Тенев Роман Зануфьевич : другие произведения.

Мёртвый сон

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Даже не знаю, куда это отнести. Рассказ задуман как постебушка над Авестой(грубо говоря, собрание религиозных книг зороастрийцев). Поэтому есть юмор. Но раз уж на основе мифов, то есть фэнтези. Решил обозвать фантастикой...


Мёртвый сон.

   - Интересно, что это там, за краем?
   Вопрос, брошенный в никуда, ответа за собой не подразумевает. Впрочем, отвечать и некому. Но мне всё равно интересно...
   Я стою на какой-то площадке, по форме напоминающую круг. Небо и всё, что за краем площадки, грязно-серого цвета. Несмотря на своё огромное любопытство, я всё же не решаюсь заглянуть за край островка. Такое ощущение, что, если загляну туда, увижу нечто... не знаю, что, но почти уверен, что мне не понравится.
   - Мда, интересно...
   - Там банальный Хаос. - Голос звучит словно отовсюду, но вот источника нигде не видно.
   - А почему серый? - Спрашиваю я так, словно каждый день вижу перед собой Хаос, это от неожиданности.
   - Он не серый, просто в нём все краски перемешаны. - Будничным тоном поясняет неизвестный.
   - Интересно, - уже в который раз повторяюсь я,- а кто это мне отвечает?
   - Юйав.
   - Что?
   - Не что, а кто. - Поправляет меня голос.- Юйав. Зовут меня так.
   - А-а...а где ты?
   - А меня что, не видно? - Конкурс идиотских вопросов продолжается...
   - Не-а.
   - Ой, извиняюсь, сейчас.
   Спустя мгновение (я как раз моргнуть успеваю) этот некто, назвавший себя странным именем Юйав, предстаёт передо мной. Он одет в обычный костюм-тройку, на глазах очки, одетые скорее для деловитости, чем для коррекции зрения: слишком живо за стёклами смотрятся глаза, словно и нет линз.
   - Так лучше? - Спрашивает мужчина, пока я его рассматриваю.
   - Угу,- поражённо отвечаю я,- только всё равно непонятно...
   С его неожиданным появлением из воздуха я уже успеваю смириться.
   - Что именно?
   - Всё.
   - Что "всё"? - Издевается он, что ли?!
   - Вообще ничего не понятно! - Начинаю я раздражаться.
   - Так спрашивайте конкретно, а то "всё", "ничего", а какая между ними разница, если они ничего не поясняют...- заявляет мне незнакомец слегка обиженным тоном. Хотя, какой он теперь незнакомец, он ведь представился...
   - Договорились, где я?
   - Как это "где"?! Здесь!
   Тут я не выдерживаю, на меня и так навалилась масса впечатлений: я совершенно не помню, как здесь оказался; этот нелепый разговор на клочке земли, висящем в Хаосе, - так ещё и этот... неумный с совершенно невинным лицом говорит такое, что пятилетний ребёнок позавидовал бы логике. Меня охватывает такой приступ хохота, что я без сил опускаюсь на землю и, задыхаясь от смеха, принимаюсь кататься по земле.
   Мужчина с удивлённой улыбкой смотрит на меня, но попыток спросить, что со мной, не предпринимает. Отсмеявшись и отдышавшись, я поднимаюсь на ноги.
   - Простите, просто столько всего навалилось сразу...
   - Понимаю, но у нас нет времени на лишние разговоры. Позвольте проводить вас...
   - Куда?
   - Пойдёмте...
   Он хватает мою руку и ведёт за собой к обрыву. Не совсем понимая (вернее, совсем не понимая), что происходит, я плетусь следом. Подведя меня на край площадки, он спрашивает:
   - Видите тот островок с горой?
   - Да.
   Невдалеке, так же, как и наш островок, в колышущейся массе серого Хаоса, замечаю гору.
   - Вам туда, к горе Арах.
   - Как, прыгать? - С издёвкой спрашиваю я.
   Но Юйава рядом уже нет, зато за моей спиной стоят две женщины. Нет, правильнее сказать, одна женщина и старуха. Женщина среднего роста, с длинною косой, лицо словно выточено умелым скульптором - ни дать ни взять, девица из русской сказки. Да и сарафан в образ идеально вписывается.
   Старуха, невзирая на возраст, который мне упорно хочется назвать восьмидесятипятилетним, не согнулась под тяжестью жизненного опыта, она стройна и гордо держит голову. Но в этой гордости нет высокомерия, есть только уверенность в своих силах. На ней чёрная накидка, скрывающая всё тело.
