Терехов Роман Евгеньевич: другие произведения.

Нестор-писец

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Написано году эдак в 2004-м. Сюжет примерно такой: в одной далекой-далекой амазонской империи продолжается вялотекущий пограничный конфликт с тварями (гибрид чертей и орков). В самую гущу кровавых событий т.е. в штрафной отряд угодил чудило из приличной семьи по имени Нестор. Амазонки дают всем: кому по морде, кому прикурить, а главному персонажу даже по-настоящему. Но мой рассказ не только про это. Предыстория и прода не планируются, поэтому на название не смотрим). Осторожно, МАТ!

  
  Чернореченский лагерь встретил выживших как предателей. По обширной административной махине военного пересыльно-формировочного лагеря уже разнеслась весть о недавнем нападении на колонну, но вместо помощи нуждающимся и стандартных процедур, всех новоприбывших сразу же взяли под караул полтора десятка всадниц с нашивками Чрезвычайных представительниц главного командования с оружием наготове. Всей толпе грубо приказали сесть на землю перед въездом в лагерь. Особо нерешительным помогли пинками и прикладами. Маргарет и Минерва, две единственные уцелевшие в бою десятницы, в ответ на просьбу обратиться к всаднице, командовавшей отрядом Чрезвычайщиц, получили изрядную порцию пинков и отборной брани. Через КПП проезжали машины, бросая в лицо изможденным солдатам тучи пыли и выхлопных газов, мимо безразлично входили и выходили отряды таких же, только чуть менее пыльных и усталых солдат с тощими вещмешками и громоздкими винтовками. Поначалу ранеными никто не занимался. Вскоре появился седовласый мужчина-медик с двумя помощниками и стал отделять от толпы раненых. Группами они уходили в сторону лазарета, собранного из щитов барака, над которым реяло грязно-серое полонище с красным крестом в круге. В корках засохшей крови, сжавши зубы мрачные мужчины брели на это ориентир, по двое-трое поддерживая друг-друга, поскольку здоровых солдат их формирования не выпускали из оцепления. Выдержав под открытым небом несколько часов без еды и воды, всех, кого медики не определили в раненые, выгнали на плац и построили.
  Без долгих предисловий и даже не представившись, какая-то начальственная особа в черном кожанном плаще с хлыстом в руке не стесняясь в выражениях, обвинила всех уцелевших в трусости и предательстве, и официально зачислила весь строй в штрафники.
  Поскольку все документы отряда сгорели вместе с кучкой начальственных идиоток в головном броневике, а Марго и Минерву так никто и не выслушал, зачисление в штрафную команду Нестор со товарищи пережил повторно. В кратких, но колоритных выражениях кожанная особа описала печально известную судьбу штрафников, но выразила надежду, что многие из присутствующих в самое ближайшее время искупят свою вину кровью и смогут вернуться в обычные части, чтобы на правах честных солдат исполнять свой святой долг перед Империей. И прочая и прочая...
  Стоя под непрерывным потоком ругани грозной чрезвычайщицы, Нестор вновь увидел, как их грузовик, подпрыгнув на очередном ухабе, вдруг потерял управление и заглох в кювете. Солдат сошвырнуло со скамеек, бросило друг на друга, на ящики с патронами. Через маленькое окошко в пыльном полумраке кузова Нестор разглядел кровавые брызги на потрескавшемся лобовом стекле. Водитель был убит, а сопровождающая, звонко визжа от страха, безуспешно дергала ручку заклинившей двери. В мгновенно возникающие в брезенте пулевые отверстия ворвались звуки беспорядочной стрельбы. Грубо, резко, внезапно. По кабине вновь стеганули свинцом - лобовое стекло разлетелось дождем мелких осколков, старшая затихла навсегда. Пули хищно клевали металлические части машины, дырявили тент, расщепляли деревянные борта. Кто-то вскрикнул и пробитым бурдюком повалился на борт. Ширган, недавний противник Нестора, ругаясь и расталкивая скованных страхом солдат, полез к выходу. Внезапно его голова взорвалась фонтаном кровавых брызг, большая часть которого попала Нестору на форму и лицо.
   Подхватив скользкую от крови винтовку покойного Ширгана, Нестор живо перемахнул через борт, сразу отпрыгнув от машины как можно дальше. Следом за ним сиганул Старик, затем парами и по-одному еще несколько солдат. Все они залегли в кювете, оглядываясь по сторонам - над головой проносились пули, заставляя то и дело глубже вжиматься в землю. Последним из кузова свесился раненый. На его спине вспухли два кровавых волдыря, форма пропиталась кровью, руки бессильно тянулись к земле, роняя в пыль тяжелые алые капли...
   ...удар хлыста по плечу вернул Нестора к действительности.
  - Слышь, гни-и-и-да, где штатное оружие? - хлыст уперся ему в подбородок, настоящим испытанием было взглянуть в горящие ненавистью глаза чрезвычайщицы.
  - Разрешите доложить, ... Госпожа! Пресветлая... госпожа, осмелюсь... - на правом плече Нестора вместо пехотной винтовки висел трофейный самозарядный карабин, так же принятый на вооружение имперской армии.
  - Заткнись, дерьмо! Где твоя штатная винтовка? Бросил, удирая с поля боя, гнусная морда? Это оружие благородной кавалерии, пехоте полагается винтовка! - хлыст еще раз чувствительно и звучно опустился на плечо.
  Нестор заметил, что остервенело лупившая его по плечу чрезвычайщица совсем невысокого ростика, но хлыст и звание понимали ее на недосягаемую высоту.
  - Где твое оружие, сволочь? Твое, твое, твое, твое?!! - внезапно заметив отсутствие винтовок у большинства солдат, стоявших в первой шеренге, она прошла вдоль, отмечая ударом первую пятерку безоружных и скомандовала: Всем у кого нет оружия, выйти из строя! Старик, Малой, сохранившие свои винтовки, Шурпал, получивший винтовку Нестора, и Кат, так же взявший трофейный карабин, остались на месте. Больше из четвертой машины не выжил никто. Неизвестные Нестору солдаты из других машин шагнули вперед. Схватив Маргарет за воротник, чрезвычайщица выволокла ее из строя и прорычала ей в лицо: как ты можешь это объяснить, гребаная сука десятница?
  - Разрешите доложить! - четко, но вопреки уже установившейся норме льстивого возвеличивания, а потому почти как к равной обратилась к чрезвычайщице Маргарет. Являвшая само спокойствие, она нарочно следовала старому Уставу, внутренне ликуя редкой законной возможности опустить вознесшуюся до небес очередную штабную шавку. Кто знает, как ей удавалось сохранять самообладание в этой скверной ситуации.
  - Винтовки были выданы каждому пятому, в соответствии с особым указанием командования, на случай возможного бунта...
  На чрезвычайщицу стало страшно смотреть - маска тупой службистки на лице Маргарет не обманула пройдошливую штабную шавку.
  - Вот! Ведь! Дрянь! - после каждого истеричного взвизга на каменное лицо Маргарет обрушивалась звонкая пощечина. - З-з-значит па-па-а-твоему предатели в штабе! ... ка-а-амандование у нее ... п-п-предатели! Ты, сволочь, у меня пе-е-ервая к стенке встанешь! В строй! - от сильного толчка Маргарет отлетела в шеренгу безоружных, повалив несколько слабых и безучастных ко всему солдатиков на пыльный плац.
  
  Словно глазами стороннего наблюдателя Нестор видел, как от внезапного удара свинцовым бичом у подножия небольшого холма испуганно замерла колонна видавших виды разномастных автомобилей. Несколько грузовиков, как и тот, из которого он только что выпрыгнул, попали в кювет, роняя в пыль орущих растерянных солдат. Головная бронемашина сопровождения, подпрыгнув на раскатистом взрыве, опрокинулась набок и исчезла в густом грязно-белом облаке. Первый грузовик врезался в подорванный броневик и попав под перекрестный огонь, в секунду объялся жарким огненным облаком. Три бочки бензина, купленные кем-то из штабных начальниц для перепродажи на границе, превратились не в звонкую монету, а в жуткий костер, в котором заживо горели люди. Квинтэссенция чужого удовольствия обернулась жуткими страданиями для людей, весьма далеких от топливных спекуляций. Следующая машина, потеряв управление, врезалась в гигантский костер, мгновенно поглотивший всех ее пассажиров. Горевшие солдаты выскакивали из кузова, барахтались, пытаясь сбить жаркое пламя и замирали среди серых фонтанчиков пыли, поднятыми вражескими пулями... Сорок человек (ублюдочное начальство не в счет) сгорели заживо, не успев сделать ни единого выстрела!
  Первое, что увидел Нестор, когда поправил каску, было перекошенное страхом и решительностью лицо Старика. По его губам он прочел крик: двигай! Мысль была дюже верная, с учетом того, что вражеские стрелки могли вот-вот нащупать бензобак их машины в кузове которой под трупами оставались ящики с патронами. Вот так, то пригибаясь, то ползком, в съехавших набок касках беспрестанно натыкаясь друг на друга, цепочка солдат вырывалась из под свинцового дождя. Машины, чьи водители уцелели и пришли в себя, сдавали назад, чудом избегая столкновений. Подталкиваемый Стариком, Нестор полз по кювету, пока не очутился в небольшой яме с ним сообщавшейся. Всего в спасительную яму набилось шесть перепуганных до смерти - а так ли далеко до нее было? - солдат. Проверяя, полный ли у винтовки магазин, Нестор обвел шальными глазами переводящих дыхание собратьев по несчастью. Помимо Старика, в яме присутствовали Шурпал, Малой, Кат и Иона. Поблизости в кювете залегли Скавр, Бывалый, Ясон и Гордий - все, что осталось от их машины. Дальше ползти не имело смысла - твари, казалось, находились повсюду. Выскочившего из кювета незнакомого солдата прикончили выстрелами в упор, залегшие у самой дороги вражеские стрелки. Нестор видел, как из груди и спины бедняги брызнули кровавые струи, а тело дергалось при каждом попадании, пока не упало в окровавленную траву безжизненной колодой.
  Солдаты из следующей машины, завязшей в противоположном кювете, гибли, едва коснувшись земли. Захлебываясь кровью страшных ран, еще живые, они принимали на себя прыгающих следом товарищей. И эта кровавая безумная свалка еще отвечала врагу огнем! Одна из тварей, перезаряжая оружие, встала на колено, показав свою голову и торс над зарослями. Нестор слегка приподнялся и навскидку выстрелил. Второго выстрела не потребовалось. Тем временем, положив свою винтовку на скрючившегося Ката, Старик снял каску и принялся энергично расширять яму, вычерпывая сухую каменистую землю. Малой помогал, усердно рыхля землю снятым штыком. Следом в работу включились Шурпал, Иона и Кат. С невероятной быстротой яма превращалась в окоп. Под огнем противника. В имперской военшколе этому, увы, не учили, а здесь жизнь заставила. Надрываясь, задыхаясь в пыли и собственном страхе, не чуя усталости и сорванных ногтей...
  Кто-то, кажется Гордий крикнул: Они идут! Старик и Малой открыли стрельбу.
  - Стреляй, Нестор, мать твою! - проорал в самое ухо Старик. Несколько вражеских пуль клюнули жиденький бруствер, Нестор примерно определил направление и сделал несколько ответных выстрелов вслепую. Три бронзовотелых фигуры с неправдоподобно длинными ружъями вынырнули из клубов черного дыма и рысью бросились к окопу. Нестор прицелился, но поднятый вражеской пулей песок попал ему в глаз. Мелкие камешки больно впились в щеку. Поэтому средний враг получил пулю в область паха, сделал несколько шагов и упал на колени. Его голова разлетелась от пули Старика, хотя тот и целился твари в грудь. У Гордия заклинило винтовку, он неосторожно высунулся из кювета и получил смертельную пулю в горло. Рубиновая струя обдала благородное собрание. Скавр подхватил его винтовку и скрываясь за телом Гордия принимавшим на себя свинец, выбил заклинивший патрон из затвора. Едва новый патрон занял место бракованного, дико орущий Скавр в упор застрелил подбежавшую тварь. Третий враг, раненый в ногу, свалился в противоположный кювет, откуда принялся усердно обстреливать укрывшихся в неглубоком окопе людей. Первой его жертвой стал Иона, затем был ранен Ясон. От коллективного залпа Старика, Нестора и Малого труп вражеского стрелка сбросило в кювет. Грязным плевком в сторону солдат полетела толстая струя крови из разможженой головы.
  Холм, с которого на колонну обрушивался смертельный огонь, вдруг окутался белыми облачками разрывов, среди которых мгновенно вырос целый лес серых фонтанчиков. Над головами солдат с огрушительным звоном и шелестом прошел вертолет, осыпав окоп и дорогу дождем горячих гильз. Следом за вертолетом по дороге, распихивая горящие и застрявшие автомашины прошли два высоких колесных бронетранспортера, через люки в бортах скашивая придорожные заросли вместе с притаившимися в них тварями. Солдаты едва успели вжаться в свой неглубокий окоп. Через несколько минут все было кончено. Вертолет сделал еще несколько разворотов, изредка ощетиниваясь короткими очередями бортовых пулеметов и улетел восвояси. На холм взлетели еще два БТРа, выплеснув цепь вооруженных людей. Захлопали одиночные выстрелы и короткие очереди, но очень быстро над полем боя воцарилась тишина.
  Вот они - Охотницы - легенда Солнцегорского Военного Округа и последняя надежда империи - жадной похотливой старухи, из последних сил вцепившейся своими крючьями венозных пальцев в этот степной край. Тянет этот жирный кусок с его крупнейшими залежами нефти и золота, тучными плодородными землями и прочими природными богатствами на себя, а сил и мозгов, чтобы окончательно вырвать его из лап тварей все не хватает. Если бы не мобильные отряды авантюристок, воюющие на свой страх и риск, давно бы Империи пришлось расстаться с этим краем и уйти за реку Тихая.
  
