Ткачук Валерий Александрович: другие произведения.

Баллада о капитане Бладе

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Романтическая пьеса в двух действиях.


   В. А. Ткачук
  
  
  
   БАЛЛАДА О КАПИТАНЕ БЛАДЕ.
  
   Романтическая история в двух действиях.
  
  
   Действующие лица.
  
   1. ДОКТОР ПИТЕР БЛАД. - капитан шхуны " Арабелла".
   2. ВОЛВЕРСТОН.
   3. ХАГТОРП.
   4. МАКФЕРСОН.
   5. РЭД.
   6. АРАБЕЛЛА БИШОП.
   7. ПОЛКОВНИК БИШОП. - дядя Арабеллы.
   8. ЛОРД УЭЙН. - инспектор английских колоний.
   9. САНЧЕС - испанский матрос.
   10. ДОН ДИЕГО. - капитан испанского фрегата " Святое распятие".
   11. ЛИНДА ГОРДОН. - бывшая возлюбленная Лорда Уэйна.
   Моряки, пираты, солдаты, музыканты.
  
  
   ПРОЛОГ.
   Не гадал и не знал, но велела так судьба,
   У неё и спроси
   Человечески слабое тело, с непокорной душою внутри.
   Что сидит себе тихо до срока,
   Но лишь ветер дохнёт в паруса
   Полетит она птицей к востоку
   Где рассветная полоса.
   Ветер пленник страстей
   Кожу стёр до костей
   Стонет!
   И рассвет по глазам
   И вспухают троса
   На ладонях!
   Но туманом дыша
   К солнцу рвётся душа
   Птица!
   Отыскать, чтоб с высот
   То что будет ещё
   Сниться!
   Припев. Где-то в дали далёкой дали,
   Маленький есть остров.
   Ты не смотри, назад не смотри.
   Нас приведут звёзды.
   То ли тьма, то ли свет, то ли явь, то ли бред. Только.
   Средь безумия бурь солнце бьётся в лазурь. Звонко.
   И когда соль морей с век, как снег по весне стает.
   Ты увидишь всерьёз своих призрачных грёз стаю
  
   Сцена затемнена. На возвышении несколько фигур. Блад, Хагторп, Волверстон, Рэд. Макферсон.
   ПРОКУРОР. И несмотря на все их увёртки преступники изобличены полностью. Все они участники заговора герцога Монмута против нашего законного государя - его величества Якова второго. Все они виновны в государственной измене. Всем им одно наказание смертная казнь! Я закончил ваша честь!
   СУДЬЯ. Да, да, да. Конечно. А-а. Обвиняемый Натаниел Хагторп, признаёшь ли ты себя виновным?
   ХАГТОРП. Какая разница всё равно повесите...Но это нечестно.
   СУДЬЯ. Да-да-да. Обвиняемый Рэджинальд Смит?
   РЭД. Признаю, сэр... Я виноват, сэр...
   МАКФЕРСОН. Утри сопли, сынок, не доставляй им удовольствия....
   ПРОКУРОР. Молчать!!!!
   СУДЬЯ. Да, да, да. Конечно. Обвиняемый Джон Макферсон?
   МАКФЕРСОН. Ещё бы не признать, сынок, что признай - что не признай всё одно, сволочи....
   СУДЬЯ. Да, да, да. Ну вот! Обвиняемый Хью Волверстон?
   ВОЛВЕРСТОН. Признаю, конечно! Я виноват ..., что не проломил башку ещё сотне ваших псов...
   ПРОКУРОР. Молчать!! Скотина!
   СУДЬЯ. Ну, вот . Ну, что это...? Ну, что они всё время ругаются.... Обвиняемый Питер Блад?! Вы признаёте себя виновным?
   БЛАД. Нет, ваша честь. Не признаю!
   СУДЬЯ. Да, да, да.... Что-о-о? Как это?! Не признаё-ёте?!!
   БЛАД. Я бы хотел сделать заявление... Дело в том, что я бакалавр медицины. И моя обязанность лечить людей нуждающихся в этом. Что я и исполнял в доме лорда Гилдоя. Ни в каком мятеже я не участвовал. Ни с той, ни с другой стороны. Я считаю, что над человеком может быть только одна власть - власть бога. Всё остальное это насилие. А насилие над человеком это грех. Большой грех...
   ПРОКУРОР. Молчать! Воображаешь, что высокий суд будет тратить время, чтобы помочь тебе выкрутиться? Человек, который перевязывает рану врагу отечества, наносит рану самому отечеству.
   СУДЬЯ. Да, да, да. Ну, конечно... Хотя...
   БЛАД. Ваша честь, я хочу сказать...!
   ПРОКУРОР. Ваша честь! Именем короля, надо лишить его слова!
   СУДЬЯ. Ну... если... короля... Ах... Да... Ну... Секретарь! Зачитайте приговор суда.
   СЕКРЕТАРЬ. Сентября 19 дня 1685 года от рождества христова королевский суд, разобрав дело в государственной измене и взвесив свидетельства и улики против обвиняемых, признал их всех виновными в тяжких преступлениях против веры и государства. И сообразно закону нашего Великого британского королевства приговаривает их к смертной казни через повешение...
   ХАГТОРП. О господи...
   СУДЬЯ. Да, да, да! И... И.... Ну, вот... Хотя... И всё?!
   СЕКРЕТАРЬ. Однако...
   СУДЬЯ. Ну, вот...
   СЕКРЕТАРЬ. В своём великом милосердии его величество король Яков 2 заменяет им смертную казнь бессрочной каторгой в колонии его величества на острове Барбадос. Куда они будут доставлены по морю в кандалах и где они будут проданы владельцам плантаций.
   СУДЬЯ. У-х! Ну, вот! Всё хорошо! Все живы! Всё по закону! Да,да,да!
   Затемнение.
  
  
   Штиль! Пятые сутки штиль!
   Сил. Их уже нету сил!
   Бред! Губ лихорадки, стон.
   Звон, цепи кандальной звон!
   Мы на сушу плывём,
   Осуждённые жить мертвецы
   И упрятаны в тёмную воду концы.
   Солнца луч плавит клейма в измученный мозг.
   Барбадос! Остров смерти!
   Было много осталось десять.
   И не спасают мысли о мести!
   Чёрной хваткой у горла пёс - Барбадос!
   Солнце выше, а стоны глуше,
   Боже, боже спаси наши души!
   Чёрной хваткой у горла пёс - Барбадос!!!
  
   ДЕЙСТВИЕ 1.
  
   .КАРТИНА 1.
  
   Барбадос. Веранда в доме полковника Бишопа. Плетённая мебель. Экзотические растения. Широкое окно. Видно море.
  
