Theophy Wagner: другие произведения.

Полубес

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Идешь вот так по заснеженному лесу зимним вечером, уставший, одинокий, возвращаясь с работы домой, в пустой дом, ну, или в почти пустой дом, и встречаешь неизвестного эльфа. А он такой... такой! Очень красивый, элегантный и в шапке-ушанке. У эльфа! И вообще этот эльф не обычный. Только заметишь ли ты эту необычность? Даже если у тебя дома говорящий кот, в кабинете проживает плотоядное растение, когда-то бывшее твоей любовницей, да и сам ты - полубес, от которого шарахаются все жители элитного пригородного поселка Тихие Косогоры? Только что-то не понятное творится в этих Косогорах. Возможно об этом что-то знает всеведущий начальник Тайной службы? Или папочка бес, не боящийся ничего в жизни, кроме одного - твоей мамочки - физика-теоретика?


Полубес

Серия "Половинка"

Th.Wagner

0x01 graphic

   Бета: Ванесса37
   Фэндом: Ориджиналы
   Пэйринг или персонажи: Полубес/Эльф, и другие
   Рейтинг: NC-17
   Жанры: Гет, Слэш (яой), Романтика, Юмор, Фэнтези, Мистика, Экшн (action), Психология, Философия, Повседневность, AU, Стёб
   Предупреждения: Нецензурная лексика

Часть 1

   Зима. Поздний вечер. Лес. В небе ровной белой половинкой краюхи ночного небесного хлеба ярким светом горит луна в первой четверти. Морозно и в одно, и тоже время влажно в воздухе. Ночная проказница очерчена ровным, тусклым кругом, словно незатейливый колдун-математик решил поиграть с циркулем, но не смог качественно замести свои следы. Морозные звезды, как в дымке, мелькают среди тоскливо опущенных голых веток дубов и кленов.
   Еще днем все было мокрым после пролившегося вчера ночью дождя, который не успел растопить снег, зато оставил внушительную и опасную гололедицу. К этому времени остаток воды замерз и, если кому-то не повезет, и он решит растянуться на земле, ему уже не грозило замочить свою одежду. Такая погода несвойственна для обычной зимы: проливные дожди при минусовой температуре. Складывалось впечатление, что какой-то начинающий маг наколдовал подобное природное недоразумение. Вышло все грандиозно и удручающе, только, как не крути, а с этим приходится жить.
   Идти по такой погоде было проблематично. В городе, в котором матерливые тролли и предусмотрительные гномы еще с утра посыпали дорожки песком и солью, можно было относительно свободно передвигаться. А здесь, в Тихом Косогоре -- местной достопримечательности Зеленого Города, в его курортном районе -- передвигаться было совершенно невозможно. Спальный район на то и спальный, чтобы здесь спать, а не работать. Соответственно, и благоустройством дорог никто не занимался.
   Возницы карет общественного транспорта напрочь отказывались доставлять местных жителей домой, ссылаясь на то, что лошади для таких дорог не предназначены, а местный глава поселкового совета -- упырь, Дурнев Иван Борисович -- полностью оправдывает свою национальность и даже фамилию. Короче, добраться в Тихий Косогор можно было лишь на персональном кентавре. Таковые водились у многих местных, но не у каждого. Приходилось пользоваться услугами гномьей вагонеточной службы. Поселок Тихий Косогор за последний век порядком разросся, и до некоторых его окраин проще было добраться с городского тракта, в пешую, через Пустой Лес.
   Итак. Зима. Гололедица. Лес. Вечер. Месяц и звезды на темном небе. В мягком свете поблескивает лед. А по нетоптаной тропинке идет, склонив голову, усталый путник. Под его ногами, порой с хрустом, лопается ледяная корка, и ноги путника по щиколотку проваливаются в сухой, пушистый снег. Путник всякий раз угрюмо бормочет проклятия и продолжает идти.
   Полубесы, как и все бесы, хорошо видят в темноте. А если учесть, что погода лунная, то даже, этот уставший полубес замечательно различал едва заметную, змейкой вьющуюся между голых кустов тропинку. Лес потому и звался Пустым, что только идиотам и таким вот бесстрашным, а может просто эксцентричным существам, приходило в голову, ходить по нему в ночное время.
   По этому поводу полубес думал по-своему, в его понимании прогулка была весьма рациональной: "так короче и кроме меня тут гарантированно никого нет, так как естественно четырехлапых хищников здесь давно постреляли, а двуногие хищники не рискнут сейчас тут ходить". Если первая часть утверждения была бесспорной, то на долю второй выпал маленький казус.
   Дойдя до средины пути, порядком устав от того, что ноги постоянно, то скользили, то проваливались, в конец, уставший, полубес облокотился о ствол старого дуба и, достав сигареты, закурил. Было абсолютно тихо. Лишь изредка потрескивал лед, и собственное дыхание было такое же ощутимое по звуку, как и выдыхаемый табачный дым. Не успел полубес насладиться процессом, как над ухом последнего тонко и мелодично кашлянули.
   - Хм-хму. Сигареткой не угостите?
   Из-за ствола дерева бесшумно вынырнул эльф -- существо без возраста, как всегда по неземному красивое, одетое, правда, не совсем по-людски, но это у них национальное. Шитый серебряными нитками теплый, темный сюртук, отделанный заячьим мехом. В тон ему штаны, с такими же витиеватыми вышивками как на сюртуке, облегающие, изящно прорисовывающие спортивное, хоть и худощавое тело, и немаленькое мужское достоинство. Полубес не сдержался и по достоинству оценил последний факт. Высокие ботфорты с серебристой клепкой -- одному эльфийскому богу ведомо на кой она на голенищах зимних сапог -- изящно обтягивали красивые икры до самых колен. На голове у эльфа была несуразная заячья ушанка, совершенно не вяжущаяся с самим образом венца творения, стоящим перед полубесом, простенько одетым в строгое, длинное, кашемировое пальто, полуботинки на высокой модной платформе, с непокрытой шевелюрой смоляных волос.
   Закончив изучать невесть откуда взявшегося эльфа, полубес поднял глаза и встретившись взглядом с прозрачно серыми, лучистыми глазами, устало проговорил:
   - Вон, - указывая на лежащую, на корке льда пустую пачку сигарет, - эта последняя.
   - Знаю я вас, бесов, у тебя явно с собой еще целая заныкана. - Восприняв подобное поведение полубеса за издевательство, эльф принял надменную позу патриция, скрестив на груди руки.
   Полубесу же было фиолетово на поведение эльфа. Он очень устал и был голоден. Сил не было никаких. В душе он порицал себя, что не смог до сих пор завести себе кентавра, и что пора перестать выпендриваться, а начать пользоваться распространенным общественным транспортом -- гномьей вагонеточной службой -- пусть и идти от ближней ее станции еще дальше чем через лес, зато по пути не будут приставать типы сомнительного вида в поисках халявного курева. Учитывая все вышесказанное, полубес сделал затяжку и протянул эльфу.
   - Что, так сильно уши вянут или просто поприставать не к кому?
   Такое равнодушное отношение к его возвышенной персоне поразило эльфа. С полным равнодушием не шла в сравнение никакая наглость, и никакие оскорбления. Равнодушие к его собственной и неповторимой персоне в глазах расценивалось как оскорбление. Да еще от кого! От какого-то беса!
   - Больно надо за тобой бычки подбирать, - фыркнул эльф, развернулся и скрылся так же мгновенно, как и появился.
   - Ну не хочешь -- не надо, - философски заключил полубес, сделал еще одну затяжку, отстрелил двумя пальцами окурок и отправился дальше по скользкой тропинке домой.
   А лес все серебрился замерзшей росой и лунными бликами на ледяной глади. Черные ветви деревьев сплетались причудливыми узорами на фоне серого неба, усеянного туманными звездами. Все так же тихо и спокойно. Изредка налетали слабые порывы ветра, трепавшие полубесу длинный белый шарф, развивая густые волнистые волосы, забираясь под полу расстёгнутое пальто. Ветер уносил вдаль легкие звуки шагов и треск льда.
   Полубес с наслаждением наблюдал окружающую его красоту, которая пленяла его еще с самого детства. Тусклая, мрачная, очерченная слабым светом, скрываемая в сумерках и лунных тенях картина завораживала, будила самые фантастические истории и, не менее, романтические баллады. Даже тотальная усталость полубеса была не властна перед желанием окунуться в очередную сказку. Он вспомнил "Двенадцать месяцев" и "Морозко" - представляя себя на месте... на месте главных героинь, этих, поистине не забываемых народных шедевров.
   Мужчина во всех смыслах был половиной. Половиной человека, половиной беса. Тут никуда не деться -- так было от рождения. Он был наполовину геем, а наполовину натуралом -- не видя в данном факте ничего предосудительного. Но даже когда был геем, он был наполовину актив, а наполовину -- нет. И работа его была скорее женской, а за рамками работы -- мужчина в нем брал верх. Когда-то, это все очень сильно угнетало полубеса, а сейчас он свыкся со всем.
   Вот за деревьями на пригорке появились огоньки поселка. Сначала шли шикарные виллы местных богачей. В основном они принадлежали гномам и колдунам. Изредка встречались виллы людей. Еще реже -- эльфов. Дом самого полубеса стоял затерянный среди этого великолепия. Невысокий -- всего в два этажа, с соблюдением всех геометрических соотношений и лишенный любых украшений, как на самом фасаде, так и внутри. Полубес в доме жил с матерью -- известным физиком-теоретиком. Он занимал второй этаж, она -- первый.
   Подходя к дому, полубес знал, что он пуст. Мать уехала на очередную конференцию. А значит в доме холодно, голодно и нудно. Хотя нудно там было всегда. Как показывал опыт работы в политике, люди самые нудные существа из всех, населявших землю разумных существ. Даже мохнатое самомнение эльфов и рядом не лежало в сравнении с ними.
   У дома караулил кот Маркус. Черный, пушистый и зеленоглазый скот, вечно царапающий и кусающих всех, кто попадал в зону действия его зубов и когтей. Хозяина он не трогал. Бесовская суть пугала кошака и внушала чисто животное уважение.
   - Ну как, Марик, кого сегодня замордовал? - Полубес подхватил на руки грозное оружие локального действия и взобрался по скользким ступенькам лестницы на второй этаж, нашаривая ключ от своей двери.
   Тем временем кот умостился на холке полубеса и с довольным рокотом замурчал:
   - Мышей мало, всех колдуны побили. Тараканов на них нет, зажрались совсем. Скоро на котах свои приемы экспериментировать будут.
   - Марик, будешь и дальше себя так вести -- будешь первым в очереди, - выдохнул полубес, сгибаясь под весом живого воротника, от шерсти которого постоянно приходилось чистить свои вещи.
   - Умный ты, Стригосус. То как я себя веду -- то токо жалкие потуги выжить в нашем нелегком мире. Вот тебе повезло с таким-та папиком рогатым, - глубокомысленно заявил кот и соскочил с плеч, едва не повалив своего хозяина.
   - Тоже мне скажешь... - буркнул полубес и начал раздеваться.
   В доме было темно, но коту и его хозяину освещение не нужно было. Комнаты Стригосуса отличались изысканной обстановкой. Старинные антикварные кресла и диваны, массивные стулья у стола с витиеватой резьбой на ножках. По углам громоздились книжные стеллажи и платяной шкаф.
   Сбросив с себя полностью всю одежду, полубес направился в огромную по-людским меркам ванную. Наполнил горячей водой и ароматическими маслами каменную ванну, и улегся в нее. Из тела потихоньку начала выходить усталость и холод, сменяясь истомой и сонливостью. Уснуть в воде хозяину не дал нахально вломившийся кот.
   - Стригосус. К тебе посетитель.
   - Кто? - Томно выдохнул полубес, поглаживая свой хвост и довольно улыбаясь.
   - Откуда я знаю? Он возле ворот стоит. Не представился. Тока шапку видна. Дебильная она, кстати.
   - А как выглядит? - Все еще даже не сделав ни единой попытки вылезти из ванной, продолжал расспросы полубес.
   - Шапка? Да кроль драный. Кустарная орковская работа. Ушанка-полушанка. - Кот лапой поводил по воде, завороженно наблюдая, как в ней шевелится пушистый кончик хвоста хозяина.
   И тут до полубеса дошло, чья эта шапка может быть. Вот же драный эльф, в драной шапке! И тут его достал! Ничего не поделаешь, а выходить придется.
   Через пару минут полубес в длинном, почти до пят халате, с завернутым тюрбаном, махровым полотенцем на голове, и мягких сапожках уже отпирал ворота. За ними действительно стоял тот самый наглый эльф.
   - Вечер добрый, чем могу?.. - Осведомился полубес. На его лице читалось явное недовольство.
   - Стригосус Волков ден Астаро? - уточнил эльф и, не дожидаясь ответа, уверенно прошел мимо полубеса во двор.
   Бровь полубеса нервно дернулась. К нахальству он был привычен, но всякий раз ему внутренне сопротивлялся, подавляя бесовское желание нагадить нахалу.
   - Послушайте, молодой человек, что за поведение? Или вы, не удовлетворившись отсутствием сигарет у меня в лесу, решили проверить их наличие у меня дома? - Стригосус запер ворота и пошел следом за эльфом. - И вообще! Кто вы такой и что вам надо?
   Эльф подошел к двери на первом этаже и обернулся, ожидая, что полубес ему отворит. Не тут-то было. Полубес сложил на груди руки и, приняв оборонительную позу, молча, ожидал ответа эльфа. Повисла тишина. Оба, не мигая, буравили друг друга взглядом. В конечном итоге холод дал о себе знать и теплолюбивый полубес вздрогнул.
   - Не боишься замерзнуть? - Поинтересовался эльф, глядя, как подрагивает под махровым халатом хвост полубеса. - Может, в дом войдем?
   - А ты объяснишь, кто ты и что тебе от меня надо? Может, тогда я и не замерзну, - рявкнул полубес, со всей отчетливостью осознавая, что еще чуть-чуть и, на завтра ему будет обеспечен ринит и французский акцент.
   - Меня зовут Алеф, - с легким кивком представился эльф. - А по делу я не своему, а по твоему.
   С этими словами эльф протянул полубесу портмоне. Глаза последнего расширились и стали похожи на два елочных шарика. Кошелек с документами принадлежал Стригосусу.
   - А... а откуда он у тебя? - Наконец-то выговорил полубес, после того как с трудом закрыл рот, открыл портмоне и убедился, что оно не только его, но и оставшиеся от зарплаты деньги в нем все еще наличествуют.
   - А оттуда, что надо смотреть, как рассчитываешься, выходя из конного экспресса. Мы с тобой в одном кебе ехали по Окружному тракту.
   Эльф бы и дальше разглагольствовал о неосмотрительности полубеса, но не тут- то было. Двери на втором этаже отворились, и оттуда показалась мохнатая голова кота:
   - Стригосус! Ты там шо, в малиннике хвостом запутался или с дуба рухнул: только из ванной и на холод. Ум есть? - Кошак говорил по-человечески очень даже четко, напоминая манерой старую беззубую бабку.
   - Иду, иду, - отозвался полубес, и, обернувшись к эльфу, окинул его с головы до пят и мотнул головой в сторону кота. - Пошли ко мне, в это время отсюда ты уже не уедешь, особенно сегодня. - Эльф растянул свои тонкие губы в довольной улыбке и пошел следом за полубесом.
   Надо ли упоминать, что лед был кругом. И на лестнице, ведущий на второй этаж, этого льда было достаточно, а вот сапожки Стригосуса были не приспособлены для ходьбы по скользкой поверхности, и годились разве что для холодного лета или в качестве домашних тапочек. На предпоследней ступеньке равновесие уставшего хозяина нарушилось, и он отшатнулся всем корпусом назад. Не иди за ним следом Алеф, так бы и полетел полубес по ступенькам вниз. Но все закончилось удачно. Эльф поймал полубеса и машинально сжал его в объятиях. Стригосус инстинктивно вцепился в руку Алефа и прижался к нему. Мгновение они стояли оба чуть испуганные, слегка ошарашенные, и безо всякого желания нарушать конструкцию, созданную своими телами.
   - Обниматься и лобызаться в доме будете, - нарушил идиллию Маркус, вновь выглянув из-за двери, заинтересованный непонятным "охом" своего хозяина.
   Полубес рывком высвободился из рук эльфа и в два прыжка оказался у дверей. Его сердце бешено колотилось, а глазки бегали в разные стороны, в поисках, где бы спрятаться. Эльф же с достоинством преодолел последние две ступеньки и вошел следом за хозяином дома, прикрывая за собой дверь.
   Сразу же появился кот, шмыгнул под ноги полубесу и начал укоризненно мурлыкать:
   - Стригосус, ты ж токо с ванны вылез, и выскочил на улицу голяком. Простудиться захотел? Что за безответственное поведение. И куда ты свои тапочки разбрасываешь, кода научишься их на место ставить? - На этом месте Маркус взял зубами за голенища сапожки и поволок в угол под вешалку. Удовлетворившись своим поступком, кот продолжил читать нотации. - Иди быстро в ванну. Полежи еще, отдохни, ты так устаешь. За гостем я пока пригляну.
   Полубес только ворчал и поглядывал виновато на эльфа, словно извиняясь за свое домашнее животное. Алеф согласно кивнул коту, не переставая улыбаться:
   - Твой кот прав, ты весь замерз и можешь простудиться, нечего было так долго стоять на морозе, - эльф покровительственно погладил полубеса, от чего последний еще сильнее смутился и покраснел как вареный рак, и, молча, поплелся в сторону ванны.
   Полубеса нельзя было назвать бесхребетным, просто он не считал нужным спорить с очевидным. Поэтому, бросив в сторону двух заговорщиков недовольный взгляд, скрылся в ванной. Вода уже остыла и, прежде чем в нее влезть, полубес щелкнул пальцами, подогревая ее. Усталость и терзавший тело холод сказались на колдовстве. Подогрев воды получился только с пятого раза, и то, лишь когда полубес психанул и выругался вслух, упоминая родителей своих, скупых боссов и эльфа, припершегося в такое время. Вода получилась горячая, в самый раз для полностью продрогшего тела. Как только тело погрузилось в воду, настроение полубеса наконец-то улучшилось.
   Тем временем эльф познакомился с котом не совсем традиционным способом: не заметив его под ногами и наступив ему на хвост. Этот инцидент вызвал бурю недовольства: со стороны Маркуса в виде громкого шипения, и матов со стороны Алефа. Успокоившись, кот сказал, что негоже топтаться в коридоре, и, подняв хвост трубой, с самодовольным видом, направился на кухню. Эльф последовал за ним.
   Кухня у полубеса была обставлена в том же стиле, что и вся мебель в его части дома -- массивные столы и стулья, плита, оформленная под чугунную печь, на стенах аккуратно выложенная винтажная, узорная плитка, и люстра с тряпичным абажуром, натянутым на красивый, кованый каркас. Эльф окинул взглядом помещение и удивился тому, насколько разнятся первые впечатления между обстановкой дома и его владельцем. Предположив, что полубес живет не один, точнее, его интерьером занимался кто-то еще, устроил допрос коту:
   - А с кем вы еще живете? У вас так чисто и ухожено, - эльф принялся хлопотать над ужином, параллельно подмечая, что никаких следов женщины или, вообще, любого существа, кроме кота и хозяина, нет.
   - Тута, на втором этаже, живет токо Стригосус. А на первом - госпожа Волкова -- его мать. Только ее вечно не бывает дома. Она по математическим наукам магистр и щас собирает для своей работы материалы. Поэтому ее и нет. А мне приходится помогать по хозяйству Стрижику. Он вечно занятой и очень уставший возвращается со своего "цирка", - кот, довольный оказанным ему вниманием, уселся на табуретку и наблюдал, что делает гость.
   - Стрижику? Ты о Стригосусе говоришь? - Удивился Алеф, заливая кипятком чашки с чаем и добавляя в них малиновое варенье. - Кстати, а кто это его так назвал? Отец?
   Кот попытался хихикнуть, но у него это не получилось -- не чеширской он был породы.
   - Как же! Отец! Его родитель и на дух подойти к сыну не мог тода, кода мать имечком наградила. Больно злая на него была, потому и надумала сына свого от бесовского влияния тлетворного огородить. Она где-то в умной книжке вычитала, что бесы латыни боятся. А еще, в другой тачтобы шобы к сыну никакая зараза не приставала, надо его звать Безликим. Вот она и объединила эти два понятия. Теперь Стрижику и самому по жизни не весело живется из-за отцовского наследия, и все бабы его стороной обходят из-за материнской шутки, - кот сделал самодовольную мину, скрутился в клубок и уложил голову на передние лапы.
   - Мда. Родителей не выбирают, - глубокомысленно резюмировал эльф, помешивая в чашке малиновое варенье. - Что-то наш Стрижик долго парится. Пойду, посмотрю, что с ним.
   - Да, да. Эт и заснуть в ванне може. Потом вечно на меня матерится, шо не разбудил его. Ты пойди, пойди, мил человек. А то будить его настоящая проблема -- спит как убитый, - кот так и остался вальяжно наблюдать за происходящим.
   Алеф с чашкой чая отправился в ванную.
   Подозрения Маркуса оправдались. Полубес тихо посапывал в воде, и только его хвост медленно колыхался над водой своей пушистой кисточкой. Вид обнаженного и расслабленного тела в ванне завораживал эльфа. Он с наслаждением эстета любовался молодым и изящным телом, лицом, на котором застыла легкая и довольная улыбка, прядями смолянисто-черных волос, кончики которых, находясь в воде, создавали впечатление развевающихся на ветру.
   - Спящая красавица, пора просыпаться. Вода совсем остынет, - эльф сделал шаг вперед, поставил чашку на маленький столик и наклонился над полубесом.
   Реакции -- ноль. Ни единый мускул не дрогнул на Стригосусе. Алеф наклонился еще сильнее, к самым губам -- красиво очерченным, красным и столь притягательным, что эльф не сдержался и коснулся их своими губами. По его телу пробежала дрожь. Вспомнился и первый взгляд на сонного полубеса в карете, с такими же прикрытыми глазами прислонившегося головой к окну, вспомнилось и то, как юный орковский проказник вытянул портмоне из кармана выходящего пассажира и, то, как пришлось догонять этого самого пассажира по покрытому льдом снегу в лесу, и первая встреча, и... и лестница, объятия и злость на кота, нарушившего эту поистине волшебную минуту.
   Алеф не удержался. Придерживая голову полубеса, он продолжил его целовать. Губы Стригосуса податливо отвечали на долгие заигрывания и ласки поцелуя. Переводя дыхание, эльф разогнулся, отстраняясь от полубеса. Каково же было удивление Алефа, когда он понял, что Стригосус все еще спит. На сей раз, на его полуоткрытых губах играла весьма притягательная улыбка, а черты лица приняли мечтательный оттенок. Это еще сильнее подзадорило эльфа. Заложив два пальца в рот он громко и пронзительно свистнул, в аккурат над ухом спящего. Такой садистский метод будить, пожалуй, мог свести с ума большую часть населения планеты. Да только не Стригосуса, продолжавшего и дальше мечтательно улыбаться во сне. Но все же, выходка Алефа имела последствия. Сразу после свиста на кухне послышался грохот. Еще через секунду в ванную влетел взъерошенный Маркус, и с шипением заявил, что у эльфа явные проблемы с психикой, и на лицо отставание в умственном развитии.
   - Слушай, будь человеком, вытащи Стрижика из ванны и отнеси в кровать. Ты ж сильный, а он худенький -- считай одуванчик. По твоей вине замерз бедненький. Устал, даже не поужинал, уснул.
   Эльф стать человеком не горел желанием, но отнести Стригосуса, да еще и голого в кровать, еще как был согласен. Он подхватил полубеса из воды, рывком вытащил и попытался поставить на пушистый коврик. Стригосус спал! Придерживая одной рукой спящего, эльф второй рукой завернул его в длинный махровый халат и, подхватив на руки, понес в спальню.
   Не смотря на одинаковый с эльфом рост, Стригосус был действительно легким как перышко. Нести его Алефу доставляло немалое удовольствие, особенно когда полубес начал обнимать Алефа, затягивая с собой в кровать, нашептывая что-то нежное, но нечленораздельное. Эльф едва не сдался. Он стоял у кровати в нерешительности: как поступить. Трезвый эльфийский рассудок подсказывал: брать ноги в руки и бежать подальше, пусть подскальзываясь и спотыкаясь, но как можно дальше от этого полукровки. А вот сердце и что ниже пояса, настоятельно рекомендовали не стоять столбом, а забираться к этому нежному мужчине под одеяло и делать все, что подсказывает весьма похотливое желание тела.
   Вопрос решил вездесущий Маркус. Кошак с порога спальни заявил, что у них только одна кровать -- эта, в которой спит хозяин, других спальных мест формата эльфа -- нет. А, значит, Алефу придется спать со Стригосусом в одной кровати. За одно, кот ужасно извинялся, что ночь он проведет на улице, так как намечается собрание кошачьей общины.
   Эльф в сердцах вздохнул с радостью.
   Как только закрылась дверь за котом, Алеф рванул в ванную. Быстро снимая с себя влажную одежду, намоченную в процессе извлечения полубеса из "ушата", эльф, сменив воду, занял место в просторной ванне. В другой раз процесс купания занял бы наверняка больше времени, но не сегодня. Ополоснувшись и обмотав вокруг пояса полотенце, Алеф быстренько оказался в спальне. В полотенце спать было неудобно, а сменная одежда, может, и нашлась бы в этом доме, но искать ее было некому. Одеяло тоже было хоть и двуспальное, по размеру кровати, но одно.
   Алеф прижал к себе Стригосуса и попытался уснуть.
  

Часть 2

   Подморозило. Небо затянули серые рваные тучи, из которых начал медленно сыпаться припоздавший для весны густой и влажный снег. Ночь светлела, когда через просвет облаков, как через срез полудрагоценного агата, проглядывала луна, и тогда все вокруг становилось туманно - белым. Маркус со своими дружками укрылись в старом сарае на заброшенном участке давно сгинувшей ведьмы.
   Завороженный этим безветренным, гипнотизирующим снегопадом за окном, Алеф наконец-то уснул. К нему все сильнее прижимался Стригосус. Он вздрагивал во сне, сохранялось напряжение в чертах его лица, плотно сжатых губах, словно снилось опять, то самое - опасное, утомительное и изматывающее, а эльф будто поневоле, был единственным ему помощником в этом мире.
   Утро мягко вступило в свои права, открывая миру покрывало вновь выпавшего снега, пронзительно голубое небо и зарево на востоке. Птицы, рассевшиеся на ветвях старой яблони-антоновки, праздновали приход нового дня щебетом и бурной перебранкой.
   Эти звуки разбудили Стригосуса. Медленно раскрыв глаза, он сделал попытку привычно потянуться. Но что-то было не так, мешало. Не сразу до него дошло, что он в кровати не один, а прижимается к вчерашнему эльфу. Глаза его расширились от удивления. Резко отодвинулся от неожиданного соседа на край лежанки. Негодуя, щелкнул свесившимся на пол хвостом пару раз, как бичом надсмотрщика, сдвинул к переносице смоляные густые брови, гневно чуть слышно фыркнул. Весь напрягся, глаза его стали наливаться той страшной силой, той черной бездонностью, глубокой непроглядностью южной ночи, по которой становилось ясно, что это не совсем человек. Кисточка хвоста нервно вальсировала в воздухе. И весь он был готов, и обороняться, и нападать. Но исходящие флюиды, волны тепла, умиротворенность ровного дыхания, внешний вид лежащего рядом, ничто не говорило о возможной опасности. Теперь уже заинтересовавшись, искоса поглядывая, полубес начал изучать утреннюю находку в своей постели. Рассматривал тонкие черты лица, идеальную линию шеи, на которой возвышался едва заметным холмиком кадык, изящно выступающие ключицы с соблазнительной ямочкой между ними, гладкую, безволосую кожу груди, нежно розовые ореолы сосков, полубес не сдержался и провел по ним, едва касаясь. Как захватывающе было видеть, под прикосновениями сосок сжимался и твердел. На губах полубеса заиграла задорная, чуть похотливая улыбка.
   Собственно, за этим занятием и застал его проснувшийся эльф. Прищурено, изучающе всматривался в резко очерченный облик полубеса, на почти совсем незаметные изящные рожки на лбу, прикрытые черными, волнистыми, ниспадающими прядями волос, правильный "римский" профиль лица, с чуть припухшими ото сна розовыми губами. Эльф не выдержал и взлохматил волосы Стригосуса.
   Полубес вздрогнул от неожиданности и с видом мальчишки, которого застукали на порочной шалости, попытался отвернуться. Не тут-то было! Алеф вскочил на него сверху, вжимая гибкое тело в кровать.
   - С добрым утром, Спящий Красавец! Сколько можно спать? Интересно, как долго вчера ты бы в ванной отмокал, если бы я тебя оттуда не вытащил?
   Стригосус покраснел, закусил нижнюю губу и все же отвернул голову, открывая довольно длинную и нежную шею, на которой неистово пульсировала голубоватая жилка. Будь на месте Алефа какой-нибудь вампир, он бы не преминул вонзить в неё свои клыки. Ну, а Эльфу же оставалось только нервно сглотнуть, ощущая жар дыхания полубеса на своей коже.
   Вдруг, на пояс эльфу робко и несмело легли руки, и стали медленно поглаживать вверх-вниз. Руки как бы говорили: "Хочу!" Чувство смущенного вожделения у Стригосуса, и огонь желания у Алефа, не оставляли им шанса остановиться. Да и зачем?
   Неожиданное по событиям начало дня, рожденное настороженностью одного, и внезапной открытостью другого, разжигало страсть с каждой минутой. Откровенный, поглощающий друг друга поцелуй, которому в равной степени отдались оба. Жаркие объятия, в которых плавились тела, продолжение в виде бурных взаимных ласк, в которых, то полубес в порыве страсти прикусит за плечо, то эльф с жадностью оставит отметину на шелковистой коже полубеса.
   Оба уже давно были в полной "готовности". Алеф уступил далеко уже не робким попыткам Стригосуса доставить ему удовольствие и, перевернувшись на спину, наблюдал, как бесенок заигрывал своим длинным и шустрым язычком с его головкой. От одного вида этого у эльфа сносило крышу и, он извивался и рычал на похотливого проказника. Пик наслаждения неумолимо наступал. Не в силах сдержаться, Алеф разрядился на Стригосуса, окатив его лицо полупрозрачной жидкостью цвета опала. Бесенок эротично облизнулся, нагло глянул в глаза, игриво дернул бровями и, собрав часть спермы со своего лица, расставив ноги, приподняв подтянутую и упругую попку, рукой направил естественную смазку к своей "розочке", втирая и подготавливая к продолжению...
   У Алефа перехватило дыхание. Он всегда знал о развратности бесов, но еще, ни разу не видел ее воочию. Только что казалось, совершенно успокоившийся член, начал наполняться и напрягаться с новой силой.
   - Снова хочу... тебя, - прошептал эльф, притягивая к себе полубеса.
   Вставая на четвереньки, размахивая своим хвостом с пушистой кисточкой, оседлывая бедра эльфа, полубес склонился вперед, поймал большой палец Алефа губами и начал его посасывать, словно самую сладкую и вкусную конфетку. Внутри эльфа полыхал пожар. Дыхание пропадало и возвращалось, пульс зашкаливал, бил в висках, как испанские кастаньеты.
   - Сделай мне хорошо, гребаный эльф, - с ненасытностью в голосе проговорил полубес, усаживаясь на скользкий стояк Алефа, выдыхая с глухим протяжным стоном.
   Даже легкая шерстка на теле Стригосуса пошла волной возбуждения. Его глаза из янтарно-коричневых стали пылающими, будто в них горел истинный огонь горнил Ада. Их пальцы переплелись, сжались, словно два утопающих, пытающихся спастись таким образом. Полубес наращивал темп, закрывая глаза от охватившего его возбуждения, приоткрывая рот, дышал хрипловато, постанывая, иногда матерно выражая свой восторг. Алеф выгибался дугой. От бешеных скачков Стригосуса, яйца болезненно ныли, пару раз придавленные с разгону худощавой задницей наездника.
   - Возьми его, долбаный эльф! Давай... активнее... - задыхаясь, шептал полубес, разрывая сцепленные пальцы и подводя ладонь Алефа к своему багровому от напряжения члену, готовому вот-вот разрядиться.
   Эльф был поражен, обескуражен своим партнером. Столь разительная разница между его человеческим обликом вчера и бесовским сегодня. Удивительно, что два совершенно разных существа, вынуждены селиться в одном худеньком теле. Бесхитростный и прямой человек, уставший от дневных забот, идущий по лесу, навряд ли был бы таким ненасытным развратником в кровати. И наоборот, Бес, отдававшийся до конца похоти, никак не вязался с образом того, бредущего поздним вечером с видом задержавшегося на работе трудоголика, опоздавшего на последний рейсовый кеб.
   Наступил момент, когда бес с жаром выдохнул, и с долгим протяжным рыком выплеснул на эльфа горячую струю спермы, сжался в последней конвульсии, охватывая мышцами сфинктера и с силой сжимая вошедший в него до основания ствол. От такого изысканного массажа последовала разрядка и Алефа, заполняя внутрянку бесшабашного бесенка.
   Окончательно обессиленный Стригосус, рухнул на эльфа, прижался, мурлыкнул и потерся о безволосую грудь измотанного любовника. Член из себя он не выпускал, своими усилиями то чуть сжимая, то отпуская. При этом так смешно морщился и виновато улыбался. Алеф едва не спросил: "Ты меня всего выцедить... через него решил, или как?" Но сдержался, ограничился легким поцелуем.
   Лучи солнца давно начали откровенно мешать, целясь, аккурат, в глаза лежавшей в изнеможении парочке. Стригосус сполз с постели. По его бедрам побежала мутная струйка. Из комнаты выходил на полусогнутых, гневно оглядывался на потягивающегося в истоме эльфа.
   - Я всегда хотел увидеть, как ходят настоящие бесы, - с ехидной улыбкой проговорил Алеф, сыто и довольно переворачиваясь на живот.
   - Придурок! С таким пеньком, как у тебя, только кобыл сношать! - Гневно прошипел уже из ванной бесенок.
   - А может, еще разочек, а?
   - Нах-нах. Мне хватило по самое "не могу"... Хочешь еще, обращайся на ипподром.
   Почувствовав некоторую вину за... свое достоинство, эльф попытался было объяснить, что Стригосус сам виноват: нечего было устраивать столь бурные скачки. Но не стал. Поднялся с кровати и направился в ванную к полубесу. Дверь была заперта. За ней слышались жалобные стоны и проклятия.
   Только сейчас эльф заметил лежащего кота полупрезрительно осматривающего его всего. Алеф интуитивно прикрыл руками своё естество. Кот, как ни странно, ухмылялся.
   - Чему ты лыбишься, скотинка мелкая?
   - Нехорошо, ой, как нехорошо... следы тут после себя на полу оставляете. Потом убирай за вами... Нет у нас уборщиц и горничных, звиняйте. Соблюдайте порядок и чистоту. А, то приходют тут всякие и гадят. Антисанитарию разводят...
   - Эй, ты, мурзилка усатая, а не боишься, что за шкирку возьму и выброшу.
   - Много вас таких... смелых побывало здесь. Гнать бы тебя надо отселе сцаными тряпками, да, похоже, хозяину моему ты понравился, вон как за дверью матюкается.
   - Слышь, блохастый, и часто у твоего хозяина... ну, вот как... сегодня?
   - Как-как. Кверху "каком"? Тебе что за дело?
   - Будешь дерзить мне, точно выброшу на улицу проветриваться. Кот-баюн недоделанный.
   Алеф подошел к окну посмотрел во двор:
   - Как тут жить можно? Глухомань. Лес кругом. Тоска.
   - Живем - хлеб жуем и чужого не просим. Эх-ма... была бы денег тьма... - Кот присел и стал чесаться за ухом. - Хоть бы ошейник кто новый подарил, чи шо... заели ведь ироды. - Усердно стал кого-то ловить возле хвоста. - А может, ты мне его наколдуешь прямо сейчас, ты же этот, как его... эльф?
   - Заслужить надо. Чего ради, на всяких облезлых время тратить. - Алеф присел рядом с котом. - А давай так, я тебе ошейник от блох, а ты мне кое-что расскажешь?
   - Ну, вот ещё... Стрижик узнает и выгонит. Думаешь охота по помойкам бомжевать?
   - Никто не узнает. Еще корму кошачьего в придачу. Два пакета.
   - А пакеты большие? Сколько килограмм в каждом?
   - Вот же бля, тварюка ненасытная... полгода будешь жрать от пуза и еще останется.
   - Ладно, уболтал ты меня. Ты, похоже, любого без слов уломаешь. Только ты это... того - срам-то свой прикрой, а то болтается у тебя там. Я же все-таки кот, и рефлексы у меня -- вцеплюсь -- мало не покажется.
  

Часть 3

   Алеф посмотрел с надеждой в сторону ванной, в которой под шум воды все еще поскуливал полубес - помыться бы, да где там... Маркус ехидно подмигивал, строя из себя подобие бабы Яги, приглашающую Иванушку посидеть в печи: "И удобно тебе там будет, а тепло-то как..."
   - Запрещен доступ к телу? Как у нас говориться - не все коту масленица. А, может, потихоньку манатки свои бы собирал, да и того, прости-прощай? Хозяин, он ведь с вечера только добрый, в дом пущает абы кого, а поутру, иногда, куда и бежать-то не знаешь, - вкрадчиво, сладкоголосо говорил кот, заглядывая в глаза эльфу, - А бывало, что приходили и того... тю-тю, - сидящий кот развел лапы в стороны.
   - Какие еще "тю-тю"? Ты мне страшилки свои доморощенные не рассказывай! Нашел простака... на два пятака... Ух, колотун какой... Печку совсем не топите что ли...
   - На всех вас ни дров, ни угля не напасешься. Они денег стоят, а вы, голь перекатная ходите все с пустыми руками, да на халяву норовите... Халатик вон возьми, горе городское, а то бубенцы свои отморозишь, - кот показал лапой на вешалку, на которой красовался длинный пронзительного розового цвета в мелкий цветочек байковый халат.
   Эльфа передернуло от увиденного, но пришлось одеть, ибо кошак намеренно выпустил когти, демонстрируя, что именно ждет его болтающиеся "колокольчики". Маркус удовлетворенно кивнул, поднял хвост и направился в зал. Положил лапу на дверь и обернулся к эльфу.
   - Открывай, увидишь... но сначала ошейник.
   Сделав пару пассов в воздухе, щелкнув пальцами и присвистнув, Алеф достал из кармана халатика черный, кожаный, инкрустированный серебром ошейник. Помахал им перед носом у кота.
   - Штука она конечно у тебя получилась классная, аж обоссаться от счастья можно. Вот же, ёшкин-кот... Жаль что не с шипами, стал бы бойцовым котом, а тут, БДСМ какой-то. Засмеют ведь. У меня то ориентация правильная, не как у некоторых, - кот привстал на задние лапы и с сожалением изучал красоту. - Хреновый из тебя волшебник.
   - Хочешь наложу такое заклятие, что у тебя блохи отродясь ни одной не будет, как и у твоих потомков? - пряча ошейник в карман и потирая руки, ехидно заявил эльф. Одна эта идея заставила загореться его глаза.
   - Но-но! Стоять! С нас одного заклятого, проклятого хватит! - Кот ощетинился и гневно продемонстрировал острые клыки.
   - Одного? Это кого же? - заинтересовался эльф.
   - Никогда не думал, что вы, вечный народ, такие тупорылые, - кот надменно пошел обратно на кухню, размахивая распушенным хвостом как кухонным ершиком, напевая на мотив "Я родилась в Сибири":
   "Соберут вас и зарежут
   Закатают в банки", -
   Говорили всем грибам
   Бледные поганки.
   "Ах ты, погань патлатая, - пронеслось в голове у Алефа с очередным заклятием в сторону кота. - Держись!"
   Всего пара тихих слов в сторону кухни и через мгновение оттуда раздался пронзительный вой, грохот бьющейся посуды и громкие кошачьи маты:
   - Ах, ты, эльфячий недоучка! Та шоб тебя собаки грызли! Шоб ты сам лысый был! Шоб ты!...
   Из ванной на шум вышло нечто, от вида которого у Алефа со страху подкосились ноги.
   - Маркус!? Что за нах? - зычный голос прокатился эхом по дому.
   - ... нах! - прошептал эльф, прижимаясь в ужасе к стене.
   Тем временем из кухни вышел Маркус. Лысый. Абсолютно лысый. Из сибирского пушистого кота он превратился в классического сфинкса.
   - Шо, эльф, совсем страх потерял? Я тебе, за баловство, щас зенки твои бесстыжие по выковыряю, а Стригосус мне поможет! - кот грозно двинулся на эльфа.
   Алеф и готов был отступить, только отступать было не куда. Все, абсолютно все было против него. И лысый кот, выпустивший когти на всех четырех лапах, медленно и грозно ступая в сторону эльфа, цокая по паркетному полу, словно модница на шпильках. И это грозное нечто смахивавшее на гибрид медузы Горгоны, медведя-шатуна с хвостом как у змея Горыныча. Единственное, что осталось от Стригосуса -- его черты лица и чуть печальные, уставшие глаза. Зато все остальное в полубесе было весьма устрашающим.
   - Ну, что, любовничек. Колись, ты сам вчера у меня кошель спер? Позарился на милое тельце? - голосок у Стригосуса был столь грозным, что от страха у эльфа волосы поднялись не только на голове, но и те реденькие, что отросли после эпиляции на лобке и на голенях.
   Алеф даже забыл, что в школе магии и колдовства был отличником по боевым искусствам. Забыл, что на улице мороз и снег, а на нем кроме бабского халата в цветочек ничего нет. Забыл, что находится на втором этаже особняка в глухомани. Зато вспомнил, что в школе по бегу, он занимал призовые места, и, что жизнь очень даже интересная штука, чтобы ею просто так бросаться. Короче. Единственная разумная мысль, которая маячком пульсировала в его сбитой с толку голове, была: бежать, сматываться, уносить ноги пока когти целы.
   Единственная доступная эльфу дверь, в которую можно было выскочить, оказалась та самая дверь залы, куда его накануне звал кот, а там, дай бог, будет хоть одно окно, в которое можно будет выпрыгнуть. Мысли о том, что в той комнате могло быть что-то опасное, Алеф не допускал.
   Бочком отступая к двери, эльф оказался в пределах досягаемости ручки. Рывком открывая спасительную дверь, он вскочил в комнату, не глядя поспешно закрывая за собой вход и запечатывая его самыми сильными заклинаниями которые помнил. В итоге, произойди сейчас самое мощное по разрушительной силе землетрясение или другое стихийное бедствие, все бы рассыпалось в прах, а двери так бы и оставались в закрытом состоянии.
   Заклинания отняли порядком сил, и Алеф не глядя устало рухнул на первый попавшийся стул, пытаясь отдышаться. Попутно мысль о том, что пора бы тряхнуть стариной и заняться практикой, привела к немедленному обещанию самому себе: "Вот как только я отсюда выберусь, так сразу и начну".
   За дверью слышалось рычание и шипение, маты на разный манер и предупреждения о том, какая не веселая смерть ожидает горе-любовника. Алеф только хихикнул, заявив, что в эту дверь никто не войдет.
   - Слышь, эльф, давай по-хорошему, - послышался уже порядком успокоившийся, но все еще грозный голос Стригосуса. - Либо ты сейчас выходишь, либо из этой комнаты уже никто не выйдет. И ты это... думай давай быстрее, а то мне еще на работу идти.
   - Ага, щас. На работу ему! А мне типа просто так, в поле ландыши собирать надо! - злобно огрызнулся, обводя комнату взглядом. - Мне нужны гарантии... что я отсюда живой выйду.
   Алеф обвел взглядом помещение, оценивая, как долго он здесь сможет продержаться и сможет ли отсюда сбежать. Внимание эльфа привлекло стоящее на столе в центре комнаты растение. С виду это было обычное миниатюрное дерево неизвестной породы. Необычными были его плоды. Они напоминали уменьшенные до размера боба сердца. Не те, что рисуют влюбленные феи своим незадачливым избранникам, а настоящие, живые органы. Алеф встал со стула и подошел к деревцу. Присмотрелся. Сердечки пульсировали, будто перекачивая кровь. Подобное растение эльф видел впервые. Сомнений в его магическом происхождении не вызывало.
   Тем временем за дверью послышался жуткий скрежет. Кот, похоже, решил проверить на прочность разделяющие их преграды, проведя по ним острым когтем.
   - Слышь, придурок, а выйти-то ты может, и не выйдешь... если там еще чуток останешься. Это я те гарантирую. - Кошак повторил попытку с усиленным рвением, проводя на этот раз по двери когтями обеих передних лап.
   - Что, своей музыкой думаешь меня до инфаркта довести? - злобно фыркнул эльф, поднося руку к деревцу. - А, что это у вас за бансай такой?
   Алефа подвело его любопытство.
   - Не смей трогать! - завопили хором кот и его хозяин. Будто бы это могло остановить самодовольного эльфа! Как только пальцы Алефа коснулись одного из плодов, по дому пронесся нечеловеческий вопль, настолько сильный, что все задрожало. Деревцо окутало черное облачко, которое медленно начало расползаться по комнате. Там где пальцы эльфа задело марево, тупо заныло и выступила капельками кровь.
   - Что за нах?.. - отшатнулся в ужасе эльф. К горлу подступила тошнота.
   - Долбаный эльф, тебе реально кранты, - грозным голосом зашипел за дверью кот. - Вали оттуда! Я тебе точно бубенцы отхвачу, падаль высокородная!
   Однозначно, утро у Алефа не задалось. Заклинание, наложенное на дверь, не поддавалось. Как на зло, в зале не было ни единого окна, на которое всего пару минут он так рассчитывал. Облако за спиной расползалось, подбираясь все ближе и ближе. А дом все еще сотрясался от хриплых стонов и воя Стригосуса. Кот сыпал матами на эльфа, на его "родословную", на дверь, на всех магов и колдунов этого мира, на соседей, на погоду, на всех и вся. Лишь изредка среди этих красочных и витиеватых выражений проскальзывали нежные и заботливые фразы, адресованные хозяину:
   - Боженька, та шо ж такое творится то, мой хороший Стрижик. Потерпи хозяин, потерпи милок, щас оно того дундука скушает и тебя попустит. И ему - вечная память и ты еще долго не будешь страдать.
   До Алефа медленно доходило значение сказанных кошаком слов. Страх перед страшной и неведомой смертью пересилил, страх встретиться лицом к лицу со своим новоявленным любовником и его домашним питомцем. Собрав остатки магической силы, он со всей дури ударил по стене, рядом с дверью, вынося кусок перекрытия и открывая путь на свободу.
   Марево планомерно наступало, сгущалось. В воздухе пахло едкой серой и тленом. Алеф с трудом протиснулся в образовавшийся проход. Марево ползло за ним, уплотняясь, приобретая человеческие формы. Еще шаг и оно готово было наброситься на незадачливого гостя, но этому непроизвольно помешал Маркус. Кот был настолько напуган сначала крушением стены, и появлением марева, что отскочив в сторону, налетел на напольную лампу, часто служившую хозяину дома вешалкой, и опрокинул ее на подоконник. Лампа в свою очередь задела горшок с фиалкой, весьма бурно цветущей сиреневыми цветами. Горшок упал на черный сгусток, попав в его середину, стал медленно опускаться, словно угодил в вязкое желе. Тень затрепетала, задрожала и начала тускнеть и таять на глазах.
   - Стригосус! Спасайся! - Шипел не своим голосом лысый кот, забиваясь в самый угол у старинного массивного шкафа. Маркус боялся за единственного дорогого ему человека и, что вполне естественно, за себя, любимого. - Святые кошачьи угодники, спасите душу мою.. долбаный эльф, пусть его сожрет это...
   "Это" и без того избрало себе жертву. Скорчившийся от болезненной трансформации полубес, не мог, не то что бы защищаться, он и встать то не мог. Это делало его столь привлекательным для черного марева, что тень медленно двинулась к скорчившемуся на полу, тающему на глазах телу.
   Эльф не бросился к входной двери, как намечал до этого. А, наоборот, бросился в спальню, схватил с подоконника еще два горшка с фиалками, на этот раз розовую и белую, и со всей дури запустил первым горшком в темный силуэт.
   Маневр удался. Марево снова остановилось, дернулось, начало еще больше светлеть изнутри, там, где цветы касались темной дымки. Второй цветок эльф приберег, поставив его рядом со Стригосусом. Почти закончилась трансформация. Полубес, накануне измотанный сексом, а сейчас - трансформацией, лежал без сознания. В глазах кота была полнейшая обреченность.
   - Сучий потрох, хоть шерсть верни, не дай подохнуть лысому, - с невероятной жалостью в голосе пробормотал кошак. - Или не будет тебе счастья в ином мире...
   - Иди ты! - рявкнул Алеф, путаясь в своем розовом халате, подхватывая на руки голого, покрытого испариной Стригосуса. - Тоже мне, бойцовский кот, одно только название. Быть тебе вечным петом на БДСМ вечеринках!
   Тем временем марево покончило со вторым находящимся в нем горшком с фиалкой, и грозно продолжило путь в сторону Алефа. Эльф лишь ногой подтолкнул запасной цветок и, не имея возможности воспользоваться руками, начал читать заклинание роста над спасительным третьим растением. На глазах маленькие листики начали увеличиваться, и расти до размеров болотных лопухов. Цвет не уступал листьям. Поднимаясь на мощных, окрепших ножках и нападая на марево.
   Кот быстро сориентировался, выскочил из своего угла и понесся на кухню. Послышался визг и падение чего-то металлического. Пока Алеф срывал с вешалки у входной двери пальто Стригосуса, Маркус выскочил из кухни неся в зубах мышь. Животинка пронзительно пищала, подозревая, что ее дни сочтены.
   И была права. Пока эльф, перекинув через плечо полубеса возился с мудреным замком входной двери, кот ухитрился швырнуть, уже успевшую потерять сознание мышь к ногам марева. Последнее рассудило, что лучше мышь в желудке, чем эльф... чем за эльфом еще гнаться и гнаться, и с удовольствием поглотило свою маленькую жертву.
   По дому пронесся очередной истошный звук. Полубес затрясся. От неожиданности Алеф едва не уронил свою ношу, наступил на полу длинного халата и едва не улетел по злосчастным ступенькам вниз, так как дверь наконец-то открылась. Оказавшись на полу, лишь в накинутом на него длинном кашемировом пальто, Стригосус слабо сфокусированным взглядом обвел прихожую. Заметив, что в ней появилось еще одно не менее кровожадное растение, чем в кабинете, чуть снова не лишился чувств.
   - Стригосус! Боженьки! - Завопил счастливый кот, подлетая к хозяину. - С тобой все хорошо? Не болит ничего, ты не поранился? Выжал таки мучитель! Надо его за это сердечкам отдать, а что останется в печку.
   Кошак потерся о все еще дрожащие ноги полубеса, с ехидством изучая, как весь в снегу Алеф на этот раз пытается закрыть двери. Этот день гость, однозначно, запомнит на всю жизнь.
   - Слышь, исчадие леса, ты бы еще шваброй ее подпер для верности, ключник херов. Ты что натворил паразит? - Маркус не отходил от хозяйской ноги, памятуя, что и без тапок она очень даже не хилое оружие. - Мы тебя приютили, пригрели... а ты еще падлой такой оказался! Да таких как ты только колдунам на опыты сдавать надо -- пусть свою косметику на тебе испытывают!
   - Слушай ты, погань пат... лысая! Что за бансай вы тут развели? Впервые вижу такую гнидоту! - Эльф все еще оставался у дверей, наблюдая, как медленно растаяло и растворилось кровожадное облачко.
   Собственно, двери Алеф и не пытался закрыть, а с ужасом ждал, что будет дальше. Превращение миленького и дико сексуального бесенка в чудовище, а так же появление призрака-людоеда на одной жилплощади настораживало, и наводило на мысль, что на этом сюрпризы могут не окончиться. Хоть говорящий кот в наше время и не редкость в доме, но и он с равной вероятностью мог быть кем угодно. А с учетом наглого деревенского сленга и манер повелителя стада вурдалаков, кошак вполне мог быть и чадом Кащея, и племяшкой Яги, и еще какой неведомой зверушкой. Даже ранее вскользь сказанное им уточнение, что проклятый тут только один, обернулось не одной опасностью для жизни. Да и в проклятии-то лишь может быть опасность?
   Тем временем полубес поправил пальтишко, тряхнул копной черных волос, подхватил кота под мышку и, молча, пошел к дыре у дверного проема, изучать характер нанесенных повреждений и прикидывая предполагаемую сумму тугриков для их ликвидации.
  