   - Живей, живей, сестренки - подгоняла охотниц, собирающих трупы тварей, здоровенная блондинка.
  - Альбина! Альбина, ты? - крикнул Нестор, выбираясь из окопа. Две охотницы, бросив труп, и положа руки на оружие, преградили ему путь к своей начальнице.
  Альбина Страж отодвинула подручных и подошла к Нестору.
  - Привет, герой. Досталось тут вашим. - она достала тонкую сигаретку и закурила. Ветер подхватил и растрепал сладковатое облачко аромата дурман-травы.
  - Этих тащите-ка вон туда. Броня пойдет с холма и заберет! - отвлеклась она - Ну и как тебе армия, солдат?
  - Не совсем то, что я хотел, но...
  - Не смеши пизду, я же вижу, ты в полном дерьме! Ваших сучек предупреждали, что здесь не спокойно. Сунулись без прикрытия, да на такой скорости, даже солдат не вооружили. - сплюнула - Ладно, хрен с ними, пойдем. В штаны не наделал? Молоток. Да, досталось вашим. Били солдатню, бьют и будут бить! Что за сраная страна! Идиотки недогребанные!
   Альбина постучала прикладом по броне транспортера с рисунком готовой к прыжку пантеры и что-то сказала вылезшему по плечи из открывшегося люка механика коренастому чумазому мужику в шлеме. Затем она нырнула в воняющее сгоревшим порохом и маслом горячее чрево стальной коробки и вытащила несколько консервных банок, упаковку сухарей и медпакет.
  - На, это тебе. Спрячь, а еще лучше щас сожри с дружками. Поди уже обзавелся ими, компанейский ты наш? Денег дать?
  - Да нет, спасибо. Позвони Вирджинии, очень-очень тебя прошу. Скажи, что я ее очень-очень люблю. - голос Нестора дрогнул - Скажи, я очень-очень ее прошу ни в коем случае сюда не приезжать! Ни в коем случае! Нельзя ей сюда, сама ж видишь, какая здесь мясорубка! И матушке позвони, скажи, все у меня хорошо. И Церберу привет, наука его впрок пошла. Милостью Всевышнего еще два с половиной года отслужу и вернусь. Пусть не волнуются, это мне первое время писать запретили, а потом я напишу обязательно. Передашь?
  На глазах навернулись слезы. Всюду трупы, горящие разбитые остовы машин, деловая суета охотниц, собирающих кровавую добычу, а он стоит как дурак со стопкой консервов и, приветы передает, лепечет, что вернется из самой пасти хозяйки судеб, откуда не возвращаются даже равные богам герои.
   - Не ссы, солдат. Я бы на твоем месте на скорую встречу с Джини не рассчитывала. Но если она и приедет, что-нибудь порешаем. Может к нам оформим. Со временем, может и тебя перетащу. Хочешь в охотники? Ты только не сдохни по-глупому, мать тебе этого не простит.
  - Не сдохну! Я ведь Страж, не меньше, чем на половину!
   Потом они попрощались и каждый занялся своим делом. Альбину ждал приемный пункт биосырья и разгульная вечеринка - логичное завершение удачной и доходной операции. А Нестора - перевязка раненых, скромный и скорый пир с уцелевшими боевыми товарищами: Стариком, Шурпалом, Малым, Катом, Скавром, Ясоном и Бывалым, похороны мертвецов и ссылка в штрафники, как закономерный итог жуткого дня.
  
  Солнце клонилось к закату. Теплый ветерок шевелил пожухлую траву у бруствера, сдувал запахи солдатского пота и варившейся немудреной похлебки в сторону озерка, раскинувшегося в степи сразу за последней возвышенностью в цепи холмов с остатками древних укреплений. Еще один день для пленников земляной крепости на краю света подходил к концу. Нестор и Старик в вполголоса говорили за жизнь, отгоняя мешавшую разговору болотную мошкару, старались не затрагивать тему еды. Жратва во всем своем многообразии стала навязчивой идеей всего отряда - вот уже третий день в солдатских желудках не было ничего, кроме жидкого варева из остатков крупы и муки, приправленного камышовыми корнями и дикими травами. Да и раньше солдатское меню не отличалось разнообразием и питательностью. С надвигавшимся голодом боролись кто как мог. Солдаты, сплотившиеся за время службы вокруг Нестора, запивали голод чаем из степного разнотравья, собранного Стариком и Шаманом, делились последними крохами из личных запасов. Прочие тоже перешли на подножный корм. Апулей, стоявший на часах поодаль, заглушал голод жеванием травяных стеблей в ожидании скудного обеда и безразлично, как и подобает настоящему часовому имперской армии, разглядывал однообразный ландшафт.
  Чавкающий звук, с которым пуля вошла в левый глаз и вышла из затылка Апулея, Нестор со Стариком поначалу приняли за последствия травяной диеты, но последовавший за ним гром винтовочного выстрела и шум падения мертвого тела спутать было уже невозможно. Второй выстрел вражеского снайпера не заставил себя ждать - Скавр, стоявший на посту на другом конце крепости с воплем повалился на дно окопа.
  Под звуки экономных очередей Маргарет, из палаток вылетали солдаты, на ходу проверяя оружие и амуницию. Пригнувшись, разбегались по своим позициям. Нестор сорвал чехол с пулемета и буднично подготовил его к стрельбе, глянул в глаза своему напарнику - Старику. Страх и безысходность боролись со злостью и решительностью. "Раз-два" и тяжеленный станковый пулемет взлетел на площадку. Нестор, собравшись за щитком, прищурился через прицел на густой кустарник, источавший предательское облачко пороховых газов. Ушла пристрелочная очередь, за ней еще одна, поточнее: "На, сука, держи!"
  - Попал? - Старик как, подающий ленту, предусмотрительно не выглядывал за бруствер. Солдаты, добравшиеся до своих позиций, горланили и постреливали кто куда, прячась после каждого нелепого выстрела за бруствером. Те, кто пробежал над телом Апулея, знали, что случилось, остальные, громко ругаясь, расспрашивали соседей про подробности. Кто, кого, куда, сколько раз.
  За Нестора ответил снайпер - пуля взметнула фонтанчик сухой земли совсем близко от пулемета. Стараясь поставить точку в этом разговоре, Нестор пустил длинную очередь, как ему показалось точнехонько по адресу и, оберегая кожух от повреждения, снял пулемет в окоп. Стрельба прекратилась. Деловито по окопу прошла Маргарет, нерешительно остановившись над нелепо развалившимся на дне окопа телом Апулея. Заменив диск, кивнула Нестору: Убрал гадину? И гаркнула - А ну, котелки попрятали и не палить зря никому!
  Прятать "котелки" солдаты умели и без приказов, потому-то до сих пор и были живы, а насчет бестолковой стрельбы прима, конечно, права.
  Пулеметчик пожал плечами - Щас, позицию сменим и еще разок кусты подравняю.
  - Отставить! Итак, ленту выпалил! - Маргарет помешалась на экономии боеприпасов как раз тогда, когда экономить стало уже нечего. Нестор выпустил едва ли сорок пуль, но возражать не стал, патронов и впрямь оставалось немного.
  Шурпал, занимавший соседнюю ячейку, задымил самокрутку, пустив по окопу клубы ароматного дыма - Чиво дэлыть будым, камандыры, а? - вопрошал, ни к кому собственно не обращаясь, а просто давая знать, что еще жив, здоровенный горец, изрядно одуревший от хронического безделья, голода и страха смерти, которые он безуспешно заглушал курением дурман-травы. Трава, росшая вокруг земляной крепости еще не вызрела, была посредственного качества и закаленный организм Шурпала почти не брала.
  Под неодобрительным взглядом Маргарет, Нестор и Старик перенесли пулемет на запасную позицию. Маргарет подняла каску Апулея над бруствером и подвигала ей, словно солдат шел по окопу. На это раз снайпер помедлил, но цель поразил безупречно.
  - Стрелял с прежней позиции. - подал голос Малой, опуская бинокль - Или ты его задел, или он идиот.
  - Старик. - Нестор воспользовался тем, что Маргарет отвернулась, рассматривая пробитую каску - Выжди минут пяток. Дашь очередь по кустам и сразу падай. Им пока пулемет не видно, думаю, пронесет. Малой, гляди в оба!
  - Ты че удумал - то? - заволновался Старик.
  - Да, пора уже это заканчивать. Займи пока Марго, я скоро вернусь.
  Подхватив свою винтовку на прежней позиции, Нестор позвал безмятежно пускавшего "дымзавесу" Шурпала с собой. Несмотря на начинавшийся легкий приступ искусственного счастья, Шурпал с энтузиазмом воспринял идею охоты на вражеского снайпера или даже нескольких сразу. За гарнизонным сортиром, перед тем как нырнуть в "водяной окоп" уходящий в камышовые заросли, на пару второпях раздавили вторую самокрутку.
  
  - Выдышь этава сука? - к затхлому болотному запаху примешалась вонь давно не чищенных зубов, застарелого пота и выкуренной дурман-травы. Да, свои белые крепкие клыки Шурпал явно не баловал щеткой и водные процедуры не входили в перечень его маленьких солдатских радостей, перечислить которые Нестор смог бы по пальцам одной руки. Но, не смотря на отдельные недостатки, свирепый горец был неплохим воякой и вполне удачным напарником для спонтанного геройства.
  Нестор разглядывал те самые кусты через оптический прицел. "Почему мы их до сих пор не вырубили, хотя бы на дрова?" - промелькнула досадная мысль. Одежда противно набрякла затхлой сыростью, всякая мельтешащая гнусь спешила напиться человечьей крови, но зато из небольшого овражка на окраине камышовых зарослей кусты, приютившие вражеского стрелка, просматривались превосходно. Плотная щетина камыша надежно укрывала охотников и почти не мешала целиться.
  Враг выдал себя, вновь соблазнившись чьим-то головным убором. Старик, следуя уговору, пустил неприцельную короткую очередь по кустам. Голова твари, наконец-то решившей поменять позицию, словно сама собой попала в прицел Нестора и выплыла из него уже со сквозной пробоиной.
  - Готов. - выдохнул стрелок, давя насосавшегося крови комара на щеке.
  Шурпал похлопал Нестора по плечу - Мужчына! Воын! Правэрым, какова цвэта кров у гада?
  - Погоди, вдруг не один?
  Томительно пробежали пять минут. Как ни старались оставшиеся в крепости бойцы привлечь внимание противника, водя касками и кепи над бруствером, выстрелов больше не было.
  - Ладненько, пошли, Шурпал, "правэрым", что да как.
  - Нестор, отставить! - без надежды на успех крикнула Маргарет вслед бегущим по направлению к кустам солдатам - Ну, уроды, я вам устрою! Малой и Дрозд, давайте за мной! - И выбравшись из окопа, бросилась вдогонку.
  
