Тягур Михаил Игоревич: другие произведения.

Рассказ об одном лекторе, Венере, Марсе, космических открытиях, старой Н Ф и запахе детства

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


Рассказ об одном лекторе, Венере, Марсе, космических открытиях, старой НФ и запахе детства.

   Вначале проектор почему-то не хотел включаться, панель управления издавала какие-то невнятные звуки, флешка не хотела читаться, и лектору пришлось минуты три колдовать надо всей этой порядком устаревшей аппаратурой, прежде чем она заработала.
   На экране возник текст:
   "Научные сведения о планете Венера скудны и противоречивы. Лишь фантазия способна заглянуть в неоткрытый мир.
   Он может оказаться и не таким, как в нашем фильме. Но мы верим в грядущий подвиг советских людей, которые воочию увидят планету бурь".
   Фильм так и назывался: "Планета бурь". Титры поясняли: "По мотивам одноименной повести А. Казанцева". Снят он был в 60-е годы XX века. По сравнению с тем, как снимали кино уже через 50 лет, спецэффекты были просты и непритязательны. Но, во-первых, их хватало, во-вторых, они были частью той эпохи, когда снимался фильм, частью её атмосферы, пусть и не понятной пока большинству зрителей, но как-то даже так дающей ключи для постижения её духа.
   И, повторим, как было сказано за словами "во-первых", - их хватало. И когда в самом начале фильма в один из трёх стремящихся к Венере кораблей врезался астероид, превратив его в облако расплывающегося в вакууме синего дыма (так всё выглядело на экране), это было неожиданно и пугающе.
   Их было три - три корабля, летящих к самой близко от Земли планете: "Вега", "Сириус", и "Капелла". "Капелла" погибла. Вместе с гибелью корабля и смертью трёх космонавтов рассыпался и весь тщательно продуманный план экспедиции: "Вега" и "Сириус" спускаются на Венеру, "Капелла" остаётся на орбите с топливом для обратного пути. С Земли радировали: надо ждать. Вылетел "Арктур", он прибудет через четыре месяца. И тогда, когда близ Венеры будут три космолёта, можно будет садиться, выполняя всё по первоначальному плану.
   Но - ждать четыре месяца? Когда Венера - вот она, рядом! Прячется под своими непроницаемыми тучами.
   Туда уже летали автоматы. Они сообщили о составе атмосферы, о морях, о горах, о температуре на поверхности. Не ответили лишь, есть ли жизнь. А ведь главный вопрос: кто там? Кто там, под этими непроницаемыми густыми облаками? Под (воспользуюсь взятым из нескольких читанных ещё в школе переведённых на русский якутских олонхо) дымчато-слоистыми облаками. Есть ли там цивилизация? Похожи ли они на нас? Или разум там ещё не появился? Или он уже сам себя истребил, умер в агонии ядерной войны? Под этими всё застилающими, клубящимися надо всей поверхностью на высоте километров туманами...
   И вот шестеро космонавтов (пятеро русских и один американец) решают: ждать нельзя. Один из героев спокойно бросает: "Риск - норма поведения в космосе". Другой рассуждает, что лучше угробиться ради дела, чем так вот бессильно ждать.
   Двое с роботом на спускаемом аппарате летят вниз - искать посадочную площадку космолёту. Находят. Сообщают об этом. А сами грохаются в какое-то болото, укокошивая вдребезги свою радиостанцию и оставляя товарищей в неизвестности.
   "Сириус" садится. На орбите - "Вега". На "Веге" - один человек, жена одного из тех двоих, кто на болоте в спешке (воздуха в скафандрах - всего на сутки, надо срочно выбираться к садящемуся кораблю), отстреливаясь от каких-то местных тварей, собирает робота.
   В фильме была Венера. Были советские космонавты. Была, быть может, кому-то кажущаяся наивной, простодушная героика советской научной фантастики 50-60-х годов того века. Впрочем, отчётливо из присутствующих всё это понимал, наверное, лишь лектор. Студенты же впервые видели подобное кино. Кому она нужна, оптимистическая советская фантастика? В середине XXII-го века, когда уже и слова "советский", "советская" порядком подзабыты.
