Тимашев Игорь Васильевич: другие произведения.

Мои слова, мои виденья

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:


  
  
   Тимашев Игорь

Мои слова, мои виденья

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

2007

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Сдается мне на склоне лет,
   Что я иду не той стезею,
   Что я родился как поэт,
   А всю жизнь все что-то строю.
   ***
   Городок над песчаной Окою,
   Древний Кремль, опоясанный рвом,
   Я давно распрощался с тобою
   И покинул отеческий дом.
  
   Я в столице навечно прописан,
   Здесь учился, работаю здесь,
   И теперь только несколько писем
   Мне приносят о Родине весть.
   из юности 1950г., ТИВ.
   ***
   Спустился вечер, звезды слышно
   Ведут свой вечный разговор;
   Деревья ветер чуть колышет,
   Луна взошла на косогор...
  
   Люблю скучать у жаркой печки,
   Смотреть на огненный узор,
   На лавке выкроив местечко,
   Вести неспешный разговор.
  
   Люблю застольную беседу,
   Когда собравшись у огня,
   Вполуха внемлешь речь соседа,
   Нечасто рюмками звеня.
   по Есенину, 1952г., студенч.
  
  
  
  
  
  
  
  
   ВОСПОМИНАНИЯ О М.БАСМАННОЙ
   БОЛЬНИЦЕ
   Больные делятся по классам:
   По их болезням, по чинам,
   Бывает, делятся по расам,
   А всего чаще по деньгам.
   Иным дворец, а не больница -
   Отличный сервис, пышный стол,
   От ожирения лечиться
   В нее бедняга Он пришел.
   Там партию на "преф" сбивает,
   Сестер гоняет за вином,
   А в перерывах причитает:
   Не спал ни вес и ни объем.
   Другой, набравши справок кучу,
   Полгода очереди ждет.
   Пождет, и, может, станет лучше,
   Или с надеждою помрет.
   Но вот больной попал в больницу.
   О боги, сжальтесь вы над ним!
   Разят его ножом и шприцем,
   И травит бром и сульфидин.
   Но если наш больной живучий
   И от леченья не помрет,
   То организм его могучий
   Наверняка его добьет.
   Поевши раз протертой каши,
   Он так заклинит задний ход,
   Что после все старанье ваше
   Его ничем не разорвет.
   Он станет толстым, как корова,
   И вдруг взорвется, как фугас.
   Он умер бы совсем здоровым,
   Каб не подвел кишечный газ...
   ***
   Еду домой в трамвае,
   В кармане гремят гроши,
   А много мне и не надо -
   Спокойнее для души.
  
   Влюбился в одну девчонку,
   Влюбился, хоть свет туши,
   А то, что ушла к другому,-
   Спокойнее для души.
  
   Женился мой друг и что же?
   Теща, жена, малыши,
   А я до сих пор неженатый -
   Спокойнее для души.
  
   Писателю кушать надо,
   Так прозу иль стих пиши,
   А я же куплю четвертинку -
   Спокойнее для души...
   Студенческая, 1953г.
  
   * * *
   Писать стихи - простое дело,
   Гони себе строку.
   Твори слова, бросайся смело
   В зеленую тоску.
  
   А коли нету вдохновенья,
   Бросай перо, чудак,
   В борьбе с твоей природной ленью
   Поможет лишь кабак.
  
   Покой его и дымный шепот,
   Питейный аромат
   За твой рожденный в муках опыт
   Стократ вознаградят.
   В парах вина возникнут тени,
   Заслонит все бокал,
   Об этом всем Сергей Есенин
   Так здорово писал.
   Здесь за столом уже не гложет
   Гражданская печаль.
   Так и еще один день прожит
   И мне его не жаль.
   1957.
  
   Синь моря, синь лазурную
   Разрушил прочный вал
   И пеною соленою
   В лицо мне наплевал...
  
   Гримасой исказило
   Его прекрасный лик.
   Удары волн у берегов
   Слились в протяжный крик.
  
   Не ты ль недавно ласково
   Баюкало меня,
   Играя всеми красками
   И глубиной маня?
   Феодосия, 1961.
   * * *
   Почти что на исходе день,
   Костром неярким солнце догорает,
   И вечеру навстречу выплывает
   Из-под деревьев голубая тень.
  
   Туманом речка закурилась,
   Легла обильная роса,
   И полуночная краса -
   Луна на небе засветилась.
  
   Вблизи палатки, у костра
   После обильного обеда
   Текут неспешные беседы
   Порой до самого утра...
   1964.
  
   * * *
   Домашний надоел уют -
   Лишь лето к осени склонится,
   Далекий Север снова снится
   И тропы новые зовут.
  
   И вот она пришла, пора,
   Стоим мы снова на перроне;
   Вещей же грозная гора
   Уже уложена в вагоне.
  
   Давно забыты шеф и дом,
   Теперь по-братски, понемногу
   Коньяк по кружкам разольем
   За нашу дальнюю дорогу.
  
   Стоим мы на лесном разъезде,
   Рюкзак надеть пришла пора,
   Спешит поздравить нас с приездом
   Сплошною тучей мошкара.
  
   Через стремнины перекатов
   Байдарки вверх реки ведем
   И от восхода до заката
   Таежный воздух вволю пьем.
  
   Здесь норд, закон времен презрев,
   Гуляет без помех
   И в августе листву дерев
   Укутал белый снег.
  
   Вот стали слышны голоса:
   "А не пора ль нам труд упорный
   Отметить славным днем обжорным?"
   И даже Человек-Гора сказал:
   "Конечно же пора".
  
   Байдарки тотчас на прикол,
   И на холме, открытом взору,
   Готовим сытный пышный стол,
   Нажарив дичи, рыбы горы.
  
   Закончен пир. Вокруг костра
   Тайга окуталась молчаньем;
   Лишь слышно было до утра
   В палатке животов урчанье.
  
   Но наше время истекло.
   Пора домой, конец дороге,
   Теперь работает весло
   И отдыхают наши ноги.
  
   Бегут знакомые картины,
   Свой путь листаем, как журнал.
   Свой путь, такой, казалось, длинный,
   Что бечевою прошагал.
   Кожим, 1964.
   ***
   Шумят, как фабрика, пороги,
   И бьются волны среди скал.
   Из водных струй свои чертоги
   В них водяной себе соткал.
  
   Здесь у бывалого туриста
   Тревожно сердце защемит,
   Когда его река со свистом
   И ревом через волны мчит.
  
   Я б не сказал, что день был жаркий,
   Стоял сентябрь, но не беда,
   Что заливает нос байдарки
   И на сидении вода.
  
   Но вот байдарку я причалил,
   С лица ладонью брызги стер,
   А остальное на привале
   Просушит лучший друг - костер.
  
   Теперь же мне в тиши дубравы
   Ей-ей положено по праву
   Перекурить волненье это
   Хорошей, крепкой сигаретой.
   Поной, 1966.
   В долине между мшистых гор,
   В глубинах двух лесных озер,
   В кущине топкой и густой
   Берет исток река Поной.
  
   Ее начало Кенийок -
   Вертлявый мелкий ручеек -
   Уложен петлями крутыми
   В заросшей ивняком низине.
  
   Не водный путь - гигантский слалом,
   Крутейших виражей каскад.
   И к вечеру казаться стало,
   Что вроде ты приплыл назад.
  
   Когда ж от этого крученья
   В последней мере отупев,
   Глаза подняв для развлеченья,
   Ты видишь вдруг стволы дерев,
  
   Меж валунами и камнями
   Стоявших черными свечами,
   А возле их горелых ног
   Лишь поросль мелкая и мох.
  
   Но вот под кручей Кенийока
   В объятья принял Марийок.
   Поной, 1966.
  
  
  
   * * *
   Стоит согнутая ударами мороза,
   Печально ветви меж камнями распластав.
   Поди пойми ты душу северной березы,
   Что здесь на Крайнем Севере росла.
   Поной, 1966.
   * * *
   Только-только над горою
   Вспыхнул солнца свет,
   Повстречался за рекою
   Пожилой брюнет.
  
   Он в руке держал авоську,
   Выпятив живот,
   И на мятую сорочку
   Капал жирный пот.
  
   Этот горный санаторий
   Что-то высоко.
   Где тут ванны, где солярий,
   Где тут душ Шарко?
  
   Я в горах пешком шататься
   Что-то не привык.
   Покажите же мне, братцы,
   Где тут съесть шашлык.
  
   Нет тут, дядя, ресторанов
   И шезлонгов нет.
   Это лагерь Улу-Тау
   У горы Чегет.
  
   А живут тут альпинисты
   Дружною семьей.
   Любят горы, любят песни
   И Кавказ родной.
   Улу-Тау, 1966г.
   * * *
   Я парень смелый, молодой
   Ни в чем не знал преград,
   Но вот осеннею порой
   Я стал, друзья, женат.
  
   Под милой женскою рукой
   Стал жить на новый лад,
   Я в мир попал совсем иной,
   Ведь я теперь женат.
  
   Из парка слышу звонкий смех
   И голоса девчат,
   Но мне теперь не до утех,
   Ведь я уже женат.
  
   Гудит, как улей стадион,
   Болельщики кричат,
   А я с коляскою вдвоем,
   Ведь я теперь женат.
  
   Пылает летняя жара,
   На речку все спешат,
   А я - ни шагу со двора,
   Ведь я теперь женат.
  
   И вот уж смерть стучится в дом -
   Страшит всех прочих ад.
   Но мне их страхи нипочем,
   Ведь я давно женат.
   1966г.
   * * *
   Звон водных струй да крик совы
   И никого нет, кроме
   Пяти туристов из Москвы,
   Бредущих по Чапоме.
  
   Клянем туризм на все лады,
   Однако, вверх шагаем,
   И там, где нет в реке воды,
   Мы пота подливаем.
  
   Десятый день, темно в глазах:
   Обносы да проводки.
   Идут все больше на плечах
   Вверх по Чапоме лодки.
  
   Отчет фальшив, неверен крок,
   В болотах и заломах
   Который день переволок
   Мы ищем от Чапомы.
  
   Шипит жаровня, чай кипит,
   И мы гордимся малость,
   Что наши трудные пути
   Лишь в памяти остались.
   Чапома, 1970.
   * * *
   Пока в тундре цветы цветут,
   Пока хорошая погода,
   Но Заполярье, значит, тут
   Полгода день и ночь полгода.
  
   Край этот с южным не сравнять,
   Он яркой красотой не манит,
   Но как расстались, так опять
   К себе обратно властно манит.
   Чапома, 1970.
   * * *
  
  
  
  
  
  
  
  
   Чуть брезжит утро, посветлели
   На горизонте облака,
   Вот с шумом утки пролетели,
   В туман укуталась река.
  
   На завтрак чай с засохшим хлебом,
   Да дождик капает с утра,
   Вокруг, сливаясь с серым небом,
   Лежит бескрайняя тундра.
  
   Черничник, ягель и березки,
   Что до колен не достают,
   Река журчит, а вдоль полоской
   Деревца чахлые растут.
  
   Кустарник, мох и берег топкий,
   Да иногда то там, то тут
   Набитые оленьи тропки
   К местам неведомым ведут.
  
   Природа скромна, без излишков,
   Здесь жизнь - не жизнь, а тяжкий бой,
   И лето - только передышка
   Перед суровою зимой.
   Чапома, 1970.
  
   П Е С Н Я
   В края, где дороги сквозь горы ведут,
   Помню я многих, пускавшихся в путь,
   Если собрался и скинул рюкзак,
   Значит, ты с кем-то расстаться не можешь никак.
  
   Что тебя держит, чего тебе жаль?
   Иль притаилась на сердце печаль?
   Видно, рюкзак тебе нынче тяжел,
   Видно, другую заботу ты в жизни нашел.
  
   Где-то другие по тропам идут,
   Песни любимым в палатках поют,
   Песни про тундру, кустарник и мох,
   Песни о тех, кто промок и продрог.
  
   Потом и пылью прошедших дорог
   Время подводит последний итог.
   Памятью манят леса и поля,
   Но для меня неподвижной вдруг стала земля.
   Чапома, 1970.
   * * *
   Скво стряпает оладии к обеду,
   Рудольф неспешную ведет беседу,
   Стучит по веткам Игорь топором,
   Аркадий с Лешею вдвоем
   Какую-то веревку тянут
   Итак, здесь все, и каждый упомянут,
   Своим любимым делом занят,
   А мы продолжим свой рассказ о нас.
   Чапома, 1970.
  
  
  
  
   * * *
   Укрытые снегом сияют вершины,
   Мы снова в походе, пред нами Хибины.
   Мы вольны в дороге, которой идти,
   Но тем и прекрасно начало пути.
  
   Деревья заснули, укутавшись в иней,
   Купаются ночи в сверкающей стыни,
   В такт каждому шагу рассыпчатый лед
   Под полозом лыжи скрипуче поет.
  
   Вот медленно солнце на запад склонилось,
   Свинцовой усталостью тело налилось,
   И лыжи замедлили скорый свой бег,
   День трудный окончен - пора на ночлег.
  
   И скоро в палатке печурка теплится,
   И чай на горячем огне кипятится,
   И мы у костра разместившись втроем,
   О горах далеких тихонько поем.
  
   Еще только горы чуть-чуть осветились,
   А мы уж собрались и в путь устремились.
   По склонам, по кручам вперед и вперед
   Дорогу ведущий уверенно бьет.
  
   На камнем забитой вершине увала
   Тайга помельчала и вовсе пропала,
   А ветер, что здесь на просторе ожил,
   В волнистые заструги снег загорбил.
   Под скалкой вблизи перевала присели,
   Чуть-чуть отдохнули и вдаль поглядели,
   Затем совершили обзорный круиз
   И лихо по склону скатилися вниз.
  
   Туда, где березы и старые ели
   Дорогу закрыли пурге и метели,
   Туда, где одетая в вечный гранит
   Жемчужина озера тускло блестит.
  
   Тем временем наше дневное светило
   Высоко поднялось и снег растопило.
   Под каждой из лыж набирается ком
   И каждый отрезок дается с трудом.
   Кольский, зима
   * * *
  
  
  
  
  
  
  
   "Скажи-ка, брат, куда ты все спешишь,
   Бежишь, торопишься, журчишь?" -
   Так говорит ручью болото,
   Шепча слова через зевоту.
   "Ну, что хорошего в бегах,
   Смотри, как я в спокойных мхах
   Лежу, ничто покой мой не тревожит..."
   Но год, другой болотом прожит,
   И затянулося оно...
   Осталось только мшистое окно.
  
   Ручей же все по-прежнему звенит
   И беспрестанно воды мчит,
   Чтобы, окрепнув, обратиться в реку...
   И в этом он подобен человеку.
   1970г.
   * * *
   Сдавили лямки плотно грудь,
   Под рюкзаком все тело сжалось,
   И виден только трудный путь
   Через нависшую усталость.
  
   А ноги кочки и кусты
   И топь болот привычно месят,
   И мысли до того пусты,
   Что, право, ничего не весят.
  
   Соленый пот глаза слепит,
   И комарье все злее жалит -
   Усталый взор не веселит
   Простор тундровой синей дали.
  
   Куда идем и что нас ждет,
   Кто версты долгие считает,
   Какая сила нас ведет
   И мысль какая направляет?
  
   В задаче этой есть ответ
   И есть вопрос: "А кто ты?"
   И аксиома, что свободы нет
   Без тяжкой будничной работы.
   1970г.
   * * *
   Полсотни - право, не изъян,
   Не огорчаемся сединам.
   Джигита славит ум и сила -
   Так говорит Омар Хайям.
  
   Года бегут, их не догнать.
   На то есть бог, чтоб их считать,
   А нам бы лишь на юбилеях
   За здравие бокалы поднимать.
  
   За чуб себя легко поднять,
   Но вот беда, за что хватать?
   Что значат волосы в науке -
   Кто взялся б это предсказать?
  
  
  
  
   Нет прежней резвости лихой,
   Кто без волос, а кто седой.
   Мы все немного повзрослели,
   Оставшись юными душой.
   1970г.
   * * *
   Прощай, прощай, мое очарованье,
   В последний раз в глаза мне посмотри
   И горьких слов не говори
   Ты мне в минуты расставанья.
  
   Ушел один, - придет другой,
   Придет и сгладит боль разлуки.
   Я ж был лишь прихотью пустой,
   Был развлечением от скуки.
   1971г.
   * * *
   Позасыпал снег пушистый
   Перелески и поля.
   Ах, какой ты стала чистой,
   Неуютная земля.
  
   Ветер то всплакнет фаготом,
   То поет на все лады.
   По пригорку, словно ноты,
   Скачут заячьи следы.
   1971г.
  
   ПЕСНЯ
  
   Вдоль таежной реки, средь гранитных теснин
   Вновь бреду я тропинкой звериной; -
   Никогда не ходи по тропинкам один,
   По которым ходил ты с любимой.
  
   Словно всполохи пламени, листья осин
   По пригоркам, заросшим рябиной; -
   Никогда не ходи по тропинкам один,
   По которым ходил ты с любимой.
  
   Из притихших лесов, из небесных глубин,
   Как прощание, крик журавлиный; -
   Никогда не ходи по тропинкам один,
   По которым ходил ты с любимой.
  
   Уже искрится инеем осень седин,
   Все стремимся дорогой единой.
   Никогда не ходи по тропинкам один,
   По которым ходил ты с любимой.
   1973г.
  
  
  
  
  
   * * *
   Мне сегодня все слышится что-то,
   Я чего-то никак не дождусь...
   Журавли в поднебесном полете
   Навевают осеннюю грусть.
  
   Засинели вечерние дали,
   Алой кровью заря налилась,
   Мы о счастье с тобою мечтали,
   Только эта мечта не сбылась.
  
   Я хожу по забытым дорогам...
   Где был лес - запустенье и тлен;
   Как я здесь передумал о многом -
   Где ты, где, кому сдамся я в плен...
   Карелия, 1973г.
   * * *
   Один в тайге. Вокруг,
   Куда ни глянь, леса, болота,
   И неизведанное что-то
   Тебе вольется в душу вдруг.
  
   Я явно чувствую тогда
   Давно минувших дней дыханье,
   Сквозь пролетевшие года
   С природой древнею слиянье.
  
   Смотрю на травы, на листву,
   На свет малиновый восхода,
   И я молюсь, как божеству,
   Чудесным таинствам природы.
   Карелия, 1974г.
  
  
   * * *
   От этого житья в палатках
   Рубаха и штаны в заплатках.
   Весь в саже, вечно неумытый,
   Заросший ходишь и небритый
  
   Ты неухоженный, бездомный
   Рюкзак таскаешь преогромный.
   Пьешь свой солено-горький пот,
   Не балуешь едой живот.
  
   Продукты вечно на исходе,
   Мошка и комары изводят,
   Ты голоден, небрит, нечист -
   Все потому, что ты турист.
   Чапома, 1974г.
   * * *
  
  
  
  
   Не так уж много, в общем, слов,
   И в них порою очень трудно
   Даже простую мысль облечь.
   И зачастую вновь и вновь
  
   И уваженье и любовь
   Запасом фраз довольно скудным
   Для поздравлений и для встреч
   Мы трафаретно выражаем;
  
   Мы ждем, надеемся, мечтаем,
   Молчим, печалимся, желаем
   Чего-то лучшего. Порой
   Вдруг нарушается покой
   ( обычно раннею весной ).
  
   И, как внезапная стихия,
   Влечет, влечет тебя с собой.
   Влечет, подхватывает, кружит,
   Ласкает пылкою волной
   И нежит легкой пеной кружев...
   И ты, ловя эти минуты,
   Берешь гусиное перо,
   Бумагу мажешь мыслью смутной...
   Но... Все старо, старо, старо.
  
   В груди огонь бушует, пламя,
   Но пораженная словами
   Души возвышенная страсть
   Взметнется, чтоб строкой упасть
   Уже безмолвной на бумагу.
   1974г.
   * * *
   Ветер бьет волной холодной,
   Листья в парке шевелит,
   Что-то грустное сегодня
   Мне тихонько говорит
   Говорит, что все не вечно,
   Что чредою быстротечной
   Лето птицей пролетит.
   Опадут густые тени,
   И холодный дождь осенний
   В голых ветках зашуршит.
   Осень, 1975г.
   * * *
   Я люблю тайги раздолье,
   Чистый воздух, мягкий мох.
   Хорошо бродить привольно
   Без тропинок и дорог.
  
   Через горные отроги,
   Вдоль ручьев и вдоль болот,
   От ходьбы устанут ноги,
   Но душа не устает.
  
  
  
   То послышится порою,
   Как шумит вдали река,
   Да плывут над головою
   Белой пеной облака.
  
   Иль внезапно все замолкнет,
   Дождь по листьям зашуршит,
   Хорошо тогда под елкой
   Посидеть в лесной тиши.
  
   Переждать капель густую,
   Солнца первый луч поймать,
   Посмотреть на жизнь лесную,
   Покурить и ... помолчать.
   Подчерем, 1975г.
   * * *
   Свет зари румянит сосны,
   Над рекой туман, как плед,
   Сквозь тайгу идешь, и росный
   За тобою вьется след.
  
   Словно парус в море зыбком,
   Месяц на небе повис,
   И как девичья улыбка,
   Предрассветный воздух чист.
  
   Мне не страшен путь опасный,
   Спор с неведомой судьбой,
   Мне опорой бесшабашной
   Неподвластный разум мой.
   Подчерем, 1975г.
   * * *
   Выйду утром в сумрак предрассветный
   И росистым лугом побреду,
   И в зеленом буйстве разноцветья
   Я на землю навзничь упаду.
   Обниму цветенье луговое,
   К лепесткам цветов щекой прижмусь,
   Окунусь в кипенье медовое
   И в росинках чистых растворюсь.
   Поднимусь с душою обновленной,
   От холодной влаги отряхнусь;
   Ой ты, луг цветущий, луг зеленый!
   Ой ты, Русь, моя родная Русь!
   Выползово, 1975г.
  
   ПЕСНЯ - РОМАНС
  
   Как скоро прошумят мои года,
   Затопят ветры ветхую ладью,
   И ты, когда сюда придешь одна,
   Невольно вспомнишь молодость свою.
  
   Все так же будут листья шелестеть,
   И будет в ярких искорках вода,
   Но только силы нет того хотеть,
   Того, что не вернется никогда.
  
   Завьюжит, запуржит холодный снег
   И занесет знакомую скамью.
   И, может быть, другой веселый смех
   Разбудит душу мертвую мою.
  
   Искрится на тропинках синева,
   Деревья облетевшие стоят,
   Слова, такие грустные слова,
   Закат, такой задумчивый закат
   1975г.
   * * *
   Я вновь в руках ружье держу
   И с нетерпеньем встречи жду
   С тайгою дикою, с горами,
   С рекой, озерами, холмами.
   Я предвкушаю, как плечом
   Кусты раздвину на рассвете
   И вдруг увижу, как сквозь ветви
   Заря всплеснется кумачом
   И солнца луч глаза ослепит.
   И будет долгим, долгим день,
   И доберемся до привала,
   И сяду я к костру усталый
   И обопрусь спиной о пень.
   Взгляну вокруг спокойным взглядом
   На гладь реки, на синь небес,
   На ручеек, текущий рядом,
   На горы и примолкший лес
   Зажгу неспешно сигарету
   И с наслажденьем затянусь.
   За все, за все, за все за это
   Тебя люблю, родная Русь.
   . . .
   Я буду долго тосковать,
   Коль не смогу увидеть боле
   Озер таинственную гладь,
   Тайги суровое раздолье...
   1975г.
   * * *
   Ночь прохладною рукою
   Нежно щеки холодит.
   Ветер трепетной волною
   В голых ветках шелестит.
  
   Тропка только чуть заметна
   В синем, тусклом звездном свете,
   И застыл в тиши окрест
   Теплый, мрачный, сонный лес.
   Весна, 1975г.
   * * *
  
  
  
  
  
  
   Тиха река,
   течет пока
   Средь ровных пашен и лугов
   Долин и тенистых лесов.
  
   Но на пути коль встанут скалы,
   Река всплеснется грозным валом,
   О берег над нависшей кручей
   С размаху бьет волной могучей.
  
  
   И с ревом, наводящем жуть,
   С гранитом бьется грудь о грудь.
   Ведет тяжелый бой, жестокий
   И битвы гул летит далеко...
  
   Но вот, прорвавшись через скалы,
   Река притихла, замолчала.
   И вновь светла, и вновь смиренна.
   И только шапки белой пены-
   Рожденье яростных минут
   По глади волн ее текут.
   Подчерем, 1975г.
   * * *
   Дождь хлещет непрестанно,
   Холодные туманы
   Спустились к речке с гор.
   Собрались утки в стаи
   И к югу улетают
   В край солнца и озер...
   Подчерем, 1975г.
  
  
  
   * * *
   Дыханье утра трепетало,
   В росинках утренних горя.
   Твоей улыбкою вставала
   Над морем лиственным заря.
  
   Виднелись горы синей тенью,
   Клубами вниз спадал туман,
   Куда-то в новый день осенний
   Промчался уток караван.
  
   Качалась лодка колыбелью,
   Как прядь волос, вилась лоза.
   Из заводи реки глядели
   Твои зеленые глаза.
  
   Река, рукой гранитной сжата,
   О скалы терлась, как щекой.
   Звучал мне ясно в перекатах
   Такой знакомый голос твой.
   ~~ ~~ ~~ ~~
  
  
   Мне ветра нежное признанье
   В душе хотелось уберечь,
   Как твое легкое дыханье,
   Как обещанье новых встреч.
   Подчерем, 1975г.
  
   * * *
   Мы все безбожники, не верим,
   Что ждет нас ад иль райский пир,
   И не спешим увидеть двери,
   Ведущие в потусторонний мир.
  
  
   Мы верим в то, что матерьяльно,
   И в то, что есть добро и зло;
   А в мир безгрешный, идеальный
   Нас не влечет и не влекло.
  
   На божью помощь не надеясь,
   Мы, как умеем, так творим;
   Хоть часто верим просто в ересь
   Иль в то, что призрачно, как дым.
  
   Но все ж в сознании глубоко,
   Чтобы никто не угадал,
   Мы сохраняем ненароком,
   Жестоким вопреки урокам,
   В душе прекрасный идеал.
  
   И почему-то так бывает,
   Когда судьба нещадно бьет,
   Нас этот образ охраняет
   И в жизнь зовет, и в бой ведет.
  
   Но время судьб людских сильнее,
   Глядишь - и рухнул пьедестал.
   Но тем мучительно больнее,
   Когда теряешь идеал.
  
   Разрушенный ларец хрустальный
   Приложишь труд и возродишь,
   Но образ, пусть и нереальный,
   Уже ничем не воскресишь.
   1976г.
  
   * * *
   Сладко пахнет березовым соком
   За околицей ранней весной,
   Треплет веток распущенный локон
   Ветер нежною, мягкой рукой.
  
   Потемнели лесные дороги,
   Снег поутру совсем голубой,
   Только все-таки грустно немного
   Расставаться с холодной зимой.
  
  
   В каждом времени есть своя прелесть,
   Красота, обаянье свое
   И в суровом кипенье метели,
   И в весеннем журчанье ручьев.
  
   Нас волнует весеннее небо
   И сверкающий снежный покров,
   И поля золотистого хлеба,
   И осенняя яркость лесов.
   Весна, 1976г.
  
   * * *
   В этом сумрачном краю
   Я стою один печальный,
   И разносит ветер дальний
   Песню грустную мою.
  
   Над поляною лесной,
   Над речной волной хрустальной
   Звук летит, как гимн прощальный
   Над притихшею землей.
  
   Высоко над головой
   Облака чредой стремятся,
   Жаждет с вечностью обняться
   Утомленный разум мой.
  
   Я с тревогой сознаю
   Дней суровых неизбежность,
   И я щедро отдаю
   Нерастраченную нежность.
   Весна, 1976г.
  
   ***
   Время старой телегою тащится
   По неделям, минутам и дням.
   Растрясло всю романтику начисто
   Средь дорожных ухабов и ям.
  
   Жизнь волною холодною плещется
   Между рифов прибрежных и скал,
   В ее бездне глубокой мерещится
   Притаившийся грозный оскал.
  
   Только всполохи света неясного
   Прорезают пустынную тьму,
   Да мечта - эта фея прекрасная -
   Все смеется, не зная чему.
  
   Стелет в ноги пути бесконечные,
   Учит верить приметам и снам,
   Раздает обещанья беспечные
   Налетевшим к огню мотылькам.
   1976г.
   * * *
  
  
   Закружили листья в танце,
   Развеселый хоровод,
   Осень тронула багрянцем
   Все осинки вдоль болот.
   На чело одели горы,
   Как песцовый мех, снега,
   В разноцветные уборы
   Разоделася тайга.
   Словно в сказочных чертогах
   Буйство красок тешит взор,
   Осень бросила под ноги
   Пламенеющий ковер.
  
   По утрам, как жемчуг, иней
   На траве и на кустах,
   Вьется речка лентой синей
   В золотых тайги кудрях.
   Подчерем, 1975г.
   * * *
   Еще заря в полнеба полыхает,
   Но день закончен, затихает
   Шум ветра в кронах, птичий звон,
   И незаметно тихий сон
   На землю медленно спадает.
  
   Гул переката сквозь туман
   Стал глуше, слышится орган
   В его прелюдии могучей,
   И кровью алою из тучи,
   Как будто хлынуло из ран.
  
   И в этот час уединенный
   Стою я, красотой плененный,
   И видит восхищенный взор
   Бег быстрой речки, тени гор
   И луг, росою убеленный.
  
   Вокруг смирение, покой,
   А крылья ночи темнотой
   Неслышно землю укрывают,
   И огнь зари с небес смывают
   Прозрачной, чуткой синевой.
   Подчерем, 1976г.
   * * *
   Май, размокшие болота,
   Пятна снега на полях.
   И волнующее что-то
   В пробудившихся лесах.
  
   По утрам рассвет багряный
   Над туманною рекой.
   Воздух вешний, воздух пьяный
   Над поляной голубой.
  
  
  
  
   И весны рожденье дивной,
   И начала жизни миг
   И победно, и призывно
   Возвещает токовик.
   Весна, 1976г.
  
   КОВБОЙСКАЯ ПЕСНЯ.
  
   Помни, что день нынче воскресный,
   Эй, не грусти, если устал,
   Эй, затяни звонкую песню
   И подними полный бокал.
  
   Мне не страшны ветры степные,
   Мне не страшны грозы и град,
   Мне по душе просторы степные,
   Каждой тропинке в поле я рад.
  
   В жизни всего смелый добьется
   Светлым умом, крепкой рукой,
   Песня сама весело льется,
   Бодро бежит конь вороной.
   1976г.
   * * *
   Вот опять тревожит душу
   Вешняя капель,
   Снова мой покой нарушил
   Ветреник - апрель.
  
   Как пожар по всей вселенной,
   Розовость небес,
   Тянет, тянет неизменно
   Вешний звонкий лес.
  