  На половине пути к кустам "жопное чутье", как он сам назвал это явление, заставило Нестора вильнуть в сторону, споткнуться и резко залечь, поймав в прицел ненавистные кусты. Очередь пронеслась над головой. Ответ Маргарет и Шурпала не заставил себя ждать. Уловив едва заметное движение справа от подстриженных пулями веток, Нестор дважды выстрелил навскидку. Шурпал, рыча и стреляя, ломанулся вперед. Нестор не отставал, но все же добежал до засады, когда Шурпал вовсю кромсал издыхающую тварь ножом. Он огляделся и присел.
  Убитых врагов было трое. Запыхавшаяся Маргарет принесла печальную весть - Дрозд убит и тоже принялась изучать местность, где твари устроили засаду. Картина была ясна - снайпер, запасной стрелок и автоматчик для прикрытия. Последний прожил дольше других, несмотря на несколько пулевых ранений. Страшные ножевые уже являлись не совместимыми с жизнью. Кровавые следы и характер ранений красноречиво говорили о продолжительной агонии второго стрелка. Автоматчик получил пулю в ногу и позвоночник, поэтому уполз недалече.
  - Гад так и так кровью бы истек - мысль словно витала в воздухе - За каким хером рядовые Страж и Шурпал Ёбн-Батькович сюда поперлись?!! - Логика Маргарет как никогда была убийственна, особенно в свете гибели рядового по кличке Дрозд.
  - Вай! Харошая, ни ругайса, бальшое дэло задэлалы! - Шурпал невозмутимо прикурил очередную самокрутку, над изрезанным телом врага и не вытирая кровавых рук, запалил спичку об штаны - У нас йыщщо адын птыца жывой асталса - Сэныгырь.
   По народным приметам, птицы - вестники счастья, по военным, солдат с птичьей кличкой приносит удачу всему отряду. Малой засмеялся, поперхнулся, вдруг у него брызнули слезы. Шурпал передал бойцу раскуренную самокрутку и вонзил для надежности по разу свой нож в остальные трупы.
  - А ну погасить! Не на прогулке! - не унималась Маргарет. Затем вырвала самокрутку у мелко дрожащего Малого и махом добила ее сама, борясь с тошнотой.
  Картина и впрямь была не для слабонервных, но Нестора она нисколько не занимала. Он, не отвлекаясь на кровь и вонь, осматривал свою новую снайперскую винтовку. Прежняя являлась его собственноручной модернизацией, точнее нехитрым союзом обычного кавалерийского шестизарядного карабина и оптического прицела, найденного на месте ночного разгрома тварей месячной давности. Тщательно ухоженная и хорошо пристрелянная, все-таки она по всем характеристикам сильно уступала новому оружию.
   - Новехонькая, полуавтоматическая, десяти зарядная, превосходная оптика, отличный баланс. - бормотал себе под нос Нестор - У нас таких на вооружении почти нет. Видать, охотницкая.
  - Вот ты мне и скажи, знаток хренов, зачем с таким ружьишком они к нам вплотную-то подошли? - Маргарет нависла над Нестором, вперив взор в трофей. Шурпал с трофейным же автоматом на плече, еще не остывшим после смертельной для Дрозда очереди, и Малой активно потрошили подсумки тварей в поисках еды и патронов.
  - Повезло нам, че и говорить. - Малой пересыпал содержимое двух патронных сумок в одну. Дрожи как не бывало.
  - Особенно Дрозду и Апулею! - огрызнулась Марго. - Скавр в руку ранен и жить будет, если кому интересно.
  - Пригнись! - Нестор втиснулся в ближайшую выемку и припал к прицелу. - Вижу четыре цели. Идут сюда, гниды.
  - За Дрозда с Апулеем вэрняк рассчытаымса. - Шурпал залег метрах в пяти справа от кустов.
  - Подпустить поближе! Нестор, огонь по моей команде! Рядовой Лучинич, за мной! - с этими словами Маргарет, забавно оттопырив зад, отползла метров на десять. Твари своим особенным - походным - быстрым шагом спустились с соседней высотки в балку.
   "Жопное чутье", видимо, было доступно не только людям, но и их противникам. Метров за сто пятьдесят до кустарника группа остановилась, все присели, кроме старшего, который то ли осматривался, то ли принюхивался стоя в полный рост. За это и поплатился. Остальные твари мгновенно раскатились как кости по столу, и смертельная игра началась.
  Обе стороны отчаянно экономили патроны. Автоматы Маргарет и Шурпала из-за дистанции молчали, прячущихся врагов нащупывал карабин Малого, а Нестор прицельно бил по меняющим позицию. Сняв второго, Нестор сам поменял позицию, залег рядом с Шурпалом.
  - Ты че, мать твою, молчишь? Не ранен?
  - Карабын бросыл. Тра-та-там эта пулик жалка-жалка. - ответил горец. Под "трататамом" очевидно подразумевался автомат. Вояка херов. В такие минуты он начинал понимать ублюдочных прим, что вколачивали в тупые головы солдат - оружие не бросать ни при каких обстоятельствах.
  Рядом плюхнулась Марго, по пути завладевшая первой винтовкой Нестора: Не, ну, я хоть одного сегодня завалю? Или опять все лавры твои, никчемный ты засранец, Страж!!!
  - Вон подранок уползает, твой так и быть. Поправку на ветер не забудь! - крикнул Нестор.
  Все закончилось за минуту. По одной жизни взяли Малой и Маргарет. Громко топая сапожищами сзади подбежали Бывалый, Шаман и Кат. Последний доложил Маргарет по всей форме, что тело рядового Дрозда они убрали, а рядовой Старик бдит за пулеметом, чтобы их не обошли с тыла, а у Скавра все хорошо, только рука очень болит и пить все время просит. А пить нет, так как сырую воду Нестор пить запретил, а кипяток еще не остыл. Вот так.
  На холме возникла вражеская цепь и тут же растворилась в высокой траве.
  - В общем, пора нам домой. На подходе еще одна партия голов десять. - Не отрываясь от прицела, сообщил Нестор.
  - Трофеи собрали? - на всякий случай поинтересовалась Маргарет.
  - Пожрать-то нашли? - в один голос возопили Бывалый и Кат.
  - Пожрать? - Нестор и Шурпал переглянулись. Похоже, одна и та же мысль пришла им одновременно.
  - Бэры этава за топталкы, Кат. - Шурпал подхватил труп вражеского снайпера за верхнюю пару конечностей. Кат, замешкавшись, поправил амуницию и ухватил труп за лодыжки.
  Бывалый с обреченным выражением лица, сплюнул и, достав из подсумка моток веревки, связал коченеющие лапы запасного стрелка. Нестор подхватил огорчительно легкий подсумок с патронами для новой винтовки и составил компанию Бывалому.
  Марго стояла с открытым ртом, благо твари еще не добрались до места гибели второй группы. Прима не расслышала просьбу-приказ Нестора: "Вы бы, госпожа, с Малым нас прикрыли, пока добычу дотащим". В тот момент воительница являла собой незабываемое монументальное зрелище, вне всякого сомнения достойное быть увековеченным в качестве памятника павшим за империю бойцам. В запыленной рваной полевой форме, да еще старый автомат с диском на груди, а карабин с самодельной приспособой в правой руке, у ног живописно раскинулся вражий труп. И, конечно же, соответствующее выражение лица: приоткрытый, словно в яростном кличе рот и выпученные, не иначе от ненависти к врагам империи глаза. Казалось, Маргарет ведет свою поредевшую сотню, а может даже батальон в последний и решительный бой! За глупым выражением лица шла напряженная работа мозга по осознанию совершенно дикой ситуации. В дополнении картины, под ее правым глазом кровоточил "дурачок" - полукруглый порез, полученный от неумелого обращения с оптическим прицелом.
  Мнение оставшихся в крепости относительно предстоявшей трапезы, как и следовало ожидать, разделились на два противоположных. Большинство солдат, доведенных голодом до крайности, видели в убитых тварях всего лишь животных, вполне годных в пищу. Тем более, что Старик и некоторые другие опытные солдаты сходу вспомнили несколько историй, когда убитые твари спасали от голода целые пограничные гарнизоны. Теми же тварями оторванные от снабжения. Шаман с видом знатока травил, что в охотничьих отрядах существуют ритуалы, участники которых пьют свежую кровь специально живьем захваченных тварей и что это очень полезно для здоровья. Кроме того, общеизвестный факт, на тварей охотятся в том числе и из-за донорских органов и омолаживающей сыворотки и за эти балабасы престарелые столичные богачки платят огромные деньги. Другие же, главным образом Маргарет, Кира и несколько особо религиозных солдат, считали подобное каннибализмом со всеми вытекающими и участвовать в этом "грязном деле" наотрез отказались.
  Бросив предназначенные на съедение трупы посреди крепости на плацу, "герои дня" умылись и похлебали теплого малопитательного супа, заботливо оставленного товарищами. Затем, отрядив часть солдат за водой, а часть за топливом, Нестор вслед за Шурпалом и Бывалым разделся по пояс. Тварей подвесили на импровизированную перекладину, деловито выпотрошили, ободрали и разделали.
  Мякоть решено было поджарить на открытом огне, остальное пригодное в пищу сварить. Пока мясо вымачивалось в воде, поварами и их добровольными помощники между делом с шутками-прибаутками выкурили огромное количество травы и выпили немало полезного "шаманского" чая. Каждый, чье участие в предстоящем пиршестве было делом решенным, считал своим долгом чем-то помочь в подготовке. Куча скудного степного топлива выросла на глазах. Стоявшие на часах громко обсуждали различные способы приготовления мяса и торопили поваров, расписывая им свои гастрономические пристрастия, по солдатскому обыкновению не стесняясь в выражениях. Маленький гарнизон на забытой всеми богами и начальниками заставе в очередной раз сошел с ума. Марго, будучи не в силах что-либо сделать, оставалась в палатке для раненых, ухаживая за Скавром. Твари не появлялись, благоразумно решив, что на сегодня смерть с них свою дань уже собрала. Тела Апулея и Дрозда лежали за складской палаткой, прикрытые брезентом.
  Когда в вечернем воздухе к привычному аромату степных трав примешался одурманивающий запах свежеподжаренного мяса, количество "воздержанцев", резко сократилось. Нестору и Старику буквально приходилось отпихивать жадно тянущиеся к шкворчащему на огромной сковороде мясу руки. Предвидя нетерпение солдат, Нестор нарезал мясо маленькими кусочками. И вот Старик вывалил на сковороду и в казан мелко нарезанную мешанину из трав и камышовых луковиц. В ответ на недоуменные реплики, он со знанием дела заявил: "Нельзя одно мясо жрать. Желудки слабые у вас. Передрищитесь! А трава эта полезная, не та дрянь, что вы курите!" Часовые, видя столпотворение под навесом кухни, побросали посты и поспешили за своими порциями - пожелай твари напасть, достойного отпора они бы не встретили. В очередной раз случайность спасла гарнизон Земляной крепости от уничтожения.
  Но скучающая в своих ледяных чертогах Хозяйка Судеб преднамеренно берегла от нелепой и преждевременной смерти этих людей, которым предстояло еще не раз порадовать ее своей отвагой, способностью выживать и радоваться жизни в любой ситуации.
  
  Нестор вышел из палатки на воздух. До его смены еще часа два, но головная боль не давала заснуть. Небо, прекрасное небо над бескрайней степью, лишь оно одно могло утешить в боли и скорби, отвлечь от дурных мыслей. Звезды манили. Полнолуние. Степь не дыша, притихла.
  Дежурил Шурпал. На него можно было положиться. Он никогда не засыпал на посту - порой, казалось, ему вовсе достаточно нескольких часов, чтобы выспаться. Поэтому Нестор старался ставить его под утро, когда даже у самых стойких слипались веки.
  - Все ровна, камандыр. - прошептал Шурпал не оборачиваясь.
  - Не спится мне ...
  - Дыма пустым, да?
  - Раскуривай, я пока посмотрю. - формально курение на посту травы строго воспрещалось, но у маленького гарнизона осажденного в забытой всеми богами и воинскими начальниками старой крепости сформировались свои законы. Уставом этот вопрос никак не регламентировался, а тела начальственных всадниц, имевших однозначно отрицательное мнение по данному вопросу, уже давно питали могильных червей. Закуривая, опытные солдаты беспокоились лишь о том, чтобы огонек самокрутки не увидел затаившийся враг.
  - Болшы не сунутся, сука их мать. - Шурпал со вкусом выпустил кольцо ароматного дыма и еще раз глубоко затянулся.
  Заполучив самокрутку, Нестор откинулся спиной на бруствер и сделал несколько коротких затяжек, каждый раз задерживая дурманящий дым в легких и радуясь звездному ясному небу как ребенок. На последней затяжке ему игриво подмигнула царица ночи - Луна. Ну, что солдатик, не спится тебе?
  - А больше и некому, это стадо все положили. Так-то, мужик! - Нестор вспомнил, как утром прошедшего, нереально далекого дня он готовил людей к обороне, расставлял, подбадривал выдуманными на ходу фразами: "Мы им надерем задницы! Эта земля им станет могилой! А мы все вернемся и услышим еще легенды о железном гарнизоне! О нас! Сегодня великий день и для них он - последний!" Сейчас ему казалось, что глупее ничего и придумать было нельзя. Его точил смутный стыд, как за эпизодическое дрочево в сортире. Но ведь его слова подействовали - люди стояли насмерть. Самокрутка вернулась к Шурпалу.
  - Понимаешь, ... я их больше не чувствую. Тварей рядом нет, я уверен. - именно эта мысль и не давала Нестору покоя. Может это от травы? У Шурпала сократилась потребность во сне, я галлюцинирую жутким образом, интересно, как у Малого, Старика и Шамана - хвала Солнцу все живы и спят...
  Шурпал затянулся в свою очередь и недоуменно хмыкнул, потряс головой.
  Десятки вражеских трупов лежали у подножия земляной крепости и у самого бруствера и даже аккуратным штабелем внутри крепости. Рядом в палатке лежали трупы погибших людей. Бой шел почти весь день и сил похоронить погибших до заката уже не осталось. А одиннадцать из шестнадцати уцелевших в последнем бою человек спали беспокойным сном смертельно уставших солдат.
  - Жалко Вонючку. - Острой болью вновь пронзила его сознание вчерашняя картина - окровавленные руки пытаются вправить в распоротый штыком живот расползающиеся кишки и молящие о скором избавлении глаза... И других ребят жаль. - спохватился Нестор. Шурпал молчал, огонек самокрутки мелко трясся и кто знает, что творилось сейчас в душе сурового горца, много раз плевавшего в глаза смерти "с высокой горки" ...
  Рядовой Карк был законченным неудачником и выдающимся всеобщим не любимцем. С первых дней службы за ним потянулся шлейф тихушника, доносчика, симулянта, гнусного прохиндея и начальничьего угодника, такой же густой, как и запах, подаривший Карку кликуху. И само собой издевательства над Вонючкой очень скоро вошли в ежедневную программу солдатских развлечений, существенно ее разнообразив. У маленького гарнизона не было ни радио, ни телевизора, ни книг, зато имелся смешной в своей нелепости и беззащитный Вонючка, безропотная жертва жестоких солдатских выдумок.
  Во время раскола Вонючка долго метался между двумя партиями и все-таки решил остаться с отрядом Нестора и Маргарет. На вопрос Нестора "Почему?", тот сильно заикаясь ответил: "С в-вами как-к-т-то н-надежнее." Тогда Нестор крикнул вслед отступавшей ощетинившейся стволами партии беглецов: Ублюдки, вас всех ждет конец в желудках тварей! Даже Вонючке хватило мозгов не совершать подобную глупость, хотя ему уж точно не грозит быть сожранным заживо! Бегите же, подлые трусы, пока мой гнев не победил жадность на патроны, матерей ваших так-раз-эдак!"
  Перед боем, когда уже звучали первые выстрелы, а Нестор ходил по окопу, подбадривая людей, он чуть было не запнулся об скорчившегося на дне окопа Вонючку.
  - Рядовой Карк, встать! Оружие к бою! - Вонючка подскочил как ужаленный. Практически все казарменные издевательства над этим бедным существом начинались с чьей-либо громогласной команды: Рядовой Вонючка, встать! Нестор никогда не принимал в них участие, впрочем и не препятствовал, хотя следовало. Быть может первый раз за последние несколько месяцев Вонючку кто-то назвал по имени.
  - Сегодня твой день, Карк. Сражайся и докажи всем, что ты настоящий солдат и мужчина.
  Вонючка просиял и преисполнился боевого духа. Отчего-то в тот момент на него нельзя было смотреть без слез и без смеха одновременно.
  - Вонючка поклялся зарезать дюжину тварей, не меньше! - донеслось из соседней ячейки - А мы не хуже! Смерть проклятым ублюдкам! Смерть!
  И Вонючка дрался. Когда у тварей отбивали эту часть окопа, Нестор отметил, что у его бойницы лежали два вражеских трупа в агонии вцепившись в бруствер, причем застреленных в упор! Застрели-ка тварь, что быстрее молнии, когда ее смрадное дыхание уже бьет тебе в ноздри! Еще на одном поверженном враге лежал сам Вонючка, жалобно кряхтя сквозь кровавую пену и тщетно заправляя в длинную рану вывалянные в грязи внутренности. Без слов стало понятно, о чем молили его глаза. Нестор приставил револьвер к его лбу и нажал на спуск. Пуля оказалась последней. Вжавшись в ячейку Вонючки, Нестор торопливо перезарядил револьвер, ошалело глядя как отмучившееся тело солдата поудобнее устраивается на дне окопа и замирает, прощаясь с жизнью, болью и несправедливостью этого мира. Затем с лопаткой в одной руке и револьвером в другой вместе с Шурпалом и Малым, мыча нечленораздельные ругательства, по трупам тварей и людей прошли всю захваченную врагом часть окопа. Вся в лохмотьях мяса, скользкая от крови лопатка застряла в черепе очередного супостата, барабан револьвера опустел, каждые две пули обменяв на жизнь нападавших, и тогда Нестор напился горячей крови, разорвав горло твари зубами...
   Шурпал погладил свой тощий волосатый живот и сыто рыгнул. Даже звезды попрятались. Нестор тоже был рад ощущать приятную тяжесть в желудке, все больше склоняясь к мысли, что мясо тварей - это лучшее, что он ел за все время своей говеной солдатской жизни. В конце боя Шурпалу и Малому удалось захватить живьем раненую тварь. Все друг друга поняли без слов - живой запас свежего мяса на завтра. Еще одну тварь Шаман видел ползущей в камышовые заросли, а двоих "почувствовал" Нестор в овраге, из которого и началась атака. Оружия при них не оказалось и существенного сопротивления пьяным от крови солдатам они не оказали. Итого в распоряжении отряда оказались четыре связанных по рукам и ногам твари - как минимум неделя сытой жизни!
   Для вечерней трапезы или вернее тризны, выбрали труп твари помоложе. Бойцы уже научились определять возраст врагов по состоянию кожи и костяному гребню. Бульон и жаркое получились отменными. Нажравшись от пуза, солдаты засыпали на ходу и Нестору с трудом удалось назначить таких караульных, чтобы не сомлели на посту.
   Следующего караульного Нестор застал в сортире. Заслышав шаги командира, Старик не прерывая свое занятие, стукнул прикладом о деревянный пол и поинтересовался: Нестор, ты? Командир устало угукнул. Старик салютовал непосредственному начальству продолжительным звуком.
  - Извини, командир, не могу срать там, где людской крови по колено. Уж такой вот я, бля, чувствительный... - вместо точки Старик поставил в конце фразы троеточие гулких раскатов.
  - Да... - протянул Нестор, усмехнувшись про себя: "Железный гарнизон? Удачная шутка! А ведь бросил пост, подлец." - Давай заканчивай, мне не интересно, когда в разговор то и дело встревает твоя жопа.
  Старик весело хихикнул и вышел из отхожего места исправным воякой.
  - Тварей рядом нет. Но это вовсе не значит, что мы свободны.
  - Я знаю, командир, ты уже говорил.
  - Когда?
  - Да когда в овраге, бля, провиант наш вязали, ты, значит и сказал, что это вроде как последние. Все! Победа!
  - А еще я, наверное, сказал, что твой пост переехал в сортир?
  Старик ничуть не смутился.
  - Это все тварь виновата. Видимо услышала, когда ты нас наставлял, что мол, если вас, песьи дети, цитирую, сожрут, то у вас всегда есть два выхода. Вот я ей дымком парадный выход преграждаю, а уж с черного ей сам Всевышний велел выбираться! А салют, видимо, в честь ее военных заслуг, уж не взыщи, господин командующий "железным гарнизоном".
  Оба громко рассмеялись и обнялись.
  - Слава Всевышнему, мы живы Старик! Мы живы! Ты это хоть понимаешь, старый ты боевой хрен?!
  - Командир, я тоже жив. - подал голос еще один караульный долговязый солдат по кличке Нога - И хотел бы узнать, когда смена?
  - Разговорчики!- сурово прикрикнул Нестор. - Пост первый!?
  - Есть! - донесся голос Шурпала
  - Пост второй!? - крикнул Нестор в ухо Старику.
  - Есть! - подпрыгнул "старый боевой хрен".
  - Пост третий?! - понеслось в долговязого.
  - Ы-Ы-сть! - прозевал Нога.
  - От то - то же! - зевнул Нестор и залюбовался звездным небом. Жить почему-то хотелось со страшной силой!
  
