Толкунов Дмитрий Романович: другие произведения.

Потаенное место

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Посвящается Г.Ф.Лавкрафту

  - Что вы мне хотели рассказать? - Филлипс закурил и осмотрел своего со-беседника.
  Среднего роста, седой, несмотря на то, что ему, вероятно, было всего за тридцать, в поношенном пиджаке. Усы, тоже с проседью, были аккуратно под-стрижены. Он, судя по всему, следил за собой.
  - Вы ведь журналист?
  Хороший английский, хотя и с явным русским акцентом. Эмигрант, оп-ределенно.
  - Да, - Филлипс выпустил струйку дыма. - Корреспондент, так сказать. Любительская журналистика.
  - Любительская? - Незнакомец пристально посмотрел ему в глаза.
  "Господи", подумал Филлипс, "в нем безумие. Затаившийся ужас. Хаос крадущийся...".
  - Ну да. Понимаете, я не работаю ни в одном издании. В солидном, я имею в виду. Я собираю информацию о необычных происшествиях. Аномаль-ных случаях...
  - А-а, - собеседник кивнул. Опустил голову на грудь, словно что-то обду-мывая. - Вы-то мне и нужны. То, что я вам расскажу, не примет ни одно солид-ное, - он рассмеялся нервным смешком, - издание. Так что...
  - О чем же вы хотите рассказать? - Филлипс заранее знал, о чем. Зеленые человечки, вампиры, сасквоч, неопознанные летающие объекты. Стандартно.
  Незнакомец снова посмотрел на него.
  - Хорошо. Я расскажу. Я не могу не рассказать, иначе ЭТО съест меня це-ликом. ОНО грызет меня с того самого дня... Прошло пять лет, а я не могу забыть этого.
  - Вы русский? - рискнул спросить Филлипс.
  - Да, русский. Когда большевики пришли к власти, - он болезненно скри-вился, - я понял - все, империя пала. Знаете, для офицера это предел. Граница, через которую нельзя переступить, не поправ свои старые идеалы. Кое-кто смог это сделать. Но не я. Я потерял все: императора, отчизну, дом, жену... - он вне-запно замолчал. "Вспомнил ее", подумал Филлипс и тактично подождал. - Когда мне сказали, что пришла новая власть, я подумал: наконец, хоть какой-то поря-док. А потом... я увидел, что это за порядок. Власть плебеев, черт возьми, обор-ванцев. Пролетариат, - он громко засмеялся, так что за соседними столиками стали оборачиваться на них. - Рабочие и крестьяне, которые ломали старинную мебель и дырявили редкие полотна, мочились в золотые вазы и в грязных сапо-гах заваливались на шелковые покрывала... Да-а, это была новая власть, власть тьмы.
  Я бежал.
  Я не мог оставаться там, где толпа простолюдинов ломала мои святыни.
  Мне предлагали перебраться в Константинополь, но я решил ехать в Ев-ропу. Я уничтожил все документы, могущие выдать меня, одел старую солдат-скую шинель, перестал бриться. Взял кое-какие вещи: часть на память, часть - чтобы продать и жить на вырученные деньги. Я решил бежать во Францию.
  Не буду описывать всех кошмаров побега из города, прятанья от патру-лей, унижения перед холопами. Все началось тогда, когда меня и еще нескольких бедолаг ссадили с поезда. Это случилось где-то на границе с Польшей. Дикие места. Осень, да, тогда была осень. Шинель совсем не грела, да вдобавок есть было нечего. Нас ссадили, да еще и забрали деньги. Не все, правда. Я спрятал кое-что в подкладку шинели, оставил только мелочь.
  Как сейчас помню: серый день, голое бескрайнее поле, жуткий холод и мы - три человека на косогоре, смотрящие вслед уходящему составу. Мы были просто выброшены. Один из моих товарищей по несчастью был очень молод - лет двадцать пять, не больше. Второй - гораздо старше, грузный, с красным отечным лицом. Первый представился как студент-философ... неважно, как его звали, второй оказался ювелиром. И я - экс-офицер армии Его Императорского Высочества. - Он горько улыбнулся. - Дайте-ка сигарету.