   Запах свежести медвяный
   Стаявших лугов,
   Над притихшею поляной
   Крик тетеревов.
  
   Плеск воды за камышами
   И утиный лет,
   И хрустящий под ногами
   Звонкий, ломкий лед.
  
   От углей, в костре горящих,
   С горечью дымок,
   В кружке пенистый, пьянящий
   Вешний сладкий сок.
   Весна, 1977г.
   * * *
   Не по нраву мне быт размеренный -
   Тороплюсь, сам не знаю куда,
   Не остудят кровь ветер северный
   И жестокие холода.
  
  
  
   Меня манят вперед дали дальние,
   Неизведанные края,
   Берега рек таежных скальные,
   Эта северная земля.
  
   Я иду по траве серебристой,
   Когда тундра росисто сыра,
   Я встречаю рассветы лучистые,
   Провожу вечера у костра.
  
   Я иду по тропинкам нехоженным,
   Пью хрустальную воду из рек,
   Наблюдаю природу таежную,
   Что еще не сгубил человек.
   Кольский, 1977г.
   * * *
   Увы, удел совсем немногих -
   Широкой, ясной и прямой -
   Шагать по жизненной дороге
   И быть всегда самим собой.
  
   Не быть рабом чужих желаний,
   Не быть в плену житейских дел
   И не хранить воспоминаний
   О том, что сделать не успел.
  
   А коль сомненья возникают,
   То верным другом навсегда
   В созвездье яркая сияет
   Моя счастливая звезда.
   1977г.
   * * *
   Уже и солнце к полудню не греет -
   В тайге покой, раздолье и простор:
   Рисует осень листьями деревьев
   Неповторимый красочный узор.
  
   Узор простой, неяркий и неброский,
   Но что для сердца русского милей?
   Бегут по склону желтые березки
   В зеленом пышном бархате елей.
  
   И я яснее вижу свою малость
   Пред дружбой тесно сплетенных ветвей,
   И вызывает горечь и усталость
   Пустое самомнение людей.
   Кольский,1977г.
   * * *
   В тундру, где Югин-река
   Забрались два рыбака,
   Чтобы там привольно жить,
   Птиц стрелять и рыб ловить.
  
   Но случилась беда,
   Наступили холода.
   И сидят два рыбака,
   Дым пускают в облака.
   ПЕСНЯ
  
   Ой вы, цветики-бутончики,
   Луговой душистый зной.
   Полевые колокольчики
   Обнималися с тобой.
  
   Омывали росы чистые
   По утрам лицо и грудь,
   И хотелось мне в лучистые
   Очи глубже заглянуть.
  
   В разноцветье трав раздольное
   С неба лилась бирюза,
   Улыбались мне задорные
   Твои милые глаза.
  
   Да скосили травы спелые
   Да сметали их в стога.
   Эх, луга осиротелые,
   Отзвеневшие луга!
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Колыхнется куст порывисто,
   Ветер свежестью пахнет,
   Ах, зачем, зачем заливисто
   Жаворонок так поет?
   1977г.
   РОМАНС
  
   Зовут, зовут далекие дороги,
   И клены расставания шуршат.
   И я уйду, уйду, подобно многим,
   Под искристый осенний звездопад.
  
   Разлука не остудит, не утешит,
   Следы укроет ранний снегопад.
   Другой тебя ласкает, любит, нежит,
   А для меня дороги нет назад.
  
   Любовь моя прошла, как наважденье,
   Оставив белый иней на висках,
   И горькое ищу я утешенье
   В печально-грустных песенных словах.
   1977г.
   * * *
   Вот через валежник
   Проглянул подснежник,
   Сладкий сок березы
   Каплет, словно слезы.
  
   Смейся через слезы
   Или плачь, коль любишь,
   Выпей сок березы
   И печаль забудешь.
  
  
   * * *
   Здесь короток день осенний,
   А ночи темны и долги.
   Я слушаю ветра пенье,
   Я слушаю гул тайги.
  
   И ветра призыву внемля,
   С какой-то немой тоской
   Деревья бросают на землю
   Пригоршни листвы сырой.
  
   Стоят по утрам в низинах
   Деревья, как в облаках,
   Тускло блестят седины
   Ягеля на холмах.
  
   Медью блестит болото,
   Глухо шумит ручей,
   И смутно-тревожное что-то
   Родится в душе моей.
  
   Я жизнь свою в мире этом
   Тянул, не жалея сил,
   Себя причислял к поэтам,
   Надеялся и любил.
  
   Растил и лелеял думы,
   Искал скрытый смысл в словах,
   Но ветер холодный дунул
   И листья развеял в прах.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   А ветер холодный и чистый
   Прощальную песнь шуршит,
   И падают желтые листья
   С моей облетевшей души.
   Кольский, 1977г.
   * * *
   Уже отъезда день назначен,
   В домашний нам уют пора,
   Дымится в кружках чай горячий
   В тепле прощального костра.
  
   Да, верст отмерено немало
   Вдоль рек, по тундре, по лесам.
   Походка легче, мягче стала,
   Привыкли спины к рюкзакам.
  
   Нас дождь мочил и солнце грело,
   Нам было зябко по ночам.
   Росли кусты брусники спелой
   По белым ягельным холмам.
  
   Нас речки рыбою кормили,
   А для охотников тут рай;
   Мы здесь свободной жизнью жили
   И полюбили этот край.
  
  
   Стремнины Югины и Стрельни,
   Чапомы грозный водопад,
   Просторы тундры беспредельной,
   Вершины Кейв, озер каскад.
  
   Сентябрь, мороз суровой дланью
   Зажег березки по холмам,
   Висит полярное сиянье
   В холодном небе по ночам.
  
   Деревья в праздничном уборе,
   Рюкзак в последний путь готов.
   Гляжу на пенистое море
   У низких терских берегов.
   Стрельня, 1977г.
   * * *
   Нахожусь по полям, нахожусь по лугам,
   Надышусь вволю ветра раздольного,
   Я наслушаюсь птиц, их лесным голосам
   Так созвучна душа моя вольная.
  
   Я купаюсь в траве, я ласкаю цветы,
   Окунаюсь я в волны душистые,
   И мерцают о чем-то прекрасном мечты,
   Как далекие звезды лучистые.
  
   Напевает мне песни тихонько река,
   Волны с берегом нежно ласкаются,
   Как фрегаты, куда-то плывут облака
   И в глубокой лазури теряются.
  
   Чуть колышатся травы, как будто дыша,
   Чистый свет по земле разливается.
   В этот мир, в этот свет распахнулась душа
   И с природою вечной сливается.
   Хатунь, 1977г.
   * * *
   Ах, как ярко солнце, все ликует,
   Жизнь светла и радостна кругом.
   Но приходит день, когда подует
   Вдруг холодным, резким ветерком.
  
   Незаметно осень наколдует
   И окрасит листья в желтый цвет,
   На бору кукушка прокукует,
   Отсчитает мне остаток лет.
  
   Пусть кукует - много или мало -
   Разве в долгих, дряхлых годах суть?
   Сколько б лет она ни отсчитала,
   Моего ей лета не вернуть...
   Август 1978г.
  
  
  
  
  
   РОМАНС
  
   Ушло, ушло тех дней очарованье.
   Уж нет, уж нет той пламенной любви;
   К чему, к чему бесплодные мечтанья -
   Меня на праздном слове не лови.
   1978г.
   * * *
   Любовь - волшебница. Не так ли?
   Ты каждый день, как чуда, ждешь,
   Когда всего себя по капле
   Любимой отдаешь.
   1978г.
  
   М. Я.
   Я помню, будто бы вчера,
   Пред нами Тоджа расстилалась,
   И с Енисеем Хамсара
   В ущелье нежно обнималась.
  
   Извечно тайны гор храня,
   Тайга безмолвная стояла,
   И ярким золотом хвоя
   С осенних лиственниц спадала.
  
   По бездорожью путь не скор -
   Клубились росные туманы,
   Виднелись тени синих гор -
   Хребты Восточного Саяна.
  
   Кедрач теснился на увалах,
   Сверкала платина озер.
   И согревал нас на привалах
   В прохладе вечера костер.
  
   Ты прошагал в тайге немало,
   Быль дальних троп хранит твой след.
   Так пусть не будут перевалом
   Тебе твои полсотни лет.
   1978г.
   * * *
   Чтоб путь хоть сколько облегчить,
   Мы, рюкзаком давимые,
   Старались тропки находить,
   Хотя бы и звериные.
  
   В глуши дорога нелегка,
   Но тропка все же пробита,
   Их проложили за века
   И лапы и копыта.
  
   Они бегут в долинах рек,
   Болота огибают,
   Но... появился человек,
   И тропки зарастают.
  
  
   Теперь куда ни посмотрю,
   Взгляд четко отмечает:
   Взамен пропавшему зверью
   Турист с ружьем шагает.
  
   По тропкам тем, от сих до сих,
   Не близко расстоянье.
   Турист поддерживает их
   В рабочем состоянии.
   Пялица, сентябрь 1978г.
   * * *
   Я имею ученое звание,
   Я умею стихи писать,
   Только в чем же мое призвание,
   Я никак не могу понять...
  
   Что судьбу мою за нос водит,
   Что отмерено, если б знать,
   Где же, где мое счастье бродит,
   Как найти его и поймать?
  
   Может быть, я к себе нестрогий,
   Просто жребий счастливый жду,
   Может быть, я не той дорогой
   И совсем не туда иду...
  
   Я родился на свет неробким,
   Не стоял у чужих ворот,
   Только где ж на земле та тропка,
   Что в счастливую жизнь ведет?
  
   Нет, не клянчу себе удачу,
   Не кляну ее в мать твою.
   Если горько мне - я не плачу,
   Если весело - я пою.
  
   Я ценил и ценю ту радость,
   Что мне жизнь иногда дает,
   Я давлю в себе боль и слабость,
   Что мешают идти вперед.
  
   Я особой не жду награды,
   Не мешаю в пути другим;
   Только очень мне, очень надо,
   Чтобы был я тобой любим.
  
   Только очень мне очень надо
   Видеть радость счастливых глаз,
   Чтоб была ты со мною рядом
   В счастье, в горе, в последний час.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Только призрак твой не полюбишь,
   Где-то мы разошлись с тобой.
   Ты, наверное, так и будешь
   Для меня голубой мечтой.
   1978г.
   * * *
   Я порой сам не свой, я теряю покой,
   Чистым зорям весны улыбаюся...
   И, как ясень кудрявый над быстрой рекой,
   Молодою листвой покрываюся.
  
   Меня вешнее солнце и воздух пьянят,
   Сами строки в стихи собираются,
   Журавли надо мною призывно кричат,
   В царство вечной любви направляются.
  
   Я б за ними высоко взлетел в небеса,
   Улетел от всего, что немило.
   Ах, весна ты весна, ты творишь чудеса
   Своей к жизни зовущею силой.
   Весна, 1978г.
   * * *
   Я сегодня болен или скучен,
   Впрочем, в том и сам не разберусь,
   Только мне не делается лучше,
   Потому я горькою лечусь.
  
   Вытащу гитару и настрою,
   Я один не пью, я поддаю...
   Может быть, над струнами завою
   Иль кому-то в морду надаю.
  
   Жизнь - она не то, что пишут в книгах,
   В жизни все - притворство и обман.
   Я же не пропойца - забулдыга,
   Я же не какой-то хулиган.
  
   Просто я однажды оглянулся
   И увидел все таким, как есть.
   Кто-то с мордой волчьей потянулся -
   Почему б ему меня не съесть?
  
   Видимо, и я его не хуже,
   Вот возьму и в усмерть надерусь,
   Доберусь до первой теплой лужи
   И в нее уютно окунусь.
  
   А тебе одной скажу: "Не бойся,
   Места своего не уступлю.
   Кто тут раскричался про пропойцу?
   Не мешайте мне, я сладко сплю".
  
   Если б мог я жизнь прожить сначала,
   То себе бы снова пожелал,
   Чтобы был я просто добрый малый
   И другим ничем не докучал.
  
   Не хочу ни славы и ни власти,
   Не питаю зависть к богачу,
   И к элите - этой белой касте -
   Быть причастным тоже не хочу.
   Июль,1978г.
   * * *
   В теплый вечер сонною деревней
   Прохожу я чуть навеселе.
   Хороводом кружатся деревья
   На рязанской песенной земле.
  
   Ни тоски, ни боли, ни печали,
   Я опять как будто молодой.
   Утром выйду в голубые дали
   И умоюсь чистою росой.
  
   Прохожу до полудня, до зноя,
   Дочерна на солнце напекусь.
   У колодца из ковша резного
   Я водой холодною напьюсь.
  
   Я беспечен, словно пес шалавый,
   В мир гляжу с улыбкой на устах.
   Ах, как пахнут скошенные травы
   На приокских заливных лугах.
  
   Словно скину прожитые годы,
   Все, как встарь, и я еще не гнусь.
   Ах, Ока, куда ты катишь воды?
   За тобою я не угонюсь...
   Выползово, лето 1978г.
   * * *
   Вот и вижу из жизни последнюю дверь,-
   Вся-то мудрость в тупой размеренности.
   Как же мало значат они теперь -
   Эти ранее важные ценности.
  
   По пути в летнем зное и холоде зим,
   С молодецкою русской беспечностью,
   Растерял я одно божество за другим
   И теперь беззащитен пред вечностью.
  
   Поклоняюсь я образу лишь твоему,
   Сердца памятью верно хранимому;
   И завидую только себе самому,
   Тобою тогда любимому...
   1978г.
   * * *
   За болотом плачут кулики,
   Море звезд над мною расплескалось.
   Сбоку глянь, обиды велики ль,
   Только в сердце горечь и усталость.
  
   Мне не спиться в призрачной ночи,
   Все горячей болью пропиталось.
   Успокойся, сердце, замолчи,
   В жизни так со многими случалось.
  
   Пятна снега в поле у реки,
   Ветер тихо в ветках напевает,
   Не томите душу, кулики,
   Боль, как этот вешний снег растает.
   * * *
   Я с тобою ни о чем не спорю,
   Да и что я могу сказать?..
   На серебряном косогоре
   Так чудесно вдвоем стоять.
  
   Раздувает пожаром вечер
   Догорающий край небес,
   Утихает уставший ветер,
   Что-то сонное шепчет лес.
  
   Голубые разлились дали,
   Пахнет свежестью и росой.
   От тайги мы ответа ждали
   И услышали глас лесной:
  
   "Ваш вопрос так предельно ясен,
   Вам же вот что могу сказать:
   Если мир этот так прекрасен,
   Так зачем о другом мечтать?"
  
   Но дурманом пахнули травы,
   И от сна всколыхнулась грудь,
   И забыл я о смысле здравом
   И отправился в новый путь.
   1978г.
   * * *
   Я долго лазил по болотам,
   По вязкой тундре, по лесам,
   Но мне все не фартило что-то,
   А день кончался. По ручьям
  
   Уже сырой туман разлился,
   Стал глуше шум бурливых вод,
   И жарким пламенем налился
   В лучах последних небосвод.
  
   И мне б пора в обратный путь,
   И так я что-то запозднился,
   Но я немного утомился
   И сел на кочку отдохнуть.
  
   И тут, пока я размещался,
   Раздвинув ветки над собой,
   Вдруг тяжких крыльев звук раздался,
   Из-за кустов глухарь поднялся,
   И вот он - прямо предо мной.
  
   Мысль промелькнула: ну, тяжел,
   Вот так удача привалила,
   Рука сама ружье схватила
   И в силуэт уперся ствол...
  
   А он прошел по голой ветке
   И замер, глядя на закат,
   И понял я вдруг каждой клеткой,
   Как он минуте этой рад;
  
  
   Что неслучайно прилетает
   Сюда и ждет до темноты,
   Что даже птица понимает
   Минуты высшей красоты.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Я не сторонник пищи постной
   Да и в лесу не новичок,
   Но не всегда бывает просто
   Нажать на спусковой крючок.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Когда ветер дневной уляжется,
   Стихнет шелест родных полей,
   Как-то сами собой развяжутся
   Все слова о любви моей.
  
   А любовь моя - дали дальние,
   Зелень листьев и синь елей,
   А любовь моя - зори ранние
   Соловьиной весны моей.
  
   А люблю я природу русскую
   И люблю все сильней, сильней
   А поются мне песни грустные
   Приходящих осенних дней.
  
   И природа воздаст мне сторицей,
   В свет ли дня или в темь ночей
   Выйду я за свою околицу,
   Чтобы слиться навеки с ней.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Я за речку в чисто поле
   Выхожу навеселе:
   Где-то, где-то моя доля
   Затерялась на земле.
  
   Я ее ищу повсюду
   Много, много долгих лет.
   А без доли я не буду
   Ни прозаик, ни поэт.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Не на праздник собрались вместе ли,
   Вдели в ушки ветвей сережки,
   За кудрявились, заневестились
   На пришедшей весне березки.
  
   Не смущай их нескромным взглядом,
   Может, счастье их скоро сбудется,
   Ветер-молодец ходит рядом,
   Их красой молодой любуется.
  
  
  
  
   И они, шелестя листвою,
   В его жарких объятьях млеют,
   Тот же ветер с осенним воем
   Их листву по земле развеет.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   И в холодных краях, и в знойных
   Много разных деревьев стройных,
   Только что в красоте их толку,
   Коль люблю я простую елку.
   * * *
   Выбрав точку на земном пространстве,
   Без сомнений отправляюсь в путь,
   Чтоб свободный, сладкий ветер странствий
   Ощутить и глубоко вдохнуть.
  
   Все со мною - припас и палатка,
   Груз сомнений душу не гнетет,
   Устаю - и засыпаю сладко,
   Отдохнув, опять иду вперед.
  
   Предо мною тундры мир бескрайний,
   Предо мной суровая тайга,
   Быстрых горных речек блеск хрустальный,
   В разноцветье пышном берега.
  
   На привале, сбросив груз поклажи,
   Разведу костер под котелком.
   Кто ходил, тот знает, как же важно
   Чай попить, чуть пахнущий дымком.
   Пялица, 1978г.
  
   ОЖИДАНИЕ
  
   Челн по реке плывет,
   Пред ним водопад виднеется.
   Пока человек живет,
   На лучшее он надеется.
  
   Бродяга в тайге бредет,
   Жизнь в нем едва теплеется.
   Пока человек живет,
   На лучшее он надеется.
   1978г.
  
   * * *
   Время синею птицей в вечность летит,
   Дни бегут чередой беспрестанной,
   Но любовь в моем сердце, как прежде, горит,
   Ты моей остаешься желанной.
  
   Поднимаются сочные травы в лугах,
   Лес весною листвой одевается.
   Свет любви в твоих милых лукавых глазах
   Для меня никогда не кончается.
  
  
   Жизнь есть жизнь, в ней бывают
   и грозы и град,
   Но грозой воздух лишь очищается.
   Каждой встрече с тобою,
   как празднику рад,
   Мое сердце тобой обновляется.
  
   ГИМН КОСТРУ
  
   Романтика дорог таежных,
   Путь через северный простор,
   Конечно, были б невозможны,
   Когда бы не горел костер.
  
   Припев:
   Костер все может, все умеет,
   Буквально чудеса творит,
   Обсушит он и обогреет,
   Накормит он и напоит.
  
  
   Мы б не прошли по перевалам,
   Через вершины снежных гор,
   Когда б не ждал нас на привале
   Надежный, верный друг - костер.
  
   Припев.
  
   Чтоб не страшили переправы,
   Ни дождь, ни холод поутру,
   Туристской дружною оравой
   Споем хвалебный гимн костру.
  
   Припев.
  
   Неспешно прокатилось лето,
   Пришла осенняя пора,
   А сколько разных песен спето
   В тепле горящего костра.
  
   Припев.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Когда иль днем иль ночью темной
   Тебе взгрустнется невзначай,
   Меня ты без печали вспомни,
   И эти строчки почитай.
  
   И коль в любовь и верность веришь,
   И память обо мне светла,
   Из них ты почерпнуть сумеешь
   Частицу моего тепла.
   Пялица, 1978г.
   * * *
  
  
  
   Мне не жаль, что я уже не тот,
   Что не молод я и не беспечен.
   Бесконечно жалко время то,
   Время, что прошло до нашей встречи.
  
   Я ночами думал о тебе,
   Мне во сне глаза твои смеялись,
   Видно, было надобно судьбе,
   Чтобы мы с тобою повстречались.
  
   Кто-то скажет: это эпизод,
   Просто новой ласки захотелось,
   Подождите, - это все пройдет,
   Надо, чтоб и новое приелось.
  
   Только вот бегут за днями дни,
   Незаметно годы проплывают,
   Только вот в глазах твоих огни
   Для меня по-прежнему сияют.
  
   * * *
   Сырой, холодный день осенний,
   Погода хмурится с утра,
   Дымят намокшие поленья
   Почти угасшего костра.
  
   Под елкой, приютившей нас,
   Мы завершаем отдых краткий,
   Как бы вбирая про запас
   Тепла последние остатки.
  
   С тревогой слышим шум капели,
   Просветы ищем в облаках,
   И из тепла обжитой ели
   Все медлим сделать первый шаг.
  
   Да разве ж в путь пускаться сладко,
   Когда лишь мысль бросает в дрожь,
   Что нужно, выйдя из палатки,
   Брести по тундре через дождь?
  
   А дождь, сменяясь снегопадом,
   Уже вторые сутки льет,
   И лишь безжалостное - надо -
   Опять толкает нас вперед.
   Палица,1978Г.
  
  
  
   * * *
  
  
  
  
  
   Кто скажет, зная наперед:
   А что потом, а что нас ждет?
   Кого судьба какая ждет?
   Кто будет счастлив, кто умрет?
   И можно ль верить, или врет
   Нам мудрый прорицатель,
  
   Грядущего гадатель?
   А что же там, я знаю сам.
   Я знаю: там, за ветхой тьмой
   Лишь безмятежность и покой,
   И, как ни прыгай, но такой
   Удел для всех,
   Будь чист, как агнец, или грех
   Руководил тобой.
  
   Ей, старушенции с косой
   Не до твоих утех
   И праведных потех,
   Она одна для всех.
   1978г
  
   * * *
   Солнце в поле снега растопило,
   Вся земля так призывно гола.
   Разливанное море разлива
   Там, где мелкая речка была.
  
   Все живое в лучи окунулось
   И, горя в нетерпенье, пьянясь,
   Все в объятиях жарких схлестнулось,
   Чтобы новая жизнь началась.
  
   Лес звенит от любовного пенья,
   Птичьи трели сливаются в хор,
   А деревья надели весенний
   Изумрудно-зеленый убор.
  
   И вдохнув вешний воздух глубоко,
   Я, любовь призывая, пою,
   Но звучит моя песнь одиноко,
   Нет ответа на песню мою.
   Весна 1978г.
   * * *
   Конец зимней спячке, покою,
   Вновь даль беспредельно ясна,
   Опять навалилась тоскою
   И чем-то тревожит весна.
  
   Еще не оделся листвою
   Едва пробудившийся бор,
   Еще не покрылся травою
   Над речкой крутой косогор.
  
  
  
  
   Еще по утрам на низинах
   Сверкающий иней лежит,
   И ветер прохладою зимней
   И щеки и грудь холодит.
  
   Блестят, как алмазы, росинки,
   А весь небосвод голубой,
   И манят куда-то тропинки,
   Что были под снегом зимой.
  
   Но сила весны прибывает.
   Я выйду в леса и поля
   И слышу, как жадно вздыхает
   И тянется к жизни земля.
   Весна 1978г.
   * * *
   Мне в лесу отрадно слышать снова
   Голоса проснувшихся берез,
   Колокольчик ручейка лесного
   Будит синь неясных вешних грез.
  
   И тревожит душу и волнует
   Этот вешний песенный настрой,
   Где-то слышно, тетерев токует
   И зовет соперников на бой.
  
   А ему в ответ, как будто вторя,
   Птичьи трели слились в дружный хор.
   И бежит в деревьях сок, чтоб вскоре
   Зашумел листвою новый бор.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   В глубине лазурной тонут дали,
   Облака по небу разбрелись,
   Журавли над лесом прокричали
   И навстречу солнцу унеслись.
   Весна 1978г.
   * * *
   Я с детства глотнул отравы
   Лесов и цветов полей.
   Зеленая сень дубравы
   Созвучна душе моей.
  
   Я с ними навек сроднился,
   Я с ними по-братски свой
   С тех пор, как с цветов умылся
   Их утреннею росой.
  
   Когда во мне мысли стонут
   И тяжко, хоть волком вой,
   Одни лишь деревья тронут
   Нежной своей листвой.
  
   Не лезут они с заботой,
   Не сыплют на раны соль,
   Лишь ласково шепчут что-то,
   И тихо уходит боль.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Не устаю я удивляться чудесам
   Тут, на земле, а не во всей вселенной:
   Вот этим тундровым лесам,
   Что много ниже моего колена.
  
   Природа здесь - один большой курьез,
   Вот Севера обычная картина:
   На каждой кочке - роща из берез,
   А под грибами прячутся осины.
  
   Здесь ночь как раз длиной в зиму,
   А день точь-в-точь длиною в лето.
   Понятно это моему уму,
   Но все-таки чудесно это.
   Пялица, 1978г.
   * * *
   Мне как-то ясней и проще
   Живется в тени ветвей,
   Где шепчет мне песни роща
   Прошедшей весны моей.
  
   Я все еще жду чего-то,
   Что вновь всколыхнет мне грудь;
   Забыться хочу охотой,
   С души старый сор стряхнуть.
  
   Уйти, затеряться в сини
   Далеких глухих лесов,
   Ногами пройти босыми
   По жгучим росинкам слов.
  
   Проснуться без боли и злобы,
   Все прошлое враз забыть,
   Себя ощутить способным
   Надеяться и любить.
   Пялица, Кольский, 1978г.
   * * *
   Лесоруб деревья рубит -
   Сколько елок - столько судеб,
   И их смерть - всего игра
   Для лихого топора.
   1979г.
  
   * * *
   Все отжило, перекипело.
   Что наши чувства? все обман.
   А над землей волною белой
   Разлился призрачный туман.
  
   Ушли в былое боль и муки -
   С собой их время унесло.
   В тумане вязком гаснут звуки
   Таких, казалось, важных слов.
  
  
  
   Окрестный мир вдруг погрузился
   В мою тоску, в мою печаль,
   Погибло все, к чему стремился,
   И не влечет, как прежде, даль.
  
   Но нет - я слышу, сердце бьется,
   Я призываю ураган,
   Пусть с новой болью боль схлестнется,
   Но пусть развеется туман.
   1979г.
   * * *
   Ты со мной, но этого мне мало,
   Что нас ждет, подумать не решусь,
   Потому что с самого начала
   Третьей с нами поселилась грусть.
  
   Понимаю, - в мире все не вечно,
   И седин своих я не стыжусь,
   Только после каждой нашей встречи
   Одиноким больше становлюсь.
  
  
  
   Да и где, кому бывало дело
   До того, что носим мы в себе?
   Чтоб в одно слились душа и тело -
   Не угодно было то судьбе.
  
   Не одни мы порознь в мире этом,
   Все пройдет под тяжким грузом лет.
   Может быть, мы будем вместе где-то,
   Только, видимо, не на земле.
   * * *
   Не хочу я на своем настаивать
   И за что-то горько упрекать.
   Но устал я каждый день оттаивать,
   Чтобы на ночь снова замерзать.
  
   Жить в плену холодных серых зданий
   И мечтать о встрече невзначай,
   Как же горько в каждый день свиданий,
   Улыбаясь, говорить - прощай,
  
   Одиноко проходить по скверам,
   Все твои слова припоминать,
   И в вечернем сумраке неверном
   Самому себе стихи читать.
  
   ЧАСТУШКИ
  
   Посмотри, уж солнце село,
   Тело ласки просит,
   А тебя, мой друг, без дела
   Где-то дьявол носит.
  
  
  
   По лесам и по болотам
   Любишь ты шататься,
   Не дает тебе охота
   С милой целоваться.
  
   Только утро наступает,
   Вновь ты за свое,
   Тебя так и подмывает
   Взяться за ружье.
  
   Уж пора бы стать степенным
   И серьезным стать,
   А не мчаться оглашенным
   В белый свет пулять.
   1979г.
   * * *
   Ветер мечется и стонет,
   Золотой закат угас.
   Не серебряные ль кони
   Пролетели мимо нас?
  
   Пролетели мимо кони,
   Смяв копытами ковыль,
   Растеклась на небосклоне
   С них серебряная пыль.
  
   Как полет их бег ретивый,
   Поступь быстра и легка,
   Словно огненная грива
   Разметалась в облаках.
  
   Звезды искрятся в уздечке,
   Шеи выгнуты дугой,
   Затеряться бы навечно
   Мне с любимой в тьме ночной.
  
   Ее жаркие ладони
   Пусть к груди моей прильнут;
   Пусть серебряные кони
   Нас с тобою унесут.
   1979г.
   * * *
   Я не слышал от тебя признаний,
   Но мечтал о встрече вновь и вновь.
   Сколько боли, горести, страданий
   Принесла мне поздняя любовь.
  
   Для меня и времени теченье
   Изменяет радость и тоска:
   День свиданья длится лишь мгновенье,
   Час разлуки тянется века.
  
   Жаль, что юность к нам не возвратится,
   Мы давно немолоды с тобой,
   Так в одежды яркие рядится
   Золотая осень пред зимой.
  
   Только мало стоят все сомненья,-
   Пусть подует ветер ледяной,
   Мы волной горячею волненья
   От него укроемся с тобой.
  
   Через прозу жизни и наветы
   Знаю я, что к счастью путь тяжел.
   Я тебя всю жизнь искал по свету
   И я счастлив, что тебя нашел.
   Июнь 1979г.
   * * *
   В горниле осени сгоревший
   Лес в зябкой наготе застыл,
   Печально видеть на деревьях почерневших
   Последние увядшие листы.
  
   Как на прощальное свиданье,
   Бреду тихонько без дорог,
   И слышится в сухом листвы шуршанье
   Лесов последний смертный вздох.
  
   Куст красной вербы разукрашен
   Алмазным инеем с ночи,
   В промерзлых глыбах черной пашни
   Сидят, нахохлившись, грачи.
  
   И мне печально в пору эту,
   Я тоже будто нагишом.
   И своей осени приметы
   Всем ощущаю существом.
   Октябрь 1979г.
   * * *
   Звенят в застывших лужах льдинки,
   Черна весенняя земля,
   Бежит чуть видная тропинка
   От крайних изб через поля.
  
   Ружье, рюкзак, в руке корзина
   С крякухой-уткой подсадной;
   Туманом выстлана низина
   И топкий берег за рекой.
  
   Еще темно, лишь звезды светят,
   И зябко на сыром лугу,
   И лишь едва-едва заметен
   Шалаш на самом берегу.
  
   Пришел, рюкзак на землю скинул,
   Корзинку рядом прислонил,
   Затекшую расправил спину
   И, отдыхая, закурил.
  
   На мелководий достал
   И бросил в воду пару чучел,
   К колу крякуху привязал,
   Стянув на лапке крепкий узел.
  
