Темежников Евгений Александрович: другие произведения.

The Military Balance 1994

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:



   The Military Balance 1993
   The Military Balance 1995


Layolit and principles compilation / Планировка и принципы составления
Belgium, Canada, Denmark, France, Germany, Greece, Iceland, Italy, Luxembourg, Netherlands, Norway, Portugal, Spain, Turkey, United Kingdom.
Europe / Европа
Albania, Armenia, Austria, Azerbaijan, Belarus, Bosnia-Herzegovina, Bulgaria, Croatia, Cyprus, Czech, Estonia, Finland, Georgia, Hungary, Ireland, Latvia, Lithuania, Macedonia, Malta, Moldova, Poland, Rumania, Slovakia, Slovenia, Sweden, Switzerland, Ukraine, Yugoslavia.
Russia / Россия: Russia
Middle East / Ближний Восток
Bahrain, Egypt, Gaza & Jericho, Iran, Iraq, Israel, Jordan, Kuwait, Lebanon, Oman, Qatar, Saudi Arabia, Syria, UAE, Yemen.
Algeria, Libia, Mauritania, Morocco, Tunisia
Central & Southern / Средняя и Южная Азия
Afghanistan, Bangladesh, India, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Myanma, Nepal, Pakistan, Sri Lanka, Tajikistan, Turkmenistan, Uzbekistan
East Asia & Australia / Восточная Азия и Австралия
Australia, Brunei, Cambodia, China, Fiji, Indonesia, Japan, North Korea, South Korea, Laos, Malaysia, Mongolia, New Zealand, Papua New Guinea, Philippine, Singapore, Taiwan, Thailand, Vietnam.
Latin America / Латинская Америка
Bahamas, Cuba, Dominican, Haiti, < Jamaica, Trinidad & Tobago, Belize, Costa Rica, Guatemala, Mexico, Nicaragua , Panama,
Argentina,Bolivia, Brazil, Chile, Colombia, Ecuador, Salvador, Guyana, Honduras, Paraguay, Peru, Surinam, Uruguay, Venezuela.
Africa / Африка
Djibouti,Eritrea, Ethiopia, Somali, Sudan,
Kenya, Madagascar, Mauritius, Seychelles, Tanzania, Uganda
Burundi, Cameroon, Cape Verde, CAR, Chad, Congo, Equatorial Guinea, Gabon, Rwanda, Zair,
Benin, Burkina Faso, Cot d'Ivoire, Gambia, Ghana, Guinea, Guinea-Bissau, Liberia, Mali, Niger, Nigeria, Senegal, Sierra Leone, Togo,
Angola, Bostwana, Lesoto, Malawi, Mozambiqe, Namibia, South Africa, Zambia, Zimbabve.
Part II.
Weapons of Mass Destruction / Оружие массового поражения
Other Ams-Control / Контроль за другими
Peace-keeping Operations / Операции по поддержанию мира
Estimating and Interpreting Defence Economic Data / Оценка и интерпретация оборонно-экономических данных
Reader Reaction Questionnaire / Анкета Реакции Читателя


   The Military Balance is updated each year to provide a timely, quantitative assessment of the military forces and defence expenditures of over 160 countries. The current volume contains data as of 1 June 1994 (although any significant developments that occurred in June and July are also reported). This chapter explains how The Military Balance is structured and outlines the general principles followed. The format for country entries remains the same as in the 1993-94 edition.
   The break-up of the Soviet Union necessitated a re-evaluation of the way in which The Military Balance divides the world into geographical sections. Russia is both a European and an Asian state and is given a separate section in the book. The Military Balance assumes that Russia has taken on all former USSR overseas deployments unless there is specific evidence to the contrary. All the strategic nuclear forces of the former Soviet Union are shown in the Russian section as there still appears to be an attempt at joint control under the aegis of the Commonwealth of Independent States (CIS), and those not located in Russia are due to be eliminated. Those forces located in other republics are listed again in the relevant country entry. The section on 'Non-NATO Europe' now includes the Baltic republics, Belarus, Ukraine, Moldova and the three Transcaucasian republics (Azerbaijan, Armenia and Georgia). The latter have been included in Europe as signatories of the Conventional Armed Forces in Europe (CFE) Treaty. Bosnia-Herzegovina, Croatia, Macedonia and Slovenia are listed as independent, while Serbia and Montenegro are shown in a single entry as the follow-on states to the Federal Republic of Yugoslavia. There are now two Asian sections. 'Central and Southern Asia' covers the five Central Asian republics of the former Soviet Union (Kazakhstan, Kyrgyzstan, Tajikistan, Turkmenistan and Uzbekistan), Afghanistan, Bangladesh, India, Myanmar (Burma), Nepal, Pakistan and Sri Lanka. The remaining Asian countries are in the 'East Asia and Australasia' section (with China no longer receiving individual-section status). In the 'Sub-Saharan Africa' and the 'Caribbean and Latin America' sections, countries are no longer set out in alphabetical order throughout the sections, but are now grouped in subsections: East Africa, Central Africa, Southern Africa, and so on.
   There are two parts to The Military Balance. The first comprises national entries grouped by region; the Index on p. 12 gives the page reference for each national entry. Regional groupings are preceded by a short introduction describing the strategic issues facing the region, and significant changes in the defence postures, economic status and military-aid arrangements of the countries concerned. Inclusion of a country or state in no way implies legal recognition or IISS approval of it.
   The second section contains more general analysis and tables, and includes three descriptive essays. The first examines developments in the field of Weapons of Mass Destruction (WMD): progress towards implementing the Strategic Arms Reduction Talks (START I) Treaty; the assistance being provided for the elimination of the nuclear weapons of the former Soviet Union; the nuclear test moratorium; targetting; the future of the Nuclear Non-Proliferation Treaty (NPT); the possibility of a fissile material production ban; progress towards a Comprehensive Test Ban Treaty (CTBT); North Korea and proliferation; and developments in the Chemical Weapons Convention (CWC) and the Missile Technology Control Regime (MTCR). The second essay covers all other aspects of arms control including: the CFE Treaty two years after it came into force; the new United Nations (UN) Register of Conventional Weapons; and the Conference for Security and Cooperation in Europe (CSCE). The third describes how the IISS estimates and interprets data on defence expenditure. There is also a summary of the composition of all United Nations and other peacekeeping forces, together with a short description of their missions. In the 1993-94 edition of The Military Balance, a 'Reader Reaction Questionnaire' was enclosed. The main recommendations of readers who returned the questionnaire are set out on p. 286 of this edition. A list of all the abbreviations and symbols used is printed on a card which can be detached from the book for easier use. A loose wall-map is provided which covers the territory of the former Soviet Union; it shows the internal administrative and Military District borders of Russia, gives the locations of strategic nuclear weapons and illustrates the armament holdings of all former Soviet Union republics and, where relevant, the CFE limit.
   Space limitations necessitate the use of abbreviations. The abbreviation may have both singular or plural meanings, for example, 'elm' = 'element' or 'elements'. The qualification 'some' means up to, whilst 'about' means the total could be higher than given. In financial data, the $ sign refers to US dollars unless otherwise stated; the term billion (bn) signifies 1,000 million (m). Footnotes particular to a country entry or table are indicated by letters, while those which apply throughout the book are marked by symbols (i.e., * for training aircraft counted by the IISS as combat capable, and f where serviceability of equipment is in doubt).
   Information on each country is given in a format as standard as the available information permits: economic and demographic data; military data, including manpower, length of conscript service, outline organisation, number of formations and units; and an inventory of the major equipments of each service, followed where applicable by a description of their deployment. Details of national forces stationed abroad and of foreign stationed forces are also given.
   The 'Active' total comprises all servicemen and women on full-time duty (including conscripts and long-term assignments from the Reserves). Under the heading 'Terms of service', only the length of conscript service is shown; where service is voluntary, there is no entry. In The Military Balance the term 'Reserve' is used to describe formations and units not fully manned or operational in peacetime, but which can be mobilised by recalling reservists in an emergency. Unless otherwise indicated, the 'Reserves' entry includes all reservists committed to rejoining the armed forces in an emergency, except when national reserve service obligations following conscription last almost a lifetime. The Military Balance estimates of effective reservist strengths are based on the numbers available within five years of completing full-time service, unless there is good evidence that obligations are enforced for longer. Some countries have more than one category of Reserves, often kept at varying degrees of readiness; where possible these differences are denoted using the national descriptive title, but always under the heading of 'Reserves' to distinguish them from full-time active forces.
   Other Forces
   Many countries maintain paramilitary forces whose training, organisation, equipment and control suggest they may be usable in support, or in lieu, of regular military forces. These are listed, and their roles described, after the military forces of each country; their manpower is not normally included in the Armed Forces totals at the start of each entry. Home Guard units are counted as paramilitary. Where paramilitary groups are not on full-time active duty, the suffix (R) is added after the title to indicate that they have reserve status. When internal opposition forces are armed and appear to pose a significant threat to the security of a state, their details are listed separately after national paramilitary forces.
   Numbers are shown by function and type and represent total holdings, including active and reserve operational and training units and 'in store' stocks. Inventory totals for missile systems (e.g., SSM, SAM, ATGW, etc.) relate to launchers and not to missiles. Stocks of equipment held in reserve and not assigned to either active or reserve units are listed as 'in store'. However, aircraft in excess of unit establishment holdings, held for such purposes as to allow repair and modification or immediate replacement, are not shown 'in store'. This accounts for apparent disparities between unit strengths and aircraft inventory strength.
   Operational Deployments
   The Military Balance does not normally list short-term operational deployments, particularly where military operations are in progress. An exception to this rule is made in the case of peacekeeping operations. The contribution or deployment of forces on operations are normally covered in the text preceding each regional section.
   The national designation is normally used for army formations. The term 'regiment' can be misleading. In some cases it is essentially a brigade of all arms; in others, a grouping of battalions of a single arm; and lastly (the UK and French usage) a battalion-sized unit. The sense intended is indicated. Where there is no standard organisation the intermediate levels of command are shown as HQs, followed by the total numbers of units which could be allocated between them. Where a unit's title overstates its real capability, the title is in inverted commas, and an estimate of the comparable North Atlantic Treaty Organisation (NATO) unit size in parentheses: 'bde' (coy).
   The Military Balance uses the same definitions as those agreed to at the CFE negotiations.
   These are:
   Battle Tank (MBT): An armoured tracked combat vehicle weighing at least 16.5 metric tonnes unladen, maybe armed with a 360R traverse gun of at least 75mm calibre. Any new wheeled combat vehicles entering service which meet these criteria will be considered battle tanks.
   Armoured Personnel Carrier (APC): A lightly armoured combat vehicle designed and equipped to transport an infantry squad, armed with integral/organic weapons of less than 20mm calibre. Versions of APC converted for other uses (such as weapons platforms, command posts, communications terminals) which do not allow infantry to be transported are considered 'look-alikes' and are not regarded as treaty-limited equipment (TLE), but are subject to verification.
   Armoured Infantry Fighting Vehicle (AIFV): An armoured combat vehicle designed and equipped to transport an infantry squad, armed with an integral/organic cannon of at least 20mm calibre. There are also AIFV 'look-alikes'.
   Heavy Armoured Combat Vehicle (HACV): An armoured combat vehicle weighing more than six metric tonnes unladen, with an integral/organic direct-fire gun of at least 75mm (which does not fall within the definitions of APC, AIFV or MBT). The Military Balance does not list HACV separately, but under their equipment type (light tank, recce or assault gun), and where appropriate annotates them as HACV.
   Artillery: Systems with calibres of 100mm and above, capable of engaging ground targets by delivering primarily indirect fire, namely guns, howitzers, gun/howitzers, multiple-rocket launchers (MRL) and mortars. Weapons with bores of less than 14.5mm are not listed, nor, for major armies, are hand-held ATK weapons.
   Military Formation Strengths
   The manpower strength, equipment holdings and organisation of formations such as brigades and divisions differ widely from state to state. Where possible, the normal composition of formations is given in parentheses. It should be noted that where divisions and brigades are listed, only separate brigades are counted and not those included in divisions. The table which showed the manpower and equipment strength of divisions has been discontinued as these are being restructured in most countries following the end of the Cold War.
   NAVAL FORCES Categorisation is based partly on operational role, partly on weapon fit and partly on displacement. Ship classes are identified by the name of the first ship of that class, except where a class is recognised by another name (e.g., Krivak, Kotlin, etc.). Where the class is based on a foreign design, the original class name is added in parentheses. Each class of vessel is given an acronym designator based on the NATO system. All designators are included in the list of abbreviations on the perforated card inserted in the book. The term 'ship' refers to vessels of over both 1,000 tonnes full-load displacement and 60 metres overall length; vessels of lesser displacement, but of 16m or more overall length, are termed 'craft'. Vessels of less than 16m overall length are not included. The term 'commissioning' has different meanings in a number of navies. In The Military Balance the term is used to mean that a ship has completed fitting out, initial sea trials, and has a naval crew; operational training may not have been completed, but in all other respects the ship is available for service. 'Decommissioning' means that a ship has been removed from operational duty and the bulk of its naval crew transferred. De-storing and dismantling of weapons may not have started.
   Classifications and Definitions
   To aid comparison between fleets, naval entries have been subdivided into the following categories, which do not necessarily agree with national categorisation:
   Submarines: Submarines with SLBM are listed separately under' Strategic Nuclear Forces'.
   Principal Surface Combatants: These include all surface ships with both 1,000 tonnes full load displacement and a weapons system other than for self-protection. They comprise aircraft carriers (with a flight-deck extending beyond two-thirds of the vessel's length); battleships (armour-protected, over 30,000 tonnes, and with armour-protected guns of at least 250mm bore); cruisers (over 8,000 tonnes) and destroyers (less than 8,000 tonnes), both of which normally have an anti-air-warfare role and may also have an anti-submarine capability; and frigates (less than 8,000 tonnes) which normally have an anti-submarine role.
   Patrol and Coastal Combatants: These are ships and craft whose primary role relates to the protection of the sea approaches and coastline of a state. Included are: corvettes (600-1,000 tonnes carrying weapons systems other than for self-protection); missile craft (with permanent- fitted missile-launcher ramps and control equipment); and torpedo craft (with an ant surface-ship capability). Ships and craft which fall outside these definitions are classified as 'patrol'.
   Mine Warfare: This category covers surface vessels configured primarily for mine-laying or mine countermeasures, which can be minehunters, mine-sweepers or dual-capable vessels. A further classification divides both coastal and patrol combatants and mine-warfare vessels into: offshore (over 600 tonnes); coastal (300-600 tonnes); and inshore (less than 300 tonnes).
   Amphibious: Only ships specifically procured and employed to disembark troops and their equipment over unprepared beachheads have been listed. Vessels with an amphibious capability, but which are known not to be assigned to amphibious duties, are not included. Amphibious craft are listed at the end of each entry.
   Support and Miscellaneous: This category of essentially non-military vessels provides some indication of the operational sustainability and outreach of the navy concerned.
   Weapons Systems: Weapons are listed in the order in which they contribute to the ship's primary operational role. After the word 'plus' are added significant weapons relating to the ship's secondary role. Self-defence weapons are not listed. To merit inclusion, a SAM system must have an anti-missile range of 10km or more, and guns must be of 100mm bore or greater.
   Aircraft: The CFE definition of combat aircraft does not cover maritime aircraft. All armed aircraft, including anti-submarine-warfare and some maritime reconnaissance aircraft, are included as combat aircraft in naval inventories.
   Organisations: Naval groupings such as fleets and squadrons are often temporary and changeable; organisation is only shown where it is meaningful.
   The following remarks refer to aviation units forming an integral part of ground forces, naval forces and (where applicable) marines, as well as to separate air forces. The term 'combat aircraft' comprises aircraft normally equipped to deliver ordnance in airto-air or air-to-surface combat. The 'combat' totals include aircraft in operational units (OCU) whose main role is weapons training, and training aircraft of the same type as those in front-line squadrons and assumed to be available for operations at short notice. (Training aircraft considered to be combat-capable are marked by an asterisk: *.) Where armed maritime aircraft are held by air forces, these are not included in combat aircraft totals. Air force operational groupings are shown where known. Squadron aircraft strengths vary; attempts have been made to separate total holdings from reported establishment strength. The number of categories of aircraft listed is kept to a minimum. 'Fighter' is used to denote aircraft with the capability (weapons, avionics, performance) for aerial combat. Dual-capable aircraft are shown as FGA, fighter and so on, according to the role in which they are deployed. Different countries often use the same basic aircraft in different roles; the key to determining these roles lies mainly in air-crew training. For bombers, 'long-range' means having an unrefuelled radius of action of over 5,000km, 'medium-range' 1,000-5,000km and 'short-range' less than 1,000km; light bombers are those with a payload of under 10,000kg (which is no greater than the payload of many FGA).
   The CFE Treaty lists three types of helicopters: attack (equipped to employ anti-armour, airto-ground or air-to-air guided weapons by means of an integrated fire control and aiming system); combat support (which may or may not be armed with self-defence or area-suppression weapons, but do not have a control and guidance system); and unarmed transport helicopters. The Military Balance uses the term 'attack' in the CFE sense, and the term 'assault' to describe armed helicopters used to deliver infantry or other troops on the battlefield. Except in the case of CFE signatories, The Military Balance continues to employ the term 'armed helicopters' to cover those equipped to deliver ordnance, including ASW ordnance.
   ECONOMIC AND DEMOGRAPHIC DATA Defence economic data are provided in the first section under individual country entries, and in the second section under Tables and Analyses. The intention is to give a concise measure wherever possible of the absolute and relative defence effort and military potential of a country expressed in terms of defence expenditure, economic performance and demography. A more detailed explanation of the IISS methodology is given on p. 278.
   Defence expenditure Where possible, the data shown under individual country entries include both past (expenditure) and planned (budgetary) figures denominated at current prices in both national currencies and US$ at average market or, as appropriate, official exchange rates. In a few clearly marked cases, a purchasing-power-parity (ppp) $ exchange rate has been used. Available data for the two most recent years (typically 1992 and 1993) and the latest defence budgetary data for the current year (as at 30 June 1994) are cited. In the case of NATO member-states, both national and NATO accounts of defence spending are provided. NATO uses a standardised definition of defence expenditure which includes all spending on national military forces, including pensions, host-government expenses for other NATO forces stationed in the country, allocated NATO common funding costs covering the three separate military, civilian staff and infrastructure accounts, foreign military assistance, and expenditure on paramilitary forces where these have a military role. Data on foreign military assistance (FMA)refer to the USA unless otherwise specified. US foreign military assistance covers grants and loans for equipment purchases - Foreign Military Financing (FMF)- International Military Education and Training (IMET) funds and economic aid with a military end-use. The terminology of US military aid will change in 1995, with FMF being termed Military Assistance (MA) and IMET becoming Direct Training (DT). Details of US support for narcotics (Narcs) interdiction and control are also provided. Financial data on military assistance from other nations are identified where these are available.
   Economic performance
   Each country entry includes the following economic performance indicators for the latest two years available: nominal GDP at current market prices denominated in both the national currency and US$; real GDP growth; annual inflation measured by the consumer price index; and either one of two measures of debt. In the case of Organisation for Economic Cooperation and Development (OECD) countries, the measure used is gross public debt as a proportion of GDP; and for other countries, including former communist economies in transition, it is gross public and private-sector foreign debt denominated in US$. Average annual market exchange rates of the national currency with the US$, or, where necessary, official exchange rates, are provided. In a few cases where currency exchange rate distortions result in a misleading figure, ppp measures have been calculated. Otherwise, the UN System of National Accounts has been used for the primary economic indicators. This year, for the first time, GDP er capita has been included as an additional economic performance indicator; and readers should note that this measure has been calculated according to purchasing-power parity, not market or official exchange rates, and often differs (in some cases substantially) from calculations derived from exchange rates. GDP per capita data for 1992 and 1993 have been extrapolated from calculations for years up to 1991.
   Population aggregates are based on the most recent official census data. In the absence of recent official census information, the source for demographic data is World Population Projections.
   Disaggregated demographic data for three age groups (13-17, 18-22 and 23-32) of both sexes are provided as an indication of the human capital stock potentially available for military service.
   International Financial Statistics (IMF)
   Government Financial Statistics Yearbook (IMF)
   World Economic Outlook (IMF)
   OECD Economic Outlook (OECD)
   World Tables (World Bank)
   World Debt Tables (World Bank)
   World Development Report (World Bank)
   World Population Projections (World Bank)
   Perm World Table (Mark5.5) (National Bureau of Economic Research)
   Human Development Report (UN)
   Economic Survey of Europe in 1993-94 (UN)
   IMF Economic Reviews (IMF)
   Economic Panorama of Latin America (UN)
   Economic and Social Progress in Latin America (IDB)
   Key Indicators (Asian Development Bank)
   Asian Development Outlook (Asian Development Bank)
   African Development Report (African Development Bank)
   Les Etats d'Afrique, del'ocean Indien et des Caraibes (Ministere de la Cooperation, France)
   World Military Expenditures and Arms Transfers 1991-92 (ACDA)
   Military Expenditure Register (UN Centre for Disarmament Affairs)
   The Military Balance is a quantitative assessment of the personnel strengths and equipment holdings of the world's armed forces. It is in no way an assessment of their capabilities. It does not attempt to evaluate the quality of units or equipment, nor the impact of geography, doctrine, military technology, deployment, training, logistic support, morale, leadership, tactical or strategic initiative, terrain, weather, political will or support from alliance partners.
   The Institute is in no position to evaluate and compare directly the performance of items of equipment. Those who wish to do so can use the data provided to construct their own force comparisons. As essays in many past editions of The Military Balance have made clear, however, such comparisons are replete with difficulties, and their validity and utility cannot but be suspect.
   The Military Balance provides the actual numbers of nuclear and conventional forces and weapons based on the most accurate data available, or, failing that, on the best estimate that can be made with a reasonable degree of confidence - this is not the number that would be assumed for verification purposes in arms-control agreements, although it is attempted to provide this information as well.
   The data presented each year in The Military Balance reflect judgments based on information available to the Director and Staff of the Institute at the time the book is compiled.
   Information may differ from previous editions for a variety of reasons, generally as a result of substantive changes in national forces, but in some cases as a result of IISS reassessment of the evidence supporting past entries. Inevitably, over the course of time it has become apparent that some information presented in earlier versions was erroneous, or insufficiently supported by reliable evidence. Hence, it is not always possible to construct valid time-series comparisons from information given in successive editions, although in the text which introduces each regional section an attempt is made to distinguish between new acquisitions and revised assessments.
   The Institute owes no allegiance to any government, group of governments, or any political or other organisation. Its assessments are its own, based on the material available to it from a wide variety of sources. The cooperation of all governments has been sought and, in many cases, received. Not all countries have been equally cooperative, and some of the figures have necessarily been estimated. Pains are taken to ensure that these estimates are as professional and free from bias as possible. The Institute owes a considerable debt to a number of its own Members and consultants who have helped in compiling and checking material. The Director and Staff of the Institute assume full responsibility for the facts and judgments contained in this study. They welcome comments and suggestions on the data presented, since they seek to make them as accurate and comprehensive as possible.
   Readers may use items of information from The Military Balance as required, without applying for permission from the Institute, on condition that the IISS and The Military Balance are cited as the source in any published work. However, reproduction of major portions of The Military Balance must be approved in writing by the Deputy Director of the Institute prior to publication.
   October 1994
   The Editor of The Military Balance is grateful to the following countries who have assisted in the compilation of this edition by either vetting and correcting the draft entry for their country or providing the Institute with copies of Treaty (CFE/CSCE) data exchange documents: Albania, Argentina, Armenia, Australia, Austria, Azerbaijan, Bahamas, Belarus, Belgium, Brazil, Bulgaria, Cape Verde, Colombia, Czech Republic, Denmark, Finland, France, Germany, Greece, Guyana, Hungary, Iceland, Italy, Japan, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Latvia, Malta, Moldova, Mongolia, Netherlands, New Zealand, Norway, Poland, ROC (Taipei), Romania, Russia, Singapore, Slovenia, Spain, Sri Lanka, Switzerland, Thailand, Turkey, United Kingdom, United States, Uruguay, Venezuela, Yugoslavia and Zimbabwe.
   (Because of interpretation and definitional differences, and of information)


   Военный баланс обновляется ежегодно для обеспечения своевременной количественной оценки вооруженных сил и расходов на оборону более чем 160 стран. В настоящем томе содержатся данные по состоянию на 1 июня 1994 года (хотя также сообщается о каких-либо значительных событиях, произошедших в июне и июле). В этой главе объясняется, как строится военный баланс, и излагаются общие принципы, которым следует следовать. Формат для записей по странам остается таким же, как и в издании 1993-94.
   Распад Советского Союза потребовал переоценки того, как военный баланс делит мир на географические части. Россия является одновременно европейским и азиатским государством, и ей отведен отдельный раздел в книге. Военный баланс предполагает, что Россия взяла на себя все бывшие СССР зарубежные развертывания, если нет конкретных доказательств обратного. Все стратегические ядерные силы бывшего Советского Союза показаны в российском разделе, так как по-прежнему существует попытка совместного контроля под эгидой Содружества Независимых государств (СНГ), а те, которые не находятся в России, подлежат ликвидации. Те силы, которые находятся в других республиках, снова перечисляются в соответствующей стране. Раздел "Европа, не входящая в НАТО" теперь включает Прибалтийские Республики, Беларусь, Украину, Молдову и три закавказские республики (Азербайджан, Армению и Грузию). Последние были включены в Европу в качестве подписантов Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Босния и Герцеговина, Хорватия, Македония и Словения перечислены в качестве независимых государств, в то время как Сербия и Черногория указаны в одной позиции в качестве государств Союзной Республики Югославии. В настоящее время существуют две азиатские секции. "Центральная и Южная Азия" охватывает пять среднеазиатских республик бывшего Советского Союза (Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан), Афганистан, Бангладеш, Индию, Мьянму (Бирму), Непал, Пакистан и Шри-Ланку. Остальные азиатские страны находятся в разделе "Восточная Азия и Австралия" (при этом Китай больше не получает статуса отдельного раздела). В разделах "Африка к югу от Сахары" и "Карибский бассейн и Латинская Америка" страны больше не располагаются в алфавитном порядке по всем разделам, а теперь сгруппированы по подразделам: Восточная Африка, Центральная Африка, Южная Африка и т. д.
   Военный баланс состоит из двух разделов. Первый содержит национальные записи, сгруппированные по регионам; индекс на стр. 12 дает ссылку на страницу для каждой национальной записи. Региональным группировкам предшествует краткое введение, описывающее стратегические проблемы, стоящие перед регионом, и значительные изменения в оборонных позициях, экономическом статусе и механизмах военной помощи соответствующих стран. Включение страны или государства никоим образом не подразумевает юридического признания или одобрения со стороны МИСИ.
   Второй раздел содержит более общий анализ и таблицы, а также включает три описательных эссе. В первом из них рассматриваются события в области оружия массового уничтожения (ОМУ): прогресс в осуществлении Договора о переговорах по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ-1); помощь, оказываемая в целях ликвидации ядерного оружия бывшего Советского Союза; мораторий на ядерные испытания; целеуказание; будущее договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО); возможность запрета производства расщепляющегося материала; прогресс на пути к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).); Северная Корея и распространение; и развитие Конвенции по химическому оружию (КХО) и Режима контроля за ракетными технологиями (РКРТ). Второй очерк охватывает все другие аспекты контроля над вооружениями, включая: ДОВСЕ через два года после его вступления в силу; новый Регистр обычных вооружений Организации Объединенных Наций (ООН); и конференцию по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ). В третьем разделе описывается, как МИСИ оценивает и интерпретирует данные о расходах на оборону. В нем также содержится краткое описание состава всех сил Организации Объединенных Наций и других миротворческих сил, а также краткое описание их миссий. В 1993-1994 годах к изданию Военного баланса был приложен "опросник реакции читателей". Основные рекомендации читателей, вернувших анкету, изложены на стр. 286 настоящего издания. Список всех используемых сокращений и символов печатается на карточке, которую можно отсоединить от книги для удобства использования. Предоставляется свободная настенная карта, охватывающая территорию бывшего Советского Союза; в нем показаны внутренние административные и военные границы России, указаны места размещения стратегических ядерных вооружений, показаны запасы вооружений всех бывших союзных республик и, где это уместно, границы ДОВСЕ.
   Ограниченность пространства требует использования сокращений. Аббревиатура может иметь как единственное, так и множественное значение, например, "elm" = "элемент" или "элементы". Квалификация "some" означает До, в то время как "about" означает, что общая сумма может быть выше, чем дано. В финансовых данных знак $ означает доллары США, если не указано иное; термин billion (bn) означает 1000 миллионов (m). Сноски, относящиеся к конкретной стране или таблице, обозначаются буквами, в то время как сноски, применяемые во всей книге, обозначаются символами (например, * для учебных самолетов, признанных IISS боеспособными, и t, если исправность оборудования вызывает сомнения).
   Информация по каждой стране приводится в стандартном формате, насколько это позволяет имеющаяся информация: экономические и демографические данные; военные данные, включая численность личного состава, стаж службы по призыву, общую организацию, количество соединений и частей; и перечень основных средств каждой службы, сопровождаемый, где это применимо, описанием их развертывания. Приводятся также сведения о национальных силах, дислоцированных за рубежом, и о силах, дислоцированных за рубежом.
   Живая сила
   В число "активных" входят все военнослужащие и женщины, находящиеся на постоянной службе (в том числе призывники и долгосрочные назначения из резервов). В графе "Условия службы" указывается только стаж службы по призыву; в тех случаях, когда служба является добровольной, запись отсутствует. В военном балансе термин "резерв" используется для описания соединений и частей, не полностью укомплектованных или действующих в мирное время, но которые могут быть мобилизованы путем отзыва резервистов в случае чрезвычайной ситуации. Если не указано иное, запись "резерв" включает всех резервистов, обязанных вернуться в Вооруженные силы в чрезвычайной ситуации, за исключением тех случаев, когда обязательства Национальной резервной службы после призыва на военную службу длятся почти всю жизнь. Военные балансовые оценки эффективной численности резервистов основаны на цифрах, имеющихся в течение пяти лет после завершения службы, если только нет веских доказательств того, что обязательства выполняются дольше. Некоторые страны имеют более одной категории резервов, часто находящихся в разной степени готовности; там, где это возможно, эти различия обозначаются с помощью Национального описательного названия, но всегда под заголовком "резервы", чтобы отличить их от постоянных активных сил.
   Остальные силы
   Во многих странах имеются военизированные формирования, подготовка, организация, оснащение и контроль которых позволяют предположить, что они могут использоваться для поддержки регулярных вооруженных сил или вместо них. Они перечисляются и описываются их роли после вооруженных сил каждой страны; их численность обычно не включается в общую численность Вооруженных сил в начале каждой операции. Подразделения ополчения считаются военизированными. В тех случаях, когда военизированные группы не находятся на действительной службе полный рабочий день, после названия добавляется (R), указывающий на то, что они имеют статус резервистов. Когда внутренние оппозиционные силы вооружены и, как представляется, представляют значительную угрозу безопасности государства, их данные перечисляются отдельно после национальных военизированных формирований.
   Цифры показаны по функциям и типам и представляют собой общие запасы, включая активные и резервные оперативные и учебные подразделения и запасы "в запасе". Итоги ракетных комплексов (например, SSM, SAM, ATGW и др.) относятся к пусковым установкам, а не к ракетам. Запасы оборудования, находящиеся в резерве и не отнесенные ни к активным, ни к резервным подразделениям, перечислены как "в запасе". Тем не менее, самолеты, превышающие запасы подразделения, предназначенные для таких целей, как ремонт и модификация или немедленная замена, не показываются "в запасе". Это объясняет очевидные различия между численностью подразделений и численностью запасов воздушных судов.
   Оперативное развертывание
   В военном балансе обычно не перечисляются краткосрочные оперативные развертывания, особенно там, где ведутся военные операции. Исключение из этого правила делается в случае операций по поддержанию мира. Вклад или развертывание сил в операции обычно рассматриваются в тексте, предшествующем каждому региональному разделу.
   Национальное обозначение обычно используется для армейских формирований. Термин "полк" может ввести в заблуждение. В одних случаях это, по существу, бригада всех родов войск; в других - группа батальонов одного рода войск; и, наконец, (использование Великобритании и Франции) подразделение размером с батальон. Обозначается предназначенный смысл. Там, где нет стандартной организации, промежуточные уровни командования показаны как HQ, за которыми следует общее количество подразделений, которые могут быть распределены между ними. В тех случаях, когда название подразделения завышает его реальные возможности, название приводится в кавычках, а в скобках - оценка сопоставимого размера подразделения Организации Североатлантического договора (НАТО): "bde" (coy).
   В военном балансе используются те же определения, которые были согласованы на переговорах по ДОВСЕ.
   Боевой танк (МБТ): бронированная гусеничная боевая машина весом не менее 16,5 метрических тонн без груза, возможно, вооруженная 360-градусной траверсной пушкой калибра не менее 75 мм. Любые поступающие на вооружение новые колесные боевые машины, соответствующие этим критериям, будут считаться боевыми танками.
   Бронетранспортер (БТР): в легкобронированной боевой машины предназначенные и оборудованные для транспортировки пехотного отряда, встроенное оружие менее 20мм калибра. Варианты БТР, переоборудованные для других целей (например, оружейные платформы, командные пункты, терминалы связи), которые не позволяют перевозить пехоту, считаются "двойниками" и не рассматриваются как ограниченная договором техника (TLE), но подлежат проверке.
   Бронированная боевая машина пехоты (AIFV): бронированная боевая машина, спроектированная и оборудованная для перевозки пехотного отделения, вооруженная встроенной/органической пушкой калибра не менее 20 мм. Есть также AIFV 'двойников'.
   Тяжелая боевая бронированная машина (HACV): боевая бронированная машина весом более шести метрических тонн без груза, со встроенным орудием прямой наводки калибра не менее 75 мм (которое не подпадает под определения БТР, БМП или МБТ). В военном балансе перечисляются не отдельно, а в соответствии с типом их оснащения (легкий танк, разведывательное или штурмовое орудие) и в соответствующих случаях помечаются как ВАК.
   Артиллерия: системы калибра 100 мм и выше, способные поражать наземные цели преимущественно непрямым огнем, а именно орудия, гаубицы, пушки/гаубицы, реактивные системы залпового огня (РСЗО) и минометы. Оружие с отверстиями менее 14,5 мм не перечислено, а для крупных армий - ручное оружие ATK.
   Военные Возможности Формирования
   Численность личного состава, запасы техники и организация таких формирований, как бригады и дивизии, в разных штатах сильно различаются. Там, где это возможно, нормальный состав образований приводится в скобках. Следует отметить, что там, где перечислены дивизии и бригады, учитываются только отдельные бригады, а не те, которые включены в дивизии. Таблица, показывающая численность личного состава и оснащение дивизий, была прекращена, поскольку в большинстве стран после окончания "Холодной войны" они были реорганизованы.
   Классификация военно-морских сил основана частично на оперативной роли, частично на вооружении и частично на перемещении. Классы судов идентифицируются по названию первого судна этого класса, за исключением тех случаев, когда класс распознается по другому названию (например, Krivak, Kotlin и т. д.). Если класс основан на внешнем дизайне, то в скобках добавляется исходное имя класса. Каждому классу судов присваивается условное обозначение, основанное на системе НАТО. Все обозначения включены в список сокращений на перфорированной карточке, вставленной в Книгу. Термин "ship" относится к судам водоизмещением свыше 1000 тонн при полной загрузке и общей длиной 60 метров; суда меньшего водоизмещения, но общей длиной 16 метров и более, называются "craft". Суда общей длиной менее 16 м в комплект не входят. Термин "ввод в эксплуатацию" имеет различные значения в ряде военно-морских сил. В военном балансе этот термин используется для обозначения того, что судно завершило оснащение, начальные ходовые испытания и имеет экипаж ВМС; оперативная подготовка может не быть завершена, но во всех других отношениях судно доступно для обслуживания. "Вывод из эксплуатации" означает, что судно снято с боевого дежурства и большая часть его военно-морского экипажа переведена. Складирование и демонтаж оружия, возможно, еще не начались.
   Классификации и определения
   Чтобы облегчить сравнение между флотами, военно-морские записи были разделены на следующие категории, которые не обязательно согласуются с национальной категоризацией:
   Подводные лодки: подводные лодки с БРПЛ перечислены отдельно в разделе "стратегические ядерные силы".
   Основные надводные корабли: к ним относятся все надводные корабли с водоизмещением 1000 тонн и системой вооружения, отличной от системы самозащиты. Они включают авианосцы (с полетной палубой, превышающей две трети длины судна); линкоры (бронезащищенные, свыше 30 000 тонн и с бронезащищенными орудиями калибра не менее 250 мм); крейсера (свыше 8000 тонн) и эсминцы (менее 8000 тонн), которые обычно выполняют роль противовоздушной обороны и могут также иметь противолодочную способность.; и фрегаты (менее 8000 тонн), которые обычно выполняют противолодочную роль.
   Патрульные и прибрежные: это корабли и суда, основная роль которых связана с защитой морских подходов и береговой линии государства. Сюда входят: корветы (600-1000 тонн, несущие системы вооружения, отличные от самозащиты); ракетные суда (с постоянно установленными рампами ракетных пусковых установок и оборудованием управления); и торпедные аппараты (против надводным кораблей). Корабли и суда, которые не подпадают под эти определения, классифицируются как "патрульные".
   Минной войны: эта категория охватывает надводные суда, сконфигурированные главным образом для постановки мин или противоминного противодействия, которые могут быть минными охотниками, минными тральщиками или судами двойного назначения. Еще одна классификация делит как прибрежных, так и патрульных участников боевых действий и противоминные суда на: морские (свыше 600 тонн); прибрежные (300-600 тонн); и прибрежные (менее 300 тонн).
   Амфибия: в список включены только корабли, специально закупленные и используемые для высадки войск и их снаряжения на неподготовленных плацдармах. Суда с амфибийными возможностями, но которые, как известно, не предназначены для выполнения амфибийных функций, не включаются. Амфибии перечислены в конце каждой записи.
   Поддержки и прочие: эта категория по существу невоенных судов дает некоторые указания на оперативную устойчивость и охват соответствующих военно-морских сил.
   Оружейные системы: оружие перечисляется в том порядке, в котором оно выполняет основную оперативную роль корабля. После слова "плюс" добавляются значительные вооружения, относящиеся к второстепенной роли корабля. Оружие самообороны в списке не значится. Чтобы заслужить включение, система ЗРК должна иметь дальность действия противоракет 10 км или более, а орудия должны иметь диаметр ствола 100 мм или больше.
   Авиация: определение боевых самолетов ДОВСЕ не охватывает морскую авиацию. Все вооруженные самолеты, включая противолодочные и некоторые морские разведывательные самолеты, включены в состав Военно-морских сил в качестве боевых самолетов.
   Организации: военно-морские группировки, такие как флоты и эскадры, часто являются временными и изменчивыми; организация показана только там, где она имеет смысл.
   Следующие замечания относятся к авиационным частям, входящим в состав сухопутных войск, Военно-морских сил и (где это применимо) морской пехоты, а также к отдельным воздушным силам. Термин "боевой самолет" включает самолеты, обычно оснащенные для доставки боеприпасов в воздушном или воздушно-наземном бою. "Боевые" итоги включают самолеты в составе оперативных подразделений (OCU), основная роль которых заключается в обучении вооружению, и учебные самолеты того же типа, что и в составе фронтовых эскадрилий, и предполагается, что они будут доступны для операций в короткие сроки. (Учебные самолеты, признанные боеспособными, отмечены звездочкой:*.) В тех случаях, когда вооруженные морские самолеты удерживаются воздушными силами, они не включаются в общую сумму боевых самолетов. Оперативные группировки ВВС показаны там, где известны. Численность самолетов эскадрилий различна; предпринимались попытки отделить общие запасы от заявленной численности персонала. Количество перечисленных категорий самолетов сведено к минимуму. "Истребитель" используется для обозначения летательных аппаратов с возможностями (вооружение, авионика, характеристики) для воздушного боя. Двухместные самолеты показаны как FGA, истребители и так далее, в зависимости от роли, в которой они развернуты. Разные страны часто используют один и тот же базовый самолет в различных ролях; ключ к определению этих ролей лежит главным образом в подготовке летного состава. Для бомбардировщиков, 'дальние' означает радиус действия без дозаправки более 5000 км, 'средней дальности' 1,000-5,000 км и малой дальности' менее 1000 км; легкие бомбардировщики с грузоподъемностью до 10 000 кг (которых не превышает грузоподъемность многих ИБ).
   ДОВСЕ перечисляет три типа вертолетов: ударные (оснащенные противотанковым, воздушно-наземным или воздушно-воздушным управляемым оружием с помощью интегрированной системы управления огнем и наведения); боевые (которые могут быть вооружены или не вооружены средствами самообороны или подавления местности, но не имеют системы управления и наведения); и невооруженные транспортные вертолеты. Военный баланс использует термин "attack" в смысле ДОВСЕ, а термин "assault" - для описания вооруженных вертолетов, используемых для доставки пехоты или других войск на поле боя. За исключением стран, подписавших ДОВСЕ, в военном балансе по-прежнему используется термин "armed" для обозначения вертолетов, оснащенных для доставки боеприпасов, включая боеприпасы ПЛО.
   Экономические и демографические данные оборонные экономические данные приводятся в первом разделе по отдельным странам, а во втором разделе - по таблицам и аналитическим данным. Цель состоит в том, чтобы дать, где это возможно, краткую оценку абсолютных и относительных оборонных усилий и военного потенциала страны, выраженную в показателях расходов на оборону, экономических показателей и демографии. Более подробное объяснение методологии МИСИ приводится на стр. 278.
   Там, где это возможно, данные по отдельным странам включают как прошлые (расходы), так и планируемые (бюджетные) показатели, выраженные в текущих ценах как в национальных валютах, так и в долларах США по среднерыночным или, в соответствующих случаях, официальным обменным курсам. В нескольких четко обозначенных случаях использовался обменный курс доллара по паритету покупательной способности (ППС). Приводятся имеющиеся данные за два последних года (как правило, за 1992 и 1993 годы) и последние данные по оборонному бюджету за текущий год (по состоянию на 30 июня 1994 года). В случае государств-членов НАТО предоставляются как национальные, так и натовские счета расходов на оборону. НАТО использует стандартизированное определение расходов на оборону, которое включает все расходы на национальные вооруженные силы, включая пенсии, расходы принимающего правительства на другие силы НАТО, размещенные в стране, распределенные общие финансовые расходы НАТО, охватывающие три отдельных военных счета, счета гражданского персонала и счета инфраструктуры, иностранную военную помощь и расходы на военизированные формирования, где они играют военную роль. Данные об иностранной военной помощи (FMA) относятся к США, если не указано иное. Внешняя военная помощь США включает гранты и кредиты на приобретение оборудования - иностранное военное финансирование (FMF)- международные фонды военного образования и подготовки (IMET) и экономическую помощь с военным конечным использованием. Терминология американской военной помощи изменится в 1995 году, когда FMF будет называться военной помощью (MA), а IMET станет прямым обучением (DT). Кроме того, приводится подробная информация о поддержке США в борьбе с наркотиками (наркоконтролем). Финансовые данные о военной помощи со стороны других государств определяются там, где они имеются.
   Экономические показатели
   Каждая страна включает следующие показатели экономической эффективности за последние два года: номинальный ВВП в текущих рыночных ценах, выраженный как в национальной валюте, так и в долларах США; реальный рост ВВП; годовая инфляция, измеряемая индексом потребительских цен; и один из двух показателей долга. В случае стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) используется показатель валового государственного долга в процентах от ВВП.; а для других стран, включая бывшие коммунистические страны с переходной экономикой, это валовой государственный и частный внешний долг, выраженный в долларах США. Приводятся среднегодовые рыночные обменные курсы национальной валюты с долларом США или, при необходимости, официальные обменные курсы. В нескольких случаях, когда искажения валютного курса приводят к вводящим в заблуждение цифрам, были рассчитаны показатели ППС. В противном случае для первичных экономических показателей использовалась система национальных счетов ООН. В этом году впервые ВВП на душу населения был включен в качестве дополнительного показателя экономической эффективности; и читатели должны отметить, что этот показатель был рассчитан в соответствии с паритетом покупательной способности, а не рыночными или официальными обменными курсами и часто отличается (в некоторых случаях существенно) от расчетов, полученных на основе обменных курсов. Данные о ВВП на душу населения за 1992 и 1993 годы были экстраполированы из расчетов за годы до 1991 года.
   Агрегированные данные о населении основаны на самых последних официальных данных переписи. В отсутствие последней официальной переписной информации источником демографических данных являются прогнозы мирового населения.
   Дезагрегированные демографические данные по трем возрастным группам (13-17, 18-22 и 23-32 года) обоих полов приводятся в качестве показателя человеческого капитала, потенциально доступного для военной службы.
   International Financial Statistics (IMF)
   Government Financial Statistics Yearbook (IMF)
   World Economic Outlook (IMF)
   OECD Economic Outlook (OECD)
   World Tables (World Bank)
   World Debt Tables (World Bank)
   World Development Report (World Bank)
   World Population Projections (World Bank)
   Perm World Table (Mark5.5) (National Bureau of Economic Research)
   Human Development Report (UN)
   Economic Survey of Europe in 1993-94 (UN)
   IMF Economic Reviews (IMF)
   Economic Panorama of Latin America (UN)
   Economic and Social Progress in Latin America (IDB)
   Key Indicators (Asian Development Bank)
   Asian Development Outlook (Asian Development Bank)
   African Development Report (African Development Bank)
   Les Etats d'Afrique, del'ocean Indien et des Caraibes (Ministere de la Cooperation, France)
   World Military Expenditures and Arms Transfers 1991-92 (ACDA)
   Military Expenditure Register (UN Centre for Disarmament Affairs)
   Военный баланс-это количественная оценка кадрового потенциала и запасов техники Вооруженных сил мира. Это никоим образом не оценка их возможностей. Он не пытается оценить качество подразделений или техники, а также влияние географии, доктрины, военной технологии, развертывания, обучения, материально-технической поддержки, морального духа, лидерства, тактической или стратегической инициативы, местности, погоды, политической воли или поддержки со стороны партнеров по альянсу.
   Институт не в состоянии непосредственно оценивать и сравнивать показатели работы оборудования. Те, кто желает сделать это, могут использовать предоставленные данные для построения своих собственных сравнений сил. Однако, как ясно показали очерки во многих предыдущих изданиях "военного баланса", подобные сравнения изобилуют трудностями, и их обоснованность и полезность не могут не вызывать подозрений.
   Военный баланс дает фактическую численность ядерных и обычных сил и вооружений на основе наиболее точных имеющихся данных или, в противном случае, на основе наилучшей оценки, которая может быть сделана с разумной степенью уверенности, - это не та цифра, которая была бы принята для целей проверки в соглашениях о контроле над вооружениями, хотя и предпринимаются попытки представить эту информацию.
   Данные, ежегодно приводимые в военном балансе, отражают суждения, основанные на информации, имеющейся у директора и сотрудников института на момент составления книги.
   Информация может отличаться от предыдущих изданий по целому ряду причин, как правило, в результате существенных изменений в национальных силах, но в некоторых случаях в результате переоценки МИСИ доказательств, подтверждающих прошлые записи. С течением времени неизбежно становится очевидным, что некоторые сведения, представленные в более ранних версиях, были ошибочными или недостаточно подкрепленными надежными доказательствами. Таким образом, не всегда возможно построить достоверные сопоставления временных рядов на основе информации, представленной в последующих изданиях, хотя в тексте, вводящем каждый региональный раздел, делается попытка провести различие между новыми приобретениями и пересмотренными оценками.
   Институт не имеет никаких обязательств перед каким-либо правительством, группой правительств или какой-либо политической или иной организацией. Его оценки являются его собственными, основанными на материале, доступном ему из самых различных источников. К сотрудничеству со стороны всех правительств обращались и во многих случаях получали его. Не все страны в равной степени сотрудничают друг с другом, и некоторые цифры оценочные. Принимаются все меры к тому, чтобы эти оценки были как можно более профессиональными и свободными от предвзятости. Институт имеет значительный долг перед рядом своих собственных членов и консультантов, которые помогли в составлении и проверке материалов. Директор и сотрудники Института несут полную ответственность за факты и суждения, содержащиеся в настоящем исследовании. Они приветствуют замечания и предложения по представленным данным, поскольку стремятся сделать их как можно более точными и всеобъемлющими.
   Читатели могут использовать информацию из военного баланса по мере необходимости, не испрашивая разрешения института, при условии, что ИСУ и военный баланс цитируются в качестве источника в любой опубликованной работе. Однако воспроизведение основных частей военного баланса должно быть одобрено в письменной форме заместителем директора Института до публикации.
   Октябрь 1994 года
   Редактор "военного баланса" выражает признательность следующим странам, которые оказали помощь в составлении этого издания путем проверки и исправления проекта статьи для их страны или предоставления институту копий документов по обмену данными по договору (ДОВСЕ/СБСЕ): Албании, Аргентине, Армении, Австралии, Австрии, Азербайджану, Багамским островам, Беларуси, Бельгии, Бразилии, Болгарии, Венгрии, Гайане, Германии, Греции, Дании, Исландии, Италии, Кабо-Верде, Колумбии, Казахстану, Кыргызстану, Латвии, Мальте, Молдове, Монголии, Нидерландам, Новой Зеландии, Норвегии, Финляндии, Франции, Чешской Республике, Японии, Польше, ОКР (Тайбэй), Румынии, России, Сингапуру, Словении, Испании, Шри-Ланке, Швейцарии, Таиланду, Турции, Соединенному Королевству, Соединенным Штатам, Уругваю, Венесуэле, Югославии и Зимбабве.



   Defence Policy
   The last 12 months have been a period of change and uncertainty for the US Armed Forces. In September 1993, the much-heralded Bottom- Up Review; Forces for a New Era was published by the then Secretary of Defense, Les Aspin. The Review announced cuts in all services, bar the US Marine Corps, to be effected by FY1999, further to those already required to reach the FY1995 Base Force. Even so, the Bottom-Up Review plans will cost some $13 billion above the Administration's (as opposed to the Defense Department's) planned defence budgets up to 1999, despite $107bn in savings that the Review secures compared with the Bush Administration's plans. A National Security Strategy Paper, allegedly demonstrating wide differences of opinion between the Defense Department and the State Department's perceptions of national security, has been drafted but not yet released. Both the Secretary of Defense and the Chairman of the Joint Chiefs of Staff have changed in the past year: Secretary Aspin was forced to resign, and General Colin Powell retired. Aspin was replaced, after one false start, by his former deputy, William Perry, one of the main formulators of the Bottom- Up Review. The Defense Budget is seriously threatened by cuts likely to be made by Congress and would have been even more threatened had the Balanced Budget Amendment become law. The Defense Authorization Act, approved by Congress in November 1993, authorised an independent one-year study, The Commission on Roles and Missions of the Armed Forces, as a number of Congressmen were severely critical of General Powell's report, Roles, Missions and Functions of the Armed Services, published in February 1993, which they had hoped would recommend far more substantial changes than it did.
   Bottom-Up Review
   The Bottom- Up Review was based on the assessment that the US must be capable of fighting and winning two nearly simultaneous major regional conflicts (MRC) (the scenarios envisaged were a repeat of Operation Desert Storm in the Gulf, but with Iraqi forces at their post-war strength, and another Korean war). The two-MRC basis for force structure was decided on, not because two such conflicts are expected to erupt simultaneously, but because should the US embark on one conflict, it must have sufficient force available to deter a second from breaking out. The major savings resulting from implementing the Review will be achieved by cutting two active and one reserve army division; three active and four reserve air force wings; 55 surface ships and submarines; one aircraft carrier; and one active and one reserve naval air wing. Procurement projects cancelled include the Advanced Fighter Experimental (A/FX), the Multi-Role Fighter, and the production of F-16 aircraft after FY1994 and F/A-18C/D naval aircraft after FY1997. Emphasis and increased priority has been given to: prepositioning Army equipment (in the same way as the US Marine Corps prepositions equipment packs at sea); increasing the readiness of a proportion of the Army National Guard (ARNG); providing additional air- and sealift; improving precision-guided weapons and Command, Control, Communications and Intelligence (C3I) assets; and, for the first time for several budget requests, the Defense Department recommends developing the V-22 Osprey tilt-wing tactical transport aircraft for the US Marine Corps (previously this project, not backed by the Defense Department, was reinstated each year in to the Defense Budget by Congress).
   US security policy is still ambiguous in the field of peacekeeping, despite the Clinton Administration's Policy on Reforming Multilateral Peace Operations, issued by the White House in May 1994. The ease with which the US-led, and predominantly US-manned, coalition defeated Iraq in Operation Desert Storm, thanks mainly to General Powell's policy of reliance on overwhelming force, completed the process of restoring the US armed forces' confidence and pride in their professionalism, and helped to bury the spectre of Vietnam. However, the policy of deploying massive force did not appear to work in Somalia where, although the delivery of humanitarian aid was successful, military operations in Mogadishu against General Aideed's faction were not. Some blame this lack of success on insufficient force, pointing to Secretary Aspin's refusal to allow the deployment of main battle tanks. The most likely reasons, however, were a lack of good intelligence and a failure to understand the principles of low-intensity warfare. The main thrust of those advocating restructuring the armed forces is to prevent duplication. The Army light divisions are seen as purely duplicating the capability of the US Marine Corps (without the amphibious aspects), whereas light divisions are ideal for low-intensity and, more importantly, peacekeeping operations. There is, however, a widely held opinion that the US Armed Forces are there purely to win wars and should not be diverted from training to retain this capability by indulging in peacekeeping. The muddled thinking iswell illustrated by the Clinton Administration which, on the one hand, was keen to use air power in Bosnia (despite some in the military who doubted the wisdom of this) and is prepared to provide large-scale peacekeeping forces (as many as 25,000 perhaps),but only after a fully agreed peace settlement is reached; but, on the other hand, is unwilling to deploy relatively small-scale reinforcements for the UN Protection Forces in the former Yugoslavia (UNPROFOR) to guarantee that the various small windows of opportunity, such as the Sarajevo cease-fire and the Muslim-Croat armistice which urgently need troops to monitor them, remain open. However, the Army is preparing for seemingly inevitable deployments in peace operations. A tactical doctrine is being developed for peace operations in their widest context and training exercises and programmes prepared particularly for units in US Army Europe. European Command (EUCOM) will be responsible for mounting the two most likely contingencies: the 25,000-strong force earmarked for Bosnia following an overall agreement; and the 6,000-strong force notionally earmarked for deployment on the Golan Heights following an Israeli-Syrian peace treaty.
   The proliferation of weapons of mass destruction was identified in the Bottom-Up Review as a primary threat to the US. A new post of Assistant Secretary of Defense for Nuclear Security and Counter proliferation has been established in the Defense Department to oversee counter proliferation programmes. The comprehensive policy is divided into two parts, prevention and protection. Prevention, an inter-agency responsibility, comprises: discussion, designed to convince states that their interests are best served by not acquiring weapons of mass destruction; denial, through export controls and other supply measures; arms control; and international pressure, including publicity, isolation and sanctions. The Defense Department has special responsibility for the second part-protection. This includes: defusing tension with confidence building measures; assistance with weapon dismantlement, safety and security; deterrence; offence, by developing measures to penetrate underground structures, hunt mobile launchers and so on; and defence, with warning systems, theatre missile defence and vaccines and antidotes for chemical and biological weapons.
   Nuclear Developments
   No fresh nuclear arms-control measures have been instituted in the last 12 months. However, at the Moscow summit in January 1994, President Clinton agreed to purchase 500 tons of highly enriched uranium (HEU) from Russia once it had been removed from nuclear warheads and converted into low-enriched uranium (LEU). He also agreed that Russia should receive an advance payment of $60m, in return for which Russia would supply Ukraine with 100 tons of LEU while Ukraine would transfer to Russia 200 nuclear warheads and would remove all the warheads from its 46 SS-24 ICBM by November 1994. President Clinton has extended the US nuclear test moratorium by a further 12 months until the end of September 1995. Presidents Clinton and Yeltsin also agreed that neither US nor Russian nuclear missiles would be targeted at each other. To ensure this, either the targeting data component would be removed, or the missile re-targeted towards the open sea.
   Strategic Forces
   Although neither the Strategic Arms Reduction Talks Treaty (START) I or II have yet come into force, the US has continued to eliminate significant numbers of its strategic nuclear weapons. No new SSBN have been commissioned, but the seventh Ohio-class armed with Trident D-5 SLBM is due to commission before the end of FY1994 and three more are at various stages of construction. During the last 12 months, six Trident C-4 armed SSBN have been decommissioned. However, under START elimination rules, the US is still counted as having 16 Poseidon C-3 and 112 Trident C-4 accountable launchers in eight non-operational SSBN. There has been no change to the US long-term (post-START II) plan to deploy 18 SSBN armed with Trident C-4 and D- 5 SLBM with no more than the Treaty limit of 1,750 warheads.
   The elimination of Minuteman II ICBM has continued apace. 135 have been taken from their silos in the last 12 months and the remaining 126 have had their guidance and warhead components removed and are thus non-operational. There are now 302 non-deployed, but START-accountable ICBM. However, there has been an increase in deployed Minuteman III: 529 compared to the 500 when START was signed in July 1991. Then there were 74 non-deployed Minuteman III missiles, but it is not known whether the US intends to deploy any more of these as Minuteman II silos become available. So far only two ICBM silos have been destroyed. Minuteman III ICBM are to be maintained in service until at least 2010, with the rocket motors for all three stages being refurbished. ICBM will be concentrated at three bases: Malmstrom, Montana; Minot, North Dakota; and Warren, Wyoming. Long-term, post-START II plans remain as the deployment of 500 single warhead Minuteman III. It is probable that Mark 21 warheads currently deployed on Peacekeeper ICBM will be installed in single-warhead Minuteman III. The Defense Department does not anticipate the development of a new ICBM for at least 15 years.
   In the strategic bomber force, all B-52G bombers have been retired and transferred to the conversion/elimination facility at Davis-Monthan Air Force Base where a total of 237 heavy bombers await disposal. During the last 12 months, a total of 127 B-52C/D/E/F bombers have been eliminated in accordance with START I rules. The first B-2A squadron is forming. So far it has only two aircraft, but the squadron is expected to be operational by 1997. The B-1B bomber will, as permitted by Article IV of START II, be reoriented for a conventional role by the end of 1997 when it is planned to have only 60 aircraft in squadron service. For the first time, the Reserves are being equipped with heavy bombers; two Air National Guard (ANG) squadrons will have B- 1B, and one Air Force Reserve (AFR) squadron will have B-52H bombers.
   As a follow-up to the Bottom- Up Review, a comprehensive study of US nuclear forces is being conducted. Until the study is completed and its recommendations accepted, and assuming both START I and START II are ratified and implemented, the long-term size and shape ofUS nuclear forces by the year 2003 is expected to be:
    500 single-warhead Minuteman III ICBM;
    18 Trident SSBN, each with 24 C-4 or D-5 missiles, but with no more than 1,750 warheads;
    48 B-52H bombers equipped with ALCM-B and ACM (maximum load eight internal and 12 external missiles);
    20 B-2 bombers carrying B-61 or B-83 gravity bombs (maximum load 16 bombs).
   Ballistic Missile Defence (BMD)
   The Ballistic Missile Defence Organisation (BMDO), which replaced the Strategic Defense Initiative Organisation (SDIO) in May 1993, has as its first priority the early fielding of a Theater Missile Defense (TMD) system. In his report to the President and Congress, the Secretary of Defense argued for the deployment of TMD based on Patriot (PAC 3) and an upgraded Aegis Standard Missile Block NA for a seaborne capability. These are both point-defence systems, and area defence would be covered by the Theater High Altitude Area Defence (THAAD) system. The change in emphasis from strategic to theatre defence has allowed all three services to pursue their own projects. The Army has recommended, and the Defense Department has accepted, that Patriot will give way to the more lethal Extended Range Interceptor (ERINT). The Air Force, in collaboration with the BMDO, is developing an air-launched anti-missile missile. The basic theory isto attack incoming missiles in the atmosphere during their ascent phase with a defensive missile armed with individually targeted kinetic energy interceptors. This will require an interception within 20-80 seconds of launch. For the Navy, US Atlantic Command has established a task force to develop and test how TMD can best be integrated into the Adaptive Joint Task Force concept (see below). There is no doubt that in some scenarios an afloat TMD capability will be simpler to introduce into the theatre than a ground-based one.
   Conventional Forces
   US Atlantic Command (USLANTCOM), originally a purely naval command, has been re-established as a Joint Service Command with a new acronym (USACOM) and with greatly increased responsibilities. USACOM is now responsible for training and deploying units of all services in the continental USA, and Air Combat Command, Army Forces Command and Marine Forces Atlantic will now report to USACOM for training and operational matters, and to their own Service Chief for personnel and logistic requirements. USACOM is taking the lead in developing a new concept, 'Adaptive Joint Force Package', which provides for tailored force packages from all required elements of the armed forces, under an already-established joint headquarters, to deploy for contingency operations either on a stand-alone basis, or to reinforce an overseas command.
   Ground Forces
   The Military Balance 1993-1994 prematurely recorded the disbanding of two US Army infantry divisions which were still, albeit at much reduced strength, in the order of battle in January 1994. They will finally disband during FY1994 and so are not listed in this edition. Apart from this, there have been no changes to the number of active or reserve divisions and independent brigades in the last 12 months in either the Army or Marine Corps, although Army manpower strength has been reduced. Active Army strength is 26,300 lower, and Marine Corps manpower is 9,000 less at 174,000. Two more Army divisions are to be disbanded by FY1999. However, in future, all divisions will field three active brigades and the 'roundout' practice of the reserves finding the third brigade in some divisions will cease. The main changes have been in the air-defence area. More Patriot batteries have been added, and only ten more are needed to complete the target of nine battalions each of six batteries. The active Army has disbanded its last Hawk battalions and has formed three battalions equipped with Avenger SAM (eight Stinger SAM mounted on a High Mobility Multipurpose Wheeled Vehicle (HMMWV)). The ANG has received its first Patriot to form one battalion of four batteries, a fourth Hawk battalion has been formed, as has the first to be equipped with Avenger. Marine Corps air-defence assets have also been improved with Avenger SAM and more improved Hawk for the Marine Reserves.
   Considerable numbers of Army weapons have been disposed of. During 1993 the US exported over 2,000 tanks, of which the great majority were surplus to requirements and were passed to other North Atlantic Treaty Organisation (NATO) countries under the 'cascading' scheme. Tank numbers have dropped since June 1993 from 15,120 to 14,520. Tank holdings in Europe have dropped dramatically from 5,900 when the Conventional Armed Forces in Europe (CFE) Treaty came into force, to under 2,000 in 1994, well below the Treaty ceiling of 4,006. Some 200 AH-1S and nearly 400 UH-1 helicopters have been taken out of service. Equipment increases include 50 MLRS and 300 Avenger fire units. The Army has proposed developing an extended-range version which would double the ATACMS 100km range. This development may aggravate the disagreement between the Army and Air Force over the control of long-range missiles. The US Army presence in Germany has also been further reduced, and manpower now totals 81,000 (down from 98,000). The Berlin Garrison, along with those of the other allies, will have been totally withdrawn by the end of September 1994. The Armoured Cavalry Regiment has been withdrawn and the third brigade of the infantry division is now located in the US. The US Army has withdrawn over 3,000 men from its garrison in Panama in the last 12 months and all US forces are due to have left by the end of 1999.
   All United States forces had been withdrawn from Somalia by the end of March 1994. The US Army contribution to UNPROFOR in Macedonia was increased from some 300 to 500 in April 1994. In view of the increased threat from North Korea, US forces in South Korea were reinforced in April 1994 by Patriot units; the equivalent of a six-battery battalion with some 48 launchers was deployed, as was a unit of attack helicopters.
   The Army has also established its first prepositioned stockpile afloat. Some 16 vessels have been loaded with the vehicles and equipment for an armoured brigade with its 'slice' of combat support and combat service support elements, a theatre support base, theatre opening equipment (port handling) and 30 days' supplies for the force. Initially the afloat reserve will be located at Diego Garcia and Saipan (Marianas); final siting is planned to be Diego Garcia and Thailand. Other prepositioning plans include storing two brigade sets (ashore) in the Persian Gulf region and one in South Korea.
   There is to be no change to the force structure of the Marine Corps, indeed its manpower establishment is planned to be 174,000 active and 42,000 reserve, as opposed to the 170,000 (dropping to 159,000 by 1999) and 35,000 allowed for in the Base Force concept. One decision reached in General Powell's Roles, Missions and Functions report was that the Army would be responsible for providing, when required, additional tank and MLRS support for the Marine Corps.
   A number of changes are in progress for the ground-force reserves: Army Reserve, Army National Guard and Marine Corps Reserve (MCR). The Army Reserve is to lose its manoeuvre brigades and, while retaining some combat support capability, its main responsibility will be to provide combat service support. The ARNG will man about 37 brigades (nine less then at present). Of these, 15 are to be designated enhanced readiness combat brigades. They will be associated with active divisions for training and will be organised, manned, equipped and trained so that they can be mobilised and deployed within 90 days of call-up. ARNG enhanced-readiness combat brigades will be capable of reinforcing active divisions or deploying as separate brigades.
   Air Force
   Under the Bottom-Up Review, the Air Force is due to reduce from 26.5 fighter wings to 20 (13 active and 7 reserve) general-purpose fighter wings. In the last 12 months, four active fighter squadrons have been de-activated. Over 200 more aircraft (F-4, F-111, F-15 and F-16A/B) have been placed in store. Few new aircraft have been added to the inventory, but those that have include key aircraft: 16 F-16D multi-role fighters; nine strategic transport (six new aircraft and three from the test flight); one E-8A JSTARS radar surveillance aircraft (although the first two JSTARS aircraft played an important role in the Gulf War, they are still considered to be under development and will not become fully operational until FY1997); and three OC-135 (C-135 transports converted to carry out observation fights under the 'Open Skies' regime). The Air Force is planning to retire its F-4G Wild Weasel aircraft designed to locate and destroy radar-controlled air defences. These will be replaced by some modified F-15 and F-16 aircraft. In FY2000, F-15E aircraft will replace F-111F in the long-range attack role.
   Naval aviation is also being restructured. While the Navy will lose two active and one reserve air wing, the Marine Corps will maintain its four air wings, although their composition will be changed. Both Naval and Marine Corps A-6 medium bomber squadrons will be deactivated. Carrier air wings will in future contain 36 F/A-18 multi-role aircraft and the USMC will establish two more squadrons with F/A-18D. Marine Corps aviation is being more closely integrated with naval air, and three active and two reserve F/A-18 squadrons are to operate as part of Carrier Air Wings.
   In addition to modernisation programmes for virtually all combat aircraft types, both the Advanced Medium-Range Air-to-Air Missile (AMRAAM) and the short-range Sidewinder missile are to be enhanced. New weapons to be introduced over the next five years include:
    Standoff Land Attack Missile (SLAM), an infra-red guided version of the Harpoon anti-ship missile;
    Sensor Fuzed Weapon (SFW), an anti-armour munitions dispenser (already in procurement);
    Joint Direct Attack Munitions (JDAM), the provision of autonomous navigation capability to existing free-fall bombs;
    Joint Standoff Weapon (JSOW), a longer-range, aerodynamically efficient, autonomously navigated munitions dispenser (procurement begins in FY1996);
    Tri-Service Standoff Attack Missile (TSSAM), a low-observable (Stealth) long-range missile (already in procurement).
   JSOW, whose tests have already begun, has been given the designator AGM-154. JSOW will have a 72km stand-off range and deliver six sub-munitions, each with four anti-armour Sheet kinetic energy penetrators with infra-red sensors.
   Improvements are also planned in the unmanned aircraft (UAV) field. Short-Range UAV (SRUAV), a follow-on to the Pioneer, is now in production for the Army, Navy and USMC. Development of Close-Range UAV (CRUAV) for use by lower-echelon ground units will begin in FY1999. Both SRUAV and CRUAV will provide real-time imagery. Other UAVs with greater endurance and with high-altitude capability are under consideration.
   There have been a number of changes to US Air Force deployment overseas. In the UK, manpower strength has been reduced by about 2,000 while a squadron of F-15C/D has been added. The fighter group in the Netherlands has been withdrawn, as has the F-15 air-defence squadron in Iceland. In Italy, air force strength has risen by about 1,000 with the decision to station a fighter wing at Aviano. In Japan, the F-15E squadron has been withdrawn, but numbers of other types have been increased (F-15C/D from 36 to 54 and F-16 from 24 to 42). The US Air Force still deploys aircraft on rotation to a number of operations: Operation Poised Hammer enforcing the no-fly zone over northern Iraq; Operation Southern Watch enforcing the no-fly zone over southern Iraq; Operation Deny Flight which both enforces the no-fly zone over Bosnia-Herzegovina and provides close air support for UN forces there; as well as providing transport for a number of humanitarian missions around the world.
   Naval Forces
   The Bottom-up-Review requires further reductions in naval strength. The Navy is expected to comprise about 330 ships by FY1999, of which the key elements will be 12 aircraft carriers (including one reserve/training carrier) and 11 large-deck amphibious ships capable of embarking both VTOL aircraft and helicopters. The US Navy sees a main role for both carriers and amphibious forces in major regional conflicts and plans that four or five carrier battle groups and the same number of Marine Expeditionary Brigades could be needed for a single MRC. A significant number of warships have been decommissioned during the last 12 months, but some new ships have joined the fleet. Naval manpower has been reduced by around 28,000 during this period. There has been no change to the aircraft-carrier fleet, and the seventh Nimitz-class is scheduled to be commissioned in FY1996.
   Four improved Los Angeles SSGN have been commissioned, while five SSN (four Sturgeon and one Permit-class) have been retired and one Los Angeles SSN has been placed 'In Commission In Reserve' (ICIR) status. A further five Los Angeles SSGN are planned, and the last will be delivered in FY1996. Two new Seawolf-class attack submarines have been funded for construction; although the programme is strongly criticised by Congress on account of its cost, it may add some funding for a third boat to the FY1996 budget.
   The cruiser force has been reduced by 18 ships with 20 being retired (two Virginia CGN, eight Belknap, nine Leahy and, by mid-September 1994, one Long Beach). The last two Ticonderoga-class base-line 2/3, which can be armed with Tomahawk SLCM, have been commissioned. There has been an increase in the number of destroyers in service with four more Arleigh Burke, Aegis equipped ships being commissioned, and only one, the last Coontz-class, being placed in ICIR status. Seven more Spruance-class destroyers have been modified to carry the Vertical Launch System (VLS). Eight Knox-class frigates have been decommissioned and the eight Knox training frigates will all have been retired by the end of FY1994. Some earlier retired Knox-class frigates have been transferred, on lease, one to ROC (Taipei) and four to Turkey. The transfer of a further 18 ships of this class to six navies (Brazil, Egypt, ROC (Taipei), Thailand, Turkey and Venezuela) has been proposed to Congress.
   Six of the new Cyclone-class coastal patrol craft will be in service by mid-June 1994, and seven more are planned. In the mine warfare area, a second Osprey-class coastal mine hunter commissioned in August 1994 and three more Avenger-class off-shore mine countermeasures ships (the last in July 1994) have joined the fleet to complete the class of 14 ships. A total of 12 Ospreys are planned. The Naval Reserve is to assume more responsibility for mine warfare and is slated to crew 16 ships, including a command-and-control ship, by 1998.
   Changes in the amphibious fleet include the commissioning of a third Wasp-class landing ship assault, and three more of this class are due to enter service by FY 1999. One Iowa Jima-class landing platform helicopter is being converted to a mine countermeasure support ship and a second paid off in June 1994. Five Newport landing ship tanks have been retired and they and others retired earlier were being offered to other navies. The transfer process had been halted by the Senate after a Marine Corps lobbyist raised doubts as to whether the Navy could still lift two and a half MEFs without them. The three remaining Charleston amphibious cargo ships have been transferred from the Naval Reserve Force to the Inactive Reserve. Future plans include four cargo landing ship docks and 12 of a new class of amphibious assault ship to lift Marine Corps units.
   The US Navy has tested a Trident D-5 SLBM armed with non-nuclear warheads to evaluate the use of the Global Positioning System (GPS) to guide the warheads to their targets. The aim of the project is accurately to deliver penetrating munitions with a similar capability to the GBU- 28 aircraft-delivered bomb, developed after the Gulf War, for the deep penetration needed to attack command post and similarly protected bunkers. GBU-28 is said to be capable of penetrating 20 feet of concrete on 100 feet of earth. The Trident warhead would be fitted with metal rods and would achieve its penetration by virtue of the speed of impact. Accuracy is, of course, vital.
   Defence Spending
   FY 1994 Budget Authority
   The Administration's national Defense Budget authorisation request for FY 1994 was $263.4 bn, which included funding for Department of Energy and NASA military activities. Subsequently US Congress cut this request by almost $2 bn to $261.7 bn. In real terms, therefore, the 1994 Defense Budget authorisation was some $21 bn, or 8%, less than that for FY1993. With the exception of military construction - which accounts for just 2% of the total - and Operations and Maintenance, all of the Defense Budget titles were cut in real terms. In line with the policy of maintaining force-readiness states, there was a marginal real increase (1%) for Operations and Maintenance ($89.5 bn). Research, Development, Test and Evaluation (RDTE) was cut to $38.6bn (a 1 % decline). Much larger cuts were made to Military Personnel ($70.1 bn) - a 9% reduction - and, in particular, Procurement ($45.5 bn) - a 17% reduction.
   Concerning major new weapons-system programmes, the Budget protected development of the F-22 tactical combat aircraft, the RAH-66 Comanche reconnaissance and attack helicopter, the Centurion attack submarine, and the Milstar and Spacelifter space systems. Further orders (six) were placed for the C-17 Globemaster III airlift. No orders were placed for the V-22 Osprey, but the programme was kept alive by further development funding which was reinstated by Congress. Series production continued of the F/A-18 Hornet, F-16 Falcon, the T-45 Goshawk jet trainer, UH-60 Blackhawk and derivatives, and the CH/MH-53 Super Stallion helicopter; as in 1993, there were no further orders for the F-15, AV-8B or AH-64 Apache, nor more orders for the B-2. Modernisation programmes continued for DDG-51 Aegis-equipped destroyers, F-14 Tomcat, the Longbow Apache update, and the Ml Abrams tank and Bradley AIFV upgrades.
   The largest single cut was to the BMDO, whose funding declined by some $2.5 bn from the $6.3 bn proposed by the previous Administration to $3.8 bn.
   In the event, US Congress added some further cuts, of which the main ones were: some $ 1 bn more from BMD; the Air Force bid for 24 F-16s was halved; about $200m was taken from C-17 funding; and some $170m from the F-22 programme.
   FY1995 Budget Request
   The FY1995 national Defense Budget request, which will not be finally approved by Congress until late 1994, is for $263.7bn (a decline in real terms of 2% from the FY1993 authorisation), with total defence spending planned at $1.23 trillion for the period FY1995-99 (a drop of some $107 bn - or 8% - from the previous Administration's plan).
   In his Annual Report to the President and the Congress, the then Secretary of Defense Les Aspin listed the following asthe guidelines which drove programme and budgetary decisions: adjustment to the dangers of the new security era; maintenance of the quality and morale of the armed forces personnel; readiness with emphasis on training, operations and maintenance; superior weapons technology; ensuring that essential elements in the defence industry survive.
   The priorities listed above are reflected in the changing proportion of the defence budget allotted to each area. Operations and Maintenance (readiness) receives a 5.6% real increase over 1994, notwithstanding 7% cuts to force structure, and $92.9 bn. Depot Maintenance is increased by 20% to $6.3 bn, and Research and Development (R and D), which bore the brunt of Congressional cuts in 1994, increases by 3.8% to $36.2 bn. On the other hand, procurement has been cut by 2.7%, reflecting the earlier policy decision to maintain an R and D lead and postpone procurement of new equipments until replacement was really necessary. The Secretary of Defense has given notice that procurement expenditure, which for the FY1995 request is $43.3 bn, represents a 7% cut in real terms and compares with a 1991 spending level of $91 bn, will start to rise after 1996.
   So far as the individual services are concerned, the Army's request, $61 bn, is $100m above the FY1994 authority, but down in real terms by some 2%. Operations and Maintenance funding, despite the cuts in force size, is increased by $1.8 bn, while R and D and procurement drop by $900m. The R and D budget still includes substantial funding for: the Comanche attack helicopter; the Longbow Apache helicopter, an upgrade which includes improved operability, much improved maintainability and provision of a target-acquisition and a fire-and-target engagement system; modernisation of armoured vehicles; and 'smart' anti-armour munitions. But all these programmes are being extended and so will suffer delay. The main procurement bids from the Army are for: 60 Black Hawk UH-60 helicopters; 270 Javelin man-portable anti-armour missile launchers; and upgrading programmes for Abrams M-1 MBT and Bradley AIFVs.
   The US Navy budget request of $78 bn is over $1 bn more than that of FY1994, but is a cut of 1% in real terms. New ship building in the budget is one aircraft carrier ($2.4 bn) and three Aegis equipped DDG-51 destroyers ($2.9 bn). The other main requests are for: 24 more F/A-18C/D attack aircraft; four more E-2C AEW aircraft; 18 Trident D-5 SLBM; and 217 more Tomahawk SLCM. R and D requests include $1.35 bn for F/A-18E/F aircraft development; $ 507m for the Centurion new class of attack submarine; and $497m for continued development of the V-22 Osprey tactical transport tilt-wing aircraft for the USMC. The A/F X fighter aircraft programme has been cancelled in favour of the Joint [Navy and Air Force] Advanced Strike Technology (JAST) programme which is to develop low-cost modular engine and avionics technologies for use in future aircraft and weapons systems.
   The Air Force budget, $788m more than in FY1994, but roughly the same in real terms, is for $74.5 bn. The Air Force is strongly advocating selling older weapons and equipment for export and using the funding gained for newer models and upgrading. The main items in the Air Force request are: $2.6 bn for six C-17 strategic transport aircraft (including advance funding for eight more aircraft in FY1996); $2.4 bn for continuing F-22 fighter R and D; and $546m for R and D for improved E-8B JSTARS (including advance funding for two aircraft in FY1996). F-16 FGA aircraft procurement continues until 1996, but is terminated thereafter. The Follow-on Early Warning System (FEWS) (a satellite-based ballistic-missile warning and tracking system) has been cancelled because it is unaffordable. However, the Defense Support Program still needs to be upgraded or supplemented to provide a capability for the detection of tactical ballistic missiles. Other major components of the defence budget request are: BMD $3.25 bn, roughly $500m less than requested in FY1994 (the five-year 1995-99 spending plan allocates some $17 bn for BMD, making it the largest single R and D programme in the period); $2.18 bn for environmental programmes, including $200m for clean-up activities at contaminated sites. The Department of Energy Defense Activities budget request is for $10.6 bn, a 5% cut from FY1994. Defence-related areas within the International Affairs budget request include: $608m to support international peacekeeping in addition to a supplemented request for $670m due to the UN, but unpaid in FY1994 (the Defense Department request includes $300m for UN peacekeeping contingencies, an item likely to be struck out by Congress); $1.6 bn for humanitarian aid (migration and refugees, disaster relief, food aid); and $3.2 bn for security assistance, the bulk of which will support the Middle East peace process. In addition to Egypt and Israel which, since their peace treaty was reached, have received the largest shares, only Jordan, Greece and Turkey are to receive security assistance in FY1995.
   The House of Representatives has adopted an amendment to the Defense Budget requiring the European allies to meet, in four years' time, 75%(rather than the current 5%) of the financial costs of US forces (other than salaries) in Europe. The amendment, which has yet to be approved by the Senate, would require 1,000 troops to be withdrawn for each percentage point below 75%. The estimated savings could amount to $5 bn over five years.
   US Defence Budgets
   Explanatory Note:
   Each year the US government presents its Defense Budget to Congress for the next two fiscal years, together with a long-term spending plan covering a further three years. Until approved by Congress, the Budget is referred to as the Budget Request, after approval it becomes the Budget Authority (BA), and authorises funds for immediate and future disbursement. The term Total Obligational Authority (TOA) represents the value of direct defence programmes for each fiscal year regardless of financing (i.e., from previous fiscal years and receipts from earned income or interest). The term 'outlay' represents actual expenditure; each year the government estimates what the outlay will be, the difference between this and the BA providing for contingencies. However, moneys authorised, particularly in the procurement and construction areas, are rarely all spent in the year of auth