   УЭЙН. Так сколько же денег, господин полковник, вами истрачено на строительство береговых укреплений?
   БИШОП. Чудовищная жара... Что вы говорите? А-а-а! На строительство?... Сейчас скажу... Много, сэр... У меня же всё здесь записано....
   УЭЙН. Я вижу. А сколько пошло на новое вооружение для гарнизона?
   БИШОП. Отвратительный климат... Что вы спросили? А-а-а... Вооружение?... Да-а.... Это мне влетело в копеечку, сэр... У меня же всё записано....
   УЭЙН. Вижу, вижу. Какой красивый у вас перстень! Чистое золото, конечно?
   БИШОП. Не совсем, сэр....
   УЭЙН. Но монограмма.?...
   БИШОП. Так это.... Хе-хе. Память, сэр. Хе-хе. Об одном ...
   УЭЙН. А-а! Ну, да, ну да. Гм.... Ну, а ремонт кораблей вашей эскадры? Он, естественно, съел все деньги, отпущенные вам министерством колоний? Да?! Замечательный перстень..... Кстати, а где они?!
   БИШОП. Деньги? Сэр!
   УЭЙН. Корабли, Бишоп.
   БИШОП. Чёрт, как хочется пить. В море, сэр.
   УЭЙН. Ну, да. Где же им ещё и быть. И что они там делают?
   БИШОП. Э-э-э! Я думаю, плавают, сэр.
   УЭЙН. Вот оно что... Что это он там всё время маневрирует?
   БИШОП. Кто, сэр?
   УЭЙН. Тот корабль. Он уже битый час крутится у входа в бухту. Это не ваш, Бишоп?!
   БИШОП. Нет, сэр! Флаг голландский. Наверное, боится налететь на рифы. Их тут множество, сэр... Если не знать фарватера, то можно свернуть себе шею... Эти рифы, сэр, охраняют остров почище любых укреплений.
   УЭЙН. Кстати, об укреплениях... Так сколько, вы сказали, истрачено на их строительство?
   БИШОП. Да-а. Не так-то просто войти в нашу бухту! Рифы, сэр.... Как бы этот голландец не сел на них...
   УЭЙН. Полковник!!!
   БИШОП. А?!!
   УЭЙН. Где деньги, скотина?.... /спокойно/ Ну, что ещё хорошего? Как дела на плантациях?
   БИШОП. Страшные убытки, сэр.... Эти каторжники мрут как мухи.
   УЭЙН. Наверное, вы с ними плохо обращаетесь?
БИШОП. Я? Что вы, сэр, наоборот. У меня даже врач есть.
   УЭЙН. Вы хотите сказать, Бишоп, что вы заботитесь о здоровье врагов короля?!
   БИШОП. Я?! Да... Нет... Сэр, как вы могли подумать? Я сказал, что врач есть... у меня... Тоже из этих мятежников. Тут недавно он решил дать воды одному из своих дружков, над которым поработали мои ребята, так за это он у меня три дня просидел в колодках на самом солнцепёке.
   УЭЙН. Бишоп, вы варвар! Он же мог умереть!
   БИШОП. О нет, сэр, что вы. Я ведь отлично видел, как моя племянница несколько раз поила его.
   УЭЙН. И вы за это не забили её в колодки?!
   БИШОП: Кого? Племянницу?! Что вы, сэр! Она ведь дочь моего покойного брата. Он умер два года назад, не оставив ей ни гроша. Можно было отдать ее в приют, но я сам приютил ее. Она у меня даже занимается латынью...
   УЭЙН: Латынь?! Откуда в этой дыре латинисты, если в ней нет даже губернатора?
   БИШОП: Она берет уроки у этого самого лекаря...
   УЭЙН: Он стар?
   БИШОП: Ваш ровесник. Может чуть постарше...И, сказать по чести, в нем есть что-то такое...ну вы понимаете, такое, от чего у девушек кружится голова. Его зовут Питер Блад.
   УЭЙН: А ваша племянница не страдает головокружениями?
   БИШОП: Шутите, сэр! Да, вот и она сама... / входит Арабелла/ Можете спросить у неё сами. Арабелла, познакомься, лорд Уэйн - инспектор министерства колоний. Сэр, это моя племянница - Арабелла. Вы пока побеседуйте, а я пойду, распоряжусь обедом. / уходит/
   УЭЙН: Ари! Вы - чудовище! Я здесь уже второй день! Вы что, прячетесь от меня? А я-то рассчитывал, что вы броситесь мне на шею еще на пристани...
   АРАБЕЛЛА: Два года назад...на лондонской пристани в час отплытия на Барбадос вам стоило только протянуть руку, и я бы бросилась вам на шею. Но вы предпочли помахать мне вслед платком.
   УЭЙН. Ты же прекрасно знаешь... Мои родители....
   АРАБЕЛЛА: Да - да. Ваши родители были против нашего брака...
   УЭЙН. Да-а, Ари. Я не мог не подчиниться выбору родителей. Но...теперь их нет...
   АРАБЕЛЛА: Они...
   УЭЙН: Да, они умерли год назад... Почти одновременно....
   АРАБЕЛЛА: Послушный сын избавился от опеки...
   УЭЙН.Да.
   АРАБЕЛЛА А Линда Гордон? С которой вы были обручены...? Она была и достаточно родовита, и достаточно богата, чтобы понравиться вашим родителям...
   УЭЙН. Да. Я хотел сказать...
   АРАБЕЛЛ. Как она поживает? Надеюсь, она счастлива с вами?
   УЭЙН: Арабелла.... Но... Не перебивайте меня. Да, нас должны были обручить с Линдой. Послушайте меня, я вам объясню. Мои родители считали её подходящей партией, а суровый нрав моего отца вам хорошо известен. И если бы не судьба.... Если бы не счастливый случай.... Может быть, я бы сейчас не стоял перед вами. Но, послушайте, Арабелла, брат Линды и её отец, оба были сторонниками Монмута. Они преступники. Когда Монмут поднял мятеж, они снабжали его деньгами и оружием. Я от души жалею их. Они были достойными людьми. Но они преступники, а закон превыше всего.
   АРАБЕЛЛА: Вы хотите сказать, что донесли на родителей девушки, которая вас любила...?
   УЭЙН: Да... Нет ... Но,... Почему донёс?! Я исполнил свой долг. Закон есть закон. Я сделал это ради Англии и, если хотите, ради вас... Ради нас обоих, черт возьми!
   АРАБЕЛЛА: Но Линда.... Что стало с ней?
   УЭЙН: С ней?! Да всё нормально. Живёт где-нибудь в своих индийских поместьях... Но сейчас я не хочу говорить о ней, я хочу говорить о вас... О нас...
   АРАБЕЛЛА: /хочет уйти/ Простите....
   УЭЙН: Сядьте! Вам придётся выслушать меня! Для того, чтобы увидеть вас, я пересёк океан. Уж не думаете ли вы, что я добился этой инспекционной поездки только для того, чтобы копаться в бумагах вашего дяди?! Кстати о дяде... Второй день он разыгрывает из себя слабоумного, а я изо всех сил валяю дурака, делая вид, что верю ему. А между тем, пока ваш дядя замещает губернатора, деньги отпущенные на строительство нового форта, исчезли. Знаете где они? В сундучке, который ваш дядя прячет под полом своей спальни. А знаете, где пять военных кораблей барбадосской эскадры? Они караулят купеческий караван между Кюрасао и Тортугой. Комендант гарнизона послал их в пиратский рейд, оставив остров безо всякой защиты с моря! И это в то время когда мы воюем с испанцами!!! Да знаете ли вы, что я одним росчерком пера могу отправить вашего дядю в Тауэр? И знаете, что только от меня зависит, чьё имя будет вписано в королевский патент о назначении на должность губернатора Барбадоса? Вы следите за моей мыслью?
   АРАБЕЛЛА. Вы хотите сказать, что судьба моего дяди в ваших руках?
   УЭЙН. Нет, Арабелла. Судьба вашего дяди в ваших руках, так же как и моя.
   БЛАД. / входя/ Прошу прощения за опоздание, мисс Бишоп.... Но вы заняты?... Если хотите, то латынь можно отложить. Добрый день, сэр.
   УЭЙН: Мятежник, врач, латинист. Да, пожалуй, головокружения возможны. Арабелла, вам нравится этот человек?
   АРАБЕЛЛА: Доктор Блад - один из самых достойных людей, которых мне приходилось встречать.
   УЭЙН: Браво! Ну, скажи-ка что-нибудь по латыни.
   БЛАД: "Аудентес фортуна юват".
   УЭЙН: Что означает сия тарабарщина?
   БЛАД: Это можно перевести, как " Счастье сопутствует...."
   УЭЙН: А тебе, смельчак, оно сопутствует?
   БЛАД: Не знаю, сэр. У меня не было случая проверить это?
   УЭЙН: Будто бы! Ты был на стороне мятежников, но тебя не повесили, а сослали сюда. Здесь ты мог угодить на плантации, как все, но тебя купил комендант гарнизона и держит при себе. Он сто раз мог бы тебя запороть до смерти, просто так... Из плохого настроения, а ты живёхонек и учишь всякой ерунде его очаровательную племянницу. Разве это не счастье?
   БЛАД . Счастье раба, сэр.
   УЭЙН. А ты разве не раб? Разве не такое же чучело?
   БЛАД. Нет, сэр.
   УЭЙН. А кто же ты?
   БЛАД. Я человек.
   УЭЙН. Эй ты человек. На колени!
   АРАБЕЛЛА: Джулиан!
   УЭЙН: На колени, я сказал! Ну?!
   /Уэйн обнажил шпагу и мелкими шагами бретера двинулся к Бладу. Арабелла кидается наперерез и заслоняет Блада/
   АРАБЕЛЛА: Прекратите. Вам сначала придется убить меня.
   УЭЙН: Это всего лишь шутка! Но как вы оказывается смелы! Как там?! Счастье сопутствует смелым? Ну-ну...пусть сопутствует. Пока. Не смею мешать ученым занятиям... /Вышел и тут же вернулся/ Помните нашу игру, Арабелла, "птица на шнурке"? Мне она по-прежнему нравится! До встречи /вышел/.
   АРАБЕЛЛА. Господи. Вам нужно бежать! Бежать отсюда.
   БЛАД. Бежать? Бежать с Барбадоса?! Это невозможно, Арабелла.
   АРАБЕЛЛА. Там корабль...Я сама.... Дам денег капитану.... Спрячет ... Отвезёт...
   БЛАД. /смотрит в окно/ Голландец... Странно... Как медленно он подходит.
   АРАБЕЛЛА. Он отвезёт! Куда скажете... Куда надо.... Куда хотите...
   БЛАД. Арабелла, вы потрясающая девушка. Тот, кому вы станете... другом, будет счастлив всю жизнь. ( Блад обнял её) Как жаль, что мы не встретились с вами раньше... Когда я был свободен...
   АРАБЕЛЛА. Мне тоже очень и очень жаль. Но я благодарю судьбу, что хоть здесь она свела нас.
   БЛАД. Да, конечно. Спасибо судьбе хоть за это. Без вас жизнь на этом проклятом острове была бы совсем невыносима.
   АРАБЕЛЛА. И всё же вам надо бежать. Уэйн не простит вам вашей смелости. Он будет мстить.
   ЬЛАД. Рабам, не мстят, Арабелла, их просто убивают.
   АРАБЕЛЛА. Перестаньте. Лучше скажите же... Куда?! Франция?! Индия?! Австралия?! Куда?! Ну, говорите же.
   БЛАД. Знаете Арабелла, когда то мне рассказывали про остров. Такой счастливый, спокойный, маленький остров, совсем затерянный в океане.
   /поёт/ Может правда, а может нет это
   Только говорят где-то
   Есть в сиянии света
   Дивный остров - золотой.
   Там живут все просто
   Там живут все лет до ста
   И с небес легко звёзды
   Можно достать рукой
   Припев: Пять лагун - нить ожерелья
   А у птиц радуги перья
   Все добры - люди и звери
   На острове том.
   Там у самого плёса
   Круглый год живут вёсны
   И купается в росах
   Босоногая заря.
   Только правда, ли полно
   Знают лишь о том волны
   Знают лишь о том ветер
   И высокая трава.
   Припев.
   Туда мне нужно. Туда хочу. Где мир и тишина. Где свободно...
   АРАБЕЛЛА. Сказка. / Блад пожал плечами/ Сказка... Ну, что вы стоите?. Молчите зачем?! Говорите. Или...
   БЛАД. Арабелла...Скажите, а вы бы не хотели поехать со мной на этот остров? /обнял её. Входят Уэйн и Бишоп./
   УЭЙН. Вот так латынь.
   БИШОП: Скотина! Запорю! На колени!
   УЭЙН: Тише, полковник. Он не встанет.
   БИШОП. Арабелла, мерзавка. С каторжником! На куски! Собакам! Охрана!!!/ вынимает шпагу/
   УЭЙН. Стойте полковник. Вы хотели стать губернатором? Вы им станете.
   БИШОП: А? Что?
   УЭЙН: Два условия! /показывая на Блада/ Первое - продайте мне его.
   АРАБЕЛЛА: Джулиан!
   БИШОП: Этого? Вы шутите!
   УЭЙН: Впервые говорю с вами серьезно.
   БИШОП: Я дарю его вам! Можете вздернуть его, четвертовать, сварить из него бульон! Делайте с ним, что хотите!
   УЭЙН: Прекрасно! Птичка на шнурке. Птичка на шнурке. /Бладу/ Ты свободен.
   АРАБЕЛЛА: Свободен? Он уйдет?
   УЭЙН: На все четыре стороны./ Бладу./ Эй, ты слышишь?!
   АРАБЕЛЛА. Питер!
   БЛАД. /смотрит в окно/ Голландский купец... Голландский купец...
   УЭЙН. Что ты там бормочешь? Я даю тебе свободу! Слышишь? Убирайся - отсюда! Что ты стоишь?
   БЛАД. Боюсь, сэр, что роль судьбы перешла в другие руки. Мисс Бишоп, ваша лошадь осёдлана?
   АРАБЕЛЛА. Лошадь?
   БЛАД. Немедленно садитесь и скачите вглубь острова.... Да и вы тоже...
   БИШОП. Он свихнулся! Что ты мелешь?!
   БЛАД. Поторопитесь! Через несколько минут будет поздно.
   /слышны выстрелы/
   УЭЙН. Что? Что такое?!
   БЛАД. Арабелла! Скорее. Умоляю вас!
   /выстрелы приближаются/
   УЭЙН: Черт! Что это такое?! Что это значит?
   БЛАД: Это значит, что испанский фрегат перестал прикидываться голландской торговой шхуной. Они сменили флаг! Арабелла! Что же вы стоите?!
   УЭЙН: Испанцы! Бишоп!
   БИШОП: А?! Что?! Какие испанцы?!
   БЛАД. Арабелла! Поздно! Они окружили дом...
   УЭЙН. Бишоп! Чёрт вас возьми, вы же комендант! Командуйте! Ну! Где ваш, паршивый гарнизон?!
   БИШОП. Проклятье! Надо бежать! Нас предали!
   /за дверью шум, крики; вбегает солдат гарнизона/
   СОЛДАТ: Испанцы! Они...они /падает. На веранду врываются испанские моряки. В дверях появляется Дон Диего/
   ДОН ДИЕГО: Гонсалес, сколько стало вместе с этим?
   ГОНСАЛЕС: 69-ть, сеньор капитан.
   ДОН ДИЕГО: Ужасная война.... Шестьдесят девять англичан за один месяц.... Уберите его.... С вашего разрешения я сяду, сеньоры. Устал. Позвольте представиться. Дон-Хосе-Мария-Диего д,Зспиноса-и-Альварес, капитан королевского фрегата "Святое распятие". Англичанам я разрешаю называть себя просто Дон Диего. У вас несколько удивлённый вид, сеньоры? А-а! Понимаю. Я и сам не думал, что моя простенькая хитрость с голландским флагом настолько удастся! Но, сеньоры, как можно оставлять бухту без защиты с моря? Вы можно сказать, сами пригласили меня, отослав свои корабли.
   УЭЙН. / Бишопу/ Старая сволочь!
   ДИЕГО. Что же касается вашего берегового гарнизона, то, простите сеньоры, это же просто сборище пьяных клоунов.
   УЭЙН. Сволочь старая.
   ДИЕГО. Кто из вас главный, сеньоры?
   УЭЙН и БИШОП /друг на друга/: Он!
   УЭЙН: Старый индюк, вы же губернатором быть хотели?
   БИШОП. А вы инспектируете, значит, вы и главный.
   УЭЙН. Господа! Позвольте представить вам коменданта порта, полковника Бишопа. А я - лорд Джулиан Уэйн...
   ДИЕГО: А сеньорита?
   УЭЙН: Моя невеста.
   БИШОП: Что-о?
   УЭЙН: Это - мое второе условие.
   ДИЕГО /показывая на Блада/ Ну, а этот... Судя по одежде - слуга?
   АРАБЕЛЛА: Это мой учитель латыни.
   ДИЕГО: Учитель? Ну, что ж, на латыни ему легче будет объясняться с Господом богом.... /Бишопу/ Итак, сеньор, значит главное лицо на острове - вы? Превосходно...
   БИШОП: Я? Кой черт! Он инспектор всех карибских колоний! Он тут самый главный!
   УЭЙН: Ну, вы и паук!
   БИШОП: Я за вас отдуваться не собираюсь, умник лондонский...
   ДИЕГО: Мне нравятся ваши трогательные отношения, сеньоры. Будем считать, что вы оба главные. Такие пленные как вы большая честь для меня.
   БИШОП. А вот это правильно. Такие пленные как мы имеют право требовать привилегий.
   ДИЕГО. Привилегий?! О, без сомнения! Санчес! Что же ты стоишь? Подай кресло сеньору коменданту. / Санчес подставляет кресло и выбивает его из под Бишопа. Тот падает/ Ха-ха-ха! Достаточно Санчес. Я думаю, сеньор комендант не будет пока настаивать на новых привилегиях?
   АРАБЕЛЛА. Какая низость бить пленного.
   УЭЙН. Арабелла, Арабелла... Сэр... Э-э... Дон Диего... Вы извините её... Она несколько взволнована.
   ДОН ДИЕГО. Слушайте жениха, сеньорита. Бить это совсем другое. Кстати, я виноват, что не предложил даме сесть. / одному из моряков/ Слышишь ты, Хименес? Предложи даме сесть... в мою шлюпку. И доставь на корабль. В мою каюту.
   АРАБЕЛЛА: Я никуда не поеду!
   ДОН ДИЕГО. Понимаю ваше нежелание, сеньорита, расставаться с женихом, но уверяю, вы будете в полной безопасности. Мои мальчики не позволят себе ничего.... Пока я им не позволю. А что и когда я им позволю, будет зависеть от того, как мы тут договоримся с вашим дядей и женихом.
   АРАБЕЛЛА. Нет! Нет! Я не хочу!
   УЭЙН: Арабелла, милая...в этой ситуации надо сохранять спокойствие. Дон Диего, надеюсь, вы дадите твёрдые гарантии безопасности мисс Бишоп?
   ДИЕГО. Мадонна! Ты слышишь?! Дай мне сил быть спокойным! /кричит/ Гарантии?!!! Для английских собак у меня только одна гарантия - верёвки, на которых я их вешаю, не рвутся! Хименес, проводи сеньориту!
   АРАБЕЛЛА. Нет!
   БИШОП. Ты хочешь, чтобы из-за твоего упрямства страдали все?
   УЭЙН. Арабелла. Будьте благоразумны... Я уверен - мы договоримся. Сеньор капитан проявит великодушие.... Я не сомневаюсь...
   ДОН ДИЕГО. Слушайтесь жениха, сеньорита. Хименес...
   АРАБЕЛЛА. Нет!
