Тишанская Марина Антоновна: другие произведения.

Сказка про Никиту Травушкина и его друзей

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сказка для школьников. Вышла в финал Конкурса сказок ( в числе 15 финалистов)

  Кит (вообще-то его звали Никита Травушкин, но прозвище Кит, придуманное конопатой
  Дашкой - его соседкой по парте, нравилось мальчику гораздо больше) чихнул пять раз
  подряд, потом еще семь, отдохнул и чихнул уже четырнадцать раз, не останавливаясь.
  Глаза покраснели и начали слезиться. Кит счастливо улыбнулся - получилось! Но тут
  в кухню вошла мама. Она не сказала ни слова, просто отобрала у Никиты блюдце с
  мелко нарезанным луком и стряхнула его в помойное ведро. Стало понятно, что от школы
  отвертеться не удастся.
   * * *
  Математичка опять дала самостоятельную в самом конце урока. Накануне вечером Кит
  честно просидел над учебником битых два часа, но сейчас не мог решить ни одной задачи.
  Будет двойка, и мама станет говорить, что пора взяться за ум, а потом схватится за
  сердце. Об отце лучше и не вспоминать. Сдав пустую тетрадь, Кит начал придумывать, как
  выйти из положения. Лучше всего остаться после урока и уговорить Марию Ивановну спросить
  его устно. В крайнем случае пусть даст переписать еще раз. Конечно, знаний в голове не
  прибавится, зато после уроков она не станет мелочиться, и над самостоятельной он сможет
  сидеть хоть целый час.
  Он ни за что не стал бы унижаться, но в прошлый раз у мамы поднялось давление, а сейчас
  еще каникулы на носу. Ну не любит он математику! Почему все непременно должны ее учить?
  На свете так много других вещей... Скоро Новый Год, он с родителями поедет к бабушке. Там
  так здорово!
  Прозвенел звонок. Мария Ивановна, не торопясь, сложила все тетради ровной стопкой,
  запихнула в большую хозяйственную сумку и направилась к выходу. В одной руке у нее была
  сумка, а в другой три объемистых пакета. Ничего удивительного, что она не заметила, как
  из кармашка сумки выпала ручка.
  Кит не сразу понял, что это удача. Ведь теперь можно прийти к учительнице даже домой,
  отдать свою находку, а потом, как бы невзначай, попросить разрешения исправить оценку.
  Он сунул ручку в карман и понесся по коридору в кабинет географии - предстояло отсидеть
  еще два урока.
  
