Тонина Ольга Игоревна: другие произведения.

Ответы на вопросы Волошина В.В. к рассказу "Восточная война"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ответы на вопросы Волошина В.В. к рассказу "Восточная война"


  
   Ответ на вопросы В.В.Волошина к рассказу "Восточная Война"
  
   http://zhurnal.lib.ru/comment/c/chekmarew_w_a/ostwar
  
   5. *5. *Волошин Виктор Владиславович (vitea3v@rambler.ru) 2005/11/08 00:28 [ответить]
     Автору: просьба написать в тезисах Настоящую историю. Мне кажется, что события возникновения пушки - паралельно перенесли, да и создание стальных кораблей. Надеюсь ответите. (от эгого зависит моя оценка. Хотя, я думаю, не только моя)
  
  В принципе - рассказ более чем неплохой.
  Хотя Мне показалось, что текст достаточно трудночитаемый.
  С колодцем аналогия - дважды тупая.
  Если рассматривать ситуацию, то сама вода захотела плевателю в рот попасть.
  Во вторых этот колодец не бескорыстно помогал Австро-Венгии, если быть чесным, то вообще они действовали по сговору против третьих стран, а значит Россия - не колодец с водой.
  Непонятно, откуда такая любовь к 9-ти месяцам? Может это потому, что Берлин до сих пор не простил массового изнасилования как трофея в победе фашизма?
  И непонятно, откуда ненавись к французам? Культура у них замечательная, и слово "гарсон" - замечательное, и зачем для того, чтоб придумать пушки необходимо было ненавидеть французов - ума не приложу.
  
  Всё никак русских не пойму. Сколько не было у них земли, им всё мало... :)
  
   Докладываю доклад (тезисы):
  
   О Круппах и нарезных орудиях
   Брокгауз и Ефрон:
   Крупп, Фридрих
   (Cruрр) -- величайшая в свете сталелитейная фирма, близ Эссена, в рейнской пров. Пруссии, основана в 1810 г. Фридрихом К. († 1826), при сыне его Альфреде († 1887) расширена до грандиозных размеров. Лондонская всемирная выставка 1851 г. доставила фабрикатам К., особенно пушкам и бандажам, всесветную репутацию. Новый успех стала иметь фирма с началом применения литой стали для частей машин, колес, осей и т. д. на железных дорогах и пароходах, равно как и методов производства Бессемера, Сименса, Мартена. Крупповская система орудий основывается на заряде с казенной части и отличается прочностью, меткостью и большой силой разрушительности. В 1846 г. К. соорудил первое нарезное трехфунтовое орудие. Фабрикация особенно развилась с введением стальных нарезных орудий. В 1864 г. К. изобрел цилиндро-призматический клин, пригодность которого для заряжающихся с казенной части оружий оправдалась на войне; позже он улучшил конструкцию лафетов, особенно же снаряда. До 1885 г. К. доставил 34 государствам более 200000 орудий. Как специальность, фирма К. ведет изготовление громадных болванок тигельной стали. Чтобы сделать свое производство независимым, К. приобрел 4 каменно-угольных участка, 414 железн. копей и большие залежи железной руды в северной Испании; для транспортирования испанской железной руды в Германию К. построил особые пароходы. Горные заводы К. в 11 горнах ежемесячно дают 10 млн. кг чугуна. Сталелитейный завод дает работу 11000 рабоч., копи и рудники-8000 чел.; для последних устроены особые продовольственные общества, с мельницей, бойней, пекарней, сапожными и платяными мастерскими. Управляет заводами коллегия технически, научно и коммерчески образованных членов, во главе которой с 1887 г. стоит Фридрих-Альфред К., единственный сын Альфреда К.
   А.Б.Широкорад "Тевтонский меч и русская броня"
   Первые относительно удачные нарезные орудия в 19 веке были созданы сардинским артиллеристом Джиованни Кавалли (1809-1879). В 1845 году Кавалли предложил проект нарезного орудия с двумя глубокими нарезами прямоугольного сечения. Пушка стреляла цилиндрическими чугунными снарядами с двумя длинными ребрами, отлитыми заодно со снарядом. Орудие заряжалось с казны. Затвор орудия был в виде призматического клина.
   Орудия системы Кавалли производились для Сардинской армии В Швеции в городе Окере на заводе барона Варендорфа.
   В 1848 году Россия заказала заводу Варендорфа одно 203 мм орудие системы Кавалли. Испытания проводились на Главном Артиллерийском полигоне (ГАП)
   Инженер Ланкастер в 1851 году предложил свою систему нарезных орудий заряжаемых с дула. Пушки Ланкастера были приняты на вооружение в английской армии и флоте. Несколько 8-дюймовых (203 мм) пушек Ланкастера доставили в начале 1855 года под Севатополь. Были они и на кораблях обстрелявших Свеаборг.
   В 1853 году инженер Армстронг изготовил нарезное орудие нового типа заряжавшееся с казенной части. Британское Адмиралтейство приняло их на вооружение (7-дюймовые -178 мм орудия)
   С 1860-1890 г.г. Крупп являлся основным поставщиком артиллерии для русской армии.
   Большая Советская Энциклопедия
   В 60-х гг. 17 в. в России были изготовлены нарезные орудия, канал ствола которых запирался ввинчивающимся винградом (металлический цилиндр с резьбой), и гладкостенные орудия с механическим клиновым затвором. Созданием этих орудий русские пушечные мастера (Ермола Федоров, Андрей Нейдгарт и др.) внесли выдающийся вклад в усовершенствование А. В странах Зап. Европы первые сведения о наличии нарезных орудий относятся к 1676 (Гаага) и 1691 (Нюрнберг).
   Уильям Манчестер "Стальная империя Крупов"
   В 1870 году Альфред Круп и Вильгельм Гросс разработали прусское противобаллонное средство (для борьбы с воздушными шарами) - первое в мире зенитное орудие- очень похожее на орудие калибра 88 мм применявшееся во второй мировой войне. Дальность стрельбы по высоте составляла 666 ярдов стрельба велась трехфунтовыми гранатами. Пушка применялась при осаде Парижа для стрельбы по воздушным шарам.
  
   О картечницах (митральезах) (Брокгауз и Ефрон)
   В середине XIX в. с развитием ружейной техники (введение нарезного ружья, заряжающегося с казны, унитарного патрона, капсюля -- все это способствовало увеличению скорости огня) вновь появляются машины, приспособленные для быстрой и автоматической стрельбы -- картечницы, митральезы. Во время североамериканской войны (1860--64 гг.) употреблялась картечница, состоящая из 20 стволов, причем она имела приспособления для рассеивания выстрелов в горизонтальной плоскости.
  
   О железных пароходах.
   Брокгауз и Ефрон:
   С половины XIX ст. как военные, так и торговые корабли начали сильно изменяться, благодаря 1) введению парового двигателя и 2) замене дерева железом (затем сталью) для судостроения. Первый мореходный паровой К. был построен в Америке Фультоном, в 1807 г. Паровая машина приводила в нем в движение два колеса с лопатками по окружности (гребные колеса), двигавших пароход со скоростью 5 миль (морских) в час. Удача этого вида судов была причиной введения их сперва в Америке, затем в Европе во всеобщее употребление. Вскоре колеса были заменены новым двигателем -- Архимедовым винтом (см.). Лучшими из первых проектов применения винта были: Иосифа Рессла (1827) в Австрии и Америке; Эриксона и Смита в 1836 г. Последним был применен впервые винт к большому пароходу ("Архимед"). Представляя несомненные преимущества перед колесами относительно волнения и, в военных судах, как защищенное от неприятельских выстрелов, винт применен теперь ко всем паровым судам, за исключением речных, озерных и берегового плавания пароходов, где употребляются также и колеса. Железо, как судостроительный материал, было введено еще в 1820 г., при постройке парохода "Аарон Манби" в Горслее (Англия). Недоверие к новому материалу и привычка к старому препятствовали введению железных судов, несмотря на их явные преимущества (легкость, крепость, долговечность). Лишь в 1838 г. появился первый железный морской пароход. С этого времени число железных судов все более и более увеличивается, деревянных же -- уменьшается, как среди торговых, так и среди военных К. Недостатки железных К. состоят: 1) в легкой пробиваемости борта при ударах, постановке на мель и т. д.; это устраняется конструкцией корпусов железных К., разделенных на множество непроницаемых отделений, локализирующих доступ в К. воды, которая выкачивается из отделений при помощи особой водоотливной системы; 2) в обрастании подводной части К. ракушками, водорослями и пр. Обшить же железное судно медью можно только, изолируя один металл от другого (так как в противном случае получится разъедание железа от гальванического тока между железом и медью). Изоляция достигается прокладкой из дерева, что, вследствие дороговизны и трудности работы, делают лишь на военных К., которые должны долгое время проводить на море.
   Б) Железное cyдoстроениe. Развитие железоделательной промышленности, с одной стороны, и уменьшение количества лесов в Европе, с другой стороны, явились причиною того, что в начале XIX века появилось стремление строить суда из железа. Первое железное судно ("Аарон Мангби") было построено в Англии в 1820 г. Преимущества таких судов выяснились скоро, и из железа начали строить суда сначала речные, а потом и для океанского плавания. В 40--50 годах железо уже окончательно утвердилось в С.; по введении в промышленности мягкой стали Сименса-Мартена железо было заменено ею, и с половины прошлого века деревянные суда продолжали строить главным образом для каботажного плавания -- особенно в странах, богатых еще лесом (Россия, Норвегия и т. д.); кроме того, мелкие суда (шлюпки, яхты) также еще до сих пор строят из дерева ради дешевизны и большей простоты их постройки. Преимущество железного, стального или другого металлического судна перед деревянным следующие: 1) большая крепость при возможности придавать судну всевозможные формы и размеры; 2) большая легкость корпуса судна, след., больший полезный груз; 3) более продолжительный срок службы: для деревянных судов он не более 15 лет; для железных -- от 40--50 и более. Недостатки этих судов: 1) большая начальная стоимость их; 2) легкая пробиваемость обшивки при нормальных ударах, следовательно, большая опасность потопления, чем у деревянного судна, обладающего к тому же и плавучестью самого материала постройки.
  