   Зашел в шалаш и ход задвинул,
   На мягкий сноп соломы сел,
   На плечи старый плед накинул,
   Да ноги в валенки надел.
  
   Вот так уютно разместился,
   Ружье поставил на упор
   И в довершенье убедился,
   Хорош ли на реку обзор.
  
   Сижу, чуть-чуть светлее стало,
   И лишь проклюнулась заря,
   Тихонько утка прокричала
   Свое призывное кря-кря.
  
   А день неспешно занимался,
   Туман сгустился над водой..
   Вдруг быстрых крыльев звук раздался
   Почти над самой головой.
  
   И селезень пошел кругами,
   Как бы явить себя хотел,
   Затем промчался над кустами
   И с шумом где-то рядом сел.
  
   Мне от волненья жарко стало,
   Тихонько с плеч откинул плед,
   Взглянул, и сердце застучало,
   Когда увидел силуэт...
  
   Стволы ружья направил точно
   На цель чуть дрогнувшей рукой,
   И, раздирая перья в клочья,
   Разнесся выстрел над водой.
  
   Звук пролетел над темным лесом,
   Плеснула на берег волна,
   И, поиграв далеким эхом,
   Опять сомкнулась тишина.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Все так же рябь воды мерцала,
   По небу стайка туч плыла.
   Лишь дрожью смертной сотрясало
   Конец разбитого крыла.
   Весна 1979г.
   * * *
   Чуток лес весною ранней,
   Вечер край небес румянит,
   Вылетая на свиданье,
   Над поляной вальдшнеп тянет.
  
   Он порхает над ручьями,
   И разносится над кручей
   В разнозвучном птичьем гаме
   Характерный клич скрипучий.
  
  
   Меркнет блеск дневного света,
   Ночи синь на землю льется,
   В ожидании ответа
   Птичье сердце жарко бьется.
  
   Но в неистовом дурмане
   Новой жизни не родиться,
   На поляне за кустами
   Человек с ружьем таится.
  
   Словно гром из черной тучи
   Гулко выстрел отзовется,
   Смолкнет нежный клич скрипучий,
   Птичья песня оборвется.
   1979г.
   * * *
   Шепчут, льются строчки Блока
   Шелестящею листвой;
   Прохожу я одиноко
   По пустынной мостовой.
  
   Не тревожат душу чувства,
   Не печалясь, не жалея,
   Сердце холодно и пусто,
   Будто звездная аллея.
  
   Лунный свет в ветвях деревьев,
   Как серебряная скань;
   Словно чернь на кубке древнем,
   Отсекает темень грань.
  
   И в тиши ночи осенней
   Неожиданно и вдруг
   Размышлений и сомнений
   На земле замкнулся круг.
   1979г.
   * * *
   Осень искрится в инее стежек,
   В зимний сон погружается Русь.
   От листвы пожелтевших березок
   Разливается тихая грусть.
  
   Все деревья сегодня надели
   Свой последний богатый наряд.
   Лишь холодные синие ели
   Безучастные рядом стоят.
  
   Их печали берез не тревожат,
   Что им чьи-то невзгоды и зло?
   Их колючей бесчувственной коже
   Безразличны мороз и тепло.
  
   Завернувшись в роскошную хвою,
   Снисходительно елки глядят,
   Как березки, расставшись с листвою,
   От холодного ветра дрожат.
   Август 1980г.
   * * *
   Романс- лебеди в Кейвах
   Два лебедя над озером летели,
   Курлыча потихоньку меж собой.
   Немногого от жизни мы хотели,
  
   Не тешились несбыточной мечтой.
   Два лебедя летели над водою.
   И брызги волн касались легких крыл.
   Над нашей незадачливой судьбою
   Беспечный рок жестоко пошутил.
  
   А солнце поднималось над тайгою,
   И блеск его мои глаза слепил.
   Я, может быть, другого и не стою,
   Коль счастье беззаботно упустил.
  
   Два лебедя над озером летели,
   Два лебедя, счастливые вовек,
   Они мне на прощание пропели:
   "Не лебедь ты, а только человек."
  
  
   * * *
   Выйдешь в тундру в легком платьице,
   А вокруг цветов кипень.
   Долго в небе солнце катится
   В заполярный долгий день.
  
   Напоенные туманами
   Ветки влажные блестят.
   В небе птицы караванами
   На гнездовия летят.
  
   Ручьевая наледь топится,
   Даль прозрачна и светла.
   Все живое взять торопится
   Больше света и тепла.
  
   Накатило вдруг волнение,
   Ветерком застлало взгляд,
   И задумчиво оление
   На меня глаза глядят.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   На ветках иней - кружево,
   Смеется ветер зло,
   Листвою позавьюжило,
   Тропинки занесло.
  
   Уныло - неизбежное
   На всем лесу лежит,
   Листва мне что-то нежное
   Тихонечко шуршит.
  
  
  
   Немыми великанами
   Чернеют тополя,
   Под серыми туманами
   Укрылася земля.
  
   Мерцает филигранное
   Стекло замерзших луж,
   Приходит нежеланное
   Начало зимних стуж.
  
   Несутся тучи с просинью,
   В лицо дождем дыша,
   Моя тоскует осенью
   Бродячая душа.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Я полон весь глухих сомнений,
   Тебя нет рядом - я грущу
   И развлечения ищу
   В писании стихотворений.
  
   Нужды не вижу притворяться:
   В них все к тебе и для тебя.
   И эти мысли не тая,
   Мои слова в строку ложатся.
  
   Я полюбил бывать один,
   Бродить вечернею порою
   С своею тайною мечтою,
   Хотя и дожил до седин.
  
   Я испытал тоску, разлуку,
   Им не хочу предаться вновь,
   Ведь знаю я, какую муку
   Приносит поздняя любовь.
  
   Мне зябко даже в летний зной,
   Но верю - есть и добрый гений.
   Я полон весь глухих сомнений,
   Но больше полон я тобой.
   Август 1980г.
   * * *
   Там, где лишь ягель и гранит,
   Средь низких скрученных березок
   Сосна над Кейвами стоит
   Назло всем вьюгам и морозам.
  
   Ее удел - сраженье и борьба,
   И бой она ведет с завидной силой,
   Ей выпала нелегкая судьба,
   И перед ней она не отступила.
  
   Весь ствол ее изранен сплошь,
   Стоит она, как беззаветный воин,
   Красавицей ее не назовешь,
   И стан не легок и не строен
  
   Но не в одном обличьи красота,
   Я душу ее сердцем понимаю.
   Безмерна героизма высота,
   И я пред нею голову склоняю.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Мы разошлись легко и просто,
   Не дрогнул твой прощальный взгляд.
   В молчанье старого погоста
   Кресты задумчиво глядят.
  
   Так осязаема и зрима
   Любовь была же ведь, была,
   Огонь ушел в колечки дыма,
   Не греет стылая зола.
  
   Зажженный нашими сердцами
   Костер бушующий потух.
   Витает где-то меж крестами
   Любви, увы, бесплотный дух.
   Июль 1980г.
   * * *
   Если душу сомненья терзают
   И запутался в облаке лжи,
   Легкой тенью тогда выплывают,
   Возникают вдали миражи.
  
   Возникает пред мысленным взором
   Бриг надежды, готовый отплыть
   В мир нездешний, прекрасный, в котором
   Мне б хотелось по-новому жить.
  
   И как только корабль мой отчалит
   Из страны непогод навсегда,-
   Словно в легкую дымку печали
   Мои прошлые канут года.
   * * *
   Пусть будет плохо, будет больно,
   Пусть сердце жалобно скорбит.
   Но не хочу быть подневольным
   Я даже у своей любви.
  
   Нельзя взять счастье на поруки,
   Любовь делить и раздавать.
   Меня твои ласкают руки,
   Как могут и других ласкать.
  
   Давно уже блестят седины,
   Но как мне жить, как поступать?
   Себя отдать за миг единый,
   Любить любовью лебединой
   Иль гордо одному летать?.....
  
   Но не решить вопрос извечный,
   Что мучит род наш человечий,
   Где все равны - дурак иль гений,
   И я, томясь в плену сомнений,
   Смотреть на зори с грустью буду,
   На то, как с гор течет вода,
   И ждать неведомого чуда
   Недели, месяцы, года...
   * * *
   Голос ветра мне шептал
   Что-то нежное.
   Я невольно вспоминал
   Время прежнее.
  
   Голубые облака
   В небе светятся,
   Может быть, через века
   Где-то встретимся.
  
   Мне минута без тебя
   Больше вечности.
   Не поймешь, не полюбив,
   Бесконечности.
   * * *
   День канул в синие потемки,
   Я снова за перо берусь.
   Звенит в словах свирелью звонкой
   Моя серебряная грусть.
  
   О неизведанных просторах,
   О неисхоженных краях
   И неугаданных укорах
   В твоих прищуренных глазах.
  
   Я не загадываю боле,
   Не жду добра, не помню зла.
   Моя тропинка в чистом поле
   Давно бурьяном заросла.
  
   Не ворошу воспоминаний,
   Не тешу пылкие мечты,
   И в всемогуществе желаний
   Я изуверился почти.
  
   Но встречи жду, томясь, надеясь,
   Где радость с болью пополам.
   Твоею нежной лаской греюсь
   И зло ревную по ночам.
  
   Я жду тебя сильней, чем прежде,
   Надеясь, что еще любим.
   И жду, когда твой голос нежный
   Мне скажет - будь всегда моим.
   .....
   * * *
  
  
   Я давно не виделся с тобою,
   Между нами тягостные дни
   Поднимались каменной стеною
   Иль чему-то вечному сродни.
  
   Не понять любви без расставаний,
   Ярче что? - восход или закат?
   Только давит груз воспоминаний,
   В них печаль, надежда и тоска.
  
   Никому тревоги не раскрою,
   Жар души в разлуке не остыл.
   Если б мог, - утешился с другою,
   Только "все другие" - это ты.
   * * *
   Прошумят колосья спелые,
   Грозы свежесть принесут,
   Но не смоют ливни белые
   Мою нежность и тоску.
  
   Тихо тронут ветры вешние
   Ветки ивы над рекой,
   И приходят мысли грешные,
   И теряется покой.
  
  
   Снова синими потемками
   Буду встречи ожидать,
   Забурлит ручьями звонкими
   Кровь в груди моей опять.
  
   Бросил клич - и ждет сражения
   Лось - красавец, принц лесной;
   Ах, с каким бы наслаждением
   За любовь пошел я в бой!
  
   Голубыми колокольчиками
   Разукрасилась трава;
   Жаль, что юность моя кончилась,-
   Стала белой голова.
   * * *
   Ветер шепчется с волною,
   Ей чего-то напевая,
   А над речкой, над тайгою
   Тишина стоит немая.
  
   Не немая тишина
   Самых умных кабинетов,
   В ней как будто бы слышна
   Поступь жизни неприметной.
  
   Там, где в дебрях, средь болот
   Дух спокойствия витает,
   Шум ветвей и быстрых вод
   Тишины не нарушает.
  
  
   Тут средь сосен - великанов
   Ты поймешь, что жизнь - мгновенье,
   И далекими предстанут
   Все заботы и сомненья.
  
   И борьба с самим собою
   Станет горька и смешна...
   Ах, какая над тайгою
   Расплескалась тишина.
   Сентябрь, 1980г.
   * * *
   Нельзя в серьезном торопиться,-
   Идею эту не порочь.
   Так превратится вечер в ночь,
   Лишь только солнце закатится,
  
   Ищу я истинный ответ,
   Коль хватит силы и уменья -
   Найдется верное решенье
   Или поможет твой совет.
  
   Так говорили мудрецы,
   Они о многом понимали,
   Но долго истину искали
   И наши деды и отцы.
  
  
   И мы порой, лишившись сна,
   О том же самом размышляем,
   Все той же мудрости черпаем,
   Но только все не видно дна.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Иду прибрежной полосой,
   Туман клубится, как живой,
   А море пенною волной
   Косу-прибой о корги точит,
   А чайки бешено хохочут
   И вьются надо мной.
  
   Лицо мне ветер овевает,
   За плечи нежно обнимает,
   Тихонько что-то напевает
   И манит за собой.
  
   Иду и чувствую и слышу,
   Как рядом море мерно дышит,
   А надо мною, будто крыша,
   Свод неба голубой.
  
   И тут со мной такое сталось,
   Как будто древнюю усталость,
   К своей судьбе смешную жалость
   Вдруг смыло, как волной.
   Сентябрь, 1980г.
   * * *
  
   Я от грез пробудился и вижу,
   Как ты легкою, нежной рукой
   На меня просто так, из каприза
   Опрокинула свод голубой.
  
   Все, что прочным недавно казалось,
   Что хранили мы верно вдвоем,
   На холодные брызги распалось
   И рассыпалось звездным дождем.
  
   И осколки хрустальные счастья
   Стали сердце терзать и колоть,
   Без взаимной любви и участья
   Беззащитна ранимая плоть.
   * * *
   Последний месяц пред зимой -
   Сентябрь - тепла уже не жди,
   А тучи серые волной
   То сыплют снег, то льют дожди.
  
   Поутру льдинки настывают,
   Сверкают инеем кусты,
   А воды речек устилают
   С берез слетевшие листы.
  
   Их, намотав в мотки тугие,
   Стальные волны мнут и вьют,
   А струи, нити свив златые,
   Узоры дивные плетут.
  
   Цветы полярные зачахли,
   Гуляет ветер на холмах,
   Лишь клюква, словно крови капли,
   Алеет ярко на снегах.
  
   Над тундрой стелются туманы,
   Теперь уныло, грустно тут,
   А с неба птичьи караваны
   Тайге привет прощальный шлют.
   Август 1980г.
   * * *
   Небо зимнее к вечеру хмурится,
   День закончен, пора уходить.
   Я спешу на знакомую улицу,
   Чтоб до дома тебя проводить.
  
   Через скверик нахоженной тропкой,
   Взявшись за руки, рядом идем,
   Удлиняя дорожку короткую,
   Чтоб подольше остаться вдвоем.
  
   Сыплет звездочки иней на волосы,
   Ветер щеки румянит и жжет,
   Как губами, касается голос твой,
   Как любимую песню поет.
  
  
   Только краткая встреча кончается,
   Вот он высится рядом, твой дом,
   Только голые ветки качаются
   На деревьях, закованных льдом.
   * * *
   Тускло светятся звездочки ранние,
   Стынет лес на холодном ветру,
   Я бегу, я спешу на свидание,
   Как мальчишка к тебе ввечеру.
  
   Про себя повторяю заранее
   Все слова, что тебе я скажу,
   И в условленном месте свидания
   На часы с нетерпеньем гляжу.
  
   Тороплю краткий миг ожидания,
   Чтоб увидеть сиянье очей,
   Твое рядом услышать дыхание
   И коснуться ладони твоей.
  
   Сколько муки, волненья и радости,
   Сколько в этих свиданьях огня...
   Я люблю даже те твои слабости,
   Что так часто тревожат меня.
  
   ПЕСНЯ
  
   Не бойся, ответь мне,
   Прости и пойми.
   Ведь только дурные
   сбываются сны.
   Смеешься, но вскоре
   другим тебя жаль.
   Ведь рядом и горе,
   и смех, и печаль.
  
   Не бойся, не дрогнет,
   Не капнет слеза,
   Когда ничего мне
   не скажут глаза.
   Я чистую радость
   в обиду не дам.
   Не дам наше счастье
   делить по частям.
  
   Не буду нимало
   Роптать на судьбу.
   Коль время настало,
   Я лучше уйду.
   Коль время настало,
   Пора, так пора.
   Того не воротишь,
   Что было вчера...
   * * *
  
  
   За околицей деревни
   Разбежался желтый луг,
   Ах, какой тоскою древней
   На меня пахнуло вдруг.
  
   Где-то голос одиноко
   Над рекою прозвенел,
   Я ж своей зеленоокой
   Песни так и не пропел.
  
   Ей вечернею порою
   Слов заветных не сказал,
   И судьбу с ее судьбою
   Воедино не связал.
  
   От того, что мы не пара,
   Потому ль невесела
   С колокольни церкви старой
   Не звонят колокола.
   1980г.
   * * *
   Расхлестался буйный ветер
   И бушует почем зря;
   Разгорелся под вечер
   Ярким пламенем заря.
  
   Мысль несказанная мучит,
   Ум неведомого ждет.
   Черный росчерк грозной тучи
   Пересек небесный свод.
  
   Грома гулкие удары
   Канонадою гремят,
   Словно пепел от пожара,
   Птицы по небу летят.
  
   На далекое подворье
   Лег рубиновый отсвет -
   Есть ли, есть ли горше горе,
   Коль любимой больше нет.
   1980г.
   * * *
   Я опять соскучился безмерно
   По твоим прищуренным глазам.
   Пробежала молодость, как серна,
   По весенним, солнечным лугам.
  
   Может быть, мне просто то приснилось,
   Что я вышел в розовый рассвет.
   Пробежала молодость и скрылась,
   На душе оставив пыльный след.
  
   Посчитай, неужто это много,
   То, чего достиг я в жизни сам,
   Для чего волненья и тревоги,
   Как сюжет комедий или драм?
  
   Мысли скачут, скачут и двоятся,
   Будто выпил бочку за присест.
   Почему-то хочется смеяться,
   Положивши голову на крест.
   Ноябрь 1980г.
   * * *
   Того, кто любит нас и ждет,
   Бездумно просто так терзаем,
   И походя средь мелочных забот
   Мы главное с беспечностью теряем.
  
   Как исчезает душ родство -
   Никто тот миг не замечает.
   Любовь - ранимое, живое существо,
   Она рождается, живет и умирает.
   Июль 1980г.
   * * *
   Загорелись березы, как свечи,
   Небо в душу течет синевой.
   Я внимаю знакомые речи,
   Твой волнующий голос родной.
  
   Мне тревожно, мне сладко и больно
   Видеть жизни отмеренный срок -
   Навернулась слезинка невольно
   И скатилась на рдяный листок.
  
   Мне порой этой горько - веселою
   Песни старые хочется петь,
   Чью-то долю оплакать тяжелую
   И кого-то в беде пожалеть.
  
   Для себя ж в этом мире безбрежном
   Надоело участья искать.
   Бескорыстно, любовно и нежно
   Только мама могла приласкать.
   17 октября 1980г.
   * * *
   Вся жизнь - как море штурмовое,
   А мой беспутный челн
   Несется средь кипящих волн,
   Не ведая покоя.
  
   И в этом море я рыбак,
   И мне средь грозных туч
   Послал надежды светлый луч
   Таинственный маяк.
  
   Я вновь вздымаю паруса,
   Бросая утлый челн
   Туда, где средь высоких волн
   Прибоя полоса.
  
   Когда же вспыхнула заря,
   В укрытую за мол
   Я в гавань тихую вошел
   И бросил якоря. Сентябрь 1980г.
   * * *
   В кущине вязкой и густой,
   Средь ивняковых чащ
   Вел стадо важенок весной
   Могучий лось - рогач.
  
   Он шел знакомою тропой,
   Уверенно шагал.
   И в небо синее порой
   Призывный клич бросал.
  
   Он ждал соперника - врага,
   Он звал его на бой.
   Кустились крепкие рога
   Над гордой головой.
  
   Он шел, осыпанный росой,
   И вновь свой клич бросал,
   Но неподвижный и глухой
   Окрестный лес молчал.
  
   Когда же солнце над горой
   Означило рассвет,
   То на поляне за рекой
   Он услыхал ответ.
  
   Рогатой вскинул головой,
   Все тело напряглось,
   А под высокою сосной
   Стоял соперник - лось.
  
   И вот услышала тайга,
   Как в тишине немой
   Сошлись впервые их рога,
   Они вступили в бой.
  
   И каждый верно понимал
   Сражения исход,
   Чтобы сильнейший продолжал
   Их древний лосий род.
  
   А день вставал,
   На их телах зияло много ран,
   И на колени вдруг упал
   Могучий ветеран.
  
   Он стон мучительный издал,
   Поникнув головой,
   А стадо важенок угнал
   Соперник молодой.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Сколько долгих страданий и мук,
   Сколько радости или тревоги,
   Сколько новых свиданий и новых разлук
   Нам дают и уносят дороги.
  
   Вот ты молод. Уйдя за родимый порог,
   На грядущее робко взираешь
   И свой путь среди тысячи разных дорог
   Для себя на всю жизнь выбираешь.
  
   Всем когда-то пришлось от порога шагнуть,
   Каждый в жизни на что-то решался.
   Ах, как важно найти тот единственный путь,
   Чтоб по силам тебе оказался!
  
   Если путь начинался в цветущем саду,
   Расслабляйся от неги не очень,
   Жизнь построена так, что за летом в году
   Начинается хмурая осень.
  
   Если путь начинается снежной пургой,
   Пусть преградою это не станет,
   Знай, что вслед за суровой, холодной зимой
   И цветущее лето настанет.
  
   Жизнь - движенье и тяжкий, но радостный труд,
   Каждый в жизни к чему-то стремится.
   Но свой путь только те до вершин доведут,
   Кто лишений в пути не боится.
   1980г.
   * * *
   Я сижу в руках с удою
   И ужу весь день - деньской.
   Солнце вышло над рекою
   И смеется надо мной.
  
   На крючок сажаю крошку
   Иль живого червяка,
   Но и малая рыбешка
   Все не ловится пока.
  
   И не видно и не слышно
   Ни линя, ни окуня.
   Солнце ж все восходит выше,
   Усмехаясь на меня.
  
   Я машу, машу удою
   И плюю на червяка,
   Но и крохотной плотвою
   Не расщедрилась река.
  
   Вот с вечернею зарею
   Солнце скрылось за рекой, -
   Лишь со смотанной удою
   Возвращаюся домой.
  
   Нет удачи и не важно -
   Это, право же, пустяк,
   Но зато все сразу скажут:
   "Гришка - истинный рыбак."
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Мне нынче радостно чего-то,
   И мысли светлы и легки.
   Иду по тропке без заботы
   Средь ив по берегу реки.
  
   Пахнуло горькою осинкой,
   Вода задумчиво журчит.
   Какой прозрачной нежной дымкой
   Лес пробудившийся залит!
  
   Хмельной весенний ветер бродит,
   Куст вербы будто в жемчугах.
   Гуляют зайцы на восходе
   На изумрудных зеленях.
  
   Несут бездумно ноги сами
   К тому, что вечно вдалеке,
   И солнце нежными лучами
   Меня ласкает по щеке.
  
   Здесь нет ни зависти, ни лести,
   Никто не смотрит свысока.
   Ах, как я рад, что вновь мы вместе
   С тобою, милая Ока!
   1980г.
   * * *
   Мне нынче зябко под луною
   И ночь осенняя долга,
   В лучах печальных за рекою
   Стоят, нахохлившись, стога.
  
   Твоих речей слова забыты,
   Не греет солнце, мысли спят,
   Лишь за околицей ракиты
   О чем-то грустном говорят.
  
   Звездами бархат ночи вышит,
   Манит в глубь неба Млечный путь,
   Холодный ветер не колышет
   Травы взволнованную грудь.
  
   Кто песнь задумчивую сложит,
   Кто пропоет ее в тиши?
   Печаль неведомая гложет
   Синехолодный лик души.
  
   Когда ж луна за тучей черной
   Укрылась, мрак ночи тая,
   Такою мелочной и вздорной
   Предстала вдруг вся жизнь моя.
   * * *
   Все, что есть лучшего на свете,
   Все человек себе берет,
   И семга сквозь рыбачьи сети
   На нерест, словно в бой идет.
  
  
   Она в свои лишь силы верит,
   Ведет сраженье, но притом
   Несет огромные потери,
   Все уменьшаясь с каждым днем.
  
   Пробилась, плача об утрате,
   И цель близка уж и ясна,
   Но ждет на каждом перекате
   Ее коварная блесна.
  
   Струною леска зазвенела -
   Опять проиграна игра.
   Ест человек не только тело,
   Ему по вкусу и икра.
  
   И так идут за годом годы,
   Все больше, больше аппетит.
   И человек, как царь природы,
   Конечно семгу победит.
   * * *
   Звездный свет над прозрачной рекою
   Расплывается зорями чистыми,
   А глаза в час свиданья с тобою
   Загораются яркими искрами.
  
   Все притихло, вода как стекло,
   Ветки ивы почти не шевелятся.
   На душе так легко и светло -
   И в грядущее счастие верится.
  
   Вот и солнечный луч заплясал,
   Берег искрами будто расцветился.
   Как я долго тебя ожидал,
   Как я рад, что с тобою здесь встретился.
   1980г.
   * * *
   Когда наступят ночи длинные
   И солнце скроется во мгле,
   Поются песни мне старинные
   О нашей северной земле.
  
   Тепло волной от печки пышется,
   Струится снег в окно, шурша.
   В словах же песни так и слышится
   Ее суровая душа.
  
   Я вижу, как струею пенною
   Дробится речка по камням,
   И будто бы тропой оленною
   Бреду по ягельным холмам.
  
   Мотивы чудятся тоскливые,
   Как коротая вечера,
   Я под пологом в дни дождливые
   Сижу у жаркого костра.
  
   Как кружева мотивы вяжутся,
   О дальнем прошлом говорят.
   И будто бы живыми кажутся
   Те дни и северный уклад.
  
  
   Теперь лишь ночи те же длинные,
   Но нет уж тех оленных стад.
   Звучат, звучат слова старинные,
   Слова старинные ... звучат.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Скажу лишь одно - прости,
   Но ты ведь простишь едва ли,
   Хочу от себя уйти,
   Разлиться в бескрайней дали.
  
   Хочу прорасти травой,
   Раскрыться листвой зеленой
   И в берег с морской волной
   Впитаться слезой соленой.
  
   Хочу старый сор стряхнуть,
   В весенних лучах умыться,
   Без грусти на мир взглянуть
   И с прошлым навек проститься.
   1980г.
   * * *
   Спят Кейвы сном глубоким, древним,
   Их будто минули года,
   А где-то там, в дали деревни
   С кипучей жизнью города.
  
   Сюда их шум не долетает,
   Здесь нет ни улиц, ни домов,
   Лишь тускло озеро мерцает
   Меж низких ягельных холмов.
  
   Деревья тронуты морозцем,
   Кругом тайга, тайга, тайга,
   Сбежались желтые березки
   На некрутые берега.
  
   Здесь нет обид и недовольных
   Средь этих топей и болот,
   Мне здесь легко, мне здесь привольно
   Вдали от будничных забот.
   Август 1980г.
   * * *
   В лучах Полярного сиянья,
   Когда холодный воздух чист,
   Под свист и вьюги завыванье
   Родится камень аметист.
  
   Родится он от дум печальных,
   И дух его их смысл хранит,
   Родится он в пещерах скальных,
   Где только камень и гранит.
  
   Частицы некой тайны мрачной
   Дробит он гранью на лучи,
   А в глубине его прозрачной -
   Мерцанье северной ночи.
  
   Когда же вделан он в оправу, -
   Того, кому принадлежит,
   Он сохранит от дум лукавых
   И от беспутных защитит.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Вся укутавшись листвою,
   Спит ракита у реки,
   А за тихою водою
   Деревеньки огоньки.
  
   Тень с лохматой головою,
   Будто древний старый дед,
   А от тени бородою
   Протянулся лунный след.
  
   Под хрустальным звездопадом
   Я иду через луга,
   Провожают меня взглядом
   Сиротливые стога.
  
   Серебрится куст бурьяна,
   Весь осыпанный росой,
   Удушающе медвяно
   Пахнет скошенной травой.
  
   Лунный свет, чуть-чуть туманный,
   Льется вниз, как молоко,
   Я иду, как будто пьяный,
   Мне свободно и легко.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   Там, где кондовая тайга
   Стоит, закутавшись в снега,
   На берегу речушки
   Охотничья избушка.
  
   Одно окошко в два стекла,
   Простая печка для тепла,
   К стене взамен кровати
   Приделаны полати.
  
   На печке черный котелок,
   Чуть ниже роста потолок,
   На балке на крючочках
   Развешены мешочки.
  
   Стол из березовых досок,
   На полке спичек коробок,
   Тарелка, кружка, ложка,
   В углу собачья плошка.
  
   Средь этих стен коптелых
   Все важно, все для дела.
   Здесь все совсем не сложно,
   Но крепко и надежно.
   Но как же той минуты ждешь,
   Когда зимой в нее придешь
   Дровишек в печь подкинуть
   И полушубок скинуть,
  
   Присесть за стол с устатку,
   А после по порядку
   Припас нехитрый разложить.
   Поесть, потом чайку попить
  
   И, подремав минутку,
   Большую самокрутку
   Зажечь, немного покурить...
   И еще раз чайку попить.
   Сентябрь 1980г.
   * * *
   В пустыне, среди серых скал,
   На почве, солнцем обожженной,
   Под баобабом Лев дремал
   В кругу родных и приближенных.
  
   Седую гриву ветер развевал,
   От трапезы бока лоснились,
   Во сне он что-то бормотал:
   Сны, видимо, пророческие снились.
  
   Он краем этим управлял.
   Пред грозным рыком все смирились,
   Но вот, проснувшись, он привстал
   И все вокруг засуетились.
  
   А он задумчиво сказал,
   Мир одарив своей улыбкой:
   "Приснилось мне - я музыкантом стал
   И сочинил концерт со скрипкой."
  
   Сбылось, сбылось, великий час настал;
   Кантаты, фуги - расплодили скуку -
   Тебя, тебя нам бог послал,
   Ах, батюшки, - сон в руку.
  
   По свите будто ветер пробежал,
   Колесики машины закрутились,
   А Лев опять спокойно задремал,
   И сны ему уже другие снились.
  
   "Великому" - лишь стоит пожелать,
   Глядишь, мечта уже и сбылась;
   Один намек - и музыкантов рать
   За указанием явилась.
  
   И вот уж миру пресса возвестила -
   Наш Лев - великий музыкант,
   Открылся в нем еще один талант.
   А академия его большой медалью наградила.
   1980г.
  
   * * *
   С тобою мне пришлось проститься,
   Не поласкав, не долюбив.
   Сам по себе в душе родится
   Какой-то трепетный мотив.
  
   Звучит, звучит мотив старинный,
   Куда, зачем меня зовет?
   Какие тайные пружины
   Толкают нашей жизни ход?
  
   Как старомодны однолюбы,
   Ты не печалься, не ревнуй, -
   Тихонько мне шепнули губы,
   Отдав прощальный поцелуй.
  
   И вот опять твой день рожденья,
   А мы лишь с кружкою вдвоем,
   Теперь мне только сновиденья
   Напоминают о былом.
  
   Но и они все реже, реже
   Являться стали по ночам;
   И о былом уж я не грежу,
   В былом я скоро буду сам.
   4 июня 1980г.
   * * *
   Много лет я привычной дорогой
   Или в дом, иль из дома иду,
   Выполняю все должное строго
   И небесную манну не жду.
  
   Из себя примадонну не строю,
   Не пложу сладкозвучных поэм,
   Только чаще и чаще порою
   Эта мысль возникает - зачем?
  