  Никита плелся домой, едва переставляя ноги. Двойка порядочно подпортила ему настроение.
  Ерунда, конечно, но крик будет. Лучше поболтаться немного по улице. Похолодало, порывистый
  ветер гнал вдоль тротуара ледяную крупу. Кит натянул шапку на уши и поежился. В такую погоду
  придется отправиться восвояси.
   * * *
  Прогулка не прошла даром. До каникул оставалось четыре дня, а у Кита поднялась температура.
  Он пока не решил, хорошо или плохо, что он останется в городе и не поедет на каникулы к
  бабушке. Их семья всегда встречала Новый год в деревне, где жила бабушка Аня. И всегда там
  было очень весело: телевизора в доме не водилось - Анна Федотовна признавала только радио и
  старый проигрыватель для пластинок, которые уже нигде не делали и не продавали в магазинах.
  Зато перед домом росла двухметровая елка. Ее украшали мишурой, блестящими шарами, "дождем"
  из фольги, а на веранде и на крылечке зажигали лампы, от которых шары переливались разными
  цветами. Радио включали на полную мощность, и ровно в полночь чокались бокалами с шампанским.
  Никите обычно тоже давали один глоток, а мама при этом всегда говорила, что они совершают
  подсудное дело. Потом все хором кричали: "Ура!". Радио выключали и заводили пластинки -
  начинались танцы, прямо во дворе, даже если шел снег. Из дома напротив к Травушкиным на танцы
  приходили соседи. Ребятня (у соседей было двое мальчишек) бегала и кидалась в танцующих снежками.
  Взрослые на время прекращали танец и отбивались. И в это танцевально-боевое веселье постепенно
  втягивались жители всех окрестных домов. Когда взрослые выдыхались, все шли к бабуле в избу,
  пили чай с пирожками и пели хором про ямщика, про потолок ледяной, про мороз, пока за окошком
  не начинали светать. Тогда детей загоняли спать, всех вместе на широкую русскую печку, что
  тоже было здорово.
  Никита горестно вздохнул - блаженное детство, никаких проблем! С тех пор (он и сам не
  смог бы сказать, с каких) у него накопилось к жизни множество претензий.
  Во-первых, маленький рост, всего метр шестьдесят пять, а Вадим уже почти метр восемьдесят.
  Не удивительно, что Алка смотрит на него с восторгом. Вот и сейчас, небось, завеялись куда-
  нибудь все вместе, а он лежи тут один. Никите стало себя жалко. Никому до него нет дела!
  Зашли бы, проведали больного, трудно им, что ли? А еще лучше, одна Алла...
  Кит представил, что сейчас раздастся звонок в дверь и на пороге появится она... Может быть,
  она даже примется за ним ухаживать, поить чаем с вареньем.
  Никита вздрогнул. Болезнь давала ему шанс! Он останется на Новый год в городе. Алла - тоже,
  они с родителями обычно ходят в этот день в ресторан. Пожалуй, он позвонит ей, только надо
  придумать предлог, чтобы Алла согласилась с ним встретиться.
  Стоп! Есть же предлог - у нее тоже выходит тройка по математике. Если он расскажет ей о
  найденной ручке и предложит пойти к Марии Ивановне вместе, Алла не откажется!
  "Все-таки голова у маленького Кита кое-что соображает", - подумал о себе Никита
  (почему-то в 3-ем лице), - "Подумаешь, рост. Я же вырасту! Вадим на год старше, его к
  нам перевели с потерей года из какой-то дрянной школы. А вдруг, я за следующее лето
  прибавлю сантиметров пятнадцать- двадцать".
  Его мысли прервал звонок в дверь. Кит, кряхтя, засунул ноги в теплые тапки, набросил
  прямо поверх пижамы мамин махровый халат и побрел открывать.
   На пороге стояла Дашка.
   - Тебе очень плохо? - участливо спросила она, увидев распухший от насморка нос
  приятеля и обвязанный вокруг его шеи толстый полосатый шарф.
   - Да нет, уже лучше, - прогундосил Кит.
   - А ну, дай-ка я пройду, - решительно отодвигая Никиту, сказала девочка и
  направилась в кухню.
   - Эй, ты чего там задумала? - зная энергичный Дашкин характер, с испугом спросил Кит.
   - Ясно чего. Лечить тебя буду. Где у вас мед и минералка?
   - Зачем тебе?
   - Смешаю с теплым молоком, а ты выпьешь. А горчица есть?
   - Горчицу пить не буду!
   - Да не пить, глупый, а ноги парить.
   - Не буду парить! Это горячо и больно.
   - Слушай, Травушкин, ты что, не хочешь выздороветь и тройку по математике исправить?
  Мария Ивановна послезавтра будет полугодовые отметки выставлять.
   - Конечно, неплохо бы исправить, но мне все равно не светит переписать контрольную
  на четверку, не могу я эти дурацкие задачки решать
   - Было бы желание. Ты просто не о том думаешь.
   - Как это - не о том? - снова испугался Кит, у которого мелькнула мысль, что Дашка
  догадалась, о ком он думает.
   - А вот так - не о том. Ты думаешь, что не способен контрольную написать, а надо
  читать условие задачи и думать, как ее решить.
   - Чего ты меня вечно воспитываешь?! Да еще лечить берешься. Ты мне что - мать родная?
  - разозлился Кит.
   - Я тебе - друг, а друзья должны помогать...
   В этот момент в дверь опять позвонили.
   - Еще какой-нибудь друг притащился меня спасать, - проворчал Кит и пошел в прихожую.
   Он был прав. Вслед за конопатой Дашкой пришел Петька Родионов. В прозрачном пакете,
  который он держал в руке, виднелись два лимона и головка чеснока.
   - Вы что, уморить меня хотите своими лечениями? - прохрипел Травушкин
   - Почему "уморить"? Просто я утром, перед школой, твою маму встретил. Она сказала,
  что ты простудился. Вот я и решил после уроков зайти, принести тебе витаминов, - удивился
  Петька.
   - Ладно, входи. Просто, уже Дашка пришла и готовит мне какую-то отраву на кухне.
   - Понятно. Ну ты ее смесь сейчас выпей, а лимон с чесноком на ночь поешь.
   - Тогда у меня живот заболит.
   - Не заболит. Помнишь, мы прошлым летом в лагере диких яблок объелись, и ничего не
  было. У нас с тобой животы крепкие.
   - А мне болеть нравится, не люблю я чеснок!
   - Ты что?! Мы завтра будем контрольную переписывать, а у тебя пара!
   - Что вы все ко мне пристали? Я, может, к Марии Ивановне домой схожу, и она меня
  устно поспрашивает. Не хочу я ничего переписывать, лучше теоремы поучу.
   - Это ты здорово придумал! Вот только нужно повод придумать, чтобы к математичке
  идти. Просто так она не раздобрится и не станет нам на дому опрос устраивать, ты же ее
  знаешь.
   - Есть у меня повод, - не удержавшись, ответил Никита, - я собирался к Марии
  Ивановне пойти с Алкой.
   - Слушай, Кит, а давай все вместе пойдем. Сам подумай: ну отправишься ты с Алкой
  вдвоем. Естественно, молчать будешь или какую-нибудь глупость ляпнешь. А если пойдем вместе,
  я тебе шепотом буду подсказывать, что говорить.
   - Ну, не знаю... Ты, Петька, не такой уж опытный сердцеед.
   - Может и так, но мне же она не нравится. И, потом, вдруг Алка Вадима с нами потащит?
  Надо, чтобы мы с Дашкой тоже пошли. Тогда я буду тебе помогать, а конопатая - отвлекать Вадима.
   Травушкин задумался.
   - Знаешь, Петька, давай так - если она Вадима возьмет, я тебе срочно позвоню, чтобы
  вы с Дашкой присоединились. А если нет, постараюсь сам справиться.
   - Ну, как знаешь, - обиделся Родионов, - ладно, пора мне, пойду уроки делать.
   - Ты что, Родионыч, обиделся? Не обижайся. Я просто хочу попробовать сам с Аллой
  поговорить. Я решил бороться со своим страхом и стеснительностью.
   - Да ладно, я понимаю. Борись. Позвони потом.
  Через полчаса, заставив Травушкина выпить гадостную смесь (неугомонная девчонка
  втихомолку добавила туда ложку соды), попарить ноги и лечь в постель, ушла и Дашка.
   ***
  На следующий день почти здоровый и очень счастливый Кит прыгал по лестнице вниз,
  перелетая через две ступеньки сразу. Ура! Он ей позвонил и даже довольно внятно предложил
  сходить с ним к математичке домой! Алла согласилась с ним встретиться! И он сейчас ее увидит!
  Кстати, про Вадима она ничего не сказала, значит - не собирается брать его с собой.
  На третьем этаже в меру пьяный дядя Лева подметал лестницу. Мама Кита не очень
  благосклонно относилась к дворнику, а Кит считал, что если приносишь людям пользу - хотя бы
  моешь лестницы и подметаешь двор - то имеешь право проводить свободное время, как тебе хочется.
   - Здравствуйте, дядь Лев! - крикнул мальчик.
   - Привет, парень, - отозвался тот, - ты не можешь метлу пять минут покараулить: мне
  надо к Семенову зайти, аспирин отдать, а эта ведьма Луиза тут же стибрит новую вещь. Свою-то
  она в прошлом полете сломала.
  Ничего не понимающий Никита ошеломленно кивнул. Дворник тут же прислонил метлу к решетке
  около окна и прямо через стену проник в квартиру Љ53, где жил инвалид Семенов.
   "Может, я брежу?" - подумал наш герой, и приложил ко лбу ладонь. Лоб был обычный
  - прохладный.
  За спиной раздался скрип. Кит обернулся и успел заметить, что диспетчер ЖЭКа Луиза
  Матвеевна с любопытством глядела на него, приоткрыв дверь своей квартиры.
  Через несколько минут из квартиры Семенова, как ни в чем не бывало, вышел дворник
  дядя Лева. Луиза тут же ретировалась.
   "Ерунда какая-то", - решил мальчик, засовывая ручку обратно в карман.
   - Ну, что ты тут стоишь, - недовольно проворчал дворник, - сначала ботинки надо
  вытереть, а потом на чистый пол вставать!
   - Так вы же сами...
   - Сами, сами, - передразнил его дядя Лева, - вам, мальцам, палец в рот не клади,
  всегда отговорку найдете.
   - Лев Иваныч, вы хорошо себя чувствуете? - спросил Никита, все еще пытаясь найти
  какое-то разумное объяснение увиденному.
   - Вообще-то, не очень. Вот в обед пивка выпью, поправлюсь, - ответил дворник уже
  более доброжелательно.
   - А сколько сейчас времени?
   - Да уж почти полдвенадцатого, скоро вылечусь.
   - Ой, я же опаздываю, - с ужасом завопил Кит и бросился на улицу. Перспектива
  опоздать к Алле вытеснила из его головы все остальные мысли.
   ***
  Приближаясь к дому Аллы, Кит постепенно перешел с бега на черепаший ход.
   "Я же не ребенок", - уговаривал себя Травушкин, - "в войну люди в атаку ходили.
  Они боялись, но шли. Я тоже мог бы сражаться, защищая свое Отечество, если бы родился
  лет на восемьдесят пораньше".
  Эта мысль придала Никите смелости, и он решился набрать код на замке подъезда.
   - Кого там принесло? - раздался недовольный мужской голос.
   Никита аж вздрогнул.
   "Да это домофон, а не код! Какой я глупый", - подумал он.
   - Я к Алле, - сказал Кит.
   - А, ты что ли, Травушка? Давай, проходи.
   Настроение у Никиты резко испортилось.
   "Это голос Вадима, как я сразу не догадался. Прав был Петька, она Вадима с собой
  потащит. А ведь обещала, что мы вдвоем пойдем. Или он сам навязался с нами идти?"
  Тяжко вздохнув, Никита достал из кармана куртки мобильный телефон и набрал Петькин
  номер.
   - Что, Кит, я оказался прав? - сочувственно спросил Петька, - ну, не переживай,
  старик. Сейчас позвоню Дашке, и минут через пятнадцать мы будем возле школы. Приходите
  туда. Я пока намекну конопатой, в чем заключается ее роль.
   - Ты, только, того, не распространяйся ...
   - Да понял я.
   - Ты что застрял, Ник, заходи, - раздался мелодичный голос Аллы.
   - Меня Алла зовет, отбой связи - шепнул Кит Петьке.
   - Иду, тут дверь плохо открывается, - ответил он девочке.
  Только она так называла Травушкина - Ник. Киту казалось, что это имя каким-то
  непостижимым образом сближает их.
  Дверь открыл Вадим.
   - Здорово, Травушка! Ну как, организуешь мне тройку по математике?
   - Мы вроде бы с тобой ни о чем не договаривались, - не сдержав эмоций, сварливо
  ответил Кит, - я обещал Алле помочь.
   - Да что ты жмотишься, - не отставал счастливый соперник, - у Алки четверка и так
  выйдет, а мне пара светит!
   - Давай возьмем его с собой, Ник. Жалко парня. Его могут из школы выгнать, а он
  и так год пропустил, - попросила его эта волшебная девчонка. Ей просто нельзя было отказать.
   - Ладно, тем более, что Петька тоже пойдет, да и Дашка, наверно.
   - А ей-то зачем? - удивилась Алла.
   - Ты разве не знаешь? - ехидно спросил Вадим, - у них же с Травушкой любовь.
   "Вот дурак! Ну какая любовь может быть с Дашкой?" - подумал вмиг покрасневший
  Кит, - " она ему - друг, как и Петька. А чтоб любовь... Да разве в таких конопатых
  влюбляются?"
   - Да? А я не знала. Вообще-то она - интересная. Такие рыженькие многим
  нравятся, - задумчиво произнесла Алла.
   - Ну пойдемте, что ли, - резко направил разговор в нужное русло Кит, - а то
  поздно будет. Мария Ивановна начнет тетрадки проверять, расстроится, что ошибок много,
  и не станет с нами разговаривать.
   - Действительно, пора. Сейчас, я за пару минут переоденусь, и пойдем.
  Через полчаса Алла, наконец, собралась, и трое одноклассников направились к школе.
   - Что вы так долго? - закричал увидевший их Петька.
   - Не сердись, Петюня, девушки всегда немного опаздывают, - кокетливо ответила
  Алла, глядя на него своими черными глазищами с длинными накрашенными ресницами.
   А Никита невольно сравнивал девочек: высокая, стройная Алла в укороченной
  дубленке, выглядевшая года на три старше своих лет, притягивала взгляды не только
  мальчишек, но даже проходивших мимо школы взрослых мужчин. Ее противоположность -
  маленькая худенькая Дашка с вылезающими из-под вязанной шапочки рыжими кудряшками
  казалась особенно трогательной, поскольку сняла очки и близоруко щурилась. Ее хотелось
  защитить, уберечь от всех жизненных невзгод, а Алла не нуждалась в защите.
   ***
  В метро в это время суток было мало народа - кто-то работал, кто-то пришел из школы
  и учил уроки, кто-то уже успел поездить по магазинам и готовил дома обед.
  Но почти все сидячие места были заняты. Ребята устроились напротив дверей,
  сел только Петька, найдя свободное место недалеко от них. Дашка о чем-то оживленно
  болтала с Вадимом. Словом, друзья создали Никите все условия для разговора с Аллой.
  А он, как назло, молчал - ни одна остроумная мысль, такая, чтобы начать беседу
  с девушкой, не приходила ему в голову. Алла, скучая, читала рекламные объявления
  на стене.
   -Ник, дай мне ручку, - попросила вдруг она.
   - Зачем?
   - Надо телефон записать. Моя тетя как раз хочет попробовать себя в роли
  охранницы, а тут в объявлении предлагают такую работу.
   Кит, обрадованный возможностью услужить Алле, достал из кармана учительскую
  ручку и подал девочке.
   - Ой, ребята, смотрите, - воскликнула Дашка, - какое странное объявление!
  Все повернулись к табличке с объявлением и прочитали: "Метрополитену
  требуются на постоянную работу:
   - лешие для распугивания мышей в тоннелях,
   - домовые для поддержания порядка в вагонах,
   - феи в охранное отделение".
   - Вот это да, - удивился Никита, - они тут, наверно, все с ума посходили.
   - Ты видел когда-нибудь такое объявление? - спросила его конопатая подруга.
   - Нет. А может, кто-то подшутить решил?
  В этот момент поезд остановился на станции, и двери открылись. Алла
  неожиданно выскочила из вагона и скрылась в толпе.
   - Алла, вернись, ручку отдай! - крикнул вскочивший с сидения Петька.
  Но той уже и след простыл. Вдруг Дашка тоже стремительно выбежала из
  вагона на станцию, и двери тут же закрылись. Поезд поехал дальше...
   - Что делать будем? - удрученно спросил Никита.
   - Да, ситуация... Поехали по домам, план-то сорвался, - предложил Вадим.
   - А как же девчонки? -поинтересовался Петька, - куда это их понесло?
   - Да кто их поймет? Вернутся, никуда не денутся.
   - Не знаю, мне почему-то не по себе. Может, сойдем, поищем их?
   - Ты, Травушка, всегда был рохлей. Ну что с ними станется?
   - Давайте так, - решил Петька, - вернемся на предыдущую станцию и поищем.
  Если не найдем, тогда разбегаемся.
  Поиски девочек не дали никакого результата. Кит предложил заявить в
  милицию, но ребята не поддержали его, сказали, что в милиции их засмеют.
  И приятели ни с чем вернулись домой.
   ***
  Дашка со всех ног неслась вслед за Аллой и не могла ее догнать.
  До эскалатора беглянка добралась минуты на две раньше одноклассницы и чуть
  не ушла от погони. Хорошо, что Дашка занималась спортом, и сейчас она легко
  и быстро побежала вверх.
  Заметив приближающуюся подругу, Алла тоже бросилась вверх по эскалатору,
  выскочила на улицу и влетела в стоящий на остановке троллейбус.
  Выбежавшая из метро Дашка успела только увидеть, как троллейбус отъезжает
  от остановки.
  "Это же двадцать восьмой", - подумала она, - "он до Никитиного дома идет,
  а его еще там нет. Но, может, Алла едет совсем не к нему и сойдет раньше?
  А главное, зачем она математичкину ручку взяла, глупая?"
  Не раздумывая дальше, она подняла руку, останавливая такси.
  Таксист, скучая ждавший пассажиров, не счел маленькую конопатую девчонку
  платежеспособной, и не пошевелился.
  Но когда Дашка вынула из кармана триста рублей, которые мама дала ей для
  покупки англо-русского словаря и помахала ими в воздухе, таксист соизволил
  подъехать.
   - Куда прикажите, барышня?
   - Вон за тем троллейбусом, только быстрее, а то он сейчас заворачивать
  будет.
   - Кого догоняешь, девочка? В детективов решила поиграть?
   - Если Вам триста рублей не нужны, я другое такси найду!
   - Ну и характер, а с виду - прямо "божий одуванчик", - проворчал
  таксист, подчиняясь необычной пассажирке.
   - Остановитесь, когда скажу, - продолжала командовать Дашка.
  Алла сошла на остановке около дома Никиты. Не оглядываясь, она направилась
  прямо к дому и решительно вошла в Никитин подъезд.
   Дашка выскочила из такси и бросилась за ней. Стремительно открыв входную
  дверь, она успела лишь услышать звук дверного звонка и мелодичный голос:
   - Тетя Луиза, это я.
   - Принесла, что я тебя просила? Ну, входи.
   "В какую же квартиру она вошла?" - подумала Дашка, - "Вроде бы на
  третьем этаже, но там их целых четыре".
  С этими мыслями она поднялась на третий этаж и позвонила в ближайшую от
  лестницы дверь. Ей открыл старичок, опирающийся на палку.
   - Извините, - сказала ему девочка, - тетя Луиза тут живет?
   - Нет, тут - только я. Семенов - моя фамилия. А тебе Луизка нужна?
   Она в пятьдесят первой, напротив обитает. Неужели эта ведьма - твоя тетя?
  Бедное дитя!
   - Она мне - просто знакомая. Дело у меня к ней, - зачем-то стала
  оправдываться Дашка.
   - Да? Ну что ж, тогда иди. Только ты будь с ней поосторожней, -
  перешел на шепот старик.
   - А почему?
   - Потому! Ведьма - она и есть ведьма, - буркнул с неожиданной
  злостью старик, казавшийся таким симпатичным. И захлопнул дверь.
  Ничего не понимающая Дашка повернулась и подняла руку, чтобы позвонить
  в пятьдесят первую квартиру, но дверь внезапно открылась сама.
   - Алевтина, смотри, кто к нам пожаловал! Сама новоявленная "мисс
  Марпл", - злорадно крикнула открывшая дверь дама в ярком халате. Ее черные
  волосы, накрученные на бигуди, и накрашенные ядовито- красным губы и ногти
  сразу не понравились Дашке.
   - Что вы говорите, тетя Олимпиада? - послышался в ответ голос Аллы.
   - Ты что, Алка, нарочно меня так называешь?! Ты же знаешь, я уже и
  в паспорте имя сменила!
   - А вы зачем меня Алевтиной зовете? Я этого не люблю.
   - Ну ладно, киска, не обижайся. Иди сюда, к тебе "Пинкертонша" местная
  пришла.
   - Дашка, что ли? Выследила все -таки, гадина!
   - Ну. Не стой в дверях, - обратилась к Дашке неприятная тетка, -
  проходи, раз пришла.
   - Спасибо, - пролепетала та, - я на минутку. Алла, ты случайно ручку
  Марии Ивановны себе в карман положила, а нам она очень нужна.
   - Какое совпадение! Мне тоже.
   - Так она и про ручку знает? - ахнула Луиза, втягивая девочку в
  квартиру и закрывая за ней дверь, - что же мы с ней делать будем?
   - Да не знаю я ничего, - испугалась Дашка.
   - Врешь, голубушка, - проворковала тетка, - знаешь. Иначе купила
  бы ручку в ближайшем киоске: не все ли равно вашей математичке, какой
  ручкой отметки ставить?
   - Думаю, нет. Она к своей привыкла. Скажите, тетя Луиза, это вы
  хотели в охрану метро феей устроиться? - ляпнула Дашка.
   - Вот, милочка, и проговорилась. Алка, неси скорее бельевую веревку
  с балкона, - крикнула Луиза, изо всех сил наваливаясь на не в меру любопытную
  девочку и зажимая ей рот носовым платком.
   - Тетя Луиза, зачем это нужно? Превратите ее в тумбочку, к примеру,
  и все дела.
   - В тумбочку я не умею. Могу только в животное какое-нибудь.
   - Нет, лучше ее оцифровать!
   - Правильно, умница ты, Алка, включай компьютер, - сказала Луиза,
  освободив на мгновенье Дашкин рот.
   "Видно, рука затекла", - подумала пленница.
   - Скажите, а зачем вам с такими способностями в охрану метро наниматься?
  - спросила она, забыв про опасность.
   - Смотри-ка, разговорилась. Не твоего ума это дело, - ответила тетка,
  щелкнув пальцами у Дашки перед носом.
  Перед глазами девочки все поплыло, вокруг потемнело. Через мгновенье
  она пришла в себя, но ощущение окружающего мира было какое-то странное: будто
  она бежит по круговой дорожке, как на стадионе, только стадион находился в
  странном помещении - без окон, зато на высоком потолке свет проникал сквозь
  огромное, почти во всю крышу стекло.
   Дашка задрала вверх голову и увидела по ту сторону окна довольные
  физиономии Луизы и Алки.
   - Выпустите меня! - закричала девочка.
   - Сиди пока там. Когда дело сделаем, глядишь, и отпустим тебя. Зачем
  нам лишние неприятности?
   - Тетя Луиза, а может, пусть на компакт-диске остается? А то выпустим,
  а она проболтается.
   - Да кто ей поверит? Упекут в сумасшедший дом. Ты сейчас не об этом думай.
  Ручка у нас, в охрану я завтра устроюсь. Считай, полдела сделано. Остальное тоже
  получится, если твой воздыхатель Травушкин не помешает.
   "Кит влюбился в Аллу?!" - с ужасом подумала Дашка. Эта мысль потрясла ее
  сильней, чем факт пребывания в оцифрованном виде на компакт-диске.
   ***
  Луиза поправила перед зеркалом новую форменную пилотку и улыбнулась.
   - С первым рабочим днем, тетечка! - Алла смахнула с плеча Луизы Матвеевны
  несуществующую пылинку и чмокнула ее в щеку.
   - Чем целоваться, ты ручку неси. И парочку пустых дисков. В первый-то день
  больше вряд ли получится. Оглядеться надо, привыкнуть.
   - А вам их не жалко?
   - Вот еще! Я не жалею, и ты, глупая, не жалей. Они сами этого хотели.
   - Ну уж это вы слишком! Компьютеры во всем виноваты, люди же не знают,
  что с ними от этого будет.
   - Нечего технику винить. Сначала ничего не было. Потом книги появились,
  театры, кино. Телевизоры при мне уже пошли. Я в школе тогда училась. От чего
  хочешь можно про людей забыть, огородиться и забыть про дружбу. Для нас с тобой
  это слово страшное, а для них - спасение.
   Думаешь, смогла бы я вот так всех подряд оцифровывать, если бы человека
  сразу хватились? Меня бы в два счета нашли! Но им же друг до друга дела нет.
  Как же! Интернет! Общайся, сколько хочешь, и под дождик выходить не нужно.
  Не понимают они того, что по сети этой ихней даже не видать, с кем общаешься.
  Может, там не человек, на другом конце, а пустой компьютер, программа у него
  такая. Или взять игры. Палят почем зря во всех и во все. А если несколько
  соберется, то и друг в друга. И никого им не жалко. Так что нам с тобой и подавно
  волноваться нечего. Мы с тобой, Алка, богатые будем. Оцифруем побольше народу и
  запустим в игру. Как это теперь говорят? Реалити шоу! Вот мы с тобой им и шоу, г
  де раки зимуют. Представляешь? Полное самообслуживание. Сегодня он нам денежки за
  игрушку платит, а завтра сам же в ней от самураев уворачивается. Только для начала
  надо наловить побольше. Так сказать, начальный капитал.
   - Тетя Луиза, вы сейчас на работу опоздаете.
   - Твоя правда. Побегу я, а ты пока название для игры попробуй придумать.
  Это тоже важно.
  