   О броненосных кораблях (Брокгауз и Ефрон)
   Броненосный К. Для защиты военных К. от неприятельских выстрелов предложено множество проектов. Самым удачным оказалось покрытие борта железными плитами (броней). Первые К., покрытые броней, были французские деревянные батареи "Lave", "Tonnante" и "Devastation", построенные инженером Guieysse'ом для участия в крымской кампании (1855). Успех их вызвал постройку броненосных К. и в других европейских государствах. Первоначальные броненосцы были переделаны из деревянных К., к которым приделывали пояс брони, срезав предварительно верхние палубы, чтобы оставить лишь одну закрытую батарею. По тому же образцу строились и новые железные броненосцы. В зависимости от успехов артиллерии возрастала и толщина брони, которой уже нельзя было покрывать сплошь весь борт, почему ограничились лишь средней частью, или же ставили лишь узкий пояс брони по всей грузовой ватерлинии (GWL); посредине К. устраивали каземат -- броневое прикрытие, в котором и помещалась главная артиллерия К. (казематированные броненосцы). Все броненосцы снабжались паровым (винтовым) двигателем; рангоут постепенно уменьшался и видоизменялся, и стал служить для помещения мелкой скорострельной артиллерии, боевого электрического фонаря, для сигналов и проч. В 1862 г., во время американской междоусобной войны, был придуман американцем Эриксоном новый тип К. -- башенных. Построенный первый броненосец этого типа назван "Монитором"; отсюда мониторами стали называть все суда, подобные ему.
  
   ). О водометах на "Вел. Кн.Константине" (Брокгауз и Ефрон):
  
   Паровые суда и их машины. Паровой двигатель был применен впервые к кораблю американцем Фультоном, построившим первое удачное судно с паровою машиною для вращения боковых колес в 1807 г. в Америке. Применение винта в качестве двигателя вместо колес было произведено в тридцатых годах тремя изобретателями: чехом Иосифом Ресселем в 1827 г. и Эриксоном и Смитом одновременно в 1836 г. Кроме этих двух двигателей, других приспособлений для придания судну поступательного движения помощью паровой машины -- почти не было; различные предложения, напр. двигать судно при помощи воды, выбрасываемой назад из судна, или, напр., особого горизонтального колеса с поворотными лопастями, по выполнении скоро убеждали изобретателей в своей непрактичности, так что широкого применения найти не могли. Весь двигательный механизм парового судна можно разделить на три органа: котел (производитель пара), машину (превращающую тепло, заключенное в паре, в работу), движитель -- колеса, винт (применяющий эту работу к передвижению судна).
  
   Как основной движитель - водомет достаточно непрактичен в эксплуатации применительно к кораблям большого водоизмещения, но как подруливающее устройство при швартовках или маневрировании в узкостях он вполне мог быть применен и эпоху Крымской войны.
   О "Великом князе Константине" - за основу взят реально существовавший "Грейт-Истерн" (Брокгауз и Ефрон):
   Грейт-Истерн
   (Great Eastern), вначале названный "Левиафан" -- в свое время был самым замечательным созданием корабельной архитектуры. Постройка его была вызвана желанием устроить прямое сообщение с отдаленнейшими английскими колониями (в Китае и Австралии) без необходимости возобновлять по пути запас угля. Поэтому ему были даны размеры, делающие его наибольшим кораблем в мире. "Г.-Истерн" построен по чертежу Брюннеля на верфи Россель и К® в Блаквали, близ Лондона, в 1853-59 г., когда и был спущен. Наибольшая его длина 692 фт., наибольшая ширина (с кожухами и отводными брусьями) 118 фт., высота 60 фт.; вес порожнего корпуса при спуске от 10 до 12000 тонн, вес же в полном грузу простирается до 25000 тонн при углублении в 30 фт. Средства для движения судна составляют колеса, винт и паруса. Гребные колеса имеют диаметр в 56 фт., длину лопастей около 13 фт.; они приводятся в движение машинами, построенными Росселем и К®, с 4-мя качательными цилиндрами, коих диаметр 74. Винт 4-лопастной, диаметром в 24 фт.; приводится в движение машиною с 4-мя цилиндрами, коих диаметр 84. Паруса, как вспомогательное средство, имеют площадь в 58500 кв. футов и расположены на 6-ти мачтах, составляющих рангоут парохода. Помещение было рассчитано для 800 пассажиров I класса, 2000 -- II класса и 1200 -- III класса, не считая 400 человек судового экипажа. В числе гребных судов, достаточных для помещения всех пассажиров, находились два винтовых парохода по 90 фт. длины, висевших на шлюп-балках, позади кожухов (о железном судостроении Грентама). В 1889 г. "Г.-Истерн" продан за ветхостью с аукциона.
   О ракетах (Брокгауз и Ефрон)
  
   В конце XVIII века англ. генер. Конгрев в войне с индейцами поверил сильное действие Р. на войска и предложил ввести их в Англии. В 1807 г. англичане бомбардировали Р. Копенгаген. Позднее датский капитан Шумахер предложил снабжать Р. разрывным снарядом и для увеличения быстроты полета высверливать в пороховом составе по оси Р. пустоту, отчего возрастало вместе с поверхностью горения и количество образующихся в единицу времени газов. Основная часть каждой Р. есть гильза, набитая ракетным составом; в принятых ныне Р. для правильности полета к гильзе прикрепляют деревянный хвост. По своему назначению Р. бывают: 1) боевые -- снабженные в передней части поражаюшим снарядом, 2) светящие -- для освещения местности и 3) сигнальные -- без снаряда, приготовленные так, что, поднявшись на значительную высоту, лопаются и производят сильный звук. Боевая Р. (черт. 2) состоит из гильзы (1), свернутой из листового железа, скрепленной по шву заклепками и запаяной.Внутренность гильзы плотно набивается ракетным составом (2; 68% по весу селитры, 13% серы и 19% черного угля), отличающимся от пороха увеличенным содержанием угля с целью уменьшить разрушительное действие газов на стены гильзы и тем устранить разрыв ее; набивка гильзы составом производится малыми порциями под гидравлическим прессом при давлении в 750 атм. По оси состава высверливают цилиндрическую, ракетную пустоту (3), назначение которой, увеличивая в первый момент поверхность горения состава, сообщит Р. на счет давления пороховых газов большую начальную скорость; выше пустоты остается непросверленый -- глухой состав (4). К головной части гильзы прикрепляется штифтами снаряд; при прицельной стрельбе Р. ударяет в цель снарядом с гильзой, при навесной -- вследствие продолжительности полета -- снаряд отделяется на полете, когда горение состава дойдет до снаряда. Позади снаряда, в слое серы (7), расположена медная трубка (5) для воспламенения разрывного заряда (6); слой серы отделяется от состава железным или медным кружком (8). В задней части гильзы укрепляется железный поддон (черт. 2), имеющий посредине навинтованное гнездо для трубки (10), в которой укрепляется деревянный хвост (11), а по окружности -- несколько отверстий для зажжения через них состава и выхода пороховых газов. Хвост делается из соснового дерева и укрепляется центрально (у нас) или сбоку гильзы помощью скобы; для облегчения хвоста на нем сделаны три продольных желоба; длина хвоста вдвое превосходит длину гильзы. Боевые Р. получают названия по диаметру гильзы -- у нас употребляются 2-дюйм. боевые Р., весящие 10 фн. Для спуска боевых Р. служит станок (черт. 3), состоящий из переносного штатива (1) и укрепленной на последнем четырехгранной трубки (2), в которую вкладывается гильза Р.; для придания углов возвышения имеется площадка (3) для установки квадранта, и труба может вращаться на горизонтальной и вертикальной осях, фиксируясь в определенном положении зажимами; вес станка около 20 фн. Употребляются у нас лишь в Туркестане. Досягаемость Р. не превосходит 700 саж.; меткость, вследствие разнообразия горения состава и больших уклонений от ветра, мала; разрушительное действие слабо; достоинство их -- малый вес, удобство и простота действия, немногочисленность прислуги, возможность доставки в такие места (горная, партизанские войны), куда доступ для артиллерии невозможен, и сильное моральное действие на необученные скопища азиатской кавалерии.
  