Часть 4

  
   Разрушения были поистине устрашающие. Часть стены уничтожена в прах. Дверной косяк, с намертво заколдованной в него дверью, был наклонен под угрожающим углом, готовый вот-вот рухнуть. По всему дому столбом стояла пыль. Гигантская фиалка качала тяжелыми, плотоядными цветками, примеряясь цапнуть любого, кто к ней приблизится.
   Эльф тихонечко сполз по стене и уселся на коврик у входной двери, с ужасом созерцая творение рук своих. Босоногий полубес, в пальто и с котом под мышкой, тупо смотрел на видневшийся в зияющей дыре стены, проклятый цветочек "аленький".
   Первым тишину нарушил Маркус, ловко вывернувшийся из цепких объятий хозяина, прыгнул на пол, проскочил в дырку и подошел к растению.
   - Похоже, шо угомонился. Так на него мышей не напасешься. И так на них конкурентов много, хоть самому мышиную ферму открывай, - кошак прыгнул на стул, на котором несколько минут назад сидел Алеф.
   Стригосус пошатнулся, оперся о стену и свистнул кошаку.
   - Я тут подумал, что пора бы пожрать, а то вчера в обед последний раз ел, - полубес развернулся и направился на кухню. - Слышь, лесничий хренов, долго будешь мне Тузика на половике изображать. Ходь сюда, хоть жрать готовить поможешь, а то у меня до сих пор все трусится, сил, сука, никаких. А кто во всем виноват?
   Алеф не возражал, довольный уже тем, что и жив остался, и что полубес снова в своей "человеческой" форме. Эльф поднялся с половичка, направился на кухню, обвел ее взглядом, остановился на Стригосусе в пальто, вспомнил, что страшно хочет в туалет и в душ.
   - Это... я сейчас, - извиняясь, выпалил Алеф.
   Эльф с немыслимой для него, холеного представителя вечного народа, совершил утренний ритуал, по пути дважды зацепив зачарованную фиалку, и оба раза получил мощные пинки лопухом по заднице. Забегая голяком в спальню за своей одеждой, третий раз Алеф рисковать с творением рук своих не стал. Здраво рассудив, что если опасность больше не грозит, то можно растению вернуть прежний облик. Только он примерился колдовать обратное заклинание, как из-за фиалки-мутанта выскочил Маркус с воплем: "Бубенчики!" и нацелился на сияющего наготой эльфа. Заклинание ударило кота в голову, электрической змейкой скользнуло по лысой спине и остановилось на кончике хвоста, рассыпаясь снопом искр. Последовало шипение и вой. Это обстоятельство заставило всех очнуться от апатичного состояния.
   Полубес с внушительным ножом и краюхой ржаного хлеба вылетел из кухни, готовый наконец-то, разделаться со своим гостем. Кота окружила дымка заклинания, а эльф стоял ошарашенный с трусами и рубашкой в руках.
   - Ты... - Зашипели в один голос хозяин и его питомец, набрасываясь на Алефа.
   - Я!... Стоять! - Эльф выставил вперед вещи, как щит, закрывая грудь и свои причиндалы. - Я только фиалку хотел...
   - Ах ты, ботаник хренов! - кот, моментом обросший в два раза больше прежнего, на этот раз огненно рыжей шерстью, с видом грозного, голодного, не выспавшегося льва, двинулся на обидчика. - Ты от меня своими труселями, не прикрывайся! Извращенец недоделанный!
   - Я сказал: стоять! - Взгляд у эльфа был наполнен решительностью орка. - Или ты хочешь, чтобы у тебя кроме блох еще и тараканы бегать в шерсти начали?
   На этот раз не выдержал полубес. Грозно стукнув пяткой по полу и, пользуясь ножом, как палочкой дирижера, показал коту на входную дверь.
   - Иди, остынь! А мы тут как-нибудь без тебя обойдемся.
   - Без меня? - Маркус обиженно посмотрел на хозяина. - Как же я могу тебя оставить с этим вот? Он же ж невменяемый. Гляди, что с тобой сотворил... он же ж этот, голубых кровей.
   - Ты что, меня не понял? - Рука с ножом указала на рыжий комок и метнулась в сторону двери. - У меня тоже этих кровей, хоть отбавляй!
   - Понял, понял, - заворчал лохматый шарик. - Только ты ж его там...
   Чего именно "его там" надо было сделать с эльфом, кот не конкретизировал. Виновато опустил голову и направился на улицу.
   Не менее грозно Стригосус посмотрел на Алефа, перевел взгляд на его висячее достоинство и махнув в воздухе ножом изрек:
   - И ты это... того... оденься, холодно.
   - На себя посмотри -- бубенчики простудишь, - перекривил по-кошачьи эльф и стал на ходу одевать трусы.
   Листик фиалки ласково погладил по обнаженной заднице своего благодетеля, заставив последнего крупно вздрогнуть, пошатнувшись на одной ноге. Упасть эльфу не дала сама фиалка, захватывая Алефа в свои крепкие объятия.
   - Листья прочь! - рявкнул на нее полубес, остановившись на пороге кухни, и наблюдая как любовник выпутывается из цепких объятий растения. - На салат порублю, нах!
   Злобно, насколько это слово можно применить к траве, фиалка разняла листья, выпуская матерящегося на родном наречии эльфа.
   Пока Алеф оделся и привел себя в порядок, на столе в кухне оказался чайник с мятным чаем, пара чашек и бутерброды. Полубес сидел, потягивая дымящийся напиток, будучи одет как с иголочки, готовый в любой момент выйти на работу. Эльф занял за столом место напротив полубеса, взял фарфоровую чашку, наполнил ее зеленоватой, душистой жидкостью и вдохнул ее аромат. Алефу хотелось подшутить, сказать, что всегда был уверен, будто бы бесы пьют только спиртное, но взглянув на чинно сидящего Стригосуса, передумал.
   Повисла гнетущая тишина. Ни один, ни второй не могли начать разговор, назревавший уже давно: кто есть кто, и, что за канитель устроил накануне бансай. Конечно, по большому счету, нужно было с этого начинать знакомство, а не с постели, но ведь всякое бывает.
   - Ну, это... - нарушил тишину эльф. - Меня зовут Алеф эль Флаворис, инспектор министерства Магии и Колдовства, комитета по вопросам несанкционированного вмешательства в погодные явления. Твой кошелек я не крал, честное слово. Видел, как его вытянул пацанчик-орк, сидящий подле двери.
   Полубес укоризненно посмотрел в глаза собеседника, отпил чай, откашлялся.
   - Стригосус ден Астаро Волков. Работаю в секретариате мэрии, - скрипя зубами, представился полубес. Работу свою он не любил, были весомые причины. Зато получал он приличную зарплату, а она перекрывала все его "нелюбови".
   Эльф же присвистнул, услышав полное имя полубеса. Оказывается, он был отпрыском одного из самых влиятельных демонов Ада, а с виду и не скажешь, что у него такой грозный родитель. Хотя, если взять во внимание нечеловеческий вариант, вышедший утром из ванной на защиту своего кота, то сомнения отступали на второй план.
   - А я все думал. Где я тебя видел... - начал было ехидно лыбиться эльф.
   - Еще слово и скормлю Амалии, - злобно рявкнул полубес, сверкнув янтарными глазами.
   - Амалии? Это тот бонсай зовут так? - Заинтересованно подался вперед Алеф, предвкушая наконец-то узнать ответ на интересующий его вопрос.
   - Он самый, - пробурчал Стригосус, отхлебывая чай. - И ты не сильно-то обольщайся, это по-настоящему страшное существо.
   - Где ж ты такой откопал?
   - Не твое дело, любимчик гербария, - полубес с жадностью вгрызся в бутерброд. - Будешь много говорить, никакая ботаника тебе не поможет.
   - Нет, не подумай неправильно, но я впервые такое вижу, - эльф поступил по примеру полубеса, взял бутерброд и вгрызся в него со вкусом и изяществом, свойственными только этой расе.
   - И не увидишь. Амалия -- это не растение.
   - А я ничего и не сказал, что твой бонсай -- растение. Но у меня были сомнения. Это же адское что-то?
   - Ага. Адский перчик, - хохотнул Стригосус, допивая чай. - Афродизиак для суицидально настроенных эльфов.
   Эльф готов был растерзать сейчас полубеса, так как его сейчас терзало желание узнать больше об Амалии. Но всему этому не суждено было статься -- с шумом в дом ввалился кот. Рыжий колобочек, с шипением влетел на кухню, сел на стул рядом с эльфом.
   - Ну что, гад ползучий, стриги, нах, эту шевелюру. Меня на дворе даже собаки боятся.
   - Тебя и до этого собаки боялись, - со смехом заметил полубес, облегченно вздыхая, что удалось избежать неприятного для него разговора.
   - Но не настолько же! От меня даже кентавры шарахаться стали, - заявил кошак, хлопнув лапой по столу, требуя бутерброд.
   - А ты меньше матами их крой и проклинай не так активно, они с тобой даже дружить начнут, - подхватил веселую ноту эльф.
   - Слышь, ты, поторочь лесная, а не завалил бы ты, хлебало? Ты еще тут свой скворечник не раскрывай, дятлы поналетають! - Маркус с отличием продемонстрировал пример своего лексикона, вводящего в ужас половину населения Тихого Косогора.
   Мужики от души расхохотались. Напряжение, сковывавшее их минуту назад, как рукой сняло. Здоровый смех всегда и везде решает проблемы взаимопонимания.
  

Часть 5

   - Собственно мне, и, правда на работу пора, - поднялся из-за стола полубес, оглядывая сидящих напротив него кота и эльфа. - Наведите порядок в доме, пока меня нет.
   Гость удивленно переглянулся с рыжим шариком, словно спрашивая: "А правильно ли я услышал?". Шарик мотнул хвостом и недовольно зашипел, не находя в своем матерном словаре подходящей фразы для выражения несогласия с хозяином.
   - То есть я должен остаться и привести тут все в порядок?
   - Ну, да. А, что ты хотел? Уничтожил мне полдома, из моей коллекционной фиалки сделал сексуально озабоченное существо и еще что-то возражаешь? Я уже на работу опаздываю, поэтому ничем помочь не могу. А в сраче жить не собираюсь. Так что -- дерзай. И коту его прическу верни, хотя бы длину шерсти. Рыжим он мне, пожалуй, больше нравится, это отражает его истинную суть.
   Стиригосус говорил все это как бы между прочим, словно речь не шла о его доме и о том, что он его оставляет на малоизвестного ему гостя, а о погоде за окном. И погода, кстати, сегодня была самая что ни на есть по зимнему сказочной. Наконец-то, когда полубес упомянул кота, зверюга начала активно возмущаться.
   - Стрижик, да что ж ты говоришь! Пущай вернет все назад, как было. Меня ж не признают наши. Скажут, что посторонний пришел и посягает на пост председателя. А там начнутся прения и меня сместят с моего поста. Это ж воще неприемлемо!
   - О, как. У тебя что, запас матов уже закончился? - Полубес улыбнулся. - Ведь можешь же говорить как нормальный, воспитанный кот.
   - Та шо ты с базара съезжаешь! Не надо мне этих рыжих патлей! - Маркус натурально зашипел на хозяина, потом опомнился, на кого голос поднял, задрал хвост и пошел в сторону спальни.
   Прикола на счет фиалки он еще не знал, поэтому повернув зад в сторону цветочного горшка, вознамерился его пометить. Не тут-то было. Два лопухообразных листа подхватили скотинку и свернулись с нею, образовав подобие пеленок младенца.
   - Иди нах! Эй! Обдолбыш лесной! Убери к черту эту срань господнюю! - Даже острые когти кота не испугали влюбчивое растение.
   - А фингалку-нимфоманку эту поставите в кабинете рядом с Амалией. - Злобно скомандовал, одеваясь полубес. - Чтоб ей... не скучно было. - По виду Стригосус скорее всего хотел сказать: "Чтоб ей пусто было", но видимо ввиду некоторых обстоятельств, вслух решил не грубить.
   Алеф был настолько сбит с толку происходящим, что слов для возражения у него не нашлось. Проводив взглядом Стригосуса, он так и оставался некоторое время взирать на закрытую за хозяином дверь. Из состояния оцепенения эльфа вывел матерный вой кота. Обернувшись к цветку, гость вздохнул. Деяние его рук гладило кота своими шершавыми листьями-руками.
   - Ну, шо ты стоишь, спаси меня, все патлы ж повыдирает.
   Алеф впервые за утро улыбнулся. Какая-то непреодолимая нежность накатила на него в этот момент. Фиалка на него так подействовала или вид нежно-персикового мягенького комочка в зелени пушистой листвы - неизвестно, но эльф бесстрашно подошел к растению, забрал кота и унес на кухню, поглаживая и шепча какие-то успокаивающие речи. Если бы сейчас можно было видеть глаза Маркуса, то перед миром бы предстали расширенные до неузнаваемости глазищи зеленого цвета с запечатленным в них паническим удивлением.
   - Слышь, эльф, у тебя все дома? Может ты того, реально на тя эта трава, как наркота действует? Я вашей природы не ведаю, с эльфийскими котами дела не вожу, они, то лысые, то призвезденные, в нашу компанию нос воротят идти, в коалицию не вступают и членские взносы не платють. Потому я ж не знаю про вас, вечно молодых, вечно зеленых.
   - Ты ж моя радость, вредненькая! Веришь, всегда хотел, чтобы у меня кот был, вот именно такой как ты. А давай я тебя к себе заберу, всегда будет что пожрать, и никаких блох, а?
   - Ты реально опух, приятель. Я Стрижика никогда не отпущу.
   - Вот так всегда, ну тогда и Стрижика с собой заберем. У меня дом в центре города, там до мэрии пешком дойти можно.
   - Разогнался. Не поедет он никуда, - надменно поднял голову Маркус, убирая лапой несносную челку. - Причина есть.
   - Так мы и причину с собой заберем, - вдохновленный идеей с жаром ответил Алеф.
   Эльфу сейчас было глубоко без разницы, что ему тоже надо работать, и что надо через три дня предоставить отчет о происшествии в Тихом Косогоре. Полубес занимал все его мысли. Что-то внутри изменилось. Та легкость, с которой до этого жил Алеф, смешалась с заботой и мечтой, которые давно были вычеркнуты из обихода государственного чиновника.
   - Ты эту причину и тронуть-то толком не можешь, а уже забирать собрался, - фыркнул кот, нализывая мохнатую лапку.
   - Ты об Азалии? - догадался эльф, заинтересованно сверкнув глазами.
   - Амалия! Ее зовут Амалия! Сука! - зашипел в сторону залы кот.
   - Расскажи о ней, - ласково погладил шерстку Маркуса Алеф, параллельно шепча какое-то заклинание.
   - А, что рассказывать. Была одна дура влюбленная в Стригосуса. Она -- ведьма. Гораздо старше и сильнее многих своих сородичей. Стрижик тогда в цирке работал, администратором. Красавец и все такое. Вот она его и заприметила. Они даже встречались. Пару недель, кажися. Потом она его с одним типом застукала. Стрижик его тогда того, как раз дома дело было. Вот она и психанула, растудыть ее в корень. Тут такая мясорубка была, шо мама родная! Если бы не бесовское обличие Стригосуса, то всему албец был. Вот и наколдовала она на крови и костях, что, всяк кто притронется к ее возлюбленному, тень сердце вырывает и оно потом на ветвях ростеть. Такая вот история. Сука она,- со стоном заключил кот, не замечая, что его шерсть приобрела прежнюю длину.
   - Так спалите ее, - гневно заявил Алеф, сжимая в кулак руки, готовый хоть сейчас с факелами танцевать огненный обряд.
   - Умный, да? Эту падлу, Адский огонь не берет! Стрижик чего только не делал! Кому приятно вот так. Потрахался и бздык, а любовник тю-тю и нету. Они с матушкой и отцом чего токо не делали. Ужо и магов вызывали. А эта тварь токо лыбится.
   Эльф вздохнул. Не надо упоминать, что полубес ему понравился сразу же, еще в том злосчастном кебе. А после эпопеи с бансаем, мысли плавно потекли перебирать магические архивы в голове. Алеф пригорюнился.
   Воспользовавшись этим, кот спрыгнул с колен эльфа, и заправски задрав свой хвост, пошел по кухне. Перемену он заметил только сейчас, искал, где бы на себя поглядеться. Не найдя подходящей зеркальной, или, на худой конец, глянцевой поверхности на кухне, он вышел в коридор, с содроганием посмотрел на фиалку и вернулся.
   - Слышь, ты, это. Чего булки жмешь? А убирать, кто будет? Или ты думаешь, шо как мне шерсть вернул, так и справился? - наглости, и деловитости кота не было предела.
   - А если я попробую?
   - Попробуй. Попробуй. Дверь на место поставить и стену кирпичом заложи. И... и пыль собери, столбом стоит, дышать не чем, а то я так высоко с тряпкой не прыгну, - по-хозяйски заявил кот.
   - Да я не об этом, - начал было возражать Алеф, но встретив гневный взгляд кота, осекся.
   - А я вот, об этом! - в голосе кота послышалось раздраженное шипение. - И свою любвеобильную куда-нить спрятай.
   Эльф, молча, поднялся со стула и пошел в коридор. Фиалка прямо-таки дышала любовью. Не иначе как что-то Алеф накрутил с заклинанием, что она стала источать феромоны. Пара оставшихся на хозяйстве, уставились на растение, не решаясь подойти к нему на близкое расстояние. Повисло молчание. Кот не выдержал первым, провел когтистой лапой по паркету, издавая протяжный скрип. Эльф вздрогнул, словно очнулся от векового сна.
   - Ну, так че, ботаник? Может, ну его нафиг? Спалим ее, и скажем, шо так и было? - Кот заговорщицки потерся затылком о ногу гостя.
   - Не, ну, я же обещал Стригосусу, что ее туда, к Азалии, переставим, - почесал свое острое ухо Алеф, прикидывая, каким образом надо произвести транспортировку.
   - Обещать, не значит жениться, мил человек. Та хоть убивает по-тихому, а эта заебеть, прежде чем душу забрать, - Маркус был явно зол на фиалку-мутанта и явно ее боялся.
   - Щас! - пришла шальная мысль эльфу и он начал колдовать. - Тут надо успеть сразу второе заклинание наложить, и все будет в шоколаде.
   - Главно, шоб не в жопе, - в полголоса пробурчал кот и отошел на безопасное расстояние.
   После очередного пасса эльфа, из цветочного горшка начали вылезать корневища и шевелиться, напоминая движения щупалец осьминога.
   - Триндец, пойду я пока подышу свежим воздухом, ступенечки солькой посыплю, - Маркус испарился из дома в мгновение ока.
   Все-таки коты, чтобы не говорили злые языки, а обладают прекрасной интуицией. Потому как стоило закрыться входной двери, как началось светопреставление. Фиалка встала на свои импровизированные осьминожки и начала активно наступать на своего создателя.
  

Часть 6

  
   "Работа непыльная, даже очень интересная и высокооплачиваемая. Вы будете уважаемым человеком в обществе, у Вас будет возможность бесплатно ездить на городском транспорте, и Вы будете освобождены от ряда налогов, собираемых в казну городского совета..."
   Так, с легкой руки одного абсолютно несведущего в ангело-бесовской сути гнома, Стригосус ден Астаро Волков стал начальницей секретариата мэра Зеленого Города Гого Ренкеса. А все началось с банальной попойки на собрании партии "Защитников порядка и справедливости". Один шибко веселый упырь, налакавшийся дармового винца подшутил над будущим мэром, сказав, что выходцы из Рая и Ада совершенно лишены половых признаков и размножаются почкованием. Последний момент гнома Ренкеса не касался, так как гномьи традиции, не то чтобы запрещали кровосмесительные связи, просто в их понимании это было чем-то из разряда фантастики из-за слабо развитой образовательной системы. Термин "почкование" Ренкес вообще истрактовал, как магическое воздействие высшего уровня. И, чтобы не показывать свое невежество, решил нанять на работу первого попавшегося беса.
   Не разобравшись в том, чистокровный Стригосус или нет, гном оценил его неземную, по гномьим меркам, конечно же, красоту. У полубеса в тот момент было тяжелое материальное положение, из-за очередной выходки Амалии, пришлось в спешке уходить из цирковой труппы.
   Здраво рассудив, что ради приличных денег, можно и "подыграть" мэру, Стригосус возглавил секретариат. В подчинении у него было 12 представительниц разных рас, отчего данный отдел за глаза звался "Белоснежка и 12 месяцев". За короткое время полубес, которому с детства приходилось постоянно разбирать документы матери, разбросанные по всему дому, перемешанные с бельем, мусором и едой, привел в порядок дела мэрии. Ну, а Гого Ренкес своей "секретаршей" не мог нарадоваться, всем рассказывая о том, как же ему повезло.
   К Стригосусу постоянно "подкатывали" просители, в надежде решить свои "маленькие проблемки" мимо "жлобистого" мэра. Ден Астаро и не возражал помогать, так как давно понял истину: от блага отказываться грех. Благо же в данном случае было весьма ощутимо. Через короткое время он уже мог позволить по своему вкусу отстроить второй этаж дома, наполнить его мебелью и разными предметами незамысловатой бытности. Стригосус и сам уже привык жить, не отказывая себе в удовольствии, да и мать появлялась дома все реже и реже.
   Единственной проблемой оставалась Амалия. Своих обширных, даже по меркам академии Магии и Колдовства, знаний полубесу оказалось недостаточно, чтобы избавиться от надоедливой ведьмы, безвозвратно перекинувшейся в смертоносный "цветочек Аленький". Пришлось искать альтернативы, а они стоили дороговато. За накопленные деньги Стригосус обращался к массе различных спецов по выведению вредоносной магической растительности. Но тщетно. К настоящему времени у ден Астаро была создана база данных на всех практикующих магов, магов-теоретиков, эльфийских заклинателей, гномьих и орковских шаманов, на всякого рода шарлатанов и примазанных к ним любителей разнообразной магии.
   Слух об этой обширной базе граждан, обладающих магическими способностями, дошла и до Гейгеля -- руководителя тайной службой Юго-восточного региона. По-хорошему в этой службе с народом обращаться не умели, поэтому, прежде чем познакомиться со Стригосусом ден Астаро Волковым, на него раскопали всю доступную информацию. Кое-что из нее было непонятно: почему этот самый полубес слывет в некоторых кругах как "черная вдова". Многие его любовники безвозвратно исчезали в неизвестном направлении, а среди местных котов неизменно появлялся новый, чем-то отдаленно смахивающий на пропавшего.
   Когда Гейгелю раскрылся ужасающий секрет Стригосуса, он был готов плясать от радости. Хоть подозрение на счет котов было сущей басней, зато сама манера убийств руководителю тайной службы весьма понравилась. И все из-за того, что подобных случаев в истории не было зафиксировано, а по почерку убийцу можно было спокойно считать маньяком.
   За некоторое вознаграждение и под страхом разоблачения обладателя смертоносным оружием, тайная служба пользовалась услугами "бонсая". Бывали дни, когда по возвращению домой, Стригосус заставал каких-то неизвестных, с милыми улыбками выносящих из его жилища внушительные мешки. Кот при этом ходил довольный еще пару дней, растягивая удовольствие от горы вкусностей, служивших неизменным процентом за молчание и содействие.
   Вот так и закончилась всякая личная жизнь у полубеса. Мало того, что на работе его звали Белоснежкой и всячески издевались по этому поводу, так еще и дома не было покоя. Стригосус лелеял надежду найти способ избавиться от надоедливой ведьмы и организовать себе личную жизнь. Встреча с эльфом была для него, как глоток свежего воздуха. Правда этот воздух был с какой-то горчинкой и привкусом первобытного бесконтрольного огня.

* * *

   Сегодняшний день, последний в чреде будней трудовой недели и месяца, был особо тяжелым. Как всегда каждый пытался за, какие-то, считанные часы успеть все, что не успели сделать в течение отчетного периода. И основная нагрузка, естественно, ложилась на секретариат. Ко всему прочему, вечером предстоял благотворительный ужин в помощь жертв магического воздействия на природные явления. Стригоусу ден Астаро предстояло открывать это мероприятие, ибо мэр Ренкес накануне маленько "перебрал" и вдохновенно почивал сегодня дома, а его заместитель Уфирус Кукинсон, сломал тогда же ногу, поскользнувшись на нечищеном тротуаре.
   К вечеру беспокойство полубеса, плавно нараставшее в течение дня, достигло апогея. Связи с домом не было никакой. Оставленное на попечение кота и эльфа, жилище могло превратиться уже в груду пепла. Стригосус уже рисовал самые жуткие картины, которые могли его ожидать по возвращении. Самой актуальной и страшной из них была: бездыханный, лишенный сердца, Алеф в центре руин. Над ним друзья Маркуса со своим предводителем во главе поют заунывные песни, а вокруг летает темным облаком Амалия. Так или иначе, но в том, что с котом ничего фатального не произойдет, полубес был железобетонно уверен. Скорее огненные реки Ада покроются льдом, чем с этим пушистым засранцем что-то вообще произойдет.
   На благотворительный вечер Стригосус шел подобно ангелу смерти - был мрачен и неразговорчив. Произнес заранее подготовленную, хвалебную речь с таким тоном, что у находящихся в зале стыла в ужасе кровь. Поклонился, махнул проворным дриадам, сигнализируя начало сбора пожертвований. Впоследствии оказалось, что этот вечер собрал самые щедрые пожертвования.
   Дольше оставаться на вечере ден Астаро не видел необходимости. Сегодня в его распоряжении был личный транспорт мэрии -- мохнатая гарпия, которой полубес решил воспользоваться, чтобы оперативно добраться до дома.
   Раскланявшись с особо именитыми меценатами со стороны гномов и людей, перекинувшись парой-тройкой фраз с чинно сторонящимися толпы колдунами, умело улизнув от надоедливых барышень-вампиров, полубес во всю прыть бросился к лестнице, ведущей на крышу муниципального дворца. Там безмолвно сидело нечто, отдаленно напоминавшее ободранный пик здания, пострадавший от метеоритного дождя. Этим "нечтом" и была гарпия. Поудобнее завернувшись в пальто, Стригосус вскарабкался на спину летучей твари, поглаживая последнюю и с ужасом вспоминая, как его первое и второе и даже шестое знакомство с нею было весьма плачевным. Этот раз был юбилейным -- десятым. Полубес с грехом пополам считал, что, по идее, уже постиг нелегкое умение управлять данным видом передвижения.
   - Ну, что, родимая, возносись-ка ты во тьму ночную, отнеси меня в дом родимый, - Это было своеобразное заклинание маршрута, заученное незадачливым наездником лишь на четвертый раз.
   Сам маршрут гарпия телепатически считала с мыслей полубеса, чихнула, чуть не выбив из седла Стригосуса, и взмахнула кожистыми крыльями, поднимаясь в небо.
   Вся тяжесть последних дней навалилась на главу секретариата мэрии, заставляя сильнее прижаться к холодной шкуре летуна. И все эти тягомотины с работой, даже общение с магами на вечере, ранее высасывающие все силы, ничего не стоили в сравнении с тем, что сейчас более всего тревожило бедного полубеса.
   "Домой, домой... только бы все хорошо было. И чтобы все целы были..."
   С горизонта приближался лес, познакомивший Стригосуса с Алефом. Сегодня он был покрыт белым покрывалом выпавшего под утро снега. Полубес словно воочую увидел хитрые и веселые глаза эльфа в тот момент, когда он появился из-за дерева, стреляя сигарету.
   "Только бы все хорошо с ним было, он же хоть и притырок, но... нравится мне"
   В груди заныло. За лесом появились высокие шпили башен магов и яркие дворцы эльфов и людей. Вот уже и родной двор.
   "Хвала богам, хоть дом целый!" - с облегчением вздохнул Стригосус, направляя гарпию на площадку перед домом.
   Он быстро спрыгнул, шепнул летуну заклинание возврата и понесся по лестнице на порог. На последней ступеньке полубес обратил внимание, что они посыпаны. Вообще, говоря, такая идея могла прийти в голову только Маркусу, но из-за своей катастрофической лени, реализация могла быть либо эльфийская, либо... нет, ну точно, так посыпать мог только кот. У эльфов и когтей нет, и кучки они зарывать не умеют. Прежде чем открыть дверь, хозяин прислушался и замер. В доме слышны были крики и вопли. Женские крики. Выматерившись, полубес бесстрашно вошел в дом.
   Представшая картина была способна ввести в ужас любого. В центре просторного коридора орали отборными нецензурными выражениями и таскали друг друга за волосы две женщины. Одну из них Стригосус узнал бы в любом виде. Вторая была ему не знакома, но не менее эффектная в своей зеленой шубе на голое тело и волосами необычного цвета.
   - Амалия?
   Алеф без сознания лежал рядом...
   Кота нигде не было...
  

Часть 7

  
   Как только за Маркусом закрылась дверь, "фиалочка" начала двигаться в сторону своего любимого. У растений оно все просто. Всякая ботаника любит эльфов -- это аксиома, а та счастливица, которая почувствовала на себе внимание представителя этого великого народа -- уже никогда не успокоится, и, до конца своих дней будет лелеять восторженные воспоминания об этом незабываемом моменте своей жизни.
   Заклинание, которое собирался прочесть Алеф, было простое, но весьма громоздкое. Придумавшие его маги этим как бы говорили: "Опомнись, прежде чем отнять волю того, на кого ты накладываешь путы своего веления". Короче. Эльф опомниться не успел, как собственно и не успел дочитать витиеватое выражение, ограничившись только его началом, потом сделал ошибку, невзначай перепутав пару слов. Получился несколько отличающийся от академического результат. Фиалка стала почти послушная, то есть конечный результат приказа выполняла, но с очень большим скрипом, нервотрепками и препирательствами. Она также осталась при своих красочных чувствах любви и поклонения к своему благодетелю, но не упускала возможности много говорить по делу и в основном без него, и, даже частенько спорить и торговаться с ним. В обмен на поцелуй своего благодетеля, "фиалка" гарантировала, что потом пойдет в зал и составит не только компанию "цветочку Аленькому", но и будет надежно защищать возлюбленного от всяческих напастей, в перерывах стирать его носки и нижнее бельишко, и готовить отличные удобрения, ой, простите, завтраки.
   Эльф не уступал, заявляя, что от фиалки требуется только составить компанию для экзотического и магического цветка, теряющего рассудок от одиночества, а стирать и жрать готовить -- это он как-то и своими силами обойтись может, тем более что у него целый штат слуг. Не то, чтобы Алеф к женщинам и цветам плохо относился, так, терпел их как данность природе, но чтобы целоваться с этим мутантом, ему очень даже не улыбалось. Поэтому спор продолжался долго, часа два так точно. Эльф даже демонстративно сделал себе чай и новый бутерброд. Но фиалка не сдавалась, уже умоляя о простеньком, малюсеньком поцелуйчике, обвиняя своего благодетеля в скупости для нее, но изрядной щедрости для хозяина дома.
   - Поцеловать тебя? - Возмущался Алеф. - Ну, поцелую, только отцепись от меня. А то придет хозяин дома и твой, кстати, тоже, и ему вряд ли это понравится, что мы себя так плохо ведем, - эльф почти сдался.
   - Он так быстро не придет, я это знаю. Он только после заката приходит, - манерно и со знанием дела заявила фиалка своими белыми с голубоватым оттенком губами - лепестками.
   - Ну, так кот призвезденный сейчас зайдет, он, то точно все доложит, - не унывал эльф, выпутываясь из объятий любвеобильного цветка переростка.
   - Пусть этот гад только появится, я ему голову скручу! Ссыкунота паршивая, полюбилось ему в мой горшочек ходить! - Фиалку обуяло нестерпимое желание мести пушистому шкоднику, поленившемуся пару раз выйти по делам нужды на улицу и нагадившему как раз в ее цветочник.
   Тем временем Алеф окончательно вырвался из цепких "лап" своего творения и отскочил к щели между залом с Амалией и коридором. Рассудив здраво, что заклинание управления, хоть и не получилось полностью, но что-то положительное от него осталось. Теперь не надо мучить себя угрызениями совести, что... что растение волю потеряло. Сама эта постановка вопроса уже была смехотворной. Растение же всегда расценивалось как синоним безвольности. Только у этого мутанта все было наоборот. Воли -- хоть отбавляй, желания тоже. И еще бы язык, а то сильно болтливое стало.
   Осталась все та же проблема: как можно фиалку заманить в зал? Если управление и здравые доводы не помогают, то оставалось воспользоваться простой житейской хитростью. Алеф нырнул в проем стены, как бы озабоченный своими недавними архитектурными проделками. Растение не заставило себя долго ждать и последовало за эльфом. Стало рядом и дразняще погладило эльфа по заднице.
   - Сидеть! - Алеф указал на стул по соседству. - Ты же не хочешь, чтобы на нас сейчас потолок обвалился?
   - А почему он обвалится? - начала манерничать фиалка, раскачивая соцветием в разные стороны.
   - Потому что я ответственный. Должен вернуть, все, как было, на прежнее место. Смотри, сколько я всего натворил. Буду колдовать, а если ты мне помешаешь... тут все рухнет к чертям собачьим, - он махнул на разрушенную стену и раком стоящую дверь, наглухо вколдованную в косяк.
   - Я тебя укрою от потолка! - завопила фиалка, порываясь спеленать эльфа.
   - Н... не н... надо! - На этот раз эльф был уже на грани разделяющей бешенство с истерикой. Здравый смысл победил, и хитрость пришла на помощь. - Но ты же пострадаешь, поэтому, чтобы я за тебя не переживал... сядь туда, подальше.
   - Да... - Фиалка произнесла это таким томным голосом, что даже Аленький цветочек встрепенулся, только эльфу было все равно.
   Его план был прост. Отремонтировать стену и восстановить двери, чтобы уже "перемещенная" сюда фиалка не смогла сбежать. Примерно через час, путем проб и ошибок, Алеф наконец-то вспомнил обратное заклинание, отменяющее действие запора на двери. Оставалось, почти малое -- починить стену и как-то удержать фиалку рядом со столом, на котором стоял сердешный убийца.
   Будь Алеф кем-то из гномов, то ему бы, и колдовать не пришлось. Он бы своими руками восстановил разрушения, но... Алеф был высокородным эльфом с приличным даже для существа его уровня, пакетом магических способностей. Пару взмахов рук, несколько коротеньких четверостиший, и, даже неугомонная пыль слилась воедино и вернулась на свое место, отстраивая разрушенную стену, превращая ее в замысловатую сетку с каменными цветами. Получилось очень даже красиво и воздушно. Но хлипко и ненадежно. Эльф бросил взгляд на восторженную фиалку, визжавшую от радости за мастерство своего возлюбленного, обвел оценивающим взглядом общий массивный интерьер жилища полубеса, и решил, что надо переделать. Следующим шагом он убрал стену, разложив ее по камешкам и начал вспоминать, чему его еще учили.
   - Ломать, не строить, душа не болит, - говорил когда-то профессор по строительной магии в академии. Сию глобальную истину эльф понял, взглянув на новую стену, ставшую монолитной, но кривой.
   Рассудив, что для первого раза и пары часов трудов, оно, и так сойдет. Потом будет время -- все поправимо. Проверив стену на прочность, эльф принялся за двери. Они уже открывались. Что несказанно радовало. Но скрипели так, что даже фиалка закрыла своими лопухами соцветие и завизжала в ответ. Опять же, будь у Алефа хоть какое-то понятие о содержании дома в надлежащем состоянии, он бы знал, что для устранения данной досадной неисправности, достаточно было смазать петли салом, ну или маслом, на худой конец. Эльф же простых путей не искал. Через три четверти часа в стене красовалась уже новая массивная дверь с петлями, зачарованными от ржавчины, высыхания шарнирного механизма и прочими наворотами, нужными и ненужными в данном случае.
   Усталый и довольный эльф направился к столу. Довольно со стороны посмотрел на дизайнерское решение стены и двери, повернувшись к счастливой фиалке заявил:
   - Значит так, дорогая моя, отныне твое место здесь, - Алеф указал на пространство возле стола. - Можешь подружиться с этим... с этой... - не зная, как определить то, что недавно вселяло в него дикий ужас, эльф ограничился небрежным движением в сторону Амалии.
   - И, с каких делов мне тут быть? Я ведь люблю вас, мой прекрасный создатель. Теперь я могу воплотить в жизнь свое заветное желание и полюбить по настоящему, могу обнять своего избранника...
   - Стоять! - приказал Алеф, предупредительно быстро выставляя перед собой руки.
   К сожалению, есть такой в природе закон, который зовется Законом парных случаев. И этот коварный закон толкает нас дважды становиться на одни и те же грабли, по второму кругу возвращаться на место своего преступления и заново подвергать себя опасности, от которой едва смог унести ноги в прошлый раз. Этот пресловутый закон сейчас толкнул руку эльфа в опасной близости от смертельного цветочка, заставив задеть одно из сердечек.
   - Ой, б.. - вырвалось у Алефа, когда черное марево начало застилать растение.
   Сразу вспомнилось и то, что кота нет рядом, и что полубеса нет тоже и.. и то, что мыши на кухне закончились. Благо хоть фиалка остановилась рядом и удивленно взирала парой своих бело-голубоватых цветочков то на испуганного и растерянного любимого, то на растущую от уродливого растения темноту.
   - Не бойся, мой возлюбленный, я тебя в обиду не дам!
   И фиалка заслонила собой эльфа. Последний же не знал, что делать. С одной стороны, бросать того, кто тебе в любви в открытую признается -- грех, а с другой стороны -- надо быть полным идиотом, чтобы не уносить свои ноги, ведь делов-то -- какая-то растительность на тебя запала. Так, в недобрый час, можно и в любви к клопам, и блохам воспылать. Медленно отступая спиной к двери, Алеф наблюдал, как марево приобретает человеческое очертание, в котором явно угадывалась фигуристая и пышногрудая женщина.
   - Держись, Фиалочка, надо только мышь найти, я сейчас... может тут где-то...
   Мышей не потребовалось. Фиалка сделала шаг навстречу мареву, и обняла своими лопухообразными листьями. Послышалось шипение, что-то начало искрить и коптеть. Темный и едкий туман начал вырываться. Улучив момент, и здраво рассудив, что цветочек Аленький без своей ужасающей сути безвреден, Алеф запустил в него разрушительное заклинание, снесшее накануне часть стены. Растение разлетелось кровавыми каплями по всей комнате.
   - Ебать ту Люсю... - протяжно вырвалось у эльфа, когда его с ног до головы оросил кровавый дождь. Пресловутой Люси, он не знал, как и не задумывался, откуда у людей Зеленого города эта фраза, но в данный момент она полностью отражала его эмоциональное состояние.
   Тень вздрогнула. Как бы удивленно огляделась по сторонам, начала сжиматься и вмиг пучком мрака разлетелась по всей зале, вбирая в себя остатки жизненной влаги Аленького цветочка.
   Это было последней каплей для психики эльфа. Он вырубился. Прошептав на прощание Фиалке: "Будь человеком...". Фразу он выговорить до конца так и не успел, но в купе со всей остальной магией, которой подверглось сегодня растение, начался процесс, о котором эльф и предположить был не в силах.
   - Любимый! - завопила Фиалка и бросилась к нему, накрывая своими шершавыми листьями. - Не умирай, любимый!
   - Собаке, собачья смерть! - громогласно прокатилось по залу эхо.
   Звук собирался вместе со сгущающейся тьмой, над опустившей свои "конечности" квиткой. Марево снова приобретало прежние очертания, становилось плотней и начало понемногу светлеть, пока не обернулось статной женщиной, лишенной каких-либо одежд.
   - Ну, здравствуй, родимая, - зловеще захохотала Амалия. - Теперь тебе кранты, сучка развратная, и кобелине твоему, тоже звездец!
   Монстрообразный цветок отступил, в нем начались видимые перемены. Соцветия собрались воедино, листья прижались к их тонкому стану цветоножек, соорудив кокон, покрывший даже корни-осьминожки. На какую-то долю секунды кокон стал монолитным, потом начал деформироваться, и в итоге развернулся, во всей своей красе.
   - Это мы еще посмотрим, кому тут кранты, тоже мне нимфа, срамоту свою прикрой, титяндрами не тряси, - насмешливо заявила молодая женщина, укрываясь в зеленую шубу неизвестного материала и поправляя волосы тоном светлее, чем ее единственная одежда.
   - Это еще что? - Амалия отступила на шаг.
   - Это я -- смерть твоя! Заодно то, что ты устроила с моим дорогим хозяином, тебя на сухой палисадник в пустыне высадить надо и поливать забыть! - зеленоволосая наступала, готовясь к броску, сверкая пронзительно желтыми глазами. - Но, то, что ты -- убийца чертова, решила забрать жизнь моего любимого!.. да я тебя сама сейчас обратно в горшок посажу и всех тутышних котов, там ссать и срать заставлю!
   Амалия отскочила в сторону, увернувшись от броска Фиалки, ринувшейся навалять ей пендалей. Рванулась к двери, перескочила через неподвижного эльфа, оглядела коридор, в поисках защиты и одежды. Защиты не нашла, но заметила халатик. Тот самый, что всего какие-то несколько часов назад был на Алефе. Подхватила его и быстро завернувшись, подбоченилась, ожидая, когда на поле боя появится противница.
   - Иди сюда, сорняк недобитый, я тебе сейчас пестицида накостыляю! - язвительно подначивала ведьма.
   Казалось, что сейчас она, напрочь, позабыла все свои боевые, магические навыки -- ей нужна была бойня, настоящая, бабская драка. Тело еще не слушалось полностью, но желание поразмять суставчики пересиливало как доводы разума, так и страх быть поверженной. До этого еще ни одному колдуну не удавалось сделать то, что сделал Алеф -- вернуть ее в прежнее, человеческое состояние. Даже сама ведьма, при всем ее могуществе, самостоятельно не смогла бы обернуться обратно. Дело в том, что когда она колдовала то злосчастное заклинание, еще сама не ведала, во что ввязывается. Влюбленная женщина -- опасна, а отвергнутая -- еще страшнее, в сотни раз страшнее. Годы, проведенные в растительной форме, довели ее уже до отчаянья. С каждой новой, но безуспешной попыткой Стригосуса вернуть Амалии прежний человеческий вид, безысходность и безумие с новой силой наваливались, отбирая последние крупицы надежды. Женщине уже не нужен был этот трогательный парнишка, в которого она в свое время влюбилась. Ее уже не интересовала месть, за ту боль, что ощутило ее оскорбленное самолюбие. Ей хотелось... ей просто хотелось размять свои затекшие косточки! И Фиалка ей это сейчас была готова обеспечить.
   - Это кто тут еще мне пестицидом угрожает! Гербицид тебе в сраку!
   И кто бы мог подумать, что такое милое и нежно цветущее в лучах утреннего света растение, превратится в настоящую воинствующую красавицу. Да, магия и любовь многое меняют, даже в ботанике.
   Женщины сцепились и начали таскать друг друга за длинные волосы, выдирая их клочьями. Они не кричали, они шипели, верещали, матерились такой отборной бранью, что любой гоблин мог обзавидоваться. В определенный момент времени, они повалились на пол и стали по нему перекатываться одна на другую, сыпля ударами, куда бог пошлет.
   Именно за этим занятием и застал дам Маркус. Вначале он просто не поверил своим глазам. Ненавистная ему Амалия стояла, точнее, лежала на полу, живехонькая, в любимом халатике госпожи Волковой, уже порядком разодранном. Еще и новый персонаж с сомнительной внешностью восседал на ведьме. Кот опешил. В кои-то веки его словарный запас не смог отразить всей гаммы чувств пушистого прохиндея, точнее всего одно чувство -- животного ужаса. Женщины остановились, посмотрели на вошедшее существо и натурально зашипели, как свора змей, почивавших в колодце, разбуженная горящим факелом.
   - А, ты, шваль ссыкливая, - завопила зеленоволосая наездница. В ее руке все еще оставались волосы Амалии, которые она потянула на себя, поворачивая голову своей "лошадки". - Смотри, какая тварь приперлась!
   - Не понял,- яростно подняв дыбом шерсть заявил Маркус. - А ты, эльфийская уродина, оказывается баба, а бубенчики так, для виду нацепила!
   Кот был уверен, что перед ним истинная форма незваного гостя, превратившегося вчерашней ночью в мужика, чтобы соблазнить его ненаглядного Стрижика. Саму мысль о том, что перед ним сейчас восседает, на не менее злом и опасном враге, растение, орошаемое Маркусом систематически в морозные дни и вьюжные ночи, кот не допускал.
   - Это, про какие ты мне бубенчики голову морочишь, дрянь блохастая? - резким движением Фиалка всадила в челюсть попытавшейся выбраться Амалии, дабы не отвлекаться на двоих одновременно.
   Зеленоволосая вырубила соперницу окончательно, поднялась на своих тонких стройных ножках и направилась вершить правосудие дальше. Кот оцепенел от ужаса. Пару мгновений еще оставался неподвижно, а потом метнулся, что есть мочи, к двери.
   - Стой, падла, я с тобой еще не разобралась! - Фиалка бросилась за ним.
   Дверь, на счастье кота, распахнулась моментом, и рыжий комок, не замечая ступенек, вылетел кубарем во двор. За ним последовала босоногая женщина. Догнать обидчика ей не удалось, холод моментально дал о себе знать, и она раздосадованная влетела обратно в дом, где ее поджидала уже очухавшаяся от удара колдунья, яростно потирающая челюсть.
   - Трындец тебе, сорняк - переросток! - прошипела Амалия, бросаясь на Фиалку.
   Процесс продолжился. Одинаковые силы соперниц не давали никакой возможности взять окончательную победу в кулачном бою. О других способах борьбы речи сейчас не шло.
   На этом активном споре и застал женщин хозяин дома. Они же не сразу заметили появления нового персонажа. Темнота, как-никак, а о включении освещения борющиеся не задумались.
   - Амалия?... - яркий свет залил помещение, открывая красочную картину двух изрядно помятых борцов в лохмотьях и с живописным бардаком на головах.
   Полубес стоял в шаге от них. С его плеч медленно сползало на пол кашемировое пальто. Лицо было абсолютно каменное, лишь янтарные зрачки искрились демоническим огнем.
   - Стригосус! - голос ведьмы прозвучал умоляющим стоном.
   - Что здесь происходит? - ярость переполняла все его существо. - Я спрашиваю, что, блядь, тут происходит?
   Полубес на глазах начал меняться. Бесовская суть прорывалась наружу, разрывая одежду на изящном человеческом теле. В финале раздался истошный звериный стон, заставивший дрогнуть стены.
   - Хозяин, она хотела моего любимого убить, - оправдываясь, пролепетала зеленоволосая, поправляя торчащие патлы и пытаясь встать с четверенек.
   - А, ты, кто такая? - спрашивал уже не человек, а рогатое и хвостатое чудовище, настолько ужасное, что у дам пропало всяческое желание демонстрировать свой гонор.
   - Я.. я.. я -- фиалка ваша. Белая, - заикаясь, пролепетала женщина, поправляя лохмотьями свисающее одеяние. - Меня господин эльф в человека пожелал превратить. А она его убить пыталась...
   - Что ты с ним сделала? - бес сделал один шаг и поднял за патлы Амалию, поставил перед собой, и уставился на нее своим немигающим взглядом теперь уже алых глаз.
   - А.. я.. - Амалия сделала попытку вырваться, но где там.
   - Алфавит я знаю, ты мне скажи, что ты, сука, с моим эльфом сделала?
  

Часть 8

  
   Отшвырнув в сторону ведьму, Стригосус ринулся в залу, к лежащему у порога Алефу. Опустился на колени, проверяя пульс, облегченно выдохнул, ощутив слабое биение, и, аккуратно взяв, обнимая, поднял на руки эльфа. Бережно прижимая к себе, полубес понес любовника в спальню. На пороге обернулся к опешившим дамам.
   - И чтобы духу вашего тут не было. Даю вам пять минут.
   - Но, хозяин! Я же... - взмолилась ободранная Фиалка.
   - Я не пойду отсюда, я... - Амалия показала на свои лохмотья, смущенно глядя в пол и кутаясь в остатки халата.
   - Проблемы кур драконов не колышут, - рявкнул полубес и скрылся в спальне, хвостом захлопнув за собой дверь.
   Женщины переглянулись. Видок был тот еще. Шикарная зеленая шуба Фиалки потеряла не только воротник, но и лишилась рукавов, приобрела дизайнерский вид, под лозунгом: "то ли штакет острый, то ли собаки излишне злые". В принципе под этот лозунг подходило и одеяние на Амалии.
   - Что делать будем? - переглянулись ведьма с цветочком.
   - Пить хочу, - искренне созналась Фиалка и пошла на кухню. Амалия последовала за ней. Разборки, и, правда, отняли много сил.
   Женские драки, в большинстве своем процесс дикий и не управляемый, но женщины всегда отличаются каким-то внутренним стопором разумности. Они зачастую не дружат столь верно и преданно, как это происходит у мужчин, у них всегда есть вероятность, что они, руководствуясь какими-то внутренними соображениями, могут свернуть с пути и переменить свои взгляды кардинально.
   Вот и сейчас произошло что-то похожее. Рассудив логично, что обе сейчас в одной лодке, причем идущей ко дну на сверхзвуковой скорости, женщины решили воспользоваться мудростью веков и 100% способом соблазнения. Каждая девушка с мальства знает: "Путь к сердцу мужчины, лежит через его желудок". Молча, не сговариваясь, они взялись хозяйничать на кухне. Ведьма мигом вспомнила свое мастерство ворожбы и занялась "добычей" пищи из самых потаенных мест межпространственного континуума. Фиалка же измельчала и готовила салаты, и прочие блюда. И пусть скептики сейчас молчат, ибо в каждой женщине есть внутри генетического кода поваренная книга, даже если эта женщина -- бывшее комнатное растение. Просто некоторые дамы ею не хотят пользоваться или же наоборот имеют такой вкус, что врагу не пожелаешь. У Фиалки вкус был отменный и желания угодить любимому -- море.
   - Мяска бы, - со вздохом проронила Амалия, материализуя в руке свежий кочан капусты.
   - Что, не нажралась до сих пор? - Съехидничала Фиалка.
   - Не-а, привыкла я к нему. И давно не ела по-людски, - беззлобно вздохнула собеседница. - Когда травой-мороком была, ни вкуса, ни удовольствия не было -- одна необходимость, а сейчас пожевать хочется, вгрызться в сочный кусок куропатки и м-м-м... - на лице Амалии отразилась мечтательная улыбка.
   Именно эту трогательно-бытовую сцену и увидел Маркус, тихонько прокравшийся в дом под покровом ночи. Шок, это даже не то слово, которое он испытал, глядя на двух своих заклятых врагов, мирно занятых приготовлением пищи. Кот попятился назад, туда, к спальне хозяина. Дверь была прикрыта, и оттуда доносились какие-то тихие шорохи.
   Маркус заинтересовался происходящим, толкнул лапой дверь и... Короче, сюрпризы для кота на этом не закончились.
  

* * *

  
   Оставшись вдвоем с эльфом, полубес сжав зубы, чтобы громко не стонать, начал обратную трансформацию. Тело медленно приобретало человеческую форму. На глаза Стригосусу навернулись слезы. Не то, чтобы больно так было, сколько навалилось на него столько всякого. Физические страдания сказались не так сильно, как обнаружение бездыханного тела почти не знакомого ему существа, за короткий срок сумевшего завладеть сердцем полубеса.
   - Ну же, стервоз несчастный, просыпайся, давай, - тихонечко, почти нараспев прошептал полубес на ушко эльфу.
   Ушко оказалось крайне соблазнительным. Стригосус поцеловал его острый кончик, сжал своими губами и ласково засосал, заигрывая с ним язычком. В голове пронеслась шальная мысль: "Занимаюсь минетом с ухом". Полубес улыбнулся и продолжил заигрывать с точеной и изящной частью тела любовника. Не замечая того, что эльф начал возбуждаться, полубес продолжал свои наглые действия.
   - Еще... - сладострастно простонал Алеф, не открывая глаз.
   - Вот ты засранец, все-таки, - уставился на гостя хозяин дома с самым мягким и нежным выражением на лице. - Просыпайся, давай, герой войны с зелеными насаждениями. Я за тебя перепугался. Думал, что ты уже ласты склеил, и уже рассуждал: под какими кустами мне тебя закопать?
   Оба весело засмеялись. Эльф прижался к полубесу, на котором лохмотьями свисали остатки когда-то шикарного костюма. Что-то денек выдался на удивление не удачный для одежды.
   - А ты бы мне на могилку цветочки посадил? - Мечтательно поддержал шутку Алеф, проводя тонкими и длинными пальчиками по щеке заботливого любовника.
   - Да, дорогой, всего один, но такой! Фиалочку, - Стригосус затрясся от смеха, представляя как та, что трепала только что в коридоре Амалию, будет сидеть со скорбным лицом на горбике в снегу и протяжно выть о своей судьбе.
   - Не понимаю, чего ты там смеешься? - Алеф потянулся к губам Стригосуса. - И почему только один цветочек? Небось, колючку какую-то?
   - Слушай, заклинатель клумб и шаман домашней растительности, а на каком моменте ты отрубился? - До полубеса потихоньку начало доходить, что эльф очень многого не знает из того, что сейчас творится в доме.
   Лицо Алефа моментально изменилось. Он начал восстанавливать в памяти события пару часовой давности. Когда он вспомнил, на каком моменте наступил полный отруб, эльф испуганно задрожал.
   - Я... эта твоя... мышей же не было... - Алеф испугано посмотрел на полубеса. - Я попытался ее убить... А потом... всё, того... - Эльфа крупно трясло.
   - Тихо, тихо, - погладил любовника Стригосус, сильнее прижимая к себе. - Все хорошо, все уже прошло.
   - Ты убил ее? - негромко прошептал Алеф, лицом зарываясь на груди полубеса.
   - Если бы, - с некоторой грустью улыбнулся Стригосус, едва подавляя в себе желание овладеть трогательным чародеем здесь и сейчас. - Живая она, но уже не такая опасная... - А потом подумал и добавил. - Кажется.
   - Креститься надо, - на автомате выпалил эльф и сам себе удивился, как это у него получилось.
   - Угу, сейчас, - полубес не выдержал, повалился на эльфа, вдавливая его в кровать.
   Натиск поцелуев и объятий, против которых Алеф не только ничего не имел, но с готовностью и чувством отвечал.
   - Я хочу тебя, - хриплым, сбивчивым голосом прошептал Стигосус.
   В ответ ему прозвучал лишь сдавленный стон согласия и легкий кивок.
   Полубес с жадностью начал избавлять эльфа от одежды, упиваясь тем, как его любовник, еще какие-то четверть часа тому назад находившийся в бессознательном состоянии, сейчас вальяжно и податливо отвечает на подчас грубые и нетерпеливые ласки. Как облизывает и прикусывает губы, томно прикрывая глаза, и, как беззвучно шепчет: "Да..."
   Стригосус привык жить в своем, подчеркнуто, своем доме, где ему никто не указ, но...
   - Хозяин, ты меня прости, конечно, но там бабы на кухне жрать готовят, - послышался сдавленный и смущенный голос Маркуса.
  