   Ящеры, чертовски похожие на земных доисторических. Странные растения с щупальцами. Дикие горы и извергающиеся молодые вулканы. Руины на дне моря, остатки какой-то местной культуры... Ломанные радиостанции и женщина на орбите, одна, в неизвестности, ведь, быть может, все пятеро спустившихся вниз сейчас погибают или уже погибли... Разгерметизация скафандров и лихорадка, знобящая, трясущая, мерзкая местная зараза... Почти удавшаяся попытка робота ради своего самосохранения убить двух человек (тремя азимовскими законами робототехники тут и не пахло) и спасение в последний момент, на фоне раскалённых потоков лавы и чёрных туч пепла... ИИ местная венерианка, провожающая взглядом взлетающий "Сириус" - земляне её так и не увидели, но зато видела их она, и, если вскоре не будет новой экспедиции, из поколения в поколение будет передаваться легенда о спустившихся на чём-то огненном с небес богах...
   Вот такой он был, древний, архаичный, для молодёжи новой эпохи выглядящий всё равно как какие-нибудь манускрипты и инкунабулы, фильм.
   Длилось кино чуть больше часа.
   Когда оно кончилось, лектор - уже начавший рано седеть высокий мужчина в твидовом пиджаке лет пятидесяти (последнее - о человеке, а не о пиджаке), - предварительно прокашлявшись (застарелый кашель давнего курильщика), начал говорить:
   - Для чего я показал вам фильм? Это - свидетельство эпохи. Обратили внимание на год выпуска? 1962-й. Освоение космоса уже началось. Уже взлетел в 57-м Первый Спутник. Уже взлетел в 61-м Гагарин. С Земли стартуют всё новые и новые ракеты. Кажется, ещё чуть-чуть - и люди высадятся на Марсе, Венере, Меркурии... Если вы возьмёте сочинения тогдашних фантастов братьев Стругацких, то наёдёте у них повесть "Страна багровых туч". Впервые напечатана в 59-м. Тоже про экспедицию на Венеру. Она датируется 90-ми годами двадцатого века. Хотя... Возьмите Бредбери. Он в 40-е годы написал "Марсианские хроники". Первые полёты на Марс у него - 99-й год, первая выжившая экспедиция - 2001-й, и в этом же году - начало его колонизации. А уже в 2005-м, к слову сказать, земляне в книге Бредбери начинают возвращаться назад... Тогда казалось: планеты уже близко. А за планетами - очередь звёзд. Детство космонавтики... Наивные мечтания юного возраста... Кто мог тогда сказать, что нога человека впервые ступит на Марс лишь в 2052-м году? Кто мог знать, что на Венеру человек и не полетит? Не выжить там. Оптимизм... Оптимизм целой эпохи, захвативший конструкторов, учёных, писателей, миллионы простых людей, который по ночам старались увидеть в небе мерцающую точку Первого Спутника или "Востока" Гагарина...
   Кроме того, что это - время великого оптимизма в плане освоения космоса, это - и время великих легенд, время творения новых мифов. И - время их разрушения, время научного исследования.
   Эта эпоха ещё не нашла своего великого историка. Нет, историки, конечно же есть, и немало. Об освоении Солнечной системы, сами знаете, написаны десятки тысяч книг. Но пока нет того всеохватывающего фундаментального труда, который бы связал в себе и обобщал историю космонавтики вкупе с историей политики, экономики, культуры. Культуры всей - литературы, живописи, кино. Как культура влияла на освоение космоса. И как освоение космоса влияло на культуру, различными достижениями, открытиями давая ей - культуре - толчки для развития.
   Девятнадцатый век, первая половина двадцатого - это преддверие космической эры. Историки вечно спорят, какими вехами обозначать границы той или иной эпохи. Тут никаких споров нет. Сами знаете, со школы, надеюсь, ещё не забыли, все учебники современной истории начинаются с 1957-го года. Но преддверие - оно на то и преддверие. Уже тут есть возрастание интереса к иным мирам, к тому, что недоступно пока уроженцам Земли. И - астрономы, благо развитие техники позволяет, пристальнее вглядываются в Марс. И - видят каналы. И Персиваль Лоуэлл выдвигает гипотезу: на Марсе есть цивилизация. И затем поэты и писатели, обыгрывая гипотезу, создают легенду об этой цивилизации. Точнее, разные легенды. У Уэллса - легенда страшная: непохожие на землян чужие, хладный разум, который для выживания решил истребить нас тепловыми лучами, а уцелевших - растить как скот - для своего пропитания. У Толстого - другая легенда: древняя культура, потомки и выходцев с Земли, в том числе потомки атлантов... У Бредбери - тоже своя легенда. Легенда поэтическая. Местами - загадочная. Местами - страшная. Смуглые и золотоглазые марсиане... И ведь надеялись же, надеялись же многие учёные и мыслители, что легенды эти хоть в чём-то оправдаются! В том, что есть на Марсе древняя, мудрая культура. Культура, создавшая Великие Каналы.