  Филлипс, слушавший его как завороженный, вынул портсигар. Тот при-курил. Помолчал несколько минут.
  - Оставаться на железнодорожном полотне было бессмысленно и не-безопасно. Мы пошли наугад, но не по полю - это была бы ходьба впустую, а через лес, который начинался по другую сторону полотна. По крайней мере, там можно было бы развести костер.
  Время уже было за шесть, смеркалось, тем паче, что мы шли по лесу и я начал чувствовать какую-то жуткую и безотчетную тревогу. Потом я понял, что насторожило меня. Лес был мертвым.
  Мы шли по колено во мху, сзади астматически дышал ювелир. Студент начал жаловаться на боль в ногах. Мне-то было не привыкать - бывал и в более худших условиях, но перспектива идти без конца по мертвому лесу мне тоже не улыбалась. К тому же я не ел с прошлого дня. И вдруг... я увидел - и не поверил своим глазам: за остовами деревьев виднелся дом. Не простая избушка или вре-мянка, нет. Двухэтажный старинный особняк с коньками на крыше и даже с витражами в окнах.
  Сперва мы обрадовались, потом насторожились. Кто в нем живет и как он нас примет? Впрочем, мы были готовы на все, и я нащупал в своем кармане рукоятку револьвера и успокоился. Дайте-ка еще одну.
  При ближайшем рассмотрении особняк производил довольно отталки-вающее впечатление. Камень потемнел от времени, кое-где осыпался и отколол-ся, да и вообще, дом больше походил на огромного уродливого паука, присевше-го перед мухой. В данном случае, - он хмыкнул. - В данном случае, мухами ока-зались мы.
  В доме никто не жил - это стало ясно по распахнутой дубовой двери, сгнившей от дождей и времени. Мы вошли. В доме пахло плесенью, скорее даже не плесенью - какой-то трупной гнилью, что ли. Но выбирать нам не приходи-лось. Судя по опрокинутым столам и разбитой посуде, дом покидали в спешке, если не сказать больше. Смахивало на знакомые мне погромы, устраиваемые "новой властью". Камин был в отвратительном состоянии, так что разжечь огонь не представлялось возможным. Впрочем, найдя кое-какие достаточно су-хие доски, я разжег его. Только пользы от этого было немного.
  С горем пополам мы обогрелись и подсушились, но вставала другая про-блема - что есть. У меня не было ничего. У студента было полбуханки хлеба, у ювелира - шмат сала, несколько яблок и маленькая бутылка сливовой настойки. Сию скудную снедь мы разделили по-братски. Студент пошел посмотреть вто-рой этаж, а мы с ювелиром остались возле огня.
  Разговорившись с ним, я узнал, что он имел при себе достаточно денег и драгоценностей, чтобы обеспечить себе жизнь - на первое время, разумеется, - в Голландии. Туда он и стремился. Там жила его сестра и там, по его словам, можно было продолжить его дело с неменьшим успехом, чем в России. Поев и согревшись, он начал строить планы о будущем, щедро делясь со мной шкурой неубитого медведя и даже, - вероятно, под действием сливянки, - пообещал по-мочь мне там, за кордоном.
  Наш разговор был прерван появлением студента. Тот находился в стран-ном возбуждении.
  - Господа, пойдемте наверх, там есть нечто необыкновенное, - восклик-нул он. - Там библиотека, господа, и такая...
  Ювелир наотрез отказался, сказав, что книги его не интересуют, а я, же-лая хоть чем-то занять время, последовал за студентом.
  - Это что-то необычное, сударь, - сказал он мне, пока мы поднимались по лестнице. - Странная же библиотека у хозяина этого дома.
  - А что же в ней странного, позвольте спросить?