Часть 9

  
   Кота спасло лишь одно: мужики взглядом убивать не умели. А так, остался бы от пушистого комочка лишь пепел. Выждав положенные 30 секунд шока, кот переступил порог и сел у кровати. Иной раз он бы не постеснялся -- запрыгнул бы на кровать и был таков, но сейчас даже этому великому главарю самой зверской и бесшабашной банды в Тихих Косогорах было страшно. И обидно. Чего страшно, оно понятно, а обидно -- потому что его любимый хозяин медленно, но верно отдалялся от него. Коту не дано соперничать с большегрудой ведьмой или, невесть откуда взявшимся, но очень сексуально активным эльфом. А что ему, бедной домашней животинке, делать-то? Оставалось идти ва-банк.
   Кот заскочил на краешек кровати, и с самым невозмутимым видом стал вылизывать свою шерсть. От такой наглости любовники не просто опешили, они оцепенели, с трудом глотая воздух. Маркус, тем временем из-под полуприкрытых глаз наблюдал за тяжело дышащим эльфом, у которого от невысказанной злости дергались пальцы на ногах. Взглядом Стригосус метал молнии почище любого греческого повелителя Олимпа. Повисшую гнетущую тишину нарушил тот же самый пушистый негодяй, посчитавший, что его хвост, зад и яйца находятся в надлежащем состоянии, и пора от первой фазы переходить к другой:
   - Ну, шо, лесной губошлеп, оклемался? Не потянул сразу двух баб окучить, да?
   Мужики переглянулись. На этот раз гневный взгляд Стригосуса метнул пару молний на лежавшего под ним эльфа, который, в свою очередь, вздрогнул, сжался и, с видом битой и не понимающей за что собаки, выдавил:
   - Каких?
   - Ты гля, морда наглая, он ышо спрашивает! Тех, шо ты в людской вид перевернул. Тож мне, царь Папандопуло всея Кахтусовой степи! - Кот осмелел и пошел в лобовую. - То, шо ведьму в зад на место обернул, за это тебе плюса большая, желтая и на пузо, но не так все просто... А то, шо ты с цветочком комнатным сотворил -- это уже, ни в какие ворота не лезет. Шо, совсем сдурел? Это ж ышо один аглоед в доме появился!
   - И как тебе вообще в голову пришла идея того мутанта в бабу превратить?... - Злобно проскрежетал полубес.
   Тогда, когда он увидел сцепленных и кубарем катающихся по полу дам, он не сильно вдумывался, что произошло, его волновал только Алеф. Нет, он, естественно, бесконечно благодарен эльфу за чудесное возвращение Амалии в нормальное состояние, но и кот прав. Все зашло далеко. Уже невообразимо далеко, с учетом того, сколько холмиков сейчас в лесу появилось, благодаря его и не только его стараниям. А еще, если учесть, что будет, когда до Них дойдет, ...
   Стригосус сполз с Алефа, а потом и вовсе встал с кровати.
   - Пошел вон, - коротко и ясно распорядился коту, который уже было начал праздновать победу над эльфом, но был обломан самым простым и банальным методом.
   Кот даже возражать не стал. Своего хозяина он знал от и до. С виду мягкий и спокойный, даже в человеческом обличии, он бывал истинным исчадием ада, когда ему возражали. Вот и сейчас кот решил поскорее убраться от греха подальше. Он чувствовал, как неумолимо приближается гроза с ураганом и тайфуном. Эльф тоже интуитивно завернулся в одеяло и сел, втянув шею в плечи, изображая замерзшего воробышка, молча ожидая, что сейчас ему приснится самый страшный не магический пушной зверек, часто используемый для отделки зимней одежды - песец. В душе он просил Патриарха избавить его от адских мук и принять в обитель Заветного Леса, если не с распростертыми объятиями, то хоть как-то, но только не в универсальную Преисподнюю.
   - Ну-с. А теперь рассказывай мне, что произошло после моего ухода и в подробностях.
   Стригосус был в своем человеческом облике, за малым исключением -- торчащих со лба маленьких рожек и тонкого изящного хвоста с кисточкой на конце, выглядящим в данный момент как хлыст. Но взглянув в его глаза, становилось неимоверно страшно -- в них горел вечный адский огонь -- символ зловещей власти.
   - Ну... это... я... того... - Промямлил Алеф, не зная с чего начать.
   - То, что ты "того", - Стригосус красноречиво покрутил пальцем у виска. - Это, кажется, уже все в курсе. Ты мне объясни: что ты натворил?
   Эльф молчал. Знал бы он сам, что он натворил -- было бы проще. А так... разве что стену отремонтировал. Это он и выпалил:
   - Стену отремонтировал и новую дверь поставил.
   Стригосуса натурально перекосило.
   - Какую дверь? Какую стену? Я пришел домой, а у меня в прихожей две бабы одна другую за патлы таскает. Ты знаешь, сколько я угрохал на то, чтобы Амалию в человеческий вид привести? Да я со всеми магами, ведьмаками, колдунами и ворожеями перезнакомился! Я знаю сейчас кто из них, чем дышит! Не одна зараза не смогла сделать то, что ты тут учудил за полдня моего отсутствия!
   - Я? - в глазах эльфа отразился натуральный испуг и маленькая искорка надежды.
   - Ты! Потом еще эта фиалка -- будь она не ладна! Видел я, как она по жопе тебя утром гладила, видел! Что, зараза, тебе ночи мало было? Да, я после тебя только к концу дня сидеть нормально смог! - Глаза полубеса снова пылали, а на лице схватился красный румянец.
   Повисла тишина. С одной стороны, эльфу было лестно такое слушать, да и ночь была -- улет полный, сказка одним словом, но бабы! Он же только... и тут его осенило.
   - Слушай, так у твоей Амалии носитель души паразитом оказался. Я по растению непосредственно тогда бахнул, оно разлетелось и... и я тю-тю...
   - О да, ты тот еще "того", который "тю-тю"! - Огрызнулся усевшийся с разгону в кресло Стригосус. - Это какая в тебе сила сидит, что ты растение "бахнул"? Или ты думаешь, что ты один до этого додумался? Да его знаешь, сколькие пытались "бахнуть"? Сам Епатрофан Афимизойский приходил на днях. Так он ее молниями такими потчевал -- в жизни такого не видел! Тут все наэлектризовано было, воздух светился за километр... бля...
   Стригосус страдальчески закрыл лицо руками. Страшная догадка пришла совершенно неожиданно. Все погодные катаклизмы в этом районе начались именно с той ночи, когда великий маг Запада, выпив изрядное количество дорогого оркского пойла, пытался на спор уничтожить страшное деревцо. В доме в тот момент присутствовала вся элита тайной службы, во главе с ее начальником Гейгелем, поставившим на спор свою бороду, заявляя, что "это истинное исчадие зла никому не победить". Что ж, Епатрофану пришлось постричься на лысо после того эксперимента, а Гейгелю придется состричь бороду перед эльфом из министерства погодных явлений. То-то будет смеху, когда тайную службу сделает какой-то посредственный служащий из посредственной гражданской службы.
   - ... и сейчас Гейгелю будет не весело... - как бы про себя, погруженный в тяжелые мысли, вполголоса заявил хозяин дома.
   Эльф напрягся, подался вперед. В сумеречном свете он не мог разглядеть выражение на лице полубеса. Гейгеля он знал не понаслышке. Он несколько раз покрывал уголовные преступления магов, пользуясь своим служебным положением. Услышать столь эпатажное имя и в таком контексте, было крайне приятно. А осознать тот факт, что он - Алеф Флоранс - перешел дорогу великому и несокрушимому повелителю всех тайн этого мира, было словно самый прекрасный бальзам, панацея на истерзанные раны.
   - Что ты сказал? Ты знаешь Гейгеля, начальника тайной службы? - Алеф, укутанный в одеяло, сполз с кровати и подошел к полубесу.
   Не успел он опомниться, как оказался на коленях у своего любовника. Проворные руки последнего скользнули под одеяло, прижимая к себе все еще подрагивающее от слабости тело эльфа. Стригосус заглянул в его глаза. Бесы вообще хорошо видят в темноте, но и этого не надо было, чтобы увидеть практически весь широкий спектр эмоций, громоздившихся в данный момент в голове Алефа. Он словно говорил:
   "Обними и не отпускай, раздели со мной это тепло"
   "Я хочу тебя"
   "Гейгель. Откуда ты его знаешь?"
   "Хочу! Сильно хочу чувствовать твои руки..."
   "Вот сейчас, на самом интересном месте, точно какая-то падла да припрется"
   - А ты откуда знаешь Гейгеля? - Заигрывающим и откровенно ехидным голосом поинтересовался Стригосус.
   Его руки сжимали изящное тело, увлекали за собой, укладывали на поросшую черными волосами грудь, заставляя эльфа подрагивать от каждого удара его сердца, эхом отдающем по всему телу Алефа. В определенный момент все мысли, громоздящиеся в голове остроухого гостя, куда-то пропали, руки сами потянулись к шее хозяина, обнимая ее, приближая все ближе и ближе желанные губы. Роли изменились. Куда-то пропал уставший до изнеможения путник, постоянно поскальзывающийся на льду, недовольный и матерливый. На его место пришел спокойный и властный хозяин своей жизни, знающий себе цену. Куда-то пропал насмешливый молодой человек, изящный и острый на язык прохиндей, уступая место податливому и охочему до ласк, капризному парню.
   Но Стригосус не пошел дальше объятий. Он только положил голову на плечо Алефу и с тяжестью вздохнул.
   - Не сейчас. - Спокойно и тихо, его слова отбивали всяческие поползновения к продолжению разговора. - Знаешь, что я сейчас хочу?
   - Что? - Эльф погладил завитки густой черной шевелюры полубеса.
   Стригосус немного помедлил с ответом и с жаром выпалил:
   - Шоб, блядь, они все нахер с моего дома убрались!
   Не успел полубес проговорить эти слова, как дверь распахнулась и на пороге нарисовалась ведьма, кокетливо приглаживая растрепанные волосы и постреливая глазками на сидящих в полутьме мужиков.
   - А у нас ужин готов... вы же, наверное проголодались.
   Мужики переглянулись.
   - Я есть, ЭТО, не буду, - категорически заявил хозяин дома, сильнее прижимая к себе эльфа под одеялом.
   - Почему? - Из-за спины Амалии в проеме показалась Фиалка. Она столь же мило улыбалась и плотоядно пожирала взглядом Алефа.
   - Потому что, - отрезал злобно Стригосус.
   - Все очень вкусно, мы старались! - На перебой начали уверять женщины, перечисляя сколько сил они приложили и, какие шедевры появились на свет благодаря их любящим и заботливым рукам.
   - Я кушать хочу, - капризно прошептал на ушко любовнику Алеф.
   - Угу, покушаешь... а кто потом тебя из дерева в мужика обратно превращать будет? - Стригосус стал нервным и злым.
   Ему не терпелось поскорее избавиться от посторонних и вкусить прелесть сидящего на его коленях жаркого любовника. Он хотел не просто секса. Впервые за долгие годы, он хотел просто быть рядом с кем-то одним, хотел прижиматься к нему, ощущая его тепло, наполняясь пьянящим чувством единения.
   - Мы ничего "такого" не делали! - возмутилась ведьма, краснея настолько, что в слабом освещении коридора, разделявшего кухню и спальню хозяина, видны были красные пятна на ее лице.
   - Как же! Еще скажи, что ты приворотного зелья не подмешала! - Стригосус с каждым словом становился все свирепей и свирепей.
   - Нет, не подмешивала! Я вообще не колдовала! - Женщина натурально обиделась.
   - Да, ты ее слухай! С понтом она не колдовала. У нас пустой холодильник был и в кладовке даже мыши впроголодь жили, а там стол ломится, аки тряпку - самобранку на него накинули, - между ног женщин просочился довольный Маркус. Похоже, он уже успел снять пробу с основных блюд и сейчас довольно облизывался. - Только жрачка в натуре офигенная. Так шо, поднимай свою лесную жопку эльф, и ты хозяин одевайся, пошли трапезничать, а то все остынет.
   Это было последней каплей в терпении Стригосуса. Еще не хватало, чтобы ему какой-то вшивый кот указывал, что делать и как жить!
   Аккуратно ссадив с колен обернутого в одеяло Алефа, подхватив с быльца кровати свой халат, молча одев его, все так же молча завязав пояс, полубес наконец-то соизволил посмотреть на занятную троицу на пороге его спальни. Такому взгляду позавидовала бы сейчас сама медуза Горгона.
   Взяв за шиворот одну и вторую даму, сжав хвостом хвост кота, и все так же молча, Строгосус поволок всю честную компанию на выход.
   - Пошли все вон! - с шипением и скрежетом зубов разъяснил, пояснил хозяин дома, закрывая входную дверь на засов, оставляя веселую троицу на улице.
   - Они же замерзнут! - попытался вступиться эльф.
   - Хочешь к ним присоединиться? - глаза полубеса метали громы и молнии. - Тогда положи одеяло, где взял, и дуй к ним. Я держать не буду!
  

Часть 10

  
   - Что делать будем?! - истерично завопила на присутствующих Фиалка, пританцовывая босиком на оледеневшей лестнице. - Ты, ссыкло, хоть к зиме привыкший, тебе-то пофигу на мороз, а мне первой тут каюк придет! Я вас предупреждала, что не надо туда заходить сейчас. Я знаю хозяина.
   - Я тоже думал, шо его знаю. - Зло выпалил Маркус, как отрезал.
   Его потаенные страхи начали осуществляться. Стригосус уже не принадлежал ему полностью, предпочитая кого-то постороннего тому, кто столько времени прожил с ним бок о бок, заботился и любил больше кого бы то ни было. Кот боялся, что наступит тот день, когда хозяин вышвырнет его из дома и из жизни. Из дома его уже выбросили. А дальше? В Косогорах не любили пришлых, а еще больше не любили бездомных. И Маркусу ни в коем случае нельзя было подобное допустить. Он на все пойдет, только бы остаться в доме Волковых. Хотя, всегда существовала и существует госпожа Волкова, доступ в покои которой всегда был открыт для кота.
   Спустившись по лестнице, кот обернулся на женщин, обращаясь к Фиалке.
   - Шо, танцуешь на месте, растение, айда за мной. Греться будем, а то и правда околеешь - ни одна реанимация не спасет, пустим тебя на гербарий.
   Кот поднял хвост трубой, с легкостью запрыгивая на ступеньку парадного входа на первом этаже, ведущему в половину дома мадам Волковой. Провел лапой по замку, мурлыкнул пару раз и двери отворились.
   - Ну, шо, бабоньки, хата есть, заваливаем. Будем водку пить и шоколадом давиться.
   Дамам было решительно все равно куда идти, что пить и что есть, лишь бы в тепло. Зимний холод ощутимо сказывался на их голых конечностях бордово-синими пятнами.
   - Впервые такое вижу, чтобы коты умели колдовать на замки, - прокомментировала увиденное Амалия, моментально с порога приглядев себе новое одеяние и внушительного вида туалетный столик со всякими женскими приспособлениями, для наведения марафета.
   Пока кот гордо демонстрировал свое величие перед Амалией, Фиалка принялась переодеваться, ни капли не стесняясь присутствующих. Маркус только украдкой косился на гибкое и фигуристое тело, отмечая, что у нее очень даже ничего такие изгибы, как для бывшего растения неприглядного вида. А еще удивлялся: и как он мог так подло с ней поступать? Однозначно, прежде чем полениться выйти на улицу и сходить в горшок на подоконнике, надо семь раз подумать.
   - А вообще говоря, тут стоит замок не на магическом, а на голосовом управлении. Госпожа моя ведь ученый, она разработала эту концепцию, - кот запнулся и дальше с ехидцей добавил, - ... после того, как пятый раз потеряла ключи.
   - А у Стригосуса тоже такой замок? - С надеждой в голосе проговорила ведьма, строя коварные планы мести. Этот вопрос ее волновал, наверное, больше всего.
   - Неа... хозяин же маг охеренный, ему эта байда, как коню вымя. Он свою дверь заколдовал добряче. Даж мышва не тикае, - Маркус светился гордостью за своего хозяина. Особенно за то, что на второй этаж дома нельзя было попасть кому-либо без соответствующего амулета или с личного разрешения хозяина.
   Только люди Гейгеля имели такую возможность. Вспомнив этот факт, Маркус помрачнел, пошел в гостиную, запрыгнул на диван, и свернулся клубочком. Закончилось его золотое время, когда элитный корм был всегда в избытке, и за мышей вовсе не надо было думать, разве что за их неконтролируемое размножение. "Мда, все хорошее когда-нибудь кончается" - загрустил Маркус.
   Тем временем в комнату вошла Фиалка, одетая в белоснежные теплые штаны, джемпер и короткую шубку в тон. Ее волосы были аккуратно зачесаны в хвост, заколотый внушительной медной заколкой с витиеватым эльфийским орнаментом. Выглядела она шикарно. На ногах красовались мягкие, зеленые, кожаные сапожки.
   - И шо ты вырядилась, как на бал-маскарад? Или боися семечки простудить? Али ждешь, как твой прынц за тобой придет? - Кот прошел мимо Фиалки, поглаживая ее голень хвостом.
   - Нет, ссыкун, я предусмотрительно оделась. А то после того, как за один день дважды босая на улице оказалась, с меня хватит сурпризей, - последнее слово зеленоволосая красавица специально исковеркала, подражая собеседнику.
   - Слухай, дамочка, а давай старое того... в печку? А кто его типа помянет, тот дурак. - Маркусу откровенно нравилась Фиалка и он не скрывал этого, ластясь, прикасаясь к ее стройным ногам.
   - Ах, какая ты хитрая морда! - женщина подхватила на руки кошака и погладила его. - Все вы, мужики, одинаковые. Когда вам надо, вы такие милые, прямо из кожи вон, а как что, так сразу налево и творить свои темные дела.
   Амалия тем временем пошла в ванную принимать душ, с блаженством подставляя тело, под теплые струи воды.
   "Как же мне этого не хватало... струи теплой воды!" - пронеслось в ее голове. Вспомнился стих, который когда-то ей полюбился:
  
   Так сегодня устала,
   Кажется, нет больше сил...
   Я тихонечко в душ направляюсь,
   И прошу, чтоб меня воскресил.
  
   Струи теплой воды
   Словно нежные руки
   Пробегают по телу
   И смывают усталости муки
  
   Струи теплой воды
   По груди пробегают
   И с соска как с трамплина
   В ванну ныряют...
  
   Струи теплой воды
   Вам доступно все тело
   На плечах загорелое,
   Ниже талии белое...
  
   Струи теплой воды.
   Как я вам доверяю
   Я в объятия ваши
   Не стесняясь, ныряю.
  
   Струи теплой воды
   Я вас обожаю
   И курносый свой нос
   Я вам подставляю...
  
   На сердце стало тяжело. Ее опрометчивость и взбалмошность, женское "я хочу и получу, чего бы это ни стоило" вылилось в годы полнейшего одиночества, злобы, ненависти, отчаянья. Амалия от всего этого неимоверно устала. И, осознавая всю глупость своего поступка, потраченное впустую время, на глаза навернулись слезы. Здесь, под душем можно позволить себе вдоволь порыдать, пожалеть себя ? дуру последнюю. И только здесь, пока никто этого не видит, можно быть искренней самой с собой, можно быть слабой девчонкой, натворившей делов и только сейчас поняв, что все проиграла. Там, при посторонних, она будет такая же сильная и уверенная, будет искать выход из ситуации, а здесь под ласковыми струями воды, пока никто ее не видит, соленая вода смешивается с чистой родниковой и уносит беды в никуда.
  
   Струи теплой воды
   Я с вами девчонка
   Я, красива, умна
   И смеюсь очень звонко.
  
   Струи теплой воды...
   Я душ выключаю
   И улыбку свою
   Я в стекле замечаю...
  
   Струи теплой воды
   Вы усталость всю смыли
   Жаль, любимого руки
   Тоже вы заменили...
   (Стихи: Зои Куренковой)
  
   Ее любимый не только окончательно определился с ориентацией, но, кажется, нашел себе того, кто будет для него всем. Амалия убила многих любовников и любовниц Стригосуса. И будучи злосчастным деревом, и еще до того, когда была одной из сильных местных колдуний.
   А сейчас осталась лишь пустота. Как будто кто-то выжег все внутри ее сердца, оставив только оболочку. Когда это произошло? Она уже не помнит. Годы, проведенные в одиночестве и неподвижности, стерли любое ощущение времени.
   Крик вывел Амалию из состояния транса. Так, в чем была, а была она в костюме Евы, она вылетела из ванной на кухню и обалдела.
   - Ах, ты, сученок!...
  

* * *

  
   Стригосус был зол и сам не отдавал себе отчет, почему это с ним происходит. С одной стороны надо радоваться, что его избавили от самой большой головной боли, терзавшей его в последние несколько лет. А с другой стороны... то, что было с другой стороны, называлось, наверное, ревность. Ибо Алефа он уже начал считать своей половинкой.
   "Наглый, самодовольный, взбалмошный, чуть капризный, импульсивный, наивный, златокудрый, красивый, легкий на подъем ? подъем у него был даже излишне легкий и твердый, ответственный ? он же стену даже отремонтировал и двери поставил, добрый ? вступился за всю эту братию. Неужели он не понимает, что я именно из-за него хотел избавиться от посторонних, остаться с ним наедине и..." - взгляд полубеса скользнул по завернутой в одеяло неподвижно стоящей фигуре.
   - Иди ко мне. - Полубес шагнул к эльфу раскрывая навстречу свои объятия.
   На лице Алефа отразилась мучительная борьба мыслей, убеждений и желания. Он был не согласен с радикальными методами относительно "девочек" и кота, но и "девочки" вели себя угрожающе и кот не замерзнет ? как-никак, а шерсть Алеф засранцу вернул на место. И Стригосус. Весь день, точнее всю ту его часть, когда эльф находился в сознательном состоянии, он мечтал об этом ? ощутить горячие руки, пройтись ладонями по шелковистой поросли на его груди, коснуться губами этой манящей и ароматной кожи. Да, что он только не хотел сейчас с ним сделать! Да, ну, их к бесам этих баб, от которых одни проблемы.
   Одеяло упало на пол. Руки Алефа обвили шею Стригосуса, а губы коснулись губ любовника в долгом и бесконечно томном поцелуе. Казалось, что время остановило свой бег, взглянув на это прикосновение, засмотрелось и замерло. Алеф слегка ослабил объятия, немного отстраняясь и пьяно улыбнувшись одними глазами, заявил:
   - Кто кого сегодня в постель несет? А то ты, как бы сказать ? не легенький, - эльф улыбнулся самой озорной, почти мальчишеской улыбкой, толкая смущенного полубеса в бок.
   - Будь чело... э... ну, ты меня понял. Может сначала, дашь душ принять? - Стригосус умоляюще посмотрел на своего любовника. - Я устал как зараза.
   - И ты снова уснешь в ванне, да? - эльф озорно куснул любовника за щеку.
   - Нет, нет! Я только под душ и сразу к тебе, - Стригосус нанес ответный укус эльфу, прихватив его легонько губами за нос. - Только ради всего святого... - его взгляд устремился на кухню, из которой доносились самые соблазнительные ароматы. - Пожалуй, нет. Я сам обо всем позабочусь.
   Все еще держа в объятиях эльфа, накинув на его плечи одеяло, полубес вошел в просторную кухню ? недавнее место сражения продуктов и женщин в борьбе за создание новых кулинарных шедевров. Последние удались на славу и занимали практически весь стол.
   - Ого! - Радостно роняя голодные слюни на пол завопил Алеф, сделав рывок в сторону яств. За весь день он только раз перекусил за завтраком, а колдовство, как известно, отнимает очень много сил. А они, ой как, сейчас были необходимы, особенно, если учесть настроение Стригосуса.
   - Стоять! Какой же ты наивный, мама дорогая! И как тебя только допустили к изучению высших ступеней магии? Готов всякую каку в рот совать! - Стригосус со смехом удержал за пояс эльфа, параллельно прижимая сильнее к себе и целуя в шею.
   - Да, что они сделают?! - Возмущение, легкая обида и зверский голод давали о себе знать громким урчанием в животе, затмевая любую осторожность.
   - Сейчас увидим. - Хитро заявил полубес, начиная читать мудреное заклинание.
   Кот что-то говорил по поводу своего хозяина, что он хорошо колдует, а сейчас в этом эльф убедился воочию. Заклинание затрагивало все основные стихии, искусно сплетая огонь, воду, воздух и землю. Едва заметная сеть накрывала стол со всей красиво разложенной на тарелках и блюдах снедью. Через пару секунд еда начала светиться, переливаться всеми цветами спектра.
   - О, как! - Весело подметил Стригосус, подводя любовника к столу. - А теперь смотри. Суп N1: приворотное зелье, зелье повышения потенции, стабилизатор сердечной деятельности. Суп N2: женский возбудитель, обезболивающее, стабилизатор сердечной деятельности, средство для повышения тонуса ягодичных мышц, - полубес присвистнул, хохотнул и продолжил. - Жаркое: очеловечиватель с условием. Знать бы еще это условие и вообще, зачем он нужен! Ну-с, продолжим. Салат N1: укрепляющее воздействие широкого спектра, противогриппозное средство - оригинально. Салат N2: сжигатель лишних калорий. Дорогой, не смотри так на него, это тебе все равно нельзя ? еще чуть-чуть и будешь как пух. Продолжим?
   Стригосус посмотрел на Алефа, который сейчас вцепился в плечо хозяина дома, в ужасе глядя на все это несъедобное убранство.
   - Нет. Лучше скажи: что здесь вообще съесть без последствий можно? Кроме салата N1, хоть что-то есть такое, что можно мужику съесть? Иначе я сейчас пойду искать эту братию и есть их с потрохами, - Алеф был явно расстроен и зол.
   - Ты пока садись. Сейчас все устроим. Будем надеяться, что у мамы на столе убрано. Я отберу безопасные блюда, а остальное им отправим, они, поди, тоже голодные. - Полубес злобно хохотнул. - Маркус наверняка баб на первый этаж повел, а у нас телепорт между столами настроен. Ну, это чтобы посуду не тягать с одного этажа на другой.
   Хозяин усадил гостя за стол, выбрал пару блюд со стола, поставил на разделочный стол, а над обеденным произнес несколько слов заклинания. Еда пропала вместе с тарелками. На освободившееся место перед эльфом Стригосус поставил остаток снеди со словами:
   - Приятного аппетита, это можно есть нормальному мужику и такому же ненормальному, как ты, тоже, - играя подхватил из плова кусочек мяса и направил его в свой рот, демонстрируя правоту сказанных слов. - На эти яства, наверное, у них зельев не хватило.
   Алеф, не обращая внимания на подкол в свою сторону, накинулся на еду с жадностью оголодавшего орка. Не заботясь об этикете и внешности, о том, что на него в данный момент любуется мужчина, которому он, по идее, очень хотел бы понравиться, эльф уплетал за обе щеки. Он даже не заметил, как полубес удалился в ванную.
   К тому моменту, когда содержимое тарелок подходило к концу, на пороге появился обнаженный Аполлон, щелкая хвостом и улыбаясь самой лучезарной улыбкой. Довольный Алеф откинулся на спинку стула, плотоядно облизываясь.
   - О такой жизни только мечтать! - Меланхолично погладил плотный животик.
   - Ну, ты и поросенок, - Стригосус склонился над любовником, слизывая с его губ подливку. - Вкусно. Но... - он провел по своему животу, ниже, к мягкой поросли на лобке и пригладил свой, пока еще прохладный и мягкий член. - У меня есть для тебя десертик.
   - М-м-м... я хочу твой десертик, попробовать твою сметанку.
   Стригосус стал между столом и стулом, на котором сидел Алеф, похабно демонстрируя достоинство.
   - Для этого тебе придется постараться... - тягучим и мелодичным голосом с едва заметной хрипотцой отозвался хозяин дома и ситуации.
   Стоило только эльфу податься вперед к вожделенной конфетке, как по дому пронесся крик, идущий с нижнего этажа. Алеф остановился с открытым ртом на половине пути.
   - Прошу, не останавливайся... кажется, они тоже сели ужинать, - рука полубеса коснулась губ любовника, провела ладонью по щеке и уверенным жестом зарылась пальцами в золотистой шевелюре, приближая горячий ротик к цели.
  

Часть 11

  
   Перед взором ведьмы предстал высокий мужчина средних лет. Одетый в черный костюм с красной атласной отделкой. Черноволосый, с волнистыми прядями, достигавшими плеч, с пронзительным взглядом карих, почти черных глаз, орлиным профилем и красиво очерченными губами, волевым, но не тяжелым подбородком. Широкий в плечах, высокий и удивительно притягательный.
   Амалия была полностью уверена, что перед ней Маркус после употребления жаркого и поцелуя Фиалки -- больше же здесь целовать некому было. Чертовка изрядно добавила в блюдо зелье очеловечивания, поставив заговором условие активации: поцелуй влюбленной самки. Ведьма была уверена, что этой самкой будет очередная соседская кошка, каких в Косогорах видимо невидимо. Ей и в голову не могла прийти мысль, что все произойдет так быстро и кота поцелует Фиалка, с которой какие-то считанные часы назад они были на ножах.
   А сейчас ведьма стояла в чем мать родила и изучала мужчину напротив. От оцепенения ее вывело тихое: "Кгм", но не этого красавца, который столь же внимательно изучал ворвавшуюся фурию, а другого мужчины, одетого, примерно, как и Амалия и прячущемся за шторой.
   - Что здесь происходит? - ее голос был тихим, испуганным и наглым одновременно.
   - Я тоже не отказался бы узнать это, - мужчина в черном обернулся к накрытому столу.
   Амалия в панике метнулась в спальню госпожи Волковой и одела первое, что попало ей на глаза - длинное атласное платье василькового цвета. Влажные волосы моментально оставили на нем темные полосы. Спохватившись, ведьма прошептала пару заклинаний, привела свои волосы в порядок и вошла на кухню шикарно одетая, приосаненная, словно царица на приеме в высший свет.
   За это время голый мужик, уже обзавелся черными кожаными брюками и жилетом с металлической отделкой. По возрасту ему было примерно за тридцать, имел выразительные черты лица, но не отличался такой неземной красотой, как первый, хотя, надо признать, и уродом тоже не был.
   Фиалка уже сидела за столом и благоговейно хлебала супчик, параллельно поедая влюбленными глазами мужиков, не зная на кого первого положить глаз. Сами же мужчины оживленно обсуждали жизнь, точнее тот, что моложе получал выговор от того, что постарше. Приход Амалии заставил красавца замолкнуть, галантно подойти к ведьме и протянуть ей руку, подвести к столу.
   - О! Это платье когда-то шикарно смотрелось на моей жене, - веселая демоническая улыбка озарила лицо кавалера.
   Опа! Теперь до Амалии наконец-то дошло, что это -- совсем не кот, а папик его любимого полубеса. "Вот же ж засада! Знала бы раньше -- все бы по-другому было! Но, то ли еще будет!". Маркус, тем временем разлил по тарелкам ароматно пахнущий, горячий супчик, и подсунул его Амалии и господину Астаро. Налил себе и занял место рядом с Фиалкой. Бес окунул ложку, размешал содержимое тарелки, попробовал на вкус и ухмыльнулся.
   - Приятного аппетита, девочки, - казалось бы, еще чуть-чуть и у беса начнется истерика.
   - Спасибо, и вам тоже, - промямлила Амалия и принялась за супец N2.
   Только когда ей стало жарковато, тело начало предательски томиться, сидящий рядом с ней бес стал настолько сексуально притягательным, что женщина была готова его завалить здесь, на месте, облизать как самое вкусное мороженое и... короче, лишь только тогда до нее дошло: что за супец она сейчас съела. Мысленно женщина прокляла все на свете, и себя в первую очередь. Это ж надо было так попасться! Астаро ел тот же суп, а значит на него возбудитель не распространялся. Кот же, напротив -- ел суп N1, так, как супа N2 на него не хватило.
   "Этой сучке сказочно повезло!" - пронеслось в голове ведьмы.
   А потом все перестало иметь значение. Рука беса легла на бедро Амалии и сжала его.
   "Наверное, это и есть высшее женское счастье" - пронеслось в голове женщины, к телу которой уже пару лет не прикасался ни один мужчина.
   - Пойдем со мной? - прошептали горячие губы, у самого уха.
   - Да... - выдохнула Амалия и вцепилась в руку беса, которой он еще сильнее сжал ее бедро.
   Тихий щелчок и они растворились в воздухе. Момент забвения и пустоты, и уже перед глазами ведьмы простирались шикарные палаты адского замка Астаро. Но какая бы роскошь и красота не наполняла бы это место -- горящее желанием тело видело, ощущало лишь одно -- мужчину, в чьих объятиях оно находилось.
   Широкая постель в центре зала, освещенного нетухнущими факелами и черными свечами. Антрацитового цвета простыни и подушки приняли уже обнаженные, не заметившие в порыве страсти, где растеряли свои одежды, тела. Амалия горела подобно окружавшим их факелам, а каждое прикосновение беса к нагой коже отражалось невидимым снопом искр и волнами предельного возбуждения. Где-то на периферии сознания у нее скользнула шальная мысль, о том, что хорошо, что она добавила второй компонент в зелье, иначе бы ее сердце не выдержало этой бури ощущений.
   Руки беса творили неимоверное с женщиной, подминая ее под себя, сжимая в крепких ладонях упругие груди и ягодицы, заставляя любовницу орать от изнеможения, заставляя взять ее, войти, подчинить окончательно своим естеством. И бес упивался этим, он отдавал ведьме весь жар своей адской страсти. А страсть в физическом эквиваленте была весьма внушительного размера. Но она с легкостью скользила в горячей и влажной от желания женщине.
   Одного раза обоим оказалось мало, и повтор не заставил себя долго ждать.
   Тем временем в доме на первом этаже, оставленные сами на себя Маркус и Фиалка сидели за столом, пожирая друг друга взглядом. Для кота это нормальное явление. Он и раньше так обхаживал местных кошечек, устраивая посиделки на яблоне в их дворе. Но сейчас это выглядело как-то необычно и как-то неестественно. А если представить сам процесс обхаживания по старинке, было бы даже смешно - два голых человека на дереве и в мороз орущие песни сомнительного содержания.
   Оба сейчас то в открытую поедали друг друга взглядом, то начинали елозить на стуле, то краснели, отводя взгляд в сторону. В конечном итоге Фиалка не выдержала, и резко подскочив со стула, рванула в ванную, сбрасывая с себя все по пути. Маркус думал, что от увиденного у него сорвет крышу. Ну, или, по крайней мере, порвутся его с грехом пополам выпрошенные у господина брюки.
   Брюки не порвались, но изрядно намокли от смазки. Мужчина последовал за женщиной, столь же быстро и энергично избавляясь от одежды. Ванная оказалась открытой, а Фиалка стояла под струями холодной воды и крупно дрожала. Маркус шагнул под поток бодрящей воды, обхватил сзади Фиалку и прижался долгим поцелуем к ее тонкой, изящной шее.
   Казалось, тело само знало, как поступать и, как реагировать на каждое касание и движение, на каждый томный вздох и похотливый стон. Мужчина подхватил на руки женщину и, едва не поскользнувшись на мокром кафеле, вынес ее из ванной в спальню, осторожно опустил на кровать и улегся рядом, поглаживая дрожащее тело.
   Зелья сделали свое дело. Обоюдное желание было столь сильным, что дальнейшие прелюдии оказались излишними. Происходящее скорее напоминало что-то среднее между борьбой сумо и реанимацией утопленника. Они даже не задумывались, что у обоих это был первый раз и, что оба были рождены никак не людьми. Им было ничего неважно кроме объятий, грубых и страстных прикосновений, захлестывающих обоих неимоверной страстью.
   Когда процесс пошел по третьему кругу, накал страстей спал и Фиалка позволила себе верховодить, вскарабкавшись на Маркуса, оседлав его член, стала энергично насаживаться до упора, громко постанывая и сжимая руки своего любовника.
   - Какая же ты красивая! - то ли вслух, то ли мысленно восхищался кот своей партнершей.
   Разрядка наступила столь же феерично и мощно, как и дважды до этого, унося обоих в глубину короткого и сладкого забытья. Сколько раз Фиалка почувствовала мощные разряды необычной силы, содрогавших каждую клетку ее тела, она не считала. Да и стоило ли задумываться о таких мелочах в подобный момент.
   Уже глубоко за полночь, а точнее ближе к рассвету, когда безумие покинуло, а точнее зелье, перестало действовать, мужчина и женщина, лишенные всяческих сил, не размыкая крепких объятий, были готовы окунуться в сон, до них долетели тихие обрывки стонов и протяжный хриплый мужской крик.
   - Круто. - Лишенным каких-либо эмоций голосом, констатировал Маркус. - Они нас сделали. Слышишь? До сих пор не угомонятся. Ай да, Алеф, ай да, гомосек! Сученок паршивой эльфийской породы! До него что, не доходит совсем? Хозяину завтра, точнее уже сегодня, на работу. Опять будет поганым ведьмовским энергетиком давиться.
   - А ты, как я погляжу, ревнуешь, - проворчала Фиалка, зарываясь носом в волосики на кудрявой груди мужчины.
   - Я? Да я Стрижика с пеленок знаю! - Кот оживился.
   - О, как! Оказывается кошаков еще и пеленают в детстве, - хохотнула вконец уставшая женщина.
   - А ты как думала, ботаника моя зеленая? - Маркус наклонился и поцеловал засыпающую Фиалку. - Спи, моя девочка, надеюсь, тебе понравилось.
   Женщина улыбнулась припухшими от поцелуев губами, но глаз не открывала. Вздохнула и неожиданно рассмеялась.
   - Не поверишь. Я была уверена, что у нас ничего не получится.
   - Почему? - Маркус встрепенулся, сон как рукой сняло.
   Фиалка помедлила и, вскарабкавшись на любовника, улеглась на него, довольно потерлась щекой о его щеку, затем тихо и вкрадчиво прошептала на ушко:
   - Это потому что у меня "пиптика" нет.
   - Кого?
   - Ну... этого, который ты вставлял мне. Тычинки у меня нет.
   - Вот ты глупая! А зачем же она тебе?
   - Как "зачем"? Я знаешь, сколько раз за хозяином наблюдала, когда он не один был? Я только так и представляла "процесс". Ты меня своей тычинкой, а я тебя потом своей.
   Маркус только грубо и откровенно выругался вспоминая некстати голубые дали, и еще какую-то голубую ересь, поудобнее уложил на себе Фиалку, чмокнув ее в лобик и пожелал "спокойной ночи и забыть все эти извращения, что она видела у хозяина". Фиалке поспорить не удалось. Фразу о том, что ее это возбуждало, хвала богам, мужчина не услышал.
   Через минуту женщина последовала примеру своего новоявленного любовника и провалилась в глубокий и крепкий сон.
   А за окном метель активно заметала остатки льда, оставшегося после неудачной попытки уничтожить смертоносное растение великим магом, уверенным в своей безнаказанности.
   На втором этаже тишина наступила примерно через полчаса.
  

Часть 12

  
   Как порой разняться люди в зависимости от ситуации, в которой они оказываются. Еще вчера Стригосус был спокойным и послушным человеком, а сегодня вся эта шелуха послушания слетела под натиском властного бесовского начала. Это добавляло известной остроты и эротизма. Алеф навряд ли когда-нибудь смог, так просто подойти к подобному существу, не говоря о том, чтобы над ним подтрунивать. Эльфа захватила властная сила, подмяла под себя, лишая воли и права на выбор. Эта сила была нежной и заботливой в моменты покорности, но неумолимой и пугающей, посмей Алеф пойти наперекор.
   - Сильнее, - руководил рукой Стригосус, запрокидывая свою голову и прерывисто хрипло дыша. Затем грубо выпалил: - Нет!
   Резко оттянув горячий рот от своего весьма внушительного багрового достоинства, Стригосус потянул на себя Алефа, поднимая со стула и прижимая к себе. Его глаза горели неумолимым желанием и безграничной пугающей властью, от которой сладко подкашивались ноги любовника.
   - Я хочу тебя, - не спрашивая и не предлагая, а ставя перед фактом.
   Остатки ужина полетели на пол, освобождая тяжелый дубовый стол, который был словно создан для безумия своего хозяина. В какой-то момент Алеф не на шутку испугался, сжался, позволил себе помедлить, по щенячьи глядя на господина сложившейся ситуации. Но нет, полубес не допускал сегодня сопротивления и был нем к любимым просьбам и мольбам. В ответ лишь грубо развернул эльфа лицом к столу, и грубо обняв сзади, с силой сжал маленькие аккуратные сосочки.
   Алеф с криком выдохнул от резкой и неожиданной боли, выгнулся дугой назад, вплотную вжавшись в упругий живот и сильную грудь любовника. Руки полубеса ослабили хватку, начав медленно и нежно разминать моментально затвердевшие ягодки сосков, даря любовнику удовольствие на пределе боли. Эльф отвечал лишь сбивчивыми тихими стонами, не в силах сдержать это граничащее с безумием ощущение.
   - Еще... - тихо попросил Алеф, начиная тереться о каменный стояк, настойчиво упирающийся в ягодицы.
   Стригосус только невнятно промычал ему в ухо и ощутимо куснул в районе основания шеи. В ответ по телу эльфа пошла горячая неуправляемая волна удовольствия. Ему еще никогда не было настолько страшно и приятно одновременно - ощущения подчинения настолько сильно обострили желание, что мужчина сейчас был готов на все.
   - Хочу, - едва слышно, скорее мысленно, попросил он своего дикого во всех отношениях любовника.
   Резким движением, ладони Стригосуса опустились на спину Алефа, толкая его на стол, упираясь вплотную пахом в его промежность. Эльф снова ахнул и довольно прогнулся. В нем просыпалось новое, очень развратное и податливое естество.
   Полубес вошел с силой, без предварительных ласк и подготовки, но ожидаемой боли Алеф не почувствовал. Находясь на пределе ощущений, он лишь долго и протяжно простонал, закрыв глаза от накатившей бури эмоций. Стригосус был неумолим, не давая поблажки, но при этом, не переступая той грани, за которой находится безрассудная грубость. Он брал своего любовника и отдавал всего себя и ту ласку, ту уверенность и нежность, которая не могла найти выход уже долгое время. Сейчас он был самим собой, без тени сковывающих его опасений за свою жизнь, и жизнь своего партнера.
   Дышать становилось все тяжелее, на телах росой выступил пот. От каждого прикосновения жадных рук на теле эльфа расцветали красные пятна. Кровь в венах сбесилась от бешеного скача, а сердце готово было сорваться и высвободиться из грудной клетки. Алеф был готов орать от удовольствия каждый раз, когда головка полубеса проходила, толкая нежный островок мужского сосредоточения счастья. Пальцы в экстазе царапали твердую древесину, а магическая сила спонтанно вырывалась наружу, создавая вокруг неимоверные по красоте растения.
   Бес резко вышел из тугих объятий своего любовника, не давая тому опомниться, развернул к себе лицом и впился долгим поцелуем в его пересохшие губы. Проник в его рот, лаская языком сухое небо, заигрывая с вялым и податливым языком. И так же резко поднимая на руки эльфа, насадил на свое вот-вот готовое разрядиться орудие.
   Всего пару резких толчков было достаточно, чтобы мощная струя брызнула между сплетенных тел, и эльф в экстазе прикусил тонкую, белую, почти прозрачную кожу беса. Второй его всплеск был после того, как в ответ на столь непокорное поведение хвост полубеса мощным и хлестким ударом пришелся по обнаженным ягодицам Алефа.
   Разрядка Стригосуса была столь же мощной и обильной, заполняя любовника до краев.
   Оба рухнули не размыкая объятий на стол. Вокруг них расцветали огнем чудесные и никому неведомые цветы, заполняя все свободное пространство на кухне.
   Шли минуты, долгие как сама жизнь. Оба сердца потихоньку сбавляли свой бешеный ритм. Пот смешивался, покрывая мерцающей влагой кожу.
   - У меня такого еще не было, - честно признался эльф, с трудом высвобождаясь из-под полубеса и пьяно осматривая пылающие огнем заросли.
   - У меня тоже раньше так буйно растительность не росла, - улыбнулся томно и чрезвычайно эротично бес.
   Сейчас он был настоящим рогатым и хвостатым представителем адского племени. Алеф только и смог, что стукнуть любовника легонько кулаком в волосатую грудь, смущенно отводя взгляд в сторону. Бес поднялся со стола и потянул на себя эльфа. Только сейчас его член покинул горячее нутро Алефа, оставляя на мгновение раскрытым вход, из которого моментально полилась белесая тягучая влага. Тонкой струйкой пробежала по внутренней стороне бедра и потекла по голени. Эльф казалось, сейчас сгорит от стыда, а бес заворожено наблюдал за этой влагой.
   - Ты даже не представляешь, насколько это притягательно. Выпусти ее всю. - Глаза Стригосуса светились мальчишеской радостью. Он подошел вплотную к тонкому стану эльфа, и с силой сжал его ягодицы. - Мне мало.
   Алеф не ответил. Его член начал реагировать, снова заполняя кровью полое тело.
   Продолжили уже в спальне, внутренне опасаясь за то, чтобы не нарваться в порыве страсти на буйно цветущий палисадник.
   На этот раз все было не так бурно и мощно, а, наоборот, томительно долго, тягуче медленно и бесконечно романтично. Сложно сказать, от чего Алеф получил большее удовольствие - от подчинения дикой и неуправляемой силе или от страстного и заботливого обращения. Ему казалось, что этой ночью он прощался со своей душой не единожды и снова ее получал - чистую и довольную, удовлетворенную и... и влюбленную.
   Это открытие поразило его. Он влюбился и сейчас осознавал это. Влюбился полностью и бесповоротно в полукровку из Ада, в того, кого будут презирать его сородичи уже за само наличие хвоста и матери - человека. "Любви не прикажешь" - так говорят люди, самые прямолинейные и непереборчивые из всех рас населявших землю. Но с этим тезисом не соглашались остальные. Даже орки и те неблагоприятно относились к смешанным бракам. О гномах и эльфах вообще не шел разговор. Первые и в мыслях не допускали подобной возможности, а вторые считали свою расу высшей из существующих. Даже ангелы и те не шли в учет. Для эльфов в порядке вещей были однополые отношения, но вот межрасовые - никогда. А Алеф влюбился и отчетливо это осознавал. И боялся. Нет, не своих сородичей, он уже был достаточно взрослым и состоявшимся как личность, чтобы жить самостоятельно и полагаться лишь сам на себя - он боялся безответности своего чувства.
   Рядом с Алефом, совершенно обессиливший лежал Стригосус, прикрыв глаза, он тяжело дышал. Эльф готов был отдать пару десятков лет своей бесконечно долгой жизни, лишь бы узнать, что творится в голове и в сердце того, кто только что любил его тело без остатка. Но он не посмел ничего спросить или сделать, а лишь спокойно лежал с ним рядом.
   - Эльф... - тихонько, почти шепотом позвал Стригосус.
   - М? - отозвался так же тихо Алеф.
   - Ты же не уйдешь от меня?
   Сердце предательски защемило от невыносимой боли. И от счастья.
  
   - Нет.
   - Обещаешь? - голос дрогнул, задавая этот короткий и емкий вопрос.
   - Да.
   Они еще пару минут лежали рядом - обессиленные и счастливые. Их пальцы переплелись, как у детей, сжимая поочередно руку один другого.
   - Ну, разве что в туалет уйду, - тихо хихикнул эльф не в силах терпеть переполненный мочевой пузырь.
   - Иди ты! - рассмеялся Стригосус, поднимаясь.
   - Я первый!
   - Иди-иди, а я загляну на кухню, пока наши цветочки не спалили мне дом или не стали людьми - еще одну Фиалку я не переживу!
  