   Для чего я хожу на работу,
   Для кого беззаветно тружусь,
   Для чего всем кажусь беззаботным
   И скрываю бездонную грусть?
  
   Может быть, я чего-то и стою,
   Может быть, для чего-то гожусь,
   Но гонимый бесплотной мечтою
   Лишь за призрачным счастьем гонюсь.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Так куда же мой путь проляжет,
   То ли ввысь, то ли вниз, на дно,
   Да и кто мне наверное скажет,
   Где же счастье и в чем же оно?
   1980г.
   * * *
   Пора, пора, судьба зовет,
   К чему бесплодные старанья?
   Что должно - пусть произойдет,
   Все приближая увяданье.
  
   Неспешно шел за годом год.
   Ты от борьбы с собой устала
   И жизнь свою прожить сначала
   Решила, сделав поворот
  
   Своей судьбы предначертанья,
   Привычных дней бездумный ход,
   Страшась, тревожась в ожиданьи
   Того, что вдруг перевернет
  
   Всю жизнь.И вновь тебя захватит
   С душою новою родство,
   А все прошедшее утратит
   Свое былое волшебство.
  
   А где-то, где-то в том далеко,
   В тех встречах, ласках, счастье том
   Твой друг томится одиноко
   И помнит, помнит о былом.
   Май 1980г.
   * * *
   С годами не тускнеет, нет
   Любви божественная сила.
   Я счастлив, что на склоне лет
   Судьба тебя мне подарила.
  
   След наших встреч во тьме вселенной
   Зажегся яркою звездой.
   Сияют камнем драгоценным
   Часы свидания с тобой.
  
   В холодной жизненной купели
   Огонь священный не угас.
   И наши чувства не слабеют,
   А крепче связывают нас.
   * * *
   Земля - планета чудная -
   Летит себе, вращается,
   А жизнь - дорога трудная,
   В ней многое встречается.
  
   У труса и отважного
   Случаются ненастия,
   Свои они у каждого
   И счастье и несчастия.
  
   Но сильный от несчастия
   Лишь больше закаляется,
   А слабый ждет участия,
   Несчастьем упивается.
  
   Где слабый дожидается,
   Что чудо вдруг случится,
   Там сильный не теряется -
   Старается пробиться.
   Декабрь 1980г.
  
   ШАХМАТОВО
  
   Холмы над маленькой речушкой,
   Чернеет стылая земля,
   Дымок над дальней деревушкой
   И с перелесками поля.
   Сюда на холм походкой ходкой
   От Тараканова по тропке
   Всего-то несколько минут,
   Но люди медленно идут.
   О прошлом, молча, размышляя
   И взором светлым пробегая
   Все эти нивы и селенья -
   Природы русской уголок,
   Где молодой Сашура Блок
   Свои писал стихотворенья.
   Они стремятся осознать,
   Что здесь поэта вдохновляло,
   Что его гений направляло,
   Как он поныне нас чарует
   И увлекает и волнует.
   Теперь на холме запустенье
   И только несколько каменьев
   Напоминают нам о том,
   Что здесь стоял когда-то дом.
   Но дом давным-давно сгорел,
   Лишь только тополь уцелел,
   Что у ворот тогда стоял
   И двор ветвями осенял.
   Тот самый, что поэт воспел,
   Но он с годами одряхлел.
   И кто-то добрый безусловно
   Пришел и бережно, любовно
   Его старался подлечить,
   Чтобы подольше жизнь продлить
   Ему, свидетелю тех лет,
   Когда младой еще поэт
   Лишь только силу набирал
   И строки первые писал.
   Под его звонкими листами,
   Бродил лесами и полями,
   Суть жизни сердцем постигал,
   Читал, надеялся мечтал.
   От шумных улиц далеко
   Поместье это находилось,
   Но беззаботно и легко
   Ему здесь в Шахматове жилось.
   Шли годы, Саша повзрослел.
   И вот к нему любовь явилась,
   Жизнь новым светом осветилась
   И с новой силой зазвенел
   В его стихах мотив признаний,
   Тоски, надежды, ожиданий.
  
  
  
   Он ревновал ее, грустил
   И, как плоды бессонных бдений,
   Ах, сколько, сколько посвятил
   Он ей своих стихотворений.
   С тех пор прошло немало лет.
   Давно в живых поэта нет,
   Но живы, но избегли тленья
   Его бессмертные творенья.
   1980г.
   * * *
   Не дарит счастья сомненье,
   За каждым делом тяжкий труд,
   Мнит каждый в мире: он - явленье,
   Но лишь немногих люди чтут.
  
   Успехом ты не обольщайся,
   Что ныне слава - завтра тлен.
   С природой вечною общайся,
   Беги от душных, пыльных стен.
  
   Не жди блаженства от мечтаний,
   О всем несбывшемся молчи
   И не ищи предначертаний
   Ты в звездной россыпи ночи.
  
   Ты лучше всех себя сам знаешь,
   Ты только сам себе судья,
   И вечность слов не променяешь
   Ни на минуту бытия.
   1981г.
   * * *
   Я рано не привык вставать,
   Но как люблю я собирать
   По осени грибы.
   И вот себя я поборол,
   Корзину взял и в лес пошел
   Искателем судьбы.
   На листьях искрами роса
   И ясно слышны голоса
   И здесь, и там, и там,
   Я спотыкаюсь, но бреду
   И счет придирчиво веду
   Всем срезанным грибам.
   Давно промок, рябит в глазах,
   Но на опушках и в кустах
   Читаю по следам:
   Здесь был валуй, здесь моховик,
   А этот крепкий боровик
   Я будто срезал сам.
   Уж вечер, близится закат,
   И ноги судоржно дрожат
   От длительной ходьбы.
   Мне срезы весело считать,
   Ах, как люблю я собирать
   По осени грибы.
   Сентябрь 1981г.
  
   * * *
   Нельзя в серьезном торопиться,
   Идею эту не порочь,
   Так превратится вечер в ночь,
   Лишь только солнце закатится.
  
   Ищу я истинный ответ,
   Коль хватит силы и уменья -
   Найдется верное решенье
   Или поможет твой совет.
  
   Так говорили мудрецы,
   Они о многом понимали,
   Но долго истину искали
   И наши деды и отцы.
  
   И мы, порой лишившись сна,
   О том же самом размышляем,
   Все той же мудрости черпаем,
   Но только все не видно дна.
   1981г.
   * * *
   Ах, как мне нынче тяжело!
   И сердце давит грудь.
   Не думай - было и прошло,
   Забудь, забудь, забудь.
   5.01.81г.
   * * *
   Листок на дереве дрожит,
   И дождь за окнами шумит - осень.
   Снег, словно вата, там и там,
   Гуляет ветер по лесам - зябко.
  
   Как эта стылая вода,
   Проходят беды и года - старость.
   И, как конец земных забот,
   Зима холодная придет - могила.
   Сентябрь 1981г.
   * * *
   Это много или мало,
   Это радость или стыд,
   Только горестно мне стало
   В дни, когда не рядом ты.
  
   Целоваться не устану,
   Обниматься горячо,
   Жаль лишь то, что утром рано
   Не сопишь ты мне в плечо.
  
   Жаль лишь то, что утром рано
   Не ворчишь, что стынет чай,
   Что вчера вернулся пьяный
   И ругнулся невзначай.
  
  
  
  
   Я не слушал бы ворчанье,
   Только б слушал голос твой,
   Я б к груди, к двум розам чайным
   Прислонился головой.
   1981г.
   * * *
   Зеленые травы сминая,
   Я с губ осушаю росу,
   Неужто то фея лесная
   Мне встретилась нынче в лесу.
  
   На мягкой цветущей поляне
   Пел песни веселый ручей,
   Возникла ты в синем тумане,
   В сплетении ярких лучей.
  
   В тебе мне все будто знакомо -
   Твой голос, как шепот реки,
   И волосы, будто солома,
   И в отблеске глаз васильки.
  
   В восторге душа трепетала,
   Когда ты меня обняла,
   Тихонько чего-то сказала
   И в даль за собой увела.
  
   С тех пор я без леса тоскую,
   Все встречи негаданной жду,
   Ищу свою фею лесную...
   На счастие иль на беду.
   1981г.
   * * *
   Смыл туман- вуаль
   Голубую даль,
   Синевой луга наливаются,
   Темный край небес
   Скрыл зеленый лес,
   Звезды яркие разгораются.
  
   Все вокруг молчит,
   Только песнь звучит
   Ручейка в траве еле внятная.
   Весь росой умыт
   Куст ракиты спит, -
   Тишина стоит необъятная.
  
   Один я брожу
   И на мир гляжу, -
   Одинокому спать не хочется;
   Про тоску свою,
   Про любовь пою,
   И окрест меня песнь разносится.
   4 мая 1981г.
  
  
  
  
   * * *
   Я перед ликом времени не трушу,
   Хоть суд его над всем живым жесток,
   Но почему-то так тревожит душу
   Чуть из земли проглянувший росток.
  
   Вхожу и снова жду былых волнений
   Вот в эту солнцем вытканную даль.
   Весна прологом смены поколений
   Рождает вместе радость и печаль.
  
   Нет, не найти дней прежних возрожденье, -
   Давно забыты прошлые мечты.
   Я вновь с тобой, но знаю, наслажденья,
   Увы, уж больше не подаришь ты.
   И все ж я твой, любимая природа,
   Вокруг болота, реки и леса.
   Иду и слышу: в пламени восхода
   Поют гимн жизни птичьи голоса.
   Весна 1981г.
   * * *
   Ждет печаль иль ждет успех -
   Встречи я с судьбой не трушу,
   Но на лыжи и на душу
   Липнет мокрый серый снег.
  
   В том чащобу не виню,
   Что не всюду ступишь прямо,
   Но тяну, тяну упрямо
   По тайге свою лыжню.
  
   К слабым здешний мир жесток,
   Здесь речей не любят звонких,
   Скоро в призрачных потемках
   Разведу свой костерок.
  
   На огне трещит кора,
   Дымом веки разъедает,
   Но без дыма не бывает
   И таежного костра.
   Май 1981г.
   * * *
   О долгом сне грустит дорога,
   И я, устав, грущу о сне.
   По ней и мне ходили много,
   Но больше все-таки по мне.
  
   Она и я - совсем не слабы,
   Но только слишком тяжкий воз
   На ней и мне набил ухабы
   И много ран других нанес.
  
   Она и я теряли многих
   На поворотах на крутых,
   Ах, как же мы бываем строги
   В том, что касается других.
  
   Она и я - мы виноваты,
   Что не кричали ох и ах,
   А как бывалые солдаты
   Груз на своих несли плечах.
  
   Она, и я, и каждый знает,
   Что нам себя совсем не жаль.
   Она и я - нас то равняет,
   Что оба мы стремимся в даль.
  
   Она и я - мы работяги,
   Не ропщем мы, удел такой.
   Пути сквозь горы и овраги
   Связали общею судьбой.
   1982г.
   * * *
   В облаках кончай купаться,
   Месяц, ярче мне свети,
   Вышел нынче прогуляться
   Я по Млечному пути.
  
   Промелькнуло бабье лето,
   Потянуло холодком,
   Между звездами комета
   Крутит призрачным хвостом.
  
   От полночи до обеда
   Звездный путь еще далек,
   Так и тянет к Андромеде
   Заглянуть на огонек.
  
   Поиграть с Пегасом в шашки,
   Пива с Раком там попить,
   Да еще быть может шашни
   С Андромедой закрутить.
  
   Да боюсь, что страж бессменный,
   Старый сплетник Водолей
   Эту весть по всей Вселенной
   Разнесет среди "друзей".
  
   Оглянуться не успеешь -
   Завопят: "Ах, старый плут..."
   И тотчас Кассиопее
   Непременно донесут.
  
   А у той ответ суровый -
   Ведь лежит всегда у ног
   Для нее на все готовый
   Мощный бык - Единорог.
  
   Хоть погреться б и приятно,
   Но куда уж нам - Тельцам,
   Поверну-ка я обратно
   К своим милым Близнецам.
   Сентябрь 1982г.
   * * *
   Я опять соскучился безмерно
   По твоим прищуренным глазам,
   Пробежала молодость, как серна
   По весенним солнечным лугам.
  
   Может, это только мне приснилось,
   И весна, и солнечный рассвет.
   Пробежала молодость и скрылась,
   На лице оставив пыльный след.
  
   Лист рябины огненно - багряный,
   Чем-то связан ты с моей судьбой.
   Голубые стелются туманы
   Над осенней стылою землей.
   1982г.
   * * *
   Один глухарь не в меру расхвалился
   И вот лесным собратьям говорит:
   "Я так в делах житейских навострился,
   Что вряд ли кто меня перехитрит.
  
   Я не лечу стремглав теперь,
   Лишь только куст в лесу качнется,
   Ведь до меня не доберется
   Любой, пусть самый хищный зверь."
  
   Так он собою восхищался,
   Но тут собачий лай раздался.
   Все улетели, а глухарь остался.
   Взлетел на дерево и крутит головой,
   Вот, посмотрите, умный я какой,
   А следом и охотник подобрался.
  
   Глухарь же хвост свой распушил,
   По ветке ходит, вниз плюется:
   "Ну, что ты, пес, кричишь,
   чего тебе неймется..."
   Но выстрел речь его остановил.
   Апрель 1982г.
   * * *
   Мой юбилей пришел и минул,
   А жизнь обычна и проста.
   Я ж будто груз стремлений скинул,
   Перевалив свои полста.
  
   Ни пред судьбой, ни пред родными
   Своей не чувствую вины,
   Давно мне кажутся смешными
   Пустое чванство и чины.
  
   Что есть мое? - друзья, охота,
   Ружье, палатка да рюкзак,
   Еще привычная работа
   И в мыслях полный кавардак.
   1982г.
   * * *
  
   Лес поет, весну встречая
   Хором птичьим голосистым,
   Солнце по небу гуляет,
   Машет веером лучистым.
  
   Прилетел веселый ветер
   И весну целует в губы,
   Гуси - лебеди под вечер
   В золотые дуют трубы.
  
   Хмельной брагой - снегом талым -
   Допьяна кусты напились,
   И березки с красноталом
   На пригорке в пляс пустились.
  
   А весна себе смеется,
   Всех сзывает в хоровод.
   И к чему не прикоснется -
   Все ликует и поет.
   1982г.
   * * *
   Я уж не тот, порыв высокий
   Исчез в душе моей давно,
   Я, как осенний шершень одинокий,
   Лечу в любое приоткрытое окно.
  
   В лугах торчат одни будылья,
   Стал не родным мне отчий дом,
   Лечу, пока еще с трудом
   Несут меня по жизни крылья.
  
   Осталось лишь одно вчера,
   Царит теперь другое племя...
   И всеобъемлющее время
   Мне говорит: пришла пора...
   Осень 1982г.
  
   ГУМАНОИД
  
   (Археоптерический памфлет)
  
   Что значит миг, что значит вечность
   Или Вселенной бесконечность,
   Рожденье звезд, планет, людей?
   Что значит? Много или мало?
   И где конец и где начало,
   И что темно, а что ясней?
   Не знаем мы, а лишь гадаем
   И мир по меркам понимаем,
   Доступным нашему уму.
   Но ум наш слаб, а посему,
   Чтоб суть явлений осознать,
   Иль хоть частично разгадать
   Законы вечные природы -
   Проходят годы, годы, годы...
  
  
   Глава I
   Тому немало лет назад,
   Иль триллион, иль миллиард
   Все в том же ритме неизменном
   Летело солнце в глубь Вселенной.
   Как и в сегодняшние дни
   Мерцали звездные огни,
   Тянули в Космос хвост кометы,
   Вращались медленно планеты...
   Как вдруг среди небесных тел
   Корабль пришельцев появился,
   К Земле навстречу устремился
   И на ее поверхность сел.
   1.2
   Пришельцы вышли, осмотрелись,
   Под ярким солнцем обогрелись,
   И тут один из них сказал:
   "Планета эта - просто прелесть,
   Хорош исходный материал.
   Чтоб приступить к эксперименту,
   Почти не надобно труда,
   Есть все из нужных элементов
   И даже жидкая вода.
   Тепло, давленье, тяжесть в норме,
   Лишь остается подсчитать,
   Какие жизненные формы
   Таким условиям под стать."
   1.3
   Меж тем планету сотрясал
   Жар сил подземных несмиренный,
   Вихрь вырывался раскаленный
   И пепел черный рассыпал.
   Вулканы серою курились,
   Земная мантия рвалась,
   На скалы скалы громоздились,
   И магма речками лилась.
   Но сил стихии не страшась,
   Пришельцы на горы взбирались,
   Взлетали ввысь, в глубь вод спускались,
   По всей планете разбредясь.
   Они немало потрудились,
   Все изучали, а затем
   В корабль обратно возвратились,
   Заданье выдав ЭВМ.
   1.4
   Машина данные собрала,
   Расставив их в логичный ряд,
   Все варианты рассчитала
   И объявила результат:
   "Не задавая жизни новой
   Конечных видов или норм,
   Определим первоосновой
   Свободный поиск лучших форм.
   Мы лишь дадим толчок начальный,
   А после станем наблюдать,
   Как в обстановке идеальной
   Развитье станет протекать."
   1.5
   Сказал тут старший: "Вроде, гоже,
   Отметим лишь один момент,
   Что в крайнем случае возможно
   И прекратить эксперимент.
   Процесс развитья, несомненно,
   Нельзя надежно предсказать,
   Вдруг и другим мирам Вселенной
   Он чем-то станет угрожать.
   Мы опасаемся. Тем боле,
   Вопрос, как видите, непрост,
   И потому лишь для контроля
   Оставим здесь надежный пост.
  
   А чтоб на ход любых событий
   Влиянье наше исключить,
   Его на внешнюю орбиту
   Планеты надо поместить.
   На облик принятой системы
   Машина сделает расчет,
   Тут нет какой-либо проблемы,
   Здесь просто спутник подойдет.
   А дабы строго наблюдался
   Участок опыта любой,
   Мы зададим, чтоб обращался
   К Земле одной он стороной."
  
   1.6
   Итак, вдохнув начало жизни
   На нашей матушке - Земле,
   Пришельцы к собственной отчизне
   Умчались в звездном корабле.
   А в обстановке благотворной,
   Когда минул мильярдный век,
   Развились мыслящие формы
   И их вершина - человек.
   Глава II
   2.1
   Жизнь зародилась, и над ней
   С начала, с самых первых дней
   Велись подробно, исподволь
   И наблюденья, и контроль.
   Все отмечал контрольный пост:
   Ход климатических явлений,
   Земных растений буйный рост,
   Постройки первых поселений.
   Текли века, века, века,
   Жизнь в разных формах развивалась,
   Все усложнявшихся, пока
   Эпоха наша не началась.
   2.2
   Тогда-то, спрятавшись в пещере,
   Наш предок стал над тем мудрить,
   Как бы попроще, без потери
   Побольше пищи раздобыть.
   Так появилася дубина,
   Затем копье, затем стрела.
   А человечая община
   Росла, росла, росла, росла.
   Бессчетно племена людей
   По всей планете расселились,
   Все совершенней, все сильней
   Убийства средства становились.
   2.3
   Все нарастающей лавиной
   Стал человек творить машины,
   Железо, руды добывать
   Из недр земли и воздвигать
   Повсюду разные заводы.
   Пустил по водам пароходы,
   Авто построил, самолет...
   И все быстрей, и все вперед
   К мечте неведомой стремится...
   И вот уже весь мир дымится,
   И реки черные текут...
   А люди плавят, рубят, жгут
   Богатства дивные природы
   И превращают их в отходы.
   В каких-то полтораста лет
   Всему живому злобный гений
   Стал человек, узнав секрет
   Внутриатомных превращений.
   2.4
   Так что же люди дальше ждут,
   Что человек творит и строит,
   К чему весь этот адский труд,
   Что трат таких бесценных стоит?
   Иль стал вкуснее каравай,
   Иль всех тепло жилища греет?
   Нет, лишь Молох войны жиреет
   И требует: "Давай, давай".
   Не разбираясь в разных расах,
   Он пьет их кровь и ест их мясо,
   Дрожа от жадности, и ждет,
   Когда же он весь мир сожрет.
   1982г.
   * * *
   Зачем, скажите, мне дрожать
   И перед кем-то унижаться,
   Ей-ей, мне нечего терять
   И не за что бояться.
  
   Я сам - все достояние мое,
   Богатство мною не нажито,
   Все, что имею, - лишь ружье,
   И то оно избито.
  
   А жизнь мою, кому она нужна
   Нет мести кровной и дуэли,
   И смерть лишь та страшна,
   Что застает в постели.
   Апрель 1983г.
   * * *
  
   Хоть мир широк, но некуда в нем деться,
   Застряв в тягучей круговерти дел,
   Я не успел на женщин наглядеться
   И белый свет увидеть не успел.
  
   Укрыты тайной солнечные дали,
   Долины гор, умытые росой.
   Они меня, быть может, ожидали,
   А я же шел совсем другой тропой.
  
   Людской содом не терпит прорицаний,
   Спешит за легкой славой и вином.
   Он - здесь, я - там, но суть моих желаний
   Лежит, наверное, совсем в ином.
  
   За годом год уходят без печали,
   Глубины скрыты толстым синим льдом,
   Крупица же того, о чем мечтали,
   Добыта лишь упорством и трудом.
   Весна 1983г.
  
   ГИМН БРАКОНЬЕРОВ
  
   Всех открытий пионеры,
   Бесприютный, дерзкий люд,
   Браконьеры, браконьеры
   Впереди всегда идут.
  
   Не надеясь на кого-то,
   Только сам, - и в этом суть,
   Через горы и болота
   Браконьер проложит путь.
  
   И не надо ему много,
   Ему б только посмотреть:
   Где там семга под порогом?
   Что там делает медведь?
  
   Ему б лишь в тундру забраться,
   Чтобы только иногда
   Сквозь прицел полюбоваться
   На олении стада.
   1983г.
  
   ПЕСНЯ
  
   Посмотри, уж солнце село,
   Тело ласки просит,
   А тебя, мой друг, без дела
   Где-то дьявол носит.
  
   По лесам и по болотам
   Любишь ты шататься6
   Не дает тебе охота
   С милой целоваться.
  
  
   Только утро наступает,
   Вновь ты за свое,
   Так тебя и подмывает
   Взяться за ружье.
  
   Уж пора бы стать степенным
   И серьезным стать,
   А не мчаться оглашенным
   В белый свет пулять.
   1983г.
   * * *
   Зачем мне хмельное застолье,
   Зачем мне друзья и враги?
   Мне нужно степное приволье,
   Мне нужно раздолье тайги.
  
   Уютность жилья городского
   Всегда променять я готов
   На рокот прибоя морского,
   На запах цветущих лугов.
   Апрель 1983г.
   * * *
   Я - человек чуть-чуть беспечный,
   Люблю опасности и риск,
   Но... страшен мне тайги известный
   Томящий комариный писк.
  
   Я хоть куда, когда в ударе,
   Танцую- любо посмотреть,
   Играть умею на гитаре
   И на привалах песни петь.
  
   Я не храплю, со сном в порядке,
   Засну, хоть лежа на доске,
   Но тяжко мне лежать в палатке,
   Как куль завернутый, в мешке.
  
   Поход любой мне - детский лепет,
   Здоров, как бык, еще пока,
   Но бьет меня душевный трепет
   Всего от вида рюкзака.
  
   Ни вьюг зимой, ни зноя летом
   Я, закаленный, не страшусь,
   Но как-то так при всем при этом
   Я дома в отпуск остаюсь.
   1983г.
  
   ЗНАТОК И ТОК
   ( Быль )
  
   Один знаток
   Пришел на ток,
   В засидке разместился
   И тотчас "приложился".
  
  
   Еще знаток
   Хлебнул разок,
   Но не в угоду чреву,
   А только "для сугреву",
  
   Затем знаток
   Вздремнул чуток -
   Не много и не мало,
   Да только солнце встало,
  
   К утру знаток
   В тулупе взмок...
   И тут через дремоту
   Он вспомнил про охоту.
  
   Зевнул знаток
   И взвел курок,
   Просунул ствол в бойницу,
   А там не видно птицу.
  
   Вздохнул знаток -
   "Не в птице прок,
   Подумаешь, награда,
   Потом щипать их надо".
  
   И вновь знаток
   Припас извлек,
   Придвинул ближе кружку
   И разложил закуску.
  
   Хлебнул знаток
   На посошок,
   На дальнюю дорожку
   И закусил немножко.
  
   Сложил знаток
   Припас в мешок -
   Прошла охота знатно...
   И зашагал обратно.
   Апрель 1983г.
  
   БАЛЛАДА О СОРОКЕ И МЕДВЕДЕ
  
   В лесу у нас недавно
   Ввели сухой закон,
   Отныне в лес с бутылкой
   Вход строго воспрещен.
  
   А коли в нарушенье
   Кто будет уличен,
   Всем прочим в назиданье
   Он будет умерщвлен.
  
   Но нам, зверью лесному,
   На те законы чхать,
   Задумала сорока
   Бутылочку достать.
  
   Кому-нибудь другому
   Вопрос бы был непрост,
   Но для чего ж сороке
   Приделан длинный хвост?
  
   Зверям известно точно,
   Как братьям во Христе,
   Что верткий ум сорочий
   Находится в хвосте.
  
   Она хвостом по лесу,
   По норам помела,
   Узнала все, что надо,
   Все сплетни собрала.
  
   Узнала, что медведи,
   Презрев сухой закон,
   Сидят себе в берлоге
   И гонят самогон.
  
   У пчел знакомых меда
   Сорока добыла,
   На самогон в берлоге
   Обмен произвела.
  
   И тотчас же о сделке
   Пошел по лесу толк,
   И услыхал об этом
   Большой законник волк.
  
   Он в деле пресеченья
   Был чрезвычайно крут,
   Сороку и медведя
   В звериный вызвал суд.
  
   Когда ж они явились,
   То грозно молвил он:
   "Сорока, безусловно,
   Нарушила закон.
  
   Такие, как сорока,
   Для всех лесов позор,
   И сокол пусть немедля
   Исполнит приговор.
  
   Ответчика второго
   Я дело рассмотрел,
   Но в действиях медведя
   Вины не усмотрел..."
  
   На строгости закона
   Мы сделали акцент,
   Так что же в правосудье
   Важнейший элемент!?
  
  
   Всему зверью лесному
   Ответ предельно прост:
   Да, у медведя лапа,
   А не сорочий хвост.
   Май 1984г.
   * * *
   Проснись, Америка, проснись!
   Когда гремел великий гром,
   К вам изредка лишь эхо долетало,
   Но вас то волновало мало -
   То русские дрались.
   Неужто тех не помнишь ран,
   Уж так давно ли это было,
   И как дрожала ты сама,
   Когда фашистская чума
   В Европе жизни уносила
   И переплыть грозила океан.
  
   Проснись, Америка, проснись!
   Проснись и вспомни все, что было,
   За что и в чем твоя вина
   И где индейцев племена,
   И то, к чему приводит сила -
   Сама попробуй разберись.
  
   Одумайся, Америка, очнись!
   Не поздно ль будет, коли час пробьет,
   Не скалься в оголтелом вое,
   Подводишь мину ты под все живое -
   Не только мы - весь мир умрет.
   Одумайся, Америка, очнись!
  
   Труба истории молчит,
   Но горн горит не только в Штатах,
   Чужие пот и кровь ты пьешь,
   И копишь золото и мощь,
   Но помни - в силе и расплата.
   А океан давно не щит.
  
   Беда, коль глупость силой правит,
   Не вычислишь конечный результат.
   К чему весь ядерный запас
   У вас, у них, да и у нас,
   Коль рваться будет - то подряд
   И ничего живого не оставит.
  
   Могилу человечество копает
   Само себе, ему все мало
   Тех средств, чтобы смогли
   Его стереть с лица земли.
   Так скорпион в себя вонзает жало
   И сам себя же умерщвляет.
  
  
  
  
  
   Так сколько сеять лишь невзгоды
   И миру страх и смерть нести?
   Еще не поздно, руки протяните
   И дружески навеки их сомкните...
   Иного нет у нас пути -
   Должны стать братьями народы.
   * * *
   Мы в чем-то, может, не правы,
   Но я не виноват,
   Что в нежной зелени листвы
   Мне видится твой взгляд.
  
   Ведь то, что я в глазах прочел,
   Того не зачеркнуть.
   И я не просто рядом шел,
   А пересек твой путь.
  
   Я знаю, было тяжело,
   Но полоса прошла,
   Наперекор, чертям назло
   Ты будешь весела.
  
   Пока огонь в груди горит,
   Пока он не потух,
   Уверен я, что победит
   Твой неуемный дух.
   * * *
   Душа о прошлых днях скорбит,
   Чего-то ей сегодня не хватает.
   Как рана старая, не так уж и болит,
   Но о себе напоминает.
   Удмуртия, 3 сентября 1984г.
   * * *
   Не велика цена рыданьям,
   Что есть, то есть, как ни крути,
   И можно ль от себя уйти,
   Укрывшись оправданьем?
  
   Года, увы, совсем не вздор -
   Жизнь растекается кругами,
   Обыкновенными словами
   Мы свой выносим приговор.
  
   Пойми, куда и как идти,
   Раздвинь зеленые просторы
   И неба звездные узоры,
   Как откровение, прочти.
  
   Заденет душу робкий стих,
   И сердце снова ждет ответа,
   На землю стелет бабье лето
   Постель из листьев кружевных.
  
   Любовь, как битва - кто кого,
   Лучом сверкнуло шпаги жало,
   Нет счастья много или мало,
   Оно иль есть, иль нет его.
  
   Не все равны у жизни грани.
   Так драгоценное вино,
   Казалось бы, не все ль равно,
   Из кубка пить иль из лохани?
  
   Песенка
   Как с здоровьем плохо стало,
   Манька что-то заскучала -
   Ты, Ванек, давай лечись,
   Или спортом, друг, займись.
  
   Спорт, так спорт, а что я, рыжий?
   Приобрел компакты - лыжи.
   В детстве я летал во сне,
   Значит, и фристайл по мне.
  
   Вот на горку я забрался,
   Побыстрее разогнался,
   Оттолкнулся, в небо взмыл,
   Да сальто не докрутил.
  
   Я теперь чихнуть боюся,
   Сильно я на лыжи злюся,
   Как меня вы подвели -
   На фиг Маньке костыли?
  
   Ох уж, нынешние нравы,
   Нет на наших баб управы,
   Хоть разбейся, но уважь,
   Коль у ней такая блажь.
   1984г.
   * * *
   Растекается клубами
   Пар над стылою землей.
   За лесами, за полями
   Затерялся образ твой.
  
   Осень, слякоть и ненастье,
   Ветер плачется тоскливо,
   Видно, больше нет несчастья,
   Знать, что в прошлом был счастливым.
   22.10.1984г.
  
   Друг к другу нас, может быть,
   То и влекло,
   Что вместе с тобою
   Мы - хлад и тепло.
   4.06.1984г.
  