  - Увидите.
  Он был прав. Библиотека была более чем странной. Ряды книг громозди-лись на прогнивших полках. Большая часть их была древними, века XVII, фоли-антами, с плесневелыми кожаными обложками, часть - современными издания-ми, преимущественно немецкими. И наконец - рукописные своды на пергамене.
  - Это все, что вас поразило? - я, признаться, пребывал в недоумении. - Что ж, вероятно, владелец этого дома был просто заядлым библиофилом, не более...
  - Вы видели их содержание? - Студент как-то странно посмотрел на ме-ня. - Книги сплошь о магии и оккультизме. В свое время, - он покраснел, - я ув-лекался доктриною госпожи Блаватской. Не смейтесь, сударь, - он серьезно по-смотрел на меня. - Метания духа бывают у всякого. Я читал разные труды - в большинстве своем шарлатанов и спекуляторов - и, смею сказать, немало преус-пел в этой области. Все книги, которые здесь есть, - он обвел рукой всю комна-ту, - посвящены таинственной и неизведанной сфере бытия нашего...
  - Любезный, - прервал я его, - не нам сейчас рассуждать о таинственной сфере нашего бытия. Нам нечего есть и мы, собственно, даже не знаем, где нахо-димся. Так что пользы от этих книг нам никакой. Идемте вниз, к нашему спутни-ку.
  - Вы идите, - студент отвернулся, - а я пока пороюсь тут, может найду что-нибудь интересное.
  Я пожал плечами и спустился к ювелиру, который успел задремать.
  Я не стал будить его и вскоре тоже заснул.
  Когда я проснулся, скудный огонь в камине погас и здорово похолодало. Ювелир выводил носом рулады. Студента не было. Я поднялся в библиотеку. Он сидел за столом, перед ним догорал огарок свечи, которую он, вероятно, прятал про запас. Он увлеченно читал.
  - Витаете в поднебесных эмпиреях? - осведомился я.
  Он вздрогнул.
  - Н-нет. Я нашел дневники хозяина этого места. - Студент вскочил и то-ропливо подошел ко мне. - Это что-то необычное.
  - Что же? Интимные дневники мелкопоместного дворянина?
  - Отнюдь. Посмотрите-ка лучше сами, - он протянул мне тонкую тетрад-ку.
  Я перелистнул несколько страниц, исписанных бисерным почерком и покачал головой.
  - Признаюсь, я не шибко понимаю его почерк, к тому же писано, по-моему, не по- русски...
  - Это латынь, - студент устало вздохнул. - Хозяин этого дома был немец-ким исследователем, понаделавшим в свое время шуму в академических кругах. Когда я учился в Германии, мне приходилось слушать его лекции. Скажу честно, это было что-то странное и страшное, сударь. Через несколько месяцев руково-дство университета сняло его с преподавания, а потом и вовсе исключило из научных кругов. Безумные теории...
  - О чем?
  - О... о... о существах из других миров.
  Я расхохотался. Дешевые побасенки о внеземных чудовищах были мне известны, одно время я даже заинтересовался ими, но потом трезвый ум все-таки взял свое и я отмел сей никчемный мусор из своей жизни.
  - Он что, доказывал существование зеленых чертиков с рожками? Или предлагал чучело какого-нибудь... уж не знаю, как сказать... птеродактиля?
  - Нет, - студент говорил тихо. - Он говорил страшные вещи, ссылался на древние книги. Начальство университета сочло его идеи бредом и выдумкой, оскверняющей науку и религию. Он говорил... что кое-кто из этих подзвездных чудовищ сохранился как реликт. И приводил доказательства, фотографические снимки...
  - И что? - Меня это начало забавлять. - Вы своими глазами видели... под-звездное чудовище, как вы выразились?
  - На снимках что-то было, не могу сказать точно, что. Но.. - студент умо-ляюще взглянул на меня. - Это выглядело угрожающе.