Часть 13

  
   Марион эль Фей или Марфей, как его звали немногочисленные друзья и бесчисленные враги, проснулся еще до восхода солнца. Что-то тревожное поселилось в его душе. От брата третий день не было никакой информации. Он начал переживать. Младший вечно встревал в какие-то истории, благо зачастую из них успешно выпутывался. Но сейчас?
   Его работа в министерстве многое значила для всей семьи. С одной стороны это достойное место для такого оболтуса, каким был Алеф, а с другой - нетипичное для эльфа поведение. Родственники были настроены отрицательно, узнав на какую должность, пошел их повеса.
   На Алефа эль Флавориса, обладателя весьма немаленькой по эльфийским меркам магической силы, большие надежды возлагали старейшины, и считалось святотатством растрачивать этот дар впустую. Марфею следовало "направлять и поддерживать" своего сводного братца, хоть он с этим справлялся с трудом.
   - Тоже мне, достойное развлечение - ходить за братишкой! Еще бы заставили ему попку подтирать и с ложечки кормить, - ехидничал брат, но всегда первым приходил на помощь в любой щекотливой ситуации.
   Марфей не сразу уловил тот момент, когда его младший повзрослел и стал привлекательным малым. Многие юные и не очень эльфийки благосклонно относились к парню, частенько зазывая к себе "помочь в саду" или "провести дегустацию нового урожая чая". Как правило, садово-огородные работы заканчивались бурным сексом на траве или на сеновале, а чаепитие плавно переходило в оргию.
   Все было хорошо до тех пор, пока один из обманутых мужей не вернулся раньше положенного времени. В результате он спалил незатейливых любителей наставить рога и сжёг сеновал в назидание. Алеф был вынужден срочным образом отбыть на учебу в школу магии и колдовства при городе Терионтире, находящемся чуть ли не на другом конце земли. Марион последовал за своим подопечным родственничком, сам едва не потерял голову в схватке с пьяными троллями, но, как был рядом с Алефом, так и остался, хотя с того момента поумерил свой пыл в защите неблагоразумного дитя.
   Как уже упоминалось ранее, эльфы не любят общественную службу, особенно на постах в окружении межрасового коллектива. С грехом пополам, но Марфею пришлось встать себе на горло и устроиться в следственный комитет при тайной службе. Там-то и начались самые страшные приключения в его жизни. Его непосредственный начальник - Гейгель - был настоящим демоном, благо, что в переносном смысле. Он органически не переваривал эльфов, высмеивал их взгляды на жизнь и мироустройство, а самое отвратительное то, что постоянно об этом напоминал Марфею. У Гейгеля вошло в привычку при всякой неудаче или, будучи просто в плохом расположении духа, звать к себе эльфа и рассказывать ему "политику партии", а потом наблюдать, как махровый эльф сатанеет и белеет от бессильной злости.
   До Гейгеля так до сих пор не дошло, почему, во-первых, Марфей все еще работает в Тайной службе и, во-вторых, почему до сих пор не набил ему - своему непосредственному руководителю - физиономию. Нет, Гейгель не был склонным к мазохизму, скорее наоборот, он элементарно ждал, когда его подчиненный развяжет ему руки. А этого все не происходило и не происходило. И это по-настоящему бесило знатного проныру и интригана. Надо отметить, что сам Гейгель не отличался чистотой кровей. Его мать - полукровка вампира и человека, а отец - не совсем чистокровный оборотень. Вот и пойми, что от такого ждать махровому эльфу, живущему исключительно по понятиям крови.
   Наступил последний в неделе рабочий день, а потом два долгожданных выходных, которые Марфей планировал провести с братцем: поехать в гости к престарелой, и очень уважаемой тете Энигме. И облом-с. Где этого стрикозяблика искать - Марфей ума не мог приложить. Поэтому сидел сейчас в своей кровати, смотрел на алеющий рассвет и с горечью думал, что служит в Тайной службе, а, считай, самого близкого родственника найти не может.
   Еще Марфея который месяц терзали смутные сомнения, насчет законности некоторых действий своего начальника. Уж слишком хорошо складывались дела у Тайной службы, и постоянно куда-то исчезали люди, грозящие ее безоблачному существованию. Не так чтобы это происходило часто, не чаще чем раз в месяц, но они пропадали бесследно. Заодно некоторым товарищам оркам, состоящим на хорошем счету у Гейгеля, после этого моментально начислялась ощутимая премия. Пару раз Марфей тайно пытался проследить за делами этих самых орков, но так ничего не узнал. Все следы терялись у виллы Гейгеля, куда эльфу путь был заказан.
   Багровая черта разделила горизонт, небо на востоке приобрело лиловые и оранжевые тона. Бесновавшаяся всю ночь снежная буря улеглась, угомонилась, отдавая землю в объятия покоя. Марфей посмотрел на часы, вздохнул и встал. Спать уже не было смысла, а до работы еще масса времени.
   Приготовив себе изысканный завтрак и подкрепившись на славу, на что частенько у Марфея катастрофически не хватало времени, он решил отправиться спозаранку в министерство Магии и Колдовства - узнать, где черти носят его братишку-обалдуя.
   Служебный кентавр мирно храпел на сеновале в подвале дома Мариона. Своего нынешнего хозяина он органически не переваривал, и постоянно пытался ему хоть как-то, но нагадить в жизни. То поедет объездной дорогой, когда Марфею дорога каждая секунда, то вообще заплутает в промзоне орков и скажет, что во всем виноват наездник не умеющий объяснять, куда надо ехать, то забудет своего хозяина на работе и вернется домой без него, а потом еще будет ворчать, что это не его вина, просто задерживаться на работе не следует так долго. Короче, пакостить кентавр умел виртуозно и каждый раз по-новому.
   - Вставай, погань копытная, хватит дрыхнуть, - если с человеко, точнее с эльфоподобными, Марфей общался предельно учтиво и корректно, то, вот с гужевым народом несильно сдерживался в выражениях.
   Кентавр приоткрыл сонный глаз, посмотрел на ненавистного ездока, и перевел взгляд на висевшие, на стене часы.
   - Рано, - буркнул и отвернулся.
   - Ничего не рано. Тоже мне знаток! Я сказал: вставай! Мне по делам надо! - Марфей часто себя ловил на мысли, что хочет обзавестись внушительной девятихвостой плетью персонально для этого кентавра.
   - А я сказал: рано! - с нотками раздражения проворчал кентавр, не открывая глаз.
   - Слышь, ты! Еще спорить удумал!
   Кентавр знал, что если этот гад что-то сказал, он не отстанет от него пока не добьется своего. Ибо имел свойство прилипать аки банный лист к влажному, обнаженному седалищу. А так хотелось попортить нервы эльфу, что аж зубы сводило от этого желания. В итоге кентавр, раскачиваясь на сонных ногах, поднялся, посмотрел с высоты своего роста на эльфа и похабненько заявил.
   - Нет, чтобы прийти и нежно разбудить, например, сказать на ушко: "Маврик, просыпайся!". Как бы я тебя тогда любил! - Говоря эти слова, кентавр бесцеремонно справлял малую нужду в стоящее в углу ведро, встряхнув по завершении процесса.
   - Любил? ЭТИМ? - эльф ткнул на внушительное ЭТО. Видимо, он сам с недосыпа понял все неверно и, сейчас стоял алый и возмущенный до глубины души.
   Он только сейчас заметил, какие гигантские размеры у кентаврового достоинства -- да ни один эльф таким похвастать не мог, даже с использованием магии и эликсиров увеличения размеров.
   "Да, - пронеслось в голове Марфея, - с кентаврами хуями мериться не стоит. А то будет потом на хую вертеть... Охуенный у него уже так, а если еще встанет! Интересно, а какой он, когда встанет?"
   Эльф с такими мыслями завис еще минут на пять, глядя в пустоту. Не замечая, как кентавр, в процессе одевания и поедания краюхи хлеба со сметаной, похабно рассказывал, что он любит делать ЭТИМ и, как от этого все в восторге. Потом рассказ повернул в сторону бывшего хозяина.
   - Бывало и такое, да! Пока хозяин не пошел с проклятым Гейгелем ругаться. Тогда я его в последний раз видел.
   - А?! - Встрепенулся эльф, услышав ненавистное имя. - То есть твой хозяин пропал после того, как на Гейгеля пошел?
   - Нет, ну вы эльфы всегда были малость не от мира сего, но чтобы настолько тормознутыми?! Я тебе это сколько раз рассказывал. У хозяина был спирт-завод. Он был одним из самых богатых орков. Трахал все направо и налево, и мне даже перепадало часто.
   - Это я слышал! - нервно перебил кентавра эльф, взбираясь ему на спину. Кентавр даже подсадить его умудрился. Копытом. - Ты не рассказывал, что с ним потом сталось.
   - А, чё, сталось? Вот привез я его в управление и бздынь -- нету! Ждал - ждал, как дурак, промок, что петух в пруду, дождь тогда был нешуточный, проголодался. Там еще такая кобылица была, ой, я бы ей вдул по самые яйца!... упустил я ее.
   - Ты к телу давай, - эльф елозил своим изящным задом на крупе коня, ощущая животное тепло и с превеликим трудом отгоняя всякие пошлые мысли.
   - К телу, так к телу, - заржал кентавр, подтрунивая. - Тебе рассказать, как бы я к телу того, да? А ты, тот еще паскудный эльф, не знал, что вы тоже любители понаблюдать, как большим стволом присовывают.
   - Я сказал к делу! - эльф понял, что оговорился, но лучшая защита, это нападение, а значит, своих промахов он не признавал категорически. - Ты глухой тетерев, ты про дело рассказывай!
   - Ага, сейчас расскажу, как только из дому выйдем.
   Ввиду того, что эльф нагло умостился на его крупе еще в подвале, из которого вела лестница в холл, и вставать не думал, то кентавру пришлось скакать со своим наездником наверх по ступеням, намеренно перескакивая через одну, чтобы увеличить угол наклона корпуса.
   - Слышь ты, тварь парнокопытная! Я когда-нибудь упаду от твоих виражей.
   - Тоже мне обхаял, хозяин! Зачем меня козлом назвал! Я - непарнокопытный! - Для кентавра это было уже через край. Мало того, что условия труда просто ужасающие, так еще и обзывают низшей формой жизни.
   - Да какой ты там не парнокопытный! Или у тебя и на елде копыто есть? Не парное? - признаться откровенно, у Марфея очень даже хромала биология и естествознание. Поэтому представить себе не парнокопытное животное он мог с трудом - ну, разве, что какую-то калеку без одной ноги.
   - Парнокопытные, хозяин, это те, у кого одно копыто из двух частей состоит. Вот ты - непарнокопытный - у тебя не парное количество пальцев на ногах.
   - Охренеть! Мои изящные пальцы какой-то Маврикий копытами обзывает!
   Тем временем, кентавр, заперев дверь, совершил прыжок через семь ступеней лестницы, аккурат на площадку перед ней. Эльфу оставалось совсем чуть-чуть, чтобы не улететь на мостовую. Возмущения по первому пункту были сняты и моментально заменены другими.
   - Ты!... Ты!... погань четвероногая и озабоченная! Да я сам сейчас тебя присуну за эти выходки!
   - Ага, присунь, присунь, своей пипеткой, - кентавр довольно заржал и поскакал в сторону центра города. - А еще, если не перестанешь ко мне так прижиматься, то я точно тебе покажу, как я могу это делать. Ты меня очень возбуждаешь, хозяин.
   Марфей побелел от ярости, потом густо покраснел, и потом покрылся бело-багровыми пятнами. Заскрежетал зубами, и слегка подавшись вперед, вцепился в голую шею кентавра. Просто у эльфа и нервы сдали, и словарный запас резко сошел на нет. Кентавр лишь томно выдохнул.
   - Убью, гада!
   - Да, убей меня нежно! Хозяин, а откуда ты знаешь, как мы любим заигрывать между собой? Кусни меня еще... только не здесь, не на улице, давай вернемся домой и того...
   Договорить кентавр не успел. Эльф спрыгнул с крупа на мостовую. Споткнулся, но удержался.
   - Пошел вон, домой! Наказан! - Марфей отчеканил каждое слово так, что оно звенело, как новая монета.
   - Ты на меня обиделся, хозяин? Но, я же дело предложил. До работы еще время много. Покувыркаемся вволю! - Кентавр откровенно издевался. Это была одна из самых лучших выходок, которые он совершил за последний месяц.
   - Еще одно слово, и я тебя на колбасу пущу! - На этот раз терпение эльфа действительно подошло к той черте, когда совершают самые безумные и необдуманные поступки.
   Марфей развернулся и направился в сторону ближайшего магазина с сексуальными игрушками. Его душа ликовала предвкушая. Даже мысли о братце непутевом и о сволочном начальнике отошли на второй план.
  

Часть 14

  
   К зданию Комитета по Вопросам Несанкционированного Вмешательства в Погодные Явления (КВНВПЯ), где Алеф имел неосторожность устроиться на работу, Марфей подошел примерно через полтора часа после того, как отослал свой персональный транспорт домой. Сама дорога с того места до Центральной площади Зеленого города занимала пару минут, если использовать общественный телепорт. Остальное время Марфей провел в одном из крупнейших, специализирующихся на индустрии секс игрушек магазинов "Очко, очки и тапочки".
   Он и ранее пользовался некоторыми средствами для обострения сексуального ощущения, но на этот раз позволил себе окунуться в изучение этого мира более основательно, предавшись самым откровенным и развратным мыслям. Часть из них сегодня занимал кентавр. Эльф даже навел справки о клубах, в которых демонстрируют определенные представления с участием кентавров, а так же других рас, занятых на сцене Этим делом. К огромному удивлению среди многообразия подобных представлений, одну из ведущих ролей занимали не люди и бесы, и даже не пресловутые кентавры, а именно эльфы. Марфей опешил. Он даже в толк не мог взять: сколько же надо пообещать его сородичу, чтобы он занялся сексом прилюдно в каком-то паршивом клубе перед вонючими, озабоченными типами, которые наверняка... Короче, Марион выходил из магазина с приличным запасом знаний и весьма крупным, безликим, белым пакетом.
   С этим пакетом он и вошел в холл КВНВПЯ. Секретарь, молодящаяся ведьма неопределенного возраста, попыталась проигнорировать гостя. Кто он такой в комитете знали все барышни как свободные, так и не очень. Их первое впечатление от брата Алефа свободно умещалось в фразу "Вау!", зато последующее сводилось к короткому "гад". Собственно, из категории трех букв оно не выбилось.
   Марфея интересовал всегда только брат и никто кроме. Это бесило всех окружающих, но ровным счетом не трогало самого эльфа. Он жил по принципу: "Хрен, положенный на мнение окружающих, обеспечивает спокойную и счастливую жизнь". Правда, не на всех можно этот хрен положить. Вот на Маврика что-то не получалось, на Гейгеля тоже, ну, и естественно на Алефа. И все как один пользовались этой слабостью Мариона.
   - Могу я увидеть Алефа эль Флавориса?
   Эльфу даже не надо было упоминать имя, все и так знали, к кому приходит этот статный, холодный, как айсберг и черствый, как годовалая краюха ржаного хлеба, красавчик.
   - Его нет, - победоносно выпалила ведьма, у которой, даже спустя более десятка попыток околдовать эльфа, ничего не вышло.
   - А где он? - Мариона потому и взяли на тайную службу, что большей занудной сволочи, чем он, не видел даже Гейгель.
   - На выезде он, - ведьма поправила челку, пытаясь хоть старыми, проверенными женскими методами привлечь к своей персоне внимание.
   Марфей, поняв, что просто так от этой грымзы он ничего не добьется, пошел на хитрость. Его предусмотрительность была поразительной. Нацепив на лицо самую добродушную улыбку, эльф извлек из пакета маленькую коробочку с конфетами. Продавец отозвался о них, как о "легком, скорее не возбудителе, а расположителе к себе". В смысле, что возбуждающих добавок там ничтожно малое количество, но всякое красивое и сладкое всегда располагает к себе "объект интереса". Марфей не ставил себе целью соблазнить ведьмочку, ему просто нужна была информация о том, куда, к чертям собачьим, делся его брательник.
   - А если так? - Коробочка легла на стол перед женщиной.
   Ведьмочка засияла, словно лампочка в темноте. В голове появилось сразу тысяча многообещающих мыслей.
   - Он поехал в Тихие Косогоры. Там наблюдался сильный всплеск магической активности накануне, который, похоже, привел к таким неблагоприятным последствиям в погоде, какие мы наблюдаем в последние четыре дня.
   - Ах, вот как! То есть он поехал туда три дня назад и до сих пор не вернулся?
   - Да, наверное, там все так запущено! - Секретарша во всю строила глазки, прикидываясь непроходимой дурой.
   - А до Тихих Косогоров ехать и ехать, да? Это не те ли Косогоры, что в Темной долине?
   - Нет, что Вы! Это те, что рядом тут... ой! - До ведьмы дошло, и правда, что-то давно нет эль Флавориса.
   - И я об этом. А связь с ним есть? Он голубя с собой брал?
   - Голубя? Какие там голуби? В нашем бюджете даже служебных ворон с воробьями нет, а вы о голубях.
   - Что же, спасибо за информацию. Пойду его разыскивать, вдруг сам объявится.
   - Да, да! Мы все по нему скучаем!
   Марфей развернулся и быстрым шагом отправился в сторону выхода.
   - А, может, вы чайку выпьете? А за это время инспектор появится.
   - Спасибо, я не хочу. - Галантность никогда не была сильной стороной Мариона эль Флавориса.
   "Вот сука!" - подумала секретарша. И, в кои-то веки, ее мысли на все 100 совпали с эльфом из Тайной службы, ну, прямо слово в слово.
   "Хренов конь, - подумал Марфей, кутаясь в пальто, - и надо же было именно сегодня такое учудить. Вернусь... ой, что я с ним сделаю! Навек запомнит, как надо себя с хозяином вести! А потом заведу себе настоящего коня, не магического, спокойного рысака, вот! Решено. Или может сейчас, и поехать на Конный базар?"
   И опять все решил случай. Как раз перед носом у эльфа остановился кеб, везущий безлошадных в Тихие Косогоры. Оказывается там, где стоял Марфей, была конечная остановка этого вида транспорта. Обойдя карету, эльф подошел к вознице.
   - Здравствуйте, не будите ли вы, так любезны, сказать: а три дня назад вы возили в Тихие Косогоры?
   Возница посмотрел на Марфея, радушно и заискивающе улыбнулся.
   - Не-а, уважаемый. Три дня назад туда только на гарпии можно было долететь или на особо подкованном кентавре доехать -- и то не каждый рискнул бы. Дороги там ужасные, старый пройдоха-упырь, тамошний голова -- никак раскошелиться на ремонт не может. Вот и бастовали все перевозчики. Народ кто в городе остался, кто пешком возвращался, а у кого деньжата есть, тот себе на стоянке прокатных кентавров брал. Они во-он там паркуются. - Возница показал в сторону летнего импровизированного загона.
   Там и правда виднелась пара кентавров, и несколько гномов с людьми.
   Кентаврами обычно заведуют гномы. Смешно сказать, а ездить на своих подопечных горный народ так и не научился. Марфей уже было собрался идти к стоянке, а потом передумал. Снова обратился к вознице.
   - А те, что не на кентавре, которые пешком шли, там идти много?
   - Обижаете, там километра два с окружной в обход леса, мимо спящего кладбища или примерно километр по самому лесу, но это надо быть полностью больным. Чтобы по нему пойти в такую-то погоду.
   - А как к окружной добирались?
   - Как, как? В другие места мы исправно ездили. Пришлось в дополнительный рейс выезжать на Зеленое Косовыще и на Райские пруды, чтобы косогорских подвозить до леса.
   - Ты эльфа не видел среди них?
   - А как же, видел! Я по началу подумал -- девка какая. У ней еще шапка-ушанка была, как у орка. А потом пригляделся, смотрю -- эльф! Красавец такой, на вас похожий. Тока шапка того. Не в тему.
   Марфея перекосило. Он эту шапку прекрасно знал. Сколько раз пытался у брата конфисковать, чтобы тот не позорился. Не вышло. Зато теперь был ей благодарен. С таким атрибутом Алефа ни с кем не спутаешь.
   - А он куда ехал?
   - Да, до них самых -- в Косогоры. Я как раз табличку сменить забыл, так он думал, что до конца доедет. А пришлось возле леса высадить. Там еще уважаемый бес из горадминистрации, кажется вставал тогда. Но не буду утверждать. Темно было.
   - Надо же! - искренне поразился Марфей, перекладывая пакет из одной руки в другую. Получается, что за последнюю сотню лет этот район начал меняться, раз там и бесы жить начали, и из горадминистрации в том числе.
   - И не говорите, Косогоры нынче модный район. Там в пруд даже русалы заселились. А раньше в нем одни окуни да щуки водились. Ваши сородичи, эльфы, целый квартал около леса отхватили. Такие хоромы! А колдунов сколько! Говорят, будут академию новую строить.
   Возница и дальше бы разглагольствовал по поводу введенного ему маршрута, если бы не его лошадь, начавшая активно разузнавать, что же находится в пакете эльфа. От неожиданности и наглости, с которой к нему полезла коняка, Марфей не нашел ничего более умного, чем поделиться сладостями, часть которых до этого получила секретарша КВПВПЯ. Лошадь довольно приняла угощение, заржала и даже попыталась лизнуть в щеку дарителя. Эльф вовремя увернулся, поблагодарил возницу и направился к кентаврам.
   Наверное, сегодня день был такой - стечение звезд и планет, а может в воздухе кто-то рассыпал феромоны, причем сделал это по территории практически всего Зеленого города, потому что когда эльф подошел к кентаврам, первый, кто его поприветствовала, была весьма помпезно одетая грудастая гномиха, моментально начавшая строить глазки Марфею.
   - Что господин пожелает? Есть очень умелые и раскованные девочки. Проходите, пожалуйста. Выбирайте.
   Эльф не успел и рта раскрыть, как его сзади обняла кентавриха, прижала мощными руками к не менее мощной груди. Одеты все были одинаково, в тонкие песцовые шубки особой выделки, которые изящно переходили в лошадиный круп. И через эту шубу Марион отчетливо ощущал спиной, как колышется внушительный женский бюст, как пальцы проникают под его пальто, и еще это горячее дыхание у его уха, явно с подтекстом.
   - Стоять, бояться! - Эльф резким движением вырвался из цепких объятий, отпрянул от очень "умелой и раскованной" кентаврихи, нарвавшись, как на зло, на не менее раскованного кентавра. - Я не понял, вы тут перевозками занимаетесь или блядский дом устроили?
   Гномиха поубавила свой пыл, поняв, что с этим клиентом надо помягче, небось девственник. Взмахом руки приказала кентаврихе отойти, а кентавру не распускать руки на незадачливого клиента.
   - Мы тут замерзли, понимаете, господин хороший, тепла и ласки не хватает, зима как-никак.
   - Вот вы дурью и маетесь, - резюмировал Марфей, испытывающе поглядывая на кентавров. Те отвечали тем же, но и с немалым интересом, как к кошельку пришельца, так и к тому, что находится под бляхой на брюках. - Вам бы всем по лопате и дорожки чистить. Быстро бы согрелись.
   Недавняя раскованная кентавриха фыркнула и отошла к стене загона, демонстрируя полное призрение к данной идее времяпровождения. Кто-то улыбнулся, кто-то последовал примеру примы.
   - А ты пришел нам типа лопаты продавать? - заявила она, отводя небрежный взгляд в сторону.
   - Хватит тебе, Наташа, - окрикнула ее гномиха. - Будешь огрызаться в подвале капусте, а не клиенту. Последнее гранитное предупреждение, и сдам алхимикам на опыты.
   Что-то в этой короткой тираде покорило эльфа, и он улыбнулся маленькой вульгарной женщине, умевшей с такой легкостью обламывать этих гибридов коня с человеком.
   - Мне надо кентавра, хочу добраться в Тихие Косогоры, - Марфей окинул оценивающим взглядом стаю. - Только мне нужен немой кентавр.
   Повисло молчание.
   В результате тот из стада, в которого врезался эльф накануне, сделал шаг вперед и молча поклонился.
   - Арсений? - гномиха удивилась, поведению своего подопечного, но возражать не стала. - Вот, уважаемый, будет немой. - Гномиха еще раз посмотрела на кентавра, скорее всего своего любимчика, заметила, как засияли его глазки и уступила. - А вам только туда или и обратно? - поинтересовалась она.
   - Пока не знаю. Но не волнуйтесь, я плачу хорошо, слово эльфа и сотрудника Тайной службы.
   У кентавра Арсения задрожали губы, а в глазах появился испуг.
  

Часть 15

  
   Арсений отличался стройностью фигуры, хоть был самым мелким из кентавров. Но, не смотря на это, среди своих он чувствовал себя вполне хорошо. К нему благоволила хозяйка стойла, и клиенты с клиентками попадались на редкость милыми, если это вообще можно так назвать.
   Кентавры с Центральной площади редко занимались непосредственно извозом. Основное их занятие было связано с интимными услугами. Эта раса во все времена считалась мастерами орального секса. Так же лошадиная часть тела позволяла участвовать в играх "Кнута и Пряника", а проще - БДСМ вечеринках.
   Арсений на своем крупе многое вынес, но не многих. Его миниатюрная, как для кентавра внешность, часто привлекала разного рода любителей экзотики. В основном это были орки, любители заняться с кентаврами сексом как оральным, так и анальным. Их крупные во всех местах тела были вполне пригодными для этого дела. Хотя, положа руку на сердце, орки вообще любили трахать все что движется, особенно если предварительно выпить порядочное количество бормотухи, или другого горячительного напитка типа спирта, или на худой конец, водки.
   Арсения часто снимали два сотрудника Тайной службы, состоявшие на особом счету у Гейгеля. Они даже брали кентавра с собой на некоторые миссии. В частности, в Тихие Косогоры. Отличный способ развлечься с пользой. Кентавр был всегда немногословным, зато весьма выносливым. Вот и получалось два в одном - и транспортное средство и секс игрушка. За пару лет Арсений насмотрелся такого, что любое упоминание о Тайной службе вселяло в него неимоверный ужас.
   Вот и сейчас с этим самым страхом он смотрел на эльфа. Марфей не был ни в коей мере похожим на орков, что придавало ситуации особого кошмара, ведь никто не знает, что ждать от этого мелкого, по меркам кентавра, типа. Оставалось только молчать и выполнять все, что он пожелает.
   Арсений слегка склонил голову, демонстрируя покорность, присел, приглашая наездника занять свое место и, как обычно, добродушно улыбнулся стае. Марфей не заставил себя долго ждать, в сердцах удивляясь, что кентавры еще и галантными иногда бывают. Вот бы его Маврик был таким!
   - Надеюсь, дорогу ты знаешь? - Эльф привычным движением обнял кентавра за пояс, не зная куда подевать свой пакет - не здесь же его оставлять - уже собирался держаться лишь одной рукой, но кентавр спокойно взял пакет в одну руку, а вторую положил на руку эльфа, чтобы придерживать его.
   Подобного поворота эльф не ожидал, рука Арсения оказалась такой нежной и теплой, что Марфей интуитивно еще сильнее прижался к нему. По телу наездника пробежала приятная волна удовольствия. Он даже не заметил, как со спокойного шага кентавр перешел в галоп, как начали мелькать улицы, наполненные прохожими и транспортом, мелькали дома, пестрые и разнокалиберные, как за копытами поднималась столбом снежная буря. Марион был охвачен легкой истомой.
   Рука эльфа скользнула под тонкую шубу кентавра, а в памяти всплывали одна за другой картины увиденные пару часов назад в секс-шопе. Там парень полулежал на крупе одного кентавра и целовался с ним вполоборота, а второй копытный играл языком с его членом. Картинка была написана с превеликим вдохновением, что глядя на нее захватывало дух.
   Но дух у Марфея сейчас перехватывало не только из-за картинки. Долгое воздержание с одной стороны, и постоянные подколы Маврика с другой, давали о себе знать. Эльфу дико хотелось целоваться, он даже губу закусил, настолько это было невыносимо. Не выдержал и тихонько застонал не в силах сдержаться.
   Они успели покинуть густонаселенный и очень людный центр, оказавшись в тихих уголках промзоны, из которой брала начало Окружная дорога. Кентавр притормозил. Перешел на спокойную ходьбу, свернул за угол, и наконец-то обернулся к эльфу. От увиденного у Арсения дрогнуло сердце. Или не только сердце и не только дрогнуло. Он сильнее нагнулся к Марфею, обнял его и начал целовать алые от покусывания губы, слегка подпухшие, горячие и влажные. Целоваться Арсений умел отменно, а Марфей этого настолько желал, что в итоге силы объятий уровнялись. Поцелуй был бесконечно долгим, плавно переходящим от нежности к неимоверной страсти. Пока спина кентавра не заныла до нестерпимой боли, что пришлось разомкнуть объятия.
   "Мало!" читалось в глазах кентавра. "Еще!" - говорили глаза эльфа.
   Он спрыгнул на мостовую, обошел спереди Арсения, все еще держа его за руку, и, крепко обняв, без слов потребовал продолжения.
   "Это не грубые орки, которые только и знают, что с силой берут лошадиную часть, забывая о другой, человеческой составляющей. Даже кентавр не всегда способен быть настолько... настолько... - у Арсения не было слов для описания того, что он сейчас ощущал. - Люди порой могут быть похожими на них, но эльфа ни с кем не спутать. Правду говорила Наташа - эльфы, это самые изящные любовники, которые ей встречались."
   А Марфей не думал ни о чем - он хотел и делал, а делал, как умел - изящно и требовательно одновременно. Что толкнуло его на этот шаг - неизвестно, злосчастная картина или больной на голову домашний питомец - сложно сказать. Скорее потребность в ком-то теплом и страстном.
   Их не заботило, что они на улице и, что мороз не большой, но есть. Им хотелось!
   Рука Арсения легла на пах Марфея и сжала его. У эльфа вырвался протяжный стон. Там внутри уже давно все полыхало, томилось, плавилось, не находило места в прямом и переносном смысле.
   Кентавр поджал ноги и сел на снег, оказавшись эльфу по сосок, принялся расстёгивать штаны на Марфее. Последний лишь оперся спиной о стену и глухо выдохнул. Арсений прекрасно знал свое дело, и, с отточенной машинальностью, ласкал член и мошонку своего клиента. Эльф начал подвывать. Контрастные ощущения от занятия этим на холоде были сногсшибательными. Ноги Марфея становились ватными, дрожали, подкашивались, единственное, что его держало, это старая стена и крепкие руки кентавра, сжимавшие ягодицы представителя вечного народа.
   Разрядка наступила неожиданно быстро, все же сказалось длительное нереализованное желание. Марфей застонал так, что с соседней крыши съехал снег и упал рядом, на узкую дорожку закоулка. Арсений поднялся и нежно прижал к себе эльфа, облизнулся и прошептал:
   - Ты на вкус, как дорогой чай.
   Марфей томно приоткрыл глаза и улыбнулся.
   - И какой ты, к бесам, немой?
   - Хреновый, - улыбнулся кентавр. - Залезайте. Поедем. Холодно как-никак.
   - А ты?
   - Что я?
   - Ты же не получил ничего, но я видел, ты тоже хотел.
   - И до сих пор хочу, но это позже, за меня не беспокойся, хозяин.
   От последнего слова у эльфа все затрепетало. "Хозяин". Сколько раз его так звали другие кентавры, но, ни разу это не производило такого острого, сильного впечатления.
   - Нет.
   Эльф сполз на колени перед кентавром, поглаживая красивые, будто вылитые из бронзы ноги. Жестом попросил опуститься на заднюю пару и потянулся изящной, дрожащей рукой к весьма крупному по его меркам члену.
   Он делал это неумеючи, опасаясь и поддаваясь диким порывам страсти. В это время рука кентавра, сбросив зимний капюшон с головы эльфа, зарылась пальцами в длинные, ровные, тонкие волосы, погружаясь все глубже, временами сжимая их, оттягивая голову назад.
   Струя была внушительной, крик глухим, сдавленным и сильным. Еще никогда ни один из клиентов так с ним не поступал. Кентавры удовлетворяли своих сами. Ведь чаще всего после встреч с клиентами это был единственный способ стереть из памяти неприятное впечатление от грубого и бесцеремонного обращения.
   Он опустился на обе пары ног и привлек к себе эльфа. На глаза Арсению навернулись слезы.
   Пока ты не имеешь с чем сравнивать свою дерьмовую жизнь, до тех пор ты не понимаешь той глубины дерьма, в котором живешь. Сейчас Арсений со всей отчетливостью понимал, что вернуться в стаю и продолжать сосать первый попавшийся член или подставлять очко орку или циклопу будет для него трагедией.
   - Хозяин... - Только и вырвалось тихо и протяжно. Язык не повернулся просить забрать его из прежней жизни.
  
   Да и как? Он простой клиент, который появился не более часа назад. Он, судя по всему, и сам до сих пор не осознает, что его везет на спине проститут, у которого извоз - работа для отвода глаз. Он - эльф!
   - Вставай, - прошептал Марфей, сам поразившись тому, как нежно он обращается с кентавром. - Пойдем.
   И они пошли. Оба пешком и молча. Оба пораженные происходящим. У эльфа в голове крутилась вхолостую мысль: "Как дальше быть?", а мозг все еще отдыхал, поэтому даже не слышал вопроса.
   - Господин, - спокойно проговорил кентавр, оборачиваясь. - Залезайте, а то вы ноги промочите. - И присел, ожидая реакции эльфа.
   Тот помедлил, но взобрался на сильную и горячую спину. Ему было стыдно признаться, что он боится снова возбудиться.
   А дальше - бешенный скач до поворота Окружной дороги на Тихие Косогоры. Чуть дальше по дороге начинался лес, и эльф рукой показал, куда надо ехать. В лес они заехали уже медленно. Ощущалась ледяная корка, которую даже не везде присыпало снегом. Кое-где провалами в насте и занесенные поземкой, были видны следы.
   - Иди по следам, - не скомандовал, а попросил эльф.
   Сосредоточенное вглядывание в эти следы отвлекало от мыслей о произошедшем. До тех пор, пока Арсений не увидел известную ему поляну и не вздрогнул. Тут орки хоронили привезенные на спине кентавра мешки. И Арсений прекрасно знал, что в них - трупы.
   - Почему ты остановился?
   Кентавр молчал и смотрел на маленькие, едва заметные холмики, засыпанные снегом. Новых здесь не было. Что не могло не радовать. Глупые, но исполнительные орки, никогда ничего не объясняли и не говорили о том, что надо молчать. Они были уверены, что кентавр еще глупее их и не понимает, что это не мусорные отходы тайной химической лаборатории, а трупы.
   Арсений молчал. Потом повернулся, выискивая едва заметные следы, и направился по ним дальше. Внутри было тяжело. Если бы он не был один из них! Если бы... но с другой стороны, кто знает, кто это?
   Гейгеля ненавидели все. Неважно, какого ты рода и пола, неважно, беден или богат - его все знали и ненавидели. И не смотря на это, за все время, когда Гейгель занимал свой пост, в государстве не произошло ни единого заговора против людей, эльфов, вампиров или любой другой расы. Казалось, что Гейгель тотальной ненавистью к себе объединяет всех. Были пресечены перевороты, как политического, так и магического плана. Сложно было оценить, насколько он опасен. И сколько еще таких неизвестных холмиков по всей стране.
   - Тебя что-то тревожит? - эльф встревожился поведением кентавра и сильнее прижался к нему.
   Где-то там, в глубине души он боялся за своего бестолкового сводного братца. Но это беспокойство было так далеко, а существо, которое он обнимал сейчас, было таким теплым, спокойным и серьезным. Кентавр объединял в себе все черты характера, которые ценил Марфей. И еще он был красивым и сексуально притягательным.
   - Вы знакомы с Гейгелем? - Не выдержал кентавр.
   - К сожалению, - моментально изменившись в голосе, немного отстранившись от торса извозчика, сквозь зубы прошипел Марфей. - Он мой начальник и я его готов убить.
   - И вам не страшно это говорить? - сердце кентавра учащенно забилось.
  
   - Страшно? Отчего? Он это прекрасно знает, скот паршивый, низкородный полукровка. Знает и, сука, пользуется этим.
  
   - Но почему вы до сих пор там работаете? - кентавр искренне удивился. Он бы ни при каких обстоятельствах так не поступил.
   - Из-за брата, которого сейчас разыскиваю. Он вечно встревает в какие-то истории, а я его спасаю. И делать это гораздо проще, когда есть хорошее прикрытие в виде этой работы.
   Другой раз Марфей так бы не откровенничал ни с кем, так и держал бы все внутри себя. Только с Арсением чувствовалась какая-то связь. Кентавр словно понимал, когда и что можно спросить. Он нежно сжал свободной рукой прохладную руку эльфа.
   - Где сейчас ваш брат?
   - Последний раз, когда его видели, это был этот лес.
   Кентавр замер. У него было такое ощущение, что сердце остановилось, а мир рухнул. Те холмики.
   - Когда?
   - Три дня назад. Как раз в гололедицу. Не хватило у него ума поехать сюда на кентавре, так он пешком пошел. Дурак. Через лес! Вот ты только посмотри, тут же заблудиться можно через десять шагов, как войдешь! - из Марфея во всю лилось возмущение. - Ну, не придурок ли? А ты спрашиваешь?!
   У кентавра отлегло от души. Новых холмиков там не было с последнего раза, а последний раз был полтора месяца назад.
   Арсений продолжал аккуратно идти по едва заметной тропинке, пока они не услышали голоса, крики и вопли. Кентавр остановился. Оба начали вслушиваться. Различить слова было невозможно, но они шли из просвечивающейся вдалеке опушки. Там, за ней, уже нормальная дорога к Косогорам. Арсений это отлично помнил. А в Косогорах, скорее всего, они расстанутся. Навсегда.
   "Черт! Дерьмовая судьба! Зачем ты так со мной!" - ощущение наездника ласково прижимающегося к спине, его горячее дыхание, сказанные им слова и этот, казалось бы, бытовой поступок в том проулке - все, что останется в воспоминании свободного кентавра, живущего проституцией.
   - Хозяин...
   - Да? Ты слышишь эти отборные маты? Меня они тоже как-то настораживают.
   И снова Арсений не мог озвучить своего самого заветного сейчас желания. А сможет ли? А нужно ли?
  

Часть 16

  
   Рано или поздно все хорошее кончается. Это поняли сегодня, наверное, все. Первым, до кого дошла вся эта гениальная истина, был Маркус.
   Ранние лучи солнца скользили из-за не завешанных окон в комнату, наполняя ее белым чистым светом. Снег светился, переливался всеми цветами радуги, образуя абсолютно белое сияние. На ветвях надрывно чирикали воробьи, которых в Косогорах было видимо-невидимо, как почтовых так и диких. Слышны были голоса желтопузых синиц, крики ворон, собравшихся посудачить на старом орехе. Слышны мяуканья соек, посчитавшим своим долгом подразнить с самого утра сонных котов.
   Лучи яркого, для конца зимы солнца, настойчиво будили Маркуса. Наконец он не выдержал и приоткрыл глаз.
   И обмер.
   Пушистые лапы.
   Он лежал на женщине. Он -- кот. Все вернулось на круги своя. Колдовство прошло. Та яркая на новые неведомые ранее ощущения, новые горизонты и планы -- все кануло в небытие. Он снова был тем, кем его создала природа и помог господин бес.
   Если бы коты умели рыдать от досады и разочарования, он бы сейчас рыдал, громко и долго.
   Рухнуло. Вся надежда, которую он лелеял втайне. И женщина, в которую он, наверное, влюбился. Маркус не мог сказать наверняка: любовь ли это? Те ощущения, которые он испытывал рядом с Фиалкой, были настоящими, сильными и до глубины души прочувствованы. А, что делать сейчас? ЧТО? Как после этого жить? Когда она -- женщина, а он -- кот, не достигающий ей высотой до колена или до сладкой промежности, если встать на задние лапы.
   Фиалка спала. На ее губах гуляла улыбка. Лицо светилось счастьем. А он -- был готов кричать от нестерпимой боли, которая щемила сердце.
   "Почему? Почему она осталась человеком, а я -- нет? Почему? Как мне после этого жить? Как?!"
   Маркус тихонечко поднялся и спрыгнул с кровати. Бесшумно проскользнул из дому и выскочил во двор. Как только за ним закрылась дверь, он закричал. Это был не кошачий и не человеческий вопль. Это напоминало что-то ужасное, леденящее душу.
   Единственные, кто мог ему помочь сейчас -- его хозяин и этот, любовничек его, сотворивший из растения женщину. У кота не было ни стеснения, ни страха войти сейчас на половину Стригосуса и молить его о заветном: стать снова человеком.
   А еще убить ведьму. Убить эту суку, которая так зло пошутила над ним и скрылась в чертогах Ада с отцом хозяина. На опыте матери Стрижика кот знал, что это тоже не сладкое место. А с учетом того, что бес тот еще подарок, и знает, как страдал его сын, Маркус злобно ухмыльнулся. Для некоторых это было хуже смерти.
   Осторожным шагом кот поднялся на второй этаж. За дверью стояла тишина. Маркус отворил двери и с опаской вошел внутрь. Первое что поразило -- куча пепла на кухне, запах серы и гари во всем доме, и тишина.
   - Етидрен батон... - вырвалось у кота.
   Прежде, чем сделать еще один шаг, он помялся, испугано оглядывая так хорошо известное помещение. Потом решил, что если на кухне полный кабздец, то надо проверить спальню. В залу его давно уже не тянуло. Еще с тех пор, когда появился в доме аленький сердцеед.
   - Хозяин! - протяжно провыл кот, озираясь по сторонам и толкая двери опочивальни. - Стриженька, голуб мой сизокрылый, ты де? Похоже спалил ты еще одного свого полюбовничка! Говорил я тебе, бабу заведи и жрать всегда будет приготовлено, и убрано, и постирано.
   Вернулась и прежняя манера говорить. Вчера, когда Маркус стал мужчиной, и его речь изменилась, став вычурной и правильной, не чета кошачьей. Но все проходит и эта правильная речь в том числе. И надо думать, что делать дальше. И Маркус придумал. Как только переступил порог хозяйской спальни, так и придумал.
  

* * *

  
   Льющийся мягкий свет и дыхание над самым ухом разбудило Амалию. Потом пришло осознание того, что ее еще что-то беспокоит. Дискомфорт. Тяжелая властная нога, закинутая на бедро, и рука, по-хозяйски сжимающая ее грудь.
   Амалия попыталась высвободиться из этих объятий, но рука сильнее сжала ее грудь. Мужчина невнятно и недовольно прорычал. Ведьма грубо откинула с себя руку и ногу, встала с кровати. Голова закружилась. Во рту как... понять, что у нее сейчас во рту творилось, было крайне сложно, а главное противно. Тело ломило, слабость до дрожи в ногах, и кожа местами стянута чем-то засохшим. Воспоминания о бурной ночи настолько яркие, что запечатлелись лишь вспышками.
   "Черт! Помыться бы" - пронеслось в голове Амалии. Она попыталась сделать пару шагов, но ноги еще не слушались ее, подкашивались и дрожали. Кое-как женщина начала искать хоть что-то уцелевшее из одежды, но платье было безвозвратно изодрано, а от нижнего белья оставались лишь жалкие лоскутки. Она подняла плащ беса, накинула на себя и отправилась в поисках туалета и ванной.
   Искала недолго. Минут десять. А потом еще столько же разбиралась с мудреными механизмами в душе. Вода, как бы не старалась ведьма, была кипяточная. Поэтому понежиться под утренним душем у нее не получилось. Кое-как смыв с себя остатки короткого сна и долгой бурной ночи, раздосадованная она вернулась к мужчине. Тот все еще спал. Обнаженный, прекрасный как... как бог -- у нее не поворачивался язык сказать, и она для себя определила: "Как первородный грех".
   Он все еще похрапывал, раскинувшись посередине кровати, лежа на спине. Его внушительное достоинство лежало на правом боку и представляло собой, в какой-то мере, прекраснейшее и пугающее зрелище.
   "И это было во мне?" - Присмотрелась Амалия, подошла, потрогала одними кончиками пальцев. Ощутила слабый отклик на касание и отдернула руку. Бес довольно и похабно улыбнулся во сне.
   - Ну, что ты, детка, возьми его, пососи.
   Амалия испугано отпрянула. От резкого движения тупая боль прошла по всему телу. Заниматься сексом с непривычки, с таким орудием как у беса -- болезненно, а с учетом того, что его привлекал грубый и жесткий секс -- вообще губительно. Женщина простонала, и еще пару мгновений помедлив, все же забралась в постель, свернулась калачиком на ворсистой груди беса и затихла, пытаясь даже дышать неслышно.
   Где-то в глубине души нарастала тревога. Она еще не оформилась, еще ничего толком не значила, но чуткое сердечко знало, что это, ни к чему хорошему не приведет. Тревога возрастала, крепла и начинала скрестись в груди острыми когтями.
   "Бежать! Надо бежать!" - стучало в голове Амалии. "Куда бежать? Это же Ад. Отсюда можно только через портал. Или с бесом. Надо ждать. Может он меня отпустит? Может сам вернет. А куда вернет? В родительский дом, откуда меня прогнали много лет назад? Или на мою съемную квартиру? Так ее наверное давно уже снимают другие жильцы."
   Надежда таяла и нарастала паника. Вырвавшись из цепей своей глупости, ведьма попала в цепи своей похоти. Нарастала волна истерики, готовая поглотить разум. Амалия задрожала. Теперь идея бежать стала навязчивой и.. женщина бы побежала, если бы властная рука не легла на ее спину и не зарылась пальцами в длинных волосах.
   - И что моя детка тут симулирует? Где мой утренний отсос, а?
   Крупная дрожь пробила все тело, зубы судорожно сжались, потом начали отбивать ритм чечетки.
   Вот она. Кабала. Какое красивое слово и, как оно емко отражает действительность. Слышанные ранее ужасные рассказы о властности и похабстве бесов, в которые Амалия не верила, сейчас начинали подтверждаться.
   Самое страшное то, что в Аду у нее не работала магия. Это ведьма проверила.
   - О, да ты вся дрожишь милая! Тебе холодно? - Бес натурально смеялся над женщиной. - Я сейчас тебе поддам жарку!
   И он ей его поддал. Невзирая на крики и попытки Амалии отползти, несмотря на ее слезы. Сейчас женщина в полной мере оценила, каково это отдаваться по принуждению. Понимала, осознавала, но ничего сделать не могла. Время здесь не существовало, лишь бесконечность. И она поглотила разум Амалии.
  

* * *

  
   Кентавр и наездник прислушались к крикам и воплям. За грубой матерной речью смысл не прослеживался, зато были весьма эмоциональные описания напитков, употребляемых за всю жизнь парой алкоголиков.
   И именно эта самая пара алкоголиков - гоблин и человек -- сидя в обнимку на поваленном дереве, обсуждали третьего своего собутыльника. Точнее собутыльницу. Старая и наглая, развратная баба, пыталась пригладить космы паклей весящих волос. Она сидела напротив обнявшейся парочки, похабно раздвинув ноги, и рассказывала:
   - Да я вас, чернь недоделанная, в мышву превращу и бесовскому отродию продам по дешевке. Вы мне тут, сраные гамадрилы, будите указывать, чё пить, а каму сасать?
   - Иди ты в сраку, блять вонючая, ты тут воще никто и имя тябе не как, едва ворочал языком посиневший то ли от холода, то ли от систематически употребляемого алкогольного напитка мужик.
   - Та чё ты варежку раззявил, обоссанец.
   - Та ты сама ссыкуха! - Перебил бабу гоблин и на его штанах моментально проступила влага, побежала на снег у его ног, моментально окрашивая его в желтый.
   Алкаши расхохотались, обзывая гоблина "ссыкуном".
   За всем этим, прячась за раскидистым кустом зеленого мирта, наблюдали Марфей и кентавр.
   - Как можно до такого себя опускать? - Покачал головой Арсений.
   - Отбросы. А еще говорили, что это приличный пригород.
   - Пригород и правда приличный, - оправдался Арсений, как будто это он сам говорил. - Я сколько раз тут был. - И кентавр осекся. Он и не только по делам орков ездил сюда.
   - Да? А чего сразу не сказал? - Резонно заявил Марфей, хлопнув по крупу ладошкой. - Поехали. Ты наверное должен знать, где тут из горадминистрации бес живет.
   У Арсения пересохло горло. "Вот попал, так попал. И кто его дернул напроситься везти этого эльфа. Ведь он знал, откуда он. Знал! А все равно! И он специально поехал именно там, мимо могил!"
   - Знаю, - эхом ответил кентавр и двинулся на поляну.
   Троица затихла, наблюдая пьяным взором за Кентавром везущим эльфа.
   - Га-га! Полуконь! Га-га! - невменяемо заржала баба. - А у тебя елдак как у коня? Дай примерить?
   - Та в твою дырку и бочка со свистом проскочит, - отшутился гоблин.
   - Малчи, ссыкун, а то ща нахер закалдую тебя.
   Кентавр и эльф скептически переглянулись. Тем временем баба начала что-то бормотать себе под нос.
   - Закалдует! Та ты дырку себе уже сделай, и горло залатай, шмара подзаборная! - отозвался мужик, пытаясь сидя расстегнуть трясущимися руками ширинку.
   И тут баба что-то рявкнула, и мужик с гоблином слились в одно, и покрылись густым сизым туманом. Из тумана послышались крики и лошадиное ржание. Когда туман рассеялся, перед взором гогочущей бабы, кентавра и эльфа предстало весьма непонятное существо: две лошадиные головы на теле гоблина и выпавшие из расстегнутой мужицкой ширинки два конских члена.
   Арсений споткнулся, а Марфей едва с него не свалился.
   - Слышь, бабка, а ты где так колдовать научилась? - едва оправившись от шока, спросил эльф.
   - Хде? Ни хде! Тут на днях меня поперло! Силушка появилась! Такая водка забористая из воды получается! - потом повернувшись к своему облагороженному собутыльнику, заявила. - Ну, шо? Выкуси!
   Марфей крепче прижался к стройному стану кентавра и прошептал: "Валим отсюда по-быстрому!"
   И Арсений кинулся во весь опор из лесу. От греха подальше. Оказывается в этом пригороде есть вещи и пострашнее дома господина ден Астаро.
  

Часть 17

  
   На что нам тот рабочий день,
   Когда с кровати встать так лень!
  
   О том факте, что у Алефа есть работа, что он на задании, и, что надо найти источник магической аномалии, эльф благополучно забыл. Он был счастлив, влюблен, и объект его любви ему отвечал взаимностью. Что еще от жизни надо? У Алефа даже не возникло вопросов: откуда в нем столько силы, что он способен горы свернуть. Окутавшее его счастье погружало в мир иллюзий, и доселе невиданных ощущений сладостного покоя.
   "Еще ни с кем со мною такого не было. Ни с кем!..." - шептало и пело сердце. Разум отказывался вступать в спор из-за отсутствия контраргументов.
   Алеф всем телом прижимался к Стригосусу, чуть слышно мурлыкая ему на ухо. Полубес счастливо улыбался во сне, не желая просыпаться.
   Идиллия. Ничего не скажешь. Если бы не хлопнувшая входная дверь, и не противный голос Маркуса. Алеф сжался, еще сильнее обнимая дремлющего полубеса.
   "Рожу набить ему, что ли? Так он же кот, не с руки как-то. Хотя, с ноги в самый раз. И будет он лететь, как птица -- пищать и материться. А с другой стороны, это как-то нечестно. Я большой, а он маленький... Но, черт! И пиздливый же он не по размеру!"
   За всеми этими причитаниями и терзаниями застал Маркус Алефа, скромно воткнувшего нос в черные волосики на груди полубеса. Кот довольно прошелся возле кровати. Запрыгнуть пока на нее не решался -- так или иначе, сразу к хозяину он не попадет, придется перелезать через гостя. Судя по приподнятому одеялу, хозяину что-то хорошее снилось или он уже проснулся и прикидывается спящим.
   Маркус анализировал все. Сейчас ему надо было остаться с эльфом один на один. Совсем ненадолго, и пары минут хватит, чтобы провернуть то, что задумывалось. А куда деть Стрижика на пару минут, знал каждый... Кот прыгнул на кровать и улегся, аккурат на пах хозяину, придавливая всем своим телом его мочевой пузырь.
   - Сука, Марик! - недовольно проворчал Стригосус и довольно резко скинул хвостом кота, а потом и сам поднялся.
   Без лишних слов, с еще полузакрытыми глазами, полубес склонился над эльфом, точнее перекатился на него и мурлыкающим голосом сказал:
   - С добрым утром, радость моя. Как спалось?
   - Спалось с тобой -- просто замечательно! - Алеф попытался обнять любовника, но тот скатился со второго бока и, виляя голыми бедрами и хвостом с пушистой кисточкой, направился из спальни.
   Кот триумфовал. Эльф, скрипя зубами, поднялся и сел на кровати, прикрываясь одеялом.
   - Посмотри на себя, повелитель пней и сорняков! На шо ты такой похож. Ни рожи, ни сисек, ходишь бубенчиками торохтишь. Хиба ты такой ему нужен? Ему надо бабу! Красивую, пышную, добрую! Шоб за ним ухаживала. От отчалишь отселева, оставим себе растение. Пущай охмуряет его. Заодно и по дому хозяйствуе. Она хорошая краленька вышла -- и на лицо, и фигурка шо надо, не чета создателю. А тебе надо для себя шукать свою остроносую и остроухую.
   Кот уселся перед эльфом и начал вылизывать передние лапы. Полминуты игнора и эльф был уже на грани. На его лице отразилась такая страшная гримаса, что с нею впору ходить призраков пугать в заброшенных колдовских замках.
   - Что ты хочешь этим сказать? Шо бабу ему надо? Тьфу. Говорить научись, а то, за тобой уже речь коверкать начал!
   Кот молча зализанными лапами, умывал мордаху, прилагая все усилия, чтобы не выдать себя. Эльф сжал кулаки и злобно уставился на шкодливого засранца.
   - А может ему с мужиками лучше будет! - не выдержал остроухий.
   - Ага, щас! Лучше! От красотуленька выспится, приведет себя в порядок и придет. И забудет Стрижик тебя как прошлогодние капели. А там деваха красивая, стройная, а жрать как она готовить умеет -- не тебе чета.
   - Я смотрю, ты влюбился в нее, - съехидничал эльф.
   - Ну... она хорошая кошечка, токо не про мой размерчик, знаешь ли,- хихикнул кот. - А вот для хозяина -- самое оно. И я таки тебе от шо скажу, ты -- тля живущая в белоснежных замках -- не в масть ему. Всандалить то мона и к пчелам в улей, а шоб на всю жизню -- не годися ты! Ты ж как ветер -- куды дуне, туды и полетишь. А тут надо быть постоянным и терпеливым! От что ты сделал? Кошелек вернул, который кто-то спистил? И сразу в койку. Та так только халявки делают. Даж кошку обходить надо, мышу ей принести, покрасоваться, серенаду залабать. А ты? Ать-хвать и не распетлять, так?
   - Заткнись! Я люблю его! А он -- меня! - Глаза эльфа горели бешенством. Он уже примерялся с какой ноги "засандалить" под хвост комку шерсти.
   - Любя он! Трынди больше! Я тоже туды-сюды мастер и, зарады этого, такое рассказать могу... сорок бочек арестантов расскажу! А ты мене про лябов! Ты секас с ней не путай!
   - Да ты, зверина! Шо ты можешь знать про лябов? Бля! Опять это! - дыхание Алефа уже стало сбивчивым, и на лице появились красные пятна.
   - Ой, ты ж божечки мой! Коли я скатина -- значит не знаю? А ты мане дакажы! - Кот кривлялся вовсю.
   Эльф начал что-то шептать, при этом параллельно что-то жестикулируя.
   - Вот-вот, только шамкать, как бабка и умеешь. А ты, как мужик говори! Ты ж мужик! Хотя, какой ты там мужик?
   И тут Алеф совершил самую страшную свою ошибку, ну после того, как из фиалки девушку сделал, конечно. Он, не договорив заклинание, выпалил:
   - Я такой же мужик, как и ты!
   В этот самый злосчастный миг в спальню вошел довольный и умытый полубес, и едва не потерял сознание.
   Один кот сидел на полу, с выкатившимися из орбит глазами, второй лежал на кровати пузом вверх.
   - Черт... - Стригосус сполз по стене на пол.
   - Ну, ты и дурик остроухий! Ни дать, ни взять -- дыбила кусок! - Резюмировал кот.
  