   Мне иногда хочется назвать первый век космонавтики Эпохой Великих Космических Открытий. Подчёркиваю - иногда. Я сам бы такое название и отверг бы, найдись кто другой с подобной мыслью. Но - иногда хочется. По аналогии с Эпохой Великих Географических Открытий.
   Смотрите, ведь перед этими Географическими Открытиями, да и в их ходе тоже, у европейцев были такие представления об остальном мире... Миф на мифе. На картах того времени можно найти и страны людей с пёсьими головами, и народы, которые питаются воздухом, и многое, многое другое. Всякую чушь. Уже во время этой эпохи ходят легенды о Золотой Стране Эльдорадо, о богатой и благодатной для земледелия Южной Земле, раскинувшейся вокруг Южного Полюса. Разрушались одни мифы, создавались новые, затем разрушались и они...
   И начало освоения Солнечной системы в чём-то схоже с той эпохой. В плане создания и разрушения легенд.
   Возьмём, например, Венеру. Что знали о Венере до космических полётов?
   Возьмём для начала продолжительность суток. Первая оценка - это 1687-й год. Великий Джованни Кассини. Он высчитал, что венерианские сутки равны 23-м часам 21-й минуте. Почти как на Земле. За следующие три века было сделано около сотни подобных оценок. Затем, с началом космической эпохи, применили радиолокацию. 1981-й год. Советские учёные высчитали: одни венерианские сутки - это одиннадцать земных. Следующий год, 62-й. Американские радиофизики почти попали в точку, 240 земных суток. Надеюсь, вы ещё помните из школьной планетографии, что венерианские сутки равны 243-м земным. А год тамошний - 225 земных дней. Сутки длиннее года... Как можно правильно представлять себе планету её условия, если вы только в продолжительности суток ошибаетесь в двести сорок раз? А какая красивая была легенда!
   Земля и Венера. Они почти одинаковы по размерам, у них практически одинаковая средняя плотность вещества, сила тяжести опять же... Ускорение свободного падения на Венере только на десть процентов меньше. С сутками ошибались, думали - они как земные... Как писал Лем, "существовал традиционный взгляд - хотя кто его высказал? Не было такого человека. Не было человека, который бы придумал; у концепции этой не было творца, как нет авторов у суеверий и легенд; видимо, родилась она из коллективных фантазий... Белая Венера, звезда утренняя и вечерняя, скрытая пологом туч, - планета молодая, с бурными морями, с джунглями, по которым бродят ящеры, одним словом, это прошлое Земли. А Марс - засушливый, ржавый, терзаемый песчаными бурями и загадочный... Марс, цивилизация которого героически борется за жизнь, - это будущее Земли. Всё просто, чётко, понятно. И всё, от начала до конца, неверно".
   Земля в молодости. Каменноугольный период. Джунгли, земноводные, заросли гигантских хвощей, ящеры. В фильме, который вы видели - и вовсе копии земных динозавров. Как их тогда представляли, конечно. Бронтозавра помните? До которого минуту доходит, что ему в хвост выстрелили. А тогда палеонтологи считали, что так и было. То нервные сигналы несколько минут шли до маленьких, с грецкий орех, мозгов этих гигантов-зауроподов (Примечание 1). Потом, через пару десятков лет, теории эти были опровергнуты, высмеяны. Не были бронтозавры и диплодоки такими тормозами. Если до ящера минут пять доходит, что ему хвост кусают, а потом он минут пять этот хвост спасает, - не знает ещё, что он уже оторван и съеден, - а когда понимает, то уже поздно, - хищник добрался до головы, - то ящер этот в дикой природе не выживет. И уж тем более их популяция не протянет несколько миллионов лет. Но тогда вот такие тории ещё были в ходу, а писатели-фантасты и авторы научно-популяных книжек заселяли этими существами Венеру. Но мы отвлеклись! Долой динозавров, вперёд - к Венере!
   Размеры, сутки, сила тяжести... Неясен вопрос с атмосферой. Каково давление? По разным теориям - от пол земной до нескольких сотен. Да и вообще - что визу? Можно было только фантазировать. Всё застилали облака, увидеть ничего было нельзя. Так что были предположения и о сплошном океане, и о близнеце Земли, только каменноугольной эры, и о безжизненной поверхности. Сами знаете, кто оказался прав.