  
   РИКША
  
   Я - рикша, у меня одна забота
   Коляску пыльной улицей катить.
   Хорошее есть в жизни, может, что-то,
   А я проснулся, чтоб лишь день прожить.
  
   Вдохнув туман, до печени проникший,
   И ощутив, как пятки жжет роса,
   Я вывожу свою машину - рикшу,
   Оглобли и два ветхих колеса.
  
   Бывает мне и горько и обидно
   И больно от ударов кулака,
   А я молчу, мы ко всему привыкши
   И лишь призыв услышу: "Эй ты, рикша",
   Везу, как лошадь, рысью ездока.
  
   Я пробежал аж до конца Вселенной,
   Чтоб меди горсть на ужин накатать,
   А на ночь оставляю две иены,
   Чтоб как-нибудь в ночлежке переспать.
  
   Тому, кто бос, тому, кто ходит голый,
   Не дарят снисхожденья небеса.
   И даже ночью через сон тяжелый
   Все вертятся два ветхих колеса.
   1985г.
   ***
   Душа, закованная в латы,
   Холодной стала и пустой.
   Приемлю радость головой,
   А сердцем - радость и утраты.
  
   Меж нами жизнь и две версты,
   И сердце в стиснутой ладони,
   Плывут в густом тумане кони,
   Как символ призрачной мечты.
   Апрель 1984г.
   * * *
   Пусть быстротечен жизни срок,
   Бродяга я, легко мне всюду,
   Струит береза сладкий сок
   В мою походную посуду.
  
   Что до того мне, что ей больно,
   Что в ее плоть топор вонзил.
   Мне это нужно - и довольно.
   Я свою жажду утолил.
   Апрель 1984г.
   * * *
   "Родилась ты в июне,
   А я - в январе,
   Ты - в зелени юной,
   А я - в серебре."
   В. Солоухин
  
   Мы год разделили
   С тобой пополам:
   Я - ближе к морозам,
   Ты - ближе к цветам.
  
  
   Мне вьюга досталась
   И холод снегов.
   Ты ж слушаешь песню
   Цветущих лугов.
  
   СЕРЕНАДА
  
   Зелень лесов, пение птиц -
   Нам за любовь награда.
   С тобою идем мы под дождем
   Вешнего звездопада.
  
   Песни слова шепчет трава,
   Вторят деревья хором.
   Прядью лучей выткан ручей
   Нежным цветным узором.
  
   Луч за рекой, сонный покой
   Нежит ночей прохлада.
   В нашей душе тихо звучит
   Лунная серенада. 1986г.
   ПЕСНЯ
   (на манер французской)
   Плывут туманы в ночи,
   Кричат в ветвях грачи,
   Снова другом приходит весна,
   Только ты молчишь,
   Но ты еще молчишь.
  
   Я зиму долгую ждал,
   Тебе писал стихи,
   В них я все о любви рассказал,
   Но только где же ты,
   Но только где же ты.
  
   Засыпан снегом увал,
   Кто знает, что нас ждет,
   Только снег под кантами скрипит,
   Только ветер жжет,
   Лицо мне ветер жжет.
   Чегет, март 1986г.
   * * *
   В день зимы иль день весенний,
   Но когда наступит срок,
   За любовь вступив в сраженье,
   Всяк на свой приходит ток.
  
   Новой жизни зарожденье -
   Миг трагичен и велик,
   В честь ее, весь нетерпенье,
   Песнь выводит токовик.
  
   На току ж закон известен:
   В бой вступил, так кто кого,
   Но во время брачных песен
   Беззащитней ты всего.
  
   Битвы правила нетленны:
   Жизнь иль смерть - одно из двух;
   В песне ж есть одно колено,
   Когда ты и слеп и глух.
  
   Только где в любви есть ясность? -
   Мир прекрасен и жесток...
   И певец, презрев опасность,
   Прилетает на свой ток.
   1986г.
  
   * * *
   Над бескрайнею тундрою
   Голубой разлился свет.
   Как же жалко мне порою,
   Что тебя со мною нет.
  
   Как красив он, край олений,
   Без дождя, без комаров,
   Когда стелется осенний
   Яркий тундровый покров.
  
   Но со страхом представляю,
   Что со мною ты бредешь,
   Когда тундру полоскает
   Бесконечный нудный дождь.
  
   Иль когда от насекомых
   В светлый полдень меркнет свет,
   В дни, когда всему живому
   Ни на миг покоя нет.
   1986г.
   * * *
   Не многого хочу от песенки своей,
   Но, может, в струнах что-то отзовется
   И сердце чье-то в унисон забьется,
   И станет кто-то хоть немного, но добрей.
  
   По-новому взойдет под сень ветвей,
   Почувствует дыхание природы,
   Подумает, куда уходят годы,
   И станет больше, может быть, ценить друзей.
  
   Как часто мы бездумно зло творим,
   По мелочам хитрим, лукавим,
   Исподтишка друг другу ножку ставим,
   А в час опасности молчание храним.
  
   К добру и злу - лишь шаг через порог,
   И этот шаг мы выбираем сами.
   Добро и зло своими мы творим руками,
   Но жизнь когда-то подведет итог...
   1986г.
  
  
  
  
   ПЕСНЯ
  
   Прошагать осталось нам немного
   Верст пути, отмеренных судьбой.
   Я хочу, чтоб трудная дорога
   Нас не потянула на покой.
  
   За калиткой белая береза,
   Старый клен, цветущий иван - чай,
   Для кого-то это просто проза,
   Для меня же - мой любимый край.
  
  
  
   Мы всю жизнь стремимся за деньгами,
   Ставим смыслом жизни барахло,
   И все больше с мудрыми годами
   Держит трезвость мысли за крыло.
  
   Чтобы за Иудину полушку
   И себя и мир не потерять,
   Я хочу свою большую кружку
   За себя и за друзей поднять.
  
   Может, мы наивны, словно дети,
   Может, верность для кого-то вздор,
   Только выше всех наград на свете
   Шепот рек и тундровый простор.
   1987г.
   * * *
   Говорила при разлуке:
   "Ты люби меня и жди."
   Виноваты в этой муке
   Эти черные дожди.
  
   С туч несутся вниз потоки,
   Словно мир хотят залить,
   Ангел мой зеленоокий,
   Я хочу тебя любить.
  
   Ветер с моря налетает,
   Тучи хочет разогнать.
   Он, наверно, понимает,
   Как хочу тебя обнять.
   1987г.
  
   РОМАНС
  
   Летний рассвет и росные травы,
   Старый, тенистый, запущенный пруд,
   И облака над уснувшей дубравой
   Белою пеной неспешно плывут.
  
   Сонное сонно, а зримое зримо -
   Солнце надеждой над миром встает.
   Запах лугов и чуть горького дыма
   Снова в безвестные дали зовет.
  
   Ласке деревья внимают корою,
   Люди без ласковых слов не живут.
   Тихо из сказки уходят герои,
   Старые песни не часто поют.
  
   В струях бегущих сбивается пена,
   Яркие строки рождает перо.
   Будни любовь не пускают из плена,
   Будничный ритм заменяет добро.
   Июнь 1988г.
  
   ГРУСТНАЯ ПЕСНЯ
  
   Костром на далеком бору
   Осенние клены зардели,
   Под вечер на красном яру
   Старинные песни запели.
  
   Разлился знакомый напев -
   Созвучен стон песни ненастью,
   Закончилась жизнь, не успев
   Хотя бы притронуться к счастью.
  
   Пожухла на взгорках трава,
   Листва на осинках опала,
   Прощальные слышу слова,
   Которые ты мне сказала.
  
   Положено осенью жать,
   А птицам на юг собираться,
   Но больно их в путь провожать
   И с прошлым мне трудно расстаться.
  
   Знаком и мотив и слова,
   И тропка под мокрой листвою.
   Была ты, конечно, права,
   Когда распрощалась со мною.
   1988г.
  
   НАША ПЕСНЯ
  
   От привычного ритма и привычной работы,
   Вечный лес, прихожу я к тебе, словно в храм.
   Исцеляешь ты все - и тоску и заботы,
   Исцеляюсь с тобой я и сам.
  
   Я по талому снегу и лужам бреду,
   Восхищаюсь отважным цветком медуницы.
   У костра я на угли устало гляжу,
   И не надо совсем никуда торопиться.
  
   Достоянье мое - лишь рюкзак да ружье,
   Я богат, если выстрел удачный случится.
   Неуютное, вроде, в палатке житье,
   Только эта палатка в Москве будет сниться.
  
   Можно жизнь просидеть за столом среди стен,
   Озабоченным важными с виду делами.
   И не слышать тайгой сочиненных поэм
   И не видеть вершин, занесенных снегами.
  
   Тянет плечи и душу тяжелый рюкзак,
   Пот соленый по векам припухшим катится.
   Что ты бродишь по дебрям таежным, чудак?
   Что в уютной квартире тебе не сидится?
  
  
   ПЕСНЯ
  
   Над Белым морем закружился снег,
   Закрыло мглою вздыбленные льдины.
   У нас единый азимут на всех,
   И мы судьбой бродячею едины.
  
   Нас крепко держит ледяной припай,
   Но еще крепче дружба нас связала,
   И коль ломалась льдина невзначай,
   То неизменно дружба выручала.
  
  
   Нас манит путь, а не пустой покой,
   Нас не пугает тяжкая усталость.
   И все, что породнило нас с тайгой,
   Таким же неразгаданным осталось.
  
   Рюкзак тяжел, но цель пути ясна,
   И не гнетут привычные заботы.
   Нас радует пришедшая весна
   И запахи раскисшего болота.
   1988г.
   * * *
   Да, мы заряжены романтикой охоты,
   Мы увлекаемся всесильною мечтой,
   И потому разливы, хляби и болота
   Не омрачают нашу радость встреч с тайгой.
  
   Здесь нет завистливых начальников и служек,
   Здесь каждый может быть всегда самим собой.
   Чем мы сильны - так это нашей дружбой,
   Тем, что родились под охотничьей звездой.
   1988г.
   * * *
   Во время оно почивал
   Бог в мягких облаках - перинах,
   И мир от скуки изваял
   Из собственной слюны и глины.
  
   Когда же от трудов устал
   И вдохновенье истощилось,
   Он огляделся и сказал:
   "Ну что ж, неплохо получилось."
  
  
   А новый мир благоухал,
   Все в нем росло и расцветало.
   Но время шло, Бог осознал,
   Что в нем чего-то не хватало.
  
   Все так же солнышко светило,
   Шел по земле за веком век,
   И Бога как-то осенило,
   Что нужен миру Человек.
  
   Прополоскав усы в вине,
   Бог миру возвестил программу:
   "Пусть будет он подобен мне
   И пусть зовут его Адамом."
  
   И вот с дубиною и луком
   По горным кручам и лесам,
   С зверьем сражаясь и со скукой,
   Один скитается Адам.
  
   Но время шло, он стал угрюмым
   И как-то крикнул Самому:
   "- Эй, Бог раскинь умом, подумай,
   Мне что-то скучно одному.
  
   Мне так все в жизни надоело,
   Что хоть ложись и помирай,
   Меня ты создал - это дело,
   Теперь и женщину создай.
  
   Такую, чтобы мир в ней слился,
   Чтоб я ее всегда желал,
   Любовь ее постичь стремился
   И никогда не постигал."
  
   "Ты сам не ведаешь, что ждешь,-
   Так бог сказал, простерши руки.-
   - Просил ты женщину, ну что ж,
   В ней обретешь любовь и муки."
  
   И с той поры прошли года,
   Но Бог тех слов не забывает,
   И ныне, так же, как всегда,
   Любви без муки не бывает.
  
   И будь ты раб иль королева,
   Китаец, русский иль саам,
   Но ...как нужна Адаму Ева,
   Так Еве надобен Адам.
   1988г.
   * * *
   Вода горит в дорожке лунной,
   На землю искры звезды льют.
   Мои серебряные струны
   О чем-то ласково поют.
  
  
   В неясной дымке тонут дали,
   Чуть шепчет ветер в камышах,
   Застыла боль немой печалью
   В твоих задумчивых глазах.
   1988г.
   * * *
   Несешь рюкзак и дышишь тяжело,
   И кажется, что в этом виноваты
   Твои друзья, твои ребята,
   И что им в чем-то больше повезло.
  
   Несешь рюкзак, а лямки плечи жмут,
   И топь от ног вздыхает сочно,
   И кажется, что азимут неточен,
   И тот виновен, кто ведет маршрут.
  
   Несешь рюкзак, и тикает в висках,
   Что ты напрасно в этот путь собрался,
   Что лучше б в Ялте морем наслаждался
   Иль любовался видами в горах.
  
   Но вот костер, копченый котелок,
   А рядом чуть трепещется палатка,
   И чай такой с устатку сладкий,
   И дым относит легкий ветерок.
  
   И все обиды ветром унесло.
   Опять вокруг твои друзья - ребята.
   Играет в ветках яркий луч заката,
   А на душе и чисто и светло.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   В тайге сейчас и не пройти и не проехать,
   Там можно лишь на пузе проползти.
   Раскисли хляби под еловым мехом,
   И ноги промерзают до кости.
   1989г.
   * * *
   ПЕСНЯ
  
   Не сбываются наши желания,
   Осыпаются росы, звеня,
   Заплетает судьба ожидания
   В серебристую гриву коня.
  
   Есть о чем-то мечта - тому верится,
   Что вода ручьевая чиста,
   Что любая беда перемелется
   На чело наложеньем перста.
  
   Не томи ты меня предсказанием,
   Что недлинен отрезок пути.
   Не смущай меня новым свиданием
   И за горечь обиды прости.
  
  
  
  
   Вот уж скоро поля заколосятся,
   Пожелтеют под солнцем листы
   Незаметно с годами уносятся
   Наши свитые детством мечты.
   Май 1989г.
  
   ИНТИМНАЯ ПЕСНЯ.
  
   Зажгите свет интимный в зале,
   Вас приглашаю танцевать...
   Когда же мы чужими стали,
   Хочу сегодня я узнать.
  
  
   Глаза туманятся в укоре,
   И сердце бьется под рукой,
   Но музыка умолкнет вскоре
   И мы расстанемся с тобой.
  
   Щеки коснулся легкий волос,
   Блеснул звездой твой быстрый взгляд,
   И задрожал внезапно голос,
   Как много лет тому назад.
  
   Ах, как таинственно и скоро
   Мелькнуло счастье мимо нас,
   Закат холодной, серой шторой
   Закрыл ушедшее от нас.
   1989г.
   * * *
   Две единицы - вместе мы не пара,
   Кто различит, где истина, где вздор?
   Но, уходя, чтоб не было пожара,
   Не позабудь залить костер.
  
   Журавль высоко, а вблизи синица,
   И для нее смертелен этот жест.
   Не трать заряд, он может пригодиться,
   Чтобы на всем поставить крест.
  
   Как не крути, а все живое тленно,
   И не отринуть мыслей ворох прочь.
   Закат сгорит, как на огне полено,
   И в серый пепел обратится ночь.
  
   Спустилась темь, и все вокруг заснуло,
   Но для всего приходит крайний срок.
   Зрачком холодным грозно смотрит дуло
   На птицу, прилетевшую на ток.
  
   Так все незримо вертится в природе,
   И вечный круг безжалостен и скор;
   Ты только лишь в начале жизни, вроде,
   А уж тебе подписан приговор.
   1989г.
  
  
   ПЕСНЯ
  
   Ласка мне, что для ребенка сласти,
   Плачу я, судьбу свою кляня.
   Снова мое призрачное счастье
   Словно отвернулось от меня.
  
   Жизнь не принесла мне откровений,
   Все, что было, было позади.
   Только сердце, как листок осенний,
   Бьется одинокое в груди.
  
   За окном опять похолодало,
   Серебром заискрилась хвоя.
   Ах, когда ты мимо пробежала,
   Молодость беспечная моя?
  
   Знаю я, изменчива погода,
   Будет лето, будут холода,
   Но огонь вечернего захода
   Тушит в волнах стылая вода.
   * * *
   Ты прости меня, что я покуда жив,
   Что не умер в этом мире зла и боли,
   Подчиняясь чьей-то грозной, злобной воле...
   Ты прости меня, что я покуда жив.
  
   Я молчал, и потому живу,
   Ну, а те, кто хоть о чем-то говорили,
   На земле совсем немного погостили
   И лежат теперь в холодном, мрачном рву.
  
   Ты прости меня, что я покуда жив,
   Я плачу себе презрением за это,
   Что я здесь, на этом бренном свете,
   Ты прости меня, что я покуда жив.
  
   Ты прости, что не хватило сил,
   Что я где-то в стороне остался,
   Что сломать себя не попытался,
   А безропотно и безупречно жил.
  
   Для меня и для других земля
   И одна на всех святая воля...
   Только лишь неоднозначна доля,
   Только лучших прибрала земля.
  
   Ты прости меня, что не хватило сил,
   Что не мог решиться на поступок.
   Сколько в жизни было бесполезных суток,
   По которым я бессмысленно скользил.
   Май 1989г.
  
  
  
  
  
   ПЕСНЯ
  
   Ранний багряный рассвет,
   Лыжный сверкающий след,
   Синие тени елей,
   Трубный призыв журавлей.
   Шепчется с ветром сосна -
   Это приходит весна.
  
   Припев:
   Ждать тебя буду в апреле я,
   Карелия, Карелия;
   Ждать тебя буду в апреле я,
   Карелия,..
  
   Скоро заветный ручей
   С звонкою песней своей,
   Темный нахмуренный бор,
   Искристый, жаркий костер,
   Зыбкий морской ветерок,
   Первый березовый сок...
  
   Припев.
  
   Здесь, где приливный раскат,
   Гуси на няше кричат;
   Здесь от зари до зари
   Правят турнир глухари;
   Здесь, где ликует весна, -
   Мне и друзьям не до сна.
  
   Припев.
   1989г.
  
   ПЕСНЯ
   Кого-то зовет бригантина,
   Просторы чужих морей,
   Таверны портов и вина,
   Экзотика дикарей.
   Там волны пассат вздымает,
   На румбе иль зюйд, иль вест,
   А в небе средь звезд мерцает
   Таинственный Южный крест.
  
   Нет, не прошу я много,
   Не надо мне мачт и рей...
   Всего лишь прошу дорогу
   И верных в пути друзей.
  
   Нам же милей разливы
   Северных быстрых рек,
   Кустики чахлой ивы,
   Мокрый весенний снег.
   Воздух пьяняще сладкий,
   Легкий мороз с утра,
   Палатка в густом распадке,
   Дымный уют костра.
   Припев:
   Ветер берет синкопы,
   Ноты - звериный след,\
   Ведут нас по жизни тропы,
   Которых на карте нет
   Нам дождь освежает ,
   Им быт городской весь смыт.
   Бодрит нас жара и стужа
   И весь горизонт открыт
   Припев:
   Нет грусти в открытом взоре,
   Не видевшем многих стран,
   Тундра для нас - это море,
   Тайга - это океан.
   Речные гремят пороги,
   Для нас бездорожья нет,
   Двигатель - наши ноги,
   Рюкзак- это наш корвет.
   Припев
   Хлебная, Сиг, Паньгома,
   Кольский, Сибирь, Урал,
   Пялица, Кейвы, Андомы,
   Гребни Чапомских скал.
   Наших маршрутов сложных
   Это неполный счет.
   Версты путей тяжелых
   Длились из года в год.
   * * *
   На холме, во граде стольном
   Ввысь взметнулась колокольня...
   Был когда-то град тот свят,
   Но замолк его набат.
   Стала ныне та гора
   Не хранилище добра,-
   Ныне все тут изменилось -
   Зло во храме разместилось.
   Здесь теперь не божий суд,
   Здесь людей пытают, жгут,
   Души смертных растлевают,
   Колют, режут, бьют, стреляют.
   И смеются палачи:
   "Вот он храм - молись, кричи.
   Только он тут не поможет,
   Да и божье слово тоже.
   Вам предел положен тут,
   Мы вам Бог и Божий суд."
   Так всегда и всюду было:
   Правят палка, кнут и сила.
   Все правители - вожди.
   От добра ж добра не жди.
   У добра - всего лишь слово,
   Зло ж жестоко и сурово.
   Зло всегда предлог найдет,
   Чтоб добру замазать рот
   И затем низвергнуть в прах...
   Так что сила не в словах.
   1989г.
   * * *
   Растворяется в сумерках даль,
   Вместо золота тусклая сталь
   Заслонила все дни сентября...
   Я так ждал эту осень..., а зря.
   1989г.
   * * *
   Опять горит костер прощальный,
   Бубнит расстроенно вода.
   Прощай, прощай, мой Север дальний,
   Еще на год, иль навсегда.
  
   Прощай, тайга, и вы, пороги,
   Ведь с вами мы давно на ты,
   Бросают золото под ноги
   Березок низкие кусты.
  
   Теперь по тундре мокрой, вязкой
   Пройти сумеет лишь олень.
   Мелькнула осень, словно сказка,
   Мелькнула, как единый день.
  
   Прощай, рыбалка и охота,
   Палатка - мой любимый дом,
   Нас ждет привычная работа
   За опостылевшим столом.
   1989г.
   * * *
   Заплакать бы, да мне не больно,
   Не от того ли грустно мне,
   Что не летать уж птицей вольной,
   Не петь куплеты при луне.
   1990г.
   * * *
   Развевает ветер вешний
   По поляне дым.
   Вот и стал я, друг сердечный,
   Старым и седым.
  
   В этом мне пора признаться,
   Коль на то пошло,
   С рюкзаком в лесу болтаться
   Стало тяжело.
   1990г.
  
   ПЕСНЯ
  
   Зелень лесов, пение птиц -
   Нам за любовь награда.
   С тобою идем мы под дождем
   Летнего звездопада.
  
   Песни слова шепчет трава,
   Вторят деревья хором.
   Прядью лучей выткан ручей
   Нежным цветным узором.
  
   Луг за рекой, сонный покой
   Нежит ночная прохлада.
   В сердце моем тихо звучит
   Лунная серенада.
   1990г.
  
   ПЕСНЯ
  
   Как часто в сказки верим мы,
   Все ждем чудес, боимся тьмы.
   А день придет,
   И час пробьет,
   Когда негаданное вдруг произойдет.
  
   А миг не ждет,
   Лучом скользнет,
   Когда волшебник твое счастье принесет.
  
   Рассыпав звезды по лугам,
   Он скажет радостно: "Сезам".
   Скажу тебе,
   Тебе одной,
   Что в твоей жизни приключиться суждено:
   Найдешь ли клад,
   Сойдешь ли в ад,
   Иль это просто в кубке пенится вино.
  
   Лови же миг, пока он тут,
   Иль его ветры унесут.
   Лови удачу
   И судьбу.
   Они являются нам в жизни только раз.
   А коль поймал,
   Не отпускай,
   Даются в руки они в жизни только раз.
   Июль 1990г.
  
   ПЕСНЯ
   Осыпав ржавые листы,
   Другим предстал мой тополь чудный.
   И стали истины просты,
   Пройдя сквозь сито жизни трудной.
  
   Нам не уйти от красоты -
   Творящей силы наших будней,
   Звенящих слов и высоты,
   Повисшей в мареве полудня.
  
   Как ни расчерчивай круги,
   Исчезнет след в пыли забвенья.
   Как луч тепла ни береги,
   Растает он в вечерних тенях.
  
   Туманен взор от духоты,
   Не разглядеть примет былого...
   Где сами мы, а где сыны -
   Явленье времени другого.
  
   Не ходят вместе пир и пост,
   Не видно небо через шторы,
   Не перекинуть крепкий мост,
   Не возведя под ним опоры.
   16.01.1990г.
   * * *
   Ослепило глаза порошей,
   Ветер шепчет: "Забудь, забудь."
   На душе с непосильной ношей
   Не протянешь по жизни путь.
  
   Не ропщу, не тужу, не каюсь,
   Что был счастия миг так скор,
   Что напрасно разжечь пытаюсь
   Прогоревший любви костер.
  
   Но забыть нет ни сил, ни воли,
   В том себя проклинаю сам,
   Что до горькой саднящей боли
   Тянет к жарким твоим губам.
  
   Для чего, для кого хранимым
   Обращаюсь к своим стихам.
   Ухожу я, не став любимым
   И не веря твоим слезам.
   Декабрь 1990г.
   * * *
   Такая выпала подлянка,
   Не жизнь пошла игра в орлянку...
   Судьба ж в глаза глядит с усмешкой:
   Как ни мечи - все будет решка.
  
   Эх, кабы мог начать я снова,
   С судьбой сыграл бы в подкидного.
   Глядь, и при мелких козырях
   Не оказался б в дураках.
  
   Я на крапленую колоду
   И грош бы не поставил сроду,
   Но я был вынужден, тем паче,
   Что не моя была там сдача.
  
   Ни случай глупый, ни слеза
   Не принесли мне три туза,
   А выпала мне дама пик...-
   И всем моим надеждам - пшик.
  
   Ах, как же тот отсчет условен,
   Кто чист, кто прав, а кто виновен,
   Кто уловил свой звездный миг,
   А кто остался при своих.
  
   Я понимаю, чьи тут песни,
   Их не пропеть мне, хоть ты тресни...
   Не для меня их жесткий слог...
   И дирижер суровый строг.
  
   Я возвращаюсь, как на битву,
   Не для того, чтоб петь молитву,
   А чтоб пройти последним днем
   И не покаяться потом.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Да, тот по крупной не играет,
   Кто каждый грош в кону считает.
   А я не смог бы жить иначе...
   Пусть сорван банк, но я не плачу.
   Февраль 1990г.
   * * *
   В глубине запустелого парка,
   Где уныло сутулится клен,
   Чуть виднеется белая арка,
   Словно отблеск минувших времен.
  
   Сбита роспись лепного портала,
   Бюст разбитый лежит под кустом,
   Как случилось, что так обветшала
   Наша память о времени том?
  
   Храм сжигая, чему мы смеялись?
   Кто же нам заморочил умы?
   Как случилось, что так надругались
   Над своею же Родиной мы?
  
   Кто мы есть, кем мы будем, кем были?
   Даже думать об этом боюсь.
   Как случилось, что мы позабыли,
   Что Святою звалась наша Русь?
  
   Я гляжу, как бежит расстоянье
   Между явью и тягостным сном,
   На коленях стоит покаянье,
   Но не тех, кто виновен во всем.
   Валуево, май 1990г.
   ПЕСНЯ
   Наплыли тучи, дождь пошел,
   Деревья ветер низко гнет.
   Твой светлый день, как солнца луч,
   К тебе негаданно придет.
  
   Не обольщайся, не спеши -
   Всему на свете есть свой счет;
   Что рок припас, что суждено,
   То день грядущий принесет.
   1990г.
   НОСТАЛЬГИЯ
   По Уралу мы гуляли,
   На Кожиме мы бывали...
   Рай душе, но наше тело
   Дождь мочил и солнце грело,
   И вспотевших от жары
   Жрали тучей комары.
  
  
   Побывали мы на многих
   Перевалах и порогах.
   Бог был в помощь и весло,
   Или просто повезло:
   Никого не утопили
   И байдарки сохранили.
  
   Уток - сотнями стреляли
   И гусей не пропускали...
   Это было. А теперь
   Нас волнует крупный зверь,
   Чтоб на зорьки не ходить,
   Не щипать и не палить.
  
   Чужды спесь нам и бравада,
   Мы охотники, что надо,
   А с сноровкою такой
   Лес для нас, что дом родной.
   Только мы не любим что-то
   Хляби, топи и болота.
   ~~ ~~ ~~ ~~
  
   Мы поем туризму оды,
   Только жаль, минули годы:
   В рюкзаках хранится хлам
   И шашлык не по зубам.
   Ищем мы теперь удачу
   Между грядками на даче.
   1990г.
   * * *
   Там в высоте такой простор,
   А в нем душа моя нетленная.
   Когда откроется Вселенная,
   Я самолет куплю ковер.
  
   Купаясь в солнечной пыли,
   Он, может быть, и поизносится,
   Когда по воздуху проносится
   Над чадом страждущей земли.
  
   Зачем высокие слова -
   Все предначертанное сбудется,
   Холодным воздухом остудится
   От снов горячных голова.
  
   Опущен парус, пуст ковчег,
   А твари все друг другом кормятся,
   Земное чрево злобой полнится,
   Но высший суд един для всех.
   30.06.1990г.
   * * *
   Свети, Полярная звезда,
   Гори, маяк мой путеводный,
   В тайге суровой и холодной
   Была надеждой ты всегда.
  
  
   Свети, Полярная звезда,
   Я без тебя в борьбе смертельной
   Кружился в тундре беспредельной
   Все эти долгие года.
  
   Всему назначены пути,
   И их концы, и их начала,
   И что звезда предначертала,
   То и придется мне пройти.
   1990г.
   * * *
   Глупцам остаются медали,
   А нам признанье не дано,
   А мы от глупости устали,
   Для нас призвание - вино.
  
   Колышет ветер тень деревьев,
   Скользит по лужам серый мрак,
   Так кто ж, скажи, кого лелеет?
   Какой во тьме родится злак?
  
   Заплошным воли и не видно,
   Им счастье бледное дано...
   Но почему-то мне обидно,
   Когда так искрится вино.
  
   Слова, слова, а где же разница
   Меж нами, Богом и зверьем...
   Кому-то слава только дразнится,
   А к ней причастных жжет огнем.
  
   Запой, не медли, песня просится,
   Твой голос издавна знаком.
   Не все, что должно, произносится,
   Когда неведомого ждем.
   1990г.
   * * *
   В синеве тундровой дали,
   На изгибе быстрой речки
   Кто-то бережно расставил
   По пригорку елки - свечки.
  
   И когда чуть-чуть смеркает,
   Словно в храме по-старинке,
   На закате зажигает
   Солнце острые вершинки.
   1990г.
   * * *
   Запотела сталь кинжала,
   Разве мало, разве мало
   Теплой кровью тебя согревал
   Этот старый, холодный кинжал?
   Нет былой усмешки жала,
   И решимости не стало,
   Затупилась бесстрашная сталь,
   Истончилась, истерлась,... а жаль.
   1990г.
   ШАБАШИ
   Лунной полночью устраивают
   Духи леса шабаши,
   То визжат, то будто взлаивают,
   Мне кричат: "А ну, пляши".
  
   Сапоги в росе размачивают,
   Пляшут черти на лугу
   И меня они не спрашивают,
   Я могу иль не могу.
  
   Ноги сами вытанцовывают:
   "Эй, пляши, пляши, не стой!"
   Меня ведьмы очаровывают
   Неземною красотой.
  
   Лунный свет их словно спаивает,
   Прямо в глотки блики льет.
   И еще сильней наяривает
   Весь лесной дремучий сброд.
  
   Белой пеной волны сдабривая,
   Варит пиво водяной.
   За русалками подглядывает
   Старый леший с бородой.
  
   Те ж хвостами поворачивают,
   Чтоб блестела чешуя, -
   Мертвецов в реке размачивают
   И глотают, не жуя.
  