* * *

  
   До конца леса оставалось рукой подать, когда Арсений снизил скорость и пошел нормально, опасаясь, всякий раз, поскользнуться на покрытом снегом льду.
   - И это все в один голос говорят, что это -- шиканрый, спокойный пригород, Тихие Косогоры! Какие, к чертям собачьим, они тихие?! В каком месте? - Марфей бухтел, прижимаясь к крепкой спине кентавра.
   - Раньше были тихие, даже очень. Тут же все друг друга знают.
   - Да-а! Знают! - Протянул надменно эльф. - А еще, тут филиал института генетики, да? И все в нем на полставки работают? Подопытными, да?
   - Нет, - спокойно парировал кентавр, который Косогоры знал давно и не понаслышке. - Тут и, правда, очень хорошие люди живут, и не только люди. Правда, не без исключения. Вот тот самый бес, он на самом деле полубес, получеловек. У него живет кот -- это, конечно, та еще тварь. Его тут все боятся.
   - А сам бес? - моментально заинтересовался Марфей. Своего врага надо знать в лицо. Или хотя бы знать о нем, как можно больше.
   - Он спокойный очень и добрый.
   - Ага. Бес и добрый!
   - Батя у полубеса, может, и недобрый, а вот этот полубес -- добрый. Мы через него разрешение на парковку получали. Душевный мужик -- в полцены все оформил.
   Эльф понял, что дальнейшие разговоры на тему адской полукровки, можно не продолжать. Но Арсений был другого мнения. Ему доводилось видеть и Стригосуса, и его кота. И от знакомства с последним кентавр был не в восторге.
   - Но кот... это сущая тварь. Он за своего хозяина готов горло перегрызть. А, как прикидываться умеет -- слов нет. Кстати, он еще и говорящий, и язык у него подвешенный, что надо! Прямо не по размеру.
   - Снова генная инженерия?
   - Нет, скорее магическая, - не поняв юмора, продолжал Арсений. Уж ему-то в свое время от кота досталось, и не единожды.
   Тревоги кентавра отступили после увиденного в лесу. Для себя он решил, что назад этой дорогой точно не поедет, а то кто его знает -- станет после этого каким-то несуразным существом. Потом доказывай своим, что ты кентавр, а не тот же кот говорящий или сиамская лошадь. Брр. А с другой стороны, пора завязывать с панелью. Люди разные бывают, могут и на корм рыбам пустить или еще каким-то страшным монстрам. Хорошо бы было осесть вот у такого хозяина, как этот эльф. Очень он заботливый и спокойный. Но его работа -- не тема для фантазий. И даже при всем большом минусе, плюс остаться с Марфеем перевешивал. После долгой паузы он решился спросить о наболевшем.
   - А разве у вас нет своего кентавра?
   Марфей очень удивился, и уже был готов сказать, что своего он собирается на сосиски пустить, но потом передумал.
   - Есть. Но у нас с ним не сложились отношения.
   Арсений понимал все в меру своего опыта в жизни, поэтому нервно сглотнул и уточнил:
   - Он так плох?
   - Сука он! Это, не просто плох! Это упертая и зловредная скотина, которая сравнима разве, что с ишаком каким-то. Ты ему "стриженое" говоришь, а он - "кошеное"! Совсем никакого взаимопонимания. Я вообще готов сегодня был идти себе лошадь покупать. Но все изменилось, потому вот и вышло, что тебя пришлось нанимать.
   - Вы жалеете об этом? - сникшим голосом проговорил Арсений, выезжая на дорогу, отделявшую лес от поселка.
   - Шутишь?! Да я в восторге от тебя! Ты всегда такой?
   - Не понимаю, о чем вы, разве по-другому можно с хозяином? - Кентавр чуть ожил, повернулся к Марфею и возмущенно посмотрел на него.
   Эльф ничего не ответил. Отвел взгляд в сторону, судорожно рассуждая: "А может ну, его, ту лошадь? Что у меня денег не хватит на еще одного кентавра. А старого подарит братцу. Точно! Они два сапога -- пара, оба с приветом. И темпераментом похожи, хотя, если разобраться, то если Алеф в какую-то хрень встрянет, сложнее из нее доставать обоих будет. А с другой стороны, он хоть на транспорте будет, может, хоть за ним ухаживать начнет. Ума наберется. И вообще, он чистокровный, до этого только с эльфами кружил, у него таких отклонений, как у меня, надеюсь нет..." Марфей и дальше бы размышлял, если бы его не прервал Арсений, пару минут гарцевавший на одном месте. Кентавр предупредительно откашлялся и сделав паузу спросил:
   - Хозяин, а дальше куда? Мы уже в Косогорах, - приставку "Тихие" в названии поселка Арсений предусмотрительно опустил, понимая сам, что это -- давно уже неспокойное место.
   Эльф встрепенулся, как петух от яркого света в ночном курятнике, и огляделся. Здесь он был впервые, и здесь его поразило. Насколько были шикарные дома на Тихой Окраине, где обитала его тетка, но они в подметки не годились некоторым местным.
   "Ничего так народ живет! И это перевозчики совсем опухли -- не выезжать на такой маршрут! Хм... И где здесь бесовской горадминистратор живет? Наверное, в тех черных хоромах. Или в той алой башне". Марфей крутил головой в разные стороны. Он даже не задумывался, зачем ему этот бес-переродок нужен. Он просто напросто знал, что бес что-то знает.
   - Куда-куда... не знаю. Надо беса искать. А кто его знает, в каких из этих хором он живет?
   - Он не в хоромах живет, во-первых, - уверенно и спокойно констатировал Арсений. - А во-вторых, мы как раз перед его домом стоим.
   Марфей уставился на дом, потом на соседние. Скорчил недовольную рожу, но промолчал. С места они так и не сдвинулись.
   - К нему едем?
   - А если этого бесовского администратора нет дома. Он сейчас в горсовете сидит. Кто мне скажет, где мой брат? Кот его, что ли?
   Эльф бы и дальше сидел на кентавре, если бы весь его волосяной покров не вздрогнул -- пронеслась сильная магическая волна, по характеру которой он узнал своего брата.
   - Там! - воскликнул Марфей, указывая на дом. - Через забор перепрыгнешь?
   Арсений удивился, покачал головой и не спеша, молча побрел к калитке, открыл ее и молча зашел во двор. Эльф только удивился, что за люди тут живут, что ворота не запирают. Проходной двор какой-то.
   У порога Арсений остановился, присел на колени, помогая слезть седоку.
   "Вот. Приехали. А дальше?" - на кентавра навалилась гнетущая тяжесть от мысли о расставании с единственным существом, которому он готов был служить безвозмездно. Он не сказал ни слова, не сделал ни единой попытки остаться с ним. Но он так хотел, чтобы его поняли.
   - Вот мы и приехали. Бес обитает на втором этаже.
   Не успел кентавр проговорить эти слова, а эльф удивиться -- откуда тот знает такие подробности, как из дверей на первом этаже выскочила прекрасная зеленоволосая девушка, с весьма расстроенным и раздосадованным выражением на лице. Увидев эльфа, она на миг остановилась, а потом бросилась в его объятия.
   - Господин! Ты собрался уехать и не повидать свою Фиалочку! Как ты посмел такое сделать?! А я-то надеялась, что мы будем жить с тобой вместе. Я буду тебя любить! Честно-честно! До последней минуты своей жизни!
   Кентавр от неожиданности опешил, а эльф -- остолбенел.
   - Ну, что ты, мой хороший. Не оставляй меня! Хозяин и тебя выгнал, да?
   - Дамочка, видно вы ошиблись, - пришел на выручку Марфею Арсений.
   - Алеф! Это же я! Фиалка! Это ты меня сделал такой, ты дал мне счастье быть человеком, а не продолжать влачить жалкое существование растением, стабильно обссыкаемым котом! - Потом она замялась и смущенно спросила. - Кстати, а ты тут мужика не видел такого...
   - Во-первых, я не Алеф, а Марфей! - перебил поток слов девушки эльф. Вопрос относительно мужика он просто напросто проигнорировал. А то кто его знает, может это тот, что сейчас с лошадиной головой в лесу сидит. - А во-вторых!... Где этот идиот?!
   - Кто? - Девушка непонимающе хлопала глазами, исправно изображая непроходимую дуру.
   - Как, кто?! Мой брат, Алеф!
   Фиалка раскрыла рот от удивления, но указала пальцем на второй этаж.
   - Трындец тебе, котенок! - взлетая по лестнице проговорил Марфей, бросая на лету Арсению. - Стой здесь -- ни шагу назад!
   Счастье отразилось на лице кентавра.
   Фиалка, как стояла возле порога с открытым ртом, так и осталась.
   А эльф даже не подозревал, насколько пророчащие слова он только что сказал.
  

Часть 18

  
   Тишина - это такое широкое понятие. В обиходе оно так часто используется по совершенно разным причинам. Иной раз тишиной зовется молчание одного единственного существа, и лишь потому, что его речь - самое желанное, что мы хотим услышать.
   Мертвая тишина повисла в спальне полубеса. Гнетущая. Кот не в силах поверить, что просчитался, сидел на полу, уставившись на свою копию, лихорадочно соображая: как быть дальше. Стригосус попытался подняться с пола, придерживаясь стены. Попытка не удалась, и он на четвереньках подполз к кровати, собрал мягкий комочек в ладони, и уткнулся в него носом.
   Тишина. Маркус не смел ее нарушить, а у хозяина комок застрял в горле. Он только обрел того, с кем хотел остаться, к кому хотел возвращаться вечерами под одну крышу, кого согласен был ждать из дальних и не очень командировок, с кем готов был делить пищу и кров, и кого так хотел прижимать к сердцу. Но, не тут-то было!
   "Какой ужасный рок нависает над моей головой! За что мне эти испытания? Когда закончится жизнь, бросающая меня постоянно из огня да в полымя?" Слезы обиды и бессилия наворачивались на глаза, но никак не могли сорваться.
   Ден Астаро забыл о том, что ему надо на работу и о том, что в ближайшее время придется объясняться с Гейгелем, забыл о том, что обещал составить протекцию нескольким колдунам перед кафедрой Высших небесных сил, в которой преподавал его хороший знакомый, накуролесивший здесь делов с погодой и, кажется, не только с ней. Стригосус забыл обо всем. Даже о своих бестолковых "двенадцати месяцах", ломающих в данный момент голову: куда подевался генеральный секретарь?
   Ему было все равно. Мир, так тщательно собранный по крупицам и созданный кропотливым путем рухнул, разлетелся на тысячи осколков и сейчас лежал без сознания перед ним. - Алеф, - одними губами позвал полубес эльфа. - Алеф, скажи хоть что-то! Алеф! - Уже громко, почти крикнул Стригосус.
   А в ответ тишина. Гнетущая и ужасная. "Он жив. Точно жив, но без сознания, - говорил разум. - Вот полежит немного, оклемается и снова станет таким беззаботным и наивным, как раньше!". "Нет, - возражало сердце. - Он уже не станет! Он превратился в то, что не есть он сам! Как мне быть дальше? Я же полюбил его! Полюбил!"
   Тишину нарушили сильные удары в дверь. Оба обитателя второго этажа от неожиданности едва не подпрыгнули, судорожно и испуганно переглянулись, безмолвно советуясь: что делать?
   - Прячь его, чтобы никто не увидел, - нарушил молчание Маркус и пошел к двери.
   Стригосусу повторять дважды не надо было. Он завернул Алефа в простынь и уложил на кресло, оставив лишь нос наружу, последовал за котом, впопыхах завязывая пояс на халате.
   - Кто там? - поинтересовался хозяин дома уже спокойным голосом.
   - Соседи. Открывайте, вы нас затопили!
   Маркус уставился на Стригосуса, пару раз судорожно моргнул и отошел от двери. От греха подальше, так сказать, разбирайся хозяин, какого дурака еще принесло. Полубес помедлил, прикидывая, кого и в правду может принести. Такими беспардонными и тупыми могут быть только гоблины с орками, работающие на Гейгеля. А, как не крути, с ними все равно придется разбираться рано или поздно. Странно, что это так уж рано придется сделать. "Ну, да бог с ними", - про себя чертыхнулся ден Астаро и открыл шпингалет на двери.
   То, что ворвалось в дом, заставило кота сесть, а полубеса инстинктивно опереться о стену. Такой поворот событий был явно неожиданный.
   - Шо, опять? - вырвалось у Маркуса.
   - Не опять, а снова, - машинально, абсолютно не задумываясь, парировал полубес. Потом, словно очнувшись от глубокого сна, встрепенулся и посмотрел на эльфа. - Шапка где?
   Военные часто говорят, что лучшая защита, это нападение. Бизнесмены тоже с этим полностью согласны. Но только не семейство Астаро. Они всегда были уверены, что лучшая защита это успеть вовремя огорошить противника, дезориентировав его в пространстве и времени. Вот и сейчас, влетевший эльф приглаживал машинально свои пушистые кудрявые волосы и ошалело смотрел на живописно стоящих жильцов второго этажа. Первым из ступора вышел кот, прочувствовав всю гениальность вопроса Стригосуса.
   - Слышь ты, придурок, ты что, опять за своей шапкой явился? Ты замахал уже терять ее. Вон, гляди, на вешалке весит. Я за тобой бегать не нанемалси. А то, как жрать и спать на халяву в чужом доме - можно, а как дело толковое сделать - слабо. Али у тебя, пеньковый прынц, совесть из пожизненного загула вернулась? Решил-таки мне ошейник от блох наколдовать?
   Марфей, а это был именно он, последовал примеру Стригосуса и глухо привалился к стене. И пусть его хоть тысячу раз бы предупреждал Арсений о характере кота полубеса, но к такому обороту событий эльф явно не был готов.
   Тем временем полубес снял с вешалки шапку и молча протянул эльфу.
   - Спасибо, - только и смог выдавить Марфей.
   - Спасибо, остроухий ты наш, в карман не положишь, и за пояс не заткнешь, - кот искренне решил отыграться за первого эльфа. Он даже на задние лапы встал и грозно посмотрел на гостя.
   - А, у тебя блохи? - искренне удивился эльф.
   Недаром говорят, что лучший способ снять с человека маску - поместить его в нестандартную обстановку. Эта обстановка и ситуация для высокородного, и почти бессмертного существа, коим считал себя каждый эльф, была в высшей мере нестандартной. С Марфея слетела вся его шелуха пафосности и сдержанности, уступая прямоте и разнузданности.
   - Тебе показать? Щас на яйцах пороюсь!
   - То-то мне про тебя говорили, что чокнутый! А оказывается, у тебя вечно яйца от блох чешутся. Немудрено, что ты такой бешенный из-за этого! Слушай, а ошейник, в таком случае, куда ты нацепить собрался? На свой пипиндер? - Сам не ведая того, Марфея поглотил азарт спора с котом, отодвигая на задний план и заботу о брате, и работу, и вечный страх перед начальником. В кои-то веки эльф мог проявить свою далеко не лучшую сторону характера и при этом не заботиться о репутации, и прочей великосветской чепухе.
   - Та, как ты смеешь! - Кот встал на четыре лапы, принял стойку готовности к прыжку и поднял шерсть. - Я тебе твой сейчас пипендер откушу!
   - Ну, да! - загоготал эльф, не обращая внимания, что полубес медленно отделился от стены и направился в ванную. - Свой-то небось микроскопический, а тебе настоящего мужского захотелось? Только не получиться! По земле волочиться будет!
  

* * *

  
   - Ах ты, гад лесной! Ты у меня!.. - и Маркус прыгнул на обидчика.
   Только не долетел.
   - А, ты кто? - спросила девушка, оглядывая Арсения с ног до головы.
   - Кентавр, - учтиво поклонился молодой красавец.
   - Это тебя так заколдовали некачественно? - Фиалка набралась смелости и подошла вплотную к собеседнику.
   - В каком смысле? Я от рождения такой.
   - Ой, прости, - она потупила взгляд и опустила уже протянутую к мужчине руку.
   - Ты никогда не видела кентавра? - Арсений искренне удивился.
   - Нет, - призналась девушка. - Еще два дня назад я была цветком, растущим на подоконнике этого дома. Хозяин часто сетовал, что надо завести кентавра, но я не понимала, кто это, думала, что кот новой породы какой-то.
   - Как видишь, на кота я несильно похож, - Арсений замялся, но улыбнулся наивности девушки, взял ее за руку и привычным жестом поднес ее ладошку к губам.
   - Ой! - Фиалка испуганно отпрянула.
   Ей казалось, что она снова была охвачена чарами, как и прошлым вечером, когда ею воспользовался кот, сбежавший от нее еще до того, как та проснулась. На Маркуса она была сейчас очень сердита, точнее сердита на себя. Пусть она и растение, но уже с ногами, чтобы свободно передвигаться и с руками, чтобы брать, обнимать или просто касаться, но она - прежде всего женщина. А женщине нужна любовь. Поступок Маркуса для Фиалки был настолько жестоким, что при любом упоминании о мужчине она готова была бежать за тридевять земель. А тут такой красавец стоял. Пусть и не совсем такой, как сама Фиалка, по анатомическим понятиям, но он - прежде всего мужчина!
   Поджав губы, девушка отвернулась и посмотрела на приоткрытую дверь второго этажа, невольно прислушалась и похолодела. Он был там.
   "Вот же, ты сучий потрох!"
   - Я сейчас! - так же, как накануне говорил Марфей, кинула на лету Арсению Фиалка, взмывая по лестнице.
   - Мда, - философски заметил кентавр и опустился на круп, аккурат в сугроб снега. - Заколдованное место, ничего не скажешь. Тихие Косогоры уже не те.
  

* * *

  
   - А ты, у меня! - холодным и злым голосом послышалось над головой кота, в тот самый момент, когда что-то задержало его прыжок и заставило повиснуть в воздухе.
   - Тысяча дохлых песцов! - Тихо выругался комок шерсти. - Я попал... - В данном случае это было самое верное определение ситуации.
   - Попал, гнида блохастая, чертов ссыкун! - Девушка прижала кота к себе, посмотрела в его глаза и поняла, почему проснулась сегодня в постели одна.
   Поняла, что ни один кентавр ее больше не сможет очаровать и, главное, что ей-то и не нужен никто другой, кроме него.
   - Прости, - тихо мурлыкнул кот, ластясь и виновато улыбаясь.
   - Не понял, - эльф, закрывший ладонями свое главное достоинство, с удивлением смотрел на трогательную парочку, отменившую готовящуюся атаку на его "пипендер".
   Девушка нежно прижала к груди пушистый комочек, и они застыли, как трогательная статуя влюбленных. Марфей не сводил с них глаз, ошарашенный новым поворотом событий. Машинально прикидывая, какого ж она тогда мужика себе искала?
   Тем временем из ванной вышел полубес, одетый в брюки и белоснежную рубашку. То ли в нем проснулась ответственность, и он решил-таки пойти на работу, толи просто не хотел принимать неизвестного эльфа в столь домашней интимной одежде. Стригосус подошел к эльфу, положил ему руку на плечо, и с пониманием сказал:
   - Давай их оставим. Пойдем на кухню, - гостю того и надо было, чтобы выйти из оцепенения и проследовать за хозяином дома.
   Каким-то непостижимым образом, полубес понимал, кто сейчас перед ним, знал, что рано или поздно, ему суждено будет познакомиться с друзьями и родственниками Алефа. Только не ждал, что все произойдет так быстро. "Так быстро... и так некстати" - дополнил свою мысль полубес, все еще не в состоянии принять нового положения дел. Жестокая реальность. За какие-то пару дней она успела несколько раз поднять его в небо, познакомить с Раем и со всей дури шмякнуть рожей о каменную мостовую сурового бытия. В первый раз, что ли?
   На кухне царил тотальный беспорядок. Все было в копоти, и кругом валялась битая посуда. Тем не менее, вести гостя в зал полубес по привычке не стал. Хлопнул пару раз в ладоши, и копоть провалилась сквозь стены, а посуда взлетела, в воздухе собралась воедино и заняла положенное ей место. Эльф с интересом глядел на чудеса бытовой бесовской магии. При других обстоятельствах он бы без стеснения попросил научить его этим фокусам, а сейчас, находясь, словно между небом и землей, только сухо констатировал: круто.
   Стригосус жестом указал на стул у стола и принялся готовить кофе. С учетом того, что эльф завтракал только утром, а дело уже давно перевалило по времени за обед, он бы не отказался от чего-нибудь посерьезнее. Но выбирать не приходилось. Зато полубес поняв голодный взгляд гостя, достал из шкафа тарелку с печеньем - единственное, что оставалось съестного в доме.
   Они молча принялись грызть порядком засохшую вкусняшку, потягивая дымящийся кофе. Их окутывала тишина, которую оба боялись нарушить. Подходил черед последней печенюшке, когда в коридоре послышался женский "Ой!" Потом что-то глухо стукнуло об пол, и на смену удивлению пришлись отборные маты, с упоминанием персонажей растительного и животного мира, магических упражнений, филологических оборотов и злобного шипения.
   Стригосус, как ужаленный, подорвался со стула и выскочил из кухни. Марфей за ним. Удивляться было чему. В средине коридора стояли два абсолютно идентичных кота и шипели друг на друга, мягко переступая с одного места на другое, словно собирались пуститься в пляс. Котов обильно поливала проклятиями и матами Фиалка, моментально превратившаяся из порядочной провинциальной тихони в базарную бабу.
   - Мне говорили, что у тебя только один кот, - разгрызая последнюю печеньку констатировал заинтересованный происходящим эльф, выглядывающий из-за спины полубеса.
   - У меня и есть только один кот! - выпалил Стригосус, не знающий радоваться ли ему за то, что Алеф очухался или спасать его от Маркуса, или Маркуса от Алефа - тут тоже был спорный вопрос.
   - Повезло тебе. А у меня только кентавр пришибленный, и тот - казенный, - Марфею откровенно понравился кот Стригосуса. С таким и жить можно. До тех пор, пока животинка не начнет мечтать о кастрации своего хозяина.
   Стригосус удивленно посмотрел на эльфа и хитро ухмыльнулся. "А это идея!.."

Часть 19

   Всего какие-то полчаса назад дом был погружен в гнетущую тишину, а сейчас его наполнял гвалт, крики, маты и кошачье шипение. Возгласы девушки, упоминавшей о том, что у нее с Маркусом были близкие отношения прошлой ночью, и то, что она "все равно" и "неважно, что с ним" и "готова на все". Совершенно некстати Стригосус вспомнил, что вчера вечером на этом самом месте он застал ее и Амалию за таким же занятием, что у Алефа с Маркусом. Кстати, а ведьму где черт носит, не хватало, чтобы она сейчас пришла, и продолжила выяснять отношения, или, что еще хуже, с горя снова стала какой-то пакостью. И эти коты, скорее походившие на двух драчливых петухов, яростно набрасывающиеся и шипящие друг на друга, вообще страх потеряли.
   "Ну, ладно, одно дело Алеф. Оказаться в кошачьей шкуре ни с того, ни с сего - и обидно, и унизительно. Но с другой, он сам виноват в этом - повелся на пустой треп и вот результат. Но Маркус?! Его-то какая блоха укусила? Совсем с дуба рухнул, вчера с девкой зажигал. И какой надо недотрах иметь, чтобы на такое пойти. Это все равно, что я пойду циклопиху удовлетворять. Ну, совсем несоразмерно и непрактично. - Стригосус вздохнул, - Как же мне это все надоело!" - простонал он про себя.
   - Ты, сученок патлатый! Что ты сотворил, тунеядец! Где мой прекрасный принц, которым ты прикидывался вчера? Надоела? Или кошки твои подзаборные на деревьях лучше? Нет у меня опыта, да? Учить в палду, обломался! Потому и бросил, посчитал, что проще оставаться котом ссыкливым, который только и умеет, что чепуху молоть и порядочных девушек соблазнять.
   - Нет! - Обижено заорал Маркус, на какую-то долю секунды отвлекшийся от противника и повернув голову в сторону Фиалки. - Неужели ты-ы-ы!.. Сука! Недоносок недокормленный, как ты смеешь, - это уже было адресовано второму коту, не проронившему ни слова, зато успевшего ухватить Маркуса за ухо и попытавшегося выдрать ему глаза.
   - У тебя и правда весело, просто детский сад с трансляцией бесконечного сериала о жизни некоторых его обитателей, с пометкой: только для совершеннолетних. - Азартно прокомментировал эльф за спиной.
   Похоже, Марфей получал истинное удовольствие от всего процесса и сейчас пытался определить, на кого из двух абсолютно идентичных котов поставить -- ведь и не ясно кто есть кто. Все решил случай. После того, как истерика обманутой девушки отвлекла одного кота, второй изрядно цапнул ему ухо до крови. Пожалуй, это и была единственная их разница. Эльф даже оттолкнул ненароком полубеса, вышел вперед и с жадностью стал наблюдать, как по полу катаются два комка шерсти с воем, рычанием и шипением, которому позавидовали бы саблезубые тигры.
   - И часто у тебя такое? У тебя наверное коты бойцовские? - никак не мог угомониться эльф, бесцеремонно усевшийся на тумбочку у стены коридора.
   Стригосус закрыл глаза и тяжко вздохнул. "Часто? Наверное, часто. Вечно что-то да происходит. Знать бы, что надо сделать, чтобы не происходило!"
   Послышался протяжный вой. На этот раз Маркус взял реванш над Алефом, и со всей дури вцепился зубами в основание его хвоста. На полубеса смотрели хоть и кошачьи, но влюбленные глаза эльфа, просящие о помощи.
   - Баста! - Не выдержал Стригосус. И речитативом пропел заклинание.
  
   Замри мгновенье, время - ты дискретно.
   И пусть часы оставят хода бег,
   Замрите все вы статуей безмолвной,
   И только я здесь годен управлять!
  
   Заклинание подействовало моментально, остановив котов в очередной попытке сцепиться, эльфа с азартом наблюдающего за поединком, и девушку, плачущую от злости и бессилия.
   Полубес окинул комнату усталым взглядом, подошел к вешалке, взял пальто, в кармане которого была начатая пачка сигарет, и вышел на просторный лестничный пролет перед входной дверью. Обычно он тут курил, но заметив кентавра, философски озабоченно взирающего на Стригосуса, спустился к нему и предложил закурить.
   Арсений не отказался, приняв предложенную сигарету, и с вопросом взглянул на полубеса, намекая на зажигалку. Один щелчок пальцев, и маленький огонек зажегся на указательном. Кентавр улыбнулся.
   - Классная жига.
   - И не говори.
   Оба молча курили.
   - Эскорт?
   - Сейчас - транспорт, а вообще - да. - С полуслова понял вопрос полубеса кентавр.
   - Хорошо платят?
   - Хорошо, но редко. Я не лучший в стаде.
   - Вольный? Или на контракте?
   Зачастую гномы или люди заключали контракты с кентаврами, обеспечивая кровом и пропитанием в обмен на услуги транспортного или эротического характера.
   - Вольный, - также сухо и обыденно отвечал собеседник.
   - А зовут как?
   - Арсений, - улыбнулся кентавр.
   - Стригосус, - представился полубес и протянул руку.
   Еще пара затяжек и полубес повернулся, окидывая оценивающим взглядом собеседника.
   - Слушай, а не хочешь перейти на более надежную, высокооплачиваемую работу?
   - Эскорт? - теперь уже с широкой и веселой улыбкой парировал кентавр, оглядывая полубеса с ног до головы, прикидывая, что с таким он, в принципе, не против.
   - Нет, транспорт, - в ответ засмеялся Стригосус. - Я давно себе коня хотел завести, но это так хлопотно, за ним нужен особый уход и все такое, а у меня и на себя времени не хватает.
   Арсений задумался. С одной стороны, ему очень понравился эльф. Он до сих пор был под впечатлением от того, что произошло в том проулке. Но с другой стороны, где гарантия, что Марфей его заберет к себе. Тем более у него был свой кентавр дома. Возвращаться в холодное стойло, в ожидании клиента, который еще неизвестно кем окажется - не лучшая перспектива. Только, если Арсений останется с полубесом, ему придется каждый день общаться с котом, и это был не лучший вариант. Ибо кота Арсений вспоминал, как свой страшный сон.
   Кентавр уже было открыл рот, чтобы озвучить решение. Но Стригосус его перебил.
   - Понимаю, что на такое решиться - надо время, чтобы все взвесить и обдумать. Потому я не принуждаю дать ответ сразу. Просто имей ввиду, что у тебя есть и другой вариант.
   - Хорошо.
   - А ты реально классный кентавр! - С восхищением и одобрением дружески похлопал по спине Стригосус. - Слушай, не в службу, а за отдельное вознаграждение. Сгоняй в магазин. А то в доме гости, а на кухне хоть шаром покати. - Стригосус достал бумажник и вручил пару крупных купюр опешившему Арсению. - На свое усмотрение. И себе что-нибудь возьми, а то небось голодный. Магазин знаешь тут где?
   - Знаю. - Потом обернулся и посмотрел через плечо на полубеса. - Выпивку брать?
   - Не-а, этого добра у меня в погребе навалом, - Сригосус рассмеялся и направился в просторную пристройку к дому, из которой был вход в погреб.
   Достав с собой банку грибов, помидоры с огурцами и пару бутылок марочного вина, полубес вернулся в дом. Прошел мимо трогательной архитектурной композиции и задумался над вечным вопросом: что делать и, как быть?
   Произошедшее вчера с Маркусом и Фиалкой все еще было покрыто тайной, а состояние Алефа хоть и пугало, но при данных обстоятельствах оказалось, как нельзя кстати. И ежу понятно, что нынешний гость был очень хорошо знаком с Алефом, возможно, судя по физиономии, был еще и родственником.
   Стригосус начал машинально готовить обед, перебирая в памяти все, что произошло за последние дни. И тот несчастный вечер, когда пришлось идти через лес по гололедице, и то, как проснулся в объятиях Алефа и выходку Амалии. Полубес вспоминал веселый и беззаботный смех эльфа, как он искренне выражал эмоции, словно щенок какой-то, смотрел виноватыми глазами, ожидая наказания за очередную неуклюжесть. Стругосус вспоминал, как громадный цветок щупал обнаженную задницу незадачливого колдуна, этот его невинный, чуть испуганный и, чуть злой взгляд. Это заставило улыбнуться полубеса, как и то воспоминание, когда ему пришлось уничтожать зеленые кущи на кухне адским пламенем, выслушивая при этом смущенные и сбитые с толку объяснения, как же это все произошло. И то, как он проснулся сегодня в кровати и даже собирался идти на работу, но вот же ж принесла нечистая сила этого кошака!
   Если задуматься, то непонятно, чего добивался кот с утра. Зная своего питомца, его очень хитрый умишко и нечеловеческую способность манипулировать собеседником, Маркус явно что-то очень сильно хотел. Картина происходящего зияла пробелами, а это не давало покоя Стригосусу.
   Пока не вернулся кентавр, полубес решил устроить допрос своему коту. Весь остальной театр он решил оставить в прежнем состоянии. Проходя мимо Алефа, у него сжалось сердце. "Вот вечно ты такой! Ну, вот что с тобой делать, а?" - он почти коснулся застывшего кота, сердце защемило. Алеф еще не научился свободно говорить, как Маркус, но, и это было на руку Стригосусу. Иначе с удачей эльфа, с его умением попасть в разного рода неожиданные ситуации, можно было ожидать чего угодно. А еще и этот гость - невесть кто, и какая у него связь с его любимым, непонятно, хоть Алеф никак не отреагировал на гостя. Забыл его, что ли?
   Подойдя к своему коту, полубес провел по его шерстке и тот, словно очнулся ото сна, по инерции дернулся и попал в руки хозяина.
   - Стрижик! Я не виноват! - заскулил он, все еще щетинясь на эльфа.
   - Пошли, - Стригосус взял на руки своего питомца и отнес на кухню - от греха, то есть от своего любовника подальше - пока кот ничего не натворил лишнего.
   Хозяин сел на стул, усадил своего пушистика на колени, и грозно спросил:
   - А теперь колись!
   - Я не виноват! Это эльф проклятущий! Он и тебя в козла обратит!
   - Я и так, как козел вместе с вами, бараны вы эдакие!
   - Хозяин... - кот протяжно застонал.
   - Что произошло? Что ты с этой девкой сделал?
   - Ну...
   - Ты не коня гонишь, ты со мной говоришь и все твои штучки, Маркус, я наперед знаю! - Стригосус начал злиться. - Я тебя спрашиваю, что это за цирк? Ты что, вчера со стола жаркое стырил? - Догадка пришла неожиданно, потому, как именно в этом блюде содержался порошок очеловечивания.
   - Ну... совсем кусочек, голодный был.
   - Голодный! Ты сам виноват! Придурок! Эту же жрачку ведьма готовила! Ума у тебя палата ее без опаски в рот совать! - полубес не на шутку разозлился. - Дальше что было?
   - Она меня поцеловала, Фиалочка, в смысле, - кот замялся. - А потом все как хлоп!... Бац! И я стою голяка перед ней! А она такая: "ААА!!!" И тут батя твой!
   Стригосуса передернуло. Он сидел, уставившись на кота широко раскрытыми глазами. Его отец периодически появлялся на половине матери, сын это отлично чувствовал, но часто не придавал значения этим визитам. А то, кто их знает, что там у них происходит. Мать так и не запечатала портал в Ад, но с мужем виделась крайне редко. Астаро по этому поводу тоже несильно горевал. Он был и оставался типичным представителем высшего сословия бесов - жестокий, циничный, беспардонный и злопамятный. К сыну он не заходил, после того случая, как не сумел справиться с цветком Амалии, проклял бедняжку и заявил, что ноги его не будет пока цветочек-сердцеед жив.
   "Стоп!"
   - Отец видел Амалию?
   - Видел! Еще как видел! Она ж с ванной голяка на крик Фиалки выскочила!
   - Тысяча ангельских стрел тебе под хвост! Где сейчас эта дура? Ты помнишь, что произошло, после того, как отец расколдовать ее не смог?
   - Мля-я-я!.. - протянул кот, широко раскрыв глаза.
   Оба замолчали.
   - Этого еще не хватало, - со вздохом протянул Стригосус. - Что за жизнь такая! Еще за эту дуру переживай...
   - Хозяин, - кот виновато положил лапу на руку полубесу. - Хозяин... а можно меня снова человеком сделать? Я для тебя, шо угодно сделаю!
   - Ты именно этого от Алефа утром добивался?
   Кот только опустил голову.
   - Вот ты придурок, Маркуша, какой же ты придурок! Язык не повернулся по нормальному попросить, да? А мне что делать? Ты соображаешь, что он даже говорить сейчас не умеет? А сколько на это времени должно пойти? Ему еще шок снять надо, мозги в порядок после этого привести нужно. И где гарантия, что Алеф после этого обращения потом колдовать сможет? Ты об этом подумал?
   - Та я ж был уверен, что он другую фразу скажет, идиота кусок!
   - Трындец! Уверен он был! Знаешь, Маркус, у тебя только один выход.
   - Какой? - кот с надеждой посмотрел на хозяина. В глазах отражалась бесконечная вера и святая надежда. Так обычно смотрят смертельно больные на колдуна-медика, ожидая от него чуда - излечения от смерти.
   - Поедешь с этим, - Стригосус указал пальцем на застывшего с азартом на лице гостя, - только одна на него надежда. Я, как ты знаешь, к такого рода магии неспособен. Это высшая форма магии, а я только с простыми предметами работать могу.
   - Ты шо, хозяин? Ваще рехнулся? Та не в жисть! - кот едва не рухнул с колен на пол. - Та шоб я к этому и тебя бросил?! Стрижик, шо я тода твоему папику скажу?!
   - Папику? Не понял! Это с каких делов ты еще моего отца сюда приплетаешь? - Гнев полубеса был ощутим настолько, что кот все-таки свалился с его колен и отскочил в сторону. - Колись, гнида мохнатая!
   - Та шо колоться! Я не ежик!
   - Ах, ты не ежик!... - глаза Стригосуса покраснели и начали сиять нечеловеческим блеском. Что это значит, Маркусу было известно с самого детства.
   - Он меня попросил за тобой приглядывать. Шо тут такого? Ты ж с этой тварью опасной жил, всяк могла тебя умертвить. Папик волновалси. - Кот задом подполз под разделочный стол - его излюбленное место прятаться от гнева хозяина.
   - Маркус!
   - Шо?
   - Не "шо?", а слушай меня внимательно!
   - Не отдавай! Не пойду к нему!
   - Ты мне долго будешь мозги компостировать?
   - Долго, - едва слышно буркнул кот, забившись в самый дальний угол под столом.
   - Помнишь, что было, когда старый Фуга решил устроить шествие всадников Апокалипсиса у меня перед двором?
   Маркус помнил! Тот случай все Тихие Косогоры навек запомнили, как молодой полубес, находясь в состоянии несильно уж большой ярости, задал жару громадным черным всадникам, умудрившимся за пару дней изничтожить весь урожай на полях, разрушить пару домов и умертвить полторы сотни хозяйской живности. Горели тогда они очень красивым фейерверком, что впору было засмотреться. И всего-то делов - уничтожили клумбу, возле дома профессорши с ее бесовским сынком. Одни поговаривали, что на той клумбе рос особый вид конопли, другие склонялись к селекционному дурману, а кто говорил, что там росла мухоловка, поедающая детей. Во всяком случае, после того инцидента двор Астаро вообще все стороной обходили, а Стригосусу который год подряд предлагают пост секретаря в сельсовете.
   - Помню, - отозвался кот, вылезая из своего укрытия и отряхивая с себя веками лежащие под столом крошки, очистки и паутину. - Но не могу я тебя бросить тут одного! Не могу! Я тут от рождения живу! А ты ради какого-то придурка от меня избавляешься! И кому отдаешь?! Такому же скоту остроухому, который ишо похлеще первого будя. Одумайся, сын мой!
   Стригосус улыбнулся. Он обожал, когда кот стебался со святош в местном людском храме. Это вообще была отдельная статься развлечения для кота, да и для хозяина тоже.
   - Слушай, Маркус. Дай мне Алефа выходить, и я тебе кровью клянусь, что сделаю из тебя человека. И даже разрешу летний дом обустроить - будешь там с Фиалкой жить... если, конечно, захочешь.
   Повисла тишина. Слово беса - клятва на крови - обещание, которое не нарушит ни один бес или полубес. Маркус понимал, что на такие меры его хозяин идет впервые, и для этого нужны были самые веские обстоятельства.
   - Захочу, - твердо заверил кот. - Только ты могёшь ей память подшаманить? А то того... ну, мужик, ты меня понял... - Он замялся.
   Мужик мужика понимает сразу. Стригосус улыбнулся, встал из-за стола, и, подхватив кота на руки, направился в коридор. Кот занял свое место и замер по распоряжению хозяина, а полубес тем временем пошаманил над воспоминаниями девушки. Теперь она забыла о том, что у нее растительное происхождение, забыла о том, что у нее было прошлой ночью, была уверена в том, что она приглядывает за домом знаменитой ученой в ее отсутствие. А еще свято верила, что Маркус - зачарованный принц и об этом нельзя говорить, ибо это страшная тайна.
   Покончив манипуляции с памятью, Стригосус усталый и довольный вышел на крыльцо. Закурил.
   - И где это парнокопытное?!
   - С вашего позволения, хозяин, кентавры - непарнокопытные.
   - Правда? Так у вас же по паре копыт, в смысле - ног же четыре и копыт - четыре. Значит по две пары. - Стригосус откровенно засмеялся. Эту шутку он помнил еще со школьного курса магической анатомии.
   Кентавр юмор полубеса оценил и рассмеялся вместе с ним. Достал из кармана сигареты и зажигалку, со словами: "не люблю стрелять чужие", закурил.
   - Слушай, а ты знаешь, что грамм никотина убивает лошадь? - полубес продолжил юморить. Именно таким образом из него сейчас начал выходить накопившийся стресс.
   - Так я в себе ее и убиваю. Я же - конь. - Они снова расхохотались.
   Покончив с куревом, Стригосус предложил Арсению пока осмотреть новые апартаменты в пристройке, а сам пошел заканчивать приводить стол в порядок.
   Как только все было готово, хозяин вышел в коридор и зычным голосом скомандовал:
   - Подъем!
  

Часть 20

  
   И снова все закружилось, завертелось, только Фиалка начала запевать другую песню, на этот раз, разгоняя котов в разные стороны.
   - А, как она этих котов различает? - поинтересовался эльф.
   - Сердцем, - буркнул полубес и развернулся к кухне, махнув гостю. - Пойдем трапезничать, дорогой гость, а то я еще не евши.
   В тот момент, когда Марфей соскочил со своего насеста и уже готовился последовать за хозяином дома, один из котов заскочил на его спину и в два прыжка оказался на голове эльфа.
   - Спасай меня, остроухий, а то щас крендыля отдерет.
   С воплем Марфей начал снимать со своей головы Маркуса, в то время, когда Стригосус поймал Алефа и крепко сжал в своих объятиях.
   - Тихо, тихо, зайчонок, угомонись уже. Все будет хорошо, - он ласково гладил взъерошенную животинку, боясь только одного - не раздавить от бури накативших на него чувств.
   - Слушай, как ты с ними справляешься? - заявил эльф, взявший пример с полубеса, и ласково гладящий моментально успокоившегося в его руках Маркуса.
   - Никак. Иногда запру в разных комнатах, чтобы друг друга не нервировали, но вот подыскиваю хозяина для того, что у тебя в руках.
   - Что, правда? Для говорящего?
   - Ага, для него самого.
   Маркус только гневно заворчал, но моментально вспомнив произошедший несколько лет назад феерически законченный конец света, решил не дергаться.
   - А сколько просишь? - Марфей вовсю рассматривал хитрую мордаху пушистика, и хитро улыбался.
   "Это именно то, что надо! И даже без всех тех игрушек, что я накупил. Пусть теперь, падла знает, что хуже него еще есть существа в этом мире!"
   Рассуждая о своем кентавре, порядком попортившему нервы эльфу с самого утра, Марфей задумался, что кота можно будет еще на работу брать - в качестве устрашающего фактора для своего начальника. Носит же Венера с собой свою хохочущую змею и, у Профарена Власовича есть своя матерливая лягушка. И ничего - все же их терпят! А тут будет кот говорящий. Марфей реально раскатал губу. "А если он за меня еще заступаться начнет... нет, неправильно. Он должен за меня заступаться!". За всю свою жизнь эльф никогда не имел домашних животных. Никто за него не заступался, зато он вечно должен был таскаться за Алефом, вытягивать его из разного рода неприятностей. И тут такая возможность!
   - На цене сойдемся, если Маркус к тебе захочет.
   - Ну, как, ты ко мне захочешь? - эльф игриво подмигнул коту, и начал чесать у него за ушком.
   - А ты мне подаришь красивый ошейник? - Маркус явно переигрывал. Отчего Стригосус едва не прыснул со смеху.
   - Но зачем тебе ошейник? Просто я тебе всех твоих паразитиков выведу, - Марфей не удержался от желания чмокнуть эту милаху в нос, но вовремя получил лапой по своему.
   - Я с мужиками не целуюсь! - категорично заявил кошак, намереваясь спрыгнуть с колен.
   - А ты со мной поцелуешься? - игриво спросил полубес Алефа и потянулся к его мордашке.
   Ответ был приблизительно, как и у Маркуса, только молча и агрессивнее. В смысле того, что Алеф спрыгнул с колен своего любимого, гордо задрал хвост и пошел на выход.
   - Ура! Пошли мышей гонять, перфекционист хренов! - Маркус все же соскочил с колен Марфея и налетел на Алефа. - Так сказать, на дорожку!
   - Ты ему понравился, - довольный своим планом заявил Стригосус, но в глубине души обиженный на любимого, за такое поведение.
   - Значит, я могу его забрать? - Глаза эльфа загорелись счастьем.
   - Можешь, если наконец-то назовешь свое имя, и скажешь, какого хрена ты врываешься в мой дом под самым тупым орковским предлогом, устраиваешь корриду с моими домашними животными, и до сих пор сидишь за столом, не потрудившись все это объяснить!
   - Я до сих пор не представился? - эльф был в шоке от самого себя. - Меня зовут Марион эль Фей. Сотрудник Тайной службы.
   Глаза Стригосуса округлились. "Вот же гадов Гейгель! С какого рожна сюда своего шестерку присылает? Или он хотел от нее избавиться? Он же не знает, что цветочка больше нет. Вот, блин горелый! Тогда чего не предупредил заранее? Так дела не делаются. Он уже у меня и так в неоплатном долгу, да еще хочет что-то!"
   Марфей расценил удивление и замешательство полубеса по-своему, и продолжил.
   - Честно говоря, я здесь не по службе, - у Стригосуса отлегло от сердца. - И к тебе, прости, можно на "ты"? - Полубес кивнул соглашаясь. В своем доме высокопарных излияний он не любил. - Так вот. Мой сводный брат - Алеф эль Флаворис - по работе отправился в этот район и потерялся. Вот я его и ищу.
   Стригосус бегло осмотрел помещение, но услышав, как Маркус выводит на прогулку Алефа и уже успокоившуюся Фиалку, занятую до этого уборкой погрома, наконец-то расслабился.
   - Это не тот ли идиот, который в шапке придурковатой ходит? Такого не забудешь!
   - Он не идиот, но... - Марфей замешкался. - Пожалуй, да, иной раз он себя ведет, как полный придурок, но он очень добрый и отзывчивый.
   - Что верно, то верно. Третьего дня, когда возвращался вечером с работы, у меня в карете кошелек спер какой-то шпаненок. Алеф это заметил, догнал меня и отдал. И ввиду того, что в такое время до города добраться проблематично, пришлось его на ночь оставить. А утром мне на работу надо было, и он пошел, что-то говорил про погоду и еще о чем-то. Это что, тайная служба еще и проблемой климата занялась? - К этому времени к Стриросусу вернулось его хладнокровие и рассудительность.
   - Какая там погода, - отмахнулся Марфей. - Просто я брата ищу, а работа тут не причем. Ты же просил сказать, кто я - вот и представился. А кто ты - мне тут уже рассказали.
   - Вот как! - Полубес откупорил бутылку и заинтриговано уточнил, - И, что там про меня рассказали? - Жестом он показал на сосуд, получил утвердительный кивок и разлил по бокалам. - Сказали, что я страшный людоед и душегуб?
   - Какой там! Сказали, что ты - редкой доброты человек! - рассмеялся Марфей, поднимая бокал. - За знакомство! - Отпил, смакуя послевкусие адского вина. - М-м... какое вино, божественное!
   - Думаю, что черти в Аду, которые его варили, услышав этот комплемент, поднимут тебя на вилы, - расхохотался Стригосус.
   Этот эльф ему тоже понравился. В отличие от всех остальных сотрудников Тайной службы и представителей этой расы. Для себя полубес заключил, что, наверное, все дело в их семейке, совсем не эльфийская она какая-то. Но это и к лучшему.
   - Так, что там про меня говорят? - переспросил хозяин дома.
   - Что у тебя живет кот - исчадие ада. Что ради тебя, он готов на войну со всем миром пойти. Ну, и, что, через тебя можно решить в горсовете разные спорные моменты. - Марфей прищурился. Это у него после полутора десятка лет работы на Гейгеля появилась такая гримаса.
   - Через меня можно многое решить, - ухмыльнулся Стригосус. - Даже если какие-то дела с Тайной службой есть.
   Такого поворота Марфей не ожидал. Замечание его застало врасплох. Свою сконфуженную физиономию он спрятал за бокалом, отпивая большой глоток обжигающего вина.
   - Даже так, - чуть надменно отозвался эльф, выдыхая огонь изо рта. - Черт! Реально Адское!
   - Да, папик в свое время подогнал.
   Потом они молча пообедали, перебрасываясь парой слов о характере магии полубеса и работе Марфея. О брате эльф еще пару раз уточнял, что тот делал, и, что говорил, а получив исчерпывающие данные, о том, что у Алефа работа должна, по идее продлиться еще пару-тройку дней, а то и недель, удовлетворённый и сытый, откинулся на спинку стула.
   - Что-то коты потерялись. Так ты мне продашь того, говорящего?
   - А зачем он тебе?
   - Понимаешь, - вино полностью развязало язык сдержанному и тактичному эльфу, превращая его в развязного и хамовитого болтуна. - У меня по работе - служебный кентавр. И отказаться нельзя и ездить с ним не могу. Вот и надо меру воздействия на него оказать. А еще, мужик, веришь, всегда мечтал кота завести! У меня дома, у всех, то аллергия на них, то еще какая-то беда, в общем домашнее животное мне заводить запретили. И... - тут эльф запнулся, рассуждая, а стоит ли говорить, но решив, что стоит, продолжил. - У меня никогда друзей не было.
   Стригосус ошарашенно уставился на эльфа.
   - Как не было? У вас же там все общинами живут.
   - И что с того? Моя мать вышла замуж повторно, когда я был подростком, родила Алефа, а потом они вдвоем свалили в Зачарованные кущи - наша Земля Обетованная. С тех пор все свое время за братом и присматриваю. У него, понятно, вечно друзья-приятели из сверстников были, а у меня только и была, что головная боль от проказ этой компании.
   - Понятно. Не повезло. Мне вот с детства за матушкой приходилось ухаживать.
   - Она больная у тебя?
   - Нет, она - ученый.
   Оба вздохнули.
   Со двора послышался галдеж и шипение, потом двери отворились, и в дом ввалились коты, у каждого в зубах по мыши.
  

* * *

  
   - А теперича слухай меня уважно, Чухонец Остроухий! Я дважды повторять не собираюсь, - заявил Маркус, как только двери на половину госпожи Волковой закрылись за Фиалкой. - Я иду на жертву ради тебя! И перестань из себя идиота не разумеющего ничего корчить! Все ты разумеешь, хорошо, хоть сказать пока не можешь. И на то слава яйцам! Стрижик сейчас с тобой остается. А я, чтобы чары твои шизанутые развеять, иду с этим эльфом - етидрить его в качелю. Хозяин, мужик мудрый, говорит, что он сможет это сделать.
   Алеф зашипел и попытался что-то изобразить на смеси кошачьего и человеческого.
   - Та ты пока не напрягаси. Я, как учиться людскому начал, чуть горлянку не порвав, - успокоил Алефа Маркус.
   Но бывший эльф не успокоился, все пытался и пытался что-то сказать. В итоге он выродил:
   - Мьять!
   - От, это ты придурок, - протянул Маркус и злостно промурлыкал. - От, это наш человек, и я понимаю! Это ж надо было так жопу рвать на византийские кренделя, шоб твое первое слово от лица кота было матом!
   Маркус в истерике покатился по порядком утоптанному снегу. Алеф надулся, уселся рядом и продолжил попытки научиться говорить. В обличии эльфа это все было просто. Но с другой стороны, если вспомнить детство, то у родителей, а потом еще и у Мариона, ушло порядка пяти лет, чтобы научить Алефа говорить. Представив все это, он отчетливо выразил свои мысли по этому поводу:
   - Блять!
   - Уже лучше получается, - продолжал угорать с этой сцены стервозный кошак. - А теперь попробуй сказать "Сука".
   Ответом был испепеляющий взгляд Алефа, который посчитал, что в одиночестве проще будет тренироваться, и рванул по направлению пристройки.
   - Та ты не скачи, как в хвост ужаленый, давай поможу, а то, как я Стрижика на тебя такого оставить могу?! - Маркус погнался за ним, намереваясь цапнуть, если не за тот самый хвост, то за что-то другое.
   Алеф проскочил в приоткрытую дверь и опешил, сказав второе слово, которое ему порекомендовал Маркус.
   - Ёшкин кот! - Перекрестился Арсений.
   - Та не ёп твою налево! - заорал не успевший затормозить Маркус, перелетая через Алефа.
   - Святые угодники! Их двое! - Арсений, мирно сидевший и читавший до этого книгу, подорвался и отскочил в самый дальний угол.
   - О! Знакомые все рожи! Здорово, мужик с конскими бубенцами, - радостно просиял Маркус, глядя на перепуганного в смерть кентавра. - Шо, Тайная служба нас усех любит и ждеть? Чем обязаны засаде?
   - Бл-лать! - отозвался Алеф. На сей раз у него это вышло похожим на лай мелкого пса.
   - Нет, ну ты определись! Ты по-людски говорить хочешь или по-собачьи? - Не переставая радоваться достижениям своей копии, смеялся Маркус.
   В ответ на это началась очередная драка между котами, разнять которую решился Арсений. Недолго думая, он взял за шкирку обоих и вышвырнул на снег со словами:
   - Так, всё! Остыли быстро! Я тут работаю на господина полубеса, и в данный момент читаю. Марш отсюда и не мешайте мне.
   Челюсть у Маркуса отъехала.
   - Так ты шо, уже не с орками корешаешься?
   - А я с ними и не корешался. Я раньше извозом занимался, - буркнул осмелевший кентавр и закрыл за собой двери в пристройку.
   - Нифига не понимаю шо творится!
   - Брат, блять, сука! - наконец-то выпалил Алеф и от переизбытка чувств, плюхнулся на снег.
   - Это я шоле сука?
   Алеф устало покачал головой. Потом поднялся и указал передней лапой на второй этаж. Маркус сначала не поверил в свою догадку, потом решил, что это надо уточнить.
   - Так, то твой брат приехал?
   - Сука, - утвердительно кивнул Алеф.
   - Это точно.
   Оба сидели в сугробе и не знали, что делать дальше.
   - Ну, раз ты кот, то должен научиться самому главному для кота, - со вздохом заявил Маркус. На что Алеф только задумчиво и вяло повернулся в его сторону, потом завалился на бок, и, нагнув голову к разведенным задним конечностям, посмотрел на свои гениталии и скривился. - Это ты и без меня научишься делать. Гигиена, прежде всего - тут я не спорю. Но надо научиться мышей ловить.
   - Блять! - с досадой протянул Алеф и встал, собираясь идти наверх к Стригосусу жаловаться на свою долю.
   - И ничего не эта самая давалка. Пошли в амбар к соседу - там их хоть хвостом гоняй, шо собак поганых.
   - Сока? - попытался уточнить Алеф.
   - Многа!
   Через забор новоявленный кот смог перелезть только с пятого раза, после чего радостно мяукнул, отчего получил хвостом под зад и свалился на другую сторону - во двор старой Эммы, той самой алкоголички, которая сейчас развлекалась в лесу.
   - Тихо, дурик. Мы на вражеской территории, - прошипел Маркус и повел в амбар.
   Съестного тут давно ничего не было. Мыши тут только жили, но не ели. Побирались они в основном у соседей, ибо, у Эммы был только самогон в хозяйстве, да и тот она научилась каким-то неописуемым образом создавать из простой водопроводной воды. Мыши на приход котов отреагировали моментально - разбежались по норам, успешно замаскированным под старым залежалым сеном.
   И тут началась настоящая канитель, смысл которой не сразу дошел до Алефа. Маркус стал энергично разрывать сено, разбрасывая его в разные стороны.
   - Шо стоишь? Приступай. Обнаруживаешь мышь и цапаешь ее.
   Рыться пришлось недолго. Оба почти одновременно наткнулись на логово, замаскированное в кучке сена. Алеф настолько вошел в ражь, что даже поймав мышь в зубы, продолжал рыться. Маркус и рад был отозваться об умственных способностях своей копии, но рисковать потерей добычи не стал, только огрел лапой по голове Алефа и показал пример, как быстро смотать удочки с места преступления.
  