   ***
  Дашка села и позорно расплакалась. Ей было ужасно обидно и сначала даже не страшно.
  Она оцифрована! Что это значит? Как вообще можно оцифровать живого человека? "Если
  захотим, выпустим". Еще чего! Она сама сумеет выбраться отсюда. Вот только как?
  Дашка повертела головой - на стадионе она была одна. Даже дорогу спросить не у кого!
  Пустые ряды зрительских кресел серели темными рядами до самого неба. Должен же здесь
  быть какой-то выход. Или вход? Девочка пошла по кругу, внимательно осматривая стены,
  но повсюду глаз упирался в одну и ту же гладкую поверхность. Внезапно она поняла,
  что стадион совсем не пуст. То, что она приняла за кресла, казалось живым. Во всяком
  случае, "они" шевелились, менялись местами, а иногда и исчезали, словно растворяясь
  в воздухе. Дашка решила подойти поближе, чтобы понять, что это такое.
  Идти поперек "беговых дорожек" оказалось гораздо труднее. Будто вязкие нити прилипали
  к коже в том месте, где кончалась одна "дорожка" и начиналась другая. Прошло уже минут
  пятнадцать, а она еще так и не добралась до бортика.
   "Какая же я глупая! Надо просто позвонить", - девочка достала телефон и задумалась.
  Куда звонить? Домой нельзя - мама только разволнуется, а помочь ничем не сможет. Да и не
  поверит, пожалуй. Никите! Он неплохо разбирается в компьютерах, пусть придумает, как ей
  помочь.
  Связь неожиданно оказалась прекрасной, но Травушкин долго не брал трубку, а потом на
  экране мобильного появился Никита. Экран замигал, посинел и стал гаснуть.
   - Помоги! - крикнула девочка, - А главное, береги телефон.
  Дашка испуганно вскрикнула. Перед ней возникла прозрачная колонна, которая уходила вверх
  в невообразимую высь. Колонна переливалась всеми цветами радуги, вибрировала, и чем
  быстрее носились огоньки в ее призрачной глубине, тем сильнее ощущалась вибрация. У Дашки
  зазвенело в ушах. Звук становился все более пронзительным и вдруг оборвался на самой
  высокой ноте. Колонна лопнула, рассыпавшись на тысячи блестящих осколков. Девочка осторожно
  дотронулась до одного из них. Он оказался упругим и теплым. Как только колонна исчезла,
  телефон заработал снова, но Травушкин уже отключился.
  Не успела Дашка расстроиться по этому поводу, как справа от нее возникла новая колонна,
  чуть поодаль еще одна, и еще, и еще... Серые кубы - "кресла" выпрыгивали из своих гнезд и
  скользили по полю. Если такой куб соприкасался с колонной, она тотчас увеличивалась в
  размерах и начинала медленно вращаться. Девочка уже с трудом уворачивалась от движущихся
  колонн и летящих со всех сторон осколков. Она металась из стороны в сторону, стараясь
  держаться подальше от внезапно оживших предметов, а они все теснее смыкали ряды, словно
  охотились на нее, словно решили во что бы то ни стало избавиться от непрошенной гостьи.
  