   На вниманье их рассчитывают,
   На взаимность, меж кустов
   Бесы хитрые разыскивают
   Для русалок простаков.
  
   Крепким зельем ведьм накачивает
   Под ракитой домовой,
   Закусон себе заначивает
   Чертененок озорной.
  
   Только к утру растворяются,
   Продолжаясь три часа,
   Ночью лунной вытворяются
   Вот такие чудеса.
   1990г.
   ПЕСНЯ
   Коль путь долог - не спеши,
   Коли трудно - не пиши,
   Коль не можешь - не тащи
   По тайге рюкзак.
  
   Коль промокнешь - не горюй,
   Коли высох - не ликуй,
   Коль устанешь - не психуй,
   А коли чурбак.
  
   Есть костер, и есть тепло,
   Выпил чуть, а развезло,
   Значит, в чем-то повезло,
   Значит, все - о`кей.
  
   По болотам, по лесам,
   По лугам и по холмам
   Ты сюда забрался сам
   С помощью друзей.
  
   Кажется - маршрут не тот,
   Мало троп, полно болот
   И вдобавок дождик льет...
   В общем, все не так.
  
   Но... не ловчил ты, не хитрил,
   Не стяжал и не копил...
   В общем, честно заслужил
   Звание - чудак.
   1990г.
  
   ГИМН РОССИИ
   В стране беспредельных просторов,
   В стране необъятных широт,
   Сложился и вырос суровый,
   Могучий Российский народ.
  
   Рабами не были, не станем,
   Впитав с молоком, наизусть -
   Мы - дети просторов, славяне,
   И мать наша - вольная Русь.
  
   Нам в годы страданий лихие
   Немало пришлось испытать.
   Россия, Россия, Россия,
   Тебя не согнуть, не сломать.
  
   Ты - свет и надежда народов,
   Был путь твой тяжел и суров...
   Погибших за честь и свободу
   Ты славных теряла сынов.
  
   Тебя не повергла стихия,
   Испеплить тиран не сумел,
   Россия, Россия, Россия,
   Ты гордо несешь свой удел.
  
   Сильны мы наследием дедов,
   Не все быть России во мгле.
   Добьемся мы полной победы
   Над силами зла на земле.
   Июнь 1990г.
   * * *
   Не забыть мне тебя, не забыть,
   Путь нелегкий по тропам таежным.
   Ты себя мне помог победить,
   Невозможное сделать возможным.
  
   Здесь на Севере грань пополам
   Отделяет добро от плохого,
   Воздается за все по делам,
   Все в ответе один за другого.
  
   Здесь на Севере день - так уж день.
   Раз начавшись, он длится полгода,
   Между мраком и светом ступень
   Делит надвое круто природу.
  
   Здесь не лес, а без края тайга,
   Здесь никто не сдается без боя,
   Укрывают зимою снега
   От бесплодного мрака живое.
  
   Здесь холодное небо ночи
   Подпирает лучами сиянье...
   Твое дело, молчи иль кричи -
   Темнота поглотит покаянье.
   1990г.
  
   РАЗДУМЬЕ
   Не думай, что безжизненна пучина
   И в нее ввергнутые гибнут там, -
   Жизнь в разных формах и обличьях повторима,
   Хоть неподвластна мысли и мечтам.
  
   Струится время, растекаясь по спирали,
   Но не у всех курантов мелодичный звон:
   На наших судьбах отблеск ржавой стали
   И крови тех, кто ею умерщвлен.
  
   На наших судьбах стоны поколений,
   Отцов, прадедов и прапрадедов их,
   Тоска несбывшихся свершений
   И гнет правителей лихих.
  
   Страна моя - несчастная страна,
   Народ мой - мученик бесправный.
   Один Всевышний знает, в чем его вина,
   За что начертан путь бесславный.
  
   Кружится черный ворон над землей
   И в высоте он терпеливо выжидает,
   Когда начнется новый бой...
   А бой грядет. Он, предвозвестник, знает.
   1990г.
   * * *
   Не ровным полем мчится жизнь,
   И равных нет мгновений,
   Ступени вверх, ступени вниз,
   Как смена поколений.
  
  
  
  
   И есть всему своя цена,
   И есть за все расплата:
   Твоя вина, моя вина
   И грозный гул набата.
  
   Кому лишь шаг, кому верста,
   И кто что соразмерит?
   Добро и зло - и где черта,
   Которая их делит?
  
   Что будет завтра, что прошло? -
   Событий неразрывность.
   Есть ложь - добро, есть правда - зло
   И жизни непрерывность.
   Февраль 1990г.
   * * *
   Лишь омытые весною
   Засияют небеса, -
   Начинаются со мною
   Приключаться чудеса.
  
   Только выйду в чисто поле,
   Как какой-то хитрый бес
   За собою поневоле
   Так и тянет меня в лес.
  
   Будто бы томимый жаждой,
   Я мешу ногами жижу,
   Так пришел я в лес однажды,
   Посмотрел вокруг и вижу:
  
   На поляне под сосною,
   Чтобы сок берез был сладок,
   Пьет веселый дождь с весною
   Чай со снегом - рафинадом.
  
   А на пне, сверкая плешью,
   Восседает старый леший
   Рядом с бабою-Ягой,
   Та ж, конечно, со ступой.
  
   Леший шишки собирает
   И в ступу на дно кладет,
   А Яга изящным жестом
   Бьет по ним тяжелым пестом
  
   Так, что семечки летят,
   А веселый ветер-хват
   Их в ладони собирает
   И по лесу развевает,
  
   Напевая: "Елки - крошки,
   Полетайте-ка немножко,
   После на землю падите,
   Окопайтесь, подрастите...
  
  
   Я ж вас буду навещать,
   Дождик с тучей посылать,
   Чтоб вас досыта поил..."
   Тут вдруг дуб заговорил:
  
   "Ветер что? Он всюду веет.
   Вы же помните, лелеет
   Всех нас матушка - Земля,
   Все вокруг - леса, поля,
  
   Что растет, цветет, живет -
   Все плоды ее забот.
   Для Земли вся жизнь на свете
   И все мы - родные дети".
  
   "Так-то так, - промолвил гном,
   Появившись под кустом, -
   - Только как же быть? Природа
   Ведь зависит от погоды.
  
   От того, как солнце греет,
   От того, как ветер веет,
   Или от проклятья века -
   Дел безумных человека..."
  
   Да, подумал я, как можно,
   Если в мире все так сложно,
   Так бездумно жечь, стрелять,
   Вековой уклад менять...
  
   Прав, конечно, мудрый гном,
   Ведь мы рушим свой же дом.
   И пора, пора понять,
   Что другого не создать.
   1990г.
   * * *
   Я очарован дивной песней
   И в этот миг сумел понять:
   Чем недостойней ты, тем лестней
   Вкушать земную благодать.
  
   Чем даровитей, тем беспечней
   Казну и мысли раздаешь...
   Не здесь, так там - в делах иль песнях,
   Во все всегда себя найдешь.
  
   Чем бесталанней, тем скупее, -
   Глупец считает каждый грош.
   Хитрее, злее и наглее
   Незаработанное жрешь.
  
   Чем ты умней, тем простодушней,
   Богатство ценишь не в деньгах
   И замок создаешь воздушный
   В науке, прозе иль в стихах.
   Май 1991г.
  
   * * *
   Я будто век тепла не знал,
   Когда ж рассеются потемки?
   Холодный ветер до печенки
   И даже глубже пронизал.
  
   К тому ж, сечет нещадно снег
   И наст крушится под ногами.
   Я теми жизнь кляну словами,
   О коих и подумать грех.
  
   Какая, к черту, тут охота,
   Какой тут глухариный ток?
   Я весь холодным потом взмок,
   По пояс вмазавшись в болото.
  
   Нет, все, конец, я завязал,
   Пора уж жить начать степенно...
   Но песни глухаря колено
   Я совсем рядом услыхал.
  
   Так каждому дано свое:
   Я лишь на миг остановился
   И в ритме песни устремился,
   Готовя к выстрелу ружье.
   Карелия, май 1991г.
   * * *
   Хохочут в ночи куропатки,
   Бормочет в распадке ручей,
   Трепещется полог палатки
   Под сенью тяжелых ветвей.
  
   Расписан маршрут поминутно,
   Рюкзак, как хороший медведь.
   А здесь, у костра так уютно
   Чуть выпить и песни попеть.
  
   Карелия, Белое море,
   Весной лишь пахнуло чуть-чуть.
   Леса еще в зимнем уборе,
   Под елками снега по грудь.
  
   От моря вкус ветра чуть горький,
   И слышится гомон гусей,
   Под вечер и утром на зорьке
   Разносится песнь глухарей.
  
   Промоины паром дымятся,
   Лед вздыбился около луд.
   Голодные чайки кружатся,
   Весеннего корюха ждут...
  
   Здесь все, как и в древние годы,
   Наполнено жизнью своей,
   Здесь правят законы природы,
   А не повеленья людей.
   Карелия, май 1991г.
   * * *
   Протяни-ка руку и потрогай
   Легкий пух на ветках тополей.
   Ты такою кажешься мне строгой
   Средь колючей россыпи елей.
  
   Прислонись щекой к коре шершавой,
   Пошепчись с зеленою листвой.
   Разве можно в чем-то быть неправой
   Перед этой мудростью лесной?
  
   Беззащитны веточки - былинки,
   Но они о лучшем не скорбят,
   Только утром росные слезинки
   Об их тяжелой доле говорят.
   1991г.
  
   КУПЛЕТЫ
   Парижские каштаны,
   Булонские леса,
   А здесь у нас стаканы -
   В них божия роса.
  
   Там девочки -кокотки,
   Там красная Бургонь,
   А тут осипли глотки
   Под русскую гармонь.
  
   Парижские мгновенья,
   Ступеньки Нотр - Дам...
   Как чистое виденье,
   Я вижу Вас, мадам,
  
   Несу дань восхищенья
   К накрашенным губам.
   Мне б чуточку везенья
   И я уж "аз воздам".
   1991г.
  
   ФРАЗЫ
   Невелика в гордыне суть,
   Не заносись, скромнее будь;
   Никто еще из самомнений
   Не выложил в бессмертье путь.
  
   Послушные ослы всегда в цене,
   Они везут, хоть тяжела поклажа,
   И радуется доблестная стража,
   Еретиков сжигая на огне.
  
   Бог правила придумал ввеселе.
   Нелепые, но нам твердят - так надо,
   И ходим мы кругами ада
   Еще при жизни на земле.
   1991г.
  
  
   * * *
   Я видел фиолетовый закат,
   Тревожные сиреневые тени,
   Мятущийся, как знамя, водопад
   И каменные лбы в скользящей пене.
  
   Я видел неподвижный черный бор,
   Застывший, как монахи на молитве,
   И кремнистые гребни гор,
   Суровые, как воин после битвы.
  
   Такой бывает перед ночью час,
   Зовущий всяко сущее молиться,
   Когда так ясно слышен Божий глас,
   В поклоне указующий склониться.
  
   Бывает он торжественен и тих,
   А мир вокруг другим, преображенным.
   И губы шепчут покаянный стих,
   И предстаешь пред миром обнаженным.
   09.1991г.
  
   РЕКВИЕМ
   Светит над тундрой луна золотая,
   Мир заколдованный будто бы спит.
   Здесь, далеко от родимого края,
   Только лишь снег да тяжелый гранит.
  
   Сколько ни жди - здесь теплее не будет,
   Сколько ни слушай - лишь ветер шумит,
   Сколько напрасно загубленных судеб,
   Сколько их, втоптанных в землю, лежит.
  
   Нудной работою скованы руки,
   Мозг, отупевший от голода, спит,
   Только метели привычные звуки,
   Только парок от параши валит.
  
   Мне за заслуги награды не надо,
   Память дела и былое хранит.
   Дым фимиама и ладана чадом
   К небу хвалой и проклятьем летит.
  
   Сколько сломалось, а скольких не стало -
   Скорбный итог от потомков сокрыт.
   Смотрит на мир окровавленным жалом
   Штык, и звезда в его гранях горит.
  
   Посох, зажатый монаршей рукою,
   Равно добро и убийство творит.
   Виснет система над каждой судьбою,
   Та, что глупцов и тиранов родит.
  
   Люди о павших отслужат молебен,
   Истину спрятав в красивых словах.
   Черные дыры не только на небе,
   Черные дыры у нас в головах.
  
   Светит над тундрой луна золотая,
   Мир очарованный будто бы спит.
   Здесь, далеко от родимого края,
   Только лишь снег да тяжелый гранит.
  
   ***
   ГИМН РОССИИ
   ( на мотив Глинки )
   Славься, Русь, Великая и Вольная,
   Слава тебе, могучий Народ!
   Славься, моя Родина свободная,
   Счастья и мира надежный оплот.
  
  
   Много невзгод ты за жизнь испытала,
   Многих теряла славных сынов,
   Но никогда главы ты не склоняла,
   Был для врагов ответ твой суров.
  
   Славься, Русь, в содружестве народов
   Гордость твоя и сила твоя!
   Славься, Русь, - не старят тебя годы,
   Все мы одна большая семья.
  
   Верно храня заветы поколений,
   Твердо идем своею стезей,
   Нас не склонит ни рок, ни злобный гений,
   Все мы гордимся отчизной своей.
  
   Вера в большое грядущее счастье,
   Вера в Великий Российский народ
   Силы дает в годины ненастья
   И неуклонно ведет нас вперед.
   * * *
   Представь себе, что ты на няше у залива
   И слушаешь морской прибой,
   А облака по небу движутся лениво
   И гуси пролетают над тобой.
  
   Ты растворенный весь и в тишине и в гаме
   И напоенный воздухом лесным,
   Спокойный и торжественный, как в храме
   Неповторимой Северной Весны.
  
   И отступают все тревоги и заботы,
   И не спеша среди кустов бредешь;
   И предвкушаешь радости охоты,
   И настороженно удачи ждешь.
   * * *
   Не капай, дождь,
   Не мучь мне душу
   Своею нудной болтовней.
   Я одинок, я не нарушу
   Ничей бессмысленный покой.
  
  
   Мои слова, мои виденья
   Зачем, кому они нужны?
   Ведет нас в жизни проведенье,
   И мы ему во всем должны.
  
   Не капай, дождь, пустые мысли
   Ничто не могут изменить.
   Хрипит Пегас натужно в дышле -
   Не может тяжкий воз тащить.
  
   И поделом - резвился много,
   Порхал в пушистых облаках,
   А тут - разбитая дорога
   И горы грязи на ногах.
   Январь 1992г.
  
   ***
   По морозу в рваных броднях
   Чуть живой едва тащусь:
   Занедужила сегодня
   Крепко ты, родная Русь.
  
   Твоей плоти нет спасенья
   От бездарных лекарей,
   А душе от песнопенья
   Юродивых знахарей.
  
   Каждый холмик кровью полит,
   Прах поверженных вопит.
   И земля людей не кормит,
   Чистый дождик не поит.
  
   Все, что дорого и мило,
   Вновь сжигается в огне.
   Ты защитников растила
   На забаву сатане.
  
   Палачей, убийц растленных
   Победил злодей другой.
   Вновь в залоге сонмы пленных
   С перечеркнутой судьбой.
  
   Вновь звенят топор и злато,
   Правят ложь, порок, разбой.
   Каждый волк и ест собрата
   На Руси моей святой.
  
   Все в дыму и клубах пыли,
   В прахе долы и леса.
   Видно, крепко прогневили
   Наши деды небеса...
   Февраль 1992г.
  
  
  
  
  
   * * *
   Крест нести,
   даже если он праведный, тяжко
   Боль терпеть и во благо нет сил -
   Кепку блином на троне сменила фуражка
   И земли не хватило для братских могил.
  
   Не святые мы, нет, не святые,
   И во многом грешны,
   если строго взглянуть...
   Хруст костей да глазницы пустые,
   И нелепые мысли, и прошлого жуть.
  
   Все смешалось, зачем мы страдали?
   Что нас ждет, мы откуда пришли?
   Наше прошлое с грязью смешали,
   Нас самих до скотов низвели...
   ~~ ~~
   ~~ ~~
   Сколько можно вращаться по кругу
   В грязном стойле, по шею в дерьме?
   Всех бояться, не веря друг другу,
   Жить на Родине, словно в тюрьме?
   Февраль 1992г.
   * * *
   За то, чтоб жить на белом свете,
   Чтобы дышать, и есть, и пить
   На нашей богом проклятой планете,
   За все, за все приходится платить.
   * * *
   Когда наступит после долгого ненастья
   Погожий с ясным небом день,
   То кажется, какое счастье
   Сесть на сухой, а не на мокрый пень.
  
   И посмотреть вокруг и улыбнуться,
   И по крупицам лес и тундру созерцать,
   И не спеша до кочки дотянуться,
   И горсть брусники спелой пожевать.
   Карелия.
   * * *
   Зарос весь мыс березками кривыми,
   Тропа меж ними чуть видна,
   Но как царевна высится над ними
   Кудрявая, высокая сосна.
  
   Она одна, как видно, не робеет
   Перед пургою северною злой,
   Она свой сон и здесь блюсти умеет,
   Она своей годится красотой.
   Карелия.
  
  
  
  
  
  
   УЖИ И ЗМЕИ
   (басня)
   Близ гривастой каменной кручи,
   В непролазной северной глуши
   Выползало солнце из-за тучи,
   Освещая тонь и камыши.
  
   Было там болото необъятно,
   Расползалось в ширь и даль оно.
   Только с виду было непонятно,-
   На какой же глубине в нем дно?
  
   С одного, что посушее края,
   Средь тростин, похожих на гужи,
   Сей вопрос себе не задавая,
   Жили в нем гадюки и ужи.
  
   Им на всех всегда всего хватало:
   И лягушек и другой еды.
   И ничто им, вроде, не мешало,
   Не сулило никакой беды.
  
   А беда, она всегда таится
   Где-то там, в незнамой глубине...
   Не должно бы, вроде, то случиться,
   Только течь образовалась в дне.
  
   И когда болото посушало
   И заметно убыло воды,
   На всех змей теперь уж не хватало
   Ни лягушек, ни другой еды.
  
   И гадюки тотчас всполошились
   И как стало некого хватать,
   На ужей они объединились,
   А потом... друг друга стали жрать.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Сей финал едва ли был возможен
   Змеям даже в самом страшном сне,
   Если б знать - на сколько же надежным
   Было дно в болотной глубине.
   1992г.
  
   НА СТАРОЙ СТОЯНКЕ
   ( раздумье )
   На старой стоянке заплавились тропки,
   Кострище травой заросло,
   Где яркий огонь на наш отдых короткий
   Давал и уют и тепло.
  
   Лет восемь назад мы весной здесь стояли,
   Отсюда ходили на ток.
   Вот там на мысочке гусей мы стреляли
   И брали березовый сок.
  
  
  
  
   Сюда мы пришли по раскисшим болотам,
   Неся и рюкзак и ружье...
   Смотрю я вокруг, и тревожное что-то
   Нисходит на сердце мое.
  
   Здесь будто бы дух наш теперь поселился
   И память о прошлом хранит,
   Он, видимо встречи со мной удивился,
   Считая, что всеми забыт.
  
   На старой стоянке теперь одиноко,
   Не слышен друзей разговор...
   Лишь небо высоко, да дышит глубоко
   Замшелый, нахмуренный бор.
   * * *
   Вторит снова с амвона "кумир"
   О потомстве молитвы скопские,
   Бесконечно вращается мир,
   Распадаясь на судьбы людские.
  
   И колышется дней череда,
   Растворяясь в незримой пучине.
   Плоть людская вмерзает в года,
   Торопясь к неизбежной кончине.
  
   Каждый знает и радость и боль,
   Но не знает предела мечтаньям.
   И беспечно смеется, доколь
   Утоляет земные желанья.
  
   Так крутится земная спираль,
   И сменяются зимы и лета,
   И становится чуточку жаль,
   Что прощальная песня пропета.
   Январь 1993г.
   * * *
   У разлива реки на рассвете
   На протаявшем лыжном следу
   Я стою, я забыл все на свете,
   Я удачного выстрела жду.
  
   На токах глухариных наброды,
   Глухомань и болота окрест,
   Пятна снега и талые воды,
   И еще не проснувшийся лес.
  
   Вот и звездочки в небе пропали,
   Забелели просветы в ветвях,
   Да и плечи немного устали,
   Сталь ружья ощущая в руках.
  
   Где-то белка в ветвях проворчала,
   Заалел нижний край облаков.
   Но... внезапно в тиши прозвучала
   Трель едва различимых щелчков.
  
   Я прислушался. Точно, токует.
   Трель за трелью - сомнения нет,
   А в уме воображенье рисует
   Ясно видный в ветвях силуэт.
  
   Шаг за шагом, ясней и яснее
   Слышен песни нехитрый мотив.
   По болоту туман голубеет,
   И недвижим сосновый массив.
  
   Шаг еще, лед внезапно прогнулся,
   Затрещал, захрустел, зазвенел,
   Я со злости по-русски ругнулся,
   А глухарь между тем ... улетел.
  
   Вот и вся на сегодня охота,
   Все испортил мне случай - злодей.
   И ...отправился мерить болота
   В направленьи палатки своей.
   Весна 1993г.
   * * *
   Тяжел по бездорожью путь
   В весенних снежных хлябях.
   О жизни городской забудь
   В глухих таежных падях.
  
   Там, в городах борьба исподтишка,
   Там друг врагом внезапно обернется,
   Когда его безжалостно коснется
   Богини зависти иль жадности рука.
  
   А здесь ты просто человек,
   И здесь законы вечные природы,
   И все равно, живешь ты миг иль век,
   Кто перед вечностью твои считает годы?
  
   Зачем он, твой сегодняшний успех
   Или твое внезапное паденье?...
   Есть для живущих непростимый грех -
   Законов вечности неуваженье.
   Май 1993г.
   * * *
   Не льсти себе, ничем не обольщайся,
   Не властны мы в своей судьбе,
   И выше попы прыгать не пытайся -
   Есть для всего и вся предел.
  
   Счастливый случай или миг удачи:
   Кто запоздал - тот не успел.
   И не торгуйся с вечностью,
   не требуй сдачи, а радуйся тому, что цел.
  
   Не испытав потерь и не изведав боли,
   Ты не оценишь радость бытия
   И не поймешь себя, доколе
   В глаза не глянет смерть твоя.
   1993г.
   * * *
   С улыбкою насмешливой мы слушаем как сказку,
   Что в мире все собратья и друзья.
   Природа, словно женщина, отзывчива на ласку
   И силою природу взять нельзя.
  
   Природа терпелива и упорна,
   Не подчиняется бессмыслице страстей
   И не ответственна за глупость вздорных
   В своем безумии людей.
   1993г.
  
   РОМАНС
   Не спрашивай меня сегодня ни о чем
   И не кори за шалости пустые.
   Нам хорошо опять вдвоем.
   Давай-ка вспомним дни былые.
  
   Прошедших дней обратно не вернуть,
   Но знаю я, что счастливы мы были.
   С тех пор прошли мы разный путь,
   Других ласкали и любили.
  
   Каприз судьбы с тобой нас разлучил,
   Мы разошлись без злости и упреков.
   Я, расставаясь, горьких слов не говорил
   И не давал пустых зароков.
  
   И вот мы вместе через много лет,
   Но чем друг с другом можем поделиться?
   Ты повзрослела, я же сед...
   И встретились мы, чтоб вновь проститься. 1993г.
  
   ПЕСЕНКА
   Краснотал на берегу - желтые сережки,
   Без тебя я не могу
   жить на этом берегу
   И бродить по стежкам.
  
   Краснотал на берегу шепчется с рекою.
   В речке той не видно дна,
   Я хожу теперь одна,
   Где была с тобою.
  
   Краснотал на берегу,
   Как мне быть с тоскою?
   Я давно ночей не сплю,
   Жду тебя, тебя люблю,
   Встречи жду с тобою.
  
   * * *
   Господа мужики, что же это деется,
   Как понять, как узнать, на кого надеяться?
   Всяк орет и кричит, что он за отечество,
   А жиреет и жрет лишь одно купечество.
  
  
   Господа мужики, что же приключилося?
   Надо думать, в мозгах что-то помутилося.
   Всяк орет и кричит, что за счастье борется.
   А чечен и грузин с русским парнем ссорятся.
  
   Господа мужики, поле-то не сеется,
   Что накормит сосед, что-то нам не верится.
   Всяк орет и кричит, что так полагается,
   Только больше детей что-то не рождается.
  
   Господа мужики, может, разозлимся
   И на тех, кто все орет, объединимся.
   Господа мужики, мы и есть отечество,
   А не новые воры - новое купечество.
   1993г.
  
   ПЕСЕНКА
   Эх, избушка с печкой жарко раскаленною,
   На лужке за речкой травушка зеленая,
   Вечером в дубравушке песенки заводятся,
   На лужке, на травушке хороводы водятся.
  
   В речке воды чистые
   льют - переливаются,
   Девки голосистые
   песней упиваются.
   А лады игристые,
   А гармонь басистая,
   А луга душистые,
   А трава росистая.
  
   Эх, пойду за реченьку,
   вволю нагуляюся,
   На траве, на травушке
   с милой поваляюся.
   А глаза лучистые,
   А цветы душистые,
   А слова певучие,
   А объятья жгучие.
   1994г.
  
   ПЕСЕНКА
   Меня дразнят Ванькой - встанькой,
   Только лишь помоюсь в баньке,
   Тянет к Дуньке,
   Тянет к Таньке,
   Тянет к Глашке,
   Тянет к Машке, тянет.
  
   Потому сижу - гадаю
   И на пальцах выбираю,
   Так куда идти:
   Машка слишком длинновата,
   Танька слишком полновата,
   Анька хоть куда...
   Только вот худа, да.
  
   И пока я ковырялся,
   Сам с собою разбирался,
   Вечер и прошел.
   Я ж дурак - козел.
   Вижу, Ванька ходит с Глашкой,
   Петька с Машкой,
   Сашка с Дашкой,
   Я же хоть блондин,
   Все хожу один, вот.
   1994г.
   * * *
   Когда с тайгою каждый шаг борьба
   И скрыта даль за пеленою снега,
   Храни всех путников, судьба,
   И дай дойти им до ночлега.
  
   Пусть сам я выбрал этот тяжкий путь,
   Не зная, сколько ему длиться.
   Судьба, дай силы дотянуть
   Туда, куда душа стремится.
  
   Я знаю, нет там райских кущ
   И нет средь них отдохновенья,
   Но глас грядущего могуч -
   Он призывает нас к смиренью.
  
   * * *
   Снова правят кулак и обман,
   Прячет жертвы кровавый тиран,
   А от тех, кто здесь жизни сложил,
   Нет ни пепла, ни братских могил.
  
   Стало меньше отцов и сынов,
   Стало больше и вдов и сирот.
   И опять под зрачками стволов
   В кандалы загоняют народ.
   * * *
   Пожар опять в Российском доме полыхает,
   Опять призывы слышатся - убей.
   В крови мы носим гены вертухаев,
   Наследье страшное убийц и палачей.
  
   Они, потомки их, безжалостной рукой
   За лычки новые иль просто за полушки,
   Засев за танковой бронею,
   Вели огонь по внукам и сынам,
   по матерям - старушкам.
  
   Вы, офицеры, где же ваша честь?
   Кого вы с легкостью отправили в могилы?
   Как после жить, как после есть?
   Какая мать таких сынов взрастила?
  
   Как может под знаменами победы
   Носить оружие такая мразь?
   Вы боевую славу ваших дедов
   Залили кровью и втоптали в грязь.
  
   И эти черные октябрьские страницы
   Позором в русскую историю войдут.
   Таманцы, кантемировцы, дзержинцы -
   Полки насильников, изгоев и иуд.
  
   Но вы страшитесь - судный час пробьет,
   Серебреники счастья не приносят.
   Проснется одурманенный народ
   И за содеянное спросит.
   4.10.1993г.
   * * *
   Их было много, лживых слов,
   И водки было выпито немало.
   Когда я был силен, когда я был здоров, -
   "Друзей" хватало.
   Но если неожиданный недуг
   Убавил популярности и силы,
   То отвернулся "друг",
   Боясь услышать вдруг
   О том, что было.
   А жизнь течет, а жизни дела нет,
   Что по пути я с кем-то разминулся,
   Что кто-то, где-то растоптал мой след,
   А после равнодушно отвернулся.
   * * *
   Частицы бытия - мои стихотворенья,
   Рекой стремительною время утекло,
   А жизнь, как дерево, распалась на поленья,
   Они сгорят - останется тепло.
   * * *
   По широкой по Тверской
   Топает народ толпой,
   А на кой?
   Ах, он этакий народ,
   Что его туда влечет,
   Кто поймет?
   То ль заморское вино?
   То ль рулетка в казино?
   То ли девушки в кино или вход в метро?
   А народ себе течет,
   Что-то пьет и что-то жрет
   На большой Тверской.
   Я один средь них чужой,
   Можно б жить в стране другой,
   А на кой?
  
   ЗЛОСЛОВОЧКИ
   В небесных солнечных воздусях
   Летели медленно два гуся,
   Аркадий в них послал заряд -
   И гуси больше не летят.
  
   Вышел на ток погулять Алексей,
   Больше не слышно с тех пор глухарей.
  
  
   Рыба в речушке привольно резвилась,
   Стайкой гуляла, росла и плодилась.
   Сетку Володя поставил до дна -
   Осталась в речушке водичка одна.
  
   ФРАЗЫ
   - Мне по зубам и ель и дуб, но я люблю осину,-
   Твердит пила, врезаясь в древесину.
  
   Бесподобно, мудрец и дурак
   Долгий спор свой не кончат никак.
   Дураку - все вокруг мудрецы,
   Мудрецу - все вокруг дураки.
  
   Только смиренного раба
   За все преследует судьба.
   Не опускайся на колени -
   Ведь жизнь была и есть борьба.
   * * *
   Когда-то были при дворе шуты,
   Что колпаки с бубенчиком носили,
   С царями обращалися на ты
   И правду без боязни говорили.
  
   Шутов не жгли за правду на огне,
   И хоть пинки они и получали,
   Но что-то оставалось не втуне
   И кое-что цари на ус мотали.
  
   Нет более ни принцев, ни "графьев" -
   Их новые кумиры заменили,
   Не держат при дворе они шутов
   И что такое правда позабыли.
  
   Нас обучили жить с закрытым ртом
   И выбили гражданское сознанье.
   А те, кто служит при дворе шутом,
   Награды получают за молчанье.
   1988г.
   * * *
   За черной чертою нет больше дверей,
   Там истины я не открою,
   А песня моя остается моей
   И ляжет в могилу со мною.
  
   Рабочий с крестьянином - правящий класс,
   А что получилось в итоге?
   В Китае был Мао, был Сталин у нас -
   По власти повыше, чем боги.
  
   Врагом был объявлен и друг и собрат,
   Чьи жизни пошли по полушке.
   В безвестных могилах они где-то спят -
   И все справедливо по-русски.
  