  На исходе лета сборный отряд, порученный Вирджинии, засунули - по-другому и не скажешь - в некий безымянный поселок. Две недели перед переводом сотню постоянно пополняли, так что она переросла штатное расписание и насчитывала 153 активных штыка. Военные вполне по-женски окрестили такие части "брюхатыми". Контингент влился тот еще. Рядовые либо числились "политически неблагонадежными элементами", либо являлись уголовными преступниками, по иронии судьбы сменившими тюремные робы на военную форму. "Углы" не жаловали "политических" и дисциплину; быстро сплотившись в несколько шаек, пытались наводить свои порядки. Десятников назначал штаб, переведя из различных частей и отобрав из прибывающего пополнения, руководствуясь очевидно теми же соображениями, что и в случае с рядовыми. В большинстве своем это были мужчины, чья склонность к пьянству, праздности и рукоприкладству вкупе с невысоким интеллектом читалась по их лицам сразу и безошибочно. У многих, как и у Нестора в военной книжке напротив третьего и последнего воинского звания стояла специальная пометка, означавшая непреодолимый барьер в военной карьере этих младших офицеров. Две новоиспеченные десятницы оказались еще хуже своих коллег мужского пола.
   В связи с увеличением количественного и ухудшением качественного состава части, якобы в помощь молодой сотнице Виргинии, штаб направил чрезвычайную и полномочную представительницу Главного Политического Управления сухопутных войск госпожу первую всадницу Дору Корш-Лин. Должность чрезвычайных представительниц, ушедшая в прошлое после поражения в последней войне с СССР, была вновь введена в Солнцегорском военном округе несколько лет назад, из-за повсеместного падения боевого духа, морального разложения личного состава и низкой боеспособности огромного количества боевых частей. Если смотреть на это явление шире, то именно усилившееся брожение в войсках по всей стране и массовые ссылки смутьянов в погонах на окраину Империи в славный Солнцегорский ВО и вызвали к жизни этот уродливый гибрид командиров и политики.
   Полное и витиеватое наименование чрезвычайных представительниц армейский жаргон сразу же сократил до емкой аббревиатуры "ЧП", которую затем расшифровывал в более привычном ключе - "чрезвычайное происшествие". Их прикомандировывали к каждой части, начиная с сотни. Чем больше часть насчитывала людей, тем больше в ней действовало чрезвычайщиц - четких пропорций не существовало.
  Поскольку инструкции для них были составлены самые общие, а полномочия делегированы самые широкие, "ЧП" сразу же стали головной болью для боевых всадниц и незаживающей раной рядовых солдат. Так как любая мелкая провинность могла быть, а зачастую и была истолкована как измена Империи со всеми вытекающими. За несколько лет практики самодурство и жестокость чрезвычайщиц прочно вошли в поговорку. Положение усугубило местное командование приграничных гарнизонов - сформировав из чрезвычайшиц так называемые заградительные отряды, на деле расстрельные команды. Их главная задача - именем императрицы и угрозой расстрела на месте гнать солдат в атаку или любой ценой удерживать позиции - смотря по обстановке. Надо сказать, эта "гениальная" задумка себя вполне оправдывала. Как показала жизнь, имперские солдаты хорошо сражались только перед лицом неминуемой смерти.
  Госпожа Корш-Лин была плоть от плоти этой новой армейской касты. От природы бездарная и глупая, но мнительная и амбициозная, она имела весьма неуживчивый характер и долго нигде не задерживалась. Поскитавшись по штабам и управлениям как столичным, так и провинциальным, с чьей-то "легкой руки" получила назначение в Солнцегорский военный округ, за которым уже давно и прочно закрепилась репутация гиблого места. Понятное дело, званиями и должностями ее не баловали, что никак не уменьшало ее "собачьей" преданности правящей Императрице и стремления "исправно послужить". Стоит ли говорить, что "исправную службу" она понимала по-своему, т. е. ущербно. И, будучи чрезвычайной представительницей, свое предназначение видела в ревностном укреплении основ монархии и истреблении всякой крамолы в умах личного состава вверенной ей части любыми средствами.
   При первом же взгляде на "чрезвычайное происшествие", случившимся на общем построении отряда перед отправкой, у Нестора и Старика в унисон конечно же шепотом вырвалось: "Вот стерва!". Они переглянулись, подбадривая друг-друга: "Не пропадем! Не такое видали"...
   По иронии судьбы, "ЧП" и Вирджиния были равны по званию, но выслуга лет и статус чрезвычайщицы однозначно определял, кто все-таки командует сборной толпой мерзавцев, неудачников, идиотов и заговорщиков общей численностью 153 штыка.
   Если бы не странный букет чувств, который в это время цвел в душе молодого ветерана, продолжать жить ему было бы совершенно незачем. Нежная привязанность к Вирджинии, жажда обладать ею, воскресла с новой, уже не юношеской силой. Но наслаждаться этим необыкновенным на войне чувством мешал страх потерять ее. Страх этот с одной стороны отравлял радость долгожданного общения, а с другой обнажал и обострял чувства, заставляя жить одним днем, без оглядки на обстоятельства. Вот от этого купажа, Нестор чуть было не потерял голову. На его счастье, обстоятельства и друзья Нестора, уберегли его от смертельных ошибок, так что перед прибытием в безымянный поселок, Нестор полностью оправился от неожиданного, но по-военному краткого "медового месяца". Сплюнув горькое послевкусие и засучив рукава видавшей виды полевой формы, он готов был драться дальше с кем угодно и сколько угодно, цепко ухватившись за лучик своего личного счастья.
  
   Глядя не из строя, а как бы со стороны на безрадостную картину, которую являла толпа военных, именуемых отдельным пехотным отрядом N 63 Легиона пограничной стражи, Нестор куда лучше своего руководства предвидел фатальную судьбу формирования: словно чей-то злой гений собирался избавиться и от двух представителей рода Стражей сразу, и от полутора сотен закоренелых негодяев, отравив их последние дни общением друг с другом. "Их расчет прост. - размышлял он. - Во-первых, восстание, в ходе которого мне и Вирджинии суждено погибнуть. Попробуй без сплоченной команды младших командиров управлять этой бандой! А неопытность и максимализм Виржинии плюс тупость и прямолинейность Корш-Лин с поправкой на особый контингент части создадут взрывоопасную ситуацию быстро и непринужденно. Ну и, во-вторых, засунут подальше и "забудут", как уже бывало в моей биографии. Патронов и жратвы, как обычно, дадут в обрез. Ну, да ничего, выкрутимся. Это даже интересно, жить и воевать всем этим сволочам назло!".
  Окончательно его догадки подтвердились по прибытии на место назначения.
  Машин как обычно не хватило, поэтому отряд перебросили в два этапа. Ядро первой группы под командой Вирджинии составили десятки Нестора, Марго, и новых младших всадниц Альбины и Мегеры, которые состояли если не из опытных ветеранов, то из уже обстрелянных, дисциплинированных солдат. Из новичков в первую группу вошли десятки Нидуда и Эномая, состоявшие из уголовников и бывших штрафников, а так же десятки Мирко и Сандавала из ссыльных "политических". Такой состав состоялся благодаря советам Нестора - во время двухнедельного "слаживания" отряда "углы" и "политики" были рассортированы по принципу свои к своим с учетом характера и аттестаций командира. То есть "политику" давали отряд из уголовников, Сделали это для того, чтобы предотвратить конфликты между солдатами внутри подразделений, не допустить сплочения шаек вокруг младшего командира и разобщить самих десятников, дабы не возникло серьезной оппозиции начинающей сотнице среди младших офицеров.
  Таким образом первая группа - "группа захвата" - представляла собой уравновешеный и боеспособный отряд, что от нее и требовалось.
  Метров за пятьсот до въезда в поселок колонна остановилась. На поселок пошли четыре десятка - само собой разведка - люди Нестора, в поле его зрения Нидуд, Эномай и Мирко. Поселок встретил солдат мертвой тишиной - не было слышно обычного лая сторожевых собак, мычания скота; улицы встречали сиротской пустотой, несмотря на ранний полдень. Осторожно продвигаясь, попутно осматривая дома, все десятки одновременно достигли центральной площади. Поселок был давно брошен жителями, но люди в нем все же жили. Из храма на встречу солдатам вышли трое вооруженных ополченок, больше смахивающих на мародеров. Казармы старой постройки как оказалось, так же не пустовали.
  Небольшой охотничий отряд облюбовал этот поселок, сделав несколько наиболее пригодных для жилья зданий своей базой. Со слов "аборигенок" тварей в округе не наблюдалось. Небольшой охотничий отряд - в тридцать-сорок стволов по словам его Матушки - здоровенной рыжей женщины средних лет по имени Самара официально занимался охраной стада овец и домов, оставленных беженцами, ожидая удобной возможности поохотиться.
  Охотницы без разговоров освободили казармы и склады, прилегающие к главной площади, оставив за собой здание храма и дома жителей, якобы "порученные им для охраны".
  Пока солдаты разгружали припасы и занимали казармы, Вирджиния собрала младших командиров на совет. Заслушав однообразные доклады разведчиков, она распределила жилплощадь по отрядам, предварительно отдав приказ уточнить секторы обороны и распределить по десяткам караульную повинность.
  Нестор позволил себе задержаться.
  - Поселок надо прошерстить и очень внимательно.
  - Правильно, - согласилась Вирджиния - вот ты этим и займешься, когда госпожа первая сотница Корш-Лин вторую часть моей сотни довезет. Что еще?
  - Не верю я этой рыжей-бесстыжей! Не похожи они ни на ополчение, ни на автономный отряд.
  - Почему? - искренне удивилась сотница.
  - Стадо - это прикрытие. Никто не будет держать столько вооруженных людей из-за сотни овец и полсотни коров. Откуда у мирных, пусть приграничных пастухов такое оружие и амуниция? Да и не охотники они...
  Вирджиния пожала плечами, "К чему, мол, клонишь?"
  - За травой они здесь, ждут, когда второй урожай созреет, а значит с ними ухо востро держать надо. Машин у них мало на такую ораву - значит основные их силы на подходе. Эти где-то здесь делянку застолбили, чтобы другие урожай не сняли. - пояснил Нестор.
  - Трава, говоришь? И что, она того стоит? - наивничала Вирджиния.
  - Еще бы! Здесь она на заброшенных полях сплошняком растет, и стоит немного, а в Ариаднополе на Аллее Династий в ценнике на это зелье пара нолей добавляется. - просветил ее Нестор.
  - Сам то пробовал?
  - Было. Тебе не советую. Мне Цицеро, ну хирург из госпиталя, где ты меня нашла, серьезно говорил, что детишки, у женщин, кто по молодости травой балуется, малость дурачками рождаются.
  - А тебе, значит можно? - игриво возмутилась она.
  - Должна же быть у старого солдата хоть какая-то радость - усмехнулся Нестор.
  - Вот что, "старый солдат", - посерьезнела молодая сотница - Завтра с утра возьмешь своих и начнешь "шерстить" поселок. Еще какие-нибудь догадки, ... насчет "заговора", например, есть?
  - Зря ты мне не веришь - Нестор наклонился ближе и вдохнул запах любимой женщины - Хуже травы только одно предположение. Откуда, по-твоему, у тварей пулеметы и автоматы новее наших, патроны и гранаты в заводской упаковке? Сам видел вот этими вот глазами, как и убитых этим оружием товарищей. А то, что нас сюда не спроста засунули, это сразу видно. Вот представь, что эта хитрюга рыжая не работничков ждет траву собирать, а десяток грузовичков с оружием. Вопрос на засыпку: что им будет выгоднее - убрать нас или договориться? - горячо прошептал десятник в ушко сотнице.
  Вирджиния потянулась к нему губами: Ты это серьезно?!
  Да, глупышку заводит чувство опасности... плохо, очень плохо.
  - Еще как серьезно. Поэтому завтра и поселок этот шерстить буду конкретно...
  Но привычное для имперской армии происшествие спутало все планы. На утреннем построении десяток Нидуда не досчитался одного бойца. Пропал неказистый солдат Эврипид, "слишком умный, чтобы служить в армии и беззаветно любить монархию". Собственно говоря, этого и следовало ожидать, если в отряд уголовников перевести одного политического. Сначала они его делают шестеркой, а там уж недалеко и до растления. Обычное дело для нищих озлобленных рабов, именуемых солдатами императорской армии. Сама империя давно погрузилась в пучину разврата, та же участь постигла и армию. Верховные всадницы, удовлетворяя свою похоть всеми возможными способами, специально игнорировали эту физиологическую проблему своих подчиненных. Солдаты посмеивались - военной доктриной им дозволялось любить родину, Императрицу и начальство беззаветной и бесплотной любовью. Однополые контакты и онанизм не являлись наказуемыми деяниями - всадницы просто не замечали подобных вещей. Армия разлагалась заживо, а всадницы из генштаба сотрясали воздух, в обществе столичных поэтесс на все лады склоняя слово "герой". Ага, герой - к верху дырой.
   Тело пропавшего солдата со следами насилия обнаружили в одном из соседних домов висящим в петле. Вместо того, чтобы провести расследование и наказать виновных, тем самым отработав свой хлеб, ЧП собрала всех командиров и всадниц и устроила им "головомойку". Оказывается, во вверенную ей часть затесались "подрывные элементы", которые разлагают мораль, снижают боевой дух, а теперь еще и уничтожают личный состав. Однако выявлять и наказывать диверсантов госпожа Дора не торопилась, а требовала у десятников "закрутить гайки" и "добиться полного повиновения этой скотской массы". Вирджиния прервала словесный понос чрезвычайщицы предложением занять солдат укреплением и обустройством казарм, а так же планомерным патрулированием поселка. Чрезвычайщица не возразила, только злобно сверкнула глазами в сторону молодой сотницы.
  Для Нестора не составило проблемы выяснить, кто виноват в гибели Эврипида. Допрос одного из часовых, стоявших ночную стражу подтвердил его подозрения - десяток Нидуда увел беднягу за пределы части. Солдат, такой же уголовник, как и виновники суеты, не сразу признался. Пришлось применять физическое воздействие. Вобщем истина была установлена, а сам ли затраханный хором солдатик повесился или помогли уголовники, чтоб замести следы, было уже неважно.
  Нидуд уже родился законченным ублюдком. Это глупый миф, что ребенок приходит в этот мир чистым. Такие выродки рода человеческого, как Нидуд не устают доказывать полную несостоятельность теории "чистой доски". На его черной как ночь душе мел воспитательных потуг социума, либо не оставлял следов вовсе, либо превращался в серый гнусный налет, лишь убеждавший Нидуда в своей правоте, правоте сильного по отношению к слабым.
   Будучи от природы не только сильным и злобным, но хитрым и находчивым субъектом, он мог бы достичь немалых высот в преступном мире, тем более, что нынешнее состояние дел в Империи весьма к этому располагало. Обшина его родного села поступила весьма мудро, отдав его в рекруты, другого способа положить конец его бесчинствам "на гражданке" попросту не существовало. Армия не собиралась вырастить из этого дикаря ничего, кроме верного Империи солдата. Суровые инструкторы учебного лагеря смогли надеть на Нидуда рабский ошейник Устава, но лишь потому, что он позволил им это сделать. Но, видимо, наставницы угадали зверскую натуру подопечного и позаботились сослать его в Солнцегоский ВО.
   Вся тюремная практика Нидуда ограничивалась в общей сложности несколькими месяцами "позорной вахты", заслуженной вполне справедливо, однако легко собирая вокруг и подчиняя себе разного рода мерзавцев, он быстро усвоил неписанные правила и лексикон зоны. Не каждый опытный боец решился бы бросить вызов этому злобному здоровяку, тем более, что Нидуду одному из первых удалось окружить себя стаей отборных головорезов, подвывавшей своему вожаку во всем. И теперь эта стая, зевая после веселой бессонной ночки, беспечно брела по центральной улице, вынюхивая в брошенных домах ценности и спиртное. Это у них называлось патрулированием.
   По параллельной улице готовые к любой неожиданности шли люди Нестора. Сам командир, не забывая впрочем поглядывать по сторонам, развлекался тем, что периодически ловил в прицел голову Нидуда или кого-нибудь из его подельников, когда те мелькали в проемах окон или между домами и представлял себе сладкий миг справедливого возмездия. А потери можно и на тварей свалить. Глядишь, чрезвычайщица сраная испугается за свою шкуру и не будет больше мешать Вирджинии командовать организацией обороны и гарнизонной жизни.
   Вдруг, разморенные полуденным зноем уголовники оживились, и ломанулись в один из домов. До замершей по сигналу гвардии Нестора донеслись отрывочный возглас: "здеся сука!", "девка, братцы, сам видел, бля буду!". Радостную ругань уголовников вдруг заглушили частые пистолетные выстрелы. Затем зло ударили автоматы и винтовки. Из дома вынесло нескольких орущих солдат и самого Нидуда. Нестор поймал голову подонка в прицел и выстрелил, затем повел своих людей окружать дом, из которого добивали остатки десятка штрафников неизвестные.
   На призыв "Прекратить огонь!" - гарнизон окруженного дома перенес огонь с залегших уголовничков на солдат Нестора, укрывшихся за углами, поваленными заборами и в канавах. Гвардия ответила метким огнем. При ближайшем рассмотрении оказалось, что в доме засело пять-шесть хорошо вооруженных тварей. Загадка как могли даже сонные уголовники принять тварь за женщину разрешилась, когда солдаты погасили сопротивление. Двух тварей снял Нестор, после этого Старик забросил в окно первого этажа гранату и следом за разрывом весь десяток собрался у окон и деловито расстрелял контуженных врагов. Среди убитых действительно оказалась светловолосая женщина в камуфляже. Перед смертью ей удалось разбить спутниковый телефон и поджечь какие-то бумаги, после чего она пустила себе пулю в висок. Кроме толстой пачки денег и запасных магазинов к пистолету в ее карманах больше ничего не было. Пока не прискакала подмога и тем более чрезвычайщица, Нестор приказал Старику поделить деньги, а остальным продолжать осмотр дома. Тем более, что получившие по мордасам "углы" в зачищенный дом предпочли не соваться.
   Под разбитыми взрывом гнилыми половицами отыскался тайник с оружием. Пока бойцы поднимали ящики, Нестор внимательно осмотрел труп еще раз. И как оказалось не зря - на правом плече женщины красовалась странная татуировка - Круг и крест, ее уменьшенная копия приютилась на внутренней поверхности той же руки рядом с запястьем. Подобный рисунок, он мельком видел у заместительницы главной всадницы "штабной крысы" чернореченского военного лагеря. Незнающий человек мог бы принять его за символ имперской санитарной службы, но нет, такую татуху набивали далеко не рядовым санитарам. Вот тебе и подтверждение теории заговора. Связь между их главной недоброжелательницей и таинственной незнакомкой в окружении тварей, у которых под ногами сотня новеньких винтовок. Тут подоспела и помощь в виде десятков Мирко, Мегеры и Эномая под предводительством Вирджинии и чрезвычайщицы. Подошла и Самара со свитой, заявив свои права на обнаруженное оружие. Незнакомку она, конечно же, видела впервые. Наглость - второе счастье. Она же и первое.
  