   Оборонная политика
   Последние 12 месяцев были периодом перемен и неопределенности для Вооруженных сил США. В сентябре 1993 года тогдашний министр обороны Лес Аспен опубликовал широко разрекламированный обзор "Снизу вверх: силы для новой эры". В обзоре было объявлено о сокращении всех служб, за исключением корпуса морской пехоты США, которое должно быть произведено до 1999 финансового года, в дополнение к тем, которые уже требуются для достижения базовых сил в 1995 финансовом году. Тем не менее, планы пересмотра "Снизу вверх" обойдутся примерно в 13 миллиардов долларов выше запланированных администрацией (в отличие от оборонного министерства) оборонных бюджетов до 1999 года, несмотря на 107 миллиардов долларов экономии, которую обеспечивает обзор по сравнению с планами администрации Буша. Документ О Стратегии национальной безопасности, якобы демонстрирующий значительные расхождения во мнениях между Министерством обороны и Государственным департаментом в отношении национальной безопасности, был подготовлен, но еще не опубликован. И министр обороны, и председатель Объединенного комитета начальников штабов изменились за последний год: госсекретарь Аспин был вынужден уйти в отставку, а генерал Колин Пауэлл ушел в отставку. Аспина заменил, после одного фальстарта, его бывший заместитель Уильям Перри, один из главных составителей обзора Снизу вверх. Оборонному бюджету серьезно угрожают сокращения, которые, вероятно, будут сделаны Конгрессом, и они были бы еще более угрожающими, если бы поправка к сбалансированному бюджету стала законом. Закон об оборонных полномочиях, принятый Конгрессом в ноябре 1993 года, санкционировал проведение независимого годичного исследования-комиссии по роли и задачам Вооруженных сил, поскольку ряд конгрессменов резко критиковали доклад генерала Пауэлла "Роли, задачи и функции вооруженных сил", опубликованный в феврале 1993 года, который, как они надеялись, будет содержать рекомендации относительно гораздо более существенных изменений, чем это было сделано.
   Обзор Снизу Вверх
   Обзор "Снизу вверх" был основан на оценке того, что США должны быть способны бороться и выиграть два почти одновременных крупных региональных конфликта (MRC) (сценарии предусматривали повторение операции "Буря в пустыне" в Персидском заливе, но с иракскими войсками в их послевоенной силе и еще одной корейской войной). Было принято решение о создании силовой структуры на основе двух МРС, но не потому, что ожидается одновременное возникновение двух таких конфликтов, а потому, что если США вступят в один конфликт, должны иметь достаточную силу, чтобы сдержать вспыхивание второго. Основная экономия, полученная в результате проведения обзора, будет достигнута за счет сокращения двух действующих и одной резервной армейской дивизии; трех действующих и четырех резервных авиационных крыльев; 55 надводных кораблей и подводных лодок; одного авианосца; и одного действующего и одного резервного военно-морского авиакрыла. Отмененные проекты закупок включают в себя усовершенствованный экспериментальный истребитель (A/FX), многоцелевой истребитель и производство самолетов F-16 после 1994 года и военно-морских самолетов F/A-18C/D после 1997 года. Особое внимание и повышенный приоритет были отданы: размещению армейской техники (так же, как и Корпуса морской пехоты США на судах в море); повышению боеготовности части армии Национальной гвардии (ARNG); предоставлению дополнительных воздушных и морских перевозок; совершенствованию высокоточного оружия и средств управления, связи и разведки (C3I).; и, впервые за несколько бюджетных запросов, Министерство обороны рекомендует разработать тактический транспортный самолет V-22 Osprey для Корпуса морской пехоты США (ранее этот проект, не поддержанный Министерством обороны, каждый год возвращался в оборонный бюджет Конгрессом).
   Поддержание мира
   Политика безопасности США по-прежнему неоднозначна в области миротворчества, несмотря на политику администрации Клинтона по реформированию многосторонних миротворческих операций, провозглашенную Белым домом в мае 1994 года. Легкость, с которой коалиция под руководством США и преимущественно с американскими силами разгромила Ирак в ходе операции "Буря в пустыне", главным образом благодаря политике генерала Пауэлла, основанной в опоре на превосходящие силы, завершила процесс восстановления уверенности американских вооруженных сил и гордости за их профессионализм, а также помогла похоронить призрак Вьетнама. Однако политика развертывания крупных сил, по-видимому, не сработала в Сомали, где, хотя доставка гуманитарной помощи была успешной, военные операции в Могадишо против группировки генерала Айдида не проводились. Некоторые обвиняют в этом недостатке успеха недостаточные силы, указывая на отказ министра Аспина разрешить развертывание основных боевых танков. Наиболее вероятными причинами, однако, были недостаток хорошей разведки и неспособность понять принципы низкоинтенсивной войны. Основной упор тех, кто выступает за реструктуризацию вооруженных сил, делается на предотвращение дублирования. Легкие дивизии армии рассматриваются как чисто дублирующие возможности Корпуса морской пехоты США (без десантных аспектов), в то время как легкие дивизии идеально подходят для низкоинтенсивных и, что более важно, миротворческих операций. Существует, однако, широко распространенное мнение, что Вооруженные силы США существуют исключительно для победы в войнах и не должны отвлекаться от подготовки, чтобы сохранить этот потенциал, потворствуя миротворчеству. Путаница мышления хорошо иллюстрируется администрацией Клинтона, которая, с одной стороны, стремилась использовать авиацию в Боснии (несмотря на некоторых военных, которые сомневались в мудрости этого) и готова предоставить крупномасштабные миротворческие силы (возможно, до 25 000), но только после достижения полностью согласованного мирного урегулирования; но, с другой стороны, он не желает развертывать относительно небольшие подкрепления для сил ООН по защите в бывшей Югославии (UNPROFOR), чтобы гарантировать, что различные небольшие окна возможностей, такие как Сараевское прекращение огня и мусульманско-хорватское перемирие, которые срочно нуждаются в войсках для наблюдения за ними, остаются открытыми. Однако армия готовится к, казалось бы, неизбежному развертыванию в миротворческих операциях. Разрабатывается тактическая доктрина для миротворческих операций в их самом широком контексте, а также учебные учения и программы, подготовленные специально для подразделений армии США в Европе. Европейское командование (ЕВКОМ) будет отвечать за развертывание двух наиболее вероятных контингентов: 25-тысячного контингента, предназначенного для Боснии в соответствии с общим соглашением, и 6-тысячного контингента, условно предназначенного для развертывания на Голанских высотах в соответствии с израильско-сирийским мирным договором.
   Противодействие распространению
   Распространение оружия массового уничтожения было определено в обзоре "Снизу вверх" как главная угроза для США. В Министерстве обороны была учреждена новая должность помощника министра обороны по вопросам ядерной безопасности и противодействия распространению для осуществления надзора за программами противодействия распространению. Комплексная политика делится на две части: предотвращение и защита. Предотвращение, являющееся межведомственной обязанностью, включает в себя: обсуждение, призванное убедить государства в том, что их интересам лучше всего служит отказ от приобретения оружия массового уничтожения; отрицание посредством экспортного контроля и других мер по поставкам; контроль над вооружениями; и международное давление, включая публичность, изоляцию и санкции. Министерство обороны несет особую ответственность за вторую часть - охрану. Это включает в себя: разрядку напряженности с помощью мер укрепления доверия; помощь в демонтаже оружия, обеспечении безопасности и охраны; сдерживание; нападение путем разработки мер по проникновению в подземные сооружения, охоте на мобильные пусковые установки и т.д.; и оборону с помощью систем предупреждения, противоракетной обороны театра военных действий и вакцин и противоядий для химического и биологического оружия.
   Ядерные разработки
   За последние 12 месяцев не было введено никаких новых мер контроля над ядерным оружием. Однако на Московском саммите в январе 1994 года президент Клинтон согласился закупить у России 500 тонн высокообогащенного урана (ВОУ) после того, как он будет снят с ядерных боеголовок и преобразован в низкообогащенный уран (НОУ). Он также согласился с тем, что Россия должна получить авансовый платеж в размере $60 млн., в обмен на который Россия поставит Украине 100 тонн НОУ, а Украина передаст России 200 ядерных боеголовок и снимет все боеголовки со своих 46 МБР SS-24 к ноябрю 1994 года. Президент Клинтон продлил мораторий на ядерные испытания США еще на 12 месяцев до конца сентября 1995 года. Президенты Клинтон и Ельцин также договорились, что ни американские, ни российские ядерные ракеты не будут нацелены друг на друга. Для обеспечения этого либо будет удален компонент данных наведения, либо ракета будет переориентирована в сторону открытого моря.
   Войска стратегического назначения
   Хотя ни один из договоров о переговорах по сокращению стратегических вооружений (СНВ) I или II еще не вступил в силу, США продолжают ликвидировать значительное число своих стратегических ядерных вооружений. Новых ПЛАРБ не было введено в эксплуатацию, но седьмая Огайо-класса, вооруженный БРПЛ Trident D-5, должен быть введен в эксплуатацию до конца 1994 финансового года, и еще три находятся на различных стадиях строительства. За последние 12 месяцев были выведены из эксплуатации шесть ПЛАРБ вооруженных Trident C-4. Тем не менее, согласно правилам ликвидации СНВ, США по-прежнему считаются имеющими 16 пусковых установок Poseidon C-3 и 112 пусковых установок Trident C-4 в восьми неработающих ПЛАРБ. Не было никаких изменений в долгосрочном плане США (после СНВ-2) по развертыванию 18 ПЛАРБ, вооруженных БРПЛ Trident C-4 и D-5 с не более чем договорным лимитом в 1750 боеголовок.
   Ликвидация МБР Minuteman-II продолжается быстрыми темпами. За последние 12 месяцев из шахт было извлечено 135, а из оставшихся 126 были удалены компоненты наведения и боеголовки, которые, таким образом, не функционируют. В настоящее время насчитывается 302 неразвернутых, но учитываемых МБР. Однако число развернутых Minuteman-III увеличилось до 529 по сравнению с 500, когда СНВ был подписан в июле 1991 года. Тогда было 74 неразвернутых ракеты Minuteman III, но неизвестно, намереваются ли США развернуть еще одну из них, когда появятся шахтные установки Minuteman II. Пока уничтожены только две шахты МБР. МБР Minuteman III будут эксплуатироваться по меньшей мере до 2010 года, а ракетные двигатели для всех трех ступеней будут отремонтированы. МБР будут сосредоточены на трех базах: Мальмстром, Монтана; Минот, Северная Дакота; и Уоррен, Вайоминг. Долгосрочной перспективе, после запуска второй планы остаются, как развертывание 500 Minuteman III с одной боеголовкой. Вполне вероятно, что 21 боеголовка в настоящее время развернутые на МБР Peacekeeper будет установлен в одно-боеголовочные Minuteman III. Министерство обороны не ожидает разработки новой МБР в течение как минимум 15 лет.
   В стратегических бомбардировочных войсках все бомбардировщики B-52G были выведены из эксплуатации и переданы на переоборудование/ликвидацию на авиабазе Дэвис-Монтана, где в общей сложности ожидают утилизации 237 тяжелых бомбардировщиков. За последние 12 месяцев было уничтожено в общей сложности 127 бомбардировщиков B-52C/D/E/F в соответствии с правилами СНВ-1. Формируется первая эскадрилья B-2А. Пока у нее есть только два самолета, но эскадрилья, как ожидается, будет готова к 1997 году. Бомбардировщик B-1B, как это разрешено Статьей IV СНВ II, будет переориентирован на обычную роль к концу 1997 года, когда планируется иметь на вооружении эскадрильи только 60 самолетов. Впервые резервы оснащаются тяжелыми бомбардировщиками; две эскадрильи ВВС Национальной гвардии (ANG) будут иметь B-1B, а одна эскадрилья ВВС резерва (AFR) будет иметь бомбардировщики B-52H.
   По итогам обзора "Снизу вверх" проводится всеобъемлющее исследование ядерных сил США. До завершения исследования и принятия его рекомендаций, а также при условии ратификации и осуществления СНВ-1 и СНВ-2, долгосрочные размеры и форма ядерных сил США к 2003 году, как ожидается, будут:
   * 500 МБР Minuteman III с одной боеголовкой;
   * 18 ПЛАРБ Trident, каждая с 24 ракетами C-4 или D-5, но не более 1750 боеголовок;
   * 48 бомбардировщиков B-52H, оснащенных ALCM-B и ACM (максимальная нагрузка восемь внутренних и 12 внешних ракет);
   * 20 бомбардировщиков В-2, несущих гравитационные бомбы B-61 или B-83 (максимальная нагрузка 16 бомб).
   Противоракетная оборона (ПРО)
   Организация по противоракетной обороне (BMDO), которая пришла на смену организации Стратегической оборонной инициативы (SDIO) в мае 1993 года, имеет в качестве своего первого приоритета скорейшее развертывание системы противоракетной обороны театра военных действий (TMD). В своем докладе Президенту и Конгрессу министр обороны высказался за развертывание TMD на базе Patriot (PAC 3) и модернизированного стандартного ракетного блока Aegis для обеспечения морской возможности. Это обе системы точечной обороны, и защита района будет охватываться системой высотной обороны района театра военных действий (THAAD). Смена акцента со стратегической на оборону театра военных действий позволила всем трем службам реализовать собственные проекты. Армия рекомендовала, и Министерство обороны приняло, что Patriot уступит место более смертоносному перехватчику расширенной дальности (ERINT). Военно-воздушные силы совместно с БМДО разрабатывают противоракетную ракету воздушного базирования. Основная теория состоит в том, чтобы атаковать ракеты в атмосфере во время их фазы подъема оборонительной ракетой, вооруженной индивидуально нацеленными перехватчиками кинетической энергии. Это потребует перехвата в течение 20-80 секунд после запуска. Для Военно-Морского Флота Атлантическое командование США создало целевую группу для разработки и проверки того, как TMD может быть наилучшим образом интегрирована в концепцию адаптивной совместной целевой группы (см. ниже). Нет никаких сомнений в том, что в некоторых сценариях плавучий потенциал TMD будет проще внедрить в театр военных действий, чем наземный.
   Обычные вооруженные силы
   Атлантическое командование США (USLANTCOM), первоначально чисто военно-морское командование, было восстановлено в качестве Объединенного командования службы с новой аббревиатурой (USACOM) и со значительно возросшими обязанностями. USACOM теперь отвечает за подготовку и развертывание подразделений всех служб в континентальной части США, а командование воздушным боем, командование сухопутными войсками и морские силы Атлантики теперь будут отчитываться перед USACOM по учебным и оперативным вопросам, а также перед их собственным начальником службы по кадровым и материально-техническим требованиям. USACOM берет на себя ведущую роль в разработке новой концепции, "адаптивного пакета совместных сил", который предусматривает индивидуальные пакеты сил из всех необходимых элементов Вооруженных сил, под уже созданным Объединенным штабом, для развертывания для чрезвычайных операций либо на автономной основе, либо для усиления заграничного командования.
   Сухопутные силы
   Военный баланс 1993-1994 годов преждевременно зафиксировал расформирование двух пехотных дивизий армии США, которые все еще находились, хотя и в значительно уменьшенном составе, в боевом порядке в январе 1994 года. Они окончательно расформируются в течение 1994 финансового года и поэтому не перечислены в этом издании. Кроме того, за последние 12 месяцев ни в армии, ни в морской пехоте не произошло никаких изменений в численности действующих или резервных дивизий и отдельных бригад, хотя численность личного состава армии была сокращена. Численность действующей армии на 26 300 человек меньше, а живой силы морской пехоты на 9 000 человек меньше - 174 000 человек. Еще две армейские дивизии должны быть расформированы в 1999 финансовом году. Однако в будущем все дивизии будут выставлять три действующие бригады, и практика "обхода" резервистов, находящих третью бригаду в некоторых дивизиях, прекратится. Основные изменения произошли в области противовоздушной обороны. Было добавлено еще несколько батарей Patriot, и только десять из них необходимы для достижения цели в девять батальонов каждая из шести батарей. Действующая армия распустила свои последние батальоны Hawk и сформировала три батальона, оснащенных ЗРК Avenger (восемь ЗУР Stinger, установленных на многоцелевой колесной машине высокой мобильности (HMMWV)). ANG получил свой первый Patriot, чтобы сформировать один батальон из четырех батарей, четвертый батальон Hawk был сформирован, как и первый, который будет оснащен Avenger. Средства ПВО Корпуса морской пехоты также были улучшены с помощью ЗРК Avenger и усовершенствованного Hawk для морских резервов.
   Значительное количество армейского оружия было уничтожено. В течение 1993 года США экспортировали более 2000 танков, из которых подавляющее большинство было избыточным для удовлетворения потребностей и было передано другим странам Организации Североатлантического договора (НАТО) по "каскадной" схеме. С июня 1993 года количество танков сократилось с 15.120 до 14.520. Запасы танков в Европе резко сократились с 5900 единиц, когда вступил в силу Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), до менее 2000 единиц в 1994 году, что значительно ниже предельного уровня договора в 4006 единиц. Около 200 вертолетов AH-1 и почти 400 UH-1 были выведены из эксплуатации. Увеличение оснащения включает в себя 50 MLRS и 300 единиц Avenger. Армия предложила разработать версию с увеличенной дальностью действия, которая удвоила бы дальность действия ATACMS 100 км. Такое развитие событий может усугубить разногласия между армией и ВВС по поводу контроля над ракетами дальнего радиуса действия. Присутствие армии США в Германии также было еще более сокращено, и численность личного состава теперь составляет 81 000 человек (по сравнению с 98 000). Берлинский гарнизон вместе с другими союзниками будет полностью выведен к концу сентября 1994 года. Бронекавалерийский полк был отозван, и третья бригада пехотной дивизии теперь находится в США. За последние 12 месяцев армия США вывела более 3000 человек из своего гарнизона в Панаме, и все американские войска должны были уйти к концу 1999 года.
   К концу марта 1994 года все вооруженные силы Соединенных Штатов были выведены из Сомали. В апреле 1994 года вклад армии США в деятельность Организации Объединенных Наций в Македонии был увеличен примерно с 300 до 500 человек. В связи с возросшей угрозой со стороны Северной Кореи американские войска в Южной Корее были усилены в апреле 1994 года подразделениями Patriot; был развернут эквивалент батальона из шести батарей с примерно 48 пусковыми установками, а также подразделение ударных вертолетов.
   Армия также создала свои первые заранее подготовленные запасы на плаву. Около 16 судов были загружены транспортными средствами и оборудованием для бронетанковой бригады с ее "куском" элементов боевого обеспечения и поддержки боевой службы, базой поддержки театра военных действий, оборудованием для открытия театра военных действий (погрузочно-разгрузочные работы в порту) и 30-дневными запасами для сил. Первоначально плавучий склад будет расположен в Диего-Гарсии и Сайпане (Марианские острова); окончательно планируется в Диего-Гарсии и Таиланде. Другие планы предполагают хранение двух бригадных комплектов (на берегу) в районе Персидского залива и одного в Южной Корее.
   В структуре сил Корпуса морской пехоты не должно быть никаких изменений, фактически его численность должна составлять 174 000 человек в действии и 42 000 человек в резерве, в отличие от 170 000 человек (сокращение до 159 000 к 1999 году) и 35 000 человек, предусмотренных концепцией базовых сил. Одно из решений, принятых в докладе генерала Пауэлла о ролях, задачах и функциях, заключалось в том, что армия будет отвечать за предоставление, когда это потребуется, дополнительной поддержки танками и РСЗО для морской пехоты.
   В резервах сухопутных войск осуществляется ряд изменений: армейский резерв, резерв национальной гвардии и резерв корпуса морской пехоты. Армейский резерв должен потерять свои маневренные бригады, и, сохраняя некоторую боеспособность, его главная обязанность будет заключаться в обеспечении боевой службы. В ARNG войдут около 37 бригад (на девять меньше, чем сейчас). Из них 15 должны быть боевыми бригадами повышенной готовности. Они будут связаны с действующими подразделениями для обучения и будут организованы, укомплектованы, оснащены и обучены таким образом, чтобы их можно было мобилизовать и развернуть в течение 90 дней после призыва. Боевые бригады ARNG повышенной готовности будут способны усиливать действующие дивизии или развертываться как отдельные бригады.
   Воздушные силы
   В рамках обзора снизу вверх ВВС должны сократить с 26,5 истребительных крыльев до 20 (13 активных и 7 резервных) истребителей общего назначения. За последние 12 месяцев были выведены из строя четыре действующие истребительные эскадрильи. Еще более 200 самолетов (F-4, F-111, F-15 и F-16A/B) были размещены на складе. Несколько новых самолетов были добавлены в инвентарь, но те, которые включают ключевые самолеты: 16 F-16D многоцелевых истребителей; девять стратегических транспортных (шесть новых самолетов и три из испытательных полетов); один самолет радиолокационного наблюдения E-8A JSTARS (хотя первые два самолета JSTARS сыграли важную роль в войне в Персидском заливе, они все еще считаются разрабатываемыми и не будут полностью введены в строй до 1997 финансового года); и три OC-135 (транспортные самолеты C-135, переоборудованные для проведения наблюдательных боев в режиме "открытого неба"). ВВС планируют вывести самолеты F-4G Wild Weasel, предназначенные для обнаружения и уничтожения средств ПВО, управляемых радарами. Они будут заменены некоторыми модифицированными самолетами F-15 и F-16. В 2000 финансовом году самолеты F-15E заменят F-111 в роли дальнего ударного самолета.
   Перестраивается и морская авиация. В то время как военно-морской флот потеряет два действующих и одно запасное авиакрыло, Корпус морской пехоты сохранит свои четыре авиакрыла, хотя их состав будет изменен. Эскадрильи средних бомбардировщиков A-6 ВМС и морской пехоты будут дезактивированы. Авианосные крылья будут в будущем содержать 36 истребителей F/А-18 многоцелевых самолетов и в морской пехоте США будет создано две дополнительные эскадрильи с F/A-18D. Авиация корпуса морской пехоты будет более тесно интегрирована с авиацией флота, и три действующих и две резервных эскадрилий F/A-18 должны действовать авианосного крыла.
   В дополнение к программам модернизации практически всех типов боевых самолетов планируется усовершенствовать как перспективную ракету средней дальности "воздух-воздух" (АМРААМ), так и ракету малой дальности Sidewinder. Новое оружие, которое будет внедрено в течение следующих пяти лет, включает:
   * Ударная ракета (SLAM), инфракрасная управляемая версия противокорабельной ракеты Harpoon;
   * Сенсорное взрывчатое оружие (SFW), дозатор противотанковых боеприпасов (уже в процессе закупки);
   * Совместные боеприпасы прямого поражения (JDAM), обеспечивающие автономную навигационную способность существующих бомб свободного падения.;
   * Joint Standoff Weapon (JSOW), более дальнобойный, аэродинамически эффективный, автономно управляемый распределитель боеприпасов (закупка начинается в 1996 финансовом году);
   * Трехсервисная ударная ракета (TSSAM), малозаметная (стелс) ракета большой дальности (уже в стадии закупки).
   JSOW, испытания которого уже начались, получил обозначение AGM-154. JSOW будет иметь дистанцию 72 км и доставит шесть суббоеприпасов, каждый с четырьмя противотанковыми зарядами кинетической энергии с инфракрасными датчиками.
   Усовершенствования также планируются в области беспилотных летательных аппаратов (БПЛА). БПЛА малой дальности (SRUAV), являющийся продолжением Pioneer, в настоящее время находится в производстве для армии, флота и USMC. Разработка БПЛА ближнего действия (CRUAV) для использования наземными подразделениями Нижнего эшелона начнется в 1999 финансовом году. И SRUAV, и CRUAV будут предоставлять изображения в реальном времени. Рассматриваются и другие БПЛА, обладающие большей дальностью и высотными возможностями.
   Был внесен ряд изменений в развертывание ВВС США за рубежом. В Великобритании численность личного состава была сокращена примерно на 2000 человек, в то время как эскадрилья F-15C/D была добавлена. Истребительная группа в Нидерландах была отозвана, как и эскадрилья ПВО F-15 в Исландии. В Италии численность ВВС возросла примерно на 1000 человек в связи с решением разместить истребительное крыло в Авиано. В Японии эскадрилья F-15E была отозвана, но количество других типов было увеличено (F-15C/D с 36 до 54 и F-16 с 24 до 42). ВВС США по-прежнему развертывают самолеты поочередно для выполнения ряда операций: операции Poised Hammer, обеспечивающей соблюдение бесполетной зоны над Северным Ираком; операции Southern Watch, обеспечивающей соблюдение бесполетной зоны над южным Ираком; операции Deny Flight, которая одновременно обеспечивает соблюдение бесполетной зоны над Боснией и Герцеговиной и обеспечивает тесную воздушную поддержку сил ООН там; а также обеспечивает транспорт для ряда гуманитарных миссий по всему миру.
   Обзор Снизу вверх требует дальнейшего сокращения военно-морских сил. Ожидается, что к 1999 году Военно-Морской Флот будет состоять примерно из 330 кораблей, из которых ключевыми элементами станут 12 авианосцев (включая один резервный/учебный авианосец) и 11 гладкопалубных десантных кораблей, способных принимать на борт как самолеты СВВП, так и вертолеты. Военно-Морской Флот США видит главную роль как авианосцев, так и десантных сил в крупных региональных конфликтах и планирует, что четыре или пять авианосных боевых групп и такое же количество морских экспедиционных бригад могут потребоваться для одного MRC. За последние 12 месяцев было списано значительное число военных кораблей, но некоторые новые корабли присоединились к флоту. Численность за этот период сократилась примерно на 28 000 человек. Авианосный флот не претерпел никаких изменений, и седьмой самолет класса Nimitz планируется ввести в эксплуатацию в 1996 финансовом году.
   Четыре усовершенствованных ПЛА Los Angeles были введены в эксплуатацию, в то время как пять ПЛА (четыре Sturgeon и один Permit) были выведены из эксплуатации, а один Los Angeles был помещен "в резерв" (ICIR). Планируется еще пять Los Angeles, и последний будет поставлен в 1996 финансовом году. Строительство двух новых ударных подводных лодок класса Seawolf было профинансировано; хотя эта программа подвергается жесткой критике со стороны Конгресса из-за ее стоимости, она может добавить некоторое финансирование для третьей лодки в бюджет на 1996 финансовый год.
   Крейсерские силы были сокращены на 18 кораблей, причем 20 из них были выведены (два Virginia, восемь Belknap, девять Leahi и, к середине сентября 1994 года, один Long Beach). Были введены в строй два последних класса Ticonderoga-line 2/3, которые могут быть вооружены КРМБ Tomahawk. Число эсминцев, находящихся на вооружении, возросло: были введены в строй еще четыре корабля типа "Арли Берк", оснащенных системой "Эгида", и только один, последний корабль класса Coontz, получил статус ICIR. Еще семь эсминцев класса Spruents были модифицированы, чтобы нести вертикальную пусковую систему (VLS). Восемь фрегатов класса Knox были выведены из эксплуатации, и все восемь учебных фрегатов Knox будут выведены из эксплуатации к концу 1994 финансового года. Несколько ранее вышедших в отставку фрегатов класса Knox были переданы в аренду - один в ОКР (Тайбэй) и четыре в Турцию. Конгрессу было предложено передать еще 18 кораблей этого класса шести военно-морским силам (Бразилии, Египту, ОКР (Тайбэй), Таиланду, Турции и Венесуэле).
   Шесть новых патрульных кораблей класса Cyclone будут введены в строй к середине июня 1994 года, и планируется ввести еще семь. В области минной войны к флоту присоединились второй береговой минный охотник класса Osprey, введенный в эксплуатацию в августе 1994 года, и еще три корабля противоминного противодействия класса Avenger (последний - в июле 1994 года), чтобы завершить класс из 14 кораблей. Всего запланировано 12 Ospreys. Военно-морской резерв должен взять на себя больше ответственности за ведение минной войны и к 1998 году будет укомплектован экипажами 16 кораблей, включая командно-диспетчерский корабль.
   Изменения в составе десантного флота включают ввод в строй третьего десантно-штурмового корабля класса Wasp, и еще три корабля этого класса должны поступить на вооружение к 1999 году. Один вертолетоносец с посадочной платформой класса Iowa Jima переоборудован в корабль противоминной поддержки, а второй продан в июне 1994 года. Пять танкодесантных кораблей Newport были отправлены в отставку, и они вместе с другими вышедшими в отставку ранее предлагались другим флотам. Процесс передачи был остановлен Сенатом после того, как лоббист морской пехоты выразил сомнение в том, что флот все еще может поднять два с половиной MEF без них. Три оставшихся десантных грузовых транспортов Charleston были переведены из резерва Военно-Морских сил в бездействующий резерв. В планах на будущее - четыре грузовых десантных корабля дока и 12 десантных кораблей нового класса для доставки подразделений морской пехоты.
   Военно-морские силы США провели испытания ракеты БРПЛ Trident D-5 SLBM, вооруженной неядерными боеголовками, чтобы оценить использование глобальной системы позиционирования (GPS) для наведения боеголовок на цели. Цель проекта - точно доставить проникающие боеприпасы с аналогичной способностью авиабомбы GBU-28, разработанной после войны в Персидском заливе, для глубокого проникновения, необходимого для атаки командного пункта и аналогично защищенных бункеров. GBU-28, как говорят, способен проникать на 20 футов бетона на 100 футов земли. Боеголовка Trident будет снабжена металлическими стержнями и достигнет своего пробития за счет скорости удара. Точность, конечно, жизненно важна.
   Расходы на Оборону
   Бюджета на 1994 ф.г.
   Запрос администрации на утверждение бюджета национальной обороны на 1994 финансовый год составил $263,4 млрд, включая финансирование военной деятельности Министерства энергетики и НАСА. Впоследствии Конгресс США сократил этот запрос почти на $2 млрд до $261,7 млрд. Таким образом, в реальном выражении разрешение оборонного бюджета на 1994 год составило около 21 млрд долл., или на 8% меньше, чем в 1993 финансовом году. За исключением военного строительства - на которое приходится всего 2% от общего объема - и эксплуатации и технического обслуживания, Все статьи оборонного бюджета были сокращены в реальном выражении. В соответствии с политикой поддержания боеготовности Вооруженных сил, наблюдалось незначительное реальное увеличение (на 1%) расходов на операции и техническое обслуживание ($89,5 млрд). Исследования, разработки, испытания и оценка (RDTE) были сокращены до $38,6 млрд (снижение на 1%). Гораздо большие сокращения были сделаны для военнослужащих ($70.1 млд) - сокращение на 9% - и, в частности, закупки ($45,5 млрд) - сокращение на 17%.
   Что касается основных программ создания новых систем вооружения, то бюджет предусматривал разработку тактического боевого самолета F-22, разведывательного и ударного вертолета RAH-66 Comanche, ударной подводной лодки Centurion, космических систем Milstar и "Spacelifter. Дополнительные заказы (шесть) были размещены на воздушный транспорт C-17 Globemaster III. Никаких заказов на V-22 Osprey не поступало, но программа поддерживалась за счет дальнейшего финансирования развития, которое было восстановлено Конгрессом. Продолжалось серийное производство F/A-18 Hornet, F-16 Falcon, реактивного учебного самолета T-45 Goshawk, вертолета UH-60 Blackhawk и его производных, а также вертолета CH/MH-53 Super Stallion; как и в 1993 году, больше не было заказов на F-15, AV-8B или AH-64 Apache, а также заказов на B-2. Программы модернизации продолжались для оснащенных Aegis эсминцев DDG-51, F-14 Tomcat, Longbow Apache, танков M1 Abrams и БМП Bradley.
   Наибольшее сокращение пришлось на BMDO, чье финансирование сократилось примерно на $ 2,5 млрд с $ 6,3 млрд, предложенных предыдущей администрацией, до $ 3,8 млрд.
   В этом случае Конгресс США добавил еще несколько сокращений, основными из которых были: еще около $1 млрд от BMD; заявка ВВС на 24 F-16 была уменьшена вдвое; около $200 млн было взято из финансирования C-17; и около $170 млн из программы F-22.
   FY1995 запрос бюджета
   Запрос бюджета национальной обороны на 1995 финансовый год, который не будет окончательно утвержден Конгрессом до конца 1994 года, составляет $263,7 млрд (снижение в реальном выражении на 2% по сравнению с разрешением на 1993 финансовый год), при этом общие расходы на оборону запланированы в размере $1,23 трлн. на период 1995-1999 годов (падение примерно на $107 млрд. - или 8% - от плана предыдущей администрации).
   В своем ежегодном докладе Президенту и Конгрессу тогдашний министр обороны Лес Аспен перечислил следующие руководящие принципы, которые определяли программные и бюджетные решения: приспособление к опасностям новой эры безопасности; поддержание качества и морального духа личного состава Вооруженных сил; готовность с упором на подготовку, операции и техническое обслуживание; превосходящие технологии вооружения; обеспечение выживания основных элементов оборонной промышленности.
   Перечисленные выше приоритеты находят свое отражение в изменении доли оборонного бюджета, выделяемого на каждую сферу. Операции и техническое обслуживание (готовность) получают реальное увеличение на 5,6% по сравнению с 1994 годом, несмотря на сокращение структуры сил на 7% и $92,9 млрд. Содержание депо увеличивается на 20% до $6,3 млрд, а научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), которые понесли основную тяжесть сокращений Конгресса в 1994 году, увеличиваются на 3,8% до $ 36,2 млрд. С другой стороны, закупки сократились на 2,7%, что отражает принятое ранее политическое решение сохранить лидерство в области НИОКР и отложить закупку нового оборудования до тех пор, пока не возникнет реальная необходимость в замене. Министр обороны сообщил, что расходы на закупки, которые по заявке на 1995 финансовый год составляют $43,3 млрд, представляют собой сокращение на 7% в реальном выражении и сопоставимы с уровнем расходов 1991 года в $ 91 млрд, начнут расти после 1996 года.
   Что касается отдельных услуг, то запрос армии, $61 млрд., на $100 млн. выше полномочий за 1994 финансовый год, но ниже в реальном выражении примерно на 2%. Финансирование операций и технического обслуживания, несмотря на сокращение численности сил, увеличивается на $1,8 млрд, в то время как расходы на НИОКР и закупки сокращаются на $900 млн. Бюджет НИОКР по-прежнему включает значительное финансирование: ударного вертолета "Команч"; вертолета "Лонгбоу Апач", модернизация которого включает улучшенную работоспособность, значительно улучшенную ремонтопригодность и обеспечение системы обнаружения целей и огневого поражения целей; модернизация бронетехники; и "умные" противотанковые боеприпасы. Но все эти программы расширяются и поэтому будут терпеть задержки. Основными закупочными заявками от армии являются: 60 вертолетов Black Hawk UH-60; 270 переносных зенитных ракетных установок Javelin; и программы модернизации для танков Abrams M-1 и БМП Bradley.
   Бюджетный запрос ВМС США в размере $78 млрд. более чем на $1 млрд. больше, чем в 1994 финансовом году, но это сокращение на 1% в реальном выражении. Новое судостроение в бюджете - один авианосец ($2,4 млрд.) и три оснащенных Aegis эсминца DDG-51 ($2,9 млрд.). Другие основные запросы касаются: еще 24 штурмовиков F/A-18C/D; еще четырех самолетов E-2C AEW; 18 БРПЛ Trident D-5; и еще 217 КРМБ Tomahawk. Заявки на НИОКР включают $1,35 млрд. на разработку самолета F/A-18E/F; $507 млн. на новый класс ударной подводной лодки Centurion; и $497 млн. на продолжение разработки тактического конвертоплана V-22 Osprey для USMC. Программа истребительной авиации A/F X была отменена в пользу совместной программы [Военно-Морского Флота и ВВС] Advanced Strike Technology (JAST), которая должна разработать недорогие модульные двигатели и технологии авионики для использования в будущих самолетах и системах вооружения.
   Бюджет ВВС, на $788 млн. больше, чем в 1994 финансовом году, но примерно такой же в реальном выражении, составляет $74,5 млрд. Военно-воздушные силы решительно выступают за продажу устаревшего вооружения и техники на экспорт и использование средств, полученных на новые модели и модернизацию. Основными статьями запроса ВВС являются: $2,6 млрд. на шесть стратегических транспортных самолетов С-17 (включая авансовое финансирование еще восьми самолетов в 1996 финансовом году); $2,4 млрд. на продолжение НИОКР истребителей F-22; и $546 млн. на НИОКР улучшенных самолетов E-8B JSTARS (включая авансовое финансирование двух самолетов в 1996 финансовом году). Закупки самолетов F-16 продолжаются до 1996 года, но затем прекращаются. Последующая система раннего предупреждения (FEWS) (спутниковая система предупреждения и слежения за баллистическими ракетами) была отменена из-за ее недоступности. Однако программа поддержки обороны все еще нуждается в модернизации или дополнении, чтобы обеспечить возможность обнаружения тактических баллистических ракет. Другими основными компонентами запроса оборонного бюджета являются: $3,25 млрд. на ПРО, что примерно на $500 млн. меньше, чем было запрошено в 1994 финансовом году (пятилетний план расходов на 1995-1999 годы предусматривает выделение около $17 млрд. на ПРО, что делает его крупнейшей отдельной программой НИОКР за этот период); $2,18 млрд. на экологические программы, включая $200 млн. на очистку загрязненных участков. Бюджетный запрос Министерства энергетики на оборонную деятельность составляет $10,6 млрд, что на 5% меньше, чем в 1994 финансовом году. США на поддержку международного миротворчества в дополнение к дополнительному запросу на $670 млн., причитающемуся ООН, но не выплаченному в 1994 финансовом году (запрос Министерства обороны включает $300 млн. на миротворческие контингенты ООН, пункт, который, вероятно, будет вычеркнут Конгрессом); $1,6 млрд. на гуманитарную помощь (миграция и беженцы, помощь в случае стихийных бедствий, продовольственная помощь); и $3,2 млрд. на помощь в области безопасности, основная часть которой будет направлена на поддержку ближневосточного мирного процесса. В дополнение к Египту и Израилю, которые после заключения мирного договора получили наибольшие доли, только Иордания, Греция и Турция получат помощь в области безопасности в 1995 финансовом году.
   Палата представителей приняла поправку к оборонному бюджету, требующую от европейских союзников в течение четырех лет покрыть 75% (вместо нынешних 5%) финансовых расходов американских вооруженных сил (кроме заработной платы) в Европе. Поправка, которая еще не была одобрена Сенатом, потребует вывода 1000 военнослужащих на каждый процентный пункт ниже 75%. Предполагаемая экономия может составить $5 млрд. в течение пяти лет.
   Оборонные бюджеты США
   Пояснительная записка:
   Каждый год правительство США представляет Конгрессу свой оборонный бюджет на следующие два финансовых года вместе с долгосрочным планом расходов, охватывающим еще три года. До утверждения Конгрессом бюджет именуется бюджетным запросом, после утверждения он становится бюджетным органом (BA) и санкционирует выделение средств для немедленных и будущих выплат. Термин "общий объем обязательств" (TOA) представляет собой стоимость прямых оборонных программ за каждый финансовый год независимо от финансирования (т. е. от предыдущих финансовых лет и поступлений от полученных доходов или процентов). Термин "расходы" представляет собой фактические расходы; каждый год правительство оценивает, каковы будут расходы, разница между ними и БА, предусматривающей непредвиденные расходы. Однако разрешенные денежные средства, особенно в сфере закупок и строительства, редко полностью расходуются в год.














   Partnership for Peace
   In late 1991, after the Cold War ended, the North Atlantic Treaty Organisation (NATO) formed the North Atlantic Cooperation Council (NACC) to improve its relations with the countries of East and Central Europe. All former members of the Warsaw Pact and republics of the former Soviet Union, including the Baltic states, automatically became members. Albania joined NACC on 5 June 1992. However, a number of countries still hoped for full NATO membership, while NATO considered it too early to expand the Alliance. On American initiative the Partnership for Peace (PFP) programme was developed to improve further military cooperation between NATO and other European states, including non-NACC members of the Conference on Security and Cooperation inEurope (CSCE) who wished to join. NATO's Partnership for Peace Invitation was issued at the summit meeting held on 10 January 1994 and the first application tojoin was made by Estonia on 3 February. By 13 July 22 countries, including Russia, had joined; only Armenia, Belarus and Tajikistan had not joined from NACC, and Finland, Sweden and Slovenia had joined from the CSCE.
   Membership of Partnership for Peace requires two initial actions: first, the signing of the Framework Document which sets out the basic commitments of both NATO and participating partners; second each partner has to submit a Presentation Document setting out their programme for participation. Partners are committed to cooperating with NATO in the following areas:
   * Facilitating transparency in national-defence planning and budgeting processes;  Ensuring democratic control of defence forces;
   * Maintaining the capability and readiness to contribute, subject to constitutional considerations, to operations under the authority of the UN and/or the responsibility of the CSCE;
   * Developing cooperative military relations with NATO for joint planning, training and exercises to strengthen their ability to undertake missions in the fields of peacekeeping, search and rescue, humanitarian operations, and others as may subsequently be agreed;
    Developing, over the longer term, forces that are better able to operate with those of the members of the North Atlantic Alliance.
   Each Presentation Document is specific to the country presenting it, but most contain items under the following headings:
   Aerospace Research and Development Exercises (of all types)
   Air Defence Infrastructure
   Arms Control and Disarmament Interoperability (command and control)
   Civil Emergency Planning Interoperability (troops)
   Crisis Management Logistics
   Defence Budgeting Peacekeeping
   Defence Policy Personnel Management
   Defence Procurement Public Relations
   Democratic Control Standardisation
   Environmental Protection Training
   With the expansion of cooperative activities NATO has established a Partnership Coordination Cell at Mons in Belgium and is preparing accommodation at NATO headquarters for partners to maintain a permanent liaison presence there.
   A key element in PFP is to develop forces in partner countries better able to operate with those of NATO, particularly in peacekeeping and humanitarian relief operations. NATO has reaffirmed that membership is open to other European states; Partnership for Peace is a qualifying step towards admission. In January 1994, President Clinton told European leaders in Prague that 'the question is no longer whether NATO will take on new members, but when and how we will do it'. Until then NATO had committed itself to 'consulting any partner that perceives a direct threat to its territorial integrity, political independence or security'.
   NATO continues to play an important role in support of the UN's peacekeeping operations in Bosnia-Herzegovina. The air exclusion zone and the naval blockade continue. A new element was added in August 1993 when NATO deployed ground-attack aircraft to Italy to provide air support for UN troops should this be necessary. The composition of NATO's forces operating in the region is listed in the Peacekeeping section at p. 268. NATO reaffirmed, both at the December 1993 summit and at the North Atlantic Council meeting in June 1994, its determination to contribute to the implementation of an agreed peace settlement. The Allied Rapid Reaction Corps headquarters and elements of the Corps are standing by should NATO peackeeping forces be requested. In addition to the deployed naval and air forces there are over 20,000 NATO troops on peacekeeping duties in Croatia, Bosnia-Herzegovina and Macedonia.
   NATO Reorganisation
   In July 1994 Allied Forces Northern Europe was disbanded and replaced by Allied Forces North West Europe (AF NORTHWEST) with its headquarters at High Wycombe (UK). Its Principal Subordinate Commands (PSCs) are Allied Air Forces North-West Europe (AIR NORTHWEST), also headquartered at High Wycombe, Allied Naval Forces North-West Europe (NAVNORTHWEST), with its headquarters at Northwood (UK), and Allied Forces North Europe (HQ NORTH) located at Stavanger (Norway). The headquarters of the Allied Rapid Reaction Corps has now moved from Bielefeld to Rheindahlen (previously the headquarters of the Northern Army Group and 2 ATAF) where the headquarters of the Multi-National Division (Central) (NATO's air-mobile division) is also located. Allied Command Channel has been eliminated as planned, but neither Allied Land Forces South-Central Europe nor 7th Allied Tactical Air Force have been established.
   Combined Joint Task Forces
   Following the US initiative to develop the 'Adaptive Joint Force Package', NATO has adopted a programme to develop Combined Joint Task Forces (CJTF). 'Combined' because forces from more than one country would participate, and 'Joint' because elements from more than one service would take part. The key to a successful CJTF is fielding a practised, deployable joint force headquarters which can be expanded by adding staff officers from those countries contributing to the force, but which are not already represented at the headquarters. At present there is no such headquarters permanently established.
   European Pillar
   Western European Union (WEU)
   Membership of the WEU now includes Greece which ratified its accession on 12 January 1994. However, not all members have yet ratified the decision on associate status. Nevertheless, the WEU decided at the Council of Ministers meeting in May 1994 that future associate members (Iceland, Norway and Turkey) may nominate officers to the Planning Cell and would be connected to the WEU communications network as soon as possible.
   The WEU has also developed its own partnership scheme. On 9 May 1994 the WEU Council of Ministers and the Foreign and Defence Ministers of Bulgaria, the Czech Republic, Estonia, Hungary, Latvia, Lithuania, Poland, Romania and Slovakia agreed that the nine countries should become Associate Partners of the WEU. Associate Partners may participate in meetings of the WEU Council, may have a liaison arrangement with the Planning Cell, may participate in the implementation of humanitarian and rescue tasks, peacekeeping, crisis management and in related exercises. They will also be able to offer forces for specific operations.
   A WEU report on the Planning Cell, which has now been established for over a year, commented that it had to work in a political vacuum as there was no common European defence policy on which to base its activity. The WEU Council of Ministers has tasked the Permanent Council to begin work on the formulation of a policy with a view to presenting their preliminary conclusions at the next ministerial meeting in November 1994.
   Three more countries have assigned troops to the Eurocorps. Spain's contribution is a mechanised brigade which will be expanded to a division by 1988; Luxembourg will assign its infantry battalion on 1 January 1995; and Belgium its mechanised division. The Corps is due to be fully operational in 1995.
   German Constitution
   On 12 July 1994 the German Constitutional Court ruled that the Constitution did not bar German forces from taking part in military operations outside the NATO area, including those requiring the use of force. However, each operation must be authorised by a simple majority of the Bundestag. On 22 July the Bundestag gave its approval for German participation in Operation Deny Flight and Operation Sharp Guard. For some time Germany has provided air crew for NATO AWACS monitoring the air exclusion zone over Bosnia, and a frigate as part of the naval force enforcing UN sanctions.
   Turkey's Kurdish Problem
   Turkey has been conducting operations against a Kurdish guerrilla movement headed by the Kurdistan Worker's Party (PKK) since 1984. Significantly large casualty figures for both Kurds and Turkish armed forces are announced virtually every week. The Interior Ministry has stated that 'more than 1,500 terrorists were killed in the first three months' of 1994. In 1993 over 4,000, including civilians, Turkish soldiers and PKK fighters, were killed compared to some 2,600 in 1992. Some 160,000 troops are said to be deployed in south-east Turkey compared to the normal figure of about 90,000. The guerrilla war is affecting the rate of desertion and 'draft dodging'. Some 250,000 men are said not to have reported for compulsory service, but over how long a period is not known. On two occasions the German government has temporarily halted delivery of armaments after reports that they were being used in counter-terrorist operations. In July 1994 the US Senate's Appropriations Committee added a requirement to the foreign military aid bill that the sale of any military equipment to Turkey 'shall expressly state that it will not be used for internal security purposes'. In April 1994 parliament voted to remove parliamentary immunity from six Kurdish MPs who are now on trial accused of treason.
   Nuclear Weapons Developments
   In November 1993 the United Kingdom Minister of Defence announced that when Trident SLBM armed submarines are deployed they will not carry more than 96 warheads per boat and on occasion a much lower number than this. In February 1994, Prime Minister John Major, during a visit to Moscow, announced that British strategic missiles would no longer be targeted at Russia. The second Vanguar I-class SSBN was rolled out in September 1993 and will start sea trials late in 1994. HMS Vanguard, the first of the class, carried out test-firing of Trident SLBM in April 1994 and should be fully operational shortly. It is understood that the UK has procured 44 Trident missiles, including presumably the two that were test-fired. The government has dropped its plans to replace the WE-177 nuclear bomb with a stand-off weapon, and is considering the use of a single-warhead Trident missile in the sub-strategic role. There has been no change to the French nuclear situation. In May 1994, President Mitterrand said that France had around 500 nuclear warheads, 384 of them for the M-4 SLBM. The first of the new class of SSBN, Le Triomphant, is expected to be in service in 1996. The third boat in this class was ordered in mid-1993.
   Conventional Military Developments and Plans
   In Belgium good progress has been made towards reducing the size of the armed forces to 40,000 by 1997. No more conscripts are being called up. During the last 12 months the Army has reduced by 6,000, there are 10,000 conscripts less and 4,000 volunteers added to the regular strength. The Air Force has reduced by 5,000 and now has no conscripts, and the Navy, down by 1,500, has only 300 conscripts remaining. The Army has been reorganised: the active tank brigade has been converted to a mechanised brigade; the amount of combat support has been reduced; and the reserve brigades disbanded. Surplus equipment is to be either sold or scrapped, including 200 MBT, 160 APC, 100 artillery and mortars. Air defence will be based solely on M-167 Vulcan guns and Mistral SAM (54 have been added during the year and 42 more are still to be delivered) with Improved Hawk SAM and Gepard SP AA guns being sold. Only Milan ATGW will remain in service with Swing/ire SP ATGW and JPK 90mm SP guns being retired. It was announced in May 1994 that the Belgian and Netherlands navies were planning to integrate their operations. However, Netherlands submarines will not be integrated. The active Belgian ground forces under the Intervention Force Headquarters, but less the Para-Commando brigade which forms part of NATO's multinational air-mobile division, have been assigned to the Eurocorps. The Belgian Defence White Paper published in July included the commitment to make available two army battalions, one squadron of F-16s, one frigate, one command and logistic ship and three minesweepers for operations if needed by the UN, the CSCE, NATO or the WEU/EU.
   The Canadian Navy will have commissioned three more Halifax-class frigates by the end of July 1994. One Restigouche-class and the last two Mackenzie-class frigates have been retired. The first defence budget set by the new government has cut spending by $US 1.2 bn, not counting the $US 1.2bn saved by the cancellation of the EH-101 helicopter programme. Most savings will be achieved by base-closures and the reduction of 8,000 uniformed and 8,400 civilian personnel. In Denmark the Army has replaced its Redeye SAM with Stinger. The Navy has commissioned three more Flyvefisken (standard Flex) coastal patrol craft, and three more are due by the end of 1995. One Alssund-class mine-countermeasures vessel has been retired and one Flyvefisken-class mine-hunter commissioned. The Air Force has disbanded its reconnaissance squadron which had eight RF-35 Draken aircraft.
   The French Minister of Defence has clearly stated that conscription will not be discontinued. The French Army has resubordinated the mountain division from the Force Action Rapide to the 3rd Corps and two reserve light armoured divisions which had been based on the infantry and armoured schools have been disbanded. By the year 2,000 there are planned to be eight army divisions, one less than now; four will be 'heavy' and four 'light' divisions. The deployment of Foreign Legion and Marines units is better depicted this year. In France these units form part of the Army' s divisions while overseas they are garrison troops. The Army has taken delivery of 36 more Leclerc tanks. Eventually 310 will be produced which will equip one-and-a-half divisions. A further 148 VBL M-11 armoured reconnaissance vehicles have been acquired, as have 50 more Mistral SAM. The Navy has retired one Daphne-class submarine and commissioned two more Floreal-class frigates. The Charles de Gaulle nuclear-powered aircraft carrier was launched in May 1994 and is expected to enter service in 1999. It will embark Rafale fighters and Hawkeye AWACS aircraft. At the launch ceremony, the Minister of Defence stated his intention to acquire a second of the class by 2003. The first of the new class of frigates, La Fayette, is expected to commission in 1995 with one more each in 1996, 1997, 1998, 2000 and 2001. The Air Force commands have been renamed, and the main changes are that the air-defence command is now entitled Commandement Air des Systemes de Surveillance d'Information et de Communications (CASSIC), and the tactical air force is now Commandement des Forces Aeriennes de Combat (CFAC). Two fighter squadrons with Mirage F-1CR have been disbanded. Two FGA squadrons have been disbanded and three re-equipped.
   The reorganisation of the German Army is complete. There are still three Corps headquarters but one has now become a joint German/Netherlands headquarters. The number of divisions has been reduced to eight, and their headquarters also have the dual role of Military District Command (MDC). The Army's tank inventory is much reduced from 4,778 to 2,855.1,276 Leopard-1 and 649 M-48 have been or will be disposed of and over 400 former East German tanks have been destroyed. All in-service Leopard-1 tanks are now upgraded to 1A5, and 34 more Leopard-2 have been acquired. All M-110 203mm SP artillery have been transferred to Greece and Turkey and over 600 BMP-1 (former East German Army) AIFV have been transferred to other countries. In the last 12 months, over 3,000 items of equipment from the former East German Army have been destroyed in accordance with the CFE Treaty, including 400 MBT, 700 APC, 1,200 armoured reconnaissance vehicles and 370 artillery pieces. Army manpower strength has been reduced by some 33,000. The Navy has retired two Hamburg-class destroyers and commissioned two more Frankenthal-class coastal minehunters. The Navy hopes to place a contract for four Type-212 submarines in 1995, but budgetary approval has not yet been obtained. 39 Tornado aircraft have been transferred to the Air Force which has retired its force of F-4F and Alpha Jet FGA aircraft. Some Alpha Jet are still kept in a training role, and 50 are to be transferred to Portugal. Tornado has now replaced RF-4E in the reconnaissance role and an Electronic Combat and Reconnaissance (ECR) wing with Tornado aircraft has been formed. Some 130 aircraft of the former East German Air Force have been destroyed. The governing coalition is debating whether to reduce the period of compulsory service from 12 to 10 months, while the 1994 White Paper confirmed that conscription would continue. Of the 210,000 volunteers in the armed forces only 38,000 were not officers or under-officers. The number of conscripts claiming to be conscientious objectors in 1993 rose to 111,000 from the 1990 total of 60,000. In July 1994 the Constitutional Court ruled that the Constitution did not preclude out-of-area operations, including those requiring the use of force, provided parliamentary approval had been given.
   The Greek Army has acquired significant quantities of second-hand weapons and equipment during the last 12 months, mostly under NATO's cascading scheme. 80 US M-60 tanks have been delivered and 75 German Leopard-1 are due to be transferred. Greek M-47 tanks have been placed in store. ACV transfers include 200 German M-113 APC, 60 M-106A1 mortar carriers from the Netherlands and 500 former East German BMP-1 AIFV. 72 M-110 SP guns have been acquired from Germany, 150 RM-70 MRL and 20 MLRS will be delivered in 1994. The Army now has its first attack helicopters. Nine AH-1P Cobra have been delivered with a further eight still due. It has been reported that 24 AH-64 Apache will be delivered in 1995. The Navy has retired two Katsonis (US Guppy-class) submarines and two Themistocles (US Gearing-class) destroyers. A fourth Elli (Netherlands Kortenaer) frigate has been commissioned, as have two / Forts-class (German Tiger-class) fast patrol craft armed with Exocet SSM, and two Greek built Pirpolitis-class coastal patrol craft. The Italian Navy has commissioned its third Pelosi-class submarine and its third San Giorgio-class amphibious ship (LPD). The last two Albatross-class corvettes have been retired. The first three AV-8B II Harriers for the aircraft carrier G. Garibaldi have been delivered.
   The Netherlands Army is due to be reorganised during the second half of 1994. After reorganisation the ground forces will comprise one division consisting of an active light, an active mechanised and two reserve mechanised brigades which is to form part of the German/Netherlands Corps, and an active air-mobile brigade which forms part of the Multi-National Air-mobile Division (MND (C)). The Netherlands also provides a signals battalion for MND (C). Army aviation has been transferred to the Air Force which will provide the helicopters for the air-mobile brigade. The Navy has commissioned the fourth Zeeleeuw-class submarine and two more Karel Doorman-class frigates. A further Kortenaer-class frigate has been transferred to Greece and nine mine warfare vessels have been decommissioned but not yet disposed of. The Air Force has disbanded one F-16 FGA squadron and taken delivery of its first C-130H transport plane, a second is due in 1995.
   The Norwegian Army has disposed of 117 tanks (M-48 and M-24/90). Future procurement plans for the Navy have been released. Up to eight fast patrol boats will be ordered first and, probably in 1998, six frigates are expected to be ordered to replace the Oslo-class which now number four following the loss of the Oslo in January 1994. Building of the new Oksey/Alta-class of mine-warfare vessels is behind schedule and the first will not commission until August 1994. Three more Oksoy-class (mine-hunters) will be commissioned in 1994 and 1995 and five Alta-class (minesweepers) in 1996 and 1997. The Spanish Army has disposed of 100 M-47 tanks and has transferred 16 M-60 A3 tanks to the Marines to replace their M-48. 72 Mistral SAM have been acquired. The Navy has commissioned one more Santa Maria (US Perry-class) frigate with the sixth expected to enter service by the end of 1994. The Military Balance has, in the past, incorrectly assessed the rundown of manpower in the Spanish armed forces. Numbers are therefore higher than those published in 1993.
   Army operations against the Kurdish rebels of the PKK in eastern Turkey have caused the length of conscript service to be increased by five months, and in July 1994 it was announced that the discharge of certain intakes would be postponed for between four and five months depending on rank. Older M-47 tanks are being destroyed as the Army receives newer models under NATO's 'cascading' programme; during the last 12 months 226 M-60 and 85 Leopard-1 tanks have been delivered. The numbers of Army helicopters have been revised and result in substantially fewer being listed. Orders have been placed for 19 Mi-17, 45 UH-60 Black Hawk and 20 SA-365 Cougar helicopters. The Navy has commissioned eight US Knox-class destroyers. The Air Force has retired its F-104 fighters and FGA and RF-5A reconnaissance aircraft. 12 more F-16 FGA have been delivered from domestic production and 16 more F-4 from Germany. Better information has allowed a revision of Air Force squadron roles; there are now 14 FGA squadrons (previously 19 were listed), six fighter (two) and two reconnaissance (nil).
   The force cuts required by the United Kingdom's' Options for Change' programme will have been completed when the last amalgamation of infantry battalions takes place in September 1994. The Armed Forces manpower strength in June 1994 was 254,000 compared with 306,000 in 1990 when the programme was announced. While the Army's manpower has reduced by some 30,000, its weaponry has been much improved: MLRS has been introduced; AS-90 155mm SP artillery has replaced the 105mm Abbot; numbers of Warrior AIFV have doubled; and Starstreak High Velocity Missile (HVM) is about to enter service. In the last 12 months 120 AS-90 and 80 Warrior have been delivered. The first Challenger 2 tank, of which 127 were ordered in 1992, has been delivered. An order for a further 259 tanks was placed in July 1994 to allow all armoured regiments to be equipped with the same tank, thus avoiding a costly up-grade to Challenger 1. The Royal Navy has commissioned three more Norfolk-class Type 23 frigates and a fifth Sandown-class mine-hunter. The remaining five Amazon-class, the last two in July 1994, and the last Leander-class frigates have been retired and will be sold. The last Oberon-class submarine has been retired; two Upholder class submarines have paid-off and the other two will by the end of 1994. It is hoped that all four will be sold. Five Waveney-class off-shore minesweepers have been retired and the remaining five re-classed as patrol craft. 18 Sea Harrier attack aircraft were ordered in January 1994. The Air Force inventory lists 561 combat aircraft with a further 71 in store; the total published in The Military Balance 1993-1994 was incorrect and should have read 552 plus 118 in store. Four RAF squadrons have been disbanded and Buccaneer and Victor tankers taken out of service; Tornado GR-1B have taken on the Buccaneer maritime attack role. The Minister of Defence announced in February 1994 that he had commissioned studies to consider the UK's requirement for cruise missiles and anti-tactical ballistic missiles. On July 1994 the government announced the decisions resulting from the Defence Costs Study, known also as 'Front Line First', as a commitment had been given not to reduce further fighting capability. However, manpower will be further reduced: the Army by 2,200; the Navy by 1,900; and the Air Force by 7,500. Some 7,100 civil service j obs will also be lost. Reserve forces manpower is not affected except that the Territorial Army's training pool of 4,500 posts, which was only introduced in 1992 will be abolished. The measures to be adopted to achieve the savings of ё750m annually required by the Treasury mainly involve: headquarters staffs; medical services; repair and stores units; stores holding policy; and some base closures. Some positive measures were also announced. Joint service working will be improved by merging the three single-service staff colleges. A Joint Headquarters is to be established at the Naval Headquarters at Northwood to control all overseas operations (until now this has been delegated to the most appropriate service headquarters for the operation (RAF for Desert Storm, Army for support of UNPROFOR in former Yugoslavia)). A smaller deployable Joint Headquarters is to be formed as part of NATO's Joint Force concept. This will take command of whatever forces from all three services are committed to an operation, but will not command them normally. A number of equipment orders, some long-mooted, were confirmed. In addition to the order for Challenger tanks, seven more Sandown-class minehunters, a mid-life upgrade for 142 Tornado GR-1 FGA aircraft, a number of Paveway III laser-guided bombs, and more thermal-imaging and laser-designator pods to equip Jaguar and Harrier as well as Tornado GR-1 aircraft have been ordered. Tenders for replacement amphibious ships and a follow-on class of Trafalgar attack submarine have been invited; the number ordered will depend on their price. The US is being asked to quote the cost of Tomahawk SLCM which would be deployed on submarines. The UK does not consider that such a buy would breach the Missile Technology Control Regime (MTCR) and has made it plain that SLCM would only be conventionally armed. Still awaited are decisions on further frigate buys and the choice of attack helicopter for the Army.
   Weapons and Equipment Cooperation
   Eurofighter 2000
   The first flight of Eurofighter took place in Germany on 24 March 1994. A second development model flew in the UK in April. Germany has reduced the size of its initial order from 250 to 140 aircraft. Italy and Spain have also reduced their requirements. As the work-share programme between the four nations was originally based on the size of the aircraft order, there is likely to be wrangling over altering work-shares.
   Future Large Aircraft
   The multi-national FLA project is designed to produce a replacement transport aircraft for C-130 and C-160 aircraft. Global sales are estimated at up to 1,000 aircraft. The governments of France, Germany, Italy, Portugal, Spain and Turkey are supporting the project, whereas British Aerospace is privately funding the feasibility study. Present plans are for a first test flight in December 2000 with delivery of operational aircraft starting in mid-2002.
   Other cooperative projects include: NH-90 Helicopter, EH-101 Helicopter, Eurocopter, Project Horizon Frigate and the Standard Hull Project.