* * *

  
   - Вот и наши красавчики пришли. Ты только посмотри, они с добычей! - Пьяный Марфей радовался, словно ребенок, хлопая в ладоши. - Иди ко мне, кись-кись.
   Маркус от досады лишь сильнее вонзил зубы в свою добычу. Благо, что та уже была мертвая. Кровожадности же у Алефа не хватило даже на то, чтобы придушить свою. Тем не менее, довольный, он запрыгнул на колени к Стригосусу, как только разжал зубы, мышь моментально очухалась и дала деру.
   - Млять! - вырвалось со злостью у Алефа, и он соскочил с колен любимого, ощутимо задев в прыжке его бубенцы.
   Стригосус лишь нетривиально выругался, за что получил такой испепеляющий взгляд полнейшего презрения, что моментом заткнулся.
   - А ты, как? Что, не пойдешь помогать брату? - Подначивал Марфей своего теперь уже кота.
   - Нехай учиться думать, прежде чем делать шо-то. - И довольно уселся, обращаясь к Алефу. - Шо, братело, давай шевели булками. А то весь ужин уйдеть, а господа все изволили пожрать уже.
   - Неправда! - в один голос заявил полубес с эльфом.
   - Еще вино осталось, - заржал гость.
   - И овощное рагу осталось, - предложил смеющийся хозяин.
   Адское вино и вправду прилично ударило по шарам обоим, так, что они стали закадычными знакомыми. Удивляло даже то, что Стригосус забыл о намерении пойти вызволять из плена Амалию, что поскорее хотел избавиться от Мариона и остаться один на один с Алефом. Вино развязало язык эльфу, начавшему ни с того, ни с сего рассказывать Маркусу, что у него такая тяжелая доля. Брат - скотина безмозглая и родители лишь о себе думают. На работе начальник, Гейгель, урод. Кот соглашался со всем, что говорил Марфей. И, что брат у него на всю голову раненый и, что за ним родители должны были ходить и от себя не отпускать, а при достижении совершеннолетия, просто обязаны были сдать в духовную семинарию и отправить на Северную границу внушать слово божье в умы аборигенов и каннибалов.
   Марфей согласился с каждым словом, и готов был подписаться под ними кровью. В результате чего, Алеф со словами:
   - Мышь, сука, блять, брат, - загнал мышь под штанину Марфея и, вцепился когтями и зубами в ногу родича.
   - Маркус! - завопил Стригосус, в шоке услышав тираду своего любимого.
   - Сука, - обозначил свое отношение к коту Марфей.
   - Ты гля, новое слово выучил, растешь! - Единственный, кто похвалил Алефа, оказался Маркус.
   Эльф от болевого, и не только, шока моментом отрезвел. Сжал в руках Маркуса, и выскочил из кухни. Мышь последовала за ним. Алеф с матами и дикой злостью на брата побежал толи за мышью, толи за братом.
   В итоге эта троица пару раз оббежала весь второй этаж, едва не опрокинула стол в зале, на котором только и осталось - пустой горшок от серцеедки, едва не перевернули трюмо в хозяйской спальне, и несколько раз попытались сбить Стригосуса, только успевавшего подхватывать то падающую посуду, то предметы винтажного интерьера.
   Итогом всей гонки послужил вопль Маркуса, которого объятия нового хозяина едва не лишили чувств.
   - Отпусти меня, я сам ее щас удавлю! - Через 24 секунды Маркус исполнил свое обещание. Принес трупик Алефу со словами. - Учись, невдаль, пока я жив.
   Ученик благородства не принял и заскочив на стул, запрыгнул на плечо Стригосуса и прошипел:
   - Сука...
   Протрезвевший и уставший эльф привалился к стене кабинета, в котором закончилась жизнь мыши, обвел взглядом погром и невинно так заявил:
   - Ну, нам, наверное, надо собираться, а то темнеет.
   Все молча согласились.
   Маркусу разрешили проститься с друзьями, пока Марфей будет одеваться. Кот этим предложением воспользовался с радостью и выскочил во двор. Алеф, обиженный на всех отправился в спальню, растянулся на до сих пор не прибранной с ночи кровати, и прикинулся шлангом. Стригосус посчитал нужным предупредить нового хозяина Маркуса, что кот у него очень специфический, чтобы он был с ним пожёстче, а то на голову сядет.
   - А что, если он сильно начнет... ну ты понял, строить из себя? Меры воздействия на него имеются?
   - Хм... - Стригосус состроил озабоченную физиономию, корчить которую он научился в горадминистрации, и задумчиво заявил. - А ты его в эльфа преврати.
   - Думаешь?
   - Уверен!
   - Постараюсь. Хотя, такие штуки больше у Алефа получаются. Может его попросить?
   - Ты и дальше за своим младшим ходить будешь? - Гневно заявил полубес. В его глазах сверкнули молнии.
   - Нет! - эльф слегка опешил, отступая на шаг.
   - Вот и научись! - Стригосус был непреклонен.
   После этого Марфей для себя решил - пора изучать магию трансформации. И кот мне поможет - будет замечательным стимулом.
   Хозяин и гость вышли на улицу. Закурили. Марфей начал озабоченно озираться по сторонам. Уже начинало темнеть.
   - Что-то ищешь?
   - Да, кентавра. Я ему говорил на месте оставаться. Убежал!
   - Нет, я не убегал, - отозвался из-за спины эльфа голос Арсения.
   От неожиданности Марфей подскочил, поскользнулся и оказался в столь крепких, и знакомых объятиях, что замер от наслаждения.
   - Любезный господин Стригосус предложил мне работу, а я согласился.
   В груди у Марфея защемило. "Увел, скотина!"
   - Я сам хотел тебе предложить работу, - с явной обидой в голосе проворчал эльф, нехотя отстраняясь от кентавра.
   - Ну, уж решай, либо кота, о котором ты с детства мечтал, либо еще одного кентавра, который неизвестно, как уживется с твоим нынешним.
   Марфей надулся. Думать ему не хотелось.
   - Ладно, так уж и быть, уступлю желанию своего кота Маркуса... - полубес сделал многозначительную паузу, чтобы окончательно и бесповоротно заинтриговать гостя.
   - Какому желанию? - Не выдержал Марфей.
   - Ты ему понравился, так, что отдам бесплатно. Только, чур, возвраты я не принимаю! - Полубес гордился собой.
   - Уговорил. А, как я отсюда доберусь в город? - этот вопрос очень сильно волновал эльфа, так, как по словам возницы в это время общественный транспорт если и ходит, то редко, а идти пешком через лес, пусть и с животным, которому море по колено, ему не улыбалось.
   - Так Арсений вас отвезет. Заодно заберет свои вещи с прошлого места жительства. Верно? - Стригосус торжествовал - все шло по плану. Арсений ему улыбался - уже хорошо. Счастливый транспорт - удачная дорога! - Маркус! Где тебя носит, блохастая тварюка? - во весь голос позвал полубес кота, выискивая из какой щели в заборе его принесет.
   - Иду, - отозвалось со стороны сваленных в конце огорода дров.
   - Иди-иди, кися, домой пора! - заулыбался довольный эльф.
   - А за "кисю" в грызло получишь! - заявил кот в пару прыжков очутившийся с Марфеем.
   - Какие мы строгие, прямо усраться можно, - передразнил эльф.
   - Слухай, остроухий, а ты точно эльф? У тебя батя клоуном в цирке часом не работал? - Кот понял, что наконец-то нашелся ценитель его юмора.
   - С учетом того, где сейчас мой батя, лучше бы он в цирке работал, - отвернулся задетый за живое эльф.
   - Не ссы хозяин, и на твоей улице перевернется подвода с сосисками, - кошак моментом запрыгнул на загривок новому хозяину и скомандовал Стрижику. - Шапку того придурка отдай, я в ней ехать буду!
   - Обойдешься. Рядом с кентавром побежишь, я господину эльфу ошейник с поводком для тебя выдам, - засмеялся полубес, полностью вошедший в ритм заваренной самим собой игры.
   - Не перживайте, у меня есть большой пакет, я в нем его повезу, хорошо? - Некоторые слова у Марфея выговаривать еще не получалось.
   - А я и не переживаю. Что пакет есть - хорошо, я еще и винца дам, которое тебе так понравилось. Жди, сейчас вернусь.
   Пока Стригосус, перескакивая ступени вбегал в дом, Маркус нырнул в пакет, весь день простоявший прислоненным к этой самой лестнице. В результате раздался такой вопль, что в пору было расценивать его, как сигнал к началу войны или сирену, предвещающую стихийное бедствие. Эльф отскочив в снег, зацепился за бордюр, полностью находящийся в сугробе, и полетел в огород носом. Кентавр от страха запутался в собственных ногах и тоже шлепнулся на дорожку. Перепуганный Стригосус вылетел с бутылкой и палкой. Бутылку он успел взять, как и собирался - на кухне, для эльфа, а палку - так, на всякий случай, если наших будут бить. И только Алефу было все пофигу - он так и продолжал дрыхнуть на кровати.
   - Что случилось? - не сбежал, а слетел вниз Стригосус наблюдая неописуемую картину шока.
   - Шо случилося! Ты дывысь якый вин дрын з собой носэ! - Маркус вылез из пакета с огромным темно фиолетовым резиновым членом в зубах.
   - А ты гурман, однако... - только и вырвалось у Стригосуса.
   Марфей был готов провалиться сквозь землю со стыда. Арсений залился румянцем, как первоклашка.
  

Часть 21

   Раннее утреннее солнце скользило лучами по комнате, ласково пробуждая ото сна, раскинувшегося на кровати полубеса. Погода, как нельзя, кстати, была теплой и ясной, предвещающая скорый приход весны. За окном стрекотали воробьи и щебетали синицы в ожидании кормежки. Спящий пошевелился, не желая выныривать из объятий сна.
   Работа, изматывающая Стригосуса уже пару лет, в последнее время была особо тяжелой, отбирающей последние капли терпения и сил. Он давно хотел пойти в отпуск, да все никак не получалось - то кто-то заболеет в последний момент, то забухает один из заместителей мэра и натворит делов, то начнется очередное политическое движение у стен мэрии, то стихийное бедствие не дает покоя прилегающим землям, а было, что и с сумасшедшими магами приходилось бороться. Врожденная ответственность, трудолюбие и рассудительность всегда играли с ним злую шутку, где бы он ни работал. Полубес брался за самую тяжелую, сложную ситуацию, выводил все в лучший вид и, зачастую, получал пинка под зад после того, как все приходило в норму. Его знакомый бес шутливо звал его "кризис менеджер", и был абсолютно прав. Как не крути, а в стоячей воде Стригосус так и не научился выживать, не умел плести хитроумные сети, и сам в числе первых становился жертвой чужих закулисных интриг.
   Полубес открыл глаза, стряхнул с себя оковы глубокого сна и осмотрелся по сторонам. Кот мирно спал на подоконнике, подставив спину под косые лучи утреннего солнца, изображая из себя хладный трупик. В доме было привычно тихо и спокойно. Словно ничего не произошло.
   "А произошло ли? Скорее всего - нет. Мне все это приснилось. Это все усталость, ведь недаром же говорят, что усталому человеку снятся красочные реалистические сны. И еще мои навязчивые идеи: найти любовника, избавиться от Амалии и пойти в отпуск. Не хочу никуда ехать, хочу просто отоспаться, отдохнуть от этого сумасшедшего дома!"
   Работа на мэра города - самая непредсказуемая из всех, на которых приходилось быть Стригосусу, всегда с проблемами и вечным бесконечным поиском решений. И эти решения должны быть всегда не стандартными, передовыми, уникальными, быстрыми и хитрыми, дающими лазейки для других проблем и их решений. Эта должность была просто создана для господина ден Астаро с его неумением сидеть на одном месте. Но, и ему нужен был отдых.
   "Точно! Мне все это приснилось! - Заключил Стригосус, поворачиваясь на бок и обнимая подушку. - Хотя, с другой стороны, а вдруг это все пророческий сон? Может на самом деле где-то есть этот самый эльф Алеф эль Флаворис? И может быть, он меня ждет. А может, стоит порыться в архивах и действительно найти его. Так, чисто ради интереса. - Мужчина зарылся в подушку носом и вздохнул. - Стрижик, - обратился он сам к себе, - оставь эти розовые сопли. Ты - выродок, недобес, недочеловек. А эльфы - это народ утонченный, изящный, весь из себя космический, недосягаемый для твоего рода. Но найти этого Алефа стоит. Хотя бы для того, чтобы на его шапку посмотреть."
   Стригосус сладко потянулся на кровати, посмотрел на кота, и с улыбкой сказал вслух:
   - Прикинь, Маркус, мне сейчас такое приснилось! Ты мне не поверишь!
   Кот сонно посмотрел на хозяина.
   - Так вот. Мне приснилось, что ко мне пришел эльф, наглый такой и очень симпатичный. И вообще, настоящий секси, только с шапкой такой дурацкой-придурацкой. Ночью пришел, и кошелек вернул, который кто-то накануне спиздил. По толкователю это к проблемам снится... А утром... я уже на нем скакал, как на коне... В смысле на эльфе в позе наездника. Знаю, Маркус, ты эту мою сторону не любишь, но против желания, сам знаешь - не попрешь. - Стригосус мечтательно улыбнулся и вздохнул. - А потом он расколдовал Амалию и понеслась такая катавасия! Представь, он даже умудрился цветок с подоконника в бабу превратить, и они устроили с ведьмой чудеса на виражах - оттаскали друг друга по полной программе. Женская вольная борьба называется. Потом, правда девки помирились и тебя в человека превратили, и ты даже успел эту, что была фиалкой, трахнуть. Затем пришел еще один эльф, как выяснилось его брат, и тебя забрал к себе, потому что хотел трахнуть кентавра фиолетовым самотыком, но у него то ли смелости не хватило, то ли еще чего и...
   Стригосус наконец-то посмотрел на кота и осекся. Тот поднял шерсть дыбом и готовился к прыжку. Но вместо того, чтобы слету вцепиться хозяину в причинное место, как обычно поступал Маркус, когда ему что-то не нравилось, кот промазал мимо кровати, рухнул на пол и выпалил:
   - С-сука!
   - А-а-Алеф? - медленно, но верно, до полубеса дошло то, что кот совсем не Маркус, и на подоконнике нет цветов, и в комнате бедлам, и... это ему совсем не приснилось.
   - Млять!
   - Точно, - с грустью выдохнул Стригосус, поднялся с постели, взял на руки Алефа и прижал к себе.
   Сердце полубеса сжалось неимоверной болью. Этот маленький комок шерсти так много для него значит, что не поддается никакому описанию. Еще ни разу любовь не касалась Стригосуса так глубоко, как чувство к незадачливому эльфу.
   Кот начал ворчать, пытаться выбраться, но хозяин не давал ему спрыгнуть с рук. Пальцы лохматили шерстку на лбу и за ушком - там, где это особо любят все коты. Но не Алеф.
   - Нет, - прошипел обращенный эльф.
   Ему было обидно и больно. Не телу, оно-то как раз было в восторге, болела душа. Он никогда не подозревал, что способен испытывать такую сильную обиду. Это чувство сжигало все внутри, разрушая остальные желания и чувства. Алеф обижался на себя, на свою глупость и на судьбу, столь безрассудно заточившую его в комок шерсти и лишив всех магических способностей, бывших его истинной гордостью чуть ли не с самого рождения. Это бесило, злило, отбирало силы, но ничего с этим Алеф не мог сделать. Даже тот факт, что кроме пары матерных слов эльф ничего не мог сказать, уже способно было свести в могилу. Ведь он так много хотел сказать! Но как? Маркус, наверное, много учился для этого, потратил много лет, чтобы быть способным столь остроумно подмечать тонкости и подкалывать на ровном месте. Вот же чертов кот! Настоящее исчадие ада, а не кот. И чего он только добивался?
   Алеф столького не понимал, но интуитивно был уверен в том, что кот определенно добивался своей цели. Только чего именно? Стригосус словно прочел немой вопрос любимого.
   - Ты знаешь, что Маркус тогда тебя специально довел до этого?
   Алеф кивнул, а после попытался сказать свое предположение. Получилось не сразу, попытки с десятой, но в конечном итоге:
   - Сука, мявидуе, мяуунуе.
   Стригосус только улыбнулся и, охваченный очарованием и непосредственностью любимого объяснил, что именно происходило ночью накануне. В конечном итоге виноваты оказались все, и никто конкретно. Алеф, в том, что из растения сделал весьма сексуально привлекательную женщину. Стригосус, потому что когда-то подменил наклейки на зельях в аптечке и на очеловечивателе написал: "приворотное зелье". Амалия, которая полезла в чужие зелья и стала втихаря добавлять их в жратву. Маркус - вечно голодный и супер-хитрый, нагло стащивший кусок мяса с тарелки еще на кухне хозяина. И, даже, Фиалка, за то, что объелась приворотного и изнасиловала кота.
   - Хотя, я сомневаюсь в последнем. Я Маркуса хорошо знаю, он сам кого угодно изнасилует, - задумчиво резюмировал полубес. А потом подумал и продолжил. - Значит, было по взаимному согласию.
   - Млюдюк.
   - Кто? А!... Согласен с тобой, - Стригосус нежно чмокнул кота в нос. - Интересно мне...
   - Мня?
   - Когда твой братан привезет Маркуса обратно? Или, все же, научится колдовать и обратит кота в человека.
   - Сука, мурдак был мурдак мандохнет. - Отозвался, с трудом выговаривая слова Алеф, об умственных способностях своего старшего брата.
   - Почему он - дурак? Вполне нормальный мужик. Веселый. И во вкусе Маркуса - святая простота.
   Ответом последовали вонзившиеся в кожу плеча когти.
   - Алеф! Успокойся. Я же не в свою постель его укладывать собрался!
   - Не маю.
   - Будешь так себя вести, поеду к Мариону с ответным визитом! - Стригосус оказался шустрее и отбросив на кровать кота, выскочил в ванную и заперся там.
   - Млюдюк!
   - От такого слышу! - рассмеялся за дверью полубес. - И научись говорить правильно. А то наколдуешь еще чего непотребного.
   Это был удар в спину. Стригосус давно усвоил истину: если хочешь кого-то отвлечь от темных дум, надо подкинуть новую думу, не менее острую и животрепещущую, с которой хоть и хлопотно, но справиться можно. Либо тоскующий совсем сломается, опустив руки, либо закалится, подымет голову и пересмотрит свои взгляды на жизнь, и приоритеты в ней, победит свою хандру и будет жить счастливо. Это было одно из решений в политике, этим манипулировали мудрецы, это решение как нельзя, кстати, подходило и Алефу. Ревность - движимая и самая разрушительная сила во всех отношениях - аксиома. Пусть она не всегда занимает первые места в них, но она есть и никуда от нее не денешься. В том состоянии, в котором находился эльф, ревновать он был способен к кому угодно. И это тоже понимал полубес, как и разрушительный аспект этого чувства. Вот поэтому он и поставил перед любимым новую задачу, которая была вполне по силам новоявленному коту.
   Пока Стригосус приводил себя в порядок, Алеф направился на кухню, обыскивать ее на предмет съестного. Нашёлся мешок сухого корма. Эльфийская сущность эль Флавориса была категорически против такой еды, кошачья - наоборот - очень даже за. Победила животная сущность. Алеф уселся на стуле возле мешка с мелкими сухариками и начал поштучно, задумчиво бросать их в рот.
   "С одной стороны, - рассуждал Алеф, - Стрижик - бес, хоть и наполовину. Но когда он принял свой бесовский лик, у меня чуть в штанах не потеплело. Его явно нельзя злить. А то, кто его знает, может он в таком виде и трупами невинных девственниц питается или там... душами извращенцев, или мучеников."
   Кот задумчиво хрустел сухарики и смотрел на двери ванной. Ему вспомнилось, когда он впервые в нее вошел, когда доставал из прохладной воды красивого мужчину, крепко, беспробудно спящего, усталого человека. Как наутро проснулся от его ласк.
   Кот тяжело вздохнул. Кошачье сердце охватила глубокая щемящая боль.
   "А что теперь? Кому я нужен? Блохастым кошечкам на подворье? Я же ничтожен! Даже говорить не могу по-человечески. А так много хочу сделать, сказать. Я просто хочу быть с ним, заботиться о нем. Но не как кот, а, как равный."
   - Сука шисть. Млядь! Немавижу! - И Алеф решил, что он просто обязан в кратчайшие сроки научиться говорить нормально, хотя бы понятно.
   Стригосус нашел Алефа за поеданием сухарей и попытками проговорить алфавит, причем с примерами сочетания букв.
   - Дорогой мой, всеми серафимами этого мира прошу - только не колдуй в моем доме! - проговорил сияющий и гладко выбритый полубес, входя на кухню. - Ты мне вот что скажи, каким ты заклинанием пользовался тогда?
   Этот вопрос очень сильно волновал Стригосуса весьма виртуозно владевшего магиями стихий - самой сильной, но и самой примитивной из всех.
   - Моли, - выпалил кот, злобно сверкнув глазами.
   - Моли? Какой еще моли?
   - Фоли, млять! - огрызнулся Алеф.
   - Воли?
   - Да!
   - Мда. Я этой магией не владею, - с грустью в голосе заключил полубес, доставая из холодильника мясную нарезку и кувшин молока. - Будешь?
   - Да! - кот радовался тому, что хоть это словосочетание у него неплохо получается.
   Налив в мисочку молока, полубес поставил его перед котом, и уже принявшись за свой завтрак, был вынужден прервать его. В ворота кто-то настойчиво стучал. Кентавр еще вчера вернулся из города и, наверное, сейчас спал. Поэтому тот, кто сейчас со всей дури барабанил в двери, явно был посторонним.
   - И кого это нечистая сила принесла.
   - Мудак какой-то, - совершенно отчетливо с легкой задумчивостью в голосе предположил Алеф.
   - Вот-вот. Пойду, выгляну.
   Стригосус быстро оделся и обулся, вышел на улицу. Когда через четверть часа он вернулся, взгляд его был страшнее осенней грозовой тучи.
   - Ну, что, любимый, позавтракал? Пойдем, теперь я тебе покажу Тихие Косогоры.
   Сказано это было весьма угрожающе.
   - Млядь!
   - Не могу не согласиться! На нашего председателя вчера напало страшное чудовище, устроило ДТП на дороге и изнасиловало лошадь, а потом кентавра председателя. И, кажется, самого председателя Дурнева, если поднялся такой сыр-бор.
   - А может менадо?
   - Менадо? Никогда не слышал о таком. Это что за существо?
   - М-не-надо, - с шипением в голосе попытался выговорить кот.
   - Тебе надо? Слушай, Алеф, я тебя очень люблю, честное слово. Если тебе тяжело пока говорить, не напрягайся. Просто иди ко мне на руки, и поедем искать этого менадо, хорошо?
   - Не надо!
   - Как не надо? А если оно еще кого-то изнасилует? Там говорят какой-то странный сиамский кентавр-человек.
   Кот со стоном выдохнул. А он всего-то хотел сказать: "А может не надо", но вышло вот как. Спорить он не стал, послушно запрыгнул на спину Стригосусу, умостился вместо воротника на его пальто и довольно, а может и не довольно, заурчал.
   - Вот какой ты хороший иногда бываешь. - Потрепал за ушком кота полубес и вышел на улицу. - Арсений! Поехали кататься, будем менадо искать.
  

* * *

  
   Маркусу не спалось уже давно, часиков с пяти утра. За это время он успел обойти весь особняк, составлявший три этажа и большой подвал, в котором располагалась конюшня. Обход начался с кухни и поиска съестного. Потом с горшка - песочницы, так, как коту лень было выходить на улицу. Горшки с цветами, располагавшиеся по всему дому, кот откровенно игнорировал. Наконец, не найдя ничего приличного, кот все же выглянул из дома, посмотрел на широкую улицу, лишенную не только деревьев, но и кустарников с клумбами, кот с тоской выдохнул и сходил в снежок на противоположной стороне. Возвращаясь обратно, переходя широкую улицу, он едва не угодил под копыта напыщенного кентавра. Смачно выругавшись ему вслед, Маркус кинулся обратно осматривать вверенную ему территорию.
   Вспомнился разговор с Марионом по дороге. Он был хоть и коротким, из-за того, что практически весь путь эльф изображал из себя рыбу и, Арсений не смел и звука издать, но подъезжая к дому, хозяин намекнул, что в этом доме, кот будет вторым после него господином, а значит может творить что хочет в рамках разумного.
   "Та он и не представляет, на шо подписался, наивное дите зеленых насаждений!"
   Обойдя жилые помещения, Маркус спустился в шикарную конюшню. Оценил обстановку и ядным, ехидным голосом затянул:
   - И где та тварь обитает, для которой мой дорогой хозяин фиолетовый люминесцентный хер прикупил?
   Марик поднял голову и посмотрел на кота.
   - Ты кто?
   - Та уж не конь в пальто! Это ты шоле такой хитро смазанный, шо моего дорогого хозяина мучить изволил? - кот уселся на вершине шкафа, куда с легкостью вскочил с лестницы, показывая свою ослепительную недосягаемость.
   - Я, кажется, у тебя спросил: ты кто?
   - То-то я смотрю шо ты еще мало того, шо хамского сына стэрво, так ще и пидслипкуватый. - Кот начал демонстративно вылизываться.
   - Слышь, ты, дурик лопоухий, иди сюда, разберемся, - кентавр поднялся и стал во весь свой рост, и во всю свою обнаженную натуру.
   - От теперь я вижу, шо твои бубенцы за нехрен делать можно оторвать, - не отвечая на вопрос кентавра, кот объяснил доходчиво, на что он способен.
   - Это я тебе твои бубенцы отдавлю. Копытом. Марш сюда, мелочь пузатая! - кентавр начал нервничать.
   - Ты бы срамоту свою прикрыл, непОрнокопытный!
   - ПАрнокопытный, а не пОрнокопытный!
   - Та шо я вижу! У вас, коне-человеков пунктик какой или шо? Вечно про свои копыта трындите. Я вона тож не парнокопытный! - При этом кот выпустил свои весьма крупные и острые когти, демонстрируя то, что ждет бубенцы кентавра, в случае, если к ним приложатся это самое не парное количество "копыт", проведя одним взмахом по остатку обоев на стене. - Так шо, мальчик, веди себя в рамках. Узнаю, шо ты трындишь много, не токо хер с твоей дырки светиться будет, но и у меня прибавится новый экземпляр в колэкции. Врубился? Так шо порно тебе светить буде в паре с когтями и самотыком.
   На этом кот с легкостью спрыгнул на лестницу и ушел в спальню эльфа. Кентавр со злость всадил кулаком в шкаф, выбил дверь, рассек кожу на тыльной стороне ладони и взвыл от боли.
   - Вот гаденыш! Ты у меня еще на коленях ползать будешь, гнида! - Правда о ком именно шла речь, даже сам Марик не мог сказать конкретно: о коте или об эльфе, приведшем эту гниду.
   Тем временем Маркус довольный зашагал в спальню нового хозяина. Идея появилась у него неожиданно, и на пороге коту пришлось вернуться, пойти в коридор, где лежал тот злосчастный пакет, в котором было так много всего интересного.
   Марион проснулся с трудом. Голова болела после выпитого. Кот позаботился еще с самого ранья, принеся эльфу стакан с водой и травы для опохмела. Как это у него получилось - неведомо, но эльф с благодарностью выпил воду, загрыз горько-соленым стеблем и потянулся еще за графином.
   - И чего же мне так хреново-то!
   - А того, шо винцо адское. Оно спецом так сделано, шобы кажен знал: вся бесовская доброта оборачивается злом, - зловещим голосом отозвался сидящий в ногах эльфа кот.
   - Черт! - воскликнул от неожиданности эльф, только сейчас осознавший, что вода и зелье не просто так у него на прикроватной тумбочке оказались.
   - Ничего не черт! Кот - да, - гордо и не отрываясь от журнала, заявил Маркус.
   - Ты меня испугал. Иди ко мне, - эльф сел на кровати и потянулся к коту, но увидав, какой журнал изучает кот, ощутил, как ему резко поплохело. - Выбрось это барахло!
   - Та щас! - Кот прыгнул на эльфа, завалив на спину, уселся на его грудину и лизнул подбородок. - Такое чтиво! Хозяин... ты гурман! А как они их того,... приходують! Аж душе светло от этого!
   - Маркус! - попытался сопротивляться эльф, но тщетно.
   - Ну, шо Маркус?! Давай ты меня будешь звать как-то шоб иначе. А то якый-то МММ получается. Давай я буду Рэксом? - Кошак гордо встал на задние лапы, больно упираясь в костлявые ребра эльфа, у которого и без того все болело.
   - А давай я тебя просто Чертом звать буду? Это тебе больше подходит, - подхватив кота на руки, эльф снова сел в кровати.
   - Шо ты мелешь? Я - Черт? Та от меня все ж шарахаться будуть!
   - Как я понял, Пушистик, от тебя и так все шарахаются.
   - Пушистик?
   - А что? Ты же не лысый, как подавляющее большинство наших котов. Будешь Чертов Пушистик, - эльф засмеялся и резко застонал от дикой головной боли.
   - Я так не играю, - надулся кот. Хотя и то, и другое имя ему очень нравилось.
   - Вот и не играй, будь моим Пушистиком, а для остальных - Чертом, хорошо?
   Кот не успел ответить, когда в стекло постучал почтовый голубь. У кота засветились глаза, у Марфея отразилась мука.
   - Выходной! - с болью в голосе произнес эльф, но отворил окно, взял письмо и отпустил птицу.
   Содержимое письма заставило его похолодеть от ужаса.
  

Часть 22

  
   - Что ты творишь? Совсем с ума сошла? Ты же убьешь его! - крикнул высокий мужской голос.
   - И, что с того? Если они до нас доберутся, то и мы умрем. А убить эту гниду - святое дело! - отвечал озлобленный, хрипливый женский. - Неужели ты не понимаешь, что мы сами себе подписали смертный приговор?
   - Я знал, на что шел, и ты - тоже.
   - Давай убьем его. И он больше никого не тронет, не будут литься больше вдовьи слезы, не будет больше похищений и этого тотального страха.
   - Еще рано. Я обещаю тебе, что если они, отвергнут наши требования, ты сама убьешь его.
   - Обещаешь?
   - Да, - голос с тихим и зловещим гулом пронесся по сырому коридору.
   Человек, связанный, стонущий, лежал на холодном бетонном полу. Хотя по его чертам сложно было определить - насколько он человек. Острый нос и оскал, прячущийся под тонкими губами выдавал в нем вампирскую или вурдалачью кровь, угловатая форма лица, тяжелый подбородок и выдающийся лоб - наличие в его роду орков или гоблинов, а может и тех, и других, мало того, заостренные уши свидетельствовали о том, что когда-то в его родословной "пробежал" эльф, а низкий рост - о наличии крови гномов. Полный комплект, если можно так сказать. Тем не менее, он был человеком. С черной повязкой на глазах, мощными веревками на запястьях и щиколотках, пленник корчился от боли, но пощады не просил. Это было ниже его достоинства - этот человек не перед кем, больше, не падет на колени.
   Он слишком многое вынес, начиная с самого детства. Унижения, оскорбления, бесчисленные синяки и шрамы, оставленные на его юной душе, создали бессердечного руководителя и хитрого политика, отвечавшего своему имени - Лев. Правда, это имя уже все давно позабыли, зовя лишь по фамилии - такой же угловатой и несуразной, как и черты лица ее обладателя.

* * *

  
   Кентавр с опаской посмотрел на кота, но ничего не сказал. Кот, собственно тоже, не проронил и звука. Хозяин, решив не нарушать гробовое молчание, уселся на круп кентавра и погладил его по спине. Прямо семейная идиллия какая-то, если не учитывать лица участников этой сцены. Тишину нарушил кентавр, поинтересовавшийся, куда они держат путь. Хозяин пожал плечами и скомандовал:
   - На городской тракт по обычной дороге, а не через лес.
   Так и поехали, спокойно и также молча.
   Погода располагала к прогулкам, радуя последними сухими, теплыми днями зимы. А скоро начнется слякоть, весь снег поплывет, и дороги превратятся в грязное месиво. Полубес нагло спрятал ладони под мышки Арсения, как будто это было в порядке вещей, хотя кота этот порядок совсем не устраивал, но возражать ничего при посторонних Алеф не стал - он со Стрижиком дома потом разберется.
   Проезжая по поселку им попадались местные жители. Весьма разношерстный и много расовый народ, имеющий одну общую особенность - гордость за то, где они живут и, как живут, это придавало их лицам какую-то спокойную удовлетворенность. И не было среди прохожих тех, кто не посчитал нужным хотя бы кивком засвидетельствовать почтение ден Астаро. Полубес отвечал тем же.
   Такое отношение друг к другу было знакомо Алефу по родному городку Эльфери, где прошли самые счастливые годы его детства, пока родители не развелись из-за всплывшей измены его отца, точнее сказать, пока наружу не выплыло то, что он - двоеженец и имеет сына от первого брака. Его сводный брат оказался старше, спокойнее и смышленее самого Алефа, и они быстро нашли общий язык. Этому факту отец был несказанно рад и поручил Марфею все заботы о младшем сыне, сложив эту тягость со своих плеч, чтобы как можно скорее умотать в неведомые дали в поисках приключений. Мать Алефа, по свидетельству очевидцев, ушла в монастырь. Тогда-то и пришлось переехать в Мироздан - западную столицу, неподалеку от Зеленого города, где жила мать Марфея. Школа и академия - счастливое время, пролетевшее незаметно, не оставившее в памяти эльфа ничего, кроме воспоминаний о сессиях и попойках. Работа отрезвила молодого человека, заставила изменить свое бесшабашное отношение к жизни. Алеф начал на собственной шкуре и довольно грубо понимать, во что может вылиться его легкомыслие и пофигизм. Он выучил главную истину городского жителя: сам за себя.
   А тут, в пригороде, находящемся всего в паре километров от города, отчужденность люда словно и не существовала. Здесь все друг друга знали, неважно, будь то колдун из высокой башни или старик эльф, беззаботно сплетничающий с гномом. В Косогорах на улицах попадались веселые вурдалаки, чьи дети убегали от человеческих, играя в салочки, а непримиримые орки пьянствовали с гномами.
   Кот ехал на плече Стригосуса и во все глаза смотрел на местных жителей, которые радушно приветствовали своего собрата точь-в-точь, как делали это в его родном Эльфери, когда маленький эльф шел со своим отцом. Алеф вздохнул и пообещал, что, как только станет обратно самим собой, купит тут дом.
   - А куда мы едем? - Еще раз спросил напряженным голосом Арсений.
   - Понимаешь, тут такая фигня произошла вчера вечером. Похоже, после того, как вы выехали с Марионом и Маркусом, на дороге идущей возле кладбища, мимо леса, произошел несчастный случай. В Косогоры ехал кеб с людьми, а его обгонял кентавр председателя поссовета, лошадь, как взбесилось, погнала со всей дури за ним, а тут еще из лесу вышло нечто вообще непонятное. Перепуганные пассажиры кеба толком ничего не поняли, но рассказывали, как толи лошадь накинулась на кентавра, а чудовище на Дурнева, толи Дурнев на лошадь, а чудовище на кентавра... - Стригосус мучительно выдохнул. - Короче, я так ничего и не понял. Все бросились в россыпь кто куда, спасать свои шкуры. Куда делось чудовище - никто не знает, кто говорит, что оно пошло на кладбище, кто - в лес, кто вообще говорит, что это призрак, и он растаял. Непонятная история.
   - Мур? - отозвался заинтересованно Алеф.
   - Что, мой хороший?
   - Ты?
   - Я? В плане, какого черта я этим занимаюсь? - полубес хихикнул. - Наверное, потому, что все считают, будто страшнее меня в округе нет.
   - Хозяин, неужели вы страшнее тех, кто живет в черных башнях? - Еще до того, как они познакомились, Арсений знал, что о полубесе ходят разные истории. Но не верил им. А тут получается, что судьба и правда занесла его на работу к самому ужасающему жителю Косогоров.
   - Вообще-то, я очень спокойный человек, - рассмеялся Стригосус. - Все решил один случай, когда я, будучи с бодуна, увидел, как разгромили мое детище - чудесный палисадник, состоящий из очень редких лекарственных растений. Понимаешь, один религиозно свихнувшийся колдун решил устроить конец света по церковным канонам. Вот и создал трех охрененно неубиенных големов, наделенных внушительной магической силой. - Полубес с горькой улыбкой выдохнул, погладил урчащего кота на воротнике и продолжил. - Много бед натворили эти неуправляемые идиоты. Правда, мне было все равно. У меня тогда была своя личная трагедия... очередная из... ну, и я разозлился не по-детски. Решил испытать Адский огонь на практике. Если ты по лесу ехал, то видел там пару лысых полян. Там-то я и "приложился" к этим самым всадникам.
   От рассказа хозяина, кентавр похолодел. "Уж как угораздило, так угораздило! И чего у меня язык в одно место засосало тогда?! Ведь мог бы напроситься к Фею, и господин эльф сам говорил, что хочет меня к себе забрать, а вместо этого, ему пришлось взять того кота. А что с этим, новым, котом? Что он такой молчаливый. Я же слышал, что он сплошной матершинник. - С ужасом думал кентавр, не глядя, бредя по заснеженной, с выбитыми колеями, дороге. - Я же несколько раз был в их доме, я знаю, что здесь только один кот". Не выдержав мук неизвестности, кентавр решил выяснить все сразу. Опыт наглядно ему показал, что молчание приносит лишь вред.
   - Мне говорили, что у вас только один кот живет, - Арсений сам испугался за свой вопрос, но делать нечего, раз открыл рот, значит говори.
   - А у меня до недавнего времени и был лишь один кот. А это, - Стригосус погладил удивленного и слегка испуганного Алефа. - Это - его сын. Не оставлять же его на улице. Тем более, что его мать из очень порядочной, дико консервативной и скупой семьи, где не приветствуют больших популяций котов и топят их при рождении. Согласись, я поступил гуманно.
   - Люди жестоки, - только и смог проговорить Арсений.
   - Не могу не согласиться. Люди слабы, а потому и жестоки, ведут стадный образ жизни и подавляют всяческую индивидуальность.
   Арсений поймал себя на мысли, что эти слова он когда-то слышал. И этот кто-то, тоже был получеловек. Так говорил Гейгель, самый страшный человек в государстве. Немудрено, что они знакомы, если говорят одно и то же. Такие вещи говорили с надменностью и презрением орки, заставлявшие отвозить Арсения трупы своих жертв в лес.
   Но между словами и тем, как они говорились, была большая разница. И Стригосус, и Гейгель говорили их с тоской, а кровожадные и недалекие подчиненные - с надменностью и глупостью вышколенных и тупых исполнителей чужой воли. Вот теперь, проводя параллель, кентавру стало до дрожи страшно. Если человек способен так говорить о своих сородичах, что же за чудовище тогда он сам?
   - Я не утверждаю, что во мне нет зачатка от серой массы, но само понимание ее сути дает некоторую степень свободы индивиду. И эта свобода - крылья, которые непросто обломать. Ими можно манипулировать другими - всеми, кого поглотила в свою пасть эта серость. Иное дело - собственные амбиции человека. Чем их больше, тем меньше человечности в нем. У меня амбиций мало. Не скажу, что у меня их нет - это совсем лицемерно будет, просто я не стремлюсь идти по головам, крушить земли и навязывать свое мнение окружающим.
   Стригосус и дальше разглагольствовал на эти темы, ведь работа в мэрии, а до этого в цирке, наложила на него тот еще отпечаток, но Арсений вывез их из Косогоров на дорогу, выходящую на окружной тракт, и остановился.
   - Хозяин, вы меня простите, но куда едем дальше? - учтивость кентавра была способна обезоружить любого, даже полубеса, нашедшего две пары благодарных ушей.
   Наездник покрутил головой и озадачено вздохнул.
   - Понимаешь, мы ищем что-то из ряда вон выходящее. Способное не побрезговать и изнасиловать даже нашего председателя поселка.
   - На вкус и цвет, - на лице кентавра проскользнула ухмылка.
   Наблюдавший за всем этим кот начал подозрительно коситься на новое транспортное средство своего хозяина. "Вот же, сука, трепишься много! Язык бы тебе укоротить! А то не ровен час начнешь намекать на то, в чем ваш брат особо хорош, и о чем не только на порно сайтах показывают, но и анекдоты все рассказывают в курилках и сортирах". Алеф непросто злился, он дико ревновал и бесился, готов был разорвать кентавра на мелкие частички, выцарапать ему глаза и лишить мужского достоинства... "Точно! Я все подшучивал над котом с его навязчивой идеей "оторвать бубенчики", а ведь сейчас и сам готов пойти на это. Чертова судьба, чертов кот! Ненавижу его! Ненавижу себя! Все ненавижу!"
   - Ненавишу! - вслух произнес Алеф, не осознавая этого.
   - Ну что ты, мой дорогой! Ты же Дурнева еще не видел, а уже ненавидишь. Хотя, я до сих пор теряюсь в догадках, как он председателем стал? - Стригосус думал о своем. Вспоминая, как его настоятельно рекомендовали на должность, которую сейчас занимает старый упырь.
   - Похоже, ваши коты очень категоричны, - поддержал тему Арсений, всегда гораздый поболтать с клиентом, особенно если его образование хоть на немного, но отличается от того, что преподают в орковских школах.
   - Они не категоричны, - с теплом в голосе проронил полубес, снял свой "воротник" и ласково обнял, поглаживая. - Мои коты очень ревнивые, да радость моя?
   Стригосус угодил в точку. Как бы неприятно было осознавать этот факт, но Алеф набрался сил и тихо мурлыкнул что-то напоминающее утвердительный ответ. Арсений проигнорировал излияния у себя за спиной и продолжил расспрашивать хозяина о чудовище. Предположение Марфея о том, что в Тихих Косогорах находится какой-то страшный и подпольный институт, занятый исследованием генетических модифицированных субъектов, всплыло во всех красках, как и та самая картина в лесу, с тремя местными алкашами.
   - Мне сказали, - полубес ласкал кота за ушком и мило ему улыбался, уверенно держась на спине кентавра, - что появилось страшное чудовище с двумя лошадиными головами и...
   Договорить Стригосус не успел. Весьма внушительный сугроб сослужил отличной подушкой при падении полубеса с котом в руках.
   - С-сука! - выразил неодобрение такой манерой поведения Арсения Алеф.
   Где-то, в таком же стиле отозвался и наездник, но осекся, глядя на своего кентавра, побелевшего под стать окружающей среде.
   - Что такое? Чего ты так затормозил? Испугался что ли?
   - Д-да, - неуверенно с дрожью в голосе отозвался кентавр и рывком достал из сугроба хозяина.
   - Не бойся, я тебя ему изнасиловать не дам, - хохотнул полубес. - И сам не дамся. Я же не вурдалак какой-то престарелый.
   - Зря вы так, хозяин. Я видел его. - Смущенно констатировал Арсений, отряхивая спину Стригосуса и абсолютно не замечая скалящегося на это Алефа, примеряющегося к бубенчикам то одного, то второго. - Точнее, их.
   - Их? Ничего себе! - Не унывал полубес, подхватывая на руки кота и ласково нашептывая ему всякие хорошие словечки, успокаивая от шока падения в снег. - И сколько же этих чудовищ ты выдел, Арсений?
   - Чудовище там одно. Но это заколдованные два алкаша - мужик и орк.
   Арсений рассказал всю историю того, как они с Марфеем ехали по лесу и, что видели на поляне. Заодно и про бабку-ведьму, от которой они дали деру и с радостью приехали к полубесу, хоть эльф, похоже, не был уверен, в правильности своего выбора.
   - Кстати, этот эльф вообще какой-то странный. Приехал разыскивать брата, а ограничился котом. Моим котом! - С деланной усмешкой констатировал Стригосус.
   Он никому не сознался в маленькой хитрости, которую он провернул с Марионом, подкорректировав его память и подсознательные целевые задачи. Теперь эльф будет лелеять кота, и в тайне надеяться достичь магического уровня своего младшего братишки, чтобы превратить кота в человека.
   Иногда, посмеиваясь в душе над собственными проделками, полубес ловил себя на мысли о том, как будет управлять какой-нибудь административной единицей, будь то эти Тихие Косогоры или Зеленый город, или всей страной, или миром. Но дальше идей он не шел, природная лень и неуверенность в себе, не позволяли. Стригосус научился ценить то, что есть и не лезть выше головы. Впрочем, если Дурнев откинет копыта, ему снова предложат эту должность и он, наверняка, опять от нее откажется.
   - Я не знаю так хорошо господина эль Фея, но тоже удивился этому повороту, - согласился кентавр, довольный, что разговор можно было увести в другую сторону. - Мне он показался очень вдумчивым эльфом.
   - Да-а... - Протянул ехидно полубес. - Очень вдумчивый! Такой елдак прикупить!
   Арсений непринужденно рассмеялся, а Алеф зашипел. Уж он-то точно своего братца видел таким впервые. "Попадешься ты мне после этого! Голову оторву, зараза! Или ты не знаешь, что я с шапкой той не расстаюсь никогда! Сволочь! Я сам тебя тем елдаком отделаю, - готовил планы на будущее Алеф. Потом подумал и решил для себя. - ... по голове отделаю!". На вопросительный взгляд полубеса, кот лишь ласково мяукнул.
   - Что, мой хороший, пешочком пройдемся?
   - Да! - обрадовался сгорающий от ревности кот.
   И они двинулись дальше по утоптанной дороге мимо леса. Разговор не шел. Общих тем у Арсения и Стригосуса пока не находилось, а имевшиеся исчерпали себя. И уже за это Алеф был рад. Им на встречу шел старичок в обмундировании гильдии вольных колдунов. Заприметив полубеса он начал махать руками и причитать еще из далека.
   - Святые угодники! Конец света близок! Первый всадник апокалипсиса идет искать своего коня! Покайтесь!
   Арсений переглянулся со Стригосусом, а тот со своим котом. Полубес посадил кота на круп кентавра и довольно потер ладони.
   - Ме надо, - со страхом в голосе проговорил Алеф, прижимаясь к спине Асрения.
   - Надо, мой дорогой, надо. Зря я его в прошлый раз живым отпустил!
   От близости с котом и страха перед разрушительной мощью своего хозяина, кентавр попятился. Он не отдавал себе отчета в том, кого он больше сейчас боится: того, что впился когтями в его спину или того, что с обманчиво ласковой улыбкой и всеми чертями Ада в глазах, шел рядом.
  

* * *

  
   - Ты чё, хозяин? Шо случилося? Война пришла, а мы в подштаниках? - Природное ехидство Маркуса никогда не давало унывать окружающим. На это он рассчитывал, глядя на побледневшего эльфа.
   - Ты за главного, а я на работу. Срочно! - Конкретизировать что-либо Марфей не стал, лишь быстренько убежал в сторону королевского сортира, подчиняясь утренней необходимости очистить организм от продуктов жизнедеятельности.
   - Ты как хочешь, но пожрать ты обязан. Вона как истощал, бедненький, ни одна краля на такого не посмотрит, задохличек ты мой. - Кот пошел проверять содержимое холодильника, рассуждая про себя о том, как бы побыстрее подтолкнуть Мариона научиться колдовать "правильно".
   К тому моменту, когда относительно пришедший в себя после вчерашнего знакомства с Адским винцом, эльф вышел из ванной, кот стоял перед ним с самым грозным выражением на мохнатой морде.
   - Сперва позавтрикай! А там усэ остальнэ! - Глядя на этот трогательный комочек, говорящий между строк: "Либо ты поступаешь, как я говорю, либо твои бубенчики пострадают", Марфей не мог сдержать нежной трогательной улыбки.
   - А ты мне завтрак приготовил? - эльф подхватил кота на руки и почесал ему за ушком.
   - Жёнку заведи, пущай готовить тебе, а у меня хоть и лапы не с жопы, но не такие умелые, шобы жрать могти стряпать, - Маркус не менял грозного выражения на лице.
   - Заведу, заведу, - со стоном в голосе отозвался эльф и понес кота на кухню, где на столе уже лежал кусок колбасы, хлеб и два куриных яйца. - Где ж ее завести с такой-то жизнью?
   Марфей принялся машинально готовить яичницу с колбасой, попутно рассуждая, как мог кот эти самые яйца достать из холодильника, и, не разбив, положить на стол. "Это же какая у него варежка!", - заключил эльф, косясь на кота.
   - Слухай, остроухий, я бы на твоем месте, коню не доверял. Стремный он какой-то, себе на уме, - кот развалился на табурете, инспектируя то, что находилось между задней парой лап.
   - Это я и без тебя в курсе, - перекривил сотрудник Тайной службы. - Но у меня и без этого проблем хватает. Вот, например, ты кот - боевой?
   Пушистик встрепенулся, удивленно посмотрел на эльфа, и елейным голосочком спросил:
   - Шо, мой повелитель лесов дремучих, в твоем окружении появился тот, кому бубенчики мешають? Обрэжим, як два пальца об асфальт.
   - Пока еще не знаю, со сколькими бубенчиками придется дело иметь, - эльф выложил завтрак в тарелку, а кот тем временем из холодильника достал листья салата и в зубах понес мыть в кухонной раковине.
   Если бы голова эльфа не была забита своими делами, он бы этому очень удивился, а так он, лишь машинально порезал хлеб и, поставив перед собой стакан березового сока, принялся за завтрак, с удовольствием заедая подгоревшую колбасу принесенной зеленью.
   - Так шо ты говоришь, много бубенчиков, да? Это из-за этого ты туты смурной такой? Не ссы, хозяин, прорвемся.
   - Я и не сомневаюсь, шо прорвемся, - в тон коту заговорил эльф. - Только вот сам не знаю, помочь ли одним бубенчикам тем, кому по долгу службы помогать надо, или вторым, которые умудрились похитить Гейгеля и угрожают его без бубенчиков оставить?
   Тот, кто утверждал, будто коты не смеются, не видели сейчас Маркуса. Кот ржал, трясся, хрюкал, издавал другие нечленораздельные звуки, пока не свалился с табурета.
   - Я что-то смешное сказал?
   - Не, голуб мой, тут и думать нечаго. Твого Гейгеля еси оставили живым, значит - долбоебы, а ежели пришили, значит еще большие мудоебы, нежели твой начальник. - Кот заскочил на стул, рядом с эльфом, потянулся к столу, ловко цапнул из тарелки кусок колбасы и принялся жевать.
   Марфей удивленно посмотрел на кота, роняя поднесенный ко рту кусок обратно в тарелку. К этому моменту он окончательно отрезвел.
   - Слышь, ты, Пушистик Чертов, ты мне одно скажи. Ты точно кот?
   И тут у кота зародилась отличная идея!
  