   ***
  Попрощавшись с Китом в школьном дворе, Петька пошел к себе. В соответствии с разработанным
  по дороге домой планом Никита должен был обзвонить одноклассников и каждого спрашивать, не
  видел ли он Аллу с Дашкой. После этого он должен был позвонить Петьке и рассказать о
  результатах телефонных поисков. Если девчонок никто из ребят не видел, начинает действовать
  Петька - звонит Алке и Дашке домой, если их там нет, то нужно успокоить родителей, которые
  к этому времени уже вернутся с работы. Потом ребята снова встречаются у школы и решают, что
  делать дальше.
  Вадим участвовать в этой, по его словам, "детективной ерунде" отказался. Сказал, что нечего
  зря панику поднимать: девчонки рано или поздно вернуться, ничего с ними не будет, а он и так
  пропускает хоккей по телику - успеет посмотреть только 2-ой тайм.
  Дома Петька сел около телефона ждать звонка от Никиты. Два часа он сидел, даже не подкрепившись
  вкусным украинским борщом, приготовленным мамой.
  Телефон молчал.
   "Что он там, собрание сочинений Пушкина им по телефону читает, что ли?" - раздраженно
  думал Родионыч.
  Вконец разозлившись, он сам набрал номер Кита, но, к его удивлению, телефон вовсе не был занят.
  Петька долго слушал равномерные длинные гудки. Травушкина не было дома!
  Он набрал номер мобильного телефона Никиты, и тут же равнодушный женский голос сообщил ему, что
  "абонент находится вне зоны досягаемости сети. Перезвоните позже".
   "Ничего себе! Неужели Кит тоже пропал?!" - удрученно подумал Родионов, - "где мне их
  всех искать?"
   "Сначала надо успокоить родителей, как мы и решили. Хорошо, что хоть мои так удачно ушли
  сегодня в театр", - думал он, набирая Дашкин номер.
   ***
  Никита по дороге домой без конца оглядывался, смотрел по сторонам. Он надеялся увидеть знакомое
  Дашкино лицо и убедиться, что все в порядке, просто произошло какое-то недоразумение. Но на душе
  было тревожно.
  Когда он уже подошел к подъезду, сверху упал тяжелый камень и, ударившись о кромку тротуара,
  раскололся пополам.
  Травушкин задрал голову вверх. На фоне темной тучи, предвещавшей скорый снегопад, он с трудом
  разглядел соседку Луизу, летающую на новенькой метле и целящуюся в него вторым камнем.
   "Глюки у меня или нет, рисковать не стоит", - подумал Кит и ринулся в подъезд. Он взбежал
  на свой четвертый этаж, но воспользоваться ключами не успел: окно на площадке верхнего этажа со
  звоном разбилось, осколки посыпались в пролет лестницы, а в образовавшееся отверстие влетела Луиза.
   - За подружкой пожаловал?
  Кит почему-то сразу понял, что речь идет о Дашке.
  Он понесся вниз по лестнице, прыгая через четыре ступеньки, задевая за перила и ударяясь об углы
  на поворотах. Кит хотел оглянуться, хотя и боялся. Скрип Луизиной метлы слышался совсем рядом.
  Потеряешь секунду - и все. Подъезд превратился в бездонный колодец с бесчисленным количеством
  пролетов. Казалось, он закончится в самом центре Земли, в вечно бурлящей магме. Кит чувствовал,
  что теряет силы. Страх, липкий страх бежал прочь - не до него. Мальчику сделалось даже весело,
  и хоть когтистая лапа, того и гляди, могла вцепиться ему в плечо, он несся вперед. Он знал, что
  не сдастся. Впервые Кит понял, что значит - бояться за другого человека больше, чем за себя.
  Душный пар из подвала становился все гуще, в нем таяли очертания нижних лестничных маршей. Кит
  все еще был впереди, но скоро все должно было кончиться. Внизу Луизина власть станет безграничной.
  Эх, вышел бы сейчас Лев Иванович! Покряхтел бы, поворчал, и отобрал у Луизы метлу. А если бежать
  по-честному, она никогда его не догонит. Льва Ивановича, как назло, нигде не было. Зато перед
  черной ямой подвала блеснуло в стене маленькое грязное окно. Кит, не раздумывая, бросился туда.
  Со всей силы ударил кулаком в мутное стекло - во все стороны брызнули осколки стекла, по руке
  потекла кровь. Кит нырнул в образовавшуюся дыру. Он был уверен, что до земли здесь не больше
  метра, и самое большее, чем он рискует - порвать штаны и оцарапать коленки.
  Неожиданно перед ним распахнулось бескрайнее небо. Он летел на высоте примерно десятого этажа.
  Внизу виднелся двор детского сада, в который они по вечерам ходили качаться на качелях, газетный
  киоск, огороженная территория нового элитного дома с песочницей и горками, но без единого ребенка.
  Кит летел легко, как во сне, душу переполнял восторг ничем не ограниченной свободы. Он парил над
  домами, над людьми, над скукой обычной жизни куда-то в манящую голубую глубину. Луиза не отставала.
  Она потеряла несколько драгоценных секунд, вылезая в разбитое окно, но сейчас ходовые качества
  метлы позволили ей опасно приблизиться к беглецу. Положение создалось критическое.
  Тут из окна все-таки выглянул Лев Иванович. Он увидел Луизу, опознал свою пропавшую метлу,
  сморщился и плюнул. И сейчас же над головой ведьмы возникла компактная черная туча. Она раздалась
  и окрепла, не превышая, однако же, размеров детской песочницы. В черной мгле закружились и заиграли
  яркие молнии, и грянул дождь. Несмотря на сильный мороз, тугие струи хлестали Луизу по бокам, от
  ведьмы поднимались струи пара, ограничивали видимость, сплетались наподобие кокона вокруг
  многострадальной метлы Льва Ивановича. Луиза не растерялась. Она швырнула в дворника пригоршню
  мусора с мостовой. Домовой успел уже закрыть форточку, но мелкая влажная грязь смерчем двинулась
  к дому, ударилась об стену, отскочила и понеслась прямо на Кита. Попав в вонючий, полный окурков
  туман, мальчик стал резко снижаться, описывая над улицей мелкие круги. Через несколько секунд он
  больно ударился всем телом и погрузился во тьму.
  Приходя в сознание, Кит медленно поднял голову. Неподалеку у фонарного столба маленькая дворняжка
  деловито изучала собачью газету. Обнюхав желтый сугроб, она подошла к мальчику и вполголоса
  сказала: " Так вы ничего не добьетесь, надо переходить в наступление".
   - Тебе легко говорить, - ничуть не удивившись, ответил Кит. - Для этого надо знать, куда
  наступать. Да и как бороться с волшебниками?
   - Вспомните, с чего все началось.
   - С чего началось... С двойки за самостоятельную, вот с чего. Так что же мне теперь,
  задачки решать?
   Но собака уже убежала. Кит встал, отряхнулся. Кажется, цел. Улица по-прежнему была
  пустынна. Лев Иванович и Луиза тоже куда-то скрылись. Крупные снежинки, плавно кружась,
  oпускались на серые сугробы. Мороз крепчал. Похоже, снег шел уже давно. В свете вспыхнувших
  фонарей все вокруг казалось усыпанным бриллиантами.
   Кит постоял в раздумье, потом поднял свалившуюся при падении шапку и побрел к метро.
  Может, собака права? Все началось с того, что Мария Ивановна потеряла в классе свою авторучку.
  Затем он выдумал предлог, чтобы пойти к ней домой и попробовать исправить оценку, и друзья х
  отели пойти вместе с ним. Правда, теперь он остался один, но до математички всего две остановки.
   Войдя в метро, Кит машинально приложил к турникету проездной и спустился на станцию.
  Что теперь говорить Марии Ивановне? Авторучки у него уже нет. Рассказать все, как было? А
  вдруг она решит, что он болен? У него высокая температура и он бредит?
   Подошел поезд, двери открылись, и Кит вошел в пустой вагон. Объявление на стенке вагона
  не изменилось. Оно по-прежнему приглашало на работу фей пути и домовых, но Кит как-то не придал
  этому значения. Он плюхнулся на сиденье, и в это мгновение зазвонил телефон. Кит порылся в
  кармане, выудив оттуда мобильник. Тупо глядя на него, он пытался понять, что это за мелодия.
  Кажется, у него на телефоне вообще такой не было.
  А музыка все играла и играла. Вдруг на дисплее возникло сердитое Дашкино лицо. "Ты чего,
  Травушкин, не отвечаешь?"
  Кит остолбенел. "Я звоню-звоню, а ты молчишь", - продолжала выговаривать ему девочка и вдруг
  как-то сморщилась, быстро-быстро заморгала и всхлипнула. - "Я домой хочу, слышишь? На тебя
  вся надежда".
  Дисплей погас и тут же вспыхнул снова. "Смотри, не потеряй мобильник!", - сказал Дашкин голос,
  хотя изображения на этот раз не было. Разговор прервался, а Кит так и не нажал ни на одну
  кнопку.
  До Марии Ивановны надо было проехать две коротких остановки, а поезд все мчался и мчался
  вперед. За всеми неожиданностями Травушкин как-то перестал следить за временем, и когда вдруг
  очнулся, то понял, что прошло, наверное, уже полчаса. Он, конечно, давно пропустил нужную
  станцию. Мальчик принялся озираться по сторонам, пытаясь понять, где находится. В вагоне по-
  прежнему кроме него никого не было, оставалось ждать следующей остановки. Кит попытался
  устроиться поудобнее, но ему не сиделось. Он чувствовал что-то неладное, хотя не мог понять,
  в чем дело. Наконец, не вытерпев, он вскочил и побежал в конец вагона. Через стекло заглянул
  в соседний салон - ни души. Тогда он пробежал вперед - в предыдущем вагоне тоже никого не было.
  Откровенно говоря, Кит струхнул, прямо все поджилки затряслись. Он понял, что заколдованный
  поезд, этакий "Летучий голландец", везет его неведомо куда, и ему не вырваться, не позвать
  на помощь!
   "Главное - без паники", - решил мальчик, хотя зубы предательски стучали, мешая
  сосредоточиться. В конце концов, еще ничего плохого не случилось. Подумаешь, едет в метро.
  В первый раз, что ли? Когда-нибудь поезд остановится, и он выйдет. Правда, неизвестно, когда
  и где это будет, но можно подождать. Он не торопится.
  Чтобы взять себя в руки и успокоить нервы, Кит принялся глубоко дышать. Раз-два - вдох через
  нос, три-четыре-пять - выдох через рот. Дыхательная гимнастика. Скоро начала кружиться голова,
  зато страх прошел. Кит расслабился, вытянул ноги через проход, и тут поезд остановился.
  Никита встал. Поезд выехал из туннеля наружу, и станция оказалась не станция, а платформа
  пригородной электрички. Двери распахнулись, мальчик вышел наружу.
  Ярко светило солнце, трава зелеными волнами катилась к чистой речушке с песчаным пляжем.
  В небесной голубизне играли озорные ласточки.
  Никите в теплой зимней куртке и вязаной шапке сразу стало жарко. Скинув верхнюю одежду,
  он соскочил с платформы и зашагал по узкой тропинке к пляжу.
  Вокруг стояло лето, припекало по-настоящему. Вскоре мальчик разулся и зашлепал по теплой
  земле босиком. Захотелось пить. Кит огляделся - вода была только в реке, и пить ее он не
  решился.
  Бросив на песок куртку, он уселся сверху и через голову стянул свитер. Куда он попал, и
  что теперь делать? Может, искупаться? Прозрачная водичка плескалась у самых ног. Кит совсем
  уже собрался раздеться и нырнуть в прохладную глубину, как вдруг в кустах у него за спиной
  раздался страшный треск. Мальчик подскочил от неожиданности - расслабляться не следовало.
  Хорошо бы вооружиться. Он поискал глазами палку или камень, но кругом до самых кустов белел
  чистый речной песочек.
  Шум приближался. Из кустов показалась уже знакомая маленькая дворняжка, к хвосту которой
  лейкопластырем была примотана пустая консервная банка.
   - Добрый день, - вежливо поздоровалась собака.
   - Привет, - буркнул ошеломленный Кит.
   - Вас не затруднит освободить мой хвост? Только, пожалуйста, осторожнее. Знаете,
  лейкопластырь - крайне неприятная вещь.
   - Я постараюсь, - заверил дворняжку Никита и принялся по волоску отдирать от хвоста
  липкую ленту. Собака мелко повизгивала, иногда рычала, но не дергалась. Наконец и консервная
  банка, и повязка отделились от шерсти. Дворняжка повернула голову и удрученно посмотрела на
  то, что осталось от хвоста.
   - Ну и ну! Тем не менее, я вам очень благодарна. Очень и очень. Что поделаешь, и в
  собачьей жизни бывают трудные минуты.
   - Само собой, - согласился Никита, решая, спит он или бредит.
   - К сожалению, я вынуждена спешить. Дела, знаете ли. Позвольте дать вам на прощанье
  один совет. Помните, что вы в стане врага, а бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
   - Зачем вы мне это говорите? - спросил Никита, невольно переходя с дворняжкой "на вы".
   - Собака - друг человека, - назидательно произнесла та и потрусила по тропинке между
  кустами.
   ***
  Никита обошел пляж и огляделся. В воду больше не тянуло, хотя пить хотелось страшно. За
  ближайшим кустом он обнаружил автомат с яркой рекламой прохладительных напитков.
   "Только сегодня, только у нас! Нажмите на кнопку и получите банку холодной фруктовой
  воды без сахара и консервантов!"
  Рука сама собой потянулась к огромной, как блюдце, черной кнопке, но Кит собрал волю в
  кулак и отвернулся.
   "Бесплатный сыр бывает только в мышеловке". Именно об этом и говорила собачка.
  Горло пересохло, во рту пекло. Никита спустился к реке. Вода выглядела чистой и прозрачной.
  Мальчик сел на песок и опустил ноги в речку. Нежные струйки приятно холодили пятки.
   "Попью! Была - не была! В конце концов, раньше люди пили из рек, пока водопровода
  не изобрели".
  Он наклонился зачерпнул рукой хрустальную влагу. Вода оказалась сладкой и свежей.
   "Хорошо, что рядом нет заводов. Может, обойдется?"
  Кит оглянулся. Автомат на берегу трясся и подпрыгивал в сильном волнении. Кит злорадно
  усмехнулся и зачерпнул еще.
  Напившись, Никита зашагал вдоль берега. Мокрый песок был плотным и холодным. Ступни
  оставляли на нем неглубокие следы, в которые тут же набиралась вода. Что теперь делать?
  Надо хоть домой позвонить, а то родители, небось, с ума сходят. Мальчик достал из кармана
  мобильник, и в этот момент сзади послышался шум - кто-то явно шел за ним. Никита оглянулся
  и не поверил своим глазам. Его нагонял автомат. Переваливаясь с боку на бок и сияя
  разноцветной рекламой, он злобно скрипел и пыхтел всего в нескольких метрах от него.
  Никите стало как-то не по себе. Улыбающиеся зубастые рожи, с удовольствием пьющие
  газированные напитки, щурились и дергались, как живые. Они открывали большие хищные рты
  и глотали желтые, оранжевые, зеленые струи, косясь на Никиту нарисованными глазами. Кабель
  питания тянулся за автоматом словно гигантский хвост. Кит никогда не считал себя героем,
  а тут и вовсе повернулся и побежал прочь со всей возможной прытью.
  Автомат тоже увеличил скорость, но быстро отстал. Никита вздохнул-было с облегчением, а
  зря. Автомат внезапно остановился, повозился немного и освободился от кабеля, который,
  словно змея, бросился на опешившего мальчика. Свернувшись кольцами, он поднял "голову"
  - разъем и принялся медленно раскачиваться, гипнотизируя Кита. Тот замер, не в силах
  сделать ни шага. Оголенные контакты кружились в непосредственной близости от его лица,
  Никита силился побороть гипнотическую силу ожившего провода, но не мог пошевелиться.
   - Эй, Ник, как хорошо, что я тебя встретила! Как ты сюда попал? - спросил
  мелодичный девичий голос. Кабель опустился и уполз в траву. Чары рассеялись от звуков
  человеческого голоса.
  Никита с благодарностью взглянул на Аллу.
   -Здорово! А я думал, что здесь нет людей.
   - Где "здесь"? Кит, как ты думаешь, где мы?
  Никиту, которого тоже совсем недавно интересовал этот вопрос, занимало сейчас
  совсем другое. Алла взмахнула длинными ресницами. Ее глаза стали похожи на лесные озера.
  Как-то сами собой родились строчки:
  