   Партнерство ради мира
   В конце 1991 года, после окончания Холодной войны, Организация Североатлантического договора (НАТО) сформировала Совет Североатлантического Сотрудничества (НАСС) для улучшения своих отношений со странами Восточной и Центральной Европы. Все бывшие члены Варшавского договора и республики бывшего Советского Союза, включая прибалтийские государства, автоматически стали его членами. Албания присоединилась к НАСС 5 июня 1992 года. Однако ряд стран все еще надеялись на полноправное членство в НАТО, в то время как НАТО считало, что расширять альянс еще слишком рано. По американской инициативе была разработана программа "Партнерство во имя мира" (ПВМ) для дальнейшего улучшения военного сотрудничества между НАТО и другими европейскими государствами, включая не входящих в НАСС членов Конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ), пожелавших принять участие в ней. Приглашение НАТО к партнерству во имя мира было опубликовано на встрече на высшем уровне, состоявшейся 10 января 1994 года, а первое заявление на вступление в НАТО было подано Эстонией 3 февраля. К 13 июля присоединились 22 страны, включая Россию; только Армения, Беларусь и Таджикистан не присоединились от НАСС, а Финляндия, Швеция и Словения присоединились от СБСЕ.
   Членство в "партнерстве во имя мира" требует двух первоначальных действий: во-первых, подписания рамочного документа, в котором излагаются основные обязательства как НАТО, так и участвующих партнеров; во-вторых, каждый партнер должен представить презентационный документ с изложением своей программы участия. Партнеры привержены сотрудничеству с НАТО в следующих областях:
   * Содействие прозрачности процессов планирования и составления бюджета национальной обороны;
   * обеспечение демократического контроля над силами обороны.;
   * Поддержание способности и готовности вносить вклад, с учетом конституционных соображений, в операции под эгидой ООН и/или под ответственность СБСЕ;
   * Развитие совместных военных отношений с НАТО для совместного планирования, подготовки и проведения учений с целью укрепления их способности выполнять миссии в области миротворчества, поисково-спасательных, гуманитарных операций и других областях, которые могут быть впоследствии согласованы;
   * Создание в долгосрочной перспективе сил, которые будут лучше взаимодействовать с силами членов Североатлантического альянса.
   Каждый презентационный документ является специфичным для страны, представившей его, но большинство из них содержат пункты под следующими заголовками:
   Аэрокосмические исследования и разработки (всех типов)
   Инфраструктура Противовоздушной Обороны
   Взаимодействие в области контроля над вооружениями и разоружения (командование и контроль)
   Взаимодействие по гражданскому чрезвычайному планированию (войска)
   Логистика Антикризисного Управления
   Бюджетирование Обороны Миротворчество
   Управление Персоналом Оборонной Политики
   Связи с Общественностью в Сфере Оборонных Закупок
   Стандартизация Демократического Контроля
   Обучение по Охране Окружающей Среды
   В связи с расширением совместной деятельности НАТО создала координационную ячейку партнерства в Монсе в Бельгии и готовит помещения в штаб-квартире НАТО для партнеров, чтобы поддерживать там постоянное присутствие связи.
   Ключевым элементом ПВМ является развитие сил в странах-партнерах, способных лучше взаимодействовать с силами НАТО, особенно в операциях по поддержанию мира и оказанию гуманитарной помощи. НАТО подтвердила, что членство открыто для других европейских государств; Партнерство во имя мира является квалифицирующим шагом на пути к вступлению. В январе 1994 года президент Клинтон сказал европейским лидерам в Праге, что "вопрос уже не в том, примет ли НАТО новых членов, а в том, когда и как мы это сделаем". До этого НАТО обязалось "консультироваться с любым партнером, который видит прямую угрозу своей территориальной целостности, политической независимости или безопасности".
   Поддержание мира
   НАТО продолжает играть важную роль в поддержке миротворческих операций ООН в Боснии и Герцеговине. Воздушная зона отчуждения и морская блокада продолжаются. Новый элемент был добавлен в августе 1993 года, когда НАТО развернуло в Италии штурмовики для оказания воздушной поддержки войскам ООН в случае необходимости. Состав сил НАТО, действующих в регионе, перечислен в разделе "миротворчество" на стр. 268. Как на саммите в декабре 1993 года, так и на заседании Североатлантического совета в июне 1994 года НАТО подтвердила свою решимость содействовать осуществлению согласованного мирного урегулирования. Штаб-квартира корпуса быстрого реагирования союзников и его подразделения находятся наготове, если поступит запрос о создании сил быстрого реагирования НАТО. В дополнение к развернутым военно-морским и военно-воздушным силам в Хорватии, Боснии и Герцеговине и Македонии находятся более 20 000 военнослужащих НАТО, выполняющих миротворческие функции.
   Реорганизация НАТО
   В июле 1994 года союзные силы Северной Европы были расформированы и заменены союзными силами Северо-Западной Европы (AF NORTHWEST) со штаб-квартирой в Хай-Уикомбе (Великобритания). Его основными подчиненными командованиями являются Военно-воздушные силы Северо-Западной Европы (ВВС Северо-Запада), штаб-квартира которых также находится в Хай-Уикомбе, военно-морские силы Северо-Западной Европы (НАВНОРТВЕСТ) со штаб-квартирой в Нортвуде (Великобритания) и Северо-Европейские Военно-Воздушные Силы (штаб-квартира на севере), расположенные в Ставангере (Норвегия). Штаб-квартира корпуса быстрого реагирования союзников теперь переместилась из Билефельда в Райндален (ранее штаб Северной группы армий и 2 АТАФ), где также находится штаб многонациональной дивизии (Центральная) (воздушно-мобильная дивизия НАТО). Канал командования союзников был ликвидирован, как и планировалось, но ни сухопутные силы союзников в Юго-Центральной Европе, ни 7-я тактическая авиация союзников не были созданы.
   Многонациональные Оперативные Сили
   Вслед за американской инициативой по разработке "адаптивного пакета совместных сил" НАТО приняла программу по созданию объединенных совместных оперативных групп (CJTF). "Объединенные", потому что в них будут участвовать силы из более чем одной страны, и "Объединенные", потому что в них будут участвовать элементы из более чем одной службы. Ключом к успешному развертыванию CJTF является создание опытного, готового к развертыванию Объединенного штаба Сил, который может быть расширен за счет добавления штабных офицеров из тех стран, которые вносят свой вклад в силы, но которые еще не представлены в штабе. В настоящее время такой штаб-квартиры на постоянной основе не существует.
   Европейский Столп
   Западноевропейский союз (ЗЕС)
   В настоящее время в состав ЗЕС входит Греция, которая ратифицировала свое присоединение 12 января 1994 года. Однако не все члены еще ратифицировали решение об ассоциированном статусе. Тем не менее на заседании Совета министров в мае 1994 года ЗЕС принял решение о том, что будущие ассоциированные члены (Исландия, Норвегия и Турция) могут назначать должностных лиц в группу планирования и будут подключены к коммуникационной сети ВЭУ как можно скорее.
   ЗЕС также разработала свою собственную схему партнерства. 9 мая 1994 года Совет Министров ЗЕС и министры иностранных дел и обороны Болгарии, Чешской Республики, Эстонии, Венгрии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии и Словакии договорились о том, что эти девять стран должны стать ассоциированными партнерами ВЭУ. Ассоциированные партнеры могут участвовать в заседаниях Совета ВЭУ, могут поддерживать связь с ячейкой планирования, могут участвовать в выполнении гуманитарных и спасательных задач, поддержании мира, управлении кризисами и в соответствующих учениях. Они также смогут предложить свои силы для проведения конкретных операций.
   В докладе ВЭУ о группе планирования, которая была создана уже более года назад, отмечалось, что ей пришлось работать в политическом вакууме, поскольку не было единой европейской оборонной политики, на которой можно было бы основывать свою деятельность. Совет Министров ВЭУ поручил постоянному совету начать работу по выработке политики с целью представления своих предварительных выводов на следующей министерской встрече в ноябре 1994 года.
   Еще три страны выделили войска для Еврокорпораций. Испания выделяет механизированную бригаду, которая будет расширена до дивизии к 1988 году; Люксембург выделит свой пехотный батальон 1 января 1995 года; а Бельгия - свою механизированную дивизию. Корпус должен быть полностью введен в строй в 1995 году.
   Конституция Германии
   12 июля 1994 года Конституционный суд Германии постановил, что Конституция не запрещает немецким войскам участвовать в военных операциях за пределами зоны НАТО, в том числе требующих применения силы. Однако каждая операция должна быть санкционирована простым большинством голосов Бундестага. 22 июля Бундестаг дал свое согласие на участие Германии в операции Deny Flight и операции Sharp Guard. В течение некоторого времени Германия предоставляла экипажи самолетов ДРЛО НАТО для наблюдения за воздушной зоной отчуждения над Боснией, а также фрегат в составе Военно-морских сил, осуществляющих санкции ООН.
   Курдская проблема Турции
   Турция проводит операции против курдского партизанского движения, возглавляемого Рабочей партией Курдистана (РПК) с 1984 года. Значительно большие цифры потерь как для курдов, так и для турецких вооруженных сил объявляются практически каждую неделю. Министерство внутренних дел заявило, что "за первые три месяца 1994 года было убито более 1500 террористов". В 1993 году было убито более 4000 человек, включая гражданских лиц, турецких солдат и боевиков РПК, по сравнению с примерно 2600 в 1992 году. По имеющимся сведениям, на юго-востоке Турции дислоцируется около 160 000 военнослужащих, тогда как в норме их численность составляет около 90 000 человек. Партизанская война влияет на уровень дезертирства и уклонения от призыва. Говорят, что около 250 000 человек не явились на обязательную службу, но как долго это продолжалось, неизвестно. В двух случаях правительство Германии временно приостановило поставки вооружений после сообщений о том, что они использовались в контртеррористических операциях. В июле 1994 года Комитет по ассигнованиям Сената США добавил к законопроекту об иностранной военной помощи требование о том, что продажа любой военной техники Турции "должна прямо указывать, что она не будет использоваться в целях внутренней безопасности". В апреле 1994 года парламент проголосовал за снятие депутатской неприкосновенности с шести курдских депутатов, которые сейчас находятся под судом по обвинению в государственной измене.
   Разработки Ядерного Оружия
   В ноябре 1993 года министр обороны Соединенного Королевства объявил, что при развертывании вооруженных подводных лодок с БРПЛ Trident они будут нести не более 96 боеголовок на одну лодку, а иногда и гораздо меньшее число, чем это. В феврале 1994 года премьер-министр Джон Мейджор во время визита в Москву объявил, что британские стратегические ракеты больше не будут нацелены на Россию. Вторая ПЛАРБ класса Vanguard была выпущен в сентябре 1993 года и начнет ходовые испытания в конце 1994 года. Vanguard, первый в своем классе, провел испытательные стрельбы БРПЛ Trident в апреле 1994 года и вскоре должен быть полностью готов к эксплуатации. Предполагается, что Великобритания закупила 44 ракеты Trident, в том числе, предположительно, две, которые были выпущены в ходе испытаний. Правительство отказалось от своих планов заменить ядерную бомбу WE-177 на автономное оружие и рассматривает возможность использования ракеты Trident с одной боеголовкой в качестве субстратегической цели. Во французской ядерной ситуации никаких изменений не произошло. В мае 1994 года президент Миттеран заявил, что Франция располагает примерно 500 ядерными боеголовками, 384 из которых предназначены для БРПЛ М-4. Первый из нового класса ПЛАРБ, Le Triomphant, как ожидается, будет введен в эксплуатацию в 1996 году. Третья лодка этого класса была заказана в середине 1993 года.
   Обычные военные разработки и планы
   В Бельгии достигнут значительный прогресс в деле сокращения численности Вооруженных сил до 40 000 человек к 1997 году. Призывников больше не призывают. За последние 12 месяцев численность армии сократилась на 6000 человек, на 10 000 призывников стало меньше, а к штатной численности добавилось 4000 добровольцев. Военно-Воздушные Силы сократились на 5 000 человек и теперь не имеют призывников, а военно-морской флот, сократившийся на 1,500 человек, имеет только 300 призывников. Армия была реорганизована: действующая танковая бригада была преобразована в механизированную бригаду; объем боевого обеспечения был сокращен; резервные бригады расформированы. Излишки техники должны быть либо проданы, либо утилизированы, в том числе 200 ОБТ, 160 БТР, 100 артиллерийских и минометных орудий. Противовоздушная оборона будет базироваться исключительно на пушках М-167 Vulcan и ЗРК Mistral (54 были добавлены в течение года и еще 42 должны быть поставлены) с ЗРК Improved Hawk и ЗСУ Gepard. Только ПТРК Milan останется на вооружении, а ПТРК Swingfire и 90mm САУ будут выведены из эксплуатации. В мае 1994 года было объявлено, что военно-морские силы Бельгии и Нидерландов планируют объединить свои операции. Однако нидерландские подводные лодки не будут интегрированы. Действующие бельгийские сухопутные силы, подчиняющиеся штабу сил интервенции, но не пара-коммандос бригада, которая входит в состав многонациональной аэромобильной дивизии НАТО, были приписаны к Еврокорпусу. В опубликованной в июле бельгийской оборонной Белой книге содержалось обязательство предоставить два армейских батальона, одну эскадрилью истребителей F-16, один фрегат, один командный и материально-технический корабль и три тральщика для операций, если это потребуется ООН, СБСЕ, НАТО или ЕС.
   К концу июля 1994 года канадские военно-морские силы введут в строй еще три фрегата класса Halifax. Один фрегат класса Restigouche и два последних фрегата класса Mackenzie отправлены в отставку. Первый оборонный бюджет, утвержденный новым правительством, сократил расходы на $1,2 млрд, не считая $1,2 млрд, сэкономленных в результате отмены вертолетной программы EH-101. Наибольшая экономия будет достигнута за счет закрытия баз и сокращения численности 8000 военнослужащих и 8400 гражданских сотрудников. В Дании армия заменила свой ЗРК Redeye на Stinger. Военно-морские силы ввели в строй еще три корабля береговой патрульной службы Flyvefisken (standard Flex), и еще три должны появиться к концу 1995 года. Одно противоминное судно класса Alssund было выведено из эксплуатации, а одно минное судно класса Flyvefisken введено в эксплуатацию. ВВС расформировали свою разведывательную эскадрилью, которая имела восемь самолетов RF-35 Draken.
   Министр обороны Франции четко заявил, что призыв на военную службу не будет прекращен. Французская армия вновь подчинила горную дивизию из состава Сил быстрого реагирования 3-му корпусу, а две резервные легкие бронетанковые дивизии, которые базировались на базе пехотных и бронетанковых школ, были расформированы. К 2000 году планируется создать восемь армейских дивизий, на одну меньше, чем сейчас; четыре будут "тяжелыми" и четыре "легкими" дивизиями. Развертывание подразделений Иностранного легиона и морской пехоты лучше представлено в этом году. Во Франции эти части входят в состав армейских дивизий, в то время как за границей они являются гарнизонными войсками. Армия приняла поставку еще 36 танков Leclerc. В конечном итоге будет произведено 310, которые оснастят полторы дивизии. Было приобретено еще 148 бронированных разведывательных машин VBL M-11, а также еще 50 ЗРК Mistral. Военно-морской флот отправил в отставку одну подводную лодку класса Daphne и ввел в строй еще два фрегата класса Floreal. Атомный авианосец Charles de Gaulle был спущен на воду в мае 1994 года и, как ожидается, поступит на вооружение в 1999 году. На нем будут истребители Rafale и самолеты Hawkeye AWACS. На церемонии запуска министр обороны заявил о своем намерении приобрести к 2003 году второй экземпляр этого класса. Ожидается, что первый фрегат нового класса La Fayette будет введен в строй в 1995 году, а еще по одному - в 1996, 1997, 1998, 2000 и 2001 годах. Командования Воздушных сил были переименованы, и основные изменения заключаются в том, что ПВО командование получает право командования ПВО воздуха системы видеонаблюдения информации и коммуникации, и тактическая авиация сейчас командования ПВО и сил Aeriennes в боевых действиях (были переданы). Две истребительные эскадрильи с истребителями Mirage-F1CR были расформированы. Две эскадрильи FGA были расформированы и три перевооружены.
   Реорганизация германской армии завершена. Там все еще есть три штаба корпуса, но один теперь стал совместным штабом Германии и Нидерландов. Число дивизий было сокращено до восьми, а их штабам также отведена двойная роль командования военным округом (ВКО). Запасы танков армии значительно сократились с 4778 до 2855, 1276 Leopard-1 и 649 M-48 были или будут утилизированы, и более 400 бывших восточногерманских танков были уничтожены. Все находящиеся на вооружении танки Leopard -1 в настоящее время модернизированы до 1А5, и еще 34 танка Leopard -2 были приобретены. Вся 203-мм артиллерия М-110 была передана Греции и Турции, а более 600 БМП-1 (бывшая восточногерманская армия) были переданы другим странам. За последние 12 месяцев в соответствии с ДОВСЕ было уничтожено свыше 3000 единиц техники бывшей восточногерманской армии, в том числе 400 ОБТ, 700 БТР, 1200 бронированных разведывательных машин и 370 артиллерийских орудий. Численность живой силы армии сократилась примерно на 33 000 человек. Военно-морской флот отправил в отставку два эсминца класса Hamburg и ввел в строй еще два береговых минных тральщика класса Frankenthal. ВМС надеются заключить контракт на поставку четырех подводных лодок типа 212 в 1995 году, однако бюджетное одобрение пока не получено. 39 самолетов Tornado были переданы военно-воздушным силам, которые сняли свои силы самолетов F-4F и Alpha Jet. Некоторые Alpha Jet все еще находятся в тренировочной роли, и 50 из них должны быть переведены в Португалию. Tornado теперь заменил RF-4E в разведывательной роли, и было сформировано крыло радиоэлектронного боя и разведки (ECR) с самолетом Tornado. Было уничтожено около 130 самолетов бывших восточногерманских ВВС. Правящая коалиция обсуждает вопрос о сокращении срока обязательной службы с 12 до 10 месяцев, в то время как в Белой книге 1994 года было подтверждено, что призыв на военную службу будет продолжаться. Из 210 000 добровольцев в Вооруженных силах только 38 000 не были офицерами или младшими офицерами. Число призывников, утверждавших, что они отказываются от военной службы по соображениям совести, в 1993 году возросло до 111 000 человек по сравнению с 60 000 в 1990 году. В июле 1994 года Конституционный суд постановил, что Конституция не исключает проведения операций за пределами района, в том числе требующих применения силы, при условии получения одобрения парламента.
   За последние 12 месяцев греческая армия приобрела значительное количество подержанного оружия и техники, главным образом по каскадной схеме НАТО. Было поставлено 80 американских танков М-60 и 75 немецких Leopard-1, которые должны быть переданы. Греческие танки М-47 были размещены на складе. Передача ББМ включает 200 немецких БТР M-113, 60 СМУ M-106A1 из Нидерландов и 500 бывших восточногерманских БМП-1. 72 САУ М-110 были приобретены в Германии, 150 РМ-70 MRL и 20 РСЗО будут поставлены в 1994 году. В армии появились первые ударные вертолеты. Девять AH-1P Cobra были доставлены и еще восемь должны. Сообщалось, что 24 AH-64 Apache будут поставлены в 1995 году. ВМС отправили в отставку две подводные лодки типа Katsonis (США класса Guppy) и два эсминца типа Themistocles (США класса "Гиринг"). Был введен в эксплуатацию четвертый фрегат Elli (Нидерланды Kortenaer), а также два быстроходных патрульных корабля класса Forts (немецкий Tiger-class), вооруженных SSM Exocet, и два построенных греками береговых патрульных корабля класса Pirpolitis. Итальянские военно-морские силы ввели в строй третью подводную лодку класса Pelosi и третий десантный корабль класса San Giorgio (LPD). Последние два корвета класса Albatross были выведены из эксплуатации. Были поставлены первые три AV-8B II Harrier для авианосца G. Garibaldi.
   Нидерландская армия должна быть реорганизована во второй половине 1994 года. После реорганизации сухопутные войска будут состоять из одной дивизии, состоящей из активной легкой, активной механизированной и двух резервных механизированных бригад, входящих в состав Германо-нидерландского корпуса, и активной аэромобильной бригады, входящей в состав многонациональной аэромобильной дивизии MND (C). Нидерланды также предоставляют батальон связи для MND (C). Армейская авиация была передана в состав ВВС, которые будут обеспечивать вертолетами аэромобильную бригаду. Военно-Морской Флот ввел в строй четвертую подводную лодку класса Zeeleeuw и еще два фрегата класса Karel Doorman. Еще один фрегат класса Kortenaer был передан Греции, и девять боевых минных судов были списаны, но еще не утилизированы. ВВС расформировали одну эскадрилью F-16 и приняли на вооружение ее первый транспортный самолет C-130H, второй должен появиться в 1995 году.
   Норвежская армия утилизировала 117 танков (М-48 и М-24/90). Были обнародованы планы будущих закупок для Военно-Морского Флота. Сначала будет заказано до восьми быстроходных патрульных катеров, и, вероятно, в 1998 году ожидается, что шесть фрегатов будут заказаны для замены класса Oslo, который теперь стал четвертым после потери Oslo в январе 1994 года. Строительство новых противоминных кораблей класса Oksey/Alta отстает от графика, и первый из них не будет введен в эксплуатацию до августа 1994 года. В 1994 и 1995 годах будут введены в строй еще три минных тральщика класса Oksoy, а в 1996 и 1997 годах - пять тральщиков класса Alta. Испанская армия утилизировала 100 танков М-47 и передала 16 танков М-60А3 морской пехоте для замены их М-48. 72 Мистраль Сэма были приобретены. Военно-морские силы ввели в строй еще один фрегат класса Santa Maria, шестой из которых, как ожидается, поступит на вооружение к концу 1994 года. В прошлом военный баланс неверно оценивал истощение людских ресурсов в испанских вооруженных силах. Поэтому эти цифры выше, чем те, которые были опубликованы в 1993 году.
   Армейские операции против курдских повстанцев РПК на востоке Турции привели к тому, что продолжительность срочной службы была увеличена на пять месяцев, и в июле 1994 года было объявлено, что увольнение некоторых призывников будет отложено на срок от четырех до пяти месяцев в зависимости от ранга. Старые танки М-47 уничтожаются по мере поступления в армию новых образцов по программе НАТО "Каскад"; за последние 12 месяцев было поставлено 226 танков М-60 и 85 танков Leopard-1. Количество армейских вертолетов было пересмотрено, и в результате их число значительно сократилось. Были размещены заказы на 19 вертолетов Ми-17, 45 UH-60 Black Hawk и 20 SA-365 Cougar. Военно-Морской Флот ввел в строй восемь американских эсминцев класса Knox. ВВС вывели в отставку свои истребители F-104 и разведывательные самолеты RF-5A. Еще 12 F-16 были поставлены из отечественного производства и еще 16 F-4 из Германии. Более подробная информация позволила пересмотреть роль эскадрилий ВВС; в настоящее время насчитывается 14 эскадрилий FGA (ранее было перечислено 19), шесть истребителей (два) и две разведывательные (ноль).
   Сокращение сил, предусмотренное программой Соединенного Королевства "варианты перемен", будет завершено, когда в сентябре 1994 года произойдет последнее объединение пехотных батальонов. Численность личного состава Вооруженных сил в июне 1994 года составляла 254 000 человек по сравнению с 306 000 человек в 1990 году, когда была объявлена программа. В то время как численность армии сократилась примерно на 30 000 человек, ее вооружение было значительно улучшено: были введены РСЗО; 155-мм артиллерийские установки AS-90 заменили 105-мм Abbot; число БМП удвоилось; и скоро на вооружение поступят высокоскоростные ракеты Starstreak (HVM). За последние 12 месяцев было поставлено 120 AS-90 и 80 Warrior. Первый танк Challenger 2, из которых 127 были заказаны в 1992 году, был доставлен. Заказ на дополнительные 259 танков был размещен в июле 1994 года, чтобы все бронетанковые полки были оснащены одним и тем же танком, что позволило избежать дорогостоящего повышения класса до Challenger 1. Королевский флот ввел в строй еще три фрегата типа Norfolk типа 23 и пятый минный охотник класса Sandown. Оставшиеся пять фрегатов класса Amazon, два последних - в июле 1994 года, и последний фрегат класса Leander были выведены из эксплуатации и будут проданы. Последняя подводная лодка класса Oberon была выведена из эксплуатации; две подводные лодки класса Upholder окупились, а две другие - к концу 1994 года. Есть надежда, что все четыре будут проданы. Пять оффшорных тральщиков класса Waveney были выведены из эксплуатации, а остальные пять переоборудованы в патрульные суда. 18 штурмовиков Sea Harrier были заказаны в январе 1994 года. В инвентарных списках ВВС значится 561 боевой самолет с еще 71 в запасе; общее число, опубликованное в военном балансе за 1993-1994 годы, было неверным и должно было означать 552 плюс 118 в запасе. Четыре эскадрильи Королевских ВВС были расформированы, а Buccaneer и танкеры Victor выведены из эксплуатации; Tornado GR-1B взял на себя роль морского штурмовика Buccaneer. В феврале 1994 года министр обороны объявил, что он поручил провести исследования с целью изучения потребностей Великобритании в крылатых ракетах и противоракетных баллистических ракетах. В июле 1994 года правительство объявило о принятии решений, вытекающих из исследования расходов на оборону, известного также как "первая линия фронта", поскольку было дано обязательство не снижать дальнейший боевой потенциал. Однако численность живой силы будет еще больше сокращена: армия на 2200 человек.; военно-морской флот - на 1900, а военно-воздушные силы-на 7500. Некоторые 7,100 гражданской службе специализациям также будут потеряны. Численность резервных сил не пострадает, за исключением того, что будет упразднен учебный резерв Территориальной армии в 4500 должностей, который был введен только в 1992 году. Меры, которые должны быть приняты для достижения экономии в размере 750 млн фунтов стерлингов, ежегодно требуемой Казначейством, в основном включают: штаб-квартиры; медицинские службы; ремонтные и складские подразделения; политику хранения складов; и закрытие некоторых баз. Были также объявлены некоторые позитивные меры. Совместная работа служб будет улучшена путем слияния трех колледжей персонала с одной службой. В штабе ВМС в Нортвуде должен быть создан Объединенный штаб для контроля за всеми операциями за рубежом (до сих пор этот контроль был передан наиболее подходящему штабу службы для операции (RAF для "Бури в пустыне", армия для поддержки СООНО в бывшей Югославии)). В рамках концепции Объединенных сил НАТО будет сформирован меньший по размеру развертываемый Объединенный штаб. Он будет принимать командование любыми силами из всех трех служб, задействованных в операции, но не будет командовать ими в обычном режиме. Был подтвержден ряд заказов на оборудование, некоторые из которых долго обсуждались. В дополнение к заказу на танки Challenger были заказаны еще семь минных охотников класса Sandown, модернизация среднего класса для 142 самолетов Tornado GR-1 FGA, ряд бомб с лазерным наведением Paveway III, а также дополнительные тепловизионные и лазерные целеуказатели для оснащения Jaguar и Harrier, а также самолетов Tornado GR-1. Были приглашены тендеры на замену десантных кораблей и последующий класс ударной подводной лодки Trafalgar; количество заказанных кораблей будет зависеть от их цены. США просят назвать стоимость Tomahawk SLCM, который будет развернут на подводных лодках. Великобритания не считает, что такая покупка нарушит режим контроля за ракетными технологиями (РКРТ), и ясно дала понять, что SLCM будет иметь только условное вооружение. Еще ждут решения о дальнейших закупках фрегатов и выборе ударного вертолета для армии.
   Сотрудничество в области вооружения и техники
   Eurofighter 2000
   Первый полет Eurofighter состоялся в Германии 24 марта 1994 года. Вторая модель разработки была запущена в Великобритании в апреле. Германия сократила размер своего первоначального заказа с 250 до 140 самолетов. Италия и Испания также снизили свои требования. Поскольку программа распределения работ между четырьмя странами первоначально основывалась на размере заказа на самолеты, вероятно, возникнут споры по поводу изменения распределения работ.
   Будущее Больших Самолетов
   Многонациональный проект FLA предназначен для производства заменяющего транспортного самолета для самолетов C-130 и C-160. Мировые продажи оцениваются в 1000 самолетов. Правительства Франции, Германии, Италии, Португалии, Испании и Турции поддерживают проект, в то время как British Aerospace финансирует технико-экономическое обоснование в частном порядке. В настоящее время планируется провести первый испытательный полет в декабре 2000 года с поставкой эксплуатационных самолетов в середине 2002 года.
   Другие совместные проекты включают: вертолет NH-90, вертолет EH-101, Eurocopter, проект Horizon Frigate и проект Standard Hull.


   BELGIUM (2)


   CANADA (2)



   FRANCE (2)

   FRANCE (3)

   FRANCE (4)


   GERMANY (2)

   GERMANY (3)


   GREECE (2)

   GREECE (3)


   ITALY (2)

   ITALY (3)




   NORWAY (2)



   SPAIN (2)

   SPAIN (3)


   TURKEY (2)







   Regional Problems
   Europe has continued to suffer the consequences of the wars in Croatia and Bosnia-Herzegovina which have proceeded over the last 12 months at varying levels of intensity. Conflict in Georgia and over Nagorno-Karabakh have persisted, but cease-fires in these cases have held more firmly and solutions are perhaps closer to being found. There has been no resolution of the problems in Cyprus, Estonia or Moldova, and relations between Russia and Ukraine remain awkward, particularly given their failure to agree on a division of the Black Sea Fleet.
   Former Yugoslavia
   The basic situation has not changed over the last 12 months. Forces of the breakaway Serbian Krajina still control large areas of Croatia and the UN has been unable to achieve its original mandate. Fighting has erupted on a number of occasions and several cease-fires have been agreed and later broken. The most recent cease-fire was reached on 30 March 1994 and came into effect on 4 April. Under its terms, all troops were to withdraw one kilometre and heavy weapons were to be pulled back 20km. UN troops were interposed between the two sides. Both sides agreed to hold talks on economic matters and on the political status of Krajina, however neither side has changed its position and no progress towards breaking the deadlock has been made. The renewal of the UN Protection Forces (UNPROFOR) mandate, due in September 1994, was by no means certain in late summer.
   The following does not pretend to be an analysis of the war, but only a summary of the principal military activity and its consequences. Two major events took place on 9 February 1994, following the outrage engendered by the mortar attack which killed 68 civilians in the Sarajevo market-place on 5 February. The North Atlantic Treaty Organisation (NATO), following a request from the UN Secretary-General, issued an ultimatum to the Bosnian Serbs. All heavy weapons had either to be withdrawn from a circular area around Sarajevo with a radius of 20km or, if left within the circle, placed under UN control. Any uncontrolled weapons found in the area after midnight on 20 February or any elsewhere which fired on Sarajevo would be subject to air attack. Earlier in the day, as a 'carrot' to balance NATO's 'stick', General Rose, Commander of UNPROFOR BH, successfully negotiated a cease-fire around Sarajevo. This agreement also included the withdrawal or control of heavy weapons on both sides and UN troops were to be deployed where the two sides faced each other across the streets in the suburbs of Sarajevo. It is impossible tojudge the relative value of the contribution made by NATO's ultimatum, General Rose's cease-fire and the diplomatic activity of the Russian Special Envoy, Vitaly Churkin, but the siege of Sarajevo was over. The cease-fire has been remarkably successful despite frequent minor violations, but it was at some risk when a number of UN monitors at heavy-weapon sites were held hostage for some days as part of the Serb retaliation for the air strikes at Goradze. The Serbs decided on 26 July to close the roads into Sarajevo to Bosnian traffic, and the next day they fired on a UN convoy. However, early on 5 August heavy weapons were taken from one site and a UN helicopter monitoring their movement was fired on. Later that day NATO planes attacked and destroyed a selected Bosnian-Serb heavy weapon after one hour's warning had been given to avoid casualties. The heavy weapons removed have now been returned to UN control. Aircraft taking part in Operation Deny Flight on 28 February 1994 shot down four Bosnian Serb Galeb aircraft which had been engaged in a bombing raid against a Bosnian ammunition factory.
   Throughout the siege of Sarajevo, another far more bloody siege was taking place, without the benefit of a Western media presence, at Mostar, where Bosnian-Croat forces had cut off the Muslim population in the east-bank half of the city. But on 18 March, as a result of US diplomacy, agreement was reached between the Bosnian-Croats and Muslims and a cease-fire came into effect. The accords signed in Washington created a Federation in which both Croats and Muslims had equal rights. A new Constitution was agreed and the responsibilities of the federal government and cantonal governments were delineated. Most importantly, the accord stated that a Confederation with Croatia should be established and that Croatia would lease to Bosnia an area of the port of Ploce and guarantee access to it both from the sea and from Bosnia-Herzegovina. In March 1994 the Bosnian Serbs renewed their attack on the UN-declared safe area of Goradze, giving as their reasons: the eviction of Serbs from villages close to Goradze; the attacks launched from Goradze on the bypass road they were building east of the town; and the concern that Bosnian forces there were being reinforced in preparation for an offensive. It was hoped after the success of the threat of air strikes at Sarajevo that they would have the same effect at Goradze, but they did not, and when UN observers came under fire close air strikes were called on 10 and 11 April against Serb tanks. Serb attacks continued, but at a lower intensity and a short lived cease-fire was arranged by the Russian envoy, Vitaly Churkin. Close air support was called for again on 15 April. Although an attack was prevented by bad weather, one UK Harrier was shot down. On 22 April NATO issued an ultimatum demanding the immediate cessation of attacks on Goradze, the 3km withdrawal of all troops, and that UN convoys be allowed unimpeded entry to Goradze. If these terms were not met by midnight on 23 April then NATO would attack Serb heavy weapons and other military targets within 20km of Goradze. UN troops reached Goradze on 23 April, and a 20km heavy-weapon exclusion zone was established around the town. No further air strikes were ordered in the period up to August 1994.
   The UN Special Representative, Yashushi Akashi, brokered a cease-fire agreement in Belgrade to cover the whole of Bosnia from 10 June. Although it had been broken frequently, Mr Akashi managed to renew it for a second month on 12 July.
   On 26 April a 'contact group' was established by the US, Russia, France, UK and Germany to take over the leading role in devising a peace plan for Bosnia. On 6 July the group presented to the parties their plan which, while maintaining a federal state within its present borders, would partition the country between the Serbs and the Muslim-Croat Federation. The Serbs, who currently occupy some 70% of the country, were offered 49% (while they claim legal ownership of around 67%). After two years the Serbs would have the option of holding a referendum to decide whether they would secede. The parties were given until 19 July to agree to the plan or suffer serious consequences.
   The Bosnian government reluctantly accepted the peace plan, while the Serb reply was interpreted as a rejection. A referendum is to be held at the end of August. The contact group met on 30 July and decided on measures to increase the scope of sanctions against the Serbs, to improve enforcement of the sanctions, and to strengthen the protection of the safe areas which did not benefit from the heavy-weapons exclusion zones. By 5 August, the UN Security Council had not passed a new sanctions resolution.
   In early August the Serbian President, Slobodan Milosevic, announced that Yugoslavia would cut its political and economic links with the Bosnian-Serbs. The border would be closed to all goods except food, medical supplies and clothing. How effective the measures will be remains to be seen. However, should the combination of a Serbian blockade and intensified UN sanctions fail to achieve Bosnian-Serb acceptance of the peace plan, then the lifting of the arms embargo, to allow the arming of the Bosnian government, will be difficult to avoid despite the reservations held by a number of UN troop-contributors. A body of opinion considers that the effect of lifting the arms embargo will be to intensify and spread the war and would lead to the withdrawal of UN peacekeeping troops.
   There has been no progress towards resolving the question of the name of the Former Yugoslav Republic of Macedonia, as it is now called. In February 1994, Greece imposed a blockade on Macedonia trade through the Greek port of Thessalonika. The European Union worked to have the embargo lifted, and took Greece to the European Court of Justice which refused the European Commission's request for an emergency interim order for Greece to lift the blockade. It is reported that the Court's decision was based on the argument that European Union trade with Macedonia had not been damaged by the embargo. Meanwhile the Macedonian border with Serbia is the scene of large-scale violations of the UN-imposed trade sanctions against Serbia.
   The division of the Black Sea Fleet between Russia and Ukraine has still not been resolved, although there is agreement in principle that it should be shared equally between the two countries, possibly with some ships going to Georgia. A number of incidents have inflamed the situation, but fortunately none have led to a permanent rift. In April, the Russians sailed a survey ship, loaded with some $10m-worth of navigation aid and equipment, from Odessa. The Ukrainian Coast Guard attempted unsuccessfully to stop the ship leaving. Later in April, the Ukrainians unilaterally converted a Black Sea Fleet unit (responsible for ships in preservation) into a Ukrainian naval brigade. Other incidents involved the arrest of Russian naval officers and the movement by both sides of troops in the Crimea. The main disagreement remains the question of shore facilities. The Russian proposal is that they should lease all naval facilities in the Crimea and that the Ukrainian Navy should vacate the peninsula. Ukraine is insisting that Sevastapol remains under its jurisdiction and that the two fleets use different harbours in the port. The problem of the Black Sea Fleet was not eased by the differences arising between the Verkhovna Rada in Kiev and the Crimean parliament, the Pentagon. On 20 May 1994, the Pentagon voted to restore the May 1992 Constitution which the Ukrainian government had forced Crimea to rescind and which it considers to be a statement of independence. On 3 June the two assemblies agreed a joint statement which, while not resolving the problem, allowed the Rada to refrain from imposing the measures threatened earlier. The election of Leonid Kuchma as President of Ukraine may ease tensions between Ukraine and Russia, but the Crimean problem will remain a difficulty.
   There are still considerable fears of another disaster at the Chernobyl nuclear power station complex. An inspection by the International Atomic Energy Agency (IAEA) and other international safety specialists concluded that international levels of safety were not being met in the operating units. Further, it was reported that the shelter enclosing the destroyed reactor is deteriorating and may collapse. Ukraine claims it cannot afford alternative sources of power and has estimated that some $6bn would be needed to close Chernobyl. Of this $2.5 bn is needed for safety and dismantlement costs, $1.5bn to build new reactors and $2 bn for other energy sources until a new reactor is completed. The Group of 7 at its Naples summit agreed to provide $1.8 bn to close Chernobyl and to upgrade safety standards at three reactors still under construction.
   Both the Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) and Russia have been working to achieve a settlement over the long-standing war between Armenia and Azerbaijan over the Armenian-populated Nagorno-Karabakh region of Azerbaijan. After a cease-fire agreed to on 12 May 1994 failed to last more than a few hours, a second cease-fire accord was reached on 16 May which included provision for establishing observer posts manned jointly by Armenian, Azerbaijani and Russian troops. The Commonwealth of Independent States (CIS) was to provide a 1,800-strong peacekeeping force. The cease-fire was extended by 90 days on 27 July. During its first two months there were some minor violations, but overall it has been kept. The CSCE observer group prepared for monitoring an Azeri-Armenian cease-fire had not deployed by the beginning of August.
   The situation in Georgia is much improved and an end to all three separate conflicts of the last few years is in sight. Former President Zviad Gamsakhurdia died, in Chechen, in December 1993. In Abkhazia a cease-fire was agreed on 14 May 1994. A 3,000-strong Russian peacekeeping force has been deployed with the agreement of the UN Security Council who have sent UN observers to work with the Russian troops.
   Russian Bases
   Russia has successfully negotiated the retention of a number of military bases in two of three Transcaucasian republics. It also wants a base in Azerbaijan, where an ABM phased-array radar is located at Lyaki, which Azerbaijan claims is its property but which it is prepared to lease to Russia. There will be three bases in Georgia at Batumi, Vaziani (near Tbilisi) and Akhalkalaki on the Turkish border. In January 1994 under-strength motor rifle divisions were located at Batumi and Akhalkalaki, Vaizani had housed elements of a training division earlier. Two bases will be maintained in Armenia at Yerevan and Gyumri, where a motor rifle division is now based.
   Baltic States
   Agreement has been reached by Latvia and Russia for all Russian troops to withdraw by the end of August 1994. In return Latvia has agreed that Russia can operate the early-warning radar at Skrunda until August 1998 when the Russians will have 18 months in which to dismantle the station. It had been thought that Russia had reached agreement with Estonia when an announcement was made on 26 July 1994 that Russian troops would withdraw by 31 August, but this was retracted the next day. However, agreement has been reached over the decommissioning of the nuclear reactors (for training submarine crews) installed at the Paldiski naval base. The Russians are still not satisfied with the status of the 400,000 Russian minority population. Meanwhile, some Russian military withdrawal continues. Lithuania and Russia have nearly completed their negotiations over military transit through Lithuania to Kaliningrad.
   Nuclear Force Developments
   Belarus ratified its accession to the Nuclear Non-Proliferation Treaty (NPT) in July 1993. Only mobile SS-25 ICBM are deployed in Belarus and these are being transferred to Russia where they will remain in service. It appears that there were 81 SS-25 in Belarus as opposed to the 80 listed in The Military Balance 1993-1994. Contradictory announcements have been made regarding the progress of the withdrawal programme. Certainly one, maybe more, regiment, each with nine launchers, redeployed in 1993. By June 1994 a total of three regiments with 27 launchers had left Lida, the northern of the two SS-25 bases in Belarus. There is no confirmed information as to the new location of these ICBM. One suggestion is the SS-17 site at Vypolzozo, north of Moscow, as SS-17 may be eliminated. Another is that some may be redeployed to the Transbaykal where there are three SS-11 sites which are most likely to be eliminated. Two more regiments are due to leave Belarus in 1994 and the remaining regiments in 1995.
   The Ukrainian Rada removed the conditions attached to its ratification of the Strategic Arms Reduction Talks (START I) Treaty on 3 February 1994. However, Ukraine has still not ratified its accession to the NPT, although it did participate in the trilateral agreement with Russia and the US reached at the January 1994 Moscow summit on the transfer of nuclear warheads (see p 256 for details). Meanwhile the elimination of strategic nuclear weapons in Ukraine has proceeded. A number of ICBM have been deactivated by removing their nuclear warheads and 180 of these have been transferred to Russia. The Commander-in-Chief of Russia's Strategic Rocket Forces, who still has a degree of control over Ukraine's ICBM, has said that all 46 SS- 24 in Ukraine have been deactivated as have 20 SS-19 missiles whose service life had expired (but ten of these may be the ten which it was announced in July 1993 were being dismantled). US Secretary of Defense, William Perry, when visiting the Pervomaisk SS-24 site said that 120 warheads from there were included in those transferred to Russia. Strategic nuclear bombers in Ukraine are under Ukrainian control, although the cruise missiles with which they would be armed are probably under Russian control. The Tu-160 Blackjack bombers are no longer considered by the Russians as operational because of the lack of spares, maintenance and aircrew. Ukraine is negotiating with Russia to exchange its 42 strategic bombers for the guaranteed maintenance of other aircraft types and supplies of spare parts for various weapon systems. In May 1994, at a meeting between the US Vice-President and Ukrainian Deputy-Prime Minister, Ukraine committed itself to complying with the criteria and standards of the Missile Technology Control Regime. As SS-18 ICBM were produced at the Uzhmash factory at Dnepropetrovsk this is an important commitment.
   Conventional Force Developments
   Baltic Republics
   Estonia has acquired some 40 APCs (BTR series) and seven more patrol craft for its Maritime Border Guard, including two German Kondor-class and two Russian Zhuk-class. The strength of Latvian armed forces has increased by 1,500 during the year, of which 600 are in the Navy which has acquired two German Kondor-class and three Russian Osa-class patrol craft. Aircraft and helicopter numbers are now known. The Lithuanian Air Force has acquired some AN-2 transport aircraft and Mi-8 helicopters.
   Former Warsaw Pact Countries
   As Conventional Armed Forces in Europe (CFE) Treaty signatories, all countries have reduced their weapons holdings by destroying equipment above their treaty-limited equipment (TLE) quotas. Few have acquired any new equipment. The Czech Army has converted one mechanised division into a mechanised brigade, and the infantry division has been disbanded. Further reorganisation to a brigade basis is planned. The rapid-reaction battalion will be expanded to a brigade and a number of territorial defence brigades formed. In the Air Force, the two helicopter regiments have both attack and transport helicopters, as opposed to the previous situation of one attack and one assault transport helicopter regiment. The Air Force is to be divided into a tactical corps and an air-defence corps. In Hungary helicopter units have been transferred from the Air Force to the Army. The Military Balance 1993-1994 gave an incorrect figure for the holding of D-20 howitzers, although this edition lists 320. There has not been a dramatic increase in numbers. The Air Force has taken delivery of 28 MiG-29 fighters as part of an arrangement to pay off Russia's inherited debt to Hungary. Conscription is to be reduced in length from 12 to ten months after the induction of the August 1994 intake. In Poland, conscription is to be reduced from 18 months to one year in 1995. The Army has disbanded one mechanised division, converted another to an armoured cavalry division and is establishing a new formation, the 25th Air Cavalry Division, which contains airborne troops and an Air Force helicopter regiment. Eventually the division will be equipped with the Polish-built PZL Huzar multi-role helicopter. The Air Force has retired its 50 plus Su-22 trainers and replaced these with further TS-11 Iskra aircraft.
   Transcaucasus Republics
   Both Armenia and Azerbaijan have expanded their armed forces. Manpower strengths have increased and a number of additional units have been formed. The number of weapons held has not increased appreciably, although Azerbaijan has acquired a further 200 MT-LB and more information is available on the detailed holdings of treaty-limited equipment. Little change in the organisation and strength of the Georgian armed forces has been noted; if anything equipment holdings are reduced in all categories.
   Belarus and Ukraine
   In Belarus the Army has been further reorganised. There are no Army headquarters, but there are three Corps headquarters. The four remaining divisions are all under Ministry of Defence direct command. The artillery division is a reserve formation while the airborne and motor rifle divisions are manned atjust above 50%. Two of the Corps comprise an SSM brigade, an artillery regiment, an MRL regiment and a number of mechanised brigades. The third Corps appears to consist of mobilisable units only. Under its command are two weapons and equipment stores which hold a range of equipment similar to that of a mechanised brigade, while another could be a store for an artillery regiment. There are three other potential mechanised brigade mobilisation stores in the other two Corps. The Air Force also appears to be reorganising. Few Air Force units (regiments, squadrons) are listed and combat aircraft and helicopters are shown by air base. MiG-25 (reconnaissance and fighters), MiG-27 (FGA) and small numbers of other types are located at the reduction air base at Baranovichi, presumably prior to elimination or disposal. The armed forces have introduced a new type of engagement for those who have completed their compulsory service and are under the age of 35. They may enlist for two years, after which they can extend their contract for a further three or six years.
   The Ukrainian armed forces are suffering a shortage of manpower mainly due to the very high numbers being granted deferment from compulsory service. The length of the period of compulsory service has therefore been extended from 18 months to two years. Both Ukraine and Russia are including certain naval air and coastal defence forces in their data returns to the CFE Treaty. The reorganisation of the Army has continued with the three military districts being replaced by two operational commands, Western and Southern. Each has three corps. The artillery corps has been disbanded, four motor rifle divisions have been converted to mechanised divisions, two have been given reserve status and four disbanded. Two more mechanised brigades have been created and the formation of the air-mobile division, which comprises one airborne and one air mobile brigade and one artillery regiment, has been completed. It is planned to reduce the manpower strength of the armed forces to some 450,000 by the end of 1995.
   Neutral and Non-Aligned States
   The Albanian Army has been reorganised on a divisional basis. There are nine divisions each with between 3,000 and 5,500 men, replacing some 15 brigades and regiments. There has been no change to the number of weapons, but The Military Balance now has more accurate information on the numbers held, particularly regarding artillery. The Cypriot National Guard is to be expanded and will be less dependent on conscripts. Some 3,000-4,000 men will be recruited on five-year contracts. The Finnish parliament approved in December 1993 the government's proposal to buy 64 F/A-18 aircraft, but as yet no firm orders have been placed. Sweden is to purchase 120 Leopard-2 tanks, and up to 800 MT-LB tracked carriers from the former East German Army stockpile. Swiss Army tank holdings have been revised. There are now 80 more Leopard-2 tanks than listed last year and the numbers of other types have been amended. The overall change, however, is only an increase of seven. There are rather less ATFV than listed in 1993-1994 and an equivalent number more APCs. The Air Force has started to retire its Hunter FGA aircraft.
   Former Yugoslavia
   Although the civil wars continue, more information is becoming available on the organisations and manpower and weapon strengths of the various forces and parties. In general, most forces show increases in manpower and in the number of units. There have been no dramatic increases in weapons holdings. The Military Balance is now able to differentiate between the active and reserve units of the Federal Republic of Yugoslavia Army (JA). Some JA weapon holdings have been reduced. For example, there are 25 MRL, 300 plus towed artillery pieces, 300 120mm mortars, 150 Sagger ATGW less than listed in The Military Balance 1993-1994. Previous Military Balance assessments could have overstated these holdings, but if they did not, then some of these weapons may have found their way to the Serb forces in Croatia and Bosnia Herzegovina. The forces of Serbian Krajina have acquired 12 Galeb combat aircraft, possibly those listed as reconnaissance aircraft in the Yugoslav entry in 1993-94 and not listed by Yugoslavia in its Vienna Document data. In Bosnia-Herzegovina a sixth corps has been formed to control operations centred on Travnik.


   Региональная проблематика
   Европа продолжает страдать от последствий войн в Хорватии и Боснии и Герцеговине, которые продолжались в течение последних 12 месяцев с разной степенью интенсивности. Конфликт в Грузии и вокруг Нагорного Карабаха продолжается, но прекращение огня в этих случаях держится более твердо, и решения, возможно, ближе к тому, чтобы быть найденными. Не удалось решить проблемы Кипра, Эстонии или Молдовы, и отношения между Россией и Украиной остаются непростыми, особенно учитывая их неспособность договориться о разделе Черноморского флота.
   Бывшая Югославия
   Основная ситуация не изменилась за последние 12 месяцев. Силы отколовшейся Сербской Краины все еще контролируют значительные территории Хорватии, и ООН не смогла выполнить свой первоначальный мандат. В ряде случаев вспыхивали боевые действия, и было достигнуто несколько соглашений о прекращении огня, которые впоследствии были нарушены. Последнее прекращение огня было достигнуто 30 марта 1994 года и вступило в силу 4 апреля. По его условиям все войска должны были отойти на один километр, а тяжелое вооружение - на 20 километров. Войска ООН были размещены между двумя сторонами. Обе стороны договорились о проведении переговоров по экономическим вопросам и политическому статусу Краины, однако ни одна из сторон не изменила своей позиции и никакого прогресса в направлении выхода из тупика достигнуто не было. Возобновление мандата сил ООН по защите (СООНО), которое должно было состояться в сентябре 1994 года, никоим образом не было определено в конце лета.
   Нижеследующее не претендует на то, чтобы быть анализом войны, а лишь кратким изложением основных военных действий и их последствий. 9 февраля 1994 года произошли два крупных события, последовавших за взрывом возмущения, вызванным минометным обстрелом, в результате которого 5 февраля на сараевском рынке погибло 68 мирных жителей. Организация Североатлантического договора (НАТО) по просьбе генерального секретаря ООН выдвинула боснийским сербам ультиматум. Все тяжелое вооружение должно было быть либо выведено из окружного района вокруг Сараево радиусом 20 км, либо, если оно оставалось в пределах этого круга, передано под контроль ООН. Любое неконтролируемое оружие, обнаруженное в этом районе после полуночи 20 февраля, или любое другое оружие, которое стреляло по Сараево, будет подвергнуто воздушному нападению. Ранее в тот же день, в качестве "пряника", чтобы уравновесить "кнут" НАТО, генерал Роуз, командующий UNPROFOR BH, успешно провел переговоры о прекращении огня вокруг Сараево. Это соглашение также предусматривало отвод тяжелых вооружений или контроль над ними с обеих сторон, и войска ООН должны были быть развернуты там, где обе стороны противостояли друг другу через улицы в пригороде Сараево. Нельзя судить об относительной ценности вклада, внесенного ультиматумом НАТО, прекращением огня генерала Роуза и дипломатической деятельностью российского спецпредставителя Виталия Чуркина, но осада Сараево была закончена. Прекращение огня было удивительно успешным, несмотря на частые мелкие нарушения, но оно подверглось некоторому риску, когда ряд наблюдателей ООН на объектах с тяжелым вооружением были взяты в заложники в течение нескольких дней в рамках сербского возмездия за авиаудары по Горадзе. 26 июля сербы решили закрыть дороги в Сараево для боснийского транспорта, а на следующий день обстреляли конвой ООН. Однако рано утром 5 августа с одного из объектов были сняты тяжелые орудия, а вертолет ООН, следивший за их передвижением, был обстрелян. Позже в тот же день самолеты НАТО атаковали и уничтожили отобранное боснийско-сербское тяжелое вооружение после часового предупреждения, чтобы избежать жертв. Снятые тяжелые вооружения теперь возвращены под контроль ООН. Самолеты, участвовавшие в операции "отказать в полете", 28 февраля 1994 года сбили четыре самолета боснийских сербов Galeb, участвовавших в бомбардировке боснийского завода боеприпасов.
   Во время осады Сараево в Мостаре, где боснийско-хорватские войска отрезали мусульманское население в восточной части города, происходила еще одна, гораздо более кровавая осада, без участия западных средств массовой информации. Но 18 марта в результате американской дипломатии было достигнуто соглашение между боснийскими хорватами и мусульманами и вступило в силу перемирие. Подписанные в Вашингтоне соглашения создали Федерацию, в которой хорваты и мусульмане имели равные права. Была согласована новая Конституция и определены обязанности федерального правительства и кантональных правительств. Самое главное, в соглашении говорилось, что следует создать конфедерацию с Хорватией и что Хорватия арендует у Боснии район порта Плоче и гарантирует доступ к нему как с моря, так и из Боснии-Герцеговины. В марте 1994 года боснийские сербы возобновили свое нападение на непризнанный безопасный район Горадзе, мотивируя это выселением сербов из соседних с Горадзе деревень; атаки, начатые из Горадзе на объездной дороге, которую они строили к востоку от города; и озабоченность тем, что боснийские силы там усиливаются в ходе подготовки к наступлению. После успеха угрозы авиаударов по Сараево можно было надеяться, что они окажут такой же эффект и на Горадзе, но этого не произошло, и когда наблюдатели ООН попали под обстрел, 10 и 11 апреля были вызваны ближние авиаудары по сербским танкам. Сербские атаки продолжались, но с меньшей интенсивностью, и недолгое перемирие было организовано российским посланником Виталием Чуркиным. 15 апреля вновь потребовалась поддержка с воздуха. Хотя нападение было предотвращено плохой погодой, один британский Harrier был сбит. 22 апреля НАТО выдвинуло ультиматум, требуя немедленного прекращения нападений на Горадзе, вывода всех войск на расстояние 3 км и беспрепятственного въезда в Горадзе автоколонн ООН. Если эти условия не будут выполнены к полуночи 23 апреля, то НАТО нанесет удар по сербским тяжелым вооружениям и другим военным объектам в радиусе 20 км от Горадзе. Войска ООН достигли Горадзе 23 апреля, и вокруг города была создана 20-километровая зона отчуждения тяжелого вооружения. В период до августа 1994 года не было приказано наносить новые воздушные удары.
   Специальный представитель ООН Яшуши Акаши выступил посредником в заключении соглашения о прекращении огня в Белграде, которое охватит всю Боснию с 10 июня. Хотя он часто ломался, г-ну Акаши удалось возобновить его на второй месяц 12 июля.
   26 апреля США, Россия, Франция, Великобритания и Германия создали "контактную группу", которая взяла на себя ведущую роль в разработке мирного плана для Боснии. 6 июля группа представила сторонам свой план, который, сохраняя федеративное государство в его нынешних границах, разделит страну между сербами и мусульманско-хорватской федерацией. Сербам, которые в настоящее время занимают около 70% территории страны, было предложено 49% (в то время как они претендуют на законное владение около 67%). Через два года у сербов будет возможность провести референдум, чтобы решить, будут ли они отделяться. Сторонам было дано время до 19 июля, чтобы согласовать план или понести серьезные последствия.
   Боснийское правительство неохотно приняло мирный план, в то время как ответ сербов был истолкован как отказ. Референдум должен состояться в конце августа. Контактная группа провела заседание 30 июля и приняла решение о мерах по расширению сферы применения санкций в отношении сербов, улучшению соблюдения санкций и усилению защиты безопасных районов, которые не пользуются преимуществами зон отчуждения тяжелых вооружений. К 5 августа Совет Безопасности ООН не принял новую санкционную резолюцию.
   В начале августа сербский президент Слободан Милошевич объявил, что Югославия разорвет свои политические и экономические связи с боснийскими сербами. Граница будет закрыта для всех товаров, кроме продовольствия, медикаментов и одежды. Насколько эффективными будут эти меры, еще предстоит выяснить. Однако если сочетание сербской блокады и усиленных санкций ООН не приведет к принятию боснийскими сербами мирного плана, то будет трудно избежать отмены эмбарго на поставки оружия, что позволит вооружить боснийское правительство, несмотря на оговорки, высказанные рядом стран, предоставляющих войска ООН. Существует мнение, что отмена эмбарго на поставки оружия приведет к усилению и распространению войны и приведет к выводу миротворческих сил ООН.
   Никакого прогресса в решении вопроса о названии Бывшей Югославской Республики Македонии, как она теперь называется, достигнуто не было. В феврале 1994 года Греция ввела блокаду торговли Македонии через греческий порт Фессалоники. Европейский Союз добился отмены эмбарго и обратился в Европейский суд, который отклонил просьбу Европейской комиссии о принятии чрезвычайного временного постановления для Греции об отмене блокады. Сообщается, что решение суда было основано на аргументе, что торговля Европейского союза с Македонией не пострадала от эмбарго. Между тем македонская граница с Сербией является ареной масштабных нарушений введенных ООН торговых санкций против Сербии.
   Вопрос о разделе Черноморского флота между Россией и Украиной до сих пор не решен, хотя есть принципиальная договоренность о том, что он должен быть поделен поровну между двумя странами, возможно, с некоторыми судами, идущими в Грузию. Ряд инцидентов обострили ситуацию, но, к счастью, ни один из них не привел к постоянному расколу. В апреле русские отплыли из Одессы на исследовательском судне, груженном навигационными приборами и оборудованием на сумму около 10 миллионов долларов. Украинская береговая охрана безуспешно пыталась остановить уход судна. Позднее в апреле украинцы в одностороннем порядке преобразовали подразделение Черноморского флота (отвечающее за сохранность кораблей) в украинскую военно-морскую бригаду. Другие инциденты касались ареста российских морских офицеров и передвижения с обеих сторон войск в Крыму. Главным разногласием остается вопрос о береговых сооружениях. Российское предложение заключается в том, что они должны сдать в аренду все военно-морские объекты в Крыму и что украинский флот должен освободить полуостров. Украина настаивает на том, что Севастополь остается под ее юрисдикцией и что два флота используют разные гавани в порту. Проблему Черноморского флота не облегчили разногласия, возникшие между Верховной Радой в Киеве и крымским парламентом, Пентагоном. 20 мая 1994 года Пентагон проголосовал за восстановление Конституции от мая 1992 года, которую украинское правительство заставило отменить Крым и которую оно считает провозглашением независимости. 3 июня обе ассамблеи приняли совместное заявление, которое, хотя и не разрешило проблему, позволило Раде воздержаться от введения ранее угрожаемых мер. Избрание Леонида Кучмы президентом Украины может ослабить напряженность между Украиной и Россией, но крымская проблема останется сложной.
   До сих пор существуют серьезные опасения по поводу очередной катастрофы на Чернобыльской АЭС. Инспекция, проведенная Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) и другими международными специалистами по безопасности, пришла к выводу, что в действующих подразделениях не соблюдается международный уровень безопасности. Далее сообщалось, что укрытие, окружающее разрушенный реактор, ухудшается и может обрушиться. Украина утверждает, что не может позволить себе альтернативные источники энергии, и подсчитала, что для закрытия Чернобыля потребуется около $6 млрд. Из них $2,5 млрд необходимо на расходы по обеспечению безопасности и демонтажу, $1,5 млрд. - на строительство новых реакторов и $2 млрд. - на другие источники энергии до завершения строительства нового реактора. Группа 7 на своем саммите в Неаполе согласилась выделить $1,8 млрд. на закрытие Чернобыля и модернизацию норм безопасности на трех еще строящихся реакторах.
   Армения / Азербайджан.
   Как конференция по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ), так и Россия работают над достижением урегулирования давней войны между Арменией и Азербайджаном из-за армянонаселенного Нагорно-Карабахского региона Азербайджана. После того как соглашение о прекращении огня, достигнутое 12 мая 1994 года, не продлилось более нескольких часов, 16 мая было достигнуто второе соглашение о прекращении огня, которое предусматривало создание наблюдательных пунктов, укомплектованных совместно армянскими, азербайджанскими и российскими войсками. Содружество Независимых государств (СНГ) должно было предоставить миротворческие силы численностью 1800 человек. 27 июля режим прекращения огня был продлен на 90 дней. В течение первых двух месяцев было несколько незначительных нарушений, но в целом она была сохранена. Группа наблюдателей СБСЕ, подготовленная для наблюдения за азербайджано-армянским прекращением огня, не была развернута к началу августа.
   Ситуация в Грузии значительно улучшилась, и конец всем трем отдельным конфликтам последних нескольких лет уже близок. Бывший президент Звиад Гамсахурдиа умер в Чечне в декабре 1993 года. В Абхазии перемирие было согласовано 14 мая 1994 года. С согласия Совета Безопасности ООН были развернуты российские миротворческие силы численностью 3000 человек, которые направили наблюдателей ООН для работы с российскими войсками.
   Российские базы
   Россия успешно договорилась о сохранении ряда военных баз в двух из трех закавказских республик. Он также хочет иметь базу в Азербайджане, где в Ляках находится РЛС с фазированной антенной решеткой ПРО, которая, как утверждает Азербайджан, является его собственностью, но которую он готов сдать в аренду России. В Грузии будет три базы: в Батуми, Вазиани (близ Тбилиси) и Ахалкалаки на турецкой границе. В январе 1994 года малочисленные мотострелковые дивизии были размещены в Батуми и Ахалкалаки, ранее в Вайзани размещались части учебной дивизии. В Армении будут сохранены две базы - в Ереване и Гюмри, где сейчас базируется мотострелковая дивизия.
   Страны Балтии
   Латвия и Россия достигли соглашения о выводе всех российских войск до конца августа 1994 года. Взамен Латвия согласилась, что Россия может эксплуатировать радар раннего предупреждения в Скрунде до августа 1998 года, когда у русских будет 18 месяцев, чтобы демонтировать станцию. Считалось, что Россия достигла соглашения с Эстонией, когда 26 июля 1994 года было объявлено о выводе российских войск к 31 августа, но на следующий день это было отменено. Однако достигнута договоренность о выводе из эксплуатации ядерных реакторов (для подготовки экипажей подводных лодок), установленных на Палдиской военно-морской базе. Россиян по-прежнему не устраивает статус 400-тысячного русского меньшинства. Тем временем продолжается вывод части российских войск. Литва и Россия почти завершили переговоры о военном транзите через Литву в Калининград.
   Развитие Ядерных Сил
   Беларусь ратифицировала свое присоединение к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) в июле 1993 года. В Беларуси дислоцируются только мобильные МБР SS-25, которые перебрасываются в Россию, где они останутся на вооружении. По-видимому, в Беларуси насчитывалось 81 SS-25 против 80, перечисленных в военном балансе за 1993-1994 годы. Были сделаны противоречивые заявления относительно хода осуществления программы вывода войск. Конечно, один, а может и больше, полк, каждый с девятью пусковыми установками, передислоцированный в 1993 году. К июню 1994 года три полка с 27 пусковыми установками покинули Лиду, Северную из двух баз SS-25 в Белоруссии. Подтвержденной информации о новом местонахождении этих МБР нет. Одно из предложений - это участок SS-17 в Выползозо, к северу от Москвы, поскольку SS-17 может быть ликвидирован. Во-вторых, часть из них может быть переброшена в Забайкалье, где есть три объекта SS-11, которые, скорее всего, будут ликвидированы. Еще два полка должны покинуть Беларусь в 1994 году, а остальные - в 1995 году.
   Украинская Рада отменила условия, связанные с ратификацией договора о переговорах по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) от 3 февраля 1994 года. Однако Украина до сих пор не ратифицировала свое присоединение к ДНЯО, хотя и участвовала в трехстороннем соглашении с Россией и США, достигнутом на московском саммите в январе 1994 года о передаче ядерных боеголовок (Подробнее см. стр. 256). Тем временем на Украине продолжается ликвидация стратегических ядерных вооружений. Ряд МБР были деактивированы путем удаления их ядерных боеголовок, и 180 из них были переданы России. Главнокомандующий ракетными войсками стратегического назначения России, который все еще имеет определенный контроль над МБР Украины, заявил, что все 46 SS-24 на Украине были дезактивированы, как и 20 ракет SS-19, срок службы которых истек (но десять из них могут быть теми десятками, о демонтаже которых было объявлено в июле 1993 года). Министр обороны США Уильям Перри при посещении объекта "Первомайск SS-24" заявил, что 120 боеголовок оттуда были включены в переданные России. Стратегические ядерные бомбардировщики на Украине находятся под украинским контролем, хотя крылатые ракеты, которыми они будут вооружены, вероятно, находятся под российским контролем. Бомбардировщики Ту-160 больше не рассматриваются русскими как эксплуатационные из-за отсутствия запасных частей, технического обслуживания и летного состава. Украина ведет переговоры с Россией об обмене своих 42 стратегических бомбардировщиков на гарантированное обслуживание других типов самолетов и поставку запасных частей для различных систем вооружения. В мае 1994 года на встрече вице-президента США и вице-премьера Украины Украина взяла на себя обязательство соблюдать критерии и стандарты режима контроля за ракетными технологиями. Поскольку МБР SS-18 производились на заводе "Южмаш" в Днепропетровске, это важное обязательство.
   Развитие Обычных Вооруженных Сил
   Эстония приобрела около 40 БТР (серии БТР) и еще семь патрульных судов для своей морской пограничной охраны, в том числе два немецких типа Kondor и два российских типа Zhuk. Численность латвийских вооруженных сил за год увеличилась на 1500 человек, из них 600-в составе Военно-Морского Флота, который приобрел два немецких сторожевых корабля класса Kondor и три российских сторожевых корабля класса Osa. Теперь известны номера самолетов и вертолетов. ВВС Литвы приобрели несколько транспортных самолетов Ан-2 и вертолетов Ми-8.
   Бывшие Страны Варшавского Договора
   Как страны, подписавшие Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), все страны сократили свои запасы оружия, уничтожив оборудование, превышающее их квоты на ограниченное договором оборудование (ДОВСЕ). Мало кто приобрел какое-либо новое оборудование. Чешская армия преобразовала одну механизированную дивизию в механизированную бригаду, а пехотная дивизия была расформирована. Планируется дальнейшая реорганизация на бригадную основу. Батальон быстрого реагирования будет расширен до бригады и сформировано несколько бригад территориальной обороны. В Военно-Воздушных Силах два вертолетных полка имеют как ударные, так и транспортные вертолеты, в отличие от предыдущей ситуации с одним ударным и одним штурмовым транспортным вертолетным полком. Военно-Воздушные Силы должны быть разделены на тактический корпус и корпус ПВО. В Венгрии вертолетные части были переданы из состава ВВС в состав армии. Военный баланс 1993-1994 годов дал неверную цифру для гаубиц Д-20, хотя в этом издании перечислено 320. Резкого увеличения численности не произошло. ВВС приняли поставку 28 истребителей МиГ-29 в рамках соглашения о погашении унаследованного Россией долга Венгрии. Продолжительность призыва на военную службу должна быть сокращена с 12 до 10 месяцев после вступления в силу в августе 1994 года. В Польше призыв на военную службу будет сокращен с 18 месяцев до одного года в 1995 году. Армия расформировала одну механизированную дивизию, преобразовала другую в бронекавалерийскую дивизию и создает новое формирование - 25-ю воздушно-кавалерийскую дивизию, в состав которой входят воздушно-десантные войска и вертолетный полк ВВС. В конечном итоге дивизия будет оснащена польским многоцелевым вертолетом PZL Huzar. ВВС отозвали свои 50 с лишним учебно-тренировочных самолетов Су-22 и заменили их новыми самолетами TS-11 Iskra.
   Закавказские Республики
   И Армения, и Азербайджан расширили свои вооруженные силы. Возросла численность личного состава и был сформирован ряд дополнительных подразделений. Количество имеющегося оружия существенно не увеличилось, хотя Азербайджан приобрел еще 200 МТ-ЛБ, и имеется более подробная информация о наличии оборудования, ограниченного договором. Отмечается незначительное изменение в организации и численности Вооруженных сил Грузии; если что-то и происходит, то сокращение запасов техники по всем категориям.
   Беларусь и Украина
   В Белоруссии армия была дополнительно реорганизована. Штаба армии нет, но есть три штаба корпуса. Все четыре оставшиеся дивизии находятся под непосредственным командованием Министерства обороны. Артиллерийская дивизия является резервным формированием, в то время как воздушно-десантная и мотострелковая дивизии укомплектованы чуть более чем на 50%. Два корпуса состоят из бригады БР, артиллерийского полка, полка РСЗО и ряда механизированных бригад. Третий корпус, по-видимому, состоит только из мобилизуемых частей. Под его командованием находятся два склада вооружения и техники, которые содержат ряд оборудования, аналогичного механизированной бригаде, в то время как другой может быть складом для артиллерийского полка. В двух других корпусах имеются еще три потенциальных мобилизационных склада механизированных бригад. Военно-воздушные силы также, по-видимому, реорганизуются. Перечислены лишь отдельные части ВВС (полки, эскадрильи), а боевые самолеты и вертолеты показаны по авиабазе. МиГ-25 (разведчик и истребитель), МиГ-27 (ИБ) и небольшое количество других типов находятся на базе сокращения ВВС в Барановичах, предположительно до ликвидации или утилизации. В Вооруженных силах введен новый вид воинской повинности для лиц, прошедших обязательную военную службу и не достигших 35-летнего возраста. Они могут завербоваться на два года, после чего они могут продлить свой контракт еще на три или шесть лет.
   Украинские вооруженные силы испытывают нехватку живой силы главным образом из-за очень большого количества людей, которым предоставляется отсрочка от обязательной службы. Таким образом, срок обязательной службы был продлен с 18 месяцев до двух лет. И Украина, и Россия включают определенные военно-морские силы ПВО и береговой обороны в свои данные по ДОВСЕ. Реорганизация армии продолжалась, и три военных округа были заменены двумя оперативными командованиями - Западным и Южным. У каждого по три корпуса. Артиллерийский корпус расформирован, четыре мотострелковые дивизии преобразованы в механизированные дивизии, две получили статус резервных и четыре расформированы. Были созданы еще две механизированные бригады и завершено формирование аэромобильной дивизии, в состав которой входят одна воздушно-десантная и одна аэромобильная бригады и один артиллерийский полк. К концу 1995 года планируется сократить численность Вооруженных сил примерно до 450 000 человек.
   Нейтральные и неприсоединившиеся государства
   Албанская армия была реорганизована на дивизионной основе. В каждой из девяти дивизий насчитывается от 3000 до 5500 человек, которые заменяют около 15 бригад и полков. Количество оружия не изменилось, но теперь военный баланс располагает более точной информацией о его количестве, особенно в том, что касается артиллерии. Кипрская Национальная гвардия будет расширена и в меньшей степени зависеть от призывников. Примерно 3000-4000 человек будут набраны на основе пятилетних контрактов. Финский парламент одобрил в декабре 1993 года предложение правительства о покупке 64 самолетов F/A-18, но пока никаких твердых заказов не поступало. Швеция должна закупить 120 танков Leopard-2 и до 800 гусеничных БТР МТ-ЛБ из бывших запасов восточногерманской армии. Запасы танков швейцарской армии были пересмотрены. В настоящее время насчитывается на 80 танков Leopard-2 больше, чем в прошлом году, и были изменены номера других типов. Однако общее изменение - это всего лишь увеличение на семь. Там гораздо меньше ББМ, чем было перечислено в 1993-1994 годах, и эквивалентное количество БТР больше. ВВС начали выводить на свои самолеты ИБ Hunter.
   Бывшая Югославия
   Хотя гражданские войны продолжаются, появляется все больше информации об организациях, живой силе и вооружении различных сил и партий. В целом, большинство сил демонстрируют увеличение живой силы и численности подразделений. Резкого увеличения запасов оружия не произошло. В настоящее время военный баланс позволяет проводить различие между действующими и резервными частями армии союзной республики Югославии. Некоторые запасы оружия JA были сокращены. Например, имеется 25 РСЗО, более 300 буксируемых артиллерийских орудий, 300 120-мм минометов, 150 ПТРК меньше, чем указано в военном балансе 1993-1994 годов. Предыдущие оценки военного баланса могли бы завышать эти запасы, но если бы они этого не сделали, то некоторые из этих вооружений могли бы попасть к сербским силам в Хорватии и Боснии и Герцеговине. Силы Сербской Краины приобрели 12 боевых самолетов Galeb, возможно, те, которые были перечислены в качестве разведывательных самолетов в Югославской записи 1993-94 годов и не были перечислены Югославией в ее Венском документе. В Боснии и Герцеговине был сформирован шестой корпус для контроля за операциями, сосредоточенными в травнике.