   А.Б.Широкорад "От "катюши" до "Смерча" Из истории реактивной артиллерии."
   Автор приводит данные по сигнальным ракетам первой мировой войны - конструктивно и по характеристикам они не отличались от ракет применявшихся в Крымскую кампанию. Так же указывает на то, что просверлить каналы сопел под углом 5-7 градусов для обеспечения стабилизации ракеты могли еще при царе Горохе - однако в СССР такой способ нашел применение только после ВОВ, в Германии во время второй мировой войны.
   В нашем рассказе стимулом для развития ракет, является месть Круповского, который финансирует разработки и испытания. Решение находится случайно, благодаря нетрезвой работе мастера просверлившего сопла под небольшим углом.Однако все технические условия для такого решения были уже в то время (по сути дело в несчастных отверстиях для сопел, точнее сказать в угле, под которым они просверлены)
   О колодце (Брокгауз и Ефрон)
   В 1846 г. вспыхнуло восстание поляков в Кракове, что повлекло за собою уничтожение самостоятельности этой республики и присоединение ее к Австрии. В Италии революционное движение было уже тоже в полном ходу, когда падение Людовика Филиппа и Февральская революция 1848 г. во Франции потрясла основы всей старой Европы. В Вене 13 марта также поднялось народное движение, подавленное, однако, очень быстро с помощью войск. Тем не менее, Меттерних был вынужден подать в отставку, дарована была свобода печати и некоторые другие льготы, и 15 марта обещано совещательное собрание чинов всех частей империи для обсуждения проекта конституции. В то же самое время и венгерцы провели свое требование особого самостоятельного министерства, ответственного перед сеймом, а 18-го марта вспыхнуло восстание и в Милане и Венеции.
   15-го мая новое венское восстание вынудило ревизию избирательного закона, по которому должен был быть созван законодательный имперский сейм. Все это заставило императорскую фамилию удалиться в Инсбрук. Но пока император пребывал в этом городе (до 12 авг.), а Вена была предоставлена господству черни, венгерцы продолжали действовать самостоятельно, и даже в самой Праге вспыхнуло славянское восстание, которое со страшной жестокостью было подавлено князем Виндишгрецем. Раньше всего австрийское правительство опомнилось в Италии. Здесь Радецкий после целого ряда кровопролитных сражений, наконец, при Кустоцце (25 июля) нанес окончательное поражение войскам Карла-Альберта Сардинского, объявившего войну Австрии одновременно с поднявшимся восстанием (см. Итальянская война 1848--49). Плодом этой победы было перемирие, снова подчинившее Ломбардию Австрии. Но в самой Вене правительство оказывалось еще бессильнее, чем прежде. Министерство, образовавшееся после бегства Меттерниха (Фиккельмон, Пиллерсдорф, Соммаруга и др.), было вынуждено подать в отставку и заменено новым (Вессенберг, Бах, Краус, Латур и др.). Император же все еще оставался в Инсбруке и даже открытие рейхстага поручил эрцгерцогу Иоанну (22 июля). Между тем в Венгрии началась междоусобная война. Кроаты под начальством своего бана Елачича восстали против господства мадьяр и отказались повиноваться венгерскому правительству, которое с министром Кошутом во главе достигло уже почти полной независимости. Вследствие движения Елачича эрцгерцог-палатин Стефан оставил Венгрию и удалился в Германию. Тогда император Фердинанд, вернувшийся наконец в августе в Вену, назначил туда своим комиссаром и обер-коммандантом графа Ламберга, но 28 сентября последний был убит на Пештском мосту. Тогда эта должность была передана бану, а венгерский сейм распущен. Но сейм не хотел расходиться и избрал Кошута президентом комитета народной охраны. В то же самое время вследствие удаления императорских войск в Вену вспыхнуло в самой Вене 6 октября 1848 г. новое страшное восстание, жертвою которого пал военный министр Латур и которое удалось подавить только 31-го того же месяца. Против восставших были приняты самые суровые военные меры, многие из участников и вожаков, в том числе и Роберт Блюм, были осуждены военным судом и расстреляны 6-го ноября. Еще до начала борьбы императорский манифест отложил законодательный сейм, собравшийся было 22 июля, и перенес его на 15 ноября в город Кромержиж (Kremsier). Вместе с тем теперь образовано было новое министерство, в состав которого вошли: князь Феликс Шварценберг, граф Стадион, Бах, Брук, Краус и др., а впоследствии -- Шмерлинг. Но уже 2 декабря император отрекся от престола в пользу своего племянника Франца Иосифа I. Начались решительные действия. Вновь назначенный главнокомандующим князь Виндишгрец перешел зимою через Лейту и начал войну в Венгрии. После нескольких удачных сражений был занят (в январе 1849) Офен, а венгерск. армия должна была удалиться на левый берег Тисы. В других местах тоже происходили важные события. Перемирие с Сардинией кончилось в марте 1849 г., и Радецкий, открыв свою столь же короткую, как и успешную кампанию, нанес сардинской армии два решительных поражения (20--24 марта), при Мортаре и Новаре. По последовавшему миру Сардиния, хотя и сохранила свои прежние границы, должна была, однако, заплатить 15 млн. лир военных издержек, а сдача Венеции (в августе) завершила подчинение Италии. Между тем меж сеймом в Кромержиже и правительством не последовало соглашения насчет начал нового устройства империи, вследствие чего правительство распустило сейм и обнародовало 4 марта 1849 г. конституцию, которою устанавливалось единство и нераздельность империи. Тогда венгерский сейм 14 апреля объявил Габсбургско-Лотарингский дом лишенным венгерской короны и провозгласил республику с Кошутом во главе. В конце апреля мадьяры опять проникли в Пешт и вскоре овладели и Офеном.
   Венгерская война 1848 -- 49 гг.
   -- во время революционного брожения, охватившего всю зап. Европу в 1848 г., наибольшей опасности подверглась Австрия, особенно со стороны Венгрии (см. это слово). В сентябре 1848 г. венгерцы взялись за оружие. Сторонником австрийского правительства явился бан Кроации Елачич, который, собрав до 40 т. славянского ополчения, двинулся к Офену. Сербы южных округов Венгрии тоже восстали против мадьярских притязаний. Венгерцы, одновременно угрожаемые с запада и юга, могли очутиться в положении критическом, так как национальных регулярных войск в стране оставалось мало и пришлось прибегнуть к формированию местного ландвера, или гонведов (см. это слово); однако, благодаря бездействию австр. войск (занятых усмирением мятежа в Вене) и некоторым частным успехам над отрядами Елачича, силы венгерской армии к половине октября уже настолько увеличились, что она перешла в наступление. Разбитая 18 (30) окт. у м. Швехат (к ЮЗ от Вены), она отошла к Пресбургу, не преследуемая австрийцами, потому что начальник правительственных войск, кн. Виндишгрец, не хотел отдаляться от Вены. Венг. армия поступила под начальство молодого и энергичного вождя, Гёргея (см. это имя), который воспользовался бездействием противников для реорганизации войск. В то же время мадьярская партия в Трансильвании приобрела сильную поддержку среди воинственного племени секлеров, населяющих ю.-вост. округи названной провинции, они сформировали народное войско под предводительством даровитого и предприимчивого польского эмигранта Бема (см. соотв. статью). К концу 1848 г. вся Трансильвания, за исключением некоторых пунктов на востоке и юге, была очищена от австр. войск. Тем временем, главная австр. армия, около половины декабря (нов. ст.), перешла в наступление и, после ряда успехов над венгерцами, заняла Пешт. Тут кн. Виндишгрец снова остановился вследствие народных волнений у него в тылу и крайнего недостатка в деньгах. Военные действия в течение месяца шли с обеих сторон довольно вяло и нерешительно, результатом чего было соединение всех отдельных венгерск. отрядов (в начале февраля 1849 г.) на верхней Тиссе. Общее начальство над ними вверено было поляку Дембинскому (см. это имя), который вскоре за тем был разбит австрийцами в сражении при Капольне. Главное начальство фактически опять перешло в руки Гёргея. После множества маршей и контр-маршей обе враждующие стороны завязали сражение при Гедело и Ишасеге 25 марта (6 апреля), следствием которого было отступление австр. армии в Пешт и освобождение от блокады крепости Коморн, занятой венг. гарнизоном. Фельдмаршал Вельден, заменивший кн. Виндишгреца, стянул все свои войска к Пресбургу, оставив лишь незначительный отряд в Офене. На его счастье, венгерцы не воспользовались своими успехами, частью вследствие плохого состояния материальной части их армии, частью вследствие несогласий Гёргея с Кошутом, разорвавшим всякие связи с императорскою властью и провозгласившим полную независимость Венгрии и учреждение в ней республиканского правления. При всем том, положение австрийцев оставалось весьма критическим, тем более, что в то же время на сербском театре войны и в Трансильвании успех решительно склонился на сторону неприятеля. Начальник австр. войск в последней стране, генерал Пухнер, вынужден был обратиться с просьбою о помощи к генер.-лейтенанту Лидерсу, командиру русского 5-го пех. корпуса, который был в то время расположен в Румынии для подавления возникших там революционных беспорядков. После неоднократных повторений этой просьбы и ходатайства жителей трансильванских городов Кронштадта и Германштадта, угрожаемых секлерами, генер. Лидерс, с высочайшего разрешения, двинул к Кронштадту отряд ген.-майора Энгельгардта, а к Германштадту -- отряд полковника Скарятина. Появление их временно склонило успех на сторону австрийцев; но когда Бем, ловким маневром уклонившийся от преследовавшего его ген. Пухнера, обратился со всеми силами против нашего слабого отряда, стоявшего у Германштадта, Скарятин, сначала упорно державшийся в надежде на помощь австрийцев, вынужден был отступить к Ротентумскому ущелью 1 (13) марта, а затем на румынскую границу. Лидерс, узнав об этих событиях и опасаясь за участь кронштадтского отряда, приказал и ген. Энгельгардту тоже возвратиться в Румынию. С ним ушли туда и австр. войска. Внешний блеск успехов в Трансильвании ослепил революционное правительство. Считая свою власть там окончательно упроченною, оно вызвало оттуда Бема со значительною частью его войск и вручило ему начальство над всею армиею. Задержанный организацией защиты Трансильвании, Бем только в середине апреля прибыл на сербский театр войны. С этих пор дела австрийцев и сербов, шедшие здесь плохо, окончательно ухудшились; на всей затисской равнине императорская власть держалась лишь в крепостях Темешваре и Араде. Тогда австр. правительство, сознавая крайнюю опасность своего положения, обратилось за помощью к императору Николаю I. По взаимному соглашению обоих правительств, решено было направить главные наши силы в самую середину возмутившейся страны, по перевалу через Карпатские горы, около пограничного галицкого города Дукла; для развлечения же внимания и сил противника отдельные русские отряды должны были войти в Трансильванию. Между тем, положение австрийского правительства сделалось настолько критическим, что министр-президент кн. Шварценберг, имея в виду отдаленность главных русских сил от Вены и серьезно опасаясь за участь этого города, обратился к русск. главнокомандующему, фельдмаршалу кн. Паскевичу, с просьбою немедленно прислать по Варшавско-Венской жел. дороге хотя бы 25 т. вспомогательного войска. Согласно этой просьбе, князь Паскевич двинул к Вене находившуюся в Кракове дивизию генерала Панютина. Одновременно с этим особый отряд генер. Засса, направленный в город Иорданов, прибыл 1 (13) мая к подошвам Карпатов и стал делать поиски в долине р. Арвы.