  
  
   Где те, что прошли через сталинский ад,
   Героев забытые лица?
   Залитые кровью, они не шуршат,
   Истории нашей страницы.
  
   По тем, по ушедшим все плачет вдова,
   А горе пружиною сжалось,
   Но сколько ни учат, все те же слова
   И та же система осталась.
  
   Забытая слава забытых людей,
   Зачеркнутых злобной рукою.
   Урок поколениям - стон лагерей
   И прах под Кремлевской стеною.
  
   Когда ж ты очнешься, народ, не пойму?
   Ах, русский мужик, как ты крепок.
   Все выстрадал, выстоял, вынес войну
   И первые пять пятилеток.
  
   А есть ли гарантия в том, что маньяк
   Не сможет до трона пробиться?
   И вновь будет править не ум, а кулак,
   И бойня опять повторится.
   1988 г.
  
   * * *
   Не боязнь того, что будет,
   Нет, не страх, не слепота -
   Главным злом на наши будни
   Наползает темнота.
  
   В жизни нас немало били,
   Да наука все не та,
   Все, что знали, что учили,
   Зачеркнула темнота.
  
   Так дошли до пониманья,
   Что примета наших дней
   В том: чем выше твое званье,
   Тем темней ты и темней.
  
   Те ж, что с нимбом над главою,
   Сидя на своем посту,
   Закрывают свет собою
   И наводят темноту.
  
   А без света все замшело,
   Сколько ни изводят лак, -
   Темнота рождает серость
   И безликий полумрак.
  
   Вот и кончим песню эту.
   Истина ж совсем проста:
   Коль откроешь доступ к свету,
   То исчезнет темнота.
   1989г.
   * * *
   Чего могу я ждать?
   Кому хочу я поклоняться?
   Кого на помощь звать?
   Иль одному по жизни пробиваться?
  
   Вопросов тьма, но нет на них ответа -
   Оракул заблудился где-то
   Средь звезд в небесной вышине,
   А я сижу один на пне
   Порубленного кем-то леса...
   И даль закрыла серая завеса.
   ПЕСЕНКА
   Чай, чай, чай, чай -
   Наливай да распивай,
   Пироги подовые, пряники медовые
   Блюдечки да чашечки,
   Пухлые рюмашечки
   Чай, чай, чай, чай -
   Не зевай да наливай.
   Чай попил да баюшки -
   Обнимай хозяюшку.
   Ай, ай, ай, ай -
   Волю ручкам не давай.
   Кружева да сборочки,
   Рюшечки, оборочки.
   Ай, ай, ай, ай,
   Потрудился - засыпай.
   Баю - бай.
  
   СКАЗКА О ЦАРЕВНЕ - ЛЯГУШКЕ
   Долго ли, коротко ль, близко ль, далеко -
   Все расскажу, не пытайте до срока.
   Каждому делу наступит черед -
   Скроется солнце и снова взойдет.
   Будут и весны, и зимы, и леты,
   Темные ночи и ясны рассветы,
   Будет и злоба, и горе, и ласка -
   Это все присказка, будет и сказка...
  
   Баяли люди и, видно, не зря,
   Было три сына у папы - царя.
   Годы над царством спокойно летели,
   Время пришло - сыновья повзрослели.
   Царь их сзывает однажды в покой
   И обращается с речью такой:
   "Дети, мы старыми стали с царицей,
   Видно настала пора вам жениться.
   Вы и умны, и храбры, и отважны,
   Пусть же судьба вам о суженых скажет.
   Сделайте каждый упругий и прочный
   Лук со стрелою и темною ночью,
   Только лишь месяц на небо взойдет,
   Каждый из вас пусть из лука стрельнет.
   Коль принесут ваши стрелы девицы,
   Значит, на них суждено вам жениться."
  
  
  
  
   Вечер окончился, ночь настает.
   Старший выходит и времени ждет.
   Только лишь месяц на небо вступил,
   Лук натянул он и стрелу пустил.
   В небо высоко она устремилась,
   Соколом быстрым над облаком взвилась,
   Выше деревьев и скалистых гор
   И опустилась на княжеский двор.
   Вот ночь вторая за первой грядет,
   Среднего сына черед настает:
   Вышел он в поле и что было сил
   В звездное небо стрелу запустил.
   Скрылася стрелка в мгновение ока
   И улетела далеко - далеко.
  
   Долго ли, коротко молодец ждет,
   Глянь, генеральская дочка несет
   Стрелку ему и с поклоном дает...
   Вскоре и третяя ночь настает.
  
   Тихий покой над землею разлился,
   Месяц на звездное небо явился...
   Младший неспешно свой лук поднимает
   И за судьбою стрелу посылает.
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Кончилась ночь, уже солнце блестит,
   Младший все ждет, на дорогу глядит,
   Ждет свое счастье, судьбу и удачу...
   Глядь, со стрелою лягушка вдруг скачет.
  
   Плачет царевич - беда так беда,
   Но от судьбы не уйти никуда,
   Сколько о доле своей ни тужить,
   Видно, лягушке царевною быть.
  
   Вот в ясный день молодец к молодцу
   Суженых братья приводят к венцу.
   Складный старинный обряд начинается,
   Старший на княжеской дочке венчается.
   Вот уж и средний от царских ворот
   Дочь генерала венчаться ведет.
   Славит народ молодых, веселятся.
   Вдруг все затихли и, молча, дивятся:
   Младший идет. На пуховой подушке
   В церковь несет он венчаться лягушку.
   Только под утро окончились свадьбы,
   С женами братья отбыли в усадьбы.
   Там незаметно прошел целый год,
   Царь сыновей к себе снова зовет:
   "Дети мои, я хочу убедится
   В том, что умеют невестки - царицы.
   Пусть ко мне каждая завтра придет
   И рукоделье свое принесет."
   С тем и ушли сыновья по домам,
   Только печален царевич Иван:
   Что же лягушка сошьет или свяжет,
   Что же царю она завтра покажет?
   Входит в покои - навстречу лягушка:
   "Что твое сердце заботит и сушит?
   Что ты печален, как черная ночь,
   Может быть, в горе смогу я помочь?"
   Ей отвечает царевич Иван:
   "Разве сошьешь ты роскошный кафтан,
   Разве что сможешь связать иль соткать
   И рукоделье царю показать?"
   "Эка забота, чего горевать,
   Утром найдем, что царю показать",-
   Так ему нежно лягушка сказала
   И на подушку к себе ускакала.
   Только луна в облака окунулась,
   Тотчас лягушка в хоромы вернулась.
   Сбросила кожу - предстала девицей
   И за свое рукоделье садится.
  
   Перстень волшебный ладошкою трет,
   Нянек и мамок на помощь зовет.
   Рано проснулся Иван - и к лягушке.
   Видит, лягушка сидит на подушке,
   А перед ней на парче голубой
   Дивное диво - кафтан золотой...
   Утром несется над городом звон -
   Едут невестки к царю на поклон.
   Старшая входит, за нею во след
   Вносит лакей на подносе кисет.
   Царь его взял и промолвил со вздохом:
   "Что же, сработано, право, неплохо."
   Царь еще раз посмотрел на кисет:
   "Сделан неплохо, души только нет."
   Средняя входит, потупивши лик,
   Вносят за ней на подносе рушник,
   В ярких цветах, что приятны для взора,
   Весь в кружевах он, с красивым узором.
   Царь его взял, посмотрел на вязанье:
   "Видно в работе большое старанье,
   Нитки чудесны, цветы хороши,
   Жаль, что не видно в работе души."
   Вновь у ворот взволновался народ -
   Это карета лягушку везет.
   Из золоченых дверей на подушке
   Бережно Ваня выносит лягушку,
   Следом лакеи, взяв в несколько рук,
   Вносят пред царские очи сундук.
   А в сундуке на парче голубой
   Дивное диво - кафтан золотой,
   Весь жемчугами красиво расшит,
   Солнце в каменьях заморских блестит.
   Царь в восхищении с трона привстал
   И, обращаясь к лягушке, сказал:
   "В жизни такой не видал мастерицы,
   Видно, и вправду ты чудо - девица,
   Эта работа - другим не чета,
   Это творенье - сама красота."
   В толпы собравшись, у царских ворот
   Долго еще волновался народ,
   Всяко судили о том и о сем,
   Только сошлись все на мненьи одном:
   Эта лягушка совсем не проста,
   Не обошлося здесь без волшебства.
   Так в пересудах прошло много дней,
   Снова зовет к себе царь сыновей:
   "Дети мои, я велел вас позвать,
   Чтобы невесток еще испытать.
   Пусть они сами мне хлеб испекут,
   Пусть его завтра в обед принесут."
   С тем и ушли сыновья по домам,
   Снова печален царевич Иван,
   К дому подходит - навстречу лягушка:
   "Что, мой царевич, печален и скучен?
   Что за забота? Один не тужи,
   Лучше скорее о ней расскажи."
  
   Молвил царевич: "Велел-де отец
   Завтра твой хлеб принести во дворец,
   Чтоб на торжественном царском обеде
   Он его вкус самолично отведал."
   "Эка забота, да ты не грусти,
   Утром найдем, что царю отнести,
   Пусть принесут мне муки две кадушки",-
   Так отвечала Ивану лягушка,-
   "Право же, не о чем тут горевать,
   Лучше иди-ка себе почивать."
  
   Дабы разведать лягушки секрет,
   Братья и жены собрали совет,
   Разные козни они обсуждали,
   После лазутчика спешно послали,
   Чтобы разведать и точно и верно,
   Что будет делать лягушка-царевна...
  
   Вечер прохладный на землю спадает,
   Первый лазутчик к крыльцу подползает,
   Вот он подкрался, в окошко глядит,
   Видит... у печки лягушка сидит,
   В печке дрова, полыхая, трещат,
   Рядом кадушки с мукою стоят.
   Вдруг встрепенулась лягушка скок, скок
   И ускакала за ближний шесток.
  
   Смотрит лазутчик в окошко, дивится -
   Из-за шестка появилась девица,
   Легкой походкой по дому прошлась
   И за работу свою принялась.
   В печке открыла все дверки и вьюшки,
   Ближе подвинула к печке кадушки
   И из кадушек своею рукой
   Печку засыпала белой мукой,
   Пару яиц о заслонку разбила,
   Соли пригоршню в муку опустила,
   После квашню оросила водой
   И размешала все грязной метлой.
  
   Смотрит лазутчик: что, как - не поймет.
   Тотчас другого на помощь зовет.
   Долго они под окном совещались,
   Глядя на печку, о чем-то шептались.
   Тут уж и полночь - пора им спешить,
   Чтобы хозяевам все доложить.
  
   Вслед им лукаво девица взглянула,
   Быстро на пальце кольцо повернула,
   Мамок и нянек на помощь зовет,
   Снова заданье им на ночь дает...
  
   Только царевич поутру проснулся,
   Сразу в гостиную... и улыбнулся,
   Смотрит - стоит на серебряном блюде
   То ли пирог, то ли дивное чудо...
  
   Долго царевич в гостиной сидел,
   Долго на дивное диво глядел,
   Но и восторгам приходит конец,
   Время пришло, и уже во дворец
   Едет царевич с своею лягушкой.
   Громкой пальбой их приветствуют пушки,
   А у дворцовых высоких ворот
   Их поджидает столичный народ.
  
   Резво кареты к крыльцу подъезжают,
   Слуги ковры на пути расстилают.
   Первым царевич в покои идет
   И на подушке лягушку несет,
   Следом в огромном серебряном блюде
   Слуги несут несказанное чудо...
   Люди дивятся - и стар и юнец -
   Выпечен в точности царский дворец:
   Из мармелада его колоннада,
   Крыша и стены из шоколада,
   Крем образует фронтоны лепные,
   Из леденцов его окна цветные,
   Статуи, клумбы, деревья, кареты -
   Все это с разной начинкой конфеты...
  
   Снова без умолку пушки палят,
   Флейты поют и фанфары гремят -
   С женами братья к дворцу подъезжают,
   Слуги пред ними ковры расстилают.
   Вышли. И сразу в покои идут,
   Слуги за ними два блюда несут;
   Следом, надев на березовый кол,
   Молодцы тащат огромный котел,
   Что-то трещит в нем, и дымом несет,
   Смотрит народ, ничего не поймет.
  
  
  
   Царь удивился, навстречу им встал
   И, обращаясь к невесткам, сказал:
   "Чем-то вы нынче меня удивите?
   Что за печение нам подадите?"
  
   Тотчас слуги к котлу подбежали,
   Взявши за ручки, его приподняли
   И опрокинули прямо на стол...
   Дым по трапезной волною пошел;
   Ярким огнем запылали поленья,
   Вместо обещанного угощенья
   Дымный костер на столе полыхал,
   Вот ведь какой получился скандал.
  
   - Ой, - закричали, - горим, разбегайся!
   - Ой, - закричали, - кто может, спасайся!
   Царь испугался - и вон из дворца,
   Следом за ним покатились с крыльца
   Мамки и няньки, министры, бояре...
   Мечутся, бегают в смрадном угаре,
   Кто-то споткнулся, а кто-то упал,
   Толстый министр себе ногу сломал...
  
   Все убежали, лишь Ваня остался
   И за тушение тотчас принялся.
   Воду на пламя горячее льет,
   Ведра лягушка ему подает.
   Так они быстро огонь укротили
   И на карете домой укатили.
  
   Долго еще злоязычный народ
   Этот обед обсуждал у ворот:
   Кто где споткнулся и кто где упал,
   Кто от огня всех быстрее бежал,
   Сколько побили там разной посуды.
   Только закончились все пересуды,
   Так же, как вянут цветы и трава,
   Так же невечна людская молва.
  
   Быстрые дни над землей пролетали,
   Царь и царица опять заскучали
   И, чтоб развеяться в скуке своей,
   Снова сзывают к себе сыновей.
   Вот они прибыли, царь им сказал:
   "С женами вас приглашаю на бал."
  
   Серый туман над землею разлился,
   Грустным царевич домой возвратился,
   Двери тихонько к себе открывает,
   Глядь, а лягушка его поджидает
   И говорит, обращаясь к нему:
   "Что ты так грустен, печален чему?"
   Тут ей царевич Иван отвечает:
   "Царь нас с тобою на бал приглашает,
   Я согласился, что мог я сказать?
   Только вот как же с тобой танцевать?
   Право же, в мире никто не слыхал,
   Чтобы лягушки ходили на бал."
   "Да, не слыхали об этом, и что же?
   Пусть тебя эта печаль не тревожит.
   Думаю, не о чем тут горевать,
   Лучше ступай-ка себе почивать,"-
   Так ему тихо лягушка сказала
   И на подушку к себе ускакала...
  
   Только назначенный день наступил,
   Толпами к замку народ повалил...
   Там уже слуги ковры расстилают,
   Весело в небо ракеты взлетают,
   Пушки грохочут и трубы поют,
   Все сыновей с нетерпением ждут.
  
   Долго ли, коротко так они ждали,
   Слышат, вдали бубенцы зазвучали,
   Пыль облаками поднялась, и вот
   Тройки въезжают под своды ворот.
   Первая тройка красива на диво,
   Ленты заплетены в конские гривы,
   Медью и бронзой карета обита,
   Цокают звонким железом копыта.
   Тройка вторая как птица прекрасна,
   Кони покрыты попоной атласной,
   Шита уздечка витым серебром,
   Негры стоят на запятках вдвоем.
  
   Слуги коней под уздцы подхватили,
   Тотчас же двери карет отворили...
   С братьями жены выходят, и тут
   В честь их со стен раздается салют.
  
   Только лишь гости прошли во дворец,
   Снова вдали зазвенел бубенец.
   Замер народ, в удивленье глядит,
   Словно по воздуху тройка летит -
   Птицей по лугу росистому мчится,
   Миг - и уже оказалась в столице.
  
   Замерли кони, всхрапнули, и враз
   Искры взметнулись из огненных глаз,
   Клубами дым из ноздрей повалил...
   Ужас столичный народ охватил,
   Жмутся друг к другу, трясутся, крестятся,
   Слуги, и те подойти не решатся.
  
   Тут из кареты царевич выходит
   И за собою девицу выводит.
   Тотчас народ удивленный притих -
   Не было в мире красавиц таких:
   Черные брови, глаза голубые,
   Пяток касаются косы тугие,
   Туфельки золотом ярким горят,
   Жемчугом вышит искусно наряд...
   Яркий румянец на щечках горит,
   И не идет, а как будто парит.
   Сделав два шага, она оглянулась,
   Всех оглядела и всем улыбнулась
   Так без жеманства сердечно и мило,
   Будто бы солнышком всех осветила.
  
   Дружно народ закричал им: "Ура!"...
   Тут уж и балу начаться пора.
   Как повелося издревле, от дедов,
   Царь приглашает гостей отобедать.
   Досыта гости и пьют и едят,
   Здравницы - тосты царю говорят.
  
   Только невестки меж тем не зевают
   И за царевною все подмечают,
   Видят, как съела та дичи кусочек,
   Кости собрала и прячет в платочек...
   После немного вина отпила
   И из бокала остаток слила
   Прямо себе за парчовый рукав,
   Ленточкой крепко его завязав.
   Зависть невесток неистово гложет,
   Следом они повторяют все то же.
  
   Долго ли, коротко пир продолжался,
   Разными блюдами стол обновлялся...
   Только вот музыка стала играть,
   Царские гости пошли танцевать.
   Первой меньшая царевна выходит,
   Белые рученьки плавно разводит.
   Правую с белым платочком подняла -
   Озеро тотчас разлилось средь зала,
   Левой рукою взмахнула, - и вот
   Лебедь по озеру тихо плывет...
   Старшая вышла, взмахнула рукой...
   И окропила всех грязной водой.
   Средняя резво взмахнула платком,
   Всех забросала костями кругом...
   Бал между тем чередом продолжался,
   Младший царевич тихонько поднялся
   И незаметно, укрытый толпой,
   Прыгнул в карету и мчится домой.
   Входит и прямо в светлицу бежит,
   Видит - лягушечья кожа лежит...
   Дверку царевич в печи открывает,
   В пламя лягушечью кожу бросает...
   Миг, и лишь пепел от кожи дымится...
   Вдруг перед ним появилась девица:
   "Что ты наделал! - она разрыдалась,-
   Быть мне немного лягушкой осталось,
   Только лишь день до желанного срока,
   Буду теперь я далеко-далеко,
   В царстве Кащея, где черная ель,
   За океаном, за сорок земель,"-
   Так ему тихо девица сказала,
   Грустно вздохнула и тотчас пропала.
  
  
  
  
  
  
  
   Долго царевич еще убивался.
   Нечего делать - в дорогу собрался,
   Сел на коня и отправился в путь,
   Чтобы царевну - лягушку вернуть.
   Много ему предстоит испытаний,
   Жарких сражений и тяжких страданий,
   Только об этом вечерней порой
   Будет рассказано в сказке другой.
   1981г.
  
   СОБИРАТЕЛЮ МОИХ ПИСАНИЙ - ДАВЫДОВУ А. Н.
   Пусть путь тяжел, но сердце встречи просит
   С простором хмурых северных широт.
   Нас наша дурь по этим дебрям носит
   И много лет покоя не дает.
  
   Бредем едва, ворча и спотыкаясь,
   Нас мочит дождь и мокрый снег сечет,
   Лишь Леха, рогом в тундру упираясь,
   Как лось, по бездорожью прет и прет.
  
   Мы крошим лед и хлябь болот черпаем,
   Приклад ружья худые ляжки бьет.
   Куда, зачем цепочкою шагаем?
   Какая сила нас вперед ведет?.............................
   ..............................
   Снег засинел, под коркой ледяною
   Ручьи весенние звенят.
   А мимо нас к местам своих гнездовий
   Над кромкой леса журавли летят.
   21.03.95г.
  
   МОИМ ДРУЗЬЯМ ЗА 60
   Храним мы в памяти своей
   Проказы наших юных дней,
   Теперь же чинно и степенно
   К тебе пришли на юбилей.
  
   Не хныкал ты и не стонал,
   И сам свою судьбу ковал.
   И чтоб она ни вытворяла,
   Но дружбе ты не изменял.
  
   Нет прежней резвости лихой -
   Кто растолстел, а кто седой.
   Мы все немного повзрослели,
   Но все же молоды душой.
  
   Есть сила, ум, есть в деле хватка,
   Но нет людей без недостатков -
   Тебе еще до средних лет
   Осталось около десятка.
  
  
  
  
   Я не приглядываюся сам
   К календарю и сединам,
   Но разве можно жизнь измерить
   Лишь по отсчитанным годам?
  
   Ты шел и знал, куда шагнуть,
   Явлений многих понял суть,
   А если жизнь перелистаешь,-
   Ей-богу, есть на что взглянуть.
  
   Седьмой десяток - не изъян,
   Не поддавайся сединам.
   Важны в мужчине ум и сила -
   Так говорит мудрец Хайям.
  
   Года идут, их не догнать.
   На то есть бог, чтоб их считать,
   А нам бы лишь на юбилеях
   За здравье кубок поднимать.
  
  
   ДА, ВРЕМЕНА...
   Мы в бесправье своем
   Бога - мессию ждем,
   Чтоб ему поклоняться и слушать.
   Мы, как дети с совком,
   Свой придуманный дом
   Строим, чтобы тотчас же разрушить.
  
   Все пускаем на слом,
   Ах, авось, не помрем
   А потом чешем в крепких затылках.
   Коль ты робок и тих,
   При порядках таких
   Будут снова и тюрьмы и ссылки.
  
   Ведь опять, как и встарь,
   Новоявленный царь
   В окружении верных холопов,
   Тех, что край наш родной
   За серебряник свой
   Топят в смрадном словесном болоте.
  
   Сидя в крепком Кремле,
   Новый рай на земле
   Обещают тебе, обещают.
   Ты на власть не сердись,
   Лишь трудись да трудись,
   Призывают тебя, призывают.
  
  
  
  
   Получает страна
   Лишь призывы сполна,
   А в карманах лишь ветер гуляет.
   И пока что-то ждем,
   Сапогом и кнутом
   В ту ж телегу народ запрягают.
  
   ПОЭТУ
   Пути судьбы ты видишь зримо,
   Твой гений - вот учитель твой,
   А то, что создано тобой,-
   Едино, вечно и неповторимо
  
   Нет, ни за деньги, ни за славу,
   Ни за признание людей -
   По неподвластному им праву
   Несешь ты мощь души своей.
  
   Как божий рок звучит аккорд,
   Живою болью ранят звуки,
   И выше всех, упрям и горд,
   Простер ты чувственные руки.
  
   Ты неподвластен никому,
   Ты скрыт от всех гранитной гранью,
   Не верь ни силе, ни уму,
   А своему предначертанью.
  
   НАСТЕНЬКИНЫ СКАЗОЧКИ
   Возле речки на горе
   Жил енот в своей норе.
   Жил да был, да поживал,
   Днем гулял, а ночью спал.
  
   Он во всем любил порядок.
   Было ровно сорок кадок
   С самой разною едой
   У енота в кладовой.
  
   В спальне был диван пружинный,
   Полки с книгами в гостиной,
   Рядом с кухней туалет
   И отдельный кабинет.
  
   Был енот большой чистюля,
   Очень чисто мыл кастрюли,
   Перед каждою едой
   Лапки в речке мыл водой.
  
   Чтоб с друзьями повстречаться
   Или просто прогуляться,
   Чистил тщательно, до лоска
   Шубку с беленькой полоской.
  
  
  
  
   И к тому же, между прочим,
   Был умен и вежлив очень.
   Знай же, Настенька, теперь,
   Что енот - хороший зверь.
  
   КРАКОВЯК
   Чтоб устроить карнавал,
   Звери как-то сняли зал,
   Пригласили оркестрантов,
   Знаменитых музыкантов:
   Комаров, сверчков, лягушек,
   Двух неведомых зверушек,
   Дирижера - муравья
   И солиста соловья.
  
   Звери все принарядились,
   В зал в условный час явились.
   В угол жмутся, каждый ждет,
   Кто же первым бал начнет?
  
   Крокодил - распорядитель,
   Тонкий музыки ценитель,
   Объявил, одернув фрак:
   "Все танцуют краковяк."
  
   В пары тотчас же вдоль зала
   Он расставил всех сначала:
   Рядом встали слон с мартышкой,
   Белка с зайцем - коротышкой,
   Бык с верблюдом, лань с ослом,
   Мышь с гадюкой, еж с котом...
  
   Буйвол топает ногами,
   Лось по стенам бьет рогами,
   Бык мычит, осел ревет,
   В грудь себя горилла бьет,
   Филин, как ребенок, плачет,
   Выше всех лягушка скачет...
   ~~ ~~ ~~ ~~
   Два часа бал продолжался,
   Все признали - он удался.
  
   ВОЛК
   У волков такой обычай -
   Всех зверей считать добычей,
   У него такой закон
   Потому, что хищник он.
  
   ЛЕВ
   Лев - царь зверей
   Не потому, что всех сильней или умней он в мире,
   А потому, что рык грозней
   И пасть пошире.
  
  
  
  
   ЕЖ
   Я колючий - ну и что ж,
   Пусть на щетку я похож,
   Но зато любой барбос
   Об меня уколет нос.
  
   МЕДВЕЖАТА
   Веселее нет ребят -
   Шаловливых медвежат.
   Они любят порезвиться,
   С горки кубарем скатиться,
   Друг за другом погоняться,
   На деревья забираться...
   Потому у шалунишки
   Вечно рваные штанишки.
  
   СЛОНЕНОК ТИМ
   Слон шагал. А вместе с ним
   Рядом шел соненок Тим.
   Шел слоненок очень важно,
   Осторожно нес бумажный
   С красной ленточкой пакет,
   Полный вафель и конфет,
   Мармелада и печенья,
   Что ему на день рожденья
   Добрый папа подарил,
   Чтобы Тимка пригласил
   Всех друзей к себе домой
   И задал им пир горой.
  
   АБДУРАХМАН
   Где, когда, да в том ли дело,
   Но в одной из дальних стран
   Независимо и смело
   Правил царь Абдурахман.
  
   Он любил людей дурачить,
   Всех считал за простаков,
   И по части околпачить
   Был мастак из мастаков.
  
   Он любил покрасоваться,
   Наряжался, как петух,
   Только делом заниматься
   Ему было недосуг.
  
   Летом мог устроить святки,
   Посадить зимою сад,
   Да еще любил загадки
   Всем загадывать подряд.
  
   На пирах от своей свиты
   Понаслушался речей,
   Что он самый знаменитый
   И, конечно, всех умней.
  
  
   А наслушившись, поверил
   И себя отнес к богам,
   Но пока порфиру мерил,
   В царстве начался бедлам.
  
   Уж давно и стар и мал
   Все царевы шутки знали
   И всерьез не принимали,
   Чтобы он ни вытворял.
  
   Вот при всем честном народе
   Объявляется декрет:
   Запретить, де, в обиходе
   Во всем царстве синий свет.
  
   А народ вокруг смеется,
   То - то тешится народ:
   Перекрашивать придется
   В цвет другой небесный свод.
  
   Да еще отнять у моря
   Синеву могучих волн...
   Кроме шуток, есть и горе -
   Как растить веселый лен?..
  
   Вновь декрет выходит вскоре,
   Где предписано всем впредь
   В небо синее и море
   Во всем царстве не глядеть.
  
   Только в розовых отныне
   Всем в очках теперь ходить.
   Ну, а если кто их снимет,
   Тех безжалостно казнить.
  
   Так и жили под запретом -
   Убедили меч и плеть -
   И привыкли в царстве этом
   Сквозь стекло на мир глядеть.
   ~ ~ ~ ~
   Как-то в утреннем тумане,
   В белорозовой дали,
   В бурном море - океане
   Появились корабли.
  
   Совершив маневр привычный,
   Флот у берега пристал,
   И идет во град столичный
   С моряками адмирал.
  
   Стража тут же с адмиралом
   Окружила моряков.
   "Объясните для начала,
   Почему вы без очков?"
  
  
  
   "Вы преступники и вскоре
   По указу вас казнят,
   Коль осмелились вы в море
   И на небо бросить взгляд."
  
   Обвинение такое
   Не дослушал адмирал.
   "Эй, готовьте пушки к бою" -
   Он тотчас же приказал.
  
   "Вижу, в вашем государстве
   Пушки скажут лучше нас:
   Не рабы мы в вашем царстве,
   Не для нас и ваш указ!"
  
   "Вы грозите, но учтите,-
   Это будет ваш конец.
   Эй, точнее наведите
   Наши пушки на дворец."
  
   Только стражник в разговоре
   Глаз не поднял от земли:
   Он не мог глядеть на море
   И не видел корабли.
  
   Что за новое явленье?
   Он не мог никак понять.
   Он привык без промедленья
   Нарушителей карать.
  
   Он ни в чем не знал сомненья,
   Хоть отец, хоть брат родной,
   Он привык без размышленья
   Исполнять приказ любой.
  
   Потому и в этом споре
   Он раздумывать не стал.
   Не подняв глаза на море,
   "Взять их,"- страже приказал.
  
   "Всех их накрепко свяжите,"-
   Он секирой указал.-
   "Братцы, братцы, подождите,"-
   Младший стражник тут вскричал.
  
   "Братцы, братцы, не спешите,
   Это ж гости к нам пришли.
   Да вы сами посмотрите -
   Там же в море корабли.
  
   Хватит верить разным вздорам,
   Сбросьте рабский гнет оков,
   Поглядите чистым взором
   В мир без розовых очков.
  
  
  
   Посмотрите, бомбардиры
   Уже держат фитили,
   И холодные мортиры
   Жерла в небо навели.
  
   Посмотрите, до чего же
   Наша робость довела,
   Посудите, разве гоже
   Воевать из-за стекла?
   ~ ~ ~ ~
   И свои секиры стража
   Поломала у ворот,
   И очки свои туда же
   Дружно выкинул народ.
   А когда все горожане
   Проводить друзей пришли...
   ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
   ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
   В синем море - океане
   Затерялись корабли.
   1981г.
  
   ФРАЗЫ ИЗ ЮБИЛЕЙНЫХ ПОЗДРАВЛЕНИЙ
   Мы все служители Гермеса,
   Наш храм - великий НИИАС,
   Где за научною завесой
   Системный бум сжигает нас.
  
   Разносит ветер гимнов звуки,
   Тяжел божественный венец.
   Мы лишь служители науки,
   А ты почти верховны жрец.
  
   Поем науке дружно славу,
   Струится в небо фимиам,
   Но рядом с храмом бес лукавый
   Раскинул сети здесь и там.
  
   На парики не сыплем пудру,
   Не дышим копотью свечей,
   Но со страниц трактатов мудрых
   Душистый капает елей.
  
   В науке нет дорожек торных,
   Порой там слышен костный хруст,
   Когда равняет непокорных
   По своей мерке бог Прокруст.
  
   А ты все ищешь откровений
   В бездонной россыпи идей,
   И среди этих тяжких бдений
   К тебе подкрался юбилей.
  