   CROATIA (2)




   FINLAND (2)







   POLAND (2)







   UKRAINE (2)

   UKRAINE (3), 'Federal Republic of Yugoslavia'



   General Overview
   While the last six months of 1993 witnessed turbulent events, the first six months of 1994 have been quieter and the internal disarray in parliament has allowed the government to develop a more consistent foreign policy.
   In September 1993, President Boris Yeltsin suspended his Vice-President Alexander Rutskoi, refused to pass the inflationary budget drawn up by parliament, and brought back Yegor Gaidar to take charge of the economy. On 21 September he announced the dissolution of parliament with parliamentary elections to be held on 12 December, to be followed shortly by presidential elections. Rutskoi and the Speaker, Ruslan Khasbulatov, remained with their parliamentary backers in the White House where they were reinforced by armed supporters who later attacked the Moscow mayoral building and the Ostankino TV centre. On 4 October the General Staff decided to back the President and tanks and special forces attacked the White House and arrested its defenders.
   At the 12 December election, the new Constitution, which greatly increased the President's powers, was narrowly approved. The vote, even though Khasbulatov, Rutskoi and their supporters were unable to stand for election, produced a new parliament composed mainly of those opposed to President Yeltsin. Major gains were made by the Liberal Democratic Party whose leader, Vladimir Zhirinovsky, made a number of inflammatory speeches which caused concern to those in the West who view the possibility of a resurgent, expansionist Russia as a future major threat. The divisions within the Russian parliament mean that there is no strong opposition, and this has allowed the government to develop policies that might not have been possible a year earlier.
   Considerable debate arose over the question of Russia's membership of the North Atlantic Treaty Organisation (NATO's) Partnership for Peace (PFP). The Russians used reluctance to join as a lever to gain more influence over NATO and also aimed to reduce NATO's influence by calling for the Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) to become Europe's prime security forum. Next they sought to achieve a special relationship with NATO, one that might give Russia an automatic right to be consulted on NATO decisions which could lead to it having a right of veto. In the event, Russia signed the Partnership Framework Document on 22 June 1994 when Foreign Minister Andrei Kozyrev said that Russia 'had no fundamental objections' to NATO enlargement.
   Originally Russian involvement in the Bosnian crisis was foreseen as likely to be unhelpful at best, whereas in fact it has been a positive factor. The Russian envoy, Vitaly Churkin, played a major role in the negotiations at the time of the Sarajevo cease-fire in February 1994, and the Russian involvement in the contact group helped to ensure that policies were better coordinated. Later Russian disenchantment with Bosnian-Serb intransigence no doubt affected President Milosevic's calculations when he announced in August the closure of the border with BosniaHerzegovina.
   Commonwealth of Independent States (CIS)
   The CIS held a Heads of State meeting in April 1994 at which new regulations for the CIS Council of Ministers of Defence were approved. Heads of nine states (Armenia, Azerbaijan, Belarus, Georgia, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Russia, Tajikistan and Uzbekistan) signed the regulations. A number of decisions relating to peacekeeping in Tajikistan, Georgia-Abkhazia and Nagorno-Karabakh were also taken. A declaration on the 'Observance of Sovereignty, Territorial Integrity and Inviolability of the Borders of the Member States of the Commonwealth of Independent States' was also signed by the same nine states less Armenia, but also by Moldova, Turkmenistan and Ukraine.
   Nuclear Developments
   Russian strategic nuclear weapons are no longer targeted against the US or the UK. A number of strategic weapons have been redeployed: 27 mobile SS-25 ICBM from Belarus to Russia, and 40 Tu-95H bombers from Kazakhstan to Russia. 300 nuclear warheads removed from SS-24 and SS-19 ICBM in Ukraine have also been transferred to Russia for dismantlement.
   Russia has continued to eliminate strategic weapons ahead of ratification of the START I Treaty. Two Delta-I and four Yankee-I SSBN have been retired, however all but two Yankee-I remain START-countable. These retirements reduce Russia's SLBM force by 88, leaving 700 SLBM deployed in 46 SSBN. A further 40 SS-11 ICBM have been eliminated (there are probably no SS-11 now at Svobodny in the Far East Military District (MD) as this site is being converted to a space-launch site), as have 22 SS-18 (ten in Russia, 12 in Kazakhstan). There are ten less SS-19 in Ukraine (where other ICBM still in their silos have had their warheads removed). No SS-13 are reported as having been eliminated, but some may have been as a regiment of nine SS-25 has been deployed to the only SS-13 site at Yoshkar-Ola in the Volga MD where SS-25s are already stationed. Three new regiments each with nine SS-25 have been formed; there are now 369 in service of which 54 remain in Ukraine. There are now a total of 1,161 (START-countable) ICBM (54 in Belarus, 92 in Kazakhstan and 156 in Ukraine), but not all of these are operational either because they are unserviceable or because their warheads have been removed. 158 strategic bombers remain START-countable of which 42 in Ukraine are considered to be nonoperational because of un serviceability and lack of aircrew. During the past year Russia has eliminated 16 Tu-95B/G. The correct number of Tu-160 is 24, of which five are in Russia and 19 in Ukraine.
   Russia is expected to flight test both new ICBM and SLBM before the end of the century. The ICBM is likely to be a follow-on to the mobile SS-25. The new missile would be both road mobile and silo-launched, probably from the 90 SS-18 silos in which single-warhead missiles can be deployed under START II rules. The SLBM development is believed to be a follow on to SS-N-20 now deployed in Typhoon-class SSBN and could be ready by 1996. There is speculation that a new class of SSBN with a new SLBM is being planned.
   Conventional Forces Developments
   CFE Treaty Limited Equipment (TLE)
   Large numbers of TLE were eliminated during 1993 (The Military Balance does not have accurate figures for the first six months of 1994). Whilst some 700 tanks were eliminated, the number of T-72 tanks (in the Treaty zone) rose by over 200 and the first T-90 was reported. Around 1,800 APC were eliminated with numbers of BTR-80 rising by 100, and 1,000 AIFV were also eliminated. The number of artillery pieces eliminated was about 1,000, while small increases in the number of 2A65 towed artillery, 2S19 SP guns, 9P138 and 9A52 MRL have been noted. The first 2S23, a wheeled version of the 2S9 combined gun/mortar system, was reported. These figures do not include the destruction of some 1,200 unspecified TLE east of the Urals. In the CFE flanks zone (V.I) where Russia is attempting to have its Treaty quota raised, there is still much more TLE than is allowed once the Treaty is fully implemented in July 1996:
   Withdrawal from the Groups of Forces
   The final withdrawal of Russian forces in Germany is due to be completed by 31 August 1994, just after The Military Balance has gone to press. However, by the end of July all combat formations and units had been withdrawn and The Military Balance no longer lists the Western Group of Forces. Most of the last units to leave have been transferred to the Moscow MD (one army HQ, two tank divisions and two artillery brigades) and the Volga MD (one army HQ, two tank divisions, one artillery and one SSM brigade) rather than being disbanded as had been the case with some earlier withdrawals. Russian troops will also have withdrawn from Latvia by 31 August, but the withdrawal from Estonia is still not settled. Once withdrawal from Estonia is complete the North-West Group of Forces will cease to exist. Troops in Kaliningrad are in the 1 lth Army which is now directly under the command of GHQ Land Forces; there have been some reports of Kaliningrad forming a Military District. The only withdrawal from the Transcaucasus Group of Forces has been the Corps HQ and one SAM brigade. The two SSM brigades with the 14th Army in Moldova have been disbanded.
   There have been many official reports on the shortage of manpower in the Russian armed forces. This has been caused by the very high percentage of those due for conscription who are automatically granted deferment. However, it is not always possible to identify published figures as actual strengths (as opposed to authorised strengths). In May 1994 the Commanderin-Chief, Land Forces, said that the Army would be reduced from 900,000 to 550,000 by January 1995, whereas The Military Balance calculates Land Forces strength to be about 780,000. When the Defence Minister, Marshal Pavel Grachev, said in April 1994 'at the moment we have 2,300,000' he was most probably referring to authorised strength as he was arguing in favour of maintaining the armed forces strength at 2,100,000. The concept of contract service is a success: 120,000 men were recruited in 1993 and a further 150,000 are authorised in 1994. The Land Forces have estimated that by 1995 contract soldiers will form up to one-third of its total manpower. Most contract recruits are opting for technical and logistic units which leaves combat units still short of men. The Military Balance estimates that no combat formations, including airborne and the divisions earmarked for peacekeeping, have more than 75% of their authorised strength and roughly 70% of divisions have less than 50%. On the other hand, in the past, many Soviet divisions were deliberately undermanned and depended very heavily on reservists on mobilisation. It is likely that once redeployment has been achieved priority will be given to strengthening airborne formations and motor rifle brigades while the remaining divisions will be put on the same basis as the old Soviet category ' C divisions which only had some 20% of their wartime strength in peacetime. Further divisions may be disbanded, particularly east of the Urals.
   Bases in the 'Near Abroad'
   Russia is seeking to obtain military bases - facilities might be a more accurate description - in the republics of the former Soviet Union; the figure 28 has been mentioned. In the Transcaucasus, agreement has been reached with Georgia and Armenia, but not yet with Azerbaijan which claims ownership of the Lyaki early-warning radar and which would be prepared to lease it to Russia. Three bases have been agreed in Georgia at Tbilisi (headquarters of the Transcaucasus Group of Forces), Akhalkalaki and Batumi where motor rifle divisions are currently based. There are to be two bases in Armenia, Yerevan and Gyumri, currently the bases for one motor rifle division. Agreement has also been reached with Belarus for an air force regiment to remain at Zyabrouka (where a long-range reconnaissance regiment is based) until the year 2000. An agreement was reached on 10 August 1994 over the withdrawal of Russian forces from Moldova within three years.
   Russia now provides two battalions to UN peacekeeping missions, one in Croatia and one in B osnia-Herzegovina (originally deployed in January 1994 to Croatia, but sent to Sarajevo to assist in monitoring the cease-fire lines there). Russia has observers with six other missions. Two motor rifle divisions have been specifically nominated to provide peacekeeping contingents. Peacekeeping troops, without UN mandates but with the agreement of the parties and states concerned, are deployed in the Dniestr area of Moldova (four motor rifle battalions), and in Georgia in South Ossetia (one motor rifle battalion) and Abkhazia (two motor rifle battalions, one airborne regiment). Russian peacekeepers are volunteers, are paid more and normally do a six-month tour of duty.
   Ground Forces
   The reorganisation of the ground forces continues slowly as redeployment takes priority. In the Moscow MD a large number of combat support units are under MD command, a second army has been formed with its HQ provided by the 1st Guards Tank Army withdrawn from Germany. Each army includes one independent motor rifle brigade. The Volga MD has also inherited an army HQ from the Group of Forces in Germany together with two tank divisions and an SSM brigade. There has been little change in the Leningrad MD, although one corps HQ has been disbanded and there now are only three arms and equipment depots with divisional mobilisation packs. The greatest change has taken place in the North Caucasus MD where the artillery division and one motor rifle division have been disbanded. One motor rifle division, one attack helicopter regiment and one SAM regiment have been redeployed there from Germany and two motor rifle brigades have been formed, but as yet they have no tanks, artillery or ACVs. In Kaliningrad a tank division has been reorganised and retitled 'tank brigade'. In the Airborne Forces the training division which was based in Lithuania is reportedly being established in Siberia. The former KGB brigade, shown in 1993 as an independent army brigade in the Moscow MD, is now under the command of the Airborne Force HQ.
   Some new equipment is coming into service, albeit very slowly. The T-90 main battle tank has a 125mm smoothbore gun which can fire a laser-beam riding missile probably armed with a tandem warhead. It also has explosive reactive armour. The 2S23 is a wheeled self-propelled combined gun/mortar. It comprises a 2S9 120mm gun turret mounted on a BTR-80 chasis. The only gun declared at 1 January 1994 was located at the artillery engineering college at Penza (Volga MD). Its ultimate deployment is most likely with airborne and other rapid-reaction forces.
   Naval Forces
   A number of naval ships have been retired in the last 12 months, and the operational serviceability of others must be in doubt. All told some 25 tactical submarines, nine surface combatants, 20 patrol craft and 20 mine countermeasure ships have been retired. Two more Oscar-class attack submarines have been commissioned as has one more Akula-class;all are nuclear powered. The first Udaloy-II class cruiser has been commissioned. Its main armament iseight four-tube SS-N-22 SSM. The cruiser can embark two helicopters. One more Sovremennyy-class destroyer has been commissioned. Naval Aviation aircraft strength has been reduced by 130 aircraft, mainly trainers and some 45 FGA aircraft. Although the Su-27K was reported as operational as a carrier-borne aircraft, only training models have been delivered so far.
   Air Forces
   There are no immediate plans to merge the Air Force with the Air Defence Forces (PVO), but in the long term it is probable that a single Space Force may be formed which would also include the Strategic Rocket Forces. There has been a reorganisation within the Air Force. Two additional headquarters have been formed: the Headquarters for Frontline Aviation (KFA) has taken over the command of the air armies, with the exception of the Long-Range Aviation Force which remains directly under Air Force Headquarters; the Headquarters for Reserve and Training (KPLK) controls all training units (other than those under Long-Range Aviation and the Flying Training Centre at Borisogllebsk which remains under KFA) and the aircraft reserve bases.
   Aircraft development continues. The MiG-31M, an improved version of the MiG-31, is likely to enter service with the Russian Air Defence Force in 1995. A project to develop an anti-satellite missile for the MiG-31 has been cancelled. The Mikoyan project 701, originally to be an ultra long-range high-altitude interceptor ultimately to replace the MiG-31, has been cancelled due to lack of development funds. Mikoyan's project 1-42, the Russian counterpart to the United States Air Force F-22, is progressing, but a lack of funding and problems with the engines has delayed the first flights of two prototypes that have been built. A Mikoyan design for a lightweight fighter with a likely designation of MiG-33 and based on the MiG-29M has probably been cancelled. Sukhoi have been carrying out developments on the Su-27 Flanker. The Su-27K, a fighter/ground-attack version for operations on naval aircraft carriers, has been developed from the tandem two-seat trainer version of the Su-27B. The Su-35, an advanced development of the Su-27 airframe, is a single-seat all-weather fighter and ground-attack aircraft. It may have a rearward facing interception radar to provide guidance for over-the-shoulder radar-guided missiles. Su-35 may enter production in 1995. A variant development of the Su-27 is the Su-34, probably intended to replace the Su-24 bomber/FGA aircraft, it is very similar to the Su-35. Two differently configured prototypes have been built and test flights have taken place. Sukhoi are developing a close-support aircraft designated the Su-37 as a successor to the Su-25 Frogfoot. None of these aircraft have entered squadron service yet.


   Общий обзор
   В то время как последние шесть месяцев 1993 года были свидетелями бурных событий, первые шесть месяцев 1994 года были более спокойными, а внутренняя неразбериха в парламенте позволила правительству разработать более последовательную внешнюю политику.
   В сентябре 1993 года президент Борис Ельцин отстранил от должности своего вице-президента Александра Руцкого, отказался принять инфляционный бюджет, составленный парламентом, и вернул Егора Гайдара к руководству экономикой. 21 сентября он объявил о роспуске парламента, а 12 декабря должны состояться парламентские выборы, за которыми вскоре последуют президентские. Руцкой и спикер Руслан Хасбулатов остались со своими парламентскими сторонниками в Белом доме, где их подкрепили вооруженные сторонники, которые позже атаковали здание мэрии Москвы и телецентр "Останкино". 4 октября Генштаб принял решение поддержать президента, а танки и спецназ атаковали Белый дом и арестовали его защитников.
   На выборах 12 декабря новая Конституция, значительно увеличившая полномочия президента, была узко одобрена. Голосование, несмотря на то, что Хасбулатов, Руцкой и их сторонники не смогли выставить свою кандидатуру на выборах, привело к созданию нового парламента, состоящего в основном из противников президента Ельцина. Основные успехи были достигнуты либерально-демократической партией, лидер которой Владимир Жириновский выступил с рядом подстрекательских речей, которые вызвали озабоченность у тех на Западе, кто рассматривает возможность возрождения экспансионистской России как будущую главную угрозу. Разногласия внутри российского парламента означают отсутствие сильной оппозиции, и это позволило правительству выработать политику, которая годом ранее была невозможна.
   Значительная дискуссия развернулась вокруг вопроса о членстве России в Организации Североатлантического договора (НАТО) "Партнерство во имя мира" (ПРМ). Русские использовали нежелание вступать в НАТО в качестве рычага для усиления влияния на НАТО, а также стремились уменьшить влияние НАТО, призвав конференцию по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) стать главным европейским форумом по вопросам безопасности. Затем они стремились достичь особых отношений с НАТО, которые могли бы дать России автоматическое право консультироваться по решениям НАТО, что могло бы привести к ее обладанию правом вето. В этом случае Россия подписала рамочный документ о партнерстве 22 июня 1994 года, когда министр иностранных дел Андрей Козырев заявил, что Россия "не имеет принципиальных возражений" против расширения НАТО.
   Первоначально предполагалось, что участие России в боснийском кризисе будет в лучшем случае бесполезным, тогда как на самом деле это был положительный фактор. Российский посланник Виталий Чуркин сыграл важную роль в переговорах во время прекращения огня в Сараево в феврале 1994 года, и участие России в контактной группе помогло обеспечить лучшую координацию политики. Позднее разочарование России в боснийско-Сербской непримиримости, несомненно, повлияло на расчеты президента Милошевича, когда он объявил в августе о закрытии границы с Боснией и Герцеговиной.
   Содружество Независимых государств (СНГ)
   В апреле 1994 года состоялось совещание глав государств СНГ, на котором было утверждено новое Положение О Совете министров обороны СНГ. Постановление подписали главы девяти государств (Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, России, Таджикистана и Узбекистана). Был также принят ряд решений, касающихся миротворчества в Таджикистане, Грузии-Абхазии и Нагорном Карабахе. Декларация о "соблюдении суверенитета, территориальной целостности и нерушимости границ государств-членов Содружества Независимых Государств" была подписана теми же девятью государствами, за исключением Армении, а также Молдовой, Туркменистаном и Украиной.
   Ядерные разработки
   Российские стратегические ядерные вооружения больше не нацелены против США или Великобритании. Передислоцирован ряд стратегических вооружений: 27 мобильных МБР SS-25 из Белоруссии в Россию и 40 бомбардировщиков Ту-95Н из Казахстана в Россию. 300 ядерных боеголовок, снятых с МБР SS-24 и SS-19 на Украине, также были переданы России для демонтажа.
   Россия продолжает ликвидировать стратегические вооружения в преддверии ратификации Договора СНВ-1. Две Delta-I и четыре Yankee-I ПЛАРБ были выведены, однако все, кроме двух Yankee-I, остаются стартовыми счетами. Эти отставки сокращают российские силы на 88, оставляя 700 БРПЛ развернутыми в 46 ПЛАРБ. Еще 40 МБР SS -11 были ликвидированы (вероятно, сейчас в Свободном в Дальневосточном военном округе (ДВ) нет SS-11, так как этот полигон переоборудован в космодром), а также 22 SS-18 (десять в России, 12 В Казахстане). На Украине осталось на десять SS - 19 меньше (где у других МБР, все еще находящихся в шахтах, были сняты боеголовки). Ни одна SS-13 не была ликвидирована, но некоторые, возможно, были, поскольку полк из девяти SS-25 был развернут на единственном участке SS-13 в Йошкар-Оле в Поволжье, где уже дислоцируются SS-25. Сформированы три новых полка, каждый из которых имеет девять SS-25; в настоящее время на вооружении находятся 369 ракет, из которых 54 остаются на Украине. В настоящее время насчитывается в общей сложности 1161 МБР (54 в Беларуси, 92 в Казахстане и 156 в Украине), но не все из них функционируют либо потому, что они непригодны к эксплуатации, либо потому, что их боеголовки были удалены. Счетом СНВ остаются 158 стратегических бомбардировщиков, из которых 42 на Украине считаются неработоспособными из-за непригодности и отсутствия летного состава. За прошедший год Россия ликвидировала 16 Ту-95B/G правильное количество Ту-160 составляет 24, из которых пять находятся в России и 19 на Украине.
   Ожидается, что Россия проведет летные испытания как новых МБР, так и БРПЛ до конца века. МБР, вероятно, станет продолжением мобильного Су-25. Новая ракета будет как передвижной, так и шахтной, вероятно, из 90 шахт SS-18, в которых могут быть развернуты ракеты с одной боеголовкой в соответствии с правилами СНВ-2. Считается, что разработка БРПЛ является продолжением SS-N-20, развернутой в настоящее время в ПЛАРБ класса Typhoon, и может быть готова к 1996 году. Есть предположение, что планируется новый класс ПЛАРБ с новой БРПЛ.
   Развитие Обычных Вооруженных Сил
   ДОВСЕ договор об ограниченном оборудовании (TLE)
   В 1993 году было ликвидировано большое количество единиц (в военном балансе нет точных данных за первые шесть месяцев 1994 года). В то время как было уничтожено около 700 танков, число танков Т-72 (в зоне действия договора) выросло более чем на 200, и было сообщено о первом танке Т-90. Было уничтожено около 1800 БТР, число БТР-80 возросло на 100, а также было уничтожено 1000 БМП. Количество уничтоженных артиллерийских орудий составляло около 1000 единиц, при этом отмечалось незначительное увеличение количества буксируемых артиллерийских орудий 2А65, 2С19 САУ, 9П138 и 9А52 РСЗО. Сообщалось о первом 2S23, колесной версии комбинированной пушечно-минометной системы 2S9. Эти цифры не включают уничтожение около 1200 неустановленных единиц к востоку от Урала. Во фланговой зоне ДОВСЕ (V.I), где Россия пытается увеличить свою договорную квоту, все еще гораздо больше единиц, чем разрешено после полного выполнения договора в июле 1996 года. :
   Вывод войск из группировок войск
   Окончательный вывод российских войск из Германии должен быть завершен к 31 августа 1994 года, как раз после того, как The Military Balance был издан. Однако к концу июля все боевые соединения и части были выведены, и в Военном балансе больше не числилась Западная Группа Войск. Большая часть последних оставленных частей была переведена в Московский ВО (один штаб армии, две танковые дивизии и две артиллерийские бригады) и Приволжский ВО (один штаб армии, две танковые дивизии, одна артиллерийская и одна ракетная бригада), а не расформирована, как это было в случае с некоторыми предыдущими выводами войск. Российские войска также будут выведены из Латвии к 31 августа, но вопрос об их выводе из Эстонии до сих пор не решен. После завершения вывода войск из Эстонии Северо-Западная Группа Войск прекратит свое существование. Войска в Калининграде находятся в составе 1-й армии, которая сейчас непосредственно подчиняется штабу Сухопутных войск; поступали сообщения о формировании Калининградского военного округа. Единственным выводом из закавказской группировки войск был штаб корпуса и одна бригада ЗРК. Две ракетные бригады в 14-й армии в Молдове были расформированы.
   Живая сила
   Было много официальных сообщений о нехватке живой силы в российских вооруженных силах. Это было вызвано очень высоким процентом подлежащих призыву на военную службу, которым автоматически предоставляется отсрочка. Однако не всегда можно определить опубликованные цифры как фактические силы стороны (в отличие от санкционированных сильных сторон). В мае 1994 года главнокомандующий Сухопутными войсками заявил, что к январю 1995 года численность Сухопутных войск будет сокращена с 900 000 до 550 000 человек, тогда как Военный баланс оценивает численность Сухопутных войск примерно в 780 000 человек. Когда в апреле 1994 года министр обороны маршал Павел Грачев сказал: "На данный момент у нас 2 300 000 человек", он, скорее всего, имел в виду санкционированную численность, поскольку выступал за сохранение численности Вооруженных сил на уровне 2 100 000 человек. Концепция контрактной службы имеет успех: в 1993 году было набрано 120 000 человек, а в 1994 году было утверждено еще 150 000. Сухопутные войска подсчитали, что к 1995 году контрактники составят до одной трети их общей численности. Большинство контрактников выбирают технические и тыловые подразделения, в результате чего в боевых частях все еще не хватает людей. По оценкам военного баланса, ни одно боевое соединение, включая воздушно-десантные и дивизии, предназначенные для поддержания мира, не имеет более 75% своей утвержденной численности и примерно 70% дивизий имеют менее 50%. С другой стороны, в прошлом многие советские дивизии были намеренно недоукомплектованы и очень сильно зависели от резервистов при мобилизации. Вполне вероятно, что после завершения передислокации приоритет будет отдан укреплению Воздушно-десантных соединений и мотострелковых бригад, а остальные дивизии будут поставлены на ту же основу, что и старые советские дивизии категории "С", имевшие в мирное время лишь около 20% своей численности в военное время. Дальнейшие дивизии могут быть расформированы, особенно к востоку от Урала.
   Базы в "ближнем зарубежье"
   Россия стремится получить военные базы - объекты, возможно, более точное определение - в республиках бывшего Советского Союза; цифра 28 уже упоминалась. В Закавказье достигнута договоренность с Грузией и Арменией, но еще не с Азербайджаном, который претендует на владение радаром раннего предупреждения "Ляки" и готов сдать его в аренду России. В Грузии согласованы три базы: в Тбилиси (штаб Закавказской группировки войск), Ахалкалаки и Батуми, где в настоящее время базируются мотострелковые дивизии. В Армении должны быть две базы - Ереван и Гюмри, в настоящее время это базы одной мотострелковой дивизии. Достигнута также договоренность с Беларусью о том, что полк ВВС останется в Зябруке (где базируется полк дальней разведки) до 2000 года. 10 августа 1994 года была достигнута договоренность о выводе российских войск из Молдовы в течение трех лет.
   Поддержание мира
   В настоящее время Россия предоставляет два батальона миротворческим миссиям ООН, один в Хорватии и один в Боснии и Герцеговине (первоначально развернутый в январе 1994 года в Хорватии, но направленный в Сараево для оказания помощи в наблюдении за линиями прекращения огня там). У России есть наблюдатели с шестью другими миссиями. Две мотострелковые дивизии были специально назначены для обеспечения миротворческих контингентов. Миротворческие войска, не имеющие мандатов ООН, но с согласия заинтересованных сторон и государств, дислоцируются в Приднестровском регионе Молдовы (четыре мотострелковых батальона), а также в Грузии, Южной Осетии (один мотострелковый батальон) и Абхазии (два мотострелковых батальона, один воздушно-десантный полк). Российские миротворцы - добровольцы, им платят больше и обычно они выполняют шестимесячный срок службы.
   Сухопутные войска
   Реорганизация сухопутных войск продолжается медленно, поскольку передислокация имеет приоритетное значение. В Московском ВО большое количество подразделений боевого обеспечения находится под командованием ВО, сформирована вторая армия со штабом, предоставленным 1-й гвардейской танковой армией, выведенной из Германии. Каждая армия включает в себя одну отдельную мотострелковую бригаду. Приволжский ВО также унаследовал штаб армии от группы войск в Германии вместе с двумя танковыми дивизиями и ракетной бригадой. В Ленинградском ВО мало что изменилось, хотя один штаб корпуса был расформирован, и в настоящее время осталось только три склада вооружения и техники с дивизионными мобилизационными пакетами. Наибольшие изменения произошли на Северном Кавказе, где были расформированы артиллерийская дивизия и одна мотострелковая дивизия. Туда переброшены из Германии одна мотострелковая дивизия, один штурмовой вертолетный полк и один полк ЗРК, сформированы две мотострелковые бригады, но пока у них нет ни танков, ни артиллерии, ни БМП. В Калининграде танковая дивизия была реорганизована и переименована в "танковую бригаду". В Воздушно-Десантных Войсках учебная дивизия, которая базировалась в Литве, как сообщается, создается в Сибири. Бывшая бригада КГБ, показанная в 1993 году как самостоятельная армейская бригада в Московском ВО, теперь находится под командованием штаба ВДВ.
   Некоторое новое оборудование поступает в эксплуатацию, хотя и очень медленно. Основной боевой танк Т-90 имеет 125-мм гладкоствольную пушку, которая может стрелять лазерной ракетой, вероятно, вооруженной тандемной боевой частью. Он также имеет взрывчатую реактивную броню. 2С23 - это колесная самоходная комбинированная пушка/миномет. Она состоит из 120-мм орудийной башни 2С9, установленной на шасси БТР-80. Единственная пушка, заявленная на 1 января 1994 года, находилась в Пензенском артиллерийском инженерном училище (Волжский МД). Его конечное развертывание, скорее всего, связано с воздушно-десантными и другими силами быстрого реагирования.
   За последние 12 месяцев несколько кораблей Военно-морского флота были выведены из эксплуатации, и эксплуатационная пригодность других должна быть поставлена под сомнение. Всего было выведено из строя около 25 тактических подводных лодок, девять надводных боевых кораблей, 20 патрульных кораблей и 20 противоминных кораблей. Введены в строй еще две ударные подводные лодки класса Oscar и еще одна - класса Akula; все они имеют атомную энергетику. Введен в строй первый крейсер класса Udaloy-II. Его основным вооружением является четырехтрубная ПУ SS-N-22. Крейсер может взять на борт два вертолета. Введен в строй еще один эсминец класса Sovremennyy. Численность авиации морской авиации была сокращена на 130 самолетов, главным образом учебных, и примерно на 45 самолетов-штурмовиков. Хотя сообщалось, что Су-27К эксплуатируется как палубный самолет, до сих пор были поставлены только учебные модели.
   Военно-Воздушные Силы
   В ближайшее время не планируется слияние ВВС с войсками ПВО (ПВО), но в долгосрочной перспективе возможно формирование Единого Космического соединения, в состав которого войдут также Ракетные войска стратегического назначения. В Военно-Воздушных Силах произошла реорганизация. Были сформированы два дополнительных командования: командование фронтовой авиации (КФА) взял на себя командование воздушными армиями, за исключением сил Дальней авиации, которые остаются непосредственно под штабом ВВС; штаб резерва и подготовки контролирует все учебные подразделения (кроме подразделений Дальней авиации и центра летной подготовки в Борисоглебске, который остается в ведении КФА) и авиационные резервные базы.
   Развитие авиации продолжается. МиГ-31М, усовершенствованная версия МиГ-31, вероятно, поступит на вооружение российских ВВС в 1995 году. Отменен проект по созданию противоспутниковой ракеты для МиГ-31. Проект 701 "Микоян", первоначально планировавшийся как сверхдальний высотный перехватчик, в конечном итоге заменивший МиГ-31, был отменен из-за отсутствия средств на разработку. Проект Микояна 1-42, российский аналог F-22 ВВС США, развивается, но нехватка финансирования и проблемы с двигателями задержали первые полеты двух прототипов, которые были построены. Проект Микояна для легкого истребителя с вероятным обозначением МиГ-33 и на базе МиГ-29М, вероятно, был отменен. В компании "Сухой" ведутся разработки по Су-27. Су-27К, вариант истребителя/штурмовика для операций на авианосцах, был разработан из тандемного двухместного учебно-тренировочного варианта Су-27Б. Су-35, передовая разработка планера Су-27, является одноместным всепогодным истребителем и штурмовиком. Он может иметь радар перехвата, обращенный назад, чтобы обеспечить наведение для ракет с радиолокационным наведением через плечо. Су-35 может поступить в серийное производство в 1995 году. Вариантом развития Су-27 является Су-34, вероятно, предназначенный для замены бомбардировщика Су-24 / самолета бомбардировщика, он очень похож на Су-35. Были построены два прототипа различной конфигурации и проведены испытательные полеты. В компании "Сухой" разрабатывают самолет ближней поддержки, названный Су-37 в качестве преемника Су-25 Frogfoot. Ни один из этих самолетов еще не поступил на вооружение эскадрилий.


   RUSSIA (2)

   RUSSIA (3)

   RUSSIA (4)

   RUSSIA (5)

   RUSSIA (6)

   RUSSIA (7)

   RUSSIA (8)

   RUSSIA (9)

The Middle East and North Africa

   Political and Security Developments
   Twelve months ago this section began, 'not a great deal has changed in the last 12 months'. This year, however, has witnessed a new Middle East war, distinct progress towards an Arab-Israeli peace settlement and the establishment of a Palestinian autonomous entity in Gaza and Jericho.
   The Yemen Civil War
   The civil war in Yemen which broke out at the end of April 1994 was the result of rivalry between the southern Yemini Vice-President, Ali Salim al-Bid, and the northern President Ali Abdullah Saleh. Northern authorities, believing that al-Bid was plotting to overthrow President Saleh, identified arms caches in San'a and launched a pre-emptive attack on southern troops garrisoned in the north. The escalation from pre-emptive action to full-scale war between the two former Yemeni states was made easier by the fact that the two armies had never been properly integrated after unification. Only a token exchange of garrisons had taken place with a southern brigade being located at Amran some 40km north of San'a and a northern brigade at Zinjibar 50km northeast of Aden. The northern forces were stronger in all respects, particularly manpower, although the south had longer-range, but less accurate, SSM (Scud missiles were fired at San'a on two or three occasions).
   Northern troops rapidly advanced towards Aden and southern forces were unable to block the advance in the mountainous area south of the border. Northern forces spent some time overcoming the garrison of the southern Russian-built base at Al-Anad, 40km north of Aden, before the open desert surrounding Aden was reached. The south announced its secession from the unified Yemen state on 21 May 1994, but although some Middle East states supported the south's cause, none recognised its secession. On 7 July Aden fell, as did the eastern city of Mukallah, and to all intents and purposes the war was over. The southern leadership has fled the country and may attempt to organise a guerrilla movement to oppose the government. There have been few reports of the scale of casualties suffered in the war; on 5 June 1994 the government admitted to 613 dead, 2,030 wounded with 2,100 missing or prisoners of war (these last presumably from the Zinjibar brigade). Total northern casualties are likely to be around double these figures (less the missing), while the south will certainly have suffered even more.
   Arab-Israeli Peace Process
   A major step forward was taken towards an overall Middle East peace settlement when it was revealed at the end of August 1993 that Israel and the PLO, during secret talks held in Oslo, had agreed formally to recognise each other. The revelation was followed in September by an exchange of letters between Chairman Arafat and Prime Minister Rabin, and on 13 September by the signing in Washington DC of the 'Declaration of Principles on Interim Self-Government Arrangements'. The key element to the agreement was that Israel would withdraw its troops and hand over administrative responsibility to a Palestinian authority in the West Bank city of Jericho and in the Gaza strip. Also agreed were:
   * A timetable for detailed talks on, and implementation of, Israeli withdrawal.
   * A redeployment of Israeli troops elsewhere in the West Bank to avoid major centres of Arab population.
   * An election throughout the West Bank and Gaza before 13 July 1994 to elect a Council.
   * Responsibility for education, health, social welfare, taxation and tourism to be Palestinian.
   * The formation of a Palestinian police force.
   * Negotiations regarding the permanent status of the territories to start no later than the third year of the five-year transitional period. Agreement over Jerusalem, settlements, refugees, security and borders would be left to the permanent-status talks.
   A serious interruption to the peace process was threatened when, on 25 February 1994, an Israeli resident of Kiryat Arba opened fire with an automatic weapon on Palestinians praying at Abraham's tomb in Hebron, killing some 30 people. A high level of civil disturbance ensued throughout the West Bank and Gaza to which not only the Army and police, but militant settlers reacted. The Israeli Prime Minister, and many others, promptly condemned the massacre. There were calls (including from Israeli government ministers) for the removal of 400 Israeli settlers from Hebron whose protection the Army said would require 1,000-1,500 soldiers. The Israeli government outlawed two extremist anti-Arab groups, Kahane Chai and Kach, and eventually agreed to the deployment of a small group of international observers in Hebron. The peace process was not derailed, but the Muslim extremist group - Hamas - swore to commit five acts of revenge; by the end of July 1994 two had taken place, both involving bombs on buses. In the event none of the originally agreed deadlines were met, but control of Jericho was handed over on 15 May 1994 and of Gaza the next day. Chairman Arafat visited Gaza in early July 1994 and on 5 July the Palestine National Authority was sworn in at Jericho. At a meeting in Rome, Arafat and Rabin agreed to set up committees to settle outstanding issues in Gaza and Jericho, the expansion of civil administration in the West Bank and the problem of Palestinian refugees in the diaspora. Jordan and Egypt were to be represented at these talks. On 7 July 1994, Arafat announced that the Palestinian National Council would convene in Gaza to amend the PLO Charter.
   No substantive agreement has been reached over a peace treaty with Syria, but the process continues. Prime Minister Rabin has indicated that Israel would withdraw totally from the Golan and that the settlers there would be relocated, assuming acceptable military arrangements could be made and that a truly comprehensive peace is achieved. The Syrians have still not clarified what they mean by full peace which continues to hamper the process, but it is understood that they may well accept the principles of a phased withdrawal, the deployment of an international peacekeeping force, and even the possibility of Syrian forces redeploying back from their present front-line positions.
   The most recent developments in the peace process concern Israel and Jordan. Although a common agenda for peace talks had been signed in September 1993, no progress was made until June 1994 when it was revealed that Prime Minister Rabin and King Hussein had held secret talks. Jordan and Israel agreed to set up commissions to settle the questions of sharing water resources, environmental concerns, demarcation of borders, security including combatting terrorism and subversion, trade and economic cooperation. The first meeting took place on 18 July and King Hussein and Rabin met for their first open face-to-face talks in Washington DC on 25 July 1994 when they signed a declaration that the state of war was over and pleded to forge economic links. However, Jordan is unlikely to sign a formal peace treaty with Israel until an Israeli treaty with Syria is agreed.
   Successful progress towards an overall peace settlement has not inhibited Israeli military action either against Hamas and other terrorists in the West Bank, or against Hizbollah in Lebanon. There have been frequent air-raids on the latter's locations, and in May 1994 a commando raid kidnapped a Shi'ite leader, Mustafa Dirani, on the grounds that he could be involved in the imprisonment of the Israeli pilot held since 1986.
   Other Political Matters
   Muslim extremist terrorists continue their campaigns in Egypt and Algeria, targeting foreigners as much as the security forces. There has also been little progress in the problem of the Western Sahara. The latest setback to the United Nations planned referendum was the Moroccan objection to observers from the Organisation of African Unity (which recognises the Saharawi Arab Democratic Republic which the Polisario Front has been fighting to establish since 1976) at the identification and registration of voters due to start in June 1994. UN-imposed sanctions on Libya are still in force as it will not hand over two men suspected of causing the crash of the Pan-Am flight over Lockerbie in 1988.
   Weapons of Mass Destruction
   The United Nations Special Commission (UNSCOM) has reported that the last quantity of plutonium in Iraq was transferred to Russia on 12 February 1994. The UNSCOM Chemical Destruction Group completed its task in June 1994; in all, 480,000 litres of chemical agent and 28,000 munitions were destroyed. The UAE has acquired six Scud B launchers. Iranian SSM now include 20 Chinese CSS-8, considered to have a range of 150km with a 190kg warhead. Iran is the first country to field CSS-8.
   Conventional Force Developments
   In Algeria the number of Russian military advisers has been drastically reduced (there are probably now less than 100) following the murder of two advisers in October 1993. The Army has ten more 2S3 152mm SP guns and 15 more Mi-8/-17 helicopters (five attack, ten transport models). During 1992, 53 APCs were imported from Egypt. Libyan helicopter holdings have been reassessed; there are now 65 attack helicopters (five more Mi-24 and 15 more Mi-35) and 19 more transport helicopters (nine more Mi8/-17 and ten more Mi-2). The Moroccan Army has taken delivery of 240 US M-60A3 tanks. The two Italian-built frigates, originally destined for Iraq, have not yet been delivered.
   The Egyptian Army has received 67 more, locally fabricated, M-1A1 Abrams tanks and has acquired 112 Commando Scout armoured reconnaissance vehicles from the US. Improved information has allowed a revision of artillery holdings; the main changes are that there are 96 (as opposed to 75) 122mm BM-11 MRL, and 1,800 (as opposed to 900) 120mm mortars. ATGW numbers have increased considerably; there are a total of 5,220 TOW launchers including 2,900 improved TOW(incorporating an improved warhead) and 520 TOW-2A aimed to defeat reactive armour. The first of four Chinese-built Borneo-class submarines has returned after modernisation in the US; it is now armed with Harpoon SSM and US Mk-37 torpedoes. Two US Knox-class frigates will join the fleet on lease before the end of 1994. Patrol craft numbers have been revised and there are five more than previously listed. The Air Force has taken delivery of its first two Turkish-assembled F-16 aircraft; 44 have been ordered to be delivered by the end of 1995. Egypt is hoping to obtain a number of surplus US weapons at little or no cost; the shopping list is said to include 1,500 M-113 APCs, over 800 M60-A3 tanks, Hawk Phase III SAM, Stinger shoulder-launched SAM, C-130 transport aircraft and KC-135 tankers.
   The Lebanese Army strength has been increased by some 3,000. Equipment holdings have been reassessed and show increases of 15 AMX-13 light tanks, ten AML-90 armoured reconnaissance vehicles and 100 M-113 and 60 AMX-VC1 APCs over the previous listing. This year The Military Balance lists the Palestinian entity of Gaza and Jericho for the first time. There are no armed forces, but a police force which will have small arms, machine guns and some APCs is being established mainly from Palestinian Liberation Army (PLA) units which have formed part of a number of Arab armies for some years. PLA units are no longer listed. The police has an agreed authorised strength of 9,000 men.
   The Israeli Army has taken delivery of 60 more Merkava III tanks, and a new heavy APC, the Achzarit, which is based on a T-55 tank chassis, is being introduced (this is the IDF's second heavy APC, the other being the Nagmashot based on a Centurion tank chassis). Experience has shown that if infantry are to work closely or ahead of tanks they need better protection than that offered by normal APC armour; it is, however, an expensive option and no other army has introduced heavy APCs. The Army is also purchasing a number of MLRS from the US. The Navy has commissioned the first of three Eilat-class corvettes; the Eilat are Sa'ar 5 and are being built in the US, but with weapons systems installed in Israel. They are armed with Harpoon and Gabriel SSM and Barak SAM and can embark a helicopter. In February 1994 the Kidon missile craft, a Sa'ar 4.5, was relaunched. Sa'ar 4.5 models are rebuilt and improved Reshef-class missile boats and will also be armed with Harpoon, Gabriel and Barak. The Air Force listing has been substantially revised. The conversion of two squadrons from F-4E to Phantom 2000 has been completed. Additional numbers of Kfir, F-4E and A-4 aircraft have been taken out of squadron service and are now shown in store; some may well be refurbished and offered for export. The Air Force has increased its attack helicopter capability by adding 24 more AH-64A Apache helicopters. It is to purchase some 20 F-15I, costing about $100m each, and there are plans to replace the remaining Kfir and A-4 aircraft with 50 second-hand F-16 from surplus US Air Force stocks. Delivery is expected to begin in August 1994.
   Following the report of a commission, the length of conscript service is to be shortened by four months. The first soldiers to benefit from this cut will be those inducted into the Army in February 1993. Women's service is to be reduced to 21 months. Prime Minister Rabin has told the Knesset that the size of the reserve will be reduced by about half by 1996. In January 1994, Israeli industries unveiled a new missile warning device, Piano, which employs passive, electrooptic technology. Development of the ATBM Arrow continues, largely financed by the US, although Arrow is no longer a component of the US Ballistic Missile Defense programme. The most recent Arrow test was made in June 1994 when a target missile was successfully intercepted for the first time.
   Jordan has many more anti-tank rocket-launchers than previously listed; there are some 2,000 LAW-80 launchers and 2,000 Apilas, Syria is reported to have ordered from Russia 14 Su-17,30 Su-24 and 50 MiG-29 aircraft and a number of SA-10 SAM, which is claimed to have an anti-tactical ballistic-missile capability.
   Iraq has formed an eighth Revolutionary Guard force division, but appears to have reduced the number of infantry divisions and special forces brigades. Improved information has allowed The Military Balance to give more details of Iranian Army weapons holdings. The number of tanks in service has been reassessed as 1,245, of which the most recent acquisitions have been some 260 Chinese Type-59 and 140 T-72 tanks. SP artillery and MRL increases have also been noted. The number of Scud-B SSM launchers is much lower than had previously been thought and it is now believed that Iran has acquired 20 Chinese CSS-8 SSM launchers. More detail is also available on helicopter holdings which are larger than had been thought and include additional types. The Air Force has incorporated some Iraqi aircraft (which had flown out to Iran as the coalition air attacks on Iraq began in 1991); it now has 30 Su-24 FGA and 50 MiG-29 fighters in service. The Navy expects the third Kilo-class submarine to reach Iranian waters before the end of 1994.
   Kuwait has completed the 207km-long ditch, sand-wall and barbed-wire fence demarcating the border with Iraq. Work is under way to build a patrol road along the border and the next stage will be the installation of observation posts and monitoring sensors. The Army has added a further 1,000 men to its strength and has formed a commando battalion. No ground-forces heavy weapons have been delivered during the last 12 months, but the first of 218 M1A2 Abrams ordered in late 1991 have been delivered. Also on order are 254 British-made Warrior AIFVs. The Army has still not finalised its plans for artillery, but both MRL and SP guns are expected to be acquired, possibly some from Russia. Kuwait appears to be giving priority to air defence and will acquire both US and Russian systems. An order for five batteries-worth of Patriot SAM has been placed, and the Russian order is for SA-12 SAM, but the extent of the order is not known. Kuwait currently fields four Hawk batteries with six Phase III launchers each, and six batteries each with a Sky Guard radar, two Aspede SAM and two twin 30mm Oerlikon guns. The Air Force's A-4 FGA and Mirage F-l fighters are no longer in service. The Navy has commissioned two more Australian 31.5 metre inshore patrol craft. In Bahrain, the Army has been reorganised to form two tank, two mechanised and one motor infantry battalions. Artillery holdings have been increased by nine MLRS, making this the first Arab army to be equipped with such a weapon, and 13 203mm M-l 10 SP guns. 14 AH-1E Cobra attack helicopters have been purchased, but not yet delivered. The UAE Army strength has been increased by 4,000 and 85 more BMP-3 have been acquired. An order for 436 Leclerc tanks was placed in June 1994 with delivery to start in 1995. The Air Force has formed a third FGA squadron, this one equipped with 18 Hawk 102 aircraft. In Saudi Arabia, the Army has taken delivery of 40 more M60A3 tanks and the first 30 M-1A2 Abrams out of an order for 315. Plans to buy another 150 have been shelved. The Military Balance incorrectly listed 400 M-2 Bradley AIFVs last year. Only 200 have been delivered, but more are on order. Orders for military equipment worth more than $20 bn are in hand, but low oil prices have led to a cash-flow crisis for Saudi Arabia which has had to prolong a number of orders andto arrange for a number of payments to be rescheduled, although this will mean higher costs as a result of interest charges incurred by the supplying countries. The Oman Air Force is retiring its elderly Hunters and is replacing them with Hawk 203, four of an order for 12 have been delivered so far. The Army has ordered 18 British Challenger II tanks and 80 MOWAG Piranha ACV (without a chain gun) to be made in the UK under Swiss licence. The Army is said to be about to place an order for South African G-6 SP guns. This would be the first order to be placed after the lifting of the UN embargo on arms trading with South Africa.

Ближний Восток и Северная Африка

   Политические события и события в области безопасности
   Двенадцать месяцев назад этот раздел начинался словами: "за последние 12 месяцев мало что изменилось". Однако в этом году мы стали свидетелями новой ближневосточной войны, заметного прогресса на пути к арабо-израильскому мирному урегулированию и созданию палестинского автономного образования в Газе и Иерихоне.
   Гражданская война в Йемене
   Гражданская война в Йемене, разразившаяся в конце апреля 1994 года, явилась результатом соперничества между вице-президентом Южной Йеменской Республики Али Салимом аль-Бидом и президентом Северной Йеменской республики Али Абдаллой Салехом. Северные власти, полагая, что аль-Бид замышляет свержение президента Салеха, выявили тайники с оружием в Сане и предприняли упреждающее нападение на южные войска, расквартированные на севере страны. Переход от превентивных действий к полномасштабной войне между двумя бывшими йеменскими государствами облегчался тем фактом, что обе армии никогда не были должным образом интегрированы после объединения. Состоялся лишь символический обмен гарнизонами с Южной бригадой, расположенной в Амране примерно в 40 км к северу от Саны, и Северной бригадой в Зинджибаре в 50 км к северо-востоку от Адена. Северные силы были сильнее во всех отношениях, особенно в живой силе, хотя юг имел более дальнобойные, но менее точные ракеты (ракеты Scud были выпущены по Сане два или три раза).
   Северные войска быстро продвигались к Адену, а южные войска не могли блокировать наступление в горной местности к югу от границы. Северные войска потратили некоторое время на преодоление гарнизона южной русской базы в Эль-Анаде, в 40 км к северу от Адена, прежде чем достигли открытой пустыни, окружающей Аден. Юг объявил о своем выходе из единого йеменского государства 21 мая 1994 года, но, хотя некоторые ближневосточные государства поддержали дело Юга, ни одно из них не признало его отделения. 7 июля Аден пал, как и восточный город Мукаллах, и война была окончена. Южное руководство бежало из страны и может попытаться организовать партизанское движение, чтобы противостоять правительству. Было мало сообщений о масштабах потерь, понесенных в ходе войны; 5 июня 1994 года правительство признало 613 убитыми, 2030 ранеными и 2100 пропавшими без вести или военнопленными (последние предположительно из зинджибарской бригады). Общие потери северян, вероятно, будут примерно вдвое больше этих цифр (за вычетом пропавших без вести), в то время как юг, безусловно, пострадает еще больше.
   Арабо-Израильский Мирный Процесс
   В конце августа 1993 года стало известно, что Израиль и ООП в ходе секретных переговоров, состоявшихся в Осло, официально согласились признать друг друга, и был сделан важный шаг вперед на пути к общему ближневосточному мирному урегулированию. За этим открытием последовал в сентябре обмен письмами между председателем Арафатом и премьер-министром Рабином, а 13 сентября в Вашингтоне, округ Колумбия, была подписана "Декларация принципов о временных механизмах самоуправления". Ключевым элементом соглашения было то, что Израиль выведет свои войска и передаст административную ответственность Палестинской администрации в городе Иерихон на Западном берегу и в секторе Газа. Также решено было:
   * График детальных переговоров о выводе израильских войск и его осуществлении.
   * Передислокация израильских войск в другие районы Западного берега, чтобы избежать крупных центров арабского населения.
   * Выборы по всему западному берегу и Газе до 13 июля 1994 года для избрания Совета.
   * Ответственность за образование, здравоохранение, социальное обеспечение, налогообложение и туризм должна быть Палестинской.
   * Формирование палестинских полицейских сил.
   * Переговоры о постоянном статусе территорий должны начаться не позднее третьего года пятилетнего переходного периода. Соглашение по Иерусалиму, поселениям, беженцам, безопасности и границам будет оставлено на усмотрение правительства переговоры о постоянном статусе.
   Серьезное нарушение мирного процесса было поставлено под угрозу, когда 25 февраля 1994 года израильский житель Кирьят-Арбы открыл огонь из автоматического оружия по палестинцам, молящимся у гробницы Авраама в Хевроне, убив около 30 человек. На Западном берегу и в Секторе Газа начались массовые беспорядки, на которые отреагировали не только армия и полиция, но и воинствующие поселенцы. Израильский премьер-министр и многие другие незамедлительно осудили эту резню. Раздавались призывы (в том числе от министров правительства Израиля) о выводе из Хеврона 400 израильских поселенцев, для защиты которых, по словам армии, потребуется 1000-1500 солдат. Израильское правительство объявило вне закона две экстремистские антиарабские группы - "Кахане чай" и " ках " - и в конечном итоге согласилось на размещение небольшой группы международных наблюдателей в Хевроне. Мирный процесс не был сорван, но мусульманская экстремистская группировка - ХАМАС - поклялась совершить пять актов мести; к концу июля 1994 года были совершены два из них, оба с применением бомб в автобусах. В этом случае ни один из первоначально согласованных сроков не был соблюден, но контроль над Иерихоном был передан 15 мая 1994 года, а над Газой - на следующий день. Председатель Арафат посетил Газу в начале июля 1994 года, и 5 июля Палестинская национальная администрация была приведена к присяге в Иерихоне. На встрече в Риме Арафат и Рабин договорились создать комитеты для урегулирования нерешенных вопросов в Газе и Иерихоне, расширения гражданской администрации на Западном берегу и проблемы палестинских беженцев в диаспоре. На этих переговорах должны были быть представлены Иордания и Египет. 7 июля 1994 года Арафат объявил, что палестинский национальный совет соберется в Газе для внесения поправок в Устав ООП.
   Никакого существенного соглашения по мирному договору с Сирией достигнуто не было, но процесс продолжается. Премьер-министр Рабин заявил, что Израиль полностью уйдет с Голанских высот и что поселенцы там будут переселены, если будут приняты приемлемые военные меры и будет достигнут подлинно всеобъемлющий мир. Сирийцы до сих пор не прояснили, что они подразумевают под полным миром, который продолжает препятствовать процессу, но понятно, что они вполне могут согласиться с принципами поэтапного вывода, развертывания международных миротворческих сил и даже с возможностью возвращения сирийских сил с их нынешних передовых позиций.
   Самые последние события в мирном процессе касаются Израиля и Иордании. Хотя общая повестка дня мирных переговоров была подписана в сентябре 1993 года, никакого прогресса не было достигнуто до июня 1994 года, когда стало известно, что премьер-министр Рабин и король Хусейн провели секретные переговоры. Иордания и Израиль договорились о создании комиссий по урегулированию вопросов совместного использования водных ресурсов, экологических проблем, демаркации границ, безопасности, включая борьбу с терроризмом и подрывной деятельностью, торгово-экономического сотрудничества. Первая встреча состоялась 18 июля, и король Хусейн и Рабин встретились для своих первых открытых переговоров лицом к лицу в Вашингтоне, округ Колумбия, 25 июля 1994 года, когда они подписали декларацию о том, что состояние войны закончилось, и пообещали наладить экономические связи. Однако Иордания вряд ли подпишет официальный мирный договор с Израилем, пока не будет согласован израильский договор с Сирией.
   Успешное продвижение к общему мирному урегулированию не помешало израильским военным действиям ни против ХАМАСа и других террористов на Западном берегу, ни против "Хезболлы" в Ливане. В мае 1994 года в ходе рейда спецназа был похищен шиитский лидер Мустафа Дирани на том основании, что он мог быть причастен к заключению в тюрьму израильского летчика, удерживаемого с 1986 года.
   Другие Политические Вопросы
   Исламские экстремисты-террористы продолжают свои кампании в Египте и Алжире, нацеливаясь на иностранцев не меньше, чем на силы безопасности. Также был достигнут незначительный прогресс в решении проблемы Западной Сахары. Последней неудачей запланированного Организацией Объединенных Наций референдума стало возражение Марокко наблюдателям от Организации Африканского Единства (которая признает Сахарскую Арабскую Демократическую Республику, за создание которой Фронт Полисарио борется с 1976 года) против идентификации и регистрации избирателей, которые должны были начаться в июне 1994 года. Введенные ООН санкции в отношении Ливии все еще остаются в силе, поскольку она не выдаст двух человек, подозреваемых в причастности к катастрофе рейса Pan-Am над Локерби в 1988 году.
   Оружие массового уничтожения
   Специальная комиссия ООН (ЮНСКОМ) сообщила, что последнее количество плутония в Ираке было передано России 12 февраля 1994 года. Группа ЮНСКОМ по химическому уничтожению выполнила свою задачу в июне 1994 года; всего было уничтожено 480 000 литров химического вещества и 28 000 боеприпасов. ОАЭ приобрели шесть пусковых установок Scud B. Иранские ракетные силы теперь включают 20 китайских CSS-8, которые, как считается, имеют дальность 150 км с боеголовкой 190 кг. Иран является первой страной, которая выпустила CSS-8.
   Развитие Обычных Вооруженных Сил
   В Алжире после убийства двух советников в октябре 1993 года число российских военных советников резко сократилось (сейчас их, вероятно, меньше 100). В армии имеется еще десять 152-мм САУ 2С3 и 15 вертолетов Ми-8/-17 (пять ударных, десять транспортных моделей). В 1992 году из Египта было импортировано 53 БТР. Ливийские вертолетные холдинги подверглись переоценке; в настоящее время насчитывается 65 ударных вертолетов (еще пять Ми-24 и 15 Ми-35) и 19 транспортных вертолетов (еще девять Ми-8/-17 и десять Ми-2). Марокканская армия приняла поставку 240 американских танков М-60А3. Два фрегата итальянской постройки, первоначально предназначенные для Ирака, до сих пор не поставлены.
   Египетская армия получила еще 67 танков M-1A1 Abrams местного производства и приобрела 112 бронированных разведывательных машин Commando Scout из США. Улучшенная информация позволила пересмотреть артиллерийские запасы; основные изменения заключаются в том, что имеется 96 (в отличие от 75) 122-мм БМ-11 РСЗО и 1800 (в отличие от 900) 120-мм минометов. Число ПТРК значительно возросло; имеется в общей сложности 5220 пусковых установок TOW, включая 2900 improved TOW (с улучшенной боевой частью) и 520 TOW-2A, предназначенных для поражения реактивной брони. Первая из четырех китайских подводных лодок класса Borneo вернулась после модернизации в США; теперь она вооружена ракетами Harpoon и торпедами US Mk37. Два американских фрегата класса Knox войдут в состав флота на правах аренды до конца 1994 года. Численность патрульных кораблей были пересмотрены, и их стало на пять больше, чем было указано ранее. ВВС приняли на вооружение первые два самолета F-16 турецкой сборки, 44 из которых должны были быть поставлены к концу 1995 года. Египет надеется получить ряд излишков американского оружия практически бесплатно; в список покупок, как говорят, входят 1500 БТР М-113, более 800 танков М60-А3, ЗРК Hawk Phase III, ЗРК Stinger, транспортные самолеты С-130 и танкеры KC-135.
   Численность ливанской армии увеличилась примерно на 3000 человек. Запасы оборудования были пересмотрены и показывают увеличение на 15 легких танков AMX-13, десять бронированных разведывательных машин AML-90 и 100 М-113 и 60 БТР AMX-VC1 по сравнению с предыдущим перечнем. В этом году в Военном балансе впервые перечислены палестинские образования Газа и Иерихон. Там нет вооруженных сил, но полицейские силы, которые будут иметь стрелковое оружие, пулеметы и некоторые БТР, создаются главным образом из подразделений Палестинской освободительной армии (НОАП), которые уже несколько лет входят в состав ряда арабских армий. Подразделения НОАП больше не перечислены. Полиция имеет согласованную санкционированную численность в 9000 человек.
   Израильская армия приняла на вооружение еще 60 танков Merkava III, и в настоящее время вводится новый тяжелый БТР Achzarit, который базируется на шасси танка Т-55 (это второй тяжелый БТР ИДФ, другой - Nagmashot на шасси танка Centurion). Опыт показывает, что если пехота будет действовать вплотную или впереди танков, то она нуждается в лучшей защите, чем обычная броня БТР; однако это дорогостоящий вариант, и ни одна другая армия не ввела тяжелые БТР. Армия также закупает ряд РСЗО у США. Военно-Морской Флот ввел в эксплуатацию первый из трех корветов класса Eilat; Eilat - это Sa'ar 5, строящийся в США, но с системами вооружения, установленными в Израиле. Они вооружены ПКР Harpoon и Gabriel и ЗРК Barak и могут принимать вертолет. В феврале 1994 года ракетный корабль Kidon, Sa'ar 4.5, был спущен. Модели Sa'ar 4.5 будут перестроены и усовершенствованы ракетными катерами класса Reshef, а также будут вооружены Harpoon, Gabriel и Barak. Перечень ВВС был существенно пересмотрен. Завершена конвертация двух эскадрилий с F-4E на Phantom 2000. Дополнительное число самолетов Kfir, F-4E и A-4 были сняты с вооружения эскадрилий и в настоящее время находятся в запасе; некоторые из них вполне могут быть отремонтированы и предложены на экспорт. ВВС увеличили свой ударный вертолетный потенциал, добавив еще 24 вертолета AH-64A Apache. Предполагается закупить около 20 F-15I стоимостью около $100 млн. каждый, а оставшиеся самолеты Kfir и A-4 планируется заменить 50 подержанными F-16 из избыточных запасов ВВС США. Ожидается, что поставки начнутся в августе 1994 года.
   После доклада комиссии срок службы по призыву сокращается на четыре месяца. Первыми от этого сокращения выиграют солдаты, призванные в армию в феврале 1993 года. Срок службы женщин сокращается до 21 месяца. Премьер-министр Рабин заявил Кнессету, что размер резерва будет сокращен примерно наполовину к 1996 году. В январе 1994 года израильская промышленность представила новое устройство предупреждения о ракетном нападении Piano, которое использует пассивную электрооптическую технологию. Разработка ПРО Arrow продолжается, в основном финансируется США, хотя Arrow больше не является компонентом американской программы противоракетной обороны. Последнее испытание Arrow было проведено в июне 1994 года, когда ракета-мишень была впервые успешно перехвачена.
   Иордания имеет гораздо больше противотанковых ракетных установок, чем было указано ранее; имеется около 2000 пусковых установок LAW-80 и 2000 Apilas. Сирия, как сообщается, заказала у России 14 самолетов Су-17, 30 Су-24 и 50 самолетов МиГ-29 и ряд ЗРК SA-10, которые, как утверждается, обладают противобаллистическими ракетами.
   Ирак сформировал восьмую дивизию Революционной гвардии, но, похоже, сократил число пехотных дивизий и бригад специального назначения. Улучшенная информация позволила Военному балансу дать более подробную информацию о запасах оружия иранской армии. Число танков, находящихся на вооружении, было пересмотрено и составило 1245, из которых самыми последними приобретениями стали около 260 китайских танков типа 59 и 140 танков Т-72. Также было отмечено увеличение числа САУ и РСЗО. Количество пусковых установок БР Scud-B значительно ниже, чем считалось ранее, и теперь считается, что Иран приобрел 20 китайских пусковых установок CSS-8 SSM. Более подробная информация также доступна на вертолетных холдингах, которые больше, чем предполагалось, и включают дополнительные типы. В состав ВВС вошло несколько иракских самолетов (которые вылетели в Иран после начала воздушных атак коалиции на Ирак в 1991 году); в настоящее время на вооружении ВВС находятся 30 истребителей-бомбардировщиков Су-24 и 50 истребителей МиГ-29. ВМС ожидают, что третья подводная лодка класса Kilo достигнет иранских вод до конца 1994 года.
   Кувейт завершил строительство 207-километрового рва, стены из песка и колючей проволоки, демаркирующей границу с Ираком. Ведутся работы по строительству патрульной дороги вдоль границы, следующим этапом будет установка наблюдательных постов и датчиков наблюдения. Армия добавила еще 1000 человек к своей численности и сформировала батальон коммандос. За последние 12 месяцев не было поставлено ни одного тяжелого вооружения сухопутных войск, но были поставлены первые из 218 M1A2 Abrams, заказанных в конце 1991 года. Также на заказ находятся 254 британских БМП Warrior. Армия до сих пор не завершила свои планы по артиллерии, но ожидается, что будут приобретены САУ и РСЗО, возможно, некоторые из них из России. Кувейт, по-видимому, отдает приоритет противовоздушной обороне и приобретет как американские, так и российские системы. Был размещен заказ на пять батарей ЗРК Patriot, а также российский заказ на ЗРК SA-12, но объем заказа неизвестен. В настоящее время Кувейт располагает четырьмя батареями Hawk с шестью пусковыми установками фазы III каждая и шестью батареями с радаром Sky Guard, двумя ЗРК Aspede и двумя спаренными 30-мм пушками Oerlikon. Истребители ВВС A-4 и Mirage F-1 больше не стоят на вооружении. Военно-морские силы ввели в строй еще два австралийских 31,5-метровых береговых патрульных корабля. В Бахрейне армия была реорганизована в два танковых, два механизированных и один мотопехотный батальоны. Артиллерийские запасы были увеличены на девять РСЗО, что сделало эту арабскую армию первой, оснащенной таким оружием, и 13 203-мм САУ M-110. 14 боевых вертолетов AH-1E Cobra были приобретены, но еще не поставлены. Численность армии ОАЭ была увеличена на 4000 человек, и было приобретено еще 85 БМП-3. Заказ на 436 танков Leclerc был размещен в июне 1994 года с поставкой в 1995 году. ВВС сформировали третью ИБ эскадрилью, на этот раз оснащенную 18 самолетами Hawk 102. В Саудовской Аравии армия приняла поставку еще 40 танков М60А3 и первых 30 M-1А2 Abrams из заказа на 315. Планы купить еще 150 были отложены. Военный баланс неверно перечислил 400 БМП M-2 Bradley в прошлом году. Только 200 были доставлены, остальные заказаны. Заказы на военную технику на сумму более $20 млрд. находятся в руках, но низкие цены на нефть привели к кризису денежных потоков для Саудовской Аравии, которая была вынуждена продлить ряд заказов и организовать ряд платежей, которые будут перенесены, хотя это будет означать более высокие расходы в результате процентных сборов, понесенных странами-поставщиками. ВВС Омана увольняют свои старые Hunter и заменяют их на Hawk 203, четыре из заказа на 12 были доставлены до сих пор. Армия заказала 18 британских танков Challenger II и 80 MOWAG Piranha ACV (без пушки) для производства в Великобритании по швейцарской лицензии. Армия, как говорят, собирается разместить заказ на южноафриканские пушки G-6 SP. Это будет первый заказ, который будет сделан после отмены эмбарго ООН на торговлю оружием с Южной Африкой.



   EGYPT (2)


   IRAN (2)

   IRAN (3), IRAQ

   IRAQ (2)






   OMAN (2), QATAR





   UAE (2), YEMEN







   TUNISIA (2)


   Central Asia
   The civil war in Afghanistan continues unabated with the bulk of the fighting still centred around Kabul. General Abdul Rashid Dostum, the former commander of the Northern Corps (the only Army formation to maintain any sort of military cohesion), deserted Ahmed Shah Masud (the Minister of Defence) and joined forces with Gulbuddin Hekmatyar (the Prime Minister) in his fight against those backing Burhanuddin Rabbani (the President). This desertion of a strong force does not appear to have had any decisive effect; if anything, Rabbani's forces are gaining control over Kabul. In Tajikistan, the rebels who crossed into Afghanistan in 1993 continue to carry out small-scale attacks on border posts.
   Southern Asia
   India's internal situation has showed a marked improvement over the last 12 months. Despite the continuing strife in Kashmir, the Army's presence there has been reduced and the plan to increase the strength of the paramilitary Rashtriya or National Rifles, predominantly deployed in Kashmir, from five to 30 battalions will allow further Army withdrawals. India continues to accuse Pakistan of interfering in its internal affairs, particularly by supplying arms and funding foreign mercenaries in Kashmir; Pakistan denies the charges, but continues to advocate Kashmiri self-determination at international fora. In the Punjab, although the political situation is far from stable, violence has virtually ended. The threat of Hindu fundamentalism has receded and the Bharatiya Janata Party (BJP) suffered defeat in five crucial Hindi-speaking states to a new combination of lower-caste and Muslim parties in unusually peaceful elections. In the north-eastern region, while there has been some respite from the insurgency prevalent in Assam, Nagaland and Manipur, inter-tribal rivalries resulted in killings during the year.
   The guerrilla war being waged against Tamil rebels in north-eastern Sri Lanka shows no sign of ending, with both sides continuing to suffer heavy casualties.
   While Myanmar remains under military rule and Aung San Suu Kyi, whose National League for Democracy (NLD) won the 1990 election, remains under house arrest, the various insurgent campaigns which have plagued the country for 30 years appear to be on the wane. The most recent agreement to be reached, in October 1993, was with the Kachin Independence Army (KIA), probably the strongest of the ethnic insurgent groups. The main remaining insurgent groups are the northern-based Shan Mong Tai Army and the Karen and Mon groups in southeast Myanmar where the Karen National Liberation Army is the largest. The groups which once formed the Communist Party of Burma and which no longer have to battle with the government have turned their attention with great success to the drug trade.
   Nuclear Developments
   Kazakhstan acceded to the Nuclear Non-Proliferation Treaty (NPT) in February 1994 and is negotiating a full-scope safeguards agreement with the International Atomic Energy Agency (IAEA) for its civil nuclear facilities. The dismantlement of the ICBM force has begun and 12 SS-18 missiles have been returned to Russia for elimination. The nuclear warheads from these missiles are believed to be still stored in Kazakhstan, as are the ALCMs associated with the strategic Tu-95H bomber force which has been redeployed to Russia. There are a few older Tu- 95G based in Kazakhstan, but it is not known whether they are under Russian or Kazakh control. The former, however, is the more likely. Nor is it known if there are any nuclear bombs left in Kazakhstan with which they could be armed. Kazakhstan is eligible for aid and assistance under the US Cooperative Threat Reduction initiative and the Nunn-Lugar programme, but no details are available. Japan has pledged $11.43m in disarmament aid for Kazakhstan. All nuclear warheads in Kazakhstan are expected to be transferred to Russia by mid-1995.
   India maintains its implacable opposition to any form of regional non-proliferation treaty, nor will it join the NPT until this is both universal and non-discriminatory. Prime Minister Rao has also made it clear that India will not halt its Agni missile development, asserting that it is not a weapons programme, but 'an experiment in re-entry technology'; that is not how it is viewed in Pakistan. The Pakistani Prime Minister, Benazir Bhutto, said in November 1993 that Pakistan had no bomb, but did have all the elements to make one. Pakistan is opposed to any non proliferation agreement of which India is not a signatory, but has suggested to India several proposals to prevent the spread of nuclear weapons.
   Conventional Military Developments
   The provision of the Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) Vienna Document data exchange returns to the IISS by certain Central Asian states has allowed a more detailed and comprehensive listing of the military forces there than in 1993. On the other hand, there is no reliable information available to allow any revision of weapons holdings in Afghanistan, other than to state the obvious that there are less. Nor is it possible to estimate how much weaponry is held by each of the various groups and factions.
   India has carried out several more tests, the latest in June 1994, of production models of the Privthi 250 km-range surface-to-surface missile. It is claimed that Privthi, which can carry a 1,000 kg payload, has an error probability of less than 20m at 80km range. Privthi launchers were paraded in Delhi on Republic Day in January 1994, an SSM regiment is forming and up to 15 launchers are being produced. In addition to Privthi and Agni SSM, India is developing three other missiles. The Trishul SAM, a short-range weapon whose engagement range is 9 km, is mounted on a tracked launcher for the Army and a wheeled launcher for the Air Force. The Akash SAM is said to be able to engage up to five aircraft with its multi-warheads at a range of 25 km. It will be controlled by an Indian-developed phased array radar. The Nag ATGW is a 4 km-range 'top attack' missile which may come into service in 1996. India is moving towards developing a cruise missile capability. An unmanned air vehicle (UAV) for use as an aerial target, the Lakshya, is about to enter series production. It will be followed by the Nishant UAV which will carry sensors and provide real-time information. The Indian Army has accepted the Arjun main battle tank for service, but no funds have been authorised for procurement. India now provides a brigade of nearly 5,000 men for the UN force in Somalia. Russia is to upgrade Indian MiG-21 aircraft and there are reports of a possible MiG-29 order for 30 aircraft and that Su-30 might be produced in India under licence.
   There have been no reports during the last 12 months of further tests of Pakistan's Hatf-series SSM. Hatf 1, which can carry a 500 kg payload up to 80km, entered service in 1992; Hatf 2 is believed to have a 500 kg payload and a 300 km range and could be in service in 1995. There have also been unconfirmed reports of a longer-range Hatf 3 SSM. Delivery of Chinese Type-85 tanks has begun, over 100 are now in service. The Pakistani Army has formed a seventh independent armoured brigade. It is now known that the eight air-defence brigades have a central command headquarters and are formed into three groups. The Pakistan Navy has returned four Brooke (Badr)-class and four Garcia (Saif)-class frigates to the US at the end of their five-year lease. The Babur (UK Devonshire) destroyer has been retired, while all three Alamgir (US Gearing) are now fully operational. A total of six Amazon-class frigates have been purchased from the UK for delivery by the end of 1994. The Navy has acquired six Lynx HAS Mk3 helicopters for ASW. The Air Force has a fighter squadron with 30 Mirage III aircraft which had previously been listed as in store.
   The rapprochement between Myanmar and China has led to the Air Force acquiring significant numbers of Chinese aircraft. The Air Force inventory now includes two fighter squadrons with 20 F-7 and 4 FT-7 and two with 24 A-5M FGA aircraft. In 1992 Nepal acquired eight 105mm pack howitzers from Britain and 52 120mm mortars from India; this represents a 200% increase in its artillery capability. The Bangladesh Navy has taken into service one UK Jersey-class offshore patrol craft. Bangladesh has contributed two more battalions to UN peacekeeping missions: one to UNIKOM in Kuwait; and one to UNOSOM in Somalia. One battalion remains with UNOMOZ in Mozambique and one has returned from Cambodia at the end of UNTAC's mandate. In Sri Lanka, the Army has formed three more infantry brigades and is forming one mechanised and one air-mobile brigade.