   / Хименес грубо хватает её. Блад защищает её/
   ДОН ДИЕГО. Взять!! /Испанцы кидаются на него. Драка/ Как однако предан вам ваш учитель, сеньорита... А я думал учителя не в счёт.
   АРАБЕЛЛА. Пустите его! Питер. Пустите! Не бейте его, Я пойду! /Арабеллу уводят/
   ДОН ДИЕГО. Санчес довольно. Сеньорита согласна. Учитель защищает ученицу, точно он её жених, а жених уговаривает не сопротивляться, словно он её учитель. Странно всё же устроены головы у англичан.... Впрочем, даже странную голову не хочется терять, не так ли? Поэтому, сеньоры, я, пожалуй, готов продать вам ваши головы...
   БИШОП. Сеньор капитан, любые деньги... Даже если вы скажете сто тысяч...
   ДОН ДИЕГО. Сто тысяч?! Такая цена за такую голову? Сеньор, человеку, который может позволить себе носить такой перстень, стыдно мелочиться. Миллион.
   БИШОП. Миллион?! Да таких денег не сыскать на всём острове! Вы спятили!
   ДОН ДИЕГО. Как вы сказали?
   УЭЙН. Миллион цена за всех?
   ДОН ДИЕГО. Стыдно сеньоры, неужели вы цените себя так низко? За каждого. За вас, вашу невесту, коменданта... Ещё миллион, чтобы я уговорил своих ребят не слишком сильно потрошить обитателей вашего милого городка... Итого четыре миллиона. Ах, да! Я забыл вашего храброго учителя. Пять! Ты видишь, Святая Мария, торгую себе в убыток. К рассвету деньги должны быть у меня на борту.
   БИШОП. / Уэйну/ Он ваш - вы и платите. Я за него и плевка не дам! Можете вздёрнуть его! Я плачу только за себя.
   УЭЙН. А за Арабеллу?
   БИШОП. Это ваша невеста вы и платите.
   УЭЙН. А ваша племянница.
   БИШОП. Ладно, пополам.
   УЭЙН. Вы же знаете, у меня здесь нет таких денег.
   БИШОП. У меня тоже.
   УЭЙН. Хотите, я покажу им место, где вы прячете один сундучок?
   ДОН ДИЕГО. Что-то вы долго совещаетесь, сеньоры...
   УЭЙН. Дон Диего, мы находим ваши условия почётными и разумными.
   ДОН ДИЕГО. Значит, я опять продешевил. Но, что сказано, то сказано.
   УЭЙН. Должен засвидетельствовать, Дон Диего, что вы ведёте себя в высшей степени благородно. Быть вашим пленником одно удовольствие.
   БЛАД. У вас такой вид, сэр, словно вы сейчас от удовольствия начнёте петь.
   ДОН ДИЕГО. Отличная мысль, учитель. Ну-ка встаньте сюда, сеньоры, и пойте.
   БИШОП. Петь?! Ну, это уж слишком.
   ДОН ДИЕГО. Санчес!
   БИШОП. Что петь?
   ДОН ДИЕГО. "Да здравствует отважный ДОН ДИЕГО!" Мотив на ваш вкус. Сто раз, сеньоры! Или, может быть, вам не нравятся слова?!
   УЭЙН. Отчего же?! Ну, Бишоп, запевай!
   ВМЕСТЕ. Да здравствует отважный Дон Диего!... Да здравствует...
   ДОН ДИЕГО. Слабовато. А ну-ка, учитель, встань-ка сюда третьим. Для полнозвучия.
   БЛАД. Боюсь я сегодня не в голосе.
   ДОН ДИЕГО. Санчес! Ну, как?! Голос не прорезался?
   БЛАД. Мне не слишком нравятся хористы, А капельмейстер - ещё меньше.
   ДОН ДИЕГО. Санчес, Это будет шестьдесят девятый?
   САНЧЕС. Семидесятый, сеньор капитан. Пошёл!
   УЭЙН. Эй, учитель, как будет по латыни - Счастье улыбается дохлым? Да здравствует отважный Дон ДИЕГО. Да здравствует...
   \слышна драка. Выстрел/
   БИШОП. Туда и дорога.
   ДОН ДИЕГО. Не так заунывно, сеньоры. Веселей!
   САНЧЕС. / вваливается/ ОН... От меня... Сбежал... / падает/
   ДОН ДИЕГО. Ай да учитель... Жаль, что он не испанец. Похороны моего матроса за ваш счёт, сеньоры. Ещё миллион песет! / кричит/ Ну! Чего смолкли?! Ублюдки?! Пойте! Вам осталось ещё девяносто восемь раз!
   БИШОП и УЭЙН. Да здравствует отважный Дон Диего!..
   З Т М
   КАРТИНА 2.
   Палуба испанского корабля. На палубе двое вахтенных. Они бражничают и поют.
   Вахтенные. На островах в Америке живёт народ весёлый
   Он пьёт вино за завтраком. А ужинает с ромом.
   Но вечно как укор ему промозглый Альбион
   Яичница с свининой - Тьфу - и водка с молоком.
   Припев. Испанцы, с нами Дон Диего!
   Бей собак английских, не жалей!!
   Испанцы! Выпьем за победу!
   С нами бог и Дон Диего - царь морей!
   На островах в Америке девчонки как конфетки.
   Снаружи шоколадные внутри как карамельки.
   А в Англии все тощие как будто из сосны
   И кожа; словно сделаны из льда и белизны!
   Припев.
   /слышны крики, и выстрелы с берега./
   1 ВАХТЕННЫЙ. О, дьявол! Как нам не повезло. Мы торчим тут на пустом корабле, а там.... Смотри, как там весело.
   2 ВАХТЕННЫЙ. Точно ик... Мы здесь сидим.... Скучаем...Ик-к. На вахте. А они там развлекаются. Ик-к.
   / снова слышны крики разбоя/
   1 ВАХТЕННЫЙ. О, дьявол, как там весело. Давай ещё выпьем, а то тоска!
   2 ВАХТЕННЫЙ. А чего ты тоскуешь? Служба ведь. ИК-к! Сегодня ты здесь, а завтра они. Ик-к.
   1 ВАХТЕННЫЙ. Да чего, чего... Ничего!! Тоска просто. Пей лучше...
   2 ВАХТЕННЫЙ. Нет. Всё. Хватит! Ик-к. Надо же службу нести. А то Дон Диего устроит нам вахту. Ик-к! Пойду проверю бак и рубку. А ты здесь смотри в оба. Понял?! На островах в Америке живёт народ весёлый! Ик-к. Он завтракает с девочкой, а ужинает с ромом...
   / опять слышатся крики резни/
   1 ВАХТЕННЫЙ. О, дьявол! Как весело! На островах в Америке девчонки как конфетки.../ подсыпает в бутылку порошок/ Эй! Хименес!! Снаружи шоколадные внутри же... Хименес!
   ХИМЕНЕС. (выходя из каюты) Что?!
   1 ВАХТЕННЫЙ. Что ты там делаешь?
   ХИМЕНЕС. Караулю капитанскую каюту. И эту канареечку... Ах, хороша краля. Несмотря, что она англичанка.
   1 ВАХТЕННЫЙ. Чего её сторожить, на борту ведь всё равно нет никого. Лучше иди перекуси , да вина выпей.
   ХИМЕНЕС. Да ты что, капитан нас не пожалеет если узнает, что мы на вахте... Пьём.
   1 ВАХТЕННЫЙ. А ты не пей, только перекуси. Ну, не в сухомятку же. Кому это возбраняется?.
   ХИМЕНЕС. А-а, ладно. В другое время капитан нас повесил бы за это на рее. Без всяких разговоров. Но я думаю, он сегодня будет добрый. Целый остров захватил.
   Ха-ха-ха! Барбадос! Ха-ха-ха! Самый укреплённый английский остров! ХА-ха-ха! Стадо клоунов, а не солдаты. /выпивает/ А если бы ты видел их губернатора. Ха-ха-ха! Это огромный жирный павлин. О-о, что это у тебя за вино такое?
   1 ВАХТЕННЫЙ. Да, нормальное вино. Ты пей, пей.
   ХИМЕНЕС. Нет, я пока воздержусь. Всё - таки служба. / зевает/ Что-то на сон тянет.
   Да-а. А жених у этой канареечки... Ха-ха-ха. Ну, прямо скворец. Такой маленький, чистенький. Дьявол, какое хмельное. О-о-о! Если б не капитан, я бы этой канареечке перья бы пощипал, не посмотрел бы, что она англичанка.
   1 ВАХТЕННЫЙ. Ты отдохни пока... А я пойду посмотрю куда Гонсалес подевался.
   ХИМЕНЕС. Сходи, сходи. А я пока покараулю. О-о-ох, канареечка. А вино то сладкое. Может отнести его канареечке? /засыпает/
   ГОЛОС. Эй, на борту! Эй-й! Вы что заснули там что ли?!
   2 ВАХТЕННЫЙ. (появляясь) На островах в Америке.... Ик-к! Он пьёт вино за завтраком... Ик-к. А кто ещё тут лежит? Луис? Э-э, ты Луис, или не Луис?
   ГОЛОС. ЭЙ-й! Вы там на борту!! Эй-й! Спите что ли? Вахтенный!!!
   2 ВАХТЕННЫЙ. Никак нет! Не спим! Мы на посту! На посту спать не положено! О-о! Шлюпка. Эй-й! На шлюпке!
   ГОЛОС. Скинь трап.
   2 ВАХТЕННЫЙ. Хорошо. (сбрасывает лестницу) А ты кто Луис?
   БЛАД. ( поднимаясь на борт) Луис, Луис.
   2 ВАХТЕННЫЙ. А ты что-то не похож на Луиса. Нет, подожди . Ты сначала скажи ты Луис или не Луис?
   БЛАД. Волверстон, помоги ему разобраться.
   2 ВАХТЕННЫЙ. Стоять! Если ты не Луис.... ( Волверстон сбивает его с ног)
   БЛАД. Да, пожалуй, вас недаром прозвали кувалдой. Поднимайтесь быстрее.
   МАКФЕРСОН. ( поднимаясь на борт) Чистая работа, сынок. Он не скоро очухается.
   БЛАД. Быстрее! Рэд, в оружейную к пушкам. Хагторп, проверь мостик. Волверстон, Мак за вахтенных на палубе.
   ГОЛОС АРАБЕЛЛЫ. Помогите! А-а-а!!!
   БЛАД. Арабелла?!!!
   АРАБЕЛЛА. Помогите! Питер!
   1 ВАХТЕННЫЙ. Стоять! Бросьте оружие на палубу! Я убью её! Ну!
   БЛАД. Мак, брось пищаль. Мы проиграли.
   МАКФЕРСОН. Кой чёрт брось. Чтобы нас потом вздёрнули на рее? Я убью их обоих. Отойди.
   БЛАД. Положи, Мак! Положи пищаль! Я прошу тебя. Или тебе придётся убить сначала меня.
   МАКФЕРСОН. А-а, черт малахольный. /бросает пищаль на палубу/
   1 ВАХТЕННЫЙ. А теперь я убью вас обоих. ( пытается выстрелить, но падает замертво)
   ХАГТОРП. Это не честно, прятаться за спину женщины.
   АРАБЕЛЛА. Питер.
   БЛАД. Вот видите, Арабелла, счастье сопутствует не смелым, а везучим.
   АРАБЕЛЛА. ( оглядев мёртвых испанцев) Боже мой.
   БЛАД. Спасибо, Хагторп. Арабелла... Я понимаю вас.... Но, поймите и вы... В этой игре или-или. Или они или мы.
   АРАБЕЛЛА. Или они или вы?!
   ВОЛВЕРСТОН. Шлюпка слева по борту!
   БЛАД. Ну, что ж приготовиться к встрече! Рэд, готов?
   ГОЛОС РЭДА. Готов!
   БЛАД. Без моей команды не стрелять! Волверстон, Хагторп накиньте испанские плащи. И повежливей с гостями. Они нам ещё пригодятся. Мак, убери труп. Арабелла, вам пока лучше вернуться в каюту. Здесь может быть опасно.
   АРАБЕЛЛА. Я останусь здесь.
   ГОЛОС ДОН ДИЕГО. Эй, на борту! Заснули мерзавцы? Вы следуйте за мной!
   БЛАД. Ради всего святого, Арабелла! /уводит её./ На борту появляются Дон Диего, следом Бишоп и Уэйн./
   ДОН ДИЕГО. Прошу сэры на мой корабль. Луис поднимай сундуки. Живо. ( обращаясь к переодетым) Хименес как чувствует себя сеньорита? Накрыть стол в моей каюте. Гонсалес этих сеньоров в трюм. Я с ними потом разберусь. Что вы стоите как чурбаны?! Кто вы такие?!
   БЛАД. Дон Диего, я рад приветствовать вас на борту нашего корабля.
   ДОН ДИЕГО. Что?! Кто ты такой, чёрт побери!?
   БЛАД. Моё имя Блад. Питер Блад. К вашим услугам.
   БИШОП. Блад!! Дьявол, вот это сюрприз! Уэйн! Он жив!
   УЭЙН. Да уж, сюрприз.
   БЛАД, Прошу простить, что без приглашения. Вашу шпагу, сеньор капитан!
   ДОН ДИЕГО. ( швыряет шпагу на пол) Сожалею, что не прикончил тебя сразу.
   БЛАД. ( рассмеялся) Не могу разделить вашего сожаления. Как бы то не было, вам придётся играть роль заложника....
   ВОЛВЕРСТОН. Питер, пять шлюпок слева по борту! Они возвращаются, Питер!
   ДОН ДИЕГО. (со злорадством) Да, они возвращаются, сеньоры! Меня вы можете убить, но через десять минут мои парни будут здесь и тогда...
   БЛАД. Хагторп! Скажи Рэду, что сейчас его выход! (Хагторп убегает)
   БИШОП. Чёрт возьми! Мерзавец! Что ты наделал? Ну, почему я не запорол тебя на смерть?! Немедленно отпусти сеньора капитана! Дон Диего вы же видите - я требую , чтобы он вас отпустил! ( Бладу) Кретин! Они возьмут корабль и всех нас перережут! Их там больше сотни! Пять шлюпок!
   ( грохот пушечного выстрела)
   БЛАД. Уже меньше.
   ДОН ДИЕГО. Мадонна! Сделай так, чтобы они успели прорваться к кораблю!
   /выстрел/
   МАКФЕРСОН. Слишком шумно сынок, мадонна не услышала!
   /Выстрел/
   БИШОП. Ага! Ещё одна перевернулась. Так их мерзавцев!!
   АРАБЕЛЛА. Боже мой!
   БЛАД. Я надеюсь, ваши моряки умеют плавать, сеньор капитан? До берега недалеко. Не сомневаюсь, там их ждёт теплая встреча. ( Бишопу) Как вы думаете, полковник, ваш гарнизон уже пришёл в себя?!
   БИШОП. Беру командование на себя! Огонь! (выстрел) Молодцы! Победа рядом! По последней шлюпке огонь!!! Огонь! Я сказал! ( выстрел) Есть! По испанцам картечью - огонь! Огонь! Огонь!!!
   МАКФЕРСОН. Хватит, сынок, ты уже всех убил.
   БИШОП. Ладно. Объявляю всем благодарность! ( Дону Диего) Эй, ты! Приказываю тебе петь! Слова такие "Да здравствует полковник я!" Сто раз! Нет двести! Начинай скотина или я велю тебя вздёрнуть на рее.
   БЛАД. Волверстон, уведите пленного в трюм. ( Дона Диего уводят) Послушайте, полковник, мне послышалось, что вы сожалели, что не запороли меня до смерти?!
   БИШОП. Я?! Да, ну тебя, Питер! Да как ты можешь? Чёрт подери! Захватил такой корабль со всем добром! Ты заслуживаешь похвалы. Я думаю, лорд Уэйн доложит обо всём королю и его величество подумает о том, чтобы снизить тебе срок заключения. Верно, сэр Джулиан Уэйн?
   УЭЙН. Несомненно, полковник. И вас он тоже как-нибудь наградит, полковник.
   БИШОП. Нет, но я то.... В чём дело? Какого дьявола они смеются?!
   БЛАД. Я думаю им хорошо известно великодушие короля.
   ХАГТОРП. Хватит болтать! Повесить его и дело с концом.
   БИШОП. Что? Что такое?! Что я вам сделал?!
   РЭД. Когда я поранил руку и не мог рубить тростник, ты на три недели швырнул меня в яму с крысами!
   МАКФЕРСОН. Тебе повезло сынок ты мог остаться там навсегда, как Джим Хант.
   ВОЛВЕРСТОН. Вспомни, как ты держал меня и ещё двоих связанными на солнцепёке! А когда я начал сходить с ума от жажды ты давал нам пить солёную воду.
   МАКФЕРСОН. Да, сынок, и тебе повезло....
   РЭД. Ты повесил беднягу Билла только за то, что он не вовремя улыбнулся.
   БИШОП. Боже! Уэйн! Питер! Остановите их! Они убьют меня!
   БЛАД. Тихо! Видите, полковник, они вынесли вам приговор!
   АРАБЕЛЛА. Пощадите его, я прошу вас. Пощадите!
   БЛАД. Тихо, я сказал! Он заслужил ваш приговор, но мы его не повесим!
   ВОЛВЕРСТОН. Не правильно, он тебя не щадил!
   МАКФЕРСОН. Ты забыл, как он отделал тебя плетьми?!
   ХАГТОРП. Это не честно, Питер, его надо повесить.
   РЭД. Он бы тебя не пощадил!
   БЛАД. А мы его пощадим. Должны же мы чем-то отличаться от них. Вы умеете плавать, полковник? Помогите полковнику раздеться. Он же не может купаться в одежде.
   МАКФЕРСОН. Он прав, зачем нам марать руки? / БИШОПУ/ Оставишь мне на память свою шляпу, сынок!
   ХАГТОРП. А мне сапоги!
   РЭД. Камзол мой.
   ВОЛВЕРСТОН. Давай, давай. Поворачивайся.
   АРАБЕЛЛА. Боже, остановите их!
   БЛАД. Вы хотите, чтобы они повесили его?! До берега здесь недалеко. Он доплывёт. Вы готовы, полковник? Волверстон, помогите полковнику выйти в море!
   ВОЛВЕРСТОН. Ну, давай, шевелись! Три четыре!
   БИШОП. А-а... Мерзавцы...! Подлецы1... Попадётесь вы мне в руки!... Скоты!/падает за борт/
   ПОВСТАНЦЫ. Гляди вынырнул! Улю-лю-лю! Чтоб тебе захлебнуться! Где он? Вон, вон плывёт! /уходят вдоль по борту/
   УЭЙН. Браво, господин учитель, как я понимаю, теперь мой черёд? Почему вам не приказать своим людям подвесить меня вниз головой?! Это вполне соответствовало бы...
   БЛАД. Замолчите! Арабелла... В жизни секунды иногда больше вечности. Арабелла. В ваших руках моя самая важная секунда.... Помните, я говорил вам про остров? Я не знаю где он находится, но если вы будете рядом.... В общем ... от вас зависит, найду ли я к нему дорогу....
   АРАБЕЛЛА. Пять голубых лагун... Белый песок.... Красные скалы.... Красивая сказка, доктор. Вы порвали шнурок... Вы сломали клетку... Но путь к вашему острову лежит через кровь смерть и страдания. Я боюсь.... Я не хочу менять свой остров на ваш.
   БЛАД. /после паузы/ Ну, что ж... В конце концов каждый волен выбирать свой остров сам. Впрочем как и спутников. Хагторп, приготовь им шлюпку. Прощайте мисс Бишоп, до вашего острова вам есть кому проводить. /Уэйну/ Я возвращаю вам ваш долг. Вы свободны!
   АРАБЕЛЛА. Питер! /Блад молчит/ Прощайте учитель... /Уходят/
   /Появляются повстанцы/
   МАКФЕРСОН. Ну что, сынки, ветер хорош, море спокойно. Доберёмся до Тортуги, залижем раны и снова в путь?!
   ХАГТОРП. Лучше пойдём на Ямайку. Нутром чую, там будет, чем поживиться. Я моряк Я знаю.
   ВОЛВЕРСТОН. А может двинем на север? Я слыхал там есть такие места... Осядем
   где-нибудь где нас никто не найдёт. Обзаведёмся хозяйством. Я мог бы ковать лошадей. Я ведь кузнец.
   РЭД. А может вернёмся в Англию?! А?! Сдадим испанский фрегат нас пожалеют и простят. Правда Мак?
   МАКФЕРСОН. Нет, Рэджи, если хочешь жить, надо быть пиратом. По другому нам не выжить. Да, Хатгорп?
   ХАТГОРП. Нет. Питер, ну что ты молчишь? Расскажи им про остров. Есть счастливый остров. Послушай меня Мак. Счастливый остров. Туда мы поплывём с нашим капитаном. Да, капитан Блад?
   МАКФЕРСОН. Капитан? Хотя... Согласен.
   ВОЛВЕРСТОН. Капитан так капитан.
   РЭД. Капитан.
   ХАГТОРП. Капитан!
   БЛАД. Ставьте паруса! Крепите ванты! Полный вперёд. Команда!
  