  - Да скажите же, ради Бога, что вы там видели?
  - Не могу... это трудно описать. Какие-то комья переплетенных не то во-дорослей, не то лап, коконы, наподобие осиных гнезд, но во много крат более. Я не хочу вспоминать этого, простите.
  Я пожал плечами, хотя слова студента задели во мне какую-то струну, от-вечающую за тревогу. Мне стало не по себе. Стыдно, конечно, офицеру русской армии испытывать страх перед дешевыми выдумками, однако... Однако, я чув-ствовал, чувствовал нарастающую тревогу.
  - О чем же он пишет?
  - Извольте, - студент с готовностью взял одну из тетрадок и раскрыл ее наугад. - Я переведу. Вот это... нет, к примеру, вот это.
  "12 мая. Аннам .
  Де Вилль разрешил мне поговорить со старостой деревни. Отвратительно тощий старик со струпьями на глазах выслушал меня и, узнав о цели моего при-езда, разразился бранью на своем кошачьем языке. Переводчик, полукровка, хо-рошо говорящий по-аннамитски и по-французски смущенно молчал, не осмели-ваясь переводить мне все те бранные слова в мой адрес, которые произносил староста. Когда запас его ругательств иссяк, я повторил вопрос. Старик долго молчал и наконец сказал, что...", впрочем, далее неинтересно, - студент перели-стнул несколько страниц. - Ага, вот.
  "Вскоре мы добрались до затерянного города. Проводник не решался идти далее, уверяя меня, что злые духи не пустят нас обратно, если мы войдем в го-род. Тем более, он полузатоплен, а для того, чтобы перебраться туда, необходи-мы лодки. Шельма намекнул мне, что лодки можно приобрести у местных, но за большие деньги. Чтож, сказал я, мне не жалко денег, лишь бы мы добрались до цели. Проводник посмотрел на меня странным взглядом и несколько раз повто-рил одно и то же слово. Я спросил у переводчика, что это значит. Тот долго от-малчивался и наконец сказал, что проводник назвал меня одержимым безум-цем...". Далее неинтересно, ага, вот:
  "Мы обнаружили их под водой, на небольшой глубине, в царских покоях, затопленных до половины водой. В темной мути я различил очертания, столь знакомые мне по древним книгам... Туземцы наотрез отказались вынимать их из воды, заявив, что я могу забрать свои деньги, тем более, что на них лежит их проклятие. Жалкие глупцы. Придется вызывать на помощь европейцев..."...
  - О чем, собственно говоря, идет речь? - Я посмотрел на студента. - Кто такие "они"?
  - Узнаете, - он перелистнул еще несколько страниц. - Вот еще:
  "18 мая.
  Ящики с ними погружены на "Принцессу". Де Вилль обещал уладить не-приятности, возникшие в результате гибели двух европейцев, помогавших мне извлекать их из воды. Я компенсирую их семьям потерю кормильцев. Но это сделано во имя моей цели - и клянусь! - я достигну ее. ". Он перевез их в Евро-пу, - студент поднял на меня глаза. - Понимаете, он привез доказательства...
  - Чего? - меня стала раздражать эта полубезумная мистификация. - Да и вообще, любезный, посудите сами: три эмигранта, ссаженные с поезда, без еды, в пустом особняке черт-те где, читают посреди ночи записки безумного немца, который считал, что нашел... кого он там нашел? Подзвездных чудовищ? И где же они, позвольте спросить? Испарились? Или улетели к себе на Луну?
  - Они здесь, - прошептал студент.
  - В доме?
  Он кивнул.
  - Вот еще одна тетрадь, она велась уже здесь, в фольверке, когда он пере-ехал из Германии. Он пишет...
  - Все, хватит, - оборвал я его. - Не забивайте этой ерундой голову ни мне, ни себе. Наш товарищ гораздо умнее нас с вами - спит себе спокойно. А мы си-дим здесь и читаем бред сумасшедшего... Довольно, идемте вниз. Надо снова разжечь камин, а иначе мы с вами не доживем до утра.