   Средняя Азия
   Гражданская война в Афганистане продолжается, и основная часть боевых действий по-прежнему сосредоточена вокруг Кабула. Генерал Абдул Рашид Дустум, бывший командующий Северным корпусом (единственным армейским формированием, сохранившим хоть какую-то военную сплоченность), покинул Ахмеда Шаха Масуда (министра обороны) и объединил свои силы с Гульбуддином Хекматьяром (премьер-министром) в борьбе против тех, кто поддерживал Бурхануддина Раббани (президента). Это дезертирство крупных сил, по-видимому, не имело решающего эффекта; во всяком случае, силы Раббани получают контроль над Кабулом. В Таджикистане повстанцы, перешедшие в Афганистан в 1993 году, продолжают совершать мелкие нападения на пограничные посты.
   Южная Азия
   За последние 12 месяцев внутреннее положение Индии заметно улучшилось. Несмотря на продолжающиеся боевые действия в Кашмире, присутствие армии там было сокращено, и план по увеличению численности военизированных формирований "Раштрия" или "национальные винтовки", преимущественно развернутых в Кашмире, с пяти до 30 батальонов позволит осуществить дальнейший вывод войск. Индия продолжает обвинять Пакистан во вмешательстве во внутренние дела страны, в частности в поставках оружия и финансировании иностранных наемников в Кашмире. Пакистан отрицает эти обвинения, но продолжает выступать за самоопределение Кашмира на международных форумах. В Пенджабе, хотя политическая ситуация далека от стабильной, насилие практически прекратилось. Угроза индуистского фундаментализма отступила, и партия Бхаратия Джаната (БДП) потерпела поражение в пяти важнейших хинди-говорящих Штатах перед новой комбинацией низших каст и мусульманских партий на необычно мирных выборах. В северо-восточном регионе, несмотря на некоторую передышку от мятежей, имевших место в Ассаме, Нагаланде и Манипуре, межплеменное соперничество привело в течение года к убийствам.
   Партизанская война, ведущаяся против тамильских повстанцев на северо-востоке Шри-Ланки, не прекращается, и обе стороны продолжают нести тяжелые потери.
   В то время как Мьянма остается под военным правлением, а Аунг Сан Су Чжи, чья национальная лига за демократию (НЛД) победила на выборах 1990 года, остается под домашним арестом, различные повстанческие кампании, которые преследовали страну в течение 30 лет, похоже, идут на убыль. Самое последнее соглашение, которое было достигнуто в октябре 1993 года, было заключено с армией независимости Качина (КИА), вероятно, самой сильной из этнических повстанческих групп. Основными оставшимися повстанческими группировками являются базирующаяся на севере армия Шан Монг Тай и группы Карен и МОН на юго-востоке Мьянмы, где Каренская национально-освободительная армия является самой многочисленной. Группы, которые когда-то составляли Коммунистическую партию Бирмы и которым больше не нужно было бороться с правительством, с большим успехом обратили свое внимание на торговлю наркотиками.
   Ядерные разработки
   Казахстан присоединился к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) в феврале 1994 года и ведет переговоры с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) о заключении полномасштабного соглашения о гарантиях для своих гражданских ядерных объектов. Начался демонтаж сил МБР, и 12 ракет SS-18 были возвращены в Россию для ликвидации. Ядерные боеголовки от этих ракет, как полагают, все еще хранятся в Казахстане, как и КРВБ, связанные со стратегической бомбардировочной авиацией Ту-95Н, которая была передислоцирована в Россию. Есть несколько более старых Ту-95, базирующихся в Казахстане, но неизвестно, находятся ли они под российским или казахским контролем. Первое, однако, более вероятно. Неизвестно также, остались ли в Казахстане ядерные бомбы, которыми они могли бы быть вооружены. Казахстан имеет право на помощь и содействие в рамках совместной инициативы США по уменьшению угрозы и программы Нанна-Лугара, но никаких подробностей нет. Япония обязалась выделить Казахстану $11,43 млн. Все ядерные боеголовки в Казахстане, как ожидается, будут переданы России к середине 1995 года.
   Индия по-прежнему непримиримо выступает против любой формы регионального договора о нераспространении ядерного оружия и не присоединится к ДНЯО до тех пор, пока он не станет универсальным и недискриминационным. Премьер-министр РАО также ясно дал понять, что Индия не остановит разработку ракеты Agni, заявив, что это не программа вооружений, а "эксперимент по возвращению технологий"; это не то, как это рассматривается в Пакистане. Пакистанский премьер-министр Беназир Бхутто заявила в ноябре 1993 года, что у Пакистана нет бомбы, но есть все элементы, чтобы сделать ее. Пакистан выступает против любого соглашения о нераспространении, которое Индия не подписала, но предложил Индии несколько предложений по предотвращению распространения ядерного оружия.
   Обычные Военные Разработки
   Положение Венского документа конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) об обмене данными между некоторыми центральноазиатскими государствами позволило получить более детальный и всеобъемлющий перечень находящихся там вооруженных сил, чем в 1993 году. С другой стороны, нет никакой достоверной информации, которая позволила бы провести какой-либо пересмотр запасов оружия в Афганистане, кроме как констатировать очевидное, что их меньше. Также невозможно оценить, сколько оружия находится в руках каждой из различных групп и фракций.
   Индия провела еще несколько испытаний, последнее из которых состоялось в июне 1994 года, серийных образцов ракеты класса "земля-земля" дальностью 250 км. Утверждается,что Privthi, который может нести 1000 кг полезной нагрузки, имеет вероятность ошибки менее 20 м на дальности 80 км. Пусковые установки Privthi прошли парад в Дели в День Республики в январе 1994 года, формируется ракетный полк и производится до 15 пусковых установок. Помимо Privthi и Agni, Индия разрабатывает еще три ракеты. ЗРК Trishul, оружие малой дальности, дальность поражения которого составляет 9 км, устанавливается на гусеничной пусковой установке для армии и колесной пусковой установке для ВВС. Говорят, что ЗРК Akash способен поражать до пяти самолетов с несколькими боеголовками на дальности до 25 км. Он будет управляться разработанным в Индии радаром с фазированной антенной решеткой. ПТУР Nag - это ракета "топ атака" дальностью 4 км, которая может поступить на вооружение в 1996 году. Индия движется в направлении развития потенциала крылатых ракет. Беспилотный летательный аппарат (БПЛА) для использования в качестве воздушной цели Lakshya готовится к серийному производству. За ним последует БПЛА Nishant, который будет нести датчики и предоставлять информацию в режиме реального времени. Индийская армия приняла на вооружение основной боевой танк Arjun, но никаких средств на его закупку не выделялось. В настоящее время Индия предоставляет бригаду численностью почти 5000 человек для сил ООН в Сомали. Россия модернизирует индийские самолеты МиГ-21, и есть сообщения о возможном заказе МиГ-29 на 30 самолетов, а также о том, что Су-30 может быть произведен в Индии по лицензии.
   В течение последних 12 месяцев не поступало никаких сообщений о дальнейших испытаниях пакистанской системы БР серии Hatf. Hatf 1, который может нести 500 кг полезной нагрузки до 80 км, вступил в строй в 1992 году; Hatf 2, как полагают, имеет 500 кг полезной нагрузки и дальность действия 300 км и может быть введен в эксплуатацию в 1995 году. Кроме того, поступали неподтвержденные сообщения о более дальней БР Hatf 3. Началась поставка китайских танков Type-85, в настоящее время на вооружении находится более 100. Пакистанская армия сформировала седьмую отдельную бронетанковую бригаду. В настоящее время известно, что восемь бригад ПВО имеют центральный штаб командования и сформированы в три группы. Пакистанские военно-морские силы вернули четыре фрегата класса Brooke (Badr) и четыре фрегата класса Garcia (Saif) из США по окончании пятилетнего срока их аренды. Эсминец Babur (британский Devonshire) был выведен, в то время как все три Alamgir (американский Gearing) в настоящее время полностью функционируют. В общей сложности шесть фрегатов класса Amazon были закуплены в Великобритании для поставки к концу 1994 года. Военно-морской флот приобрел шесть вертолетов Lynx HAS Mk3 для ПЛО. ВВС имеют истребительную эскадрилью с 30 самолетами Mirage III, которые ранее числились в запасе.
   Сближение Мьянмы и Китая привело к тому, что ВВС приобрели значительное количество китайских самолетов. В настоящее время в состав ВВС входят две истребительные эскадрильи с 20 самолетами F-7 и 4 FT-7 и две с 24 самолетами A-5M. В 1992 году Непал приобрел восемь 105-мм гаубиц из Великобритании и 52 120-мм минометов из Индии; это на 200% увеличило его артиллерийские возможности. Военно-морские силы Бангладеш приняли на вооружение один британский патрульный корабль класса Jersey. Бангладеш выделила еще два батальона для миротворческих миссий ООН: один в UNIKOM в Кувейте; и еще один - ЮНОСОМ в Сомали. Один батальон остается в составе МООННЗ в Мозамбике, а другой вернулся из Камбоджи в конце срока действия мандата ЮНТАК. В Шри-Ланке армия сформировала еще три пехотные бригады и формирует одну механизированную и одну аэромобильную бригады.




   INDIA (2)

   INDIA (3)










   Political Developments
   East Asian security in the short term has been dominated by the crisis in North Korea. In the medium and longer term there are worries about Chinese intentions, the risks of a regional arms race, and uncertainty about the implications of domestic developments in Japan. Attempts to develop a regional security dialogue, such as the Association of South-East Asian Nations (ASEAN) Regional Forum meeting in Bangkok in July 1994, have so far failed to develop into anything substantial.
   North Korea's continued refusal fully to comply with International Atomic Energy Agency (IAEA) demands for full inspections of its suspect sites has meant that concern over the risk of conflict in North-east Asia is at its highest for many years. North Korea withdrew fuel rods from its reactor without allowing IAEA inspectors to observe the process. Efforts to impose sanctions on North Korea were halted when former American President Jimmy Carter brokered a pause to explore possibilities for a deal. Exploration of the options, as well as the prospects for an inter Korean presidential summit, were in turn halted with the death of North Korea's President Kim II Sung in July. A period of uncertainty in North Korean politics coincides with major international tension and an even more pressing domestic economic crisis. The Korean crisis also comes at a time of major shifts in the Japanese political landscape, with several governments in various permutations taking power only briefly.
   North Korea's willingness to snub the IAEA may have been related to the sense of confusion in American policy towards East Asia, and towards China in particular. After issuing threats to China about the non-renewal of Most Favoured Nation (MFN) trading status if no improvement were made in China's human-rights policies, the Clinton Administration decided to renew MFN even without progress on human rights. The United States hoped for Chinese cooperation in dealing with North Korea, but China was not in a mood to be cooperative. Chinese leaders have expressed increased concern about the risks of domestic instability as the economy overheats. Rapid decentralisation of economic power to China's booming coastal regions, coupled with signs that Taipei was creeping towards greater independence, caused alarm in Beijing. Even in Hong Kong, Governor Chris Patten's democratic reforms were passed by the legislature, despite dire warnings from China.
   China's behavior in the South China Sea continued to ring alarm bells in South-east Asia. Oil companies from the United States, Europe and East Asia are now prospecting on behalf of China, the Philippines, Malaysia, Indonesia and Vietnam. Chinese naval vessels blocked attempts by companies working on behalf of Vietnam in July. China refuses to discuss sovereignty, and ASEAN states remain reluctant to organise regional efforts to deter China from extending its hold over disputed territory.
   In Cambodia, after the elections of May 1993, the UN mandate came to an end on 26 September 1993 and all UN troops withdrew. At its height, the UN Transitional Authority in Cambodia (UNTAC) deployed 22,000 troops, police and civil administrators. The operation cost $1.7bn and the UN suffered 67 casualties, including 27 killed. The Khmer Rouge failed to fulfil its promises and resumed its policy of intimidation and violence, and in June 1994 its representatives in Phnom Penh were ordered home. On 3 July a coup was apparently attempted by Prince Norodom Chakrapong, but the Prince was swiftly deported by order of his father, King Sihanouk.
   Armed resistance continues in East Timor where activists have appealed to ASEAN to mediate in their dispute with Indonesia. In Papua New Guinea, secessionists rejected yet another set of proposals from the government in July 1994. Rebels in the Philippines continue their terrorist attacks, although in the north communists suffered a major blow with the arrest of Felimon Lagman in Manilla in May 1994.
   Weapons of Mass Destruction
   While most attention has been directed at the long-drawn-out saga over North Korea's refusal to allow all its nuclear facilities to be inspected, fully detailed in the analysis at p. 256, several observers have reported on nuclear-weapon developments in China.
   China has conducted two nuclear tests in the last 12 months, the only country to do so in that period. The first test on 5 October 1993 is estimated to have had a yield of between 50 and 100 kilotons (KT). The second took place on 10 June 1994, and early assessment put the yield at between 10 and 60 KT. Previously a megaton weapon had been tested in May 1992 and one of less than 10KT in September 1992. The differences in yields tested suggest that a number of new weapons are being developed. Two ballistic-missile systems are believed to be under development. The first is a dual-purpose missile for both submarine (JL-2) and ground (DF-31) launch, estimated to have a range of 8,000km. The second, designated DF-41, could have a 12,000 km range. All three missiles will have solid-fuel propulsion, and DF-31 and DF-41 can be fired from mobile launchers. The DF-41 is expected to be in service before the end of the decade, but there have been no confirmed reports of the development of a new submarine from which to launch JL-2. There has also been an unconfirmed report of a variant of the DF-31, the DF-25, which would have a range of less than 2,000 km and is expected to be operational, as is the DF-31, before the year 2000. There have been no reports of any Chinese plans to introduce multiple warheads, although this would be a natural development.
   There is still no categorically confirmed information over North Korean possession of nuclear weapons. The Director of the CIA has estimated that, before the reactor closure of April 1994, North Korea had sufficient plutonium to build a nuclear device. US intelligence sources claim to have evidence of high-explosive tests indicative of the development of implosion devices and of the conversion of plutonium nitrate to metal, necessary for bomb manufacture. There is rather more evidence of North Korean ballistic-missile development. North Korea has probably produced the best modification of the Soviet Scud SSM believed to have a range of up to 600 km with a payload of 6-700 kg and with improved accuracy. In May 1993, two missile tests were attributed to be tests of the No-Dong missile, estimated to have a 1,000 km range with maybe a 1,000 kg payload. The Koreans are attempting to export both Scud C and No-Dong. Syria and Iran are both believed to have bought Scud C and there have been unconfirmed reports that the No-Dong will be tested in Iran before long. One report also claims that Iran will buy 150 missiles. CIA Director James Woolsey has stated publicly that North Korea is developing two more missiles, Taepo Dong 1 and Taepo Dong 2, but that no test launches have yet taken place. There has been no speculation so far as to the missiles' ranges and payloads.
   Conventional Military Developments
   In Australia the Navy has retired one Oxley-class (UK Oberon) submarine and the frigate Derwent is to be paid off in August 1994. One more Adelaide (US Perry)-class guided-weapons frigate has been commissioned and two US Newport-class LST were to have been acquired. However, the US Senate blocked the sale of all Newport LST (some six to eight were being disposed of abroad) after a Marine Corps lobbyist raised the question of whether the Navy could still deploy two-and-a-half MEF without them. The LSTs would be converted into helicopter training and support ships, each able to embark 450 troops and four helicopters. The first of eight Collins-class submarines was launched in August 1993. The second boat is scheduled to be launched in early 1995. Fiji has taken delivery of the Kulu inshore patrol craft, the first of three acquired by Fiji under the Pacific Forum programme. So far a total of 16 Pacific Forum PCIs have been delivered all, with the exception of Papua New Guinea which has four, to Pacific states not listed in The Military Balance: Tonga (3); Micronesia (2); Solomon Islands (2); Vanuatu (1); Eastern Samoa (1); Marshall Islands (1); and Cook Islands (1).These PCIs have a range of 2,500 miles at 12 knots.
   New Zealand is, for the first time, supplying troops (as opposed to observers) for United Nations peacekeeping missions. 250 men in a reinforced company group will join the UN Protection Force (UNPROFOR) in Bosnia in August 1994.
   The reorganisation of the People's Liberation Army (PLA) in China continues. The delivery of the first launchers for the Russian SA-10 have been confirmed. A number of Y-8 transport aircraft are being converted for use as in-flight refuelling tankers. The Navy continues to commission new and retire old ships. During the last 12 months three more improved Ming-class submarines, three more guided-missile frigates (one Jiangwei and two Jianghu) and two more Houxin missile craft have joined the fleet. Three Jianguan-class and one Chengdu-class frigate have been retired.
   The South Korean Air Force has taken delivery of 20 Hawk trainers and eight more CN-235M transport aircraft. The Navy has commissioned a second Chang Bogo (Ge T-209/1400)-class submarine and seven more are planned. One US Sumner-class destroyer has been retired. During 1992, North Korea acquired 19 tanks from Belarus. What type these are is unconfirmed, but perhaps T-72 or T-80 (Belarus had declared having 5 T-80 tanks to the Conventional Armed Forces in Europe (CFE) Commission, but none were declared in January 1994), nor is it clear whether more are being acquired. Japan has ordered two more B-767 AWACS aircraft for delivery in early 1998.
   The Indonesian Army's holding of AMX-13 light tanks has been revised by 150 to 275 tanks. The first of the ships of the former East German Navy, including five frigates and three LSTs, have been delivered, but are not yet in service. The Malaysian Air Force has taken delivery of ten Hawk 108 and six Hawk 208 FGA aircraft and a further 12 have still to be delivered. Malaysia has also ordered 18 MiG-29 fighters from Russia and eight F/A-18D multi-role aircraft from the US for delivery in 1996. The Navy has ordered two GEC 2000 frigates from UK. The Malaysian infantry battalion with UNPROFOR in Bosnia has been equipped with 42 South Korean KIFV infantry fighting vehicles. Singapore air defences have been improved by forming an additional battalion, equipped with the French Mistral SAM. The Air Force now has 18 F-16A/B FGA aircraft; 11 are still in the US where training is not restricted by Singapore's severe lack of air space. The decision to buy 18 more F-16C/D was announced in July 1994. Singapore's F-16s will be armed with the Maverick air-to-surface missile. Helicopter holdings have been increased by 16 UH-1HB Iraquois, and six AS-532 UL Cougar. The Navy has commissioned its first new mine warfare vessel, the Bedok coastal mine hunter (Swedish Landsort-class). A total of four are being acquired, but the other three will be pre-fabricated in Sweden and then assembled in Singapore.
   The Republic of China (Taipei) continues to modernise its forces. The first operational Ching-Kuo, a domestically produced FGA aircraft, has entered squadron service. Eight, of an order for 42, AH-1W Cobra attack helicopters and four, of 26, OH-58 Kiowa armed scout helicopters have been delivered to the Army, as have four more CH-47 Chinook transport helicopters. The Navy has commissioned a second Cheng Kung-class guided-missile frigate and taken delivery of a third US Knox-class frigate. Two Tien Shan (US Lawrence/Crossley)-class frigates have been retired. The Thai Air Force has acquired 36 L-39 armed trainers from the Czech Republic and Python 3 air-to-air missiles from Israel. Delivery of the L-39 will be completed in 1995. The Navy has postponed its plans to acquire a second helicopter carrier, and the acquisition of submarines is now unlikely. Two US-Knox-class frigates are due to be transferred. As yet there is no confirmation of the Navy's intentions to buy Spanish EAV8A Harriers for the helicopter carrier which will have a ski-jump and is being built in Spain, or US Navy A-7 Corsair attack aircraft. 12 Sea Hawk inshore patrol craft have been transferred from the South Korean Navy to the Philippines.
   Defence Economics
   Notwithstanding the continuing global recession, economic performance in the region was again significantly better than elsewhere in the world. In 1993, aggregate GDP grew by some 7% compared with less than 1% for the world as a whole. A significant exception was Japan, where an uninterrupted sequence of growth dating back to the Second World War ended. Efforts to generate closer economic cooperation within the region are largely symbolic, as the 15-member Asia-Pacific Economic Cooperation (APEC) summit in November 1993 demonstrated. Most East Asian economies are flourishing as a result of their comparative advantages in labour and production costs and to date regional competition rather than cooperation is the ruling economic imperative.
   Last year's edition of The Military Balance included a statistical analysis of the rise in defence capability in Asia. Since then, there has been a growing awareness of the implications of increased military efforts for regional security - both within the region and externally. In 1993, defence expenditure increased again - albeit not at the rate of economic growth. East Asia and Australasia account for some 15% of global defence spending (as opposed to arms purchases) - the highest regional proportion apart from the North Atlantic Treaty Organisation (NATO). A significant emphasis on defence-industrial investment remains evident in the case of several East Asian countries, reflecting the sustained commitment to achieve a practical level of self-sufficiency in industrial capability across the range of conventional weapon systems. For this reason alone, defence expenditure is likely to remain at relatively high levels and is likely to increase further if and when political tensions escalate.


   Политические события
   Безопасность Восточной Азии в краткосрочной перспективе была во власти кризиса в Северной Корее. В среднесрочной и долгосрочной перспективе есть опасения относительно намерений Китая, рисков региональной гонки вооружений и неопределенности относительно последствий внутренних событий в Японии. Попытки наладить диалог по вопросам региональной безопасности, такие, как встреча регионального форума Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в Бангкоке в июле 1994 года, пока не привели ни к чему существенному.
   Продолжающийся отказ Северной Кореи в полной мере выполнить требования Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) о проведении всесторонних инспекций ее подозрительных объектов означает, что озабоченность по поводу риска конфликта в Северо-Восточной Азии находится на самом высоком уровне в течение многих лет. Северная Корея изъяла топливные стержни из своего реактора, не позволив инспекторам МАГАТЭ наблюдать за процессом. Попытки ввести санкции против Северной Кореи были остановлены, когда бывший американский президент Джимми Картер взял паузу, чтобы изучить возможности для заключения сделки. Изучение возможных вариантов, а также перспектив проведения межкорейского президентского саммита, в свою очередь, было приостановлено со смертью в июле президента Северной Кореи Ким Ир Сена. Период неопределенности в северокорейской политике совпадает с серьезной международной напряженностью и еще более острым внутренним экономическим кризисом. Корейский кризис также происходит во время серьезных сдвигов в японском политическом ландшафте, когда несколько правительств в различных перестановках приходят к власти лишь на короткое время.
   Готовность Северной Кореи пренебрежительно отнестись к МАГАТЭ, возможно, была связана с ощущением путаницы в американской политике в отношении Восточной Азии и Китая в частности. После угроз Китаю о невозобновлении торгового статуса наиболее благоприятствуемой нации (НБН), если не будет достигнуто никакого улучшения в политике Китая в области прав человека, администрация Клинтона решила возобновить НБН даже без прогресса в области прав человека. Соединенные Штаты надеялись на сотрудничество Китая в отношениях с Северной Кореей, но Китай не был настроен на сотрудничество. Китайские лидеры выразили повышенную обеспокоенность рисками внутренней нестабильности по мере перегрева экономики. Быстрая децентрализация экономической власти в процветающих прибрежных районах Китая в сочетании с признаками того, что Тайбэй ползет к большей независимости, вызвала тревогу в Пекине. Даже в Гонконге демократические реформы губернатора Криса Паттена были приняты Законодательным собранием, несмотря на грозные предупреждения из Китая.
   Поведение Китая в Южно-Китайском море продолжало вызывать тревогу в Юго-Восточной Азии. Нефтяные компании из США, Европы и Восточной Азии сейчас ведут разведку от имени Китая, Филиппин, Малайзии, Индонезии и Вьетнама. В июле китайские военно-морские суда блокировали попытки компаний, работающих от имени Вьетнама. Китай отказывается обсуждать вопрос о суверенитете, а государства АСЕАН по-прежнему неохотно организуют региональные усилия по сдерживанию Китая от расширения его владений на спорной территории.
   В Камбодже после выборов в мае 1993 года мандат ООН истек 26 сентября 1993 года, и все войска ООН были выведены. В период своего расцвета переходный орган ООН в Камбодже (ЮНТАК) развернул 22 000 военнослужащих, полицейских и гражданских администраторов. Операция обошлась в $1,7 млрд, а ООН понесла 67 жертв, в том числе 27 убитых. Красные кхмеры не выполнили своих обещаний и возобновили свою политику запугивания и насилия, и в июне 1994 года их представителям в Пномпене было приказано вернуться домой. 3 июля принц Нородом Чакрапонг предпринял попытку государственного переворота, но принц был быстро депортирован по приказу своего отца, короля Сианука.
   Вооруженное сопротивление продолжается в Восточном Тиморе, где активисты обратились к АСЕАН с просьбой выступить посредником в их споре с Индонезией. В Папуа-Новой Гвинее сепаратисты отклонили еще один пакет предложений правительства в июле 1994 года. Мятежники на Филиппинах продолжают свои террористические атаки, хотя на севере страны коммунисты понесли серьезный удар с арестом Фелимона Лагмана в Маниле в мае 1994 года.
   Оружие массового поражения
   В то время как основное внимание было уделено затянувшейся саге вокруг отказа Северной Кореи разрешить инспектировать все свои ядерные объекты, полностью детализированной в анализе на стр. 256, несколько наблюдателей сообщили о развитии ядерного оружия в Китае.
   Китай провел два ядерных испытания за последние 12 месяцев, став единственной страной, которая сделала это за этот период. Согласно оценкам, первое испытание, проведенное 5 октября 1993 года, дало выход от 50 до 100 килотонн (КТ). Второе было проведено 10 июня 1994 года, и по предварительным оценкам мощность составила от 10 до 60 тыс. тонн. Ранее мегатонное оружие было испытано в мае 1992 года, а одно из менее чем 10КТ-в сентябре 1992 года. Различия в испытанной мощьности свидетельствуют о том, что разрабатывается целый ряд новых видов оружия. Предполагается, что в стадии разработки находятся две баллистические ракетные системы. Первая представляет собой ракету двойного назначения для подводного (JL-2) и наземного (DF-31) старта, дальность которой оценивается в 8000 км. Второй, обозначенный DF-41, мог иметь дальность полета 12 000 км. Все три ракеты будут иметь твердотопливную двигательную установку, а DF-31 и DF-41 могут быть запущены с мобильных пусковых установок. Ожидается, что DF-41 поступит на вооружение до конца десятилетия, однако подтвержденных сообщений о разработке новой подводной лодки для запуска JL-2 не поступало. Существует также неподтвержденное сообщение о варианте DF-31, DF-25, который будет иметь дальность менее 2000 км и, как ожидается, будет эксплуатироваться, как и DF-31, до 2000 года. Не поступало никаких сообщений о планах Китая ввести несколько боеголовок, хотя это было бы естественным развитием событий.
   До сих пор нет категорически подтвержденной информации о наличии у Северной Кореи ядерного оружия. Директор ЦРУ подсчитал, что до закрытия реактора в апреле 1994 года Северная Корея располагала достаточным количеством плутония для создания ядерного устройства. Источники в разведке США утверждают, что у них есть свидетельства испытаний бомб, свидетельствующие о разработке имплозионных устройств и о превращении нитрата плутония в металл, необходимый для изготовления бомб. Существует гораздо больше свидетельств развития северокорейских баллистических ракет. Северная Корея, вероятно, произвела лучшую модификацию советской БР Scud, считавшуюся имеющей дальность полета до 600 км с полезной нагрузкой 6-700 кг и с повышенной точностью. В мае 1993 года два ракетных испытания были отнесены к испытаниям ракеты No-Dong, которая, по оценкам, имела дальность полета 1000 км и, возможно, 1000 кг полезной нагрузки. Корейцы пытаются экспортировать как Scud C, так и No-Dong. Сирия и Иран, как полагают, купили Scud C, и есть неподтвержденные сообщения, что No-Dong будет испытан в Иране в ближайшее время. В одном докладе также утверждается, что Иран купит 150 ракет. Директор ЦРУ Джеймс Вулси публично заявил, что Северная Корея разрабатывает еще две ракеты, Taepo Dong 1 и Taepo Dong 2, но пока никаких испытательных пусков не было. До сих пор не было никаких предположений относительно дальности полета и полезной нагрузки ракет.
   Обычные Военные Разработки
   В Австралии военно-морские силы отправили в отставку одну подводную лодку класса Oxley (британский Oberon), а фрегат Derwent должен быть списан в августе 1994 года. Был введен в строй еще один фрегат с управляемым вооружением класса Adelaide (US Perry), а также должны были быть приобретены два американских БТДК класса Newport. Однако Сенат США заблокировал продажу всех Newport (около шести-восьми были проданы за границу) после того, как лоббист морской пехоты поднял вопрос о том, может ли флот все еще развернуть два с половиной MEF без них. LSTs будут преобразованы в вертолетные учебные и вспомогательные корабли, каждый из которых сможет погрузить 450 военнослужащих и четыре вертолета. Первая из восьми подводных лодок класса Collins была спущена на воду в августе 1993 года. Вторую лодку планируется спустить на воду в начале 1995 года. Фиджи приняла на вооружение прибрежный патрульный корабль Kulu, первый из трех, приобретенных Фиджи в рамках программы Тихоокеанского форума. К настоящему времени в общей сложности 16 PCI Тихоокеанского форума были доставлены всем, за исключением Папуа-Новой Гвинеи, которая имеет четыре, Тихоокеанским государствам, не включенным в военный баланс: Тонга (3); Микронезия (2); Соломоновы острова (2); Вануату (1); Восточное Самоа (1); Маршалловы Острова (1); и Острова Кука (1).Эти PCI имеют дальность 2500 миль со скоростью 12 узлов.
   Новая Зеландия впервые поставляет войска (в отличие от наблюдателей) для миротворческих миссий Организации Объединенных Наций. 250 человек в составе усиленной ротной группы присоединятся к силам ООН по охране (UNPROFOR) в Боснии в августе 1994 года.
   Продолжается реорганизация Народно-освободительной армии Китая (НОАК). Поставки первых пусковых установок для российских SA-10 были подтверждены. Ряд транспортных самолетов Y-8 переоборудован для использования в качестве заправщиков в полете. Флот продолжает вводить в строй новые и выводить старые корабли. За последние 12 месяцев к флоту присоединились еще три усовершенствованные подводные лодки класса Ming, три фрегата с управляемыми ракетами (один Jiangwei и два Jianghu) и два ракетных корабля Houxin. Три Jianguan-класса и один Chengdu -класса фрегат уже ушел выведены.
   ВВС Южной Кореи приняли на вооружение 20 учебно-тренировочных самолетов Hawk и еще восемь транспортных самолетов CN-235M. Военно-Морской Флот ввел в строй вторую подводную лодку класса Chang Bogo (Ge T-209/1400) и еще семь запланированных. Один американский эсминец класса Sumner выведен. В 1992 году Северная Корея приобрела у Белоруссии 19 танков. Что это за тип, не подтверждено, но, возможно, Т-72 или Т-80 (Беларусь заявила о наличии 5 танков Т-80 в комиссии по обычным вооруженным силам в Европе (ДОВСЕ), но ни один из них не был объявлен в январе 1994 года), и не ясно, приобретаются ли еще. Япония заказала еще два самолета B-767 AWACS для поставки в начале 1998 года.
   Запасы легких танков AMX-13 в индонезийской армии были пересмотрены со 150 до 275 танков. Первые из кораблей бывшего восточногерманского флота, включая пять фрегатов и три БТДК, были поставлены, но еще не находятся в строю. ВВС Малайзии приняли на вооружение десять самолетов Hawk 108 и шесть самолетов Hawk 208 FGA, а еще 12 самолетов еще предстоит доставить. Малайзия также заказала 18 истребителей МиГ-29 из России и восемь многофункциональных самолетов F/A-18D из США для поставки в 1996 году. Военно-морской флот заказал два фрегата GEC 2000 из Великобритании. Малазийский пехотный батальон с ПРООФ в Боснии был оснащен 42 южнокорейскими боевыми машинами пехоты KIFV. ПВО Сингапура были усовершенствованы за счет формирования дополнительного батальона, оснащенного французскими ЗРК Mistral. В настоящее время ВВС имеют 18 самолетов F-16A/B FGA; 11 по-прежнему находятся в США, где обучение не ограничено серьезной нехваткой воздушного пространства Сингапура. Решение о покупке еще 18 F-16C/D было объявлено в июле 1994 года. Сингапурские F-16 будут вооружены ракетой класса "воздух-поверхность" Maverick. Вертолетные запасы были увеличены на 16 UH-1HB Iraquois и шесть AS-532 UL Cougar. Военно-Морской Флот ввел в строй свое первое новое противоминное боевое судно "Бедок прибрежный минный охотник" (шведский класс Landsort). В общей сложности приобретаются четыре, но остальные три будут предварительно изготовлены в Швеции, а затем собраны в Сингапуре.
   Китайская республика (Тайбэй) продолжает модернизацию своих вооруженных сил. Первый эксплуатационный самолет Ching-Kuo отечественного производства FGA поступил на вооружение эскадрильи. Восемь из заказа на 42 ударных вертолета AH-1W Cobra и четыре из 26 вооруженных разведывательных вертолетов OH-58 Kiowa были поставлены в армию, а также еще четыре транспортных вертолета CH-47 Chinook. Военно-Морской Флот ввел в строй второй управляемый ракетный фрегат класса Cheng Kung и принял на вооружение третий американский фрегат класса US Knox. Два фрегата класса Tien Shan (US Lawrence/Crossley) были отправлены в отставку. ВВС Таиланда приобрели 36 учебно-боевых самолетов L-39 из Чехии и 3 ракеты класса "воздух-воздух" из Израиля. Поставка L-39 будет завершена в 1995 году. Военно-Морской Флот отложил свои планы по приобретению второго вертолетоносца, и приобретение подводных лодок теперь маловероятно. Два американских фрегата класса Knox должны быть переведены. До сих пор нет подтверждения намерений ВМС купить испанский EAV8A Harriers для вертолетоносца, который будет иметь трамплин и строится в Испании, или штурмовик ВМС США A-7 Corsair. 12 береговых патрульных кораблей Sea Hawk были переданы из состава ВМС Южной Кореи на Филиппины.
   Экономика Обороны
   Несмотря на продолжающуюся глобальную рецессию, экономические показатели в регионе вновь оказались значительно лучше, чем в других странах мира. В 1993 году совокупный ВВП вырос примерно на 7% по сравнению с менее чем 1% в мире в целом. Значительным исключением была Япония, где непрерывная последовательность роста, восходящая ко Второй мировой войне, закончилась. Усилия по налаживанию более тесного экономического сотрудничества в регионе носят в значительной степени символический характер, как показал саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), состоявшийся в ноябре 1993 года. Большинство восточноазиатских экономик процветают благодаря своим сравнительным преимуществам в затратах на рабочую силу и производство, и на сегодняшний день главным экономическим императивом является региональная конкуренция, а не сотрудничество.
   Прошлогоднее издание "военного баланса" включало статистический анализ роста обороноспособности в Азии. С тех пор растет понимание последствий активизации военных усилий для региональной безопасности - как внутри региона, так и за его пределами. В 1993 году расходы на оборону вновь возросли, хотя и не такими темпами, как темпы экономического роста. На Восточную Азию и Австралазию приходится около 15% общемировых расходов на оборону (в отличие от закупок вооружений) - самая высокая региональная доля, не считая Организации Североатлантического договора (НАТО). Значительный акцент на оборонно-промышленных инвестициях по-прежнему очевиден в случае ряда восточноазиатских стран, что отражает неизменную приверженность достижению практического уровня самодостаточности промышленного потенциала по всему спектру систем обычных вооружений. Только по этой причине расходы на оборону, скорее всего, останутся на относительно высоком уровне и, вероятно, еще больше возрастут, если и когда политическая напряженность усилится.

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   CHINA (2)
   0x01 graphic

   CHINA (3)
   0x01 graphic

   CHINA (4), FIJI
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   JAPAN (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   KOREA (NORTH) (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   TAIWAN (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   VIETNAM (2)
   0x01 graphic

Caribbean and Latin America

   This year the Caribbean and Latin America section is divided into three regions: Caribbean; Central America; and Latin America.
   Political Developments
   In Haiti the military regime is still in control and President Jean-Bertrand Aristide remains in the US. In August 1993 one of Aristide's aides was nominated prime minister and the UN Security Council suspended its arms and oil embargo against the country. Violence, however, continued, and in October, following a UN vote, a force comprising US engineers and Canadian Mounted Police was prevented from landing at Haiti. The UN reimposed its arms and oil embargo which was enforced by naval ships from several countries, but smuggling across the Dominican border seriously undermined this effort. International patience is clearly running out. At the Organisation of American States (OAS) annual assembly in June 1994, although several countries argued against military intervention, a number openly supported it. The US call for tighter sanctions was supported, and a commitment to a peaceful solution was noticeably lacking from the final communique. The US House of Representatives has voted to withdraw its formal request to President Clinton not to use force. On 31 July 1994 the UN Security Council authorised a multinational force to use 'all necessary means' to facilitate the return of President Aristide.
   Military Developments
   There have been few military developments in the Caribbean. The Cuban Army is undergoing major reorganisation; manpower strength has been reduced by 60,000 to some 85,000, and is now structured on a brigade as opposed to a divisional basis. No more than 20% of front-line combat aircraft are considered operational. The Defence Budget is said to be being cut by some 50%.
   Political Developments Unrest and guerrilla activity continue to plague the region.
   In El Salvador, the first election in which the Farabundo Marti National Liberation Front (FMLN) stood as a political party took place in March 1994. The right-wing Arena party failed to win an outright majority at the first ballot, but secured almost 70% of the vote in the second round in April. The FMLN claims that the promise of land for many demobilised soldiers and guerrillas has not yet materialised. Nor has the new civil police force taken over, as had been planned, from the military-controlled police, and there are fears that some 'death squads' could still be intact. The mandate of the UN mission in El Salvador (ONUSAL) has now been extended until November 1994, and a report by the UN into the murder of several senior FMLN officials in late 1993 will not now be presented until the end of July 1994 and is expected to show that 'death squads' do still exist.
   In March 1994, the Guatemalan government and the opposition coalition, the Unidad Revolucionaria Nacional Guatemalteca (URNG), signed an agreement which may bring an end to the guerrilla conflict. The agreement includes commitments to: demobilisation; setting up a commission to investigate human-rights abuses; and talks leading to a lasting peace settlement by the end of 1994. Since this agreement, violence has re-erupted and, after a number of assassinations - including that of the President of the Constitutional Court - and attacks on foreigners, the Army has been placed in charge of internal security. Government talks with the URNG began again, this time in Oslo, in June 1994. Also in June, the Standing Committee of the Caribbean Community and Common Market (CARICOM) meeting in Belize expressed concern over Guatemala's renewed territorial claim to Belize. CARICOM urged Guatemala to conclude a treaty recognising Belize's land and sea borders.
   In January 1994 there was an uprising in the southern Mexican province of Chiapas where the rebel force, Ejercito Zapatista de Liberation Nacional (EZLN), claiming to represent the surviving Mayan indians, seized four towns. The government swiftly deployed troops, retook the towns and the Zapatistas withdrew into thejungle. Peace talks began in mid-February and a draft plan covering health, housing, education and community respect was agreed in early March. Later that month the presidential candidate of the ruling Institutional Revolutionary Party (PRI) was assassinated. Peace talks resumed in April, but in June the Zapatistas rejected the draft plan complaining that land reform and indigenous rights were insufficient, and demanding a change in the political system. Interruption of the elections, due on 21 August 1994, has been ruled out, but the rebels are hoping that a provisional government will be formed which will draft a new constitution.
   In Nicaragua, the last of the Contra rebels agreed to lay down their arms in late February 1994 and were granted an amnesty. In May, President Violeta Chamorro announced that General Ortega would retire from the Army in February 1995.
   Military Developments
   In Belize, the withdrawal of the UK garrison has begun and is due to be completed by the end of 1994. So far 900 of the 1,500 servicemen there have returned home. The Belizean Army has increased its manpower strength by 300 to 900. In El Salvador, the Air Force has added six more O-2A COIN aircraft to its inventory. The Mexican Navy has commissioned four Isla Coronada-class inshore patrol craft with a range of 1,200 miles at 30 knots.
   Political Developments
   Colombia is no less violent and unstable, despite, in December 1993, the detection and death in a shoot-out with the police of Pablo Escobar, the leading drug baron. Guerrillas of the Revolutionary Armed Forces of Colombia (FARC) continue their campaign of anti-government violence, and at least ten congressional candidates were murdered during the campaign which elected Ernesto Samper, the ruling Liberal Party's candidate, as President. The drug cartels continue in business and Amnesty International has accused the government and Army of implication in mass murder. The only hopeful sign has been the surrender of weapons by some 600 rebels belonging to three groups who have been granted an amnesty. In May 1994 the US Air Force ended the surveillance in Colombia by AWACS aircraft and ground-based radars which had greatly increased the interception rate of drug-trafficking aircraft over the last four years. One reason given for this closure is that the Colombian authorities have adopted a shoot down policy in respect of planes without flight plans. US authorities feared they could be liable for damages if US-provided information was deemed responsible for deaths. The optimism felt in 1993 that violence in Peru was coming to an end has not been sustained. The guerrilla war conducted by the Sendero Luminoso (Shining Path), revived in September and December 1993, witnessed a number of attacks in Lima. The Army is now mounting what has been described as the final offensive against Sendero Luminoso some 300 miles north-east of Lima along the Huallaga River.
   Nuclear and Arms-Control Developments
   While Argentina, Brazil, Chile and Cuba have yet to accede to the Nuclear Non-Proliferation Treaty (NPT), a number of positive steps have been taken. The Brazilian-Argentine Agency for Accounting and Control of Nuclear Materials (ABACC) was formed in July 1992, and by September 1993 had carried out rather less than half the 60 nuclear-site inspections planned for completion by the end of 1993. In December 1991 an agreement was reached by the two governments, ABACC and the International Atomic Energy Agency (IAEA) providing for full scope safeguards that bring nuclear materials and plants under both bilateral (ABACC) and international (IAEA) safeguards. Although the Argentinean Congress ratified the agreement in August 1992, it was not until September 1993 that the Brazilian Chamber of Deputies gave its approval, followed by the Senate in February 1994, and the agreement came into force on 4 March 1994.
   The Treaty for the Prohibition of Nuclear Weapons in Latin America and the Caribbean, or Treaty of Tlatelolco, was intended to establish a nuclear weapons-free zone stretching from the US-Mexican border to Antarctica. Opened for signature in 1967, it was only on 18 January 1994 that Argentina and Chile signed the Treaty in respect of their territories. Brazil joined the Treaty on 30 May 1994 leaving Cuba the only country still to join, although it has said several times that it will join once all the other states in the region have done so.
   Military Developments
   The Argentinean Air Force has acquired 32 A-4M FGA and four 0A-4M FAC aircraft from the US and a further nine IA-58A Puccara COIN aircraft from domestic production. In June 1994, President Carlos Menem announced that he would abolish compulsory military service; currently there are some 18,000 conscripts who serve an average of 12 months in the forces. The move is reported to be unpopular with the military leadership who, although they favour an all-volunteer force, wish to introduce this over a four-to-five-year transitional period. The end of conscription will be highly popular in the country. During 1992, the Bolivian Army acquired 36 Chinese 122m Type-54 towed artillery pieces and the Air Force 18 Chinese 37mm type-65 AD guns. The Brazilian Air Force now has ten more AT-26 COIN aircraft, six more AMX FGA aircraft and four more in-flight refuelling tankers (four KC-137). The Navy has commissioned a fourth Inhauma-class frigate. There are reports that Brazil will buy a number of Russian shoulder launched SAM (SA-18). In Chile, the Navy has commissioned two more Micalvi-class coastal patrol craft with a fourth scheduled to commission in June 1994, and has acquired five P-3 Orion maritime reconnaissance aircraft and three more AS-322 ASW helicopters. The Air Force has retired more Hunter FGA - only ten are still in service - and has contracted to buy 25 Mirage 5 from Belgium. The Air Force has also received its first in-flight refuelling tankers, two Boeing 707 converted in Israel, as well as a number of Python short-range air-to-air missiles from Israel. The Colombian Army has formed an additional, thirteenth brigade and a fourth COIN brigade is planned. The Peruvian Navy has retired its three Abtao-class (US Mackerel) submarines and one Palacios-class (UK Daring) destroyer. Uruguay has retired 12 AT-33 and T-33A COIN aircraft. The Venezuelan Navy awaits US Congress approval for the lease of two Knox-class frigates later this year.

Карибский бассейн и Латинская Америка

   В этом году секция Карибского бассейна и Латинской Америки разделена на три региона: Карибский бассейн, Центральная Америка и Латинская Америка.
   Политические события
   На Гаити военный режим все еще находится под контролем, а президент Жан-Бертран Аристид остается в США. В августе 1993 года один из помощников Аристида был назначен премьер-министром, и Совет Безопасности ООН приостановил эмбарго на поставки оружия и нефти в страну. Однако насилие продолжалось, и в октябре, после голосования в ООН, силам, состоящим из американских инженеров и канадской конной полиции, не позволили высадиться на Гаити. ООН вновь ввела эмбарго на поставки оружия и нефти, которое было введено военно-морскими судами нескольких стран, но контрабанда через Доминиканскую границу серьезно подорвала эти усилия. Международное терпение явно на исходе. Ежегодная ассамблея Организации Американских Государств (ОАГ) в июне 1994 года, хотя некоторые страны выступали против военного вмешательства, некоторые открыто поддерживали его. Призыв США к ужесточению санкций был поддержан, и в итоговом коммюнике заметно отсутствовала приверженность мирному решению. Палата представителей США проголосовала за то, чтобы отозвать свою официальную просьбу к президенту Клинтону не применять силу. 31 июля 1994 года Совет Безопасности ООН разрешил многонациональным силам использовать "все необходимые средства" для содействия возвращению президента Аристида.
   Военные события
   В Карибском бассейне было мало военных событий. Кубинская армия претерпевает серьезную реорганизацию; численность личного состава была сокращена на 60 000 человек до примерно 85 000 человек, и в настоящее время она строится на бригадной, а не дивизионной основе. Эксплуатационными считаются не более 20% фронтовых боевых самолетов. Оборонный бюджет, как говорят, сокращается примерно на 50%.
   Политические события. Беспорядки и партизанская деятельность продолжают терзать регион.
   В Сальвадоре в марте 1994 года состоялись первые выборы, на которых в качестве политической партии выступал Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ). Правая партия "Арена" не смогла получить абсолютное большинство голосов в первом туре голосования, но обеспечила себе почти 70% голосов во втором туре в апреле. ФНОФМ утверждает, что обещанная земля для многих демобилизованных солдат и партизан еще не материализовалась. Кроме того, новая гражданская полиция, как и планировалось, не перешла под контроль военной полиции, и есть опасения, что некоторые "эскадроны смерти" все еще могут быть целы. Мандат миссии ООН в Сальвадоре (ONUSAL) теперь продлен до ноября 1994 года, и доклад ООН об убийстве нескольких высокопоставленных должностных лиц ФНОФМ в конце 1993 года теперь не будет представлен до конца июля 1994 года и, как ожидается, покажет, что "эскадроны смерти" все еще существуют.
   В марте 1994 года правительство Гватемалы и оппозиционная коалиция "национальное революционное объединение Гватемалы" подписали соглашение, которое может положить конец партизанскому конфликту. Соглашение включает обязательства по демобилизации; созданию комиссии по расследованию нарушений прав человека; и переговорам, ведущим к прочному мирному урегулированию к концу 1994 года. После заключения этого соглашения вновь вспыхнуло насилие, и после ряда убийств - в том числе председателя Конституционного суда - и нападений на иностранцев армия была поставлена во главе Службы внутренней безопасности. Переговоры правительства с ННГ начались вновь, на этот раз в Осло, в июне 1994 года. Кроме того, в июне Постоянный комитет Карибского сообщества и общего рынка (КАРИКОМ), собравшийся в Белизе, выразил обеспокоенность в связи с возобновлением территориальных претензий Гватемалы к Белизу. КАРИКОМ настоятельно призывает Гватемалу заключить договор о признании сухопутных и морских границ Белиза.
   В январе 1994 года в Южной мексиканской провинции Чьяпас произошло восстание, в ходе которого повстанческие силы Эхерсито Сапатиста де освобождение Насьональ (EZLN), утверждавшие, что они представляют уцелевших индейцев майя, захватили четыре города. Правительство быстро развернуло войска, отбило города, и сапатисты отступили в джунгли. Мирные переговоры начались в середине февраля, а в начале марта был согласован проект плана, охватывающий здравоохранение, жилье, образование и уважение к обществу. В том же месяце был убит кандидат в президенты от правящей институционально-революционной партии. Мирные переговоры возобновились в апреле, но в июне сапатисты отклонили проект плана, жалуясь на недостаточность земельной реформы и прав коренных народов и требуя изменения политической системы. Срыв выборов, намеченных на 21 августа 1994 года, исключен, но повстанцы надеются, что будет сформировано Временное правительство, которое разработает новую Конституцию.
   В Никарагуа в конце февраля 1994 года последний из повстанцев "Контрас" согласился сложить оружие и был амнистирован. В мае президент Виолетта Чаморро объявила, что генерал Ортега уйдет в отставку в феврале 1995 года.
   Военные события
   В Белизе начался вывод британского гарнизона, который должен быть завершен к концу 1994 года. К настоящему времени 900 из 1500 военнослужащих вернулись домой. Белизская армия увеличила свою численность на 300-900 человек. В Сальвадоре, военно-воздушные силы добавили самолета еще шесть O-2A в свой инвентарь. Мексиканские военно-морские силы ввели в строй четыре патрульных корабля класса Isla Coronada с дальностью хода 1200 миль и скоростью 30 узлов.
   Политические события
   Колумбия не менее жестока и нестабильна, несмотря на то, что в декабре 1993 года был обнаружен и убит в перестрелке с полицией Пабло Эскобар, ведущий наркобарон. Повстанцы Революционных вооруженных сил Колумбии (РВСК) продолжают свою кампанию антиправительственного насилия, и, по меньшей мере, десять кандидатов в Конгресс были убиты во время кампании, которая избрала Эрнесто Сампера, кандидата от правящей Либеральной партии, президентом. Наркокартели продолжают работать, а Amnesty International обвинила правительство и армию в причастности к массовым убийствам. Единственным обнадеживающим признаком стала сдача оружия примерно 600 повстанцами, принадлежащими к трем группам, которые были амнистированы. В мае 1994 года ВВС США прекратили наблюдение за Колумбией с помощью самолетов системы АВАКС и наземных радаров, что значительно повысило уровень перехвата самолетов, занимающихся незаконным оборотом наркотиков, за последние четыре года. Одной из причин такого закрытия является то, что колумбийские власти приняли политику сбивания самолетов без планов полетов. Власти США опасались, что они могут понести ответственность за ущерб, если предоставленная США информация будет считаться ответственной за смерть людей. Оптимизм, возникший в 1993 году по поводу того, что насилие в Перу подходит к концу, не оправдался. Партизанская война, проводимая Сендеро Луминосо ("Сияющий Путь"), возобновившаяся в сентябре и декабре 1993 года, стала свидетелем ряда нападений в Лиме. В настоящее время армия предпринимает то, что было описано как последнее наступление на Сендеро Луминосо примерно в 300 милях к северо-востоку от Лимы вдоль реки Уаллага.
   Достижения в области ядерного оружия и контроля над вооружениями
   Хотя Аргентина, Бразилия, Куба и Чили еще не присоединились к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), был предпринят ряд позитивных шагов. Бразильско-аргентинское агентство по учету и контролю ядерных материалов (АБАКК) было создано в июле 1992 года и к сентябрю 1993 года провело лишь немногим менее половины из 60 инспекций ядерных объектов, запланированных к завершению к концу 1993 года. В декабре 1991 года между правительствами двух стран, АБАКК и Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) было достигнуто соглашение, предусматривающее полномасштабные гарантии, которые поставляют ядерные материалы и установки под двусторонние (АБАКК) и международные (МАГАТЭ) гарантии. Хотя аргентинский Конгресс ратифицировал соглашение в августе 1992 года, только в сентябре 1993 года Палата депутатов Бразилии одобрила его, а затем Сенат в феврале 1994 года, и соглашение вступило в силу 4 марта 1994 года.
   Договор о запрещении ядерного оружия в Латинской Америке и Карибском бассейне, или договор Тлателолко, был призван создать зону, свободную от ядерного оружия, простирающуюся от американо-мексиканской границы до Антарктиды. Открытый для подписания в 1967 году, только 18 января 1994 года Аргентина и Чили подписали договор в отношении своих территорий. Бразилия присоединилась к договору 30 мая 1994 года, оставив Кубу единственной страной, к которой еще предстоит присоединиться, хотя она неоднократно заявляла, что присоединится, как только это сделают все остальные государства региона.
   Военные события
   ВВС Аргентины приобрели у США 32 самолета A-4M FGA и четыре самолета OA-4M FAC, а также еще девять самолетов IA-58A Puccara COIN отечественного производства. В июне 1994 года президент Карлос Менем объявил, что он отменит обязательную военную службу; в настоящее время насчитывается около 18 000 призывников, которые служат в Вооруженных силах в среднем 12 месяцев. Сообщается, что этот шаг непопулярен среди военного руководства, которое, хотя и выступает за создание полностью добровольческих сил, желает ввести его в течение четырех-пяти лет переходного периода. Окончание призыва в армию будет очень популярно в стране. В течение 1992 года боливийская армия приобрела 36 китайских 122-миллиметровых буксируемых артиллерийских орудий Type-54 и 18 китайских 37-миллиметровых орудий Type-65 AD. В настоящее время бразильские ВВС располагают еще десятью самолетами AT-26 COIN, шестью самолетами AMX FGA и четырьмя заправочными танкерами (четыре KC-137). Флот ввел в строй четвертый фрегат класса Inhauma. Есть сведения, что Бразилия закупит у России ряд плечовых пусковых установок ЗРК (СА-18). В Чили военно-морские силы ввели в строй еще два корабля береговой охраны класса Micalvi, четвертый из которых планируется ввести в строй в июне 1994 года, а также приобрели пять морских разведывательных самолетов P-3 Orion и еще три вертолета AS-322ASW. ВВС отправили в отставку больше Hunter FGA - только десять все еще находятся в строю - и заключили контракт на покупку 25 Mirage 5 из Бельгии. ВВС также получили свои первые заправочные танкеры в полете, два самолета Boeing 707, переделанные в Израиле, а также ряд ракет класса "воздух-воздух" малой дальности Python из Израиля. Колумбийская армия сформировала дополнительную, тринадцатую бригаду и планирует четвертую монетную бригаду. ВМС Перу вывели из строя три подводные лодки класса Abtao (US Mackerel) и один эсминец класса Palacios (британский Daring). Уругвай вывел 12 самолетов AT-33 и T-33A COIN. Военно-Морской Флот Венесуэлы ожидает одобрения Конгресса США на аренду двух фрегатов класса Knox в конце этого года.

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   BRAZIL (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   PERU (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

Sub-Saharan Africa

   This year the countries of Sub-Saharan Africa have been grouped geographically: Horn of Africa (including Djibouti, Somalia and Sudan, previously listed in The Military Balance under the Middle East); East Africa; Central Africa; West Africa; and Southern Africa.
   Africa has been the region of the world worst hit by violence over the last 12 months. Of the 30-plus civil wars currently being fought across the world, seven are in Sub-Saharan Africa. The only encouraging news is that few new major weapons systems have been acquired by African states, but when killing is usually accomplished by machine-gun, hand grenade or machete this is little consolation.
   Political and Strategic Developments
   Horn of Africa
   The civil war in northern Djibouti rumbles on with neither the government nor the Atar tribesmen of the Front for the Restoration of Unity and Democracy (FRUD) apparently making much effort to win the war. The government and the leader of FRUD, Muhammad Adoyta Youssouf, held talks on 11 and 12 June 1994 amid hopes that the long-standing dispute may yet be settled. To date, no military problems have emerged following Eritrea's independence from Ethiopia.
   While the level of violence in Somalia is much reduced, no permanent political solution to the crisis has been found and there is still no central government authority. In the north, Somaliland (controlling the territory of the former British Protectorate) continues as a separate, but unrecognised state without a UN presence, creating a potential problem for Somalia's reconstitution. The composition of the UN peacekeeping force (UNOSOM II) has changed radically over the last 12 months. In July 1993 it included a strong residual US presence and contingents from Belgium, France, Germany and Italy, all of which have now been withdrawn to be replaced by increased numbers of Indian troops and a large Pakistani contingent. The final withdrawal of US troops took place in some disarray. In October 1993, 15 US soldiers were killed and one taken prisoner when some helicopters were forced to land during a Special Forces operation. The small force was not relieved by other UN troops for 15 hours. In the previous two months, 15 other US soldiers had been killed in Mogadishu when newly arrived Rangers had attempted to capture General Aideed. US troops had been given the role of rapid-reaction force for UNOSOM, but remained under US rather than UN control, and by the end of March 1994 the US contingent had completely withdrawn. UN policy towards the warlords, and General Farah Aideed in particular, has changed and the mandate of UNOSOM redefined, no longer allowing the use of force to disarm the factions. UNOSOM's mandate was renewed on 1 June for a further four months, but the warring factions were warned that the mission would end if no progress were made in the peace talks. On 19 June clan leaders agreed to end the fighting in southern Somalia. A number of conferences aimed at producing a political solution have been held, but without positive results.
   The civil war in Sudan continues, rarely reported in the press and never portrayed on television screens. Slowly but surely government forces are subduing the opposition and taking control of territory. The Sudanese People's Liberation Army (SPLA) remains split between the forces of Colonel Garang, operating in Equitoria province in south-west Sudan, and Riak Machar, operating further to the east. Peace talks were held in Nairobi in March sponsored by Kenya, Uganda, Ethiopia and Eritrea without, as yet, any positive result.
   Central Africa
   One African problem which has, at long last, been satisfactorily solved is that of the Aouzou strip in northern Chad. In February 1994 the International Court of Justice ruled in favour of Chad in its dispute over the strip annexed by Libya in 1973. The Libyan government accepted the ruling and, supervised by the shortest-lived UN mission (UNASOG), withdrew from the Aouzou strip by the end of May 1994. However, Chad still suffers from its own internal dissension caused by rebel movements. These are the Committee of National Revival for Peace and Democracy (CSNPD), which operates in the south of the country; and the National Front of Chad (FNT), which clashed with the Army in January 1994 at the north-eastern town of Abeche.
   The dreadful events in Rwanda have tended to cause the massacres that took place earlier in Burundi to be forgotten. The assassination on 21 October 1993 of the President of Burundi, along with seven of his cabinet, led first to a wave of attacks on the Tutsi minority population by the Hutu majority. President Melchior Ndadaye, the first Hutu president, had been elected in June 1993. The killing of Tutsis was followed by attacks on Hutus backed by the Tutsi-led Army. Between 100,000 and 200,000 are estimated to have died in late 1993, and some 800,000 people are said to have fled the country to Rwanda, Tanzania and Zaire. Violence has continued virtually unabated throughout 1994. In April 1994, the US found it necessary to deploy marines to Burundi to evacuate US and other foreign nationals.
   The violent civil war in Rwanda between the mainly Tutsi Rwandan Patriotic Front (RPF) and the Hutu-led government came to a temporary end with the signing of the Arusha Peace Agreement in August 1993. The agreement provided for the establishment of a transitional government and for multi-party elections to be held in October 1995. The UN agreed in June 1993 to establish an observer mission (UNOMUR) on the Ugandan-Rwandan border, and this began to deploy in late August. During September, the OAU military observer group (NMOG) was expanded by troop reinforcements. In October 1993, the UN established the UN Assistance Mission for Rwanda (UNAMIR) which grew to an eventual strength of 2,500, including troops and observers, and the French force which had been sent to Rwanda in February 1993 was withdrawn. Initially UNAMIR was to establish a demilitarised zone in northern Rwanda between the forces of the two warring sides and set up a number of integrated training centres for their troops. However, the civil war re-erupted with unprecedented ferocity after the plane carrying the presidents of Rwanda and Burundi, both Hutus, was shot down over Kigali on 6 April 1994. Within days the RPF had reached the outskirts of Kigali where 11 Belgian UN soldiers were kidnapped and murdered. French and Belgian troops were sent to arrange and protect the evacuation of foreign nationals, but they and the majority of UNAMIR troops had withdrawn by mid-April, leaving only about 250 troops in Kigali to keep the airport open. By mid-May it was clear that strong reinforcements for UNAMIR were needed, but no Western countries and few African states were willing to commit troops. The UN Secretary-General, after obtaining pledges to commit troops from sufficient countries, was able to report to the Security Council at the end of May and his recommendations were approved on 8 June 1994. UNSC 925 authorised the deployment of 5,500 troops, but, at US insistence, only a proportion of these were to deploy immediately. The new mandate directed UNAMIR to protect refugees and other civilians at risk and provide support for humanitarian relief operations. It soon became clear that none of the promised contingents would be available for some weeks, if not months. France decided that unilateral action was essential and mounted Operation Turquoise. 2,000 French troops, supported by 300 from Senegal, began deployment into Zaire on 24 June, some crossing into Rwanda to establish protected areas for major concentrations of refugees. The UN had approved the French operation on 22 June, and authorised action under Chapter VII of the UN Charter for a period of two months.
   West Africa
   A cease-fire, agreed to at the peace talks held in Cotonou, Benin, came into effect in Liberia in August 1993. Although there have been frequent violations of the cease-fire, there has been no general resumption of the civil war. A fourth faction, the Liberian Peace Council (LPC), has emerged. The LPC, which is mainly Krahn, claims that the forces of George Taylor had been systematically breaking the cease-fire in their Grand Gedeh region from which they have now evicted Taylor's troops. The United Nations established an Observer Mission in Liberia (UNOMIL) in September 1993 with a mandate to: investigate reports of cease-fire violations; monitor compliance of the Cotonou peace agreement; observe and verify elections; develop a plan for demobilisation; and coordinate with the West African peace-keeping force (ECOMOG). ECOMOG troops and UNOMIL observers have now deployed across the country, except for the area controlled by the LPC which is not a party to the Cotonou agreement and has not yet declared a cease-fire.
   Touareg tribal rebels have continued to cause instability in both Mali and Niger. In Niger the Touaregs are fighting for autonomy and not independence, but the government and the opposition in Niamey are firmly opposed to any change in the country's constitution. A fresh dispute to develop in 1994 is that between Nigeria and Cameroon over the Bakassi peninsula, strategically placed at the mouth of Nigeria's Cross river. Nigerian troops moved into the peninsula in February 1994 ostensibly to protect the ethnic Nigerians living there. Both sides have built up their forces in the area, but so far there have been only localised incidents. Cameroon has taken the dispute to the International Court of Justice in the Hague. President Babangida, who annulled the June 1993 Nigerian elections won by Moshood Abiola, bowed to pressure from the armed forces and in August handed over power to Ernest Shonekan (who had headed the Transition Council) with General Sani Abacha, Head of the Armed Forces, as his deputy. In November 1993 General Abacha, who had strengthened his position by dismissing many senior officers who had supported Babangida, took control in a bloodless coup following civil disobedience and a series of strikes which culminated in rioting provoked by sharp fuel price increases. Despite promises of a return to democracy and plans for revising the Constitution, nothing has been achieved. In June 1994 Abiola, who had declared himself president, was arrested by the Army and is to be tried for treason. General Abacha is likely to remain in power so long as he can retain the support of the Army, as there is little likelihood of a coherent national opposition challenging him.
   Southern Africa
   The civil war in Angola has continued unabated over the last 12 months. On 27 June 1994, government and UNITA negotiators agreed an 18-point document on reconciliation. The next step is to agree how the peace plan is to be implemented, and a UN-drafted plan has been submitted as a basis for discussion. One point not yet settled is the status of Jonas Savimbi once reconciliation is achieved.
   In Mozambique, the process of confinement and demobilisation of both government and the Resistencia Nacional Mocambicana (Renamo) is proceeding slowly. It is anticipated that the demobilisation of Renamo troops will be completed by 15 July 1994, and that of government troops by mid-August. The high command of the new joint defence force was created in January 1994 with joint commanders from the government and Renamo. The first infantry battalion of the new army - the Mozambique Democratic Armed Forces (FADM), composed of equal numbers of former government and Renamo soldiers - completed its training at the beginning of June. The British team which has been assisting with the training of FADM units will now stay in Mozambique until October, and a total of 15 battalions are to be formed.
   The first multi-racial elections in South Africa, held in April 1994, produced what can be said to be a most favourable result. The African National Congress (ANC) received an overwhelming majority, but not as high as the 75% of the vote which would have allowed unilateral changes to be made to the Constitution. The Zulu Inkatha movement, which only joined in the election process at the last minute, secured sufficient votes to be awarded cabinet and government positions. Despite fears to the contrary, the elections took place with virtually no violence and the new government has been welcomed by all sectors of the country. South Africa has rejoined the Commonwealth and been re-admitted to the United Nations, which has lifted the final embargoes still in place against South Africa. South Africa also handed over the Walvis Bay enclave to Namibia on 28 February 1994.
   Military Developments
   There have been few military developments in those countries not beset by civil war. Any changes either in troop strength or weapons holdings in those countries are obviously of a temporary nature and, in any event, the full extent of such developments is not openly available. The Military Balance has been able to revise its entries for a number of Sub-Saharan countries mainly in West and Central Africa, but there have been no dramatic changes either to manpower strengths or weapons holdings. The IISS is unable to give a date for any individual acquisition. While most weapons acquisitions, particularly of naval ships or combat aircraft, receive some publicity in defence journals, there is no similar announcement when elderly and obsolete equipment is retired. No doubt some of the weapons listed in The Military Balance Sub-Saharan Africa section are no longer in service.
   A number of small increases in weapons holdings were revealed by the UN Register of Conventional Arms to which all members were to report their imports and exports. The following took place, unnoticed by the IISS, during 1992: Sudan received 18 130mm Type 59 from China (the total number of this gun held is 100, The Military Balance 1993-1994 listed only 27); Zimbabwe received 20 122mm RU-70 MRL from the Czech Republic (the total number held is 55, none were listed in 1993-94); Rwanda received six 122mm howitzer from Egypt; Botswana four ACVs from Israel; Nigeria four 130mm guns and five 122mm MRL from Romania; and Sierra Leone four APCs from Russia.
   It is too early to say how the South African Defence Force (SADF) will be reorganised, other than that units integrating SADF troops and men of the ANC military wing, Umkhontowe Sizwe (MK), will be formed. The new force is to be called the South African National Defence Force (SANDF). The SANDF is expected to take in some 30,000 men from other forces including 1,500 from the Azanian People's Liberation Army (APLA),but will return to itscurrent strength in about three years' time.
   The Navy is looking to acquire four 2,000-tonne frigates able to embark a medium helicopter, and to have an option for four more around 2005. A large number of bids were submitted and suppliers in Denmark, France, Spain and UK have been short-listed. With the lifting of the UN arms embargo, Armscor is hoping to double the value of its exports, which already go to over 30 countries who have ignored the ban.