   Твои глаза зеленые ...
  
   или так:
  
   Твои зеленые глаза ...
  
   Все равно не то. Вот:
  
   В твоих глазах
   Сияет лета жар.
   От них в душе
   Моей пожар.
  
   От этих слов Никиту и впрямь бросило в жар.
   - Что с тобой? - спросила Алла. Кит покраснел.
   - Жара такая! Ничего себе зима.
   - Здесь нет зимы. Ой, Кит, я боюсь. - от этих слов мальчик приободрился.
   - Подумаешь! Никто нас тут не съест. Правда, домой хочется. Но ты не волнуйся,
  я придумаю, как отсюда выбраться.
   - Для этого надо бы понять, как мы здесь оказались.
   - Я просто ехал в метро. А ты?
   - Надо же! Я тоже. Я здесь уже давно, даже успела соскучиться. Представляешь,
  мы с Дашкой сели в поезд...
   - Кстати, зачем вы выскочили?
   - Ну, понимаешь... Девочек об этом не спрашивают. Что ты на меня так смотришь?
  В туалет пошли, если тебе интересно. А потом сели в поезд и поехали вас догонять,
  минут через пятнадцать. Доехали, поискали вас на станции, дошли даже до математичкиного
  дома. Не понимаю, как мы могли разминуться?
   - Мы же вышли на следующей остановке! Вас искали. Кстати, ты унесла ручку Марии
  Ивановны.
   - Да? Извини, пожалуйста. - Алла принялась рыться в сумочке. - Дашка спешила,
  она поехала домой, а я еще подождала полчасика. Ну, дальше ты знаешь. Села в поезд и
  оказалась тут. Знаешь, здесь совсем не так уж плохо. Там, дальше, за пляжем есть
  киоск, а у меня в кошельке пятьдесят рублей. Пойдем, купим чего-нибудь? Я есть хочу.
  Вот, нашла! Держи, пожалуйста.
   Никита взял из рук девочки тонкую синюю ручку. Ничего особенного, можно купить
  за десятку в любом газетном киоске. Кит присмотрелся повнимательнее и похолодел. Ручка
  математички была не новая, а немного поцарапанная, а у стержня даже с небольшим сколом.
  Эта же сияла так, словно ей еще никто не писал.
   - Алка, это та ручка?
   - Конечно! У меня больше вообще никакой нет.
   "Странно", - подумал мальчик.
   - Ник, ты есть хочешь? - как ни в чем не бывало спросила Алла.
   - Можно чего-нибудь перекусить.
   - Идем скорей, а то я сейчас упаду в голодный обморок.
   - Пойдем, - согласился Кит, у которого тоже сосало под ложечкой.
   Алла купила по два бутерброда с сыром и с колбасой и бутылку какой-то ярко-синей
  газировки.
   - Хорошо, что здесь недорого. Мне даже дали пять рублей сдачи.
  Ребята устроились на берегу под развесистой ивой. Голодный Никита проглотил свою
  порцию в два укуса. Алла разлила по стаканчикам воду.
   - На, пей. Жара такая! - Никита залпом выпил газировку и не заметил, что Алла
  лишь поднесла свой стакан к губам.
  То ли солнце пригревало все сильнее, то ли из-за блаженного чувства сытости Никиту начало
  клонить в сон. Он расстелил свою куртку, чтобы Алле было удобнее сидеть, а сам растянулся
  рядом. Тихо журчала река, по небу плыли пушистые облака, Кит грыз травинку и задумчиво
  шевелил пальцами босых ног.
  Алла потрогала рукой землю и сказала:
   - Ник, ты определенно простудишься. Иди сюда, я подвинусь.
  Никита вспыхнул и для порядка ответил:
   - Подумаешь! Здесь же лето.
   - Начало лета, а может, даже весна. Гляди, одуванчики цветут.
  Медленно, словно нехотя, Кит поднялся, пересел на куртку и прислонился спиной к дереву.
  Алла положила голову ему на плечо.
  
   * * *
  Алла плела венок из одуванчиков и рассказывала какую-то бесконечную историю о том,
  как они с Дашкой ездили в библиотеку. Кит давно оставил попытки понять, что же там
  произошло такого интересного, и только слушал милый голосок. Глаза слипались. Кит
  и не заметил, как заснул. Ему снились бесконечные трамвайные пути. Они уходили
  куда-то вдаль, переплетались, заворачивали, словно на станции "Москва - сортировочная".
  Водитель судорожно сворачивал то вправо, то влево, пытаясь выскочить из металлической
  паутины. Пот градом катился по его лицу. Он то и дело нажимал на большую черную кнопку,
  и трамвай издавал тревожный предупреждающий сигнал. А в вагоне две ничего не подозревающие
  девчонки рассматривали книги, вынимая их из огромных неподъемных сумок. "Не дотащат!
  Придется им помочь", - не просыпаясь, подумал Кит. И вдруг - что такое? - он заметил, как
  Алла украдкой достала из своей сумки огромную черную книгу и сунула в Дашкин рюкзачок, а та
  ничего и не заметила. Алла хитро и воровато огляделась и вынула еще одну книгу - коричневую,
  наверное, в два раза больше первой. Дашкин рюкзак, и без того полный, пух на глазах, а она
  уткнулась носом в журнал с яркими картинками и ничего не видела.
   "Что же это такое!" - возмутился Кит. - "Дашка и свое не унесет, зачем Алла это
  делает?"
  Между тем водитель, отчаявшись найти нужные рельсы, принялся объявлять по громкой связи:
  "Уважаемые пассажиры! Трамвай дальше не пойдет. По техническим причинам попрошу покинуть
  салон".
  Дверь открылась, Алла подхватила свою опустевшую сумку и легко соскочила с подножки. Дашка
  тоже попыталась надеть свой рюкзак, но не смогла его даже поднять.
   "Покиньте вагон! Покиньте вагон! - как попугай, повторял вагоновожатый, но Дашка
  не могла справиться со своей ношей.
  Внезапно двери закрылись, и трамвай начал волчком вертеться вокруг собственной оси, все
  быстрей и быстрей. Соскочившие с проводов пантографы мотались их стороны в сторону, как
  усы бешеного жука.
  От ужаса Кит проснулся. Он по-прежнему лежал на траве, но Аллы рядом не было. Никита
  попробовал сесть и тут с удивление обнаружил, что связан по рукам и ногам электрическим
  кабелем. Он хотел крикнуть, но во рту у него торчал пластиковый стаканчик из-под газированной
  воды.
  Первой его мыслью было: "Где Алла? Идиот! Защитничек выискался! Так позорно заснуть и
  прозевать все на свете!" От бессильной ярости на глаза навернулись слезы. Кит отчаянно
  замотал головой чтобы вытряхнуть изо рта проклятый стакан. В конце концов это ему удалось,
  но руки и ноги были связаны на совесть. Что делать?
  Кит попытался повернуться, чтобы посмотреть, нет ли рядом чего-нибудь острого. За кустами
  кто-то шевелился. Сначала Никита не понял, кто это, а потом замер и даже почти перестал дышать.
  В двух метрах от него стояла Алла, а рядом с ней уже хорошо знакомый мальчику автомат с
  газированной водой. Алла подставила ему ладошку, а автомат, вытянув монетоприемник, словно
  чудовищные стальные губы, жрал у нее из руки монетки, время от времени останавливаясь, сыто
  отдуваясь и сплевывая копейки. Одна из них отлетела и щелкнула Никиту по носу, он не сдержался
  и ойкнул. Алла тотчас перестала кормить автомат, который втянул "губы" и приобрел вид обычного
  неодушевленного предмета.
   - Ник, вот ты где! А я уже начала волноваться. Что это с тобой случилось? Давай, я тебя
  развяжу.
   "Куда я подевался?" - подумал Кит, - "Я-то как раз с места не двинулся". Но вслух ничего
  не сказал.
  Алла быстро распутала веревки. Кит принялся разминать затекшие руки и ноги. Он боялся
  встретиться с девочкой глазами. Десять тысяч вопросов вертелись у него на языке, но он не
  смел задать ни одного. В добавок ко всему, он опустил руку в карман куртки и обнаружил, что
  мобильника там нет. "Связь с реальным миром потеряна, что же делать? Как выбраться отсюда?"
  - подумал он.
   - Ник, как ты думаешь, отсюда можно позвонить домой? - словно прочитав его мысли,
  спросила Алла.
   - Я, кажется, потерял телефон. Пойдем, поищем, мало ли что тут есть. Вдруг найдем
  телефонную будку или где-нибудь в магазине разрешения попросим.
  