  Через грязное и растрескавшееся стекло в одном из окошек бывшего склада, где расположилась казарма женского комсостава, Виржиния смотрела вслед десятку Нестора уходящему на разведку. Ее уже не так тяготила немалая ответственность за эту "брюхатую" сотню мерзавцев, как в первые дни, зато все больше она изводила себя тревогой за судьбу одного единственного солдата. Только ради него она сразу же после пьяного выпускного бала примчалась на эту проклятую и забытую всеми богами границу. Потеряв из виду его широкую спину с неуставной снайперской винтовкой на плече, она думала о том как по-прежнему дорог ей этот странный и непонятный мужчина, которого она еще недавно помнила таким родным и любимым мальчишкой и который в первые дни их воссоединения показался ей почти чужим. Как он изменился, что же пришлось ему пережить из-за своего упрямства? Или все-таки любви? Сначала она то и дело чувствовала уколы ревности - ее, дипломированную первую всадницу, учил жизни недоучка, чудом дослужившийся до десятника. Но благодаря природному уму, она поняла, что он стремился передать ей свой опыт из лучших побуждений. Как когда-то давно, блестяще решая за нее теоретические задачи, он всегда старался пояснять методику и последовательность действий. А ведь она училась на курс старше! Нет, он не чудом дослужился до десятника, это он должен быть на ее месте.
  Виржиния обернулась и поймала недовольный взгляд чрезвычайщицы. Молчание длилось минуту.
  - "Как же я тебя ненавижу, никчемная ты дрянь, что же ты замышляешь, интересно? Нет уж, не буду я перед тобой отчитываться, да выслуживаться. Очень надеюсь, госпожа Лин, что в первой же перестрелке вы глупо погибнете и избавите нас от своего общества".
  - "Все вы предатели одинаковы. Гниды, только о своих пошлых интересах печетесь. Однажды ты, девочка, попадешься и поверь мне, мало тебе не покажется, это гарантирую тебе я. Сделай же первый неверный шаг и ты узнаешь, какова в гневе госпожа Дора!"
   Если бы люди могли читать мысли друг друга, жизнь была бы поистине невыносима!
  
  - Знаешь, тут заходила Самара. - Вирджиния застегивала верхние пуговицы формы. "Какие формы скрывает форма" - усмехнулся про себя Нестор, только что застегнувший ширинку, а вслух сказал:
   - Ну и что, опять требовала назад свои пушки?
  - Не только. Дала мне трубу спутниковой связи. Мне звонила сестра. Альбина. Пауза.
  - Интересно - задумчиво пробормотал Нестор - Быстро они на нее вышли.
  - Сестра сказала мне буквально следующее: что я должна отдать стволы и отвести отряд из поселка. За это меня ждет трибунал и позорное увольнение из рядов доблестных вооруженных сил Империи! Она сегодня же будет в лагере и кому надо даст взятку. Потом я буду работать с ней под крылышком у "Сестер восхода". Все счастливы.
  - Надеюсь, ты согласилась? - оживился Нестор, искренне надеясь на чудо - он достаточно хорошо знал свою возлюбленную. Вирджиния ответила испепеляющим взглядом.
  - Во-первых, это бесчестье! Во-вторых, о тебе она договариваться не станет. А если верить твоей теории заговора, командующая лагерем расстреляет тебя с другими солдатами за дезертирство! В-третьих, чрезвычайщица просто не даст мне этого отступить. Я ответила - нет! - глаза Вирджинии вспыхнули, ноздри трепетали.
  Нестор обнял ее.
  - Дурочка ты моя... я же просил тебя не приезжать на эту проклятую границу. Враг жесток и коварен, вдвоем нам уже не выбраться, а одна ты спасешься.
  - Не мели чушь! Я предъявлю доказательства нечистой игры наших врагов перед лицом благородного собрания всадниц и если надо вызову на дуэль командующую лагерем верховную всадницу. Никаких сделок с врагами Империи!
  "Бедная девочка! Какое нахрен благородство! Ты хоть знаешь, что у этих долбанных сук на месте благородства повырастало!"
  - Как ты не поймешь, сейчас Империя наш враг! Дору я замочу. Любой из оставшихся мерзавцев твоей сотни прихлопнет ее как навозную муху с превеликим удовольствием. И спишем на недавний бой. Командуй отход, пока не поздно. - настаивал Нестор.
  - Ты говоришь как предатель! Нет! Я никогда не запятнаю честь рода Стражей! - она с негодованием оттолкнула того, кто недавно дарил ей свою любовь и нежность и сейчас заботился только о ее будущем.
  
   Нестор досадливо откозырял "Госпоже Сотнице" и отправился к ребятам, что уже привычно разделывали подстреленных тварей на шашлык и супец, предвкушая пир. Среди бойцов других десятков тоже оказались любители "степного мяса" и две дюжины людей добровольно отправились в наряд по кухне втихую протащив туда все пять заранее выпотрошенных и разрубленных туш. Закипели котлы - сразу по двум рецептам готовилась наваристая мясная похлебка - у солдат не было недостатка в крупах и специях, но все равно в котлы положили больше костей и мяса. Запылали длинные, наскорую руку сложенные из кирпичей и камней мангалы. Двое солдат из десятка Марго стояли на стреме, но самое страшное начальство спало беспробудным сном, умаявшись за день и приняв "пару капель", а прочее уже давно предпочитало с ветеранами Нестора и другими объединившимися вокруг него солдатами не связываться. Он и без сотницы представлялся им фигурой опасной и в масштабах Чернореченского лагеря в чем-то легендарной, а уж вдвоем с "новой метлой" Вирджинией Страж им удалось построить по стойке смирно матерую уголовщину и даже класть с прибором на госпожу Корш-Лин. С таким человеком лучше вести себя осторожнее, если не получается дружить.
   По единому мнению ветеранов земляной крепости, ничто так не поднимает боевой дух, как сытный ужин и никакая другая пища так не укрепляет здоровье солдата, как свежее хорошо приготовленное мясо молодой твари. Подтянувшиеся на волнующие ароматы варева и шипящих на угольях шашлыков, многие солдаты согласились с ними на все сто. Те, кто были не в курсе происхождения мяса, задавали глупые вопросы.
  - Барашка, жи-ирный-жи-ирный, барашка - бэ-э-бэ-э! - отвечал Шурпал, таинственно выпучив глаза и высовывая от усердия язык - ловко переворачивая шомполы и обрезки проволоки, служившие шампурами.
  - Это, братва, от союзников нам значит приз. - добавлял Старик. - Шурпал, дамский угодник, пока мы супостатов воевали, на Самару, значит, трижды спикировал. Значит, всю девку измял, а ей все мало! Шутка-ли, год мужика не видела! Вся от живота до пяток шерстью обросла, а срам у ее того, ажно сросся и задубел. Тут тока лом, али динамит, али Шурпал мог помочь. Да тока не такие твердыни брали! Верно грю, орел ты наш?
  Шурпал скалился: Кто жэнщына нэ знал - тот щастья нэ спытал! Гы-гы-гы!
  Солдаты в большинстве своем темные и наивные, верили, поднимали глаза к заходящему солнцу, призывая его в свидетели, потрясенно кивали головами. Старик же на полном серьезе продолжал вещать:
  - Значит, орлик-то наш три раза ее одолевал, и так и эдак, пока мы его в четвером не стащили шашлык жарить. В шашлыке Шурпалу равных просто нету, к бабке не ходи. А Самара так в сарайке и лежит, раскинув копыта, вас, ребята, дожидается - я ей лично обещал прислать молодцов на подмену. Никому не откажет! Огонь-баба! И за каждый раз по барашку или бутылке на выбор без обману выдает!!! - некоторые верили и уходили по указанному направлению, от раза к разу менявшемуся - так шебутной Старик заодно рукой отгонял едкий дым сгоревшего на угольях жира или подносил к губам самокрутку.
  - Без мяса не возвращайтеся! - на полном серьезе кричали им вслед Малой и Скавр, помешивая поспевающее варево. Шаман колдовал со специями и травами, полусонные солдатики пускали слюну, истово протирали котелки и ложки, курили самокрутки и сладко мучились от ароматов и предвкушений.
  Освободившиеся благодаря ушедшим искать доступной любви и сказочной награды у мангалов места тут же занимали другие. Кое-кто пытался в наглую ухватить сочное полусырое мясо, но только обжигались и получали по рукам от поваров.
  