Африка к югу от Сахары

   В этом году страны Африки к югу от Сахары были сгруппированы географически: Африканский Рог (включая Джибути, Сомали и Судан, ранее перечисленные в военном балансе под Ближним Востоком); Восточная Африка; Центральная Африка; Западная Африка; и Южная Африка.
   Африка была регионом мира, наиболее пострадавшим от насилия за последние 12 месяцев. Из более чем 30 гражданских войн, которые в настоящее время ведутся по всему миру, семь происходят в странах Африки к югу от Сахары. Единственной отрадной новостью является то, что африканские государства приобрели лишь несколько новых крупных систем вооружений, но когда убийства обычно совершаются с помощью пулемета, ручной гранаты или мачете, это мало утешает.
   Политические и стратегические события
   Африканский рог
   Гражданская война в Северной Джибути продолжается, и ни правительство, ни атарские племена фронта За восстановление единства и демократии (FRUD), по-видимому, не прилагают больших усилий для победы в войне. Правительство и лидер Фруд Мухаммад Адойта Юсуф провели переговоры 11 и 12 июня 1994 года в надежде на то, что давний спор все же может быть урегулирован. На сегодняшний день после обретения Эритреей независимости от Эфиопии никаких военных проблем не возникло.
   Хотя уровень насилия в Сомали значительно снизился, никакого постоянного политического решения кризиса найдено не было, и по-прежнему отсутствует центральная правительственная власть. На севере Сомали Сомалиленд (контролирующий территорию бывшего британского протектората) продолжает оставаться отдельным, но непризнанным государством без присутствия ООН, что создает потенциальную проблему для восстановления Сомали. За последние 12 месяцев состав миротворческих сил ООН (ЮНОСОМ II) радикально изменился. В июле 1993 года она включала в себя сильное остаточное присутствие США и контингенты из Бельгии, Франции, Германии и Италии, которые в настоящее время были выведены, чтобы быть замененными возросшим числом индийских войск и крупным пакистанским контингентом. Окончательный вывод американских войск прошел в некотором замешательстве. В октябре 1993 года 15 американских солдат были убиты и один взят в плен, когда несколько вертолетов были вынуждены приземлиться во время спецоперации. В течение 15 часов эти небольшие силы не сменялись другими войсками ООН. За последние два месяца в Могадишо были убиты еще 15 американских солдат, когда вновь прибывшие рейнджеры попытались захватить генерала Айдида. Американским войскам была отведена роль сил быстрого реагирования для ЮНОСОМ, но они оставались под контролем США, а не ООН, и к концу марта 1994 года американский контингент был полностью выведен. Политика ООН в отношении полевых командиров, и в частности генерала Фараха Айдида, изменилась, и мандат ЮНОСОМ был пересмотрен, что больше не позволяет применять силу для разоружения группировок. Мандат ЮНОСОМ был продлен 1 июня еще на четыре месяца, однако враждующие группировки были предупреждены о том, что миссия прекратит свою деятельность, если не будет достигнут прогресс в мирных переговорах. 19 июня лидеры кланов договорились прекратить боевые действия на юге Сомали. Был проведен ряд конференций, направленных на выработку политического решения, но без положительных результатов.
   Гражданская война в Судане продолжается, о ней редко сообщают в прессе и никогда не показывают на телевизионных экранах. Медленно, но верно правительственные силы усмиряют оппозицию и берут под свой контроль территорию. Народно-освободительная армия Судана (НОАС) по-прежнему разделена между силами полковника Гаранга, действующими в провинции Экватория на юго-западе Судана, и силами Риака Мачара, действующими дальше на восток. В марте в Найроби состоялись мирные переговоры, организованные Кенией, Угандой, Эфиопией и Эритреей, которые пока не принесли никаких положительных результатов.
   Центральная Африка
   Одной из африканских проблем, которая в конце концов была удовлетворительно решена, является проблема полосы Аузу на севере Чада. В феврале 1994 года Международный суд вынес решение в пользу Чада в его споре по поводу полосы, аннексированной Ливией в 1973 году. Ливийское правительство приняло это решение и под руководством самой короткой миссии ООН (УНАСОГ) к концу мая 1994 года покинуло сектор Аузу. Однако чад все еще страдает от собственных внутренних разногласий, вызванных повстанческими движениями. Это Комитет национального возрождения за мир и демократию (КНПД), который действует на юге страны; и Национальный фронт чада (НФН), который вступил в столкновение с армией в январе 1994 года в северо-восточном городе Абече.
   Ужасные события в Руанде привели к тому, что массовые убийства, имевшие место ранее в Бурунди, были забыты. Убийство 21 октября 1993 года президента Бурунди вместе с семью членами его кабинета привело сначала к волне нападений на меньшинство тутси со стороны большинства хуту. Президент Мельхиор Ндадайе, первый президент хуту, был избран в июне 1993 года. За убийством Тутси последовали нападения на хуту при поддержке армии, возглавляемой Тутси. По оценкам, в конце 1993 года погибло от 100 000 до 200 000 человек, а около 800 000 человек бежали из страны в Руанду, Танзанию и Заир. Насилие практически не ослабевало на протяжении всего 1994 года. В апреле 1994 года США сочли необходимым направить морскую пехоту в Бурунди для эвакуации американских и других иностранных граждан.
   Жестокая гражданская война в Руанде между руандийским патриотическим фронтом (РПФ), главным образом Тутси, и правительством, возглавляемым хуту, временно прекратилась после подписания Арушского мирного соглашения в августе 1993 года. Соглашение предусматривало создание переходного правительства и проведение многопартийных выборов в октябре 1995 года. В июне 1993 года ООН приняла решение о создании миссии наблюдателей (МООНПР) на угандийско-руандийской границе, которая начала развертываться в конце августа. В сентябре группа военных наблюдателей ОАЕ (НМОГ) была расширена за счет усиления войск. В октябре 1993 года ООН учредила миссию ООН по содействию Руанде (UNAMIR), численность которой в конечном итоге возросла до 2500 человек, включая военнослужащих и наблюдателей, а французские силы, которые были направлены в Руанду в феврале 1993 года, были выведены. Первоначально МООНПР должна была создать демилитаризованную зону на севере Руанды между силами двух воюющих сторон и создать ряд комплексных учебных центров для своих войск. Однако гражданская война вновь разразилась с беспрецедентной жестокостью после того, как 6 апреля 1994 года над Кигали был сбит самолет, на борту которого находились президенты Руанды и Бурунди-оба хуту. В течение нескольких дней РПФ достигла окраин Кигали, где были похищены и убиты 11 бельгийских солдат ООН. Французские и бельгийские войска были направлены для организации и защиты эвакуации иностранных граждан, но они и большинство войск МООНПР были выведены к середине апреля, оставив в Кигали только около 250 военнослужащих, чтобы сохранить аэропорт открытым. К середине мая стало ясно, что ЮНАМИР нуждается в сильном подкреплении, но ни одна из западных стран и лишь немногие африканские государства не были готовы предоставить войска. Генеральный секретарь ООН, получив обещания предоставить войска от достаточного числа стран, смог представить доклад Совету Безопасности в конце мая, и его рекомендации были одобрены 8 июня 1994 года. СБ ООН 925 санкционировал развертывание 5500 военнослужащих, но, по настоянию США, только часть из них должна была быть развернута немедленно. Новый мандат предписывал МООНПР защищать беженцев и других гражданских лиц, подвергающихся риску, и оказывать поддержку операциям по оказанию гуманитарной помощи. Вскоре стало ясно, что ни один из обещанных контингентов не будет доступен в течение нескольких недель, если не месяцев. Франция решила, что односторонние действия необходимы, и начала операцию "бирюза". 2 000 французских военнослужащих при поддержке 300 из Сенегала начали развертывание в Заире 24 июня, некоторые из них пересекли границу с Руандой, чтобы создать охраняемые районы для крупных скоплений беженцев. ООН одобрила французскую операцию 22 июня и санкционировала действия в соответствии с Главой VII Устава ООН сроком на два месяца.
   Западная Африка
   Соглашение о прекращении огня, достигнутое на мирных переговорах в Котону, Бенин, вступило в силу в Либерии в августе 1993 года. Несмотря на частые нарушения режима прекращения огня, общего возобновления гражданской войны не произошло. Появилась четвертая фракция - либерийский Мирный Совет (ЛПК). ЛПК, главным образом Крэн, утверждает, что силы Джорджа Тейлора систематически нарушали режим прекращения огня в своем районе Гранд-Геде, из которого они теперь выселили войска Тейлора. В сентябре 1993 года Организация Объединенных Наций учредила миссию наблюдателей в Либерии (МООНЛ) с мандатом: расследовать сообщения о нарушениях режима прекращения огня; следить за соблюдением мирного соглашения Котону; наблюдать и проверять ход выборов; разрабатывать план демобилизации; и координировать свои действия с западноафриканскими силами по поддержанию мира (ЭКОМОГ). Войска ЭКОМОГ и наблюдатели МООННГ в настоящее время развернуты по всей территории страны, за исключением района, контролируемого КЗК, который не является участником соглашения Котону и еще не объявил о прекращении огня.
   Повстанцы племени туарегов продолжают вызывать нестабильность как в Мали, так и в Нигере. В Нигере туареги борются за автономию, а не независимость, но правительство и оппозиция в Ниамее решительно выступают против любых изменений в конституции страны. В 1994 году вновь разгорелся спор между Нигерией и Камеруном по поводу полуострова Бакасси, стратегически расположенного в устье нигерийской реки Кросс. Нигерийские войска вошли на полуостров в феврале 1994 года якобы для защиты проживающих там этнических нигерийцев. Обе стороны сосредоточили свои силы в этом районе, но до сих пор имели место лишь локальные инциденты. Камерун передал этот спор в Международный суд в Гааге. Президент Бабангида, который отменил выборы в Нигерии в июне 1993 года, выигранные Мошудом Абиолой, поддался давлению со стороны Вооруженных сил и в августе передал власть Эрнесту Шонекану (который возглавлял переходный совет) с генералом Сани Абача, главой вооруженных сил, в качестве его заместителя. В ноябре 1993 года генерал Абача, который укрепил свои позиции, уволив многих старших офицеров, поддерживавших Бабангиду, взял власть в свои руки в результате бескровного переворота, последовавшего за гражданским неповиновением и серией забастовок, кульминацией которых стали беспорядки, спровоцированные резким повышением цен на топливо. Несмотря на обещания вернуться к демократии и планы пересмотра Конституции, ничего не было достигнуто. В июне 1994 года Абиола, объявивший себя президентом, был арестован армией и должен предстать перед судом за государственную измену. Генерал Абача, вероятно, останется у власти до тех пор, пока он сможет сохранить поддержку армии, поскольку существует мало вероятности того, что ему будет противостоять сплоченная национальная оппозиция.
   Юг Африки
   Гражданская война в Анголе продолжалась в течение последних 12 месяцев. 27 июня 1994 года участники переговоров между правительством и УНИТА согласовали документ из 18 пунктов о примирении. Следующий шаг заключается в согласовании того, как будет осуществляться мирный план, и в качестве основы для обсуждения был представлен проект плана ООН. Еще не решен вопрос о статусе Джонаса Савимби после достижения примирения.
   В Мозамбике процесс изоляции и демобилизации как правительства, так и национального сопротивления Мокамбикана (РЕНАМО) идет медленно. Предполагается, что демобилизация войск РЕНАМО будет завершена к 15 июля 1994 года, а правительственных войск - к середине августа. Верховное командование новых объединенных сил обороны было создано в январе 1994 года с участием совместных командиров из правительства и РЕНАМО. Первый пехотный батальон новой армии - мозамбикских демократических Вооруженных Сил (ФАДМ), в состав которого входило равное число солдат бывшего правительства и РЕНАМО, - завершил свою подготовку в начале июня. Британская группа, которая помогала в подготовке подразделений ФАДМ, теперь останется в Мозамбике до октября, и в общей сложности будет сформировано 15 батальонов.
   Первые межрасовые выборы в Южной Африке, состоявшиеся в апреле 1994 года, дали, можно сказать, самый благоприятный результат. Африканский национальный конгресс (АНК) получил подавляющее большинство голосов, но не столь высокое, как те 75% голосов, которые позволили бы внести односторонние изменения в Конституцию. Движение Зулу-Инката, которое присоединилось к избирательному процессу лишь в последнюю минуту, обеспечило себе достаточное количество голосов для назначения на должности в правительстве и Кабинете министров. Несмотря на опасения обратного, выборы прошли практически без насилия, и новое правительство приветствовали все слои населения страны. Южная Африка вновь присоединилась к Содружеству и была вновь принята в Организацию Объединенных Наций, которая сняла последние эмбарго, все еще действующие в отношении Южной Африки. Южная Африка также передала Намибии анклав Уолфиш-Бей 28 февраля 1994 года.
   Военные события
   В странах, не охваченных гражданской войной, было мало военных событий. Любые изменения в численности войск или запасах вооружений в этих странах, очевидно, носят временный характер, и в любом случае в полной мере о таких изменениях открыто не сообщается. Военный баланс был в состоянии пересмотреть свои позиции для ряда стран к югу от Сахары, главным образом в Западной и Центральной Африке, но не произошло никаких драматических изменений ни в численности личного состава, ни в запасах оружия. МИСИ не может указать дату какого-либо индивидуального приобретения. В то время как большинство приобретений оружия, особенно военно-морских кораблей или боевых самолетов, получают некоторую огласку в оборонных журналах, нет никакого подобного объявления, когда старое и устаревшее оборудование выводится. Несомненно, некоторые виды оружия, перечисленные в разделе "военный баланс в Африке к югу от Сахары", больше не используются.
   Регистр обычных вооружений ООН, в который все страны-члены должны были сообщать о своем импорте и экспорте, выявил ряд незначительных увеличений запасов оружия. В течение 1992 года произошло следующее, незамеченное МИС: Судан получил 18 130 мм Type 59 из Китая (общее число этих пушек составило 100, в военном балансе 1993-1994 годов значилось только 27); Зимбабве получил 20 122 мм RU-70 MRL из Чехии (общее число находившихся в распоряжении 55, ни одна не была указана в 1993-1994 годах); Руанда получила шесть 122 мм гаубиц из Египта; Ботсвана четыре ACV из Израиля; Нигерия-четыре 130-мм пушки и пять 122-мм МРЛ из Румынии; и Сьерра-Леоне-четыре БТР из России.
   Пока еще слишком рано говорить о том, как будут реорганизованы южноафриканские Силы обороны (САДФ), за исключением того, что будут сформированы подразделения, объединяющие войска САДФ и военнослужащих военного крыла АНК, Умхонтове Сизве (МК). Новые силы будут называться южноафриканскими Национальными силами обороны (САНДФ). Ожидается, что САНДФ примет около 30 000 человек из других сил, включая 1500 человек из Азанской Народно-освободительной армии (апла), но вернется к своей нынешней численности примерно через три года.
   Военно-морской флот планирует приобрести четыре 2000-тонных фрегата, способных взять на борт средний вертолет, и иметь возможность приобрести еще четыре примерно в 2005 году. Было подано большое количество заявок, и поставщики из Дании, Франции, Испании и Великобритании были включены в шорт-лист. С отменой эмбарго ООН на поставки оружия Armscor надеется удвоить стоимость своего экспорта, который уже идет в более чем 30 стран, проигнорировавших запрет.

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   NIGERIA (2)
   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

   0x01 graphic

Developments in the Field of Weapons of Mass Destruction

   This survey covers international nuclear and chemical weapons, and ballistic-missile developments that have taken place since June 1993. Changes in national nuclear and missile forces are recorded in the text preceding the relevant regional section and are reflected in the relevant national entry.
   Strategic Arms Reduction Talks (START)
   All five signatories of the May 1992 Lisbon Protocol to the START I Treaty have now ratified both the Protocol and the Treaty. Ukraine, the last to do so, finally ratified the Treaty on 3 February 1994. Belarus acceded to the Nuclear Non-Proliferation Treaty (NPT) in July 1993 and Kazakhstan in February 1994. Although Ukraine, by signing the Lisbon Protocol, committed itself to joining the NPT as a non-nuclear state (a commitment confirmed by President Kravchuk at the 14 January 1994 summit in Moscow and again during US Vice-President Al Gore's visit to Ukraine in May 1994), the Verkhovna Rada has not yet ratified Ukraine's accession. The new Ukrainian Prime Minister, Leonid Kuchma, has pointed out that' in 1995 the Treaty expires and enters a new stage. We will look at the issue again'. Russian exchange of its ratification of START will not be effected until Ukraine accedes to the NPT and thus the implementation of START and, most importantly, the verification of the elimination process cannot begin. Nevertheless, considerable numbers of strategic nuclear weapons have been eliminated in four of the five signatory states while a start has been made in the fifth, Belarus, to back-load its mobile SS-25 ICBM to Russia. All nuclear weapons are scheduled to be withdrawn from Belarus and Kazakhstan by the end of 1995. Details of these eliminations and transfers are given in the relevant regional sections.
   Elimination of Nuclear Weapons in the Former Soviet Republics
   A number of measures have been instituted to assist the four nuclear-armed republics of the former Soviet Union (FSU) with the elimination of nuclear weapons on their soil and with its cost. Other measures will compensate Belarus, Kazakhstan and Ukraine for the loss of nuclear material in the warheads returned to Russia for dismantlement and they will be given security assurances.
   In November 1991 the US Congress passed the Soviet Nuclear Threat Reduction Act, more commonly known as 'Nunn-Lugar' legislation and now officially called the Cooperative Threat Reduction (CTR) programme, which authorised $400 million in aid to assist the four republics with the safe and secure dismantlement of their nuclear weapons. Congress authorised a further $400m from the Defense Budget in both FY1993 and FY1994 for the same purpose. By February 1994, $91.4m had been spent, mainly on equipment required should an emergency arise and on protective blankets and storage containers. Projects still in the pipeline are likely to cost over $800m. Much of this will go to fund the destruction of missile silos and the elimination of silo and submarine-launched missiles, missile-armed submarines and rail-mobile launchers. All told the US will provide up to 10,000 containers for the safe transport and long-term storage of nuclear warheads and the plutonium and highly enriched uranium (HEU) taken from dismantled warheads.
   In a separate agreement, signed in January 1994, the US agreed to purchase some 500 tons of HEU as this is removed from nuclear warheads and after it has been converted into low enriched uranium (LEU) from Russia. The contract has a 20-year time frame and Russia will receive around $12 billion. The United States Enrichment Corporation (a government organisation) will be responsible for selling LEU both to US nuclear power stations and to other countries, thus incurring no cost to the US taxpayer. The US has invited a number of other countries to assist it with the cost of nuclear elimination in the former Soviet Union (FSU). The UK, for example, has earmarked ё35m for the provision of nuclear weapons containers and transport vehicles, and in May 1994 the first batch of 48 containers was delivered.
   On 14 January 1994 a summit meeting was held by Presidents Clinton, Yeltsin and Kravchuk in Moscow. Ukraine agreed to transfer 200 SS-18 and SS-24 nuclear warheads to Russia, and to remove all warheads from its 46 SS-24 ICBM by mid-November 1994. So far, 180 warheads have been transferred. In return Russia will supply Ukraine with fuel assemblies containing 100 tons of LEU for use in its nuclear power stations. The US is to provide Russia with an advance payment of $60m (from the funds due under the HEU contract). The US will also provide Ukraine with a minimum of $175m under the CTR programme.
   In respect of security assurances, Presidents Clinton and Yeltsin said that, once the START I Treaty entered into force and Ukraine had become a non-nuclear-state party to the NPT, the US and Russia would:
    Reaffirm their commitment to Ukraine, in accordance with the principles of the Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) Final Act, to respect the independence and sovereignty and the existing borders of the CSCE member-states and recognise that border changes can be made only by peaceful and consensual means; reaffirm their obligation to refrain from the threat or use of force against the territorial integrity or political independence of any state; and reaffirm that none of their weapons will ever be used except in self-defence or otherwise in accordance with the Charter of the United Nations;
    Reaffirm their commitment to Ukraine, in accordance with the principles of the CSCE Final Act, to refrain from economic coercion designed to subordinate to their own interest the exercise by another CSCE participating state of the rights inherent in its sovereignty and thus to secure advantages of any kind;
    Reaffirm their commitment to seek immediate UN Security Council action to provide assistance to Ukraine as a non-nuclear-weapon-state party to the NPT if Ukraine should become a victim of an act of aggression or the object of a threat of aggression in which nuclear weapons are used; and
    Reaffirm, in the case of Ukraine, their commitment not to use nuclear weapons against any non-nuclear-weapon state party to the NPT, except in the case of an attack on themselves, their territories or dependent territories, their armed forces, or their allies, by such a state in association or alliance with a nuclear weapons state.
   The Ukrainian president was told that the UK, the third depositary state of the NPT, would give Ukraine the same security assurances once it had become a non-nuclear-state party to the NPT.
   While the problem of disposing, safely and securely, of the HEU content of dismantled nuclear warheads has been satisfactorily solved, the far more substantial problem of disposing of weapons-grade plutonium (W-Pu) has not. It is estimated that the US and Russia will each have at least 50 tons of W-Pu to dispose of when START II is fully implemented. Unlike HEU, which can be readily blended with natural, depleted or (as the Russians are doing) slightly enriched uranium to form LEU, there is no similar solution for W-Pu. Degrading methods exist, but none is simple or cheap and all can be readily reversed by chemical processing. Theoretically it is possible to destroy W-Pu by fission in most conventional reactors, but the cost of fabricating fuel using cost-free W-Pu will be much higher than that fabricated from bought LEU, mainly because of the extra and costly precautions that would be necessary given plutonium's greater radiological toxicity. The resultant reactor-grade Pu would also, like all Pu fuel, have to be guarded lest it be diverted to weapons manufacture. A number of other disposal options have been mooted. The one that has received most attention is that of blending W-Pu with liquid high level waste prior to vitrification and disposal. This, however, is a costly operation with many technical difficulties. Other less realistic options include: subsea-bed burial; deep bore-hole storage; dilution in the open sea; and even shooting into the sun or solar orbit. All have differing substantial disadvantages such as cost, long-term environmental dangers and, in some cases, the possibility of W-Pu being recovered at a later stage. As the disposal of W-Pu is bound to take many years, or even decades, to complete, safe and secure storage will be the main priority. A final problem concerning W-Pu disposal will be Russia's unwillingness to dispose of valuable material which could possibly be used or sold to others for use as nuclear fuel.
   Nuclear Test Moratorium
   President Clinton has extended the moratorium on nuclear testing, instigated originally by President Bush on 1 October 1992, for a further year until the end of September 1995. This leaves a final window of opportunity for testing until the 1992 Energy and Water Development Appropriations Act-which stipulates that after 30 September 1996 no further tests are to take place unless a foreign state conducts a test - comes into force. The US moratorium precludes UK nuclear testing which takes place on US soil.
   The situation in France is less clear cut. President Mitterrand has made clear that there will be no more French nuclear testing during his presidency, which ends in May 1995. On the other hand, Prime Minister Edouard Balladur has said 'the government would not subscribe to any definitive test ban as long as it feels that testing is necessary for the technical credibility of its deterrent forces'. Nor did he see any contradiction between France resuming testing while participating in Comprehensive Test Ban Treaty (CTBT) negotiations.
   Russia maintains its testing moratorium, and in any event might find it difficult to find a test site now that the Kazakhstan site at Semipalatinsk has been closed and that Novaya Zemlya has become unacceptable to the environmental lobby as well as being opposed by neighbouring states.
   China, which never imposed a moratorium on itself, carried out two tests in the last 12 months. It has been assessed that the yield of the weapon exploded on 5 October 1993 was between 10 and 50 kilotons. That on 10 June may also have a yield of between 10 and 50KT. There was speculation after the first test that it was the first in a series of explosions to test a new generation of warheads needed for new missiles believed to be under development.
   At their Moscow summit on 14 January 1994, Presidents Clinton and Yeltsin announced that, from 30 May 1994, their strategic missiles would no longer be targeted. Targeting data have been removed from US Trident C40 and D5 SLBM and Peacekeeper ICBM, while, where this is not possible, Minuteman III ICBM have been reprogrammed to fall into the open ocean. Minuteman II ICBM have already had both their targeting and warhead components removed. It is not known which Russian missiles can be left without target data and which have been re-targetted to sea. On 15 February, UK Prime Minister John Major announced, during his visit to Moscow, that all British SLBM would be re-targetted towards the sea. A UK Ministry of Defence press release stated that 'the guidance computers on UK strategic missiles no longer hold targeting information, and the primary target assignments held in readiness for insertion into the missiles will be points in the open ocean'. Russia's strategic missiles are no longer targeted at the UK or US and vice versa.
   This is very much a political gesture as the targeting process can be restored, or the target changed, in a matter of minutes.
   Nuclear Non-Proliferation Treaty
   Five countries have acceded to the NPT since June 1993, the most important being the currently nuclear-armed states of Belarus and Kazakhstan. Armenia, Guyana and Mauritania have also acceded.
   NPT review conferences have been held every five years since the Treaty entered into force in March 1970. At the fifth or 25-year review it should be decided whether the Treaty is to continue in force indefinitely or is to be extended for a further fixed period. Two meetings have already been held by the Preparatory Committee (Prep Com) and two more are to be held before the review conference starts inNew York in mid-May 1995. Prep Com is concentrating on determining procedural issues such as dates, location, agenda and rules for the conference. Some issues not yet agreed concern the choice of conference chairman and whether the decision on extension is to be made by consensus or majority vote (although the Treaty stipulates majority vote).
   An important issue many NPT signatories want settled before they address the question of NPT extension is agreement on a Comprehensive Test Ban Treaty. Unsuccessful attempts were made at the 1990 review conference to make NPT extension conditional on the implementation of a CTBT. The issue is bound to be raised in 1995. Non-nuclear states see the lack of a CTBT as allowing declared nuclear states to continue to develop nuclear arsenals while they are denied the ownership of any nuclear weapons. The CTBT process is now under way, but whether it will be completed by 1995 is uncertain. If good progress is made before May 1995, then the lack of a CTBT may not block NPT extension.
   Another potentially serious issue for the NPT review is the question of the defacto nuclear states: Israel, India and Pakistan. It has been suggested that these states are more in need of a nuclear deterrent than were the two superpowers. None have joined the NPT and it is hard to envisage them acceding to the Treaty at present. India, which exploded a nuclear device in 1974 and is credited with having sufficient W-Pu to make over 50 warheads, believes that the NPT must be radically changed. It requires the Treaty to be universal and non-discriminatory, and to contain a deadline date for global nuclear disarmament. Prime Minister Rao has also ruled out India accepting any regional NPT arrangement. Pakistan has made a number of proposals for preventing the spread of nuclear weapons in South Asia including: the creation of a weaponsfree zone; the simultaneous (with India) accession to the NPT; and the simultaneous acceptance of International Atomic Energy Agency (IAEA) safeguards. Atthe sametime several members of the government have made it clear that Pakistan has both the know-how and components to assemble nuclear weapons and that it has no intention of halting its development programme, unless India does so too.
   Fissile Material Ban
   In September 1993 President Clinton, at the UN General Assembly (UNGA), proposed that an international treaty be negotiated to ban the production of W-Pu and HEU for use in nuclear weapons. The UNGA adopted its annual resolution calling for such a ban, for the first time, by consensus. The UNGA also passed Resolution 48/75L which called for negotiations'in the most appropriate forum' for a convention banning production. At the first session of the 1994 Geneva Conference on Disarmament (CD), the Canadian Ambassador was mandated to seek members' views and he reported, on 31 March, that while the majority of delegates considered CD to be the most appropriate forum, more discussion would be needed to achieve consensus. He hoped that discussion of the mandate for an ad hoc committee on a fissile material production ban could take place at the next session.
   President Bush had already announced, in mid-1992, that the US would no longer produce W-Pu or HEU for nuclear explosive purposes. In fact, US production of HEU had ended in 1966 and that of W-Pu in 1988. Russia is to stop production of W-Pu, which is produced by reactors at Krasnoyarsk and Tomsk, in late 1994.
   The US and Russia have recently agreed to allow inspection of each other's storage sites where plutonium from dismantled warheads is kept. This is the first time that inspection of fissile material has been allowed and it will permit the progress of warhead dismantlement to be monitored and provide confirmation that W-Pu is stored safely and securely.
   Comprehensive Test Ban Treaty
   At the end of 1993, the First Committee of the UN General Assembly approved a resolution advocating a global treaty banning all nuclear weapon tests. The resolution was supported by all five recognised nuclear weapons states. Following this, the 1994 CD opened in January and immediately re-established the Nuclear Test Ban Ad Hoc Committee. The Committee's mandate is to 'negotiate intensively a universal and multi-laterally and effectively verifiable comprehensive test ban treaty'. Two working groups have been set up: one to work on legal and institutional matters; the other on verification.
   Already a number oftreaty drafts have been submitted, notably by Sweden and Australia. The Ad Hoc Committee's chairman, Mexican Ambassador Marin-Bosch, is confident of producing a treaty ready for signature by mid-1995. There are, of course, a number of issues which may prove difficult to resolve. One concerns the definition of what the treaty is setting out to ban; China is keen to see so-called peaceful nuclear explosions (pre-planned explosions designed to assist in civil works projects) permitted, but others consider all explosions should be banned. The Chinese also believe that the treaty should include the commitment to a 'no first-use' policy, an issue not currently included in the nuclear policy of the other four nuclear-armed states. France and the United Kingdom would prefer to see 'safety' tests of nuclear weapons still permitted, albeit at a very low level. Finally there is the problem of verification: what body should be responsible? Who would pay for it? What access would it have to nationally collected data? The US view is that an international regime is necessary with a number of monitoring capabilities, including seismic monitoring stations, atmospheric sampling and on-site inspection. The second round of negotiations resumed on 16 May 1994. A body of scientific opinion believes that simulation can never totally replace the need to test new weapon designs.
   Proliferation: North Korea
   Throughout the last 12 months North Korea has continued its policy of promising compliance with the IAEA and then failing to deliver. Talks with South Korea over unification, high-level talks with the US to discuss nuclear issues and US-South Korean joint major exercises, and inspections by the IAEA have been 'on' and 'off with monotonous repetition. The 'carrot and stick' approach has been tried on several occasions with no success. Unfortunately, there are few carrots or sticks which can be advantageously offered or realistically threatened. The situation was made worse by the North's decision to start the replacement of fuel rods at its 5 megawatt reactor without IAEA supervision. The Director of the IAEA, Hans Blix, reported formally to the UN Secretary-General on 2 June 1994 that he was now unable to give assurances that North Korea had not diverted plutonium to a weapons programme.
   The IAEA believe that North Korea is expanding its reprocessing facility which could double production of W-Pu, but full inspection of the site has not been permitted. It had been estimated that with one reprocessing line, the North could produce sufficient W-Pu for four to five weapons by the end of 1994. The other main point of contention is North Korea's refusal to allow the IAEA to visit two waste storage sites whose inspection the IAEA now considers even more important, while the North Korean delegate to the IAEA in Vienna said, on 7 June, that North Korea would never allow their inspection. No new confirmed evidence has been revealed during the year to prove that North Korea is actively pursuing a weapons development programme, although the North's behaviour cannot but lead to that conclusion. A number of senior US officials, including CIA Director James Woolsey and Secretary of Defense William Perry, have clearly stated their belief that North Korea could have already produced a nuclear weapon, and that it has certainly acquired the fissile material necessary to produce between one and five nuclear weapons. As worrying, but this time undeniable, was North Korea's demonstration of its developing missile capability when a No-Dong IRBM with an estimated range of 1,000-1,300 km was successfully tested in May 1993. It is reliably reported that North Korea is also developing other missiles, sometimes referred to as Taepo-Dong, with longer ranges: l,500-3,500 km have been mentioned. The accuracy of any North Korea missile is likely to be poor, with a circular error probable (CEP) of over two kilometres, which points to the advantages that a nuclear warhead would provide.
   The UN, pressed by the US and strongly supported by South Korea and Japan (the two countries most threatened by any North Korean nuclear armed missile), is considering imposing sanctions on North Korea. Both the decision to impose sanctions, and the effectiveness of sanctions involving trade embargoes, are dependent on Chinese cooperation. It was hard to see how the dispute could be satisfactorily resolved, particularly while Kim II Sung was still alive. Nevertheless, the longer it remained unresolved, the deeper into an inescapable corner North Korea was being pushed, leaving it no option other than a massive climb-down and loss of face or submission to whatever sanctions were imposed. Then it would have had to face up to backing down over its threats to consider sanctions a declaration of war, or be stubborn enough to take some form of military action. It was not an encouraging situation. However, in June 1994 former US President Jimmy Carter visited North Korea and it was announced that there would be a summit meeting between the presidents of North and South Korea and that high-level talks between North Korea and the US on nuclear issues would be resumed. The death of President Kim II Sung on 8 July has inevitably caused these two events to be postponed.
   Chemical Weapons
   While the Chemical Weapon Convention (CWC) was signed by 130 states on the day it was opened for signature on 13 January 1993 (157 have now signed), only five have ratified the treaty (and four of these had ratified before July 1993). The treaty cannot come into force before 13 January 1995 at the earliest, but to do so it must have received 65 ratifications before 13 August 1994 (the treaty comes into force 180 days after the 65th ratification instrument is deposited). Governments therefore saw no urgency for early ratification. However, if the 13 January date isto be met, much action will be needed during the summer.
   The Organisation for the Prohibition of Chemical Weapons (OPCW) is to be established to ensure implementation of the treaty and to carry out verification. The Preparatory Commission for the OPCW has continued its work throughout the year. Progress has been made in all areas. 16 groups have been set up, five working on issues concerning OPCW internal arrangements and 11 on treaty aspects including: confidentiality; the chemical industry; verification; and challenge inspections.
   Ballistic Missiles
   The Missile Technology Control Regime (MTCR), established in 1987, is a grouping of nations committed to combatting the proliferation of ballistic missiles by voluntarily imposing export restrictions on equipment and technology that could contribute to missile production. Initially, the MTCR was concerned only with nuclear-armed missiles, but following the Gulf War its provisions were expanded to include any system excluding manned aircraft capable of delivering weapons of mass destruction (currently considered to be nuclear, chemical and biological). The regime covers all systems capable of carrying a 500kg payload over a distance of 300km.
   There are now 25 partners in the MTCR and a number of other countries, most recently Brazil and Ukraine, have committed themselves to abide by the criteria and standards of the regime when considering missile-related exports. The commitment by Ukraine is important as a number of former Soviet production plants for ICBM are located in Ukraine. These include the Dnepropetrovsk plant for assembling SS-18 and SS-24 ICBM, as well as satellite launching rockets, and plants producing missile-guidance systems.
   The MTCR states hold plenary meetings on an annual basis; the last being from 29 November to 2 December 1993 when a number of amendments regarding equipment and technology, to be implemented by 1 July 1994, were agreed. The next plenary is planned for October 1994.

Разработки в области оружия массового уничтожения

   Этот обзор охватывает международное ядерное и химическое оружие, а также разработки в области баллистических ракет, которые имели место с июня 1993 года. Изменения в национальных ядерных и ракетных силах фиксируются в тексте, предшествующем соответствующему региональному разделу, и отражаются в соответствующей национальной позиции.
   Переговоры по сокращению стратегических вооружений (СНВ)
   Все пять государств, подписавших в мае 1992 года Лиссабонский протокол к Договору СНВ-1, в настоящее время ратифицировали как протокол, так и договор. Украина, которая сделала это последней, окончательно ратифицировала Договор 3 февраля 1994 года. Беларусь присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) в июле 1993 года, а Казахстан - в феврале 1994 года. Хотя Украина, подписав Лиссабонский протокол, обязалась присоединиться к ДНЯО в качестве неядерного государства (это обязательство было подтверждено президентом Кравчуком на саммите 14 января 1994 года в Москве и вновь во время визита вице-президента США Эла Гора на Украину в мае 1994 года), Верховная Рада еще не ратифицировала присоединение Украины. Новый украинский премьер-министр Леонид Кучма отметил, что " в 1995 году договор истекает и вступает в новую стадию. Мы еще посмотрим на этот вопрос". Российский обмен ратификационными грамотами СНВ не будет осуществлен до тех пор, пока Украина не присоединится к ДНЯО, и поэтому осуществление СНВ и, самое главное, проверка процесса ликвидации не могут начаться. Тем не менее, значительное количество стратегических ядерных вооружений было ликвидировано в четырех из пяти подписавших договор государств, а в пятом, Беларуси, был начат перевод мобильной МБР SS-25 в Россию. Все ядерное оружие планируется вывести из Беларуси и Казахстана к концу 1995 года. Подробная информация об этих исключениях и перемещениях приводится в соответствующих региональных разделах.
   Ликвидация ядерного оружия в бывших советских республиках
   Был принят ряд мер по оказанию помощи четырем республикам бывшего Советского Союза, обладающим ядерным оружием, в ликвидации ядерного оружия на их территории и в снижении его стоимости. Другие меры позволят компенсировать Беларуси, Казахстану и Украине потерю ядерного материала в боеголовках, возвращенных России для демонтажа, и им будут предоставлены гарантии безопасности.
   В ноябре 1991 года Конгресс США принял Советский закон о сокращении ядерной угрозы, более известный как "закон Нанна-Лугара", а теперь официально именуемый программой совместного уменьшения ядерной угрозы, которая санкционировала выделение 400 миллионов долларов на оказание помощи четырем республикам в безопасном и надежном демонтаже их ядерного оружия. Конгресс санкционировал выделение еще 400 миллионов долларов из оборонного бюджета в 1993 и 1994 годах на те же цели. К февралю 1994 года было израсходовано $91,4 млн., главным образом на оборудование, необходимое в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также на защитные средства и контейнеры для хранения. Проекты, которые все еще находятся в стадии разработки, вероятно, будут стоить более 800 млн. долл. США, большая часть из которых пойдет на финансирование уничтожения ракетных шахт и ликвидацию шахтных и подводных ракет, подводных лодок с ракетным вооружением и железнодорожных мобильных пусковых установок. Всего США предоставят до 10 000 контейнеров для безопасной транспортировки и длительного хранения ядерных боеголовок, а также плутония и высокообогащенного урана (ВОУ), взятых из демонтированных боеголовок.
   В отдельном соглашении, подписанном в январе 1994 года, США согласились закупить около 500 тонн ВОУ по мере удаления его из ядерных боеголовок и после его переработки в низкообогащенный уран (НОУ) у России. Контракт рассчитан на 20 лет, и Россия получит около 12 миллиардов долларов. Американская корпорация по обогащению (правительственная организация) будет нести ответственность за продажу НОУ как американским атомным электростанциям, так и другим странам, что не будет нести никаких расходов для американских налогоплательщиков. США пригласили ряд других стран оказать им помощь в покрытии расходов на ликвидацию ядерного оружия в бывшем Советском Союзе (БСС). Великобритания, например, выделила 35 млн. фунтов стерлингов на поставку контейнеров для ядерного оружия и транспортных средств, и в мае 1994 года была поставлена первая партия из 48 контейнеров.
   14 января 1994 года в Москве состоялась встреча президентов Клинтона, Ельцина и Кравчука на высшем уровне. Украина согласилась передать России 200 ядерных боеголовок SS-18 и SS-24 и снять все боеголовки со своих 46 МБР SS-24 к середине ноября 1994 года. К настоящему времени было передано 180 боеголовок. Взамен Россия поставит Украине тепловыделяющие сборки, содержащие 100 тонн НОУ, для использования на своих атомных станциях. США должны предоставить России авансовый платеж в размере $60 млн (из средств, причитающихся по Контракту ВОУ). США также предоставят Украине минимум $175 млн в рамках программы CTR.
   Что касается гарантий безопасности, то президенты Клинтон и Ельцин заявили, что, как только договор СНВ-1 вступит в силу и Украина станет неядерным государством-участником ДНЯО, США и Россия:
   * Подтвердить свою приверженность Украине в соответствии с принципами Заключительного акта конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) уважать независимость и суверенитет и существующие границы государств-членов СБСЕ и признать, что изменение границ может быть осуществлено только мирными и консенсусными средствами; подтвердить свою обязанность воздерживаться от угрозы силой или ее применения против территориальной целостности или политической независимости любого государства; и вновь заявляют, что ни одно из их вооружений никогда не будет применено иначе, как в целях самообороны или иным образом в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций.;
   * Подтвердить свое обязательство перед Украиной, в соответствии с принципами Заключительного акта СБСЕ, воздерживаться от экономического принуждения, направленного на подчинение своим собственным интересам осуществления другим государством-участником СБСЕ прав, присущих его суверенитету, и тем самым обеспечить себе преимущества любого рода;
   * Вновь подтверждают свое обязательство добиваться немедленных действий Совета Безопасности ООН по оказанию помощи Украине как государству-участнику ДНЯО, не обладающему ядерным оружием, в случае, если Украина станет жертвой акта агрессии или объектом угрозы агрессии, в ходе которой будет применено ядерное оружие; и
   * Подтвердить в случае Украины свое обязательство не применять ядерное оружие против любого государства-участника ДНЯО, не обладающего ядерным оружием, за исключением случая нападения на них самих, их территории или зависимые территории, их вооруженные силы или их союзников со стороны такого государства в ассоциации или союзе с государством, обладающим ядерным оружием.
   Украинскому президенту было сказано, что Великобритания, третье государство-депозитарий ДНЯО, предоставит Украине те же гарантии безопасности, как только она станет неядерным государством-участником ДНЯО.
   В то время как проблема безопасного и надежного удаления ВОУ из демонтированных ядерных боеголовок была удовлетворительно решена, гораздо более существенная проблема удаления оружейного плутония (W-Pu) не была решена. Предполагается, что США и Россия будут иметь по меньшей мере 50 тонн W-Pu для утилизации, когда СНВ-2 будет полностью реализован. В отличие от ВОУ, который может быть легко смешан с природным, обедненным или (как это делают русские) слегка обогащенным ураном для образования НОУ, аналогичного решения для W-Pu не существует. Деградирующие методы существуют, но ни один из них не является простым или дешевым, и все они могут быть легко обращены с помощью химической обработки. Теоретически можно уничтожить W-Pu путем деления в большинстве обычных реакторов, но стоимость изготовления топлива с использованием бесплатного W-Pu будет намного выше, чем стоимость изготовления из купленного НОУ, главным образом из-за дополнительных и дорогостоящих мер предосторожности, которые были бы необходимы, учитывая большую радиологическую токсичность плутония. Полученный реакторный Pu также, как и все топливо Pu, должен быть защищен, чтобы его не перенаправили на производство оружия. Обсуждался ряд других вариантов утилизации. Тот, который получил наибольшее внимание, - это смешивание W-Pu с жидкими отходами высокого уровня перед витрификацией и удалением. Это, однако, дорогостоящая операция со многими техническими трудностями. Другие менее реалистичные варианты включают: захоронение под водой; хранение в глубоких скважинах; разведение в открытом море; и даже стрельба на солнце или солнечную орбиту. Все они имеют различные существенные недостатки, такие как стоимость, долгосрочные экологические опасности и, в некоторых случаях, возможность извлечения W-Pu на более позднем этапе. Поскольку утилизация W-Pu неизбежно займет много лет или даже десятилетий, чтобы завершить, безопасное и надежное хранение будет главным приоритетом. Последней проблемой, связанной с утилизацией W-Pu, будет нежелание России утилизировать ценные материалы, которые могут быть использованы или проданы другим лицам для использования в качестве ядерного топлива.
   Мораторий на ядерные испытания
   Президент Клинтон продлил мораторий на ядерные испытания, первоначально введенный президентом Бушем 1 октября 1992 года, еще на один год до конца сентября 1995 года. Это оставляет последнее окно возможностей для тестирования до тех пор, пока не вступит в силу закон об ассигнованиях на развитие энергетики и водоснабжения 1992 года, который предусматривает, что после 30 сентября 1996 года никакие дополнительные испытания не будут проводиться, если только иностранное государство не проведет испытания. Мораторий США исключает проведение Великобританией ядерных испытаний, которые проводятся на территории США.
   Ситуация во Франции менее ясна. Президент Миттеран ясно дал понять, что во время его президентства, которое заканчивается в мае 1995 года, французские ядерные испытания больше проводиться не будут. С другой стороны, премьер-министр Эдуард Балладур заявил, что "правительство не будет подписываться под каким-либо окончательным запретом на испытания до тех пор, пока оно считает, что испытания необходимы для обеспечения технической надежности его сил сдерживания". Он также не видит никакого противоречия между возобновлением Францией испытаний и участием в переговорах по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).
   Россия сохраняет мораторий на проведение испытаний и в любом случае может столкнуться с трудностями в поиске испытательного полигона теперь, когда казахстанский полигон в Семипалатинске закрыт и Новая Земля стала неприемлемой для экологического лобби, а также стала объектом противодействия со стороны соседних государств.
   Китай, который никогда не вводил моратория на себя, провел два испытания за последние 12 месяцев. Было установлено, что мощность оружия, взорвавшегося 5 октября 1993 года, составляла от 10 до 50 килотонн. Что 10 июня также может иметь мощность от 10 до 50 тыс. тонн. После первого испытания было высказано предположение, что это был первый взрыв в серии испытаний нового поколения боеголовок, необходимых для новых ракет, которые, как считалось, находились в стадии разработки.
   На своем московском саммите 14 января 1994 года президенты Клинтон и Ельцин объявили, что с 30 мая 1994 года их стратегические ракеты больше не будут нацеливаться. Данные о целеуказании были удалены с американских БРПЛ Trident C40 и D5 и МБР Peacekeeper, а там, где это невозможно, МБР Minuteman III были перепрограммированы для падения в открытый океан. У МБР Minuteman II уже были удалены как компоненты наведения, так и компоненты боеголовки. Неизвестно, какие российские ракеты могут остаться без данных о цели, а какие были вновь нацелены в море. 15 февраля премьер-министр Великобритании Джон Мейджор объявил во время своего визита в Москву, что все британские БРПЛ будут перенаправлены в сторону моря. В пресс-релизе министерства обороны Великобритании говорится, что "компьютеры наведения на Британских стратегических ракетах больше не содержат информацию о цели, и основными целевыми назначениями, находящимися в готовности к вводу в ракеты, будут точки в открытом океане". Стратегические ракеты России больше не нацелены на Великобританию или США и наоборот.
   Это во многом политический жест, поскольку процесс наведения на цель может быть восстановлен или цель может быть изменена в течение нескольких минут.
   Договор о Нераспространении Ядерного Оружия
   С июня 1993 года к ДНЯО присоединились пять стран, наиболее важными из которых являются в настоящее время обладающие ядерным оружием государства Беларусь и Казахстан. К ним присоединились также Армения, Гайана и Мавритания.
   Обзорные конференции по ДНЯО проводятся каждые пять лет с момента вступления договора в силу в марте 1970 года. В ходе пятого или 25-летнего обзора следует решить, будет ли договор продолжать действовать бессрочно или будет продлен еще на один фиксированный период. Подготовительный комитет уже провел два совещания (Prep Com), и еще два будут проведены до начала обзорной конференции в Нью-Йорке в середине мая 1995 года. Prep Com концентрируется на определении процедурных вопросов, таких как даты, место проведения, повестка дня и правила конференции. Некоторые еще не согласованные вопросы касаются выбора председателя Конференции и того, должно ли решение о продлении быть принято консенсусом или большинством голосов (хотя договор предусматривает большинство голосов).
   Важный вопрос, который многие участники ДНЯО хотят решить до того, как они решат вопрос о продлении действия ДНЯО, - это соглашение о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. На конференции 1990 года по рассмотрению действия договора были предприняты безуспешные попытки поставить продление ДНЯО в зависимость от осуществления ДВЗЯИ. Этот вопрос должен быть поднят в 1995 году. Неядерные государства рассматривают отсутствие ДВЗЯИ как разрешение заявленным ядерным государствам продолжать развивать ядерные арсеналы, в то время как им отказано во владении каким-либо ядерным оружием. В настоящее время идет процесс ДВЗЯИ, но будет ли он завершен к 1995 году, неизвестно. Если до мая 1995 года будет достигнут хороший прогресс, то отсутствие ДВЗЯИ не сможет заблокировать продление ДНЯО.
   Еще одним потенциально серьезным вопросом для рассмотрения действия ДНЯО является вопрос о ядерных государствах-нарушителях договора: Израиле, Индии и Пакистане. Высказывалось предположение, что эти государства больше нуждаются в ядерном сдерживании, чем две сверхдержавы. Ни один из них не присоединился к ДНЯО, и в настоящее время трудно представить, что они присоединятся к Договору. Индия, которая взорвала ядерное устройство в 1974 году и которой приписывают наличие достаточного количества W-Pu для изготовления более 50 боеголовок, считает, что ДНЯО должен быть радикально изменен. Он требует, чтобы договор был универсальным и недискриминационным и содержал крайний срок для глобального ядерного разоружения. Премьер-министр РАО также исключил возможность принятия Индией любого регионального соглашения по ДНЯО. Пакистан выдвинул ряд предложений по предотвращению распространения ядерного оружия в Южной Азии, включая: создание зоны, свободной от ядерного оружия; одновременное (с Индией) присоединение к ДНЯО; и одновременное принятие гарантий Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). В то же время несколько членов правительства ясно дали понять, что Пакистан располагает как ноу-хау, так и компонентами для сборки ядерного оружия и что он не намерен прекращать свою программу развития, если только Индия не сделает того же.
   Запрещении Производства Расщепляющегося Материала
   В сентябре 1993 года президент Клинтон на Генеральной Ассамблее ООН (ГА ООН) предложил заключить международный договор о запрещении производства W-Pu и ВОУ для использования в ядерном оружии. ГА ООН приняла свою ежегодную резолюцию, призывающую к такому запрету, впервые консенсусом. Кроме того, ГА ООН приняла резолюцию 48/75L, в которой содержался призыв к переговорам "на самом подходящем форуме" по Конвенции о запрещении производства. На первой сессии Женевской конференции по разоружению 1994 года канадскому послу было поручено запросить мнения членов, и 31 марта он сообщил, что, хотя большинство делегатов считают КР наиболее подходящим форумом, для достижения консенсуса потребуется больше дискуссий. Он надеется, что обсуждение мандата Специального комитета по запрещению производства расщепляющегося материала может состояться на следующей сессии.
   Президент Буш уже объявил в середине 1992 года, что США больше не будут производить W-Pu или ВОУ для ядерных взрывных целей. Фактически производство ВОУ в США закончилось в 1966 году, а производство W-Pu-в 1988 году. Россия должна прекратить производство W-Pu, который производят реакторы в Красноярске и Томске, в конце 1994 года.
   США и Россия недавно договорились разрешить инспектировать места хранения друг друга, где хранится плутоний из демонтированных боеголовок. Это первый раз, когда инспекция расщепляющегося материала была разрешена, и это позволит контролировать ход демонтажа боеголовок и обеспечить подтверждение того, что W-Pu хранится безопасно и надежно.
   Договор О Всеобъемлющем Запрещении Испытаний
   В конце 1993 года Первый комитет Генеральной Ассамблеи ООН одобрил резолюцию в поддержку глобального договора о запрещении всех испытаний ядерного оружия. Резолюция была поддержана всеми пятью признанными государствами, обладающими ядерным оружием. Вслед за этим в январе 1994 года открылась КР и сразу же был воссоздан специальный комитет по запрещению ядерных испытаний. Мандат Комитета состоит в том, чтобы "интенсивно вести переговоры по универсальному и многостороннему и эффективно проверяемому договору о всеобъемлющем запрещении испытаний". Были созданы две рабочие группы: одна для работы по правовым и институциональным вопросам; другая-по проверке.
   Уже был представлен ряд серьезных проектов, в частности Швецией и Австралией. Председатель специального Комитета посол Мексики Марин-Бош уверен, что к середине 1995 года договор будет готов к подписанию. Есть, конечно, ряд вопросов, которые могут оказаться трудными для решения. Один из них касается определения того, что договор запрещает; Китай стремится к тому, чтобы так называемые мирные ядерные взрывы (заранее запланированные взрывы, предназначенные для оказания помощи в проектах гражданских работ) были разрешены, но другие считают, что все взрывы должны быть запрещены. Китайцы также считают, что договор должен включать в себя обязательство проводить политику "отказа от первого применения" - вопрос, который в настоящее время не включен в ядерную политику других четырех государств, обладающих ядерным оружием. Франция и Соединенное Королевство предпочли бы, чтобы "безопасные" испытания ядерного оружия по-прежнему разрешались, хотя и на очень низком уровне. Наконец, существует проблема проверки: какой орган должен нести ответственность? Кто за это заплатит? Какой доступ она будет иметь к собранным на национальном уровне данным? По мнению США, необходим международный режим с рядом возможностей мониторинга, включая станции сейсмического мониторинга, отбор проб атмосферы и инспекцию на месте. Второй раунд переговоров возобновился 16 мая 1994 года. Многие ученые считают, что имитационное моделирование никогда не сможет полностью заменить необходимость испытания новых образцов оружия.
   Распространение: Северная Корея
   На протяжении последних 12 месяцев Северная Корея продолжала свою политику обещания соблюдения требований МАГАТЭ и затем не смогла выполнить их. Переговоры с Южной Кореей об объединении, переговоры на высоком уровне с США по ядерной проблематике и совместные крупные учения США и Южной Кореи, а также инспекции МАГАТЭ были "включены" и "выключены" с монотонным повторением. Подход "кнута и пряника" был испробован несколько раз, но безуспешно. К сожалению, существует мало Кнутов или пряников, которые можно выгодно предложить или реально угрожать. Ситуация усугубилась решением Севера начать замену топливных стержней на своем 5-мегаваттном реакторе без надзора МАГАТЭ. Директор МАГАТЭ Ханс Бликс официально доложил генеральному секретарю ООН 2 июня 1994 года, что теперь он не может дать гарантий того, что Северная Корея не перенаправила плутоний на программу вооружений.
   В МАГАТЭ считают, что Северная Корея расширяет свой перерабатывающий завод, который мог бы удвоить производство W-Pu, но полная инспекция объекта не была разрешена. Было подсчитано, что при наличии одной линии переработки Север мог бы производить достаточно W-Pu для четырех-пяти видов оружия к концу 1994 года. Другим главным аргументом является отказ Северной Кореи разрешить МАГАТЭ посетить два объекта по хранению отходов, инспекцию которых МАГАТЭ теперь считает еще более важной, в то время как делегат Северной Кореи в МАГАТЭ в Вене заявил 7 июня, что Северная Корея никогда не допустит их инспекцию. В течение года не было обнаружено никаких новых подтвержденных доказательств того, что Северная Корея активно осуществляет программу разработки оружия, хотя поведение Северной Кореи не может не привести к такому выводу. Ряд высокопоставленных должностных лиц США, включая директора ЦРУ Джеймса Вулси и министра обороны Уильяма Перри, четко заявили о своей уверенности в том, что Северная Корея уже могла произвести ядерное оружие и что она, безусловно, приобрела расщепляющийся материал, необходимый для производства от одного до пяти ядерных зарядов. Столь же тревожной, но на этот раз неоспоримой была демонстрация Северной Кореей своего развивающегося ракетного потенциала, когда в мае 1993 года была успешно испытана МБР No-Dong с расчетной дальностью 1000-1300 км. Достоверно известно, что Северная Корея разрабатывает и другие ракеты, иногда называемые Taepo-Dong, с большей дальностью действия: l,500-3, 500 км. Точность любой северокорейской ракеты, вероятно, будет низкой, с вероятностью круговой ошибки (CEP) более двух километров, что указывает на преимущества, которые могла бы обеспечить ядерная боеголовка.
   ООН, под давлением США и при решительной поддержке Южной Кореи и Японии (двух стран, которым больше всего угрожает любая северокорейская ядерная ракета), рассматривает возможность введения санкций в отношении Северной Кореи. И решение о введении санкций, и эффективность санкций, связанных с торговыми эмбарго, зависят от сотрудничества с Китаем. Трудно было представить, как можно было бы удовлетворительно разрешить этот спор, особенно при жизни Ким Ир Сена. Тем не менее, чем дольше она оставалась нерешенной, тем глубже в неизбежный угол загонялась Северная Корея, не оставляя ей иного выбора, кроме массированного спуска и потери лица или подчинения любым введенным санкциям. Тогда ей пришлось бы пойти на попятную из-за своих угроз считать санкции объявлением войны или проявить достаточно упрямства, чтобы предпринять какие-то военные действия. Это была не слишком обнадеживающая ситуация. Однако в июне 1994 года бывший президент США Джимми Картер посетил Северную Корею, и было объявлено, что состоится встреча на высшем уровне между президентами Северной и Южной Кореи и что переговоры на высоком уровне между Северной Кореей и США по ядерным вопросам будут возобновлены. Смерть президента Ким Ир Сена 8 июля неизбежно привела к тому, что эти два события пришлось отложить.
   Химическое оружие
   В то время как Конвенция по химическому оружию (КХО) была подписана 130 государствами в день ее открытия для подписания 13 января 1993 года (сейчас ее подписали 157 государств), только пять государств ратифицировали этот договор (и четыре из них ратифицировали его до июля 1993 года). Договор не может вступить в силу ранее 13 января 1995 года, но для этого он должен быть ратифицирован 65 государствами до 13 августа 1994 года (договор вступает в силу через 180 дней после сдачи на хранение 65-го ратификационного документа). Поэтому правительства не видят необходимости в скорейшей ратификации. Однако, если дата 13 января будет достигнута, в течение лета потребуется много действий.
   Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) должна быть создана для обеспечения выполнения договора и осуществления контроля. Подготовительная комиссия ОЗХО продолжала свою работу в течение всего года. Прогресс был достигнут во всех областях. Было создано 16 групп, пять из которых занимаются вопросами, касающимися внутренних договоренностей ОЗХО, а 11-договорными аспектами, включая конфиденциальность, химическую промышленность, проверку и инспекции по запросу.
   Баллистические ракеты
   Режим контроля за ракетными технологиями (РКРТ), созданный в 1987 году, представляет собой группу государств, приверженных борьбе с распространением баллистических ракет путем добровольного введения ограничений на экспорт оборудования и технологий, которые могут способствовать производству ракет. Первоначально РКРТ касалась только ракет с ядерным вооружением, но после войны в Персидском заливе ее положения были расширены и включали любые системы, за исключением пилотируемых самолетов, способных доставлять оружие массового уничтожения (в настоящее время считается ядерным, химическим и биологическим). Режим распространяется на все системы, способные нести 500 кг полезной нагрузки на расстояние до 300 км.
   В настоящее время в РКРТ насчитывается 25 партнеров, и ряд других стран, в частности Бразилия и Украина, обязались соблюдать критерии и стандарты режима при рассмотрении вопроса об экспорте ракетной продукции. Обязательство Украины является важным, поскольку ряд бывших советских заводов по производству МБР расположены в Украине. В их числе Днепропетровский завод по сборке МБР SS-18 и SS-24, а также ракет-носителей спутников и заводы по производству систем наведения ракет.
   Государства РКРТ проводят пленарные заседания на ежегодной основе; последнее - с 29 ноября по 2 декабря 1993 года, когда был согласован ряд поправок, касающихся оборудования и технологии, которые должны быть осуществлены к 1 июля 1994 года. Следующее пленарное заседание запланировано на октябрь 1994 года.

Other Arms-Control Developments

   This section provides a brief up-date on all arms-control matters, other than those concerning weapons of mass destruction (nuclear, chemical, biological and ballistic missiles) for the period June 1993 to July 1994.
   Conventional Armed Forces in Europe (CFE) Treaty
   The CFE Treaty came into force on 17 July 1992. By 17 November 1993 all signatory states were to have eliminated at least 25% of their reduction liability. Overall the reduction target is judged to have been met, except in the cases of Armenia and Azerbaijan. Some discrepancies were noted, but these have been considered misunderstandings and not deliberate violations. Verification inspections during the past 12 months have revealed no flagrant Treaty violations. In the months before CFE was signed in November 1990, the Soviet Union transported large numbers of treaty-limited equipment (TLE), including 16,400 tanks, 15,900 ACV and 25,000 pieces of artillery. Many of these were obsolete models. A proportion of this equipment was sent for storage to Kazakhstan and Uzbekistan. In June 1991, the USSR declared its intention to use roughly half the equipment to replace obsolete weapons in its eastern Military Districts (MD) and to store the remainder. Equipment would not be stored in unit mobilisation sets nor in a manner which would allow their rapid return to the Treaty area. Most of the equipment is stored unprotected in the open and its military value now must be doubtful. The Soviet Union also said it would eliminate some 16,000 weapons, mainly those replaced by equipment withdrawn from west of the Urals. By June 1994 formal notification of the destruction of 1,202 TLE had been given and of the planned destruction of 540 more. The ESS has no information on the type of TLE that has been destroyed or where destruction took place.
   Russia has raised, at the Joint Consultative Group and elsewhere, the question of altering the limits placed on the numbers of TLE which can be deployed in the flanking zones of the Treaty area on the grounds that, particularly on the southern flank, they are too small to meet Russia's security needs. The other Treaty signatories are opposed to any alteration to the Treaty, considering that allowing even one amendment would start a process which could eventually nullify the aim of the Treaty. In some respects Russian arguments about the changed strategic situation since the CFE Treaty was signed are grounded in genuine concerns. The CFE Treaty zone of application was divided into four overlapping zones, each with its own TLE limits. Article V of the Treaty superimposed a further set of TLE limits in areas considered to be on the flanks of each alliance. For the East, the northern flank purely consisted of the Leningrad MD, while the southern flank area comprised Bulgaria, Romania, the Odessa MD (now in Ukraine) and the Transcaucasus MD (now Georgia, Armenia and Azerbaijan), and all that is left to Russia is the North Caucasus MD. Before the break-up of the USSR, the Soviet Union would, without violating the Treaty, be able to station its troops anywhere in the four MDs. The TLE limits for the USSR on the flanks was 2,850 tanks, 2,600 ACV and 3,675 pieces of artillery. Russia's limit is 1,300 tanks (of which only 700 can be in active units), 1,380 ACV (580 in active units) and 1,680 (1,280 in active units) pieces of artillery. It is, of course, open to Russia under the terms of the Treaty to negotiate exchange TLE quotas within the countries originally forming the Warsaw Pact, but none appear willing to give up any of their quota to Russia. While Russia's main concern must be the unstable region in the Transcaucasus, it would welcome the ability to deploy more troops to the North Caucasus on account of the shortage of suitable accommodation for units withdrawn from Germany in the Moscow and Volga MDs where, for Treaty reasons, they must be located. In an attempt to meet Russian concerns, but without having to amend the Treaty, a number of proposals have been made. For instance, the 600 ACV allowed for internal security purposes could be concentrated in the Caucasus. Troops in the Caucasus could be equipped with the MT-LBT multi-purpose armoured tracked vehicle which is classified as an APC in the Leningrad MD but as 'look-alike' elsewhere. The boundaries of the Military Districts could be altered so that part of the Leningrad MD becomes, with Kaliningrad, the Baltic MD, and so is no longer in the designation flank zone, and transferring part of the North Caucasus MD to the Moscow and Volga MDs. Both Ukraine and Azerbaijan would also like to see the Treaty amended in their defence interests.
   During the year Armenia, which had not been able to do so earlier, declared its manpower limit of 32,682 army and air force personnel.
   'Open Skies' Treaty
   The Treaty on' Open Skies',which was signed by 27 North Atlantic Treaty Organisation (NATO) and former Warsaw Pact countries in March 1992, allows for a specified number of observation flights to be made over the territory of other signatories. Since June 1993, six further states (France, Georgia, Germany, Kyrgyzstan, Spain and the UK) have ratified the Treaty, but it cannot come into force until a further six do so. Meanwhile, a growing number of practice and training flight shave taken place. The US has brought into service three specially equipped planes for' Open Skies' designated OC-135. The apparent failure to ratify the Treaty by some states is blamed more on lack of parliamentary time than on any reluctance to do so.
   United Nations Register of Conventional Arms
   The first truly global arms-control transparency measure came into effect in 1993 when UN members were invited to report to the Secretary-General their imports and exports of certain types of military equipment (see The Military Balance 1993-1994, p. 248) during the previous calendar year together with details of the exporting and importing states. Reports are due by the end of April each year, but the experience of 1993 when many reports were submitted late (53 by 1 June, 80 by 11 October when the Secretary-General reported to the General Assembly) is being repeated in 1994. Only 69 countries had reported by 5 July. Of these, 21 are countries that did not report in 1993, thus, when the reporting process is closed, a far greater number of reports than in 1993 will have been submitted. The Secretary-General's report for 1993 is not expected to be published until August 1994, too late for analysis in this edition of The Military Balance. Of the 80 countries, out of a total UN membership of 180, who had reported to the UN by 20 October 1993:20 reported their imports, but had made no exports; seven reported their exports, but had had no imports; 17 reported both imports and exports; while the remaining 36 either reported that they had neither imported nor exported, or provided no information (i.e., did not formally report nil) which in most cases can be counted as a nil report. Of the top 20 arms importers in 1992 (according to the SIPRI Yearbook 1993), six (Iran, Saudi Arabia, Syria, ROC (Taipei), Thailand and the UAE) did not report. All of the top 14 arms exporters submitted reports.
   States were also invited to provide background information on their weapon inventories, and their procurement from national production. That the provision of background information was more voluntary than that of imports and exports was emphasised by not laying down clear instructions on how background information should be reported, with the inevitable result that the comprehensiveness of some reports is in doubt. (For example, was stored equipment included, or only that with active units?) Far fewer countries provided background information than reported exports and imports. In 1993, 15 countries gave both holdings and national production procurement and nine gave information on holdings only. A further nine countries provided background information which did not include data on either holdings or procurement. So far in 1994, 22 countries have provided background information on military holdings. In both reports of exports and imports and of background information some countries gave details of the name, designation and model of the equipment concerned, but most purely gave gross figures. There were several discrepancies between what was reported as exported and what was reported as imported.
   For the IISS the importance of the reports lies in their ability to verify the accuracy of The Military Balance. An analysis of imports and exports showed that 28 movements of military equipment had not previously been noted by the IISS. Of these, one contract was known of, but the date of transfer was not, and two concern the transfer of aircraft probably to and from overhaul and so are not true imports/exports. However, a number of the revealed imports were, for the importing country, significant force improvements. Cameroon was shown to have increased its artillery holdings by 50%; Nepal, its artillery and mortars by 200%; and Moldova its APC by 200% and artillery by nearly 50%. As might be expected those countries which provided the most detailed background information were countries which are traditionally open regarding military data. Of most interest to the IISS was the detailed background information reported by Brazil, Chile and Nicaragua; more or less the same pattern emerged when The Military Balance was checked against these. Naval data, including aviation and marines, were virtually 100% correct, air-force data were less accurate, but aircraft numbers were usually within 10% of those reported with The Military Balance always giving higher figures. Army equipment holdings were the least accurate, but there are several reasons for this. Far less publicity is given to ground-forces procurement when compared with the launch or commissioning of a naval ship or the introduction of a new type of aircraft. There are, of course, very many more types and numbers of equipments with ground forces then there are for aircraft and ships. On several occasions, The Military Balance still listed elderly equipments which had been scrapped without publicity. But caution is required in dealing with the data on some aspects as the reports to the UN may not have been comprehensive.
   A UN Group of Experts (comprising mainly diplomats and military officers) has been established to recommend ways to develop and improve the Register. They have received much advice from many sources which advocate: widening the Register by including extra categories of armaments; deepening it by requiring fuller descriptions of the equipments reported; revising it by altering the existing categories of armaments - for example, by lowering the tonnage threshold for naval warships; and clarifying it by desegregating missile launchers from missiles and by identifying the sort of missiles concerned (air-to-air, air-to-ground, surface-to-surface). However, this last may be opposed by several countries on the grounds that it will reveal how few, as opposed to how many, of certain missile types they have obtained. Importance is given to background information on weapon inventories and particularly on reporting procurement through national production. Solely reporting imports and exports is seen as discriminating against those countries which do not have a national production capability. The Group of Experts itself is concentrating, as a first priority, on the more modest goal of simply increasing the number of countries which report.
   Multilateral Export Controls
   The Coordinating Committee for Multilateral Export Controls (COCOM), which had, since 1949, managed the embargo of exports of military and dual-use equipment, plant and technology primarily to the Warsaw Pact and China, ended on 31 March 1994. Earlier COCOM members (NATO countries less Iceland, plus Japan and Australia) had agreed to establish a successor body with new guidelines more appropriate to the world's changed situation. As yet no agreement has been reached as to: what should be controlled; who would be members of what has come to be known as the New Forum; nor which countries should be proscribed (although some automatically propose themselves). The already postponed target date of October 1994 for establishing the successor regime looks unlikely to be met, although the design for a follow-on organisation has emerged. It is clear that a rather more complicated, but also more flexible rule book will be necessary than was the case for COCOM, where any member could veto another's export of restricted items.
   Anti-Ballistic Missile Treaty
   The Anti-Ballistic Missile Treaty (ABM), signed by the US and USSR in 1972, prohibited the deployment of nationwide missile defence and restricted ABM to one site only for each side with no more than 100 interceptors protecting either the national capital or an ICBM launch site. A number of agreements made later at the Standing Consultative Commission have been kept secret, but four (plus one concerning the 1971 Agreement on Measures to Reduce the Risk of Outbreak of Nuclear War) were declassified in 1993. Treaty review meetings are held every five years. The latest, in September 1993, was attended by Belarus and Ukraine as well as the US and Russia. While commitment to the Treaty was reaffirmed, no agreement was reached over the issue of successor states to the Soviet Union. ABM-relevant sites, including early-warning radars and missile test sites, are located in five republics of the former Soviet Union. In July 1993, the Clinton Administration announced that it endorsed the traditional, or narrow, interpretation of ABM which recognises that the Treaty prohibits 'the development, testing and deployment of sea-based, air-based, space-based and mobile land-based ABM systems and components without regard to the technology utilised'.
   The ABM Treaty was intended to avoid the possibility of a strategic offence-defence arms race and so help the process of limiting offensive missiles. The Strategic Defense Initiative (SDI) would clearly have violated the Treaty, as would the Bush Administration's less ambitious proposal for Global Protection Against Limited Strike. However, Theater Missile Defences (TMD) are not prohibited by ABM so long as they are not given the capabilities to counter strategic ballistic missiles (or anything that has the characteristics of a ballistic-missile flight trajectory). There is no agreed technical definition of an anti-tactical ballistic missile system (ATBM), but it is understood that the US interpreted this as one capable of intercepting an incoming missile with a speed of not more than 2-4 km per second at 40 km range. The US Administration includes in its ABM policy the need to specify a dividing line between ABM systems limited by the Treaty and those that are not.
   The growing proliferation of non-strategic ballistic missiles, while not threatening US territory, does threaten US allies and US forces overseas. Thus the US has proposed raising the upper limit on ATBM systems to make them capable of intercepting in-coming missiles with a speed of not more than 5 km per second (the calculated speed of a missile with about 3,000 km range). The Russians accepted the new limit, but only if interceptors were limited to a speed of 3km per second which, it is understood, would not effect THAAD, but might prevent development of the US Navy's Upper Tier system for deployment on Aegis ships which would have a speed in excess of 4 km per second. In early July, the US proposed a compromise which, while accepting the Russian restriction on land-based missiles and an interim limit on sea launched tests, would allow a higher interim testing limit of 5 km per second for air-launched interceptors. The Clinton Administration is committed to a negotiated agreement which it hopes to sign at the September summit, and will take no unilateral action.
   Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) The activities of the CSCE now focus increasingly on peacekeeping and preventive diplomacy while confidence-building measures have become a routine, with an additional set of measures adopted on 25 November 1993.
   The CSCE established a Permanent Committee which first met in December 1993. It is responsible for the day-to-day operational tasks of the CSCE. The Permanent Committee can take decisions on such matters as increasing the size of missions, approving their budgets, and extending their mandates. It meets on a weekly basis.
   In November 1993, the CSCE Forum for Security Cooperation adopted four documents covering future CSCE activity. The 'Programme of Military Contacts and Cooperation' is politically binding and came into force on 1 January 1994. It sets out the various modalities of contacts and cooperation which the CSCE advocates. 'Stabilizing Measures for Localized Crisis Situations' is a catalogue of measures which could be taken by the parties to a crisis including those requiring support from the CSCE. 'Principles Governing Conventional Arms Transfers' lists principles which CSCE states affirm they will take into account when deciding on arms transfers, and includes a commitment to provide information to the UN Register of Conventional Arms. 'Defence Planning' details the information to be exchanged annually (in addition to that contained in the Vienna Document annual exchange of military information). Additional information is to be provided under the headings: Defence Policy and Doctrine; Force Planning; Information on Previous Expenditure; and Information on Budgets.
   The CSCE continues to maintain missions to Estonia, Georgia, Moldova and Skopje and new missions have been established to Latvia in November 1993, and Tajikistan in December 1993. A further mission is to be established in Sarajevo to support the Bosnian Ombudsman and a decision has been taken to establish a mission in Ukraine. The CSCE also provides the CSCE/ EU Sanctions Coordinator who overseas the activities of seven Sanctions Assistance Missions which assist their host country with the implementation of UNSC resolutions 713,757,787 and 820 concerning embargoes and sanctions imposed on the former Yugoslav republics. The CSCE's Missions of Long Duration, set up in September 1992 in Kosovo, Sanjak and Vojvodina and withdrawn in June 1993 when Yugoslavia declined to extend the Memorandum of Understanding, have not been re-established, although they would undoubtedly play a useful role in these regions of potential instability. A CSCE Parliamentary Assembly Delegation visited Belgrade in June 1994and was told by the Speaker of the Yugoslav parliament's Chamber of Citizens that the return of the CSCE's missions there as a precondition for Yugoslavia's full participation in the CSCE was not acceptable. A planning group of military officers (Initial Operations Planning Group (IOPG)) has been established in Vienna to prepare the CSCE mission to Nagorno-Karabakh. The mission, which will not deploy until a permanent cease-fire is achieved, is organised on similar lines to UN observer missions. All preparations are complete, bar the assembly of manpower and procurement of stores. The composition of the mission is agreed, as is its requirement for transport, communications and so on, its operating budget and its deployment plan. The role of the IOPG could be seen as a precursor for a future permanent planning and staff cell for any further peacekeeping missions.
   The next CSCE Review Conference will be held in Budapest from 10 October to 2 December 1994. Working Groups are to be established to cover matters related to: conflict prevention and crisis management; security cooperation; human rights; and cooperation in the fields of economy, science, technology and the environment
   0x01 graphic