   Действия на главном театре войны. Главные силы русск. армии (более 100 т. чел.), под предводительством кн. Паскевича, сосредоточились к г. Дукла в конце мая по ст. ст., а передовой корпус генерала Ридигера перешел границу 3 (15) июня. В это время силы венгерцев на северной их границе были так ничтожны, что их начальник, поляк Высоцкий, не мог и думать о сопротивлении русской армии; но она встречала большие затруднения в добывании продовольствия, а с 12 (24) июня в ее среде появилась холера. В трех корпусах в течение 17 дней заболело около 14500 чел. Поэтому кн. Паскевич вынужден был промедлить в Мишкольце целых 10 дней, и только 27 июня (9 июля), по прибытии транспортов из Галиции, направился на запад, имея в виду угрожать Пешту и выйти в тыл армии Гёргея, расположенной поблизости Коморна. Главная авст. армия, поступившая под начальство барона Гайнау, в начале июня занимала весьма растянутое положение, имея прав. крыло невдалеке от г. Рааба, а левое -- около г. Тренчина, в долине р. Вааг. Венгерцы, обладавшие Коморном и имевшие возможность сосредоточить превосходные силы против той или другой части австр. армии, разделенной Дунаем, не сумели своевременно воспользоваться своим положением. 4 (16) июня они предприняли наступление против левого крыла австрийцев, но потерпели неудачу. Второе столкновение последовало 8 (20) июня, около д. Перед. Сначала венгерцы, предводимые самим Гёргеем, имели успех, но своевременное прибытие на поле сражения русск. дивизии Панютина дало другой оборот делу; венгерцы должны были отступить. Эта победа доставила барону Гайнау возможность сосредоточить всю свою армию на правом берегу Дуная, где он намеревался овладеть позициею на р. Рааб и дорогою в Пешт. То и другое предприятие исполнено им было 15 (27) июня, несмотря на упорное сопротивление венг. войск, занимавших г. Рааб. Последовавшие затем сражения под Коморном были неудачны для венгерцев, и Гёргей увидел себя в необходимости отступить к Пешту по лев. берегу Дуная. Исполнить это надо было поспешно, так как иначе русск. армия, о приближении которой он уже знал, могла отрезать ему путь отступления. В ночь на 1 (13) июля он вышел из Коморна, оставив в крепости около 18 т. чел. под начальством Клапки (см. это имя). На южн. театре войны, в сербских землях, война в это время шла с переменным успехом. Несогласия венг. предводителей и здесь много помогли австрийцам и повели к тому, что Бем, с частью войск, приведенных им из Трансильвании, опять вернулся туда. Единственным существенным успехом венгерцев было здесь овладение кр. Арадом, которая, вследствие истощения жизненных припасов, 16 (28) июня сдалась на капитуляцию.
   Движение наших главных сил происходило весьма медленно вследствие обременения их огромным обозом, а также и по неопределенности известий о намерениях Гёргея. Последний, столкнувшись с передовыми русскими войсками около города Вайцена (см. это слово) и по упорству, с которым они держались, догадавшись о близости главн. русск. сил, убедился в невозможности пройти на Пешт (как сначала предполагал). Поэтому он на следующий же день стал отводить свои войска на север. Новый план его состоял в том, чтобы, быстро отступая горными округами на восток, выиграть перед русскими несколько переходов и, достигнув Токая, спешить оттуда на соединение с войсками в южн. Венгрии. Этим же движением он рассчитывал удержать русск. армию в сев. округах на довольно продолжительное время и тем доставить начальникам южно-венгер. войск возможность употребить свои силы против австрийцев. План этот ему отчасти удался: кн. Паскевич, надеясь предупредить неприятеля на Тиссе, повернул назад и пошел почти параллельно направлению движение Гёргея, предписав остававшемуся до тех пор позади 4-му корпусу наблюдать за выходом неприят. войск из гор, не вдаваясь, однако, в серьезное дело с ними. Вообще, в действиях фельдмаршала за это время заметны были колебание и нерешительность. Одною из причин тому было, по-видимому, преувеличенное понятие, которое он себе составил о количестве и качестве неприятельских войск и о способностях их предводителя. Известия, получаемые кн. Паскевичем о движениях венгерц., убедили его, что Гёргей хочет пробраться к Токаю. Чтобы воспрепятствовать ему уйти этим путем на юг, фельдмаршал решился немедленно форсировать Тисса-Фюредскую переправу и перейти там на лев. берег Тиссы, причем ген. Чегодаеву было предписано атаковать Гёргея и как можно долее задерживать его на прав. берегу, чтобы дать время главн. силам отрезать ему путь отступления. Положение сев. венг. армии становилось все более и более сомнительным; однако, благодаря недостаточности и сбивчивости сведений о неприятеле, которые имелись в нашей главной квартире и которые крайне невыгодно отзывались на распоряжениях кн. Паскевича, Гёргею опять удалось ускользнуть. 17 (27) июля он перешел у Токая через Тиссу, разрушил за собой мосты и продолжал дальнейшее отступление на юг. Известие об этом фельдмаршал получил только через два дня, но, все еще надеясь преградить путь неприятелю, он переправил свои войска на левый берег Тиссы и подошел к Дебречину, где Гёргеем оставлен был, в виде бокового авангарда, отряд Надь-Шандора. Последнему было предписано в случае приближения русск. армии уклониться от боя. Надь-Шандор не послушался этого приказания и был совершенно разбит; остатки его отряда едва успели уйти на Грос-Вардейн. Между тем, австр. главнокомандующий после ухода Гёргея из Коморна получил тревожные известия с юга и возымел преувеличенные понятия о южн. венг. армии, считая ее крайне опасною для войск Елачича и для крепости Темешвар. Вследствие этого первым объектом для своих наступательных действий он наметил г. Сегедин (на нижн. Тиссе), где венгерцы устраивали укрепленный лагерь. Размеры этого лагеря, однако, вовсе не соответствовали силам, которыми могли располагать венгерцы для его обороны (ок. 38 т.), а потому командовавший здесь войсками Дембинский отвел их за Тиссу и расположил за невысокою Серегскою плотиною. 21 июля (2 авг.) бар. Гайнау занял Сегедин, потом овладел переправою и неприятельскою позициею. Дембинский отступил к Темешвару, блокируемому венг. корпусом Вечея, и занял около этой крепости сильную позицию, намереваясь выжидать тут прибытия Гёргея. Революционное правительство, недовольное Дембинским, отняло у него начальство над южною армиею и передало его Бему. Последний успел прибыть из Трансильвании только утром 28-го июля (9-го августа), когда австрийцы уже подходили к позиции Дембинского. Частные схватки передовых войск скоро перешли в общее сражение (см. Темешвар), результатом которого было поражение венгер. войск и бегство их по направлению на с. Лугош. Последствия этой победы (в которой крупную роль играла рус. дивизия Панютина) были весьма важны. Гёргей, узнав о ней, убедился, что продолжать войну было немыслимо, и потому решился сдаться -- но не иначе, как русским. Сложение оружия его армиею перед русск. авангардом, предводимым генер. Ридигером, произошло 1 (13) авг. у сел. Вилагош (см. это сл). Через 5 дней после этого кр. Арад сдалась нашему передовому отряду. Остатки южно-венгерской армии, преследуемой австрийцами, рассеялись по всем направлениям: часть их ушла в Трансильванию, часть -- за турецкую границу. Затем действия союзников в Венгрии ограничивались очищением страны от мелких отрядов. К концу августа ст. ст. русская главная армия начала обратное движение в пределы России.
   Военные действия в Трансильвании. Одновременно с переходом главной русск. армии через сев. Карпаты, в Трансильванию вступили: из Валахии -- отряд ген. Лидерса (около 25 т.), а со стороны Буковины -- отряд ген. Гротенгельма (около 10 т.); кроме того, Лидерсу подчинен был австр. отряд генер. Клам-Галласа (до 10 т. чел.); в Румынии же, в виде резерва таким силам, оставался еще довольно значительный русск. отряд генер. Данненберга. Бему, располагавшему всего какими нибудь 30 тысячами войска (частью плохо вооруженного) трудно было противиться. Имея в виду прежде всего водворить порядок среди населяющих юго-вост. Трансильванию секлеров, генерал Лидерс направил туда свои главные силы. Начальствовавший венгерскими войсками Галь-Шандор после тщетных попыток сопротивления отступил, и в каких-нибудь 10 дней порядок, по крайней мере, наружный, был водворен в занятой русскими части страны; но о главных силах Бема нам еще не удалось добыть верных сведений. Вскоре секлеры опять заволновались и стали собираться в значительных силах у д. Сен-Георги; тогда Лидерс вновь обратился против них и около названной деревни нанес им совершенное поражение. К 3 (15) июля прибыли в Кронштадт австрийские войска Клам-Галласа. Лидерс, вверив им защиту окрестной страны и обеспечив таким образом свой тыл, сам направился на запад, к Германшадту. 8 (20) июля войска наши атаковали Ротентурмское ущелье и, после упорного боя, заставили оборонявший его венг. отряд отступить в Валахию, где он был обезоружен турец. войсками. На другой день Лидерс вступил в Германштадт, откуда еще накануне ушли венгерцы. Овладение Ротентурмским ущельем упрочило наше положение в южной Трансильвании. -- В то же время дела наши в северной части этой области шли так же успешно. Генерал Гротенгельм 11 (23) июля нанес венгерцам совершенное поражение около г. Сас-Реген. Несмотря, однако, на успехи Гротенгельма и Лидерса, они не только не вошли в связь между собой, но даже не имели друг о друге точных сведений. Между тем, предприимчивость Бема заставляла постоянно опасаться с его стороны каких-либо неожиданных нападений. Усилившись новыми ополчениями, он 8 (20) июля атаковал австр. отряд Клам-Галласа у Сен-Георги, заставил его отступить, а затем вторгнулся в Молдавию и едва было не успел разбить стоявший там русск. батальон. Своевременное прибытие подкреплений заставило Бема опять отступить в Трансильванию. Лидерс решился направить против него все наши силы и выступил 14 (26) июля из Германштадта, оставив там отряд под начальством ген. Гасфорда. По уходе Лидерса неприятельские войска, находившиеся в юго-зап. Трансильвании, стали сосредоточиваться и беспокоить ближайшие к Германштадту округа. Гасфорд двинулся против них и 20 июля (1 августа) у оврага Кельнек нанес им совершенное поражение. Еще днем раньше та же участь постигла самого Бема, который 19 (31) июля атаковал у Шегешвара отряд Лидерса. После упорного боя, продолжавшегося целый день, венгерцы были разбиты, и сам Бем едва успел спастись. Он, однако, не потерял голову, решился на новый смелый маневр и быстро двинулся к Германштадту, рассчитывая, что успеет разбить находившийся там отряд Гасфорда прежде, чем Лидерс, отставший на несколько переходов, подаст ему помощь. Маневр этот едва не увенчался успехом. Лидерс только 21 июля (2 авг.) выступил из Шегешвара на Удваргели, куда, по его предположению, отступил Бем; но уже на первом переходе он получил известие о движении венгерцев оттуда в долину р. Кекеля. Намерения противника теперь выяснились, и Лидерс усиленными переходами двинулся вслед за ним, чтобы выручить находившиеся у Германштадта войска. Последние, будучи 24 июля (5 авг.) атакованы значительно превосходными силами, вынуждены были отойти к с. Талмачь, понеся большой урон. На следующий день Бем намеревался снова напасть на них и вытеснить в Валахию; но сам, совершенно неожиданно для него, был настигнут и разбит подоспевшими войсками Лидерса (см. Германштадт). Остатки его отряда отступили в долину р. Марош, а сам Бем уехал в Венгрию, куда в это время вызвал его Кошут для принятия начальства над всею армией. 31 июля (12 авг.) совершенно рассеян был у Мюленбаха венг. отряд Штейна и освобождена от осады кр. Карлсбург. Здесь получены были Лидерсом известия о воен. событиях в Венгрии и об отступлении неприят. армий на лев. берег Тиссы. Тогда, для содействия войскам кн. Паскевича, Лидерс немедленно двинулся далее на запад по долине р. Марош. 5 (17) авг. получено было известие о сдаче армии Гёргея; а на следующий день сложил оружие перед Лидерсом (близ с. Пишки) 7-ми тысячн. отряд -- один из обломков южно-венгер. армии. Бродившие еще по Трансильвании неприят. партии были рассеяны Клам-Галласом и Гротенгельмом, перед которым сложил оружие последний венгер. отряд в сев. Трансильвании, под предводительством Касинчи. Война могла считаться оконченною. Для содействия полному восстановлению австрийского господства временно оставлена была в Трансильвании одна русск. дивизия; прочие же войска Лидерса возвратились в пределы империи.
  