  Нестор отнес порцию шашлыка и котелок горячего супа Вирджинии. Она не поинтересовалась, откуда мясо и собралась есть. Уж больно соблазнительно все выглядело и пахло.
  - А ведь это... - начал было солдат.
  - Знаю. - Отрезала Вирджиния - Альбина рассказывала. Всегда хотела попробовать. Спасибо. Ты это, постели, пока я ем, ладно?
  - Какой разговор, с нашим удовольствием! - улыбнулся Нестор аппетитно жующей женщине.
  - Джини... - Нестор нежно гладил волосы любимой. Она откликнулась со второго раза. - А ты помнишь тот чудный дивный день... Когда я понял, что ты поняла и нам хотелось петь...
  - И мы удрали с нудного факультатива по имперской литературе прошлого века...
  - Переоделись в гражданку.
  - Гуляли.
  - Пили в кафешках винарикс...
  - Ты был робкий и смешной...
  - Я не знал, что ты знала и ненавидел себя за похоть к родной сестренке...
  - А я оказалась очень даже не сестренка и все хотела тебе сказать.
  - Как же! Помучить меня хотела! - Нестор сдержал свою коронную ухмылку циничного всезнайки, не раз битого жизнью, прекрасно помня логику поведения Вирджинии - в отличие от него прекрасно зная, что Нестор приемный ребенок в их семье и испытывая к нему взаимное влечение, она все же провоцировала его первым нарушить табу. Своего рода испытание чувств. Оказалось, любить и прощать для меня не одно и то же.
  - Ну не без этого. А к чему ты вспомнил?
  - Просто вспомнил.
  - Давай, выкладывай. Ты ничего не делаешь просто так, особенно сейчас.
  Все-таки она у меня такая умница.
  - Помнишь Кандида Симпла? Помошника библиотекаря.
  - Ну, тот раб, что вел эту нудятину в тот день!
  - Даже в ошейнике можно быть свободным! Так вот, случайно я увидел у него одну книгу. Рукописную в чужой обложке. Это была притча "Корабль мертвецов".
  - Запрещенная литература! - в голосе Вирджинии послышались осуждающие нотки. - Ты читал ее?
  Можно подумать речь шла как минимум о измене с ее злейшей подругой. Да-а, любить и прощать... любить и прощать.
  - Читал. И очень внимательно. -
  Запретный плод сладок, не так ли детка? Не ты ли придумала сама себе подобную забаву на пустом месте?.
  - Я даже не хочу слышать. Это все богомерзкая ересь!
  - Да Всевышний не при чем!
  - Вот! А я о чем говорю!
  - Джини, дай сказать. Вкратце: "Корабль мертвецов" - притча о паруснике, чья команда обречена на гибель. Голод, болезни, бунт и шторм, это не все, что им приходится пережить, но люди до последней крайности не замечают опасности и вместо того, чтобы сплотится, гибнут от внутренних раздоров. Выжившая партия недолго торжествует - корабль терпит бедствие и слепая стихия смывает губит и правых и виноватых без разбора.
  О как загнул! Ай, да Нестор, ай да ... сын достойных родителей!
  - Что ж, впечатляет! Рабское убожество! Боже, покарай Императрицу!
  - Смотри шире. Разложи на все человечество. Да не важно. Вот сейчас, разве сейчас ситуация не та же? Здешние наемницы заодно с врагами всего человечества, Дора против всех, уголовщина и прочее быдло само за себя... И ты, ты не веришь мне, не видишь фактов!
  - И? Предлагаешь сплотиться с этим сбродом? С охотницами? С Дорой? Ты в своем уме?
   - Нет. Нет. Нет. Да. Там был и другой выход, о котором никто не думал, поскольку каждая сторона считала себя избранной обладать и управлять кораблем.
  - Куда хватил!
  - ... и поглощенные борьбой, они даже не подумали воспользоваться спасательной шлюпкой или подбросить эту идею в стан врага!
  - Я не отступлю! Я буду достойна своей матери!
  Дура! Упертая, любимая дура! Спросила бы ее лучше - променяла бы та свое инвалидное кресло на небольшую сделку с совестью. Чужие ошибки нас ничему не учат!
  - Это не отступление! Ты обязана сохранить себя! Сохранить род Стражей! Это важнее сотен и тысяч побед в боях за всякие безымянные поселки! Пойми ж ты, наконец.
  - Поди прочь, солдат. - женщина безразлично вернулась к остывшему мясу.
  
  - Послушай, Нестор - зашептал ему в ухо Скавр. - Воистину, чудны дела Всевышнего! Спасибо тебе, что продвинул меня, хотя десяток мне достался тот еще.
  - Ну, чего? Дело говори. - Нестор как и любой превосходный младший офицер дорожил крохоми спокойного сна, куда менее продолжительными, чем у его же подчиненных. Особенно сладко спалось на полный желудок и пустые яйца.
  -У Нидуда три раны и все на разных сторонах тела, причем получил он их при жизни, уж я-то знаю, нагляделся. А в башку ты его приложил, уж больно выстрел красивый, в спину другие стреляли.
  Тоже мне новость. Этого не увидела только Дора Корш-Лин. То-то уголовники сразу притихли!
  - Охотницы?
  - Сечешь, голова. Да и пару людишек его тож из соседнего дома положили. Я там свежие гильзы нашел. Теперь я вроде как за людей в ответе, так что поделись, как из этого дерьма нам всем теперь выбираться. Народец волнуется, у кого мозги от службы не протухли.
  - Рецепт, друже, простой. Смотреть в оба на посту и держать нос поветру, не запахло ли жареным. Для слабых носом - крикну "пожар!" в свое время, тогда спасайся, кто может.
  -Да иди ты! Охотницы нас не оставят в покое из-за ружей...
  - Сегодня будет тихо. Дай поспать человеку... - заразительно зевнул Нестор.
  
  
   Это был еще один день в жизни Нестора, с раннего утра начавшийся стрельбой. Твари всегда приходили без приглашения, но не всегда у них получалось без лишнего шума. Как Нестор и предполагал, в поселок они входили с трех сторон сразу. Беспорядочная ружейно-пулеметная стрельба слышалась отовсюду, что не могло не радовать - значит, вчерашнее промывание мозгов с удвоением бдительности не прошло бесследно, ни один из дозоров они не взяли без шума. Следуя инструкции, дозоры, отстреливаясь, отходили в центр поселка к казармам. Минимальные шансы на благополучный отход по прикидкам Нестора были у поста Марго на ветхой водонапорной башне. Туда он и повел свой хищно зевающий десяток при первых же выстрелах. Без всяких команд со стороны начальства.
  В районе водонапорной башни стрельба с каждой минутой усиливалась - верный признак скорой рукопашной, в которой маленькому отряду из девяти человечкков не выстоять. Матерая тварь она сама по себе оружие, без штыка и гранаты.
  "У них же пулемет. Должны продержаться" - повторял про себя Нестор, чувствуя нарастание целого букета чувств, который предшестовал "боевому режиму". Пулемет людей бил, что называется взахлеб, истерично и крайне не экономно. Ничего удивительного - хорошие пулеметчики в имперской армии еще большая редкость, чем сами пулеметы.
  За квартал до окруженной башни, дозорные заметили противника. Семеро тварей двигались по улице, словно бой вокруг башни их не касался. Люди залегли по канавам, за углами брошенных зданий...
  Твари шли напролом, словно имели какой-то особый приказ. Нервы каждого солдата нтянулись до предела, и Нестор это понимал. Однако твари ничем не показали, что увидели или почувствовали засаду - они просто двигались к цели. Их подпустили на бросок гранаты и азартно перебили без единого ответного выстрела - солдаты уже научились распределять цели и координировать засады. Под прикрытием остальных, Малой, Шурпал и Кат вслед за Нестором бросились к уничтоженному отряду врагов. Добыча впечатляла. Пустив в ход штыки и кинжалы, "для верности" приканчивая врагов, солдаты по старинной привычке начали потрошить вражеские подсумки.
  - Старик, принимай пулемет! - скомандовал Нестор. Трофейный ручной пулемет стоил того, чтобы остановиться на нем подробнее. Это была вполне удачная вражеская копия ручного пулемета империи, который в свою очередь был скопирован с одного из немногих трофейных образцов, некогда состоявших на вооружении армии СССР. Несмотря на то, что имперская копия с устаревшего СССР-овского пулемета на фоне полного провала в этой части имперской оружейной промышленности выглядела заметным достижением, по каким-то малопонятным причинам империи так и не удалось наладить широкомасштабное производство этого удивительно простого, надежного и дешевого пулемета. Выпущенный "ограниченным тиражом" он был принят на вооружение гвардейских частей и в связи с их дислокацией в мирных центральных районах, в основном, хранился на складах. Как к тварям попал образец и каким образом им удалось наладить его серийное производство, воистину оставалось загадкой.
  - Кат, будешь вторым номером. - Долговязый жилистый Кат вполне подходил на роль носителя пулеметных дисков. Порадовали Нестора автомат с тремя запасными дисками и несколько ручных гранат. Остальные боеприпасы - в основном винтовочные патроны - перекочевали из вражеских в подсумки людей.
  Перейдя на бег, десяток Нестора ворвался в зияющий пустыми глазницами выбитых окон барак. До башни было рукой подать и солдаты на растоянии броска наблюдали вражеских стрелков, азартно дырявивших мешки с песком, укрывавшие расчет пулемета.Твари не обращали внимание на убивавших их с тыла людей, пока цепочка вражеских стрелков между бараком и башней не была полностью уничтожена. Нестор бросил Старика с Катом к дверному проему на углу барака. Эта позиция позволила прикрыть отход пораненому и растерянному дозору Марго вместе с пулеметом.
  
  Самоубийственная атака захлебывалась в самом начале.
  "Что же ты творишь, подлая сука!?" в бессильной ярости скрипел зубами Нестор, глядя на мясорубку, что перемалывала штрафную сотню. Сотню Вирджинии, светлая ей память. У тварей вместо одного оказалось два пулемета на каждом краю серпообразного холма и теперь они остервенело рвали человеческую плоть бесконечными очередями. Фанатизма и преступной тупости черезвычайщице не занимать. Вот теперь, когда брошенная на пулеметы вопреки плану Нестора сотня, умывшись собственной кровью, залегла на склоне, во главе своего заградительного отряда надо отдать должное не сгибаясь под градом пуль госпожа Корш-Лин перебегала от одной группы солдат к другой, пинками в ребра и под зад поднимая их в атаку. Там, где пинки и угрозы уже не действовали, она решительно пускала в ход пистолет, расстреливая "трусов" и "предателей" на месте, невзирая на их старые заслуги и свежие раны. Нестор заранее знал, что так все и будет, а в числе "трусов" и "предателей" непременно окажется он, поскольку эта пустоголовая чрезвычайщица задалась целью извести своевольного Стража. Есть такие женщины, чья упрямая глупость завершается только вместе с жизнью.
   В том числе и поэтому, в уме Нестора созрела идея провести на месте самостоятельную рекогносцировку, из которой родился авантюрный план атаки. Делая ставку на внезапность, его десяток должен был по вклинившемуся в холм с правого фланга и боевые порядки тварей оврагу, поросшему высокой травой, подкрасться вплотную к открытой пулеметной позиции и захватить или уничтожить ее. Невероятно, но в овраге даже не оказалось минимального охранения! Это был один шанс из бесконечного множества спасти остатки штрафников от неминуемого расстрела тварями и заградотрядом - Нестор не имел морального права им пренебрегать. Даже ценой собственной жизни, тем более, что после нелепой гибели Вирджинии она значительно обесценилась. После того, как он по своей инициативе провел разведку вражеских позиций и напрямую предложил чрезвычайщице предварить общую лобовую атаку, точечным ударом своего десятка по пулемету врага, Корш-Лин вскипела и схватилась за пистолет. И непонятное большинству солдат, увидевших в идее Нестора свое спасение, ее бешенство объяснялось просто - Нестор вновь отсрочил свой давний приговор - позорную смерть "труса". Дора почувствовала, что отряд на грани бунта и стрелять не решилась, но и сбыться плану дерзкого мужлана тоже не позволила.
   Пригибая головы под огнем вражеских стрелков, на дне старого оросительного канала около сотни штрафников готовились пойти в последнюю для большинства из них атаку. Попрощавшись с Маргарет и Скавром, сопровождаемый несколько десятков шагов полным ненависти взглядом и дрожащим дулом пистолета чрезвычайщицы, Нестор вывел свой десяток в поросший бурьяном овраг. Старик, Малой, Шурпал, Кат, Бывалый и Шаман - старая гвардия и молодое, но уже нюхнувшее пороху пополнение Кастор, Парис, Карбон и Анатас. Почти у самых вражеских окопов они столкнулись в яростной рукопашной с вражеским секретом из трех голов, не успевшим подготовить засаду. Полный сознанием своего превосходства не только над скудным военной мыслью разумом Корш-Лин, но и над серьезным и опасным противником, по оплошности допустившим десяток вояк в самое сердце своей обороны, Нестор все же сохранял хладнокровие.
   Успешное начало полностью перечеркнула преждевременная атака. Под трели начальственных свистков, подгоняемые стволами заградотряда, штрафники, кто, стиснув зубы, кто грязно ругаясь, кто безостановочно стреляя по таким близким, но таким недостижимым вражьим окопам, бросились в атаку. Сняв вражеского стрелка из первой линии одиночных окопов, Нестор видел, как пулеметы скосили первые ряды атакующих и длинными неправдоподобно меткими очередями выбивали сотни кровавых и пыльных фонтанов из залегшей цепи, убивая и калеча беззащитных людей и уродуя тела только что убитых.
   Чтобы не повредить ближний пулемет, его расчет расстреляли прицельно Нестор, Старик и Кат, в то время как Малой, Шурпал, Бывалый и Шаман поливали ближайшие окопы очередями из автоматов и беглым огнем из карабинов. В ход сообщения, соединявший пулеметную точку с траншеей, полетели ручные гранаты. Взрывы разметали кровавые ошметки врагов, бросившихся к замолчавшему пулемету. На левом фланге пулемет продолжал безнаказанно кромсать барахтающихся в кровавой грязи штрафников.
   Улучив момент, когда огонь противника ослабел, Нестор метнулся к пулеметной точке. Почти на расстоянии вытянутой руки с одного из одиночных окопов слетела крышка из прутьев и дерна, высунулся широкий ствол с острым штыком, но Шурпал, рванувший следом, изрешетил тварь практически в упор. Еще одного подземного "нежданчика" закололи штыками Старик и Кат. Воспользовавшись молчанием правого пулемета и задержкой в стрельбе левого, своих людей подняли десятники Маргарет, Кира и Скавр. Они успели продвинуться достаточно далеко, прежде чем их накрыл уцелевший пулемет, чей расчет слишком быстро заменил ленту.
   Добив раненых тварей-пулеметчиков, Нестор и Старик снова стали идеальным пулеметным расчетом. Под яростным огнем, они перенесли пулемет на бруствер и теперь пришла пора тварям грызть землю. Бегло прочесав змеистую вражескую траншею и вогнав по пуле в головы нескольких самых нерасторопных стрелков, короткими прицельными очередями Нестор бросил вызов второму пулемету. Видимо, расстрел атакующих был родной стихией второго пулеметного расчета, поскольку достойно ответить Нестору он не смог. Так, то перенося огонь на траншею и одиночные окопы, то расстреливая бросавшихся к поникшему на левом фланге пулемету тварей, Нестор прикрывал атаку жиденькой цепочки уцелевших штрафников.
  Десяток Нестора азартно расстрелял неуверенную контратаку тварей, затем вместе с остатками людей Маргарет и Скавра пошли в штыковую. Твари не собирались уступать высоту и бой вступил в фазу жестокой рукопашной, крики дерущихся и раненых изредка заглушались разрывами гранат, выбивавших из огрызающейся траншеи последние очаги организованного сопротивления.
   Под прикрытием своих ребят, Нестор со Стариком перенесли пулемет в дымящуюся и остро воняющую внутренностями и кровью траншею. Еще не закончилась схватка в ее отдельных участках, как со стороны поселка появилась первая цепь атакующих тварей. Уцелевшая в атаке Марго руководила обороной на правом фланге. Расчищая траншею от вражеских трупов, добивая раненых и подрывая последние уцелевшие одиночные ячейки, десяток Нестора без потерь(!) не считая легкой контузии, множества ушибов и царапин, щедро отпущенных каждому бойцу, занял центр траншеи. Малой и Шаман набивали пустые пулеметные ленты, распотрошив трофейные патронные сумки, Нестор и Старик торопливо оборудовали огневую позицию, приспосабливая костенеющие тела недавних владельцев патронных сумок в качестве бруствера.
   В рыгающий раскаленным паром зев кожуха полилась вода из фляжек убитых. Солдаты, вдруг ощутившие нестерпимую жажду, как в последний раз прикладывались к помятым фляжкам с теплой солоноватой водой, перезаряжали винтовки и автоматы, устраивались поудобнее в захваченных окопах, готовясь напоить приближающегося врага из того же кровавого кубка, из которого только что щедро хлебнули сами. Корш-Лин, оставалась где-то позади, рядом с оросительным каналом, очевидно с удовольствием созерцая усыпанное исковерканными человеческими трупами поле боя, предоставив возможность руководить обороной оседланной высоты Маргарет и Нестору. Это и к лучшему, поскольку, если бы чрезвычайщица также руководила обороной, как и атакой, на этом эпизоде нашего повествования можно было поставить точку.
   Второй пулемет был безнадежно выведен из строя - кожух как решето, казенный механизм посечен пулями - поэтому все патронные коробки достались пулемету Нестора, который в обороне теперь играл ключевую роль. Обустроив правый фланг, под звуки разгорающегося боя, Марго переместилась хозяйничать на левый. Дела там обстояли печально, поскольку кинжальный огонь и рукопашную пережила жалкая горстка бойцов. Самое интересное, что чрезвычайщица и ее удалой заградотряд не спешили присоединиться к защитникам и пополнить их скромную огневую мощь своими автоматами и пулеметом.
  