  Студент понурил голову и пошел за мной. На лестнице он остановился.
  - Он пишет, что они в подвале, сударь.
  - В каком подвале?
  - Здесь, в доме, есть подвал, вход должен быть в гостиной...
  Я остановился на полпути.
  - Вы предлагаете... сходить и посмотреть?
  Студент пожал плечами.
  - Если вы не верите во все это, так какой же смысл...
  - Хорошо, - я кивнул. - Мы с вами спустимся в подвал, но только для то-го, чтобы доказать вам, что свихнувшийся немец напрасно взбудоражил вашу фантазию.
  Мы спустились.
  Ювелир проснулся и, не обнаружив нас, проявил беспокойство.
  - Господа, - воскликнул он, увидев нас. - Я, было, подумал, что вы реши-ли бросить меня и нешуточно испугался.
  Я объяснил ему причину нашего отсутствия и сказал о нашем плане спус-титься в подвал.
  - Зачем? - Ювелир всплеснул руками как женщина. - Это безумие, госпо-да, сущее безумие. Что нам делать в сыром подвале? И, кроме того, кто знает - может там что-то... - он поежился. - Мне снились такие странные сны, что упа-си Господь, - он размашисто перекрестился. - Дурное это место, Бог свидетель. Лучше бы нам уйти отсюда поскорее...
  - Если желаете, - предложил я, - можете подождать нас здесь.
  - Нет-нет, - замахал он руками, - ни в коем разе. Если уж так, то я пойду с вами. Втроем - оно как-то, знаете ли, не страшно.
  Студент молчал.
  В гостиной мы нашли керосиновую лампу, залитую до половины. Сту-дент зажег ее и пошел впереди. Действительно, в стене комнаты была металли-ческая дверь, очень странная с виду - по вмятинам на ней можно было поду-мать, что кто-то бил с внутренней ее стороны железной киркой. Дверь не была заперта. Студент открыл ее и на нас пахнуло... Господи Боже! что это был за запах! - Русский помотал головой. - Вы когда-нибудь бывали в террариуме со змеями?
  Филлипс кивнул головой. Он не заметил, что его сигарета прогорела, по-ка он слушал. Он полез за другой.
  - И мне, пожалуйста, - попросил русский.
  Они оба закурили. Повисло молчание. Кафе пустело, официанты проти-рали свободные столики и уносили посуду.
  - На нас пахнуло запахом рептилий. Мы, зажав носы, с трудом протисну-лись в маленькое помещение подвала, вернее, в своего рода коридор. Вскоре он закончился и мы вышли на своеобразную площадку, насколько можно было ви-деть при тусклом свете керосинки. Площадка была небольшой, далее она обры-валась вниз и... Это был огромный бассейн, огромный котлован, заполненный водой, с теплыми и удушливыми испарениями, шедшими со дна... Если оно, конечно, было.
  В свете керосинки мне показалось, что вода мутно-зеленая, хотя какой она была на самом деле, я не знаю. И слава Богу. Я услышал изумленный вздох ювелира, который шагнул вперед, чтобы посмотреть вниз... Земля под его нога-ми обвалилась и он рухнул в воду. - Рассказчик замолчал, бездумно глядя на стол. Молчание длилось долго. Наконец, Филлипс прервал его.
  - Что было дальше?
  Русский вздрогнул и посмотрел на него. Филлипс увидел в его глазах му-ку, словно заглянул в глаза пытаемого.
  - Дальше начинается самая странная и прозаическая часть истории. Оста-лось рассказать немного.
  Мы услышали плеск, когда бедолага свалился в воду, и я автоматически отступил назад.
  - По... по.. моги...и.. те, - орал ювелир, хлопая по воде руками. - Там.... там... что-о-о-то-о...