   Только помощь со стороны России дала этой войне оборот, благоприятный Австрии. 13-го августа 1849 г. диктатор Гергей должен был сдаться русским при Виллагоше, а капитуляция венгерского генерала Клапки при Коморне (в сент.) завершила покорение Венгрии, сопровождавшееся жестокими казнями
   В столкновении между Россией и Турцией, имевшем своим последствием Крымскую войну, Австрия сначала хотела принять роль посредницы, но конференция, открытая в Вене 21 июля 1853 г., не привела ни к каким результатам. Русский император Николай имел полное право рассчитывать на помощь Австрии в благодарность за оказанные им услуги во время венгерского восстания; тем не менее, свидания императоров в Ольмюце и Варшаве остались без последствий, а в октябре 1853 г. Австрия объявила себя нейтральной. Когда началась Восточная война (см. это сл.), Австрия заключила (20 апр. 1854) с Пруссией договор о взаимопомощи, к которому примкнул и Немецкий союз, после чего она обратилась к России с требованием очистить придунайские княжества, которые по удалении русских и были временно заняты австр. войсками. В то же время Австрия стала все более и более сближаться с западными державами и даже заключила с ними (2 дек. 1854) предварительный союз, но открыто объявить войну России не решалась.
  
  
   Во время польского восстания Австрия поддерживала (1863) то дипломатическое давление, которое старались оказывать на Россию своими нотами Англия и Франция. Но это поведение Австрии оказалось без всяких последствий и только усилило натянутость отношений между Венским и Петербургским дворами.
  
  
   Россия помогла Австрии сохранить свой строй и территорию, а за это Австрия в Крымскую войну готовилась выступить против нее, и держала на границе с Россией армию, сковывающую своим присутствием русскую группировку. То есть мешала переброске дополнительных войск в Крым. Если это не плевок в колодец то что?
  
  
   Это еще раз о колодцев который плюнула Австрия
   (Брокгауз и Ефрон)
   Восточная война 1853--1856 гг.
   -- Война России с Англией, Францией, Турцией и Сардинией, на сторону коих склонилась Австрия, а отчасти и Пруссия. Причины, вызвавшие эту войну, были многосложны и разнообразны. Со стороны Англии главную роль играло соперничество с Россией в Восточном вопросе; Наполеон III, сознавая непрочность своей власти, созданной переворотом 2 декабря 1851 года, хотел отвлечь внимание французов популярной, в то время, войной против России и вместе с тем удовлетворить чувство личного раздражения против императора Николая I. Австрия, недавно спасенная нами от распадения (см. Венгерская война), как бы спешила "удивить мир своей неблагодарностью" (выражение одного из ее государственных людей); наконец, Пруссия тяготилась влиянием петербургского кабинета, иногда очень стеснительным.
  
  
   Военные действия на Дунае открылись в начале марта переправой русских войск на правый берег реки, у Браилова, Галаца и Измаила, и занятием крепостей: Мачина, Тульчи и Исакчи. К сожалению, князь Горчаков, командовавший войсками, не двинулся тотчас же к Силистрии, овладеть которой было бы сравнительно нетрудно, так как укрепления ее в то время еще не были вполне окончены. Это замедление действий, начавшихся столь успешно, произошло вследствие распоряжений князя Паскевича, который, по старой памяти, пользовался еще чуть не безграничным военным авторитетом, но он давно уже пережил свою славу и еще во время Венгерской войны 1849 года выказал склонность к преувеличенной осторожности. В данном случае он опасался, что за Дунаем наши войска встретят значительные силы турок, соединившиеся с английскими и французскими десантными отрядами; главным же образом страшился появления в тылу у нас австрийской армии. На театр военных действий князь Паскевич прибыл только 3 апреля, но все распоряжения его носили характер вполне нерешительный. Только вследствие энергичного требования императора Николая, он приказал войскам идти вперед; но наступление это велось крайне медленно, так что только 4 мая войска наши стали подходить к Силистрии. Такой потере драгоценного времени и следует, главным образом, приписать неудачу последующих действий за Дунаем. К осаде Силистрии приступлено было в ночь на 6 мая, а начальник инженеров, высокоталантливый генерал Шильдер, предложил план, по которому, при условии полного обложения крепости, брался в 2 недели овладеть ею. Но князь Паскевич, предпринявший осаду против собственного убеждения и тревожимый прежними опасениями, предложил другой план, крайне невыгодный, и при этом вовсе не блокировал Силистрии, которая, таким образом, могла сообщаться с Рущуком и Шумлой. Согласно новому плану, осада была поведена против сильного передового форта Араб-Табиа; в ночь на 17 мая успели уже заложить траншею в 80 саженях от него; вылазка турок была отражена; но штурм, вслед за тем и без всякого приказания предпринятый генералом Сельваном (командовавшим войсками в траншеях), испортил все дело. Сначала русские имели успех и взобрались на вал, но в это время Сельван был смертельно ранен; по какому-то недоразумению, в тылу штурмующих войск раздался отбой; началось трудное отступление под напором противника, и все предприятие окончилось полной неудачей, за которую мы поплатились более чем 900 человек, выбывшими из строя. Одновременно с этим (16 мая) произошло несчастное дело под Каракалом (см. это слово), в котором разбит был отряд полковника Карамзина, и сам он был убит. Между тем осада Силистрии продолжалась, однако, по-прежнему нерешительно. Князь Паскевич, в донесениях своих императору Николаю, выражал сомнение в успехе. 28 мая он со всеми силами произвел усиленную рекогносцировку к Силистрии, но, будучи при этом контужен ядром, сдал команду князю Горчакову и уехал в Яссы. Оттуда он все-таки присылал распоряжения. Вскоре затем и генерал Шильдер, бывший душой осады, получил тяжкую рану и вынужден уехать в Калараш, где и умер 11 июня. 8 июня осадные работы подвинулись уже столь близко к Араб-Табии, что ночью назначен был штурм. Войска приготовились, как вдруг около полуночи пришло предписание фельдмаршала: немедленно сжечь осаду и перейти на левый берег Дуная. Поводом к такому распоряжению было письмо, полученное князем Паскевичем от императора Николая (от 1 июня), и враждебные меры Австрии. Действительно, государь разрешал снять осаду, если бы осадному корпусу угрожала атака превосходными силами прежде взятия крепости; но такой опасности не было и, вероятно, если бы русские не потеряли напрасно целого месяца и успели овладеть Силистрией в начале мая, то Австрия была бы осторожнее в своих домогательствах, а союзники (англичане и французы), озабоченные непосредственной защитой Турции, получили бы новое затруднение при вторжении в Крым. Благодаря принятым мерам, осада была снята совершенно незаметно для турок, которые нас почти и не преследовали. Теперь на левой стороне Дуная численность наших войск доходила до 120 тысяч, с 392 орудиями; кроме того, в Бабадаге находились 1Ґ дивизии пехоты и бригада кавалерии, под начальством генерала Ушакова. Силы же турецкой армии простирались до 100 тыс. человек, расположенных под Шумлой, Варной, Силистрией, Рущуком и Виддином. Главные силы англичан и французов (50 тыс.) не могли начать действий раньше середины июля. Австрия пока оставалась в нейтральном положении; да вдобавок на русской западной границе собиралась грозная армия. После ухода русских из-под Силистрии, Омер-паша решился перейти в наступление. Сосредоточив у Рущука более 30 тыс. человек, он 25 июня стал переправляться через Дунай и, после боя с малочисленным русским отрядом, упорно оборонявшим остров Радоман, овладел Журжей, потеряв при этом до 5 тыс. человек. Хотя затем он остановил свое наступление, но князь Горчаков тоже ничего не предпринимал против турок, а напротив, "вследствие особого хода политических обстоятельств", стал постепенно очищать княжества и на исходе августа переправился на левый берег Прута, у Скулян; вслед за тем и особый отряд генерала Ушакова, занимавший Добруджу, возвратился в пределы Империи и расположился на Нижнем Дунае, у Измаила. По мере отступления русских, турки медленно продвигались вперед, и 10 августа Омер-паша вступил в Бухарест. Тогда же перешли границу Валахии австрийские войска, которые, по соглашение союзников с турецким правительством, сменили турок и заняли княжества.
   .
  