   Одну за другой штрафники отбили три атаки тварей. Пулемет постоянно кочевал по траншее, поскольку все усилия вражеских стрелков были направлены на его подавление. Но слившийся с машиной смерти в одно целое, Нестор был неуязвимым хозяином боя, а стрельба его вызывала страшное опустошение в рядах атакующих. Да и сами атаки имели своей целью скорей не отвоевать потерянный холм, а остановить продвижение людей, пусть даже они и не могли идти на помощь осажденным в поселке. Очевидно, успешная атака штрафников произвела на командиров тварей впечатление крупного отряда, готовящего прорыв блокады. Убедившись, что штрафники не будут развивать свой успех, уцелевшие после атак твари, медленно и небольшими группами, обстреливая холм, отошли на окраину, где и закрепились в домах.
   На исходе дня, когда перестрелка уже окончательно стихла, тварям пришла помощь, откуда они ее никак не ждали - по холму принялась бить артиллерийская батарея людей. Когда разорвался первый снаряд, Нестор как раз менял перевязку раненному в руку и в бок Старику. Ударная волна опрокинула пулемет (кожух рассекло осколками), расшвыряла трупы тварей, сложенных на новой позиции вместо бруствера. Следом за уничтожением пулемета, Ее Императорского Величества четвертая батарея отдельной 83-й артиллерийской бригады отличилась точным попаданием в участок траншеи на левом фланге, где были собраны раненые и отдыхали немногочисленные уцелевшие защитники. Не останавливаясь на достигнутом, батарея еще минут десять (все равно, что целую вечность), перепахивала холм и его окрестности. Затем, очевидно для закрепления результата, над полуразрушенной траншеей лопнула серия шрапнельных снарядов. Так разом не стало Ката, Шурпала, Шамана и Париса, Малой был ранен в руку и ногу, с остатками своих людей погиб Скавр, Марго потеряла почти всех своих людей и левый глаз. В общем, благодаря чьей-то роковой ошибке, а вероятнее всего козням чрезвычайщицы остатки штрафников, удерживающие холм, оказались на грани уничтожения. Вздумай твари атаковать сейчас, они бы оценили императорский подарок от четвертой батареи.
   Обстрел прекратился и стало слышно как дико выли немногочисленные контуженные, обожженные, посеченные осколками и полупогребенные, но еще живые люди. Нестор перевязал Малого и на всякий случай осмотрел пулемет. Ситуация в который раз казалась ему безнадежной. Он видел, как несколько солдат выбрались из окопа и нетвердым шагом надломленных людей волоча винтовки и автоматы побрели по дымящейся земле к исходному пункту утренней атаки - оросительному каналу. Там их ожидал заградотряд. Нестор знал, чем это закончиться, но не мог отвести глаз. Со стороны канала сухо полыхнуло короткими очередями - бдительные заградители открыли огонь без предупреждения. Шагов за пятьдесят до лже-спасительного укрытия, оставившие свои позиции солдаты попадали один за другим: ручной пулемет, захваченный десятком Нестора в рабочем поселке и переданный по приказу Корш-лин заградотряду действовал превосходно.
   Затем перед каналом появились два запыленных БТРа. Выскочившие из них фигурки в черном вытащили троих оставшихся в живых после обстрела подручных госпожи Корш-Лин, втолкнули их внутрь. Подняв клубы пыли, бронемашины взобрались на развороченный холм стараясь объезжать солдатские трупы. Вокруг Нестора собралась дюжина полумертвых от усталости и контузий штрафников. Еще несколько раненых в том числе Малой и Старик лежали в траншее на месте развороченной позиции пулемета.
   Но твари не атаковали холм. По всему блокированному поселку шла интенсивная перестрелка. Бой разгорался в прямом смысле - клубы дыма от новых пожаров возносились к небу, словно жертва богу войны. Поселок Безымянный напоминал огромный алтарь, на котором сотня штрафников и две сотни тварей, устилавших своими телами холм и пространство вокруг него, были не слишком заметным подношением кровожадному богу. Черным вороном над поселком кружил вертолет, время от времени пуская в цели на грешной земле смертоносные дымные молнии неуправляемых ракет.
   Из первого БТРа, вытолкнув впереди себя чрезвычайную представительницу Дору Корш-Лин, вышла глава охотничьего отряда. Марго и Нестор не сговариваясь шагнули навстречу, вскинув оружие. Старик и Малой, поддерживая друг-друга, вылезли из обрушенной траншеи.
   - Кто такие?! - строго окрикнула их главная охотница.
  Первой представилась Маргарет. Затем Нестор.
   А это все, ... кто выжил! Вопреки ей! - шатающийся Нестор свободной рукой окинул остатки штрафной сотни, стволом винтовки ткнул в направлении чрезвычайщицы.
   Штрафнички, значит. Альбина, сюда!- охотница рванула взбешенную чрезвычайщицу за шиворот, умело повалив ее на спину одной рукой.
  Нестор разглядел на бортах БТРов готовую к прыжку пантеру и уже знал, кто покажется из башни стрелка.
  - Взгляни, мужлана зовут Страж, Альбина. Это не тот ли никчемный полудурок, которого ты взяла в мужья прошлым летом?
  - Нет, не он. Но ублюдок не врет. Ты еще не сдох, братец-Нестор? - вторая дочь Анджелы Страж, приемной матери, Нестора, сегодня, как и всегда не отличалась вежливостью. Она обошла вокруг, придирчиво осматривая Нестора.
   - Я тоже рад тебя видеть, сестренка...- после небольшой заминки он продолжил - Вирджиния ... там как?
  - Не твое собачье! - и Альбина, скрывая слезы, отвернулась к горячей броне с изображением пантеры.
  - Обойдемся без семейных сцен. - начальница подтянула за кожаный воротник поднимавшуюся из кровавой лужи чрезвычайщицу. - И ты продолжаешь утверждать, что холм занят тварями? Зачем ты приказала стрелять из пушек по своим людям, ведь они не бежали?
  - Не имеете права! - Дора смешно вырывалась из цепкой лапы волчицы, напомнив придавленную к земле крысу, которую благородная хищница есть не будет, а придушит просто так, из чувства брезгливости.
  Нестор отдал свою винтовку Маргарет и во всеуслышание объявил: Древнее право! Я вызываю ее на поединок! Да рассудит нас сталь!
  - Древнее Право! Древнее право! Поединок! - яростно поддержали его штрафники редкими нестройными голосами. Те, у кого текла кровь из ушей, вопросительно глядели на товарищей.
  - Он имеет это право? - Охотница положила руку на плечо Альбине. Та повернулась:
  - Больше, чем кто-либо - он ведь Страж!
  Корш-Лин, получив пинок, полетела к ногам Нестора, а охотница распорядилась развернуть БТРы так, чтобы со стороны батареи не было видно поединка. Другая охотница ловко выхватила из кобуры чрезвычайщицы пистолет, оставив ей только офицерский кортик. Боевой неуставной нож Нестора, был намного короче, но это ничего не значило, поскольку самообладание оставило Корш-Лин. Она корчилась на земле не в силах пережить унижение и страх неминуемой смерти.
  - Сволочь! Гнида! Вы все сволочи! - наконец чрезвычайщица справилась с собой, встала и красивым жестом как учили на уроках фехтования, достала кортик, истерично выдохнула, но затем выставила его, словно в пьяной поножовщине. В пылающих злобой глазах читалась решимость как минимум умереть достойно, а как максимум, пустить ненавистному мужлану кровь. Нестор - призрак с лицом мертвеца, вырвавшегося из могилы, спокойно ждал атаки, держа нож в правой руке лезвием вниз. Охотницы и штрафники обступили место поединка по кругу.
   Корш-Лин получила легкую и мгновенную смерть, которой вовсе не заслуживала. Как только ее тело коснулось земли, грянули выстрелы - это Маргарет, Старик и еще несколько штрафников рассчитались с прихвостнями покойной из заградотряда.
  
   - Итак, что-то мне подсказывает, что эти мерзавцы пойдут за тобой, Страж! - главная охотница наблюдала, как растрепавшиеся на ветру волосы чрезвычайщицы намокали в ее же крови.- И хоть выбора у тебя нет, из уважения к твоей сестре, я предлагаю тебе сделку.
  - У тебя маловато волчиц, а твоим в поселке сейчас несладко.
  - Весь в тебя, Альбина! Думает, что умнее других, но видит только то, что на поверхности.
  Альбина на слова своей командирши только криво усмехнулась.
  - Ты разрешила поединок, чтобы всех нас повязать кровью. С моих хватит уже этого дерьма! Наелись! Я пойду один, ее кровь на мне! - прокричал Нестор в лицо схватившей его за шиворот грязного и рваного камуфляжа главе отряда.
  - Умный, гад? Да, только один ты мне на кой хрен? Слышишь? - схватив за полуоторванный в рукопашной воротник она притянула Нестора, жарко дыхнула ему в лицо запахами хорошей еды, жвачки и еще чем-то неуловимо завораживающим. - Каждому, кто пойдет на поселок по пятьсот золотых!
  - Наших раненых доставить в госпиталь! Дашь оружия и патронов. Деньги сейчас! - настоял Нестор.
  - По рукам, мужлан, далеко пойдешь, чует мое сердце.
  Раненых штрафников поместили в БТР, из которого предварительно выгрузили ящики с боеприпасами и амуницией. Нестор сунул Старику и Малому свои пятьсот золотых и что-то невнятное сказал на прощание. Марго решила остаться, не считая вытекший глаз серьезным ранением. БТР с ранеными ушел по своей старой колее, стараясь не тревожить останки погибших и не сильно трясти истекающий кровью груз.
  Чудеса не прекращались. Перед тем как идти на поселок, штрафники слопали по банке саморазогревающейся тушенки со свежим белым хлебом (!), запив эту необыкновенную трапезу отменной водкой. Под присмотром охотниц они набили свои вещмешки, подсумки и карманы боеприпасами по самое "не хочу". Кто хотел и умел обращаться, получили автоматы - некоторым счастливчикам достались удобные разгрузочные жилеты, правда, со следами пуль, осколков и крови.
  Альбина принесла Нестору ручной пулемет и коробки.
  - Справишься?
  - Шутишь? Круто! С таким пулеметом я теперь самый страшный демон в их сраной мифологии. А если они мифологией не обзавелись, мы это дело как раз сегодня и поправим! - в конце речи Нестор отрыгнул как заправский демон. - Кстати, машинка новая, но имела много работы в последнее время, скажу я вам.
  - Ты все такой же болтун... Это пулемет моей ...близкой подруги. - глаза Альбины вновь потускнели и дальше она могла не продолжать. - Она вчера погибла.
  Нестор промолчал. Он почувствовал, что Альбина больше не винит его в гибели Вирджинии. Странное дело, подруга была ей ближе родной сестры и только с гибелью подруги, делившей с ней интимную близость, а интонацию, с какой Альбина произнесла "близкой подруги" иначе понять было невозможно, и вот теперь она поняла и простила меня. Только пережив тоже самое. Примерив эту сволочную жизнь на себя. Может это все мужской взгляд на мир? - обсосать последнюю мысль не дала глава отряда пантера Деметра. В поселке вновь разгорался бой. Динамик стационарной рации внутри командирского БТРа беспрерывно хрипел о помощи. Пора.
  