   С 1961-го по 2005-й год к Венере полетело 37 космических аппаратов. 18 - неудачно. 19 - да. И ещё десяток аппаратов пролетел поблизости, делая фотографии. Первый спустившийся на планету аппарат - советская "Венера-4". Рассчитан был на 15 атмосфер. Раздавило его на высоте 28 километров. Зато удалось выяснить: давление у поверхности - сотня атмосфер, температура - 450 градусов по Цельсию. Никаких морей. Да и жизнь... Какая там жизнь в таких условиях?! Если там и были когда-то моря, из воды, как на Земле, то - в первые несколько десятков миллионов лет её существования. Тогда, когда и на Земле и жизнь ещё не возникла... А какие были надежды, легенды...
   Если Венера представлялась вроде юной Земли, то Марс был будущим Земли, Землёй на пенсии. Пожилая планета. С испарившимися морями. С замирающей жизнью. Быть может, с умирающей или уже умершей цивилизацией.
   1877-й год. Что в этом году творилось на Земле? Россия начала войну с Турцией, солдаты Скобелева, Гурко шагали по болгарской земле. На юге Японии против правительства Мэйдзи поднялся самурайский мятеж Сайго Такамори. Умер Луи-Адольф Тьер, автор десяти томов "Истории Французской революции", двадцати одного тома "Истории Консульства и Империи", шестью годами ранее утопивший в крови Парижскую Коммуну. Много чего происходило... И - среди прочего - итальянец Скиапарелли разглядел на Марсе каналы. Непонятные прямые линии. Он насчитал их тридцать штук. К 1890-му году он, напрягая зрение, насчитал их уже сто тридцать штук. Персиваль Лоуэлл прямо заявил, что каналы - это и есть каналы. Искусственные, для ирригации (Примечание 2). Чтобы от полярных шапок отводи воду к другим территориям, вплоть до экватора. В 1908-м году Лоуэлл в своей обсерватории в Аризоне насчитал 502 канала. В следующем году, во время Великого противостояния (Примечание 3), он довёл эту цифру до семиста. Он назвал точки схождения каналов оазисами. В иных из оазисов сходилось до семнадцати каналов. А вот всего Лоуэлл нашёл на красной планете 186 оазисов. Да. Он немало взбудоражил умы своими открытиями и своими теориями о каналах и цивилизации, их создавшей. Как во второй половине века обсуждались проекты связи с иными звёздами, так тут обсуждались проекты связи с Марсом. Давайте, предлагал кое-кто, в какой-нибудь пустыне, на большой площади, осуществим посадки леса. Да так, чтобы получался чертёж, доказывающий какую-нибудь простенькую геометрическую теорему. Марсиане, как существа разумные и, несомненно, понимающие толк в математике, нас поймёт т ответят нам своим чертежом. Другие предлагали в семи крупных городах установить мощнейшие прожекторы и светить из них на Марс, так, чтобы получался ковш Большой Медведицы. Или давайте просто выстроим где-нибудь в техасской пустыне пять тысяч солдат с зеркальцами. И пусть они пускают марсианам солнечных зайчиков.
   В 1924-м году с Марсом пытались связаться по радио. Послали им из США телеграмму. Ждали ответа. В одном предместье Лондона и в Ванкувере в Канаде вроде приняли какие-то сигналы, схожие с азбукой Морзе. Кто-то обрадовался: они ответили! Кто-то скептически пробормотал: это бессмысленные радиопомехи...Им отвечали: да вы что!? Вон, в Вашингтоне включили на приём беспроволочные телеграф, так он из ваших "помех" напечатал изображение человеческого лица. Скептики защищались: не изображение, а что-то вроде изображения. Что случайно напомнило вам изображение.
   Я уже упомянул, чего понаписали о Марсе фантасты. Но фантазиями о том, какова жизнь на Марсе, занимались и на серьёзном научном уровне. Возникла наука астробиология. Основное лицо в этой науке - советский учёный Гавриил Адрианович Тихов. Благодаря его стараниям в 47-м году при Академии Наук Казахской ССР был создан сектор астроботаники, который тут же приступил к изданию своих трудов. Тихов, отталкиваясь от оптических свойств планет, которые наблюдал, от предположений, какую часть спектра поглощают и отражают инопланетные травы и кусты, писал, что на Марсе растительность - голубого, синего и фиолетового цвета. А на Венере - жёлтая и оранжевая.
   Увы, творимые несколькими поколениями астрономов теории оказались лишь новыми мифами. Жизнь в Солнечной системе оказалась лишь на Земле.
   Как и с Великими Географическими Открытиями, мы видим крушение массы мифов, легенд. Мы видим потоки новых научных сведений, которые, так или иначе, но решительно меняют нашу картину Солнечной системы и значительно - остальной Вселенной. Мы видим за следующие двести лет и великие изменения в обычной жизни человека, на бытовом уровне. Не обязательно в связи с космосом. В связи с компьютеризацией той же. И - изменения в жизни человечества в целом. Колонизацию нашего родного Марса в конце концов.