   Откровенно говоря, меня такая резкая смена действующих лиц на этой сцене сумасшедшего дома несколько сбивает с толку, поэтому я решаю глупо отшутиться:
   - Здоровеньки булы! Откель, гарные дивчины, такие будете?
   Судя по удивлённому взгляду друг на друга, эти особы в плане женского пола совместного появления не ожидали. Несмотря на разницу в возрасте есть в них схожие черты. Словно женщина или старуха, кому как удобно, смотрится в зеркало, которое ей безбожно врёт... Наконец, смирившись с присутствием друг друга, они начинают говорить, причём одновременно:
   - Я Анаэд, истинная Вера...- Их одновременная речь производит жутковатое впечатление. Отдельно голос каждой отличить сложно, но их слияние получается таким... нечеловеческим, вселяющим трепет и страх перед неизведанным...
   - Простите, кто истинная?- Сглотнув, переспрашиваю с ударением на слове "кто", чтобы развеять сосущее ощущение.
   - Не будем терять времени, ты должен пройти по мосту...
   - По какому мосту? Может, я не понял чего...- Срываюсь я на сарказм, разглядывая гору и прикидывая расстояние до неё.
   - Ты смотришь на него, Человек, ты смотришь на Мост-разлучитель.
   Пропускаю мимо ушей странное название моста. Я уже перестаю удивляться этому месту, обстоятельствам моего появления здесь и появлению прямо передо мной... моста? Назвать многогранный луч, "перекинутый" от края островка до горы, как-то не получается. Луч странной формы: множество граней, каждая отличается от другой шириной. Ни одной одинаковой.
   - Иди вперёд, Человек.- Нараспев произносят обе Анаэд.
   - Туда?!- Восклицаю, указывая на луч. - Что, прямо по лучу? А он меня выдержит?
   Молчание. Хороший ответ... может, он должен вселять уверенность? Ничего похожего не ощущаю. Но идти придётся...
   Я делаю шаг к пропасти и замираю от неожиданности: луч начинает вращаться, подставляя мне то одну, то другую грань. Чуть не упал...
   - Мы так не договаривались!- С претензией обращаюсь то ли к вращающемуся лучу, то ли к женщинам, благодаря которым я чуть не полетел в пропасть.
   - Сейчас Мост сделает выбор...
   Луч делает ещё три оборота, затем разделяется вдоль и начинает вращать свои половинки независимо друг от друга. Вскоре они останавливаются. Одна повёрнута ко мне самой острой своей стороной, другая - широкой. Расстояние между гранями примерно в человеческий рост. В просвет видна колышущаяся серая бездна. Недолго думая, иду вперёд по широкой половине. Женщины остаются позади и не спешат меня догонять.
   Впереди меня ждёт ещё один сюрприз: не доходя до горы несколько шагов, меня ждут две собаки. Любопытно, а когда Мост крутился, они на нём стояли? Подхожу ближе и понимаю, что на мосту всего одна собака, вторая оказывается...волком! Пепельно-серый, без единого светлого пятна, хищник внимательно смотрит мне в глаза. Каким-то образом догадываясь, что эта игра может стоить мне жизни, гляжу в глаза зверя не мигая. Смотрю, собрав во взгляд всю силу воли. Почему-то меня не оставляет впечатление, что это битва с самим собой, что этот зверь если не я сам, то живёт во мне... Смотрю в глаза смерти, понимая, что не могу проиграть...
   Вдруг собранное и готовое к броску тело волка расслабляется. Хищник начинает выть и визжать. Как и до наших "гляделок", собака продолжает сохранять зловещее молчание. Странно: молчание пса меня настораживает, а волчий вой и визг придают уверенности.
   Вспоминается, что у некоторых народов собака являлась священным животным и почиталась. Убить её считалось величайшим грехом...
   - А что здесь делает волк?- Начинаю размышлять я.
   - Хотите это узнать?- Раздаётся за спиной голос Юйава.
   - Да.- Отвечаю я, не оглядываясь. Почему-то я уверен, что слышу только голос и, обернувшись, никого не увижу.
   - Загляни в глаза псу...
   Последовав совету моего проводника, вглядываюсь в зрачки собаки, похожие на два колодца. Спустя несколько мгновений чувствую странную тупую боль в переносице. Мне уже всё известно. Боль становится невыносимой, в глазах темнеет...