Часть 23

  
   Устраивать новое светопреставление, по типу того, что было с големами этого колдуна, полубес не хотел, не в его стиле повторяться. Зато подопытный для практики в магии ему не помешает. Возможно, Стригосусу самому удастся вернуть прежний облик любимому, заодно повысить свой уровень магических знаний.
   По тому, какими глазами сейчас Арсений посмотрел на хозяина, на лице которого весь грандиозный план вырисовывался во всей его полноте с предполагаемыми адскими последствиями, можно было понять, что кентавр непросто против. Он по-настоящему испуган. Зато коту все было до лампочки. Он наконец-то умудрился забраться под пальто любимого, высунул наружу свою мордочку и начал громко урчать. Последнее обстоятельство озадачило Стригосуса, поймавшего себя на тревожной мысли о том, что с такими темпами и с такой наглостью Алефу может понравиться быть котом. Стригосусу эта идея не улыбалась.
   - Что вы уже придумали, хозяин? - С тревогой в голосе спросил кентавр, глядя на своего господина, обнажившего самый настоящий бесовской оскал.
   - Что? Ну... - потянул полубес и ехидно заулыбался, потирая ладони. - Сейчас увидишь! Следи только, чтобы никто другой это не увидел.
   Кентавр оглянулся по сторонам. На заснеженной дороге и в ближайшем лесу, прозрачном, лишенном листвы, никого не было. Одни только кусты, росшие у обочины, где сейчас проходил колдун, нарушали картину обзора, но Арсений положился на то, что уж там навряд ли кто-то может сейчас заседать.
   - Вроде никого, хозяин. Только давайте вы будете вести себя по-людски. Я понимаю, что он, - кентавр кивнул в сторону орущего и идущего им навстречу колдуна, - не лучший представитель социума, но он - живое существо, а с вашей...
   - Репутацией? - Огрызнулся полубес, останавливаясь и оборачиваясь в сторону кентавра. - Да, мой хороший, репутация у меня полный мандец, как сказал бы мой любимый котенок. Она не была бы такой, знаешь ли, если бы в этом самом твоем социуме не обитали такие уроды, типа этого. И, если бы не моя репутация в свое время, не только от этих вот Косогоров, но и от Зеленого города, ни черта бы не осталось. Ясно? - Говоря все это, Стригосус яростно жестикулировал, показывая то на колдуна, до которого остались считанные десятки метров, то обводя руками весь мир. - И я не собираюсь его убивать! Во всяком случае, сейчас! Мне нужен кто-то для опытов. Так что, либо - ты, либо - он!
   Кентавр живо вспомнил, что в доме полубеса живет нечто, которое убивает всех, к кому прикасается, вспомнил безымянные могилки в лесу и замолчал. Лезть на рожон, точнее отдавать себя на эксперименты, он не собирался. Только в очередной раз пожалел, что тогда смолчал и не попросил Марфея взять его к себе.
   Тем временем после пары коротких слов полубеса, зашумел весь лес, дрогнула земля и снег, начал идти в обратную сторону, поднимаясь с земли вверх. Снежная вьюга захватила колдуна, образовав воронку, и уволокла дряхлое тело старика куда-то в лес.
   - Был колдун - нет колдуна, - довольно потер руками полубес.
   - Вы его точно не убили? - с ужасом в голосе и широко раскрытии глазами спросил Арсений, не веря в то, что его хозяин и правда так быстро способен избавится от старичка, пусть и полоумного.
   - Зачем же?! Я не такой уж малой и глупый, как когда-то, - на лице Стригосуса играла совсем не соответствующая этим словам мальчишеская, хитрющая улыбка. - Он мне живой нужен. И, в отличие от нас с тобой, он сейчас уже у нас дома, но в подвале.
   Продолжать разговор на эту тему кентавр не осмелился, опасаясь не только узнать, зачем ему колдун, но и на собственной шкуре это прочувствовать, а то, кто его знает - может полубесу одного подопытного будет мало. Зато Алеф, созерцавший за всем этим с барским равнодушием, мурлыкнул.
   - Мяхуа?
   - Дома, мой хороший, дома. Спи пока, - полубес чмокнул кота в нос и погладил за ушком. Кот довольный заурчал по новой.
   До места ДТП оставалось совсем немного, а дорога была ровная, так, что Стригосус вновь влез на круп кентавра, и они за считанные минуты оказались возле кладбищенских ворот. Снег возле дороги был вытоптан десятками ног, ведущих во все направления. Полубес спрыгнул, прошелся к воротам, изучая те следы, что вели в их сторону, споткнулся на ровном месте и вернулся.
   - Мы пойдем на кладбище? - поинтересовался кентавр, пытавшийся обойти это место десятой стороной по личным причинам, связанным с воспоминаниями о своей недавней "профессиональной" деятельности и паре клиентов, обожавших заниматься сексом в подобных местах.
   - Нет, мы на него не пойдем. Может, ты сам сходишь? Потому, как мне путь на эти земли заказан при жизни. - Полубес говорил об этом искренне и без эмоций, констатируя простой факт: я туда ни ногой.
   - Почему? - Выпалил кентавр, прежде чем спохватился.
   - Потому, что. Не пускают меня к себе духи вечности, обитающие на кладбищах, а хранители усопших охотятся за моей бесовской силой. Вот и не могу я зайти туда.
   - Понятно, - вслух сказал Арсений, а про себя обрадовался, что уж этот хоть его туда не потянет. А то кто их знает, этих бесов?!
   Тем временем Стригосус изучал следы, оставленные на обочине дороги у леса. Молча, махнул кентавру и стал углубляться в чащу. Теперь на снегу оставались только одни следы - человеческие. По подошве можно было сказать, что они принадлежали весьма грузному мужчине, но не орку - размер для него маловат. Через четверть часа блуждания по зарослям, следопыты обнаружили место, где обладатель старых сапог допил бутылку алкоголя непонятного происхождения, по всей видимости, самогона, и помочился. Два раза помочился.
   - Говорят, у этого монстра два писюна было, - вспомнил Стригосус слова то ли достойной Катрины, то ли рассказ кентавра.
   - Точно, два, - подтвердил Арсений.
   - Ну, тогда мы угадали.
   - Да, но он отсюда пришел, а где он сейчас? - недоумевал кентавр.
   Стригосус по-мальчишески задорно ухмыльнулся и невинно заявил:
   - Не наю! - Сознался полубес, перекривляя то ли одного кота, то ли второго, давным-давно спящего крепким сном за пазухой.
   Но кентавр ему не поверил. "Это вообще надо быть полным идиотом, чтобы поверить бесовскому отродию." - Мрачно подумал Арсений, но лишних вопросов задавать не стал.
   Тем временем полубес принялся расстегивать ремень на штанах, разбудил кота, который глядя на такой оборот событий, выпрыгнул из-за пазухи и пошел метить территорию.
   "И все же они похожи. Самому сходить, что ли за кустики?"
   Стригосус только с улыбкой глянул на своих питомцев, достал из штанов свой хвост и выдернул из него волосину, положил на след существа, которого они разыскивали, и прошептал поисковое заклинание, лишь после того, как из волосины странным образом выросла птичка, полубес заправил хвост на место и застегнул штаны.
   Питомцы возвращались из противоположных кустов налегке, гордые собой. Мужики, что ж сказать. А тем временем уродливая волосатая птичка взмыла над лесом в поисках алкоголика-мутанта.
  

* * *

  
   Иногда и солнце светит ярче, и птицы щебечут громче, и ветер ласкает кожу, словно атлас. Иногда. Но явно не сегодня.
   Впервые за время работы эль Фей прибыл на работу, в здание управления Тайной службы так быстро. И молча, не смотря на то, что вез его, как положено - Маврик. Это поистине удивительное чувство, когда ты можешь с удовольствием насладиться заснеженным городом и отдаться полностью своим мыслям, а не постоянным пререканиям собственного транспортного средства.
   Сегодня для Марфея не щебетали птицы, и была на редкость мерзопакостная погода утром - дул холодный влажный ветер и все небо было затянуто серыми облаками, которые лишь к полудню уступили место яркому весеннему солнцу. Марион эль Фей был поглощен своими мыслями, терзавшими его с того самого момента, как он открыл письмо. Пропал Гейгель - сволочь редкой масти - его начальник и руководитель отделения Тайной службы в Зеленом городе и всего Восточного региона.
   "Я ненавижу тебя! Я готов удавить тебя, перерезать тебе твою поганую глотку и наблюдать, как будет кровь, твоя испорченная черная кровь, хлыстать из горла! Готов убивать тебя снова и снова... но... он прав, я готов убивать тебя сам, а не давать возможность сделать это кому-то другому. Только я могу позволить причинить тебе вред в ответ за все те унижения и оскорбления, что мне пришлось вытерпеть на этой службе! И почему это понимает только одно единственное существо в этом мире? Почему мой кот видит то, что я не могу осознать без посторонней помощи? А кот ли он? Он не ответил мне. Скорее всего - нет. Коты не умеют быть такими умными. Они только низшие твари, как кентавры, не более того. Но ведь и кентавры не простые кони. Арсений! Какой же я идиот. Почему я не предложил ему быть только моим? А вместо этого... хотя, наверное, это стоит того. Пушистик очень умный, рассудительный и острый на язык. Мы подходим друг другу. Как хозяин и питомец, конечно. Хотя сегодня было совсем по-другому. Утром я поймал себя на мысли о том, что на такой женщине я бы без раздумья женился. Парадокс, да и только... Но Лёва, сука! Будь я псом, я бы разорвал его на части. Тьфу, ты! Получается какая-то нездоровая ревность, что ли?!"
   За этими гнетущими мыслями Марфей не заметил, как Маврик притормозил у центрального входа.
   - Приехали, - сдержанным и подавленным голосом констатировал кентавр.
   - Сегодня ты быстро приехал. Спасибо. - Голос хозяина спокойный, чуть рассеянный, но сердце Маврика зашлось от какого-то непонятного теплого, щемящего чувства. - Можешь возвращаться домой. Постарайся не ссориться с Пушистиком.
   Марфей легкой походкой, полной неимоверного изящества, красоты и легкости поднялся по широким ступеням, ведущим к массивной двери центрального входа. Отворил ее и исчез за ней.
   "Как когда-то ушел Яакос. - Пронеслась шальная мысль. - Яакос! Точно! Я не забуду тебя! Мой первый хозяин и настоящий друг. Тебя не стало, а я до сих пор не знаю, что произошло. Я тоже видел тебя вот так и, именно здесь в последний раз. Ты так же легко взлетел по этим самым ступенькам и исчез навечно из моей жизни. Яакос..."
   Маврику стало мучительно больно, за того, кого он потерял. Воспоминания нахлынули на него впервые с того момента, как кентавр узнал о смерти своего хозяина, точнее он почувствовал ее. Ходили странные слухи. Говорили, что его осудили на смертную казнь или о том, что он выпрыгнул из окна самой высокой башни в тюрьме Ворон, или, что его убили при попытки убить кого-то из чинов в Тайной службе.
   "Странное ощущение меня посетило сегодня. Прошел почти год с тех пор, как исчез один хозяин и появился новый. Но только сейчас, впервые за все это время, я слышу от него слова благодарности. И мне от них становится больно и тоскливо."
   Сбитый с толку Маврик поплелся домой, где его ждал кот.
  

* * *

  
   Есть стены, за которыми ничего нет, которые защищают мир от того, что за ними находится. А есть стены, за которыми - мир, который лучше не надо знать. Особый запах чистоты и страха. Лицемерия и порока. Запах любого из управлений Тайной службы. Они все похожи, словно их создавал один и тот же архитектор. Они похожи, словно в них всех работают одни и те же люди. Хоть это не так.
   Когда Марион эль Фей впервые пришел в это здание, он был поражен чинностью и спокойствием мира за толстой стеной. Сейчас он часто проклинал этот самый мир, раскрывший для него свои темные и ужасные стороны. Марфей стал частью этого мира, пропитался им с ног до головы. Он и раньше не ощущал слабость перед принятием решения, касавшегося чьей-то судьбы или жизни. В глубине души Марион был подобен роботу, запрограммированному на определенные задачи и действия. В нем была лишь одна слабость - Алеф. Но о ней здесь никто не знал.
   Пару раз Вардин, первый начальник Марфея, пытался сыграть на родственной ноте хладнокровного и спокойного эльфа, но не тут-то было. Марион предугадал поступки своего руководителя, рассудив, что проще будет один раз избавиться от того, кто тебя достает, чем много раз увиливать от каверзных вопросов и издевок. Это решение стало неизбежным и в дальнейшей работе эльфа, что и поспособствовало быстрому росту молодого специалиста от простого штатного служащего, до заместителя главы Восточным филиалом.
   Марион стал заместителем Гейгеля. Но лишь на бумаге.
   Лев знал прекрасно об амбициях своего подчиненного, и от души подшучивал над ним. У Гейгеля были свои планы на этого эльфа, в которые он не считал нужным кого-то посвящать, в том числе и своего подчиненного. Лев с ним играл, за что Марион его ненавидел. Лев это знал, и еще больше разгорался в желании поиздеваться над эльфом.
   Планерка. Собрались все, несмотря на выходной.
   Стул в конце зала, который обычно занимал начальник, пустовал. Марион вошел одним из последних. За столом оживленно обсуждалось происшествие.
   Сердце безумно колотилось.
   "Нужно быть ко всему готовым."
   - Доброе утро, - эль Фей занял место по правую сторону от пустовавшего кресла Гейгеля. - Надеюсь, что все понимают причину, по которой мы сегодня здесь собрались.
   В зале притихли разговоры. Все понимали и все боялись того, что может произойти. Расколы внутри коллектива были неизбежны. Амбициозных и гордых сотрудников здесь было очень много, но их всех сдерживал Лев. Когда этой сдерживающей силы не стало, все как один задумались о появившейся возможности получить в свои руки самый лакомый кусок - кресло регионального руководителя Тайной службой.
   - К сожалению, я несильно знаком с ситуацией, поэтому прошу господина Берго посвятить нас в тонкости происшествия, - эльф сделал свое дело - он руководил процессом, как и подобает его должности. Все, что он должен сейчас делать - координировать, но не более того. Он не должен допустить брожения масс внутри этого замкнутого мира.
   - Товарищи, - громогласным голосом обратился к собравшимся пожилой орк. - Вы все слышали, что нашего уважаемого руководителя похитили. По нашим данным ответственность за похищение несет террористическая группировка горцев из Южных скал. По имеющейся у нас информации, они уже находятся на юге, на своей территории. Товарищ Гейгель, еще жив. Во всяком случае, на это указывают ведьмы из отдела прогноза.
   Гул голосов начал нарастать, перебивая доклад начальника Оперативного отдела. Ситуация была близка к критической, когда Марфей снова поднялся со своего места, предупредительно прокашлялся и стальным голосом заявил:
   - Дела обстоят не лучшим образом. Это не просто похищение, это оплеуха всем нам, причем очень звонкая и обидная. Мы не можем столь низко пасть и опозорить честь нашей Службы. Я поручаю руководство поисковой группой господину Берго. Он, как никто другой, годится для этой операции. Так же, вся информация, связанная с поисками и сведения о похищении нашего начальника, не должны просочиться в прессу. Это нанесет урон нашему отделению и всей организации в целом. Скажу еще вот что. Те, кто похитил Льва Гейгеля и не убил - полностью лишены всяческого ума, они просто - долбоебы. Хотя и убивать его тоже нецелесообразно. Это нарушит равновесие не только в регионе, но и во всей стране.
   После этих слов в зале воцарилось гробовое молчание. С подобными словами, точнее с заключительной фразой, никто не в силах был поспорить.
   - На этом объявляю о завершении заседания. Передайте секретарям о том, что надо прописать новый пункт в приказе о государственной тайне и в кратчайшее время донести его до каждого сотрудника под роспись. - С этим тоже никто не смел поспорить. - Товарищ Берго, прошу вас ко мне в кабинет. Остальные, можете быть свободны.
   Эль Фей кожей ощущал всю ту ненависть, которую испытывал к нему каждый из начальников отделов. Он ликовал. Только теперь он понял, что они стали к нему относиться как к равному, а не как к шестерке Гейгеля, к его неизменной игрушке и предмету для издевательств. Марион их сейчас всех сделал!
  

***

  
   - Надеюсь, эта группа будет достаточной, но я бы сам хотел поехать с вами.
   - Простите меня, за такую откровенность, но мне кажется, что вы там лишний будете.
   - Но я - магистр боевой магии, ко всему прочему. Горцы славятся своими боевыми черными эльфами, или вы об этом забыли?
   - Я? Нет. Это, наверное, вы не осознаете, в какую передрягу и куда нас черт несет! Там их будет сотня, а нас - десяток. Или вы, товарищ Фей, считаете, что там всех перехуярите?
   Повисло молчание.
   - При необходимости - перехуярю.
   "Сказал, как отрезал, тоже мне остроухий. Или это нам надо будет ухо востро держать?" - Берго нечего было возразить. Во всяком случае, то, что у Марфея голова умная, а характер вспыльчивый, знали все.
   - Ответьте вот на что, уважаемый, а вы уверены, что именно террористы захватили Гейгеля? - сомнение у Мариона зародилось еще в зале заседаний, но он это решился озвучить только сейчас, и только Берго.
   - Нет. Никто не уверен. И будет лучше, если все будут считать именно так, - прежде чем ответить, орк хорошо подумал, но решив, что он и так уже согласился на помощь эльфа, а значит, лучше, если тот будет знать все. - Другое интересно. Почему вы усомнились? Знаете же какая сейчас ситуация с этими горцами.
   - Я-то знаю. И все знают. Но я еще и горцев изучал, и, в свое время, жил в этом краю, когда проходил практику по боевой магии в Академии. Это не их почерк.
   - Хм-м.. А вы, товарищ, мне нравитесь. - На роже орка расплылась самодовольная улыбка.
   Марион не ответил. Только легкий учтивый кивок.
   - Полагаю, нужно как можно быстрее собрать вашу оперативную группу. Насколько я знаю, вы с ними собираетесь вне стен управления.
   - Да, - орк становился все более хитрым и плотоядным. Взгляд так и скользил по изящному телу Мариона.
   - Мне тоже надо кое-что подготовить. Не скажите, где мы встретимся?
   Берго был готов выпалить, что он готов встретиться с эльфом где угодно и, в какой угодно позе его взять на небеса удовольствия, но осекся. Покраснел, заикаясь, сказал название трактира и время.
   - А пока нужно заняться административной волокитой, - завершил Берго и вылетел из кабинета. Рассуждая: - "Ну, надо же! Его даже Лева не оседлал, а я уже глаз ложу. Сейчас первым делом к кентаврам пар спустить..."
  

* * *

  
   Инспектор по кадрам, по совместительству занимающийся подготовками оперативных групп и их командировками, заполнял бланк для новой группы. Сам факт того, что эльф идет на одно задание с орками, вводил инспектора в ступор. Но это был не простой эльф. Из всех, кто работал в Тайной службе, по вредности и скверности характера, подлости и хладнокровию, только Гейгель мог перещеголять Марфейя и часто этим пользовался. В отделе персонала, и не только в нем, многие молили своих богов послать такое дело, которое либо заставит Фея уволиться, либо покалечит до состояния полной нетрудоспособности, либо просто-напросто сведет в могилу. Сам инспектор относился к последнему контингенту.
   Он даже заполнять анкету эль Фею дал самому последнему.
   - Позвольте поинтересоваться, а вы отправляетесь один?
   - Нет, с котом.
   Инспектор посмотрел на эльфа долгим презрительным взглядом, говорящим о том, что все и так знают о скотском характере Марфея и конкретизировать этот пункт в анкете не стоит. Наконец Марион не выдержал и уточнил.
   - Я еду со своим котом. Его зовут Черт.
   Инспектор побелел, а у эльфа за спиной раздался дикий гогот десятка орков.
   Опустим то, о чем подумали рядовые сотрудники отдела кадров о данном инциденте. Потому, как данная история уже через полчаса обросла массой мифов и самых нецензурных приколов, подтверждением которых стала та самая анкета, которую заполнил инспектор. В графе "Персональный помощник" слово "кот" не участвовало. Лишь одно лаконичное слово "Черт" говорило само за себя.
  

* * *

  
   Любимый нависал над ним, упираясь одной рукой в постель, а второй водил по тонким, золотистым волосам, по нежной, почти мраморной коже лица, проводя по полуоткрытым губам, легонько скользнув в его рот, давая возможность лизнуть его указательный пальчик. Влажной дорожкой прошелся по подбородку, по изящной, почти прозрачной коже шеи, следуя по едва заметной линии венки, пульсирующей в бешеном темпе, перегоняя кровь пополам с огнем.
   Рука, скользящая по бархатистой коже плеч, грудины, задевая уже порядком окаменевшие ягодки-соски, обводя и поддразнивая поочередно каждый из них, опускалась все ниже, на плоский живот, выводя на нем закругленные геометрические фигуры, и еще ниже. Его губы шептали бессвязные ласковые развратные слова восхищения и любви. Его тело под тяжестью возлюбленного плавилось в истоме. Возбуждение нарастало, достигая той стадии, когда дыхание стало сбивчивым и хрипловатым. Не находя места от этих сладких прикосновений, он подался вперед, навстречу своей любви и похоти.
   - Ну же, - молил он, прикрывая глаза, - я уже на пределе.
   Странно, но пальцы еще только едва коснулись мошонки, а он был готов взорваться тысячами ярких звезд.
   - Какой же ты развратник... - Этот нежный, словно атлас, голос. Он ласкал не только тело, но и душу, заволакивая ее своей любовью и заботой.
   - Еще, - молили губы, руки тянулись к шее любимого. - Поцелуй меня.
   Во рту пересохло. Жар струился наружу столь ощутимый, словно вот-вот станет видимым пламенем. Жар полыхал в каждой клеточке тела, спадая с каждой волосинки искоркой неги.
   - Еще! Возьми меня...
   Поздно. Тело пронзила острая стрела финала, судорогой прошла по каждой мышце и сжала железной хваткой сердце, выпустив из него дух. Все завертелось и враз кануло в темную бездну, из которой он, словно феникс, вновь родился на свет.
  
  
   - Черт! Впервые вижу эрекцию у кота... - Прошептал все тот же атласный голос. - И еще во сне. Алеф, что же тебе снилось?
   Кот, с трудом осознал всю дикость происходящего, ему стыдно было даже глаза открыть. Он готов был вернуться в ту самую бездну и не воскресать обратно.
   Такой сон... И это был всего-навсего - сон!
   - Сука!
  

Часть 24

   Как бы мы их не любили, они были, есть и останутся самыми наглыми, самодовольными и самоуверенными существами в мире. Тем не менее, эти черты никого не отталкивают от них, скорее наоборот, привлекают своим неповторимым шармом. Они знают, что весь мир принадлежит им и все, кто с этим не согласен... расстанутся со своими бубенцами! Да, речь идет о тех самым четвероногих негодниках, к числу которых относился Маркус, он же - Чертов Пушистик.
   Покончив с завтраком и обходом дома, кот решил, что он уже достаточно притомился и нужно найти место, где бы умоститься поспать, а, как известно, коты любят спать там, где открывается увлекательный вид, там, где тепло-светло-и-мухи-не-кусают, или, на худой конец, там, где они чувствуют себя королями мира. У Марфея, как и у любого другого среднестатистического и приличного эльфа, все подоконники, что есть в доме, были заставлены горшками с цветами. Только вот после чудесного превращения фиалки в женщину, в доме прежнего хозяина, Маркус решил не рисковать. Осталось только два варианта, где можно отдохнуть. Второй принцип достойного места отдыха так же отпал из-за маленькой особенности дома, точнее его отопления, равно распределявшего тепло за счет магического контура. Значит надо искать место, где бы просто-напросто можно было бы вдоволь растянуться, то есть пойти и занять уже готовую постель. В постели хозяина Маркус уже сегодня спал. На очереди была скромная кровать кентавра.
  

* * *

  
   Приятно дул в лицо морской бриз, лаская Ее матово-бледную кожу. Она неслась навстречу Ему - своему возлюбленному, самому дорогому в мире человеку, своему сердечку. В Ее руках были только что сорванные огненные лилии, оставляющие за влюбленной дурманящий аромат. Цветы идеально оттеняли Ее рыжую шевелюру, отливавшую медью в лучах заката, подчеркивали изящную бледность кожи и воплощали всю Ее прекрасную и энергичную суть.
   Он стоял, облокотившись о каменный бордюр, за которым склон резко уходил вниз, в море. Его волнистые золотые волосы развивались на ветру, серебрясь первым лунным лучом.
   - Любимый... - томным и нежным стоном сорвалось с Ее красных красивых губ.
   - Любимая... - ответил Он, оборачиваясь и раскрывая Ей свои объятия.
   Он был добрым и ласковым, заботливым и любящим. Он был таким только с Нею. Остальные Его боялись и презирали, ненавидели и сторонились. Лишь с Нею одной прекрасный молодой эльф вел себя, как с принцессой. И Она отвечала ему взаимностью. Ведь для Нее Он был всем: и этими душистыми цветами, выросшими в их саду и бесконечным морем перед Ним, и бескрайним небом, в которое так любила вглядываться Она, сидя на веранде.
   Он обнял Ее, привлекая к своему сердцу, коснулся кончиком носа Ее виска и нежно поцеловал в щечку. Она прикрыла глаза и про себя простонала: "Еще...", а Он с готовностью ответил на этот стон долгим и томным поцелуем.
   - Марион...
   - Пушистик...
  

* * *

  
   Маркус проснулся от собственного истошного вопля, душераздирающего воя и ужаса. Причем, чего именно он испугался больше - стать эльфом, стать женщиной или быть влюбленным в мужика-эльфа - Пушистик конкретизировать не мог. Подобного ему еще не снилось. И, вообще, до того инцидента, когда его одна идиотка (ведьма с убийственным стажем) не превратила в человека, он не видел снов вовсе. Или видел, но не придавал им значения, ибо они были связаны либо с природой, либо с охотой. Но, что делать сейчас? Кот был не только эльфом, но и девушкой. Все происходило настолько реалистично, что он действительно ощущал себя милой, рыжеволосой красавицей. Он ощущал объятия своего принца, точнее, нового хозяина, к которому за столь короткий период проникся симпатией, взявшейся из ниоткуда.
   - Ни хера не второпаю, шо за хрень? - пробурчал недовольный Маркус, спрыгивая с импровизированной кровати кентавра, матрац которой был сделан из душистого сена и покрыт грубым льном.
   - Это я не уторопыю, шо ты тут нашел, кошатина блохастая! - Маркус даже не заметил, как в подвал по лестнице начал спускаться Маврик.
   Ситуация не из приятных. Всего пару часов назад кот с удовольствием устроил феерическое выяснение отношений с кентавром. Но тогда он был вне сферы досягаемости гнева собеседника и чувство собственной недосягаемости пьянило голову, а сейчас все круто изменилось и голова начала машинально искать выход.
   Маркус ощерился, прикидывая куда проще запрыгнуть, чтобы безболезненно разминуться с кентавром. Как назло, даже если бы он заскочил на шкаф у лестницы, Маврик его бы достал. Оставался один единственный, бездумный и опасный вариант: промчаться между ног хозяина подвала, что собственно кот и решился сделать.
   Только он встал в стартовую позу, прижал передние ноги для прыжка и, подняв хвост для пущего баланса, как в камине, в комнате перед подвалом, что-то завизжало, заохало, матернулось и вывалилось обдавая пол сажей и пылью.
   - Сова? - В один голос удивились кот с кентавром.
   На полу действительно сидела слегка невменяемая птица, чем-то смахивающая на сову, почтовую сову. Птица встрепенулась, подняла столб пыли и пронзительно завопила:
   - Маврик, ноги в зубы и отвези Пушистика ко мне! Нет, не сюда в здание Канцелярии, а в паб "Весели пацючкы", это напротив Южного вокзала. Пушистик, прихвати с собой томик "Защитная магия в вопросах и ответах", которая стоит у меня в шкафу на верхней полке, зеленый, кажется переплет. Если ее там нет, то она может быть на кухне... там посмотришь или под кроватью. Короче, ты кот умный - разберешься. И живо ко мне! Оба! - Сова прокашлялась и уже не столь визгливым голосом продолжила. - Для повтора сообщения дать мне стакан воды.
   Маврик с Маркусом переглянулись. К тому моменту, как сие пернатое начало вещать, кот воспользовался замешательством кентавра и выскочил к камину. Сейчас Пушистик смотрел перепуганным взглядом то на птицу, то на кентавра, бешено соображая, как бы так изловчиться, чтобы и книгу прихватить, и добраться до места встречи без помощи непарнокопытного, в смысле целым и невредимым.
   - Дай ей воды, хотя по ее виду ей водяры надо бы влить.
   - Какой же вы таки проницательный, молодой человек. Таки знаете, чем задобрить гостя, - моментально начала картавить сова, выводя при этом такие почтительные реверансы.
   - Кажешь: "Защитная магия в вопросах и ответах"? Пошел я шукать сию погань, - не обращая внимания на заискивающий тон птицы, Маркус деловито направился в библиотеку.
   Через час пьяный филин, а это был именно филин, а не сова, сидя на плече не менее пьяного кентавра, выводили на пару такие душераздирающие рулады. Кот, окончательно уставший от безрезультатных поисков книги, плюнул на все и пошел на стрелку сам.
  

* * *

  
   Город Маркус знал хорошо. Приходилось одно время частенько искать своего бестолкового хозяина Стрижика. Да и сам кот сейчас не сильно отличался толковостью. Впервые за всю свою жизнь он понял, насколько может быть тяжело после побудки и что значит фраза: "приснился страшный сон".
   "Да, мля, еще чего мне тока не примерещится? Это все тот засранец виноват, дурак в ушанке. Пришел, и все перевернулось в мире, стало с ног на голову и не знаешь, чего дальше от жизни ждать. И брательник у него... господи! Да шо за напасть! Увидеть бы ту мать, шо их выродила, да мандюлей надавать, за недосмотр! Шо один шалопай, шо второй! Книжечку зеленую ему! А я шо, сыщик?! Хоромища отгрохал, ищи-свищи ветра на садово-огородной делянке - под каким навесом ты эти вопросы читал с ответами! Млять! Своих вопросов, а жизни не хватае, так он ищо чужие ище! Таки чего меня вечно с хозяйвами фартит?! Раньше думал, шо Стрижик не подарок, ан не, подарок тот ищо! Такого кавалера завел! Та ему шо, баб мало? Хоть бы брал пример с этого, старшого эльфа, там столько у него кныжичок интересных в зеленых обложках, мама дорогая. От одних названий порнухой веет. Особенно от тех, шо под кроваттю, Гурман, мля, одним словом..."
   С такими мыслями Черт заявился в паб, окинул грозным взглядом интерьер и похолодел. Название, правда само за себя говорило, ведь на старом языке "пацюк" значит крыса, а то, что их здесь кишмя кишело, не стоило и упоминать. Кстати, постоянные клиенты все, как один, смахивали на этих самых пацючков, стреляя зоркими и едкими глазками за карманами залетных.
   Мариона в обозримом пространстве не было, а у Черта было достаточно здравого ума, чтобы не нарываться по пустякам на неприятности. Он тихо шмыгнул в темень злачного заведения, прощупывая почву, как в прямом, так и в переносном смысле.
  

* * *

  
   - И еще, мужики, ведите себя осторожно. С нами эльфийский упиздень идет на дело.
   - Насяльник?!
   - И не вонять под ветер! Идем, как наметили на той недели, мы не зря пару месяцев на это дело потратили, чтобы просто так лоха включить перед выходом. Лева сам говорил: сначала дело, потом хихоньки-пихоньки. Так что так и поступим.
   - Но этот!..
   - Насяльника! Лева он мужик толковый, но остроухой - другой ждем...
   - Ты че, воще? Это ж какого счастья нам привалило! Не шурупаете? Он же боевой маг! И еще у него какое-то тайное оружие будет, какой-то черт. Мне в приемной рассказывали ведьмочки. Прикиньте, как мы этих в сортире мочить будем, прямо как огурчики в кадку.
   - Черт! Да эльфы в жизть с чертями не контачили!
   - Вот и посмотрим. Кстати, Черт - это его кот, а не само оно - бесовское отродие.
   - Еще интересней! Что-то от этого еще хуже. Мне одного того, бесового кота достаточно. Как вспомню, мороз по шкуре...
   - Шо, аж до жопы пронимае?
   Сидящие за столом орки вздрогнули, как один. Голос был знаком каждому из собравшихся. Маркус! Он же - бесовский кот. Испуганно переглянувшись, мужики полезли под стол, где спугнули парочку в край обнаглевших крыс. Кота так там и не нашли, только пиво свое перелили, когда кряхтя из-под стола вылезали. Пушистый засранец тем временем уселся на стуле у пустовавшего соседского стола, в темном уголке, наблюдая за всей орочьей компанией.
   Их было пятеро. Сам непосредственно капитан, славный и несгибаемый Берго, его правая рука - Гоги, худой, тупой, но абсолютно исполнительный. Напротив них сидел флегматичный силач Сало - полностью оправдывающий привязавшуюся к нему с детства кликуху, а так же его друг и верный подстрекатель на всякие разные, зачастую опасные выходки, Бжих. Одиноко сидел Пасси - самый мелкий, ехидный и желчный орк из присутствующих, точнее полуорк. Вторая часть крови Пасси была тролльей, на что и списывался абсолютно несносный, даже по меркам орков, характер.
   Кот тихо спрыгнул на пол и в следующий миг уселся аккурат подле Берго на лавке, вытянул левую нижнюю лапу вперед и начал ревизию своих достопримечательностей. Повисла гробовая тишина.
   - Ты что, пост свой покинул? - Наконец-то не выдержал капитан.
   - Поста нету-ти, - буркнул кот, флегматично вылизывая нижнюю конечность.
   - А что с Конопелькой нашей? - Подался вперед Бжих.
   - Бес забрал. Стригосус таки отыскал одного эльфа безбашенного и тот ее обратно в бабу обернул. А папик рад стараться... баба-то знатная, магичка, красавица, сука, правда, только старшему это до задницы. И не таким рога укорачивал, - выдав отчет о последних событиях, кот принялся за вторую ногу.
   Все вздохнули с облегчением. Не то чтобы оркам не нравилась их работа, наоборот, где еще будут столько платить за то, за что обычно вешают, колесуют или отправляют к колдунам на расходники. Но методы избавления от "мусора" орков очень даже пугали. Хоть у полубеса теперь и "чистый" дом, Лева, наверняка придумает очередную пакость, с него станется. В единственном, в чем они были уверены, что с благодетелем Гейгелем, никогда ничего не станется. А все эти слухи о похищении на деле окажутся либо очередной проверкой на вшивость подчиненных, либо, что более вероятно, Лева просто захотел в отпуск, в который уже лет пять как безуспешно пытался пойти официально.
   К столику юркнула тень, уселась на стул против Пасси и рядом с Берго, сняла капюшон с темно серого плаща и улыбнулась тонкими, но весьма притягательными губами. Не успели, называется, братки отойти от одного потрясения, как материализовалось второе. Вновь прибывшего-то они ожидали, но до последнего были уверены, что это все шутка босса или эльф струсит и не придет. Не тут-то было. Фей лучезарно улыбался им всем, даже проходящей мимо пузатой официантке, у которой от неожиданности и смущения задребезжали пивные кружки на подносе.
   - Вы долго меня ждали? Простите за задержку. О, Черт, и ты уже здесь, а я Маврика у входа не заметил, опять гнида сбежал? - Эльфа как подменили. Такой веселый и жизнерадостный орков он пугал в стократ сильнее.
   - Эта падла не сбежал, он и сраку не поднял, ужрался там с совой шо ты с письмом прыслав, частушки пел,... - орки, да и эльф, впервые услышали как коты умеють от злости скрежетать зубами. - ... пока я твою, хозяин, кныжку шукав. И шоб ты здоров був, с такими быблиотэками!
   - Котя, да я только потом вспомнил, что книжку дал почитать коллеге, вот потому и задержался, забирать ходил, - Марфей потряс книгой пронзительно малинового цвета.
   У Маркуса появилось подозрение, что хозяин его слегка в цветах не разбирается, но вслух догадку озвучивать не стал. Вдруг и правда Марион эту книжку попутал с одной из своих порнографических?
   Орки притихли и окончательно сникли. В доме Стригосуса ден Астаро сложно было сказать, кто есть самое большое зло: тот куст, растущий в горшке в зале или кот, появлявшийся в самые неподходящие моменты и обладавший весьма острым язычком, зубами и когтями. В общем Маркуса наравне со смертельной магической угрозой боялись все. Почему он сменил хозяина, орки терялись в догадках, но информация о том, что именно эльф расколдовал чудовище, наводила на однозначный вывод: Маркус стал платой за выполненную работу. А вскользь оброненный в сторону того эльфа эпитет "бесшабашный", как нельзя кстати сейчас характеризовал эль Фея.
   "Мда... теперь понятно, почему Лева так до сих пор его и не оприходовал. Знал, видно, что за перец у него в подчиненных ходит." - заключил Берго и поднялся.
   - Ну, чё сидим, молодцы, яйца жмем? Пора и честь знать, в дорогу. Цуцикарициканские пещеры ждут.
   Эльф поперхнулся.
   - Не понял, они ж на севере, а мы... а вы...
   - Ну да, вначале работа, а потом развлекаться, - заржал Берго и ласково так обнял Марфея.
  

* * *

  
   - Что ты хочешь сделать со мной, исчадие Ада?
   - С тобой - ничего, а из тебя - кота.
   - Зачем? У тебя уже есть один!
   - Из него я хочу эльфа сделать.
   Стригосус задумчиво листал книгу, установленную на штатив. Колдун бессильно размяк на деревянном лежаке, выполнявшем роль жертвенника.
   Втихаря за всем происходящим, притаившись за приоткрытой дверью, напряженно наблюдали два глаза. Один высоко, у верхнего угла дверного проема, отливавший золотом в отблесках жертвенных свечей, а второй - серый, в паре ладоней от пола, временами вспыхивающий ядовито зеленым цветом.
   Полубес старательно изучал книгу, вглядываясь в гравюры и пометки на полях, потом резко захлопнул, отшвырнул в груду хлама возле очага и полез искать другую подсобную литературу пылящуюся на ветхих полках. Остановившись перед книгами, Стригосус задумчиво погладил подбородок, обреченно развернулся и направился к лежаку.
   - Слышь ты, богомаз певучий, долго дохлого изображать будешь? - Полубес подергал колдуна за длинный заостренный нос, едва справившись с желанием еще и кулаком в харю ему наподдать. В памяти еще оставалась злоба за безнадежно поруганную грядочку уникальной флоры, погибшей от участливого внимания порождений этого самого чародея.
   Колдун зыркнул черными глазами на своего пленителя и отвернулся, состроив из себя обиженную девственницу.
   - Ты морду свою не вороти, знаю я тебя, гад ползучий. Только прикидываешься полоумным, а то, что ты давно в оппозиционной партии состоишь и отнюдь не линейным членом, мне известно. На это у тебя ума хватает. Так что давай. У тебя есть выбор. Либо ты и дальше прикидываешься на всю голову контуженным, либо мое и общественное мнение о вашей партии сведется к тому, что все вы слабоумные. А значит, на следующих выборах ни одного из ваших кандидатов не станут и рассматривать.
   Колдун предательски задрожал. Удар был, что называется, ниже пояса. Выругавшись про себя, старичок зло плюнул в сторону полубеса. Видимо выбор ему дался с трудом и смирится с ним он еще сам не смог.
   - Ясно, значит, выбираешь крах партии. Ну да ладно, что от вас, недовольных, еще ждать? Мне все равно эти партийные игры не нравятся, - Стригосус пожал плечами, развернулся спиной к шипящему старцу и пошел обратно к полкам с книгами.
   Два глаза за дверью только предательски перемигивались. Все присутствующие знали об этой дислокации сил в подвале архимага. И всех это устраивало. С одной стороны, Алеф боялся за колдуна, а с другой ему страшно хотелось посмотреть, на что способен его любовник, и, в-третьих, наблюдать за ним, таким красивым, грозным и серьезным, эльфу дико нравилось. Он даже гордился, что судьба свела их так удачно. Арсений же, исключительно из любопытства, ловил каждое слово, каждый жест хозяина. Сказать по правде, он и не надеялся, что вот так за один день может все измениться и его допустят в святую святых, тайное политическое общество, тогда как до этого, он был всего лишь сексуальной игрушкой.
   Тем временем Стригосус нашел на полке что-то интересное, взял книгу под мышку и бесцеремонно уселся на жертвенник в ногах у колдуна, начал читать, демонстрируя старцу хорошо знакомый тому труд.
   - Бесово отродие! - прошипело привязанное к лежаку тело и забилось в конвульсиях.
   - О да! Мне за это!... - восторженно и ехидно расхохотался полубес.
   - Смерть тебе за это!...
   Нервы у кота сдали первыми. Что ж там его любимый-то нашел?!

Часть 25

  
   За старинными, почерневшими от времени ставнями мягким грязно-серым снегом на землю спускался пепел, на горизонте алели огни городов и замков. Небо затянул темный, угнетающий душу смог. Здесь никогда не было солнца, а весь свет шел от грандиозных костров, над которыми в копоти времен, в воздухе парили котлы с грешниками.
   Амалия уже потеряла счет времени. Ее жизнь и без этих котлов с величественными спецэффектами превратилась в настоящий кошмар. Быт секс - рабыни беса, пусть и самого прекрасного, с сильным атлетически телом и достоинством величиной с мечту, превратился в неописуемый ужас. Бес был неутолим и неумолим. Он постоянно хотел ее, по-разному, по-всякому, с каждым разом все, расширяя и разнообразя собственные удовольствия. Он был настоящим садистом во всех смыслах этого понятия, мало того, что сам знал об этом, так еще и весьма умело пользовался своими искусными навыками.
   Она его проклинала, умоляла, пыталась угрожать - все без толку. Он не велся ни на уговоры, ни на угрозы, ни на мольбы. Он просто хотел ее и владел ее телом. Душа ему вопреки бытующему мнению об этой расе, была ни к чему.
   Амалии оставалась единственная радость - еда. За столом бес принимал пищу, не отвлекаясь на прочие дела. Для него это было священным местом. Это и неудивительно. Повар, он же по совместительству дворецкий, бес из низкого сословия - Унчар, готовил сказочные яства, возносящие вкусившего их в рай. Амалия не раз ловила себя на мысли, что это, наверное, и есть тот самый грех чревоугодия. Только ни сам грех, ни страх потерять фигуру, не могли оторвать ее от поедания очередного пирожного или сочного куска мяса. Она растягивала это удовольствие, потому, что после него ее ждала роскошная кровать, в лучшем случае, или пыточные подземелья замка, в которых особо любил придаваться своему греху похоти Астаро, в худшем случае.
   Полчаса тому назад, в самый разгар подобного игрища в комнату вошел Унчар, поклонился и спокойным, обычным голосом сказал:
   - Мой господин, вы приказали предупредить вас.
   В следующую секунду оковы на руках и ногах Амалии спали, а бес исчез во вспышке тьмы.
   "Портал", - констатировала про себя факт Амалия и с облегчением вздохнула. На сегодня мучения окончены. Рассуждать куда и насколько пропал ее любовник, сил не было никаких.
   Тем временем Унчар принес ей одежду, помог одеться и сопроводил в гостиную, помогая присесть за накрытый яствами стол.
   - Приятного аппетита, Амалия, - поклонился дворецкий. - Отдохните и идите. Здесь вам не безопасно.
   Глаза женщины поползли на лоб. Неужели этот мелкий бес спасает ее? А ведь она была уверена, что это один из местных самых мерзких отродий, населявших Преисподнюю. Он всегда смотрел на нее с презрением и холодом, а сейчас спасает ее? Это же прекрасно! Амалия посмотрела на Унчара с некоторым недоверием и в тоже время, с надеждой на спасение. Затем устало улыбнулась.
   - Ты поможешь мне сбежать?
   - Нет, сама уйдешь, а то хуже будет.
   Женщина вздрогнула: "Все-таки он - мерзкая тварь"
   - Ты мне угрожаешь?
   - Нет, по-отечески предупреждаю, что лучше тебе отсюда свалить по-быстрому.
   - Но я не знаю, как!? - она в сердцах топнула, готовая заорать, расплакаться, сделать что-то из ряда вон, только бы ее выпустили из этого рабства.
   - Твои проблемы, - скривился дворецкий, показал на висящие, на стене часы, шедшие в непонятном ритме, намекая об ограниченном времени, и вышел.
   Амалия опустила голову, вздохнула. По ее щеке побежала первая, горячая слеза. Вторая не заставила долго ждать. Ведьма рыдала, тихо, исступленно. Впервые за многие годы своей бестолковой жизни, искренне жалела себя и, не зная, что делать дальше.
   Время, казалось бы, остановилось. За окнами все так же вьюжил пепел, тихо садился на землю, покрывая мрачным покрывалом скорби и безысходности.
   - Где эта тварь мохнозадая? - Громоподобный возглас пронесся по замку, отразился от темных сводов леденящим душу эхом.
   В огромный обеденный зал ввалилась женщина средних лет, одетая с ног до головы в лисью шубу. По-хозяйски прошлась к столу и уселась на стул напротив ошарашенной, зарёванной Амалии.
   - Ты кто? - вопрос прозвучал синхронно.
   - А ты? - второй не менее синхронный вопрос.
   Обе уставились друг на друга.
   - Ваня, иди сюда!
   Ваня, он же Унчар, моментально материализовался возле незнакомки, поклонился и предложил снять с нее шубу.
   - Где эту собаку черти носят? Опять по бабам пошел, ушлепок рогатый?
   - Не могу знать, госпожа, - дворецкий еще раз низко поклонился, так и не дождавшись шубы.
   - Кто это? - дама указала пальцем на Амалию.
   - Это гостья герцога ден Астаро, - произнес Унчар с видом: а то не ясно, что за шваль поедает великолепный обед, сотворенный мною для моего дорогого хозяина.
   - Я - Амалия.
   - А я - Женевьева Волкова ден Астаро.
   Амалия подавилась кусочком воздушного ванильного пирожного, которое все же решила приговорить, улучив возможность, пока супруга беса не успела опомниться. Затем отскочила от стола, оббежала его, упала на колени перед дамой в шубе и завопила:
   - Пожалуйста, умаляю, господом богом молю, помогите мне отсюда выбраться! Я люблю вашего сына!...
   - Не поняла.
   - Он меня здесь взаперти держит! - Слезы хлынули с новой силой.
   - Стригосус? Да его пряниками сюда не заманишь! - Возмутилась Волкова, машинально взлохматив шевелюру Амалии.
   - Б-бес Ас-старо! - Пробулькала ведьма, слезы хлынули с новой силой.
   - Кстати, а где он?
   - Дема-матери-а-ализ-зовал-ся, - попыталась выговорить Амалия.
   - У! Ушлепок! Трындец тебе!... Ваня!
   - Да, госпожа, - Унчар гордо отозвался из-за спинки стула, прикинув, что это место его спасет, пожалуй, от молниеносного удара хозяйки.
   На его лице играла злющая улыбка. Госпожу свою он не просто не любил, а очень сильно ненавидел. Мало того, что она - смертная, так еще и обладает несколькими очень сильными артефактами, приравнивающими ее с господином. Одним из них был рог Верховного Повелителя, собственноручно оторванный у оного Женевьевой. Дело было во время очередной вспышки ревности и гнева, когда от дворца ден Астаро практически ничего не осталось, а на подмогу бесу Повелитель стянул воинские силы со всей Преисподней. Да, человеческие женщины иной раз бывают пострашнее всех местных жителей, особенно когда их магия выражается в механическом и химическом знании природы вещей. Тогда все закончилось рукопашным боем. Госпожа Волкова с тех пор вынуждена надевать парик, а рог у Повелителя отрастал еще чертову дюжину лет.
   Сейчас Женевьева ден Астаро носила почетный титул Хранительницы ключей Архива Тайных Знаний, и на ее пути до сих пор ни один местный житель Преисподней не смел становиться. Ну, а супруг, так вообще, считал за радость пойти в мир людей, куда угодно, хоть на священную войну с ангелами, только бы не видеть мать своего единственного законного сына. Моментально вспоминались и старые просьбы приятелей, и приказы Повелителя, и, даже, обязанности на которые в другое время ден Астаро, смело клал свое мужское достоинство.
   Многие бесы так и не могли понять, что же двигало одного из их герцогов на столь опрометчивый и бестолковый брак. Лишь Повелитель, после трехнедельной пьянки с Астаро и выяснения истинной природы дел в этом семействе, положил конец всем косым взглядам в сторону своего верного вассала.
   - Он - мужик! Воин! Захватчик и охотник! А она - дичь!
   "Как же! Дичь! Это кто из них дичь, а кто..." - перешептывались с ехидным хихиканьем бесовки, взявшие за образец для подражания госпожу Волкову.
   - Он еще тут или на земле? - Женевьева была неподражаема и сурова. Невооруженным глазом же видно было, как чешутся ее изящные кулачки и, как призрачно посверкивают с таким изяществом накрашенные мифриловым составом ноготки.
   - На земле. Его вызвал кто-то из контрразведки или из правительства. Вы же знаете этих смертных.
   - О, как. Ну-ну. - Волкова взглянула на все еще валяющуюся в ногах и всхлипывающую женщину. - Ваня, одень ее, обуй и верни на место. Чтобы духу ее здесь не было.
   - Мне некуда идти. У меня имущество конфисковали, - попыталась то ли протестовать, то ли объяснить Амалия.
   - Так ты на сына глаз положила из-за жилплощади? - Волкову обуял праведный гнев.
   - Что? Я его искренне люблю! Да я за него и в огонь, и в воду! Да как вы смеете, мадам?! - Женщину за живое задевать нельзя, особенно когда она метит в потенциальные невестки, зная, что шансы катастрофически близятся к нулю. Слезы, слюни и сопли, как рукой сняло.
   - А так и смею, приживалка! Что, с одним не вышло, на папку его глаз положила? Так я быстренько тебе сейчас глазомер подправлю.
   Унчар, стоявший на безопасной близости от стола, возликовал. "Щас как начнется!" - глаза младшего беса загорелись. Когда еще ему так подфартит увидеть бой между столь непривлекательными ему смертными!
  

* * *

  
   Вернувшись с безрезультатных поисков чудовища, Стригосус сразу кинулся в подвал. Это помещение и впрямь было универсальным. Здесь нашли свое временное убежище консервированные припасы, моченые грибы и капуста с яблоками, здесь на стенах косичками были развешаны связки лука, а в закромах свежие яблоки, груши и картошка с морковкой. Здесь находились "поделки" Стригосуса. Как-то его потянуло на приготовление разного рода чучел, а так же художественное спиртование частей тела разных тварей. Фантазия, надо отметить, у полубеса была весьма развита, а эстетика с цинизмом рождала очень даже сильные и, что греха таить, страшные творения. Так же, в отдельной нише, г-жа Волкова хранила сало и вяленое мясо, кои в комплекте с вышеперечисленными атрибутами подвала наводили постороннего человека на не совсем хорошие подозрения о происхождении продуктов животноводства.
   А еще в подвале стояла большая клетка. В нее и попал с вихрем старец. За время пребывания в этом странном сооружении он успел упасть в обморок четыре раза. Фантазия у колдуна, как, оказалось, тоже была сильной и витиеватой. Когда после очередного пробуждения, он начинал осматривать предметы вокруг, рассудок медленно и уверенно отказывался прибывать в столь ужасающем помещении.
   Именно из-за этого и пришлось перевезти колдуна в его собственные подвальные покои, ликвидировав при этом пару десятков магических порождений, охранявших двор, дом и сарай, под которым и находился подвальчик с тайной библиотекой и двумя залам с жертвенниками. Одно помещение было особо помпезным, выдержанным в лучших традициях некромантов-романтиков. Второе - попроще и поменьше, без излишеств. Оно-то и приглянулось ден Астаро - младшему.
   - Мой дорогой, я не хочу, чтобы тебя что-то нечаянно ранило, поэтому не мог бы ты подождать дома? - В это обращение к Алефу Стригосус вложил все свое тепло и любовь, на которые мог быть способен.
   - Мнет! - Как отрезал кот, всеми силами демонстрируя свою бесстрашную и бесшабашную натуру.
   Пожалуй, бесшабашность компенсировала не только отсутствие страха перед неизвестным, но и всяческую осторожность. Стригосус же наоборот, отличался чрезмерной заботой о своем возлюбленном и не терпел споров, поэтому взял с собой не только кота, но и кентавра, на попечение которого и оставил нежное, пушистое и злобно рвущееся вовнутрь, существо.
   - Мья помьягу! - громко мурчал и злился Алеф, намекая на собственные глубокие знания в магии.
   В итоге, после долгих пререканий и массы весьма витиеватых и замысловатых кошачьих матов пришли к консенсусу. В помещение, где находится колдун, кот и кентавр, не входят, при этом могут тихо подглядывать, прикидываясь бесплотными и безобидными духами. Кентавр с облегчением вздохнул. Ему здесь очень не нравилось, а бесстрашием и бесшабашностью он никогда не отличался.
   Естественно, когда колдун пообещал смерть любимому, кот не выдержал и с воем протеста пошел в атаку на лежащее на жертвеннике тело. Тело испугалось и привычно вырубилось, провалилось в мертвецки глубокий обморок и больше не спорило с мучителями.
   - Нет, ну ты только посмотри, дорогой! - Радостно воскликнул Стригосус, рассматривая надписи. - Они собрались устроить переворот, и, как обычно, захватить мир. Как банально! Эти колдуны явно не дружат с головой и страдают отсутствием всяческой фантазии.
   Алеф ловким и грациозным движением запрыгнул на лежак, уселся на плоский живот старичка и заглянул в записи. Наблюдавший за всем этим Арсений был готов дать хвост на отсечение, что ручная зверушка работодателя явно вела себя не по-кошачьи, а скорее как ручной песик именитого детектива, столь же умная и проницательная, как и его хозяин.
   После часа изучения записей парочкой сыщиков, порядком уставший от безделья кентавр отправился на разведку и, просто так, развеяться. Еще и желудок, тот, что у человеческой половины, напоминал, мол, пора и честь знать, подкрепиться пора.
   Не знал куда шел, в тот момент Арсений...
  

* * *

  
   С тем фактом, что господь Бог был тот еще генетик с весьма бурной и своеобразной фантазией, не спорила ни одна из существующих религий. Вопрос сводился у всех к одному вопросу: на каком этапе творчества у него закончилась эта самая фантазия, и он сотворил существо максимально приближенное к себе любимому. Собственно, это и было основной разницей всех религий. Ввиду того, что подавляющим большинством жителей планеты были люди, массово ассимилировавшие с другими расами, то суть божественного создателя сводилась именно к человекоподобному облику. Но это не мешало драконам, эльфам, ангелам и цуцириканам считать себя первородными его творениями. Если первых и вторых люди со скрипом признавали первородными, а вторых даже пробным экземпляром на пути создания человеческого существа, то к последним они относились, как досадному браку производства или тупиковой модели.
   Цуцирикане когда-то населяли весь земной шар и были господствующей расой. Низенькие, похожие на собак, сделавших попытку ходить исключительно на задних лапах, цуцирикане отличались весьма хитрой и прозорливой натурой. Интеллект этих существ был наравне с человеческим, а нахальство и злопамятность подобна драконьей. Цуцирикане очень любили пить алкогольные напитки, после чего становились такими же глупыми и безрассудными как гоблины, или люди в аналогичном состоянии. Прожорливость и неприхотливость в питании объединяла цуцирикан с орками и опять же, с людьми. Эльфы шутили, что, мол, две величайшие расы в свое время поспорили за главенство на земле и, не придя к общему знаменателю в ходе бестолковой и кровопролитной войны, решили выяснить все полюбовно за столом переговоров. Люди оказались единственный раз в своей жизни умнее оппонентов и поставили на стол переговоров водку.
   В итоге цуцирикане, точнее их жалкие и бесславные остатки поселились на горном хребте, когда-то отвоеванном у гномов и троллей, создали свое замкнутое сообщество, и перестали общаться с остальными разумными расами. На деле торговля с теми самыми троллями, гоблинами, гномами и, даже, эльфами велась полным ходом. Единственно, кто не мог безболезненно находиться на их территории, это - люди. Старая вражда была настолько сильной, что ни один здравомыслящий человек и на десяток километров не рисковал приблизиться к Цуцириканским горам.
   Исключения составляли враги человечества. А к ним относились, подчас, и сами люди, в смысле преступники, разыскиваемые за различные преступления. Соответственно данные горы были как бельмо на глазу у всех человеческих государств. Пойти войной на это весьма непреступное геологическое явление страны не собирались. Не хватало ни весомых причин выгнать мужичье из насиженных деревень, ни ума объединить армии нескольких государств для верности благого дела.
   Так вот и обходились малыми диверсионными группами, способными если не причинить сильного вреда ненавистной расе, то хотя бы ей настроение подпортить.
  