Другие Достижения в Области Контроля над Вооружениями

   В настоящем разделе приводится краткая обновленная информация по всем вопросам контроля над вооружениями, за исключением вопросов, касающихся оружия массового уничтожения (ядерных, химических, биологических и баллистических ракет), за период с июня 1993 года по июль 1994 года.
   Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ)
   ДОВСЕ вступил в силу 17 июля 1992 года. К 17 ноября 1993 года все подписавшие договор государства должны были ликвидировать по меньшей мере 25% своих обязательств по сокращению. В целом целевой показатель сокращения считается достигнутым, за исключением Армении и Азербайджана. Были отмечены некоторые несоответствия, но они рассматривались как недоразумения, а не преднамеренные нарушения. Проверочные инспекции за последние 12 месяцев не выявили никаких вопиющих нарушений Договора. За несколько месяцев до подписания ДОВСЕ в ноябре 1990 года Советский Союз перевез большое количество техники, ограниченной договором, включая 16 400 танков, 15 900 ББМ и 25 000 единиц артиллерии. Многие из них были устаревшими моделями. Часть этого оборудования была отправлена на хранение в Казахстан и Узбекистан. В июне 1991 года СССР заявил о намерении использовать примерно половину техники для замены устаревшего вооружения в своих восточных военных округах (ВВО) и хранения оставшейся части. Оборудование не будет храниться ни в мобилизационных комплектах подразделений, ни таким образом, который позволил бы им быстро вернуться в договорную зону. Большая часть оборудования хранится незащищенным на открытом воздухе, и его военная ценность теперь должна быть сомнительной. Советский Союз также заявил, что уничтожит около 16 000 единиц оружия, главным образом тех, которые будут заменены оборудованием, вывезенным с запада Урала. К июню 1994 года было получено официальное уведомление об уничтожении 1 202 TLE и о планируемом уничтожении еще 540 TLE. ESS не имеет никакой информации о типе TLE, который был уничтожен или где имело место разрушение.
   Россия подняла в рамках Совместной консультативной группы и в других местах вопрос об изменении пределов, установленных в отношении численности TLE, которые могут быть развернуты во фланговых зонах договорного района, на том основании, что, особенно на южном фланге, они слишком малы для удовлетворения потребностей России в области безопасности. Другие стороны, подписавшие договор, выступают против любых изменений в договоре, считая, что если допустить хотя бы одну поправку, то начнется процесс, который в конечном итоге может свести на нет цель договора. В некоторых отношениях российские аргументы по поводу изменившейся стратегической ситуации после подписания ДОВСЕ основаны на подлинной озабоченности. Зона применения ДОВСЕ была разделена на четыре перекрывающиеся зоны, каждая из которых имела свои собственные границы TLE. Статья V договора накладывала дополнительный набор ограничений TLE в областях, которые считались находящимися на флангах каждого альянса. Для Востока северный фланг состоял исключительно из Ленинградского ВО, в то время как южный фланг включал Болгарию, Румынию, Одесский ВО (ныне Украина) и Закавказский ВО (ныне Грузия, Армения и Азербайджан), и все, что осталось России - это Северо-Кавказский ВО. До распада СССР Советский Союз мог бы, не нарушая договора, разместить свои войска в любой точке четырех ВО. Лимит TLE для СССР на флангах составлял 2850 танков, 2600 ББМ и 3675 единиц артиллерии. Лимит России составляет 1300 танков (из которых только 700 могут быть в активных частях), 1380 ББМ (580 в активных частях) и 1680 (1280 в активных частях) единиц артиллерии. По условиям договора Россия, конечно, может вести переговоры об обмене квотами в рамках стран, первоначально входивших в Варшавский договор, но ни одна из них, похоже, не готова уступить России ни одной из своих квот. В то время как главной заботой России должен быть нестабильный регион в Закавказье, она приветствовала бы возможность развертывания большего количества войск на Северном Кавказе из-за нехватки подходящего жилья для подразделений, выведенных из Германии в Москве и Поволжье, где по договорным причинам они должны быть размещены. В попытке удовлетворить озабоченность России, но без внесения поправок в договор, был внесен ряд предложений. Например, 600 ББМ, разрешенных для целей внутренней безопасности, можно было бы сосредоточить на Кавказе. Войска на Кавказе могли бы быть оснащены многоцелевой бронированной гусеничной машиной МТ-ЛБТ, которая классифицируется как БТР в Ленинградском ВО, но как "двойник" в других местах. Границы военных округов можно было бы изменить таким образом, чтобы часть Ленинградского ВО стала, вместе с Калининградским, Балтийским ВО, и таким образом уже не входила в обозначение фланговой зоны, а передавалась часть Северо-Кавказского ВО Московскому и Приволжскому ВО. И Украина, и Азербайджан также хотели бы, чтобы договор был изменен в их оборонных интересах.
   В течение года Армения, которая ранее не могла этого сделать, объявила о своем ограничении в численности 32 682 военнослужащих армии и ВВС.
   Договор 'Открытое Небо'
   Договор по "открытому небу", подписанный 27 странами-членами Организации Североатлантического договора (НАТО) и бывшего Варшавского договора в марте 1992 года, допускает определенное число наблюдательных полетов над территорией других стран-участниц. С июня 1993 года договор ратифицировали еще шесть государств (Франция, Грузия, Германия, Кыргызстан, Испания и Великобритания), но он не может вступить в силу до тех пор, пока его не ратифицируют еще шесть государств. Между тем, все большее количество тренировочных полетов проходило в воздухе. США ввели в строй три специально оборудованных самолета для "открытого неба", обозначенных OC-135. Очевидная неспособность некоторых государств ратифицировать Договор объясняется скорее нехваткой парламентского времени, чем нежеланием сделать это.
   Регистр обычных вооружений Организации Объединенных Наций
   Первая по-настоящему глобальная мера транспарентности в области контроля над вооружениями вступила в силу в 1993 году, когда членам ООН было предложено представить генеральному секретарю отчет об их импорте и экспорте определенных видов военной техники (см. Военный баланс 1993-1994 годов, стр. 248) за предыдущий календарный год вместе с подробной информацией об экспортирующих и импортирующих государствах. Доклады должны представляться к концу апреля каждого года, но опыт 1993 года, когда многие доклады представлялись с опозданием (53 к 1 июня, 80 к 11 октября, когда Генеральный секретарь представлял доклады Генеральной Ассамблее), повторяется в 1994 году. К 5 июля об этом сообщили только 69 стран. Из них 21 страна не представила свои доклады в 1993 году, поэтому, когда процесс представления докладов будет завершен, будет представлено гораздо большее число докладов, чем в 1993 году. Доклад Генерального секретаря за 1993 год, как ожидается, будет опубликован лишь в августе 1994 года, что слишком поздно для анализа в настоящем издании Военного баланса. Из 80 стран-членов ООН, насчитывавших в общей сложности 180, которые представили свои доклады в ООН к 20 октября 1993 года: 20 сообщили об импорте, но не об экспорте; семь сообщили об экспорте, но не об импорте; 17 сообщили как об импорте, так и об экспорте; в то время как остальные 36 либо сообщили, что они не импортировали и не экспортировали, либо не представили никакой информации (т. е. формально не сообщили о нулевом показателе), что в большинстве случаев можно считать нулевым отчетом. Из 20 крупнейших импортеров оружия в 1992 году (согласно Ежегоднику SIPRI за 1993 год) шесть (Иран, Саудовская Аравия, Сирия, ОКР (Тайбэй), Таиланд и ОАЭ) не отчитались. Все 14 крупнейших экспортеров оружия представили отчеты.
   Государствам также было предложено представить справочную информацию о своих запасах оружия и об их закупках за счет национального производства. Тот факт, что предоставление справочной информации было более добровольным, чем предоставление информации об импорте и экспорте, подчеркивался отсутствием четких инструкций о том, как должна представляться справочная информация, что неизбежно приводило к тому, что полнота некоторых докладов ставилась под сомнение. (Например, было ли включено хранимое оборудование или только то, что с активными блоками?) Намного меньше стран представили справочную информацию, чем сообщили об экспорте и импорте. В 1993 году 15 стран представили информацию как о холдингах, так и о закупках национального производства, а девять стран представили информацию только о холдингах. Еще девять стран представили справочную информацию, которая не включала данные ни о запасах, ни о закупках. К настоящему времени в 1994 году 22 страны представили справочную информацию о военных запасах. Как в докладах об экспорте и импорте, так и в справочной информации некоторые страны приводили подробные сведения о наименовании, наименовании и модели соответствующего оборудования, но большинство из них приводили лишь общие цифры. Было несколько расхождений между тем, что сообщалось как экспортированное, и тем, что сообщалось как импортированное.
   Для МИСИ важность докладов заключается в их способности проверять точность военного баланса. Анализ импорта и экспорта показал, что 28 перемещений военной техники ранее не были отмечены МИСИ. Из них один контракт был известен, но дата передачи не была, а два касаются передачи самолетов, вероятно, до и после капитального ремонта и поэтому не являются истинным импортом / экспортом. Тем не менее, ряд выявленных импортных операций были для страны-импортера существенными улучшениями силы. Было показано, что Камерун увеличил свои артиллерийские запасы на 50%; Непал, его артиллерия и минометы на 200%; и Молдова его БТР на 200% и артиллерия почти на 50%. Как и следовало ожидать, те страны, которые предоставили наиболее подробную справочную информацию, были странами, которые традиционно открыты в отношении военных данных. Наибольший интерес для МИСИ представляла подробная справочная информация, представленная Бразилией, Чили и Никарагуа; более или менее такая же картина сложилась, когда военный баланс был сверен с ними. Военно-морские данные, включая авиацию и морскую пехоту, были практически на 100% правильными, военно-воздушные данные были менее точными, но число самолетов обычно было в пределах 10% от тех, которые сообщались с военным балансом, всегда давая более высокие цифры. Запасы армейской техники были наименее точными, но для этого есть несколько причин. Гораздо меньше внимания уделяется закупкам сухопутных войск по сравнению с запуском или вводом в эксплуатацию морского корабля или внедрением нового типа самолета. Есть, конечно, очень много других типов и количества оборудования с сухопутными войсками, чем есть для самолетов и кораблей. В нескольких случаях военный баланс все еще перечислял старое оборудование, которое было утилизировано без огласки. Однако необходимо проявлять осторожность при работе с данными по некоторым аспектам, поскольку доклады в ООН могут быть неполными.
   Была создана группа экспертов ООН (состоящая в основном из дипломатов и военных) для выработки рекомендаций относительно путей развития и совершенствования регистра. Они получили много советов из многих источников, которые выступают за: расширение регистра путем включения дополнительных категорий вооружений; углубление его путем требования более полных описаний оборудования, о котором сообщается; пересмотр его путем изменения существующих категорий вооружений - например, путем снижения порога тоннажа для морских военных кораблей; и уточнение его путем десегрегации ракетных пусковых установок от ракет и определения типа соответствующих ракет (воздух-воздух, воздух-земля, поверхность-поверхность). Однако этому последнему могут воспротивиться несколько стран на том основании, что он покажет, как мало, в отличие от того, сколько, определенных типов ракет они получили. Важное значение придается справочной информации о запасах оружия и, в частности, отчетности о закупках за счет национального производства. Исключительно отчетность об импорте и экспорте рассматривается как дискриминация в отношении тех стран, которые не имеют национального производственного потенциала. Сама группа экспертов в качестве первоочередной задачи сосредоточивает свое внимание на более скромной цели простого увеличения числа стран, которые представляют доклады.
   Многосторонний Экспортный Контроль
   Координационный комитет по многостороннему экспортному контролю (КОКОМ), который с 1949 года руководил эмбарго на экспорт военного и двойного назначения оборудования, установок и технологий, главным образом в страны Варшавского договора и Китай, прекратил свою деятельность 31 марта 1994 года. Ранее члены КОКОМ (страны НАТО, за исключением Исландии, плюс Япония и Австралия) договорились о создании органа-преемника с новыми руководящими принципами, более соответствующими изменившейся ситуации в мире. До сих пор не достигнуто согласия относительно того, что должно контролироваться; кто станет членами того, что стало известно как новый форум; и какие страны не должны быть запрещены (хотя некоторые автоматически предлагают себя). Уже перенесенный на октябрь 1994 года срок установления режима преемника представляется маловероятным, хотя уже наметился план создания последующей организации. Очевидно, что потребуется гораздо более сложный, но и более гибкий свод правил, чем в случае с COCOM, где любой член может наложить вето на экспорт запрещенных товаров другим членом.
   Договор О Противоракетной Обороне
   Договор по противоракетной обороне (про), подписанный США и СССР в 1972 году, запрещал развертывание национальной противоракетной обороны и ограничивал ПРО только одним объектом для каждой стороны, имея не более 100 перехватчиков, защищающих либо столицу страны, либо место запуска МБР. Ряд соглашений, заключенных позднее на постоянной Консультативной комиссии, были засекречены, но четыре (плюс одно, касающееся соглашения 1971 года О мерах по снижению риска начала ядерной войны) были рассекречены в 1993 году. Совещания по рассмотрению действия договоров проводятся каждые пять лет. В последнем, в сентябре 1993 года, приняли участие Беларусь и Украина, а также США и Россия. Хотя приверженность договору была подтверждена, не было достигнуто никакого соглашения по вопросу о государствах-преемниках Советского Союза. Соответствующие объекты ПРО, включая РЛС раннего предупреждения и ракетные полигоны, расположены в пяти республиках бывшего Советского Союза. В июле 1993 года администрация Клинтона объявила, что она поддерживает традиционное или узкое толкование про, которое признает, что договор запрещает "разработку, испытание и развертывание систем и компонентов ПРО морского, воздушного, космического и наземного базирования без учета используемых технологий".
   Договор по ПРО был призван предотвратить возможность стратегического нападения-гонки оборонительных вооружений и таким образом помочь процессу ограничения наступательных ракет. Стратегическая оборонная инициатива (SDI) явно нарушила бы договор, как и менее амбициозное предложение администрации Буша о глобальной защите от ограниченного удара. Однако противоракетная оборона театра военных действий (ПРО) не запрещена ПРО до тех пор, пока ей не даны возможности противодействия стратегическим баллистическим ракетам (или всему, что имеет характеристики траектории полета баллистической ракеты). Согласованного технического определения системы противоракетной обороны (СПРО) не существует, но понятно, что США трактуют ее как систему, способную перехватывать приближающуюся ракету со скоростью не более 2-4 км в секунду на дальности 40 км. Администрация США включает в свою политику по ПРО необходимость определения разделительной линии между системами ПРО, ограниченными договором, и теми, которые таковыми не являются.
   Растущее распространение нестратегических баллистических ракет, хотя и не угрожает территории США, все же угрожает союзникам США и силам США за рубежом. Так, США предложили повысить верхний предел по системам ТПРО, чтобы сделать их способными перехватывать приближающиеся ракеты со скоростью не более 5 км в секунду (расчетная скорость ракеты с дальностью около 3000 км). Русские приняли новое ограничение, но только в том случае, если бы скорость перехватчиков была ограничена 3 км в секунду, что, понятно, не повлияло бы на THAAD, но могло бы помешать развитию системы верхнего эшелона ВМС США для развертывания на кораблях Aegis, которые имели бы скорость свыше 4 км в секунду. В начале июля США предложили компромисс, который, принимая российское ограничение на ракеты наземного базирования и временное ограничение на испытания на море, позволил бы увеличить промежуточный предел испытаний на 5 км в секунду для воздушных перехватчиков. Администрация Клинтона привержена переговорному соглашению, которое она надеется подписать на сентябрьском саммите, и не будет предпринимать никаких односторонних действий.
   Конференция по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) в настоящее время деятельность СБСЕ все больше сосредоточивается на миротворчестве и превентивной дипломатии, в то время как меры укрепления доверия стали обычным делом, и 25 ноября 1993 года был принят дополнительный комплекс мер.
   СБСЕ учредил Постоянный комитет, который впервые собрался в декабре 1993 года. Он отвечает за повседневные оперативные задачи СБСЕ. Постоянный комитет может принимать решения по таким вопросам, как увеличение численности миссий, утверждение их бюджетов и продление их мандатов. Он собирается еженедельно.
   В ноябре 1993 года Форум СБСЕ по сотрудничеству в области безопасности принял четыре документа, охватывающих будущую деятельность СБСЕ. "Программа военных контактов и сотрудничества" является политически обязательной и вступила в силу 1 января 1994 года. В нем излагаются различные формы контактов и сотрудничества, за которые выступает СБСЕ. "Стабилизационные меры для локализованных кризисных ситуаций" - это перечень мер, которые могут быть приняты сторонами в кризисе, включая меры, требующие поддержки СБСЕ. "Принципы, регулирующие передачу обычных вооружений" перечисляет принципы, которые государства СБСЕ подтверждают, что они будут принимать во внимание при принятии решений о поставках вооружений, и включает обязательство предоставлять информацию в Регистр обычных вооружений ООН. "Оборонное планирование" детализирует информацию, подлежащую ежегодному обмену (в дополнение к информации, содержащейся в Венском документе "ежегодный обмен военной информацией"). Дополнительная информация должна быть представлена по следующим разделам: оборонная политика и доктрина; планирование Сил; информация о предыдущих расходах; и информация о бюджетах.
   СБСЕ продолжает осуществлять миссии в Эстонию, Грузию, Молдову и Скопье, а в ноябре 1993 года были созданы новые миссии в Латвию и в декабре 1993 года - в Таджикистан. Еще одна миссия будет создана в Сараево для оказания поддержки боснийскому омбудсмену, и было принято решение о создании миссии в Украине. СБСЕ также предоставляет координатору СБСЕ/ЕС по санкциям, который контролирует деятельность семи миссий по оказанию помощи в связи с санкциями, оказывающих помощь принимающей стране в осуществлении резолюций 713 757 787 и 820 СБ ООН, касающихся эмбарго и санкций, введенных в отношении бывших югославских республик. Продолжительные миссии СБСЕ, созданные в сентябре 1992 года в Косово, санджаке и Воеводине и выведенные в июне 1993 года, когда Югославия отказалась продлить меморандум о взаимопонимании, не были восстановлены, хотя они, несомненно, сыграли бы полезную роль в этих регионах потенциальной нестабильности. Делегация Парламентской ассамблеи СБСЕ посетила Белград в июне 1994 года и была проинформирована спикером Палаты граждан югославского парламента о том, что возвращение миссий СБСЕ туда в качестве предварительного условия для полного участия Югославии в СБСЕ неприемлемо. Для подготовки миссии СБСЕ в Нагорный Карабах в Вене была создана группа планирования в составе военных офицеров (группа планирования первоначальных операций (МОПГ)). Миссия, которая не будет развернута до тех пор, пока не будет достигнуто постоянное прекращение огня, организована по аналогии с миссиями наблюдателей ООН. Все приготовления завершены, за исключением сбора рабочей силы и закупки запасов. Согласован состав миссии, а также ее потребности в транспорте, связи и т.д., Ее оперативный бюджет и план развертывания. Роль МОПГ можно рассматривать как предшественницу будущей постоянной группы по планированию и персоналу для любых последующих миссий по поддержанию мира.
   Следующая обзорная конференция СБСЕ состоится в Будапеште с 10 октября по 2 декабря 1994 года. Будут созданы рабочие группы для рассмотрения вопросов, связанных с предотвращением конфликтов и кризисным регулированием; сотрудничеством в области безопасности; правами человека; и сотрудничеством в области экономики, науки, техники и окружающей среды.
   0x01 graphic

Peace-keeping Operations

   It has been a year of mixed results for UN peacekeeping operations. The apparent success of UNTAC in Cambodia, whose mission ended on 26 September 1993, has been marred somewhat by divisions within the government, the continued anti-government operations of the Khmer Rouge and the effective resurgence of the civil war. On 11 October 1993, the UN Mission in Haiti (UNMIH) was prevented from landing and has still not been deployed, leading to the view that a military invasion followed by a very much larger peacekeeping force may be needed to remove the military junta. In Somalia, the withdrawal of US forces was followed by that of all the major European contingents. Pakistan's contribution of a force of 7,150 to UNOSOM is now the largest single national contingent in any UN peacekeeping force. The largest peacekeeping operation remains UNPROFOR in the republics of the former Yugoslavia. At the end of June 1994 UNPROFOR's strength, including civilian staff and police, was 40,000 against an authorised establishment of 50,400. The main events which have affected UNPROFOR's operations are described on pp. 73,74,273. Three more UN missions have been established in Georgia, Liberia and Rwanda. The transitions experienced by the last of these, UNAMIR, are described on pp. 224, 225, 272.
   In New York, the Department of Peacekeeping Operations (DPKO) has been reorganised and the military element substantially reinforced. The DPKO now has two main offices: Planning and Support; and Operations. Planning and Support comprises two divisions: Planning, which also covers civil police matters, demining and training; and Field Adminstration and Logistics, formerly the Field Operations Division of the Department of Administration and Management and now more correctly placed in the DPKO, which has sections responsible for finance, logistics and communications, and personnel matters. Operations is divided regionally with divisions responsible for peacekeeping missions in: Europe and Latin America; Asia and the Middle East; and Africa. The nearly 100 military officers are deployed throughout the DPKO, mainly in the Situation Centre, the Logistics and Communications Service and as support teams for ONUMOZ, UNAVEM, UNOMIL, UNOSOM and UNPROFOR in the Office of Operations. There have been a number of developments which will greatly improve the smooth running of peacekeeping operations. The Situation Centre, which has been greatly strengthened, has moved to the UN Secretariat building allowing closer coordination with the departments of Political and Humanitarian Affairs. Its electronic equipment has been upgraded and staff procedures introduced. A separate but co-located UN Crisis Centre is being established to support all UN agencies, not just the DPKO. Two long-standing UN customs have been abandoned. The need for planning is now accepted as essential and a team often officers are now employed on planning both in generic terms and for specific potential missions. Intelligence is no longer a UN taboo. As peace operations become more complex it has been realised that information collection on a wide range of topics (terrain, communications, personalities as well as military forces) is essential if, for example, humanitarian relief operations such as in Bosnia and Somalia are to be successful.
   The team set up to examine the principles for establishing UN stand-by forces has completed its report. On the basis of this, member-states were invited to inform the Secretary-General of the forces and other capabilities they would have available at an agreed state of readiness should they contribute to a peacekeeping operation. By the end of June 1994, 21 member-states had confirmed their willingness to provide stand-by forces, totalling some 3 0,000. A further 27 states are expected to make contributions which would raise the numbers potentially available to some 70,000. It is the intention to maintain an up-to-date list of stand-by forces so that the composition of new peacekeeping forces can be agreed at an early stage. Experience has shown that the two main problems facing the establishment of a new peacekeeping force are the provision of technical and specialist units and troops, and the time needed to prepare troops for deployment. The stand-by force principle should ease both these problems.
   A number of countries and organisations, including the North Atlantic Treaty Organisation (NATO) and the UK and US Armies, have been studying and developing doctrines for what are variously named peace-support operations, peace operations and wider peacekeeping. All involve military activity beyond what is now considered traditional peacekeeping. A large measure of agreement on the key principles of peace operations is apparent. Impartiality, force level, flexibility and unity of command feature in all three doctrines, while mutual respect, transparency, credibility, freedom of movement, consent, security and legitimacy appear in two of the three. The main difference between them is that the US considers peace enforcement a peace operation while NATO and the UK regard this as beyond the Rubicon and an operation of war, waged with a quite different set of principles.
   In May 1994, the US Administration published its policy on 'Reforming Multilateral Peace Operations'. The directive addresses six areas:
    US participation: the operation must advance US interests, the consequences of inaction must be unacceptable, its duration must be anticipated.
    US costs: to reduce the costs to the US, the Administration will work to have its share of costs lowered from 31.7% to 25%. Further reductions can be achieved by reform within the UN.
    Command and control: while the President remains Commander-in-Chief, he may place US forces under the operational control of a foreign commander.
    Reform of UN management: a number of the reforms proposed by the US have already been implemented.
    Improving US management: the Department of Defense is to take the lead in managing any operation involving US combat units or likely to involve combat while the State Department only takes the lead in traditional peacekeeping operations.
    Cooperation between the Executive, the Congress and the American public.
   United Nations Truce Supervision Organisation (UNTSO)
   Mission: Established in June 1948 to assist the Mediator and the Truce Commission in supervising the observance of the truce in Palestine called for by the Security Council. At present, UNTSO assists and cooperates with UNDOF and UNIFIL in the performance of their tasks; Military Observers are stationed in Beirut, South Lebanon, Sinai, Jordan, Israel and Syria.
   Strength: 218. Cost 1994: $30m.
   Composition: Observers from Argentina, Australia, Austria, Belgium, Canada, Chile, China, Denmark, Finland, France, Ireland, Italy, Netherlands, New Zealand, Norway, Russia, Sweden, Switzerland, the US.
   United Nations Military Observer Group in India and Pakistan (UNMOGEP)
   Mission: To supervise, in the state of Jammu and Kashmir, the cease-fire between India and Pakistan along the Line of Control.
   Strength: 40. Cost 1994: $8m.
   Composition: Observers from Belgium, Chile, Denmark, Finland, Italy, Norway, Sweden, Uruguay.
   United Nations Peacekeeping Force in Cyprus (UNFICYP)
   Mission: Established in 1964 to use its best efforts to prevent the recurrence of fighting and, as necessary, to contribute to the maintenance and restoration of law and order and a return to normal conditions. Since the hostilities of 1974, this has included supervising the cease-fire and maintaining a buffer zone between the lines of the Cyprus National Guard and of the Turkish and Turkish-Cypriot forces.
   Strength: 1,218. Cost 1994: $47m.
   Composition: Units from Argentina (inf), Austria (inf), UK (inf, hel, log), Staff Officers from Canada, Denmark, Finland, Hungary and Ireland; civil police detachments from Australia, Ireland.
   United Nations Disengagement Observer Force (UNDOF)
   Mission: To supervise the cease-fire between Israel and Syria, and to establish an area of separation and verify troop levels, as provided in the Agreement on Disengagement between Israeli and Syrian Forces of 31 May 1974.
   Strength: 1,033. Cost 1994: $35m.
   Composition: Units from Austria (inf), Canada (log), Poland (log).
   United Nations Interim Force in Lebanon (UNIFIL)
   Mission: Established in 1978 to confirm the withdrawal of Israeli forces from southern Lebanon, to restore international peace and security and to assist the government of Lebanon in ensuring the return of its effective authority in the area.
   Strength: 5,231. Cost 1994: $138m.
   Composition: Units from Fiji(inf), Finland (inf), France (log), Ghana (inf), Ireland (inf, admin), Italy (hel), Nepal (inf), Norway (inf, maint), Poland (medical), Sweden (log).
   United Nations Observer Mission in El Salvador (ONUSAL)
   Mission: Established in July 1991 to monitor agreements concluded between the government and the Farabundo Marti National Liberation Front (FMLN). A peace agreement was signed between the government and the FMLN in January 1992 under which both sides would report their full strength of troops and weapons to ONUSAL, which would also dispose of FMLN weapons as they were handed over during demobilisation. The UN disbanded ONUCA (the UN Observer Group in Central America) in early 1992 and transferred its manpower and equipment to ONUSAL. ONUSAL is to monitor the cease-fire (military observers), monitor human-rights violations (civilian observers) and establish a police force on democratic lines.
   Strength: 30, plus 220 civil police. Cost 1994: $24m.
   Composition: Observers from Argentina, Brazil, Canada, Colombia, Ireland, Spain, Sweden, Venezuela.
   United Nations Iraq/Kuwait Observer Mission (UNIKOM)
   Mission: Established in April 1991 following the recapture of Kuwait from Iraq by Coalition Forces. Its mandate isto monitor the Khor Abdullah and a demilitarised zone extending 10 km into Iraq and 5 km into Kuwait from the agreed boundary between the two. It is to deter violations of the boundary and to observe hostile or potentially hostile actions.
   Strength: 1,147. Cost 1994: $73m.
   Composition: Units from Bangladesh (inf), Denmark (admin), Norway (medical). Observers from Argentina, Austria, Bangladesh, Canada, China, Denmark, Fiji, Finland, France, Ghana, Greece, Hungary, India, Indonesia, Ireland, Italy, Kenya, Malaysia, Nigeria, Norway, Pakistan, Poland, Romania, Russia, Senegal, Singapore, Sweden, Thailand, Turkey, UK, US, Uruguay, Venezuela.
   United Nations Mission for the Referendum in Western Sahara (MINURSO)
   Mission: Established in April 1991 to supervise a referendum to choose between independence and integration into Morocco. A transitional period would begin with a cease-fire and end when the referendum results were announced. Although a cease-fire came into effect on 6 September 1991, the transitional period did not begin as the UN had been unable to complete its registration of eligible voters. MINURSO is currently restricted to verifying the cease-fire. The referendum is now scheduled for 14 February 1995.
   Strength: 310. Cost 1994: $40m.
   Composition: Units from Canada (movement control), Switzerland (medical). Observers from Argentina, Australia, Austria, Bangladesh, Belgium, Canada, China, Egypt, France, Ghana, Greece, Guinea, Honduras, Ireland, Italy, Kenya, Malaysia, Nigeria, Pakistan, Poland, Russia, Tunisia, US, Venezuela.
   United Nations Angola Verification Mission II (UNAVEM II)
   Mission: Established in June 1991to verify the cease-fire as set out in the Peace Accords agreed to by the government of Angola and the National Union for the Total Independence of Angola (UNITA), and to monitor the Angolan police as set out in the Protocol of Estoril. Plans have been prepared at UN Headquarters, New York, for a major reinforcement of UNAVEM should a new peace agreement be reached.
   Strength: 62 military and 15 police observers. Cost 1994: $25m.
   Composition: Observers from Argentina, Brazil, Congo, Guinea-Bissau, Hungary, India, Jordan, Malaysia, Morocco, Netherlands, New Zealand, Nigeria, Norway, Slovakia, Spain, Sweden, Zimbabwe.
   United Nations Operation in Somalia (UNOSOM)
   Mission: The UN Security Council adopted Resolution 733 on 23 January 1992 which called on all parties to cease hostilities, and which imposed a general and complete embargo on the delivery of army and military equipment to Somalia. The UN Security Council, by its Resolution 751 on 21 April 1992, established an operation to monitor the cease-fire and to provide protection for relief supply convoys, comprising 50 observers and a Pakistani infantry battalion. Composition: Observers from Bangladesh, the Czech Republic, Egypt, Fiji, Finland, Indonesia, Jordan, Morocco, Pakistan, Zimbabwe; inf bn from Pakistan.
   Unified Task Force (UNITAF)
   Mission: In November 1992 the US Administration decided that the tragedy in Somalia, and UNOSOM's apparent failure to carry out its mandate, required urgent action which could only be successful with the large-scale deployment of US troops. On 3 December 1992, the UN Security Council adopted Resolution 794 which authorised, under Chapter VII of the UN Charter, 'member states to use all necessary means to establish a secure environment for humanitarian relief operations'. It also authorised the establishment of a unified command. The US deployment, Operation Restore Hope, began with a Marine Corps landing overnight on 8- 9 December.
   The US had always intended that its command of the operation would be of limited length and on 4 May 1993 handed over command and withdrew the bulk of its troops.
   Strength: (at its peak) some 35,000, including 28,000 US.
   Composition: US: Elements 1st Marine Division, elements 10th Mountain Division, plus supporting elements including special forces, aviation, military police, engineers, public affairs; all told, elements of over 200 army and marine units and sub-units contributed to the force. Countries contributing infantry battalion plus support: Argentina, Australia, Belgium, Canada, Egypt, France, Italy, Morocco, Nigeria, Pakistan, Saudi Arabia. Other force contributions from 18 other countries.
   United Nations Operations in Somalia (UNOSOM II)
   Mission: On 26 March 1993 the UN Security Council adopted Resolution 814 which authorised, under Chapter VII of the UN Charter, the expansion of UNOSOM and its mandate, initially until 31 October 1993. The resolution 'emphasised the crucial importance of disarmament'. UNOSOM II assumed control of operations in Somalia on 4 May 1993.
   Strength: 18,952. Cost 1993: $959m; 1994: $1,000m.
   Composition: Australia (66), Bangladesh (975), Botswana (425), Egypt (1,689), Ghana (police, 6), India (4,975), Indonesia (4), Ireland (98), Italy (police, 5), South Korea (8), Malaysia (1,094), Nepal (314), Netherlands (police, 7), New Zealand (50), Nigeria (750), Pakistan (7,152), Romania (231), Sweden (police, 3), Zimbabwe (1,100).
   United Nations Operations in Mozambique (ONUMOZ)
   Mission: Established on 1 March 1993, ONUMOZ's mandate included: monitoring and verifying the cease-fire, separation and demobilisation of forces; collecting and destroying weapons; providing security for vital national infrastructures and for UN and other international aid activities.
   Strength: 5,453, plus 476 civil police. Cost 1993: $96m; 1994: $327m.
   Composition: Units from: Argentina (medical), Bangladesh (inf bn, engr, medical, log), Botswana (inf bn), India (engr, log), Italy (inf bn, aviation, log), Japan (movement control), Portugal (comms), Uruguay (inf bn), Zambia (inf bn). Observers from: Argentina, Bangladesh, Brazil, Canada, Cape Verde, China, Egypt, Guinea-Bissau, Hungary, Malaysia, Netherlands, New Zealand, Russia, Spain, Sweden, US, Uruguay, Zambia. Civil Police from: Australia, Bangladesh, Botswana, Brazil, Egypt, Finland, Hungary, Ireland, Jordan, Malaysia, Norway, Pakistan, Portugal, Sri Lanka, Spain, Sweden, Switzerland, Uruguay.
   United Nations Observer Mission Uganda-Rwanda (UNOMUR)
   Mission: On 22 June 1993 the UN Security Council adopted Resolution 846 which authorised the deployment of an observer mission to monitor the Ugandan-Rwandan border to verify that no military assistance reached Rwanda.
   Strength: 80. Cost: see UNAMIR.
   Composition: Observers from Bangladesh, Botswana, Brazil, Hungary, Netherlands, Senegal, Slovak Republic, Zimbabwe.
   United Nations Assistance Mission for Rwanda (UNAMIR)
   Mandate: Established on 5 October 1993 UNAMIR was to monitor the Arusha agreement reached by the Rwandan government and the Rwanda Patriotic Front (RPF), to establish a demilitarised zone between the two sides in northern Rwanda and to assist in the integration of the two armies. UNAMIR had grown to about 2,500 strong when the civil war re-erupted and the genocidal attacks on the Tutsi minority forced the UN to withdraw, except for the Canadian commander and some 250 troops to keep Kigali airport open for aid flights. On 8 June 1994 the UNSC adopted Resolution 925 approving plans to deploy 5,500 peacekeepers to Rwanda. The new force's mandate is to continue to act as an intermediary between the parties and to achieve a cease-fire agreement. It would also contribute to the protection of refugees and other civilians at risk and provide security and support for the distribution of humanitarian relief.
   Strength (1 June 1994): 626. Cost 1993: $34m; 1994: $98m.
   Composition: Ghana, inf unit (326). Observers from Austria, Bangladesh, Canada, Congo, Egypt, Fiji, Ghana, Malawi, Mali, Nigeria, Poland, Russia, Senegal. In July 1994 UNAMIR was reinforced by a Canadian composite signals/movement control unit and the Ghanaian infantry strength has been increased to 560.
   Separate Operations
   Operation Turquoise: In June 1994 France decided that, as new UNAMIR deployments would not take place for some weeks, unilateral action was necessary. On 24 June some 2,500 French troops began deployment into Zaire and then Rwanda where they established a number of protected areas. As most refugees north of Lake Kiyu had crossed into Zaire around Goma the French declared the area south-west of a line from Kibuye (on Lake Kiyu) to Butare on the Burundi border a protected area. The UN approved the French operation on 22 June and authorised action under Chapter VII of the UN Charter for a period of two months. The French have been asked to remain after 22 August until UNAMIR is fully established, but are adamant they will not do so. Troops from Senegal and Chad have joined Operation Turquoise.
   Operation Support Hope: The US decided to deploy troops to support humanitarian aid operations and the first elements reached Zaire on 22 July 1994. The main aims of the US operation were to provide purified water and to assist in cargo handling at a number of African airports. Air Force transport aircraft have joined the aid airlift to Goma and Kigale and an air drop of relief supplies was made on 24 July. The US deployment by 1 August was: Kenya (Entebbe, Mombasa, Nairobi) 866; Rwanda (Kigali) 108; Zaire (Goma) 117; Zimbabwe (Harare) 119.
   Humanitarian Support: A number of countries have sent military units to provide support for the civil humanitarian aid organisations working in Rwanda and Zaire. It is not always clear whether these are forming part of UNAMIR or not. Contributions include: Australia (medical unit); Israel; (80, field medical unit) UK (to be about 600, medical, field engineers for road, bridge repairs, mechanical engineeers to maintain UN and other aid transport).
   United Nations Observer Mission in Georgia (UNOMIG)
   Mission: Established by UNSC Resolution 858 on 24 August 1993. Mandate is to verify compliance with the cease-fire agreement of 27 July 1993 between the Republic of Georgia and forces in Abkhazia; to investigate reports of violations and attempt to resolve; and to report to the Secretary-General on implementation of its mandate including violations of the agreement.
   Strength: 21. Cost 1994: $5m.
   Composition: Observers from: Bangladesh, Denmark, Germany, Hungary, Poland, Sweden, Switzerland.
   United Nations Observer Mission in Liberia (UNOMIL)
   Mission: Established by UNSC Resolution 866 on 22 September 1993, its mandate is to investigate all reports of violations of the cease-fire agreement and report to the Violations Committee; monitor compliance or other elements of the peace agreement of 25 July 1993 signed by the three Liberian parties in Cotonou; observe and verify the elections process; assist in coordination of humanitarian assistance activities; develop a plan for the demobilisation of combatants; train ECOMOG (Military Observer Group of the Economic Community of West African States) engineers in mine clearance; coordinate with ECOMOG in its separate responsibilities.
   Strength: 370 including military observers, medical staff and engineers. Cost 1994: $65m.
   Composition: Troops from Bangladesh; observers from Austria, Bangladesh, China, Czech Republic, Egypt, Guinea-Bissau, India, Jordan, Kenya, Malaysia, Pakistan, Slovakia, Uruguay.
   Former Yugoslavia
   United Nations Protection Force (UNPROFOR)
   Croatia: Established in March 1992, UNPROFOR includes military, police and civilian components. It was originally deployed in three United Nations Protected Areas (UNPAs) (four sectors) in Croatia to create the conditions of peace and security required to permit the negotiations of an overall political settlement of the Yugoslav crisis. UNPROFOR is responsible for ensuring that the UNPAs are demilitarised through the withdrawal or disbandment of all armed forces within them, and that all persons residing in them are protected from fear of armed attack. To this end, UNPROFOR is authorised to control access to the UNPAs, to ensure that they remain demilitarised, and to monitor the functioning of the local police to help ensure non-discrimination and the protection of human rights. Outside the UNPAs, UNPROFOR military observers will verify the withdrawal of all Yugoslav Army (JA) and Serbian forces from Croatia, other than those disbanded and demobilised there.
   When the UNSC renewed UNPROFOR's mandate in October 1993 it also adopted Resolution 871 which 'Authorises UNPROFOR, in carrying out its mandate in the Republic of Croatia, acting in self-defence, to take the necessary measures, including the use of force, to ensure its security and freedom of movement'.
   Bosnia-Herzegovina: On 29 June 1992 the UN Security Council adopted Resolution 761 which authorised the deployment of additional troops to ensure the security and functioning of Sarajevo airport and the delivery of humanitarian assistance. Initially a Canadian battalion deployed to Sarajevo and was relieved by a small headquarters and three battalions of infantry (from Egypt, France and Ukraine). On 13 August 1992 Security Council Resolution 770 was adopted which called on states to take all measures necessary to facilitate the delivery of humanitarian aid. Following the International Conference in London from 26 to 28 August 1992, NATO offered to provide a force with a headquarters to protect aid convoys. The offer was accepted and authorised by Resolution 776 adopted on 14 September. UNPROFOR II commenced its deployment in October 1992 and four battalion groups were deployed. In November, UN Resolution 781 authorised 75 observers to monitor flights over Bosnia. Observers would be stationed at airfields in Croatia, Bosnia and the Federal Republic of Yugoslavia (39 airfield observers are currently deployed).
   Resolution 824 adopted on 6 May 1993, after Serbian attacks in eastern Bosnia had left a number of Muslim towns surrounded, declared that: Sarajevo, Tuzla, Zepa, Gorazde, Bihac and Srebrenica would be treated as safe areas; Bosnian Serb units should cease armed attacks there immediately and withdraw to a distance from where they no longer constituted a menace. The deployment of 50 additional military observers was also authorised. When it was seen that UNPROFOR was not strong enough to deploy sufficient forces to the safe areas, the Security Council adopted Resolution 844 which authorised a reinforcement of 7,600 extra troops for their protection. The Resolution reaffirmed the use of air power to protect UNPROFOR troops should this be necessary.
   On 9 February 1994, NATO, after a request from the UN Secretary-General, issued an ultimatum to the Bosnian-Serbs. All heavy weapons had either to be withdrawn 20 km from Sarajevo or, if left within the area, placed underUN supervision. Any uncontrolled weapons found in the area after midnight on 20 February or anywhere else which fired on Sarajevo would be subject to air attack. On the same day the UN commander in Bosnia arranged a cease-fire in Sarajevo which also included the withdrawal or control of the heavy weapons of both sides and the interposition of UN troops between the two factions. On 18March agreement was reached on a cease-fire between the Bosnian government and Bosnian-Croat forces throughout Bosnia-Herzegovina. UN troops were to patrol the cease-fire lines. On 31 March, UNSC Resolution 908 authorised a reinforcement of 3,500 troops for UNPROFOR.
   On 10 and 11 April, at the height of Serbian attacks on Goradze, close air support was used to protect UN observers there who were under fire. On 22 April, NATO issued a further ultimatum demanding the immediate end to attacks, the withdrawal of troops and unimpeded movement for UN convoys. Later a cease-fire was agreed to and a heavy weapons exclusion zone, 20 km around Goradze, similar to that around Sarajevo, was agreed to. On 27 April the Security Council authorised further reinforcements of 6,5 50 troops, 150 military observers and 275 civilian police monitors.
   Former Yugoslav Republic of Macedonia: In late 1992, President Gligorov requested a UN presence in Macedonia. A mission from UNPROFOR visited Macedonia from 28 November to 3 December 1992 and its report was accepted. UN Resolution 795 authorised the deployment of an infantry battalion and observers to monitor Macedonia's borders with Albania and the Federal Republic of Yugoslavia, and also to act as a deterrent to attack on Macedonia. On 18 June 1993, the Security Council authorised the reinforcement of the Macedonian Command by the United States.
   NATO Operations in Support of the UN
   Operation Provide Promise: The airlift of humanitarian aid into Sarajevo airport commenced in July 1992. On 22 March 1994, Tuzla airport was opened to aid flights. During the two years to 3 July 1994, some 119,000 tons of stores had been delivered in 9,880 aircraft sorties. In addition over 900 sick and wounded have been flown out. Some 20 countries have contributed aircraft to the airlift. In February 1993 the operation was extended to include the parachute drop of supplies, originally to the besieged Muslims in the enclaves in eastern Bosnia (Gorazde, Srebenica, Zepa) and later to other towns which road convoys could not reach (Maglaij, Mostar, Tarcin, Tesanj). Aircraft from France, Germany and the US have flown 2,800 sorties dropping some 17,900 tons of stores.
   Operation Deny Flight: UN Resolution 781 declared a no-fly zone over Bosnia-Herzegovina in October 1992 which was monitored by NATO early-warning aircraft. UNSC Resolution 816, adopted on 31 March 1993, authorised enforcement of the zone and action in the event of violations. NATO aircraft deployed to Italy and the operation began on 12 April 1993. UNSC Resolution 836 of 10 June 1993 which extended UNPROFOR's mandate to include monitoring cease-fires at the safe areas also gave the authorisation for the use of air power to support UNPROFOR in and around the safe areas. NATO agreed to provide the necessary air support. Land-based and carrier-borne aircraft from France, the Netherlands, Spain, Turkey, the UK and the US, together with aircraft from NATO's multi-national airborne early-warning force, have flown a total of 35,720 aircraft sorties between 12 April 1993 and 28 July 1994 consisting of: 12,570 close air support; 12,280 air defence; 3,330 reconnaissance; 3,190 airborne early warning; 4,350 in-flight refuelling and other support sorties.The composition of the force is given under Italy on p. 57.
   Operation Sharp Guard: UN resolutions established an embargo on the provision of weapons and military equipment to Yugoslavia (713 of 1991) and a general trade embargo, excepting medical and food supplies, on Serbia and Montenegro (757 of 1992). UNSC Resolutions 787 of 1992 and 820 of 1993 authorised implementation and enforcement of the embargo. Until June 1993 two separate naval forces, one under NATO control and one under the Western European Union (WEU), challenged some 12,360 merchant ships and boarded over 1,000 for inspection. Naval ships from 14 nations are operating in the Adriatic as part of Combined Task Force 440 which was formed in June 1993. Since then 24,380 merchant vessels have ben challenged and nearly 2,400 boarded or diverted to port. The forces currently deployed on Operation Sharp Guard'are shown under Italy on p. 57.
   Strengths and Composition (as at 29 June 1994) 40,009 (incl civilians and civil police).
   Cost 1993: $1,124m; 1994: $1,900m.
   UNPROFOR HQ (responsible for overall UN command and direct command of UN units in Croatia): 1,823, incl Swedish HQ Coy and Finnish Guard Coy. Sector North: 3,925, incl infbn fromDenmark, Jordan, Poland and Ukraine: Sector South: 4,334, incl inf bn from Canada, Czech Republic, Jordan and Kenya. Sector East: 1,842, incl inf bn from Belgium and Russia. Sector West: 3,060, incl inf bn from Argentina, Jordan and Nepal, Canadian Coy bn. UNPROFOR spt units: 2,909, incl log bn from Canada and France, Slovakian engr bn, Netherlands sigs bn, Norwegian movement control, US Hospital.
   Bosnia-Herzegovina Command (BHC): 7,096, incl inf bn from France, Pakistan (two, but neither yet at full strength), Turkey, mixed French/Belgian bn, British Force HQ (incl engr, armd recce and naval hel), Danish HQ Coy, Netherlands tpt bn, Belgian tpt unit, French hel unit. Sector Sarajevo: 5,043, incl infbn from Egypt, France (three), Russia and Ukraine (mainly in Zepa), French spt unit, UK arty radar. Sector South West: 5,787, incl inf bn from Canada, Malaysia, Spain, UK (two). Sector North East: 2,873, incl inf bn from Netherlands, Nordic countries, Jordanian radar unit. Goradze: 477: elements from UK and Ukraine inf bns, Norwegian med coy.
   UNPROFOR (M): 1,107, incl inf bn from Nordic countries and US.
   Under this heading are listed peacekeeping missions not under UN control. There is still insufficient information available on the mandates, strengths and composition of either ECOMOG in Liberia or the peacekeeping forces deployed by the Commonwealth of Independent States (CIS) to list them here, but known troop contributions are listed in the relevant countries entries.
   Conference on Security and Cooperation in Europe (CSCE) Missions
   Between August 1992 and February 1994 the CSCE has established seven missions to: Skopje (Former Yugoslav Republic of Macedonia), Georgia, Estonia, Moldova, Latvia, Tajikistan and the Federal Republic of Yugoslavia (FRY). This last, which was deployed to Kosovo, Sanjak and Vojvodina, was withdrawn in July 1993 when the FRY refused to extend the mandate further. Each mission has a specific mandate, but in general they all aim to act as an impartial third-party observer ready to offer advice and topromote stability, dialogue and under standing. Most missions consist of around six to eight members, that to Georgia has 17 members.
   CSCE Sanctions Assitance Missions (SAMS)
   Mission: Between October 1992 and April 1993, SAMS, consisting of varying numbers of Customs Officers, were established in Albania, Bulgaria, Croatia, Hungary, the Former Yugoslav Republic of Macedonia, Romania and Ukraine. Their function is to provide advice to their host- country authorities on the implementation of sanctions imposed by UNSC Resolutions 713 (arms embargo on all former Yugoslav republics), 757 (trade sanctions against Serbia and Montenegro), 787 and 820 (enforcement of sanctions). 165 customs officers are deployed under the coordination of a CSCE/European Union official whose office is in Brussels.
   Multinational Force and Observers (MFO) Mission: Established in August 1981 following the peace treaty between Israel and Egypt and the subsequent withdrawal of Israeli forces from Sinai. Its task is to verify the level of forces in the zones in which forces are limited by the treaty, and to ensure freedom of navigation through the Strait of Tiran.
   Strength: 2,600.
   Composition: Units from Australia (HQ unit), Colombia (inf), Fiji (inf), France (fixed-wing aviation), Italy (naval coastal patrol), Netherlands (sigs and military police), New Zealand (trg), Uruguay (engr and tpt), the US (inf and log). Staff Officers from Canada and Norway.
   Neutral Nations' Supervisory Commission for Korea (NNSC)
   Mission: Established by the Armistice Agreement in July 1953 at the end of the Korean War. The Commission is to supervise, observe, inspect and investigate the Armistice and to report on these activities to the Military Armistice Commission. Today its main role is to maintain and improve relations between both sides and thus keep open a channel of communication.
   Composition: Diplomats and military officers from Poland, Sweden, Switzerland.
   European Community Monitor Mission (ECMM)
   Mission: Established in July 1991 by the CSCE it brings together the 12 EC countries and five CSCE countries (Canada, Sweden, Czech Republic, Slovakia and Poland). Its first task was to monitor and assist with the withdrawal of the Yugoslav Army (JA) from Slovenia. Its mandate was later extended to Croatia and then to Bosnia-Herzegovina. The mission attempts to achieve preventive diplomacy, mediation and confidence-building between the parties. All ECMM monitors work unarmed. The Head of the Mission and the senior staff are found by the EC Presidency and rotate every six months.
   Strength: 200 monitors (mainly serving or retired military officers or diplomats) and 200 support staff. Italy provides three helicopters.
   Temporary International Presence in Hebron (TIPH)
   Mission: Established in April 1994 following the massacre on 25 February by an Israeli settler of about 40 Palestinians praying at Abraham's Tomb in Hebron. TIPH's aim is to promote security; it is to patrol the city of Hebron but has no military or police powers other than to report possible violations of human rights. While TIPH has immunity from arrest and freedom of access, has found itself subject, on occasion, to the curfews imposed on the civil population. The TIPH mandate was not renewed and the mission was withdrawn in July 1994. Strength: 120 (160 authorised, 60 observers remainder spt staff) from Denmark, Italy, Norway.

Операции по поддержанию мира

   Организация Объединенных Наций
   Это был год неоднозначных результатов для миротворческих операций ООН. Очевидный успех ЮНТАК в Камбодже, миссия которой завершилась 26 сентября 1993 года, был несколько омрачен разногласиями внутри правительства, продолжающимися антиправительственными действиями Красных кхмеров и фактическим возобновлением гражданской войны. 11 октября 1993 года миссия ООН в Гаити (МООНГ) была лишена возможности высадиться и до сих пор не развернута, что привело к мнению о том, что для устранения военной хунты может потребоваться военное вторжение, за которым последуют гораздо более крупные миротворческие силы. В Сомали за выводом американских войск последовал вывод всех основных европейских контингентов. Пакистанский контингент численностью 7 150 человек, направленный в ЮНОСОМ, в настоящее время является крупнейшим национальным контингентом в составе миротворческих сил ООН. Крупнейшая миротворческая операция остается непрофессиональной в республиках бывшей Югославии. По состоянию на конец июня 1994 года численность персонала СООНФОР, включая гражданский персонал и полицию, составляла 40 000 человек против 50 400 человек, санкционированных властями. Основные события, повлиявшие на деятельность UNPROFOR, описаны на стр. Еще три миссии ООН были созданы в Грузии, Либерии и Руанде. Переходы, пережитые последним из них, ЮНАМИР, описаны на стр. 224, 225, 272.
   В Нью-Йорке был реорганизован Департамент операций по поддержанию мира (ДОПМ) и существенно усилен военный компонент. В настоящее время ДОПМ имеет два главных управления: планирование и поддержка; и операции. Планирование и поддержка включает в себя два отдела: планирование, которое также охватывает вопросы гражданской полиции, разминирования и подготовки кадров; и управление полевыми операциями и материально-техническое обеспечение, которое ранее было отделом полевых операций Департамента по вопросам администрации и управления, а теперь более правильно размещено в ДОПМ, имеющем секции, отвечающие за финансы, материально-техническое обеспечение и связь, а также кадровые вопросы. Операции разделены на региональные подразделения, отвечающие за миротворческие миссии в Европе и Латинской Америке, Азии и на Ближнем Востоке и в Африке. Почти 100 военных офицеров развернуты по всей территории ДОПМ, главным образом в ситуационном центре, службе материально-технического обеспечения и связи и в качестве групп поддержки ОНУМОЗ, КМООНВМ, МООНЛ, ЮНОСОМ и СООНФОР в управлении операций. Произошел ряд событий, которые значительно улучшат бесперебойное функционирование операций по поддержанию мира. Ситуационный центр, который был значительно укреплен, переместился в здание секретариата ООН, что позволило обеспечить более тесную координацию с департаментами по политическим и гуманитарным вопросам. Его электронное оборудование было модернизировано, а штатные процедуры внедрены. Создается отдельный, но совместно расположенный кризисный центр ООН для поддержки всех учреждений ООН, а не только ДОПМ. Две давние таможни ООН были заброшены. В настоящее время необходимость планирования признается необходимой, и в настоящее время для планирования как в общих чертах, так и для конкретных потенциальных миссий часто используется группа сотрудников. Интеллект больше не является табу ООН. По мере усложнения операций по поддержанию мира стало ясно, что сбор информации по широкому кругу вопросов (рельеф местности, связь, личности, а также вооруженные силы) имеет важное значение для успешного проведения, например, таких гуманитарных операций, как в Боснии и Сомали.
   Группа, созданная для изучения принципов создания резервных сил ООН, завершила подготовку своего доклада. Исходя из этого, государствам-членам было предложено информировать Генерального секретаря о силах и других возможностях, которые они будут иметь в согласованном состоянии готовности, если они будут вносить свой вклад в миротворческую операцию. К концу июня 1994 года 21 государство-член подтвердило свою готовность предоставить резервные силы общей численностью около 3 0000 человек. Ожидается, что еще 27 государств внесут взносы, которые увеличат число потенциально доступных примерно до 70 000. Мы намерены постоянно обновлять перечень резервных сил, с тем чтобы на раннем этапе можно было согласовать состав новых миротворческих сил. Опыт показывает, что две основные проблемы, стоящие перед созданием новых миротворческих сил, - это обеспечение техническими и специальными подразделениями и войсками и время, необходимое для подготовки войск к развертыванию. Принцип резервных сил должен облегчить обе эти проблемы.
   Ряд стран и организаций, включая Организацию Североатлантического договора (НАТО) и армии Великобритании и США, изучают и разрабатывают доктрины для того, что по-разному называют операциями по поддержанию мира, миротворческими операциями и более широким миротворчеством. Все они связаны с военной деятельностью, выходящей за рамки того, что сейчас считается традиционным миротворчеством. Налицо значительная степень согласия по ключевым принципам миротворческих операций. Беспристрастность, уровень силы, гибкость и единство командования характерны для всех трех доктрин, в то время как взаимное уважение, прозрачность, доверие, свобода передвижения, согласие, безопасность и законность присутствуют в двух из трех. Основное различие между ними заключается в том, что США рассматривают принуждение к миру как операцию по поддержанию мира, в то время как НАТО и Великобритания рассматривают это как операцию за Рубиконом и войну, проводимую с совершенно другим набором принципов.
   В мае 1994 года администрация США опубликовала свою политику "реформирования многосторонних миротворческих операций". Директива касается шести областей:
   * Участие США: операция должна продвигать интересы США, последствия бездействия должны быть неприемлемыми, ее продолжительность должна быть предсказуемой.
   * Расходы США: чтобы сократить расходы для США, администрация будет работать над тем, чтобы ее доля расходов была снижена с 31,7% до 25%. Дальнейшие сокращения могут быть достигнуты путем реформы в рамках ООН.
   * Командование и контроль: пока президент остается главнокомандующим, он может передать американские войска под оперативный контроль иностранного командующего.
   * Реформа управления ООН: ряд реформ, предложенных США, уже осуществлен.
   * Улучшение управления США: Министерство обороны должно взять на себя ведущую роль в управлении любой операцией с участием американских боевых подразделений или, вероятно, будет участвовать в боевых действиях, в то время как Государственный департамент только берет на себя ведущую роль в традиционных миротворческих операциях.
   * Сотрудничество между исполнительной властью, Конгрессом и американской общественностью.
   Организация Объединенных Наций по наблюдению за перемирием (ОНВУП)
   Миссия: учреждена в июне 1948 года для оказания посреднику и Комиссии по перемирию помощи в наблюдении за соблюдением перемирия в Палестине, к которому призывает Совет Безопасности. В настоящее время ОНВУП оказывает содействие и сотрудничает с СООННР и ВСООНЛ в выполнении их задач; военные наблюдатели размещены в Бейруте, Южном Ливане, Синае, Иордании, Израиле и Сирии.
   Сила: 218. Стоимость 1994 года: $30 млн.
   Состав: наблюдатели от Аргентины, Австралии, Австрии, Бельгии, Канады, Чили, Китая, Дании, Финляндии, Франции, Ирландии, Италии, Нидерландов, Новой Зеландии, Норвегии, России, Швеции, Швейцарии, США.
   Группа военных наблюдателей Организации Объединенных Наций в Индии и Пакистане (ГВНООНИП)
   Миссия: контролировать в штате Джамму и Кашмир прекращение огня между Индией и Пакистаном вдоль линии контроля.
   Сила: 40. Стоимость 1994 года: $ 8 млн.
   Состав: наблюдатели от Бельгии, Чили, Дании, Финляндии, Италии, Норвегии, Швеции, Уругвая.
   Силы Организации Объединенных Наций по поддержанию мира на Кипре (ВСООНК)
   Миссия: создана в 1964 году, чтобы приложить все усилия для предотвращения возобновления боевых действий и, при необходимости, содействовать поддержанию и восстановлению правопорядка и возвращению к нормальным условиям. Начиная с военных действий 1974 года, это включало наблюдение за прекращением огня и поддержание буферной зоны между линиями кипрской Национальной гвардии и турецкими и турецко-кипрскими силами.
   Сила: 1,218. Стоимость 1994 года: $47 млн.
   Состав: подразделения из Аргентины (пехота), Австрии (пехота), Великобритании (пехота, вертолеты, лгистика), штабные офицеры из Канады, Дании, Финляндии, Венгрии и Ирландии; подразделения гражданской полиции из Австралии, Ирландии.
   Силы Организации Объединенных Наций по наблюдению за разъединением (СООННР)
   Миссия: наблюдение за прекращением огня между Израилем и Сирией, создание зоны разъединения и проверка численности войск, как это предусмотрено в Соглашении о разъединении между израильскими и сирийскими силами от 31 мая 1974 года.
   Сила: 1,033. Стоимость 1994 года: $35 млн.
   Состав: подразделения из Австрии (пехота), Канады (логистика), Польши (логистика).
   Временные силы Организации Объединенных Наций в Ливане (ВСООНЛ)
   Миссия: учреждена в 1978 году для подтверждения вывода израильских сил из Южного Ливана, восстановления международного мира и безопасности и оказания помощи правительству Ливана в обеспечении возвращения его эффективной власти в этом районе.
   Сила: 5231. Стоимость 1994 года: $138 млн.
   Состав: подразделения из Фиджи (пехота), Финляндии (пехота), Франции (логистика), Ганы (пехота), Ирландии (пехота, админ), Италии (вертолеты), Непала (пехота), Норвегии (пехота, горные), Польши (медики), Швеции (логистика).
   Миссия наблюдателей ООН в Сальвадоре (МНООНС)
   Миссия: создана в июле 1991 года для мониторинга соглашений, заключенных между правительством и Фронтом национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ). В январе 1992 года между правительством и ФНОФМ было подписано мирное соглашение, в соответствии с которым обе стороны должны были сообщить о полной численности своих войск и вооружений ОНУСАЛ, которая также должна была утилизировать оружие ФНОФМ по мере его передачи в ходе демобилизации. ООН распустила ONUCA (группу наблюдателей ООН в Центральной Америке) в начале 1992 года и передала свои людские ресурсы и оборудование ONUSAL. Задача заключается в наблюдении за прекращением огня (военные наблюдатели), наблюдении за нарушениями прав человека (гражданские наблюдатели) и создании полицейских сил на демократических началах.
   Численность: 30 человек плюс 220 гражданских полицейских. Стоимость 1994 года: $24 млн.
   Состав: наблюдатели от Аргентины, Бразилии, Венесуэлы, Ирландии, Испании, Канады, Колумбии, Швеции.
   Иракско-кувейтская миссия Организации Объединенных Наций по наблюдению (ИКМООНН)
   Миссия: создана в апреле 1991 года после возвращения Кувейта из Ирака коалиционными силами. Его мандат заключается в наблюдении за Хор Абдуллой и демилитаризованной зоной, простирающейся на 10 км вглубь Ирака и на 5 км вглубь Кувейта от согласованной границы между ними. Это делается для предотвращения нарушений границы и наблюдения за враждебными или потенциально враждебными действиями.
   Сила: 1,147. Стоимость 1994 года: $73 млн.
   Состав: подразделения из Бангладеш (inf), Дании (админ), Норвегии (медики). Наблюдатели от Австрии, Аргентины, Бангладеш, Венесуэлы, Венгрии, Ганы, Греции, Дании, Индии, Индонезии, Ирландии, Италии, Кении, Канады, Китая, Малайзии, Нигерии, Норвегии, Пакистана, Польши, Румынии, России, Сенегала, Сингапура, Таиланда, Турции, Соединенного Королевства, США, Уругвая, Финляндии, Франции, Фиджи, Швеции.
   Миссия Организации Объединенных Наций по проведению референдума в Западной Сахаре (МООНРЗС)
   Миссия: учреждена в апреле 1991 года для наблюдения за проведением референдума о выборе между независимостью и интеграцией в Марокко. Переходный период начнется с прекращения огня и закончится, когда будут объявлены результаты референдума. Хотя прекращение огня вступило в силу 6 сентября 1991 года, переходный период не начался, поскольку ООН не смогла завершить регистрацию избирателей, имеющих право голоса. В настоящее время МООНРЗС ограничивается проверкой соблюдения режима прекращения огня. В настоящее время референдум намечен на 14 февраля 1995 года.
   Сила: 310. Стоимость 1994 года: $ 40 млн.
   Состав: подразделения из Канады (управление движением), Швейцарии (медицина). Наблюдатели от Австралии, Австрии, Аргентины, Бангладеш, Бельгии, Венесуэлы, Ганы, Гвинеи, Гондураса, Греции, Египта, Ирландии, Италии, Канады, Кении, Китая, Малайзии, Нигерии, Пакистана, Польши, России, Туниса, США и Франции.
   Миссия Организации Объединенных Наций в Анголе проверки второй (КМООНА II)
   Миссия: учреждена в июне 1991 года для проверки прекращения огня, предусмотренного мирными соглашениями, согласованными правительством Анголы и Национальным Союзом за полную независимость Анголы (УНИТА), и для наблюдения за ангольской полицией, предусмотренной протоколом Эшторила. В штаб-квартире Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке были подготовлены планы значительного укрепления КМООНВ в случае достижения нового мирного соглашения.
   Численность: 62 военных и 15 полицейских наблюдателей. Стоимость 1994 года: $25 млн.
   Состав: наблюдатели от Аргентины, Бразилии, Венгрии, Гвинеи-Бисау, Зимбабве, Индии, Иордании, Испании, Конго, Малайзии, Марокко, Нигерии, Нидерландов, Новой Зеландии, Норвегии, Словакии, Швеции.
   Операция Организации Объединенных Наций в Сомали (ЮНОСОМ)
   Миссия: 23 января 1992 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 733, в которой призвал все стороны прекратить военные действия и ввел всеобщее и полное эмбарго на поставки армии и военной техники в Сомали. Совет Безопасности ООН в своей резолюции 751 от 21 апреля 1992 года учредил операцию по наблюдению за прекращением огня и обеспечению защиты автоколонн с гуманитарной помощью в составе 50 наблюдателей и пакистанского пехотного батальона. Состав: наблюдатели от Бангладеш, Чешской Республики, Египта, Фиджи, Финляндии, Индонезии, Иордании, Марокко, Пакистана, Зимбабве. ; инфузория из Пакистана.
   Объединенная целевая группа (UNITAF)
   Миссия: в ноябре 1992 года администрация США решила, что трагедия в Сомали и очевидная неспособность ЮНОСОМ выполнить свой мандат требуют срочных действий, которые могут быть успешными только при крупномасштабном развертывании американских войск. 3 декабря 1992 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 794, которая в соответствии с Главой VII Устава ООН уполномочивала "государства-члены использовать все необходимые средства для создания безопасных условий для проведения операций по оказанию гуманитарной помощи". Он также санкционировал создание единого командования. Американское развертывание, операция "восстановление надежды", началось с высадки Корпуса морской пехоты в ночь с 8 на 9 декабря.
   США всегда предполагали, что их командование операцией будет носить ограниченный характер, и 4 мая 1993 года передали командование и вывели основную часть своих войск.
   Сила: (на пике) около 35 000, включая 28 000 нас.
   Состав: США: элементы 1-й морской дивизии, элементы 10-й горной дивизии, а также вспомогательные элементы, включая силы специального назначения, авиацию, военную полицию, инженеров, связи с общественностью; в общей сложности, элементы более 200 армейских и морских частей и подразделений внесли свой вклад в силы. Страны, предоставляющие пехотный батальон плюс поддержку: Аргентина, Австралия, Бельгия, Канада, Египет, Франция, Италия, Марокко, Нигерия, Пакистан, Саудовская Аравия. Другие взносы в Вооруженные силы от 18 других стран.
   Операции Организации Объединенных Наций в Сомали (ЮНОСОМ II)
   Миссия: 26 марта 1993 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 814, которая в соответствии с Главой VII Устава ООН санкционировала расширение ЮНОСОМ и ее мандата первоначально до 31 октября 1993 года. Резолюция "подчеркнула решающее значение разоружения". ЮНОСОМ II взяла на себя управление операциями в Сомали 4 мая 1993 года.
   Сила: 18 952. Стоимость 1993: $959 млн; 1994: $1000 млн.
   Состав: Австралия (66), Бангладеш (975), Ботсвана (425), Гана (полиция, 6),Египет (1689), Индия (4975), Индонезия (4), Ирландия (98), Италия (полиция, 5), Южная Корея (8), Малайзия (1094), Непал (314), Нидерланды (полиция, 7), Новая Зеландия (50), Нигерия (750), Пакистан (7152), Румыния (231), Швеция (полиция, 3), Зимбабве (1100).
   Операции ООН в Мозамбике (ЮНОМОЗ)
   Миссия: учрежденная 1 марта 1993 года, мандат ОНУМОЗ включал в себя: мониторинг и проверку прекращения огня, разъединение и демобилизацию сил; сбор и уничтожение оружия; обеспечение безопасности жизненно важных национальных инфраструктур и деятельности ООН и других международных организаций по оказанию помощи.
   Численность: 5 453 человека плюс 476 гражданских полицейских. Стоимость 1993: $96М; 1994: $высота 327m.
   Состав: блоки из Аргентины (медицинское), Бангладеш (пехотный батальон, инженеры, логистика), Ботсвана (пехотный батальон), Индия (инженеры, логистика), Италии (пехотный батальон, авиация, логистика), Япония (управление движением), Португалия (комманд), Уругвай (пехотный батальон), Замбия (пехотный баталбон). Наблюдатели от: Аргентины, Бангладеш, Бразилии, Венгрии, Гвинеи-Бисау, Египта, Замбии, Испании, Кабо-Верде, Канады, Китая, Малайзии, Нидерландов, Новой Зеландии, России, США, Уругвая, Швеции. Гражданская полиция из Австралии, Бангладеш, Ботсваны, Бразилии, Венгрии, Египта, Ирландии, Иордании, Малайзии, Норвегии, Пакистана, Португалии, Шри-Ланки, Испании, Швеции, Швейцарии, Уругвая.
   Миссия наблюдателей Организации Объединенных Наций Уганда-Руанда (МООННУР)
   Миссия: 22 июня 1993 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 846, которая санкционировала развертывание миссии наблюдателей для наблюдения за угандийско-руандийской границей с целью проверки того, не поступила ли в Руанду военная помощь.
   Сила: 80. Стоимость: см. UNAMIR.
   Состав: наблюдатели от Бангладеш, Ботсваны, Бразилии, Венгрии, Нидерландов, Сенегала, Словацкой Республики, Зимбабве.
   Миссия Организации Объединенных Наций по содействию Руанде (МООНПР)
   Мандат: созданная 5 октября 1993 года МООНПР должна была следить за выполнением Арушского соглашения, достигнутого правительством Руанды и патриотическим фронтом Руанды (ПФР), создать демилитаризованную зону между двумя сторонами на севере Руанды и содействовать объединению двух армий. Численность МООНПР возросла примерно до 2500 человек, когда вновь вспыхнула гражданская война и геноцидные нападения на меньшинство тутси вынудили ООН уйти, за исключением канадского командующего и примерно 250 военнослужащих, чтобы сохранить аэропорт Кигали открытым для полетов гуманитарной помощи. 8 июня 1994 года СБ ООН принял резолюцию 925, утверждающую планы развертывания 5500 миротворцев в Руанде. Мандат новых сил заключается в том, чтобы продолжать действовать в качестве посредника между сторонами и достичь соглашения о прекращении огня. Она также будет способствовать защите беженцев и других гражданских лиц, подвергающихся риску, и обеспечивать безопасность и поддержку в распределении гуманитарной помощи.
   Силы (1 Июня 1994 Года): 626.
   Стоимость 1993: 34М$; 1994: $98м.
   Состав: Гана, подразделение inf (326). Наблюдатели от Австрии, Бангладеш, Канады, Конго, Египта, Фиджи, Ганы, Малави, Мали, Нигерии, Польши, России, Сенегала. В июле 1994 года МООНПР была усилена канадским сводным блоком управления сигналами / передвижениями, а численность пехоты Ганы была увеличена до 560 человек.
   Отдельные операции
   Операция "Бирюза": в июне 1994 года Франция решила, что, поскольку новые развертывания МООНПР не состоятся в течение нескольких недель, необходимы односторонние действия. 24 июня около 2500 французских военнослужащих начали развертывание в Заире, а затем в Руанде, где они создали ряд охраняемых районов. Поскольку большинство беженцев к северу от озера Кийу пересекли границу с Заиром вокруг Гомы, французы объявили охраняемым районом район к юго-западу от линии от Кибуйе (на озере Кийу) до Бутаре на границе с Бурунди. ООН одобрила французскую операцию 22 июня и санкционировала действия в соответствии с Главой VII Устава ООН сроком на два месяца. Французам было предложено остаться после 22 августа, пока МООНПР не будет полностью создана, но они твердо намерены этого не делать. Войска Сенегала и Чада присоединились к операции "бирюза".
   Операция "Надежда на поддержку": США решили развернуть войска для поддержки операций по оказанию гуманитарной помощи, и первые элементы достигли Заира 22 июля 1994 года. Основными целями американской операции были обеспечение чистой водой и помощь в обработке грузов в ряде африканских аэропортов. Транспортные самолеты ВВС присоединились к воздушным перевозкам помощи в Гому и Кигале, и 24 июля была произведена воздушная переброска гуманитарных грузов. К 1 августа США развернули: Кения (Энтеббе, Момбаса, Найроби) - 866; Руанда (Кигали) - 108; Заир (Гома) - 117; Зимбабве (Хараре) - 119.
   Гуманитарная поддержка: ряд стран направили военные подразделения для оказания поддержки гражданским организациям по оказанию гуманитарной помощи, работающим в Руанде и Заире. Не всегда ясно, входят ли они в состав МООНПР или нет. Взносы включают: Австралию (медицинское подразделение); Израиль; (80, полевое медицинское подразделение) Великобританию (около 600, медицинские, полевые инженеры для ремонта дорог, мостов, механики-механики для обслуживания ООН и других транспортных средств помощи).
   Миссия наблюдателей Организации Объединенных Наций в Грузии (МООННГ)
   Миссия: учреждена резолюцией 858 СБ ООН от 24 августа 1993 года. Мандат заключается в проверке соблюдения соглашения о прекращении огня от 27 июля 1993 года между Республикой Грузия и вооруженными силами в Абхазии; расследовании сообщений о нарушениях и попытках урегулирования; и представлении генеральному секретарю доклада об осуществлении своего мандата, включая нарушения соглашения.
   Сила: 21. Стоимость 1994 года: $5 млн.
   Состав: наблюдатели от: Бангладеш, Дании, Германии, Венгрии, Польши, Швеции, Швейцарии.
   Миссия наблюдателей Организации Объединенных Наций в Либерии (МООНЛ)
   Миссия: учреждена резолюцией 866 СБ ООН от 22 сентября 1993 года, ее мандат заключается в расследовании всех сообщений о нарушениях соглашения о прекращении огня и представлении докладов Комитету по нарушениям; наблюдении за соблюдением или другими элементами мирного соглашения от 25 июля 1993 года, подписанного тремя либерийскими сторонами в Котону; наблюдении и проверке процесса выборов; оказании помощи в координации деятельности по оказанию гуманитарной помощи; разработке плана демобилизации комбатантов; обучении инженеров ЭКОМОГ (группа военных наблюдателей экономического сообщества западноафриканских государств) разминированию.; координируйте с ЭКОМОГ свои отдельные обязанности.
   Численность: 370 человек, включая военных наблюдателей, медицинский персонал и инженеров. Стоимость 1994 года: $ 65 млн.
   Состав: войска из Бангладеш; наблюдатели от Австрии, Бангладеш, Гвинеи-Бисау, Египта, Индии, Иордании, Кении, Китая, Малайзии, Пакистана, Словакии, Уругвая, Чешской Республики.
   Бывшая Югославия
   Силы Организации Объединенных Наций по охране (СООНО)
   Хорватия: созданная в марте 1992 года, СООНО включает военный, полицейский и гражданский компоненты. Первоначально он был развернут в трех охраняемых районах Организации Объединенных Наций (Пооонс) (четыре сектора) в Хорватии для создания условий мира и безопасности, необходимых для проведения переговоров по общему политическому урегулированию югославского кризиса. СООНО несет ответственность за обеспечение демилитаризации Пооонс путем вывода или расформирования всех находящихся в их составе Вооруженных сил и за защиту всех лиц, проживающих в них, от угрозы вооруженного нападения. С этой целью ПРООНО уполномочена контролировать доступ к Юнпас, обеспечивать их дальнейшую демилитаризацию и следить за функционированием местной полиции в целях содействия обеспечению недискриминации и защиты прав человека. За пределами Юнпас военные наблюдатели СООНО будут проверять вывод всех югославских Вооруженных сил (ЯА) и сербских сил из Хорватии, за исключением тех, которые были расформированы и демобилизованы там.
   Когда в октябре 1993 года СБ ООН возобновил мандат СООНО, он также принял резолюцию 871, которая "уполномочивает СООНО при выполнении своего мандата в Республике Хорватии, действуя в порядке самообороны, принимать необходимые меры, включая применение силы, для обеспечения своей безопасности и свободы передвижения".
   Босния и Герцеговина: 29 июня 1992 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 761, которая санкционировала развертывание дополнительных войск для обеспечения безопасности и функционирования аэропорта Сараево и доставки гуманитарной помощи. Первоначально в Сараево был развернут канадский батальон, который сменили небольшой штаб и три батальона пехоты (из Египта, Франции и Украины). 13 августа 1992 года была принята резолюция 770 Совета Безопасности, которая призвала государства принять все необходимые меры для облегчения доставки гуманитарной помощи. После международной конференции, проходившей в Лондоне с 26 по 28 августа 1992 года, НАТО предложило выделить силы со штаб-квартирой для защиты конвоев с гуманитарной помощью. Предложение было принято и одобрено резолюцией 776, принятой 14 сентября. СООНО II приступила к развертыванию в октябре 1992 года, и были развернуты четыре батальонные группы. В ноябре резолюция 781 ООН разрешила 75 наблюдателям наблюдать за полетами над Боснией. Наблюдатели будут размещены на аэродромах в Хорватии, Боснии и Союзной Республике Югославии (в настоящее время развернуто 39 аэродромных наблюдателей).
   Резолюция 824, принятая 6 мая 1993 года, после того как сербские нападения в Восточной Боснии оставили в окружении ряд мусульманских городов, провозгласила, что Сараево, Тузла, Зепа, Горажде, Бихач и Сребреница будут рассматриваться как безопасные районы; подразделения боснийских сербов должны немедленно прекратить там вооруженные нападения и отойти на такое расстояние, где они больше не представляют угрозы. Было также санкционировано развертывание 50 дополнительных военных наблюдателей. Когда стало ясно, что СООНО недостаточно сильна для развертывания достаточных сил в безопасных районах, Совет Безопасности принял резолюцию 844, которая санкционировала усиление 7600 дополнительных войск для их защиты. Резолюция вновь подтвердила необходимость использования авиации для защиты войск СООНО в случае необходимости.
   9 февраля 1994 года НАТО по просьбе генерального секретаря ООН выдвинуло боснийским сербам ультиматум. Все тяжелое вооружение должно было быть либо отведено в 20 км от Сараево, либо, если оно оставалось в пределах этого района, передано под надзор полиции. Любое неконтролируемое оружие, обнаруженное в этом районе после полуночи 20 февраля или где-либо еще, которое стреляло по Сараево, будет подвергнуто воздушному нападению. В тот же день командующий ООН в Боснии договорился о прекращении огня в Сараево, которое также включало отвод тяжелых вооружений обеих сторон или контроль над ними, а также размещение войск ООН между двумя группировками. 18 марта было достигнуто соглашение о прекращении огня между боснийским правительством и боснийско-хорватскими силами на всей территории Боснии и Герцеговины. Войска ООН должны были патрулировать линии прекращения огня. 31 марта резолюция 908 Совета Безопасности ООН санкционировала усиление 3500 военнослужащих для СООННР.
   10 и 11 апреля, в разгар сербских атак на Горадзе, для защиты находившихся там наблюдателей ООН, находившихся под обстрелом, была использована тесная авиационная поддержка. 22 апреля НАТО выдвинула еще один ультиматум, требуя немедленного прекращения нападений, вывода войск и беспрепятственного передвижения конвоев ООН. Позже было достигнуто соглашение о прекращении огня и создании зоны отчуждения тяжелых вооружений в 20 км вокруг Горадзе, аналогичной зоне вокруг Сараево. 27 апреля Совет Безопасности санкционировал дальнейшее усиление 6,5 50 военнослужащих, 150 военных наблюдателей и 275 наблюдателей гражданской полиции.
   Бывшая Югославская Республика Македония: в конце 1992 года президент Глигоров потребовал присутствия ООН в Македонии. Миссия СООНФОР посетила Македонию с 28 ноября по 3 декабря 1992 года, и ее доклад был принят. Резолюция ООН 795 санкционировала развертывание пехотного батальона и наблюдателей для наблюдения за границами Македонии с Албанией и Союзной Республикой Югославией, а также для сдерживания нападения на Македонию. 18 июня 1993 года Совет Безопасности санкционировал усиление Македонского командования Соединенными Штатами.
   Операции НАТО в поддержку ООН
   Операция "дай обещание": воздушная доставка гуманитарной помощи в аэропорт Сараево началась в июле 1992 года. 22 марта 1994 года аэропорт Тузла был открыт для оказания помощи в организации полетов. За два года до 3 июля 1994 года было доставлено около 119 000 тонн боеприпасов в ходе 9 880 самолето-вылетов. Кроме того, было вывезено свыше 900 больных и раненых. Около 20 стран предоставили воздушные суда для перевозки пассажиров. В феврале 1993 года операция была расширена и включала в себя высадку с парашютом снабжения, первоначально осажденных мусульман в анклавах в Восточной Боснии (горазде, Сребеница, Зепа), а затем в другие города, до которых не могли добраться автоколонны (Маглайдж, Мостар, Тарчин, Тесань). Самолеты из Франции, Германии и США совершили 2800 боевых вылетов, сбросив около 17 900 тонн боеприпасов.
   Операция "запрет полетов": резолюция 781 ООН объявила бесполетную зону над Боснией и Герцеговиной в октябре 1992 года, которая контролировалась самолетами раннего предупреждения НАТО. Резолюция 816 СБ ООН, принятая 31 марта 1993 года, санкционировала обеспечение соблюдения режима зоны и принятие мер в случае нарушений. Самолеты НАТО развернуты в Италии, и операция началась 12 апреля 1993 года. Резолюция 836 СБ ООН от 10 июня 1993 года, которая расширила мандат СООНО, включив в него наблюдение за прекращением огня в безопасных районах, также дала разрешение на использование авиации для поддержки СООНО в безопасных районах и вокруг них. НАТО согласилось оказать необходимую воздушную поддержку. Самолеты наземного базирования и авианосные самолеты Франции, Нидерландов, Испании, Турции, Великобритании и США вместе с самолетами многонациональных Воздушно-десантных сил раннего предупреждения НАТО совершили в общей сложности 35 720 самолето-вылетов в период с 12 апреля 1993 года по 28 июля 1994 года, включая: 12 570 самолето-вылетов для непосредственной воздушной поддержки; 12 280 самолето-вылетов для противовоздушной обороны; 3 330 разведывательных полетов; 3 190 самолето-вылетов для раннего предупреждения; 4350 самолето-вылетов для дозаправки в воздухе и других вспомогательных самолето-вылетов.Состав сил приведен под Италией на стр. 57.
   Операция "острая гвардия": резолюции ООН установили эмбарго на поставки оружия и военной техники Югославии (713 от 1991 года) и общее торговое эмбарго, за исключением поставок медикаментов и продовольствия, на Сербию и Черногорию (757 от 1992 года). Резолюции СБ ООН 787 от 1992 года и 820 от 1993 года санкционировали осуществление и обеспечение соблюдения эмбарго. До июня 1993 года две отдельные военно-морские силы, одна из которых находилась под контролем НАТО, а другая - под контролем Западноевропейского союза (ЗЕС), бросили вызов примерно 12 360 торговым судам и поднялись на борт более 1000 судов для инспекции. Военно-морские корабли 14 стран действуют в Адриатике в составе Объединенной оперативной группы 440, которая была сформирована в июне 1993 года. С тех пор было задержано 24 380 торговых судов, и почти 2400 из них были взяты на абордаж или отведены в порт. Силы, в настоящее время развернутые в операции "острая гвардия", показаны под Италией на стр. 57.
   Численность и состав (по состоянию на 29 июня 1994 года) 40 009 человек (включая гражданских лиц и гражданскую полицию).
   Стоимость 1993: $1,124 млн.; 1994: $1,900 млн.
   Штаб-квартира UNPROFOR (отвечает за общее командование ООН и непосредственное командование подразделениями ООН в Хорватии): 1823, включая шведскую штаб-квартиру и финскую гвардию. Северный сектор: 3925, включая пехотный батальон из Германии, Иордании, Польши и Украины; южный сектор: 4334, включая infbn из Канады, Чешской Республики, Иордании и Кении. Сектор Восток: 1,842, включая пехотный батальон из Бельгии и России. Западный сектор: 3,060, включая пехотный батальон из Аргентины, Иордании и Непала, канадский батальон. СООНО вспомогательные единицы: 2,909, в т. ч. логистический батальон из Канады и Франции, Словакии инженерный батальон, Нидерланды батальон связи, норвежский управления движением, американский госпиталь.
   Босния и Герцеговина командование (БГК): 7,096, включая пехотные батальоны из Франции, Пакистана (два, но ни еще не в полном составе), Турции, смешанный французский и бельгийский батальон., штаб британских сил (включает инженерный, бронетанковый, морской пехоты и морской вертолетный), датский штаб, нидерландский транспортный батальон, бельгийская транспортная часть, французская вертолетная часть. Сектор Сараево: 5 043, включая пехотные батальоны из Египта, Франции (три), России и Украины (в основном в Зепа), французская транспортная часть, британский артиллерийский радар. Сектор Юго-Западный: 5787, включая пехотные батальоны из Канады, Малайзии, Испании, Великобритании (два). Сектор северо-восток: 2873, включая пехотные батальоны из Нидерландов, Северных стран, иорданской радиолокационной станции. Горадзе: 477: элементы из Великобритании и Украины пехотные батальоны, норвежская медицинская рота.
   UNPROFOR (M): 1,107, включая пехотный батальон из Северных стран и США.
   Под этим заголовком перечислены миротворческие миссии, не находящиеся под контролем ООН. По-прежнему не имеется достаточной информации о мандатах, численности и составе ЭКОМОГ в Либерии или миротворческих сил, развернутых Содружеством Независимых государств (СНГ), чтобы перечислить их здесь, но известные контингенты перечислены в соответствующих странах.
   Миссии конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ)
   В период с августа 1992 года по февраль 1994 года СБСЕ учредил семь миссий в Скопье (Бывшая Югославская Республика Македония), Грузию, Эстонию, Молдову, Латвию, Таджикистан и Союзную Республику Югославию (СРЮ). Этот последний, который был развернут в Косово, Санджаке и Воеводине, был отозван в июле 1993 года, когда СРЮ отказалась продлить мандат еще больше. Каждая миссия имеет конкретный мандат, но в целом все они стремятся действовать в качестве беспристрастного стороннего наблюдателя, готового дать совет и обеспечить стабильность, диалог и понимание. Большинство миссий состоит примерно из шести-восьми членов, а в Грузии-из 17 членов.
   Миссии содействия санкциям СБСЕ (SAMS)
   Миссия: в период с октября 1992 года по апрель 1993 года в Албании, Болгарии, Хорватии, Венгрии, бывшей Югославской Республике Македонии, Румынии и Украине были созданы миссии SAMS, состоящие из различного числа сотрудников таможни. Их функция заключается в консультировании властей принимающих стран по вопросам осуществления санкций, введенных резолюциями СБ ООН 713 (эмбарго на поставки оружия всем бывшим югославским республикам), 757 (торговые санкции против Сербии и Черногории), 787 и 820 (обеспечение соблюдения санкций). 165 сотрудников таможни работают под руководством официального представителя СБСЕ / Европейского Союза, офис которого находится в Брюсселе.
   Миссия многонациональных сил и наблюдателей (МФО): создана в августе 1981 года после заключения мирного договора между Израилем и Египтом и последующего вывода израильских войск с Синайского полуострова. Его задачей является проверка уровня сил в зонах, в которых силы ограничены договором, и обеспечение свободы судоходства через Тиранский пролив.
   Силы: 2600.
   Состав: части из Австралии (штаб), Колумбии (пехота), Фиджи (пехота), Франция (самолеты), Италии (военно-морской береговой патруль), Нидерланды (связи и военной полиции), Новой Зеландии (учебные), Уругвая (инженерные и транспортные), США (пехота и логистика). Штабные офицеры из Канады и Норвегии.
   Комиссия нейтральных стран по надзору за Кореей (NNSC)
   Миссия: учреждена соглашением о перемирии в июле 1953 года в конце Корейской войны. Комиссия должна контролировать, наблюдать, инспектировать и расследовать перемирие и докладывать об этой деятельности военной комиссии по перемирию. Сегодня его главная роль заключается в поддержании и улучшении отношений между обеими сторонами и, таким образом, сохранении Открытого канала коммуникации.
   Состав: дипломаты и военные офицеры из Польши, Швеции, Швейцарии.
   Миссия Европейского Сообщества по мониторингу (ECMM)
   Миссия: учрежденная в июле 1991 года СБСЕ, она объединяет 12 стран ЕС и пять стран СБСЕ (Канаду, Швецию, Чехию, Словакию и Польшу). Его первой задачей было наблюдение и оказание помощи в выводе югославской армии из Словении. Позднее его мандат был распространен на Хорватию, а затем на Боснию и Герцеговину. Миссия пытается добиться превентивной дипломатии, посредничества и укрепления доверия между сторонами. Все мониторы ECMM работают без оружия. Глава миссии и старшие сотрудники назначаются председателем ЕК и меняются каждые шесть месяцев.
   Численность: 200 наблюдателей (в основном служащие или отставные военные офицеры или дипломаты) и 200 вспомогательных сотрудников. Италия предоставляет три вертолета.
   Временное международное присутствие в Хевроне (TIPH)
   Миссия: создана в апреле 1994 года после массового убийства 25 февраля израильским поселенцем около 40 палестинцев, молящихся у гробницы Авраама в Хевроне. Целью TIPH является содействие безопасности; она патрулирует город Хеврон, но не имеет никаких военных или полицейских полномочий, кроме как сообщать о возможных нарушениях прав человека. В то время как TIPH обладает иммунитетом от ареста и свободой доступа, она оказалась подвержена, время от времени, комендантскому часу, введенному для гражданского населения. Мандат TIPH не был продлен, и миссия была отозвана в июле 1994 года. Численность: 120 человек (160 уполномоченных, 60 наблюдателей, остальные сотрудники ППП) из Дании, Италии, Норвегии. Оценка и интерпретация