* * *

   Бег - смысл жизни. Бег - наслаждение. Только в стае одиночек можно это почувствовать. Стая. Стая, бегущая по полю, состоящая только из одиночек. Визжащих, радующихся бегу и охоте. Кровь в жилах, кровь, горящая в стальных мышцах прирождённых убийц. Кровь, влекомая запахом крови. Предчувствие добычи, новой крови, сладкой и манящей.
   Поджарый пепельно-серый волк с белым пятном на морде бежал легко. Сейчас его смыслом жизни был бег. Рядом бежали его товарищи по охоте. Шла охота.
   Стая вбежала в лес, "нырнула" в него, стала его неотъемлемой частью. И вновь разбилась на одиночек. Только волк с пятном какое-то время ещё бежал рядом со своим братом. То был огромный волк, столь же серый, но у него не было ни одного светлого пятна. Он был крупнее и старше, но младшего брата он уважал. Вскоре разделились и они.
   Пятнистый бежал. Бежал и охотился. Он жил. Рядом была добыча. Но что-то было не так. Вернее, чего-то не было. Когда до жертвы оставалось три больших прыжка, Волк с пятном на морде перешёл на крадущийся шаг. Опасности не было, да и не был он труслив. Но всегда отличался от других особыми любознательностью и вдумчивостью. Когда он был щенком, это не особо выделялось. Но когда он подрос, стал полагать не только на свои инстинкты.
   Сейчас хищник был движим любопытством. Выйдя на край поляны, он увидел маленького человека. Теперь Пятнистый понял, что не так: он не чувствовал страха, исходящего от жертвы. Не было того страха, что так и зовёт к себе охотника. Того ужаса, что заставляет кровь кипеть в венах волка, делая его тело ещё сильнее. Его не было. Теперь азарт охоты уступил место интересу. Но инстинкты заставляли его быть острожным.
   Хищник не заметил ничего опасного в поведении своей несостоявшейся жертвы и дал себя заметить. Человек приблизился. Всё тело зверя было напряжено и готово к прыжку. Человек начал с интересом разглядывать волка. Прежде чем Пятнистый успел что-либо понять, человек протянул руку и провёл по наморщенному в оскале носу. Теперь хищник окончательно убедился, что опасности нет. Настал его черёд разглядывать человека. Он приблизил морду к его рукам и обнюхал их. Они пахли таким разнообразием ароматов, что различить отдельный не представлялось возможным. Затем зверь приступил к голове. Он обнюхал её. Лизнул. Человек отдёрнулся с резким звуком, напоминающим заливистый лай. Пятнистый приложил неимоверные усилия, чтобы подавить в себе проснувшееся от внезапного движения желание убить. Наконец, это ему удалось.
   Внезапно человек посмотрел зверю в глаза. Волк прочитал в них всё: интерес, голод и что-то ещё... Не совсем понимая, зачем он это делает, Пятнистый обнюхал землю и поймал след человека, вьющийся среди деревьев. Он пошёл по этому следу туда, откуда пришёл человек. Почувствовав на своей шее руку, он удовлетворённо рыкнул и двинулся дальше не слишком быстрым шагом, чтобы мог успеть его спутник.
   Скоро он почувствовал усиливающийся запах ещё одного человека. Подойдя к нему на пять больших прыжков, Пятнистый остановился. Второй человек был значительно больше, шерсть его была короче, чем у первого, но она у него была почти по всему телу. На нём было что-то вроде второй шкуры, которая пахла каким-то зверем. В руках у человека была длинная палка, с одной стороны которой был привязан острый камень. От него пахло кровью...Этот запах будоражил нос хищника, но он решил усмирить пока свои желания. Волк решил, что эта палка заменяет человеку клыки или когти, поэтому рисковать не стоит...
   Наконец, человек заметил Пятнистого и его спутника. Маленький человек направился в сторону второго. Тот опустился и, не сводя со зверя настороженного взгляда, осмотрел приведённого волком человека. Убедившись, что на теле маленького человечка нет ни одной раны, человек с палкой, направленной теперь острием вниз, подошёл к хищнику. Теперь волк мог легко повалить человека одним прыжком и перекусить ему горло. Тем более что наконец-то почувствовал страх. Но внезапно он встретился взглядом с человеком. Благодарность исходила из глаз человека с палкой. Благодарность, внезапно сменившаяся страхом, а затем - отчаянием. Человек отскочил к спутнику Пятнистого, видимо, его детёнышу и выставил перед собой острие палки в надежде защитить человечка.
   Обернувшись, волк заметил своего брата. Его мускулы были напряжены и готовы к атаке, он был готов убивать. Он наслаждался охотой. Он настиг свою жертву и сейчас жаждал крови. Рядом был брат, вдвоём они легко могли убить кого угодно. Кровь звала его. Страх жертвы подстёгивал.
   Но Пятнистый совершил невероятное: он подошёл людям вплотную и, развернувшись, угрожающе зарычал! Они глядели друг другу в глаза. Это была схватка, схватка незрелищная и не кровавая. Но гораздо безжалостнее. В глазах взрослого волка - непонимание, гнев, горечь обиды, зарождалась ненависть к людям, отнявшим у него брата, сделавшим его своим рабом. Для него поступок брата был предательством.
   В глазах младшего - радость, желание защитить людей, желание объяснить брату, чтобы брат понял. Для него его поступок стал обретением себя.
   Волк презрительно рявкнул и ушёл, слившись с лесом.
   Пёс по кличке Пятнистый остался с людьми и с самим собой. Теперь их родовая память на века сохранит взаимную неприязнь. Ненависть и непонимание. Но Пятнистый был счастлив: он был НУЖЕН...