  Господи! Потом его крик сменился жутким визгом, - такой издают поро-сята, когда их режут, - и еще... там был еще один звук... Чавканье. Мерзкое, от-вратительное чавканье, словно огромная губка всасывает в себя...
  Студент стоял ближе всего и видел больше, чем я.
  - С нами крестная сила! - закричал он. - Господи, посмотрите, что это за...
  Я подошел к краю обрыва и заглянул туда. - Русский закрыл глаза. Дыха-ние стало неровным.
  - Вам нехорошо? - Филлипс не на шутку испугался.
  - Нет, все в порядке. Я заглянул... в ад. Вода в котловане бурлила как ки-пяток. При неверном и пляшущем свете керосинки я увидел что-то темное - это был ювелир, а вокруг него... я подумал, что вокруг него полным-полно осьмино-гов - он был весь обвит какими-то щупальцами... он уже не кричал - думаю, он был уже мертв. Потом бурление прекратилось, вода успокоилась и... все. Больше ничего я не видел. Сзади я услышал всхлипывания. Я обернулся. Это был сту-дент. Он просто сидел на земле, поставив сбоку фонарь, и трясся, всхлипывая.
  Я отвернулся, не зная, что делать, и мой взгляд упал на темный предмет недалеко от нас, на той же площадке. Я взял лампу и подошел ближе. Это было отвратительно! Огромное яйцо... не яйцо даже, а какой-то кокон, весь свитый из то ли водорослей, то ли щупалец. Он весь вздрагивал, раздуваясь и опадая, а в нем... Простите, - русский с каким-то странным звуком вскочил и выбежал. Че-рез несколько минут он вернулся, утирая рот платком. - Я... когда вспоминаю этот эпизод, меня всегда рвет. Простите. В нем находилось что-то похожее на человека, словно... как это сказать?.. законсервированного, что ли. Растянутое лицо, как-то странно упакованные конечности... А когда открылись его глаза....я не выдержал. Я швырнул в эту гадость лампу и бросился назад, к коридору. Ог-лянувшись, я увидел, что эта гнусь объята пламенем и услышал какой-то жуткий вой, или, скорее, свист - словно пар выходит из чайника. Кто-то схватил меня за руку, я закричал... это был студент.
  - Бежим отсюда, - кричал он сквозь нарастающий визг (я думаю, это был предсмертный визг той самой подзвездной твари!).
  Не помню, как мы выбежали из подвала, как с криками выскочили из до-ма. Не помню, как мы неслись по болоту, падая, вскакивая, обдирая руки и лица о сучья. Не помню, как настало серое утро и как мы прибежали на какой-то ху-тор. И только когда хозяин - дородный старик-малоросс - напоил нас чаем и дал переночевать, я заметил, что студент поседел - целиком. Впрочем, взглянув в зеркало, я убедился в подобном же. Не буду рассказывать вам о том, как мы пе-ребрались в Польшу, а оттуда в Германию. Затем наши пути разошлись: студент остался в Германии, а я перебрался в Америку... - русский замолчал.
  Филлипс пристально смотрел на него. Потом повернулся к официанту.
  - Дайте счет.
  Отсчитал деньги, дал официанту на чай. Повернулся к русскому.
  - А как же?...
  За столиком никого не было.
  Официант поторопил Филлипса - кафе закрывалось. Он вышел на улицу, поднял воротник плаща. Посмотрел на небо, где проступили звезды.
  - Ночь над Бостоном, - пробурчал он про себя, закурил сигарету.
  И пошел домой, потрясенный и вместе с тем разочарованный.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Кривонос, "Чуть ближе к богу "(Научная фантастика) В.Чернованова "Невеста Стального принца"(Любовное фэнтези) А.Эванс "Дочь моего врага"(Любовное фэнтези) С.Елена "Первая ночь для дракона"(Любовное фэнтези) А.Кристалл "Покорение небесного пламени"(Боевое фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) М.Лунёва "(не) детские сказки: Невеста черного Медведя"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"