любви, ни мужика страшенного. Вы меня с кем-то перепутали! Ой, мама!!! Что делать-то?
  
   - Отпусти меня, тебе же лучше будет, у меня генитальный герпес! - брякаю я, сама поражаясь своей глупости.
  
   - Ничего, я тщательно предохраняюсь, - доверительно сообщает мужик, приподнимая свой бокал. Это можно расценить, как пожелание мне здоровья? Так мое здоровье будет в полной сохранности, если только я буду как можно дальше от желающего.
  
   - Ну что ты ко мне привязался! - ною я. - Там столько девушек, которые будут рады пойти с тобой, зачем я тебе сдалась?! Ты же такой... ну, весь такой... мечта блондинки! - о, как обычно, при нервном напряжении у меня случается приступ недержания речи. Видно, от страха мозг размягчается.
  
   - Сама напросилась, - отвечает он равнодушно (мог бы и соврать, что я произвела на него неизгладимое впечатление, и он влюбился с первого взгляда) и, так же равнодушно добавляет: - раздевайся.
  
   - Обойдешься! - вырывается у меня, прежде чем успеваю подумать о том, что психов злить не следует.
  
   - Как хочешь, - пожимает он плечами. Да, ладно! Неужели, обошлось?! - Охранники понравились?
  
   - Должны были? Я их как-то не рассматривала, - отвечаю, слегка озадаченная неожиданным поворотом мысли.
  
   - Раз уж ты решила, что лучше проведешь время с ними, чем со мной, должны были понравиться, - я могу только глазами хлопать, не в силах понять, что он несет. - Их, кстати, двенадцать. Всех сразу предложить не могу, надо же кому-то работать, но по одному, максимум по двое... Согласен, так будет намного веселее.
  
   Я смотрю в его глаза, глаза совершенно спокойного человека, не занимающегося на данный момент ничем из ряда вон выходящим, и понимаю - это не пустая угроза. Он сделает это, и никакая совесть даже не шевельнется. Пара минут на размышление, и я начинаю раздеваться. Что же, ты получишь, чего хотел, только сомневаюсь, что тебе это понравится.
  
   - Правильный выбор, - насмешливо комментирует монстр, которого я стараюсь запомнить в подробностях. Запомнить в малейших деталях, чтобы заставит его пожалеть, заставить умолять Бога повернуть время вспять, чтобы никогда не тащить за собой случайно подвернувшуюся девчонку. Как сейчас умоляю я... Вернуться в прошлое и остаться в общаге, не брать трубку и не слушать воплей Нэльки. И вообще никого не слушать и не слышать. Почему же время не поворачивается? Я обязательно отомщу тебе, отомщу так, что ты пожалеешь, что родился. Пусть на это потребуется десять лет или пятьдесят, не важно. Должна быть какая-то идея. Что-то, что заставит меня дышать и жить. - И не надо изображать из себя жертву: ты пришла сюда, чтобы мужика снять, чем же тебя я не устраиваю? Если тебя так волнует прелюдия, типа купить девушке выпить и так далее, то не волнуйся: будешь умницей - заплачу тебе так, что сама себе любую прелюдию организуешь. И выпьешь то, чего никогда раньше не пробовала, и поешь не доширак, или что вы там едите, и шмотки себе нормальные купишь. В таком дешевом тряпье нормального мужика не снять.
  
   Мне плевать на то, что он говорит, я больше не собираюсь издавать ни звука. Эта скотина не услышит больше, как я умоляю, ни за что не увидит моих слез. Впрочем, ему плевать. И мне плевать на него. Надо отключиться и смотреть на ситуацию, как будто я - сторонний наблюдатель, а не участник. А еще лучше - не смотреть.
  
   Я и не смотрела: разделась, легла на диван, ноги раздвинула, и вспоминаю, какие задания надо на этих выходных выполнить. Не знаю, как мужик отреагировал, меня это не интересовало. "Меня здесь нет", - убеждала я сама себя и аутотренинг почти работал. Мужик по мне елозил, слюнявил в разных местах, все задания я обдумала и решила, что было бы неплохо подремать. Через какое-то время услышала даже самую потрясающую похвалу за всю жизнь, что-то типа того, что с резиновой куклой намного веселее. Не стала предлагать с куклой и трахаться, мне было неинтересно и лень. Очнулась, когда мужик с меня встал. Даже удивилась, что он так быстро сдался.
  
   - За мной пошла! - рявкнул он, и я поняла, что радовалась рано. Ему наскучил диван, и он решил переместиться на кровать, которая располагалась в соседней комнате. Отключиться во второй раз было сложнее, но я справилась.
  
   Напрасно я надеялась, что он сдастся, похоже, наступила мужику на больное место. Эх, зря я так, надо бы постонать, изображая удовольствие, переходящее в экстаз, глядишь, была бы уже дома. Вечно у меня так: стоит попытаться сделать кому-то хуже, как хуже становится только мне. А мужик на редкость крепкий оказался: продержался до самого утра. Думаю, что это, на самом деле, редкость, если судить по рассказам подруг, их редко радуют больше одного раза за ночь, а тут столько радости, и все мне одной. О, я не разучилась иронизировать? Есть надежда на то, что жить буду.
  
   Мужик швырнул на тумбочку денежку, злобно сказал, что я могу уматывать, и ушел в душ. Мне повторять не надо было, это точно. Одевалась я со скоростью новобранца, стремясь свалить отсюда как можно быстрее. И не надо мне говорить, что теперь можно и не торопиться, я, знаете ли, продолжения не жажду. Всю поездку до общаги мучилась эгоистичной мыслью: "Почему я?". Эх, надо было давно уже с кем-нибудь нормальным переспать, может, тогда было бы не так противно? Хотя разница, когда тебя изнасиловали: в первый раз, во второй или в двадцатый? Правда, мой случай даже под изнасилование не подойдет: посети меня желание подать заявление, ни одна медицинская комиссия не докажет факт насилия, это точно. И откуда только такие ублюдки берутся? Нет, вопрос не в этом, вопрос: и как только я могла столкнуться с таким ублюдком?! Я же выхожу куда-то, кроме универа, раз в квартал!
  
   Говорят, Бог нам не посылает испытаний более страшных, чем мы можем вынести... Мне кажется, в моем случае он ошибся, малость перевесил на мою долю. А еще говорят, что нас не убивает, делает нас сильнее. И почему я не чувствую себя сильной? Я чувствую, что самым лучшим выходом было бы лечь на кровать в своей комнатке, запереться, чтобы не лез никто и сдохнуть. И чтоб нашли суток через десять по запаху, чтобы даже хоронить нечего было. Да уж, смерть решает все проблемы, правда?
  
  Глава 2
  
  Проснулась я в четыре часа дня от телефонного звонка. Учитывая, во сколько легла и как развлекалась всю ночь, назвать меня соней было бы несправедливо. Снова слушать вопли Нэлли не хотелось, но если не отвечу, она не замедлит явиться, а меньше всего мне хотелось кого-нибудь видеть. Повезло, что я в комнате одна: соседка, еще до того, как мы успели как следует познакомиться, свалила жить со своим парнем, оставив эти почти хоромы в моем распоряжении. Не скажу, чтобы ее уход меня огорчил, хотя и люблю хорошую компанию.
  
  - Ты почему не явилась?! - заорала подруга мне в ухо, заставляя морщится. - И на звонки не отвечала! Я волновалась!
  
  - Я пришла, меня не пустили без пригласительного, я звонила, вы не отвечали, я уехала домой, - кратко отчиталась я, слегка отцензурив произошедшее со мной накануне. Никогда не вешала на других свои проблемы и не верила в то, что станет легче, если с кем-нибудь делиться неприятностями. Думаю, не стоит менять привычек.
  
  - Блииин! Извини, я же не знала, что так не пускают! Как я могла не услышать?! Слушай, а с голосом у тебя что?
  
  - Замерзла и заболела, - быстро нахожу, что соврать. Не замечала, что с моим голосом что-то не так.
  
  - Сейчас принесу тебе лекарства...
  
  - Нет!!! - не сдержавшись, я показала наглядно, как сильно жажду общения. Надо взять себя в руки и попытаться выкрутиться. - Не надо, это может быть заразно, а у нас скоро сессия. У меня все есть, нужно только отлежаться.
  
  - Ну, если ты уверена... - с сомнением пробормотала подруга.
  
  - Я больше, чем уверена. И мне трудно говорить - горло першит, - нашла я повод прервать общение.
  
  Так мне удалось провести два выходных, выползая из постели только в туалет и в очередной раз в душ. Все время казалось, что мне удастся смыть с себя всю дрянь, что налипла. Мне даже стало мерещится, что от меня разит тем мужиком, несмотря на несколько часов проведенных под почти кипятком и целого флакона с гелем. Еда меня на данный момент интересовала меньше всего, так что на общую кухню выходить не надо.
  
  В понедельник я решила прогулять и продолжить валяться в постели, прикидываясь больной. Но, проснувшись в то время, когда должен был прозвенеть будильник, передумала. Не хватало еще из-за какого-то мудака из универа вылететь. Один день, конечно, ничего не решает, но стоит дать себе послабление, и за одним днем потянется другой, а там и третий... Плохая идея.
  
  В полусознательном состоянии доехала автобусом, на автомате добралась до универа и в прострации застыла у расписания. Так и стояла бы там, если бы не явился Митя и не вернул меня к жизни.
  
  Зря я о нем забыла! И как только умудрилась: должна бы всегда держать в голове, не зря же мы с младенчества вместе. Что-то вроде друзья-не-разлей-вода. Ага, как же! Только Митя в это и верит, за одно верит и в то, что окружающие так считают. На самом деле все, включая меня, знают, что мой так называемый друг в меня давно и безнадежно влюблен. Только он об этом никогда не скажет, он даже со мной вдвоем старается не оставаться на публике, смотримся мы вместе - закачаешься. Пусть я и не девица-богатырь, но на фоне Мити с его полутора метрами роста и неполными сорока килограммами веса, смотрюсь внушительно. Впрочем, на его фоне все смотрятся внушительно. Зато у Мити большое, преданно любящее сердце. И все этим сердцем он прикипел ко мне еще в первом классе. Даже поступать за мной поехал, настойчиво уверяя всех, что всегда мечтал учиться именно в этом универе. Как я к нему отношусь? Как бы сказать корректно? Мне сложно воспринимать как мужчину того, с кем я чуть не на одном горшке сидела. Митя для меня, как братишка... младшенький.
  
  Вот сейчас этот братишка и возьмет меня в оборот: его не смутит тот факт, что вопрос 'Что с тобой?', он задает в двадцать пятый раз.
  
  - Что с тобой? Хреново выглядишь, - вместо приветствия обрадовал парень... Я же говорила!
  
  - Приболела чуть-чуть.
  
  - А вид у тебя не больной, а несчастный.
  
  - Это я к семинару готовлюсь: так башка раскалывалась, что ничего не выучила, - с каждым разом я вру все качественнее, скоро в этом нелегком деле профи стану.
  
  - Подстраховать?
  
  - Конечно! Кто же мне еще поможет? - Митя стал лучшим студентом на курсе только благодаря тому, что стремился вечно быть готовым меня подстраховать. Если я чего не выучила, он вызывается отвечать добровольцем и забалтывает препода до состояния полной неадекватности. Честно говоря, общение с этим парнем меня реально напрягает: мне жутко стыдно, что я не могу ничем ему ответить и мне его жалко. И еще мне самой противно, так как единственное, что я могу сделать, это пожалеть его.
  
  - Как клуб? - обычно Митя первый на всех массовых мероприятиях, но не в тот раз. Если бы он пошел с нами, ничего бы со мной не случилось, уверена на все сто.
  
  - Осталась за дверью, отморозила попу, пролежала больная, - отчитываюсь кратко и по существу, - в общем, было жутко весело.
  
  - Ты какая-то неживая, - выдает Митя. Вот-вот и так будет до конца пар.
  
  - Говорю же: отморозила одно место, а ты все время говоришь, что мозг у меня именно там хранится, - придумываю на ходу, надеясь, что такое объяснение его удовлетворит. К счастью, Митя успокаивается и переключается на другую тему.
  
  К обеду моя заторможенность почти пропала под натиском едва контролируемой ярости. Неужели я выгляжу настолько плохо?! Вопрос 'Что с тобой сегодня?' задали человек пятнадцать. И это не считая моего ближайшего друга, ничуть не успокоившегося и периодически возвращающегося к этой животрепещущей теме. О, как я зла!
  
  А вот ты зря на моем пути оказался, когда я в таком состоянии, могу и покалечить ненароком! Идет, сияет, будто ничего и не было!
  
  - Что это Ганс тебе так счастливо улыбается? - интересуется Митя.
  
  - Это потому, что он - кретин, и имя у него кретинское. И он еще не знает, как я жажду стереть его кретинскую ухмылку с его кретинской рожи, - шиплю я.
  
  - Ксюха! - делает улыбку еще шире эта мечта тупых малолеток. Хотя куда уж шире, и так морда сейчас треснет. - Что же ты меня так жестоко продинамила?!
  
  - Знаешь, что я тебе на это скажу? - я останавливаюсь, чтобы чуть успокоиться и удерживать собственную речь в рамках литературной. - Старайся обходить меня самой дальней стороной! Никогда ко мне не приближайся! Это все ты виноват! - напоследок ткнула в широкую грудь пальцем и пошла дальше, оставляя шокированного парня за спиной. Стоило найти виноватого, и сразу стало легче.
  
  - Это что сейчас было? - настороженно интересуется Митя. Он всегда готов растерзать моих обидчиков, как истинный рыцарь, иногда из-за этого мы попадаем в комичные ситуации. Но сейчас я не настроена веселиться.
  
  - Этот поганец обещал довезти меня до клуба и кинул, пришлось автобусом добираться, - рассказываю я, на этот раз ничего не привирая.
  
  - Что здесь такого? - Митю сложно убедить в том, что я - избалованная стерва, для которой поездка на общественно транспорте - страшное испытание.
  
  - Ты же знаешь, как я не люблю менять планы, - все, больше ни слова не скажу, хоть пытайте!
  
  - Что-то ты не договариваешь...
  
  - Митя! Ты достал меня своей заботой! Отвяжись! Ты - зануда, похлеще моей бабушки! - друг обиделся, и разговаривать со мной перестал. Жалко его, впрочем, как обычно, но извиняться и не подумаю - мне нужна передышка. Мне вообще нужно побыть одной, я устала изображать живую. Еще целая пара, и у меня стойкое ощущение, что до ее окончания я не продержусь.
  
  Продержалась! Спряталась на первую парту, куда обычно никто не садится по собственному желанию, так что никто меня не доставал больше. Посвятила полтора часа непростой задаче: записать все, что говорил сегодня лектор, слово в слово. Почти справилась, теперь задача посложнее - прочесть, что же я написала. И как только нас отпустили, рванула на выход, ни с кем не прощаясь. В общагу решила идти пешком - не хочу никого видеть, ни знакомых, ни чужих. Хочу на необитаемый остров. И никаких Пятниц!
  
  Каждый день в универе - испытание, каждый день я все усилия прилагаю к тому, чтобы хотя бы в свободное время никто не трогал. Иногда запираюсь в комнате и делаю вид, что никого нет, иногда прячусь в библиотеке. Гуляю в парке - там есть такие уголки, в которых никогда не встретишь людей, но это через силу: на улице чувствую себя незащищенной. Все время такое чувство... не знаю, как его обозвать, что-то вроде тоски. Противно, мрачно, давит что-то изнутри, как будто я вампир, которому в грудь кол вбили, а он встал себе и пошел дальше. И живет себе... или делает вид, что живет. Это все пройдет, я точно знаю, надо только переждать.
  
  А еще я теперь каждую ночь в болоте вязну, даже не ожидала, что у меня фантазии хватит на такие реалистичные ощущения, будто все наяву. Когда это болото доходит до шеи, оно начинает меня настойчиво душить. Неприятно, зато просыпаюсь стазу. Две недели я так и прожила без всякого движения к лучшему. Пыталась взять себя в руки, отвлечься, развлечься, но все как-то безрезультатно. Никогда себя слабачкой не считала, а тут, на тебе, какая-то ерунда, а справиться не выходит.
  
  Обычно скорому наступлению пятницы я начинаю радоваться в среду вечером, но не в этот раз: с самого утра четверга было немного не по себе. Не могла бы объяснить, что конкретно не так, но чувствовала я себя не очень. А когда на середины пары мне пришлось бежать в туалет, чтобы проститься со съеденным накануне в срочном порядке, я испариной покрылась. С утра мне плохо, тошнота, рвота, и вообще, жить стало еще херовее, чем до этого - все признаки одного всем известного заболевания, которое само проходит через девять месяцев. На пару вернуться я уже не могла, пока не буду знать все наверняка. Не может этого быть! Это слишком жестоко! И потом, он же говорил, что всегда предохраняется.
  
  Путь до аптеки и обратно занял рекордные семь минут, а потом я молилась поочередно всем богам в университетском туалете. Меня не так пугало появление ребенка как такового, пусть, у меня ни жилья, ни заработка, пусть мне еще доучиться надо, со всем этим можно справиться, было бы желание. Гораздо сильнее меня пугала возможность появления на свет потомства от такого... В общем, лучше бы такие мрази не размножались, это точно. Пять минут я стояла, зажмурившись, в кабинке, и когда заработал специально поставленный на это время будильник, глаз не открыла. Еще пару минуток побуду в неведении... Ладно, сколько можно тянуть? Решительно распахнула глаза и увидела... одну полоску! На всякий случай перечитала инструкцию... Слава Богу! Спасибо тебе Господи! Спасибо! Я обрадовалась так, что все причины по которым я столько дней в себя прийти не могла, показались ерундовыми и совершенно не важными.
  
  Впервые за несколько дней я не только сама заговорила с подругами, но и позвала всех в кафе. После кафе было кино, потом прогулка по городу, так что в общагу мы вернулись среди ночи, слегка пьяные, но очень веселые. Хорошо, с одной из вахтерш мы давно нашли общий язык: взаимопонимание легко достигается при помощи денежных знаков не слишком большого номинала.
  
  Я легла спать счастливая и не видела в ту ночь никаких болот, и не менее счастливая проснулась рано утром. Ну, вот, так-то лучше: пятница настала, и я радуюсь! Какие глупые мысли царили в моей голове еще вчера, можно только удивляться! Итак, живем дальше, лучше, чем прежде!
  
  День пролетел незаметно, на выходные - куча планов. Я уже договорилась с Митей сходить в кино (он уже на следующий день забыл, что был на меня обижен), с Нэлли мы планировали присмотреть подарки к Новому году (я в процессе написания нескольких курсовых для однокурсников, так что не придется покупать подарки родным за их же деньги) и надо подготовиться к паре семинаров (тем более, что по этим предметам есть реальная возможность получить автомат). Ко всему еще и погода радовала: с утра пошел красивый легкий снежок, и сейчас все было нарядно-белым. Еще и солнышко выглянуло. Так что, выходили из здания универа мы целой толпой громко радуюсь жизни.
  
  - Ух, какая машинка! - пропел восхищенно кто-то из девчонок.
  
  - И какой мужчинка! - добавила другая.
  
  Я обвела глазами парковку и...
  
  Глава 3
  
  Я обвела глазами парковку и... поняла, что хорошее настроение было не напрасным.
  
  - Зая! - заорала я, первой опознав 'какого мужчину'. Замаскироваться пытался? От меня так просто не спрячешься! А девчонки тоже хороши, всего-то несколько месяцев прошло, и они уже не узнают того, по кому дружно пускали слюни! - Ты что здесь делаешь, да еще и с таким транспортом?! - проорала я, почти запрыгивая на друга.
  
  Да, друга, а вы что подумали? Везет мне на друзей мужского пола, что ни говори. Вообще, оба мои товарища немного похожи. Не внешне, конечно. Они оба невероятно чудесные люди. Это - не мое мнение, это - общепризнанный факт. И если Митю несколько портит рост (вернее отсутствие роста), то Славика не портит совершенно ничто. Он - идеален. Мой друг номер два (не по важности, а по времени знакомства, с ним мы встретились только в универе) - воплощенная мечта не только блондинок и малолеток, а всех подряд. Он - красавчик, спортсмен, умник, юморист, добряк и так далее. Даже свое прозвище парень получил не за заячью фамилию, длинные уши или выпирающие зубы, ничем подобным он не обладает. Одна из поклонниц всем сообщала, что Славик милый, как плюшевый зайка. Прозвище прижилось, тем более, что оно нравилось обладателю, что, как я заметила, случается довольно редко. Я тоже была в него влюблена долго (если примерно полгода можно считать долгим сроком) и безответно, и считала свою влюбленность наказанием за то, что творится с Митей. Между мной и Славкой все было наоборот: это я потеряла голову от любви, но старательно изображала искреннюю дружбу. А он, на самом деле был искренним другом.
  
  - Каким еще транспортом? - удивился парень. - А, этот монстр... я случайно рядом встал. Привет, сестренка, я жутко соскучился!
  
  - Так ты появился специально, чтобы меня навестить, - удивилась я, - а почему не позвонил?
  
  - Не совсем... но, думаю, цель моего появления тебя обрадует... Я восстановился в универе!
  
  - Вау!!! Быть этого не может! Как тебе удалось?!
  
  - Я же талантливый, сама знаешь. Осталось сдать четыре экзамена, но до занятий я уже допущен, а главное - получил полную индульгенцию у ректора. Так что больше я не являюсь персоной нон-грата.
  
  - А дальше? - быстро растеряла я оптимизм. - Снова пойдешь зарабатывать для своей ненасытной стервы и снова вылетишь? - знаю, знаю, я не особенно тактична, но не могу сдержаться.
  
  - Больше никаких стерв, даю клятву!
  
  - Не поняла...
  
  - Я расстался с Ариной. Все. Пора начинать новую жизнь.
  
  Я только усмехнулась: от такой, как Арина так просто не избавишься. Уж если она нашла себе жертву, то будет держаться за нее, вернее него, до последнего. Впрочем, по имени ее редко называют, обычно зовут одним из двух распространенных в русской разговорной речи слов на букву 'С'. Как все согласны с тем, что Славка - душка, классный парень и все такое, так не найдется ни одного человека, кто вспоминал бы Арину добрым словом. Встречались они уже больше года и постоянно все друзья твердили одно: 'Брось эту б....!'. Не знаю, что Славик в ней нашел, только своей подружке он прощал все подряд: многочисленные и весьма откровенные измены, хамство, ложь, жадность и прочее, и прочее.
  
  - Да, ладно, не смотри на меня так подозрительно, мы уже месяц не встречаемся.
  
  - А как же неземная любовь? - не сдержалась я. Не каждый день узнаешь, что парень, о котором ты мечтала много месяцев, расстался с твоей соперницей. Пусть мне теперь на это наплевать с высокой крыши, а все равно... Приятно такое слышать, что ни говори. И не надо обвинять меня в эгоизме, вон Славка выглядит более, чем довольным, прямо светится весь. Может, нашел себе уже новую пассию?
  
  - Ой, какая там любовь?! Только не пытайся утверждать, что ты - одна из наивно-романтических дурочек, верящих в эту зефирно-мармеладную чушь! Пошли, отметим нашу неромантическую встречу в кафе, я угощаю, - и парень потащил меня за руку подальше от универа и от группы внимательно наблюдающих за разговором моих однокурсниц.
  
  Хорошо, Митька ушел раньше: моего второго друга он очевидно недолюбливал и, кажется, ревновал. Слава, в свою очередь, терпеть не мог моего друга номер один и доставал того при каждом удобном случае. Я на пару с последним не выносила Арину, о чем не устаю напоминать. Вот такой нелюбовный треугольник - страсти, как в сериале. Если вспомнить, что я была безответно влюблена в Славку, Митя - в меня и так далее, можно смело садиться за сценарий. Жаль, не обладаю склонностью к эпистолярному жанру. Вот Митька наверняка бы смог. Он любитель из каждой ерунды раздувать целую историю и рассказывать ее всем подряд. И главное, во лжи не уличишь: говорит-то он правду, разве что слегка приукрасив. К примеру, историю с порванными штанами, случившуюся с ним как-то по дороге домой (ну порвал штаны и порвал, всю дорогу пытался прикрыть дырку сумкой - все приключения) он превратил в настоящий захватывающий триллер, каждый раз обрастающий новыми трагическими подробностями.
  
  - И почему каждый раз, как мы встречаемся, я меня создается впечатление, что ты думаешь вовсе не обо мне? - проницательно заметил мой спутник, прервав мои размышления.
  
  - Это мой способ защиты от твоего убийственного обаяния, - пытаюсь отшутиться я.
  
  - Почему убийственного, а не сногсшибательного, к примеру?
  
  - А то ты не знаешь, сколько загубленных девичьих жизней на твоем счету!
  
  - Ну, ну! Не надо преувеличивать! К тому же у тебя на мое обаяние всегда был иммунитет.
  
  - Можно и так сказать... Ладно, хватит чушь нести, лучше расскажи, чем ты занимался все это время?
  
  - Сначала в магазине работал. Сама знаешь: деньги нужны были, - я понимающе хмыкнула, еще бы не нужны с такой подружкой. - Потом устроился в одну рекламную фирму, сначала курьером, но сейчас я уже дизайнер. Так что, я крут!
  
  - В этом никто и не сомневался. Еще на первом курсе Гоша тебя нам в пример приводил и говорил, что ты многого добьешься.
  
  Гоша - наш завкафедрой, Григорий Николаевич. И пусть нормальные люди Григориев зовут Гришами, по неведомой мне причине неправильное имя привязалось, теперь уже похоже навсегда.
  
  - Думаешь, получится справляться и с учебой и с работой?
  
  - Другие же справляются...
  
  - Прости, что напоминаю, но ты уже один раз не справился, - Славка вылетел из универа именно после начала славной трудовой деятельности. После первой же сессии и вылетел.
  
  - Не, сейчас все по-другому. А ты как? Не надумала все бросить и поступить снова на первый курс, только туда, куда нужно? - что же, благодаря редкой проницательности и наблюдательности он знал многие мои тайны.
  
  - Нет. Это была только твоя сумасшедшая идея, которую я никогда не воспринимала всерьез. Знаешь же, если я что-то начала, я предпочитаю доводить дело до конца. Так что я в этой упряжке еще минимум полтора года. И то если не надумаю в магистратуру идти. И вообще, что за дела? Мы говорили о тебе, нечего стрелки переводить. Лучше расскажи со всеми пикантными подробностями, как тебе удалось избавиться от Арины. А главное, с чего вдруг? Разве не ты говорил, что именно она тебя устраивает на все сто?
  
  - Ты никогда не слышала о таких вещах, как личное пространство, такт и все такое? - ехидно поинтересовался Славка.
  
  - Бог с тобой! Я и 'такт' - вещи несовместные, тебе ли не знать.
  
  - Вот именно, что я и не знал... никогда не сталкивался с тобой во время игры в следователя...
  
  - Правильно! - я очень обрадовалась догадливости собеседника. - И цени, что следователь пока добрый... Короче, колись, пока не поздно.
  
  К моему растущему удивлению, друг долго рассматривал меня, молча вертя в пальцах вилку. Нервничает? Да, что с ним сегодня?! Давно ли Славик начал воспринимать жизнь всерьез.
  
  - Слушай, не хочешь - не говори, какие проблемы? Что дергаться без дела? - не выдержала я.
  
  - Разве мы сюда зашли не для того, чтобы поговорить? - будто сам себя спросил Слава.
  
  - Мы вполне можем обсудить последние сплетни факультета или очередную премьеру...
  
  - Нет, подожди, не сбивай меня... У меня есть тема поважнее, чем самые интересные сплетни. Я с тобой посоветоваться хотел, как с другом.
  
  - Так советуйся! Кто тебе поможет лучше, чем я? - Я была страшно разочарована: то, что чуть ли не все знакомые просили у меня совета по любому поводу от 'Что приготовить?' до 'Как помириться с парнем?' только поначалу было поводом для гордости. Со временем я привыкла, а в последнее время это меня жутко напрягало: мне бы со своими проблемами разобраться.
  
  - Я уже говорил, что Арина нужна мне, как укрытие, помнишь?
  
  - Помню. Только то, что я не стала выспрашивать, что ты под этим подразумеваешь, не значит, что я все поняла. Можешь объяснить сейчас.
  
  - Мне очень нравилась девушка, но при первом знакомстве она дола понять, что я ее не интересую. Не знаю, с чего меня так переклинило, но от мыслей о ней я не смог избавиться и закрутил с Ариной.
  
  - Да... уж кто, кто, а она смогла тебя отвлечь! И не только от девушки, но и от учебы. Странная у тебя логика: вместо того, чтобы добиться той, кто тебе нравится, ты нашел 'укрытие', так, кажется, ты это назвал... Что же изменилось сейчас?
  
  - Ничего не менялось. Надоело. Я решил, что лучше уж попытаться и провалиться, чем провалиться из-за того, что даже не попытался.
  
  - Не могу не согласиться. Что же ты хочешь от меня? Чтобы я сказала: 'Молодец!'? Или мне свечку подержать?
  
  - Не опошляй! Я тебе о возвышенном, а ты - 'свечку'! - начал кривляться Славка. - Как думаешь, есть у меня шанс?
  
  - Смотря с кем... Впрочем, я тебя-то шанс есть с любой девушкой... Мне так кажется. А как она тебя отшила? - заинтересовалась я. А что, вдруг пригодится? Это ж надо так действовать, чтобы парень почти два года с другой встречался!
  
  - Сказала, что у нее кто-то есть...
  
  - Фу, как примитивно! И ты на это повелся? Сегодня есть, завтра нет...
  
  - Дело не в этом. Дело в том, что на самом деле никого у нее не было. То есть, она просто хотела от меня избавиться, - Славка как-то слишком пристально смотрел мне в глаза, будто я сейчас раскрою ему все женские тайны.
  
  - Ты все слишком серьезно воспринял. Я тоже так всем на первом курсе говорила, и не спрашивай, почему, ни за что не признаюсь. - Да, было бы слишком постыдным рассказать кому-нибудь, я боялась, что меня посчитают лохушкой, потому что я ни с кем не встречаюсь. - А с чего ты решил, что она именно ради тебя это говорила?
  
  - Были причины...
  
  - Тогда наплюй на свои причины! Может, ты был неправ, а может, она уже сто раз пожалела об этом. Действуй, нечего сопли пускать!
  
  - А она пожалела? - вот интересно, он правда думает, что у меня имеются ответы на все вопросы?
  
  - Я откуда знаю?! Хоть бы имя назвал, как я должна разгадывать твои тайны?!
  
  Славка откинулся на спинку удобного диванчика и рассматривал меня снова молча, но на этот раз с совершенно невероятным выражением лица. Не знаю, что в моих словах вызвало бурю эмоций, но в его взгляде были и ирония, и неприкрытая насмешка, и вызов, и много еще чего-то не вполне понятного.
  
  - Что?! - не выдержала я.
  
  - Ничего, жду, когда же ты объяснишь, хотела ли ты от меня тогда избавиться, или я все неправильно понял.
  
  Это что происходит? Это обо мне был весь бред? Когда я думала только о том, как было бы замечательно, если бы Славка со мной заговорил, он решил, что мне не нужен? Когда я совершенно невероятными усилиями втиралась ему в друзья, чтобы только быть поближе, он посчитал, что я пытаюсь от него избавиться? Вот скажите кто-нибудь: все парни такие идиоты, или среди них есть нормальные?! Или это я такая дура, что всех нормальных распугиваю, и только совершенно ненормальные на меня и могут позариться? А Славка счастливое исключение из этого правила, и мне насущно необходимо 'хватать и бежать'? В крайнем случае, бросаться на шею со словами: 'Твоя навеки', чтобы уже никаких сомнений не оставалось...
  
  Жалко только, что он так поздно очнулся. Что я могу предложить? Свою депрессию? Страх перед выходом на улицу? Или страх темноты? Или ужас от мысли, что может повториться что-то хотя бы отдаленно напоминающее мой кошмар?
  
  Может, кого-нибудь и стоило бы наказать близким общение с таким 'счастьем', как я, но Славка, пожалуй, не заслужил подобного. Он уже с одной с**кой помучился, не хочу стать второй такой же.
  
  - Значит, я все правильно понял, и она не пожалела, - прервал мои размышления парень. Черт! Еще не хватало, чтобы он сделал неправильный вывод! Или именно так и надо?
  
  - Зая, я не хочу рисковать... У меня не так много друзей, чтобы ими разбрасываться ради совершенно эфемерных отношений, которые (уверена почти на сто процентов) долго не продляться. Я не хочу тебя потерять.
  
  - Солнце, я понимаю, что ты пытаешься подсластить пилюлю и все такое, но не надо, я все понял, твои объяснения звучат совершенно глупо и ужасно надумано. Все нормально, я переживу, - и, не дав мне добавить ни слова, мой друг (кажется уже бывший) встал из-за столика и покинул кафе. Вот засада! Лучше бы он не приходил! Я же давно смирилась, расслабилась и даже почти забыла, а теперь... Пришло время второй раз терять того, кто и так никогда не был моим?
  
  
  Глава 5
  
  Через пару дней я окончательно уверилась в том, что радовалась слишком рано: Зая пропал. Он не приходил, не звонил и даже не прислал ни одной эсэмэски. Ни заботливых 'Как ты себя чувствуешь?', ни обыденных, но таких приятных (если их шлет приятный тебе человек, конечно) 'Доброе утро' и 'Спокойной ночи', ни пробуждающих самые неприличные мысли 'Ты мне снилась' - ничегошеньки. Раньше я бы сама набрала номер парня и обругала его за подобное пренебрежение, но... то, что я считала нормальным при общении друзей, казалось совершенно не нормальным в нынешнем статусе. Весьма неопределенном статусе, надо сказать. И, сдается мне, что любой нормальный парень сначала определится до конца и только потом будет тебя нагло игнорить. А какой вывод следует из данной мысли? Правильно: он просто-напросто не хочет продолжения.
  
  Возможно, я была слишком навязчивой - вон как набросилась на бедного Славку, стоило только меня поцеловать, прямо умирающий в пустыне на бутылку воды. А говорят, мужчины любят недоступных девушек. Я, правда, такого не замечала, скорее наоборот, но и говорят же наверняка не дураки.
  
  А, может быть, я была скучной и занудной. Да, раньше он не жаловался и всегда с удовольствием находил время, чтобы пообщаться со мной, но разве не все меняется? Разве он не изменился за то время, когда мы почти не виделись благодаря Алине? А уж как изменилась я!
  
  Не зря же в моей жизни постоянными бывают только друзья... Наверняка, есть что-то, что отталкивает мужчин, надеющихся на что-то иное. Знать бы что, а то так и помру старой девой, в окружении семи кошек и библиотечных книжек. И неважно, что кошек я не особенно люблю, а в библиотеку хожу только, чтобы найти материал, касающийся учебы: спасибо интернету, найти хорошую книгу сейчас можно не только не выходя из дома, но и не вставая с кровати. Как я уже говорила, все меняется. Буду ходить на работу в какую-нибудь юридическую консультацию без макияжа и с полным безобразием на голове, просиживать там день в тоске и возвращаться в пустую квартиру. Ах, да! Не совсем пустую! Семь кошек так и дожидаются, когда же я состарюсь в одиночестве!
  
  Ой, да ладно! Что это со мной?! С каких пор я стала задумываться о будущем да еще в таком ключе? Еще не хватало, чтобы какой-то парень (пусть даже не какой-то, а очень даже чудесный парень, можно сказать, моя мечта недолгого периода жизни) заставил меня сидеть в одиночестве и грустить! Вот еще! Пусть сам грустит, что прошляпил свое счастье! У меня же были планы, которые я до сих пор не осуществила. Пора осуществлять, тем более что Нэлька меня уже почти загрызла за то, что за подарками мы так и не сходили. А Митя делает самое несчастное лицо, напоминая, что я обещала пойти с ним на новый боевик. Объединю-ка я два мероприятия в одно. Опять же, послушаю, как эти двое друг друга достают, есть у них такое хобби.
  
  В торговом центре наша троица застряла часов на шесть, не меньше. Сначала под ворчание Мити мы бродили из магазина в магазин в поисках подарков. За компанию и его заставили позаботится о маме с сестренкой. Знаю я, как парни подарки покупают: в последнюю минуту схватят какую-нибудь ерунду и на том спасибо. Нэлька настойчиво расспрашивала меня всю дорогу, что мне понравилось, но я, зная ее коварную натуру, держала информацию в строжайшей тайне. Она же не просто так любопытничает, а чтобы моего друга заставить купить именно то, что понравилось мне. Можно было, конечно, показать что-то недорогое, но я знаю, что для меня он не жалеет времени и фантазии и всегда находит что-нибудь невероятное.
  
  Когда ноги начали отказывать, а в глазах зарябило от обилия товара, мы остановились в небольшом кафе, подальше от шумного ресторанного дворика, как сказала моя подруга, специально, чтобы накормить Митю. Типа, ему еще расти надо. Она никогда не стеснялась пройтись по парню катком, недвусмысленно намекая на его рост. Он, в ответ, так же недвусмысленно намекал на длину носа девушки, называя его не иначе как гигантским, монструозным, клювоподобным и так далее. Фантазии ему не занимать. Хотя я, как ни присматривалась, ничего выдающегося в лице подруги не замечала, милое девичье личико, нравящееся, кстати, довольно многим. Но у Мити же вкус особый... Я в их перепалки не вмешивалась, поскольку оба получали явное удовольствие от взаимоунижения.
  