* * *

  
   Орки хорошо знали этот район. Частенько доводилось "добывать" из-под носа у цуциков, как в разговоре величали местных бойцы, некоторых преступников, за головы коих обещали внушительные награды. На этом деле держалась одна из основных статей дохода Тайной службы. Гейгель считал подобное самой честной прибылью. Если государство так низко ценит своих непосредственных слуг порядка, то пусть расхлебывает за свою скупость, хотя бы в таком виде. Правда, чаще всего оплата за голову производилась как раз не государством, а алчущими мести гражданами, не скупящимися на денежный эквивалент возмездия.
   С этой стороной жизни своей родной организации Марфей познакомился за три часа перехода от одного портала к другому. Берго прикинул, что эльф, будучи неосведомленным, может наломать дров во сто крат больше, чем, если поступиться своими принципами конспирации и попытаться обставить все, как очередное задание руководства. Правда, у хитрого орка был еще один повод для такого поступка.
   - Уважаемый, чего это вы так прижимаете меня к себе? Не ровен час, нас за парочку принимать начнут, - Марфей в сотый раз попытался высвободиться из цепких объятий оперативника. Да где там! Берго прижал его еще сильнее.
   - Не переживайте о таких пустяках, товарищ. Мы тут все свои, как семья, - отшутился орк, злобно зыркнув на своих подчиненных, заставляя держаться на расстоянии. - Я буду папой, это - детки, а вы, уж простите, за миловидность и габариты станете мамочкой.
   Наконец-то нервы Фея не выдержали, с треском и хрустом лопнули, визуально засвидетельствовав этот факт снопом искр, окутавшим эльфа и заставив Берго отскочить на почтительное расстояние в три шага.
   - Та ты шо, хозяин? Змерз? Так давай трусцой вона до той опушки, - невозмутимо вмешался Черт, спрыгивая с насиженного теплого плеча Сала и с разбегу заскакивая на плечо эльфа.
   - А это идея, мой юный друг, - хищно улыбнулся Марфей, придерживая кота, чтобы тот, не дай боже, не сбег или не упал.
   Сорвавшись с места, эльф побежал вперед, оставляя остолбеневшую пятерку недоумевать.
   - И че делать будем? - посмотрел вслед быстро удаляющемуся беглецу Бжих, разворачиваясь лицом к начальнику.
  
   - Может ну, их? - Пасси деловито поковырялся в носу и, отстрелив щелчком козявку, подбоченился. - Пойдем короткой дорогой, зайдем к бабам, выспимся, наконец-то. А то, какого рожна нас в ночь выперло?
   - Пасси, ты либо дурак, либо никак не вылечишься, - рявкнул Гоги, отвешивая самому мелкому из них затрещину. - Мы ночью всегда на дело ходим. Чтобы нас никто не поймал.
   Пасси и Бжих лишь закатили глаза, и состроили самые отвратительные страдальческие рожи. В исполнении этой парочки подобные выходки были обычным явлением, как, собственно, и вошедшая в поговорку тупость Гоги.
   - Гоги, мы вечером ходим, потому, что пока клиент днем нателится с заказом, уже темнеть начинает, а заказы сам знаешь, оперативные, - похлопал по плечу активиста Сало и двинулся без разговора вперед.
   Берго наконец-то отошел от шока, вызванного эльфийским фейерверком, сплюнул на серый, в лучах едва видной луны снег, и рявкнув: "Не догоню, так согреюсь", рванул за эльфом. Остальным ничего другого не осталось, кроме как последовать за начальником.
   Что именно Берго хотел сделать сейчас с Феем, он сам не знал, точнее никак не мог определиться с последовательностью: завалить, трахнуть, убить, выломать сухожилья, насладиться стонами удовольствия гибкого и соблазнительного тела, зацеловать до смерти, отдать на растерзание цуцикам... короче, выбор был большой и многообразный.
   Через пять минут эльф скрылся из виду. Растворился на темном горизонте северной ночи. Берго поднажал и уже бежал на скорости овцы, за которой гонится голодный, огнедышащий дракон. В желаниях, касавшихся эльфа, у орка появились более конкретные и садистские нотки, отводя на второй план церемонную нежность.
  

* * *

  
   - И что ты, друг сердешный, лежишь во тьме сырой, кромешной?
  
   В ответ послышалось сдавленное рычание. Если бы у этого самого "сердешного друга" не был кляпом забит рот, он бы точно высказал своему приятелю закадычному, все, что давно вертелось на языке. Но друг не стал долго ерничать, склонился над телом и в мгновение ока развязал пленника. Кляп вытягивать не стал, оставил эту привилегию приятелю.
   - Выпить... есть? - грубым, осипшим голосом прошептал бывший пленник.
   - Вот ты даешь. Мало того, что освободить, так тебе еще и скатерть самобранку сюда принести, да? Поднимайся, валим отсюда, а то от этого климата у меня не ровен час из носа потечет.
   Пленник с трудом поднялся, опираясь на приятеля, гнусно хихикнул и зловеще прошипел:
   - Из носа не так страшно. А вот если с конца потечет...
   - Да иди ты, пошлячара! Сколько тебя знаю, а вечно задаюсь вопросом: кто из нас исчадие ада?
   - Ну, ясно кто! Твоя жена!
   Оба расхохотались, пленник еще и раскашлялся. Спаситель перекинул через плечо свою ношу и пошел на выход.
  

Часть 26

   - А может не надо?
   - Надо, еще как надо! Будешь знать, как чужих мужей отбивать! - женщина в лисьей шубе наступала на юную особу, уверенно отползающую задом, подальше от потенциальной угрозы.
   - Не виноватая я! - всхлипнула ведьма, отползая еще дальше, пока на пути ее спины не встала стена.
   - В чем не виноватая? В том, что глаза блядские у тебя или пилотка мокрая?
   - Он сам пришел!
   - Он? Он дома! Это ты пришла, курва драная!
   До столкновения оставалось два шага. Злобный скрежет зубов Волковой действовал на Амалию как взгляд удава на кролика - он парализовал ее. Вспомнились годы, когда будучи растением, она не могла и шелохнуться, оставалась в одиночестве на покрытом пылью столе, но и тогда ей не было так страшно, как сейчас. Пусть у нее теперь есть ноги, но бежать не куда, вернулась сила, но и она здесь не действует. Вокруг столько магии, а взять и воспользоваться ею, у ведьмы не было возможности, словно какой-то злой рок создал непроницаемую стену с ментальным миром. Опять, как и тогда - пыльное помещение, наполненное пустотой и мраком. Ощущение обреченности накатило с неистовой силой. Она никому в этом мире не нужна.
   Амалия опустила голову и всхлипнула.
   - Убей меня, а? Только не мучай. С меня хватит.
   Волкова остановилась. Агрессию как рукой сняло. Только и стояла с широко расставленными, как у заправского стража порядка ногами, заложенными за спину руками, и созерцала девушку. Та плакала. Да и без слез было понятно, что здесь никакие тумаки не помогут.
   - Еще раз спрашиваю: ты кто?
   - Дура!
   Женевьева вздохнула. Ну, что прикажите делать? Любовница гулящего супруга признала свою вину. Неверный поджал хвост и смылся. Что остается? Рожу бить? Кому? Идиотке этой? В понимании достойной жены герцога Преисподней это выглядело не логично и не красиво.
   - Да все мы - дуры. А мужики - козлы. Так что по этому поводу надо выпить, - госпожа Волкова кинула беглый взгляд на Унчара. - Ваня, водки принеси. - Затем развернулась в сторону дрожащего комочка на полу, махнула рукой. - Пошли, расскажешь, чего ты там дура. Да заодно и то, чего все мужики - козлы.
   Не стоит описывать всю ту гамму чувств, которые были на лице у младшего беса. Ему обломилось посмотреть женский реслинг в исполнении самых ненавистных баб в его трудовой деятельности. Посему требование выпивки и закуски, о ней, правда, Волкова не упомянула, видимо, как обычно забыла - она часто о мелочах не задумывается - Унчар воспринял как оскорбление судьбы. Ну, разве это так сложно, устроить маленький мордобойчик, а он - трудолюбивый и усердный бес - посмотрит и порадуется, отведет душу, сходит с друзьями в кабак, поделится отменным зрелищем с собеседниками. В кои-то веки станет центром внимания. Но нет же. Не судьба.
   Через два часа дамы весело орали песни нецензурного и горестного содержания. А дворецкий, привыкший к сладкому пению колдовских певичек в кабаке, лишь качал головой и ворчал, поднося очередную бутылку, поправляя бируши в ушах.
   - Вот ты мне скажи, чего ты в сыне моем нашла? - Не унималась Женевьева.
   - Люблю я его! - Со слезами на глазах, то ли от нерастраченных чувств, то ли от крепкого напитка, ответствовала Амалия. - А вы, что нашли в этом садисте, ик-к...
   - Я? Да я того... тоже его, мохнозадого люблю!
   - За что? Он же ж под каждую юбку!
   - Сука он и козел!... Ваня! Водки!
   - Госпожа, вам, кажется, хватит, - учтиво намекнул Унчар, но еще одну бутылку принес, от греха подальше.
   - А у тебя, рожа бандитская, я не спрашивала, когда мне хватит! Где его черти носят, а? Сбежал, гаденыш, стыдно стало, да?... - Волкова вздохнула, на ее глазах появились слезы. - Это мне стыдно. Мне жалко! Мне! Это я отдала ему, уроду такому, лучшие годы своей жизни! А он! Козел!
   - А он - садист мохнозадый... ик-к! - поддакнула Амалия и налила еще по одной. - Ваше здоровье, уважаемая! Ик-к!
   Появление гордого и прекрасного во всех отношениях герцога, в обнимку с приятелем, весьма помятой наружности, привело дам в состояние немого шока.
   - О! - Только и вымолвила Женевьева.
   - Ого, - рявкнул на нее Борис, плюхнувшись на стул напротив.
   - Ты это... - палец жены описал в воздухе несколько непонятных ломаных. - Хте тепя носил-ло?
   - Пьяная? - Ехидно заулыбался бес. - А еще порядочная женщина, глава Архива Преисподней... да? - он сощурил глаза, - Тебе не стыдно? Ты ж гроза местного населения, великая и непобедимая, рога Повелителю отвернуть горазда, диссертации пишешь научные... и пьяная. Как мне бесам в глаза смотреть? Моя жена и водку хлыщет с какой-то курвой у меня под носом.
   - Сам ты - курва, ик-к! - Моментально вступилась за свою честь и за собутыльницу Амалия.
   - Ты смотри, Лёва, это - она! - Бес довольно откинулся на стуле. - Что, детка, осмелела, да? А то, смотри мне...
   - Ты ее того... не трогай. - Растягивая каждое слово, прошипела жена.
   - А то, что? - Муж явно наслаждался сценой. В кои-то веки их роли поменялись.
   - На развод подашь?
   Женевьева пьяно откинулась на спинку стула, достала из-за ворота кулончик на цепочке и хихикнула.
   - Весят на сучочке твои очечки и еще чулочки, и его яички - сухие как спички.
   Повисла тишина.
   Мужики прекрасно поняли смыл пьяного бреда известного профессора точных наук, сидящего напротив них и косящего разъезжающими глазами в разные стороны.
   - Унчар. Вина! - Не выдержал Лева. Горло саднило со страшной силой, а от жажды он был готов выпить море.
   - О? Лёва? - Словно очнулась Женевьева, пьяно улыбаясь. - Ну... как ты? Женился?
   Гейгель хотел ответить, что глядя на семейную жизнь своего лучшего друга, жениться он никогда не станет, но встретился глазами с Амалией. И осекся.
   - М-да. - Проследил за взглядом герцог и печально вздохнул. - Дорогая, пойдем на звезды полюбуемся, а? Свежим воздухом подышим, к сыну заглянем, посмотрим, что он там делает, ага?
   Герцог подошел к жене, склонился к ней, обнял и нежно потянул на себя, поднимая со стула.
   - Иду, иду, козлик ты мой ненаглядный, - Женевьева дернула Борю за рог и мелодично рассмеялась. - Посмотрим. Умеешь же ты, гаденыш, меня умаслить.
   В последний момент, перед тем как исчезнуть в пространстве портала, Боря обернулся к Левчику:
   - Ты это, отдохни, хорошенько. Отпуск все-таки, - и заговорщицки подмигнул.
  

* * *

  
   Каждый, ну абсолютно каждый трезвенник и язвенник, не говоря о прочем контингенте народа, хоть раз, но был в этом состоянии. Когда море по колено, а все вокруг - муравьи или козявки, когда земля уходит под ногами, и, даже без пресловутой точки опоры, на которую ссылался известный ученый древности, ты способен этот самый горемычный мир перевернуть.
   Ей было сейчас все до Пифагориуса с Ньюмргоном в придачу. Геометрия теряла четкие границы физического макромира. А ведущий ее мужчина воплощал в себе сосредоточение вселенского греха выраженного в излишней волосатости сзади ниже пояса и рогов на лбу, которые так и просились на слесарную операцию по отпилу или откруту.
   "... и молчит же, главное дело, молчит! А обычно на мое слово целых пять без остановки. Ему хоть наизусть справочник инженера цитируй - все равно заткнет, подлец. А сейчас!... Сволочь! И чего только я за него замуж вышла? Потому, что грудь колесом и жопа ящичком, хи-хи".
   Борис сдерживался. И предвкушал. Ой, как долго он ждал этого момента! Чтобы прийти утром к женушке, у которой головушка бо-бо и во рту, как будто стадо котов опорожнилось, когда все дрожит, и так тянет излить наружу все, что вчера употребил. Прийти, обнять, протянуть стакан кефира, поднести к самым губам, чтобы не расплескалось все по пути. Погладить по встрепанным, взлохмаченным волосам, коснуться их губами, улыбнуться и ласково, тихо - громко ни в коем случае в данной ситуации говорить нельзя! - прошептать:
   - Учись, жена, как надо с мужем на утро обращаться, после того, как он вечером лишку хватил.
   И пусть сгорит она со стыда, за свое поведение. Заодно и забудет об Амалии. И прочих досадных недоразумениях, систематически обнаруживающимися в его опочивальне.
   Когда, то вздыхающая, то подхихикивающая Женевьева, раздетая и уложенная в кровать, уснула, а непонятно откуда взявшаяся камеристка-уборщица-повариха и просто чудо зеленоволосое, пошла стряпать что-то на кухню, ссылаясь на то, что хозяева, совсем ее игнорируют, кушают мало, да и вообще, бывают редко, ден Астаро решил подняться к сыну. Все равно домой возвращаться бессмысленно. Не зря его приятель так смотрел на колдунью, а она на него. Чтобы всю малину им испортить в самом начале? Пусть пока принюхаются друг к другу, разожгут тлеющий уголек интереса, а потом... Вообще, семейная жизнь, это такая... слов не подобрать, какая именно мерзость. У всех, ну абсолютно у всех, есть в семье проблемы, есть скандалы: то муж - сволочь, то жена - зараза, а живут же, род свой продолжают, детей растят, друг на друга систематически бочку катят, но все равно, есть разница в том, когда живешь один или с кем-то. Когда есть к кому возвращаться, за кого переживать, о ком думать.
   Не обнаружив ни сына, у которого сегодня, по идее, выходной, ни кота, который еще позавчера выхаживал голяка, и соблазнял ту самую непонятно откуда взятую уборщицу, Борис воспользовался магическим поиском. Маячок указывал, что Стригосус не далеко, а главное, что ему угрожает опасность. Недолго думая, бес шагнул в пространство туда, где находился его сын. Как-никак, единственный, наследник, и вообще - редкостный оболтус, как и его... его папа с мамой, чего уж греха таить?
  

* * *

  
   На вопль кентавра из подвала, наперегонки, выскочили Алеф и Стригосус. Старик либо удачно изобразил мученическую кончину, либо просто по привычке вырубился, но виду не подал, что ему - старому, прожженному годами интриг, колдуну, что-то интересно.
   Вопль доносился с кухни. На смену воплю пошли маты, визг, бой посуды и... двухголосое лошадиное ржание.
   В итоге обнаружилось, что искать "неведомую зверушку" не надо, само пришло. И мало того, еще и устроило разборки с Арсением. Видимо сиамскому коню не понравилось, что другое производное от коня - кентавр, ведет себя более естественно и превращаться в человека не хочет. Или там дело в другом было - выяснять не стали. Все равно то, что хотел конь-двучлен, никто разобрать не мог. Способность говорить человеческой речью у него пропала, а вот потребность выпить спиртное - возросла.
   В тот момент, когда Стригосус ворвался на кухню, из мебели остался лишь тяжелый дубовый шкаф и печь, из утвари целыми лишь два внушительных чугунных котла, а пол был залит кровищей. Попало всем. Правда, в основном экзотическому коню. Даже у Алефа каким-то не понятным образом был поранен бок. У Арсения кровоточил кулак, и на щеке красовалась внушительная царапина. По всему выходило, что кентавр приглянулся любвеобильному магическому гибриду, так сказать, сексуально.
   Полубес долго рассуждать не стал, кто прав, а кто виноват.
   В помещении полыхнуло все. Даже шерсть на загривках у коней. Исключение составили лишь кот и кентавр, которых охватил магический кокон. Огонь моментально начал распространяться по стенам и потолку.
   - Бежим, - крикнул Стригосус своим, придерживая двери кухни.
   Только Арсений, державший в руках ошалевшего кота, вылетел из охваченного огнем помещения, как с потолка упала горящая балка, перегораживая путь полубесу.
   - Стрижик! - истошно взвыл кот, едва не вырвавшись из рук кентавра.
   Но Арсений и не думал отпускать кота. Чем эта пушистая тварь может помочь хозяину? Ничем. А вот он - Арсений, может, нужно только кота пристроить, чтобы не натворил больше беды и колдуна надо бы спасти. И бежать отсюда! Их за все это по головке маги не погладят, а заговорщики так вовсе на колбасу пустят, чтобы молчали.
   Только не учел кентавр вот что. Хоть Стригосус ден Астаро был полукровкой, а все же половина его естества была адского, бесовского происхождения. Поэтому никакой огонь не мог повредить наследнику герцога Преисподней, главное, чтобы ничем по голове не тюкнуло, а с огнем справится.
   Полубес умело выбрался из завала, проклиная, на чем свет стоит, тяжесть гибридного животного, плюнул в сторону полыхающего помещения, затушив остатки огня своей магией, и попытался выбраться во двор.
   - Сын, что это за гадость ты в руки взял? Снова генетикой баловался? Мы с твоей матушкой тебе это еще в детстве запретили, а ты, оказывается, у нас за спиной, снова за старое взялся? И, как я вижу, уже в угрожающих величинах. А ведь все начиналось с ботаники, теперь ты на зоологию перешел.
   - Папа?! - с плеча Стригосуса рухнул конь, аккурат на каменный пол прихожей. Кого-кого, а своего папашу полубес увидеть тут, никак не ожидал. Зато быстро оценил ситуацию. - Ты может, там колдуна из подвала достанешь, со всей его библиотекой, а? И не будешь трындеть под руку, угу?
   Папа сильно удивился. Вот вечно так. Даже не замечаешь, когда из крохотного комочка в колыбели дите превращается в делового мужика, рассказывающее родителю, как ему, в смысле папе, надо жить.
   - А подвал где?
   Через четверть часа нашелся и подвал, и колдун, и библиотека, даже, как оказалось, не единственная на этом клочке земли. Все, что нашлось в подвале, а кое-что и из личных запасов колдуна, с ним во главе, перекочевало в погреб госпожи Волковой, ни о чем не подозревающей и громко, пьяно храпящей на своей огромной кровати дома. Колдуна, находящегося в глубоком обмороке, определили назад в клетку, чтобы не сбежал после того, как очухается.
   - Вот теперь, сын мой, рассказывай. Как ты докатился до такой жизни? - Заявил папа, усаживаясь на табурет на кухне второго этажа, напротив своего отпрыска, кентавра и кота, занявших оборонительную позицию с обратной стороны стола.
   - Все не так, как ты думаешь и, даже, не так, как выглядит все со стороны, отец, - начал деловым тоном, вымуштрованным в секретариате мэра Зеленого города, сын.
   - Да, правда? Ну-ну, рассказывай. Ибо то, что я имел возможность видеть, меня, честно говоря, ввело в ступор. Заодно еще объясни, что ты с Маркусом сделал? Когда это кот начал материться столь отборным матом и куда делась его дикция? Ты знаешь, сколько я потратил сил, чтобы Маркус научился правильно, по-людски, говорить? И вообще! Зачем кота покрасил?
   Кот попытался возразить, но Стригосус вовремя его дернул за хвост и возразил вместо него:
   - Я его не красил! Это вообще не Маркус!
   - Ого! Похвально. Пошел по папиным стопам, начал зверей тренировать? Говорить его сам научил? - видно Борису и в правду стоило больших нервов выучить в свое время Маркуса, существо не предназначенного для извлечения большого диапазона звуков, человеческой речи.
   - Сам научился. Давно уже. Наверное, еще до моего рождения. Он вообще-то эльф. Только заколдованный.
   - М-да. - только и выдавил ден Астаро, поднимая за шкирку кота, бок которому Стригосус подлечил в первую очередь по возвращении домой.
   - Мостав на място, мля!... - Алеф уважением к большому дядьке не проникся, даже со скидкой на то, что этот дядька - отец его любимого.
   - Ни черта не понял, но сейчас мы это исправим, - повертел в воздухе котом Борис, посадил его на соседний стул и рявкнул что-то на адском наречии.
   Без спецэффектов, естественно, не обошлось. Увидев огонь, дым и характерный треск, кентавр рванул на улицу. Нервы не выдержали - и так, который день на этих самых нервах весь. Останавливать Арсения не стали. Стригосус был слишком поражен происходящим, Борису было все равно, что подумает о нем кентавр, а Алеф просто не в состоянии из огня и голышом, куда-то и за кем-то гнаться.
   Произошедшие сегодня события окончательно выбили Арсения из равновесия. Он был готов сломя голову лететь искать Мариона. Падать эльфу в ноги и умолять взять к себе. Куда угодно и, что угодно делать, но чтобы и ноги его, точнее копыта, не было в этих проклятых Косогорах.
   - Знать бы только: где он сейчас, где его искать. Может и правда к нему домой пойти? Но я же, с этим хозяином договорился... - кентавр закурил. На душе было тяжело. - Кто я? Чем отличаюсь от того чудовища? По сути - ничем. Такая же тварь без выбора и права.
   По щекам Арсения текли слезы. Сказывался многолетний стресс, вырвавшийся в одночасье. Так хотелось с кем-то поговорить, кому-то пожаловаться. Только кому? За всю свою жизнь кентавр не имел ни единого настоящего друга. Даже табун, в котором он был далеко не последним, никогда не был настоящим домом.
   - Арсений, ты чего? Огня испугался? - по лестнице на порог спустился счастливый полубес. Пойдем, я тебя с Алефом познакомлю!
   Стригосусу тоже необходимо было сейчас с кем-то поделиться. Счастьем.
  

* * *

  
   Ничто так не в силах остановить пьяного, как дуб, с которым он неизменно встречается лбом. Ничто так не способно остановить бегущего эльфа, как стрела, через которую тот неизменно перецепится и кубарем полетит по заснеженной проселочной дороге, с матами и криками, обнимая нежное и пушистое тело своего верного друга и соратника. В сумерках не сразу стало понятно, кто приближается к столь победно полетавшим Маркусу и Марфею, окопавшимся в кустах. То ли в этом безымянном леске завелись дубы-шатуны, бежавшие от истеричных дровосеков, успевших отхватить часть кроны, то ли воинственно настроенные дриады, очнулись от зимней спячки и пошли искать тех самых горе-дровосеков, оседлав дряхлые пни, но на эльфа что-то грозно надвигалось из темноты чащи, вооружившись топором и луком.
   Словно зачарованный Фей смотрел в заснеженные кущи, ожидая того говнюка, который выстрелил ему под ноги. Благо долго ждать не пришлось. Тень быстро обрела весьма соблазнительные формы очень даже эротично одетой высокой валькирии. Тело девушки было прекрасно, идеально, притягательно, возбуждающе. Подтянутая, с фигурной талией, плоским животиком, затянутым в кожаный корсет с металлическими бляшками, грудью соблазнительной формы и бедрами, за которые так и просились подержаться руки любого нормального мужчины, валькирия поражала зрителя своим лицом.
   - А рожа, так и просит кирпича, зато жопа фантастичная, - в полголоса резюмировал свои мысли эльф.
   - Не страшно, ты ее образком прикрой или мешочек на голову, - со знанием дела отозвался кот.
   Хозяин отрицать не стал, как и порицать, за столь откровенное оскорбление чести любой уважаемой девушки. Мысли Мариона были заняты сейчас совсем другим. Кто такие валькирии знали все. Более страшных баб в этом мире не водилось. Склочные, нахальные, прямолинейные и вредные. Даже тролли не могли соперничать с этой народностью в неисправимом гадком характере. Давно уже бытовала пословица: "Встретил валькирию, беги". Но бежать уже не куда было. Красавица шла напролом сквозь заснеженные кустики и сугробы по колено, была уже в паре шагов.
   "Нам конец", - решили мужчины и покорно ждали его прихода.
   - Снасильничает, прям тута, - пошептал кот хозяину, и от греха подальше соскочил с плеча на снег.
   "Однозначно! Зря от одного бежал, другая догнала. А может, орки наши доблестные скоро появятся, и они тут без меня разберутся? Надо, значит, потянуть время..." - лихорадочно прикидывал Марфей.
   - Ага, луком... в ухо... она может, - буркнул в ответ Марфей.
   - Привет! - веселым осипшим голосом поздоровалась валькирия, поправляя кожаный лиф одной рукой и колчан со стрелами другой.
   - Привет, - в один голос ответствовали кот с эльфом.
   - Ну, что мужики?... - брови дамочки игриво задергались вверх-вниз.
   - Что? - эльф машинально стал подмигивать валькирии.
   Девушка порылась в карманах, при этом продолжая лучезарно улыбаться мужчине лошадино-подобной физиономией, наискось перечеркнутой темным и уродливым шрамом. Затем рывком, сравнимым с молниеносным извлечением мелкого колюще-режущего оружия, достала тонкую черную сигарету СД - Смерть Дриады - в просторечии, и вставила между крупных и белых зубов. "Зубы целые и ровные - молодая лошадка." - машинально констатировал Фей.
   - Подкуришь? - Эльф, мягко говоря, опешил. Он тут, понимаешь ли, уже морально готов был на изнасилование, а оказалось все так банально.
   "А может это у них так все начинается? Может сейчас по сигаретке, а потом в кусты и..."
   - А я не курю, - это чтобы сразу твердо и откровенно сказать, что секса не будет.
   - Вот ты ж ехарек-марек... и, что за мужик пошел?! Даже закурить нет.
   Девушка вздохнула и, уже собиралась выбросить так и не выкуренную сигарету, как эльф, отогнав в сторону свои сексуально-параноидальные мысли, дернулся, подался вперед и заявил:
   - Я к тому, что у меня зажигалки нет, но поджечь могу.
   - О! - Сигарета моментально заняла положенное ей место, зажатой между ярко накрашенных губ валькирии.
   И он поджог. Маленьким таким фаейволом. Сжег сигарету до середины фильтра. Сжег алые накладные ногти, придерживающие секунду назад сигарету. Сжег накладные ресницы, остатки которых сейчас безумным образом свернулись в трубочку над глазами. Сжег половину пышной челки, моментально задымившейся от такого хамского отношения.
   "Даже не изнасилует... заживо сейчас похоронит".
   Они стояли и смотрели друг на друга, как два изваяния. Третье изваяние, открыв рот, пряталось за кустом можжевельника.
   Их так и застал начальник грозных и ужасных орков, вовремя затормозив и едва не врезавшись в темноте в Марфея.
   - Что здесь?... - Бергу осекся, видя, в каком плачевном и потенциально очень опасном состоянии находится валькирия.
   - Я влюбилась, - мечтательным, почти детским голосом пролепетала девушка. - Меня еще никто так не умудрялся спасти от табакокурения.
   - Беги, хозяин, а то точно снасильничает! - завопил Черт, выскакивая из-за кустов.
   До портала всего пару десятков шагов.
   Которые Берго преодолел с перекинутой через плечо ношей.
  
   "Нет, ну не придурок, а? С этим шутить нельзя. Спермотоксикоз вещь очень отрицательная. Особенно для молодого организма, как у меня. Или у нее. Хотя у нее он, кажется, в вечном недостатке. Или может быть в избытке? Нет. Наверное, у нее он скоро будет в избытке. Вон как шустро ее понес. Щас ка-ак залягут в кустах. И на спор, кто кого сначильничает первым! Надо посмотреть. Или остальных подождать и пойти смотреть вместе. А зачем? Чтобы тоже поучаствовать? Они явно не откажутся. А я? Сам не знаю. Ну, разве что сесть сзади и с мешком. А хорошая идея..."
   - Слышь, хозяин, я от одного не вразумел. С какого мыша серого, твой орк телку не в лес понес, а в портал? Не, ну, там горы и пещеры с той стороны. Захотел в первобытного поиграть? Типа по голове тюк и усе у шоколадной глазуре с цветошком?
   - А мне, откуда знать? - эльф прибывал в состоянии крайней неопределенности. С одной стороны и, правда, не понятно, чего именно добивался Берго. А с другой. С другой... это Марфей ее первым нашел.
   "М-да. И, правда, страшная это вещь - воздержание. Интересно, а Арсений, как там? Не забыл? Или забыл? Может у него все это на автомате и со всеми?"
   - Хозяин, а хозяин! Ты меня придушишь чичас.
   - Ой, прости.
   - Та не страшно. Я вот знаешь, шо подумал?
   - Что?
   - Та ежели б не этот орк, ты был бы лысый как колено, - Маркус ехидно хихикнул.
   - В смысле?
   - Ты не поняв? Ты ж ей патлы попалил, когти ободрал и вообще плохо обошелся с дамочкой. Еще и на предложение потрахаться ответил отказом.
   - Это когда отказался?
   - Это тогда, кода не предложил огонек у костра с песнями потанцевать. Ну, эта... - Маркус посмотрел на расширенные от удивления и не понимания глаза хозяина и конкретизировал. - Она ж у тебя подкурить просила? Это, типа, значит шо, уже на танцы согласная, - кот прогнулся, выставил вверх филейную часть, покрутил ею, резво помахивая хвостом.
   - О! Так вот это как называется? Значит, если я хочу, чтобы меня трахнули, должен подкурить попросить. Оригинально придумано!
   Оставшаяся банда орков, в смысле спецотряд, застал сидящего у камня возле портала задумчивого Марфея, курящего черную сигарету из арсенала валькирии. Сигареты ему достались в подарок, ибо выпали из хохочущей и матерящейся красотки по пути ее трансляции из леса в горы на спине славного командира Берго.
   - Ну, таки, согрелись, - хохотнул Бжих. - Слушай, остроуший, угости цыгаркой. Моднявые они у тебя, бабские.
   - Бери, все равно не мои, валькирию от никотиновой зависимости лечил, - Марфей равнодушно протянул пачку орку.
   - Фига се! Трахнул?
   - Неа, Берго опередил, - посмеялся вынырнувший из-за спины Черт, запевая наскоро придуманную песню. - Сгреб в охапку нашу бабку, в горы темные увел и порвал ее подол.
   - Ну, все, я ж предлагал в блядовник зайти, сраки погреть, а теперь жди его, - Пасси опустился рядом с эльфом, взял сигарету и повернулся к Фею. - Подкуришь?
   Марион медленно обернулся и с ехидной улыбкой заявил:
   - А потом мне за это тебя снасильничать, за что ты меня пострижешь налысо, да?
   Глаза орков чуть не выпали из орбит, зато эльф с котом покатились на снег в истерическом хохоте.
   - Скучно нам явно не будет, - почесал репу Бжих и протянул зажигалку Пасси. От греха подальше.
   За одно орки решили отобрать сигареты у эльфа. А то кто этих малахольных эльфов знает. Может и правда - снасильничает...
  

Эпилог

   Светало. Прошли много. Все устали. Даже Маркусу надоело рассказывать Бжиху скабрезные анекдоты. Где-то на пятидесятом из них, Марфей понял, что, во-первых, он в ближайшее время не сможет ни с кем заняться здоровым сексом, без здорового смеха, во-вторых, что все женщины - бляди, мужики - бляди и жизнь... ну вы все поняли. В-третьих, мысли о том, что надо бы найти себе невесту, жениться и завести детей, отодвигается как минимум на полвека, после того, как умрет от старости его кот, ибо эта бестия не упустит разнообразить семейную жизнь хозяина новыми скабрезными перлами. Правда, с учетом того, что еще вчера Фей решил Маркуса сделать бессмертным (способа эльф еще не придумал, но и кот помирать еще не собирался, так, что время на подумать, и на реализацию еще есть) жениться эльфу вообще не светило.
   - Может, отдохнем, а? - Заныл в сто двадцать девятый раз Гоги.
   - И пожрем! - Присоединился к идее Сало. Потом обвел всех грозным взглядом и заявил. - Иначе я сейчас съем кого-то из вас! Что-то мы очень долго добираемся на этот раз.
   - Точно, - остановился Бжих, посмотрел по сторонам и почесал репу. - Мы действительно очень долго добираемся до гор. А их все нет и нет. Народ, а мы вообще-то туда повернули?
   В рядах орков возникла паника. Они начали обсуждать предыдущие походы в эти места и неумолимо пришли к выводу, что их либо не туда занесло, либо они свернули в противоположном направлении.
   - Агхррынеть! - Зарычал на все это Черт, обводя грозным взглядом орков, потом воззрился на уставшего хозяина.
   - И не надо смотреть на меня так. Я вообще, в этих краях впервые. И вообще, у меня географический кретинизм развит в нереальных величинах.
   - У тебя ж предки - путешественники? Или я чё-то не то вспомнил, - кот сощурил глазенки и склонил на бок голову, отчего стал сильно смахивать на филина.
   - Ну, есть чутка, - ухмыльнулся эльф. - Правда, с учетом того, что их вечно хрен нарисуешь из-за вечного попадания в разные казусы, то, получается, географический кретинизм у меня все же наследственный.
   - Эй, Бжих, а мы точно попали, - злобно хихикнул кошак. - Ибо нас всю ночь талисман попадалова, оказывается, вел к светлому будущему.
   - Чаво? - Гоги шарахнулся от компании и угодил в сугроб. - Так мы шо?... Потерялися?
   - Ага, потерялися, - похлопал его по плечу Бжих. - Причем конкретно потерялися, даже где шеф не знаем. А поэтому предлагаю найти место, где можно пожрать и переспать! - На этих словах орк ласково погладил эльфа по филею.
   Марфей подобной фамильярности стерпеть не мог, поэтому со всей дури врезал нахалу в пятак и зарычал. Орки оживились и уже были готовы приступить к своей любимой игре "завали девочку", причем роль "девочки" могла быть отдана любой жертве, невзирая на пол и возраст, но случилось нечто феноменальное и неожиданное.
   Вокруг кота разлился мягкий свет, окутал его, поднял вверх, уплотнился и рассыпался снопом ярких искр. На его месте оказался высокий черноволосый мужчина, его длинные пряди свисали ниже пояса и были его единственной одеждой. От такого поворота событий повисла абсолютная тишина. Даже птицы, чирикающие на ветвях деревьев, смолкли. Сова, пролетавшая над собравшейся компанией, засмотрелась так пристально на красавца, что не заметила ствола векового дуба и со всего размаху впечаталась в него.
   - Ахрынеть! - в один голос заявили орки, пожирая взглядом Черта.
   У эльфа от шока даже дыхание сперло. Он только стоял и хлопал своими густыми ресницами над прекрасными миндалевидными глазами. Перед ним стоял действительно черт - с маленькими рожками на лбу и копытами на ногах, с хвостом, практически до земли и хитрыми веселыми глазами. Лукавая улыбка играла на чувственных губах.
   - Ах, вот ты какой, северный олень, - со смехом вырвалось у Бжиха.
   Маркус поежился, не зная, куда пристроить ладони, чтобы согреть свое голое тело, обернулся на поедавшего его взглядом наглого и веселого орка, и рявкнул:
   - Да, я вот такой, милашка. Раздевайся давай, пока я тут дуба не врезал от холодрыги, - и, подойдя к орку, черт уверенно повернул к себе его подбородок. - А то у меня хвосты мерзнут.
   Словно завороженный Бжих сбросил с себя длинную шубу и протянул ее Маркусу, штанами поделился эльф, телепортировал их из своего домашнего шкафа.
   - Слышь, а как это у тебя? - облизнулся Сало, поглядывая, как Марион из воздуха достает одежду.
   - Это - магия высокого уровня, - надменно констатировал Фей.
   - Вай! Очуметь! А колбасу из холодильника сюда достать можешь?
   - А что мне за это будет?
   Орк задумался, поскреб затылок под шапкой, и с самым озадаченным и по-детски невинным видом заявил:
   - Ну, хочешь, я стану твоим секс-рабом?
   - Ого! - у эльфа не нашлось ничего, что на это ответить, и он потянулся за сигаретами валькирии, машинально щелкнув пальцами, чтобы поджечь тонкую курительную палочку.
   - Нет! - Завопили орки, в испуге осознавая, что этими самыми рабами, этого самого ушастого станут сейчас они все, если не отберут курево.
   Поздно. Фей затянулся дымом и мечтательно закрыл глаза.
   - Стоять, мелюзга, - на лице эльфа засияла хищная ухмылка. - Можете не напрягаться, хавчика я наколдовать не могу, тут уж простите, да и не привлекательные вы, чтобы рвать ради вас жопу. - Послышались три облегченных вдоха и один разочарованный. - Просто у меня есть волшебный шкаф с одеждой, к которому я могу дотянуться с любой точки мира, это чтобы лишних шмоток не таскать в командировку, - Марфей снова довольно затянулся, окинул взглядом Маркуса и просиял. - А ты красавчик у меня, Чертяка! - И потрепал своего питомца за щеку.
   Маркус испугано отшатнулся.
   - Слышь, хозяин, давай без этой... гомосятины, а? Мне твоего братика со Стрижиком выше крыши хватило.
   - Что? Так ты его знаешь? - Эльф поперхнулся дымом, моментально пришел во вменяемое состояние и выбросил сигарету. - Где он?
   - Где-где... да там где и был, у Стрижика. Второго кота помнишь? Матерливого такого? Так вот, это он и есть.
   Из-под ног эльфа ушла земля, и он рухнул в снег, поднимая рой снежинок.
   - И что?...
   - Судя потому, что меня расколдовали, то с ним сейчас все нормально.
   Маркус поведал историю с Алефом, параллельно приподнимая своего хозяина, обтрушивая с него снег, и, беря под руку, повел по дороге дальше. Орки гуськом и притихшие последовали за ними.
   Вдалеке показались странные постройки нового города. Таких строений, как в нем, в мире эльфа и орков не было.
   - И где мы? - Испуганно озираясь, шепотом спросил Гоги.
   - В другом мире, - растянулся в улыбке Маркус.
   Этот мир он знал замечательно, ведь это был его родной мир.

***

   На востоке разливался по небу рассвет. Алое марево расползалось над крышами домов, золотило землю. На зеленых ветвях весело щебетали птицы, празднуя приход весны. Весенние цветы тянулись за солнцем, а труженицы-пчелы покидали ульи, вылетая на свой рабочий день.
   Сонный, всклокоченный Стригосус, приподнявшись на локтях в постели, любовался растрепанными кудрями своего любимого, нежно улыбался, довольно щуря глаза. Сбылась его мечта - он больше не один, он нашел свою половинку, того, к кому тянешься утром за прикосновением, о ком вспоминаешь на работе с нежностью, пряча улыбку от завистливых глаз окружающих, к кому стремишься вечером, за теми же прикосновениями, поцелуями... Он нашел того, кого с полной уверенностью зовешь "мой": мой любимый, мой сладкий, Мой! "Моя вторая половина", для того, кто был изначально неприкаянной, незаконченной, не доведенной до целого одинокой половинкой. И сейчас Стригосус знал - с ним, с Алефом, с этим взбалмошным, чудаковатым эльфом, они - единая пара, создавшая целостность души, чувств, желаний, ощущений. Он - его счастье.
   Еще несколько минут можно было понежиться в кровати до того, как придет противная Фиалка и начнет их будить.
   "Эх, отличная же это была идея обзавестись такой хорошей домработницей, что и говорить. Да и вообще, жизнь прекрасна и замечательна, если бы не..." - полубес вздохнул и опустился в кровать, разом помрачнев. Его дорогой Маркус - пушистая сволочь и надоеда, пропал в неизвестном направлении вместе с братом Алефа, отправившись на задание Тайной службы. Поиски, длившиеся уже третий месяц, так ни к чему и не привели.
   Старый приятель отца безумствовал, лишившись в одночасье и своего лучшего отряда, и верного помощника, первого козла отпущения по совместительству, а так же магического убийцы в лице Амалии. Правда, в случае с последней, киллер перешел на новую ветвь эволюции - заняв место преданной любовницы с притязанием на место невесты, а потом и жены. Временами в глазах Гейгеля скользили темные тени, в которых отчетливо читалась тоска за прежним видом Амалии и яростное желание все вернуть на круги своя. Хоть и с данной ипостасью ведьмы сложно было спокойно мириться, используя ее дар и полнейшее отсутствие морально-этических терзаний в момент убийства очередной жертвы. Да-да, что и говорить - предприимчивый Лева умел находить выгоду на ровном месте, да и с временным отсутствием орков надо было как-то жить дальше. Только это не могло компенсировать потерю Берго и Мариона Фея, последнего так уж точно. Такого скотину с железными нервами надо еще поискать. А пока господин Гейгель с грустью вспоминал горящие ненавистью глаза помощника и заместителя, и предвкушал тысячу разных наказаний за его отсутствие. Одному Алефу было вольготно - за ним в кои-то веки не было неусыпного контроля старшего братика, постоянно устраивающего обломы и не дающего вольно дышать полной грудью.
   - Мурк, - обернулся к Стригосусу сонный Алеф и полез целоваться.
   "Да, опыт пребывания в кошачьей шкуре наложил на любимого некоторый отпечаток. Одно хорошо, что материться хоть перестал" - с улыбкой и нежностью во взгляде полубес взъерошил волосы эльфу.
   - С добрым утром, радость моя. Я вот лежу и думаю, как бы тебя, засранца, наказать.
   - Меня? За что? Стрижик, я же ничего не делал такого!
   - Да? - глаза полубеса сощурились, и он указал на раскидистый куст в ногах кровати. - Кажется, я весьма доходчиво объяснил тебе, что колдовать в своем доме я тебе запрещаю. Было такое?
   Эльф посмотрел, сверкнул хитрющими глазами и с радостью, детским лукавством во взгляде обернулся к хозяину дома, пытаясь объяснить появление нового и весьма странного растения, которое уже протягивало к мужчинам ветви с висевшими на них халатами.
   - Это - вешалка! Правда, классная?
   - Алеф! - Полубес выскочил из кровати в бешенстве, демонстрируя своему любовнику исцарапанную спину и пару синяков на бедрах, и очень большой на левой ягодице. - Скажи спасибо, что фингал с глаза удалось свести сразу, а то, как бы я сейчас на работу пошел с такой-то красотой?
   - О...
   - Что?
   - Она ж не дерется, она мирная, неужели приставала к твоей сладкой попке?
   - Она - нет, - с адскими огоньками в глазах и металле в голосе Стригосус ткнул кустик. - Но, когда спросонья ночью тебе припечет в сортир, ориентируешься скорее на память и то, что в твоей спальне нет посторонних преград на пути, через которые можно перецепиться. А я, благодаря этой твари, познакомился телесно, кажется, со всей мебелью вокруг, ибо не принял во внимание нового элемента интерьера.
   - Ой! Прости, - виновато понурив голову, пробормотал эльф, натягивая на себя одеяло, и уже из-под него прибавил. - Давай я тебя полечу, я же магистр целительства.
   - Нет! - Как отрубил Стригосус и вышел из спальни, налетев в дверях на Фиалку. Не сознаваться же, что от предыдущих попыток Алефа колдовать, у него развилась фобия.
   - Господин изволил проснуться? - девушка плотоядно посмотрела на обнаженное и чуть попорченное тело хозяина, проследовавшее в сторону ванной. Потом заговорщицки обернулась, подмигнула эльфу и с прозорливой улыбкой спросила. - О, вы оказывается шалунишки мальчики, садо-мазо сегодня практиковали, а?
   - Изыди, растение!
   В Фиалку полетела подушка. Эльф, воспользовавшись моментом заминки горничной, пытавшейся справиться с моментально ожившей подушкой, выскочил из кровати и, подхватив халат, бросился из спальни вслед за полубесом. Последний, зная заранее, как будут развиваться дальнейшие события, предусмотрительно и с немалым лукавством, запер двери на замок, тихо посмеиваясь над сконфуженным эльфом.
   - Ах ты, бес! Все вы такие, изверги недоделанные! И извращенцы! Впусти! А то я... - и зажимая ноги, ибо природа требовала своего весьма настойчиво, начал что-то шептать в сторону запертой двери.
   Крик и вопль послышались одновременно. В ванной на Стригосуса напала табуретка, на которой лежали его вещи. А с другой стороны двери сексуально озабоченная Фиалка подкралась и запустила прохладные ладошки под халат Алефу.
   Через секунду табурет с эльфом поменялись местами, чем в очередной раз обломали горничную. Стригосус же в очередной раз задумался над двумя бытовыми проблемами: возвести вокруг совмещенного санузла магический барьер и разделить его, наконец-то, на полноценный уютный сортир и ванную. Если первая проблема возникла только недавно, с появлением эльфа, то вторая возникала до этого довольно часто, всякий раз, когда в доме полубеса появлялся очередной любовник или любовница.
   - Слушай, Стрижик, а давай тебе санузел разделим? - Словно читая мысли, отозвался Алеф. - Я уже порядком поднаторел в строительной магии, когда тебе дверь в залу восстанавливал.
   - Ага, давай, но только с одним условием. Я сам этим делом займусь, ладно?
   Стригосус до сих пор без дрожи в теле не мог пройти мимо помпезного сооружения дверного проема, который соорудил в свое первое утро пребывания в его доме Алеф. Поэтому хозяин и запретил последнему колдовать не только в самом помещении, но и на прилегающей к нему территории. Правда, запрет на двор появился намного позже, когда эльфу взбрело в голову соорудить беседку с фонтаном аккурат на том месте, где полубес еще осенью подготовил землю под клумбу и высадил семена уникальных магических лилий. В итоге, сейчас половину двора занимал пруд с кипяточной водой и хрустальными плотоядными кувшинками вокруг мраморной альтанки, подобраться к которой не было ни какой возможности. Извести плотоядную растительность из пруда был не в состоянии даже папик, не говоря уже о самом виновнике данного садового произведения.
   - Но ты же такой уставший всегда, работа все соки из тебя выжимает, - льстиво начал свою извечную песню хитрый эльф.
   - Да-да... а все остальные силы высасываешь ты, сексуальный маньяк, - огрызнулся в полголоса полубес, вылезая из-под ласковых струй душа и вытираясь огромным махровым полотенцем.
   - Я все слышу, - чмокнул, едва коснувшись плеча белокудрый красавец, занимая место под душем.
   - Ладно, уговорил. Сегодня приду с работы и все сделаю! - путаясь в трусах, согласился полубес.
   - Сегодня не получится. Или ты забыл, что мы сегодня встречаемся с нашими родителями? - В голосе послышалась угроза.
   - Ну не будет же она в постели производиться? Или ты намекаешь на это? - Подколол Стригосус, вылетая из ванной, едва увернувшись от полетевшего в его сторону куска мыла, сбивая на своем пути горничную и закрываясь в спальне.
   "Да, мы встретимся! Мечта маменьки сбылась, и я наконец-то остепенюсь и женюсь, - хихикнул своим мыслям полубес. - Правда не понятно еще: кто на ком женится".
   Через полчаса оба одетые как с иголочки, Алеф и Стригосус заняли места за столом, накрытым заботливой Фиалкой. Вот за это колдовство хозяин был очень благодарен своему возлюбленному. Хоть Маркус и был весьма умным и расторопным, но готовить так виртуозно, как это растение кот не умел. Да и в доме теперь всегда был порядок. В общем, можно с полной ответственностью сказать, что Стригосус остепенился и радовался семейной жизнью. Ну, если не обращать внимания на некоторые особенности горничной, любительницы спрятаться где-то в шкафу или за ширмой в спальне хозяина и наблюдать за любовными играми мужчин. Или, если не вспыхивать ревностью, глядя на попытки Фиалки откровенно и пошло приставать к своему создателю.
   "М-да. Либо эльфы все такие извращенцы, либо мне такой уникальный попался", - не без ревности во взгляде полубес следил за тем, как горничная поглаживает по спинке Его эльфа. Не признаваться же себе в том, что повышенная сексуальная озабоченность растения берет начало еще в тех времен, когда это самое растение проводило всю жизнь в горшке в хозяйской спальне.
  

***

  
  
   - Добрый вечер, друг мой лохматый.
   - Добрый вечер, друг мой рогатый.
   Мужчины крепко обнялись, похлопав друг друга по спине.
   - Как поиски?
   - Плохо, очень плохо. Я уже склонен полагать, что их нет в этом мире. Поисковые системы их нигде не могут найти, тем не менее, артефакты все как один, утверждают, что они живы. Их руководитель, Берго, нашелся наконец-то. Но он не помнит, что с ним сталось. Утверждает, что в определенный момент, на подходе к порталу Фей решил согреться бегом и удрал от них вперед, а на него, старого, прожженного в сотне тайных операций орка, нашло какое-то безумие, что он схватил какую-то бабу, непонятно откуда взявшуюся, и с этого момента ничего не помнит.
   - Хм... странно. А что за баба?
   - Неизвестно, она потом в полено превратилась.
   - Надеюсь, не в тот момент, когда Берго ее натянуть решил? - Рассмеялся Борис.
   - История умалчивает этот факт, - рассмеялся в ответ Лев.
   - А что с заговорщиками? Всех поймали? - Переключил разговор бес, подойдя к столу и разлив вино по бокалам.
   - К сожалению, нет. Но самых главных нам все же удалось поймать, - начальник Тайной службы о чем-то задумался и просиял. - Зато удалось их очень хорошо разговорить. И за это мне надо сказать тебе огромное спасибо. Твой подарочек оказался очень даже хорошей сотрудницей.
   Гейгель поднял бокал, салютуя старому другу. Борис тем временем забрался на подоконник и расхохотался.
   - Правда? Только сотрудницей? Ну, ты и змей!
   - Да ладно тебе, - Лев пригубил вино, и его лицо изменилось, приобретая нежные и мечтательные черты. - Спасибо тебе, друг мой.
   - Не за что, - улыбнулся ему в ответ старый бес. - В жизни каждого мужика когда-то должна появиться такая вот... сотрудница.
   Повисла тишина. Каждый задумался о своем. Точнее о своей.
   - Зато теперь ты перестанешь мне задавать глупые вопросы: почему я все еще с женой не развелся, - нарушил тишину Борис, поглядывая на часы. - В общем, мне пора. У меня на сегодня еще встреча с родителями жениха сына назначена, не хочу опаздывать.
   - Бывай, рогатый!
   - Удачи, лохматый!
   - Я не лохматый! Просто расчесываться времени не было!
   - Ага! Так и поверил! С такой-то сотрудницей!... Привет Амалии!
   - Привет Женевьеве.
  

***

  
   Темнота и нежная томящая тишина, наполненная лишь тяжелым прерывистым дыханием.
   Касание рук, ласкающих атлас кожи. Медленные, долгие поцелуи.
   Жажда, неуемная, поглощающая оба тела, нарастающая с каждым мгновением, с каждым прикосновением, с каждым стоном.
   В распахнутое окно врывается ночной ветер, пробегает по комнате, ласкает, будоражит, заставляет и без того вибрирующие на грани оргазма тела вздрагивать еще сильнее.
   - Я люблю тебя.
   Тихо срывается стоном с губ одного, плавным вздохом перетекая на губы другого. Три маленьких слова, которые соединяют двоих, собирая из половинок в единое целое.
   - Я люблю тебя.
   Эхом отвечают губы другого, наполняя каждое мгновение жизни смыслом.
   В такие моменты каждый из них осознает, что он не один, что вся их прошлая жизнь сводится к этому моменту соединения. Пережито много и боли, и потерь, и разочарований, и печали, и тоски. Но все это ни в счет, потому что они наконец-то вместе, их половинки души соединили простые три слова: "Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ"
  
   ***
  
  
   Что случилось и где сейчас славная банда орков, и импозантный эльф с Чертом - это уже совсем другая история...
  

Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Кошкина "Академия Алых песков. Проклятье ректора"(Любовное фэнтези) А.Климова "Операция М.У.Т.А.Н.Т."(Боевик) Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) А.Вичурин "Ник "Бот@ник""(Постапокалипсис) Д.Толкачев "Калитка в бездну"(Научная фантастика) А.Верт "Пекло 2"(Боевая фантастика) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 12. Осколки"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"