  
  
   О самой войне (эпизодах использованных в рассказе)
  
   (Брокгауз и Ефрон)
   Бомбардировка Одессы. Одесса была укреплена весьма слабо. Шесть устроенных по случаю войны прибрежных батарей были вооружены 40 крепостными орудиями, а в самом городе помещался отряд из 16 резервных батальонов, с 50 орудиями, и немного кавалерии, под начальством генерал-адъютанта барона Остен-Сакена. 1-го апреля английский военный пароход пытался сделать рекогносцировку прибрежья, но открытый по нему огонь заставил его удалиться. 8 апреля союзный флот, в числе 28 судов, подошел к городу, и через два дня открыл огонь против батареи N 6, вооруженной 4-мя орудиями под командой прапорщика Щеголева, который, несмотря на полную несоразмерность сил, некоторое время отстреливался и успел повредить один неприятельский фрегат. Предпринятая англичанами попытка сделать высадку была отражена картечью полевых орудий. Перестрелка кораблей с другими батареями тоже была почти безрезультатна; с нашей стороны выбыло из строя 50 нижних чинов; город пострадал мало, но в гавани сгорело 9 купеческих судов. У союзников повреждено было 4 фрегата, которые для починки отведены были в Варну. 30 апреля утром, при густом тумане, в 6 верстах от Одессы, под крутым берегом, сел на мель английский пароход "Тигр". Огонь нашей полевой артиллерии заставил его спустить флаг; пленные (225 человек) перевезены на берег, а самое судно взорвали выстрелами, так как нельзя было снять его с мели в виду подходивших двух других неприятельских пароходов.
   А.Б.Широкорад "Тысячелетняя битва за Царьград"
   К месту аварии прибыла конная батарея и взвод улан. Батарея открыла огонь, а уланы в конном строю по мелководью атаковали корабль. Нервы у капитана не выдержали, и он поднял белый флаг. Экипаж в составе 225 человек был взят в плен.
   Этот эпизод в несколько измененном варианте использован нами в рассказе (увеличено число кораблей севших на мель, по кораблям стреляет батарея скорострельных пушек (для паритета сил))
  
   Кампания 1855 г.(Брокгауз и Ефрон)
   С этой целью сильный союзный флот 2 октября подошел к Кинбурну (ничтожной крепостце, с гарнизоном около 1Ґ тыс. человек) и, после двухдневной бомбардировки, принудил его к сдаче. Оставив в Кинбурне войска Базена и небольшую эскадру, англичане и французы отплыли к Севастополю, около которого стали устраиваться для предстоявшей зимовки.
   Это эпизод реального применения французских броненосных батарей, о которых упоминалось выше.
  