   Именно поэтому я иногда и подумываю, что эти двести лет можно определить как Эпоху Великих Космических Открытий. Но и тут же отвергаю. Потому что это название должна получить следующая эпоха. Когда мы выйдем к звёздам...
   Затем лектор закашлял. Откашлявшись, он заявил, что вводная лекция закончена, кратко пояснил план дальнейших занятий по истории освоения космоса, объяснил, как он проведёт зачёт, и отпустил студентов.
   Когда все первокурсники (а это были именно они, ещё совсем зелёные, не освоившиеся в институте и ходившие пока по его коридорам исключительно стаями - как и ходят все первокурсники в свою первую неделю учёбы) вышли из аудитории, преподаватель прикинул, что следующая пара у него тут же через 15 минут, до курилки идти далеко и лень и т. д. проч., так вот, прикинув это, он прикрыл дверь и закурил рядом с вытяжкой вентиляции.
   Вообще-то на Марсе за всю сотню лет обитания тут людей так не принято. Формально. Курить разрешается лишь в специальных отсеках. Пригодный для людей воздух тут весьма ценен. Но герой нашего рассказа обладал дурной привычкой (и не просто дурной, а вредной - могли и оштрафовать) курить в любом отсеке. Главное тут - стоять у вытяжки, чтобы дым быстро исчезал из комнаты, и чтоб тебя было бы сложнее поймать с поличным. Привычку эту он накрепко усвоил ещё в детстве.
   Как, впрочем, и тягу к книгам о старинной космонавтике. Книги эти, вкупе с такими же старинными, как та космонавтика фантастическими романами и рассказами, хранившимися на найденном в отсеке деда ридере, он читал тогда запоями.
   Затем детство прошло, были классы старшей школы, зубрёжка перед экзаменами, учёба в Технологическом институте, куда он попал, поступая в общем-то по принципу "лишь бы поступить в вуз", работа, которую он не очень любил и которой тяготился, воспитание детей. Книги те он не трогал больше десяти лет.
   Года этак в 32 он как-то случайно наткнулся на переиздание одной из тех книжек. Про первые космические корабли: "Восток", "Восход", "Меркурий", "Джемини", "Союз" и "Аполлон". Полистал её...
   И словно почувствовал себя вернувшимся туда, где давным-давно не был, но где всё до последнего сварочного шва на стене отсека - родное и близкое.
   Придя в тот день домой, он пошёл рыться в кладовку, разыскал тот ридер с древней фантастикой, книги и файлы по истории освоения планет. И принялся перелистывать, перечитывать, просматривать. И словно почуял какой-то запах детства.
   Все выходные он на той неделе, к удивлению жены и сыновей, так и провёл - перечитывая.
   Это было десять лет назад. С тех пор он издал шесть книг по истории космонавтики, написал несколько статей о взаимосвязи космонавтики, литературы и кино в XX веке, стал преподавать в Историческом и Космогационных институтах.
   А теперь он стоял у вытяжки вентиляции, курил и присматривал за дверью: как бы не попасться... Как в детстве. Когда он наивно грезил о былых подвигах покорителей космоса, не угадывая в них своего будущего как их историка.
   А ещё он надеялся, что кто-нибудь из приходящих каждый год в Космогационный институт молодых люде ещё при го жизни полетит к звёздам. Он иногда говорил своим студентам:
   - Циолковский сказал, что Земля - колыбель человечества. И что, мол, не всю же жизнь человечеству жить в колыбели. После Циолковского мы вышли из колыбели. Достали до Марса, Меркурия, Плутона. Но, по-моему, выбравшись из колыбели, мы пока добрались лишь до начальной школы. И опять же, не всю же жизнь нам проводить в первом классе?..

Осень 2011.

   Примечание 1. Зауроподы - подотряд растительноядных ящеротазовых динозавров. Передвигались на четырёх ногах; головы у них были не большие, на длинных шеях; тела по сравнению с нынешними, да и большинством тогдашних животных - огромные. Пожалуй, самые известные широкой публике хотя бы по названиям зауроподы - это диплодок, брахиозавр, бронтозавр.
   Примечание 2. Итальянское слово "canali", использованное Скиапарелли, может обозначать как и искусственный канал, так и естественное русло реки или пролив.
   Примечание 3. Великое противостояние - максимальное приближение Земли и Марса друг к другу. Происходит раз в 15-17 лет.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"