  Метрах в пятидесяти от ребят обнаружился ярко разукрашенный домик.
   - "Кафе", - решил мальчик, но это оказалось вовсе не кафе, а игровой павильон
  "Радостная жизнь".
  Почти все места в ярком павильоне были заняты ребятами от семи до семнадцати лет. За
  некоторыми компьютерами сидели совсем взрослые мужчины и женщины. Никита с трудом нашел
  свободное место - за соседним столом сидела молодая женщина, одной рукой держа оптическую
  "мышь", а другой покачивая синюю в цветочек коляску с ревущим на весь зал малышом.
  Уставившаяся на экран монитора мамаша не замечала его криков, как, впрочем, и остальные
  люди, присутствующие в зале. А коляска загораживала пустующее кресло, чем и воспользовался Кит.
  Сначала, правда, он потянул женщину за рукав и сказал:
   - Ваш ребенок плачет!
   - А..., да , да... - обернулась та и опять впилась глазами в экран.
  Кит хотел утешить малыша, но тот уже замолчал. Оказалось, нерадивая мамаша успела сунуть в
  коляску игру "Тетрис", и мальчуган с интересом стал наблюдать за падающими вниз разноцветными
  квадратиками на маленьком экранчике.
  Травушкин включил компьютер и уже собрался было набрать адрес телефонной компании "МТС", чтобы
  послать Дашке сообщение - рассказать, что потерял свой мобильник.
  Но программа, не дождавшись команды, вышла на игровой сайт и запустила его любимую игру
  "Покорители галактики". Кит машинально стал отстреливаться, спасая одну из многочисленных
  жизней своего виртуального героя. Через пять минут, забыв, зачем сюда пришел, он основательно
  втянулся в игру. Видимо, это была новая версия с неизвестными Никите поворотами сценария.
  Время летело быстро. На улице начало темнеть. Никто из сидящих в зале не замечал этого.
  До конца миссии оставалось совсем немного, когда что-то больно ударило Никиту по ребрам.
  Мальчик обернулся и увидел сердитое лицо Льва Ивановича, опиравшегося на свою неизменную метлу.
   - Что же ты делаешь, Травушкин? - укоризненно спросил он, - забыл, зачем сюда пришел?
  А Дарья-то тебя дожидается, верит, что ты ей поможешь.
  Никита хотел ответить, хотел встать, но рука словно приросла к "мышке". Не веря своим глазам,
  он обнаружил, что медленно втягивается внутрь, словно какая-то неведомая сила задумала утащить
  его в недра компьютера.
  