   Теперь о персонаже (Брокгауз и Ефрон)
   Нессельроде, Карл Роберт
   (или Карл Васильевич, 1780--1862) -- граф, русский государственный деятель. Отец Н., Вильгельм Карл Н., служил в Австрии, Голландии, Франции, Пруссии и, наконец, в России. Мать его была еврейка протестантского вероисповедания. Сам Н. был протестант и до конца жизни не научился правильно говорить по-русски. Родился он в Лиссабоне, где отец его был русским посланником; тотчас же после рождения он был записан мичманом в русский флот. В 1796 г., после обучения в берлинской гимназии, он приехал в Петербург, где благоволившим к нему императором Павлом был назначен сперва во флот, потом в армию; ни там, ни тут он не обнаружил способностей и скоро был уволен в отставку. После смерти Павла он был отправлен в Вюртемберг, ко двору герцога, с извещением о вступлении на престол Александра I. Из Штутгарта он был переведен в Берлин, потом в Гаагу, секретарем посольства. Во время пребывания в Германии он познакомился с Меттернихом, тогда австрийским посланником в Дрездене, и знакомство это скоро перешло в тесную дружбу. Н. смотрел на Меттерниха снизу вверх; последний казался ему гениальным дипломатом, а его советы -- всегда спасительными; в свою очередь Меттерних умел хорошо пользоваться слабостями своего ученика. Основной мыслью всей дальнейшей политики Н. был тесный союз с Австрией. Сам Н., в записке о политическом положении России (в 1856 г.; см. "Русский Архив", 1872 г., N 1) определил свою политику как монархическую и антипольскую. Проникнутый идеями священного союза, Нессельроде питал искреннюю ненависть ко всякому свободному стремлению, как в Европе, так и в России; он находил, что крепостное право одинаково благодетельно как для помещиков, так и для крестьян, и незадолго до освобождения крестьян высказывал Н. Милютину опасение, как бы реформа не уничтожила патриархального склада русского быта (см. письмо Н. к Милютину в "Русской Старине", 1873 г., N 6). В ту же эпоху освободительных стремлений он настаивал в особой записке на усилении цензурных строгостей. В эпоху более раннюю даже граф Каподистрия казался ему либеральным доктринером, опасным на посту министра иностранных дел. Греческое восстание вызывало в нем, как и в Меттернихе, только вражду. В 1807 г. Н. был командирован в Тильзит, в распоряжение русских уполномоченных князей Лобанова и Куракина, а потом отправлен советником посольства в Париж, где вновь встретился с Меттернихом, австрийским послом при французском дворе. В значительной степени под его влиянием депеши Н., составляемые для русского посла Толстого, дышали ненавистью к Франции. В 1810 г., когда отношения России к Франции начали портиться, Н., по собственному желанию, был отозван в Петербург. Здесь французские симпатии уже значительно ослабели; поэтому Н. был принят императором Александром очень ласково и пожалован статс-секретарем. В 1812 г. его положение при дворе было упрочено женитьбой на дочери влиятельного министра финансов Гурьева. Перед войной с Наполеоном канцлер граф Румянцев настойчиво советовал императору Александру не доверять Австрии и даже предлагал поднять в ней восстание славян. Представителем противоположного мнения явился Н. После победы над Наполеоном в России, Н., на этот раз вместе с Румянцевым, но вопреки Кутузову, высказался за перенесение войны в пределы Германии и за окончательное ниспровержение французского могущества. С 1812 по 1815 г. Н. постоянно находился при императоре и был влиятельным участником Венского конгресса. Обнаружение тайного договора между Австрией и Францией против России слегка поколебало его положение. В 1816 г. он был назначен управляющим иностранной коллегией, но одновременно с ним, и как бы в противовес ему, графу Каподистрии поручено ведение иностранных дел. Таким образом было как бы два министра иностранных дел, взгляды которых на задачи русской иностранной политики значительно расходились. Император служил верховным примирителем и посредником между ними, гораздо более склоняясь на сторону Н. Последний сопровождал Александра на конгрессы в Аахен, Троппау, Лайбах и Верону. В 1822 г. Каподистрия получил бессрочный отпуск, и Н. сделался единственным министром иностранных дел. Политика его по-прежнему состояла в стремлении к сближению с Австрией. В 1830 г. Н. в Карлсбаде виделся с Меттернихом, осыпавшим его упреками за поддержку греческого восстания; Н. признал, по крайней мере по рассказу Меттерниха, всю справедливость этих упреков и согласился, что революция, начатая греками, всего опаснее именно для России. В 1849 г. Н. способствовал вмешательству России в австрийские дела, с целью усмирения венгерского восстания. Ответственность за крымскую войну в значительной степени падает на Н. В 1844 г. Н. был сделан государственным канцлером, в 1856 г. уволен от управления министерством иностранных дел. Ср. Россия и Николай I.
   См. N., "Autobiographie" (Париж, 1866 и русский перевод под заглавием "Записки" в "Русской Вестнике", 1865, 10); "Correspondance diplomatique du C-te Pozzo di Borgo et du C-te de Nesselrode 1814--1818" (Париж, 1890); С. Татищев, "Внешняя политика императора Николая I" (СПб., 1887); его же, "Император Николай и иностранные дворы" (1889); его же, "Из прошлого русской дипломатии" (1890); С. Соловьев, "Император Александр I" (СПб., 1877). Ср. также "MИmoires de Metternich".
   В. Водовозов.
   Еще раз о колодце и тех кто в тени рекомендует плевать в колодец (Брокгауз и Ефрон)
   Меттерних, Клемент Венцель
   (князь, герцог Порталла) -- австрийский дипломат и министр (1773--1859), сын Франца Георга М. (см. Меттерних, дворянский род). Молодость свою он провел в Кобленце. Под влиянием окружающей его среды -- аристократии мелких рейнских государств, не имевшей никакого понятия о национальных стремлениях -- в Меттернихе развился глубокий эгоизм, соединенный с выдержкой, вежливостью и вкрадчивостью обращения. В 1788 г. М. поступил в страсбургский университет, но уже в 1790 г. отец вызвал его во Франкфурт для присутствия в качестве церемониймейстера при коронации Леопольда II. Вступление его в самостоятельную жизнь совпало с возникновением Французской революции, встретившей в нем сразу ожесточенного противника. М. был свидетелем восстания в Страсбурге, и виденные им сцены произвели на него глубокое впечатление. В Майнце, где он продолжал изучать право, жило множество французских эмигрантов. Общение с ними, по словам самого М., научило его "понимать ошибки старого порядка"; постоянная смена событий показала ему "нелепости и преступления, в которые вовлекаются нации, подкапывающие основы общественного строя". Посетив Англию и Голландию, М. поселился в Вене, где женился на княжне Кауниц, внучке известного государственного деятеля. На дипломатическое поприще он выступил впервые в 1798 г. в качестве представителя вестфальской коллегии на Раштадтском конгрессе; затем он сопровождал графа Стадиона в его дипломатической поездке в Петербург и Берлин, в 1801 г. был назначен австрийским посланником в Дрезден, в 1803 г. -- в Берлин. Здесь он начал готовить новую коалицию против Франции, стараясь убедить Пруссию примкнуть к союзу Австрии, Англии и России, и в то же время поддерживая самые дружеские отношения с французским послом при Берлинском дворе, Лафоре. В 1806 г. М. был послом в Париже, по личному желанию Наполеона, получившего самые лестные отзывы о нем от Лафоре. В 1807 г. М. удалось выговорить очень выгодные для Австрии уступки при заключении договора в Фонтенбло. Союз между Францией и Россией, заключенный в Тильзите, увеличил затруднительность положения Венского двора. М. находил, что Австрия должна стараться вступить в союз с Францией и расстроить дружелюбные отношения между последней и Россией, чтобы отвратить раздел Турции или получить в нем свою долю. Эрфуртское свидание разрушило его надежды на прочный союз с Францией. Уже в 1808 г. М. доносил, что Наполеон намеревается вскоре напасть на Австрию и что рано или поздно Австрия должна будет прибегнуть к самообороне. В 1809 г. Австрия начала наступательные действия, но они окончились полнейшей неудачей, и Австрии пришлось купить мир ценой уступки части австрийской Польши и иллирийских провинций. С этих пор Австрия держалась политики расчета, в которой не было места каким бы то ни было национальным симпатиям. Преемником Стадиона, отождествлявшего интересы Австрии с освобождением Германии, был назначен М., который, вступив 8 октября 1809 г. в должность министра иностранных дел, оставался бессменно на этом посту в течение 38 лет. Не прошло и 4-х месяцев со времени заключения мира, как был подписан брачный трактат между дочерью императора Франца, Марией-Луизой, и Наполеоном. Цель политики М. была достигнута: дружба между Францией и Россией прекратилась. В войне между ними как М., так и император Франц предпочли бы сохранить нейтралитет, потому что Австрия страдала в то время от банкротства, и правительство принуждено было понизить до пятой части ценность бумажных денег, которыми оно расплачивалось со своими чиновниками. Но Наполеон настаивал на содействии Австрии и принудил ее к заключению союзного трактата 14 марта 1812 г. Деятельного участия в войне Австрия, однако, не принимала; небольшое австрийское войско, посланное на юг России, почти не нанесло вреда русским. После бегства Наполеона из России Австрия уведомила его, что не может дольше оставаться в положении зависимого союзника, но при некоторых уступках он может по-прежнему рассчитывать на ее дружбу. После заключения перемирия (4 июня 1813 г.) М. предложил Наполеону посредничество Австрии для достижения всеобщего мира. Австрия соглашалась предоставить Наполеону всю Италию и Голландию, левый берег Рейна и протекторат над западной Германией; она требовала только возвращения Австрии провинций, отнятых у нее после войны 1809 г., восстановления власти Пруссии в западной Польше и уступки Францией северогерманских областей, отнятых ею после 1801 г. Наполеон делал вид, будто взвешивает предложения Австрии, но на самом деле только выжидал, уверенный в слабости противников. В Дрездене произошло свидание М. с Наполеоном, из которого М. вынес впечатление, что мир с Францией невозможен, пока не сокрушено могущество Наполеона. Когда перемирие окончилось, Австрия вступила в войну вместе с союзниками; 9 сентября 1813 г. подписан был союзный трактат между Англией, Пруссией, Австрией и Россией. 8 октября М. заключил договор с королем баварским, а затем и с другими германскими вассалами Наполеона. Вступая с ними в союз, М. придал совершенно новый характер германской и прусской политике. Штейн и его единомышленники, руководившие наступательным движением Пруссии, надеялись создать в Германии сильную верховную власть. М. боялся даже мысли о народном движении, а к Штейну, с его идеями национального парламента и его намерением низвергнуть с престола бывших членов Рейнского союза, относился почти так же враждебно, как к якобинцам 1792 г. Чувствуя глубокое отвращение ко всякому воплощению идеи германского национального единства, М. отговорил императора Франца принять предложенный ему титул германского императора. Теплицкий трактат 9 сентября постановил, что все государства Рейнского союза будут пользоваться полной независимостью; этим положен был конец всяким планам объединения германской нации. На конгрессе в Шатильоне (февраль 1814 г.) М., желавший мира и обладавший громадным влиянием на решения союзных держав, предложил Наполеону самые выгодные условия мира; но требования французского уполномоченного оказались непомерными даже для миролюбивого австрийского императора, и 1 марта союзники подписали в Шомоне новый договор, которым обязывались не заключать с Наполеоном мира, пока Франция не будет введена в границы 1791 г. После падения империи М. оставался чужд интригам, последствием которых была реставрация Бурбонов. В сентябре 1814 г. открылся под председательством М. Венский конгресс, заново переделавший карту Европы, причем Австрии досталась львиная часть добычи. Враждебный взгляд М. на единство Германии и Италии восторжествовал; Ломбардия и венецианская область были присоединены к Австрии, а остальная Италия была по-прежнему разделена на мелкие государства.
   С 1815 по 1848 г. М. является опорой европейского застоя и всеми силами старается поддержать систему абсолютизма, созданную Священным союзом. Относясь с полнейшей нетерпимостью ко всяким принципам, противоречащим его собственным, М. задавался только одной мыслью: ничего не изменять в положении дел, однажды установленном. Достигнуть этого в старинных австрийских владениях было нетрудно, потому что там вообще не было стремления идти вперед; но вне Австрии, на севере и юге, были распространены идеи, которые, по мнению М., никогда не должны были появляться на свет. Против всех либеральных движений эпохи ополчился М. Он ненавидел до глубины души конституционные и национальные идеи и верил, что его миссия -- поддерживать власть. Все усилия расширить основы или изменить формы правления он подводил под одну мерку, считая их порождением революционного духа. Орудием его политики послужил ряд конгрессов: в Ахене (1818 г.), Карлсбаде (1819 г.), Троппау (1820 г.), Лайбахе (1820 г.), Вероне (1822 г.). В 1819 г. убийство Коцебу студентом Зандом доставило М. превосходный повод организовать крестовый поход против свободы. В Карлсбаде собран был конгресс с участием представителей восьми германских государств; в его протоколы вписывались только заключения, заранее составленные М. Движение молодежи в Германии было подавлено; устроен был строгий надзор за прессой и университетами; в Майнце учреждена комиссия для расследования заговоров, имевших якобы целью ниспровергнуть существующий порядок и провозгласить единую германскую республику; задержано было введение конституций в тех государствах, где они не были еще введены, и извращено, по возможности, конституционное правление там, где оно уже существовало; множество обществ было закрыто; преследования предприняты в грандиозных размерах; в Германии водворился режим молчания и репрессии; газетам воспрещено было обсуждать германские дела. Конституционные движения в Италии и Испании были подавлены силой оружия. В 1821 г. Греция восстала против турецкого владычества. Движение это было чисто национальное и религиозное, но М. отнесся к нему как к восстанию против предержащих властей, особенно опасному для Австрии, интересы которой требуют поддержки Оттоманской империи. На Веронском конгрессе М. удалось склонить на свою сторону императора Александра и удержать его от заступничества за Грецию. Вступление на престол императора Николая в 1825 г. и перемена министерства в Англии (Каннинг) изменили положение дел. 4 апреля 1826 г. заключен был союз между дворами Петербургским и Лондонским, к великому огорчению М., не щадившего слов для выражения своего недовольства. В 1827 г. подписан был Лондонский трактат, к которому присоединилась Франция, и Греция объявлена была автономным государством. То был первый удар, нанесенный политике М. Вторым ударом была июльская революция 1830 г. М. был уверен, что своими насильственными мерами он искореняет дух недовольства и навсегда подавляет его; оказалось, однако, что оно ждет только возможности свободно высказаться. Революционное движение коснулось и Германии и вызвало сильные смуты, главным образом в южной Германии. На этот раз, однако, М. удалось справиться с движением и провести на сейме декрет об учреждении комиссии для надзора за политическими процессами в Германии. Около 2000 человек было предано суду. В 1833 г. в Мюнхенгреце союз между тремя восточными державами был вновь подтвержден и послано в Париж заявление о праве вмешательства их в дела остальных держав для борьбы с революцией. В самой Австрии М. правил неограниченно. Новый император Фердинанд I сохранил за ним прежнюю роль первого советника и руководителя во всех делах. В 1840 г. восточный вопрос чуть было не привел к разрыву между Францией и Англией, к великому удовольствию М.; но затем, убедясь, что вытекавшая из этого разрыва война могла принять благоприятный для России оборот, он первый предложил в 1841 году свое посредничество для поддержания мира.
   В 1846 году испанские браки привели к недоразумениям между Англией и Францией; последняя сблизилась с Венским двором, но в следующем же году между ними произошло охлаждение из-за швейцарских дел. Восшествие на папский престол Пия IX послужило в Италии сигналом для либеральных и национальных движений, вскоре перешедших в Венгрию и Богемию. М. тщетно старался бороться с ними, когда провозглашение Французской республики привело к новым осложнениям. Давно уже в австрийских областях, находившихся в непосредственном соседстве со столицей, возникло враждебное, скептическое отношение к М., с течением времени все усиливавшееся. Устарелый формализм М. и всей системы, олицетворенной в нем, делали правительство предметом всеобщих насмешек, а иногда и глубокого презрения. По мере того как столица становилась более культурной и более развитой в умственном отношении, гнет опеки, направленной против независимости мысли, делался все более и более нестерпимым. В 1848 г. не было недостатка в военной силе, которая могла бы держать столицу в подчинении; но правительству не хватило прозорливости и энергии, чтобы выдержать первый взрыв революции, вспыхнувшей 13 марта. Одна депутация за другой требовали уступок. М., не придававший сначала серьезного значения восстанию, согласился наконец на некоторые реформы и вышел в соседнюю комнату для составления указа об уничтожении цензуры. Во время его отсутствия среди депутаций, толпившихся в зале совета, раздался крик: "Долой М.!" Старик вернулся, увидел, что товарищи покинули его, и удалился, чтобы вручить императору свою отставку. Имя М. было так тесно связано с правительственной системой в Австрии, что при первом известии о его отставке волнение мигом успокоилось. С помощью оставшегося ему верным секретаря он выехал из города в ночь на 14 марта, скрывался несколько дней и затем, перебравшись через саксонскую границу, отправился в Великобританию. В 1852 г. он вернулся в Вену и занял свое прежнее высокое положение в обществе. Император часто обращался к нему за советом, но не приглашал его принять активное участие в управлении, что очень огорчало старика. Во время Крымской войны он написал немало проектов; даже при начале войны 1859 г. он все еще работал пером.
   Собрание писем, автобиография и проч., составленные М., изданы его семьей под заглавием: "DenkwЭrdigkeiten". Издание появилось на французском (1879), немецком (В., 1880--84) и английском языках. Дополнением к мемуарам М. и пояснением его деятельности могут служить переписка Генца и Кестльри, а также ряд сочинений немецких писателей: Oncken (переговоры 1813 г.), Welcker, Aegidi, Nauwerk (для эпохи 1819 г.), Gervinus ("Gеschichte des XIX Jahrh.") и др
   О девяти месяцах
  