   З. Т. М.
  
   ( песня)
   Отчаянье, оставив позади
   И боль, что душу резала как бритва.
   Мы уходили с проклятой земли
   Без стона, без рыданий, без молитвы.
   Нам ветер тесный ворот растерзал
   И натянул троса почти до звона
   И горизонт объятья распластал
   СВОБОДА!
   Припев. И волны бьют в борта
   Как добрые друзья,
   На долгожданной встрече!
   Так случилось, что мы от земли
   В одночасье вдруг стали изгои.
   Только небо и синее море.
   Нам отныне друзья не враги.
   Моя гибель простор голубой
   Принимай же нас старый знакомый
   Эхом рвётся далёкий прибой.
   ЗДЕСЬ МЫ ДОМА!
   Припев:
   Мы долги уплатили сполна.
   Мы долги уплатили в чистую.
   Кто по жизни ничем не рискует,
   Тот у чарки не видывал дна.
   Ветер хмелем поит паруса
   Дерзко мачты ласкает до стона
   И в груди рикошетят сердца.
   ЗДЕСЬ МЫ ДОМА!!
   Припев: И волны бьют в борта
   И нас встречает та,
   Что нас ждала долго!
   ДЕЙСТВИЕ 2
  
   КАРТИНА 3.
   Каюта Блада. Он один. Сидит за столом. На столе бутылка вина, кружка, портрет Арабеллы.
  
   Рвусь и пластаюсь, как гончая, в хриплом дыхании ветра.
   И загоняю безумными строчками сам себя до рассвета
   И пламенею каждой я клеточкой от этой близости тайной
   Каждую ночь до рассвета жду я в надежде на встречу случайно
   На стыке нервов и света неверного я увидал своё чудо.
   Взгляд её тихий и ласково - преданный точно апостол Иуда.
   И напоказ будто нет, мол несбыточных... Бросьте!
   Так отчего же душа моя как на погосте?!
   Нет, ты прости меня - добрая, милая
   Но я не знаю ответа
   Снова пластаться мне милей за милею
   В хриплом дыхании ветра.
   И средь жестокости и упований напрасных
   Тихо как вздох.... Ощущение нежности, ласки
   БЛАД. Вот, Арабелла, решил провести сегодняшний вечер с вами. Вдвоём. Вы не против? Конечно не против. Хорошо, что ваш портрет не может говорить. Было бы обидно услышать другое, Арабелла... Я вот что... Хочу вам рассказать.... Хотя.... Подождите... Можно я выпью немного вина. Да, вы правы, я сегодня уже немного выпил.... Но уж сегодня такой день. Какой? Вы спрашиваете какой? Вы не помните? Сегодня ровно год как мы перестали быть рабами. Вы помните тот день? Испанцы, наш побег....
   ГОЛОС АРАБЕЛЛЫ. Я помню, Питер. Конечно, помню....
   БЛАД. ( пауза) Арабелла?! (пауза) Вот.... Я сегодня отпустил своих парней на берег. А сам за вахтенного. ( наливает вина) Теперь мне никто не помешает побыть с вами наедине. ( выпивает)
   ГОЛОС АРАБЕЛЛЫ. Так значит вы на шхуне один?
   БЛАД. Я? Конечно. (пауза) Арабелла! Вы здесь? Арабелла!
   АРАБЕЛЛА. Да.
   БЛАД. Где же вы?! Почему я вас не вижу?!
   АРАБЕЛЛА. Не знаю.
   БЛАД. Дьявол, почему я вас слышу, но не вижу.
   АРАБЕЛЛА. Не знаю.
   БЛАД. Чёрт, я схожу с ума.
   АРАБЕЛЛА. Всё может быть, Питер.
   БЛАД. Арабелла, вы играете со мной? Что это за игра?
   АРАБЕЛЛА. Не знаю, может быть "Птичка на шнурке...?"
   БЛАД. "Птичка на шнурке". " Птичка на шнурке". Это жестокая игра. (пауза) Ну, и пусть. Главное вы здесь. И можно поговорить. Как вы прожили этот год без меня?
   АРАБЕЛЛА. Грустно.
   БЛАД. Я тоже. Знаете, очень хочется быть с вами, видеть вас, слышать ваш голос.
   АРАБЕЛЛА. Мне тоже.
   БЛАД. Ну, тогда сядьте рядом. Чтобы я вас видел.
   АРАБЕЛЛА. Я рядом.
   БЛАД. ( в сторону) Почему же я не вижу? (вслух) Дьявол! Надо выпить вина. Может, тогда я прозрею.
   АРАБЕЛЛА. Вино это, чтобы расслабиться?
   БЛАД. Вино это, чтобы забыться. Видите ли, Арабелла, моя жизнь теперь это сущий ад. Я никогда не думал, что со мной произойдёт нечто подобное. Но видимо такая судьба. Я, когда-то, закончил медицинский колледж и хотел стать врачом. Хотел лечить людей от болезней и ран. А судьба бросила меня на войну. Чтобы выжить самому, мне пришлось многому научиться. Научиться тому, что противно человеческой природе.
   АРАБЕЛЛА. И что, по-вашему, противно человеческой природе?
   БЛАД. Убивать себе подобных. По-моему, это главное, что отличает человека от зверя. Но в этом жестоком мире, как оказалось, по-другому нельзя. Или они или мы.
   АРАБЕЛЛА. Или они или вы?
   БЛАД. Да, Арабелла, именно так. И вот доказательство, пока я воевал и лишал жизни себе подобных, меня восхваляли и награждали. Но как только я попытался спасти человеческую жизнь, меня самого приговорили к смертной казни, и отправили на каторгу.
   АРАБЕЛЛА. И вы озлобились?
   БЛАД. Я? Немного. Наверное. А, в общем нет. Всё время пытаюсь удержать себя на уровне нормального человека. И не стать зверем. Вы верите мне?
   АРАБЕЛЛА. Не очень.
   БЛАД. Может вы и правы. Я и сам себе не всегда верю. Особенно когда необходимо драться. Но другого способа выжить я не знаю.
   АРАБЕЛЛА. А любовь? Может быть это выход?
   БЛАД. Любовь?! Наверное, выход, Арабелла. Если она обоюдная. Обоюдная любовь помогает созидать. Птицы вьют гнездо. Люди строят дома для своих любимых. Неудовлетворенная любовь разрушает. Заставляет только страдать.
   АРАБЕЛЛА. Так значит, я причина ваших страданий?
   БЛАД. Я люблю вас Арабелла. Люблю безумно. До безрассудства. Я помню всё, что было с нами. Все наши уроки латыни. Каждый раз я шёл к вам со странным ощущением тепла и нежности. Помню, как вы морщили лобик и хмурили брови, желая запомнить какую-нибудь латинскую фразу, которая вам давалась с трудом. Помню, как вы теребили непокорную прядь волос, пытаясь прочитать неудобный текст. Вы знаете, Арабелла, я часто просыпаюсь ночью с полным ощущением, что вы, где то рядом. Я даже слышу запах ваших волос. Но проснувшись, я понимаю, что вы отдаляетесь от меня. Вы становитесь всё дальше и дальше. И я не хочу этого. Почему?
   АРАБЕЛЛА. Это всё твои фантазии, Питер.
   БЛАД. Может быть, но для меня это почти реальность. Иногда я это ощущаю вот как эту бутылку в руке.
   МАКФЕРСОН. Хватит пить, сынок.
   БЛАД. Это ты, Мак? А где ...? (себе) А чёрт! Как ты не вовремя, Мак. (вслух) Да. Что-то я перебрал сегодня. Вы уже вернулись?
   МАКФЕРСОН. Да мы уже вернулись. Хорошо, что мы вернулись, а не кто-нибудь из наших заклятых друзей, а то ведь это всё до добра не доведёт. На корабле только пьяный капитан. Рэд, забери у него бутылку.
   РЭД. ( отнимает бутылку) Зря ты не пошёл с нами. Там было очень весело, Питер.
   БЛАД. Наверное.
   МАКФЕРСОН. Послушай, Питер. Ты в состоянии сейчас что-нибудь понимать?
   БЛАД. Может быть. А что? Ты хочешь мне что-то сказать?
   МАКФЕРСОН. Да.
   БЛАД. Ну, говори. Хотя... Наверное я знаю, что ты можешь сказать.
   МАКФЕРСОН. Может быть. Ты ведь не маленький сам всё должен понимать. И наверняка понимаешь, что всё это может закончиться очень плохо.
   БЛАД. Для кого? Чего ж ты замолчал? Ну, говори.
   МАКФЕРСОН. Для всех, Питер. Для всех. Мы же одна команда. У нас и беды и радости общие. Ведь так?
   БЛАД. Ты прав, Мак. Наверное.... Прав как всегда.
   МАКФЕРСОН. Мы стоим на рейде уже третий день. На корабле кончается провизия, а ты третий день не выходишь из каюты.
   РЭД. В городе над нами уже смеются. Говорят, что за странные пираты, у них уже жрать нечего, а они даже не думают идти на промысел.
   БЛАД. Вы снова предлагаете, мне идти топить корабли?
   МАКФЕРСОН. Драться надо, чтобы выжить. По другому в этом мире не проживёшь. Ты и сам это не раз нам говорил.
   БЛАД. Говорил, Мак, говорил.
   МАКФЕРСОН. Так, что же ты нюни распустил, как старая баба. Сидишь здесь и хлещешь вино. Хватит уже. Соберись.
   РЭД. Да, пора уже. Пора нам становиться настоящими пиратами. А то ведь смешно даже...
   БЛАД. Да, наверное, вы правы.
   РЭД. Конечно правы, Давай выйдем в море И в конце концов...
   МАКФЕРСОН. Но это надо делать с ясной головой. Иначе всё это плохо кончится.
   БЛАД. Ладно, Мак, даю слово, что с сегодняшнего дня ни грамма вина.
   МАКФЕРСОН. Вот это правильно, сынок, это правильно.
   БЛАД. Всё. Уходите! Сегодня уже пора спать. А завтра мы всё решим.
   РЭД. Ну слава святому Патрику. Наконец-то! Пойдём, Мак.
   МАКФЕРСОН. Ты правду говоришь?
   БЛАД. Да.
   МАКФЕРСОН. Ну, тогда спокойной ночи, сынок. Свежая голова - ясность мысли.
   (уходят)
   БЛАД. (один) Или чистый лист.
  
   З Т М
  
   КАРТИНА 4.
   Барбадос. Веранда полковника Бишопа. Здесь всё по прежнему. На веранде полковник Бишоп. Сверяет отчётность. Входит УЭЙН.
  