  В кинотеатре, заняв свои места, эти двое продолжали переругиваться, а я, обычно спокойно игнорировавшая их 'милые' беседы, вдруг почувствовала себя на грани. Не знаю почему, но сегодня их колкости, направленные друг на друга болезненно задевали меня. Господи, что же со мной творится?! Почему я чувствую себя некомфортно рядом с двумя самыми близкими людьми?! Мне вдруг стало так жалко себя, бедную-несчастную, что даже слезы навернулись на глаза. Попыталась сосредоточиться на фильме, чтобы не позориться перед друзьями, но активно разрекламированная премьера показалась полнейшим отстоем. Немного самоиронии и чувства юмора сценаристам, и получилась бы отличная пародия на боевик. А так вышло нечто невнятное с большими претензиями.
  
  Осознав, что могу и не справится со всей дрянью, что вдруг поперла из меня, я решила срочно выйти освежиться. Пробормотала что-то друзьям и ринулась к выходу: темнота зала уже душила меня. Вырвавшись из ее липких объятий, вздохнула чуть легче и отправилась умываться, иногда отсутствие косметики очень облегчает жизнь. А после совсем в загул ударилась: несмотря на резкое обнищание вследствие затяжного шопинга, купила себе любимый молочный коктейль. Вот что всегда меня успокаивало и возвращало к жизни! После школы мы чуть ли не с первого класса по одиннадцатый по пятницам заходили в небольшое кафе и заправлялись коктейлями. Сначала вдвоем с подружкой, потом присоединился Митя, а класса с пятого нас набиралась целая толпа. И нам не мешали ни отсутствие средств, ни диеты, ни ссоры, которые мы успешно забывали в эти волшебные пятницы. Все же традиции - вещь нужная и очевидно украшающая наши жизни.
  
  За столик я садиться не стала - не хотела привлекать внимание. Устроилась на диванчике в самом уголке, неподалеку от входа в зал. Достала телефон, ответила на пару сообщений, зашла в контакт, еще раз подумала, что Славик мог бы и не быть такой сволочью и хотя бы написать пару фраз, типа; 'Дружить у нас получается лучше'. Впрочем, его молчание уже не только не огорчало, но даже не давило на мое самолюбие. Так что своим молочным лакомством я наслаждалась в полной мере, восстановив душевное равновесие и полностью успокоившись и расслабившись. Даже то, что со мной рядом брякнулся кто-то, явно не страдающий лишней тактичностью, не напрягло меня нисколечко. Я просто не стала обращать внимания, хотя наличие свободных мест проверила: их была масса по залу. Ай, ладно, начнет клеиться, пошлю сразу и далеко.
  
  Получив от Нэльки сообщение с вопросом: 'Ты где?', со вздохом сожаления встала. В освещенном холле я чувствовала себя гораздо уютнее, чем в темном зале кинотеатра, но если друзья задались целью вернуть мое общество, они это сделают, чего бы ни стоило, лучше не сопротивляться. Оглядываясь в поисках мусорки для стаканчика от коктейля, я скользнула взглядом по человеку, пытавшемуся нагло прервать мое уединение, и чуть не свалилась прямо ему на колени, от шока запутавшись в собственных ногах. Видно, такая перспектива этому типу очень не понравилась, потому что он ловко меня поддержал и вернул в состояние равновесия. Я дернула руку и резко отступила на пару шагов. Мгновенно между бегством по направлению к дому и бегством в зал к друзьям выбрала второе, и смогла вздохнуть, только когда за мной закрылась дверь зала. На автопилоте пробравшись к своему месту, обессиленно упала в кресло и начала лихорадочно считать до ста, пытаясь, пусть не успокоиться, хотя бы остановить дрожь в руках. А когда смогла думать, с удовольствием и удивлением поняла, что его прикосновение вызвало только ненависть и отвращение, но не страх.
  
  Еще я была возмущена до глубины души: я так тщательно вымарывала это чудовище из своих мыслей, так досконально продумывала всю историю заново, и как я приехала к клубу, и как меня не пускали, и как вышел мужик и я подумала, не попросить ли помощи, но лед в его глазах меня остановил, и как пошла на остановку, и как мерзла в ожидании автобуса, и как он долго не приходил, и как потом сломался в пути из-за чего пришлось добираться пешком, так что вернулась я под утро, совсем продрогшая и больная. В общем, в этой истории было все, кроме одной детали, которая совсем не вписывалась в мою спокойную, размеренную и даже немного скучную жизнь. Я так старалась, так тщательно проводила сеансы самопсихоанализа, и на тебе! Не так уж мал наш город, чтобы была высока вероятность нам столкнуться снова, но столкнулись же! Нет, явно я попала в немилость к высшим силам, какими бы они ни были. Какие ни есть, а все настроены против меня.
  
  Из зала я выходила, настороженно скрываясь за спинами друзей, хотя, скрыться за спиной Мити - та еще задачка. К счастью, никого не обнаружила, но страх оставался, так что пришлось просить проводить меня до общаги. Следующие пару дней занятий я нагло пропустила, не в силах переступить порог нашей секции, я даже на кухню снова не выходила. Было страшно, очень страшно, до новой серии кошмаров, до слабости в коленях и дрожащих пальцев, до тошноты. Даже не знаю, как бы я выбиралась, но очень кстати позвонила Вита. Ну, тетка моя, которая 'оставила наследство', неужели не помните?
  
  Излила я ей душу, надеясь на то, что поддержит, пожалеет и утешит, только тетка ни жалеть, ни утешать не стала. Обозвала дурой и в подробностях объяснила, почему я этому мужику даром не сдалась, чтобы он еще за мной по городу бегал и разыскивал.
  
  А ведь и правда, на фига я ему сдалась? Непохож он на тех, для кого женщину найти - сверхсложная задача, а я уж точно ни на Клеопатру, ни на Мату Хари, ни даже на рядовую японскую гейшу не потяну при всем желании. К тому же я ведь проявила себя с самой худшей стороны? Проявила! Так что ж он станет меня разыскивать?!
  
  Правда, выйдя на следующее утро на улицу, я не могла сдержаться и то и дело оглядывалась по сторонам, нервно отпрыгивая от некстати тормозящих рядом машин. Но, раз за разом понимая, что тревога ложная, становилась все спокойнее и в универ вошла почти в нормальном состоянии. Опять же, старенький, но тщательно смазанный и исправно работавший Макаров (а в этом я убедилась) приятно тяжелил сумку, придавая уверенности. Все пары я пребывала в состоянии странного возбуждения и душевного подъема - наверняка, действовал адреналин.
  
  Еще и Славка прислал эсэмэску, которая содержала только несчастный смайлик с увядшим цветком в руке. Я ответила гневной рожицей, на что, наконец, получила подробные (но не вызывающие доверия) объяснения о срочной командировке, полном отсутствии времени и перебоях со связью. Не то, чтобы я от счастья начала порхать, но легче жить стало, никаких сомнений. Опять же, вернулась надежда, что общение с Заей поможет избавиться от страха окончательно и бесповоротно.
  
  Выйдя из университета уже в темноте (сегодня был довольно длинный день, эти звери из деканата поставили нам пять пар и все по основным предметам), я с радостью обнаружила первые в этом году, еще очень неуверенные снежинки, которые будто и не с неба подали, а кружили медленно в воздухе, не думая опускаться на грязную землю.
  
  - Готовься, Синка, завтра забросаю тебя снежками! - пригрозил Карэн, натягивающий перчатки на крыльце за моей спиной. Этот представитель народа Кавказа, всегда забываю, какого именно, был самым дружелюбным в нашей группе и очень любил организовывать всякие вылазки толпой. К нему все относились с нежной любовью, которая заодно распространялась и на его девушку, Настю. Настя была маленькая, беленькая, тихая и невероятно глупая. Наши парни утверждали, что ее умственное развитие остановилось в возрасте десяти лет. Впрочем, Карэну это ничуть не мешало.
  
  - Мы еще посмотрим, кто кого закидает! - пригрозила я, ткнула парня кулаком в плечо и попрыгала вниз по лестнице. Снег поднял мое настроение, еще немного и теперь мне не хотелось идти домой. Хотелось прыгать, бегать и кружиться, ловя снежинки ртом, как в детстве.
  
  Воплощать желания на глазах товарищей по учебе и преподов, я не решилась, и всерьез задумалась, не прогуляться ли по парку. Страх пропал окончательно, уступив место эйфории.
  
  - Аксинья! - услышала я, и с удивлением посмотрела в сторону парковки. Дурацким старомодным полным именем меня не называл никто, все пользовались фамилией, ненавистным мне 'Ксюха' или более-менее нормальным 'Сина'. Не раз я вспоминала не самым добрым словом деда, втихаря зарегистрировавшим меня именно так. Почему-то он очень любил совсем не положительную героиню 'Тихого Дона'. Любил настолько, что назвал в честь нее внучку.
  
  Свет фар не давал рассмотреть, кто меня звал, но когда он погас, а я смогла проморгаться, вернулся уже не страх, а настоящий ужас: прямо передо мной стоял монстр из самых страшных кошмаров. Тот, кого я не только не знала по имени, но и лица не рассмотрела. И тот, кого я узнала мгновенно, стоило мельком заметить тогда у кинотеатра. Я беспомощно огляделась, ища спасения, но, когда взгляд вернулся к монстру, он только покачал головой укоризненно, мол, не дергайся, все равно никуда не денешься. И я почему-то сразу поверила. И пошла к нему, хотя переставлять ноги удавалось с огромным трудом. Я поняла, каково было Атлантам держать небо - оно реально давило на плечи, прижимая к земле. И улыбаться я перестала, только зло ухмыльнулась пару раз, еще раз осознавая, какая же я гребаная дура, верящая в то, что все будет хорошо и радующаяся непонятно чему.
  
  Глава 6
  Я села в машину, сразу внимательно уставившись в окно, будто там было что-то невероятно занимательное. Единственное, как я осмелилась проявить свое отношение к происходящему - проигнорировала открытую для меня переднюю дверь и села сзади. Не знаю, почему, на большее я не решилась. Даже то, что находилась не на пустой темной улице, а на хорошо освещенной площади перед родным университетом, и что вокруг было полно людей, не дало ни малейшей надежды, что мне помогут. Я будто сдулась, будто выдохнула и не смогла больше вдохнуть и внутри меня пустота.
  
  - Даже не спросишь, куда мы едем? - насмешливо спросил водитель.
  
  Можно подумать, мне не все равно! С ним что в Антарктиду, что в Диснейленд, везде отвратительно, так что и разницы никакой.
  
  - Я не любопытна, - мгновенно соврала, не задумываясь.
  
  - Это не может не радовать. Знаешь, как правило, мне встречаются женщины, страдающие как раз запредельным уровнем любопытства... Мне нравится, как ты держишься, я это еще в прошлый раз заметил. Ты умеешь красиво проигрывать, с достоинством. Никогда не обучалась в каком-нибудь институте благородных девиц?
  
  - Надо же! - демонстрируя как можно больше издевки, прокомментировала я. - Ты умеешь разговаривать! Даже думаешь, что умеешь шутить, не иначе, - и я вновь отвернулась к окну.
  
  - Не нарывайся, девочка. Как ни крути, но хозяин положения - я.
  
  Это да. С этим не поспоришь. Я и не собираюсь спорить, себе же дороже выйдет... Стоп!!! Что это я распустилась?! Кто там обратил внимание, в какой машине я уехала? Будем считать, что никто. И вообще, я лучше сяду, чем лягу с этим ган**ном! А что? В тюрьме тоже люди как-то живут... Надо только придумать что-то, чтобы он машину остановил, а то застрелю бедняжку, а машина собьет милую старушку или коляску с младенцем. И машина очень кстати затонирована, так что никто меня не увидит сразу. Могут услышать, только мало ли, какие шумы на вечерней улице... Срочно напрячь мозг и найти повод для остановки! О! Я чуть не подпрыгнула на сидении от радости.
  
  - Останови, пожалуйста, - затараторила я, - мне нужна аптека.
  
  - Зачем? - насторожился мужик, но притормозил у обочины. Ах, какая красота, ни одного человечка на улице, и от той самой аптеки в стороне.
  
  - Мне... тут... в общем... очень... - бормотала я, вытаскивая Макаров и снимая с предохранителя. Чувствовала я себя очень спокойно, даже пальцы не дрожали. - У тебя вода есть? - и водитель отвлекся от меня в поисках того, что я просила.
  
  Все складывается просто сказочно! Я вытащила пистолет из сумки, поднесла его почти вплотную к затылку мужчины и, не сомневаясь ни секунды, нажала на спуск. В одно мгновение произошло сразу несколько событий: осечка казавшегося таким надежным оружия, смена им владельца и выстрел, только уже не мой.
  
  Я и не думала, что умирать настолько больно! Больно! Больно! Больно! Это невозможно вытерпеть!!! И где обещанный свет в конце тоннеля и внеземное блаженство?! Или мне, как всегда досталось все 'самое лучшее'?
  
  - Хватит орать! - услышала я грозный окрик. Такой и мертвого с того света вернет! О, Господи! Я все еще в машине! Я так и не умерла! Вот непруха! - Приложи к ране, засрешь всю машину, - и в меня полетело полотенце.
  
  - Скотина! - прошипела, стараясь не разжимать губ, чтобы не порадовать этого пи***ка стоном или воплем. - Больно же!
  
  - А ты как думала? - с ледяным спокойствием отреагировал тот, заводя двигатель. - Думаю, мне тоже было бы больно, если бы ты мне прострелила голову. Мне, конечно, бабы мозг выносят часто, но не настолько буквально. Так что можешь собой гордиться: ты очевидно преуспела в этом деле. В следующий раз, прежде чем кому-то что-то сделать, проверь сначала на себе, каково это.
  
  - Ты заслужил! - уже сквозь рыдания выдавила я. Не смогла все же удержаться - никогда я не умела терпеть боль. - Ты, а не я!
  
  - Кончай рыдать. Жалеть тебя я не собираюсь, ты же меня не пожалела. Как ты вообще жить собиралась после таких подвигов?
  
  - Уж лучше в тюрьму, чем к тебе в постель! - выплюнула я.
  
  - Это потому, что ты в тюрьме не была и понятия не имеешь, каково там. Особенно таким девочкам-припевочкам. И не так плох я в постели, не надо... Особенно в сравнении с некоторыми фригидными малолетками.
  
  - Что приперся в таком случае? - слова давались с все большим трудом, а еще труднее было понимать, о чем идет разговор, но я старалась держаться. Оказаться в бессознательном состоянии в его машине было слишком страшно.
  
  - Хотел пригласить на ужин. И никаких извращенных идей у меня не было, начинающая нимфоманка! А говорил я совсем о другом: как бы ты жила, зная, что убила человека?
  
  Отвечать я не стала, хотя очень хотелось сказать, что жила бы я замечательно, зная, что избавила мир от такой мрази, только сил уже совсем не осталось ни на что, только зубы сжимать. Я и за тем, что он мне продолжал говорить, следить перестала - все равно уже ничего не понимала, осознавала, что он что-то говорит, а смысла никакого в его речи для меня уже не было. Как ни старалась оставаться в сознании, ловила себя на том, что периодически отключаюсь, к счастью, ненадолго: машину встряхивало на дороге, и каждая такая тряска отдавалась болью во всем теле, это помогало очнуться.
  
  - Давай, выползай! - скомандовал водитель, и я вдруг поняла, что мы остановились. Начала выполнять приказ, но получалось плохо: как я ни старалась, каждое движение причиняло боль, и сил терпеть ее совсем не осталось. Хорошо хоть слезы давно высохли. - Господи! Сколько возни с тобой! - пожаловался мужик и, не обращая внимания на мой вой, подхватил меня на руки, вытащил из автомобиля и куда-то понес.
  
  Больше всего сейчас мне хотелось схватить его за шею и душить, пока не начнет биться в агонии. Даже не знаю, как удалось взять себя в руки, наверное, мысль о том, что пребывая в агонии, он не сможет держать меня, а падать очень уж не хотелось, вернула меня к жестокой реальности. А реальность была печальна: я целиком и полностью, в прямом и переносном смысле в руках самого ненавистного мне человека. Хотя... не знаю, как признаться... не умею я долго ненавидеть и все тут! Вру я себе, не смогла бы ни задушить, ни выстрелить в него, сейчас не смогла бы. Растеряла пыл, пропал боевой задор... Или, может, это простой бред? Вот чуть оклемаюсь, и доведу безуспешно начатое до успешного окончания!
  
  Меня занесли в помещение, и совсем неласково сгрузили на подобие высокой тахты.
  
  - Лежать! - гаркнул на меня мужик, на что я только гордо отвернулась и осталась сидеть (во-первых, я ему не собака, чтобы команды выполнять, а во-вторых, побоялась, что лечь самостоятельно, пользуясь одной рукой, я не смогу), и начал названивать кому-то по телефону. - Ты где ходишь, я же просил приготовиться! - орал он в трубку, и я порадовалась, что я не единственная, с кем он такой "милый и вежливый".
  
  - И что же у тебя настолько экстренное? - услышала я чей-то голос. - Господи, где же ты ее подобрал?! - возмутился прибывший.
  
  Передо мной появился совсем молодой мужчина, почти мальчик и, качая головой, стал... разрезать на мне одежду.
  
  - Ты что делаешь?! - возмутилась я. Я вам не миллионер, чтобы менять одежду, каждый раз, когда встречаюсь с этим уродом! Когда я увидела внутренности куртки, служившей мне верой и правдой уже два года и не подводившей в самые холодные дни, я снова сорвалась. Слезы потекли сами, помимо моего желания. А вот тот факт, что я оказалась перед двумя мужиками в одних джинсах, с полностью оголенным торсом, меня совершенно не напряг, мне было все равно.
  
  - Что опять не так? - удивился мой старый знакомый. - Что ты вечно ноешь?
  
  - Куртку мне испортил! - проскулила я. - Опять мне из-за тебя новую одежду покупать! - И пусть в прошлый раз пострадали только колготки, они тоже денег стоят!
  
  - Успокойся! Куплю тебе новую вместо этого кошмара. Как в таком можно ходить?
  
  - Где ты ее взял? - прервал нашу милую беседу молодой мужчина.
  
  - Ехал себе, никого не трогал, смотрю - валяется, - нагло соврал мой личный монстр.
  
  - А в прошлый раз что было? - ехидно осведомился тот, кто сейчас не стесняясь ощупывал мое плечо, вызывая острую боль. Я очень старалась не кричать, только морщилась и сильнее сжимала зубы.
  
  - Какой прошлый раз, Димон? Впервые ее вижу!
  
  - Ну-ну... Ты с детства абы что в дом тянешь... Не пойму только: при чем здесь я? Красотка, а ты заявление не хочешь подать? Кто-то же в тебя стрелял? - решил на этот раз поболтать со мной этот самый Димон.
  
  - Не хочу! - прошипела я. - Эй, ты что делаешь? - я так испугалась, когда увидела в руках этого младенца шприц, что мне уже и не было так больно, как раньше.
  
  - Я сейчас буду тебя оперировать, так что наберись терпения, - сообщил тот жизнерадостно.
  
  - Ты хоть школу закончил? - на всякий случай, спросила я. Хотя, что я выступаю? Других вариантов у меня нет, в любом случае. Оба мужика заржали, но отвечать на мой вопрос не стал ни один. Не знаю, чем я их так насмешила.
  
  - Не волнуйся, главное, что я закончил курсы вышивания крестом, так что зашью тебя художественно, - 'успокоил' Димон.
  
  Тут меня накрыло таким удовольствием, ни с чем испытанным раньше не сравнимым, что я не стала возмущаться ни по поводу 'абы чего', что тянут в дом, ни по поводу художественного вышивания. Не сказать, чтобы я кайф словила от укола, во всяком случае, это я себе не так представляла. Но боль прошла в одно мгновение и полностью, так что я расплылась в блаженной улыбке. Я поняла, что Димон - настоящий волшебник, еще и заботливый какой, просто лапочка: и уложил меня аккуратненько и простынкой прикрыл целомудренно, а я не оценила сразу.
  
  - О! Можно резать! - с явным удовольствием потер руки Димон, заметив мою улыбку. Спустя мгновение в его руке блеснул скальпель, и я снова усомнилась в красоте его душевных качеств. Очень уж подозрительным было предвкушение на его физиономии.
  
  Однако, когда я ничегошеньки не почувствовала, я снова прониклась по отношению к юному хирургу нежными чувствами. А когда в его руке появились пугающие то ли щипцы, то ли плоскогубцы, уже не почувствовала ничего, кроме любопытства. Довольно скоро мне продемонстрировали вынутую пулю и порадовали тем, что, наконец, продемонстрируют редкий талант вышивальщицы. К моему огромному неудовольствию это оказалось самой неприятной частью: я прекрасно чувствовала, как нить проходит сквозь мою плоть, как тянется всей своей длиной, как вонзается в очередной раз игла. Не то, чтобы было больно, но оооочень противно. Я не возмущалась и на этот раз старалась даже не морщиться.
  
  - Эй, тебе что там, больно? - заметил Димон.
  
  - Терпимо, - вяло отозвалась я.
  
  - Что за херню ты ей вколол?! - вдруг возмутился мой личный монстр. - За те деньги, что я плачу можно нормально обезболить!
  
  - Я нормально обезболил! - тут же отозвался хирург-малолетка. - У каждого своя реакция, откуда я знал, как она отреагирует! В следующий раз вколю что-то другое.
  
  - Не надо следующего раза! - испугано пропищала я. - Не ругайтесь... лучше шей быстрее.
  
  - Я щас, быстренько, немножко осталось, - забормотал Димон, снова берясь за дело.
  
  Я вновь сосредоточилась на неприятных ощущениях, но тут меня торкнуло: это он сейчас что делал? Он за меня волновался? Переживал, что мне больно? С чего бы? Или это такое чувство собственника: он - единственный, кто может причинять мне боль, а другие - ни-ни? Надо будет поинтересоваться. Я так увлеклась обдумыванием, что пропустила, когда все закончилось.
  
  - Можешь оставлять ее и ехать отдыхать! - сообщил хирург. - Все получилось, смотри, какая работа ювелирная.
  
  Мне полюбоваться не дали, но я не особенно и настаивала, я больше думала, что меня сейчас бросят тут на произвол судьбы совсем одну, начинающего доктора я всерьез не воспринимала. Мне бы радоваться, что избавлюсь от общества моего не самого приятного знакомого, а я начала страдать, что он от меня так скоро решил избавиться. Нет, точно, выстрел в плечо пришелся, а на голове отразился.
  
  - Обойдешься! Я ее с собой забираю, - ух, аж от сердца отлегло. А ведь должно бы наоборот - насторожить. Куда забирает, зачем и так далее, но нет, ничего подобного... Мрак просто, что с головой творится?
  
  Что они обсуждали дальше, я не слушала, попытавшись расслабиться и наслаждаться почти полным отсутствием болевых ощущений.
  
  Глава 7
  
  В машину меня загрузили уже так осторожно, что я чуть не прослезилась. Кто бы меня еще с такой нежностью на руках носил? Эх, несправедлива жизнь! Хотела бы я, чтобы так меня на руках носили совсем другие мужчины. Не сказать, чтобы я очень любила подобное времяпровождение, обычно побаивалась, как бы не уронили, да и не особенно это удобно, но сегодня я увлеклась процессом и хотела его продлить. И никаких сомнений мой 'носитель' не вызывал, я была странно уверена, что этот - не уронит. Блиииин! А может у меня сотрясение, вызванное нервным потрясением?
  
  К тому же мой спутник больше не злился, не делал мне едких замечаний, не возмущался, что также добавляло очков в его копилку.
  
  Мы вернулись в город и подъехали к дому, который я рассмотрела внимательно, в отличие от жилища хирурга: это была новая высотка, довольно необычной архитектуры. В нашем городе такая, наверняка, одна, ну, может, пара, не больше. С собственной подземной парковкой, со всякими карточками вместо ключей. Крутотень, одним словом. А вот то, что в квартире оказалось два этажа меня огорчило: я начала переживать, что мужик меня так долго на руках таскает, а я, пусть и не совсем корова, но и не Дюймовочка, это точно. Как бы не надорвался, бедняга!.. Вот до чего дошло: я его уже жалею.
  
  Меня сгрузили на огромную кровать в довольно просторной спальне. Интерьер был как по мне, так слишком лаконичным. И сочетание черного и белого без единого яркого пятна меня немного смутило. Ну, да мне-то что? Главное, чтобы хозяину нравилось.
  
  - Хочешь есть? - ласково поинтересовался тот. Я только озадаченно помотала головой. - Пить? - тут я закивала. Что со мной? Дар речи потеряла? Хотя потеряешь тут, наблюдая, как инопланетяне подменили человека прямо у тебя на глазах, а ты и не заметила. Только злым он мне больше нравился: когда чудовище злое - это понятно и правильно, а когда оно начинает тебе о коленку головой нежно тереться, это, знаете ли, настораживает. Так и ждешь, когда же цапнет.
  
  Не цапнул. Принес воды, налил в стакан, помог подняться и напоил. Все страньше и страньше, как говаривала Алиса. Аккуратно стянул с меня кроссовки и джинсы, накрыл невесомым пуховым одеялом. Потом принес пакет с лекарствами и... швабру. Да-да, деревянную такую швабру, я похожих давно не видела, в интерьер она совсем не вписывалась.
  
  - Ты что, пол мыть собрался? - спросила я.
  
  - Нет, я собрался проявлять чудеса изобретательности! - сообщил хозяин квартиры и водрузил деревяху за моей спиной. Я ничего не могла рассмотреть пока к катетеру, предусмотрительно вставленному Димоном в мою вену, не потянулась трубочка.
  
  - Это ты капельницу из швабры сооружал? - поразилась я воображению мужика, сама бы в жизни не сообразила.
  
  - Да, жаль - идея не моя, а то запатентовал бы.
  
  - Ну, на этом ты вряд ли бы заработал миллион, - охладила я его пыл и поморщилась от боли в очередной раз. Совсем не шевелиться что ли? Как ни стараюсь аккуратно, а результат один.
  
  - Сейчас пройдет, там обезболивающее и снотворное, только не засыпай, пока не закончится.
  
  - Почему? - удивилась я. Капает себе и капает, мне не мешает.
  
  - Не знаю, почему, а рекомендации врача надо выполнять без обсуждения! - поведали мне очень строго.
  
  - Что это ты делаешь? - настороженно спросила я, наблюдая, как мужик неспешно расстегивает пуговицы на рубашке.
  
  - Раздеваюсь, - совершенно не смутился тот. - Ты же не думаешь, что я сплю в одежде?
  
  - Ты собрался спать... здесь?! - голос меня подвел, сорвавшись на дурацкий трусливый писк.
  
  - Это - моя спальня. Так почему я должен идти куда-то еще? К тому же, кнопки вызова у меня не имеется. Что будешь делать, если что-то понадобится? К примеру, в туалет. Кстати, нет желания? Не подумал раньше...
  
  - Нет, нет, - заторопилась я. Не очень хотелось, чтобы посторонние мужики меня в туалет провожали. Кстати, о мужиках! - Слушай, у нас с тобой столь бурное развитие отношений, а я даже не знаю твоего имени. Может, представишься?
  
  Он поржал, стягивая джинсы и нахально залезая ко мне под одеяло.
  
  - До чего же распустились нынешние девушки! С незнакомыми мужчинами в постель заваливаются. А ведь были времена... Ладно, ладно, не делай обиженную мордочку. Я - Олег. Как же ты меня раньше называла?
  
  - Никак, - удивилась я вопросу. - Зачем мне тебя называть?
  
  - Ты же должна была меня ругать, посылать проклятия, жаловаться подругам, наконец. Брюнет, к примеру, или еще как-нибудь.
  
  - Нееет. Я старалась тебя не рассматривать, чтобы не помнить, так что я и не знала, брюнет ты или блондин, - теперь уже внимательно разглядывая собеседника сообщила я. Он, кстати, против разглядывания не был, наоборот, приподнялся надо мной, подставив руку под голову. - Я тебя звала просто 'мужик'.
  
  - Знаешь, это даже оскорбительно! - заявил он, подумав. - Нет, я на это точно не согласен, лучше уж зови Олегом. В крайнем случае, 'милый'.
  
  - Вот я и думаю, что это ты такой милый? Был нормальной скотиной, а тут как подменили...
  
  - Так я с теми, кто нормально ведет себя по отношению ко мне всегда нормальный.
  
  - Интересно, когда я успела тебе напакостить при первой встрече?! - возмутилась я.
  
  - Это... ошибка была. Я приехал сегодня... вернее, вчера, чтобы прощения попросить. Неудачное стечение обстоятельств: я был пьяный, злой, ты выглядела, как...
  
  - Попросить прощения?! И что бы я ответила по твоему мнению?
  
  - Послала бы, наверное... Но, возможно, тебе было бы легче...
  
  - То есть, ты не о себе заботился, а обо мне? - так я и поверила! - С чего ты взял, что мне тяжело было? Плевала я на тебя!
  
  - Ну и хорошо. Знаешь, я даже рад, что ты где-то умудрилась огнестрел нарыть. Иначе меня бы уже послала, я бы пошел, и мы бы никогда больше не встретились.
  
  - Прекрасная перспектива. Все больше убеждаюсь, какая же я дура. Счастье было так возможно.
  
  - А мне нравится, - поделился му... Олег... нет, называть его по имени даже в мыслях очень трудно.
  
  - Конечно, не у тебя же плечо прострелено! - парировала быстро.
  
  - Знаешь, сколько прекрасных девушек согласились бы заплатить эту малость за то, чтобы оказаться в моей постели и не на одну ночь.
  
  - Как не на одну?! - всполошилась я. - А на сколько?!
  
  - Три капельницы через день. В общаге кто тебе их будет ставить?
  
  - Мне в универ в понедельник. У меня сессия.
  
  - У тебя больничный.
  
  Я задумалась, с одной стороны прикидывая, как освободиться от чрезмерной опеки постороннего человека, с другой оценивая свое состояние и возможности посещения лекций. Получалось не очень: не прикидывалось и не оценивалось. Спать хотелось так, что даже присутствие Олега в непосредственной близости уже почти не смущало.
  
  - Эй, поговори со мной! - потребовал мужчина, лежащий рядом.
  
  - Что?! - встрепенулась я. Неужели задремала? Ах, да, в меня же недаром снотворное вливают. - О чем мне с тобой разговаривать?
  
  - О чем хочешь. Знаешь, как мне одиноко?! - плаксиво протянул он и ткнулся в мое плечо (к счастью, здоровое) для достоверности. Чтобы поверить, что такому как он может быть грустно, плохо и одиноко, надо быть полной дурой, и никакие его уловки не помогут!
  
  - Если ты со всеми знакомыми обращаешься, как со мной, твое одиночество - закономерный результат твоего поведения.
  
  - Злюка ты! А я так старался быть хорошим!
  
  - Можешь не стараться. Моя бдительность пусть немного и притупляется, но я не забываю, какой ты на самом деле, - лениво проворчала я.
  
  - 'На самом деле'! - передразнил мужик. - Что ты знаешь о том, какой я на самом деле! - и он вдруг прикрыл мне глаза рукой. - Какого цвета у меня глаза?
  
  Я сглотнула и попыталась вывернуться. Его прикосновения не были неприятны, что меня не переставало удивлять, но немного смущали. Или тревожили... Лучше бы он ко мне не прикасался, уж это я точно знала!
  
  - Понятия не имею, и не жажду узнать! - резко ответила я, враз растеряв сонливость.
  
  - Да, да, я помню, ты же на меня не смотришь... Надеешься проходить зажмурившись все эти дни? Ты так сильно боишься, что я тебе понравлюсь? - ехидно спросил Олег.
  
  - Господи! Какое самомнение! Ты и правда считаешь себя таким красавчиком, что я все забуду, стоит только взглянуть в твои... зеленые глаза? - пришлось посмотреть... а то как-то все по-детски. Мужик на самом деле был ничего... мужественный мужик, не отнимешь. И глаза! Глаза настолько проникающие в душу (простите за штампы, куда же без них), что страшно стало. А ресницы настолько густые, что кажется, что эти зеленые глаза аккуратно подведены черным карандашом. Эх, мне бы такую красоту!
  
  - Вот видишь: совсем не страшно, - поучительно вставил Олег.
  
  - И я до сих пор не влюбилась, - добавила я.
  
  - У тебя все впереди! - пообещал он. - Расскажи мне о семье. Что ты чувствовала, когда родители тебе братика подкинули?
  
  - Так тебе все и расскажи! - демонстрирует, насколько осведомлен обо мне и моей жизни? В этом я не сомневалась с того момента, как увидела его автомобиль на университетской парковке. - Что тут рассказывать?
  
  - Интересно, что чувствует человек, которому приходится нянчиться с братом, когда у него уже свои дети могли бы быть.
  
  - Что такого? - воинственно спросила я снова. - Сейчас многие так делают, это нормально!
  
  - Я и не говорил, что ненормально. Но ты ревновала?
  
  - Ревновала?! К младенцу?! Мне же не семь лет, - фыркнула, возмущенно. - И нянчиться с Дэном мне не приходилось... почти. Я учиться уехала. Он классный. Я его люблю. Очень интересно?
  
  - Ооооочень! - протянул Олег недоверчиво. - И никаких проблем? Идеальное семейство? Все друг друга любят и поддерживают? Слушая тебя, я все глубже впадаю в тоску и начинаю завидовать по-черному. Признавайся, в чем подвох?! - и он уставился на меня своим пронизывающим взглядом.
  
  Ух, и силища! С таким взглядом только в каких-нибудь органах работать: всех преступников можно расколоть за пять минут. Куда уж мне, слабой наивной девушке, против такого сопротивляться?! Я еще помолчала те самые пять минут и не выдержала. Очень давно хотелось рассказать кому-нибудь, но стыдно было.
  
  - Мама изменилась... Наверное, в ее возрасте не стоило рожать, как бы отвратительно это ни звучало с моей стороны. Я знаю, я должна ее поддерживать помогать, а я вместо этого... Сначала мы все списывали на перепады настроения в связи с беременностью, потом на послеродовою депрессию. А потом... депрессия все не прекращалась, папа стал реже бывать дома, мне совсем просто - стараюсь не приезжать надолго, дольше трех недель не выдерживаю. А Денька... ему некуда деваться, приходится сосуществовать с ней и терпеть. Он, конечно, не все еще понимает, да и не знает другой мамы, какую знала я.
  
  - А как было раньше?
  
  - Раньше мама была моей лучшей подругой, моей поддержкой, фактически всем для меня. Зато теперь у меня есть другие подруги, моего возраста. Возможно, так намного правильнее?
  
  - Возможно, было бы правильнее, если бы у тебя был мужчина?
  
  - Не знаю, не знаю... У меня не самый веселый опыт в этом плане, так что... - я уставилась на лежащего рядом, надеясь, что мой намек будет понят.
  
  - Хочешь еще раз напомнить, какая я сволочь? Считай, что у тебя получилось. Можешь спать, лекарство закончилось, - ледяным тоном сообщил Олег, убирая капельницу.
  
  Что же, таким он больше похож на человека, с которым я познакомилась у клуба. Это гораздо естественнее, чем Олег - само очарование. Вот теперь можно спать с чистой совестью и спокойной душой. Я же смогла вывести его на чистую воду!
  
  Глава 8
  
  Я проснулась от ноющей боли в плече. Состояние было не самое лучшее - будто меня слегка оглушило. Прямо в ухо мне умильно сопел Олег. К тому же он держал меня за руки, сплетя свои пальцы с моими. Да уж, картина, как из романтического сериала, кто бы увидел - не поверил, что было между нами... Аккуратно, стараясь не причинять боль себе и не будить мужчину, отползла в сторону и, не удержавшись, снова стала его рассматривать. А посмотреть было на что! Картина была презабавнейшей. Как же это описать, чтобы было хоть немного понятно?.. Вот если днем Олег напоминает собаку сторожевой породы, пугающую, но зачаровывающую своей мощью, что-то вроде мастино или азиата, то сейчас он напоминал лабрадора - милого, доброго и совершенно безвредного. Интересно, это и есть его истинная сущность, или он и во сне играет роль? Отмахнулась от размышлений (не все ли мне равно, в конце-то концов!) и отправилась в ванную. Оказалось, что одной рукой даже умываться затруднительно, не то, что волосы расчесывать. Спасибо, что у меня правая осталась в работе, а то бы совсем плохо дело было.
  
  Когда вышла из ванной, спальня пустовала. Что теперь делать? Искать хозяина или не искать - вот в чем вопрос. С одной стороны: не тронь лихо, пока спит тихо, а с другой... Естественные потребности организма никто не отменял, а ела я в последний раз вчера в обед. Конечно, пропущенный ужин мог хорошо сказаться на моей фигуре, но это только эфемерная возможность, а плохое настроение, как следствие голодания - вещь более чем реальная.
  
  Хозяин появился сам, прервав мои сомнения. Не могло не радовать наличие джинсов и майки на нем, хотя именно этот факт напомнил, что я в одной футболке и трусиках. Странно, вчера меня ничуть не смущал недостаток одежды.
  
  - У тебя есть штаны или шорты? - хмуро спросила я.
  
  - И тебе доброе утро, - ответил тот, с улыбкой и направился к шкафу. Мне достались свободные трикотажные штаны на шнуровке, путающиеся в ногах и грозящее очередной травмой. Все же мой рост намного меньше, чем рост Олега. Проблема была решена быстро и радикально при помощи ножниц. - Что будешь на обед?
  