   Яростная очередь в упор перерубила бегущую тварь пополам, но та свалилась почти у самого окна. Разглядев в левой когтистой лапе взведенную гранату, Нестор выдернул из оконного проема ствол пулемета и перекатился подальше через труп Анастаса.
   - Граната! - Вряд ли кто-то расслышал его сиплый хрип, но правила есть правила. Язык прилип к гортани. По горлу словно прошлись наждаком.
  Альбина скорчилась в углу - она только что швырнула свою гранату в противоположное окно под ноги группе врагов. Твари - животные стадные.
  Два взрыва слились в один, покрытую слоем копоти штукатурку нещадно секли осколки. Руины, которые Нестор с Альбиной удерживали уже около получаса, в который раз заволокло удушливой пылью. В углу остывала Марго. После смерти ее нескладное угловатое тело сделалось пластичным, а прежде "лошадиное" лицо, с выбитым шрапнелью глазом и пулевым отверстием во лбу, стало умиротворенным и даже в чем-то красивым.
   Воинское счастье изменчиво. Под прикрытием пулеметов и пушки БТРа охотницам и штрафникам довольно легко удалось сломить оборону тварей на окраине и выбить их из большого двухэтажного дома. Без особого сопротивления отряд продвинулся по улице метров двести. Улица уперлась в обгоревшие руины жилого дома и тут пошло все наперекосяк. По плану Нестор, четверо штрафников и четверо охотниц под руководством Альбины должны были занять эту позицию, чтобы прикрыть проход остального отряда, уже отягощенного ранеными. Под колесами прикрывавшего первую группу БТРа разорвались то ли противотанковые гранаты-самоделки, то ли нестандартная мина. Машина замерла, а из подвальных окошек с трех сторон на нее и бегущих к развалинам людей обрушился смертельный ливень огня. Экипаж успешно прикрывал четверых спасшихся в руинах людей, а вот прикрыть машину оказалось некому. Вскоре твари забросали беспомощный БТР бутылками с зажигательной смесью. Теперь используя этот гигантский, плюющийся разрывами боекомплекта, костер как прикрытие, они почти вплотную атаковали развалины, неожиданно выскакивая и расстреливая огрызающиеся руины в упор.
  Помочь осажденным охотницы могли только снайперским огнем по очень узкому сектору. Поэтому Деметра не отвлекая силы на поддержку, повела остатки отряда в тыл атакующей группе тварей.
  Пользуясь затишьем и заодно проверяя слух, Альбина позвала Нестора. Они сидели в противоположных углах - каждый держал оборону на две стороны. Плотным кольцом их позицию облегали вражеские трупы различной комплектации.
  - Деметра сказала, что ты далеко пойдешь!
  - Конечно, пойду - пользуясь передышкой Нестор собирал из россыпи на полу, путаясь заскорузлыми пальцами в промасленных обертках патроны и набивал рожок чужого автомата - В мире столько дорог! Я выберу любую и пойду. А ты, надеюсь, не собираешься сегодня умирать?
  - Еще чего! У меня дома муж неделю не траханный и дочь не кормлена.
   - Тоже неделю?
  - Что неделю? А! Не-а, уже взросленькая, скоро начнет подружек тискать, сообразит уж на счет пожрать.
  
   На этом участке твари выдохлись, не смогли дожать жалкий огрызок объединенного отряда. Жестокий бой продолжался через квартал от теперешнего положения Нестора. Рвались мины, работал станковый гранатомет, взметалось пламя и клубы черного дыма. Крохотный отряд Деметры пробился в развалины и занял оборону. Затрещали упаковки бинтов, закопченные оборванцы перевязывали друг-друга, припадали к горлышкам полупустых фляжек и напряженно следили за подходами, заваленными баррикадами и трупами людей и тварей. Через полчаса вернулся дозор на легком вездеходе и доложил, что есть возможность присоединиться к небольшому гарнизону укрепленного двухэтажного дома, контролирующего выход на окраины и центр. У осажденных уже заканчиваются боеприпасы, помощь им будет весьма кстати, а за раненными они прислали видавший те еще виды и к тому же расстрелянный вдрызг вездеход.
  
  - Мама! Мама! Я жив! - орал Нестор в трубку спутникового телефона, лежа на чердаке. Их отряд во время присоединился к ослабевшему от ран и непрерывной бойни гарнизону и успел предотвратить прорыв крупной группы тварей на очищенную окраину. Беспощадно полосуя из пулемета прущих как стадо баранов тварей, Нестор почувствовал во рту сладкий вкус мести. Вкус сгоревшего пороха и раскаленного металла. Вирджиния, покойся с миром, ты отомщена. Не менее сотни вражеских жизней забрал сегодня меткий пулеметчик. Оглохший и высушенный, но живой.
  - Мама, прием, ты меня слышишь? Слышишь? Прием! У меня все хорошо, мама. Да. Да! Альбина рядом. Мы вместе. Меня взяли в охотничий отряд. Штрафники? Да кто тебе сказал?! Я связистом при штабе уже месяц почти. Вот, разрешили позвонить домой. Нет, тут почти не стреляют. Это не у нас, на соседнем участке. Нет, не вру - во внешнем оцеплении стоим. Да тыловики мы, тыловые крысы, ага. Как ты? Тоже порядок? Мам, Церберу и Малее пламенный привет! - на грязных щетинистых щеках слезы проложили две широких дорожки - Ты прости за Джини, не уберег. Я сегодня убил эту гребаную суку, что ее подставила. На поединке. Ножом. Прости, нет, я больше не буду ругаться, вырвалось. А. Нет, не женщину, женщину я бы не стал резать. Черезвычайщица она, блядина. Ну, вы-то там как? Я скоро пришлю вам денег! Почему не надо? А мне они тут зачем? Мам, прости еще раз, снова лезут ублюдки!
   Нестор вернул трубку Деметре и взялся за снайперскую винтовку. Проверив на какую дальность установлен прицел, он поймал в крестик грудь вражеского стрелка и нажал на спуск. Стоя на колене за изорванными мешками с песком, Деметра била короткими очередями из автомата. Трубу она передала Альбине, которая вернулась к корректировке огневой поддержки с вертолета.
  
   "Вторые сутки уже в этом аду. Вторые сутки без сна. В подвале полно раненых. Воды нет. Вонь нестерпима. Я оглох от взрывов и смертей. Нет, вторые сутки только в поселке... Или больше? А до штурма было ничего, можно сказать, спокойно жили. И Шурпал жил, и Шаман с Катом..." - проносилось в голове Нестора в то время как он ритмично двигал бедрами, загоняя Деметру в мир наслаждения, в прекрасный мир, рожденный наконец-то востребованными потоками эндорфинов. Охотница стонала и выгибала обнаженную спину, то ли стремясь стряхнуть мускулистого наездника, то ли предлагая ему стиснуть ее крупные груди с торчащими сосками. Этим предложением Нестор сразу же воспользовался, пусть даже в ущерб больной руке и устойчивости, покрутил соски пальцами, затем сильно обхватил груди, прилег на спину Деметры и начал нежно кусать ее плечи и шею. На время запах разгоряченных потных тел и обильной смазки совсем забил трупный смрад и Нестор окончательно потерял голову. Причиняя партнерше сладкую боль, он входил все глубже, а движения делал редкими и резкими. Сквозь сменяющие друг друга яркие оргазмы Деметра рычала и ругалась, хрипло требуя еще и еще. Резче и быстрее. "Я не выживу. Я знаю. Прости, Джини, прости меня, я слаб. Что и кому я хотел доказать в этом говеном мире? Слава Всевышнему, Альбина не видит моего позора. Я сделал ей хорошую перевязку. У нее в аптечке больше нет ни тюбика "антиболи" и скоро ей не позавидуешь... Здесь мы все смертники! Зачем артиллерия снова утюжит поселок? Сюда бы один снарядик!"
  - Щас, я тебе покажу, как надо! - Деметра всю свою сознательную жизнь считала себя знающей толк в радостях плоти, но тогда, стоя на краю гибели открыла для себя новое острое наслаждение. Что и говорить, даже с лучшими ее волчицами, увы, в массе своей ныне покойными или раненными, таких ощущений она не переживала. Умелыми любительницами пососаться-полизаться, сбрасывая стресс сразу же после удачной охоты, когда в грузовике в мешках с сухим льдом еще не остыли тела добычи, ее "Пантеры" славились на весь округ. Молодые сладкие, страстные девчонки толпами валили в отряд. Тем, кому не посчастливилось влиться в дружную боевую семью вовсе не возбранялось расслабиться после рейда с охотницами на общей гулянке.
   "Как там мои ребята? Уже в госпитале... Ничего вдвоем и с деньгами не пропадут. Будут у них и лекарства, и выпивка, и девочки, и белые простыни, и тишина. Только бы Малой не забыковал, когда Старик предложит ему удрать. Валите ребята с этой проклятой войны!"
   Деметра ловко вырвалась и повалила Нестора на импровизированное ложе из снятой одежды и пустых мешков. Перемена позиции отозвалась тупой болью под перевязкой в левом предплечье. Крепкий, оптимальной длины член снова занял свое место в жарком и влажном нутре охотницы, сладко зажмурившей глаза и плотоядно сосавшей свою нижнюю пухлую губу. Деметра начала энергично двигаться вверх и вниз, при этом играя тренированными мышцами своей пахучей киски.
  - Я так быстро кончу. - прохрипел Нестор.
  - Так быстрей же, ду-ра-чо-о-ок, вдруг о-опять полезут! - проохала Деметра в тот момент, как ее наполняла густая струя. Охотница навалилась ему на грудь, а потом сползла рядом на пол. Нестор облизал от грязи указательный намазоленный спусковым крючком палец правой руки и положил его Деметре на клитор - ублажать нежданную - негаданную партнершу так по полной, пусть знает, как набрасываться на штрафников с грязными предложениями в следующий раз. А этот следующий раз обязательно будет. Обалденный опустошительный оргазм добавил Нестору сил и желания жить.
  Жить, сражаться и выбраться из этой мясорубки. А там глядишь, и граната в потайном самодельном кармашке напрасно ждет своего "звездного часа". Деметра, погруженная в сладкую негу, примерно пол-минуты не протестовала, затем положила на руку Нестора свою ладонь и стала направлять его ласки. Требовательно, настойчиво, как старшая по званию и социальному положению.
  - Войну не протрахайте, вашу мать! - возмутилась начальница обороны особняка, единственная из прежнего гарнизона, на данный отрезок времени сохранившая способность передвигаться без посторонней помощи. Чего ей понадобилось на крыше, если ее пост на втором этаже у пулемета, контролирующего перекресток?
  - Отъебись, старая - лениво ответила глава разбитого охотничьего отряда, вырываясь из плена последнего оргазма.
  - Поделись солдатиком, а? - прохрипела начальница.
  - Невмоготу - засунь гранату. - посоветовала Деметра, натягивая штаны. - Нестор мне самой бодрый нужен, чтоб тебя от тварей оградить. Они тебя трахать не будут, так, объедят лишнего мясца с сисек да задницы!
  
   Нестор не понимал, где очутился. Сквозь кровавую пелену где-то далеко в сумраке он видел колышущуюся темную массу. Накатывала тошнота, если бы в желудке за последние сутки проплывала хоть крошка пищи, стошнило бы точно. Ноги подкашивались, но твари, вцепившиеся в него с боков, не давали солдату упасть.
   Концентрированная тьма приняла очертания медленно приближающейся толпы безобразных головастых тварей, безглазых, но с огромными зубастыми пастями. "Ведь твари пленных не берут! Как же это?" - заметалась под черепом, завопила несуразная мыслишка, пока мощный инородный поток чужого, бесконечно злобного сознания не вымел все лишнее из головы Нестора. Сторожа-"санитары" резко отскочили, но буйный пациент не упал, а даже напротив, расправил плечи и тверже встал на неровный пол подземелья.
  - А вот хрен вам в рыло и якорь в задницы! - просипел в морды набыченных врагов Нестор. Давление не ослабевало. Немыслимая сила скрутила человеческое тело и подняла его под потолок пещеры.
  - Дешевые трюки...сукины выблядки... мало вас... землю жрать... а-а-А! - сорвался на крик Нестор.
  Наконец, ослабший, но не сломленный человечек упал. Ему позволили, ибо нужен живым. Удивительно. Ни один еще не держался так долго. Но незачем тратить силы на праздное любопытство, пора вновь руководить битвой, она не проиграна, напрасно радуются затишью окруженные в своих обгорелых коробках последние защитники. Человечек тыкался и плакал, как слепой котенок, на которого наступил рассеянный Хозяин. ПОВЕЛИТЕЛЬ! ГОСПОДИН! Из толпы выступил один из палачей, которому было поручено довершить начатое перерождение врага в послушную марионетку. Сейчас, на его кожу брызнет специальный секрет, клетки первой волны проникнут в его организм и сделают его несговорчивый разум послушной игрушкой в руках опытного кукловода.
  -Запомни меня молодым, Деметра. Прощайте, ребята! - бредил Нестор злорадно отсчитывая секунды. Враг приближался. Сатрапы остались где-то далеко позади и не успели помешать задуманному. В последнюю минуту делегат компании изуверов отшатнулся - маленький стальной лимон полетел в самую гущу врагов. Чуть-чуть не коснувшись пола, солдатский гостинец оглушительно лопнул жалящим пламенем.
   Граната еще описывала дугу, а Нестор уже катился в противоположную сторону, зажмурив глаза и плотно закрыв уши руками. Правую ягодицу и бок обожгло острой болью - на фоне израненной левой руки, избитого, истощенного, контуженного тела эти раны не удостоились даже всхлипа. Вот только встать они мешали, Нестор мог только ползти. Но и доставившие его в пещеру обе твари не спешили вставать, несмотря на отсутствие ран, они с гадким шипением извивались на полу в свете двух упавших негасимых светильников, словно некто невидимый насадил их на раскаленные спицы. Медленно, очень медленно, Нестор потянул на себя брошенный автомат с дисковым магазином, передернул затвор и врезал по тварям, оглушенным предсмертным "мозговым" воплем "Господина". Опершись на выступ в стене, он начал короткими очередями поливать агонизирующую массу своих недавних мучителей. Какое-то время он стрелял вслепую, с заметным усилием поднимая ставший неподъемным автомат и заботясь лишь о том, чтобы не отстрелить себе ступни. Сначала опустел семидесяти патронный диск. Затем потухло сознание. В подземелье под рабочим поселком Безымянный, умирал последний солдат штрафной сотни, которая совершила невозможное...
  
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) А.Гаврилова, "Дикарь королевских кровей"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 11. Тайна Кота"(ЛитРПГ) В.Каг "Операция "Удержать Ветер""(Боевая фантастика) Н.Малунов "Л-Е-Ш-И-Й"(Постапокалипсис) В.Соколов "Прокачаться до сотки 3"(Боевое фэнтези) Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"