   ***
  Примерно в восемь утра Петька уныло брел по улице, не замечая, что поднялся ветер,
  и холодный снег, кружась в воздухе, залетал в его незастегнутую куртку, обжигал морозом шею,
  которую Родионов никогда не укутывал теплыми шарфами.
  Он редко бывал так растерян, как сегодня. Идти в милицию - значит подвергать риску здоровье
  Никитиной мамы, у которой и так недавно был сердечный приступ.
  Поэтому вчера Петька малодушно соврал всем родителям, что Алла, Дашка и Кит останутся у него,
  чтобы готовиться переписывать контрольную, а завтра вместе пойдут в школу.
  Родионов надеялся, что друзья вернуться, и все само собой уладится. Но они не вернулись.
  И тренер Иван Пантелеевич, как назло, уехал к себе в деревню - у него сестра под Новый год
  решила замуж выходить, как будто другого времени не нашла...
  Петька злился: из-за этой предновогодней свадьбы ему не с кем было посоветоваться. В другое
  время он, конечно, пошел бы к тренеру их футбольной команды, которого искренне считал своим
  другом и, что называется, "крутым парнем", который никогда не унывает и всегда знает, что
  делать. Может, поехать к нему? Нет, не годится. Кто тогда станет успокаивать всех родителей?
  У самого Петьки родители вообще были пожилые - под пятьдесят лет. Поэтому сын всегда руководил
  ими, всячески оберегал от лишних волнений, и, вообще, считал себя главой семьи. Он понимал -
  пожилых родственников нельзя надолго оставлять одних.
  Не замечавший прохожих мальчик вдруг столкнулся с какой-то женщиной. Он поднял глаза и увидел
  математичку Марию Ивановну.
   - Что с тобой случилось. Петя? - с удивлением спросила она.
   - Со мной ничего, а вот с ребятами - плохо.
   - Что плохо? Расскажи мне. Я попробую тебе помочь, - предложила Мария Ивановна.
   - Чем вы можете помочь? Вы же - не частный детектив.
   - Всегда мечтала им стать, - улыбнулась женщина.
  От ее улыбки у Петьки потеплело на душе, и он вдруг поверил, что именно математичка, которую
  побаивался весь класс, поможет его друзьям.
   - Пойдем ко мне, попьем чайку с пирожными, ты все расскажешь, и будем вместе думать,
  что делать.
   - А как же школа?
   - Ну, это я улажу. Мне только к двум часам надо прийти, дать возможность некоторым
  лентяям контрольную переписать. А тебя я, как классный руководитель, сегодня отпускаю. Зайдешь
  только за дневником попозже.
   - Здорово! Тогда, может, лучше в "Мак Дональдс" пойдем? У меня деньги есть - от завтраков
  скопились.
   - Ну что ты, милый, зачем есть всякую гадость. Домашние пирожные - гораздо вкуснее.
  А если ты хочешь жареной курицы с пюре и вишневого компота - у меня такие блюда тоже найдутся.
   - Ладно, - согласился Петька, - тогда слушайте...
   - Нет, подожди. Дело, я чувствую, у тебя секретное. Придем ко мне, тогда и расскажешь.
   "Странно", - подумал мальчик, - "откуда она знает, секретное дело или нет". Но возражать
  не стал.
   Через пятнадцать минут они прибыли к Марии Ивановне. А еще через десять Петька, обсасывая
  куриную ножку, рассказывал, как они решили с помощью потерянной ею ручки заменить контрольную на
  устный опрос, как поехали к ней, как потерялись девчонки - короче, все события прошедшего дня.
  Математичка не перебивала его. Только в том месте, где он рассказывал, как Алла списывала номер
  телефона из странного объявления в вагоне метро, она спросила:
   - А ручку Алла потом отдала Никите?
   - Не помню. По-моему, нет. Даже точно нет. Кажется, когда Дашка вслед за ней из вагона
  выскочила, то крикнула вслед Алке: "Отдай ручку-то математичкину!", или что-то в этом роде.
   - Вот это очень плохо!
   - Почему?
   - Я все тебе объясню в свое время. Рассказывай дальше, Петя, что случилось после этого?
  Поскольку потом с Петькой ничего не случилось, только неизвестно куда делся Кит, рассказ закончился
  быстро.
  Принявшись за вкусные домашние эклеры (у него от волнения всегда повышался аппетит), мальчик ждал,
  что скажет учительница. Но Мария Ивановна молча о чем-то думала. Казалось, она забыла о своем госте.
  Промаявшись минут десять, Петька не выдержал:
   - Марь-Иванна, что мы делать-то будем?
   - Спасать надо твоих друзей, Родионов.
   - Значит, действительно случилось что-то плохое?
   - Да, мой мальчик. Интуиция тебя не подвела. Слушай внимательно: спасти Дашу и Никиту можешь
  только ты.
   - Я, конечно, все сделаю, что надо. Но почему только я? Может, милицию вызвать?
   - Нет, Петя, милиция тут не поможет. Настоящая дружба и верность - вот что нужно твоим
  товарищам.
   - Тогда можно еще Вадима позвать? Он тоже из нашей компании.
   - Вадим слишком сильно любит себя, а друзей не очень-то ценит. Он для наших целей не
  годится.
   - А какие у нас цели?
   - Первая цель - забрать у Аллы волшебную ручку.
   - Волшебную???
   - Да, дружок. Ты не ослышался. И сделать это должен ты.
   - А вы мне поможете?
   - Конечно. Я буду подсказывать тебе, что делать, но ни Алла, ни ее тетя Луиза меня видеть
  не должны.
   - Почему?
   - Что же ты такой "почемучка"? Некогда мне сейчас объяснять, что да почему. Времени у
  нас с тобой мало.
   - Времени?
   - Конечно. Представь себе, что может сделать злой человек, получивший волшебную ручку!
   - Что угодно.
   - Вот именно. Поэтому ты должен пойти к Луизе Матвеевне, тете Аллы, и эту ручку выкрасть.
  Она находится там, я точно знаю. И не спрашивай опять, откуда мне все известно. Не до этого нам.
   - Но как я это сделаю? Я же эту Луизу и в глаза не видел.
   - Попасть к ней как раз несложно. Она живет в одном подъезде с Никитой Травушкиным,
  только этажом ниже, в квартире номер пятьдесят один. Ты позвонишь и скажешь, что соседи сверху
  просили тебя зайти посмотреть, нет ли у Луизы Матвеевны мокрых пятен на потолке, а то они волнуются,
  поскольку опрокинули таз с водой для стирки. И они не хотят неприятностей, поэтому готовы заплатить
  за побелку потолка. Поскольку ты - Никитин друг, у его соседки не должно возникнуть подозрений.
   - Ну что вы, Марь-Иванна! Кто же в наше время стирает в тазу? У всех есть стиральные
  машины. А потолки почти никто не "белит", а обклеивают моющимися обоями или делают "навесные".
   - Да? Действительно, я немног7о отстала от жизни. Но и ты, Родионов, если хочешь спасти
  друзей, должен быть посообразительнее! Скажешь, что у соседей сверху стиральная машина сломалась,
  и вода вытекла на пол.
   - А ведь вы учили нас никогда не врать!
   - Родионов, ты просто - как младенец! - вышла из себя математичка - Не врать. Да, я учила.
  Но из двух зол выбирают меньшее. Ты что, предлагаешь войти к ведьме в квартиру с топором и
  закричать: "Отдай волшебную палочку, а то зарублю"? А если она превратит тебя в какой-нибудь, скажем,
  шкаф, а топор - в антресоли сверху7
   - Неужели сможет?
   - Еще как! И глазом моргнуть не успеешь. Так что придется врать. А я буду тебе подсказывать.
   - Вы со мной пойдете?
   - Да, Родионов, видно, ты шпионскими романами не увлекаешься.
   - Я футболом увлекаюсь.
   - Как раз это тебе сейчас не понадобится. Слушай и не задавай глупые вопросы. Я дам тебе
  маленький приемник, 5 мм в диаметре. Завернешь его в кусочек марли и вставишь в ухо. Придется еще
  соврать, что ухо болит. А передатчик будет у меня.
   - А если я вам захочу что-нибудь сказать?
   - Не получится. Придется тебе действовать по обстоятельствам. Единственное, что я могу
  предложить при угрожающей обстановке - применить устройство "SOS". Оно выглядит как канцелярская
  скрепка. На, положи ее в карман. Если будет очень плохо, зажми ее указательным и большим пальцем,
  и мне придется прибыть лично. Но это очень нежелательно, так что из-за пустяков скрепку не жми.
   - Мария Ивановна, а я не сплю? Может, этот разговор мне снится? Или, может, у меня
  галлюцинации на почве переутомления?
   - Нет, Петя, ты не спишь. И вряд-ли переутомился, судя по результатам контрольной работы.
  Вот что я тебе скажу: запомни, если чего-нибудь не понимаешь, это значит, что ты столкнулся с
  неизвестным явлением, а вовсе не то, что ты сошел с ума.
   - Ладно. Ну а дальше что? Войду я к этой ведьме. Как узнать, где у нее лежит "волшебная
  ручка"?
   - Тут два варианта: первый - ручку Алла положила в карман своей куртки, значит она и сейчас
  там лежит.
   - Вы думаете, Алла у своей тетки? И Дашенция с Китом там?
   - Нет, я только предполагаю, что Алла может быть там, а где Даша и Никита - не знаю.
   - Но ведь девчонки вмести сбежали!
   - Петя, не хотела я расстраивать тебя раньше времени, но, боюсь, Алла - вовсе не такая
  хорошая, какой хочет казаться. Ты это учти и слушай дальше. Второй вариант такой: если Аллы там
  нет, надо спровоцировать Луизу Матвеевну на колдовство и успеть выхватить у нее ручку, пока она
  ничего не наколдовала.
   - Вы же сами только что говорили, что "глазом моргнуть не успеешь"...
   - Петя, ты опять не хочешь напрячь мозги. Луиза не будет спешить, поскольку не знает,
  что ты в курсе дела относительно волшебной ручки. Несколько секунд у тебя будет. Пожалуй, тебе
  может пригодиться увлечение футболом - по крайней мере - быстрота реакции.
   - А потом что мне делать?
   - Горе мое... Потом махнешь волшебной палочкой и скажешь: "Луиза, замри", и она не сможет
  даже пальцем пошевелить.
   - С ручкой понятно. А как я узнаю, где Дашка и Кит?
   - Петя, я и сама не знаю, как. Думать будешь. Дружба чудеса творит, не хуже волшебной
  палочки.
   ***
  Сердце у Дашки ушло в пятки, потом подпрыгнуло и застряло где-то между печенью и селезенкой.
  Она одновременно испугалась и обрадовалась. Глупо, конечно, радоваться, что твоя единственная
  надежда на спасение попала в ту же ловушку, что и ты. Но вид лежавшего у ее ног и с изумлением
  озиравшегося Травушкина странным образом вселил в нее уверенность в благополучном окончании
  всех приключений. Пожалуй, быть оцифрованной вместе с Китом даже лучше, чем гулять на свободе,
  но одной.
   - Дашка, привет! Ты что тут делаешь?
   - Отдыхаю! Не видишь, какая тут красота? Прямо домой не хочется.
   - Ничего себе. А я думал, с тобой что-нибудь случилось.
  Девочка заволновалась.
   - Эй, ты часом головой не ударился? Конечно, со мной много чего произошло. Например,
  меня ведьма заколдовала. А теперь - и тебя тоже.
   - Как это заколдовала?
   - Оцифровала. Записала на CD диск.
   - Разве можно записать на диск живого человека?
   - Выходит, можно, - вздохнула Дашка. - А ты-то как здесь очутился?
   - Долго рассказывать, - Кит подумал, что об игровом павильоне лучше пока не заикаться,
  - я тоже попал в переделку. Знаешь, по-моему, это все из-за той ручки. Которую Алка украла.
   - Я знаю. Я сразу заметила...
   - Слушай, давай об этом потом. Надо постараться отсюда выбраться.
   В другое время Кит, несомненно, не поверил бы Дашкиным сказкам. Но после того, что
  произошло с ним самим, принял все как есть.
   Пропавшие было колонны возникли вновь. Для Кита это явилось полнейшей неожиданностью.
   - Что это такое?
   - Не знаю. Их то нет, а то как начнут... Смотри, они лопаются. Если осколком залепит,
  мало не покажется.
   - Долго они так будут?
   - Каждый раз по разному. Иногда минут пять, а то и целых полчаса. Я даже устала
  уворачиваться.
   - Интересно, откуда они берутся? Ты видела, как они шарят по рядам?
  Внезапно Травушкина осенило.
   - Говоришь, мы оцифрованы? Интересно, в каком формате мы хранимся...
   - В каком формате? - испугалась Дашка.
   - Ну да. Впрочем, неважно. Знаешь, я думаю, эти колонны - это временные соединения.
  Наверно, ведьма включила компьютер и читает нас.
  Действительно, не на шутку разгулявшиеся колонны покинули пределы "стадиона" и переместились
  в "зрительные ряды". Серые кубы - "кресла", которых касались колонны, выскакивали из своих
  гнезд и словно по трубам неслись куда-то вверх.
  Ребята подошли к бортику, огораживающему "беговые дорожки" от серых кубов.
  Вдруг одна из колонн возникла перед самым Никитиным носом. Набрав обороты, она выхватила из
  уже порядком поредевшего ряда одно из "кресел", отправила его наверх, а потом с треском лопнула.
  Видение длилось какие-то доли секунды, но Кит мог поклясться, что это ему не померещилось.
  Когда куб устремился к потолку, мальчик неожиданно увидел искаженное ужасом лицо человека.
  Глаза их на мгновенье встретились - это был парень из соседнего подъезда, с которым они раньше
  часто играли по сети в "Волков".
   "Когда я видел его в последний раз? Пожалуй, недели три назад. Нет, это невозможно!"
   - Дашка, давай попробуем поискать дверь.
   - Бесполезно. Я уже десять раз все обежала. Тут нет никаких выходов.
  Кит задумался. Как-то ведь они сюда попали! Значит - можно и назад.
   - Знаешь, пожалуй, нам помогут колонны. Наверно, они нас сюда и доставили. Чтобы мы
  отсюда выбрались, нас должны считать. Для этого нам придется снова попасть внутрь колонн.
  Понимаешь, электрические импульсы считывающего устройства выбирают с диска нужные физические
  записи.
   - Я боюсь. И потом, если мы в них попадем, неизвестно, куда нас выбросит. Мы можем
  оказаться в разных местах и уже не встретимся.
   - А мы возьмемся за руки и станем рядом. Пусть нас обоих захватит одна и та же колонна.
   - Ничего не выйдет - они же твердые.
   - Надо попробовать. Все равно другого выхода нет.
   - Я боюсь.
   - Я тоже боюсь, но не оставаться же нам здесь навсегда.
   Дашка внимательно смотрела на него круглыми от ужаса глазами, а потом вдруг зажмурилась,
  шагнула вперед и прижалась щекой к его свитеру. Кит помедлил, и осторожно обнял Дашку за плечи.
   - Я не буду смотреть, ладно? Веди меня сам.
   Мальчик вздохнул, крепче вцепился в Дашкино плечо и шагнул вперед...
   ***
  Пока Родионов ехал в метро, предстоящее дело не казалось ему особенно трудным.