* * *

   Я просыпаюсь. Последним, что я запомнил, был голос Юйава, произнёсшим:
   - Ты находишься на перепутье, Смертный. Определись, чего ты хочешь больше: Света или Тьмы... Определись, когда вернёшься сюда вновь...
   Я открываю глаза. Болит всё тело, особенно голова. Надо мной склонилось несколько незнакомых лиц. На всех печать тревоги.
   - Друг, ты как, живой?
   - Да, вроде...- Говорить получается с трудом, язык еле ворочается в пересохшем горле. Смотрю в чистое голубое небо. Смотрю не так, как смотрел раньше, смотрю, словно сняв очки. Воздух поразительно пахнет пылью, запахом жжёной резины и множеством других запахов. Боль во всём теле отдаётся сладким осознанием жизни.
   - Слава Богу! Я уж думал, насмерть тебя задавил!- Словно где-то очень далеко облегчённо восклицает мужчина в строгих очках на тёмно-серых глазах. На нём обычный костюм-тройка. Лицо его кажется мне знакомым, но об этом не хочется думать...Вообще думать не хочется. Хочется просто лежать и смотреть в небо новыми глазами.
   - Разойдитесь все! Ему нельзя разговаривать!- Успеваю услышать, словно сквозь вату в ушах, чей-то властный голос. Успеваю увидеть чьё-то лицо. А куда мне торопиться... Последней была мысль о том, что все имена и названия в снах воспринимаются наоборот. Затем я проваливаюсь в ласковые объятия Тьмы. Свобода...

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"