   БИШОП: Входите, входите, сэр Джулиан! С приездом! Входите и располагайтесь. Здесь все как раньше.
   УЭЙН: И совсем никаких новостей?
   БИШОП: Ну, какие новости могут быть у нас в нашей дыре. Вы смеётесь лорд Уэйн? Новости у вас в столицах
   УЭЙН: Да-да. Новостей очень много. И самых разнообразных, полковник.
   БИШОП: Вот видите, по-прежнему полковник. Если б я был назначен губернатором этого острова, я бы принес больше пользы королю.
   УЭЙН. Конечно, конечно. Но вначале я хотел бы слышать отчёт за тот год, что меня здесь не было.
   БИШОП. Ах, Джулиан! Ах, служака! Мы уже почти как родственники, а вы.... Только приехали и сразу за работу.... Перестаньте, Джулиан, я вас так ждал. На кухне шкворчат цыплята, которые сегодня утром ещё квохтали, огромный тунец бьёт хвостом и ждёт пока его зажарят. А вы всё про службу.
   УЭЙН. Служба, да будет вам известно, полковник Бишоп, это - то за счёт чего мы живём. Или скорее благодаря чему. Так что давайте закончим со службой, а уж потом цыплята, тунец, и крабы.
   БИШОП. Ну, раз вы такой нетерпеливый, то вот. Возьмите и смотрите. Мне прятать нечего. Вот. За этот год я отремонтировал форт.! Заменил артиллерию! Одел и вооружил гарнизон. И всё на собственные деньги. Заметьте. Вот. Вот! Смотрите, смотрите. Вот. Эх-х! Если бы я был губернатором... Официальным. Сколько я пользы принёс бы своему королю....
   УЭЙН: Какому королю?
   БИШОП. Что значит какому?! Нашему королю. Божьей милости королю Якову второму.
   УЭЙН. Для этого вам сначала пришлось бы его найти...
   БИШОП. Кого найти?!
   УЭЙН. Ну, что вы смотрите на меня, как будто я пригласил вас на танец?
   БИШОП. А вы говорите нормально. А то ведь ничего не понятно.
   УЭЙН. Ну, что здесь говорить. Ваш, божьей милостью король Яков сбежал. На троне его зять - Вильгельм. Сторонники Якова либо сосланы, либо казнены, а сторонники Монмута и, естественно Вильгельма, возвращены из ссылки. Владения, должности, деньги...им вернули все! Даже то чего у них не было!
   БИШОП. Вот чёрт! Да но... Нет но... И что же теперь будет?!
   УЭЙН. Да ничего страшного не будет, Бишоп. Всем королям одинаково необходимы колонии. Поэтому мы тоже будем необходимы. Ну, как? Хороши новости, полковник?!
   БИШОП. Да-а! Такие новости ... Прямо с ног валят... Значит Вильгельм. И он благоволит к изменникам родины.... Ну, это естественно...
   УЭЙН. Он благоволит к сторонникам Монмута! НАШЕГО ПОЛКОВОДЦА!!!! Даже если человек сочувствовал и то ему уже оказываются почести. А если он ещё и пострадал за это.... То можно сказать, что он уже герой. Вот, например, ваш крестник... Питер Блад! Он вот, вот станет национальным героем. О нём уже сейчас рассказывают легенды. Бишоп! Почему вы за этот год так и не расправились с ним? А?! Скажите Бишоп!
   БИШОП: Не получается, сэр! Я гонялся за этим негодяем по всему Карибскому морю! Но ничего не получается. Он исчезал как призрак из-под самого носа. Это не человек, а дьявол!
   УЭЙН: А ваша племянница? Она по прежнему благосклонна к нему?
   БИШОП: Должен вас огорчить, сэр... по прежнему. Больше того...Месяц назад я перехватил письмо.
   УЭЙН /читает/: "Не знаю, буду ли я правильно понята вами, но не написать не могу..." ага! Все-таки дорогим и любимым не называет! Так... "Все происшедшее столь фантастично, но сердце напоминает - было, было." Значит всё-таки было. " ...ваша каторга, испанцы, горы пушек, стоны раненых, кровь...." Так это пропустим... "Остров, о котором вы говорили.... !" Остров? Интересно... Чтобы принять решение нужны силы, а их у меня недостаёт. Видеть вас, говорить с вами. Ждать. Буду ждать... Если вы не появитесь или хотя бы не дадите знать, что получили мое письмо, мне придется самой принять решение..." Бишоп! Вы - идиот! Нужно было отправить это письмо! Лучшей ловушки не придумаешь! Какой шанс!
   БИШОП: Видите ли, сэр...я думал...
   УЭЙН: "Думал!" Не произносите этого слова...Хотя, с другой стороны...вы - гений! В награду за это расскажу вам еще одну новость. Помните, вы мне говорили о вашем брате, об отце Арабеллы?
   БИШОП. Да. Он был довольно состоятельным человеком, но когда он скончался, у него на счету было всего сто гиней. Куда этот болван подевал все свои деньги.... Одному богу известно.
   УЭЙН. Теперь не только богу. Он отдал все свои деньги на поддержку мятежа, Бишоп! Вам всё понятно?
   БИШОП. И теперь..... Да?.....
   УЭЙН. Да. Да, Бишоп. Теперь Арабелла настолько богата, что могла бы купить вас со всем вашим Барбадосом. Ну, как? Неплохая новость?
   БИШОП: Да, но.... А я ?..... А мне ?..... Всё ей?..... Да и зачем ей деньги? Я её кормлю , одеваю.....
   УЭЙН: Теперь вы понимаете, почему я снова решил посетить ваше райское местечко? Когда тебе отказывает девушка..... Если она бедна..... Это можно пережить.... Но теперь.... Полковник, попросите её прийти сюда.... Скажите, что я здесь.... Что я жду.... Что я прошу..... И ни звука о наследстве. Я сам!
   БИШОП. Коршун. / уходит/
   УЭЙН. /читает письмо\ "Чтобы принять решение, нужны силы, а их у меня недостаёт..." Какое же решение собираетесь вы принять, мисс Бишоп?
   / входит Арабелла/
   АРАБЕЛЛА. Вы хотели меня видеть, сэр?
   УЭЙН. / РАДОСТНО/ Арабелла! Наконец-то! Вы нисколько, нисколько не удивлены?!
   АРАБЕЛЛА. Я видела, как ваш корабль входил в гавань.
   УЭЙН. Входил. Лучше скажите вползал. Мы попали в шторм. О-о, если бы не он, я бы вас увидел на неделю раньше. Год. Целый год прошёл с нашей последней встречи.
   АРАБЕЛЛА. Да. Целый год.... Прошёл....
   УЭЙН. Как здесь хорошо! Спокойно, тихо... А в Лондоне - суды, ссылки, казни... Мерзко, страшно... Яков сбежал в Ирландию. Вильгельм нанял французов и пытается его оттуда выкурить. Все нервны, живут в полном страхе. А здесь... Голубое небо, птицы, деревья. Хорошо. Ну, что вы молчите? Расскажите как вы жили всё это время?
   АРАБЕЛЛА. Спокойно, тихо. Между морем, птицами и деревьями...
   УЭЙН. Что поделывали?
   АРАБЕЛЛА. Ждала.
   УЭЙН. Чего? Или кого?.
   АРАБЕЛЛА. Я ждала известий о капитане Бладе, сэр. Или от капитана Блада. Я послала ему письмо. И ждала ответа. Жду и теперь. Простите, сэр, если я вам больше не нужна...../ хочет уйти/
   УЭЙН. Арабелла.! Умоляю! Мне нужно столько сказать вам! Вы позволите быть с вами откровенным?
   АРАБЕЛЛА. Будьте каким хотите.
   УЭЙН. Арабелла! Я скажу то, что думаю. Так получилось, что мы с человеком, которого вы называете капитаном, оказались противниками. Так распорядилась судьба. И я не об этом.
   АРАБЕЛЛА. А о чём?
   УЭЙН. О любви! Жизнь подарила мне любовь к вам. Вам она подарила любовь к другому. Казалось бы просто, но.... Не в нашем случае. Вернее не вашем. Вы юны. Вы полюбили сосланного бунтовщика. Вернее пожалели. Так бывает в жизни. Я знаю. Я старше вас.... Что ж такой человек как он, не мог не вызвать вашего сочувствия. Его положение было унизительным. И ваше чувство помогло ему оставаться человеком. Это благородно было тогда. Сейчас это бессмысленно. Теперь он не безвинно осужденный. Он уже не тот, кому нужно ваше сочувствие. Это пират, который, чтобы жить, должен убивать. Он стал хищником. Он живёт по законам, где побеждает самый жестокий и самый безжалостный! Он другой, Арабелла! Другой! Он - пират!!!
   АРАБЕЛЛА. Блад другой?! Да. Он другой! Он и там остался человеком. Я верю в это. Мне хочется в это верить.
   УЭЙН./ с сожалением/ Я вас понимаю, Арабелла. Я уважаю вашу верность. Но это исключено. Он не мог остаться человеком, даже если бы захотел. Кровь и нажива, жестокость и жадность - вот прутья той клетки, в которую он себя загнал. И в которой он сейчас живёт.
   АРАБЕЛЛА. Я вам не верю!
   УЭЙН. Мне не нужно, чтобы вы верили. Я хочу. Чтобы вы поняли. Люди сами придумывают себе законы, по которым живут. Блад отверг наши законы, вышел из нашего круга, но тот круг живёт по своим законам. Всё просто и страшно. Добыча поровну. Пятая часть капитану. И он получает её. И это всё ценой грабежа и убийства. Женщины - такая же добыча, такой же трофей, как золото.... Их продают в рабство. Или женятся по очереди, перекупая друг у друга.
   АРАБЕЛЛА. И вы думаете, что Блад...? Этого не может быть! Это мерзко!
   УЭЙН. Что мерзко? То что они продают? Или то, что я сказал вам правду?
   АРАБЕЛЛА. И то и другое. Блад не мог так измениться. Вы говорите не правду. Блад не мог!
   УЭЙН. Ладно, ладно. Успокойтесь Я не буду вам больше говорить про него. Только успокойтесь, Арабелла. Давайте поговорим о чём нибудь другом. Как вам живётся у вашего дядюшки, Арабелла?
   АРАБЕЛЛА. Мне было бы труднее жить, если бы дядя не приютил меня после смерти моего бедного отца.
   УЭЙН. Но вы живёте как затворница. Я бы даже сказал больше, как пленница вашего дядюшки. Вы отказываете себе во всём, чем должна владеть и пользоваться такая девушка как вы.
   АРАБЕЛЛА. Я благодарна дядюшке. Он делает всё, что может, но он не король Яков и даже не губернатор Барбадоса.
   УЭЙН. Ну. По поводу Якова.... Сейчас Яков беднее корабельной крысы. И всё же ваш дядюшка мог бы содержать вас получше. Вы ведь наследница миллионов....
   АРАБЕЛЛА. Я?!
   УЭЙН. И смогли бы в последствии вернуть ему всё.
   АРАБЕЛЛА. Что вы говорите?
   УЭЙН. Ваш отец был совсем не так беден, как вы полагали. У него было огромное состояние. Но он был человеком твёрдых убеждений, и всё своё состояние отдал на нужды восставших против тирана. Новый король вернул вам всё, Арабелла.
   АРАБЕЛЛА. Я богата?!
   УЭЙН. Богаты и независимы. На вашем месте я бы вернулся в Лондон. Вильгельм с радостью примет вас при дворе.
   АРАБЕЛЛА Лондон.... Он большой.... Там красиво.... А моря там нет.
   УЭЙН. Нет. Но там есть река. Темза, вы помните Арабелла? И красивый мост. И Букингемский дворец. И Ковент -гарден.... Уимпл стрит.... Церковь святого Павла. Там роскошно, Арабелла, роскошно. И вы теперь можете всем этим владеть.
   АРАБЕЛЛА. Да, я знаю там красиво. Но там нет моря. / уходит/
   УЭЙН. Бишоп выходите. Я уже давно вас заметил.
   БИШОП. Сэр, я так люблю вас слушать. Вы говорите как... как ... проповедник. Я глотал слёзы.
   УЭЙН. Оставим комплименты. Сядьте и давайте поговорим в открытую. Вы по прежнему хотите стать губернатором?
   БИШОП. Нет, сэр, больше чем прежде.
   УЭЙН. Так вот, вы станете губернатором в тот день, когда Арабелла станет моей женой. Для того, чтобы она согласилась стать моей женой нужно, чтобы ей ничего не мешало. Ей мешает Блад. Живой... Так что подумайте, Бишоп, подумайте.
   БИШОП. Да есть у меня один человечек на примете. Вот смотрите. Войди! Вот! Как хорош?!
   УЭЙН. Страшновато. Кто его так разрисовал?
   БИШОП. А вы не помните? Питер Блад. В тот день, когда испанцы напали. Это он его разделал как утку перед зажаркой.
   УЭЙН. Так это.... Как его.... Санчес?
   БИШОП. Бывший Санчес, сэр, теперь это Жозеф Левасёр. Верный слуга и подданный английской короны. Я заплатил за его лечение большие деньги.
   САНЧЕС. Я всегда буду помнить это, мой господин.
   УЭЙН. А как же родина?! Дон Диего?
   САНЧЕС. У бедный моряк родин - где платят деньга.
   БИШОП. Я тебе хорошо заплачу, если сделаешь всё как надо. Этот перстень можешь взять себе как задаток.
   САНЧЕС. Мой сделайт. Мой отомстить.
   УЭЙН. А вдруг Блад узнает его?
   БИШОП. Его не узнала бы даже родная мать.
   УЭЙН. Но у него акцент. Блад ему не поверит.
   БИШОП. Поверит. Блад добрый. Он скажет, что в детстве его украли испанцы. Он долго жил в плену. Благословите мальчика, сэр. К тому же Жозеф Левасёр имя французское.
   УЭЙН. Умно придумано. За это вас можно похвалить, Бишоп.
  
   ЗТМ.
  
  
   КАРТИНА 5.
   Морское сражение. Драки. Битва Дон Диего и Блада. Санчес убивает Дон Диего.
   Ночь как хищная птица с небес упадёт
   Воздух терпкий, холодный мы лёгкими пьём.
   Очищая рассудок от яда жары
   Ощущая как в нас умирают рабы.
   Обострение чувств до предела
   И с тенями сливается тело.
   Нам зноем глаза из под век выжигали
   Змеились по коже плетей языки.
   Но мы выживали, опять выживали
   Себе и смертям вопреки.
   А время сжимаясь дошло до упора.
   И словно с тросов сверху ухнула вниз
   И как скорлупа разлетались засовы
   И цепи как нитки рвались.
   Час ночи, безлунное небо.
   Условный сигнал для побега.
   Я видел у бездны нутро ледяное
   В крови человеческой смерти оскал.
   И всё потому, что бывает такое,
   Что кто-то на миг опоздал
   Мгновенье летуче, как дикий голландец
   Его не поймать и не остановить
   Но если всё так, то попробовать можно
   Мгновение это купить.
   Одно лишь свободы мгновенье.
   Цена не имеет значенья.
   ЗТМ,
  
   КАРТИНА 6.
  
   Корабль Блада. Макферсон перевязывает Рэда.
   МАКФЕРСОН. Потерпи, сынок, другим досталось больше.
   РЭД. Я не потому морщусь, что мне больно, а потому, что мне надоело плавать с сумасшедшим капитаном.
   МАКФЕРСОН. Он не сумасшедший, сынок. Бери выше. Наш капитан блаженный.
   РЭД. Вот именно. Это из-за его блажи мы попали сегодня в переплёт. Мы же сам шли к ним в руки.
   МАКФЕРСОН. Он-то здесь при чём? Идут простые торговые шхуны. Кто же мог знать, что у них в трюмах вместо товара испанские солдаты. И Дон Диего. Упокой господи его глупую душу.
   РЭД. Старый дурак! Год гонялся за нами, на свою голову....
   МАКФЕРСОН. Да-а. Хоть одного успокоили, слава Святому Патрику.
   ВОЛВЕРСТОН. Надо было ему ещё в первый раз башку проломить, а не отпускать...
   РЭД. А наш блаженный всех отпускает.
   МАКФЕРСОН. Башку проломить. Э-эх! Кувалда ты кувалда и есть. Что купец? Они ж его заставили. Коли тебе пригрозят спалить вместе с кораблём так и ты повезёшь.
   РЭД. Всё равно он блаженный. Мы уже давно могла бы купаться в золоте. Такие дела мимо рук проходят. А он от всего отказывается. Сутками сидит у себя в каюте и на её портрет молится. Тьфу ты! Никогда не женюсь.
   МАКФЕРСОН. Рэд, сынок. Если когда-нибудь твои внуки спросили бы у тебя: " А что ты хорошего сделал в жизни, дедушка?" Ты бы мог им смело ответить: "Ничего, ребятки! Но однажды я видел настоящего влюбленного и за это господь заберёт меня в рай!" Жаль только что это ты никогда не сможешь сказать.
   РЭД. Это почему я это никогда не смогу сказать?
   МАКФЕРСОН. А потому что у тебя никогда не будет внуков.
   РЭД. Это почему у меня никогда не будет внуков?.
   МАКФЕРСОН. Ну, потому, что ты никогда не женишься.
   РЭД. А если он ещё десять лет будет ждать, пока она бросится ему на шею, мне что, ещё десять лет болтаться на этом корыте без всякого толка?
   МАКФЕРСОН. Видно у тебя такая судьба.
   ВОЛВЕРСТОН. Ну, ты и филосов, Мак. А у тебя что - другая судьба? У нас у всех одна судьба. И одна беда - плавать с сумасшедшим капитаном.
   МАКФЕРСОН. И ты туда же, Хью?
   ВОЛВЕРСТОН. Туда же?
   МАКФЕРСОН. Ты тоже против капитана?
   ВОЛВЕРСТОН. Почему против? Нет. Я всегда за него. Просто мне надоело болтаться по морям на этой посудине и ничего не иметь взамен.
   МАКФЕРСОН. И что же ты хочешь иметь?
   ВОЛВЕРСТОН. Я хочу твёрдой земли под ногами, Мак. Пора бы остановиться. Сойти где-нибудь на берег в какой-нибудь глухой деревне и жить спокойно или...
   МАКФЕРСОН. Ну... Чего ты замолчал?
   РЭД. Или стать настоящими пиратами! Награбить себе денег, чтобы хватило на всю оставшуюся жизнь. А уж потом живи себе припеваючи.
   МАКФЕРСОН. Что?! И ты так думаешь, Хью?! Что глаза опустил? Говори.
   ВОЛВЕРСТОН. Что говорить, ты сам всё понял. Наверное, и сам думаешь так же...
   МАКФЕРСОН. Да-а. От тебя, Хью, я никак не ожидал. Ну, ладно Рэд, он мальчишка, но ты...
   РЭД. Кто мальчишка? Я мальчишка? Да я был лучший канонир королевского флота. Меня сам Роберт Блэйк отличал за смелость в сражение под Сан Доминго. Я тогда тремя выстрелами пустил ко дну флагманский корабль испанцев. Вот, а ты мальчишка.
   МАКФЕРСОН. Пушкарь ты хороший, Рэд, нет слов, но всё равно глупый. В житейских делах ты совсем мальчишка. А вот тебе, Хью, должно быть стыдно.
   ВОЛВЕРСТОН. А почему? Почему мне должно быть стыдно? Ну, скажи.
   МАКФЕРСОН. Неужели ты не помнишь, откуда нас вытащил Питер. И кому мы обязаны своей свободой.
   ВОЛВЕРСТОН. Помню, всё помню. Но пойми и ты, Мак. Не может человек жить одной благодарностью. Особенно если это было год назад. Мне ещё и кушать хочется.
   РЭД. Да. Жрать всегда хочется и по вкуснее.
   ВОЛВЕРСТОН. Ты послушай, Мак. Я простой кузнец, я могу подковать лошадь, не стреноживая её. Просто возьму её за ногу, свалю на бок. Прижму коленом её пах. И прибью подкову. И она даже не дернётся. Но, что я делаю на корабле? Что я делаю здесь целый год?
   РЭД. Верно, Хью, верно. Я тоже не понимаю. Сколько мы потопили испанских судов за этот год? Ну, скажи, Мак, скажи сколько?
   МАКФЕРСОН. Много, Рэд, много.
   РЭД. Значит, мы принесли пользу английской короне?! А?!
   МАКФЕРСОН. Принесли, сынок, принесли. И ещё какую.
   РЭД. Так почему мы не едем в Англию? Там бы нас простили, и мы снова бы зажили как люди.
   ВОЛВЕРСТОН. Или хотя бы пристали к какому-нибудь тихому, маленькому острову, где нас никто не знает... Я устал, Мак, понимаешь, устал. Мы болтаемся на маленьком пространстве между Барбадосом, Кюрасао и Тортугой почти год. Топим испанские галионы, убегаем от английских шхун, немного грабим голландские торговые суда. И всё.
   РЭД. Что - грабим?! То, что мы забираем у них провизию это называется, мы их грабим? То, что мы у них забираем нам самим едва хватает, чтобы поесть.
   МАКФЕРСОН. Ты прав, сынок, конечно прав. Но, понимаете... Как бы вам это объяснить получше ... В нашем жестоком мире мы можем выжить только вместе. По одиночке мы все пропадём. Когда-то мы вместе попали в беду. Если помните. По собственной глупости. Ведь так?
   ВОЛВЕРСТОН. Ты говоришь, о мятеже с Монмутом?
   МАКФЕРСОН. Да. И о мятеже и о нашем рабстве. Ведь наше рабство это продолжение нашего глупого мятежа. И только благодаря Питеру мы сейчас не рабы. Тогда мы ему поверили, и стали свободными людьми. Надо поверить и сейчас. И помочь ему.
   ВОЛВЕРСТОН. В чём поверить? Он же ничего не говорит.
   РЭД. А как помочь? Я готов помочь, а как? Ты знаешь?
   МАКФЕРСОН. Нет. Не знаю. Думаю надо подождать. Надо подождать. Само всё откроется.
   РЭД. А сколько ждать? Сколько?. Я думаю, надо пойти...
   /входят Левасёр. Хагторп. Потом Блад./
   ХАГТОРП. Заткнись, Джозеф. Заткнись. Да. Он отпустил его, но мы в накладе не остались. И добычу взяли, и Дон Диего успокоили. Мир его праху.
   САНЧЕС. Да, Дон Диего мы победиль, а какого дьявола он разрешаль уйти купецу?! Почему он его не повесиль? А какой дьяволь он не посмотрель сколько денег билль у купеца в сундучке, который он взяль с собой?! Зачем?!
   ХАГТОРП. Но мы же не грабители, Джозеф!
   САНЧЕС. Мы не грабитель, а кто мы?
   БЛАД / входя / Мы свободные люди, Жозеф. Свободные люди, защищающие свою свободу.
   САНЧЕС. А-а! Очень дорог нам всем обходиться твой свобода. Сколько моряк погиб сейчас из-за твой свобода? А какая добыча? Только солонина и хлеб? Очень бедно.
   ХАГТОРП. Хватит Джозеф, ошибки бывают у всех.
   САНЧЕС. Ошибка?! Нет, это не ошибка! Вот скажи мене капитан, где девушка? А?!
   ОБЩИЙ ГУЛ. Какая девушка? С голландской шхуны. Она у капитана в каюте! Я сам отвёл её туда. А что была девушка? И красивая? А я что-то не видел. Когда ж вы её поймали?
   БЛАД. Если ты имеешь в виду девушку с голландской шхуны, то она сейчас в моей каюте.
   САНЧЕС. Слыхаль? Все слыхаль? В её каюта. А зачем он в твоей каюта? Он должен быть в трюме. Это товар. Хороший товар.
   ХАГТОРП. Мы не торгуем невольниками, Джозеф
   САНЧЕС. Хорош. Я понял. Мы не грабитель, мы не торговец, а кто мы? Я не поняль. Мы захватил третью сеньору. Он прячет их в свой кают, а потом отпускай!
   ХАГТОРП. Да, отпускает. И ты это прекрасно знаешь
   САНЧЕС. Вот. Отпускай их на берег. А давайте займёмся арифметика. Сколько стоит сеньора на рынке в Танжере? Сто тысяч!! Сто!!!!
   МАКФЕРСОН. Это верно, сынок, это верно....
   САНЧЕС. А наш капитан отпускайт их на берег. А когда ты обнималь сеньору в последний раз? А он? Я три месяца назад. А он прячет её в свой кают, а потом отпускайт их на берег. А сеньора общий. Его только пятый часть. Пусть делится.
   ОБЩИЙ ГУЛ. Мы не продаём женщин. Но Левасёр прав. Это добыча. Заткнись. Мы не работорговцы. Чепуха. Деньги не пахнут.
   САНЧЕС. А может он, сам потихоньку продаёт их? А?!
   ВОЛВЕРСТОН. Ты говори, да не заговаривайся!
   САНЧЕС. А ты на меня не кричать. Я знать, что говорить. Привести сюда девчонку! / двое матросов убегают/ Мы спрашивать у неё, может он богатый и её папа заплатит за неё богатый выкуп?!
   ОБЩИЙ ГУЛ. Да, приведите девчонку. Так она тебе и скажет. Конечно.
   САНЧЕС. Скажет. Ещё как будет разговаривать. Пощекотай её кинжалом и он всё рассказывай.
   ( двое матросов приводят Линду)
   ЛИНДА. Чего вы хотите от меня?
   САНЧЕС. Да за такую цыпочка я сам могу получить на рынке в Танжере двести тысяч песет. Двести! А-а?
   МАТРОСЫ. А что? Может и правда! Знает что говорит! Очень потаскана! Немного помыть, приодеть и сойдёт!
   БЛАД. А теперь послушайте меня! И когда я научусь думать о людях, как они того заслуживают? Те, кто плавает со мной с самого начала, знает цену моего слова. И я хочу вновь напомнить всем наши правила. Они просты - драться, чтобы выжить. Не воевать с безоружными. Не заниматься работорговлей. Спасать рабов от неволи. Вот наши правила. Все их знают, кто не хочет следовать им могут убираться к чёрту. Ты всё понял Джозеф?!
   САНЧЕС. Я понял всё! Блад.
   БЛАД. И что ты теперь хочешь?
   САНЧЕС. Её!
   БЛАД. Это исключено.
   САНЧЕС. По твоих правил! А я исключений из всех правил. Она пойдёт со мной.
   БЛАД. Она останется, а уйдёшь ты. Я ссажу тебя на Тортуге.
   САНЧЕС. А ты думай, что дойдёшь до Тортуги?
   БЛАД. А кто мне может помешать?
   САНЧЕС. Я!
   ХАГТОРП. Джозеф ты спятил!
   САНЧЕС. Отстань! Или она пойдёт со мной, или будем драться!
   БЛАД. Ну что ж, если нельзя избежать, значит, будем драться.
   САНЧЕС. Я думай, что поединок будет честный?
   БЛАД. Что ты хочешь сказать? Ты хочешь меня обвинить в подлости?
   САНЧЕС. Не тебя. Их. Они отпустят меня, если я убей тебя?
   БЛАД. Моего слова хватит?
   САНЧЕС. Пусть они тоже поклянутся. Пока ты ещё жив.
   МАКФЕРСОН. Считай, что ты получил его. Всё будет по правилам, сынок.
   САНЧЕС. Ну, тогда дерёмся пока кто-нибудь не помер.
   МАКФЕРСОН. Если уж быть точным, то надо сначала поменяться шпагами. Дайте сюда ваше оружие. / Бладу/ Храни тебя бог, сынок. / меняет шпаги/ Сходитесь./ Бой равных противников. У Блада ломается шпага/
   О чести много разговоров будет потом
   Пускай конец положит ссорам клинок
   Без лишних проволочек и без лишних фраз
   Укажет нам того кто будет лишним сейчас.
   Припев. А на войне как на войне и тебе и мне всё решает бог
   Но он не в ударе и был благодарен тому, кто б ему помог
   И все на свете знают, где добро, а где зло
   И все хотят, чтоб лишь ему повезло
   Но в честном споре всё решает клинок
   И тот кто умный тот в общем и... бог!
   Припев.
  
   САНЧЕС. /наступая/ Есть бог на свете. Молись святому Патрику, Блад! Сейчас ты предстанешь перед ним!
   ВОЛВЕРСТОН. Клинок! Клинок подпилен!! / Санчеса оттаскивают от Блада./ Клинок подпилен! Сам бы он так ровно не обломился. Я кузнец. Я знаю.
   ХАГТОРП. Макферсон! Старый ворон! Кто придумал этот обычай?!
   БЛАД. Оставь его Хагторп. Он здесь не причём. Я тоже слышал о таком обычае.
   РЭД. Ну и что с ним теперь делать? Макферсон - знаток законов, что по закону делают с подлецами?
   МАКФЕРСОН. Повесить на рее. И пусть чайки и бакланы выклюют ему глаза. Либо скормить его акулам. Это решать капитану.
   БЛАД. Ты хорошо подготовился к поединку, Джозеф Левасёр. И девушка с голландской шхуны здесь совсем не причём. Перед лицом смерти объясни Джозеф почему? Зачем тебе это надо?
   САНЧЕС. Затем, что я ненавижу тебя. Не понимайт? А ты приглядись получше. Не узналь? Я не Левасёр, я Санчес, которого ты чуть не убиваль на Барбадос. Я поклялся, если выживайт то убивайт тебя. Святая Мария спас меня, но я не смог... Я не выполнил обет данный Святой Марии. Убей меня! Убей. Но прежде чем подохать, я тебе сказать кой что! Ты думать, я не знай, что за портрет в твой каюта? Всё знай. Можешь выбрось его! Потому, что эта самой девчонка, эта смазливый племянница полковника Бишопа тебе не видеть никогда. Девчонка скоро вышла замуж. Ха-ха-ха!
   БЛАД. Что ты сказал?
   САНЧЕС. Девчонка выйдет замуж за Уэйна. Плевать она на тебя хотель. Ты ведь не отвечал на её письма. А не отвечаль, потому что мы с полковником хватали сами твои письма! Ай, как мы смеялись с полковник, когда читаль их. А теперь убей меня. Убей! О-о, как я буду смеяться на тот свет когда сэр Джулиан Уэйн потащит её в спальня.
   ЛИНДА. Уэйн?! Джулиан Уэйн?!
   САНЧЕС. Уэйн, Уэйн! Сэр Джулиан Уэйн!!
   БЛАД. Свяжите его. Мы высадим его на первом безлюдном острове, и пусть господь бог решает, что с ним делать.
   МАТРОСЫ. Неправильно. На рею его. Скормить акулам. Дайте его нам, мы знаем, что с ним делать. Смерть испанцу. / матросы наступают на Левасёра/
   САНЧЕС. Блад, ты давал честный слово!
   БЛАД. Всем стоять. Я сказал стоять! Вы не тронете его. Я так решил. Я сказал, что мы высадим его на необитаемом острове. Хагторп, присмотри за ним. /Санчеса привязывают к мачте. Моряки недовольно расходятся. / Простите мисс, как только поднимется ветер, мы снимемся с якоря. Я довезу вас до Тортуги.
   ЛИНДА. Мне нужно на Барбадос.
   БЛАД. / в задумчивости/ На Барбадос....
   ЛИНДА. Мне очень надо повидать там одного человека.
   БЛАД. Надо повидаться... Надо повидаться....
   ЛИНДА. Это мой жених.
   БЛАД. Простите. У вас есть жених?
   ЛИНДА. Есть. Его имя - лорд Джулиан Уэйн.
   З Т М
   КАРТИНА 7.
   Ночь. Палуба корабля. К мачте привязан Левасёр. Хагторп сидит рядом.
   САНЧЕС. Хагторп. Хагторп! Послушай Хагторп.... Молчать.... А ведь мы были друзьями. Сколько раз я спасать тебя от смерти. Да-а. Молчать.... Думать, буду просить тебя помогать мне убегать?.... Нет... Я не буду... Я проиграл.... Я умру.... Послушать Хагторп, помоги мне умирать, как я хочу.
   ХАГТОРП. Что ты хочешь, Джозеф? Мы ели с тобой из одной чашки. А ты предал меня... И это не честно. Я не буду говорить с тобой. Всё будет, как решил капитан. Это закон.
   САНЧЕС. Ты можешь презирать меня, я приговорён и это правильно. Врагов надо убивать. А я враг твоему капитану.
   ХАГТОРП. Если капитану, то и мне. Это честно. Это закон.
   САНЧЕС. Ну, значит и тебе. Но, послушай меня. Это же твой капитан тебе не запрещает?
   ХАГТОРП. Ну, говори. Я тебя слушаю.
   САНЧЕС. Знаешь, я враг. И меня надо убить. Но жить на необитаемом острове и сдохнуть от голода.... Это не по мне.
   ХАГТОРП. Капитан оставит тебе еды. Я знаю.
   САНЧЕС. Навсегда не хватит. А потом... жрать кору. Сойти с ума и бегать по лесу за козлами, чтобы выжить.... Нет, это не по мне. Я лучше умирать.
   ХАГТОРП. Я не могу тебя убить.
   САНЧЕС. Почему?!
   ХАГТОРП. Потому, что так решил Блад. А его решение закон. Это честно, так должно быть. Он капитан. И потом я считал тебя своим другом.
   САНЧЕС. Но я просиль тебя, потому что мы были другами.
   ХАГТОРП. Ну, что ты хочешь?
   САНЧЕС. На руке у меня перстень, там яд. Он растворивается в вине. Только в вине. Дай мне вина, Хагторп. А когда я выпью яд ты снова свяжешь меня. И твой совесть будет чистый. Прошу тебя Хагторп.
   ХАГТОРП. Помилуй тебя. Господи. /освобождает руки Санчесу и дает ему кружку с вином. Тот выплёскивает вино в лицо Хагторпу выхватывает нож и наносит удар. Хагторп падает. /
   САНЧЕС. Живой волка, лючше мертвый человек. \исчезает/
   ХАГТОРП. Тревога! Тревога-а!! /стреляет из пистолета/ Левасёр сбежал!!!
   \ появляются БЛАД, ЛИНДА, РЭД. И ДРУГИЕ МАТРОСЫ/
   БЛАД. Хагторп, что с тобой?!. Ах, чёрт! В мою каюту его. Живо! Проверьте шлюпки!
   ЛИНДА. Он выживет?!
   БЛАД. Не знаю!...
   РЭД. Одна шлюпка пропала.
   БЛАД. А чёрт! Сбежал всё-таки. Ставьте паруса! Поднимайте якорь! Ветер поднимается. Мы идём на Барабдос!
   РЭД. Не получится. Ветра нет. Полный штиль. Надо ждать утра.
  
   З Т М
  
   КАРТИНА 8.
   Дом полковника Бишопа. Шторы на веранде задёрнуты. На сцене Бишоп, Уэйн, Арабелла. Перед ними Санчес. Он одет в купеческое платье.
   САНЧЕС. Мой дед бил купецем и отец бил купецем. Они плаваль где хотель и торговаль что могли. Я хотель бить художник. Но папа заставиль меня бить купецем. И так вся жизнь. О, мои тихие боги.
   УЭЙН. Мы сочувствуем вам, дорогой Ван Гейл. Но прошу вас, продолжайте. Нас интересуют подробности. Блад всё-таки англичанин, а мы подданные английской короны должны знать его проделки.
   САНЧЕС. Подробность?! Хорошо. Я рассказать вам подробность. Я плывёт. Небо ясный, ветер в спина, мой матрос поют песня. Потом вдруг: " Хозяин! Парус левый борт!" Я хотель уходить. Даже нет. Я хотель убегать. Зачем мне парус левый борт? Теперь такой время. Но через полчаса этот пираты зацепиль меня крючьками. О мой тихие боги. Хорошо что я не художник, но какой ужас, что я купец. Вай, вай, что они делаль с моим матросом? Особенно этот... Блад! Он убил двух моих матросов, а третий распороль живот. Как будто он старый кресло.
   УЭЙН. Арабелла! Что с вами? Бишоп, принесите воды!
   АРАБЕЛЛА. Не надо.
   БИШОП. Ах, подлец. Какая же он сволочь. Продолжайте Ван Гейл. Что было дальше?
   САНЧЕС. Что било, что било? Вай, вай, вай! Они убиваль мой матрос. Всех, всех. Вот что биль. У меня в каюта била девушка. Этот Блад схватиль её и поволок. За волосы! Она кричаль. Я кричаль. Я хотель ей помогать. Он удариль меня и сказаль: " Она мой! Я первый её увидель!" Они хотель меня пытать. Я хотель утопать. Я прыгнуль в море. Я уже умираль, но господь не бросиль меня. ОН помогаль мне. Меня спасли рыбаки. Вот смотрите, что Блад сделал со мной.
   / Он срывает повязки. Показывает свои шрамы.. Падает в обморок. Арабелле плохо/
   УЭЙН. Полковник, дайте этому несчастному воды.... Арабелла, может быть вам лучше пойти к себе?
   АРАБЕЛЛА. Джулиан! Увезите меня в Англию. / уходит/
   УЭЙН. Бишоп, пойдите, успокойте её. И приведите её обратно. Мы должны закончить всё сейчас же. Венчание завтра.
   БИШОП. Ага. Значит завтра я стану губернатором?
   УЭЙН. Да. Вставайте Левасёр.... Я похлопочу, чтобы вам нашли место в королевском театре. Хотя со своей главной ролью вы не справились.
   САНЧЕС. Сами попробовали бы. От него не отходит его псы. Хотель отравлять. Мимо. Он не пьёт вино. Устроиль дуэль. Рисковаль сам. Знаешь как он дерётся. Подпиливаль клинок. Опять мимо. Меня чуть не убиль. Я еле еле убигаль.
   УЭЙН. Отговорки, Левасёр, отговорки.
   САНЧЕС. Ничего. Ещё спать не ложиться. Я всё равно его убей. Он от меня не уходит.
   БЛАД. / входя/ Я и не собираюсь уходить от вас, Левасёр. Как видите, я сам пришёл к вам. Здравствуйте джентльмены.
   УЭЙН и САНЧЕС. /вместе/ Бла-ад!!!
   БЛАД. Ведь нам есть о чём поговорить, не так ли? Ответьте мне на один вопрос, Уэйн, ваша свадьба с мисс Арабеллой уже состоялась? Чего вы молчите? Отвечайте Уэйн!
   УЭЙН. Нет, вы положительно мне нравитесь! Явиться сюда, одному, словно Барбадос для вас площадка для игры в гольф. Непостижимо. Вы и в самом деле ничего не боитесь? Или вы ненормальный?
   БЛАД./холодно/ Вы не ответили на мой вопрос.
   УЭЙН. /усмехаясь/ Нет. он всё таки ненормальный. Ну, что ж раз вы настаиваете... Я вам скажу. Свадьба будет завтра. А сегодня я ...
   /входят Арабелла и полковник Бишоп./
   БЛАД. Здравствуйте Арабелла.
   БИШОП. Что?! Как?! Ты здесь?! Где охрана...?
   БЛАД. Тихо полковник! Сядьте вон туда и молчите, если хотите жить. Арабелла, я пришёл потому, что не мог не прийти. Когда мы расстались тогда на борту испанского корабля, мне показалось... на один миг..., что вам не хотелось спускаться в шлюпку. Это правда, Арабелла?
   АРАБЕЛЛА. Не помню... Не знаю... Целый год прошёл... А вы не приходили.
   БЛАД. Я ждал письма, Арабелла?
   АРАБЕЛЛА. Письма? Я писала вам, но вы не приходили...
   БЛАД. Я не получал ваших писем, Арабелла, их перехватывал ваш дядя.... Но я был прав; вы писали мне... Что же было в вашем письме, Арабелла?
   АРАБЕЛЛА. Какая разница, теперь после всего что произошло?... Это не имеет значение.
   БЛАД. А что произошло, Арабелла? Я был рабом, я стал свободным? Так что же?!
   АРАБЕЛЛА. /с горечью/ Вы были рабом, и это было ужасно. Вы освободились и это хорошо. Но почему надо жить убивая, насилуя, издеваясь. Это хуже чем каторга для честного человека. Прощайте! /хочет уйти/
   БЛАД. Арабелла, я бы смог оправдаться, если бы вы захотели выслушать меня. Я сейчас уйду, но всё же я должен признаться.... Наверное, мы больше никогда не встретимся... Я люблю вас, Арабелла.
   САНЧЕС. А я тебя ненавижу! Будь ты проклят! / кидается на Блада с кинжалом, но падает мёртвым от выстрела/
   ВОЛВЕРСТОН. / выходя из-за портьеры/ Извини, Питер, что я помешал, но я торчу здесь с самого рассвета.
   АРАБЕЛЛА. Вот цена всех ваших оправданий. Опять кровь! Опять смерть! Я боюсь вас.
   ВОЛВЕРСТОН. Эх, мисс! Я всё слышал. Я простой человек... Я вам одну скажу, не хотите не верьте, но они вас обманывают. И эти. И этот. Купец. Он такой же купец, как я испанский гранд. Вглядитесь лучше в него, может вы вспомните тот день, когда испанцы напали на остров. Дон Диего. Его матроса, которого чуть не убил Блад.
   АРАБЕЛЛА. Тот день? Испанцы? Санчес?!
   ВОЛВЕРСТОН. Санчес. Санчес. Пошли, Питер, не стоит она тебя.
   БИШОП. Как это пошли?! Стоять! Охрана! /звонит в колокольчик/ Охрана!!
   БЛАД. Тише, полковник, чтобы ваши люди не сильно беспокоились, вам придётся проводить меня. Волверстон, возьмите лорда Уэйна. Нам ещё надо поговорить. / вбегают два солдата/ Полковник если вы хотите жить сделайте соответствующее распоряжения.
   БИШОП. Не стрелять! Не сметь стрелять, паразиты! / плачет/ Пропустите всех! Я кому сказал, / уходят/
   АРАБЕЛЛА. /одна\ Неужели это Санчес? Перстень... Дядюшкин перстень... Не может быть.
   З Т М.
   КАРТИНА 8.
   Палуба корабля. Вся команда в сборе.
   РЭД. Сколько бы вы меня не уговаривали, всё равно у вас ничего не получится. Шлюпку не дадите - я вплавь пойду. Нельзя было их отпускать вдвоём. Там же целый гарнизон.
   МАКФЕРСОН. Не горячись, сынок. Если уж Блад решился навестить своих старых знакомых, то наверняка знает, когда они ложатся спать, а когда моют посуду...
   РЭД. Замолчи, Мак, надоели твои прибаутки. Они там вдвоём, а против них целый гарнизон Барбадоса! Кто со мной?! Я сейчас отплываю.
   МОРЯКИ. Рэд прав, надо идти на помощь. Но Блад приказал сидеть и не высовываться. Капитан слишком погорячился. Нельзя нарушать приказ! Я с тобой Рэд! И я!
   ХАГТОРП. Шлюпка! Слева по борту... Шлюпка слева по борту! Эй, вы меня слышите?! /стреляет из пистолета/ Шлюпка слева по борту!
   ВСЕ. Это они!!! Наконец-то! Ура!!! Возвращаются!!!
   РЭД. Да их там четверо. Блад, Кувалда. О-о, полковник Бишоп собственной персоной. И лорд Уэйн с ними.
   МАКФЕРСОН. Ай, да капитан. Он взял их в заложники. А девушка?... Рэд, девушки в шлюпке нет?
   РЭД. Да что я слепой, что ли! Нет, девушки.
   МАКФЕРСОН. Вот оно как. Да-а. Дела. Так , слушай меня все! Кто полезет к капитану с вопросом об этом тонком деле, я влеплю пулю в его бестолковую башку. Всем ясно?! / на палубе появляются все четверо/
   РЭД. Какие у тебя шикарные дружки, Кувалда.
   ВОЛВЕРСТОН. Да они меня так любят, что не согласились отпустить меня одного на корабль. А я так сопротивлялся! А ну, сэры, быстро в трюм, пока я не спустил вас сам. Подождёте там, пока мы решим, что с вами делать.
   БЛАД. Отставить, Волверстон. Ты должен быть благодарен им, что эти джентльмены не давали тебе скучать в пути. А как они гребли?! За это, господа. Вы свободны.
   РЭД. Как?! Ты опять отпустишь их?!
   БЛАД. Надо уважать традиции.
   МАТРОСЫ. Это неправильно! Сколько можно?! Они же враги. Вздёрнуть их на рее! На рею их обоих!!!
   БЛАД. Мы не убиваем безоружных. Это противно человеческой природе. Так что, полковник, плавать в одежде тяжело? Ведь, правда? Ребята, помогите ему раздеться. И в воду.
   БИШОП. Что?! Опять?!
   МАКФЕРСОН. Какая шляпа... / срывает с Бишопа шляпу./
   БИШОП. Подлецы!! Опять?! Я его только сшил.
   РЭД. Камзол мой.
   ВОЛВЕРСТОН. А сапоги мои. Снимай быстрей. В сапогах плавать трудно!
   БИШОП. Скоты. Висельники!! Подлецы!!! Я ещё с вами рассчитаюсь!
   БЛАД. Долгие проводы - лишние слёзы! В путь полковник!
   БИШОП. Мерзавцы! Бандиты! Рабы!! Всё равно я вас когда-нибудь всех переловлю и перевешаю!/ звучит выстрел Бишоп летит в воду/
   БЛАД. /Хагторпу\ Ты убил его?
   ХАГТОРП. Нет. Только напугал. Но хотелось бы, чтобы надолго.
   БЛАД. Слава богу, что не убил. Плывёт кажется. Ну, лорд Уэйн, теперь очередь за вами.
   УЭЙН. Предупреждаю! Я - инспектор колоний его величества! Посягая на мою жизнь, вы объявляете войну Британии! А это не разумно, капитан Блад. Наша родина, в моём лице предлагает вам сотрудничество.
   БЛАД. Оставим Британию в покое. Давайте поговорим о чём-нибудь другом, лорд Уэйн.
   УЭЙН. Ну, зачем же так обижаться на нашу любимую Британию. Она в ваших бедах не виновата. Те люди, которые вас осудили, теперь сами осуждены и находятся в заточении. Так что вам прямая выгода вернуться в Англию и поступить на службу к новому королю.
   БЛАД. Как интересно. Вы говорите только обо мне, или обо всех кто был неправильно осуждён тогда и кто сейчас тоже находится здесь?
   ГОЛОСА МАТРОСОВ. Эх, я бы вернулся. Зачем? Ну-у... Чтоб тебя опять осудили? Новый король, старый король, какая разница. Всё равно сытнее не будет. Зато дома. В Англии! Нет! Я не поеду! Ладно. Решать капитану. Я ему верю! Я тоже! Я с ним!
   БЛАД. Вы опять мне предлагаете золотую клетку?
   УЭЙН. Ну почему же? Вы сейчас в Англии почти национальный герой. И у меня есть предписание, если вы, конечно, согласитесь, привести вас к присяге на верность Английской короне! И тогда вы будете свободны. Только вдумайтесь. Его Величество Вильгельм дарует вам свободу!
   БЛАД. Вы предлагаете эту милость мне одному или всем, кто здесь присутствует?
   УЭЙН. Я буду с вами абсолютно честен, капитан Блад. Благодаря вашей отваге , вы , великой милостью короля нашего Вильгельма прощены и все ваши прегрешения против Англии забыты, но это касается только вас Питер... А ваши друзья.... Вы понимаете... Мне нужно приложить много сил, чтобы убедить верховный суд Англии, пересмотреть дела твоих друзей. Придется поднять все свои связи, чтобы решение суда было благосклонным.
   БЛАД. Вы хотите сказать, что если мы придём в Англию, нас снова будут судить?
   УЭЙН. Да. Это чистая формальность, но закон есть закон. И всё же.... У меня большие связи в судебных кругах. Ну, кто мне помешает воспользоваться ими?!
   МАТРОСЫ. Вот это предложение. Да они нас снова отправят на каторгу! А может всё-таки простят. Ведь мы им ничего не сделали. Я так хочу вернуться домой. В Англию. Зачем, чтобы тебя там казнили?
   УЭЙН. Зря вы мне не верите. Я даю вам честное слово! А слову джентльмена надо верить. Джентльмен никогда не обманывает.
   ЛИНДА. А расскажите, джентльмен Джулиан Уэйн, сколько фунтов вы получили за то, что предали моих родителей?! Ведь тогда доносчику платили деньги за каждого мятежника.
   УЭЙН. Боже Линда!... Здесь?.... Откуда?!... Почему?!!
   ЛИНДА. Так сколько? Джулиан...
   УЭЙН. Блад! Всё что угодно! Только уберите её отсюда! Блад!
   ЛИНДА. Как поживаешь, Джулиан? Что молчишь? Почему ты не хочешь поговорить со своей Линдой? Ведь я опять могу выболтать тебе что-нибудь запретное, а ты сообщишь кому следует и опять получишь денежки. А хочешь я расскажу тебе свою жизнь, после того как ты послал на казнь моих родителей? Это весёлая история, Джулиан. Я просила милостыню... Меня били... Передавали друг другу как вещь... Отнимали еду...
   Птицей родилась - беззаботной и лёгкой.
   Птицей родилась - выше не было дара.
   Птицей родилась - оттого и мечтала
   Летать.
   Птицей родилась - на чужую потеху.
   Птицей родилась - на пустую забаву.
   К шее верёвку и небо сквозь клетку.
   Летай!
   Ты был всем! Ты был бог!
   Для тебя выдох, вздох!
   В шёлка сеть заманил,
   И шутя отравил.
   Птицей родилась - мать забили до смерти.
   Птицей родилась - и отец обезглавлен.
   Птицей родилась - но обрезали крылья.
   Летай.
   Птицей родилась - беззаботной и лёгкой.
   Птицей родилась - на чужую потеху.
   Птицей родилась - выше не было дара!
   Летай!
   УЭЙН. Блад! Я умоляю! Не подходи ко мне! Блад! Остановите её!
   ЛИНДА. Не надо так нервничать, милый. Всё будет хорошо. Я ведь пришла, чтобы взять то, что принадлежит мне. Помнишь, ты клялся в верности? Вот и колечко, что ты мне подарил в тот день. Я сохранила его. Ну, обними же свою Линду. Мой хороший. Я никому тебя не отдам. Смотри мне в глаза, любимый, как тогда... Как раньше./ Удар кинжалом/ Тихо, хороший мой, боль сейчас пройдёт. Я знаю. / Тихо, как бы укачивая подвигается к борту. матросам/ Стойте! Не подходите! Он - мой! / оба падают за борт. Все потрясены. Общее молчание./
   РЭД. (рыдая) Не надо!!! Не надо!!! Зачем?! За-ачем?!! Почему?! Не надо!!!
   МАКФЕРСОН. (успокаивая его) Ничего, сынок, ничего. Поплачь. Поплачь. Ничего.
   РЭД. (рыдая) Но зачем? Зачем она это сделала?! Ей надо было жить!! Жить!!!
   БЛАД. Может быть ей уже незачем было больше жить.
   РЭД. Но почему?! Почему? Ведь всё закончилось. Она была свободна! Всё для неё уже закончилось!! Тогда зачем?!
   МАКФЕРСОН. Не знаю. Рэджинальд. Не знаю.
   БЛАД. ( раздумчиво) Для неё всё кончилось. Любовь и ненависть вот два чувства, на которых держится мир. Для неё они соединились в одном человеке.
   (Рэд, оглядывает всех невидящим взглядом, уходит.)
   ВОЛВЕРСТОН. Куда ты, Рэд!
   МАКФЕРСОН. Оставь его, Хью. Ему надо побыть одному. Дьявол, я и не думал, что он такой сентиментальный.
   ВОЛВЕРСТОН. Кой чёрт одному... После всего что произошло? А если...
   БЛАД. ( одному из матросов) Пригляди за ним. Как бы чего не вышло. (матрос уходит)
   МАКФЕРСОН. Ну, что сынки? Ветер хорош... Море свободно... Надо решать что делать дальше.
   ВОЛВЕРСТОН. Да-а, Питер. Давай решать, а? Уже пора. Ты как, Хагторп?!
   ХАГТОРП. Что как?
   ВОЛВЕРСТОН. Мы это... Тут подумали.... Блад.... Вот.... Как это .... Нам дальше.... Хагторп, ты с нами?!
   ХАГТОРП. Конечно, ведь мы же одна команда.
   ВОЛВЕРСТОН. Тогда... М-м... Мак давай ты. А то у меня не получится.
   МАКФЕРСОН. Вот что, Питер, ты не обижайся, но нам кажется, что надо уже где-нибудь остановиться. Нам кажется, что пора прибиться к берегу. Хоть к какому-нибудь. Нельзя всё время быть в море.
   ХАГТОРП. Почему это нельзя? Мы вот однажды в плаванье три года...
   ВОЛВЕРСТОН. Подожди Хагторп. Ты моряк - ты привык, а я кузнец. Я не могу....
   ХАГТОРП. Чего?
   ВОЛВЕРСТОН. Болтаться всё время на корабле без дела. И чего-то всё время ждать.
   МАКФЕРСОН. Да, Питер, надо уже найти свою гавань. Где нам всем будет хорошо.
   И, наверное, где-нибудь подальше отсюда.
   ВОЛВЕРСТОН. Ну чего ты молчишь?
   ХАГТОРП. А почему подальше? В этих широтах климат очень хороший тёплый.... Не как у нас в Англии....
   МАКФЕРСОН. В этих широтах, Хагторп, слишком неспокойное море. Да и корабли очень злые.
   ВОЛВЕРСТОН. А надо найти пристанище, где поменьше злобы, и побольше доброты. Вот дьявол и я вдруг заговорил как Макферсон.
   ХАГТОРП. Вот оно что. Ну-у.... Может быть вы и правы.
   ВОЛВЕРСТОН. Решай, Питер. Решай.
   БЛАД. Что вы хотите, чтоб я решил?
   МАКФЕРСОН. Куда плыть, Питер? Куда нам теперь плыть?
   ВОЛВЕРСТОН. Ну, что ты молчишь?! Скажи уже....
   ХАГТОРП. Говори, Питер, говори. Расскажи им про остров. Знаете, есть остров в океане. Чудный остров. Там красные скалы и белый песок. Пять голубых лагун, как ослепительное ожерелье. Все добрые и люди и звери и птицы. Там нет ни испанцев, ни англичан, ни королей, ни рабов. Просто все живут. В тишине и свободе. Солнца, пищи, любви хватает на всех. Давайте поедем на этот остров, а Питер?!
   ВОЛВЕРСТОН. Что действительно есть такой остров, Питер?
   МАКФЕРСОН. И ты знаешь, где он находится?! Ты знаешь к нему дорогу?!
   ХАГТОРП. Ну, чего ты молчишь? Говори уже.
   ГОЛОС. Пять лагун - нить ожерелья
   А у птиц радуги перья
   Все добры - люди и звери
   На острове том.
   БЛАД. Сказка. Красивая сказка.
   ВОЛВЕРСТОН. Что?!
   ХАГТОРП. Что ты говоришь?!
   БЛАД. Эх, дружище! На свете больше не осталось счастливых островов. Только необитаемые.
   ВОЛВЕРСТОН. Не понимаю.
   ХАГТОРП. Это неправда, Питер. Это неправда!
   МАКФЕРСОН. (Бладу) Что с тобой, сынок, ты сегодня сам не свой. Я в первый раз вижу таким своего капитана.
   БЛАД. О, дьявол! Послушайте меня, ребята! В жизни всегда наступает момент, когда дороги даже у самых близких людей расходятся. И попутный ветер у каждого свой. Видно сегодня настало это время и у нас. Вы вправе делать все, о чём договорились. Довезите меня до ближайшего острова. Я больше не капитан на этом корабле. (уходит)
   МАКФЕРСОН. Как это не капитан?
   ХАГТОРП. Почему не капитан? А кто же тогда?
   ВОЛВЕРСТОН. Ничего себе!
   МАКФЕРСОН. Я ж тебе говорил, что надо подождать, а не лезть с дурацкими предложениями к капитану. И что теперь делать? Что?!
   ВОЛВЕРСТОН. Что, что! Да откуда я знаю что?!
   ХАГТОРП. Надо его уговорить остаться.
   МАКФЕРСОН. Э-эх! Вряд ли это получится. Ты же знаешь его слово. Сказал, как отрезал.
   ВОЛВЕРСТОН. Но без него будет совсем туго.
   МАКФЕРСОН. Без него все пропадём. И мы и он. Выжить мы можем только вместе. Вот, дьявол! Придётся и нам сойти вместе с ним на берег. Вот, чёрт!
   ХАГТОРП. Как это сойти на берег? А корабль бросить? Как это? Так нельзя. Он же наш корабль. Это же наш дом!
   РЭД.(появляясь) Шлюпка слева по борту.
   МАКФЕРСОН. Вот, дьявол! Корабль не бросишь. Это ведь не перчатка!
   ХАГТОРП. Так давайте его уговорим. Давайте пойдём к нему. Все пойдём!
   РЭД. Эй! Вы слышите меня?! Шлюпка, говорю, слева у борта.
   МАКФЕРСОН. Кто в шлюпке?
   РЭД. Я не знаю. Но похоже... ( появляется Арабелла) Арабелла!
   МАКФЕРСОН. Слава Святому Патрику, может быть теперь и удастся. (быстро уходит)
   АРАБЕЛЛА. Добрый вечер, джентльмены!
   ВОЛВЕРСТОН. Вот это да! В первый раз в жизни меня называют джентльменом. Плохое предзнаменование.
   ХАГТОРП. (хмуро) Здравствуйте мисс. Я рад вас видеть на нашем корабле. Вот только не пойму, что заставило вас - племянницу губернатора Барбадоса - посетить нашу утлую лодчонку?
   АРАБЕЛЛА. Мне надо видеть вашего капитана.
   ВОЛВЕРСТОН. Зачем? Мне показалось, что вы уже сегодня виделись с ним. Может быть хватит? Оставьте его в покое!
   РЭД. Подожди, Хью, не горячись. Мы не можем решать за него.
   ВОЛВЕРСТОН. Я за него и не решаю. Она сама всё решила. Сегодня днём. У них на веранде.
   РЭД. И что же она решила?
   ВОЛВЕРСТОН. Мы для неё грязные, кровожадные, мерзкие пираты, которые только и делают, что грабят и убивают. И Питер тоже.
   ХАГТОРП. Ах, вот оно как. Значит, истязать рабов это не зазорно для леди, а быть пиратом - это мерзко. Так что ли, по-вашему, мисс?! Ну, тогда действительно вам лучше удалиться с этой грязной, пиратской посудины. А то вы ненароком можете испачкаться, находясь на одном корабле вместе с нами.
   АРАБЕЛЛА. Разве я когда-нибудь истязала вас?!
   ВОЛВЕРСТОН. Вы сами нет, но ваш дядюшка.... Делал это иногда собственноручно.
   ХАГТОРП. Будем честными до конца... Вы и вправду нет. Вы даже частенько пытались смягчить то наказание, которое накладывал на нас ваш дядюшка. И всё же мы для вас грязные рабы.
   АРАБЕЛЛА. Но, поймите, я делала все, что было в моих силах. Но приказания дядюшки я отменить не могла.
   ХАГТОРП. Это не оправдывает вас. Вы всё равно человек с острова Барбадос. И вам не место на этом корабле.... Уходите, мисс, с врагами мы бываем беспощадны.
   ВОЛВЕРСТОН. Да, что ты ей объясняешь.... Пусть плывёт отсюда подобру. Пока я не разозлился до конца.
   РЭД. Стойте!
   ВОЛВЕРСТОН. Чего там стойте?!
   РЭД. Да подождите вы! Дайте поговорить! (Арабелле) Вам лучше покинуть наш корабль, мисс. Я не смогу долго их удерживать.
   АРАБЕЛЛА. Но мне надо видеть Питера.
   ВОЛВЕРСТОН. Вам помочь спуститься в шлюпку или вы сделаете это сами?!
   АРАБЕЛЛА. Спасибо я сама. ( собирается уйти) Но хотя бы письмо вы можете ему передать?
   ВОЛВЕРСТОН. Письмо?! Какое к чёрту письмо?!
   ХАГТОРП. Можем. Пишите!
   ВОЛВЕРСТОН. (отводит Хагторпа в сторону) Хагторп, ты сдурел? Мы же потом никогда не утащим его отсюда....
   АРАБЕЛЛА. Я его уже написала. Давно. Вот. Возьмите.
   РЭД. Хорошо, мисс, я передам. Только уезжайте.
   АРАБЕЛЛА. И ещё.... Передайте ему...
   (входит Блад и Макферсон)
   РЭД. Что передать? А хотя... Скажите ему сами, мисс.
   ХАГТОРП. Чёрт, Питер.
   ВОЛВЕРСТОН. Мак, старый дурень, теперь мы ещё десять лет будем нянчиться с его любовью.
   ХАГТОРП. Это судьба, Хью.
   МАКФЕРСОН. А может быть наоборот. ( отводит обоих в сторону)
   БЛАД. Арабелла, вы? Вы здесь?!
   АРАБЕЛЛА. Да, Питер, это я!
   БЛАД. Вы пришли? Вы всё-таки пришли. Я уже не надеялся.
   АРАБЕЛЛА. Я подумала.... Может я была не права? Почему вы улыбаетесь?
   БЛАД. Видеть вас, слышать вас, говорить с вами.... Чёрт, какое странное чувство.
   АРАБЕЛЛА. У меня тоже. Я написала вам письмо ещё тогда.
   БЛАД. Да. Я знаю. Только я его не получал.
   АРАБЕЛЛА. Да. Я знаю. Вот оно. Возьмите.
   БЛАД. Какое тёплое письмо. Что же в нём? Расскажите.
   АРАБЕЛЛА. Лучше прочтите сами.
   БЛАД. Не смогу, очень темно. Расскажите. Я прошу вас.
   АРАБЕЛЛА. (тихо) Всё происшедшее с нами настолько фантастично, что ум отказывается верить? И только сердце напоминает: " Было... Было." Вот.
   БЛАД. Что же было, Арабелла?
   АРАБЕЛЛА. Ваша каторга, испанцы, гром пушек, стоны раненых, кровь... Я всегда боялась крови, Питер. ( пауза) Ну, что вы молчите?
   БЛАД. Это действительно фантастика.
   АРАБЕЛЛА. Что?
   БЛАД. Моя каторга. Испанцы. Год пиратства. И всё для того только, чтобы соединить нас. (обняв её) Я люблю вас, Арабелла.
   АРАБЕЛЛА. ( вздохнув) Как хорошо.... Я так долго ждала этого.
   БЛАД. И я!
   АРАБЕЛЛА. Покажите же мне свой остров, Питер. Он мне снится по ночам!
   БЛАД. Хорошо, Арабелла. Макферсон!
   МАКФЕРСОН. Я здесь капитан!
   БЛАД. Свистать всех наверх!
   МАКФЕРСОН. (радостно) Слава святому Патрику! Есть свистать всех наверх!
   БЛАД. Команде! По местам стоять, с якоря сниматься! Полный вперёд!
  
  
  
  
   Финальная песня.
  
   Свежий ветер поймать, оттолкнуться прибоем
   И канаты рубить! Нам возврата уж нет.
   Наша шхуна по ветру бок о бок с волною
   Держит курс на рассвет.
   Всё что прошлое за борт! Поверь, ни к чему нам.
   Груз тяжёлых потерь, одиночеств и бед.
   Есть шампанское в трюмах для тех, кто рискует.
   Мы идём на рассвет.
   Где то вдали, далёкой дали,
   Маленький есть остров.
   Ты подожди, чуть, чуть подожди.
   Нас приведут звёзды.
   Пусть ревёт океан и плюётся пеною.
   Только мы не из робких - мы можем в ответ!
   Мы с тобою, дружище, особого кроя.
   Кто идёт на рассвет.
   Мы плывём, потому что мы знаем наверно.
   Та девчонка - мечта, что являлась во сне.
   Ждёт, волнуясь, на краешке самой вселенной
   Нас идущих в рассвет.
  
   ФИНАЛ.
  
  
  
   Валерий Александрович Ткачук. Контактный телефон. 8 903303 3340. e-mail val-tkachuk@rambler.ru
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   33
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) В.Пылаев "Видящий-5. На родной земле"(ЛитРПГ) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Е.Флат "Свадебный сезон 2"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"