  Устроившись поудобнее на сиденье вагона, он закрыл глаза и начал представлять себе: вот
  он звонит в дверь, ему открывает противная злобная старуха с волшебной палочкой в руке,
  дрожащими от старческих болезней пальцами пытается нарисовать в воздухе волшебной ручкой
  какой-то знак, но не успевает. Петька выхватывает у нее ручку, чертит ей знай "Зорро",
  как в одноименном приключенческом фильме (классный фильм, жаль только, что не цветной и
  без компьютерной графики), и злая старуха медленно тает на глазах, и, наконец, исчезает
  совсем. Затем Петька проходит в квартиру, дотрагивается ручкой до цветущей на подоконнике
  розы, которая тут-же превращается в Дашку. Затем он превращает бутылку с квасом на столе
  в Кита. Друзья сначала ничего не понимают, а потом начинают обнимать Петьку, хлопать по
  плечам и называть своим спасителем.
  От этих радужных картин Родионов чуть было не проехал свою станцию. Выпрыгнув из вагона
  в уже наполовину закрывшиеся двери, он бодро направился к дому Никиты.
  Дверь этажом ниже Травушкина Петьке открыла интересная рыжеволосая, стройная дама в
  элегантном платье и с большим количеством косметики на лице.
  У Дашки тоже были рыжие волосы, только светлее - не с таким медным отливом. Почему-то
  это обстоятельство сразу вызвало у Петьки симпатию к незнакомке.
   - Простите, - спросил он вежливо, - вы случайно не знаете, в какой квартире
  Луиза Матвеевна проживает?
   - Конечно знаю, - приятным "бархатным" голосом ответила женщина, - проходите,
  юноша, я вам сейчас все объясню.
  Озадаченный Петька машинально переступил порог чужой квартиры.
   - Вы, наверно, приятель Никиты Травушкина? - спросила незнакомка.
   - Да. А вы его знаете?
   - Конечно. Он - очень милый мальчик. Только не может мне помочь. Я хотела
  попросить его об этом, но он куда-то уехал.
   - Куда уехал?
   - Этого я не знаю. Просто не видела его уже несколько дней.
   - А почему вам надо помогать? Что-нибудь случилось?
   - К сожалению, да. Вы проходите на кухню. Я напою вас чаем и все расскажу.
   - Ладно, рассказывайте. Только чая я не буду - поел недавно, - согласился
  накормленный математичкой до отвала Петька.
   - Петя, не отказывайтесь. Если мы будем пить чай, мне легче будет рассказать
  про свои неприятности. Тем более, что они тесно связаны с Луизой.
   - А где она, кстати? - спросил Родионов, отметив, что женщина знает его
  имя. "Наверно, Кит рассказывал что-нибудь про меня", - подумал он.
   - Ее сейчас нет в Москве. Она уехала в Германию, замуж вышла за немца.
   - Вот это да! А мне так надо с ней поговорить.
   - Пойдемте, не упрямьтесь. Возможно, я тоже смогу вам помочь.
  Петька послушно пошел вслед за элегантной дамой на кухню, откуда так вкусно пахло
  пирожками с капустой.
  Его рука сама потянулась к блюду, но вдруг раздался шепот: "Петя, ты в тылу врага,
  а враг угощает только ядом. Возьми себя в руки". Петька вздрогнул от неожиданности,
  но почти сразу вспомнил о микроприемнике в своем ухе, и понял, что его предупреждает
  Мария Ивановна.
   "Странно, это же не Луиза", - подумал он, но пирожок брать не стал.
   - А как вас зовут? - спросил он у незнакомки.
   - Я - Ираида Матвеевна, сестра Луизы. Она попросила меня присмотреть за
  квартирой, пока в Бюро по трудоустройству не подберут постоянного сторожа.
   - Понятно. Так какие у вас неприятности?
   - Мне трудно говорить о своих семейных делах, но ничего не поделаешь.
  У вас, юноша, такое мужественное и доброе лицо! Я почему-то уверена, что вы
  сможете мне помочь.
  Петька распрямил плечи и почувствовал себя "Джеймсом Бондом", способным на любые
  подвиги.
   "Сладко поет, прямо как в басне Крылова про лису, ворону и сыр" - опять
  послышался шепот в микроприемнике.
  Басню эту Петька помнил, но голос математички на этот раз его только разозлил:
  "Ну что она лезет? Откуда ей знать, что Ираида - плохая!. По-моему, она - очень
  даже симпатичная. Вечно эти училки лезут со своими дурацкими советами!"
   - Извините, - сказал он гостеприимной хозяйке, - я на минуту отлучусь.
  Ухо промою. А то что-то оно у меня опять побаливать стало.
   - Конечно, мой бедный мальчик, - согласилась Ираида, - ванная комната
  находится справа от входной двери. Но не задерживайтесь долго. Помните - вы мне
  очень нужны.
   - Я мигом, - ответил Родионов и направился в сторону ванной с твердым
  намерением вынуть из уха приемник.
   "Не делай глупости, Петя", - зашептал голос Марии Ивановны, - "ты без
  меня совсем беззащитным станешь. Лучше посмотри, не висит ли на вешалке куртка
  Аллы?"
  Петька повернул голову в сторону вешалки: "Точно! Там висела Алкина замшевая
  куртка с бахромой на карманах и воротнике. Таких в школе больше ни у кого не
  было. Значит, Алка все это время была здесь, а Луизы нет? И если волшебной
  ручки не окажется в карманах куртки, значит, Луиза взяла ее с собой в Германию!
  Как же тогда спасать Никиту с Дашкой?"
   Он быстро сунул руку в левый карман Алкиной куртки, затем - в правый.
  Ручки нигде не было!
   - Ай-яй-яй! Молодой человек! Как не стыдно, а я то вас считала "рыцарем
  без страха и упрека", - уже совсем другим, неприятным голосом сказала вышедшая
  из кухни Ираида.
  Из дверей комнаты высунулась Алка.
   - Ну что, тетя Луиза, заколдовала ты этого болвана? - спросила она.
   - Дурочка! Ты мне все испортила! - злобно прошипела Ираида-Луиза.
   - Алка, ты здесь! Вот здорово! - обрадовался Родионов, - а почему ты
  Ираиду Луизой называешь?
   - Петька, привет. Ты тоже пришел спасать Никиту и Дашку? Ну теперь,
  вдвоем, нам с тобой гораздо легче будет! - с плохо разыгранным энтузиазмом
  ответила Алла.
   - Она меня Луизой случайно назвала, - тут же взялась объяснять Ираида, -
  понимаешь, мы с Луизой - сестры-близнецы. Только, как это часто бывает, внешне
  похожи, а по характеру - совершенно разные. Луиза - она эгоистичная и безалаберная.
  Но я ей все-таки часто помогаю - родня ведь.
   - А, понятно, - сказал ничего не понимающий Петька.
   - Петь, ты что, не веришь? Хочешь, свяжемся с ней по Интернету? Иди сюда,
  к компьютеру.
   - Алла, ну зачем ему к компьютеру ходить - только полы пачкать. У меня же
  РУЧКА есть! - возразила Ираида.
   - Какая ручка? - спросил Петька.
   - Такая, специальная. Махнешь ею, и "дело в шляпе", - ответила Алла,
  и тетя с племянницей весело расхохотались.
  Ираида достала из фирменной итальянской сумочки, стоявшей на тумбочке в прихожей,
  любимую ручку Марии Ивановны, взмахнула ей, и Петька почувствовал, что не может
  даже пальцем пошевелить, поскольку его тело абсолютно парализовано. Он все слышал,
  видел, чувствовал, только не мог двигаться.
   "Она меня заколдовала!" - с ужасом подумал Петька, - "кто же теперь спасет
  ребят?". Эти мысли помешали мальчику понять, что засунутой в карман брюк рукой он
  наткнулся на волшебную скрепку, полученную им от Марии Ивановны "на случай экстренной
  ситуации".
  Вдруг шариковая ручка выскользнула из ухоженных рук Ираиды и покатилась Петьке под
  ноги.
   - Да что же это?! Безобразие какое! - закричала хозяйка квартиры, - опять
  Мария вмешивается, а обещала порог этого дома не переступать!
   - Ты, Луиза, лучше ручку лови, - прервала ее Алла и сама бросилась к Родионову.
  Но волшебная ручка уже докатилась до Петькиного ботинка, и мальчик вновь обрел
  способность двигаться. Первым делом он быстро наклонился, желая рассмотреть ручку
  поближе, и тут же столкнулся лбами с подбежавшей Аллой, отчего оба разлетелись в
  разные стороны.
  Тут не растерялась Ираида, и прыгнула на ручку, как футболист на мяч. Именно эта
  картина пришла Петьке в голову, поэтому, как игрок на ответственном матче, он мощным
  ударом ноги отбросил ручку на кухню, а Ираида пребольно и совершенно напрасно
  шлепнулась на пол.
   "Молодец, Родионов!" - послышалось в ухе, в котором по-прежнему работал
  математичкин передатчик.
  Превознемогая боль, Ираида поднялась, собираясь направиться в кухню. Вскочивший
  на ноги Петька вдруг увидел, что там стоит незнакомый мужчина с метлой в руках.
   - Ты что, Лев Иваныч, без спроса в чужую квартиру лезешь? - сварливо
  завопила Ираида.
   - Так, ты, Луиза, тоже без спроса чужую метлу берешь!
   - Это же Ираида, - поправил мужчину Петька.
   - Она - такая же Ираида, как я - царица Тамара, - ответил незнакомец.
  На царицу он, действительно, был не похож - с распухшим красным носом, в мятом
  синем комбинезоне и стоптанных ботинках.
   - Луиза это, мальчик. Она наплела тебе небылиц "с три короба", а ты и
  поверил.
   - А где же Ираида?
   - Нет никакой Ираиды. У нее только брат есть - Алкин отец, хороший мужик,
  а Луизка, - ведьма натуральная.
   - Тетя, а ведь обманывать нехорошо, тем более детей!
   - Ишь ты, какой правдивый "ребенок" нашелся! А как ты. спрашивается,
  контрольную по математике переписывать собирался, правдолюб липовый?
   - Так я же почти не врал, и потом, с благородными намерениями: чтобы
  родителям нервы не портить... - смутился Петька, - а откуда Вы узнали?
   - От племянницы, неужели до сих пор ничего не понял? - ехидно спросила Луиза.
   - Тупой ты, все таки, Родионов! - поддержала ее племянница.
   - Слышь, Мария, как они его костерят почем зря. Что же ты молчишь?
   Петька, Алла и Луиза одновременно посмотрели на мужчину в мятом комбинезоне.
  Рядом с ним стояла неизвестно откуда взявшаяся математичка Мария Ивановна с волшебной
  ручкой в руке.
   - Не волнуйся, Лев, они свое получат.
   - И эта здесь, - опять завопила Луиза, - тебя кто звал?!
   - Меня не надо звать. Я сама прихожу на помощь своим друзьям.
   - Этот шкет безмозглый - твой друг?
   - Да! Он - мой друг, и Даша Федоренко, и Никита Травушкин. А ты, Олимпиада -
  мой враг, как и племянница твоя.
   - Вот дрянь! Ты зачем меня при всех Олимпиадой называешь?! Специально, позлить
  хочешь?!
   Пока длилась эта перепалка, не растерявшаяся Алла бросилась к Марии Ивановне,
  чтобы выхватить у нее волшебную ручку, но не успела. Одним взмахом математичка
  превратила ее в кактус в глиняном горшке. Луиза бросилась было прочь с кухни, но в ту
  же секунду превратилась в стильного вида полку для обуви.
   Аллу математичка поставила на окошко и даже полила водой, набрав ее чашкой из
  кухонного водопроводного крана. Луизу она подвинула к вешалке в прихожей. Полочка
  идеально вписалась в интерьер.
   - Вот и все. С врагами покончено, - устало сказала Мария Ивановна.
   - Как бы не так! - возразил дворник, - ведь ты их только на сутки заколдовала.
  А надо бы навсегда! Ну что их жалеть - гадость такую!
   - Что ты говоришь, Лев?! Что ж я - убийца, что ли? Они тоже люди, хоть и
  плоховатые. Но право на шанс должно быть у всех!
   - На какой шанс? - спросил Петька.
   - Потом, Петя, все потом. Сейчас надо спасать Дашу и Никиту. Ведь никто даже
  не знает, где они, - ответила учительница, - а у нас, действительно, на все осталось
  двадцать четыре часа.
   - Я знаю, - возразил Лев Иванович, - где Никитка. А где он, там и она -
  это дело ясное.
   - Так скажи скорее, что же ты тянешь время? - рассердилась математичка.
   - В компьютере Никитка. Я видел, как его туда затянуло в Игровом павильоне
  на "Луизкином курорте".
   - Что это за курорт? - опять поинтересовался Петька.
   - Какой ты стал любопытный, Родионов. Но это - хорошо. Это - признак развития
  личности. Только больше сейчас ни о чем не спрашивай. Где у них тут компьютер? Пойдемте
  скорее, - сказала Мария Ивановна, - вот он! А ну-ка, я включу. Так. На диске С ничего
  подозрительного не видно. А это что!? Смотрите, на компакт-диске, что это за видео-клип?
  На экране монитора появились растерянные, до боли знакомые фигурки державшихся за руки
  мальчика и девочки. У девочки были рыжие волосы.
   - Дашка!!! - закричал Родионов.
  Она повернулась к ним лицом и прошептала: "Получилось", при этом стали видны веснушки
  на ее щеках, а из глаз фонтаном брызнули слезы.
   - Федоренко, держи себя в руках, - строго сказала математичка, - из-за сырости
  может произойти короткое замыкание!
  Мальчик на CD, естественно, оказался Никитой. Он вынул из кармана не очень свежий носовой
  платок и стал утирать Дашке слезы, затем повернулся лицом к друзьям. Стало видно, что он
  сам тоже чуть не плачет.
   - Рыцари без страха и упрека не плачут, а ты, Никита, именно такой, как и Петя.
  Это - единственная правда из всего, что тут наговорила Луиза. Не унывайте, сейчас я вас
  оттуда вытащу.
  Мария Ивановна набрала что-то на клавиатуре, взмахнула волшебной ручкой, и в комнате,
  как будто из воздуха появились Дашка и Кит.
  Трое друзей взялись за руки и счастливыми глазами молча смотрели друг на друга.
   - Все это, конечно, здорово, - прервал их идиллию Лев Иванович, но Луизка-то
  через двадцать четыре часа расколдуется и опять пакостить начнет. Она же - ведьма, хоть
  и без волшебной ручки.
   - А надо ее в милицию сдать, - предложил Родионов, - вместе с Алкой.
   - Нет, Петя, - возразила математичка, - их все равно выпустят. Нет у нас законов
  против ведьм и колдунов.
   - Что же тогда делать?
   - Что делать, говоришь? - ответила Мария Ивановна, - сложный это вопрос. Его
  каждый решает сам за себя. Кто-то, конечно, не умеющий дружить и стремящийся заменить
  людей компьютерными марионетками, попадет на "Луизин курорт", и сам станет такой же
  марионеткой. И я не знаю, что с ними делать. Хочется только верить, что таких среди
  всех остальных людей не так уж много.
  
  Небольшая, неизвестно откуда взявшаяся дворняжка, встала на задние лапки и лизнула
  Марии Ивановне ладонь.
   - Ах, как вы правы. Вот собаки никогда не забывают, что такое настоящая дружба.
  А людям этому еще учиться и учиться.
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"