Estimating and Interpreting Defence Economic Data

   This note expands on the commentary in the 'Layout and Principles of Compilation' on the methods used by the IISS to estimate and interpret defence economic information for The Military Balance.
   Economic Data
   In the case of the many developed and developing countries which comply with the UN System of National Accounts and report national economic performance on a timely and comprehensive basis, the collation of economic data for The Military Balance presents no real problems. Such difficulties that occur typically concern gross domestic product (GDP) and GDP per capita valuations, and reflect either the effects of exchange-rate fluctuation and currency devaluation which distort dollar conversions over the short term, or those of multiple exchange rates for currencies which are not fully convertible.
   More serious difficulties occur, however, in four distinct cases - late-developing countries, transitional economies, countries in which civil war is taking place, and a small number of states which for political reasons are subject to international isolation.
   Late-Developing Economies
   The reporting of many late-developing countries in Africa, the Caribbean, Central and South America, and Asia is often not only incomplete and of uncertain reliability, but may also lag several years. Whilst current external debt and consumer price inflation data are generally available, consistent real GDP, GDP growth figures and reliable GDP deflators are more elusive. The IISS valuations are averages derived from several sources. Readers should note that, in providing GDP per capita based on purchasing-power parity (ppp), the IISS is in effect giving two estimates of GDP which establish the effective range in the cases where uncertainty exists. Measuring the size of the informal sectors of these economies presents particular difficulties, notably in the case of the poorest economies in Africa and elsewhere. The ppp estimates tend to diverge the most from exchange-rate conversions in the case of these poorest countries.
   Transitional Economies
   The data released from many transitional economies -- those of former communist countries which were part of the fundamentally autarkic Council for Mutual Economic Assistance (CMEA/COMECON) - currently present severe informational problems. Whilst the economic data provided by former non-Soviet member-states of COMECON are increasingly reliable and the reporting consistent with UN principles, the same does not apply for the Russian Federation and the Newly Independent States (NTS) of the former Soviet Union (FSU), excluding Latvia and Estonia. The effects of economic dislocation remain all too evident. Only to some extent can unreliable statistics be attributed to the teething problems of changeover to the complex UN statistical reporting system. More seriously, they may also reflect an overhang of statistical disinformation formerly practised by communist regimes. A further factor is the relative loss of control of the economy by the governments in question - massive tax evasion being the most evident among several symptoms of government failure. Consequently, an unknown proportion of economic activity is under-reported or completely escapes official recording. Under this heading, for example, might be included domestic barter and transactions conducted with foreign currencies, the output from informal employment and self-employment and, most evident in the case of Russia, export/import trade financed by untaxed Russian capital abroad. In addition to these systemic problems, there are also real technical difficulties in compiling economic statistics because of the rapid rate of price changes across factor, product and services markets. In particular, the effects of price inflation and hyper-inflation on what remain the partially autarkic economies of the FSU make international comparisons difficult and will continue to do so until domestic pricing structures conform more closely to international norms. These factors have prompted a cautious approach towards the official statistics of the Russian Federation and other FSU republics by the International Monetary Fund (IMF), which has modified official statistics in the light of its own observation and analysis.
   For the reasons set out above, dollar conversion of nominal and real GDP presents a complex problem in the case of all the FSU economies. The IISS uses a ppp estimate rather than an official or market exchange rate wherever the domestic purchasing power of the national currency differs substantially (particularly in the case of non-tradable goods and services) from that reflected in official or, more often, multiple market exchange rates which are based on prices for internationally traded merchandise and services. The IISS dollar valuation of the GDP of the FSU transitional economies has been influenced by two judgements: first, that the differential effects of economic dislocation have in general been more pronounced at the periphery than at the core of the former Soviet empire; and second, that the changes that have occurred reflect irreversible policy decisions by most of the independent republics to break away from the yoke of Soviet or neo-Soviet autarky. It should be noted that Russian GDP has been calculated at the estimated ppp because this is the most realistic valuation - but it is up to three times greater than a valuation derived from any one of several possible exchange rates. GDP dollar conversions of the other FSU republics are derived from exchange rates, and may understate real GDP. For this reason the IISS also provides a GDP per capita measure based on ppp to allow the calculation of an alternative estimate of the GDP of the other former Soviet economies if that derived from multiple exchange rates is construed as misleading.
   Civil War
   Countries in a state of civil war and those recovering from long civil wars naturally present largely insoluble data problems.
   International Isolation
   There is a small number of countries which have been placed in international isolation. Obvious examples include Libya, Iraq and North Korea. In such cases, data are often unreliable or else in short supply. External sources can provide at best a rough guide to the economic activity of these countries.
   Defence Budgets and Expenditures
   The reporting of military expenditure by governments is far less comprehensive than is the case for general economic data. For example, of the 184 countries belonging to the UN, only 33 responded in 1992 to the annual questionnaire on military expenditures sent out by the UN Centre for Disarmament Affairs (UNCDA). Military expenditure entries in the annual IMF International Finance Yearbook improve on this record, but are missing or lag several years in many instances. Data collation difficulties can be summarised as follows.
   Although the number of governments which release current defence budgetary information in the public domain is larger than the response rate to the UN and IMF suggests, a large minority of UN member-states formally report neither defence budgets nor expenditures. Such practice is usually due to the perception of national security interests and the associated sensitivity of military-related information. Several developing countries in the Middle East, Africa, Latin America and Asia fall into this category, as do more recently some of the former Soviet Union republics.
   Although there exist ready definitions of military expenditure (North Atlantic Treaty Organisation-NATO) and standardised formats for the presentation of disaggregated military expenditure (NATO, UNCDA), many governments only release an aggregate figure. In such cases, it is impossible to be certain what military activities are subsumed under the budgetary heading. The practice identifies those governments which may not be concealing military expenditure, but whose perception of national-security interests causes them to limit transparency to the bare minimum. In addition, where falsification is also present, failure to release disaggregated data prevents verification.
   Some governments deliberately seek to conceal both the scale and scope of military expenditure. From a strategic perspective, analysis of this category poses the greatest challenge. Where cases of falsification are suspected, the IISS cites both official defence budgets and estimated real military expenditure where there is a material variance. The case studies of Russian and Chinese military accounting are intended to illustrate the problems arising from falsification.
   It is also worth noting that differences in budgetary allocation and actual out-turn do not necessarily reflect falsification. For example, the accounting practices of some defence ministries (notably the US Department of Defense and the Japanese Self-Defence Agency) depart from the annualised norm to allow rolling expenditure to be carried over into the next financial year and beyond, in which case outlay may exceed budget. Exceptional circumstances also arise where unforeseen expenditure causes out-turn to rise above budget (e.g., the Gulf War, UN peacekeeping missions, contingency weapons procurement).
   The overall effect of these problems is in many instances to set a limit on precise measurement of military expenditure. Where lack of transparency and falsification are also accompanied by economic raw data inadequacies (as is often the case), the statistical manipulation of what raw data exist is subject to a set of additional factors.
   Causes of Variance in Military Expenditure Estimates
   The shortcomings in raw data account for much of the variance in military expenditure estimates by government agencies and independent research analysts. Thereafter, there are four factors which most affect the estimating process.
   Definition of Military Expenditure
   Definitions of military expenditure vary. For example, accounting practices in respect of military pensions, paramilitary forces, civil defence and foreign military aid may or may not be included in the defence budget. The IISS method is to cite official defence budgets, and to adjust where necessary military expenditure to include all other military-related spending. The only exception occurs in the case of North Atlantic Treaty Organisation (NATO) countries, where the IISS uses the figures released by governments, and for comparison also cites the NATO defined expenditures.
   Interpretation of Falsification
   The most significant factor in causing variance is the interpretation of falsification and the ensuing estimation of concealed expenditure. Here government agencies normally have an informational advantage over other analysts by virtue of their intelligence capability.
   Deflating Prices to Constant Values
   Differences in the methodology for adjusting current prices to constant prices in the national currency also help to explain material levels of variance. Reliable GDP deflators and sector specific constant price indices are not available in the case of transitional and many developing economies. Defence-specific deflators have to be estimated from what statistical evidence is available on the macro-economic level and on economy-wide price inflation. Some information may be available on specific economic sectors, but invariably not on the defence sector. Under these conditions variations are bound to arise in the deflating of current prices to constant values.
   Purchasing-power Parity and Dollar Conversion
   Dollar conversion values are extremely sensitive to assumptions made about purchasing-power parity. Very different pricing structures for capital, equipment and services compared to world levels persist in the defence sectors of transitional and some developing economies. In the latter case, economy-wide price differences extending to the defence sector reflect the level of economic development, a relatively low level of external trade, are liance on a small number of commodities for export revenue, and the mechanisms of the informal economy. The case of transitional economies subsumes all of these factors and is yet more complex. First, because of pervasive price distortion: under communist central planning, prices were determined by the state rather than markets. Real costs could be disguised through price subsidies to priority supply-side interests (notably defence research and industry). Second, because of the extent of Soviet autarky (extending to COMECON members): external trade to non-communist countries and China accounted for a very small proportion of total COMECON trade, the large part being intra-CMEA trade. In the case of the USSR, total external trade inclusive of COMECON represented only a small proportion of indigenous economic activity. One consequence of this self-sufficiency was that Soviet prices often bore little resemblance to international prices -- a situation equally applicable to the defence sector.
   The significance of incompatible pricing structures in accounting for dollar conversion variance becomes all the more apparent when taking into account the different methods of estimating purchasing-power parity in defence-specific sectors. Various methods give rise to a range of estimates. High dollar estimates arise when US prices (capital, equipment and services) are used as the measure of value. Low dollar estimates occur when the domestic prices of the country in question are used. In between these high-low estimates come purchasing-power-parity estimates which use international prices as the benchmark. In principle, the purchasing-powerparity method offers the most rigorous solution for determining the relative cost-structure of military expenditure. Some methodological flexibility in the case of countries in transition and some developing economies remains desirable, however, given the raw data limitations in general and those of the defence sector in particular.
   Russia's Military Expenditure
   Russian military expenditure remains nearly as resistant to precise measurement as that of the USSR. It seems possible that official military expenditure by the USSR and the Russian Federation has declined by over 40% in real terms over the period 1989-94. Although Russia accounted for over 60% of Soviet gross national product (GNP) according to official figures, it is not clear what the Russian share of Soviet military expenditure was, nor what proportion of funds was levied in Russia itself; estimates of Russia's share of Soviet military expenditure range from 60-84%. Allowing for this uncertainty, it seems likely that some part, possibly most, but certainly not all, of the reduction can be attributed to the loss of fiscal revenue from the new republics following the dissolution of the USSR. By comparison, cuts in the defence budgets of some NATO member-states were delayed by the Gulf War and, whilst real defence spending reductions into the late 1990s are typically set to increase to 20-30% against 1989 levels, actual reductions in expenditure to 1994 have generally been restricted to about one-third of this range. There is, however, a significant contrast in the two complementary processes of demilitarisation. Whereas NATO defence spending cuts have been planned and generally transparent, those in the USSR and Russia can only be attributed in part to a coherent policy and cannot be described as i transparent. The probability is that they were and remain in part involuntary and, moreover, reversible if a reaction to political and economic reform occurs.
   The last commentary on Soviet military expenditure to appear in The Military Balance is to be found in the 1991 -92 edition. As a rule the IISS chose not to provide independent assessments of Soviet military expenditure, citing data inadequacies and methodological problems as reasons constraining precise measurement, and instead provided a range of estimates supplied to the public domain by governments and independent analysts. Notwithstanding some improvements in transparency initiated by the Gorbachev regime and continued by the Russian government, independent measurement of Russian military expenditure continues to be constrained by uncertainties, largely because official Russian military accounting remains shrouded in secrecy. In addition, there is the new problem of hyper-inflation to reckon with.
   Beginning in 1989, the Soviet government released figures on what were claimed to be the real defence budgets of the USSR (rouble 77 bn in 1989, or 8.5% of GNP). Previously the Soviets had claimed to be spending about 3% on defence or an annual rl 7-20 bn during the 1980s. Regarding the earlier official figures, there existed a consensus among NATO intelligence agencies and independent research institutions that actual military expenditure levels were 2-3 times higher than admitted. There are similar doubts to this day about the reliability of Russian military accounting, although it has to be said that the scope for falsification by the Russian Ministry of Defence is reduced by the cooperation between the Russian Ministry of Finance and the IMF. The official defence budgets of the USSR and Russia for the period 1989-94 are shown in Table 1. Taken at face value, the figures invite two conclusions. First, the effects of high and hyperinflation in the period 1991-94 have raised the nominal values of defence budgets several fold and have wreacked havoc on the budgetary planning process. Indeed, quarterly budgets were introduced for the period 1992-94 to enable adjustment for inflation. The annual allocation for defence in early 1993 was some r3.5 trillion for the year growing to r6.4tr by mid-year with the allocation for the last quarter alone some r4.5tr. As a consequence of uncontrolled inflation, the Russian government has been unable to calculate and publish a price deflator to establish whether these figures represent real growth or decline. Second, the only trend that is apparent from official data relates to the proportion of GNP/GDP accounted for by the defence budget. Assuming the Russian proportion of Soviet GNP and defence expenditure to be equal (which is not necessarily the case),the official defence budget has declined as a proportion from some 8.5% of GNP in 1989 to a predicted 6% of GDP in 1994,accordingto the Russian government. Whether this represents areal fall depends, of course, onthe size ofthe difference between the Russian share of Soviet GNP and Russian GDP
   0x01 graphic

   Despite the February 1992 Minsk agreement calling for a common CIS defence budget, it seems likely that Russia has borne the brunt of the costs of the Russian military presence in the newly independent states of the FSU. Confronted with the reality of dissolution of the USSR into independent republics, the Ministry of Defence made an effort early in 1992 to impose a joint defence budget for the first quarter (r50.4bn) on other CIS members of which Russia would pay r42.4bn (84%) and the remaining CIS states the balance of r8bn (16%). Thereafter, as the CIS failed to gain acceptance as a political institution, Russia appeared to abandon the effort to generate a common CIS defence budget. It has also solicited UN funding for peacekeeping operations in the FSU, albeit unsuccessfully to date.
   Some effort has also been made to release official disaggregated expenditures by function (Table 2).It should be emphasised that these contain the bare minimum of information, and cannot be verified by cross-checking with other official statistics such as real salary levels and weapon and equipment procurement quantities. However, one important conclusion may be drawn from the official data which is supported by other evidence. These figures suggest that there has been a significant increase in expenditure on Personnel, Operations and Maintenance (PO&M) - from 26% in 1989 to 54% in 1994-on Infrastructure (from 6% to 12%)relative to Procurement (down from 42% to 21%) and on Research and Development (R&D) (down from 20% to 6%). If the evidence of reductions in Russian defence budgets over those of the USSR is accepted, a plausible deduction would be that the brunt of the real cuts have been in procurement (which is supported by other evidence) and R&D (for which there is less evidence). The PO&M figures are also compatible with the increasing use of short-contract volunteers (160,000-200,000 by the end of 1993) in the Armed Forces to counteract the effects of severe manpower shortages caused by deferment from, and evasion of, compulsory military service.
   0x01 graphic
   Numbers may not add up because of rounding.
   Soviet defence budgets did not include all military expenditure as defined by NATO. For example, the budgets of the Ministry of Internal Affairs (MVD)- r5.6 bn - and the Committee for State Security (KGB) - r4.9bn - were released for the first time in 1991, confirming that funding for these organisations had hitherto not been part of the official defence budget. Two other major sources of funds for the military which were contained in the budget for 'Appropriations of Financing the Development of the National Economy' subsumed price supports for both defence R&D and industry. These and similar instances of concealed Soviet military expenditure in central government budgets and extra-budgetary accounts had long been identified in principle by NATO agencies and independent analysts and the limited efforts at transparency during the last years of the USSR merely confirmed previous assessments.
   To make official figures realistic, therefore, it is necessary to add estimations of concealed spending to the budgetary allocations. This provides an enlarged rouble figure to which two adjustments have to be made. First, there has to be adjustment for inflation to enable assessments of real growth and decline. The IISS uses IMF statistics for industrial producer and labour price inflation together with an estimate of defence-specific price escalation across capital (i.e., human, technological and land resources), equipment and labour-market sectors. Second, inflation together with an estimate of defence-specific price escalation across capital (i.e., human, technological and land resources), equipment and labour-market sectors. Second, conversion to a convertible currency (typically the US dollar) is required to enable international comparisons of the real level of military spending. Dollar conversion of official defence budgets and independent assessments of real expenditures is a perennial problem. These problems remain in the Russian case due to the continuing existence of substantial differentials between domestic Russian and world price. In the period 1992-94, the existence of multiple exchange rates signified the continuing non-convertibility of the Russian rouble, although there were signs by 1994 that the gap between Russian and world prices is closing.
   For illustrative purposes, estimates of real Soviet expenditures for selected years from 1985- 91 by the US Arms Control and Disarmament Agency (ACDA) are shown in Table 3. These estimates represent the high end of non-communist calculations of real Soviet military expenditure (about three times the official budgetary figures at the prevailing official exchange rate) and also of real Soviet GNP (estimated at nearly two-thirds of the USA's in 1985 and just under half in 1991 compared to official estimates of between one-quarter and one-fifth). ACDA adds the qualification that its estimates are based on what it would cost the US in dollars to generate a military effort equivalent to that ofthe USSR, noting that estimates of this type may overstate the relative scale of Soviet expenditures because US prices and wage rates are assumed.
   0x01 graphic

   The IISS dollar estimates (Table 4) of Soviet and Russian defence budgets have been calculated from official and IMF economy-wide and sectoral price inflation indices with adjustments for defence-specific price levels. Some important conclusions may be drawn about the funding priorities in contemporary Russian defence budgets.
   0x01 graphic

   First, the 1994 Russian defence budget has declined in real terms by over 40% compared to the 1989 Soviet budget. The IISS believes that the largest effective cut may have occurred as a result of the political and economic dislocation of 1991-92 and may have been to some extent involuntary, as neither the Ministry of Finance nor the Ministry of Defence were able to adjust to the loss of fiscal and monetary control over the former Soviet republics and, indeed, Russia itself. Since 1992, the IISS believes that Russian defence budgets have been effectively static in real terms with perhaps a small increase in 1994. This assumption contradicts assessments of real decline in defence budgets based on the evidence of GDP decline in official statistics and cautiously supported by the IMF. Since defence budgets officially account for 5-6% of GDP in 1993-94, after successive annual GDP declines of 11.5% in 1993 and a projected 10-12% in 1994, it follows, according to the official line, that defence budgets must also have fallen as GDP has shrunk. The IISS purchasing-power-parity estimates for the 1992 and 1993 defence budgets ($77bn) constitute very different values from those derived from market exchange rates ($40bn in 1992 and $29bn in 1993) cited in the two previous editions of The Military Balance. Since the defence budget does not cover all military-related activities, this estimate represents the low end of a range of possible expenditures.
   Second, funding priority has switched from procurement to personnel, operations and maintenance. PO&M funding may have increased by as much as 75% since 1989. Third, procurement expenditure has more than halved. This assessment is consistent with other evidence of greatly reduced levels in output of weaponry and military equipment in the Russian defence industry compared to the Soviet era. Russian arms sales have also greatly declined from Soviet levels, although much of the fall can be attributed to the emphasis on hard-currency earnings initiated under the Gorbachev regime. In 1992, according to official figures, arms deliveries were worth $1.5 bn, increasing to $1.9 bn in 1993. There is also evidence of a substantial cut in real expenditure on R&D which appears less plausible, given the stated policy of the Ministry of Defence to modernise weapons and equipment in the light of experience drawn from the performance of Soviet weaponry in the 1991 Gulf War. It is therefore conceivable that additional R&D funding may be contained in other parts of the State budget and extra-budgetary accounts. Finally, the official Border Guard budget, which is not part of the defence budget, amounts to r2.2tr in 1994. Questions remain about other military expenditure not apparently accounted for in the defence allocation, including that on space, the intelligence services, and R&D and defence industry subsidies.
   In summary, the IISS estimate of a $78 bn (in constant 1993 US$) defence budget for Russia in 1994 has to be qualified by the reminder that official military accounting by the Ministry of Defence remains far from transparent even before the technical problems of hyper-inflation and purchasing-power parity are addressed, and that this figure probably understates actual military expenditure. It represents the low end of a range of possible expenditure. Defence cuts in the USSR and Russia appear to have been relatively more substantial than those in NATO member-states over the period 1989-90, as much the result of involuntary as planned policy, and are more easily reversible given that democracy has yet to take root in Russia. Finally, in any global comparison Russian military expenditure remains in real terms substantially higher than that of any country apart from the USA, even at the low estimate derived from official budgets. There should also be caution about attributing too much significance to apparently low current spending levels. A balance sheet of Russian military assets would reveal what is also evident from the scale and scope of Russia's military establishment - namely, that Russia remains a formidable and unpredictable military power.

Оценка и интерпретация оборонно-экономических данных

   В настоящей записке расширяется комментарий в "схеме и принципах составления", касающийся методов, используемых МИСИ для оценки и интерпретации оборонно-экономической информации для военного баланса.
   Экономические данные
   В случае многих развитых и развивающихся стран, которые соблюдают систему национальных счетов ООН и своевременно и всесторонне отчитываются о национальных экономических показателях, сопоставление экономических данных для военного баланса не представляет никаких реальных проблем. Такие трудности, которые обычно возникают, касаются валового внутреннего продукта (ВВП) и ВВП на душу населения и отражают либо последствия колебаний обменного курса и девальвации валюты, которые искажают конвертацию доллара в краткосрочной перспективе, либо последствия множественных обменных курсов для валют, которые не являются полностью конвертируемыми.
   Однако более серьезные трудности возникают в четырех отдельных случаях - в странах с поздним развитием, в странах с переходной экономикой, в странах, где идет гражданская война, и в небольшом числе государств, которые по политическим причинам подвергаются международной изоляции.
   Поздние Развивающиеся Экономики
   Доклады многих развивающихся стран Африки, Карибского бассейна, Центральной и Южной Америки и Азии, представленные в последнее время, зачастую не только неполны и ненадежны, но и могут запаздывать на несколько лет. В то время как текущие данные по внешнему долгу и инфляции потребительских цен, как правило, доступны, последовательный реальный ВВП, показатели роста ВВП и надежные дефляторы ВВП более труднодоступны. Оценки МИСИ представляют собой средние значения, полученные из нескольких источников. Читатели должны отметить, что, предоставляя ВВП на душу населения на основе паритета покупательной способности (ППС), МИСИ фактически дает две оценки ВВП, которые устанавливают эффективный диапазон в случаях, когда существует неопределенность. Измерение размеров неформальных секторов этих стран сопряжено с особыми трудностями, особенно в случае беднейших стран Африки и других регионов. Оценки ППС, как правило, в наибольшей степени отличаются от пересчета валютных курсов в случае этих беднейших стран.
   Переходная экономика
   Данные, полученные из многих стран с переходной экономикой - бывших коммунистических стран, которые входили в состав принципиально автаркического Совета по взаимной экономической помощи (СЭВ/СЭВК), - в настоящее время представляют собой серьезные информационные проблемы. Хотя экономические данные, представляемые бывшими несоветскими государствами - членами СЭВ, становятся все более достоверными, а отчетность соответствует принципам ООН, это не относится к Российской Федерации и новым независимым государствам (ННГ) бывшего Советского Союза (БСС), за исключением Латвии и Эстонии. Последствия экономической нестабильности остаются слишком очевидными. Лишь в некоторой степени ненадежную статистику можно отнести к прорезывающим зубы проблемам перехода к сложной системе статистической отчетности ООН. Более серьезно, они могут также отражать нависшую статистическую дезинформацию, ранее практиковавшуюся коммунистическими режимами. Еще одним фактором является относительная потеря контроля над экономикой со стороны соответствующих правительств - массовое уклонение от уплаты налогов является наиболее очевидным из нескольких симптомов провала правительства. Следовательно, неизвестная доля экономической деятельности недооценивается или полностью ускользает от официальной регистрации. Под эту рубрику, например, можно было бы включить внутренний бартер и операции, проводимые с иностранной валютой, продукцию неформальной занятости и самозанятости и, что наиболее очевидно в случае России, экспортно-импортную торговлю, финансируемую необлагаемым налогом российским капиталом за рубежом. Помимо этих системных проблем, существуют также реальные технические трудности в составлении экономической статистики из-за быстрых темпов изменения цен на рынках факторов производства, товаров и услуг. В частности, влияние инфляции цен и гиперинфляции на то, что остается частично автаркичной экономикой бывшего Советского Союза, затрудняет международные сопоставления и будет продолжать делать это до тех пор, пока внутренние структуры ценообразования не будут более тесно соответствовать международным нормам. Эти факторы обусловили осторожный подход к официальной статистике Российской Федерации и других республик бывшего Советского Союза со стороны Международного валютного фонда (МВФ), который модифицировал официальную статистику в свете собственных наблюдений и анализа.
   По причинам, изложенным выше, долларовая конвертация номинального и реального ВВП представляет собой сложную проблему для всех экономик бывшего Советского Союза. В МИСИ используется оценка ВВП, а не официальный или рыночный обменный курс в тех случаях, когда внутренняя покупательная способность национальной валюты существенно отличается (особенно в случае неторгуемых товаров и услуг) от отраженной в официальных или, чаще, множественных рыночных обменных курсах, которые основаны на ценах на товары и услуги, находящиеся в международной торговле. На долларовую оценку ВВП стран с переходной экономикой, входящих в состав СНГ, МИСИ оказали влияние два суждения: во-первых, что дифференцированные последствия экономической нестабильности в целом были более выражены на периферии, чем в ядре бывшей советской империи; и во-вторых, что произошедшие изменения отражают необратимые политические решения большинства независимых республик о выходе из-под ига советской или неосоветской автаркии. Следует отметить, что российский ВВП был рассчитан по расчетному ВВП, поскольку это наиболее реалистичная оценка - но она до трех раз превышает оценку, полученную на основе любого из нескольких возможных обменных курсов. Конвертация ВВП в доллары других республик бывшего Советского Союза производится на основе обменных курсов и может привести к занижению реального ВВП. По этой причине МИСИ также предоставляет показатель ВВП на душу населения, основанный на ВВП, который позволяет рассчитать альтернативную оценку ВВП других бывших советских экономик, если эта оценка, полученная на основе множественных обменных курсов, будет истолкована как вводящая в заблуждение.
   Гражданская война
   Страны, находящиеся в состоянии гражданской войны, и страны, оправляющиеся от длительных гражданских войн, естественно, представляют собой в значительной степени неразрешимые проблемы с данными.
   Международная изоляция
   Существует небольшое число стран, которые были помещены в международную изоляцию. Очевидными примерами являются Ливия, Ирак и Северная Корея. В таких случаях данные часто ненадежны или же их не хватает. Внешние источники могут дать в лучшем случае приблизительное представление об экономической деятельности этих стран.
   Оборонные бюджеты и расходы
   Отчетность правительств о военных расходах является гораздо менее полной, чем в случае с общими экономическими данными. Например, из 184 стран, входящих в ООН, только 33 ответили в 1992 году на ежегодный вопросник о военных расходах, разосланный центром ООН по вопросам разоружения (ЦРООН). Записи о военных расходах в ежегодном Международном финансовом ежегоднике МВФ улучшают этот показатель, но во многих случаях отсутствуют или отстают на несколько лет. Трудности с сопоставлением данных можно резюмировать следующим образом.
   Непредставление отчетности
   Хотя число правительств, публикующих текущую информацию о бюджете обороны в открытом доступе, больше, чем предполагает уровень ответов на запросы ООН и МВФ, значительное меньшинство государств-членов ООН официально не сообщают ни о военных бюджетах, ни о расходах. Такая практика обычно обусловлена восприятием интересов национальной безопасности и связанной с этим чувствительностью военной информации. Несколько развивающихся стран Ближнего Востока, Африки, Латинской Америки и Азии попадают в эту категорию, как и совсем недавно некоторые бывшие советские союзные республики.
   Хотя существуют готовые определения военных расходов (Организация Североатлантического договора - НАТО) и стандартизированные форматы представления дезагрегированных военных расходов (НАТО, UNCDA), многие правительства публикуют только сводные цифры. В таких случаях невозможно быть уверенным в том, какая военная деятельность подпадает под бюджетную рубрику. Практика выявляет те правительства, которые, возможно, и не скрывают военных расходов, но чье восприятие интересов национальной безопасности заставляет их ограничивать прозрачность до самого минимума. Кроме того, в тех случаях, когда фальсификация также имеет место, непредставление дезагрегированных данных препятствует проверке.
   Некоторые правительства сознательно стремятся скрыть как масштабы, так и масштабы военных расходов. Со стратегической точки зрения анализ этой категории представляет собой самую большую проблему. В тех случаях, когда имеются подозрения в фальсификациях, МИСИ ссылается как на официальные оборонные бюджеты, так и на предполагаемые реальные военные расходы, в которых имеются существенные расхождения. Тематические исследования российского и китайского военного учета призваны проиллюстрировать проблемы, возникающие в результате фальсификации.
   Следует также отметить, что различия в бюджетных ассигнованиях и фактическом исходе не обязательно отражают фальсификацию. Например, бухгалтерская практика некоторых министерств обороны (в частности, Министерства обороны США и Японского агентства самообороны) отклоняется от годовой нормы, позволяя переносить текущие расходы на следующий финансовый год и далее, и в этом случае расходы могут превышать бюджет. Исключительные обстоятельства возникают также в тех случаях, когда непредвиденные расходы превышают бюджет (например, Война в Персидском заливе, миротворческие миссии ООН, закупки оружия на случай непредвиденных обстоятельств).
   Общий эффект этих проблем во многих случаях заключается в установлении ограничений на точное измерение военных расходов. Там, где отсутствие прозрачности и фальсификация также сопровождаются неадекватностью экономических исходных данных (как это часто бывает), статистическое манипулирование имеющимися исходными данными зависит от ряда дополнительных факторов.
   Причины расхождений в оценках военных расходов
   Недостатки в исходных данных объясняют значительную часть расхождений в оценках военных расходов правительственными учреждениями и независимыми аналитиками-исследователями. Далее, есть четыре фактора, которые в наибольшей степени влияют на процесс оценки.
   Определение военных расходов
   Определения военных расходов различаются. Например, практика учета военных пенсий, военизированных формирований, гражданской обороны и иностранной военной помощи может быть включена или не включена в оборонный бюджет. Метод МИСИ состоит в том, чтобы ссылаться на официальные оборонные бюджеты и корректировать, где это необходимо, военные расходы, включая все другие расходы, связанные с военными. Единственное исключение составляют страны Организации Североатлантического договора (НАТО), где МИСИ использует цифры, опубликованные правительствами, и для сравнения также приводит данные о расходах, определенных НАТО.
   Толкование фальсификации
   Наиболее существенным фактором, вызывающим дисперсию, является интерпретация фальсификации и последующая оценка скрытых расходов. Здесь правительственные учреждения обычно имеют информационное преимущество перед другими аналитиками в силу своих разведывательных возможностей.
   Дефляция цен до постоянных значений
   Различия в методологии корректировки текущих цен на постоянные цены в национальной валюте также помогают объяснить существенные уровни дисперсии. Надежные дефляторы ВВП и отраслевые индексы постоянных цен отсутствуют в странах с переходной экономикой и во многих развивающихся странах. Дефляторы оборонной специфики должны оцениваться исходя из имеющихся статистических данных о макроэкономическом уровне и инфляции цен в масштабах всей экономики. Некоторая информация может быть доступна по конкретным секторам экономики, но неизменно не по оборонному сектору. При этих условиях неизбежно возникают колебания при дефляции текущих цен до постоянных значений.
   Паритет покупательной способности и конвертация доллара
   Значения конверсии доллара чрезвычайно чувствительны к допущениям, сделанным относительно паритета покупательной способности. В оборонных секторах стран с переходной экономикой и некоторых развивающихся стран сохраняются весьма различные структуры ценообразования на капитал, оборудование и услуги по сравнению с мировым уровнем. В последнем случае общероссийские ценовые различия, распространяющиеся на оборонный сектор, отражают уровень экономического развития, относительно низкий уровень внешней торговли, зависимость от небольшого количества сырьевых товаров для получения экспортных поступлений и механизмы неформальной экономики. Ситуация с переходной экономикой включает в себя все эти факторы и является еще более сложной. Во-первых, из-за повсеместного искажения цен: при коммунистическом централизованном планировании цены определялись государством, а не рынком. Реальные издержки можно было бы замаскировать за счет ценовых субсидий приоритетным интересам поставщиков (в частности, оборонным исследованиям и промышленности). Во-вторых, из-за масштабов Советской автаркии (распространяющейся на членов СЭВ): внешняя торговля с некоммунистическими странами и Китаем составляла очень небольшую долю от общего объема торговли СЭВ, причем большая часть приходилась на торговлю внутри СЭВ. В случае СССР общая внешняя торговля, включая СЭВ, представляла лишь небольшую долю местной экономической деятельности. Одним из следствий этой самодостаточности было то, что советские цены часто имели мало сходства с международными ценами -- ситуация, в равной степени применимая и к оборонному сектору.
   Значение несовместимых ценовых структур в учете дисперсии конверсии доллара становится еще более очевидным при учете различных методов оценки паритета покупательной способности в оборонных отраслях. Различные методы дают основание для целого ряда оценок. Высокие долларовые оценки возникают, когда в качестве меры стоимости используются американские цены (капитал, оборудование и услуги). Низкие долларовые оценки возникают, когда используются внутренние цены рассматриваемой страны. Между этими высокими и низкими оценками идут оценки паритета покупательной способности, которые используют международные цены в качестве ориентира. В принципе, метод паритета покупательной способности предлагает наиболее строгое решение для определения относительной структуры военных расходов. Однако некоторая методологическая гибкость в случае стран с переходной экономикой и некоторых развивающихся экономик остается желательной, учитывая ограниченность исходных данных в целом и в оборонном секторе в частности.
   Военные расходы России
   Российские военные расходы по-прежнему почти так же трудно поддаются точному измерению, как и расходы СССР. Представляется возможным, что официальные военные расходы СССР и Российской Федерации сократились более чем на 40% в реальном выражении за период 1989-1994 годов. Хотя на долю России приходилось более 60% советского валового национального продукта (ВНП) по официальным данным, неясно, какова была российская доля советских военных расходов и какая доля средств взималась в самой России; оценки доли России в советских военных расходах колеблются в пределах 60-84%. Учитывая эту неопределенность, представляется вероятным, что некоторая часть, возможно большая, но определенно не вся, сокращения может быть отнесена к потере бюджетных поступлений от новых республик после распада СССР. Для сравнения, сокращение оборонных бюджетов некоторых государств-членов НАТО было отложено из-за войны в Персидском заливе, и, хотя реальные сокращения оборонных расходов в конце 1990-х годов обычно увеличиваются до 20-30% по сравнению с уровнем 1989 года, фактические сокращения расходов до 1994 года обычно ограничивались примерно одной третью этого диапазона. Однако существует значительный контраст в двух взаимодополняющих процессах демилитаризации. В то время как сокращение оборонных расходов НАТО было плановым и в целом прозрачным, сокращение расходов в СССР и России можно лишь частично отнести к согласованной политике и не может быть охарактеризовано как "прозрачное". Вполне вероятно, что они были и остаются отчасти непроизвольными и, более того, обратимыми в случае возникновения реакции на политические и экономические реформы.
   Последний комментарий к советским военным расходам, который появился в военном балансе, можно найти в издании 1991-92 годов. Как правило, МИСИ предпочитал не давать независимых оценок советских военных расходов, ссылаясь на недостаточность данных и методологические проблемы в качестве причин, ограничивающих точные измерения, и вместо этого предоставлял ряд оценок, предоставляемых в общественное достояние правительствами и независимыми аналитиками. Несмотря на некоторые улучшения в прозрачности, инициированные режимом Горбачева и продолженные российским правительством, независимое измерение российских военных расходов по-прежнему сдерживается неопределенностью, главным образом потому, что официальный российский военный учет остается окутанным тайной. Кроме того, существует новая проблема гиперинфляции, с которой нужно считаться.
   Начиная с 1989 года Советское правительство обнародовало данные о том, что считалось реальным оборонным бюджетом СССР (77 млрд рублей в 1989 году, или 8,5% ВНП). Ранее Советский Союз заявлял, что в 1980-е годы он тратил на оборону около 3% или 7-20 млрд руб. Что касается более ранних официальных данных, то среди разведывательных служб НАТО и независимых исследовательских институтов существовало единодушное мнение, что фактические военные расходы в 2-3 раза превышают допустимые. Подобные сомнения существуют и по сей день в отношении достоверности российского военного учета, хотя следует сказать, что возможности для фальсификаций со стороны Министерства обороны России уменьшаются благодаря сотрудничеству между Министерством финансов России и МВФ. Официальные оборонные бюджеты СССР и России на 1989-1994 годы приведены в Таблице 1. Взятые за чистую монету, эти цифры позволяют сделать два вывода. Во-первых, последствия гиперинфляции в период 1991-1994 годов в несколько раз повысили номинальные значения оборонных бюджетов и нанесли ущерб процессу бюджетного планирования. Действительно, квартальные бюджеты были введены на период 1992-1994 годов, чтобы обеспечить возможность корректировки с учетом инфляции. Ежегодные ассигнования на оборону в начале 1993 года составляли около 3,5 трлн. рублей в год, увеличившись к середине года до 6,4 трлн. рублей, а только за последний квартал - до 4,5 трлн. рублей. Вследствие неконтролируемой инфляции российское правительство не смогло рассчитать и опубликовать дефлятор цен, чтобы установить, являются ли эти цифры реальным ростом или снижением. Во-вторых, единственная тенденция, которая очевидна из официальных данных, касается доли ВНП/ВВП, приходящейся на оборонный бюджет. Если предположить, что российская доля советского ВНП и расходов на оборону равны (что не обязательно так), то официальный оборонный бюджет сократился пропорционально с примерно 8,5% ВНП в 1989 году до прогнозируемых 6% ВВП в 1994 году, согласно российскому правительству. Представляет ли это собой площадное падение, зависит, конечно, от величины разницы между российской долей Советского ВНП и российским ВВП.
   0x01 graphic
   Несмотря на Минские соглашения от февраля 1992 года, предусматривающие общий оборонный бюджет СНГ, представляется вероятным, что Россия понесла основную тяжесть расходов на российское военное присутствие в новых независимых государствах бывшего Советского Союза. Столкнувшись с реальностью распада СССР на независимые республики, Министерство обороны в начале 1992 года предприняло попытку навязать другим странам СНГ совместный оборонный бюджет на первый квартал (50,4 млрд. рублей), из которого Россия должна была выплатить 42,4 млрд. рублей (84%), а остальные государства СНГ - 8 млрд. рублей (16%). После этого, поскольку СНГ не получило признания в качестве политического института, Россия, по-видимому, отказалась от усилий по формированию общего оборонного бюджета СНГ. Он также запросил финансирование ООН для миротворческих операций в странах бывшего Советского Союза, хотя до сих пор безуспешно.
   Следует подчеркнуть, что они содержат самый минимум информации и не могут быть проверены путем перекрестной проверки с другими официальными статистическими данными, такими как реальные уровни заработной платы и объемы закупок оружия и оборудования. Однако из официальных данных, подкрепленных другими доказательствами, можно сделать один важный вывод. Эти цифры свидетельствуют о значительном увеличении расходов на персонал, эксплуатацию и техническое обслуживание (PO&M) - с 26% в 1989 году до 54% в 1994 году - на инфраструктуру (с 6% до 12%)по сравнению с закупками (с 42% до 21%) и на исследования и разработки (R&D) (с 20% до 6%). Если принять доказательства сокращения оборонных бюджетов России по сравнению с бюджетами СССР, то можно сделать правдоподобный вывод о том, что основной удар по реальным сокращениям пришелся на закупки (что подтверждается другими доказательствами) и НИОКР (для которых имеется меньше доказательств). Эти цифры также согласуются с растущим использованием добровольцев по краткосрочным контрактам (160 000-2000 человек к концу 1993 года) в Вооруженных силах для борьбы с последствиями острой нехватки живой силы, вызванной отсрочкой от обязательной военной службы и уклонением от нее.
   0x01 graphic
   Числа могут не складываться из-за округления.
   Советские оборонные бюджеты не включали все военные расходы, определенные НАТО. Например, бюджеты Министерства внутренних дел (МВД)- 5,6 млрд. рублей и Комитета государственной безопасности (КГБ) - 4,9 млрд. рублей - были впервые обнародованы в 1991 году, подтвердив, что финансирование этих организаций до сих пор не входило в официальный оборонный бюджет. Два других основных источника финансирования вооруженных сил, которые содержались в бюджете для "ассигнований на финансирование развития национальной экономики", включали ценовую поддержку как оборонных НИОКР, так и промышленности. Эти и подобные им случаи сокрытия советских военных расходов в бюджетах центрального правительства и внебюджетных счетах уже давно были в принципе выявлены агентствами НАТО и независимыми аналитиками, а ограниченные усилия по обеспечению прозрачности в последние годы существования СССР лишь подтвердили предыдущие оценки.
   Поэтому для того, чтобы официальные цифры были реалистичными, к бюджетным ассигнованиям необходимо добавить оценки скрытых расходов. Это дает увеличенную рублевую цифру, к которой нужно сделать две корректировки. Во-первых, необходимо скорректировать инфляцию, чтобы можно было оценить реальный рост и спад. МИСИ использует статистические данные МВФ по инфляции цен на промышленные товары и рабочую силу, а также оценку роста цен на оборонные товары в секторах капитала (т. е. людских, технологических и земельных ресурсов), оборудования и рынка труда. Во-вторых, инфляция вместе с оценкой удельного роста цен на оборону в секторах капитала (т. е. людских, технологических и земельных ресурсов), оборудования и рынка труда. Во-вторых, конвертация в конвертируемую валюту (как правило, доллар США) необходима для проведения международных сопоставлений реального уровня военных расходов. Долларовая конвертация официальных оборонных бюджетов и независимых оценок реальных расходов - извечная проблема. Эти проблемы остаются в российском случае из-за сохраняющейся существенной разницы между внутренними российскими и мировыми ценами. В период 1992-1994 годов существование множественных валютных курсов означало сохранение неконвертируемости российского рубля, хотя к 1994 году появились признаки того, что разрыв между российскими и мировыми ценами сокращается.
   В качестве иллюстрации в таблице 3 приведены оценки реальных советских расходов за отдельные годы с 1985 по 91 год Агентством США по контролю над вооружениями и разоружению (ACDA). Эти оценки отражают высокий уровень некоммунистических расчетов реальных советских военных расходов (примерно в три раза превышающих официальные бюджетные показатели по преобладающему официальному обменному курсу), а также реального советского ВНП (оцениваемого почти в две трети ВВП США в 1985 году и чуть менее половины в 1991 году по сравнению с официальными оценками от одной четверти до одной пятой). ACDA добавляет оговорку, что ее оценки основаны на том, во что обошлись бы США в долларах, чтобы произвести военные усилия, эквивалентные усилиям СССР, отмечая, что оценки этого типа могут завышать относительный масштаб советских расходов, поскольку предполагаются американские цены и ставки заработной платы.
   0x01 graphic
   Долларовые оценки МИСB советского и российского оборонных бюджетов (Таблица 4) были рассчитаны на основе официальных и общеэкономических индексов инфляции цен МВФ и отраслевых индексов инфляции цен с корректировкой на уровни цен, специфичные для обороны. Можно сделать некоторые важные выводы о приоритетах финансирования в современных российских оборонных бюджетах.
   0x01 graphic
   Во-первых, российский оборонный бюджет 1994 года сократился в реальном выражении более чем на 40% по сравнению с Советским бюджетом 1989 года. МИСИ считает, что самое большое эффективное сокращение могло произойти в результате политического и экономического кризиса 1991-1992 годов и могло быть в некоторой степени вынужденным, поскольку ни Министерство финансов, ни Министерство обороны не смогли приспособиться к потере финансового и денежно-кредитного контроля над бывшими советскими республиками и, по сути, самой Россией. С 1992 года, по мнению МИСИ, российские оборонные бюджеты фактически статичны в реальном выражении с небольшим увеличением в 1994 году. Это предположение противоречит оценкам реального сокращения оборонных бюджетов, основанным на данных официальной статистики о снижении ВВП и осторожно поддержанным МВФ. Поскольку оборонные бюджеты официально составляли 5-6% ВВП в 1993-1994 годах, после последовательного ежегодного снижения ВВП на 11,5% в 1993 году и прогнозируемого 10-12% в 1994 году, следует, согласно официальной линии, что оборонные бюджеты также должны были упасть, поскольку ВВП сократился. Оценки МИСИ по паритету покупательной способности для оборонных бюджетов 1992 и 1993 годов (77 млрд. долл.) представляют собой весьма отличные значения от значений, полученных на основе рыночных обменных курсов (40 млрд. долл. в 1992 году и 29 млрд. долл. в 1993 году), приведенных в двух предыдущих изданиях военного баланса. Поскольку оборонный бюджет не охватывает всю связанную с военными действиями деятельность, эта смета представляет собой самый низкий уровень ряда возможных расходов.
   Во-вторых, приоритет финансирования переключился с закупок на персонал, операции и техническое обслуживание. Финансирование PO&M, возможно, увеличилось на целых 75% с 1989 года. В-третьих, расходы на закупки сократились более чем вдвое. Эта оценка согласуется с другими данными о значительном снижении объемов производства вооружения и военной техники в российской оборонной промышленности по сравнению с советским периодом. Продажи российского оружия также значительно снизились по сравнению с Советским уровнем, хотя в значительной степени это падение можно объяснить упором на валютные поступления, начатым при горбачевском режиме. В 1992 году, по официальным данным, поставки вооружений составили $1,5 млрд., увеличившись до $1,9 млрд. в 1993 году. Имеются также свидетельства существенного сокращения реальных расходов на НИОКР, что представляется менее вероятным, учитывая заявленную политику Министерства обороны по модернизации вооружений и техники в свете опыта, накопленного в ходе применения советских вооружений в войне в Персидском заливе 1991 года. Поэтому вполне возможно, что дополнительное финансирование НИОКР может содержаться в других частях государственного бюджета и внебюджетных счетах. Наконец, официальный бюджет пограничной охраны, который не является частью оборонного бюджета, составляет 2,2 трн. рублей в 1994 году. Остаются нерешенными вопросы, касающиеся других военных расходов, которые, по-видимому, не учитываются в оборонных ассигнованиях, включая расходы на космос, разведывательные службы и субсидии на НИОКР и оборонную промышленность.
   Таким образом, оценка МИСИ оборонного бюджета России на 1994 год в размере $78 млрд. (в постоянных ценах 1993 года) должна быть дополнена напоминанием о том, что официальная военная отчетность Министерства обороны остается далеко не прозрачной даже до решения технических проблем гиперинфляции и паритета покупательной способности, и что эта цифра, вероятно, занижает фактические военные расходы. Он представляет собой нижний предел диапазона возможных расходов. Сокращение оборонных расходов в СССР и России, по-видимому, было относительно более существенным, чем в государствах-членах НАТО в период 1989-1990 годов, в такой же степени результатом вынужденной, как и запланированной политики, и более легко обратимым, учитывая, что демократия еще не укоренилась в России. Наконец, в любом глобальном сравнении российские военные расходы остаются в реальном выражении существенно выше, чем у любой другой страны, кроме США, даже при низкой оценке, полученной из официальных бюджетов. Следует также проявлять осторожность, не придавая слишком большого значения явно низким текущим уровням расходов. Баланс российских военных активов показал бы то, что также очевидно из масштабов и масштабов военного истеблишмента России, а именно, что Россия остается грозной и непредсказуемой военной державой.

Reader Reaction Questionnaire

   A Reader Reaction Questionnaire was enclosed in copies of The Military Balance 1993-1994 sent to ESS Members and publications subscribers. In all, some 6,000 questionnaires were sent out. To date, some 220 have been returned, not an encouragingly high proportion. What was encouraging, however, was the tenor of the replies which were generally very favourable to the present format. Completed questionnaires were received from 41 countries and from a wide range of people: the military; diplomats; academics; and journalists.
   On the whole, the response was positive; the majority wanted little changed. While a number of proposals for added improvements were welcomed, there were no suggestions as to what could be dropped that is currently included. The page length of The Military Balance is restricted by the publisher's contract, and for some years now the book has been over length, a cost borne by the IISS. However, under the proposed contract with the new publisher, page length will be increased from 240 to 320 pages. Although it is not intended to expand to the full length immediately, most of the suggested improvements can be introduced in the next two to three years.
   Respondents found the introductory prose to each regional section helpful: most praised the practice of highlighting the major changes in organisation and weapons holdings noted in the previous 12 months. It remains important for The Military Balance clearly to distinguish between genuinely new developments, and those that have only been revealed by improved information although they occurred some time earlier. The majority favoured including more information on strategic events and potential problems, a practice introduced rather tentatively in 1993 and continued in this edition.
   Encouragement was given to continue to include, as in past years, tables comparing the characteristics of major weapons systems, such as attack aircraft, artillery and tanks. The increased page length should mean that a number of comparative tables, not just one, can be included every year. The effort involved in up-dating an annual table is, of course, far less than creating it, more or less from scratch, every five or so years. More information was requested on nuclear and chemical weapons, although there is a distinct possibility, bar certain notable exceptions, that their utility is being increasingly questioned and their numbers are being significantly reduced. More information was also asked for on ballistic missiles and on the emerging new 'exotic', and in some cases non-lethal, weapons.
   Over 30 responses supported more information on peacekeeping operations, and an attempt will be made to expand the data given on each mission and provide, where relevant, a short commentary on its success or otherwise over the previous 12 months. While obtaining basic information on UN operations is relatively straightforward, it is more difficult to obtain information on those mounted by other organisations, such as the Economic Community of West African States (in Liberia) and the Commonwealth of Independent States in regions of the former Soviet Union, such as Abkhazia/Georgia, Dniestr/Moldova and Tajikistan. Details of multinational operations, such as the air exclusion zones over Bosnia, and sanctions enforcement, for example in the Adriatic, have been included in the Peacekeeping section.
   A very large number of suggestions was made regarding maps. The idea of including a map of each regional section was popular, and this will shortly be achieved. Of the nine regional sections in The Military Balance, four normally have a dedicated map, although the whole of the East Asia and Australasia region cannot be usefully portrayed on a single page, and a fifth covers Europe, thus serving both the NATO and Non-NATO Europe sections (although with the development of NACC, Partnership for Peace and the European Stability Pact this distinction becomes increasingly blurred). No maps have been included this year because of page length overrun, but they will be reinstated in 1995-96.
   Some 80 suggestions for improving the detail provided by the regional maps and for including those depicting other strategic topics were made. Unfortunately, The Military Balance page size very much restricts the amount of detail that can be clearly shown, particularly as colour cannot be used. It is appreciated that maps that only show political boundaries are not adequate (this realisation was the motivation behind the Institute's efforts to publish a strategic atlas which over 75% of respondents said they would buy. The project is currently in abeyance as no publisher can be found to take on the project and guarantee a realistic copy price). The loose wall map was also considered useful and over 50 suggestions for future topics were made. There is undoubtedly a great interest in maps and many readers would like to see significant statistics presented graphically rather than laboriously hunting through the relevant pages of text.
   More information on the defence industry was requested and over 70 suggestions for the sort of information to be included were put forward. The Military Balance does not intend to compete with the wealth of detailed data and statistics provided by the Stockholm International Peace Research Institute Yearbook. It intends purely to cover, once the relevant information has been collected, industrial capability. This means what each country can manufacture and, equally, or possibly more important, what it must import. This section will consider not only major weapons and equipments, but also important components, be they aero-engines or silicon chips. It may, however, be a year or two before this development can be introduced.
   Economic and demographic improvements were suggested in some 50 responses. Information on the break-down of defence expenditure into categories such as Research and Development, Procurement, Operations and Maintenance, is even more difficult to obtain than accurate data on total defence spending - and this is not easy. The IISS Defence Economist will continue to gather as much detailed data as possible from as many countries as possible, but the data are unlikely to be published as they will be so incomplete. However, enquiries can always be made to the Institute's Information Section regarding specific countries. A major problem lies in the true comparison of defence expenditure between states where difficulties over exchange rates exist. This topic is covered more fully on pp. 278-85 of this edition. More data regarding significant ethnic minority populations are being published in the book.
   The questionnaire also asked whether significant equipments other than weapon systems should be included. Some suggestions were made as to what these might be and, from this year, two new systems have been included: mortar/artillery-locating radar; and unmanned aerial vehicles (UAV) used for reconnaissance and intelligence-gathering. It was also asked whether other Air Force information was required and many more suggestions, over 40, were received. While most suggestions were eminently sensible, acquiring the necessary data would be difficult, indeed virtually impossible. As a start, where available, the average annual hours flown by air crew is being published.
   Finally, some 70% of respondents supported the idea of including an annual chronology of military events. This would cover international treaties, significant operational events (invasions, cease-fires) and major equipment introductions. The idea needs to be developed further and will not be introduced until it is clear how much of the additional page length will be taken up by the other proposals which are being introduced.
   While the IISS is most grateful for the replies to the questionnaire received and for the excellent suggestions made, the level of response was disappointing. Copies of the questionnaire are still available for anyone who would like to comment in full on the contents of The Military Balance. Individual comments and suggestions for improvements are welcome at any time, as are comments and criticisms as to the accuracy of the data portrayed.

Анкета Реакции Читателя

   К экземплярам "Военного баланса 1993-1994 годов", разосланным членам ESS и подписчикам публикаций, был приложен вопросник с ответами читателей. Всего было разослано около 6000 анкет. На сегодняшний день было возвращено около 220, что не является обнадеживающим показателем. Однако обнадеживающим был характер ответов, которые в целом были весьма благоприятны для нынешнего формата. Заполненные анкеты были получены из 41 страны и от широкого круга людей: военных, дипломатов, ученых и журналистов.
   В целом реакция была положительной; большинство хотело, чтобы мало что изменилось. В то время как ряд предложений о дополнительных улучшениях был одобрен, не было никаких предложений относительно того, что может быть отброшено, что в настоящее время включено. Длина страницы военного баланса ограничена контрактом издателя, и вот уже несколько лет книга выходит за рамки своего объема, что оплачивается МИСИ. Однако, согласно предложенному контракту с новым издателем, длина будет увеличена с 240 до 320 страниц. Хотя он не предполагает немедленного расширения до полной длины, большинство предлагаемых улучшений может быть введено в течение следующих двух-трех лет.
   Респонденты сочли полезным введение в каждый региональный раздел: большинство из них высоко оценили практику освещения основных изменений в организации и запасах оружия, отмеченных за предыдущие 12 месяцев. По-прежнему важно, чтобы военный баланс четко различал подлинно новые события и те, которые были выявлены только благодаря улучшенной информации, хотя они произошли некоторое время назад. Большинство высказалось за включение дополнительной информации о стратегических событиях и потенциальных проблемах - практика, введенная довольно условно в 1993 году и продолженная в настоящем издании.
   Было рекомендовано продолжать включать, как и в прошлые годы, таблицы, сравнивающие характеристики основных систем вооружения, таких как боевые самолеты, артиллерия и танки. Увеличение числа страницы должно означать, что каждый год можно включать не одну, а несколько сравнительных таблиц. Усилия, затрачиваемые на обновление годовой таблицы, конечно, гораздо меньше, чем на ее создание, более или менее с нуля, каждые пять или около того лет. Была запрошена дополнительная информация о ядерном и химическом оружии, хотя существует явная возможность, за некоторыми заметными исключениями, что их полезность все больше ставится под сомнение и их число значительно сокращается. Была также запрошена дополнительная информация о баллистических ракетах и о появлении новых "экзотических", а в некоторых случаях и не летальных видов оружия.
   Более 30 ответов содержали дополнительную информацию об операциях по поддержанию мира, и будет предпринята попытка расширить данные, представленные по каждой миссии, и представить, где это уместно, краткий комментарий о ее успехах или других успехах за предыдущие 12 месяцев. Хотя получить основную информацию об операциях ООН относительно просто, гораздо труднее получить информацию о тех операциях, которые были организованы другими организациями, такими как экономическое сообщество западноафриканских государств (в Либерии) и Содружество Независимых Государств в регионах бывшего Советского Союза, таких как Абхазия/Грузия, Прднестровье/Молдова и Таджикистан. Детали многонациональных операций, таких как воздушные запретные зоны над Боснией и применение санкций, например в Адриатическом море, были включены в раздел по поддержанию мира.
   Было сделано очень много предложений относительно карт. Идея включения карты каждого регионального участка была популярна, и вскоре это будет достигнуто. Из девяти региональных разделов в военном балансе четыре обычно имеют специальную карту, хотя весь регион Восточной Азии и Австралии не может быть с пользой изображен на одной странице, а пятый охватывает Европу, таким образом показывая как европейские разделы НАТО, так и не входящие в НАТО (хотя с развитием NACC, партнерства во имя мира и европейского пакта стабильности это различие становится все более размытым). В этом году карты не были включены из-за переполнения страниц, но они будут восстановлены в 1995-96 годах.
   Было внесено около 80 предложений по улучшению детализации региональных карт и включению в них других стратегических тем. К сожалению, размер страницы военного баланса очень сильно ограничивает количество деталей, которые могут быть четко показаны, в частности, поскольку цвет не может быть использован. Следует отметить, что карты, которые показывают только политические границы, не являются адекватными (это понимание было мотивацией для усилий института по изданию стратегического атласа, о покупке которого заявили более 75% респондентов. Проект в настоящее время приостановлен, так как нет издателя, который мог бы взять на себя ПРОЕКТ и гарантировать реалистичную цену копии). Свободная настенная карта также была признана полезной, и было внесено более 50 предложений по будущим темам. Несомненно, существует большой интерес к картам, и многие читатели хотели бы видеть значительную статистику, представленную графически, а не кропотливо рыться в соответствующих страницах текста.
   Была запрошена дополнительная информация по оборонной промышленности, и было выдвинуто более 70 предложений относительно того, какая информация должна быть включена. Военный баланс не намерен конкурировать с богатством подробных данных и статистических данных, представленных ежегодником Стокгольмского Международного института исследования проблем мира. Она предназначена исключительно для того, чтобы охватить, как только будет собрана соответствующая информация, промышленный потенциал. Это означает, что каждая страна может производить и, что не менее или, возможно, более важно, что она должна импортировать. В этом разделе будут рассмотрены не только основные виды вооружения и техники, но и важные компоненты, будь то авиационные двигатели или кремниевые чипы. Однако может пройти год или два, прежде чем это развитие может быть введено.
   Экономические и демографические улучшения были предложены примерно в 50 ответах. Информацию о разбивке расходов на оборону по таким категориям, как исследования и разработки, закупки, операции и техническое обслуживание, получить еще труднее, чем точные данные об общих расходах на оборону, а это нелегко. "Оборонный экономист" МИСИ будет продолжать собирать как можно больше подробных данных из как можно большего числа стран, но эти данные вряд ли будут опубликованы, поскольку они будут настолько неполными. Однако в информационную секцию Института всегда можно обратиться с запросом относительно конкретных стран. Основная проблема заключается в реальном сравнении расходов на оборону между государствами, в которых существуют трудности с обменными курсами. Эта тема более полно освещена на стр. 278-85 настоящего издания. В книге публикуются дополнительные данные о значительном населении этнических меньшинств.
   В вопроснике также был задан вопрос о том, следует ли включать в него значительное оборудование, отличное от оружейных систем. Были высказаны некоторые предположения относительно того, что это может быть, и с этого года были включены две новые системы: минометные/артиллерийские РЛС и беспилотные летательные аппараты (БПЛА), используемые для разведки и сбора разведданных. Был также задан вопрос о том, требуется ли иная информация для ВВС, и было получено еще много предложений, более 40. Хотя большинство предложений были в высшей степени разумными, получить необходимые данные было бы трудно, фактически невозможно. Для начала, где это возможно, публикуются средние годовые часы, налетанные экипажем воздушного судна.
   Наконец, около 70% респондентов поддержали идею включения ежегодной хронологии военных событий. Это будет охватывать международные договоры, важные оперативные мероприятия (вторжения, прекращение огня) и ввод основного оборудования. Эта идея нуждается в дальнейшем развитии и не будет представлена до тех пор, пока не станет ясно, какую часть дополнительной длины страницы займут другие предложения, которые будут представлены.
   Несмотря на то, что МИСИ весьма признательна за полученные ответы на вопросник и за внесенные замечательные предложения, уровень ответов был разочаровывающим. Копии вопросника по-прежнему доступны для всех, кто хотел бы прокомментировать в полном объеме содержание военного баланса. Индивидуальные замечания и предложения по улучшению приветствуются в любое время, равно как и замечания и критические замечания относительно точности представленных данных.


   0x01 graphic
   0x01 graphic

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"