   Но иногда, раздвинув своды
   И широко расправив грудь,
   Ты убегаешь в храм природы,
   Чтоб сор забот с души стряхнуть.
  
   Взглянуть на мир неповторимый,
   Увидеть, как встает заря,
   Или под елкой в день дождливый
   Послушать пенье глухаря.
  
   И тут понять, какой чертою
   И лес и блеск озер вдали
   Проводят грань меж суетою
   И вечной мудростью земли.
  
   И содрогнуться: храм развален!
   И услыхать, как свыше весть,
   Что мир не только матерьялен,
   Но в нем душа живая есть.
  -- * *
  
   Старенький дом
   Крону береза клонит
   Будто грустя,
   Может быть сердце тронет
   Песня моя,
   В ветках лучом зеленым
   Вспыхнет закат,
   А надо мною клены
   Тихо шумят.
  
   Ветер туман развеет,
   Солнце взойдет,
   Ярким огнем зардеет
   Весь небосвод.
   Осень опять оденет
   Яркий наряд,
   А надо мною сосны
   Тихо шумят.
  
   Низко нависли тучи
   Над крышей моей,
   Может быть где-то лучше,
   Здесь же родней.
   В то, что года промчались
   Верю с трудом,
   Скрылся в тени деревьев
   Старенький дом.
  
   О том , что весь мир стареет,
   Пусть говорят,
   Только как прежде греет
   Нежный твой взгляд.
   Осень опять оденет
   Яркий наряд,
   А надо мною сосны
   Тихо шумят
  
  
  
  
   Песня как будто знает
   Горечь разлук,
   В дымке холодной тает
   Стынущий звук,
   В бликах на тропке росной
   Словно твой взгляд,
   А надо мною сосны
   Тихо шумят.
  
   ***
   Передний край
   Передний край
   Всегда передний край,
   На фронте он, иль в мирной жизни
Потери будут - после их считай,
   Коль верен ты иль чести,
   Иль отчизне
  
   Передний край_
   Последняя черта,
   Она всегда преодоленье,
   Движенье к цели, иль мечта
   И звездное судьбы мгновенье
  
   Победа - это и великий труд,
   Кто в бой ввязался - это твердо знает,
   Но многие к вершинам не дойдут
   Путей простых к вершинам не бывает.
  
   Передний край
   Всегда передний край,
   На фронте он, иль в мирной жизни
   Иди вперед, не жди наград
   Коль верен ты и чести и отчизне
   ***
   Моим школьным друзьям
  
   Мы с годами видимся все реже,
   Правят будни вереницей дней,
   Но сквозь дымку лет я вижу те же
   Милые глаза моих друзей.
  
   Что там дальше видно только богу,
   Будущего нам не разглядеть,
   Не гадай на дальнюю дорогу,
   Ближнюю б успешно одолеть.
  
   Знать бы то, что после мы узнали,
   Крупное нам видно лишь в дали,
   Как сравнить все то, что потеряли,
   С тем, что мы потом приобрели?
  
  
   Одни в чудо, иль в удачу верят,
   Пряча взгляд от взора подлеца,
   Жернова ж истории все мелят:
   Судьбы, жизни и людей сердца.
  
   Жизнь - она не всем благославленье,
   Каждый знает, в чем себя корить?
   Можно в церкви вымолить прощенье,
   Только как себя простить?
   8. 01. 2000
   Рязань
  
   ***
   .
   Господи!
   В моем кармане пусто,
   И в поле недород,
   А я хочу капусты,
   А я хочу капусты,
   А Манька не дает!
  
   Ты накорми коровку,
   Возделай огород,
   Пущай еще морковка,
   Пущай еще морковка
   Побольше подрастет.
  
   Саврасая кобыла
   Заржала иго-го,
   А Манька у Ермила,
   Манька у Ермила
   Зажала кой чего.
  
   Накормлена коровка,
   Возделан огород,
   А эта стерва Манька,
   А эта стерва Манька
   Капусты не дает!.
  
   Я подожду немного
   И с силой соберусь,
   Но к Манькиной капусте
   Я всеже доберусь
  
   ***?
  
   Я в эту глушь запер на спор
   Дела мои хреновые,
   Горит костер, А в нем трещат,
   Трещат дрова еловые.
  
  
   Не взял компас не взял припас,
   И дурью маюсь снова я,
   Была б палатка в самый раз,
   А так совсем без крова я.
  
   Как хорошо, хоть елка есть
   И сверху мало капает,
   Но на нее придется влезть,
   Вдруг снизу кто-то сцапает.
  
   Вокруг тайга и нет тут гор,
   Края -то всеж суровые,
   Горит костер, а нем трещат,
   Трещат дрова еловые.
  
   ***
   Светит всегда странствий звезда
   Тем, кого путь зовет,
   Горы нас ждут, ждут города,
   Тот, кто идет придет!
  
   Снова дороги дальние,
   Снова вокруг тайга, тайга,
   Светятся звездочки ранние,
   А между нами снега, снега.
  
   Горечь разлук забудется,
   Боль от утрат пройдет, пройдет,
   Небо холодное хмурится,
   Ветер колючий щеки жжет.
  
   Смелый не ждет награды,
   Достойный не меряет заслуг,
   Только всегда нам надо,
   Чтобы был рядом верный друг.
  
   Радугой в небе сияние,
   По берегам заторосился лед,
   Не угадать заранее,
   Что впереди нас ждет.
  
   Пусть за окном бушует вьюга,
   Здесь же в печи трещат дрова,
   Слышать нам хочется друг, друга
   И петь знакомые слова.
  
   Если и ждут тебя и любят,
   То горечь разлук легко нести,
   Они нас и лечат, но и губят
   Дороги, версты и пути
  
  
   ***
   Мелькают дни, идет за годом год,
   Не долго жизнь людская длится,
   Когда придет и мой черед,
   Душа в бескрайний космос устремится.
  
   И нет там добрых, или злых,
   Нет радости и нет страданья,
   Освободясь от пут земных,
   Душа вернется в лоно мирозданья.
  
   Порвав с угасшей плотью нить,
   Начнет она свой путь от тризны,
   Чтобы в аналах космоса хранить
   Все то, что почерпнул ты в жизни.
  
   Что было - то не изменить,
   Все, что ушло - назад не возвратится,
   За то, чтоб жить без правил и грешить,
   За это вечностью придется расплатится.
  
   ***
   Эх, русская доля удалая,
   Авось, да на все наплевать.
   Была ты, Россия, отсталая,
   И стала ей снова опять.
  
   Гуляют грачи по проталинкам,
   Вороны на ветках галдят,
   На дряхлых, осевших завалинках
   Старушки уныло сидят.
  
   Года безвозвратно потеряны,
   От изб тянет горькой бедой
   Какой уже год незасеяны
   Поля заросли лебедой.
  
   Эх, русская жизнь бесталанная,
   За грош до упаду пахать,
   Эх, доля моя окаянная,
   Эх, доля, туды ж ее мать
  
   ***
   Солнце светит в морду ярко,
   Гладь воды блестит кругом,
   Жарко, жарко на байдарке
   Целый день махать веслом.
  
   Где плывем? - никто не знает,
   А за долгий день большой
   Непрерывно нарастает
   На заду мозоль сплошной.
  
   Голодны, как лесорубы,
   И природа не мила,
Брызжут на сухие губы
   Капли с лопасти весла.
  
   Друг за другом мчим в погоне,
   По стремнине вдоль и вкривь,
   Коли ты турист " в законе",
   То держи фасон и стиль.
  
   Плыть в байдарке - не бравада,
   А когда спадет жара,
   Ждет нас вечером награда -
   Чай у яркого костра.
  
   ***
   Мы давно друг друга знаем,
   Так, что ты не подведи,
   Мы в обозе не бываем,
   Наше место впереди.
  
   Я люблю твой голос звонкий,
   Мне по сердцу песнь твоя,
   Ах, ты пушечка, пушчонка,
   Сорокопяточка моя.
  
   Нога в ногу мы шагаем,
   Вместе месим снег и грязь,
   И атаку ожидаем,
   В капонире затаясь.
  
   Мы храним рубеж опорный,
   И не дрогнем в грозный час,
   Не пройти здесь силам черным,
   Был бы лишь боеприпас.
  
   ***
   Судьба куда-то вновь зовет
И что-то требует нещадно,
   А где клубочек Ариадны,
   Который к счастию ведет?
  
   А счастье, что? и в чем оно?
   Как определить предначертанье?
   Кому любовь, кому вино,
   Кому покой и прозябанье?
  
   Летит времен круговорот,
   Сменяя горечь и успехи,
   Средь тягомотинных забот
   Года чредой стоят как вехи.
  
   Привычен путь, ты бодр и свеж,
   И воздух светел и прозрачен,
   Но где-то там, в дали, рубеж,
   Который смертным предназначен.
  
   ***
   Фразы
   Зло говорливо, а добро молчит,
   И глушат сорняки иное семя,
   А церкви колокол -он потому звучит,
   Что нам отсчитывает время.
  
   Из смертных мало судеб книгу кто читал,
   И был ли счастлив он, что будет зная......
   Какой ты есть - велик ты, или мал-
   Нас все сравняет мать-земля сырая.
  
   Крутится вверх вздымаяся спиираль,
   Людские мысли воедино собирая,
   А мне ушедшее, да и ушедших жаль,
   Теряя что-то, мы от этого нищаем.
  
   Зачем родились мы на этот свет-
   Из нас, живущих вряд кто то знает,
   На это свой послеземной ответ
   Я, думаю, любой узнает.
  
   Неотделимо все от меры бытия,
   Мы можем или скурвиться, иль спиться.
   Любой по жизни может быть стезя,
   Но все равно всем счастье сниться.
  
   Никто не смог построить мира на крови,
   И получить за злобу исцеленье,
   Должны рождаться дети от любви.
   А не от похоти совокупленья.
  
   Кто потерял все от двора и до кола,
   Тот может в друге усомниться ,
   Ведь кажется, что нет в нем зла,
   А зло- оно в бездушности таится.
  
   Пусть все, как истина старо,
   Но правды истиною не погубишь:
   Не делай никому добро,
   И мерзость с гадостью в ответ ты не получишь
  
   Понять желая правды суть,
   Во многом можно усомниться.
   Скользя по жизни не забудь,
   Про тормоз, чтоб остановиться.
  
  
   Слукавил ты быть может чуть,
   Но этим совесть не обманешь,
   Так хочется в грядущее взглянуть,
   Хоть ясно - лучше там не станешь
  
   Ответ ты можешь получить,
   Иль у судьбы, или у бога,
   Я ж не берусь давно судить,
   Что хорошо, а что убого.
  
   Когда ты ешь и пьешь,
   А все не сладко и не горько,
   Тогда ты вовсе не живешь,
   А существуешь только.
  
   Плетутся вместе нити злобы и вранья,
   Они с враждой - клубок единый,
   Не станет лучше мир от стаи воронья,
   В болоте дно всегда покрыто тиной.
  
   Иисус велел нам всех прощать
   И на врагов своих не обижаться,
   Но как узнать: когда нам камни собирать,
   Или когда бросаться.
  
   Круг - он на то и круг,
   Чтоб по нему ходить кругами
   А друг - на то и друг,
   Чтоб был не вне, а с нами.
  
   Не могут быть слова плохи,
   Особенно коль их ты в рифму пишешь,
   Стихи ж - тогда стихи,
   Когда и смысл и чувства рифмы выше.
  
   Кому-то очень много надо,
   А кто-то рад, тому, что есть.
   Кому-то наша жизнь - награда,
   А кто-то просто хочет есть.
  
   Любовь и горе пополам-
   Вот смысл природы лебединой,
   А кобелю же все едино!
  
   Каким этот мир до пришествия был?
   Едва ли познаешь за партой.
   Колумб, оказалось, не втемную плыл,
   А спер где-то древнюю карту.
  
  
   Не все освещает нам солнечный свет,
   И видим не все мы глазами
   История пишется тысячи лет,
   А истина скрыта веками.
  
   Нам в жизни достаточно разных проблем,
   Их можно решать , иль похерить.
   Слезам надо верить, но только не всем,
   И все не возможно измерить.
  
   Ах, как хитер
   он, мой ковер,
   Такой пушистый, кучерявый,
   Так ловко прячет пол дырявый
  
   Нам, смертным, свой путь не дано предсказать,
   Никто не желал быть изгоем,
   Геройство предательством может предстать,
   А мерзкий Иуда, героем.
  
   Когда ты собрался глубоко нырять,
   Итог не бывает бесплатным:
   Жемчужину можешь ты там отъискать,
   Иль не возвратиться обратно.
  
   Никто не знает, добр ты, иль жесток,
   Иль тверд, как сталь, иль мягок, словно слякоть.
   Клубок, на то он и клубок,
   Чтоб узелки в нем прятать.
  
   К чему себя напрасно утруждать,
   Коль надо гнев излить и побольней ударить,
   Зачем предметы подходящие искать,
   Ведь камень можно и за пазухой держать.
  
   Судьба - не есть предначертанье
   Но высший судия все валит на нее,
   Идя по жизни, мы проходим испытанье
   На ложь, на зло, на честность и добро!
   ***
   Меркнет пред закатом свет зари ,
   Листья пожелтевшие шуршат,
   На меня с упреком не смотри,
   Для меня возврата нет назад.
  
   Все места знакомые окрест..
   Избы почерневшие стоят,
   На груди моей тяжелый крест,
   Видимо на нем я и распят.
  
  
  
   Солнечные дали не для нас,
   Ветер не приносит перемен,
   Свет любви моей давно погас,
   От нее остался только тлен.
  
   Кружится увядшая листва,
   Почернели пышные кусты,
   А в душе звучат твои слова,
   Но не будят прежние мечты.
  
   ***
   Произошли мы из кромешной тьмы
   И все привыкли в это верить,
   Нам кажется, что люди - это мы,
   А мы частично звери.
  
   И не важны здесь ум и доброта
   И все, что про себя мы сочиняем,
   Есть у людей звериная черта,
   И мы об этом знаем.
  
   Точнее есть в нас все звериные черты
   От злобы волчьей, до покорного испуга,
   Иные ходят в церковь и блюдут посты,
   И могу запросто при этом скушать друга.
  
   ***
   Не неожиданно, не вдруг,
   А только с сединами,
   Мы понимаем, что такое друг,
   Коль дружба скреплена годами.
  
   Работай, ешь, считай гроши-
   Везти арбу и вол сумеет,
   Но что-то надо для души,
   Иначе же она черствеет.
  
   А для души - корысть не благо,
   Не стоит жизнь цены любой,
   Нужны и смелость и отвага,
   Чтоб быть всегда самим собой.
  
   Когда -то нужно ж оглянуться,
   А седина - есть самый срок,
   Быть может стоит усомниться,
   А правильно ль спускал курок?
  
   ***
   Грызите кони удила,
   Лети по ветру пена,
   К черте последней подвела
   Измена, измена.
   Луч солнца вспыхнул и погас
   На золотом погоне,
   Устал мой конь, а сзади нас
   Погоня, погоня!
  
   На душу липнет черный страх,
   Дивизия разбита,
   Звучат, как колокол, в ушах
   Копыта, копыта.
  
   Промокли плечи от крови
   И повороты круты.
   Летят последние мои
   Минуты, минуты
  
   . ***
   Нет, не родятся "крутыми" ребята-
   Жизнь их ведет к поворотам крутым,
   Все мы младенцами были когда-то,
   Только не всем доживать до седин.
  
   Крутится время,
   Крутится, крутится,
   Метят куранты секунды, звенят.
   Может быть что-то, когда-то и сбудется,
   Только никто не вернулся назад,
   Только пока не вернулся назад.
  
   Треснет наш мир,
   иль немного потеплится,
   Капает жир убиенных ягнят,
   Солнце по утру лучами засветится,
   Только не всяк освещенный был свят.
  
   Господи, мир твой вдруг
   чадом разверзнется,
   Люди молитвы скопские творят.
   Может быть наша планета и вертится,
   Может быть попранные и не вопят!
  
   Я вас люблю,
   только что в этом трезвого,
   Может вас в сети безумства ловлю,
   Может я просто голодными брезгую,
   Может я вас о прощенье молю.
  
   Круг и квадрат-
   сотворения вечные,
   Друг и собрат,
   если вы не опора- то кто?
   Нам не понятны призывы сердечные:
   Катимся, катимся мы все в ничто.
  
   Колокол звякнет ли? Волей миссии
   Нас загоняют в железный капкан,
   Ждем, что услышим пли в сердце России
   И на могиле исполним канкан.
  
   Кремень-гора,
   а подножье лесистое...
   Верю я, что наступила пора:
   Чернь, воронье и все племя нечистое
   Не доживет до утра, до утра.
  
   Красного много,
   все красное, красное;
   Красная кровь-
   ей копейка цена;
   Верю - придет еще время прекрасное,
   Только б дойти до окна, до окна...
  
   ***
   К тихому берегу нам не дойти
  
   Коротки встречи_ горьки расставания,
   Где вы, былые мечты?
   Долги года, велики расстояния
   В жизненном нашем пути.
  
   Дебри тайги, тундры простор,
   Голос пурги , глади озер\
   Покой безмятежный нам даже не снится
   Удел наш - ч стихией борьба,
   Ветры и штормы, мороз и метели+
   Наша с тобою судьба.
  
   Да, навсегда, наша с тобою судьба
  
   Цену надежности истинной знаем
   В деле, а не на словах ,
   Если ж друзей или близких теряем,
   Они остаются в сердцах
  
   Да, навсегда ,они остаются в сердцах
  
   Много мы видели, много казалось нам,
   Но ты о былом не грусти,
   К тихому берегу, к тихому берегу
   Нам никогда не дойти.
  
   Нет, никогда нам не дойти.
  
  
  

СОДЕРЖАНИЕ

   1 Сдается мне на склоне лет
  -- Городок над песчаной Окою
  -- 3 Спустился вечер, звезды слышно
   4 Воспоминания о Басманной больнице
   5 Еду домой в трамвае
   6 Писать стихи - простое дело
   7 Синь моря, синь лазурную
   8 Почти что на исходе день
   9 Домашний надоел уют
   10 Вот стали слышны голоса
   11 Спустился вечер, звезды слышно
   12 Шумят, как фабрика, пороги
   13 В длине между мшистых гор
   14 Стоит согнутая ударами мороза
   15 Только - только над горою
   16 Я парень смелый, молодой
  -- Звон водных струй да крик совы
  -- Пока в тундре цветы цветут
   19 Чуть брезжит утро, посветлели
   20 ПЕСНЯ. В краях, где дороги сквозь горы ведут
   21 Скво стряпает оладии к обеду
   22 Укрытые снегом сияют вершины
   23 Скажи-ка, брат, куда ты все спешишь
   24 Сдавили лямки плотно грудь
   25 Полсотни - право, не изъян
   26 Прощай, прощай, мое очарованье
   27 Позасыпал снег пушистый
   28 ПЕСНЯ. Вдоль таежной реки
   29 Мне сегодня все слышится что-то
   30 Один в тайге, вокруг
   31 От этого житья в палатках
   32 Не так уж много, в общем, слов
   33 Ветер бьет волной холодной
   34 Я люблю тайги раздолье
   35 Свет зари румянит сосны
   36 Выйду утром в сумрак предрассветный
   37 ПЕСНЯ - РОМАНС
   38 Я вновь в руках ружье держу
   39 Ночь прохладною рукою
   40 Тиха река, течет пока
   41 Дождь плещет непрестанно
   42 Дыханье утра трепетало
   43 Мы все безбожники, не верим
   44 Сладко пахнет березовым соком
   45 В этом сумрачном краю
   46 Время старой телегою тащится
   47 Закружили листья в танце
   48 Еще заря в полнеба полыхает
   49 Май, размокшие болота
   50 КОВБОЙСКАЯ ПЕСНЯ
   51 Вот опять тревожит душу
   52 Не по нраву мне быт размеренный
   53 Увы, удел совсем немногих
   54 Уже и солнце к полудню не греет
   55 В тундру, где Югин-река
   56 ПЕСНЯ. Ой, вы цветики - бутончики
   57 РОМАНС. Зовут, зовут дороги дальние
   58 Вот через валежник
   59 Здесь короток день осенний
   60 Уже отъезда день назначен
   61 Нахожусь по полям, нахожусь по лугам
   62 Ах, как ярко солнце, все ликует
   63 РОМАНС. Ушло, ушло тех дней очарованье
   64 М. Я. Я помню, будто бы вчера
   65 Чтоб путь хоть сколько облегчить
   66 Я имею ученое званье
   67 Я порой сам не свой, я теряю покой
   68 Я сегодня болен или скучен
   69 В теплый вечер сонною деревней
   70 Вот и вижу из жизни последнюю дверь
   71 За болотом плачут кулики
   72 Я с тобой ни о чем не спорю
   73 Я долго лазил по болотам
   74 Когда ветер дневной уляжется
   75 Я за рощу в чисто поле
   76 Не на праздник собрались вместе ли
   77 И в холодных краях, и в знойных
   78 Выбрав точку на земном пространстве
   79 ОЖИДАНИЕ
   80 Время синею птицею в вечность летит
   81 ГИМН КОСТРУ (песня)
   82 Когда иль днем, иль ночью темной
   83 Мне не жаль, что я уже не тот
   84 Сырой, холодный день осенний
   85 Кто скажет, зная наперед
   86 Солнце в поле снега растопило
   87 Конец зимней спячке, покою
   88 Мне в лесу отрадно слышать снова
   89 Я с детства глотнул отравы
   90 Не устаю я удивляться чудесам
   91 Мне как-то ясней и проще
   92 Лесоруб деревья рубит
   93 Все отжило, перекипело
   94 Ты со мной, но этого мне мало
   95 Не хочу я на своем настаивать
   96 ЧАСТУШКИ
   97 Ветер мечется и стонет
   98 Я не слышал от тебя признаний
   99 В горниле осени сгоревший
   100 Звенят в застывших лужах льдинки
   101 Чуток лес весною ранней
   102 Шепчут, льются строчки Блока
   103 Осень искрится в инее стежек
   104 Два лебедя над озером летели
   105 Выйдешь в тундру в легком платьице
   106 На ветках иней-кружево
   107 Я полон весь глухих сомнений
   108 Там, где лишь ягель и гранит
   109 Мы разошлись легко и просто
   110 Если душу сомненья терзают
   111 Пусть будет плохо, будет больно
   112 Давно уж блестят седины
   113 Голос ветра мне шептал
   114 День канул в синие потемки
  -- Я давно не виделся с тобою
  -- Прошумят колосья спелые
  -- Ветер шепчется с волною
   118 Нельзя в серьезном торопиться
   119 Иду прибрежной полосой
   120 Я от грез пробудился и вижу
   121 Последний месяц пред зимою
   122 Небо зимнее к вечеру хмурится
   123 Тускло светятся звездочки ранние
   124 ПЕСНЯ. Не бойся, ответь мне
   125 За околицей деревни
   126 Расхлестался буйный ветер
   127 Я опять соскучился безмерно
   128 Того, кто любит нас и ждет
   129 Загорелись березы, как свечи
   130 Вся жизнь, как море штормовое
   131 В кущине вязкой и густой
   132 Сколько долгих страданий и мук
   133 Я сижу в руках с удою
   134 Мне нынче радостно сегодня
   135 Мне нынче зябко под луною
   136 Все, что есть лучшего на свете
   137 Звездный свет над прозрачной рекою
   138 Когда наступят ночи длинные
   139 Скажу лишь одно - прости
   140 Спят Кейвы сном глубоким, древним
   141 В лучах Полярного сиянья
   142 Вся, укутавшись листвою
   143 Там, где кондовая тайга
   144 В пустыне среди серых скал
   145 С тобою мне пришлось проститься
   146 Много лет я привычной дорогой
   147 Пора, пора, судьба зовет
   148 С годами не тускнеет, нет
   149 Земля - планета чудная
   150 Шахматово
   151 Не дарит счастья самомненье
   152 Я рано не привык вставать
   153 Тайга, ты будто бы скорбишь
  -- Нельзя в серьезном торопиться
  -- Если б мог я жизнь прожить
   156 Ах, как мне нынче тяжело!
  -- Листок на дереве дрожит
  -- Это много или мало
   159 Зеленые травы сминая
   160 Смыл туман - вуаль
   161 Я перед ликом времени не трушу
   162 Ждет печаль иль ждет успех
   163 О долгом сне грустит дорога
   164 В облаках кончай купаться
   165 Я опять соскучился безмерно
   166 Один глухарь не в меру расхвалился
   167 Мой юбилей пришел и минул
   168 Лес поет, весну встречая
   169 Я уже не тот, порыв высокий
   170 ГУМАНОИД
   171 Зачем, скажите, мне дрожать
   172 Хоть мир широк, но некуда в нем
   173 ГИМН БРАКОНЬЕРОВ
   174 Посмотри, уж солнце село
   175 Зачем мне хмельное застолье
   176 Я - человек чуть-чуть беспечный
   177 ЗНАТОК И ТОК
   178 БАЛЛАДА О СОРОКЕ И МЕДВЕДЕ
   179 Проснись, Америка, проснись!
   180 Мы в чем-то, может, не правы
   181 Как со здоровьем плохо стало
   182 Растекается клубами
   183 Душа о прошлых днях скорбит
   184 Не велика цена рыданьям
   185 Пусть быстротечен жизни срок
   186 Родилась ты в июне
   187 РИКША
   188 СЕРЕНАДА
   189 ПЕСНЯ (на мотив французской)
   190 В день зимы иль в день весенний
   191 Над бескрайней тундрой
   192 Не много я хочу от песенки своей
   193 Прошагать осталось нам немного
   194 Говорила при разлуке
   195 РОМАНС. Летний рассвет и росные травы
   196 ГРУСТНАЯ ПЕСНЯ
   197 НАША ПЕСНЯ
  -- Над Белым морем закружился снег
  -- Да, мы заряжены
   200 Во время оно почивал
   201 Вода горит в дорожке лунной
   202 Несешь рюкзак и дышишь тяжело
   203 Не сбываются наши желания
   204 ИНТИМНАЯ ПЕСНЯ
   205 Две единицы - вместе мы не пара
   206 ПЕСНЯ. Ласка мне, что для ребенка сласти
   207 Ты прости меня, что я покуда жив
   208 ПЕСНЯ. Ранний багряный рассвет
   209 ПЕСНЯ. Кого-то зовет бригантина
   210 На холме, во граде стольном
   211 Растворяется в сумерках даль
   212 Опять горит костер прощальный
   213 Заплакать бы, да мне не больно
   214 Развивает ветер вешний
   215 ПЕСНЯ. Зелень лесов, пение птиц
   216 ПЕСНЯ. Как часто в сказки верим мы
   217 ПЕСНЯ. Осыпав ржавые листья
   218 Ослепило глаза порошей
   219 Такая выпала подлянка
   220 В глубине запустелого парка
   221 ПЕСНЯ. Наплыли тучи, дождь пошел
   222 НОСТАЛЬГИЯ
   223 Там в высоте такой простор
   224 Свети, Полярная звезда
   225 Глупцам останутся медали
   226 В синеве тундровой дали
   227 Запотела сталь кинжала
   228 ШАБАШ
   229 ПЕСНЯ. Коль путь долог - не спеши
   230 ГИМН РОССИИ
   231 Не забыть мне тебя, не забыть
   232 РАЗДУМЬЕ
   233 Не ровным полем мчится жизнь
   234 Лишь омытые весною
   235 Я очарован дивной песней
   236 Я будто век тепла не знал
   237 Хохочут в ночи куропатки
  -- Протяни-ка руку и потрогай
  -- КУПЛЕТЫ
   240 ФРАЗЫ
   241 Я видел фиолетовый закат
   242 РЕКВИЕМ
   243 ГИМН РОССИИ
   244 Представь себе
   245 Не капай, дождь
   246 По морозу в рваных броднях
   247 Крест нести, даже если он праведный
   248 За то, чтоб жить на белом свете
   249 Когда наступит после долгого ненастья
   250 Зарос весь мыс березками кривыми
   251 УЖИ И ЗМЕИ (басня)
   252 НА СТАРОЙ СТОЯНКЕ ( раздумье )
   253 Вторит снова с амвона "кумир"
   254 У разлива реки на рассвете
   255 Тяжел по бездорожью путь
   256 Не льсти себе, ничем не обольщайся,
   257 С улыбкою насмешливой мы слушаем
   258 РОМАНС. Не спрашивай меня сегодня
   259 ПЕСЕНКА. Краснотал на берегу
   260 Господа мужики, что же это деется
   261 ПЕСЕНКА. Эх, избушка с печкой
   262 Когда с тайгою каждый шаг борьба
   263 Снова правят кулак и обман,
   264 ПЕСЕНКА Меня дразнят Ванькой - встанькой
   265 Пожар опять в Российском доме полыхает
   266 Их было много, лживых слов
   267 Частицы бытия - мои стихотворенья
   268 По широкой по Тверской
   269 ЗЛОСЛОВОЧКИ
   270 Не боязнь того, что будет,
   271 Мне по зубам и ель и дуб
   272 Когда-то были при дворе шуты
   273 За черной чертою нет больше дверей,
   274 ФРАЗЫ
   275 Чего могу я ждать?
   276 ПЕСЕНКА. Чай, чай, чай, чай
   277 СКАЗКА О ЦАРЕВНЕ - ЛЯГУШКЕ
   278 СОБИРАТЕЛЮ МОИХ ПИСАНИЙ - ДАВЫДОВУ А.Н.
   279 МОИМ ДРУЗЬЯМ ЗА 60
   280 ДА, ВРЕМЕНА...
   281 ПОЭТУ
   282 НАСТЕНЬКИНЫ СКАЗОЧКИ
   283 КРАКОВЯК
   284 ВОЛК
   285 ЛЕВ
   286 ЕЖ
   287 МЕДВЕЖАТА
   288 СЛОНЕНОК ТИМ
   289 АБДУРАХМАН
   290 ФРАЗЫ ИЗ ЮБИЛЕЙНЫХ ПОЗДРАВЛЕНИЙ
   291 СТАРЕНЬКИЙ ДОМ
   300 Передний край
  
  
  
  
  
  
  
  
   146
  
  
   145
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) С.Юлия "Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара"(Научная фантастика) С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Н.Волгина "Один на один"(Любовное фэнтези) Д.Гримм "З.О.О.П.А.Р.К. Книга 1. Немезида"(Антиутопия) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) Рерол "Андердог"(ЛитРПГ) Д.Винтер "Постфинем: Цитадель Дьявола"(Постапокалипсис) М.Топоров "Однажды в Вавилоне"(Киберпанк)
Хиты на ProdaMan.ru Подари мне чешуйку. Гаврилова АннаДурная кровь. Виктория НевскаяПоймать ведьму. Каплуненко НаталияНевеста двух господ. Дарья ВеснаЛили. Сезон первый. Анна ОрловаПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваМалышка. Варвара ФедченкоПроклятье княжества Райохан, или Чужая невеста. ИрунаОсвободительный поход. Александр МихайловскийТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"