  - Есть выбор? - заинтересовалась я. Неужели у него в холодильнике запасы на неделю? Или он не один живет? Может, жена в командировку уехала? Или любовница на шопинг в Европу.
  
  - Поскольку у меня пусто, выбор есть, но только в ближайшем супермаркете - можно заказывать! - похвастал Олег. - Рыбу будешь или мясо? Только не говори, что ты - вегетарианка! Тебе необходим белок.
  
  - Рыбу. Стой! А завтрак?! Почему обед сразу? Я еще не завтракала!
  
  - Чтобы завтракать, нужно вставать раньше двенадцати, - поучительно сообщил мужчина. - Те, кто встает в начале третьего, завтрак пропускают и не жалуются.
  
  - Ничего себе! Я еще никогда так не спала.
  
  - Так ночь у нас какая бурная была, - напомнил Олег.
  
  - Если бы кто услышал, мог бы позавидовать. Вряд ли можно было бы догадаться, какая именно была у нас ночь. Повторения я точно не хочу.
  
  - Зачем же повторяться? В следующий раз будет еще веселее! Напиши мне размеры, пока я соберусь, надеюсь, это не займет много времени.
  
  - Размеры чего?
  
  - Всего. Одежды. Меня, знаешь ли, немного отвлекают дамы без нижнего белья, бродящие по моей квартире, - он еще и похабно подмигнул. Сегодня он решил играть роль похотливого подростка? Странный тип: только я ухвачусь за кончик ниточки, ведущей к разгадке его сути, как он кардинально меняет линию своего поведения.
  
  - Главное, куртку не забудь! - пробурчала я, отворачиваясь, чтобы не показать своего смущения.
  
  Следующий час я бродила по квартире, не зная, чем занять себя. Рассматривала интерьер, немногочисленные украшения, явно привнесенные дизайнером, и пришла к выводу, что все здесь неживое. Скорее всего, это помещение не нравится не только мне, но и хозяину. И вполне возможно, что здесь он не живет постоянно. Главное, я ни на шаг не продвинулась в поисках ответа на загадку: 'Каков ты на самом деле?'. Здесь не было фотографий, а что самое странное - не было книг. Я знаю, чтение сейчас не самое популярное занятие, но не до такой же степени! Олег не произвел на меня впечатление человека малограмотного, хотя... Вновь приходим к тому же вопросу: что я о нем знаю? Ничего не знаю и фактически ничего не узнала, кроме имени. Да и зачем мне это? Разве что время скоротать. Впрочем, это уже почти вопрос чести: раскусить орешек, не сломав зубов. То есть понять его, не давая информации о себе, а то я как раз болтаю слишком много лишнего.
  
  Олег вернулся, вручил мне несколько пакетов, и я смогла, наконец, переодеться. Не будем вспоминать, что мне стоило это сделать самостоятельно с больным плечом, но я справилась, и в кухню вышла, гордая своим успехом. Куртка в пакетах была, и свитер тоже, и несколько комплектов белья, дальше я рассматривать не стала, все-таки содержимое сумок меня интересовало намного меньше, чем содержимое одной темноволосой головы с зелеными глазами.
  
  - Я могу чем-то помочь? Кстати, спасибо за вещи, - сказала я, заходя в огромную кухню. И зачем только такая холостяку?
  
  - Можешь сидеть и развлекать меня, - мужчина махнул рукой на барный стул у стойки. И почему некоторые так полюбили эти стойки вместо нормальных столов? - Кстати, пожалуйста.
  
  - Меня впечатлила скорость, с которой ты делаешь покупки.
  
  - Пока я нагребал продукты в супермаркете, девочки, спешащие заработать и надеющиеся получить щедрые чаевые, подобрали все по списку. Если что не понравится, ты скажи.
  
  - Почему не понравится? Нормальные вещи, - я оценила весьма странный взгляд мужчины и поспешила исправиться. - Прекрасные вещи, мне все понравилось.
  
  - Ты совсем не разбираешься в брэндах?
  
  - Если честно, я еще не успела рассмотреть.
  
  - Хм... Ты странная... Любая женщина сначала перемеряла бы всю одежду и точно не пошла бы на кухню с вопросом: чем помочь, пока не закончила бы.
  
  - Хотел сказать, любая из знакомых тебе женщин? Считай, что я поспешила к тебе, чтобы успеть тебя очаровать за эти три дня. И любой, мне знакомый мужчина купил бы в супермаркете что-то готовое и не стал заморачиваться с запеканием рыбы.
  
  - Считай, что я решил произвести на тебя неизгладимое впечатление.
  
  - Считай, что уже произвел, - заверила я. - Часто действует?
  
  - Обычно я не пользуюсь этим почти смертоносным оружием... Женщины, на которых я хочу произвести впечатление, обычно ведутся на другое.
  
  - На что? - не подумав, спросила я.
  
  - Тебе еще рано об этом знать, ты еще слишком маленькая, - спасибо, по носу не щелкнул для завершения картины! Если я говорю и делаю глупости в его присутствии, это еще не значит, что я глупа!.. Это значит только то, что я - полная дура.
  
  - Фу, пошляк! - единственное, что смогла ответить я. Это дежавю, или похожие разговоры постоянно случаются в жизни?
  
  - Сама ты пошлячка! Обычно девушек интересует размер счета в банке, а не умение готовить.
  
  - О! Серьезно?! Спасибо, что подсказал! И какой же размер у твоего счета? Не думаю, чтобы он был слишком велик у человека, который вечера проводит в клубе, а не в офисе. И это в твоем-то возрасте!
  
  - А что не так с моим возрастом? По-моему, у тебя пунктик на этот счет, - удивился Олег, ставя рыбу в духовку. - Будешь салат или просто овощи?
  
  - Буду просто зелень. И фрукты, если они есть.
  
  - Так что же не так с моим возрастом?
  
  - Тебе же не восемнадцать, чтобы по клубам скакать.
  
  - Я и не скакал там, я там работал.
  
  - С первой частью я бы поспорила: как раз скакал, я свидетель. Кем же ты там работаешь? Неужели стриптизером?
  
  - Если очень попросишь, то для тебя лично я стриптиз станцую. Но ты не угадала.
  
  - Точно! Бухгалтер!
  
  - Почти, - засмеялся Олег. - Сок хочешь?
  
  - Если свекольный, то нет. Хорошо, ты не хочешь признаваться, чем занимаешься, но хотя бы сколько тебе лет можешь сказать?
  
  - Двадцать восемь. Неужели выгляжу старше?
  
  - Сегодня - нет. А при знакомстве, если это можно назвать именно так, ты мне показался взрослее, - я поморщилась, сделав неаккуратное движение.
  
  - Давай, укол сделаю? - сразу предложил Олег. Обрадовался возможности сменить тему?
  
  - Куда? - знаю, что веду себя глупо, но именно этот вопрос интересовал меня больше всего на тот момент.
  
  - Куда обычно уколы делают? - вскинул бровь мужчина, разглядывая меня с усмешкой.
  
  - Нет, спасибо! Не настолько мне плохо. Болеутоляющие вредны для здоровья. Если будет невтерпеж - скажу, - может, у меня и приступ несвоевременной стыдливости, но снимать перед этим типом трусы добровольно я не жажду.
  
  - Если ты себя чувствуешь вполне нормально, у меня есть предложение: давай перевезу тебя в загородный дом, - вопросом это не было, на предложение тоже не вполне походило, больше смахивало на констатацию факта.
  
  - О, как хорошо зарабатывают бухгалтеры в ночных клубах! Мало недешевой квартирки в элитном доме, так еще и личное поместье? Сколько квадратных метров? А соток? У вас нет тепленького местечка для недоучившейся студентки? Я тоже себя и квартирку, и загородный домик хочу.
  
  - Для недоучившейся студентки место разве что официантки, или стриптиз танцевать. Но с последним ты вряд ли будешь иметь успех, - еще бы прямо сказал, что мне нужно сбросить сантиметров десять снизу и нарастить сантиметров двадцать сверху для успеха в этом деле.
  
  - Неужели я настолько плоха? - не сдержалась все-таки, вечно меня тянет гадости выслушивать.
  
  - Ты мне свою задницу демонстрировать не хочешь, а там толпа горячих мужиков, - пояснил Олег, раскладывая рыбу по тарелкам. - Правда, вчера я заподозрил в тебе склонность к эксгибиционизму, но списываю ее на болевой шок. Пообедаем, и собирайся, как раз к ужину доберемся.
  
  - Зачем? Что тебе так приспичило ехать за город? - подозрительно спросила я.
  
  - Я бы еще вчера тебя отвез, но боялся, вдруг еще лекарства понадобятся или врач, оттуда долго добираться. Там я смогу тебя оставить на пару часов и съездить на работу, не дергаясь, за тобой присмотрят.
  
  - И кто же будет за мной присматривать? Мог бы спокойно ехать на свою работу, я - не пятилетний ребенок, пальцы в розетку совать не стану. Или ты опасаешься за сохранность имущества? Вернешься с работы - в квартире пустота.
  
  - На счет пальцев в розетку я как раз и сомневаюсь, учитывая твое поведение раньше, - ехидно сообщил мужчина. Я задохнулась от гнева, хотела ответить что-нибудь едкое, колкое, но не вышло, отвечать было нечем. К сожалению, он прав, как ни грустно это сознавать. Хотела гордо встать из-за стола и не менее гордо удалиться, но голод оказался сильнее чувства собственного достоинства, так что, повздыхав и успокоившись, я осталась сидеть.
  
  - Кто будет за мной присматривать?
  
  - У меня есть домработница. Опять же, впечатление я уже произвел, так что не вижу смысла и дальше готовить самостоятельно.
  
  - У тебя еще и домработница! - обреченно отметила я. - Надеюсь, хотя бы охрана отсутствует...
  
  - Отсутствует. Я убедился в ее бесполезности, так что предпочитаю попусту деньги не тратить, но сторож имеется, он же и садовник.
  
  - А дворецкий? Без дворецкого же никак! - подсказала я. Олег засмеялся и снова стал похож на добродушного лабрадора.
  
  - Хватит глупости болтать! Иди, собирайся, я пока здесь приберу.
  
  Я встала из-за стола, церемонно поблагодарила шеф-повара и вернулась в спальню. Что мне собирать? Пакеты, которые он принес час назад? У меня даже сумочки нет. Кстати, а где моя сумочка?
  
  - Олег, а где вещи, которые вчера были со мной?
  
  - Что конкретно тебя интересует?
  
  - Больше всего - телефон. Соседкам я сообщение набрать успела, а остальные наверняка меня уже потеряли.
  
  - Обувайся, я готов. Кто эти остальные? Твой Карлик Нос? - осторожно надевая на меня куртку, осведомился Олег.
  
  - Не слишком ли много ты обо мне знаешь? И не надо оскорблять моих друзей, пожалуйста! - погодите, я что согласилась с ним ехать в какой-то загородный дом?! Мне совсем отказал инстинкт самосохранения?! Выходит так, раз я уже сижу в его машине...
  
  - Дружба между мужчиной и женщиной существует только после секса, в надежде на секс или для того, чтобы была возможность секса, когда больше не с кем. Поскольку первая и последняя причина в твоем случае отпадает, остается вторая.
  
  - Тоже мне, Фрейд! Не только сексом живет человек, уж мне можешь поверить.
  
  - Сумочка твоя на заднем сидении так и валяется, можешь позвонить 'другу', - последнее слово было сказано с совершенно непередаваемой интонацией.
  
  Я дотянулась до вещей, вытащила мобильный, порадовалась, что он не разрядился и начала просматривать список пропущенных... Твою ж мать! Пять звонков от Заи! Умеет человек появляться в самый неожиданный момент! Сердце затрепетало в надежде, и я опасливо покосилась на мужчину за рулем: интересно, как он отреагирует, если я сейчас позвоню Славику?..
  
  Глава 9
  
  Звонок Зае я отложила до момента, когда останусь одна, остальным отправила сообщения. Ничего лучшего, чем соврать о том, что в город приехали дальние родственники, с которыми я проведу несколько дней, в голову не пришло, так что воспользовалась тем, что было. Олег пытался привлечь мое внимание, но не тут-то было: оно уже было привлечено звонками другого мужчины. Это вывело Олега из себя, и дальше он меня игнорировал, а в доме сразу же сдал той самой домработнице.
  
  Марина Львовна вела себя с бОльшим достоинством, чем многие доценты в нашем универе, а внешне больше походила на госпожу, чем на прислугу. Если вернуться к собакам и их породам, на фоне меня она выглядела, как благородная, ухоженная афганская борзая на фоне мелкой облезлой дворняжки.
  
  Одно порадовало меня безусловно: здесь у меня была отдельная спальня. И я совсем не чувствовала себя одиноко. Разве только немного неуютно на новом месте. И немного страшно. И совсем чуть-чуть грустно. Звонок Славику меня бы утешил, но телефон не нашел ничего лучшего, чем умереть именно в этот момент, а рыскать по дому в поисках зарядки я не рискнула... Черт! Он даже не спросил, как я себя чувствую!.. Это я сейчас не о Зае.
  
  Дизайн строения (той его части, которую я успела рассмотреть) показался мне несколько неожиданным, но гораздо больше подходил Олегу, чем квартира. Снаружи дом выглядел типично немецким, порывшись в памяти, я даже отрыла слово 'фахверк', именно так это называется, если я не ошиблась. То есть белая штукатурка и темные деревянные балки снаружи. Изнутри - та же белая штукатурка и множество темных деревянных деталей: лестницы, перила, паркет, громоздкая мебель. Непривычно, но мне понравилось.
  
  Жаль, хозяин очень странный. Но самое страшное - не это. Страшно то, что он действует на меня, как дудочка на крысу. Иначе, почему меня не пришлось даже уговаривать ехать сюда? Ладно, когда он привез меня в свою квартиру, я была не в том состоянии, чтобы противиться: боль, лекарства, шок - все это не могло не отразиться на моем умении мыслить логически. Но сегодня я должна быть почти адекватна, так почему я пошла за ним, как теленок на веревочке, как баран за стадом. И куда делись ненависть и страх? Пусть интуиция меня никогда не подводила (кстати, тогда у клуба именно она подсказывала не связываться с подозрительным мужиком), пусть сегодня она молчит, пребывая в блаженном покое, но надо и мозг включать, не только на подсознание ориентироваться!
  
  А может ответ всего-навсего в моем болезненном любопытстве? Обычно люди, с которыми я встречаюсь, мне понятны. Пусть я ошибаюсь, пусть делаю совсем неверные выводы, но у меня складывается определенное мнение о человеке. Об Олеге за все время нашего знакомства у меня так и не сложилось мнения, даже ошибочного. Это напрягает и притягивает. Я не могу уйти, не разгадав тайны.
  
  Сначала все было так хорошо, так просто: он - сволочь, подлец, трус, с явным комплексом неполноценности, потому что полноценному мужику не нужно заставлять женщину заниматься с ним сексом силой. Потом тоже все было почти хорошо: он сволочь и подлец, только с трусостью и комплексом я ошиблась. Олег просто уверен в себе процентов на двести и считает все, что делает правильным. Это было понятно и нормально. Люди бывают разные: плохие и хорошие, и если я все время встречалась с хорошими, пора познакомиться и с плохими. А что дальше? Зачем он стал обо мне заботиться? Зачем приволок к себе домой? Боится, что я его сдам? Ничего он не боится! И не боялся изначально. Теперь и подавно я в его руках - оружие принесла я и не удивлюсь, если он уже знает, откуда я его взяла.
  
  В общем, запуталась я по самое не могу. Скорее бы прошли оставшиеся три дня, и я уехала подальше от Олега и от его тайн. Господи! Неужели через три дня я уеду от Олега, так и не разгадав его тайн?! Дура я и есть, все больше в этом убеждаюсь: между безопасностью и эфемерными тайнами почти готова выбрать эфемерные тайны.
  
  За завтраком Олег продолжал меня упорно игнорировать. Я даже рискнула спросить, не обидела ли его чем-нибудь, на что он 'очень вежливо' ответил: 'Много чести!' и отбыл на работу. Я не обиделась, скорее, была озадачена его грубостью. У него явно какое-то проблемы, и вполне возможно я могу помочь. А что? Кто не мечтал помочь прекрасному принцу? Даже если он не прекрасный, а ужасный, главное - чтобы принц.
  
  Ха! Была у меня одна такая помощница знакомая! Только она своего "принца" не иначе, как 'чудовищем' величала. Подруга одна мамина познакомилась случайно с очень богатым мужиком, возможно, тогда он был самым богатым в нашем городе. Не Бил Гейтс, конечно, городок у нас так себе, захолустье захолустное. Однако, все у того было: и власть, и уважение, и деньги. А главное: были проблемы. "Чудовище" совсем недавно пережило предательство любимой женщины и очень переживало по этому поводу. Тетя Лариса быстренько вернула его к жизни, и у нее так же быстренько тоже все появилось: наряды, вечеринки, поездки, салоны. Потом дети родились, тоже как сыр в масле катались, вот уж с кем совершенно невозможно общаться было - только и повторяли: 'Мой папа то, мой папа се'. А еще несколько лет спустя у Чудовища все сразу рухнуло. Сначала он заболел, потом кризис на страну обрушился. Он, как и многие другие, к тому времени кредитов имел на неимоверные (по моим меркам) суммы. Не только в банках, но и у всяческих дельцов. В конце истории все имущество было продано, долги выплачены. Переехали к Ларисиной матери, которая имела домик в горах в отдаленном селе, к которому и дороги нормальной не было. Лариса думала: 'Отдохнет мое чудовище, соберется с силами и заново все поднимет'. Только тому видно все настолько осточертело, что он взял ружье и пошел охотится. Так и ходит уже восемь лет. Домой забредает грязный, обросший, теперь уже - настоящее чудовище, добычу скидывает и снова в горы. Лариса за копейки на местной почте работает, дети - лучше и не вспоминать. Почему не разводится? Как не разводится? Развелась давно уже, только Чудовищу без разницы, когда не сможет больше на охоту ходить, к ней вернется, больше - некуда. Итак, итог истории: Лариса всю жизнь провела с человеком, которого не только не любила, терпела с трудом из-за его денег. И осталась без денег и без всего остального.
  
  Так что, как многие не верят в любовь, я не верю в трезвый расчет. Лучше быть счастливым совсем недолго, чем не быть счастливым никогда. Такая вот у меня простая логика.
  
  А с чего я вообще об этом думать начала? Он пожалел меня, решил грехи искупить, или я на его подружку похожа, утерянную в глубоком детстве, а я уже думаю, что лучше, любовь или расчет. Странная логика, не так ли?
  
  Я встряхнулась, избавляясь от глупых мыслей, и решила осмотреть дом. Архитектура и дизайн интерьера всегда интересовали меня, а тут такой образец нетипичного для наших широт строительства, и я его пропущу? Нет уж.
  
  Обошла весь дом, проигнорировав только вотчину Марины Львовны (интересно, сам хозяин ее не побаивается?) и те комнаты, двери в которые были заперты (тоже мне, замок Синей Бороды), и осталась в библиотеке. Похоже, буквы он знает... Среди огромного количества книг, старых и новых, ценных и не очень, я нашла и те, что были связаны с темой, интересующей меня с юности. Конечно, библиотека деда намного богаче, но я нашла пару книг, которых раньше не встречала. Но самое большое впечатление на меня произвела 'Города будущего' Говарда, о которой дед часто горевал - она была утеряна в одном из переездов. С ней в руках меня и застал Олег.
  
  Я подняла голову, отвлекшись на шум у двери, и увидела его в небрежно расстегнутом пиджаке. Не знаю, стоял ли он там некоторое время или только вошел, но рассматривал меня мужчина с крайне недовольным выражением лица. Не пора ли бежать и прятаться?
  
  - Что? - не выдержала я тяжелого взгляда.
  
  - Добрый вечер, - невпопад ответил Олег. Надо же, и правда уже вечер, а я и не заметила, как лампу включила. Мама всегда меня ругала, что, увлекаясь чем-то, я полностью отключаюсь от внешнего мира и не замечаю ничего вокруг.
  
  - Привет. Я сделала что-то не то? Нельзя было брать книги?
  
  - С чего ты так решила? Читай, сколько хочешь. Только выбор странный для девушки, пытающейся освоить профессию юриста, - заметил мужчина, взглянув на название.
  
  - Я с детства интересовалась архитектурой, строительством, оформлением интерьеров... Меня дед все время по стройкам водил, а там каску выдавали. Незабываемое впечатление: я в каске важно брожу по стройке, и все мне что-то объясняют. Я, конечно, ничего не понимала... А потом маме проболталась, ох и скандал же был: 'Вы таскаете ребенка по стройке! Это опасно! Может случиться авария! Там разные вредные вещества!'. С тех пор наше обучение перешло в теоретическую плоскость, но не остановилось. До восьмого класса я была твердо уверена, что поступлю в строительный. Но мама считала, что эта профессия совсем не подходит для девушки, и ни папа, ни бабушка, ни дед ее не смогли переубедить. А они все у меня в этой области работали, могла бы продолжить династию.
  
  - Почему не пошла в архитектурный?
  
  - Мама сказала, что я не смогу поступить ни на архитектора, ни на дизайнера, чтобы даже не рыпалась. А юрист - прекрасная профессия, сидит в чистом теплом офисе, мечта любой девушки.
  
  - И ты не сопротивлялась?
  
  - Еще как сопротивлялась! Прогуливала допы по обществу, пыталась не пойти на ЕГЭ, устраивала скандалы, шантажировала. Только к тому времени, когда надо было поступать, мама была беременна. Таким образом, мое сопротивление было пресечено в один момент фразой: 'Маме нельзя нервничать'.
  
  - Ладно! Это все лирика. Скажи мне, пожалуйста, почему ты отказалась обедать? - резко сменил тему мужчина.
  
  - Я отказывалась? - увлекаться я увлекаюсь, могу не отозваться, когда со мною заговаривают, но чтобы ответить и не вспомнить об этом - такого еще не бывало.
  
  - Разве Марина тебя не приглашала?
  
  - Извини, зачиталась, - улыбнулась я. Не знаю, почему она так сказала, возможно, забыла, что я нахожусь в доме, но меня с детства учили: закладывать нехорошо. - Если на ужин пригласишь - буду рада.
  
  - Через двадцать минут, - сухо ответил Олег. Мои улыбки прошли впустую? Плевать! Сколько можно пытаться наладить отношения? Хочет дуться - пусть дуется, уж я это переживу.
  
  За ужином он снова молчал, уткнувшись в газету. На мой аппетит это не повлияло, раз уж я решила его не замечать, значит - замечать не стану. Не выдержала, только когда Марина Львовна уронила вилку, и Олег наорал на нее, будто та на его жизнь покусилась. Пусть она мне не особенно нравится, оскорблять человека ни за что, даже если ты платишь ему деньги - свинство.
  
  - Если ты чем-то огорчен, это не причина огорчать всех вокруг! - прошипела я, стоило только расстроенной женщине исчезнуть за дверью. Я предполагала, что ему не понравится мое замечание, но этого не ожидала.
  
  - Пошла вон! - четко и спокойно сказал Олег и снова углубился в изучение газеты. Я в очередной раз задохнулась от гнева, снова ничего не сказала вслух, встала и отправилась наверх, одеваться. Провались он вместе со своими капельницами! Обойдусь и так! На мне все заживает, как на собаке, и на этот раз заживет. Взяла только сумочку и спустилась вниз. Один вопрос меня тревожил не на шутку - как отсюда выбираться?
  
  - Куда-то собираешься? - лениво поинтересовался Олег.
  
  - Туда, куда ты меня послал! - рявкнула в ответ.
  
  - Я послал тебя в твою комнату, не дальше. Вернись и оставь свои детские капризы. Я с тобой не закончил, так что ты пока останешься здесь.
  
  - Может, стоит спросить, что я думаю по этому поводу? - возмутилась я.
  
  - Нет, не стоит. Люди делают то, что говорю я, и тебе я советую следовать этому правилу. Ты ведешь себя, как хорошая девочка - ты в шоколаде. Начинаешь качать права - сама понимаешь в чем.
  
  - Ты меня ни с кем не путаешь? Я не твоя любовница, не работаю на тебя, ничего тебе не должна! - мое возмущение уже зашкаливало.
  
  - Как минимум у меня имеются все свидетельства незаконного хранения оружия. Подумай об этом.
  
  - Решил меня шантажировать? - мне опять стало интересно. Что творится внутри этой головы? Еще вчера он пытался наладить со мной отношения, уже сегодня активно ломает все налаженное. Зачем? А может, он просто псих с раздвоением личности? Может не нужно искать логики в его поступках, все равно, не найти?
  
  - Ты не выйдешь за ворота, так что лучше - подняться наверх, сохранив достоинство, - меланхолично просветил меня хозяин. Плюнув на все (мысленно, конечно), я повиновалась. Есть ли смысл идти на бетоноукладчик тараном? Разберусь с этим завтра... Вполне возможно, что через пару часов он вновь превратится в приятного в общении человека. Тогда и разберемся, что делать дальше и как себя вести.
  
  Глава 10
  
  Утро пришло, как ему и положено, но ситуации ничуть не изменило. И ладно бы Олег снова укатил на работу, или куда он там катается, можно было бы дышать спокойно, так нет же - он решил именно сегодня остаться работать дома. Я так и чувствовала, как от его кабинета расходятся по всему дому волны негатива. Нормальный человек забил бы, и все, а я не могу, хожу, переживаю. Оно мне надо? От спокойной жизни толку намного больше, чем от каких-то капельниц. Бежать! Бежать из этого логова монстра, как можно быстрее и как можно дальше. Только смысла в этом особого нет: если Олег решил, что я должна сидеть эти дни у него дома, то я буду сидеть, найти меня и притащить обратно для него труда не составит... Или он не станет утруждаться? Господи, как же сложно с человеком, суть которого не можешь понять и поступки которого не можешь предугадать!
  
  Я оделась и вышла в сад. Побродила по дорожкам, пытаясь представить, как все это выглядит летом, но надолго там не задержалась: на холод плечо сразу отозвалось болью, а грязный подтаявший снег, покрывавший все вокруг, оптимизма не добавлял.
  
  Внутри все было по-прежнему. В доме как будто нависла грозовая туча, которая должна вот-вот пролиться чем-то очень нехорошим. Еще немного подумав над планом побега, я решила не рисковать настолько сильно и спряталась в комнате.
  
  Ближе к вечеру, когда я уже думала, что гроза миновала, источник большинства гроз в моей жизни ворвался в комнату, где я надеялась тихонько отсидеться. И мало того, что просто ворвался - подхватил меня с кровати, на которой я читала, кутаясь в одеяло, и начал кружить по комнате, прямо как герой какой-нибудь сопливой мелодрамы. Похоже, что-то ему хорошенько подняло настроение, и он решил разделить со мной свою радость. Нет уж! Чужого нам не надо! У нас и своих радостей выше крыше, особенно в последние дни.
  
  Некоторое время я героически терпела безобразие, безропотно позволяя использовать себя в качестве любимого плюшевого мишки. Но когда Олег распоясался окончательно, перестал скакать по комнате, плюхнулся на кровать, удерживая меня на коленях, и беззастенчиво приложился губами к моей же шее, я не выдержала. Толкнула его изо всех сил, и сама же свалилась на пол. А этому гаду хоть бы что - как сидел на моей кровати, так и сидит. И глазом не моргнет. А я как обычно из-за него пострадала: теперь к боли в плече добавилась боль в том, на что я вполне предсказуемо приземлилась. Вечно так: он в шоколаде, а я - сами знаете в чем.
  
  - Там удобнее? - снисходительно поинтересовался Олег, наблюдая за тем, как я поочередно потираю травмированные места.
  
  - Я не поспеваю за изменениями в твоем расположении духа! Наверное, никто бы не успел. И не смей больше целовать меня! Я уже говорила: я не твоя жена и не твоя любовница, и никогда не окажусь на этих ролях, веди себя соответственно!
  
  - Вот как? А я-то думал... - Олег изобразил глубокое разочарование и рухнул на кровать. Наверное, изображал, что я ранила его очень глубоко, и что капельницы теперь требуются ему. - Не рекомендую использовать слово 'никогда', если говоришь обо мне: со мной возможно все. И я искренне не могу понять, почему мне нельзя тебя поцеловать? От тебя не убудет. Или подобное разрешается исключительно твоему зайцу?
  
  Я похолодела... В последней фразе звучала явная неприкрытая угроза. И угроза направленная не на меня (это мы уже проходили, это нам уже почти не страшно), а на Славку. Глупо было предполагать, что Олег не узнает, он же настойчиво демонстрировал, насколько хорошо осведомлен о моей жизни. Но я надеялась до последнего, подсознательно ожидая этой угрозы именно для него. Почему? Сама не знаю.
  
  - Сколько можно лезть в мою жизнь? - спокойно, без истерики и тщательно спрятав страх, спросила я. - Что тебе от меня надо? Почему ты все время суешь нос не в свое дело?
  
  - А если я хочу, чтобы это было моим делом?
  
  - А если я хочу, чтобы ты оставил меня в покое?
  
  - Фу, как грубо и неоригинально! Ты пытаешься разочаровать меня, а зря - я очень не люблю разочаровываться. Могу поручиться, что тебе не будет так интересно, как со мной ни с одним человеком.
  
  - Боже, какое самомнение! Не думаю, что ключевое слово в отношениях - 'интересно', - я отползла на безопасное расстояние и только после этого поднялась с пола.
  
  - Какое же слово ключевое? Ты-то точно знаешь... - намек на весьма невеликий опыт тех самых отношений? Подумаешь, я не из обидчивых.
  
  - Мне кажется, ключевое слово 'надежно' или 'спокойно', даже 'легко' - предпочтительнее.
  
  - Ты говоришь как моя бабушка! Либо ты - страшная зануда, либо не знаешь, чего хочешь, либо врешь и себе, и мне.
  
  - Можешь расценивать это, как тебе удобно. Одно скажу точно: возможно, с тобой интересно... кому-то... но каждый раз бояться, что вышедший за кефиром приятный человек вернется монстром... Нет, такие развлечения не по мне.
  
  - Я не пью кефир! - именно это возмутило его из всего мною сказанного? Ах, ну да! Остальное-то чистейшая правда.
  
  - Не важно. Ты сам знаешь, о чем я. Изменения в твоем поведении через чур радикальны, чтобы можно было их списывать на настроение или влияние внешних факторов.
  
  - Боже! Не говори со мной такими сложными словами! - дурашливо завыл Олег. - На что же ты списываешь эти изменения?
  
  - Я уже устала голову ломать. Предполагаю какие-то отклонения в психике.
  
  - А кто из нас может поклясться в том, что он совершенно нормален? Разве что пациенты соответствующих клиник, но с ними точно не согласятся лечащие врачи, - философски заметил мужчина, поднимаясь, наконец, с моей постели. Может, уйдет? Размечталась! Ко мне движется, хотя я ясно дала понять, что предпочитаю находиться от него подальше, переместившись к окну. - Из всего, тобой сказанного, резюмирую, что у нас ничего не получится. Так?
  
  - Разве что-нибудь должно было получиться? У нас разные интересы, разная жизнь, разные представления о морали. Опять же, наше знакомство никак не предполагает продолжения в виде 'жили они долго и счастливо', разве что порознь и желательно подальше друг от друга. К тому же, желание тебя убить периодически просыпается во мне почти с прежней силой, так что для тебя это еще и небезопасно. И вообще, не верю я в сказки о Золушках.
  
  - Так и я далеко не принц!
  
  - Я знаю. А вот ты только так говоришь, на самом деле считая обратное. Ты себя считаешь кем-то, кто гораздо круче, чем обычный принц. Тебе все позволено, у тебя нет границ - это страшно.
  
  - Боишься меня? - почти прошептал Олег и провел рукой по моей щеке. Я уже почти начала возмущаться - терпеть не могу, когда касаются моего лица. Мама всегда повторяла: 'Не трогай лицо грязными руками - будут прыщи'. С тех пор и засело, у меня что-то вроде пунктика по этому поводу. Только я рот открыла, чтобы высказать все, что думаю по поводу грубых грязных рук и моей нежной кожи, как все тот же грубый и предположительно грязный палец скользнул к моим губам. Ничего сказать я так и не успела, потому что неожиданно осознала, что мне нравятся его прикосновения. Ну, все... Теперь можно и не сомневаться: с моей головой явные проблемы и, кажется, глобального характера. Хуже не бывает. Отклонения в психике у меня, а не у него. Собравшись, тряхнула головой, сразу избавляясь и от приятных ощущений, и от угрызений совести с ними связанными.
  
  - Ты сам себя не боишься временами? Если нет, то совершенно напрасно. Давай уже свою капельницу, а то это все никогда не закончится. Домой хочу, сил уже нет.
  
  - Что же тебе неймется? Живешь с комфортом, ни о чем не беспокоясь, с чего тебя тянет в убогую общагу?
  
  - Ни о чем не беспокоясь? Это точно не обо мне и не о моей жизни в твоем доме. Ладно, не обращай внимания на мое нытье, давай с этим покончим, еще немного и ты сможешь избавиться и от меня и от моего унылого общества.
  
  - Ты мне не мешаешь, - пробормотал Олег, устанавливая капельницу. На катетер он смотрел с нездоровым интересом, наверняка, жалея, что он есть, и что не нужно каждый раз дырявить мои вены. Вот это он сделал бы с удовольствием, никаких сомнений. - Чем тебя сегодня развлекать? Хочешь, посмотрим фильм?
  
  - Почему бы и нет? - всяко лучше, чем с тобой разговаривать. А так можно в фильм уткнуться и сделать вид, что не в силах отвлечься. В последнее время наше общение становится все более и более опасным, с какой стороны ни посмотри, так что лучше его избегать.
  
  Мы тихо, по-семейному посмотрели фильм, и больше не было никаких эксцессов, было уютно, тепло и хорошо. Наверное, так и выглядит счастье: просто смотреть телевизор с человеком, которого любишь, который тебе близок и дорог. Так что я почти счастлива - телевизор есть, и я его смотрю с человеком, только он мне не близок и не дорог, так, не пойми что. Во всяком случае, теперь я знаю, чего мне не хватает для полного счастья. Вот выйду отсюда и начну активные поиски, должен же быть кто-то, кто мне нравится или может понравиться. Например... например Карелин с выпускного, он всем нравится, а я чем хуже? Или Мишка с экономического... и умница, и красавчик, и веселый, что еще надо? О, Господи! Заю я совсем забыла! До чего дошло! И почему до этого дошло? Нужно ли сделать из этого вывод, что он - не тот, кто мне нужен? Нет. Не нужно. Он мне нравился, я хотела быть с ним, и теперь мне никто не помешает. Я всегда довожу все дела до конца.
  
  Словно почувствовав, о чем я думаю, Олег разозлился и ушел. До чего же странный человек: настроение у него меняется на пустом месте. А может, он, на самом деле, телепат? Тогда в моем лице он встретил серьезную угрозу собственному завышенному самомнению. Вот была бы хохма! Лежит он у меня под боком, весь такой ценный кадр (по собственному представлению), а девушка рядом думает, с кем ей завести роман в ближайшее время, и его кандидатура вовсе не рассматривается. У меня даже настроение улучшилось от таких предположений, так что спала в эту ночь я идеально. А все потому, что даже предположить не могла, какой сюрприз приготовил для меня Олег на утро.
  
  Итак, сюрприз... Выхожу я утром завтракать, не ожидая никаких гадостей, кроме мелких неприятностей в виде грубости злого хозяина этой берлоги, и что я вижу? А вижу я, как за нашим (ну, хорошо, тут я слегка погорячилась, не за нашим, я ни малейшего отношения к собственности Олега не имею) столом восседает какая-то полуголая курица! И мало что полуголая, так еще и восседает на коленях хозяина. Недаром говорят, что нет у нашего поколения ни воспитания, ни чувства такта. Посмотрят на таких гусынь, и говорят. Это же надо: явиться в общую комнату в одном полупрозрачном коротеньком халатике на голое тело! Вранье это все, что мужчинам нравится загадка, что нужно открывать лишь небольшой участок, чтобы привлечь внимание: вот Олег - лучший пример противоположной точки зрения - сидит, весь слюной истек, никакие загадки ему не нужны. Кстати, он выглядит не менее отвратительно, чем она, так что парочка вполне стоит друг друга.
  
  - Доброе утро! - громко произнесла я, усаживаясь напротив. Надеялись, что я тактично удалюсь? Вот еще! Только после завтрака. Интересно, где он? Обычно еда появляется на столе вместе с появлением Олега. Странные отклонения в расписании...
  
  - Олежек, кто это? - противным голосом пропищала эта коза, тыча в меня пальчиком. Интересно, она может хотя бы шнурки сама завязать с таким маникюром? Вряд ли у такой ощипанной индюшки есть прислуга. Или она без шнурков обходится? Бюстгальтер ей точно застегивать не приходится, нижним бельем такие коровы не пользуются.
  
  - Это - моя родственница, - лениво поведал Олег, следя за моей реакцией. Скрыть ее мне не удалось, судя по довольному выражению его лица.
  
  - И долго она здесь будет? - продолжила пищать облезлая кошка. О, как! Я ей уже мешаю?!
  
  - Я пока никуда не собираюсь, - мгновенно соврала я, глазом не моргнув. - Что с завтраком?
  
  - Мишель, загляни в холодильник, поищи что-нибудь съедобное, - мило улыбаясь своей дрессированной обезьянке, попросил Олег.
  
  - Почему я? - заканючила та еще противнее. Похоже, обезьянка выдрессирована не очень хорошо. Он теперь хлыстом воспользуется? Или он последователь системы Дуровых и будет устанавливать со зверушкой эмоциональный контакт? Хотя, что это я, контакт-то давно уже установлен. Всю ночь устанавливал, пока я спала.
  
  - Ты же хочешь меня побаловать, правда, моя кошечка? - фу, фу, фу! Какая гадость! И вообще, кошка уже была, зачем он за мной повторяет?
  
  - Да, мой котик! - она, наверное, думает, что ее голос похож на мурлыканье, на самом же деле это гораздо ближе к карканью.
  
  - Ты ревнуешь! - поделился 'очень умной' мыслью Олег, стоило девице покинуть комнату. Вот беда! У меня зоопарк закончился, а она все еще здесь. Не называть же ее 'сучкой', это будет оскорблением всех представителей собачьего мира.
  
  - Как ты догадался? Да! Я ее ревную! Она понравилась мне с первого взгляда, и ты мешаешь нашему с ней счастью! Может, она этого еще не понимает, но поймет, обязательно поймет, что нет ничего лучше женской любви!
  
  - Гадость какая! - проявил отсутствие толерантности в очередной раз мужчина.
  
  - Она скоро уйдет? - надоело мне кривляться.
  
  - А что? Мишель тебе мешает?
  
  - Мишель! Ну и имечко! С таким можно не задумываться, какую профессию выбрать. Или это - как раз псевдоним для трудовой деятельности? А может, при рождении ее, вернее, его назвали Мишей, и он оставил привычное имя после операции? - ой, кажется меня понесло,и я снова начинаю сыпать глупостями...
  
  - Кто бы говорил! Интересно, чем по твоей логике должна заниматься Аксинья? Сено в стога складывать?
  
  - И не мечтай. Разве что, в том стогу с местным красавчиком валяться. Ты не ответил на мой вопрос.
  
  - А ты на мой. Она тебе мешает?
  
  - В целом мне плевать, только от ее духов у меня аллергия. А она ими уже все здесь провоняла. Мерзость.
  
  - Всегда знал, что обычные женщины не любят таких, как Мишель, ты для меня ничего нового не открыла.
  
  - Каких 'таких'? Вульгарных? Дешевых? Пустых? Примитивных?
  
  - Ты не говорила с ней и пяти минут, но делаешь выводы о том, что она из себя представляет... - перебил Олег. Что же, замечание по существу, только в жизни не поверю, что сия особа с успехом закончила МГУ. Хотя... За деньги все возможно. - Я имел в виду таких, которые нравятся мужчинам.
  
  - Что же, я думала, что вкус у тебя получше, но... Или на что-то более приличное денег не хватило? - а вот теперь-то я и получу заслуженное наказание за длинный язык. Кто тут рассуждал о воспитании? Сама-то не намного лучше.
  
  Не знаю, сколько мы бы еще так мило беседовали, и чем бы все это закончилось, но тут входная дверь хлопнула и перед нами появилась Марина Львовна. Вид у нее был такой, что я засомневалась в том, что это именно она, а не какой-нибудь двойник царствующей домработницы Олега. Женщина выглядела разбитой, потерянной и вовсе не царственной. Похоже, не все в порядке в Датском королевстве... А сейчас еще и милый хозяин добавит за опоздание, уж от него сочувствия не жди.
  
  - Простите, Олег Аркадьевич! Простите, это больше не повторится, - опять-таки вовсе не царственно начала оправдываться женщина, лихорадочно теребя белоснежный носовой платок. Я встала, чтобы смыться с поля боя как можно скорее, а то снова не выдержу, вставлю свои бесценные пять копеек и сделаю хуже.
  
  - Подождите, Марина, присядьте... Давайте теперь успокоимся и обсудим, что у Вас случилось, - от голоса Олега, полного искреннего сочувствия, я обомлела. Пришлось остановиться, чтобы выяснить, как долго он сможет притворяться.
  
  Домработница старательно сопротивлялась, бормотала, положенное в таких случаях 'нет-нет, все в порядке', но мужчина не сбавлял оборотов, пока та не начала признаваться, утирая слезы. Я успела услышать что-то о муже и скорой, когда мне сделали очевидный знак убираться. Сложно не признать, что дело, на самом деле, не мое, и что если Марина захочет, сама мне расскажет (впрочем, вряд ли произойдет что-либо подобное). Пришлось повиноваться.
  
  Вся эта ситуация меня озадачила не на шутку. Как-то не вяжется эта история с героями. Ладно, Марина - когда с близким случается беда, люди часто ведут себя непредсказуемо. А от нее я скорее могла бы ожидать озабоченной целеустремленности в забеге по медицинским кабинетам с целью добиться самого лучшего обслуживания для больного, но никак не опущенных рук и слез. Олег же... В моем представлении он должен был не заметить (или сделать вид, что не заметил) состояния своей работницы и продолжить пользоваться ее услугами. Он же поступил совсем не как Олег, а как нормальный человек с нормальным отношением к людям. Кто он на самом деле: подонок, моральный урод, иногда играющий роль хорошего человека ради собственного развлечения или хороший человек, надевший маску подонка и урода?
  
  Я устала от его загадок, хочется общения с понятными простыми людьми, хочется от общения испытывать радость и удовольствие, а не усталость и опустошенность.
  
  - Ты сегодня на хозяйстве, - прервал мои размышления их объект.
  
  - Это как? - опешила я. Привыкла уже, что в этом доме ничего делать не только не нужно, но и не разрешается.
  
  - Приготовишь обед. Ты же умеешь готовить? - сомневается в моих способностях? И не зря ведь!
  
  - Как сказать... - вот именно, не знаю, как сказать помягче, что мое коронное блюдо - яичница. Если она не пригорит, я ее не пересолю и смогу отскрести от сковороды, ее вполне можно будет употреблять в пищу. Тому, кто очень голоден, конечно.
  
  - Пошли, выдам тебе ноутбук, там наверняка можно найти рецепты.
  
  Я чуть от счастья не запрыгала: неужели у меня появится возможность связаться с людьми? Наконец-то я получила ключ от двери во внешний мир! Сейчас быстренько что-то сварганю и займусь своими делами. Надо ввести правильный запрос и дело в шляпе. Думаю, 'рецепты для начинающих' подойдут. О! 'Рецепты для начинающих детей' - еще лучше. Если с ними справляются дети, я тоже должна справиться. Да... размечталась я. Для детей, оказывается, мама должна готовить, это нам не подходит. Хорошо, попробуем 'для начинающих хозяек'. 'Этот суп совсем несложно готовить' - то, что нам надо, осталось узнать, есть ли в запасах говядина. Это - мой счастливый день! Говядина есть, щедрый такой кусочек. Интересно, если весь его сварить, хуже не будет? Наверняка, нет, мужчины мясо любят. Может, разрезать? Нет, в рецепте такого не написано, так что не будем пороть отсебятину, в кастрюлю влез, и ладно. 'Варим бульон из говядины, добавляем морковь и сельдерей за полчаса до готовности мяса' - очень мило! Сразу три вопроса: как варят бульон, где взять сельдерей, и получится ли суп без него, и, самое главное, как я узнаю, что осталось полчаса до готовности?
  
  Попробуем узнать ответ на первый, хвала интернету, без него бы я пропала. Итак, 'на одну порцию возьмите четыреста граммов говядины' - кто знает, сколько здесь граммов, будем считать, что именно столько, сколько надо.
  
  'Мясо промойте' - как ни странно, об этом я не забыла, 'залейте водой и поставьте вариться'. Да я молодец! Справилась без всяких подсказок с такой сложной задачей. 'Как только вода закипит - снимите пенку с ее поверхности' - до этого еще дожить надо. 'Бульон из говядины варится пример три-четыре часа' - нормальный рецепт для начинающих, четыре часа ждать! Ну, ничего, я пока второе приготовлю. 'Семга в фольге' меня вполне устроит, раз написано, что не будет возни с отмыванием сковородок, значит, она ни к чему и не прилипнет. Хорошо, Марина Львовна такая запасливая, даже рыба у нее есть. Не уверена, что семга, но на мое счастье, в рецепте сказано, что можно взять любую другую рыбу. Осталось фольгу найти.
  
  Фух! Всего сорок минут поисков и я достигла цели. Теперь все накидать и даже солить не надо - вот в чем мое спасение, и пересолить не смогу совершенно точно. Жизнь прекрасна! Есть выход из любой, даже самой сложной ситуации!
  
  Все будет готовиться само, а я смогу поболтать с нормальными людьми. Начнем с Нэльки, тем более, что она мне написала, стоило появиться в контакте. Не люблю я врать, но тут уж без вариантов, пришлось еще раз писать о родственниках, которые меня совершенно неожиданно украли. Быстро перевела тему на новости универа и узнала много интересного, к примеру, какую прорву заданий мне необходимо сдать еще вчера. Меня не было всего три дня, а жизнь кипит так, будто год прошел.
  
  - Эй, кто тут раненый?! - услышала я мужской голос. Мамочки! Меня грабить пришли или сразу убивать? Я еще пожить хочу, несмотря на то, что в последнее время жизнь моя - сплошное г***но! - Ты здесь?
  
  Слава Богу, поживу еще! Доктор мой явился, не Айболит, к сожалению, но выбирать не приходится.
  
  - Привет, раненых нет, только выздоравливающие. Можешь сказать Олегу, что третья капельница мне совершенно ни к чему, а излечит меня лучше всего дом родной и любимые преподаватели.
  
  - Размечталась! Раздевайся, будем смотреть, насколько ты выздоравливающая, - он быстро отправился в ближайшую ванную. Не тянет меня перед посторонним мужиком раздеваться, ох, не тянет! Не мог Олег меня отвезти к какому-нибудь дедуле. Хотя, дедули тоже разные бывают. - Ты что сидишь? Давай, давай, времени в обрез! - и Димон принялся рыться в сумке, доставая из нее разнообразные, но все, как на подбор, страшные инструменты.
  
  Пришлось стягивать свитер, но развеселый доктор никакого интереса к моим прелестям не проявил, сосредоточившись на повязке.
  
  - Ай! Да ты - садист! - вырвалось у меня, когда он одним движением содрал лейкопластырь.
  
  - На том и стоит вся российская медицина, - подмигнул Димон и начал обрабатывать шов. - Ничего так работка, вполне, - похвалил он сам себя.
  
  - Слушай, а разве это не надо было ежедневно проделывать? - осенило меня.
  
  - Какой мне пациент попался! Хотел же идти в патологоанатомы, вот где благодать: никто не жалуется, ненужных вопросов не задает. Не могу я через весь город каждый день мотаться, у меня и без тебя дел выше крыши. Все и так в порядке, так что не возмущайся не по делу.
  
  - Ничего себе! А если бы загноилось, или что там еще бывает?!
  
  - Отрезали бы к чертовой матери все лишнее и дело с концом. Все, больная, жить будете. Есть небольшая вероятность, что долго, и совсем маленькая, что счастливо.
  
  - Ты делаешь такой вывод, потому что я с твоим дружком знакома? - с подозрением спросила я. Точно, Синяя Борода, и все окружающие об этом знают.
  
  - Что? Олег здесь причем? Не, это я так, к слову, ни на что не намекая. Тебе, наоборот, крупно повезло, он - суперский мужик.
  
  - Интересно, в каком месте? - пробормотала я, провожая врача до двери. Вот и еще одна загадка - как об этом человеке могли сказать что-то подобное? Сволочь он и есть сволочь со всеми, не может же только мне так повезти? Не может только со мной быть уникальное обхождение.
  
  Ой! А как там обед? Что плавает на бульоне? Остатки той самой пенки, которую надо было снимать? Ну, и хорошо, теперь она равномерно распределилась по супчику и заморачиваться не надо. Осталось овощи почистить и побросать. И рыбу, пожалуй, выключу, было написано, что в духовке она должна стоять тридцать минут, а у меня часа полтора мариновалась, так что точно сырой не будет. Еще немного и все готово. А я-то думала, что приготовление пищи - очень сложная задача. Нет ничего, с чем не справился бы человеческий разум! Во, как! А у меня этого разума - целая пропасть. Надеюсь, мои старания будут высоко оценены. Если нет... Тогда я не позавидую Олегу - в гневе я могу быть ужасна.
  
  Глава 12
  
  Я продолжала перебрасываться фразами с Нэлькой, дожидаясь хозяина дома. Сегодня у меня был на это серьезный повод - надо же провести полевые испытания, а вдруг моя стряпня не вызовет летального исхода? Это же станет событием года! Так что спать я не лягу, пока не дождусь реакции организма Олега на мой обед, уже грозящий превратиться в ужин. И очень рассчитываю на то, что эта реакция будет правильной и меня не огорчит. Я уже и так огорчена до предела: Зая на мои 'Привет, как дела?' никак не отреагировал. Вообще. Всегда считала его нормальным человеком, но то, как он себя ведет сейчас, не лезет ни в какие ворота. Если он не хочет иметь со мной дела, это - не проблема, по крайней мере, не для меня. Я всегда старалась утешить себя словами 'Все к лучшему' даже в самых неприятных ситуациях, а уж такую мелочь, как не сложившиеся отношения с парнем, никогда не считала большой бедой. Значит, это не тот парень, которой нужен мне, только и всего. Но это молчание меня бесит. Всегда предпочитала говорить прямо и не прятаться от проблем и ждала того же от окружающих.
  
  Приятное общение и не самые приятные размышления прервал звук подъезжающего автомобиля. Я выглянула в окно и, убедившись, что машина тормозит перед воротами дома Олега (какая именно рассмотреть не смогла - было уже слишком темно), помчалась на кухню, чтобы подать мою прелесть в наилучшем виде. Или, чтобы попытаться срыть изъяны вкуса красивой подачей. Подогрела суп и всыпала в тарелку щедрую горсть зелени, которая скрыла неаппетитные серые хлопья, оставшиеся от забытой мной пенки. Вокруг рыбы разложу овощи и, опять же, зелень, говорят, в ней куча антиоксидантов, глядишь, и поможет выжить герою, решившему отведать то, что я приготовила. Нельзя же лишать человека всяких шансов, тем более, что он - первый, кто решился испытать мои способности домохозяйки.
  
  Когда я вошла в гостиную, намереваясь в традициях лучших домов Лондона и Парижа пригласить к столу в самых изысканных выражениях, я увидела Олега, который сидел на диване, опустив плечи и спрятав лицо в ладонях. Мне не удалось сдержать стона: пусть я никогда в глаза не видела мужа Марины Львовны и даже имени его не знаю, мне всегда было очень тяжело узнавать о смерти.
  
  - Эй, ты чего? - остановил меня Олег. - Все в порядке. Не совсем в порядке, конечно, но гораздо лучше, чем могло бы быть.
  
  - Фух! А что же ты сидишь тогда такой весь огорченный?! - у меня возникло горячее желание запустить в него чем-нибудь тяжелым. Это же надо, так пугать!
  
  - Устал и есть хочу страшно.
  
  - Второе поправить не сложно: поднимай свой уставший... организм и пойдем, я тебя кормить буду, - эх, не вышло в самых изысканных выражениях! А впрочем, сам виноват, нечего меня пугать было.
  
  - Я уже и не надеялся...
  
  - Обижаешь! - не могла же я упустить такую возможность! Это же настоящий научный эксперимент на выживание! А главное - я в нем не объект исследования, а экспериментатор.
  
  Олег начал наворачивать мой супчик и ничего, не поморщился даже. Вот это сила воли у человека! Я восхищена.
  
  - Ты что так смотришь? - наконец, не выдержал Олег, он же не знает, что является объектом наблюдения, и я не должна пропустить ни малейших изменений в его состоянии
  
  - Не обращай внимания, - отмахнулась я.
  
  - Между прочим, довольно вкусно, - резюмировал он, отодвигая тарелку. Я выпучила глаза: вкусно? Да ладно! Впрочем, говорят, с голоду и гвозди жрать начнешь. Или ключевые слова в его речи: 'между прочим' и 'довольно'? - Серьезно, я ожидал худшего. Моя мама готовила настолько ужасно, что в сравнении с ее стряпней, это - шедевр.
  
  - А сейчас? - осторожно спросила я. Я до сих ничего о нем не знаю, а вдруг его мама умерла?
  
  - И сейчас готовит, к несчастью отца, как я ни предлагал нанять им кухарку. Главный мамин недостаток даже не в том, что из ее рук выходят абсолютно несъедобные шедевры, а в том, что она уверенна в своих способностях повара на все сто. К моему счастью, я теперь избавлен от необходимости питаться ее блюдами.
  
  - Раз ты настолько тренирован, приступай ко второму, - скомандовала я, приободрившись. Достанется же кому-то идеальный вариант мужа в некоторых областях. Если его будущая жена хорошая хозяйка, он будет высоко ценить это качество, а если плохая - будет продолжать пользоваться услугами наемных работников и не жаловаться. Уплетает рыбу и ни соли не требует, ни хрена - все ему хорошо. - Чуть-чуть суховато, - все-таки испортил картину, сделав мне замечание, мужчина, - но у тебя точно имеется потенциал. Немного практики и все получится.
  
  - А как ты догадался, что у меня практики нет?
  
  - Есть детали, выдающие тебя с головой. Кстати, как ты умудрилась в своей общаге с голодухи не помереть?
  
  - Салат ем или покупаю готовое. Иногда соседки угощают. Это же не главное в жизни, правда?
  
  - Конечно, не главное, пока гастрит не подцепишь, - согласился Олег.
  
  - Ты отстал от жизни, давно доказано, что гастрит имеет бактериальную основу: подцепил где-то вредную бактерию, и никакое питание тебе не поможет. Расскажи мне лучше, что там у мужа твоей домработницы, - попросила я. Не из любопытства, из желания убедиться, что я ничем помочь не могу. А если меня убедят в противоположном, придется помогать, как бы лень мне ни было.
  
  - Выкарабкается... Сейчас вокруг него лучшие врачи нашего захолустья танцуют, и состояние у него вполне нормальное. А ты почему так странно меня рассматриваешь?
  
  - Да все понять не могу, с чего бы тебе бежать ему на помощь? Может, он тебе жизнь спас? Или он - твой близкий друг?
  
  - Я вообще его не знаю. Честно говоря, я и не знал, замужем ли Марина, меня это никогда не интересовало. А что, разве помощь ближнему не является уже естественной?
  
  - Для некоторых является... Но я понять не могу, при чем тут ты? Мне казалось, что в твоем представлении помощь ближнему является признаком слабости, - честно призналась я. Пора уже вывести его на чистую воду, а то уйду и буду дальше мучиться вопросом: 'Какой он, Олег ...?'. Кстати, неплохо бы фамилию узнать, мама всегда возмущалась: 'Собралась идти с мальчиком в кафе, а фамилии его не знаешь?!'. У нее, наверное, такая проверка на длительность и серьезность отношений - знаешь фамилию, значит, все в порядке.
  
  - Ты меня сейчас пыталась оскорбить? - спокойно спросил Олег.
  
  - Даже не думала, - поспешила заверить я.
  
  - А зачем я держу тебя в своем доме? Зачем сам ставлю тебе эти дурацкие капельницы?
  
  - Вот и я думаю: зачем? Поначалу я вовсе ничего не думала, а то бы решила, что ты хочешь воспользоваться моим беспомощным состоянием. Но нет, и тут не сложилось.
  
  - Тебя беспокоит именно это? Можно исправить, - с угрозой пообещал он.
  
  - Нет, меня это совсем не беспокоит. Меня беспокоит то, что я не могу понять, положительный ты герой или отрицательный, - честно призналась я.
  
  - В жизни бывают герои однозначно положительные или однозначно отрицательные? Не знал. Возможно, ты читала дешевые любовные романы вместо классики и там их встретила? Тогда тебе совет: лучше перейди на журнал 'Космополитен', даже там можно найти намного больше полезной информации.
  
  - О! Да ты, похоже, эксперт по дешевым любовным романам и женским журналам? Зачитываешься на досуге?
  
  - Нет, они были включены в мой университетский курс женской психологии, - быстро нашелся Олег.
  
  - Где же такие университеты, в которых женская психология от мужской отдельно изучается? Или то были курсы бухгалтеров? - решила не отступать я. Раз уж ему удалось выжить после моего супчика, добавим яда в разговоре.
  
  - Может быть... - не поддался мужчина. Может, устал? Что это он не выходит из себя? Непорядок!
  
  - А серьезно, где ты учился?
  
  - Лучше спроси, где я не учился, - решил блеснуть своим образованием? Ну, ну...
  
  - Неужели, после бухгалтерской школы ты еще и программу колледжа освоил?! Или нет, подожди, я догадалась! Заочно университет. Педагогический! - изобразив благоговение, выдала я.
  
  - А почему педагогический? Там разве бухгалтеров обучают?
  
  - Нет, но туда поступить проще. А парням, говорят, совсем просто.
  
  - Жаль, не знал в свое время, так бы и сделал. А то зря только мучился. Там-то благодать, девушки на любой вкус и никакой конкуренции.
  
  - Боишься конкуренции?
  
  - В вопросе с девушками? Не знаю, пока не сталкивался... Не считать же конкурентом грызуна, - задумчиво добавил он.
  
  - Это ты о чем? Темные истории из прошлого?.. Так ты о Славике?! Чем он тебе не угодил? Ты к нему прямо неровно дышишь.
  
  - Не понравился мне он. Крайне невоспитанный мальчик. Хотя, думаю, профилактическая беседа не него повлияла благотворно.
  
  - Когда это ты с ним разговаривал? - насторожилась я.
  
  - Когда он решил порадовать тебя звонком среди ночи, - флегматично ответил Олег. Что?!
  
  - И что же ты ему сказал? - пусть сердце у меня и перестало биться от страха, сил на последний рывок, чтобы придушить мерзкую сволочь, хватит. Может, и не преуспею, но попытаюсь, душу отведу.
  
  - Сказал, что все нужно делать вовремя и не хлопать ушами, а то девушка может и передумать, - сообщил он, совершенно не стесняясь наглого вмешательства в мою личную жизнь.
  
  - С этим не поспоришь, - как-то быстро успокоилась я. Надо же настолько к месту высказаться? Это выглядит так, будто он знал все, что у меня с Заей случилось в последнее время. Хотя... возможно, именно так все и есть. - Ты следил за мной?
  
  - Что? - оторопел Олег.
  
  - А что? Данные же собрал на меня, почему бы и слежку не устроить?
  
  - Делать мне больше нечего, - повел плечами мужчина. Странно, но кажется мне, что он не врет. Наверное, я стала слишком доверчивой в последнее время. - А что, я попал в цель? Неудивительно, у меня интуиция знаешь, как развита! Иначе бы я... - и он остановился на полуслове, будто понял, что чуть лишнее не сболтнул.
  
  - Что иначе? Сел бы еще при Ельцине? - вспомнила я творчество Ильфа и Петрова.
  
  - Возможно. Так что у тебя с этим мальчиком? Вы встречались?
  
  - Не понимаю пренебрежения, которое явно слышится в твоих словах по отношению к незнакомому человеку. И не понимаю причины употребления прошедшего времени, - отрезала я.
  
  - Думаю, даже полному лоху сложно будет тиснуть историю, в которую он мог бы поверить в такой ситуации. Представь сама: звонишь ты своему любовники ночью, а по его телефону отвечает длинноногая блондинка, - ехидно обрисовал ситуацию Олег. Наслаждается, гад? Да, подставил меня, что и говорить.
  
  - Длину ног я по голосу должна оценить? Я смогу отмазаться, не сомневайся.
  
  - Давно вы встречаетесь? - будто в продолжение начатой темы спросил он. Ага, сейчас возьму и все расскажу!
  
  - Слушай, с какой стати я должна откровенничать? Ты даже не признался, где получал образование, а у меня пытаешься выведать все секреты!
  
  - Я закончил Московский физико-технический институт, факультет радиотехники и кибернетики, - быстро протараторил он. И что теперь моя очередь? И не мечтай!
  
  - Сколько денег на тебя потратила страна, а ты в итоге отмазываешь всяких дельцов клубного бизнеса от тюрьмы! - менторским тоном поспешила отчитать я.
  
  - Что поделаешь, если стране не понадобился радиотехник? Пришлось выкручиваться. Теперь ты!
  
  - И не подумаю! - уверенно заявила я.
  
  - Тогда я тебя защекочу до смерти, - пообещал Олег, уже направляясь в мою сторону с вытянутыми руками. Вот от кого угодно, а от него я не ожидала ничего подобного!
  
  - Нет! - заорала так, что он замер на месте. Я - молодец, один ноль в мою пользу. - Меня нельзя щекотать, у меня плечо болит!
  
  - Сильно болит? - тут же озабоченно нахмурился мужчина.
  
  - Еще нет, но точно заболит, если будешь меня трогать. Особенно щекотать. Не встречаемся мы, встретились один раз, и он исчез, так что, интуиция тебя не подвела, - поспешила признаться, пока очередная гадость не пришла в его голову.
  
  - А ты хочешь?
  
  - Не знаю. Славик всегда появляется и исчезает совершенно не вовремя, как ты правильно заметил. Наверное, как друг он гораздо лучше, - разоткровенничалась я не на шутку.
  
  - Ну, и ладно, - мгновенно потерял интерес к теме Олег. Снова расслабился на диване, куда мы переместились из-за стола. К сожалению, столовая была не отделена от гостиной, и мой взгляд периодически падал на стол с грязной посудой, навевая тоску. - У меня тут предложение созрело. Деловое.
  
  - Можешь продолжать, - величественно согласилась я.
  
  - Завтра одна вечеринка, где мне необходимо быть и желательно со спутницей. Составишь компанию?
  
  - Боже упаси! Наймешь себе спутницу в эскорт агентстве. Кстати, у тебя есть Мишель! Вечеринки - ее стихия. И с экстерьером у нее получше будет, - не смогла не признать.
  
  - Не слишком ли ты низкого о себе мнения?
  
  - Нет, не волнуйся, у меня достоинства интерьера перевешивают все мои недостатки.
  
  - По-моему, никаких недостатков у тебя нет, - внимательно рассматривая меня, вставил Олег, немало меня озадачив.
  
  - Нда?.. Пусть я и Мисс Вселенная, все равно не пойду на вечеринку, где я не знаю ни одного человека.
  
  - А я что, не человек?
  
  - Вполне возможно. Иногда мне кажется, что ты заслан на нашу планету пришельцами. Недружественно настроенными.
  
  - Ладно, забыли о вечеринках, я понял, ты предпочитаешь сидеть дома и вязать носки. Предложение номер два: ты остаешься, пока нет Марины, и заменишь ее. Зарплата тебе, наверняка, понравится.
  
  - Ты разными способами пытаешься оставить меня здесь? - недоверчиво спросила я. - Зачем?
  
  - Мне нужна домработница, вот и все. Ты не можешь бросить меня на произвол судьбы в тяжелый момент.
  
  - Конечно, могу! Позвони в агентство, только уже другое, и тебе пришлют замену.
  
  - Нет. К новому человеку придется привыкать, а к тебя я уже привык. Что за капризы? Разве тебе не нужны деньги?
  
  - Деньги нужны всем. Но я не выдержу пребывание в твоем доме еще хотя бы на день, я здесь, как в тюрьме. И в универ надо срочно.
  
  - Ну, что же, если как в тюрьме, не смею больше тебя задерживать ни минуты. Завтра получишь свою дозу и будешь доставлена в сказочную халупу под название 'общага'. Наслаждайся любимым убожеством, там тебе самое место! - высокомерно выдал Олег и вышел из гостиной. Я смогла вывести его в очередной раз?! Нет, я - не просто молодец, я - гений!
  
  Глава 13
  
  Разойдясь с хозяином дома по разным комнатам, я немного пожалела о собственной откровенности. Все-таки он старается, вроде с распростертыми объятьями и чистыми помыслами пытается двигаться в мою сторону, а я на корню все его движения вырубаю. Пусть он и гад, но я же должна быть выше, я не должна уподобляться, и все такое. Вдруг и он потянется к хорошему, начнет духовно развиваться? Ага, очень смешно! Обладал бы Олег даром телепата на самом деле, уржался бы сейчас, подслушивая глупости, которые лезут в мою голову. Нет, определенно, сотрясение у меня имеется. Да и вообще, что я могла бы сделать в этой ситуации? Прийти, попросить прощения? Сказать, что погорячилась и была не права? Так я не горячилась и говорила чистейшую правду! Что теперь - врать, чтобы ему было приятно? Обойдется!
  
  Таким образом успокоив разыгравшуюся не по делу совесть, я заснула и преспокойно спала, пока в мою комнату не ввалился какой-то наглый тип. Впрочем, долго думать над личностью типа не приходилось, вряд ли меня с утра пораньше мог осчастливить своим появлением сторож Виктор Аркадьевич.
  
  - Я тут подумал, что не стоит доставать друг друга, тем более, что наше совместное проживание закончится спустя несколько часов, - с порога заявил 'не сторож'. - Давай жить дружно!
  
  - Учитывая, что тех, кто будит меня не по делу ни свет, ни заря, я, как правило, четвертую, ты нашел самый лучший способ подружиться, - простонала я, зарываясь в одеяло. Пусть у меня и нет особых комплексов по поводу внешности, исключительно трезвая оценка уникальной красоты, но с утра до посещения ванной и встречи с расческой любоваться на эту красоту? Это оружие может быть посильнее, чем фирменный супчик дня. Кстати, о супчике! - Ночью желудком не страдал?
  
  - Ничуть. Страдал душой... от того, что ты меня отвергаешь, - голосом, полным трагизма, пожаловался мужчина.
  
  - Это скорее повод для радости, чем для страданий. Так что ты хотел с утра пораньше? Чтобы я тебя завтраком накормила? Ты же внезапно забыл, как чай заваривать, а уж процесс укладывания колбасы на хлеб - вообще что-то вроде теории относительности, изложенной на латыни.
  
  - Я не против, если ты так жаждешь обо мне позаботиться, - величественно кивнул Олег.
  
  - Вот еще! Вовсе не жажду! Ты же не младенец и не беспомощный старик. Вполне в силах позаботиться о себе самостоятельно, - фыркнула я. Уж лучше еще поспать!
  
  - А если тебе будет светить дневная зарплата Марины?
  
  - И какая же у нее зарплата? - мне сразу стало интереснее разговаривать.
  
  - Ну... сегодня - сто долларов.
  
  - Ничего себе! На фига я учусь, время трачу? Не хочу быть владычицей морской, хочу быть кухаркой! А сейчас, удались, смерд, их величество умываться изволят.
  
  - Ты уж определись: их величество или кухарка.
  
  - Не вижу противоречия. В нашей стране любая кухарка должна уметь управлять государством. Чем раньше ты освободишь мою спальню, тем раньше будет завтрак, - прозрачно намекнула я и быстро получила свободу от неуместного наблюдения. Пришлось вставать и приводить себя в порядок: сто долларов - щедро для одного дня, надо отрабатывать.
  
  С бутербродами я справилась быстро, благо, стараниями Марины в холодильнике обнаружилась свежая ветчина, уже тоненькими ломтиками нарезанная в магазине. Правда, обычно на завтрак было что-то более правильное, типа каши, но с этим делом меня увольте, каша-то у меня точно пригорит, тут и сомнений быть не может. А вот в заваривании чая я - ас. Почти не пользуюсь пакетиками и никогда не жалею денег, выбирая самое лучшее. Травки тоже люблю добавлять. А один год, еще в школе с одноклассницей начитались форумов и поехали кипрей собирать, а потом его по всем правилам ферментировали. Получилась, конечно, ерунда, но никто же не виноват, что мы не вовремя прочитали информацию и продукт малость перезрел. А может, на самом деле, это - гадость редкая и наши золотые ручки вовсе не виноваты. У Олега я травок не нашла, зато чай у него был такой, на который я только облизывалась в магазине. Экономить я не экономлю, но то, на что денег нет, как ни странно, не покупаю. Завтракать мы сели вместе, почему-то настрой у меня был вполне благостным и совсем не боевым. Возможно, обещанные сто долларов заранее радуют.
  
  - Так что у тебя за такса такая? Это у тебя что за половые услуги, что за столовые, что за день, что за месяц - единые расценки? - не сдержалась я.
  
  - Что-то вроде... Кстати, я давно спросить хотел, почему ты деньги взяла?
  
  - В нашу незабываемую первую встречу? - уточнила на всякий случай. - У меня железная логика.
  
  - Разве по всем канонам ты не должна была гордо швырнуть мне их в лицо?
  
  - По канонам любимых тобою дешевых романов? Именно, что должна. Но, во-первых, ты ушел, во-вторых, я бы просто не рискнула что-то в тебя швырять. Я поспешила исчезнуть, пока ты не передумал. А в-третьих... в тех романах такое поведение всегда производит неизгладимое впечатление на героя, мне это сто лет не сдалось. В-четвертых, сто долларов - хоть и немного за утерянную в неравной схватке девственность, но тоже деньги. И в-пятых, я их сохранила, как память.
  
  - Память о чем? - напрягся Олег.
  
  - О том, что не всегда все в жизни идет так, как того хочется, - пожала я плечами.
  
  - Я бы не хотел, чтобы у тебя на память хранилось что-то вроде этого...
  
  - Это не тебе решать... А что бы ты хотел, чтобы я на память хранила? Засушенные цветочки? Стихи, посвященные мне? Фотографии любимых? Так у меня нет любимых, стихи мне не посвящали и цветы дарили не часто. А деньги за секс платили, - жестко добавила, завершая разговор. Не выходит у меня быть образцом доброты и благородства души, ну, и ладно. Какая есть, уж простите.
  
  - Я понял, - выставил руки перед собой мужчина. Испугался? Правильно сделал! Бойся меня. - Давай попробуем безболезненные темы?
  
  - Не я начала этот разговор, - отбила подачу.
  
  - Этот разговор начала именно ты. Но я не стану об этом напоминать. Я тебя приглашаю на прощальную прогулку.
  
  - В лес? - а куда здесь еще гулять? Рассматривать особняки соседей? Для меня-то конечно развлечение, а для Олега - сомнительно.
  
  - Почему в лес? Поедем в город. Куда можно с утра сходить? Хочешь, в зоопарк? - я уставилась на него с горячим желанием покрутить пальцем у виска. Мне что, пять лет?! Почему именно в зоопарк?!
  
  - Нет уж, там холодно и зверюшек жалко. Раз ты решил воспользоваться программой для детского сада, пошли лучше в океанариум.
  
  - А рыбок тебе не жалко?
  
  - У рыбок мозгов нет. Им все равно, где плавать, - безапелляционно заявила я. - Мы идем или будем спорить?
  
  И мы пошли... Сдается мне, что Олег пожалел о приглашении, потому что в заведении, предназначенном в основном для детей, и я вдруг впала в детство. Я не могла сдержаться, ахала и тыкала пальцем при виде особо понравившихся морских существ, присоединялась то к одной, то к другой экскурсионной группе, пыталась протиснуться поближе к стеклу, ходила кругами, повторяла: 'Ой, посмотри сюда!' и успешно довела Олега до состояния, когда он перестал смотреть на меня с умилением и начал умолять о глотке свежего воздуха. Пришлось выводить несчастного, мало приспособленного к детским развлечениям.
  
  - Требую срочной компенсации в виде обеда! - заявил мужчина, заставив меня мгновенно растерять весь энтузиазм. Это страшное слово 'обед'! Он думает, что все так просто? Ага, щаз! А теоретическая подготовка? А настраиваться часа два? А еще несколько часов на само осуществление? И вообще, мне и самой голодно, так что не ожидайте, что в результате останется что-то, не попавшее в мой желудок еще в процессе приготовления. Неужели помаячившие денежки так и убегут, оставив после себя лишь мечты? Я-то уже мечтала, как куплю себе сногсшибательную кофточку на новогоднюю вечеринку, которую заприметила недавно, и ролики для Деньки. Пусть на все это обещанных денег и не хватает, но мечтать же не запретишь, никто еще не отменял рождественские распродажи. - Как ты смотришь на итальянский ресторанчик неподалеку?
  
  - Надеюсь, что пройду дрэскод: на сегодня у меня ни платья с каблуками, ни пиджака с галстуком, - оценила я удачу. Это же было его желание обедать в ресторане, значит, вычитать из моей законной зарплаты незаконно.
  
  - Нет, там не пафосное место, без претензий. Но паста потрясающая.
  
  - Согласна, но с условием, что я буду лазанью. Лазанья там тоже потрясающая?
  
  - Сейчас узнаем.
  
  Минут через двадцать мы уже ожидали заказа, отогреваясь зеленым чаем. Кто сказал, что чай надо употреблять после приема пищи? Мы сегодня будем рушить стереотипы. Тем более, что говорят, что еду запивать вредно, разве что вином, но на это дело у меня строжайший запрет от доктора Димона.
  
  - Чем займешься после выхода на свободу? - ехидно поинтересовался Олег. - Будешь пытаться наладить отношения с ушастиком?
  
  - Возможно, в свободное время. У меня его, благодаря тебе, будет совсем немного. Пока я бездельничала и осваивала азы кулинарии, в универе столько всего накопилось, что не удивлюсь, если меня к сессии не допустят, - я немного кокетничала, пусть и не блистаю, в список претендентов на красный диплом не вхожу, долгов пока не было, хилый трояк отработать до сих пор удавалось.
  
  - Справишься? Если что, могу предложить помощь...
  
  - Справлюсь, не настолько я тупа. Хотя иногда и туплю по-страшному.
  
  - Я заметил.
  
  Это он о чем? Когда он успел заметить? Когда я вела себя настолько тупо, что это стало заметно окружающим? Ах, да! Как только достала пистолет!
  
  - Вернешь то, с помощью чего мне так и не удалось отправить тебя на тот свет?
  
  - Зачем? Хочешь повторить? - приподнял одну бровь Олег. Нет уж! Повторяться я не стану! Мой девиз: только вперед! Впрочем, у меня есть еще девиз 'все доводить до конца', но в данном случае он меня явно подвел. Или я его.
  
  - Пожалуй, нет. Я придумаю какую-нибудь новенькую тупость. Надо вернуть на место, вдруг кто заметит его отсутствие. Обещаю больше не бросаться ни на кого с огнестрельным оружием.
  
  - Или сначала научись стрелять, - спокойно предложил мой собеседник.
  
  - Что? Я прекрасно стреляю, тебя спас Бог, или, скорее всего, дьявол, которому ты давно душу продал. Или твои инопланетянские наставники.
  
  - Устроим соревнования?
  
  - Хочешь проиграть девчонке в стрельбе по мишеням?
  
  - Маловероятно... Разве что тебе поможет Бог или дьявол... Душу продать не хочешь?
  
  - Вряд ли найдется покупатель.
  
  - Почему же? Я бы купил...
  
  - Ну, уж нет! С таким, как ты заключать сделки - себе дороже. Разведете так, что и нижнего белья не оставите!
  
  - Именно об этом я и говорю: никакого нижнего белья, - меня видимо перекосило так, что даже Олег заметил. - Прости, я знаю, что намеки озабоченных подростков совершенно не уместны, особенно с тобой. Я вообще хотел попросить у тебя прощения.
  
  - За что? - заинтересовалась я. Вроде он не считал себя виноватым ни в чем.
  
  - За то, что причинил тебе боль. Пусть я и сделал все правильно с точки зрения воспитания молодого поколения, но сейчас я чувствую себя очень плохо, когда вижу, что тебе больно. Мне жаль, что мы так начали знакомство. Давай, попробуем все сначала? Меня зовут Олег, и я еще ни разу не встречал девушку, которая понравилась бы мне так же сильно, как Вы...
  
  Я уставилась на него круглыми глазами. Это что сейчас было? Это все для привлечения внимания, и так он всегда девиц снимает, или сказал правду?
  
  - Ты всем говоришь что-то вроде этого? - спросила прямо. В ответ Олег молча покачал головой. Отрицательно. Фу! Что-то мне жарковато стало!
  
  - Привет, меня зовут Сина, и меня тут недавно изнасиловали, - выдала я. Честное слово, само с языка сорвалось, я не специально!
  
  - Ты всем об этом рассказываешь? - с непробиваемым лицом спросил он. Теперь пришла моя очередь качать головой. - Да, я знаю, что исправить уже ничего нельзя. Прости, что начал этот глупый разговор.
  
  - Не слишком ли часто ты говоришь 'прости' сегодня? Считай, что индульгенция получена. За все грехи оптом.
  
  - В таком случае, ты позволишь сделать тебе подарок? Не напрягайся, ничего серьезного.
  
  - Ничего серьезного? - сразу напряглась я. Интересно, где проходит его личная граница между 'серьезно' и 'несерьезно'? В мое понятие о несерьезном не очень вписывается бархатная коробочка и совершенно не вписывается... Что?! Кольцо?! Это что еще за непрозрачные намеки?!
  
  - Эй, спокойнее! Сделай лицо попроще. Обычное защитное кольцо, при твоем таланте к попаданию в неприятности должно пригодиться.
  
  - Защитное? - едва смогла выдавить я. И только сейчас рассмотрела крестик с прозрачным камнем в центре и надпись внутри. 'Спаси и Сохрани'. Ух! Можно дышать! Кажется, пронесло. Что-то подобное мама покупала мне в детстве, только не из золота и надпись снаружи, наверное, поэтому я его и не признала. Или потому, что в моей голове зародились совершенно глупые идеи по поводу отношения Олега ко мне. А не надо было девушке всякие намеки странные делать! Мы же слово услышим, двадцать додумаем. Может, я уже имена нашим детям начала выбирать? Не дай Бог, конечно, детей от подобных монстров рожать. - Огромное спасибо! От этого я точно отказаться не смогу. Не ожидала. Обещаю, что буду стараться, думая о тебе, вспоминать этот день и те немногочисленные приятные моменты в нашем общении, которые были. Обо всем остальном постараюсь забыть.
  
  - Могу ли я расценить твои слова, как обещание вспоминать меня хотя бы изредка?
  
  - Учитывая яркость и насыщенность нашего общения, тебя сложно будет забыть, как бы я ни старалась, - усмехнулась я. Опять меня на правду потянуло.
  
  - Надеюсь, ты не передумала и не струсила и позволишь опустить тебя в тире? - некоторое время я пялилась на Олега, пытаясь собрать мысли и осознать, о чем он. Спасибо небесам, мне это удалось, пусть и не без труда.
  
  - Опустить? Где же ты таких слов набрался? Маловероятно. Скорее всего, ты будешь рыдать, осознав всю ничтожность своих способностей.
  
  Я была благодарна за возможность оставить мелодраматические размышления и перейти к нашему обычному стилю общения. А пострелять я всегда не против. В тире мы палили по мишеням, пока моя рука не отказалась подниматься в очередной раз, и не разболелось плечо, несмотря на то, что левую руку я не использовала. После подсчета оказалось, что Олег, пусть и не отправил меня в нокаут, одержал чистую победу по очкам. Если честно, я не особенно огорчилась: было бы неприличным победить мужчину в таком соревновании, пришлось бы лечить раненое самолюбие, а мне оно и близко не надо.
  
  - Для девушки ты прекрасно стреляешь, - заявил этот сексист снисходительным тоном. Между прочим, разница в очках совсем незначительная! Не думаю, чтобы у него был серьезный повод раздуваться от гордости. - Возможно, это компенсация за неумение готовить?
  
  - А кто хвалил мой обед и уплетал так, что я боялась, что захлебнешься?! - возмущенно уперла я руки в бедра. Возмущалась я только для видимости, потому что он был безусловно прав: когда мои одноклассницы массово записались в кулинарный кружок (не знаю, с чего, но было у нас такое поветрие), я упорно продолжала ходить в тир с мальчишками. Хорошо, что мои отработанные навыки меня подвели: что было бы сейчас со мной, если бы тогда я его убила? Подумать страшно!
  
  - Пришла пора доказывать, что ты не полностью бесполезна как женщина: требую ужин!
  
  - Вот-вот! Женщину вы воспринимаете исключительно как кухарку. Так уж и быть, пожалею тебя, но только если ты согласишься на омлет с овощами - я слишком устала для глобальных проектов.
  
  - Только если он будет с большим количеством мяса.
  
  - Думаю, это мы сможем осуществить. Вези меня на кухню! - скомандовала я. - И не забудь по пути заскочить в супермаркет, запасы, сделанные Мариной, на исходе.
  
  Дальше мы все больше молчали, было ощущение, что сказано уже все, что нужно, и теперь мы боимся наболтать лишнее. Даже когда Олег остался со мной, подключив капельницу, мы молча пялились в телевизор, по которому шло совершенно не увлекательное кино. Я думала, а что творилось в голове мужчины - понятия не имею. Вполне возможно, отключил свой инопланетный мозг или поставил его на перезарядку. Я уже планировала, чем займусь, вернувшись в общагу, и с дрожью нетерпения предвкушала , как отпраздную возвращение свободы.
  
  Дима появился четко по окончании процедуры, сделал перевязку, вновь восхитившись результатом своей работы, которые не сказать, чтобы радовали меня - выглядело все это совсем не эстетично. Он назначил день, когда мне нужно приехать, чтобы снять швы и оставил свой номер телефона, на случай, если 'этот эгоист забудет о тебе, увлекшись зарабатыванием денег'.
  
  - Я уже собрала вещи, - 'тонко' намекнула я, как только дверь за Дмитрием закрылась.
  
  - И почему я не удивлен?.. - недовольно пробормотал Олег, но, как и обещал, честно отвез меня в общагу и, сухо попрощавшись, скрылся за поворотом, ни разу не оглянувшись.
  
  Прекрасно. Эта страница прочитана, пора ее переворачивать. Я открыла дверь в свою комнату, и вдруг радость возвращения сменилась тоской: я снова осталась совсем одна. Глупости! Когда это я была не одна с Олегом? Каждую секунду. Каждое мгновение в его доме, когда он уезжал, когда мы ругались, когда он запирался в своей комнате, злясь на меня, все это время мы были вместе. Или я попросту схожу с ума?
  
  Достав не совсем честно отработанные очередные сто долларов, я их спрятала к первым - в качестве напоминания. Напоминания о том, что не все, что начинается, как кошмар, кошмаром и заканчивается. Бывают очень неожиданные повороты. И мой поворот меня скорее пугает, чем радует.
  
  Глава 14
  
  Дни закрутились выматывающим нескончаемым забегом: сдача работ почти по всем предметам, даже самым бесполезным и не имеющим ни малейшего отношения к специальности, подготовка к сессии и, в качестве последнего гвоздя в мой гроб - работа. Работка у меня та еще - я официантка в довольно популярном ресторанчике, только привлекают меня не на постоянной основе, а когда не хватает рабочей силы, как, например, на праздники, особенно, новогодние. И если раньше этот сумасшедший марафон начинался максимально близко к католическому Рождеству, то с каждым годом народ, стремясь продлить веселье, начинает все раньше. Такое впечатление, что Новый год для большинства - большой повод напиться и, желательно, не раз, а еще лучше - начать примерно так в середине декабря и до середины января пить беспробудно. Соответственно, в ресторане - череда корпоративов, девичников, мальчишников, встреч с друзьями, встреч с партнерами и так далее. Раньше все это завершалось в ночь с тридцать первого на первое самой большой пьянкой, обязательно сопровождавшейся буйствами, разборками и драками. Сейчас придумали череду тематических вечеринок вплоть до Старого Нового года. Только после него наступает затишье. То есть моя работа неудобна не только тем, что в карманах у меня - то густо, то совсем пусто, но еще и тем, что самый пик совпадает с зимней сессией, так что спать мне в ближайшие несколько недель пару часов в сутки, не больше.
  
  Плюсы правда тоже имеются, вернее один, но очень существенный - мне хорошо платят. А еще лучше - чаевые, которые на праздники текут рекой. И финальное преимущество: мне не нужно думать, как провести праздник, что надеть и так далее, максимум, на что я могу рассчитывать - общая вечеринка в универе, но в этом году и на нее не попадаю. Меня это очень устраивает. Мне уже давно не пять лет, когда Новый год был событием, когда дарились совершенно невероятные подарки, когда собиралась целая толпа и дети играли в какую-нибудь ерунду вместе со взрослыми, причем получали удовольствие от этого и те и другие. Детство прошло, и чудеса больше не случаются. Во всяком случае, не в моей жизни.
  
  К счастью, не остается ни минуты на всякую ерунду типа личной жизни и размышлений о том, почему она отсутствует. Мне это очень даже на руку. Как я и предсказывала, с Заей поговорить так и не удалось, и не только из-за нехватки времени, но и потому, что он бегает от меня, как от чумной, не стесняясь откровенно изменять направление движения на прямо противоположное, стоит только заметить меня в университетском коридоре. Не знаю, что ему наговорил Олег на самом деле, но видимо, это - что-то страшное. Или Славик оказался трусоват. О самом Олеге я тоже думала мало, практически не выполняя сентиментальной просьбы его вспоминать. В последние дни голова отказывалась думать вовсе, переполненная информацией по всевозможным предметам. Иногда даже на заказы места в ней не оставалось, так что впервые мне пришлось воспользоваться блокнотом, как нормальной официантке.
  
  Только накануне дня, назначенного Димой для очередной экзекуции, я вспомнила о собственном кошмаре, причем именно в такой интерпретации. Обещала же вспоминать хорошее! Но почему-то хорошее стало казаться призрачным и не совсем реальным, в то время как плохое снова вылезло на первый план. Хотя... так-то для меня лучше. Продолжать общение с Олегом я не собирала (и кажется, он полностью согласен с этим намерением), а уж страдать от того, что мы не общаемся, не собиралась и подавно. А вот перед неминуемо надвигающейся встречей... Меня дергало так, что несчастные два часа сна оказались невостребованными - заснуть не могла, невзирая на страшную усталость. В итоге я заработала черные круги под глазами и вообще, больше походила на зомби, чем на человека. И чувствовал себя примерно так же.
  
  А ради чего были все мои психи? Исключительно ради того, чтобы быть осчастливленной телефонным звонком и получить информацию о том, что монстра нет в городе, так что за мной приедет уже заказанное и оплаченное такси. Разочарование и облегчение сплелись в настолько тесный клубок, что я почти не слышала постоянных подколов Димона. Было не то, чтобы больно, но очень уж неприятно, и поддержка в этот вечер мне требовалась, как никогда. А ее-то как раз и не было.
  
  В моей жизни образовался полный вакуум: Нэлька переживала очередной роман и именно сейчас находилась в стадии 'розовых пони', а в такие периоды мое общество ей не требовалось. Вот расстанется она с бойфрендом номер надцать, тогда и моя компания пригодится. Митя недавно познакомил меня с очень милой девочкой и тоже пропал. Видите, как бывает: совсем недавно я думала о том, как хорошо было бы, если бы события обернулись именно так, и на тебе. Такое впечатление, что сейчас не зима, а разгар марта, и у них какое-то гормональное обострение. Одна я, как обычно, не при делах.
  
  Правда, в новогоднюю ночь обо мне все честно вспомнили на целых пять минут и толпой завалились в наш ресторанчик, чтобы меня поздравить. Сначала я прослезилась от умиления, а потом от тоски: они веселятся все вместе, а я снова одна. Вот же ирония судьбы: даже в период подросткового обострения чувствительности я не считала себя одинокой и непонятой, зато сейчас... И, кстати, ни Зая, ни Олег даже сообщения не прислали. Ну что же, на этом я и осознала окончательно, что с этими двумя покончено совершенно бесповоротно.
  
  Я умудрилась дожить до окончания сессии и окончания новогодней трудовой вахты, не получив даже нервного срыва и до отъезда домой продрыхла почти двое суток в общаге, уже очень тихой и пустой по случаю начала каникул. А дома... дама меня ждало осознание того, что если моя жизнь и зебра, то не черно-белая, а черно-серая, и даже, пусть и не особенно счастливые, пусть всего-навсего относительно спокойные серые полосы у нее намного уже черных.
  
  Я до сих пор продолжала надеяться на спокойный отдых дома, наивно полагая, что после марафонского забега последних недель никакие силы не смогут помешать мне в этом. Но не тут-то было. Мама... одним словом все сказано. Стоило мне переступить порог, на меня обрушился поток жалоб. Папа только рукой махнул и предусмотрительно спрятался за необходимостью ехать за Денькой, который сейчас гостил у бабушки. Думаю, он специально все организовал так, чтобы не оставаться дома, тем более, в такой ответственный момент. Кажется, и его терпение не безгранично, но было бы лучше, если бы он психанул, устроил скандал, как-то ответил бы, а не молчал и не бегал все время. Возможно, тогда мама поняла бы что-нибудь, да и вообще, вполне вероятно, что она только пытается привлечь его внимание. Только я слишком похожа на папу и прекрасно понимаю, что в один прекрасный день он, так и не ответив на претензии, развернется и уйдет, чтобы больше никогда не возвращаться. Я же только с Олегом так себя вела: он мне слово, я ему два. Обычно я предпочитаю в конфликты не втягиваться, молчать и переживать настолько незаметно, что все считают, что мне пофиг. А когда человек умудряется достать меня процентов на двести (такое случалось, правда, всего пару раз), я исключаю его из собственной жизни. Ему остается только удивляться, что со мной - я же ни разу не сказала, что его поведение мне не по нраву. Это - большая проблема для меня и единственный человек, с кем она не актуальна, как ни странно, Олег. Вот уж кому я все претензии высказываю, еще до момента их появления. Вернее высказывала. Возможно, поэтому я скучаю. Не столько по нему, сколько по нашим перепалкам.
  
  - Ты можешь себе это представить?! - мама впилась в меня требовательным взглядом. Естественно, не могу, тем более, что я понятия не имею, что именно мне надо представлять.
  
  - Ма, а ты к врачу не обращалась? - не сдержалась я. Сколько раз зарекалась: не пытаться с ней разговаривать на тему 'как сложна ее жизнь', знаю же, что только хуже будет. Надо кивать и со всем соглашаться. Но пока она не перешла к теме 'жестокой неблагодарной дочери' и поливает грязью папу и бабушку, я периодически срываюсь и предпринимаю попытки воззвать к разуму. Когда она ругает меня даже желания ответить и доказать свою правоту не возникает, а вот с папой... особенно с папой все сложно. Он слишком хорош, чтобы я могла промолчать.
  
  - К какому еще врачу?! - фыркнула мама. - Ты слышала, о чем я говорю?
  
  - Слышала и не раз. Я просто подумала, раньше ты была веселая, всегда на позитиве, всех поддерживала. А что если это какой-то гормональный сбой?
  
  - Что?! Ты еще скажи, что я сумасшедшая! - заорала мама, смахивая чашки со стола. Ого! Это уже что-то новенькое! Никогда раньше в нашей семье не доходило до битья посуды. - Если раньше я терпела и молчала, еще не означает, что так и будет до самой моей смерти! Я так надеялась на твою поддержку! Я надеялась, мы вместе сможем повлиять на твоего отца! Если бы он видел, что ты за меня, что ты выбираешь меня, а не его!.. А ты!.. Стерва! - и мама с размаху залепила мне пощечину. Больно было так, что слезы сами выступили на глаза. А обидно не было, наверное, я уже привыкать начала к тому, что в последнее время меня пинают на каждом шагу. Я превращаюсь в своеобразную девочку для битья. Вроде, у психологов есть какой-то термин типа 'образ жертвы'. Может мне внешность изменить, вдруг и внутренний мир изменится и с лица исчезнет надпись: 'Делай со мной, что хочешь, я переживу'?
  
  Я встала и, не торопясь, молча оделась и вышла во двор: подожду папу с Денькой там. Можно и прогуляться, не так сегодня и холодно. Всяко лучше, чем в нашей квартире.
  
  Вернулась наша троица только к вечеру, когда я успела натискать брата до полного удовлетворения тискательных инстинктов, и мы прошли по всем памятным местам города, которых было не так много. Мама, встретившая нас у порога, была совершенно другим человеком: она улыбалась, звала на кухню ужинать и вообще излучала позитив.
  
  - Что с ней? - спросила я папу так, чтобы больше не услышал никто. Тот только плечами пожал, но у меня появилось подозрение, что все он знает, только мне говорить не хочет. Что же превращает мою мать из злобной мегеры и любящую мамочку? Не вполне уверена, что хочу это знать. Самое противное, что, как бы ни обстояли дела, я совершенно не могу повлиять на ситуацию. Зная мамин характер, могу сказать это с полной уверенностью.
  
  Глава 15
  
  Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, что скрывал папа. Пазл сложился: и резкие перепады настроения, и странный запах в ванной после того, как мама принимает душ, и немотивированная агрессия. Диагноз был настолько прост, что даже я смогла его поставить. Моя мама - алкоголик! Поверить не могу! Попыталась поговорить с папой по поводу способов решения проблемы, но не услышала ничего дельного. 'Мама не хочет', 'Сама знаешь, с ней бесполезно разговаривать' и так далее. А что делать мне? Снова уехать, чтобы не видеть этого кошмара? Знаю, знаю, это - самый глупый выход, это - не выход вообще, надо работать над проблемой, надо ее решать. Вопрос один: как? Ау!!! Кто-нибудь! Подскажите, что делать, и я буду делать что угодно, лишь бы помогло.
  
  Папину позицию я поняла не сразу. Тоже не бином Ньютона, как оказалось. Он просто поставил на ней крест и, кажется, надеется, что она долго не протянет. На самом-то деле, сколько может протянуть человек, спокойно выпивающий три бутылки вина за раз? Вот только я не согласна с его позицией и не собираюсь дожидаться, когда проблема исчезнет сама собой. Жену можно и новую завести, а мама у человека одна, как бы она не вела себя.
  
  Я решила, что пора брать дело в свои руки. Как обычно начала с теоретической подготовки. Сайты различных клиник даже не открывала: во-первых, сама в них не очень верю (большинство работают исключительно с целью содрать побольше с клиентов), во-вторых, уговорить маму отправиться на лечение - задача нереальная. Открыла страничку с народными рецептами. Первая же находка меня несказанно порадовала: рекомендация - проще некуда, и никакие подручные средства не требуются. 'Процедура домашнего кодирования от алкогольной зависимости обычно производиться по следующей методике. Когда человек страдающий алкоголизмом засыпает (что лучше) и спит близкий и уважаемый им человек, находясь у изголовья, шепотом, но как можно убедительнее произносить следующие по смыслу слова: 'Пить алкогольные напитки желания нет, оно пропало у тебя навсегда, твой организм принимать спиртное больше не в состоянии, от вида и запаха алкоголя тебе не по себе, не переносит алкоголь каждая клеточка организма, с этим отвращением ничего нельзя сделать'.
  
  Несмотря на то, что наша ситуация была далеко не смешной, я смеялась над этим бредом минут десять. Хотя, если уж ничего не поможет, начнешь и этот бред зачитывать, каждый раз, как человек заснет. Другая страница изобиловала различными настоями, отварами и так далее. Если бы в половине рецептов не было примечаний о том, что ингредиенты ядовиты, и использовать их необходимо с большой осторожностью, цены бы ей не было. В результате нашла информацию об одном лекарстве, которое продается в аптеках и которое можно добавлять совершенно незаметно.
  
  Написала знакомому студенту медвуза, подрабатывавшему одно время на выводах из запоя. Тот не добавил энтузиазма - его точка зрения была однозначна: лечить от пагубных привязанностей можно только тех, кто хочет вылечиться. Вреда, однако, быть не должно, успокоил он.
  
  Ну, что же, попытка - не пытка. Воодушевленная, я отправилась за лекарством и накапала его маме в суп при первой же возможности. Производитель не обманул - она, и правда, ничего не заметила. Осталось дожидаться результата, чтобы проверить, был ли он так же честен при описании воздействия препарата на пациента. Больше всего мне хотелось остаться дома, чтобы понаблюдать, будут ли какие-нибудь изменения. Глупо, конечно, думать, что с первого раза подействует, но очень уж хотелось. Но мои планы нарушил Денька, настойчиво уговаривавший пойти с ним на площадку. Пришлось соглашаться - брат у меня тоже один. После парка он потянул меня в ближайший магазин игрушек со словами: 'Я не буду ничего просить, но ты же должна знать, что дарить мне на день рождения'. Предусмотрительный ребенок, особенно если учесть, что родился он в мае, а сейчас февраль.
  
  Внимательно изучив ассортимент магазина, мы решили заглянуть к бабушке, которая жила неподалеку. Поужинали с ней, поболтали, героически согласились остаться, чтобы посмотреть сериал, к середине которого я обнаружила, что Денька нагло дрыхнет на диване. Вот же жук! Он у нас большой любитель не только в гости ходить, но и оставаться там на ночь. А я совсем забыла, что братец старается достичь цели всеми, известными ему средствами. Придется теперь домой возвращаться в одиночестве.
  
  Бабуля и меня пыталась оставить, но я была непреклонна: надо посмотреть, как на маму действует лекарство, и по телефону родители что-то не отвечают, как сговорились. Такое случается довольно часто, повода нервничать нет, но я все-таки лучше проверю, как там ситуация.
  
  В нашем подъезде, в очередной раз, выкрутили все лампочки (запертая железная дверь ничуть не помогает, это случается с завидным постоянством), и я добиралась до двери в квартиру на ощупь. Внутри свет тоже был погашен, и я забеспокоилась, не отключили ли у нас электроэнергию, начисто забыв, был ли свет из окон соседей. Дотянулась до выключателя - стало светло. Слава Богу и энергосбыту! А то бывали случаи, когда сутками без света сидели. Учитывая, что газ в наш дом не подведен и плиты электрические, радовались мы тогда несказанно.
  
  Я разделась, аккуратно расположив в шкафу одежду и обувь: мама всегда была требовательна к порядку и меня к этому пыталась приучать с детства. Странно, что родители так рано спать легли. Может, ушли куда-нибудь? Почему тогда не позвонили? На кухни никого не было. Не было и записки, которые мы часто оставляли друг для друга под магнитами на холодильнике. На всякий случай, заглянула в гостиную и онемела: мама лежала на полу лицом вниз. Боже! Я ее отравила!
  
  
  
  
  Падаю на пол и лихорадочно пытаюсь нащупать пульс. Черт! Лучше бы в мед пошла! Не могу справиться даже с такой простой задачей. Я же не чувствую ничего только потому, что я - дура безрукая, не потому, что пульса нет. Мама теплая и мягкая, а трупы должны быть холодными, это я помню точно. Попробую с зеркалом! Давай же! Ты должно запотеть, должно! Это - неправильное зеркало. Раздраженно отбрасываю его в сторону и слышу звон. Разбилось? Так ему и надо, и никакая это не примета, просто, разбившееся стекло. Господи! Какой ерундой я занимаюсь! Надо звонить в скорую!
  
  Отыскав телефон и вызвав неотложку, возвращаюсь в гостиную и только сейчас замечаю более темное, почти незаметное на темно-красном, пятно под головой мамы. Провожу по пятну рукой и некоторое время рассматриваю липкие красные пятна на пальцах. Теперь я не понимаю совсем ничего... Нет, одно я понимаю прекрасно: помощь нужна прямо сейчас, а не когда скорая соизволит появиться.
  
  Не запирая дверь, выхожу из квартиры и поднимаюсь по лестнице. Настойчиво жму на звонок, наплевав на поздний час, пока дверь не отпирает старуха воинственного вида. Лариса Григорьевна когда-то была не просто врачом, она работала анестезиологом в городской реанимации, так что, если кто и мог бы помочь мне сейчас, это - она. Соседка, правда, не из тех, кто позволяет врываться в ее квартиру среди ночи с просьбой измерить давление, поэтому я с порога заявляю, что не могу понять, жива ли еще мама. Не знаю, что подействовало - мои слова или мой вид, но она, не говоря ни слова, идет за мной.
  
  Лариса Григорьевна проделывает примерно те же манипуляции, что раньше пыталась проделать я, только зеркало ей без надобности. Еще веки поднимает, чтобы проверить глаза. Оборачивается ко мне и отрицательно машет головой.
  
  Я прихожу в себя уже на полу от боли в щеке, похоже, соседка воспользовалась самым простым и действенным способом, приведения в сознание.
  
  - Что здесь произошло? - сурово спрашивает она. Все что я могу: помотать головой. - Отец где?
  
  Стоп. А правда, где папа?!
  
  - Я... не знаю... - с трудом выговариваю я. - Я только что от бабушки вернулась.
  
  - Звони в милицию, я посмотрю пока. Дверь заперта была, когда ты вернулась?
  
  - Нет. Мы никогда не запираемся, если все дома, только на ночь, - бормочу я, пытаясь подняться. К счастью, замечаю свой телефон на полу поблизости, можно оставить бесполезные попытки, все равно руки и ноги в желе превратились и служить отказываются. Позвонить можно и сидя на полу. - А что сказать? - я соображаю не особенно хорошо, так что четкие указания не помешают.
  
  - Скажи, что в квартире - труп, - безжалостно отрезает соседка, но до меня не доходит и это, просто повторяю ее слова. Ну, вот, теперь можно спокойно ждать: приедет полиция, они скажут, что все хорошо, все же это не на самом деле, надо только дождаться. Это - не правда. - Два трупа, - доносится до меня из спальни, но мне - все равно. Я не понимаю, что она говорит.
  
  
  Я плохо помню, как приехала полиция и скорая, куда исчезла соседка, и какие вопросы мне задавали. Не знаю, что уж я умудрилась наотвечать, наверняка, несла полный бред, так что придется им еще и с этим разбираться. Помню четко, что, уходя, дядечка в штатском, задавший больше всего вопросов, ознакомил меня с 'предварительными выводами'. Из его речи выходило, что папа убил маму (конечно, соседи слышали, как они ругались, это если бы кто-то на помощь звал, на всех напал бы приступ внезапной глухоты) и застрелился. Бред какой-то! Вообще, все, что происходит этой ночью - не более, чем бред. Сейчас лягу спать и все исчезнет, все будет, как раньше. Воодушевленная этой замечательной идеей, я отправилась в свою комнату, не дожидаясь, пока нашу квартиру покинут все. Пусть себе возятся, все равно они мне только снятся.
  
  Проспала я недолго: наглый солнечный луч (и откуда он только взялся в череде хмурых февральских дней) влез в мое окно и настойчиво направился прямиком в глаз. Отодвинулась подальше с намерением поспать еще, и тут в голове всплыли картинки вчерашнего бреда. Я настороженно прислушалась. В квартире было тихо, но с кухни доносился запах ванили и кофе. Слава Богу! Все не просто в порядке, все настолько хорошо, что мама с утра взялась за выпечку! Давненько этого не случалось. Я поднялась и пошла на разведку - такие запахи и мертвого поднимут. В кухне не оказалось не только мамы, ни и ни малейших следов выпечки. Запах тоже пропал, похоже, он долетел от соседей. Заглянула в гостиную - на этот раз темное пятно на ковре сразу бросилось в глаза. Обошла квартиру, отмечая все следы вчерашнего. Их было слишком много, чтобы списать все на сон, бред или временное помешательство. Мои родители мертвы?.. Мои родители мертвы... Что теперь? Ничего. Ничего нельзя сделать. А я так устала! Пойду, подремлю еще немного, а потом решу, что делать.
  
  Меня снова разбудили, но в этот раз не так нежно: в дверь колотили так, что дом трясся. Я лениво сползла с кровати и добралась до коридора. Отперла замок и увидела встрепанную, трясущуюся бабушку.
  
  - Синочка! Что с тобой? Тебе плохо? Ты в порядке? - посыпались из нее вопросы.
  
  - Да, все хорошо... Спать только хочется, устала очень, - пробормотала я, снова направляясь к своей спальне.
  
  - Почему ты мне не позвонила?!
  
  - Не успела, - равнодушно пожала я плечами.
  
  - Не успела! - мгновенно перешла на крик бабушка. - Я сутки вам звоню, и никто не отвечает. Я узнаю о произошедшем от следователя! Как ты думаешь, это - нормально?!
  
  - Когда он успел тебе позвонить, они же пару часов назад уехали?
  
  - Детка, у тебя точно все хорошо? Они уехали вчера утром, насколько я поняла из его слов. Ты спала все это время?
  
  Я взяла мобильник, проверила время, дату и количество пропущенных звонков. Похоже, я, на самом деле, проспала больше суток. Странное дело... Хотя... спешить мне некуда, каникулы как-никак, могу я раз в году выспаться?
  
  - Все хорошо. Я прекрасно себя чувствую. Подремлю еще пару часиков, ты же присмотришь пока за Денькой? - спокойно сказала я и попыталась скрыться под одеялом. Забыла с кем имею дело. Бабуля не из тех, кто сдается.
  
  - Живо вставай! Надо похороны организовать, надо всем сообщить, в полицию, наверняка, еще вызывать будут, порядок в квартире навести. Думаешь все это на меня повесить? Не выйдет!
  
  - Какие похороны? - тупо уставилась на бабушку.
  
  - Детка... ты помнишь, что родители погибли? - женщина смягчилась мгновенно.
  
  - Конечно, помню! - фыркнула я. - Ба, я не сумасшедшая.
  
  - А как понимать то, что ты все помнишь, но не осознаешь ситуацию?! Я, конечно, могу предположить что-то по поводу защитных механизмов и так далее, но предупреждаю стазу: если не встанешь, не приведешь себя в порядок и не поедешь со мной по всем конторам - отправлю тебя к психиатру!
  
  Я поморщилась: слишком она настойчива. Какой психиатр? Я - в полном порядке. Что должны испытывать люди в моем положении? Печаль? Горе? Должны плакать целыми днями? И у меня все так же, только я не плачу. Я просто не демонстрирую свое горе, вот и все. И... и ничего похожего не переживаю. Я устала, мне все безразлично, нет сил ни на что, но горя - никакого. Мои родители умерли, а я ничегошеньки не чувствую!..
  
  Что?! Мои родители умерли? Их что, совсем нет? Совсем-совсем? Мама никогда уже не сварит свой умопомрачительно пахнущий кофе и не сядет с ним в это кресло, поджав ноги, а папа никогда не будет больше учить меня водить машину? Мы никогда не поедем все вместе на рыбалку? Папа больше не поднимет меня в четыре утра и не потребует срочно отправляться за город встречать рассвет? Мама не будет учить меня готовить и смеяться над тем, что получилось? Нет... еще можно все изменить!... Боже! Я, и правда, схожу с ума! Можно изменить все, кроме смерти. У нас уже ничего не изменишь!
  
  - Сина, Синочка, ты поплачь, это - нормально. Мы с тобой справимся, мы же сильные, правда? Мы все сможем ради Деньки! - услышала я, и поняла, что слезы текут по щекам. И не только у меня. Моя мужественная бабуля, рыдая вместе со мной, поддерживала меня. А должно быть наоборот: она старше и слабее, она потеряла сына, это она нуждается в поддержке.
  
  - Да, мы сможем. Мы справимся. Буду готова минут через пятнадцать, - нет, мне не удалось взять себя в руки, да и наплевать на это. Это ведь ничего, если я буду продолжать реветь и на улице - сегодня можно.
  
  Часть 2
  
  Глава 1
  
  Я долго пыталась найти телефон на тумбочке и на полу под кроватью, чтобы отключить ненавистный будильник, пока не вспомнила, что специально оставила его на столе, подальше от собственного сонного тела. В последнее время я частенько отключаю будильник и засыпаю снова, чтобы опоздать на работу. Так что сегодня придется сначала встать, потом найти в себе силы, чтобы не упасть в постель снова. А под одеялом было так тепло, так уютно! Меня передернуло от прохлады в комнате, и я поспешила накинуть довольно уродливую, но очень теплую вязаную жилетку, подаренную квартирной хозяйкой.
  
  В чем мне повезло за последние несколько лет, так это встретить теть Тасю. По возрасту она больше подходит на роль бабушки, чем на роль тети, но мне без разницы, было бы старушке приятно. Деньги, конечно, она берет исправно и не приемлет ни малейших отсрочек, а в остальном - милейшая бабуля. Даже с Дениской предложила сидеть, когда он на каникулы приезжал и за услуги няни оплату не взяла. Опять же, без ее коллекции вязаных вещичек, я бы, наверняка, обморожение получила еще в первую зиму. Дома тоже не курорт был и морозы со снегопадами случались регулярно, но там мне не было так холодно при минус двадцать, как здесь при минус десять. Высокая влажность делает местный климат темой для многочисленных разговоров. Так что беседы о погоде здесь актуальны, как, пожалуй, нигде.
  
  Я быстро одеваюсь (чем хороша моя работа, так это отсутствием дресскода и необходимости выглядеть прилично), пару раз провожу щеткой по волосам, особо не рассматривая себя в зеркале, и выскакиваю на промозглую улицу. Вот о чем я говорила: еще зима не пришла, как следует, а уже на улице такая слякотная, холодная дрянь, что было бы все по моему желанию - из дома шагу бы не сделала. Впрочем, что это я жалуюсь? Сама такую работу выбрала. Могла в магазин устроиться или секретаршей в какую-нибудь захудалую фирму, но меня понесло на стройку. Смейтесь сколько угодно и крутите пальцем у виска, но работа мне нравится - всяко лучше, чем целый день скучать в магазине, куда никто не заходит или угождать начальнику. Только условия у нас... Начиная с того самого холода (пусть мы весь день находимся внутри помещения, но в новом доме без отопления далеко не жарко) и заканчивая отсутствием туалетов.
  
  Умудряюсь успеть на электричку и даже (о, счастье!) притулиться на краешке сидения. Неудобно? Ха! Я могу спать и в худших условиях, тем более что на следующей станции войдет толпа, благодаря которой я не смогу упасть при всем желании. Мне удалось не только подремать, но и написать Деньке. Конечно, отправить брата в пансион было не лучшей идеей, но на няню денег у меня нет, а с моей работой даже отвести его в садик и забрать оттуда во время я бы не смогла. Получается так: я пашу по четырнадцать часов в сутки шесть дней в неделю, чтобы оплачивать его пансион, и я вынуждена отправить его в пансион, чтобы пахать четырнадцать часов в сутки шесть дней в неделю. Замкнутый круг. Самое грустное, что так будет всегда. У меня не осталось ни малейшего шанса получить образование, а сделать карьеру без образования, женщине в строительном деле - сказочные мечты.
  
  Но ничего, я выдержу. Главное, я знаю, ради чего все это, вернее, ради кого. А еще я теперь твердо знаю, что можно справиться с чем угодно, кроме, разве что, смерти. Это я выучила наизусть после того, как поочередно похоронила маму с папой, бабушку и тетю Виту. Кстати, как я и предполагала, квартира оказалась отписана не мне, а ее сыну, который давно разругался с матерью и не приезжал ни разу за последние пятнадцать лет. Мама даже сомневалась, жив ли он. Ничего, оказался не только жив, но и в прекрасном здравии. На похороны, правда, не спешил ехать, хотя я и разыскала его телефон в тетиной книжке, и он оказался до сих пор рабочим, а вот наследство получать примчался сразу.
  
  Эх, злая я стала. А все из-за денег, вернее, их отсутствия. После трех похорон подряд, череды поминок и четырех установленных памятников на фоне судебного разбирательства с банком, в котором была оформлена ипотека, я стала относиться к деньгам более, чем трепетно. Теперь я совершенно нищая и моя основная задача - не позволить Деньке даже догадаться об этом. А если и со мной что-то случится, сделать все, чтобы у него имелось достаточно средств хотя бы на первое время.
  
  Автобус приехал довольно быстро, всего двадцать минут - и я на месте. По счастью сейчас мы работаем в очень удобном районе. Удобном для меня, до предыдущего объекта я добиралась полтора часа от вокзала с пересадкой и весь путь на работу и обратно занимал около семи часов. Вот это был ад. А сейчас вполне комфортно и деньги неплохие.
  
  Сегодня я успела на утреннюю планерку, за что Сергеич окинул меня взглядом, полным неприкрытого изумления. Работаю я хорошо и никогда не отказываюсь выходить на точки, где будет проходить 'большое начальство', так что играю роль образцовой работницы, прекрасно освоившей навык улыбаться и кланяться, пока это самое 'большое начальство' поливает грязью твою работу. А с дисциплиной - проблемы. Во-первых, мои вечные опоздания, во-вторых, нежелание улыбаться и кланяться начальству поменьше, когда нам подсовывают самые отстойные материалы, какие только можно найти на рынке или заставляют нарушать технологию.
  
  Людям потом жить в этих домах и покупать их будут за немалые деньги. Я-то помню, сколько денег родители вложили в ту квартиру, которая благополучно отошла банку. И в саму квартиру, и в ее ремонт, когда все начало сыпаться.
  
  Нам, как обычно, описали 'фронт работ' на сегодня и отправили на места. Я уже направилась к своим девочкам, здороваясь на ходу со всеми подряд, как меня перехватил Гена. Возвела глаза к небу, задавая безмолвный вопрос 'за что?', но ответа так и не получила. Гена - парень, возможно, и неплохой, но очень уж нудный и очень настойчивый. Он несколько месяцев ходит вокруг меня и вздыхает. Спасибо, дальше не идет. Но и его хождения раздражают не по-детски. Даже если мне пришло бы в голову завести с кем-то 'отношения', где бы я взяла время? О любви и речи не идет: какая может быть любовь, если с большинством мужчин, которых я вижу ежедневно, я разговариваю на разных языках. Иногда мне кажется, что многие из нематерных слов знают только слово 'эта', причем в качестве связующего компонента для красочных ругательств, а не в качестве указательного местоимения.
  
  - Привет, как дела? - начал он. Он всегда начинает именно так, впрочем, обычно вся беседа заканчивается моим ответом.
  
  - Нормально, - я тоже не балую разнообразием. Ответила однажды: 'дела идут, контора пишет, бухгалтер денег не дает', так он потом долго пытал, почему мне зарплату не платят, и убедить, что это только присказка была у моей мамы, удалось очень нескоро. Надеюсь, на этом наш разговор и закончится.
  
  - Может, сходим куда-нибудь? - на одном дыхании выпаливает Гена. И как откажешь такому? Мучился же, бедняга, стеснялся, боролся с собой. Милый, скромный парень, которого так легко обидеть. Ладно, будем ссылаться на объективные причины.
  
  - Я и так домой вернусь только завтра, а в начале шестого мне уже выходить надо, чтобы успеть на электричку. Если я куда-нибудь схожу, мне придется ночевать на вокзале, - терпеливо объясняю я.
  
  - Ты можешь у меня остаться, - делает 'щедрое' предложение собеседник. Ага, 'скромный парень', размечталась!
  
  - Нет, - теперь можно говорить жестко, пусть понимает, что его предложение может девушку и обидеть. - Я всегда ночую дома, - и ухожу, чтобы не продолжать препирательства.
  
  Ночевать с Геной! Такое мне не приснится даже в одном из моих кошмаров! Он примитивен, как амеба и прост, как таблица умножения на единицу. Ни с одним мужчиной из тех, с кем я общаюсь сейчас, я не стала бы спать и под дулом пистолета. У меня появился пунктик: всех я сравниваю с Олегом, и неважно, сколько прошло времени после нашей встречи. Еще не встретила ни одного, кто выиграл бы в этом сравнении. Да, я знаю, что мой эталон - сволочь, знаю, что ни один человек не смог бы быть счастлив с ним, но он - единственный, кто мне интересен. Остальные скучны и банальны. Кстати, еще он - единственный, кого не испугала бы моя коллекция 'пунктиков'. А у меня их теперь немало: я боюсь темноты, не выхожу из двери, не осмотрев внимательно место, куда собираюсь выйти, никогда не говорю о себе (девчонки, с которыми я работаю уже год, не знают ни моего возраста, ни дня рождения), кричу ночами, по улицам хожу, надвинув пониже капюшон, вздрагиваю от телефонных звонков и никогда не принимаю вызовы с незнакомых номеров. Любой психиатр поставит мне диагноз: паранойя, никому же не докажешь, что в моем случае все это - не признаки болезни, а необходимая самооборона. Впрочем, наверняка, все параноики так думают.
  
  - Что твой скромник? - подхватила меня под руку Вика. Для нее отношения с мужчинами - главная тема всех разговоров. Подозреваю, что в Город она приехала совсем не для того, чтобы заработать денег на учебу (всем она рассказывает именно это), а только чтобы найти себе мужа. Вика не капризна и ходит на свидания со всеми, кто приглашает, вследствие чего, за ней накрепко прицепилось слово 'шлюха'. - Как всегда помычал и слился?
  
  - Нет, предложил переспать на досуге, - ответила я, хотя обсуждать эту тему было смертельно скучно.
  
  - Ахаха! Чего это его пробило вдруг? Виагры наелся? - похоже, Гена произвел сегодня неизгладимое впечатление не только на меня. - Надеюсь, ты согласилась?
  
  - Конечно, нет, - меня слегка передернуло от отвращения.
  
  - Ну, и дура! Так и просидишь в девках до старости, - пообещала Вика.
  
  - Это ты так думаешь. На самом деле мужчины не женятся на тех, кто из одной койки в другую скачет, - решила заступиться за меня Ната. Наверное, она знает. Опыта у нее - завались. Нате около сорока и у нее четверо детей и любящий муж. Жаль только, что все они - в далекой Украине. Вообще, Ната очень добрая и не стала бы говорить ничего подобного человеку, если бы знала, что может его обидеть. Но Вика у нас не обидчивая.
  
  - Если честно, мне плевать, - говорю я. Замуж я не собираюсь: где же найти такого ангела, который согласится, чтобы я тратила семейный бюджет на брата.
  
  - Ксюха у нас принца дожидается на белом мерсе, - сделала вывод Вика. Этим принцем она меня достает весь год.
  
  - Принцы - народ капризный, им все больше принцесс подавай, - привычно отбиваюсь я. Жаль, наша работа оставляет голову не задействованной, вот девчонки и болтают целыми днями. Я вовсе не против того, что Вики делится своими любовными похождениями или Ната рассказывает о детях. Мне не нравится, когда пытаются втянуть в разговор меня. В двух бригадах, где я работала до этого, меня не выносили за скрытность, а девчонки терпят, за что я им очень благодарна.
  
  Сегодня у нас приятная задача - мы шпатлюем стены. Это намного лучше, чем покраска - запаха почти нет и не нужно постоянно открывать окна, чтобы проветрить. Клеить обои я тоже не люблю - скучно. Чем веселее возить по стенам шпателем? Не знаю, и не спрашивайте. Возможно, это связано с детскими воспоминаниями, когда мы с дедом делали ремонт совместными усилиями.
  
  День проходит быстро в привычной работе и болтовне за спиной, и мы разбегаемся каждая в свою сторону. Мне надо еще заскочить в супермаркет: тетя Тася попросила купить кое-что, заодно и себе возьму продуктов, чтобы не терять время в субботу. Воскресенье - единственный день, когда я могу что-то приготовить на неделю, так что накануне я обычно затариваюсь.
  
  Я ураганом пронеслась по магазину, смахивая в коляску все, что нужно: времени, рассматривать новые товары, нет. Впрочем, как всегда. Выбрала самую короткую очередь в кассу и пристроилась в нее, нервно постукивая пальцами по ручке коляски. Сколько же времени тратится впустую! Я еще раз повертела головой, когда решила, что кассирша, к которой я направилась, слишком медлительна, и увидела... Твою же маму! Недаром говорят, что мир тесен: проехать столько километров, чтобы в супермаркете столкнуться с бывшими однокурсниками! Я поторопилась натянуть капюшон, пока меня не застукали, и с грустью осознала: до сих пор я не принимаю стройку 'своим местом', хотя и признаю, что торчать мне на ней до самой смерти. До сих пор я воспринимаю 'своим' универ, который давным-давно позади и 'своими' тех, с кем училась когда-то. Теперь я могу наблюдать за ними со стороны - за тем, как они дурачатся, болтают и веселятся - осознавая, что для меня там места нет. Если бы они меня заметили сейчас, что бы сделали? Скорчили презрительные мины или стыдливо опустили глаза, стараясь не рассматривать потрепанную одежду, обветренную серую кожу и убожество товаров в моей коляске? Впрочем, мне плевать. Они понятия не имеют, что было со мной, и как я жила все это время. Они так и остались детьми, в то время, как я не только повзрослела, но и успела состариться.
  
  Я расплатилась и поспешила убраться из магазина, подальше от старых знакомых: никто не должен знать, что теперь я живу в Городе. И уже на выходе столкнулась лицом к лицу с Мариной, старостой нашей группы. Черт!
  
  - Сина? - удивленно выдохнула девушка. Я скользнула по ней самым равнодушным взглядом, на какой была способна.
  
  - Вы ошиблись, - можно не бояться, что меня выдаст голос: постоянные ангины сделали его значительно ниже.
  
  Проскользнула мимо и рванула к вокзалу. И какая нелегкая их принесла? На экскурсию что ли приехали? И какие силы свели нас в одну точку в огромном Городе? А главное, зачем? Ладно, плевать, я уже не та запуганная девочка, которая шарахалась от каждого мужчины на улице и на каждую, подъехавшую ночью к дому машину думала, что приехали за ней. Сейчас я чувствую себя намного увереннее и не пугаюсь каждой тени. Если меня не нашли за почти два года, вряд ли найдут когда-нибудь.
  
  Это первое время, когда спустя пару дней после смерти родителей мне позвонили и потребовали найти флэшку, меня трясло непрерывно. Когда меня подстерегли на улице и доходчиво объяснили, что найти эту самую флэшку очень нужно и желательно срочно, иначе я отправлюсь следом за родителями. Когда уезжала из родного города, тоже трясло, когда искала жилье и работу здесь, когда меняла имя (фамилия у нас очень распространенная, так что ее я решила оставить). Потом привыкла и почувствовала себя почти в безопасности. А сегодня от одной встречи с бывшими друзьями мой скафандр, дающий хотя бы минимальную уверенность в собственной защищенности, покрылся трещинами и вот-вот осыплется кучей бесполезных осколков.
  
  Глава 2
  
  Села в электричку и постаралась избавиться от мыслей о друзьях из прошлого. Мне есть о чем и о ком подумать, кроме них. Они в прошлом, а прошлого больше нет, и будущего еще нет, есть только настоящее. В настоящем у меня есть брат - единственный близкий и любимый человек, впрочем, его мне вполне достаточно. И никто больше не нужен. Достала телефон и обнаружила коротенькое ответное послание от Деньки. Читает он уже очень хорошо, а вот пишет и набирает письма... Часть слов я восстановить не в силах, иногда приходится долго гадать, что же он имел в виду. Главное, что я поняла сегодня: брат доволен жизнью, у него появился новый друг, но по мне, все равно, скучает.
  
  А у меня даже не остается сил и времени, чтобы скучать. Если любовь и умещается в мою нынешнюю жизнь, то это - любовь на расстоянии. Ни на что другое, более существенно, более реальное, меня не хватает. Я пуста и бессмысленна, все, что я могу дать Деньке - исключительно деньги, и то, небольшие. Вскоре он это поймет и начнет радоваться не столько встрече со мной, сколько очередным подаркам. Потом поймет, что я - только средство получения мизерных материальных благ, а когда я перестану справляться и с этой задачей - вышвырнет меня из своей жизни за ненадобностью. Грустный, но вполне логичный конец. Все, что я могу сделать в нашей ситуации - оставаться нужной, как можно дольше.
  
  Эх, лучше бы об однокурсниках думала - размышления о моем настоящем, как всегда, не радуют... Превращаюсь в законченную пессимистку и нытика: куда не посмотри, все у меня плохо, все не так. На самом-то деле, что ж плохого? Работа есть, жилье есть, семья, пусть и очень маленькая, тоже есть. А чего нет, то мне, по всей видимости, не нужно. Вот это - правильная философия, ее и будем придерживаться.
  
  Поработав над правильным взглядом на жизнь, я достала книгу и попыталась сосредоточиться на чтении. Конечно, я бы лучше подремала, но сдается мне, что под воздействием постоянного физического труда и непрерывной усталости, мой интеллект, и без того не блестящий, стал катастрофически деградировать. Поставила себе целью каждый день читать хотя бы десять страниц, как бы занята ни была. Старая электронная книга почила смертью храбрых, а на новую я никак не могла расщедриться, так что пользуюсь библиотекой тети Таси. На мое счастье, не ее немногочисленных полках все больше русская и советская классика, так что сейчас я изучаю Тургенева. Он меня успокаивает, снимает напряжение и страх.
  
  А вот и моя станция. Красотища! Кругом все лес да лес, жаль, что его не видно: единственный фонарь на платформе недавно разбили. Мы - люди привычные, младший брат давно почившего от удара кирпичом героя - в руки, и вперед. Это поначалу я боялась и все пыталась пристроиться к другим путникам в ночи. А сейчас ничего, чувствую себя так же уверенно, как и на освещенном проспекте Города. У нас тут тихо, разве что бродячие собаки встретятся. Живность другая не водится, а люди в это время не менее уставшие, чем я, думают только о том, как донести свое тело до кровати.
  
  Поселок, в котором мне посчастливилось найти отдельную комнату по средствам, по моим меркам далековат от города. Зато тих, спокоен и воздух здесь чистый. Направление совсем не модное, поэтому богатых домов здесь нет, так, старые дачи, небогатые одноэтажные дома местных жителей и два многоквартирных дома, в одном из которых я и живу. Если вы представили себе пятиэтажную панельку, глубоко ошиблись. Дома эти небольшие, двухэтажные, всего на десять квартир. Когда местные жители называют вход 'парадное', меня разбирает смех: этим темным, вонючим, загаженным лестницам слово совсем не подходит. Дома не кирпичные и не панельные, они сделаны из досок. Как они умудрились не сгнить в этом климате за много лет, не знаю. Стены, конечно, чем-то укреплены и утеплены изнутри, но чем - по всей видимости, местная тайна, потому что выведать информацию мне так и не удалось.
  
  Запихиваю продукты в холодильник, не заботясь о том, что кому принадлежит. Мы с тетей Тасей не разделяем, где чье. Живем обе бедно, едим мало, смысла в дележках не видим. Правда, раз в месяц, когда она получает пенсию, а я - зарплату, устраиваем пир. Обязательно жарим или запекаем вредную жирную свинину, разоряемся на свежие овощи, фрукты и сыр и печем пирог. В остальные дни, что она, что я - вынужденные вегетарианцы. Говорят же, что мясное вредно, вот мы его не употребляем. Зато я освоила азы кулинарии: то, что не удалось маме (я имею в виду, научить меня, бесталанную, готовить), волшебным образом удалось тете Тасе. Пусть список освоенных блюд весьма ограничен, и я вряд ли смогу приготовить фуа-гра в карамели (интересно, существует ли подобное блюдо), но теперь вполне справляюсь и с приготовлением каш, которые составляют наш повседневный рацион, и с нехитрыми праздничными блюдами.
  
  Кстати, новый режим питания очень благотворно сказался на моей фигуре: раздражавшие меня, слишком широкие бедра, о которых мама говорила, что это такое строение костей, волшебным образом сузились, талия стала более выражена, в общем, я больше не огорчаюсь, разглядывая свое тело в зеркале. Остальные изменения нельзя назвать положительными - запавшие глаза, жуткий цвет кожи и поблекшие волосы никого еще не украшали, но это, как я думаю, скорее, побочный эффект работы или хронического недосыпа, чем результат диеты. Не знаю, как той же Вике удается выглядеть прекрасно.
  
  Бегу в душ, пока вода еще теплая. В наших домах оригинальная система отопления, которую можно включать и выключать по желанию. Местные жители экономят, и на ночь тепло, а с ним вместе и горячую воду, отключают. Так что я обычно моюсь остатками слегка теплой. Утром вода настолько ледяная, что даже ради закалки организма, я бы не рискнула ею воспользоваться, умываюсь и то с трудом. Тася пожертвовала для меня старенькое, но очень толстое, настоящее пуховое одеяло, что позволило мне хотя бы не просыпаться каждые десять минут от холода. Но ангины и простуды - мои постоянные спутники при малейших изменениях температуры.
  
  Все, на что остаются силы после душа - упасть в кровать. Поесть смогу и завтра, встану для этого пораньше.
  
  Как ни странно, моя идея о раннем (более раннем, чем обычно) подъеме осуществляется и довольно легко. В этом доме живут в основном люди бедные и несчастные. Чтобы облегчить существование, многие пьют. А когда выпьют, некоторые становятся агрессивными и очень громкими. Обычно я не слышу 'веселья', потому что сплю очень крепко, но сегодня соседу пришло в голову стучать в мою стену, что и сработало отличным будильником. Зато я не только плотно позавтракала, но и взяла на работу обед и термос с чаем, так что день предстоит замечательный. А поспать можно и в электричке. Если повезет, конечно.
  
  Быстро переоделась, стараясь не рассматривать изъяны собственного нижнего белья. Вот, кстати, еще один пунктик в мою копилку: если мне почти наплевать на старые, растянутые джинсы, слегка полинявшую куртку и даже на истоптанные, поцарапанные ботинки - в конце концов, у меня никогда не было возможности приобретать вещи в дорогих магазинах, и я особо не парилась по этому поводу, то белье... Пусть и оно не стоило состояния, но, по крайней мере, всегда было новое и целое. Сейчас я дошла до позора в виде растянутых резинок, зашитого кружева и белого цвета, в результате постоянных стирок больше похожего на бежевый. К сожалению, никакие отбеливатели не справляются - в воде из крана столько железа, что после стирки вещи выглядят более грязными, чем до.
  
  О! Очередная серия нытья! Похоже, это становится привычкой. Пора прекращать и бежать на станцию, а то мой ранний подъем закончится очередным опозданием.
  
  Кстати, удачненько день складывается! Мало того, что сосед поднял так вовремя, еще и душка-начальник подкинул подарок, и теперь, вместо того, чтобы со всеми пахать на многоквартирном доме, едем с девчонками и парой бригад незнакомых мужиков за город. Не отдыхать, конечно, гораздо лучше - деньги зарабатывать. Обломилась нам шабашка в солидном особняке. Вот чем элитный поселок отличается от такого, в котором живу я: пробки всю дорогу, дремлющий охранник на въезде и почти полное отсутствие растительности внутри поселка, одни высоченные заборы. Заборы, правда, хороши, что называется, на любой вкус и все, как один, выглядят неприступно. Видно хозяева этих заборов, вернее, домов за ними, так ненавидят людей, что их главное стремление - отгородится от всех целиком и полностью и создать иллюзию, что они одни живут на этой земле.
  
  Мне-то, конечно, плевать, кто здесь живет и что думает, главное, чтобы платили исправно. А то накупят неизвестно чего за границей и важно сообщают, что 'эта краска наносится по особой технологии', жаль, что сами понятия не имеют, чем она особенна. Хорошо, у Вики дорогой телефон недавно появился, так что мы смогли общими усилиями, потратив половину дня, примерно сообразить, что имелось в виду под описанием этой технологии в интернете.
  
  Мне интересно попробовать что-то новенькое, жаль только, если придется выплачивать стоимость испорченных материалов. Решив, что, когда дело касается денег, покрывать чужие огрехи - не лучшая идея, каждая из нас взялась за отдельную комнату.
  
  Увлеченная попытками подружиться с новой продукцией 'мирового лидера в производстве красок', я не заметила, как стало совсем поздно. Так... интересненькое дело: сюда нас доставили с комфортом, а назад-то как? Что-то я сильно сомневаюсь, что в поселки, как этот, автобус ходит - кому он тут может понадобиться? У всех приличных людей (а неприличных здесь не имеется) есть собственный автомобиль.
  
  Я нашла подружек, обсудила результаты труда и выяснила, что, пока я, втянувшись в процесс, нагло игнорировала обеденный перерыв, проглотив запасы, почти не отрываясь от трудовой вахты, им предложили оставаться на ночевку здесь же. Условия не ахти, но то, что не нужно тратить кучу времени на дорогу - несомненный плюс. Так можно будет закончить работу на недельку раньше и смотаться к Деньке. Я шансом воспользуюсь, без сомнений, но для этого нужно взять хоть какие-то вещи из дома. К счастью, женская часть нашего коллектива полностью разделяла мой взгляд на вопрос, так что мы разъехались по домам, договорившись с водителем небольшого микроавтобуса, катавшего нас сегодня весь день, что завтра он заберет нас у вокзала. Моего вокзала! Мне даже не придется ждать автобуса или толкаться в метро! Есть в жизни счастье!
  
  Две недели я пахала в три смены, мечтая о том, что куплю Деньке на полученные деньги. И Вика, и Ната полностью разделяли мой взгляд на этот вопрос и тоже старались работать, как можно быстрее, мечтая получить незапланированный отпуск. Ната собиралась съездить домой, а Вика... Вика всегда знала, как провести свободное время и с пользой, и с удовольствием. В результате, мы закончили, сэкономив целых восемь дней. Жаль, деньги не дали сразу: нам сказали приезжать за оплатой завтра на нашу любимую стройку. Не знаю, с чего заказчик решил передавать деньги через Сергеича, но именно так и обстояло дело на этот раз. Ну, что же, потратить снова несколько часов только для того, чтобы за десять минут получить заработанную честным трудом плату, было обидно, но, к сожалению, желание клиента - закон. Хоть выспаться можно, поскольку встреча была назначена на шесть вечера.
  
  Как раз на следующий день, когда я в предвкушении того, как приятно отяжелит мою сумочку заработанная сумма, прибыла на встречу с Сергеичем, начался очередной мой кошмар. На этот раз, кошмар наяву.
  
  
  Замечали, что когда с нами происходит что-нибудь плохое, мы думаем, что именно нам хуже всех на свете, задаемся вопросом 'Почему я?' и обижаемся на несправедливость судьбы. Кстати, никто, наверняка, никто не задумывался 'Почему я?', когда происходит что-то незаслуженно хорошее. Хорошее мы всегда заслуживаем, правда? И мало кому приходит в голову мысль, что он - счастливее всех на свете. Как правило, нам вечно не хватает какой-нибудь малости для счастья. Вот и я, когда случилось изнасилование, думала, что хуже и быть не может, что ни с кем не случалось подобного кошмара и так далее. На самом-то деле, даже по данным правоохранительных органов ежедневно происходит больше десяти изнасилований. А на самом деле? Сколько таких, как я? Сколько тех, кто не обратился в полицию? Две моих бывших одноклассницы и еще две девчонки, которые жили в соседних домах - из тех, о ком я точно знаю, что с ними такое было. И это только из ближайших знакомых. А сколько тех, кто не сказал вообще ни одному человеку? Думаю, статистические данные ошибаются примерно на порядок, если не больше.
  
  Потом погибли родители, и я оценила: то, что было до - цветочки, сущая ерунда, а вот сейчас... Хотя, сколько людей на свете, потерявших родителей? Причем, многие потеряли их в более юном возрасте.
  
  Сегодня Бог (или дьявол, кто ж разберет) предоставил мне возможность в очередной раз оценить, насколько все относительно в нашей жизни.
  
  Началось все с мелочи: пока я разыскивала Сергеича по всей стройке, встречные мужчины, знакомые и те, кого я видела впервые, смотрели на меня слишком пристально, да что там смотрели, откровенно пялились, и эти взгляды были лишены всякой двусмысленности. Там вообще одна мысль осталась, и эта мысль мне совершенно не понравилась. Ладно бы я сегодня в мини-юбке явилась или с декольте до пояса - ничего подобного, как обычно в старых джинсах и страшненькой, но теплой куртке. Может, сегодня всем виагру выдавали бесплатно? К примеру, для решения демографической проблемы. И чтобы новое поколение не в институты шло, пополнять и так немалую армию юристов-экономистов, а гордым строем прямиком на стройки, можно сразу после окончания начальной школы. Фу! Вечно бред какой-то в голову лезет.
  
  Дальше стало еще интереснее: женщины тоже не остались равнодушны к моему появлению. Правда, реакция была несколько иная. Они морщились, некоторые плевались, в общем, активно выказывали свое недовольство. В голову пришла еще более дикая мысль, что все узнали о нашей шабашке, а заплатили нам столько, что женщины выходят из себя от зависти, а мужчины мечтают соблазнить одну из нас, в надежде, что им тоже что-то перепадет. Нет... слухи у нас тут, конечно, распространяются со скоростью света, но подобную информацию начальство скрывает тщательно, иначе не избавишься от толпы тех, кто достанет вопросом 'Почему не меня отправили на подработку?'. И каждый станет доказывать, что работает он лучше, а деньги ему нужнее, чем товарищу.
  
  Мне даже почудилось, что в мою сторону полетело волшебное слово на букву 'б', но я быстро вспомнила, что оно здесь только и делает, что летает, так что принимать на свой счет - глупо.
  
  - Ты - Ксюха! - радостно сообщил небритый (и совершенно незнакомый) мужчина, двигавшийся навстречу. Я поморщилась: пусть я теперь и 'Ксюха' для кого-нибудь, не отбрыкаешься, когда сама же имя поменяла на то, которое терпеть не могла, но это еще не значит, что каждая небритая особь может меня так называть, да еще и нагло тыкать пальцем чуть ли не в лицо.
  
  - Кому Ксюха, а кому и Ксения Борисовна, - сообщила я, огибая наглеца на максимально большом расстоянии.
  
  - Да подожди ты! Я же по-хорошему! У нас тут с мужиками предложение есть, - теперь он и меня решил порадовать? Ну-ну... - На фига тебе на трассу-то выходить? Там и холодно, и время теряешь. Договоримся: ты нам скидку сделаешь, типа за опт, а мы будем постоянными клиентами. Всем хорошо.
  
  - Подожди... что-то я сегодня плохо соображаю. Ты, вообще, кто? - совсем потерялась я в словесном потоке небритого.
  
  - Я - Владимир, - солидно сообщил мужик, протягивая мне руку. Тоже мне, 'Владимир', на Владимира он не был похож ни капельки, разве что на Вована. Руки я пожимать не стала - больно подозрительным показался этот Владимир.
  
  - Допустим... И что ты от меня хочешь, Владимир, - в имя я вложила весь скепсис, на который была способна.
  
  - Ну... блин! Я же тебе сказал все: мы здесь без жен, и вообще женщин на стройке мало. Времени кого-то искать вечно не хватает, а тебе все равно, кого обслуживать...
  
  - Подожди, и с этого момента подробнее. По-твоему, я - проститутка? - я даже не возмутилась, настолько велико было мое удивление. Особенно, учитывая то, что то самое, не самое приятное подобие первого секса так и осталось единственным в моей жизни. Дальше не до того было, да и не с кем. И не особо хотелось.
  
  - Я же ничё не говорю, каждый зарабатывает, как может! Просто, заключим взаимовыгодный договор.
  
  - Владимир, а как ты себе представляешь сам процесс? После рабочего дня, когда я еле ноги до дома доволакиваю, я еще и на панель выхожу? Чисто физически ты это можешь себе вообразить? Я - нет.
  
  - И чё?
  
  - Да ничё! Нигде я не работаю, кроме стройки, и занимаюсь исключительно малярно-штукатурным трудом. Прости, что разочаровала, и можешь набить морду тому, кто просветил. Тебе нагло наврали.
  
  - Так все говорят! Все врать не могут! - вот уж, неоспоримый аргумент.
  
  - Остается предположить, что соврал тот, кто просветил всех, - подкинула я идею. - И у меня даже есть одна мысль по этому поводу. Так что, я, пожалуй, морду бить буду самостоятельно. А еще, яйца отрежу и в жопу ему затолкаю по одному, чтобы думал больше мозгом, чем тем, чем думает сейчас.
  
  Теперь появилось и возмущение, и ненависть, но направлены они были вовсе не на Вована. Единственный, кто мог пустить обо мне такую сплетню - "скромник" Гена. Ни с одним другим мужчиной здесь я не была знакома достаточно близко, чтобы он настолько заинтересовался моей особой, чтобы пакости делать. Разве что, кто-нибудь увидел похожую на меня ночную бабочку, на самом деле. Только эта версия не выдерживает ни малейшей критики. Сейчас найду эту сволочь и прибью его. Разговоры, конечно, не прекратятся, меня ждут большие проблемы: каждому не объяснишь, что я чиста, почти как первый снег, и не каждый поверит. Очередная черная полоса? Интересно, белые мне вовсе не положены? И как не подумать, что хуже, чем мне никому не бывает? У кого еще столько проблем в кучу валится? Именно в этот момент я, в очередной раз, подумала, что хуже и быть не может. Меня опустили с небес на землю буквально в течении десяти минут. Может, еще как может!
  
  - Лебедева! - прервал мои размышления грозный голос Сергеича. Чего это он такой суровый? Неужели, новости о моем неправедном образе жизни так его вывели? - А ну-ка пошли, поговорим! Наедине! - последнее слово было сказано с такой угрозой, что даже я, привыкшая к тому, что мне все время кто-то или что-то угрожает, вздрогнула и покорно пошла за непосредственным начальством в его вагончик. - Ты что себе позволяешь, Лебедева?! Ты с ума сошла?! Думала, никто не заметит?! Ты соображаешь, что всех, кто с тобой работал, подставила? Может, напряжешь фантазию и представишь, как к тебе после этого относится будут? Что молчишь? - грохотал Сергеич. А мне что делать, кроме как заткнуться и внимать? Оправдываться я точно не собираюсь, пусть перебесится, а потом объясню ему всю ситуацию. Только непонятно, с какой радости я кого-то подставила? У нас вроде времена, когда могли бороться за самую высокоморальную стройку прошли.
  
  Сергеич помолчал, пытаясь взять себя в руки. Он всегда почти мгновенно переходил от дикого крика к полному спокойствию.
  
  - Ты хоть понимаешь, что просто так это никто не оставит? Пусть для него двести тысяч и не деньги, только не спустит он историю на тормозах, не надейся.
  
  - Какие двести тысяч? - вычленила хоть какую-то информацию из всей речи я.
  
  - Ты еще спрашиваешь?! - снова заорал начальник. - Которые ты украла из сейфа! Тебя туда послали стены красить, а не воровать! От кого бы я мог такого ожидать, но не от тебя! Недаром говорят: 'в тихом омуте'. Как хочешь, чтобы через два дня деньги вернула и можешь написать 'по собственному желанию'! Если, конечно, проблем не хочешь. Сама понимаешь: такой человек в полицию обращаться не станет, дадут тебе по башке среди бела дня, никого не стесняясь, и до свидания.
  
  Нормально... Теперь я - не только проститутка, но еще и воровка? И сколько еще претендентов на мою несчастную голову? Многовато для одной маленькой меня. И что теперь? В очередной раз бежать в другой город и менять имя? И что интересно: что в прошлый раз, что в этот, я не при делах. Ни злополучной флэшки, ни злополучных денег у меня как не было, так и нет. Впрочем, нет, деньги, как раз имеются, и ровнехонько двести тысяч. Только я их не в чужом сейфе взяла, а отложила, экономя буквально на всем в течение двух лет.
  
  Глава 3
  
  Вот вам и очередная ситуация, в которой, как я ни зарекалась, просто тянет задать вопрос: 'Почему я?'. Нет, серьезно, сколько можно на одну мою несчастную голову? Надо же как-то равномерно распределять и счастье, и несчастье, чтобы все по справедливости... Да... похоже, в детство впадаю, уже о справедливости задумываться начала. Давно пора понять, что справедливость если и существует, то не для меня.
  
  Сергеич мне так и заявил в ответ на мое предложение обратиться в полицию. 'Правосудие', - говорит - 'существует только для тех, кто на него имеет право'. А такие, как я имеют право только на то, чтобы сидеть и не высовываться. Иногда еще можно улыбаться и кланяться таким, как тот, кто обвинил меня в краже.
  
  Сейф я, конечно, видела, вот только на нем нет даже моих отпечатков пальцев, в этом я совершенно уверена - мне в голову пришло, что если я к нему притронусь, может сигнализация сработать, мало ли, как у них все это работает. Намучалась я с этой потайной дверцей, которую необходимо было сделать как можно более незаметной. И девчонкам жаловалась на нее... А что если это кто-то из них?! Они и о моем счете в банке знали, только не знали в каком, и о сумме. Так уж сложилось, что мы совсем недавно обсуждали этот вопрос, но тогда я говорила о сто девяносто двух. Округлили в большую сторону, или кто-то неизвестный гораздо лучше осведомлен о состоянии моего счета, чем я думаю?
  
  Полная решимости разгадать ребус и выкарабкаться из очередной ямы, я спустилась в метро. Всего двадцать минут в тесных объятиях сограждан, которых в этот момент я люблю особенно страстно - и я в банке, в свое время со стопроцентной гарантией обещавшей хранить не только мои сбережения, но и информацию о них. Получив выписку, я убеждаюсь, что сейчас на моем счете пресловутые двести тысяч (не обращать же внимания на сто шестнадцать рублей довеска). Начнем с простого? И я направилась к ближайшему оператору с просьбой снять деньги и закрыть счет. Как вы думаете, что из этого вышло? Ровным счетом - ничего! Мне сказали, что сумма слишком велика, и получить ее я смогу только через два дня. Именно те два дня, которые мне дал Сергеич. Прямо совпадение на совпадении и все, как одно, совершенно случайные. Как и то, что девушка чуть ли не насильно пыталась вынудить меня написать заявку на получение. Вселенский сговор из-за подобной мелочи? Или очередное обострение паранойи?
  
  Что бы то ни было, заявку писать я не стала и поспешила прочь из банка, пока не подключили к уговорам кого-нибудь посерьезнее, чем хрупкая девушка-оператор.
  
  Следующим шагом был визит к нотариусу. Там я провела несколько часов. Сначала с помощницей составили завещание, в котором указывалось, что после моей смерти или исчезновения каждый месяц будет перечисляться оплата за обучение в его школе. До выпуска не хватит, но это - единственное, что я могу сделать. О том, что директор не отдаст Деньку на растерзание заботливым органам опеки, и он не попадет в детдом как можно дольше, я предусмотрительно договорилась сразу. Потом я долго ждала в очереди, чтобы мое завещание было заверено самим нотариусом. Все это вылилось мне в приличную сумму, и я еще раз пожалела о том, что честно заработала, но так и не получила. Вернее, получила, но не зарплату, а новую порцию проблем.
  
  О Гене и заморочках со сплетнями я и думать забыла, пока в голову не взбрела очередная бредовая идея, что все это может быть связано. До чего докатилась! Обвиняю ни в чем неповинных людей во всех своих бедах! И начала, между прочим, с тех, кого совсем недавно считала, пусть и не близкими, но подругами. Наверное, лучше и не пытаться разобраться - все равно, ничего хорошего из этого не выходит, а вот опуститься в собственных глазах так, что ниже некуда, могу запросто.
  
  Вернулась домой, на всякий случай, собрала вещи и легла спать. Какая любимая цитата большинства женщин? 'Я подумаю об этом завтра'? Буду следовать косвенному совету классика американской литературы. Тем более, что я, как ни старалась, не смогла определиться, что делать дальше: бежать или сдаться и ждать, пока настигнет незаслуженная кара. Отдавать деньги я не стану, какими бы убедительными ни были аргументы, а для того, чтобы попытаться бороться мне недостает наивности - знаю, что проиграю в любом случае, причем с максимальными потерями для себя. Бежать уже нет ни сил, ни желания. Грустно, но, кажется, я готова сдаться на милость обстоятельствам в надежде хотя бы прикрыть собою брата.
  
  За следующий день я прекрасно выспалась, и никакие тревоги мне в этом не помешали. Хорошо, что телефон выключила с вечера, иначе мне не дал бы расслабиться кто-то очень настойчивый с неопределившимся номером. Потом я приняла душ, тщательно вымыла, а позже и уложила волосы и, впервые за очень долгое время принялась за маникюр и педикюр. Как говорила одна моя знакомая: 'Попадешь в реанимацию, а у тебя ноги небритые или лак отсутствует на ногтях - умрешь сразу от позора'. А в моем случае: попадешь с неухоженными ногами и руками на тот свет, могут и в рай не впустить. Кто сказал, что у них там дрэсскод отсутствует?
  
  Телефон зазвонил, но я не собиралась отвечать - приличные люди свои номера не скрывают. Впрочем, после третьей серии сигналов, плюнула и вызов приняла, решив, что неприличными людьми меня сейчас не испугаешь.
  
  Приятный баритон вежливо поинтересовался, когда же я верну деньги, на что я ответила народным посылом в очень популярном направлении. Баритон вежливости не растерял, но пообещал мне наказание для непослушных девочек. Господи! Сколько можно?! Извращенцы не только в сети, но и в реальной жизни на каждом шагу. Пришлось посылать снова и отключать телефон. Какой мне смысл оставаться на связи, если хорошие новости не грозят ни с какой стороны?
  
  Я сходила в магазин, накупила разных внеплановых вкусностей и устроила нам с тетей Тасей пир не по расписанию. А на завтра пообещала сама себе большую прогулку по Городу: живу рядом с такой красотой и ее не вижу. Полюбуюсь хотя бы перед смертью. Смешно умереть за двести тысяч, правда? Еще смешнее, что их с таким рвением пытается у меня отнять человек, для которого эта сумма вообще ничего не значит.
  
  Город встретил меня свинцовым небом и черными водами рек, впрочем, в этом не было ничего необычного, самая распространенная погода здесь - плохая, переходящая в отвратительную. Скоро реки начнут покрываться слоем льда, а я этого уже не увижу... А может, зря я так впечатлилась? Может, попугают, поймут, что ничего от меня не получат, и отстанут? Ну, поколотят для острастки, ну, полежу в больничке пару месяцев, бесплатную медицину никто еще не отменял. Пусть она и не особенно эффективна, но тем, у кого организм сильный и болезнь не очень страшная, помогает. А я - девушка закаленная, жаль только, сегодня ночью снова замерзла и подцепила очередную ангину. Завтра-послезавтра она перерастет в мучительный бронхит... Если доживу, конечно.
  
  Я зашла в Собор, подумав не о Боге, а о том, что приглашали для строительства архитектурных чудес итальянцев да французов, а ведь наш российский дядечка смог их если и не переплюнуть, то сделать ничуть не хуже. Редко хочу в церковь - не люблю весь этот поповский официоз, но сегодня меня потянуло сюда с непреодолимой силой. Более того, я даже свечки купила и пошла их ставить за упокой души. Ведь если есть загробная жизнь, и если души видят нас после своей смерти, то моим родителям точно нужны спецсредства для успокоения. А почему, собственно, только родителям? Вздохнув, я вытащила из недр сумки побольше наличности и набрала свечек на всех, кто покинул меня. Близкие и дальние родственники, друзья семьи, учителя, все, кого я знала, и кого никогда уже не встречу в этой жизни.
  
  Из Собора вышла, имея в запасе несколько десяток и мелочь - недостаточно даже для того, чтобы купить билет на электричку. Почему-то пришла в голову очередная пессимистическая мысль: 'Сегодня мне это и не понадобится'. Во, как! Посещение храма вернуло меня к размышлениям о бренности существования. Отбросить грустные мысли! Никто меня не убьет из-за такой ерунды!
  
  Я свернула на набережную, где было потише и не так суетно. Кто-нибудь более разумный и более осторожный, чем я, наверняка удивился бы моей беспечности: спряталась бы дома, заперлась на все замки и не высовывалась. Возможно, так было бы правильно, только я устала прятаться, меня прорвало на безрассудные поступки. Одна за другой возникали идеи все более и более бессмысленные и глупые: написать, все-таки, заявление в милицию, обратиться в прессу, явиться к тому, кто обвиняет меня в воровстве и 'поговорить по душам'.
  
  Тротуар здесь достаточно узкий, впрочем, как я уже упоминала, и прохожих совсем немного: редкие влюбленные парочки и намного менее редкие собаководы со своими питомцами. Из-за обилия последних приходится периодически напоминать себе поглядывать под ноги. Кто-то рассказывал мне, что лет пять назад, когда за чистотой не следили с нынешним рвением, в подобных местах шага невозможно было ступить, чтобы не нарваться на 'ароматные' неприятности. А сейчас еще ничего, хотя хозяев, убирающих за своими питомцами, доводится встречать крайне редко.
  
  Становилось все холоднее, и я чувствовала себя все хуже (как и предполагалось, начала побаливать грудь, и уже пробивало на кашель, не пришлось даже ждать целый день), но продолжала идти вперед с маниакальным упорством. Будто впереди меня что-то или кто-то ждал. Не иначе как светлое будущее, что же еще?
  
  Крупный молодой мужчина заслонил дорогу, нагло глядя мне в лицо, и я поморщилась: не хватало только попыток познакомиться. Я, конечно, мастер противостояния пик-апу, в последнее время такие образчики низов общества клеятся - закачаешься. Этот еще ничего, хотя бы одет прилично и дешевым спиртом не несет за версту. Но у меня нет настроения даже на то, чтобы отшивать его. Пожалуй, лучше будет просто убежать. Осматриваю окрестности, в поисках наиболее удачного пути к бегству и замечаю еще одного мужика, стоящего за моей спиной. Кажется, никто сегодня не собирался зариться на мою неописуемую красоту. Кажется, я попала. И, кажется, дела мои ооочень плохи...
  
  - Вернешь, что взяла по-хорошему? - равнодушно спросил тот, что закрывал мне проход.
  
  - Пошел на х**! - не менее спокойно ответила я. Люблю постоянство. Раз уж начала говорить с ними на определенном языке, стоит ли менять стратегию?
  
  Мое показное спокойствие резко меня покинуло, стоило тяжелому кулаку встретиться с моим лицом, а спине, в тот же момент - с асфальтом. Я уже говорили, что не люблю боль? Пожалуй, я преуменьшила: я ее ненавижу. Особенно, когда болит все сразу. Били меня долго и со вкусом, без суеты, без спешки, можно даже сказать, с достоинством. А я, по непонятной причине, никак не могла закрыть глаза. Была уверена, что если я не буду всего этого видеть, так больно не будет, и не могла, как ни старалась. Поэтому, в мельчайших деталях, до оттенка глаз, до малейших изъянов на коже, до противно торчащих из носа волосков, смогла рассмотреть наклонившегося ко мне мужика.
  
  - Верни флэшку, сука! - отчетливо сказал он, пнул меня на прощание под ребра и пропал. И тут же глаза закрылись сами, безо всяких усилий. На самом деле, сразу стало не так больно.
  
  Глава 4
  
  Я очнулась. Как-то сразу осознала, что вот она я, что я далеко не в раю, что не умерла, а вполне себе жива, хотя, если судить по боли сразу в нескольких местах, не вполне здорова. Впрочем, это меня сейчас не особенно волновало, гораздо важнее был другой вопрос: где я. Возможно ли, чтобы меня похитили? Маловероятно. Все это лечение, кормежка и так далее могут вылиться в нехилую сумму. Ее, конечно, можно приплюсовать к той, что я уже как бы похитила, только больно много возни, и еще неизвестно, какова будет отдача. Прежде всего, стоит определиться, где я. Но и глаза страшно открывать: вдруг рядом с моей постелью окажется та самая бандитская рожа, которая мастерски отделала меня на набережной. Не хотелось бы, чтобы эта картина была первым, что мне удастся лицезреть. Опять же, не уверена, что вторая встреча пройдет в более теплой дружественной обстановке, чем первая.
  
  Итак, попробуем определиться с ситуацией, не спеша обнаруживать себя. Мне не холодно, вокруг явно светло, и лежу я не на бетонном полу и не на соломе, а на кровати, укрытая теплым, даже не колючим, одеялом. Не в каком-нибудь подвале, так что уже хорошо. На больницу тоже не похоже: пусть лекарствами и пахнет, но напрочь отсутствует 'аромат' мочи и хлорки. К тому же, в муниципальных больницах не бывает такого мягкого белья, а кровати до сих пор в большинстве с сеткой, прогнувшейся посередине почти до пола. То, что я не дома, понятно и без обдумывания - мне ли не узнать место, в котором прожила последние пару лет? Хочешь, не хочешь, придется идти дальше. Надо рискнуть и открыть глаза. К тому же, за все время, пока я бодрствую, не было никаких признаков того, что я здесь не одна.
  
  Я попыталась приоткрыть один глаз, но поняла, что задача не так проста, как казалась: похоже, чтобы поднять веки мне, как Вию, потребуется помощь со стороны. Либо мне поставили знатные фонари, либо нос сломан и оба глаза просто опухли. Сейчас как заору: 'Поднимите мне веки!', все сбегутся, и сразу можно будет определить, где я и с кем.
  
  С трудом справившись с задачей, я осмотрела комнату. Решеток на окне нет, чистота, мебель совсем не больничная: напротив моей кровати - раскладной диван и письменный стол, на котором даже ноутбук имеется. Кто мог меня приютить? Может, у Сергеича совесть взыграла? Наверняка, он понимал, что я ничего не крала, только отстаивать мое честное имя у него не было ни малейшего желания. Зачем? Каждый сам за себя, так ведь? Человек человеку - волк. Надейся только на себя и не верь никому. Аксиомы нашей жизни, которые нет необходимости доказывать, ведь для каждого очевидно, что они и есть истина.
  
  Потянуло на философию? Самое время! На этот раз у меня определенно сотрясение... Если, конечно, еще осталось, что трясти... Наверное, из-за того, что была очень увлечена ревизией собственных способностей к связному мышлению и проверкой на головокружение и тошноту, я и не услышала, как кто-то подошел к двери. Опомнилась слишком поздно, так и не успев прикинуться трупиком, зато успела опознать вошедшего. Вашу ж мать! Определенно, потрясение! И сильнейшее, с галлюцинациями. Потому что у двери стоял, будто не решаясь пройти в комнату, никто иной как Олег. Я пялилась на него, ожидая, что галлюцинация начнет расплываться или по комнате полетает для разнообразия. Но ничего не происходило. Я смотрела на плод моей фантазии, плод - на меня, и мы никак не могли прервать зрительного контакта. Придумать ему какой-то текст? А то скучная у меня галлюцинация получилась, немая. Какая же я зануда, даже на пути к шизофрении (или какой там диагноз нарисует мне добрый доктор), не могу придумать ничего захватывающего. Бывает диагноз 'занудная шизофрения', или я - первопроходец на этом нелегком пути?
  
  Что он мог бы сказать? Есть ли что-то, что я хотела бы услышать от Олега? Что? 'Выходи за меня замуж'? Кто это там такой умный? Ни Боже мой! В смысле, что не дай Бог. Впрочем, такое мне не грозит даже в бреду. Придумаем что-то более реальное и интересное. Как вам к примеру: 'Я понял, что моя жизнь пуста без тебя'. Или попроще: 'Ты - лучшее, что было в моей серой и бессмысленной жизни'. Впрочем, это больше подходит для прощания, чем для встречи. Лучше так: 'Всю жизнь я посвятил зарабатыванию денег и только после встречи с тобой понял, что есть вещи, гораздо более важные. Для меня самое важное - ты'. Ох, я уже почти готова прослезиться.
  
  - Выглядишь - отвратительнее некуда, - вдруг обрело дар речи мое видение. Эх, сплошные разочарования! И какая нелегкая его принесла?
  
  - Ты - настоящий? - это я так, на всякий случай. Пусть я и ударенная на всю голову в самом прямом смысле, но осознать, где явь, а где вымысел, могу.
  
  - Нет, игрушечный! - фыркнул Олег. - Вот скажи мне честно и откровенно: как ты смогла настолько деградировать в столь малый срок?
  
  - Насколько? - заинтересовалась я. Знаете, оценка со стороны всегда интересна, а оценщика можно потом и закопать где-нибудь в лесочке, если наглеть начнет.
  
  - С чего тебя потянуло ночевать на улице? Не в Сочи летом, как-никак. Даже бомжи ищут место поуютнее.
  
  - Злой ты, - вяло ответила я, сжимая пальцами виски. Наверное, у меня на него сильнейшая аллергия.
  
  - Болит? - тут же проникся сочувствием мужчина. Он присел на корточки у кровати и накрыл рукой мою голову. Стало немного легче, только я слишком быстро сообразила, что волосы у меня должны быть грязными. Впрочем, эта маленькая деталь к общему образу: представляю, насколько божественно красива я сейчас и как от меня приятно пахнет. Вся картина в совокупности - вот что может произвести совершенно неизгладимые впечатления.
  
  - Угу, - все, что я выдала в ответ.
  
  - Что болит?
  
  - Все, - отмахнулась я. Не начинать же новый анализ, на сей раз болевых точек. А так... у меня на самом деле было ощущение, что болит все тело.
  
  - Сейчас тебе сделают пару уколов, и будет легче. Давно надо было врачу сказать, что ты в себя пришла.
  
  - Все-таки, я в больнице, - сделала вполне очевидный вывод. - Не знала, что палаты в наших медучреждениях могут выглядеть настолько прилично.
  
  - Не знал, что это можно назвать приличным, - отозвался Олег, обведя взглядом комнату.
  
  - Не надо мне никаких уколов. Не уходи. Посиди со мной еще чуть-чуть. Я знаю, я - не самая лучшая компания, но совсем немножко ты же можешь потерпеть? - о, как меня поперло! Как же остановить этот отвратительно-сентиментальный словесный поток?
  
  - Эй! Что с тобой?! Я не собираюсь никуда уходить. А если ты честно признаешься, что не можешь без меня ни минуты, врача я вызову по телефону, - пообещал Олег, почти невесомо проводя большим пальцем по моему опухшему лицу. Там, где меня касался его палец, боль, волшебным образом, проходила. И зачем мне уколы?
  
  - Размечтался! Знаешь, я ведь обходилась без тебя больше двух лет. И ничего, - к счастью, приступы слезливости у меня редко бывают длительными.
  
  - Не только знаю, но даже вижу результат. Он явно налицо, вернее, на лице. И на теле. Так что я уже сотню раз пожалел, что позволил тебе обходиться без меня. Что-нибудь хочешь?
  
  - Хочу. Пить. И... забери меня домой, пожалуйста, - это вырвалось само собой, и я тут же пожалела о своих словах, оценив выражение лица Олега. Оно было... совершенно непередаваемым. Во всяком случае, неуместность своих слов я оценила в полной мере. Что я знаю о нем? На что вообще я могу претендовать? Вполне возможно, что он женат на какой-нибудь сногсшибательной модели или актрисе. Может даже у него крошечные дочки-близняшки. Почему дочки и почему, близняшки? Понятия не имею, но эта картина, Олег с двумя одинаковыми хорошенькими малышками на руках, сразу родилась в моем глупом воображении. - Забудь, естественно, я имела в виду, ко мне домой.
  
  Олег пристально посмотрел на меня и вдруг расхохотался. Не припоминаю, чтобы я когда-либо видела его настолько довольным. Неужели, я сказала что-то действительно смешное? Впрочем, о чем я? Его странные реакции и неожиданные перепады настроения так и остались для меня неразгаданной тайной.
  
  - Может, ты еще и расскажешь мне, где он, твой дом? - он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела колючий холод. Злится? Нет, никаких сомнений, этот человек совершенно неадекватен. И реакции его неадекватны, не стоит и пытаться его понять. Обычный псих.
  
  - Учитывая мое нынешнее состояние, твой вопрос и особенно твой тон совершенно неуместны. В том, что со мной случилось, нет моей вины. И я бы с удовольствием посмотрела, как бы выкручивались крутые мужики, типа тебя в моей ситуации. - Я сказала все, что хотела, и больше не было желания ни говорить с ним, ни видеть его. Пришлось отвернуться и накрыться одеялом. Правда, в этом положении заныл правый бок, но лучше уж я потерплю еще немного боли, чем профессиональный вынос остатков мозга.
  
  - Не дуйся. Ты же не хотела, чтобы я знал, что с тобой происходит, так что я не могу оценить скромного девичьего героизма. Потом ты мне все расскажешь, ладно?
  
  - Обойдешься, - буркнула я, и не подумав вылезать из укрытия. Не вылезла даже когда услышала, что Олег встал и вышел, тихо закрыв за собою дверь. Он, правда, думает, что я не в состоянии обойтись без него? Да пошел он! Единственное, что мне нужно от окружающего мира - чтобы меня оставили в покое. Все! Мне никто не нужен, и ничего не нужно, кроме покоя. Стоп! А Денька?! Черт, я, на самом деле неплохо головой приложилась!
  
  Я попыталась сползти с кровати: в комнате был большой шкаф, вполне возможно, что мои вещи найдутся в нем. Если я их вообще когда-нибудь найду. Ничего ценного, конечно, кроме телефона. Телефон сам тоже ерунда, а вот записная книжка... Если Денькин личный номер я еще помню, то номера тети Таси, подруг по работе и той же школы, где учится брат, моей памяти восстановить не под силу.
  
  До шкафа я добралась, цепляясь за все, что встречала на пути. Только в нем кроме мужского пальто и дорогой сумки (явно не моей) ничего не было. Какой сволочизм! Столько усилий, и все зря! Пришлось опуститься на пол между открытых дверок шкафа, чтобы немного передохнуть. Хотелось немного полежать, но ковровое покрытие, показавшееся поначалу довольно чистым, сейчас не вызывало доверия. И с чего во мне вдруг проснулась брезгливость?
  
  - Где она?! - в незнакомом мужском голосе явно звучали панические нотки. Меня уже потеряли? Так быстро? Подумаешь, почти спряталась в шкафу и задремала в уголочке, с кем не бывает...
  
  - Я здесь, - пришлось отзываться, мало ли, что придет им в голову, еще объявят всероссийский розыск.
  
  - Тебя ни на минуту оставить нельзя?! - возмутился Олег. Он вошел в комнату вслед за мужчиной в зеленом медицинском костюме. - Зачем вскочила?!
  
  - Скорее, не вскочила, а сползла... Не надо меня трогать! - поспешила я остановить порыв схватить мое несчастное тельце на руки. Никогда не мечтала о том, чтобы меня на руках носили, а сейчас, когда все болит, тем более. - Помоги немножко, и я сама справлюсь.
  
  После того, как я с трудом встала, меня вернули на кровать и подвергли тщательному тестированию. На всякий случай, я старалась убедить врача, что со мной все прекрасно, к сожалению, безуспешно. Доктор хмурился, бормотал что-то явно неодобрительное, надувал щеки и периодически повторял: 'Так-так-так'. Не знаю, что именно это означало, но мне казалось, что ничего хорошего.
  
  - Только под Вашу личную ответственность! - наконец, строго заявил врач, обращаясь непосредственно к Олегу.
  
  Я напряглась: возможно ли, чтобы меня, и правда, забрали домой? Есть ли хотя бы малейшая вероятность отсутствия придуманных мною супруги-красавицы и лапочек-дочек? Впрочем, сейчас я рассуждаю, как эгоистичная дрянь: не хочу, чтобы кто-то завладел сердцем Олега, сама не имея на него никаких планов. Некрасивая получается история: когда у меня проблемы, и мне необходимо отлежаться в уютной норке - появляется он. Появляется, помогает и время от времени ведет себя, как благородный рыцарь. Потом я прихожу в себя и сваливаю, невнятно пробурчав: 'Спасибо'. Допустим, что в прошлый раз он сам был виноват в моих бедах, так что все было вполне справедливо. А сейчас? Что я могу дать ему в ответ? За все надо платить, а мне нечем.
  
  - Строжайший постельный режим и никаких проблем. Только положительные эмоции, физический труд запрещен категорически, телевизор, компьютер и так далее - все исключить. Разговорами не напрягать, ежедневные двухчасовые прогулки. О лекарствах я молчу, и так понятно, что все применять регулярно и в обязательном порядке. Если Вам только покажется, что что-то не так - сразу звонить мне. Я приеду к Вам послезавтра, и если мне что-то не понравится - госпитализирую снова, и никакие уговоры не помогут. И никакого секса!
  
  Доктор сурово оглядел нас обоих и вышел, гордо подняв голову.
  
  - О, да! Только секса мне и не хватает для полноты ощущений! Мне кажется, или, где-то в глубине души, ну очень глубоко, он против? - спросила я ухмыляющегося Олега.
  
  - У меня были весомые доводы для твоего освобождения.
  
  Из сумки в шкафу, которую я недавно рассматривала, он достал для меня одежду, сильно отличающуюся от той, в которой я была в последний раз, и приказал одеваться. Я приложила все усилия к тому, чтобы убраться отсюда, как можно скорее, так что минут через пятнадцать мы уже сидели в машине.
  
  Похоже, не только в моей жизни за это время произошли значительные перемены. Раньше Олег разъезжал на красивом легком спортивном автомобиле, сейчас это было огромное нечто, которое могло бы легко протаранить автобус. На передних сидения сидели двое крупных мужчин, которых мне представили, как водителя Женю и охранника Александра. Да... раньше ему охранники были без надобности.
  
  - Неужели, твоя карьера была настолько удачной, что ты поднялся от бухгалтера до... главного бухгалтера?
  
  - Я смотрю, головная боль не особенно мешает тебе болтать глупости, - хмыкнул Олег.
  
  - Пользуюсь случаем ее отсутствия. Только не говори мне, что в этом монстре бронированные стекла.
  
  - Тебя очень волнует этот вопрос?
  
  - Еще бы! По все признакам, ты теперь по меньшей мере - король местной мафии.
  
  - Нет, уж! Такой геморрой мне ни к чему. У меня своих проблем выше крыши.
  
  - Зачем же тебе охранник и бронированные стекла?
  
  - Мне не нужны, а вот что у тебя за ситуация, я пока не разобрался. Так что принял меры.
  
  - Ты все это устроил из-за меня? - такого шока я не испытывала давно.
  
  - А что делать? Не хотелось бы обнимать твой хладный труп. Потом кровь отмывай и так далее.
  
  - Все не так страшно, ты погорячился. Никто не станет разыскивать меня из-за паршивых двух сотен. А почему ты сам не навел справки?
  
  - Не хотел лезть в твою жизнь без разрешения. Вдруг узнаю что-то, что мне не понравится...
  
  - С каких пор ты страдаешь излишней тактичностью? Что интересного ты мог узнать? Разве то, что я на трассе деньги зашибала своим телом.
  
  - Много зашибла?
  
  - Конечно! С таким-то телом!
  
  - Те самые две сотни? - я покосилась на Олега с подозрением: откуда он знает? А, он же не о том, что я заработала, а о том, что 'присвоила чужого'.
  
  - Один мудак заявил, что я у него двести тысяч украла. Я позже расскажу, ладно? Что-то я чуть-чуть устала.
  
  - Потерпи немножко, сейчас приедем, и будешь отдыхать, - Олег аккуратно прижал меня к своему боку, и снова волшебным образом боль начала отступать. - А что ты все-таки делала на полу?
  
  - Телефон искала. Надо срочно Деньке позвонить, он наверняка волнуется. Поможешь?
  
  - Извини, но телефона с тобой не было. В сумке только мелочевка всякая и паспорт, даже без денег. Думал, тебя просто ограбили.
  
  - Кто бы позарился на мой телефон? А денег и не было, я их сама потратила.
  
  - Мой дать?
  
  - Конечно, давай.
  
  Естественно, Денька не ответил, в течение дня, пока у них занятия, телефоны были строжайше запрещены, так что я оставила сообщение, что со мной все в порядке, и что связаться можно по номеру Олега.
  
  - Придешь в норму - мы к нему съездим, - пообещал мужчина. Я не знала, что будет к тому времени, как я приду в норму, я не знала даже, что будет со мной завтра, к чему загадывать. К примеру, могла ли я предполагать еще неделю назад, что буду ехать в машине Олега к нему домой? Такое и в бреду мне не привиделось бы. - А сейчас, добро пожаловать, мы приехали.
  
  - Мне кажется, у нас уже появилась совместная традиция: я снова в твоем доме немножко покалеченная, без одежды и без возможности связаться с кем-либо.
  
  - Связывайся, сколько хочешь, завтра же у тебя будет новый телефон. Одежда, кстати, тоже не проблема.
  
  - Видишь, ты опять покупаешь мне вещи... Не знаю, что-то не по душе мне эти традиции.
  
  - А если я опять попрошу приготовить мне обед? - с усмешкой поинтересовался Олег.
  
  - Это не так страшно. Ты не поверишь, но готовить я научилась. Разнообразием блюд порадовать не смогу, но все не так плохо, как было. И нечего сомневаться! - возмутилась я, видя явное недоверие во взгляде.
  
  - Это мы обязательно проверим. Сама-то ужинать будешь?
  
  - Я спать хочу, - есть я тоже хочу, но если оценивать собственные силы реально, стоит сразу отправляться в спальню. Еще немного, и подъем на второй этаж я не осилю.
  
  Олег помог мне одолеть лестницу, дал ту самую домашнюю одежду, в которой я ходила здесь два года назад, позволил самостоятельно переодеться и посетить ванную ('только недолго и дверь не закрывай'), тщательно укутал в одеяло и уселся рядом, подложив подушку под спину. Немного посомневавшись, я решила, что больным все можно, и, вытянув из теплого кокона руку, схватила ладонь Олега и утащила ее в уютное укрытие, не заботясь о том, насколько удобно будет ее хозяину. Вот теперь, пусть ненадолго, я чувствовала себя почти счастливой. У меня было все: уютный дом, теплая постель, потрясающий мужчина рядом... Не хватало, конечно, самой малости: мне бы душ принять, поесть, и чтобы ничего не болело. Тогда бы я была счастлива окончательно и бесповоротно.
  
  Глава 5
  
  Не знаю, сколько времени я спала, но проснулась, когда за окном было уже темно от сигнала телефона. Руку Олега я так и не отпустила, и ему пришлось прилечь рядом. Не думаю, чтобы ему было удобно: одеяла не досталось, а позу пришлось принять такую, в которой лично я заснуть бы не смогла, несмотря на любую степень усталости. Олег нащупал трубку, не открывая глаз, сонно выдохнул в нее 'да!' и сразу протянул мне. Слава Богу, это был Денька, как обычно полный энтузиазма и довольный жизнью. Я ему сказала, что потеряла телефон и что немножко заболела, но уже все в полном порядке. Он мне долго в подробностях описывал праздник осени. Эти разговоры, веселая болтовня брата, который вечно перескакивал с темы на тему, меня всегда успокаивали. Успокаивали и немного приглушали голос совести, вопившей, что я бросила единственного родного человека, спровадив его куда подальше и переложив заботу о нем на чужие плечи.
  
  - Позвони нашему директору, - вставил Денька и продолжил очередной рассказ, на этот раз о том, какую красивую картину он нарисовал, и как его хвалила за это учительница.
  
  - Подожди, солнышко, зачем мне директор? - сразу насторожилась я.
  
  - Не знаю, зачем, она тебе звонила, а ты же телефон потеряла и поэтому не ответила, - и брат продолжил болтать о своем. Только я уже не могла сосредоточится на его рассказах - слишком волновалась. Разговор с директором и так не предвещал хорошего, а в моей ситуации мог даже означать опасность для мелкого. Охрана в школе хорошая, но не настолько, чтобы защитить от тщательно запланированных действий. В моем положении именно таких действий можно ждать. Господи, они ненормальные, что ли, почему они привязались именно ко мне и почему так дерутся за копейки.
  
  Какая-то мысль пыталась зародиться в пострадавшей голове, но никак не оформлялась. Что-то тревожно скреблось, царапалось и пыталось пробиться сквозь стены. К тому же, у меня не было времени и возможности додумать ее до конца. Пока я отыскала номер телефона школы, пока дозвонилась и выяснила, что это - всего лишь пост охраны, пока раздобыла номер директора, было уже совсем поздно, но трудяга - Валентина Ивановна все еще несла свою вахту. Сообщила она не о повышении оплаты, на что я втайне надеялась, а о том, что брата хотел навестить дядя, явившийся ненадолго из-за границы. Хорошо, что я сразу предупредила, что мы не имеем никаких родственников, и посещения возможны только по моему личному разрешению.
  
  Еще раз напомнив, чтобы к Деньке никого не допускали, я отключила телефон и задумалась. Беспокойная мысль не оставляла меня, продолжая играть в прятки. Все попытки ухватится за ее наглых хвостик, то и дело мелькающий в воображении, не давали результата. Еще и голова разболелась от бесплодности попыток.
  
  - А давай-ка я тебя накормлю, - услышала я голос Олега. Погруженная в размышления, я не заметила, что он уже проснулся и внимательно за мной наблюдает.
  
  - Давай, - покорно согласилась я. Пусть хомячить среди ночи и не входит в мои привычки, но после продолжительного вынужденного голодания, идея пришлась очень кстати.
  
  К моему недовольству, все, чем меня решили порадовать сегодня, был куриный суп (не скажу, чтобы он относился к списку любимых блюд, впрочем, это я уже привередничаю) и зеленый чай без сахара. Кто посадил меня на жесткую диету, я так и не поняла, но возмущаться не стала - мало ли, как отреагирует хозяин, выгонит еще, а мне это вовсе ни к чему.
  
  - Слушай, а ты откуда взялся? - осенили меня вдруг. Раньше появление Олега воспринималось чуть ли не как естественное событие. - И как я оказалась здесь? Сюда же ехать от Города почти сутки!
  
  - Пошли соблюдать постельный режим, и я все тебе расскажу в качестве колыбельной, - меня в очередной раз доставили до кровати и опять завернули в одеяло. - Я, наверное, с силу собственного эгоцентризма, в свое время был свято уверен, что ты тогда сбежала от меня. Не стал искать, решил, что раз уж тебе настолько неприятно мое общество, то этого делать просто нет смысла. Единственное, время от времени смотрел в соцсетях переписку твоих однокурсников, вернее, попросил моего системщика просматривать, не появится ли какая-нибудь информация о тебе. Недавно она появилась, и я решил, что тебе может понадобится помощь.
  
  - Что же там было написано, что ты пришел к подобным выводам?
  
  - Где тебя видели, и что выглядишь ты не лучшим образом... В общем, послал я людей, чтобы посмотрели на тебя со стороны и проверили. Они немножко опоздали, поэтому перетрусили и вместо больницы сразу повезли тебя сюда.. Идиоты, что с них возьмешь. Кстати, говорят, ты все время твердила о какой-то флэшке.
  
  - Стой! Я вспомнила! Это же не за деньгами приходили!.. Подожди-ка, а сам ты отношения к этому точно не имеешь? - с душу закрались самые неприятные подозрения. Пусть Олег и не мог быть причастен к моей истории никоим образом, но... паранойя не дремлет.
  
  - Если буду знать, что ты имеешь в виду под многозначным словом 'это' - признаюсь честно. Рассказывай, куда ты умудрилась вляпаться.
  
  Я постаралась изложить все, как можно быстрее, но, не пропуская важных деталей, предположила, что обе части истории (связанная с флэшкой и связанная с деньгами) могут иметь общее происхождение и в конце спросила прямо еще раз, не замешан ли Олег во всем этом. Он даже отвечать не стал на последний вопрос, только отмахнулся, как от полной глупости, впрочем, я сама мало в это верила, слишком много нестыковок здесь было.
  
  - Мы не можем сидеть в засаде и дожидаться, когда они ударят снова! - решительно сообщил Олег. - Но, чтобы опередить их, надо, как минимум, знать, кто "они". Для этого нужна флэшка, как ни крути. Можно, конечно пойти в обход, - добавил он, увидев, что в моих глазах вновь вспыхнуло подозрение, - но это займет намного больше времени.
  
  - Нет у меня флэшки. Была бы - отдала бы сразу, только чтобы меня оставили в покое. Не знаю, что там, но если папа решил, что может рисковать жизнью ради этого, я не согласна с ним совершенно. Не намерена рисковать ни собой, ни, тем более, братом.
  
  - Правильно. И все-таки, почему ее ищут именно у тебя?
  
  - Понятия не имею. Я все перерыла, проверила всю квартиру родителей и бабушки - ничего. Нашла несколько со всякой ерундой, я тщательно открыла все папки, но ничего в них не было. Есть еще моя личная, на там только материалы по учебе и фотографии, вряд ли они могли кого-то сильно заинтересовать.
  
  - Поскольку больше ничего у нас нет, начнем с нее, - предложил мужчина. - Она была в сумке?
  
  - Не помню точно, там дырка в подкладке в кармане, возможно, она и валяется где-то в глубине. Давно ее не видела.
  
  Олег позвонил и потребовал срочно принести мои вещи. Через несколько минут он уже бесцеремонно высыпал содержимое прямо на пол перед кроватью. Не успела я возмутиться, как стала свидетелем еще более обескураживающей сцены: прямо на моих глазах, ничуть не смущаясь, мужчина разодрал подкладку моей нежно любимой сумочки и достал кучу всякой мелочи. Флэшка в этой куче присутствовала, но я только фыркнула: моя вещь пала в неравном бою без всякого смысла, ничего интересного здесь мы не найдем.
  
  Олег вставил ее в заранее принесенный ноутбук и начал спрашивать меня о содержимом многочисленных папок. О некоторых я не помнила ничего, но в них, естественно, была та же ерунда, типа набросков рефератов или экзаменационных вопросов. На 'Новой папке 12' я выдохлась и взмолилась об отдыхе, мне, кстати, все эти ноутбуки категорически противопоказаны врачом. Олег скомандовал мне спать, а сам остался на моей кровати копаться в моей же флэшке. Как-то слишком быстро он влез в мою жизнь!
  
  Проснувшись от негромкого радостного вскрика, я с удивлением уставилась на мужчину:
  - Неужели что-то нашел?
  
  - Посмотри... только не говори, что это - материалы по экономике, - Олег сунул мне под нос свой ноут. Договор продажи имущества, какие-то соглашения и так далее.
  
  - Не скажу, - ошарашено отозвалась я. - Слушай, я ведь уверена была... Черт! Столько времени потеряно только потому, что я - такая дура! - я застонала от возмущения собственной тупостью и снова повалилась на подушку. Вся эта беготня, весь страх, да то же избиение, в конце концов! Все только потому, что я не искала, как следует.
  
  - Ничего, малыш, пришла пора кому-то оплатить все твое потерянное время, - торжественно пообещал он.
  
  Я вскочила так резко, что голова начала кружиться:
  - Не надо лезть туда! Не хочу, чтобы еще и ты пострадал! Даже не думай!
  
  - Ох, надо же! Кто это у нас тут раскомандовался? Ты что-то попутала, но я напомню: я сам могу определиться, что мне делать, а что нет. Учитывая твое состояние, все же скажу, что мне ничего не грозит - не станут они со мной связываться. Твой отец погиб только потому, что полез в дело не своего уровня. С ним никто не стал даже разговаривать. Если честно, я бы тоже не стал, - закончил отповедь Олег, заставив меня испуганно сглотнуть. Он в один миг превратился из обычного человека в хищника, перед носом которого промелькнула очень аппетитная добыча. Эти превращения меня и пугали и зачаровывали. На всякий случай, отодвинулась, как можно дальше. - Меня не будет несколько дней. На тумбочке твой новый телефон, мой номер вбит, но он только для чрезвычайных ситуаций. Пока о тебе позаботится Марина. Все понятно?
  
  - Так точно! - отсалютовала я. - Звони хоть иногда, чтобы я знала, что с тобой все в порядке...
  
  - Со мной все будет в порядке, - смягчился мужчина, - и я обязательно позвоню. Выздоравливай, - он наклонился и легко коснулся губами моих губ.
  
  Через мгновение я осталась одна, совершенно сбитая с толку, изнывающая от страха и разочарованная... Разочарованная краткостью его прощального прикосновения.
  Глава 6
  
  Почти неделя прошла в странном сомнамбулическом состоянии: Марина постоянно пичкала меня успокаивающим отваром, так что большую часть времени я спала. Вернулся кашель, по всей вероятности, прекратившийся из-за шока, поднялась температура, так что, даже в краткие моменты бодрствования, голова соображала плохо. Когда приходила в себя, я начинала дико нервничать, и Марина, которую, наверняка, раздражало мое мельтешение, снова вливала в меня свой жуткий отвар. Олег честно выполнял обещание и звонил регулярно, каждый вечер. Иногда мы разговаривали очень долго, иногда он бросал пару коротких фраз и отсоединялся, но я знала, что с ним все в порядке. Пока в порядке...
  
  Я не просто ждала, когда он вернется, я жаждала его возвращения. Наверное, я еще никого и никогда так не ждала за всю жизнь. К тому же, мне не удавалось избавиться от уверенности, что стоит только появиться Олегу, отступят разом и все проблемы, и все болезни, и я снова стану такой, какой была до смерти родителей: уверенной в себе, никому не дающей спуску, молодой (в последние годы я чувствую себя много повидавшей и много испытавшей старушкой) и почти красивой.
  
  По большой глупости и с тоски, все это я изложила Марине (а с кем еще делиться наболевшим, когда кроме нее нет ни души, не к бежать же к сторожу), получив на следующий день маникюршу и косметолога. Эти две служительницы богов красоты и гламура утомили меня так, причем в первый же день, что я стала сочувствовать всяческим светским лицам и подобным им, которых раньше считала бездельницами. Не знаю, кому как, а по мне все эти спа-процедуры ничуть не похожи на отдых, скорее, на упорный труд. Было скучно, давно надоело лежать на одном месте и слушать пустую болтовню девушек, пытающихся не только превратить меня в красавицу (задача изначально невыполнимая), но и развлечь светской беседой. Однако, когда меня, наконец, отпустили на свободу, я, уже не ноя и не жалуясь, согласилась на очередную серию экзекуций через день, когда к косметологу присоединится еще и парикмахер.
  