   Начнем с того, что контакты между представителями разных полов различных национальностей происходят и в мирное время. В военное же время контакты представителей одной армии с женской частью населения как вы понимаете тоже происходят. И не всегда это сопровождается насилием. Ключевую роль в этом вопросе играет в первую очередь ход войны и поведение мирных жителей. Если город занимается без боя, то как правило никто не отдает приказа о трех днях на его разграбление (по крайней мере в рассматриваемую эпоху). Если взятие города сопровождается ожесточенным сражением и уличными боями, в которых участвует городское население, то процесс занятия города естественно сопровождается насилием по отношению к населению. И вряд ли вы сможете привести конкретные исторические примеры обратного поведения армии захватившей с боями вражеский город, который оказал сопротивление.
   В нашем рассказе Париж взят без боя. Соответственно насилия по отношению к местному населению быть не должно (в массовых масштабах, разрешенного, или одобренного молчаливым согласием, сверху.).
   Женщины (парижанки) Человеческую физиологию ( мужчин и женщин) вы вряд ли измените, отсюда - увеличение числа мужчин на ограниченной территории дает женщинам (на этой же территории) возможность расширенного выбора.
   Мужчины (русская армия) Мужская психология - погулять на стороне, пока жена, невеста, любовница не видит, плюс необходимость удовлетворения естественных инстинктов продолжения рода (длительное воздержание или невозможность полноценной половой жизни в условиях войны) - делает пришельцев более активными чем местное мужское население.
   Мужчины (парижане)
   Боязнь победителей, захвативших город. Стыд перед женщинами за проигрыш. Как следствие более пассивное поведение.
   А теперь вопрос: кого выберет женщина - более активного мужчину или более пассивного?
   Если не кричать о патриотизме, то более активного, что подтверждено многими войнами различных государств в разные эпохи - отдельные случаи патриотизма я не рассматриваю.
  
   Девять месяцев спустя ( заранее хочу сказать, что речь идет не о расизме, а о статье в которой упомянуты различия между французами и дана попытка объяснения)
  
  
   Брокгауз и Ефрон (цитаты из статьи)
   Ф. (антропология). Антропологический состав современного населения Ф. тесно связан с расовыми элементами, обитавшими на ее территории еще во времена доисторические.
   Из этих трех рас -- древней долихоцефалической, сосредоточившейся на побережье Средиземного моря, брахицефалической, занявшей центр и изолированные окраины, и северной долихоцефалической белокурой, -- соответствующих трем основным европейским расам: средиземной, альпийской (кельтской) и тевтонской, сформировались те элементы, из которых состоит население современной Ф., и которые мы уже явственно видим на заре истории, у римских и греческих писателей. Представителями неолитических долихоцефалов (нынешней средиземной расы) явились иберы, которые во Ф. занимали всю страну к северу от Пиренеев и Средиземного моря до берегов Атлантического океана, не распространяясь, впрочем, далее правого берега Гаронны и ее притока Тарна, а на востоке остановившись у Роны, отделявшей их от лигуров. Вторжение кельтов, галатов, лигуров повлекло за собой метисацию прежнего типа и стеснило границы его территории. Ко времени римского завоевания он занимал только часть треугольника, ограниченного Пиренеями, Гаронной и Гасконским побережьем -- страну, называвшуюся у римлян Аквитанией или Novempopulania. К иберам причисляли и басков (см.), но в последнее время их относят к кельтской расе. Галлия центральная (между Сеной, Гаронной, морем и Альпами) и северо-восточная была населена различными племенами, которых, вслед за древними, рассматривали как одну расу, под различными названиями галатов, кельтов, галлов и т. д. Теперь, благодаря сопоставлению антропологических данных с историческими указаниями, выяснено, что, начиная с Гаронны, в долинах Луары, Сены, Соны, вплоть до левого берега Рейна жили два совершенно различных типа: один -- низкорослый, темный, короткоголовый, другой -- высокорослый, длинноголовый, со светлой кожей, с белокурыми или даже рыжими волосами. Первый из этих типов, преобладающий теперь во Ф., принадлежит кельтам, территорию которых, под именем Кельтики, древние историки определяли между Сеной, Гаронной, морем и Альпами. Второй тип, отвоевавший у кельтов всю территорию к северу от Сены и Марны, принадлежал германцам. К ним-то относятся галаты греков, галлы римлян, бельги Цезаря, кимвры Брока и т. д. К этому типу, появившемуся впервые на территории Ф., быть может, еще в период неолита, принадлежат и все прочие тевтонские племена, которые уже во времена исторические, под разными именами -- галатов, бельгов, кимвров, германцев, свевов, франков, бургундов, саксов, норманнов, -- то со стороны Рейна, то со стороны Нейстрии, последовательно вторгались в пределы Галлии..
   Из всех рас, которые в историческое время вторгались на территорию Ф., наибольшее влияние оказала раса тевтонская. В конце II века до Р. Х. появляются кимвры, пришедшие из Ютландии; но их пребывание было очень непродолжительно, так как они были истреблены Марием. В течение следующих трех столетий беспрерывно продолжались нашествия германцев, но укрепились они только по левому берегу Рейна. Раньше всего прочно осели на территории Галлии визиготы, но, провладев южной Галлией около столетия, должны были уступить натиску франков, удержавшись только в Септимании. К востоку от Роны и Соны утвердилось славившееся своим гигантским ростом германское племя бургундцев, увековечившее свое имя в географическом названии французской провинции. Наконец, в V в. овладели Галлией франки, одержав победу как над римлянами, так и над своими единоплеменниками, визиготами и бургундцами. С моря появлялись другие тевтонские элементы -- саксы и норманны, оставившие свои следы в различных пунктах побережья Северного моря, Па-де-Кале и Ла-Манша. В ? в. норманны, опустошив почти всю Ф., утвердились по берегу Ла-Манша, в области, которой они дали свое имя. В сравнении с участием тевтонской расы, другие разнородные племена, в разное время утверждавшиеся на территории Ф., играли весьма второстепенную роль. