Точилова Татьяна Александровна: другие произведения.

I, Ii

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Название пока условное. Содержание экспериментальное.

  I
  - Райе! Как? - Терайе Санквисан оглянулась на оклик и ожидаемо увидела своего старинного друга/соседа по комнате Кешше Ликкса, спешащего к ней с улыбкой. Выражение её лица было далеко от праздничного.
  - Ну а ты как думаешь? Только ещё хуже.
  Кешше нагнал её и забросил руку на плечи в утешающем жесте.
  - Опять провалилась по взаимодействию? Не переживай, это всё вопрос тренировки. Ты же гений.
  - Ага, гений. Недотягивающий до троечников. Вууууу... - молодой человек напрягся, опасаясь, что она, как уже бывало, упадет на колени прямо посреди коридора и зальется слезами. - Не хочу, сколько можно, я из этих тренингов уже не вылажу, утро начинаю с медитации, аутотренинг перед сном, мне кажется, стресс у меня именно из этого всего уже...
  - Ну-ну-ну, - ободряюще похлопал её молодой человек по спине. - Когда-нибудь... у тебя получится, - к сожалению, ничего более воодушевляющего он выдавить из себя не мог. И неудивительно, ведь ситуация была крайне запутанной: Терайе, будучи потенциально одним из лучших пилотов боевых аэророботов, не обладала достаточно сильной нервно-психической системой, чтобы успешно соединяться с командной оболочкой и отдавать команды с достаточной скоростью.
  - Зачем я вообще пошла в Академию?! - в который раз на его памяти повторила Терайе. - Стала бы уже техником-эксплуататором какой-нибудь фигни в системе жизнеобеспечения и голова бы не болела.
  - Польстилась на высокую стипендию?
  Девушка поморщилась - не в бровь, а в глаз. Впрочем, после результатов всеобщего обследования её бы всё равно в покое не оставили - это она уже позже поняла. Не материальными благами, так административным принуждением и социальным давлением её бы заставили стать пилотом - военная машина города-республики Кайроса не упустила бы столь перспективного кандидата: долгая, почти бесконечная война требовала всё новых и новых кандидатов на заполнение управляющего отсека основного средства современного ведения войны - огромных человекообразных машин, сходящихся в схватке в голубых небесах.
  Терайе недовольно покосилась на друга:
  - Тебе-то повезло, уже квалифицированный инженер, и практику прошёл, скоро уже даже отдельный отсек дадут.
  - Не терпится от меня избавиться?
  Девушка оставила комментарий без ответа. С отрешённым видом, она посмотрела на свои сжатые ладони, раскрыла их и сжала снова.
  - Когда-нибудь это должно закончиться. Либо меня выкинут с понижением в статусе, либо... - она повернулась к Кешше с беспомощной улыбкой. - Ведь всё же будет хорошо?
  Тот прижал её лоб к своему.
  - Вот увидишь.
  
  Они вышли на центральную лицу Кайроса, спиралью опоясывающую всю "луковицу" небесного города. У входа к ближайшему лифту Кешше распрощался и направился наверх на работу в командный центр, а Терайе побрела в Академию. Здание словно из составленных прозрачных трубок должно было поражать воображение игрой солнечных лучей, но её лишь вогнало в депрессию. Не будучи готовой ни к очередному разносу в деканате, ни к вивисекции под взглядом персонального куратора, она зашла в огромный амфитеатр, используемый только в редких случаях, а сейчас засиженный тут и там болтающими студентами, и примостилась на одной из скамеек. Её тягостные размышления были прерваны хлопком по спине. Ей даже не надо было оглядываться, чтобы узнать кто это - неразлучные подружки Пьянэ и Баккая, также учившиеся вместе с ней, но отчисленные по несоответствию, а сейчас заканчивающие смежные факультеты.
  - Чего сидим? Ещё и такая грустная. Опять не сдала?
  Если от лучшего друга Терайе ещё могла перетерпеть копание в ранах, то от этих двух - нетушки.
  - Не ваше дело.
  Но их было не смутить: Пьянэ перемахнула через спинку скамейки, присела рядом и даже пихнула её в бок.
  - Ты войдешь в анналы. Не суметь выпуститься только из-за плохого настроения!
  - Конечно, быть вылететь по непригодности гораздо лучше.
  - Лучше, чем всю оставшуюся жизнь работать на автоматическом уборщике.
  - Ну-ну, - Баккая остановила зарвавшуюся подругу. - Она же не виновата. Это точно такое же несоответствие, как неспособность наших нейронов принять полное слияние. Сколько у тебя ещё шансов?
  Между тем, в амфитеатре началось какое-то непонятное оживление, народ начал медленно двигаться вниз ко входу, а шум разговоров стал громче.
  - Без понятия, мне не говорят.
  - Это... забухай! - опять вылезла Пьянэ. - Авось поможет. Расслабишься, повысишь эндорфины.
  Баккая покачала головой и, стоя на уровне над ними, заметила причину странного поведения присутствующих.
  - О, звезда пожаловала. И что он тут делает?
  - Ум, кто? А, - Пьянэ тоже разглядела проходящую амфитеатр насквозь фигуру мужчины, вокруг которого закручивались спираль толпы. - Так тут же тоже тестовые машины есть, наверное, пришел проверить степень реабилитации без того, чтобы тащиться в командный центр.
  - Наверно. Всё-таки есть же такие мужики. Красавец, гениальный пилот, герой войны, из хорошей семьи и сирота одновременно.
  - Только холодный он какой-то. Бесчувственный. И подружку себе такую же подобрал.
  Терайе перевела взгляд с высокого мужчины в лётной униформе, лаконично и без эмоций отвечающего на явно незначительные вопросы восторженных студенток, на стоящую неподалеку девушку с гладкими черными волосами до плеч, тоже в униформе, ничуть не скрывающую выглядывающий из под куртки пистолет, невозмутимо наблюдающую, как фанатки осаждают её общеизвестного любовника, и взглянула на зажатую между пальцами прядь собственных волнистых светло-каштановых волос.
  - Что-то мне не нравится текущая ситуация, - Пьянэ скрестила руки на груди. - Рассель Сейран неизвестно когда восстановится, эта, - Терайе получила тычок под рёбра, - до пробного полета добраться не может, в строе два калеки. Если из Асслима или Руффеника появится какая-нибудь жопа, то вполне возможно жопа настанет нам всем.
  Жёсткий шлепок ладонью от Беккайи стал наказаньем и за грязный язык, и за мрачные предсказания.
  - Не нагнетай. Нынешних пилотов не просто так отобрали. И если бы всё было так просто, эта война уже давно бы закончилась. Но её ещё нашим внукам хватит.
  
  На следующее утро Терайе поднялась рано: Кешше дежурил в командном центре и ей не пришлось бояться его разбудить.
  Перед неприятным, но неизбежным визитом к психологу, ей хотелось развеяться и отвлечься. Забравшись на один из высоких зубцов почти на самом краю города перед обрывом, она впивала в себя свежесть утреннего бриза и переходы красок предрассветного неба. Хотя кайросские поэты веками воспевали "солнецезвонкий лазурный палас с колоннами лучей", Терайе не любила рассматривать небо под дневным солнцем. Потому как то тут, то там, в немыслимой дали, то искорками, то точками проглядывали другие города, служившие напоминанием, что есть люди, которые хотят убить её, или которых должна будет убить она. Но сейчас, когда дымка, поднимающаяся от облаков, скрывала другие признаки жизни, она могла потеряться в этой безбрежности, почувствовать себя песчинкой во вселенной, сравнить свои проблемы с вечностью и мало-мальски успокоиться. Она заметила на крыше несколькими уровнями выше какое-то шевеление, но решила, что ошиблась - кто ещё из людей будет ранним утром шастать не по деловому сектору?
  Наконец Терайе решила, что внутренне готова. Но психологической брони хватило ненадолго.
  - Госпожа Санквисан... Возможно, вы самый сложный случай в моей практике, - медленно, пожевывая губами, проговорила доктор. - Три консилиума, бесконечные консультации с коллегами, и я до сих пор не знаю причины вашей подавленности. Если бы необходимость тонкой настройки при координации с аэророботом, я бы уже давно назначила курс препаратов, к сожалению, не опция... Предлагаю вам самой наконец взять себя в руки, потому как очередной звонок моему руководству приведет к моей переаттестации и вашему понижению статуса...
  - Я... стараюсь... Честно.
  Доктор пристально посмотрела на неё, недоверчиво прищурившись.
  - Ну допустим. Так... повторный курс массажа, три сеанса арт-терапии... И может быть, нам попробовать гипноз, чтобы разобраться в возможных причинах. Не могу избавиться от ощущения, что какая-то часть вас упорно скрывается от анализа, возможно, подсознательно.
  - Нет-нет-нет, госпожа доктор! - Терайе замахала руками. - Ничего такого, точно. Я буду стараться изо всех сил, аутотренинг, полная концентрация, всё, как вы скажете...
  Наконец освободившись, она присела на ступеньки за ближайшим углом коридора - надо было восстановить силы: постоянный страх раскрыть секрет здорово выматывал. Да, психолог угадала - в душевном ландшафте Терайе была одна часть, которую она оберегала всеми силами, потому что если правда вышла бы наружу - завершение учебы переставало быть вариантом.
  Она была банально влюблена в Расселя Сейрана. Она бы с радостью, конечно, заявила, что чувства появились после того, как она увидела его подкармливающим брошенного котенка либо случайным образом заметила чувствительную сторону его души, но нет - реальность была простой и примитивной. Красавчик и герой войны - этого было достаточно, чтобы заставить её сердце трепетать и придумывать всякое.
  К счастью, рассудка у неё оставалось достаточно, чтобы не питать никаких иллюзий. Мало того, что Сейран не замечал никого помимо аэророботов, так ещё и каким-то образом имел давнюю и прочную подругу, так что шансов растопить его замёрзшее сердце не было. Она утешалась только фантазиями и лёгким сталкерством, перемежающимися с унынием, с нетерпением дожидаясь, когда эта глупая влюбленность пройдет, и трясясь от мысли, что все узнают. Неудивительно, что настроение у неё было далеко не замечательным и она постоянно проваливала тесты на соединение через нервную систему.
  
  У Кешше была свободной вторая половина дня, так что они встретились, чтобы пообедать в одной из столовых на главной прогулочной улице. Он сразу заметил её состояние.
  - Вот зачем ты ходишь к психологу, если потом ещё сильнее проваливаешься в депрессию?
  Терайе, не отвечая, только вяло ковыряла вилкой в лапше.
  - Эй, - потормошил он её за плечо. - Прекращай самокопаться, не стоит оно того.
  - А что стоит?
  - Ну а что, максимум тебе грозит? Унылая работа за копейки, всеобщий позор и беспросветность?
  Терайе посмотрела на него волком.
  - Я же говорю, что не стоит. Не бойся, если что случится, я буду тебя содержать.
  Терайе положила вилку и посмотрела в окно.
  - Знаешь... иногда я думаю... может, мне признаться, он меня пошлёт и я успокоюсь?
  Кешше помрачнел и тоже отложил прибор.
  - В любом случае, именно тебе и только тебе будет хуже. Мне кажется, тебе просто надо постараться забыть всю эту историю.
  - С радостью. Но если бы всё было так просто...
  - А вот если... Что, если тебе постараться переключиться на что-нибудь другое?
  Терайе угрюмо взглянула на него.
  - На что? Есть ли у меня время вообще на что-нибудь помимо занятий? Куда мне и нужно отправляться прямо сейчас, будь они неладны.
  Она встала и вышла из-за стола, провожаемая обеспокоенным взглядом друга.
  
  - Двенадцать. Одиннадцать. Тринадцать. Десять. Двенадцать. Пятнадцать. Шестнадцать... Мы когда-нибудь до двадцатки дойдём?! - ассистент раздраженно постучал карандашом по стеклу. Терайе лишь сокрушенно вздохнула. Сегодня опять на получилось - уровень гармонизации упорно не желал доползать до минимально необходимого.
  - Иди погуляй, что ли, - предложил потерявший надежду ассистент. - Следующая сессия через двадцать минут.
  У неё было сил возражать - уж лучше действительно освежиться. Тем более что стеклянные галереи, опоясывающие вершины башен академии, были идеальным местом для этого; даже в небесном городе они казались воздушными.
  Проходя мимо одного из парковых уровней, Терайе зацепилась взглядом за прогуливающуюся пару и вслед за этим её ноги сами повернули к выходному мостику.
  На самом деле Рессаль Сейран со своей подругой, конечно, не прогуливались, а что-то негромко и по-деловому обсуждали. Терайе не рискнула пройти мимо, а выбрала широкую опоясывающую дорожку, дающую хороший обзор, но, к сожалению, слишком быстро кончившуюся. Она покачалась на носках и решила пройти обратно до середины, потом наискосок по перемычной тропинке, ну а потом, так и быть - пройти мимо, Рессаль будет стоять спиной, так что безопасно.
  Явно не самое лучшее времяпровождение перед тестами, но это было сильнее её, так что Терайе внутренне приготовилась к новым жалобам ассистента... и тут Рессаль обернулся и посмотрел прямо её в глаза.
  - Что вы хотели?
  У неё как будто желудок оторвался. С одной стороны - РЕССАЛЬ СЕ ЙРАН С НЕЙ ЗАГОВОРИЛ, с другой - аааа, она попалась!!
  А он всё продолжал на неё смотреть внимательными, но безэмоциональными глазами.
  - Я уже давно замечаю вас с частотой, явно не подпадающей под случайность. Что вам нужно?
  Она много раз фантазировала про их первый разговор, но не так... Хорошо ещё, что её внимания не хватало на взирающую на неё бесстрастно молодую женщину. Никаких идей не было, а он всё ждал. И Терайе почти против своей воли ляпнула единственный вариант, лишь бы что-то сказать.
  - Вы мне нравитесь. Вот и всё.
  Рессаль только моргнул, а так его выражение никак не изменилось.
  - Как видите, я не свободен.
  - Ну да, конечно, я знаю, просто спросили же... Ну, я пошла.
  Очень трудно было не бежать, но Терайе очень старалась. Только войдя внутрь башни, она наконец-то выдохнула, а через несколько шагов опустилась на пол. Роняя беззвучные слезы, она даже не могла никого упрекнуть, ни мир, ни судьбу, ни себя: всё получилось именно так, как она хотела.
  
  II
  Рессаль Сейран просыпался рано. Во-первых, действие обезболивающих ослабевало к утру и тупая боль пробивалась сквозь сон. Во-вторых, только совсем ранним утром у него получалось побыть в относительном покое, поскольку как только на улицах появлялись люди, он никуда не мог пойти, не будучи зацепленным чьим-то внимательным взглядом.
  К тому же, утро хранило его единственное тайное удовольствие - только до появления первых лучей солнца и без людей вокруг он мог смотреть в недоступное ему теперь безбрежное облачное море без необходимости контролировать выражение лица. Ему была неприятна мысль, что тоска, которую он ощущал так лично и глубоко, станет поводом для разговоров.
  Пару раз он замечал фигуру на крышах внизу и ненадолго задумывался, кто ещё делит его привязанность к рассветной поре, но мысль быстро уходила - он не привык думать о других.
  Даже Лелайе редко занимала его мысли - наверное, в этом и лежал исток гармоничности их отношений. Очень похожие внутренне - рассудительные и спокойные, они сошлись как прилегающие гладкие стенки, не зацепляющиеся друг за друга, но и не отталкивающиеся. Рессаль почти не думал о ней при принятии решений, зная, что она поступит точно так же или хотя бы поймёт.
  Так и во вчерашнем эпизоде, после признания незнакомой девушки, Лелайе только приподняла брови прежде чем как ни в чём не бывало вернуться к прерванному разговору. Сам же Рессаль ни разу не вспомнил о случившемся.
  
  После сеанса ионотерапии он решил направиться в командный центр. Он был готов смириться с острым напоминанием о невозможности управлять своим аэророботом и необходимостью отвечать на надоедливые вопросы о ходе реабилитации, поскольку это было единственным местом, где он чувствовал себя как дома. Атмосфера, расслабленная и неторопливая, и в то же время наполненная скрытым напряжением, готовым взорваться, как только объявят сигнал нападения. Залитые ярким светом коридоры, перемежающиеся с затененными переходами. Гулкие ангары с уходящими внутрь к земле огромными колодцами. Контрольные комнаты с оборудованием и информационными экранами от пола до потолка, наполненные постоянным тихим гулом голосов. И вершина командного центра и всего мира Кайроса - обзорная платформа - круглый зал со стеклянными стенами, из которых избранные следили за тем, как решается судьба города.
  Без определенной цели он бродил по центру, выбирая тихие и пустынные места вроде технических лабораторий и административного сектора. Проходя мимо открытой двери одного из кабинетов, он краем глаза заметил сидящих бок о бок двух знакомых ему мужчин - научного консультанта по тренировочной работе и замдиректора по кадровому составу, напряженно следящих за трансляцией. Выражение их лиц было таким серьёзным, что он поневоле остановился и присмотрелся. Картинка была из академических лабораторий - шёл процесс калибровки нервнопсихической системы одного из курсантов. Судя по всему, дела шли неважно: ассистент с каким-то остервенением повторял прыгающие вверх-вниз цифры, то дразнящие девятнадцатью, то издевательски падающие до семи. Наконец контролирующий профессор из лаборатории не выдержала:
  - Санквисан! Что происходит?!! Это даже хуже, чем было вначале!
  Девушка отпустила контролирующие ручки и маркерная сетка на её лице погасла - и Рессаль узнал её.
  - Профессор... - её голос казался на удивление слабым, но отчетливым. - Пожалуйста... Дайте мне ещё один шанс, хорошо? Неделя... может, две... Но у меня получится. Обязательно. Станет лучше.
  Из динамика донесся полустон-полурык, полный отчаяния и усталости. Научный консультант с видимым отвращением ударил по кнопке отключения связи.
  - Плакал мой бонус...
  - "Наша козырная карта"... "твое гарантированное повышение"... "легкие трудности"... - замдиректора не удержался и ткнул коллегу в бок. - Чтоб я ещё раз тебя послушал! Меня расчленят на следующем совещании.
  Консультант уныло поднялся со стула, нашарил в кармане карамельку и закинул её в рот.
  - Вот что ей надо, а? - продолжал жаловаться в воздух его руководитель. - Если б вокруг меня так прыгали. Депрессия, мать моя, меланхолия! У нас оборона растянута до предела, патруля нет фактически, а ей грустно, млять!
  - Ну а что мы можем сделать-то, вот что? Только надеяться, что она про две недели правду говорит, и за эти две недели ничего не случится.
  - Замечательно. Десятки тысяч жизней зависит от настроения одной девчонки. До чего мы докатились. Ладно, пошёл я, отчёт писать. Максимально обтекаемый.
  Рессаль направился дальше.
  
  В процессе проверки подключения кабелей Кешше продолжал думать о Терайе. То, что что-то случилось, он понял практически сразу, а то, что она ничего ему не рассказала, впервые за много лет, означало, что это что-то было важным. Будучи в курсе всех её перипетий с обучением, он не сомневался, что ещё более глубокая подавленность Терайе имела под собой только одну причину - Сейрана.
  Откровенно говоря, его охватывали противоположные чувства. С одной стороны, он был очень зол - за потерянный вид Терайе, за то, что она смогла заснуть, только держа его за руку, протянутую между их постелями. С другой - он надеялся, что это была нижняя точка, перигей, после которого остается только всплыть, и маячащее присутствие Рессаля Сейрана исчезнет из их жизни.
  Погруженный в свои мысли, он не сразу заметил усилившийся шум за спиной, ускорившиеся шаги, гул разговоров, пока маячок в наручных часах не сообщил о необходимости доложиться начальнику бригады. Только тогда он понял, что что-то происходит. Бригадир с недовольным видом, словно ждали только его, сразу начал распределять здания:
  - Все первого класса в ангар на финальную проверку, Марунди - в обзорку для координации, остальные - на готовности в мониторинге три.
  Для Кешше это был уже не первый раз, но всё равно спина ощутимо похолодела.
  Атака.
  - А готовить-то кого? - спросил замешкавшийся инженер-первоклассник. - Меатор-то стоит с разобранным мотором.
  - Незафиксированную эксперименталку, - отрывисто бросил бригадир. - Полетит курсант, больше некому. Но всем молчать, а то панику подымете.
  И кровь Кешше превратилась в лёд.
  
  Хотя и в четырёх стенах, Рессаль чувствовал себя как будто летящим в бездну под порывами хлёсткого морозного ветра, популярный кошмар среди пилотов аэророботов. Но с точки зрения начмеда, он не моргнув глазом выслушал суровую новость.
  - Совсем?
  - Нннууу... 100 процентов мы никогда не даем ни в том, ни в другом случае. Скажем так, вероятность твоей полной реабилитации такая, что заниматься ею руководство сочло нецелесообразным. Я тебе, конечно, выпишу программу лечения в гражданской клинике, может даже выбьем что-нибудь под наши фонды... Но я лично рекомендовал бы тебе подумать о новой карьере, стать тем же боевым тактиком или программы разрабатывать.
  - Ясно, - Рессалю казалось, что он отдал приказ телу подняться и выйти, но почему-то оно не послушалось, придавленное вместе с мозгом фактом, что существует лишь ничтожная вероятность того, что он снова когда-нибудь зайдет в аэроробота как пилот. Пока начмед продолжал что-то успокаивающе говорить, он собирался с силами, чтобы попробовать во второй раз, но тут по периметру стен замигали красные вспышки. Начмед повертел головой:
  - Атака, что ли?
  
  Терайе не представляла, зачем её вызывали в командный центр, но явно ни за чем хорошим. Либо очередная обструкция, либо окончательный пинок. Она уже была готова принять последний вариант ибо на их месте давно бы выкинула себя на улицу. Главное, чтобы не отправили вниз, подальше от Кешше.
  Почти сразу у входа ей встретился командующий полетами, которого она немного побаивалась, хоть и видела нечасто: он всегда смотрел на неё как-то странно, как будто как человек она для него не существовала - только начинка для аэроробота. Вот и сейчас он стремительно оглядел её с головы до ног и без всяких приветственных слов схватил за руку и потащил куда-то.
  - А? - только и успела вымолвить Терайе. - Что происходит?
  - Атака, если ты не поняла.
  Терайе повертела головой на ходу и действительно заметила необычную суету, все сновали словно пчелы и нормальных разговоров слышно не было, только приказы. Её ноги сразу ослабели.
  - Асслим выслал свою машину, судя по всему, новая модель. Пилот Сеепсая получил сотрясение сегодня утром во время дежурства, Меатор на профилактике и собрать не успеют. Остаешься только ты.
  - Что?! - Терайе попыталась притормозить и даже вырвать руку, но тщетно. - Я... я не могу! У меня ни одного пробного полета нет! Даже пробного подключения!
  - Это ты асслимовцу будешь объяснять. Мы-то все в курсе.
  - Ну что вы делаете?!
  Её последний вскрик раздался эхом в ангаре, куда он успел её дотащить, и продолжал тянуть по сравнительно узкой бетонной дорожке мимо огромных машин стоящих у стен. Их целью был третий справа - полированный металл вперемежку со светло-голубой краской, длинные цепкие "руки", небольшая "голова", размещавшая большую часть радарного оборудования, и мощные "ноги", державшие весь этот огромный вес. Терайе замолкла на мгновение - она всегда гадала, каким будет "её" аэроробот, и даже нынешняя ситуация не заставила забыть об этой томительной смеси ожидания и опасения.
  Тем временем, командующий радиоключом открыл дверцу платформы, пришвартованной к краю бетонной полосы, и затолкал её туда, вскочив следом. У Терайе перехватило дыхание от открывшейся внизу бездны, когда платформа начала подниматься, и она вцепилась в поручень. Командующий отодрал одну из её рук и вколол пневмошприцом в сгиб локтя специальный состав для облегчения соединения с нейросистемой машины, так поспешно, что у неё слезы брызнули из глаз. Когда платформа подняла их на уровень входного люка на груди аэроробота, Терайе предприняла последнюю попытку воззвать к нему.
  - Пожалуйста, придумайте что-нибудь! Я же разобьюсь!
  - Ну ты в любом случае тогда погибнешь. По крайней мере, постарайся использовать шанс спасти своих сограждан, - и он зашвырнул её внутрь тёмной капсулы и захлопнул люк.
  
  Кешше ощущал странное: его как будто парализовало и в то же время он огромной силой воли едва удерживался, чтобы не мчаться... куда? Где могла быть Терайе он не знал: ещё в городе? уже здесь? в командном пункте?..
  Два протяжных сигнала выделились из общего шума.
  - Загруз прошёл, - прокомментировал бригадир, - ждём выхода.
  Его легкие как будто перестали работать.
  - Шеф... а может... Марунди помощь не нужна?
  - Зачем? Он же там начальственный на человеческий переводить ну и сообщить быстро, если что случится.
  - А я вам... тут сильно не нужен? - Кешше не знал, что ещё придумать. Начальник покосился на него:
  - Бой посмотреть хочешь? Я тоже. Хотя нет, если он последний, то нет, лучше до конца не знать, как внизу. Ну ладно уж, иди, как только боевую позицию займёт, твой же сектор только за выход отвечает.
  
  Словно по сигналу от стука люка тёмная капсула начала пробуждаться: заблестела поверхность экранов, побежал свет по контурам, мягко загудел пол. Удивительно, но Терайе почувствовала себя гораздо спокойнее, как будто огромная громада металла защищала её. Она сделала несколько шагов к месту пилота и наводящие лазеры нащупали её лицо и фигуру. Рассеянный свет наполнил кабину и с потолка соскользнул шнур, почти ласково обвившийся вокруг левой руки, а затем чувствительно, но почти не больно вошедший стерильным отростком в подключичную артерию. Её сознание соединилось с нейросистемой аэроробота почти без перехода - всего миг и она ощутила чье-то любопытство и вопрос. Терайе всхлипнула напоследок и сконцентрировалась: пути назад теперь не было.
  Аэроробот отделился от стенной приступки и прыгнул в глубь уходящей вниз шахты. Терайе не почувствовала никаких изменений - капсула прочно изолировала её от мира снаружи.
  Двести метров книзу он завис перед овальным отверстием, в момент разошедшимся по краям.
  Почти без перехода стены отсека растворились и Терайе подвисла между небом и землей. Одно дело наблюдать за облачным океаном, стоя на твердой поверхности, и совсем другое - парить в бесконечности без конца и без края, не понимая где верх, а где низ. Она растерялась на мгновенье и аэроробот покачнулся, но почти бессознательно она скомпенсировала перекос в центре тяжести. Система управления привлекла её внимание к блестящей увеличивающейся точке.
  - Знаю, - кивнула Терайе и облачные горы начали стремительно проноситься мимо. На остающийся за спиной Кайрос она не оглянулась.
  
  Он был огромен - ненамного больше её аэроробота, но внутри проекции она чувствовала себя как муравей против слона. Блестящий настолько, что белая краска терялась на фоне отшлифованных поверхностей, аэроробот противника словно буровил её взглядом из цилиндрической головы, хотя она знала, что пилот, скорей всего, как и она, находится в груди. Она почувствовала неуверенный вопрос и то ли в попытке ободрить, то ли самой получить силу, пожала выходящий из плеча шнур.
  - Да, мы должны его убить.
  
  - Ну всё, можешь идти, - бригадир обернулся, но Кешше уже не было. Он почти сломал кнопки лифта, пока наконец одна из кабин не открылась. Попав на обзорную платформу, он с трудом подавил порыв броситься к огромным окнам - даже через их увеличительные стекла сейчас бы ничего не получилось разглядеть. Чтобы быть в курсе, необходимо было стать рядом с командной панелью.
  Оператор осушил залпом смягчающий горло тоник и сконцентрировался на картинке.
  - Не двигаются пока. У неё шок, наверное, а у него не знаю что.
  - Все сервокамеры на месте, - сообщил ответственный за картинку.
  - По-дтвер-жда-ю.
  - Есть какие-нибудь данные по машине противника? - негромко спросил командующий полетами заместителя по разведке. Та покачала головой.
  - Не можем идентифицировать ни модель, ни пилота, от наших кротов ничего нет. Кто-то новый. Дай бог, чтобы наша контрразведка не пропустила им данные, кто за нас летает.
  Командующий лишь криво улыбнулся.
  - Простора для вариантов немного. Оборона растянута до предела, вакансии заполнить некому, как мы сегодня выяснили, один на профилактике, у другого травма, и тут - вуаля! Атака свежим секретным аэророботом. Не верю я в такие совпадения.
  - Дебют с другой стороны. Столкновения нет. - Голос оператора звучал четко, почти нечеловечески. - Ещё. Ещё. Повреждения верхней правой в пределах нормы. Ослепляющая вспышка с другой стороны. Блок сработал. Комбинация с другой стороны. Повреждения верхней трети центра 7 процентов. Физическая атака с нашей стороны. Столкновения нет. Физическая атака с другой стороны. Повреждения нижних 17 и 6 процентов. Комбинация...
  - Битву за территорию мы проиграли, - вклинился безэмоционально другой оператор. - Они над нашими районами.
  - Начать эвакуацию? - тихо спросил представитель гражданской администрации.
  - Ты настолько оптимист? - командующий откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. - Действительно думаешь, что кто-то из них упадёт, а другой вернется на свою базу?
  Воздух в обзорной застыл - как будто последние молекулы надежды были высосаны вакуумом. Ситуация была ясна и очевидна, но не являлась поводом для паники. Если возможности что-то изменить не было, значит, нужно просто довести её до логического конца. Операторы придвинулись поближе к мониторам; офицеры расправили грудь. Все готовились к встрече с неизбежным.
  
  Терайе о контроле территорий не думала - фактически, она не успевала даже полноценно вздохнуть между атаками. Она понимала, что только природная быстрая реакция, срабатывающая быстрее скорости мысли, спасала её аэроробота от совсем уж серьёзных повреждений. Подсознание хорошо работало на защиту, но как только она уже сознательно пыталась атаковать - конечности робота тормозили и промахивались, а корпус неуклюже переваливался в пространстве. Терайе стиснула зубы - недостижение порога для полного слияния давало о себе знать. Ещё одна попытка - она мастерски воспроизвела тактическую комбинацию одного из высших учебных уровней - но противник воспользовался задержкой и ударил в уязвимую часть сочленения конечностей, используя инерцию её движения. Очевидно, он тоже был неплохим тактиком. Если бы это было не так, она бы избрала стратегию беспрестанных атак с надеждой на то, что он допустит критическую ошибку до выхода её аэроробота из строя. Но не судьба. И поневоле она вновь стала только уворачиваться, не замечая, как с каждым маневром противник подталкивает её к Кайросу.
  
  Рессаль вошёл в обзорный центр, незамеченный никем, точнее, внимание всех присутствующих было предельно сконцентрировано на бое. Он миновал командную панель, чуть не задев плечом замершего неподвижно инженера в форменной куртке, и подошёл к окнам, которые уже давали возможность в подробностях рассмотреть схватку гигантов, сверкающих настолько ярко (белый-голубой-металлический давали потрясающий эффект), что казалось - каждый удар высекал сноп искр отраженного света. Ему хватило нескольких секунд, чтобы понять - для напряженно-похоронного молчания на платформе есть основания: аэроробот с отличающим кайросский стиль разлетом плечевых крыльев единственно, что не падал немедленно. Плавности движений и скорости реакций было достаточно только для минимизирования повреждений, но конец был очевиден - слишком разительна была разница в классе.
  - Внутри курсантка без опыта? - спросил Рессаль стоящего справа знакомого технического инспектора.
  - Ага, - сказал тот, не отводя глаз от битвы, но потом резко повернулся. - А ты откуда знаешь?
  Рессаль не ответил, а инспектор не настаивал.
  - Пересечена третья граница. Общие повреждения - тридцать процентов, - несмотря на почти механическую отточенность, в голосе оператора звучали похоронные нотки. - Расчетное время приближения - 7 минут 25 секунд.
  Таким образом был озвучен оставшийся срок продолжительности жизни присутствующих. Традиционно первый разрушающий удар приходился на самую высокую точку города - обзорную платформу. Допустившие поражение первыми за него и платят. Ещё немного и многотонный кулак или меч длиной в несколько десятков метров сплющат эту комнату и всех в ней находящихся.
  Потом гигант начнет крушить здания, улицы, коммуникации... люди даже не будут рассматриваться как объекты уничтожения - нет разницы, будут ли раздавлены или, охваченные ужасом, полетят вниз вместе с обломками бетона и металла. Кайрос будет разрушен - в лучшем случае, завоеватели оставят огромный ствол, уходящий вниз, чтобы воздвигнуть на нём "луковицу" уже другого города. Иначе считалось трудным полностью гарантировать лояльность завоеванных прилегающих земель.
  Перед концом каждый думает о самом важном - о любимых и близких, о том, что не успел сделать... Рессаль мечтал только о том, чтобы оказаться внутри сражающегося сейчас аэроробота.
  
  Наконец начала давать о себе знать и физическая усталость - Терайе столько времени уделяла тренировкам на совместимость, что на занятиях на тренажерах для усиления выносливости не оставалось. Каждое движение давалось всё труднее и труднее, уже скоро мышцы перестанут успевать за сигналами нейронов. В очередной попытке увернуться она повернулась к защищаемому городу и с ужасом увидела совсем близко его стены. Последний рубеж, который оставался неприкосновенным в течение всей её жизни, был пересечен. Если и была пора терять надежду - этот момент уже наступил, осознала она. Рискованная ставка руководства города не оправдалась, чуда не произошло. Кешше и все остальные погибнут всего лишь через пару мгновений после неё.
  Из глубины сознания как будто что-то чирикнуло. Её аэроробот, которому она даже не успела дать имя, тоже всё понял. Его первый полет станет и последним. "Может, и к лучшему", - малодушно подумала Терайе, - "чем жить от боя до боя и выживать на гибели других", но потом спохватилась. Но он не обиделся. Нейросистема не имела личности, но могла испытывать эмоции достаточно, чтобы пилоты могли к ним привязываться, поэтому Терайе чувствовала себя особенно плохо, что усугублялось тем, что он даже её не винил ни в чём, хотя мог бы. Только глубокое чувство печали как будто даже заставило померкнуть голографическую проекцию окружающего неба.
  Терайе узнала это чувство - слишком оно было знакомо ей за многие недели, ненавистное, но почти родное: безнадежные мечты, разочарование, горечь, тоска... В одно мгновение она как будто ухнула куда-то в глубину и глаза её широко распахнулись - таким был шок от настоящего соединения с нейросистемой.
  Её нервные клетки стали одним с его схемами, тихий голос откуда-то изнутри теперь зазвучал в полную силу. Безбрежное пространство пугало не больше улицы рядом с родным домом, а гигант напротив теперь казался почти одинакового размера с нею.
  Тем временем, асслимовец продолжил атаковать. Удар, который должен был положить конец этой жалкой схватке, повис в воздухе - одного сигнала было достаточно, чтобы аэроробот Терайе переместился на сто метров верх, откуда она углядела прекрасную уязвимость...
  
  Кешше знал, что означает всё происходящее, но отказывался признавать реальность. Как такое вообще может быть? Он жил в беспрестанном страхе как только узнал, что Терайе станет пилотом, но чтобы всё закончилось так быстро - к этому он не был даже относительно готов. Если бы только удар на платформу пришелся раньше, чем он увидит, как Терайе падает вниз...
  И тут что-то изменилось. Он не понял как - но пусть и недолгий, но существенный опыт инженера позволял ему чувствовать аэророботов почти как живое существо. То ли неуловимые изменения в ритме движений, то ли балансировка - но что-то говорило ему: сейчас в схватке наступит перелом.
  Он впервые увидел, как аэроробот оставлял размытый след движения, всего лишь доля секунды, но достаточно, чтобы отпечататься на роговице. Зависшая наверху машина почти лениво перевернулась и устремилась вниз, попытка противника отбить нацеленный кулак показалась жалкой, и лязг и грохот сминаемого металла долетел до них даже через защищенные стены. Получив пробоину в районе присоединения "цилиндра" к туловищу, аэроробот ушел вниз на несколько десятков метров, но выправился и на мощных реактивных выбросах начал уходить в сторону.
  Звенящая тишина наполнила обзорную платформу, только оператор бешено переключал экраны одни за другим.
  - По результатам аналитики противник сохранил полетоспособность, боевой потенциал - меньше 10 процентов, вывод: 92 процента, что он возвращается на базу! - за чуть сбивчивым объявлением последовал шторм возгласов.
  - Пилоту - возвращаться на базу! - но командующий полетами сумел перекрыть весь этот гул.
  Кешше покачнулся, но сумел удержаться на ногах. Всё было позади. Стеклянные панели платформы раздвинулись, давая проход к лестнице, спускающейся к посадочной площадке. Кешше рванулся вперед, расталкивая почти столь же желающих встретить спасительницу, и в итоге первым оказался у ограды.
  
  Рессаль не торопился - зачем и некуда, всё самое важное он уже увидел.
  - Как она сумела - не представляю, там реально ни одного раза перехода границы для слияния не было за все тренировки, - захватил он краем уха чей-то оживленный разговор. - Какой-то эмоциональный всплеск...
  
  Его, стоящего в заднем ряду, заметила Лелайе, чья патрульная точка на этой неделе как раз размещалась на этом уровне.
  - Неприятно всё-таки, когда твоя жизнь зависит от кого-то другого. Одно дело, когда с пистолетом в руках сам сражаешься за себя, а когда вот так - беспомощно наблюдаешь и ничем не можешь помочь...
  Рессаль ничего не ответил, продолжая следить за тем, как нижние конечности аэроробота коснулись бетона и к ним муравьями побежали техники. Как только подъехала раздвижная платформа, крышка отсека сразу распахнулась и оттуда выпала маленькая фигурка, к счастью, сумевшая устоять, схватившись за перила.
  Лелайе проигнорировала его молчание, её любовник часто не считал нужным поддерживать разговор, если действительно не имел что сказать, тем более, что сейчас он, казалось, о чём серьёзно разммышлял.
  Наконец, приняв какое-то решение, он кивнул самому себе и начал продираться вперед сквозь толпу, а она последовала за ним.
  
  Терайе одновременно словно летала по воздуху и не могла оторвать свинцовые ноги от земли. В голове шумел гремучий коктейль из адреналина из серотонина, а зрение как будто плясало, поэтому, наконец добравшись до входа в огороженную часть площадки, где её уже с нетерпением ждало всё руководство, она не могла сконцентрироваться достаточно, просто выхватывая из толпы белое как мел лицо Кешше, непроницаемого командующего, не скрывающего своё удовлетворение замдиректора по кадровому составу... и Рессаля Сейрана. Эмоциональная перегрузка не дала ей никак среагировать, но всё-таки внимание поневоле сфокусировалось на нём.
  Тот оттеснил кого-то из начальников, быстрым шагом подошёл к ней и опустился на одно колено. Терайе с удивлением уставилась на него. - Вы мне нравитесь. Пожалуйста, встречайтесь со мной.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"