  Если бы не Олег, я бы, конечно, не согласилась, как бы мне ни нравился результат. И дело было вовсе не в том, что я хотела очаровать его, совсем не так... Мне было неловко: он мало того, что решал мои проблемы, одну сложнее другой, еще и был вынужден наблюдать перед собой то кошмарное создание, что я являю собой на данный момент. Пусть хоть получает удовольствие, глядя на меня, насколько это возможно. Я обнаглела настолько, что попросила Марину приобрести для меня косметику и, имея стойкое намерение встретить хозяина дома во всей красе, периодически наносила макияж. Но разве мог Олег вернуться, как нормальный человек? Конечно, нет! Он явился среди ночи, когда я спала в своей теплой постельке, не только не накрашенная, но и в жуткой фланелевой пижаме, неопределенного цвета, приобретенной, опят-таки, Мариной, по случаю моей болезни.
  
  Я проснулась не из-за шума, и не из-за того, что он беззастенчиво влез в мою постель, даже не потому, что Олег сграбастал меня, прижав к себе - нет, все эти действия меня ничуть не потревожили. Меня разбудил его запах, описать который я бы в жизни не смогла. Для меня этот аромат имел единственную ассоциацию - он был намертво связан в моем воображении с Мужчиной. Я в один момент растеряла всю сонливость и прильнула к нему, пытаясь отогреть, поделиться своим теплом.
  
  - Все в порядке? - спросила, так и не придумав ничего умнее.
  
  - Все хорошо, спи, я очень устал, расскажу позже, - уже сонно пробормотал Олег и тут же вырубился.
  
  Мне оставалось только тупо пялиться на его подрагивающие ресницы, на морщинку между бровей, не разгладившуюся даже во сне, наслаждаться его прикосновениями и впитывать ощущение близости. Я поймала себя на том, что глупо улыбаюсь, рассматривая мужчину с умилением, и пришла в ужас: так я же влюбилась! Все признаки на лицо: я скучала, когда его не было, я получаю удовольствие от того, что он рядом, я им восхищаюсь, и (о, Боже!) я впервые поняла, что он реально красив. Не так, как раньше, признавая, что такой тип мужчин может нравится некоторым, а так, что не могла глаз отвести, а внутри меня все замерло и отмирать не хотело.
  
  Я влюбилась в человека, который меня изнасиловал?! Что со мной?!.. Впрочем, чем дольше я его рассматривала, тем отчетливее понимала, что этот Олег не имеет ничего общего с тем незнакомцем, на которого я случайно натолкнулась у входа в клуб.
  
  
  
  Через некоторое время я поняла, что рассматривать одно и то же в течение долгого времени - скучно, глаза начали закрываться сами собой, но я дала себе твердое обещание: проснуться пораньше и привести себя в порядок. Мои благие намерения столкнулись с жестокой реальностью в виде крепкой мужской руки, не дававшей не только выбраться из захвата, даже пошевелиться. Из-за этого спала я очень плохо и постоянно просыпалась, но так и не встала, не только потому что не могла, но и потому, что было жутко лень и страшно хотелось подремать еще... Еще немножко... Еще пять минут... Начнет рассветать, и встану... Нет, пожалуй, еще очень рано, вот станет совсем светло, и тогда... В итоге, когда я открыла заспанные глаза в очередной раз, натолкнулась на внимательный, изучающий взгляд Олега. Нет, это просто возмутительно! Разве можно так пялиться на заспанную девушку, не успевшую даже умыться?!
  
  Я принялась вырываться из хватки и, наконец, преуспев, рванула диким парнокопытным в ванную. Не выходила я намеренно долго, а когда была выполнена почти вся программа максимум по превращению лягушки в принцессу, аккуратно выглянула в спальню, надеясь, что Олег понял очень тонкий намек и освободил мою территорию. Как ни странно, мечты осуществились, и я поспешила к входной двери, чтобы закрыть ее на замок. Оставалось самое сложное - одеться привлекательно, но не нарочито. Начала с шикарного комплекта нижнего белья - теперь я буду чувствовать себя даже не принцессой, а настоящей королевой, что бы ни было сверху. Сверху были узкие черные джинсы и простая черная же облегающая футболка. Для кашля, так и не покинувшего меня окончательно, больше подошел бы теплый свитер с высоким горлом, но раз уж я решила выглядеть так, чтобы на меня хотелось смотреть, не отрывая глаз, приходится идти на жертвы.
  
  Я спустилась на первый этаж, надеясь найти хозяина дома там, и не ошиблась: Олег вальяжно раскинулся на диване в гостиной, держа ноут на коленях.
  
  - Наконец-то, - недовольно брякнул он, - я, между прочим, есть хочу!
  
  - Ждешь, когда я покормлю тебя с ложечки? - не сдержалась я.
  
  - Жду, когда одна неблагодарная грубиянка составит мне компанию, - проворчал он, вставая.
  
  - Я даже не знаю, есть ли повод для благодарности, - нагло заявила я, - ты же мне ничего не рассказал.
  
  - Сначала надо накормить, напоить и спать уложить, и только потом пытать.
  
  - Ты пропустил 'баньку затопить', а потом можно и не пытать, а сразу в печку сажать, - понесло меня в очередной раз. А все виновато чувство неловкости! Зря я все-таки так старалась: Олег, и правда, глаз от меня не отводит, но этот факт вовсе меня не радует, гораздо больше смущает. А когда я смущаюсь, становлюсь агрессивной.
  
  - Что-то ты дерганая сегодня... Нервничаешь? Я же сказал, что все хорошо закончилось... - Олег еще немного понаблюдал, как я намазываю масло на тост и размешиваю сахар, и вдруг неожиданно прозрел, заставляя меня нервничать еще сильнее: - ты дергаешься из-за моего присутствия! Странно, я думал, мы уже преодолели этот этап отношений.
  
  - Каких еще отношений? - махнула я рукой.
  
  - Почти никаких, - согласился он. - Одно мне непонятно, ты этому рада, или тебя этот факт огорчает?
  
  - Давай не будем углубляться в психологию, - фыркнула я. - Лучше не томи и расскажи, что было, - мне просто необходимо срочно переключиться и поменять тему.
  
  - Не будем. Это - твое, - и на стол полетела карта. Не игральная, конечно. Повертев ее в руках и рассмотрев внимательно, я обнаружила слово 'DEBIT', заставившее меня немало удивиться. О существовании не кредитных карт я только слышала, но не видела их ни разу.
  
  - Что это? - настороженно спросила, на всякий случай, выпустив кусочек пластика из рук.
  
  - Плата за информацию, которая была на флэшке.
  
  - Много?
  
  - Тебе хватит надолго.
  
  - Спасибо... Совсем ничего не хочешь рассказать? Мне больше ничто не угрожает?
  
  - Всем нам что-нибудь угрожает, - философски изрек Олег. - Сосульки с крыш, пьяные водители, горшки, падающие из окон и так далее. От тех, кто искал флэшку, тебе не грозит ничего. Только...
  
  - Всегда так! Стоит услышать хорошую новость, как обязательно возникает слово 'только'!
  
  - Не так уж все и страшно, - равнодушно пожал плечами мужчина, - тебе придется пожить некоторое время у меня.
  
  - Некоторое время? - насторожилась я. - Это сколько?
  
  - Год, два, пока все успокоятся и забудут об этой истории. Мое участие в ней было необходимо чем-то объяснить. Так что для всех ты с этого момента моя... - видимо, Олег пытался подыскать наиболее тактичное определение, чтобы 'смягчить удар'. Только в этом уже не было необходимости: слова по поводу года-двух ввергли меня в такой шок, что вряд ли что-то могло потрясти меня сильнее.
  
  - Любовница, - мрачно помогла я. - И как ты себе все это представляешь?
  
  - Примерно так же, как сейчас. Тебя что-то не устраивает? - сразу напрягся Олег. Кто-то очень не любит, когда за его благодеяния ему не кланяются в ножки? Это мы уже проходили. Нет, не надо говорить, что я - неблагодарная свинья, я очень даже благодарна, ценю и готова многое сделать для него в ответ. Но потерять еще два года? Именно тогда, когда могла бы начать жизнь заново?
  
  - Все прекрасно. Всегда мечтала жить за чужой счет, так что не могу вообразить ничего лучше. Все просто замечательно.
  
  - Можешь пойти работать, если тебя так беспокоит именно этот момент. Я-то думал, что проблемы будут из-за другого.
  
  - Из-за почетного звания твоей сожительницы? Знаешь, меня это не оскорбляет, а мою жизнь никак не усложняет, так что не вижу повода жаловаться.
  
  - Не усложняет? Я как же личная жизнь? Или ты думаешь, что сможешь делать, что захочешь?
  
  - Плевала я на личную жизнь, этот вопрос интересует меня меньше всего.
  
  - То есть, ты согласна, - перевел на собственный язык то, что говорила я Олег.
  
  - То есть, ты меня совершенно не слышишь... Единственное, что тебя волнует, не подпорчу ли я твой имидж. Я могу не согласиться?
  
  - Нет.
  
  - В таком случае, не вижу нужды спрашивать мое мнение, - я горжусь собой: за весь этот странный разговор я ни разу не сбилась со спокойного дружелюбного тона. Даже если я говорила то, что ему было неприятно, делала это так, что Олег ни разу не взбрыкнул, не ушел, оскорбленный в лучших чувствах, не обозвал меня нехорошими словами. Одно из двух: либо я выросла, поумнела и научилась с ним общаться, либо он поумнел и научился держать себя в руках. Впрочем, оба варианта не кажутся мне особенно реальными.
  
  - Держи, это - бонус за хорошее поведение, - и передо мной приземлился еще один кусочек пластика. Что он умеет, так это удивить. И пусть слова о 'хорошем поведении' почти заставили меня разозлиться, удивление быстро преодолело злость.
  
  - Объясни уже хоть что-то! - не выдержала я загадочного молчания мужчины. - Это же просто невыносимо!
  
  - Деньги с твоего счета переведены в более надежный банк...
  
  - Без моего ведома?! Хорошенькое дельце!
  
  - Я и говорю 'в более надежный банк'. Как ты умудряешься все время вляпываться, меня продолжает удивлять. Где ты нашла эту шарашкину контору? Впрочем, можешь не отвечать, вопрос чисто риторический. Плюс еще двести тысяч за моральный ущерб, - вот тут Олег продемонстрировал такую победную улыбку, что я сразу поняла, насколько он гордится проделанной работой. Что же, имеет полное право.
  
  - От того самого банка? - изумленно спросила я.
  
  - Нет, от одного не в меру активного руководителя лично. Который обнаружил, что там имеется вклад одной глупенькой девочки, делающей ремонт в его доме, и не упустил возможности воспользоваться этим вкладом.
  
  - То есть это - две отдельные, совершенно не связанные друг с другом истории?
  
  - Точно.
  
  - Знаешь, вот теперь я почти уверена, что после встречи с тобой я стала образцом неудачливости, - вместо очередного 'спасибо', пробормотала я.
  
  - До сих пор жалеешь о нашей встрече? - напряженно поинтересовался Олег.
  
  Как ни странно, вместо того, чтобы выдать первое, пришедшее в голову, я задумалась. С одной стороны, за время нашего знакомства со мной случилось столько всего, что никто не позавидовал бы. С другой... с другой моя жизнь перестала быть поездкой на серой набитой электричке посреди бескрайнего скучного поля. Моя жизнь превратилась в нечто, подобное американским горкам, и я говорю вовсе не о постоянных неприятностях, в которые попадаю. Я имею в виду исключительно общение с этим странным непредсказуемым мужчиной.
  
  - Нет, не жалею, - честно ответила я.
  
  
  Глава 7
  
  
  ал.Мне потребовалось несколько месяцев совместного проживания с Олегом, чтобы сначала честно признаться хотя бы самой себе, что я влюбилась окончательно и бесповоротно, целиком и полностью, в общем, по самые уши. В такого, как он, не влюбиться трудно: Олег - умный, интересный, яркий, сильный, решительный, упорный, знает так много, что я периодически ловлю себя на том, что слушаю его с открытым ртом и, определенно, все мои бывшие институтские друзья-приятели рядом с ним не стояли. Они проигрывали в этом конкурсе еще до его начала. Нет, были у него и отрицательные качества: абсолютная необузданность в моменты гнева (когда он зол, лучше бежать и прятаться сразу), нестабильность настроения, его очень легко вывести из себя и, самое главное, ты никогда не догадаешься, что именно заставит его взорваться, он любит, чтобы все было так, как он захочет и так далее. Олег сам признался, что ни одна женщина не могла терпеть его дольше месяца, несмотря на деньги и прочие бонусы. Для меня же, сама не знаю, по какой причине, все его недостатки, которые я вижу прекрасно и понимаю, насколько они велики, не столь значительны. Кажется, я бы уже не смогла вынести скуки отношений со спокойным, стабильным человеком. Мне доставляет удовольствие океан, с его десятибальными штормами, в котором я оказалась. И мне удается держаться на плаву, причем это не вызывает затруднений.
  
  Сложнее было признаться (опять же исключительно себе, эту тайну я ни за что не выдам больше ни одному человеку), что я его хочу. Я списывала свои ощущения на что угодно: фазы месячного цикла, погоду, пятна на солнце, повышение и понижения давления и довольно долго это прокатывало. Довольно долго, но не вечно. Пришлось согласиться, что у меня тоже может возникнуть сексуальная неудовлетворенность и желания, связанные с этим. Он же не делал никаких шагов в необходимом мне направлении. Это начинало уже бесить: мы жили, как супруги-пенсионеры. Проводили вместе все свободное время, обсуждали события настоящего и планировали будущее, и ни малейшего физического контакта. Был не только наложен негласный запрет на сон в одной постели или неожиданные появления в спальнях друг друга, что совершенно не смущало нас раньше, Олег даже не касался меня, что было довольно сложно. Так что со временем я поняла: он делает это специально. Стало совершенно ясно, что в противовес моему отношению, он не испытывает ко мне никакого интереса, во всяком случае, не как к женщине. Как к другу, возможно, но не более. Это удручало и усложняло мою, и без того непростую, жизнь.
  
  При всей своей незаинтересованности, Олег входил в нее все глубже и все больше занимал в ней места, и я уже представляла, чем это закончится для меня.
  
  Это он нашел мне работу, и теперь я помогала одному из самых модных дизайнеров интерьера в городе. Конечно, я выполняла черновую работу, вроде поиска и закупки материалов, но иногда, очень редко, Лаура (я подозреваю, что это - не настоящее имя моей начальницы) доверяла и что-то более интересное и серьезное, а в последнем месяце даже пару раз брала на встречи с клиентами. Она не просто использовала меня в качестве дешевой (а платили мне совсем немного) рабочей силы, а готовила к тому, что когда-нибудь, пусть и очень нескоро, я начну работать самостоятельно. Так что работа мне нравилась, как я ни хотела от нее отказаться поначалу. Единственное, с чем я не могла смириться до сих пор, что если бы не протекция Олега, в жизни я не получила бы это место. Я и так обязана ему выше крыше, и со временем процесс только усугубляется.
  
  Олег же заставил меня заниматься, записав на курсы для выпускников, потому что, по его мнению, я обязана была получить образование, так что сейчас в мои ближайшие планы входила очередная сдача ЕГЭ. Правда, в отличии от мамы, он хоть и выбрал сам мою будущую специализацию, спорить я не стала, он направлял меня заниматься тем, что мне нравилось самой. Специальность 'Художественное проектирование жилых и общественных интерьеров' в местном универе меня вполне устраивала, хотя были большие сомнения, что я пройду конкурс. Еще я закончила курсы вождения и теперь управляла небольшим Хёндай, недавно появившимся в гараже Олега, как он настойчиво утверждал не из-за меня, а 'просто подвернулась по случаю'. И мне снова пришлось соглашаться, так как поселок, где я временно жила, был совершенно не обеспечен общественным транспортом.
  
  И, наконец, самое неприятное для меня: он исхитрился подружиться с Денькой и завоевать его доверие. Я долго умудрялась избавиться от общества Олега, когда ездила в школу, пока он, не предупреждая, не последовал за мной. Надежда на то, что брат его не примет, что будет меня ревновать и общаться откажется категорически, разбилась почти мгновенно. Видно, мелкий слишком скучал по папе, и в его жизни слишком не хватало мужчины. Теперь каждый телефонный разговор начинался с вопроса: 'Как Олег?' и заканчивался просьбой дать ему трубку.
  
  Не боюсь повториться, я влипла, и как буду из всего этого выпутываться, понятия не имею.
  
  Кстати, что касается моих друзей, теперь, пожалуй, уже бывших. У них все прекрасно. Славик женился, вылетел, правда, из универа, но выгодный тесть устроил его на очень хорошую работу, так что Зая в шоколаде и стервозность молодой жены (а все друзья снова жалуются на невыносимый характер его новой подруги, видно, такова его судьба) ничуть его не огорчает. Митя уже год встречается с девочкой из нашей группы, которая заявила мне, что он наконец-то избавился от роли няньки и зажил куда лучше прежнего. Обидно, конечно, уж с ним мы всегда были на равных, и я помогала другу не меньше, чем он мне. Ну, да главное, чтобы он был счастлив. Нэлька удивила всех, переведясь на заочный и уехав в Чехию. Там у нее обнаружилась какая-то неземная любовь, так что назад подруга не возвращается и времени на общение со мной почти не имеет.
  
  А меня теперь ожидают новые знакомства, если поступлю, конечно. Правда, теперь я буду старше всех почти на пять лет, так что даже не представляю, как сложатся отношения с новыми одногруппниками. Гораздо больше на данный момент меня интересует общество одного человека, который не имеет отношения ни к тем, с кем я училась раньше, ни к тем, с кем, возможно, буду учиться. К чему они приведут, как и когда закончатся и смогу ли я оклематься после их окончания - вопросы дня на данный момент. И я пережевываю их сегодня в сотый раз, готовя мясное рагу по поводу выходного. Надо же чем-то себя занять, тем более, что Марине тоже иногда необходим отдых. Да-да, не удивляйтесь, именно рагу, не яичница, не омлет и даже не гречка, на мелочи я теперь не размениваюсь и сомнений по поводу результата не имею. Оказалось, что я не настолько тупая, чтобы не освоить кулинарное искусство, возможно, раньше не хватало желания, или учителя были не те.
  
  Я настолько увлеклась размышлениями и тщательным подбором специй для блюда, что, наверное, впервые за все это время, не услышала, как приехал Олег. А может, у меня появились проблемы со слухом: не заметить ни стука входной двери, ни всех тех звуков, что производит мужчина, раздеваясь и разуваясь (а этот мужчина никогда не был особенно тихим), да вообще, не почувствовать, что за твоей спиной кто-то стоит, это же настоящий талант нужен. Я обнаружила, что не одна, только когда, обернувшись, оказалась в объятиях, распахнутых с целью сохранить мое равновесие и, возможно, жизнь. Если бы не помощь Олег, я бы от неожиданности, наверняка свалилась, и не факт, что не зацепила бы жаровню с плиты. При нынешней везучести, стоит ожидать самых ужасных последствий.
  
  - Ты зачем так пугаешь! - возмутилась я, все еще находясь в объятиях. И что он так вцепился? Заклинило, что ли? Сердце бешено стучало от испуга, хотя, кажется, уже не только от этого. То, что Олег на меня воздействует как-то неправильно, я уже говорила, только раньше я все время была от него на приличном расстоянии, а сейчас... Надо бежать, иначе могут быть жертвы!
  
  Но бежать я не успела, потому что Олег, до этого рассматривавший меня со странным выражением лица, слегка приподнял меня, перехватив под попу, и поцеловал. Не знаю, так ли хорошо он целуется, возможно, просто-напросто у меня слишком долго не было никаких близких контактов с мужчинами, но у меня реально отказали все мышцы, и соображать я совершенно перестала, иначе, как еще можно объяснить тот факт, что я принялась отвечать ему со всем энтузиазмом. Знала же, что добром это не закончится!
  
  Нет, поначалу все было не то, что неплохо, все было прекрасно, невероятно, сногсшибательно и так далее. Даже проснувшись ближе к полудню следующего дня после непродолжительного сна, в спальне Олега в его объятиях, я все еще наивно продолжала считать, что все прекрасно. Еще бы! Не просто секс, а секс со знаком качества, да еще и неоднократный - можно завидовать самой себе! Впрочем, он мгновенно поставил меня на место. А нечего было губу раскатывать и на что-то надеяться. Откинувшись на спину с довольной улыбкой, он выдал буквально следующее:
  - Похоже, ты все-таки меня простила... Неужели я наконец-то смогу вздохнуть спокойно?
  
  Мое сердце замерло только на мгновение, я очень быстро пришла в себя. И слишком быстро осознала, что означают его слова.
  
  - А тебя так сильно мучили угрызения совести? - смогла выдавить я, спеша убраться как можно дальше.
  
  Я скрылась в своей комнате и поспешила в душ. Включила воду настолько горячую, насколько могла терпеть и стала тщательно оттирать тело, выдавив почти половину из бутылочки с гелем. В очередной раз я смывала с себя прикосновения Олега. Я слишком хорошо поняла, что значили его слова: все, что он делал для меня - не потому, что хотел помочь, и уж конечно не потому, что питал какие-то чувства (хотя бы жалость), только потому, что пытался 'замолить свой грех'. Что же, пусть считает, что справился с поставленной задачей. А того, что за это время успел совершить преступление пострашнее, заставив меня влюбиться в того, кому была совершенно не нужна, еще и развел на секс с ним, прекрасно зная, что продолжения не будет, он не поймет, в любом случае. Наверняка он уверен, что не сделал ничего плохого. Вернее, делал для меня исключительно хорошее. Разве качественный секс не входит в 'хорошее'? А дурацкие требования непонятно чего, стоит оставить при себе, не так ли? И в собственных разочарованиях виноваты только мы сами, тем более, когда никто ничего не обещал.
  
  
  Завтрак (вернее, обед) прошел в 'теплой дружеской обстановке': я хмуро молчала, пытаясь запихнуть в себя хотя бы кусочек, Олег же был вполне доволен и собой, и жизнью в целом.
  
  Как только он шагнул за порог, я принялась за поиски квартиры. Надо уходить, пока не поздно, пока меня не покинула решимость, пока я не повалилась на колени, вся в слезах и соплях с истошным воплем: 'Не гони меня!'. Утрирую, конечно, но, пора честно признаться, что я где-то на грани между 'Пошел на ...' и признанием в любви. Не хотелось бы озвучить ни первое, ни второе, поэтому лучше будет, если я уйду молча. Не совсем молча, попрощаться придется, иначе выйдет совсем уж по-хамски, но объяснения необходимо свести к минимуму. Иначе я тупо разревусь.
  
  Оказывается, найти жилье в нашем городе не так уж и сложно. Тем более, если из требований - только низкая цена (экономия - наше все) и район (чем дальше от трассы, связывающей город и поселок, где живет Олег, тем лучше). Еще меня подкупило то, что оплата требовалась не за месяц, а за две недели, то есть за это время я смогу найти что-то более подходящее, если окажется совсем кошмар.
  
  Собрала вещи в сумку и хмыкнула, осознав, что в очередной раз развела Олега на коллекцию нижнего белья. На очередные пару лет хватит. Из одежды взяла только то, что на мне и пресловутую байковую пижаму. Пусть мои вещи никогда не понадобятся хозяину дома, брать их с собой мне казалось не вполне приличным. Зубная щетка, косметика - и я готова. Надо будет мотнуться к тете Тасе, забрать оставшиеся там вещички. Особо не разбогатею, но у нее хранится все то, что связывает меня с прошлой жизнью: альбомы с фотографиями, мамина любимая чашка, папины часы, бабушкина брошь и серьги Виты. Этому не было места в доме Олега и в моей жизни с ним, пожалуй, тоже. А сейчас наступает самое время лить слезы и вспоминать тех, кто ушел навсегда. Вспоминать не то, как мне причинили боль, а то, как я была счастлива.
  
  Ничего, я справлюсь, как всегда. Съезжу к Деньке, к Тасе, потом вернусь к работе и подготовке к экзаменам, загружу мозг полностью, сделаю так, чтобы возвращаясь вечером домой думалось исключительно о том, как бы доползти до кровати, чтобы не лезли ненужные мысли. Я это уже проходила - ничего нового. Тогда было гораздо сложнее, а сейчас... сейчас так, ерунда, не стоит особого внимания. История проста до пошлости: она его любит, он ее - нет, такое случалось уже миллионы раз до меня и еще миллионы случится после. Жаль, от осознания этого не становится менее больно.
  
  Остаток дня я провела, наблюдая за подъездной дорожкой, и стоило появиться машине Олега, заказала такси. Не хочу долгих прощаний. Моя сумка уже стояла внизу, ближе к выходу, но была не видна с того места, где сейчас находился мужчина. Однако, я уже заметила, насколько он напрягся, войдя внутрь. Интересно, он по моему лицу мгновенно определил, что что-то не так? А что не так? Все прекрасно! Ему повод порадоваться.
  
  - Олег, я тут подумала, что никто не будет следить, сколько дней мы провели вместе. Ты меня продемонстрировал, представил, если кто и поинтересуется, можно сказать, что надоела, и ты меня выгнал. Несколько месяцев, год, два - на самом деле, разница незначительная. А мне уже пора, я и так задержалась.
  
  - Куда же ты так спешишь? - холодно поинтересовался мужчина.
  
  - Мне надо самостоятельную жизнь начинать. Сколько можно жить за твой счет?
  
  - Да, ты меня просто разорила. Еще бы пара дней, и не знал бы, откуда брать средства на твое содержание. Тебе говорили, что ты слишком много ешь?
  
  - Не ерничай, пожалуйста. Мне пора, пока еще не поздно.
  
  - Не поздно для чего?
  
  - Для меня.
  
  - Что, моя помощь больше не требуется, не стоит тратить на меня время и дальше? Считай, я не в обиде, ты и так продержалась рекордный срок - больше полугода.
  
  - Ты знаешь, что я никогда не испытывала дискомфорта в общении с тобой. Дело не в этом.
  
  - Конечно... дело всегда не в этом... До следующего раза, когда потребуется моя помощь?
  
  - В следующий раз, когда потребуется твоя помощь - держись от меня подальше.
  
  - Почему?
  
  - Потому, что мне пора учиться справляться с проблемами самостоятельно.
  
  - Учись, если надо, - равнодушно ответил Олег и пропустил меня к выходу.
  
  Он прошел мимо и поднялся наверх, даже не попрощавшись. Чего-то подобного я ожидала. Очередной удар по самолюбию, только в этот раз я совсем не хотела его наносить.
  
  Глава 8
  
  Я приехала по адресу в объявлении, поднялась на последний, пятый этаж и постучала в обшарпанную дверь. Звонок был, но висел на одном проводе, так что пользоваться им я не рискнула. Дверь открыла женщина неопределенного возраста с явными следами злоупотребления определенными напитками на лице. Видимо, она стремилась как можно быстрее поправить здоровье, потому что не стала давать наставлений, быстро показала документы, отдала ключи, забрала деньги и испарилась. Квартира была грязной и неуютной, но на исправление недостатков сейчас не имелось сил. Все на что меня хватило - спуститься к ближайшему магазину и купить комплект постельного белья, полотенца и одноразовую посуду. То, что хранилось в шкафах для пользования квартирантов у меня лично не вызывало ни малейшего доверия.
  
  Я вернулась, постелила и завалилась спать с намерением встать завтра пораньше, чтобы успеть постирать белье - всегда терпеть не могла запах магазина.
  
  Проснуться пораньше удалось, благодаря будильнику, а вот встать - нет. Я определенно заболела, и заболела конкретно, о чем свидетельствовали сложности с тем, чтобы добраться до уборной. Голова кружилась так, что я чуть не упала, поднялась температура, пусть у меня и нет градусника, но судя по тому, что меня то бросает в жар, то в холод и по ломоте во всем теле, можно сделать выводы. Когда я успела подхватить вирус? Только вчера все было в относительной норме.
  
  Я с трудом добралась до уборной, чтобы плеснуть воды в лицо и справить естественные потребности организма - какая-то запредельная слабость, еще и головокружение, не хватало в обморок грохнуться - потом до кухни, чтобы набрать воды в сомнительного вида чайник (купить ее вчера я не догадалась, а сегодня уже не потяну дорогу до магазина), забрала вскипятившийся чайник с собой и прихватила телефон из сумки в коридоре. С облегчением завалилась в кровать снова и набрала длинную эсэмэску Лауре с подробным описанием моего состояния и извинениями. Потом я снова заснула, так и не дождавшись, чтобы вода остыла - слабость оказалась сильнее жажды.
  
  Когда проснулась снова, было темно. Постель и пижама - все мокрое от пота, а меня трясет, как на морозе. Странно, вроде, потеют, когда жарко. Сейчас еще одно одеяло было бы совсем не лишним, а еще можно было бы попросить Марину сделать сильнее отопление. И вообще, так хочется, чтобы кто-то о тебе позаботился, хочется не приходить в ужас от собственной слабости и беспомощности, зная, что есть тот, кто всегда поддержит. Дурочка! Все это - ненужные, даже вредные иллюзии, на мусорку их! Все будет хорошо, отлежусь немного и опять буду в полном порядке. Никто мне не нужен - я сама себе и поддержка и опора. Хорошо хоть воды можно попить, вот же, какая я запасливая, и как только сообразила в этом состоянии. Сейчас посплю еще немножко, и температура спадет, станет легче. Я всегда начинаю приходить в норму после пары ночей даже без лекарств.
  
  Поспала, проснулась, не полегчало. Не вирус, как ни жаль. Такое уже тоже было. Иногда кажется, что все плохое уже было в моей жизни, как у старухи. Когда похоронили бабушку, случилась примерно та же история. Я валялась несколько дней, не в силах выползти из постели, и только появление Деньки, который запрыгнул на меня и принялся скакать, пока я не начала ржать, как ненормальная, вернуло меня к жизни. Что-то вроде очень глубокой депрессии, разве я не справлюсь с этой ерундой? Надо думать о хорошем. Например... например, о Деньке! Он там один в дурацкой школе, никто его не любит, никто о нем не заботится, единственная сестра кинула, спровадила подальше... Стоп! Не туда понесло.
  
  Попробуем еще раз. Друзья - чем не замечательная тема? Тем более, когда у друзей все замечательно. Разве важно то, что я с ними фактически не общаюсь больше? Конечно не важно, если каждый нашел свое счастье, а я... Фу, эгоистка бессовестная! Все свожу на себя! Не так уж важно, что и как у меня, по большему счету, это не важно никому... Ну, вот, опять! Это просто невозможно! Посплю еще чуть-чуть, вдруг все само рассосется?
  
  Так, проснувшись в очередной раз, я поняла, что даже примерно не представляю, сколько времени уже болею. Вода в чайнике закончилась, силы не возвращались, в голову пришла пугающая мысль: 'Каково это - умирать от голода и жажды?'. И вообще, насколько возможно что-то подобное не в пустыне и не в лесу, а в центре города, в квартире с централизованным водоснабжением и продуктовым магазином за углом. Когда меня найдут и определят причину смерти, вот удивятся, наверное, особенно, если обнаружат, что деньги у меня были. Самое печальное - за все это время так никто и не позвонил, не поинтересовался моим самочувствием. Ладно, учитывая, что еще через недельку вполне могут обнаружить мой разлагающийся труп, пора предпринимать меры. Кто мог бы поспешить мне на помощь?
  
  Нет, нет, вот это - однозначно плохая идея. Очень плохая! Тем более, что именно ему я говорила на мои просьбы не реагировать. Не факт, что послушается, но, все равно, нет! Снова бедная-разнесчастная я, нуждающаяся в срочной помощи? Если я когда-нибудь еще встречусь с Олегом, буду невероятной красавицей, а не вечной жертвой. А кто еще? Больше-то никого нет. Разве что...
  
  Нет, нет, эта идея хуже в сто раз! Если позвоню Мите, он, во-первых, может приобрести большие проблемы со своей девушкой, учитывая отношение ко мне последней, и, во-вторых, не дай Бог, снова вспомнит, что влюблен в меня. Лаура? Однозначно, нет. У нее своих проблем выше крыши, и решать чужие она не станет ни при каких обстоятельствах. Позвонить квартирной хозяйке? Ага, и остаться больной на улице - прекрасный вариант решения проблемы.
  
  Ладно, возвращаемся к Мите, этот вариант наименее болезненный, пусть и наиболее свинский с моей стороны. Но с осознанием собственной низости я как-нибудь смирюсь, стоит только выпутаться из нынешнего дерьма и выжить. Я нашарила трубку на тумбочке и застонала: вырубился. Неудивительно, учитывая, что зарядка и так была на последнем делении, но, как всегда, ужасно не вовремя. Повезло, что моя старенькая нокиа (а новый айфон, подаренный Олегом, я оставила вместе с остальными вещами), наряду с абсолютной неубиваемостью, отличалась еще одним 'золотым' качеством. Полностью разряженная, она работала еще пару минут, стоит только включить ее снова. На пару слов хватало, так что мне предстоит излагать свои мысли максимально кратко.
  
  На обдумывание оптимального варианта текста ушло довольно много времени: мысли начали путаться, и снова потянуло в сон. Но тут уж я решила бороться: пора действовать, неизвестно еще в каком состоянии я проснусь в следующий раз. В результате я пришла к выводу, что слова 'Помоги' и адреса будет вполне достаточно. В том случае, если Митя захочет мне помогать, на что я очень надеюсь. Выпалив заготовленный текст в трубку до того, как та снова отключилась, я заснула с чистой совестью: все, что могла, я сделала, теперь можно и расслабиться.
  
  На этот раз пробуждение было не таким спокойным, как в предыдущие: я проснулась от грохота. Перед слабо соображающей от температуры мной, явилось нечто дикое и лохматое.
  
  - Что случилось?! Что с тобой?! Тебя кто-то обидел?! Тебе плохо?! Отвечай! - завопило нечто голосом Мити и принялось меня отчаянно встряхивать. Вот это помог! Меня сейчас вырвет от этой тряски, а учитывая, что желудок мой давно пустует, расставаться придется с внутренними органами, не иначе.
  
  - Отпусти меня, - удалось прохрипеть, и мое несчастное тельце полетело на кровать. Что же он такой не нежный, не ласковый? - Воды притащи.
  
  Митя метнулся в коридор и вернулся с пол-литровой бутылкой вода, к моему огромному сожалению, не полной. Я выдула содержимое за пару секунд и потребовала еще.
  
  - Потерпи, в магазин сгоняю, - и друг подорвался бежать в очередной раз.
  
  - Стой! - что же он сегодня носится, как реактивный? - Возьми жаропонижающее и еды какой-нибудь, - успела дать указания до того, как он выскочил наружу.
  
  К вечеру я уже была в съемной квартире Мити и, валяясь в его кровати, пыталась реально оценить, хватит ли моих сил на то, чтобы принять душ. Всего пары часов и таблетки парацетамола хватило, чтобы частично прийти в себя, дождаться, когда поставят на место выбитую моим хлипким другом дверь (видно, та оказалась не менее хлипкой) и, не без труда, сползти с пятого этажа. Таксист, правда, поначалу слегка артачился и пытался требовать дополнительную плату, мотивируя тем, что я 'заражу его машину', но мой помощник как-то быстро поставил его на место парой фраз.
  
  Друг появился на пороге своей, временно оккупированной мною, спальне, предварительно вежливо постучав. Правда, он невежливо не стал дожидаться разрешения войти, но это - мелочи.
  
  - Рассказывай! - потребовал он, садясь на край кровати. - Это - он тебя так? Это из-за него?
  
  - Из-за кого? - удивленно уставилась на Митю. Вот ведь! Уже успел выработать собственную теорию.
  
  - Есть же кто-то, иначе, где бы ты была все время?
  
  - Почти все время я пряталась от тех, кто убил моих родителей. Так что твои измышления не вполне соответствуют действительности, - строго сообщила я. Нечего сочинять! - Это не из-за него. Неужели ты сомневаешься, что я самостоятельно способна придумывать свои проблемы? Даже обидно, честное слово!
  
  - Так у тебя никого нет? - спросил Митя с надеждой. Ну, вот, пришли к тому, чего я боялась.
  
  - Есть... Был... Не важно! Ты же знаешь прекрасно, что я отношусь к тебе, как к брату. И вообще, где твоя подружка?
  
  - Мы расстались.
  
  - Жаль...
  
  - Нет, не жаль! Она меня задолбала! Своей ревностью, стремлением контролировать, претензиями. Извини, ты сейчас не в том состоянии, чтобы выслушивать мои жалобы.
  
  - Не в том, - согласилась я. - Поставь мой телефон на зарядку, надо позвонить начальнице - вдруг меня еще не успели уволить... И, знаешь, может я и не права, но кажется, претензии, ревность и прочее вечно сопровождают людей, когда они кого-то любят. Может, это и ненастоящая, не возвышенная, чистая и светлая любовь, о которой мы мечтаем. Так, обычная, эгоистичная, мелочная, та, что обычно случается в реальной жизни, а не в книжках. Наверное, поэтому я тебе никогда претензий не предъявляла... Подумай об этом. Она - хорошая девчонка и, как мне кажется, любит тебя. Пусть и не особо возвышенно, но...
  
  - Не стану спорить с тобой, но только потому, что ты больна, - недовольно пробурчал парень.
  
  - Правильно, не спорь со мной, хотя, твоими стараниями, я почти выздоровела. С женщинами спорить очень вредно для мужского здоровья и самооценки: можно узнать о себе много нового и не всегда приятного.
  
  - Это уж точно! - ухмыляясь, Митя покинул мою комнату, давая возможность отдохнуть и расслабиться. Ага, за последние дни я так перетрудилась, валяясь в постели! Мне срочно требуется здоровый сон!
  
Оценка: 7.37*17  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"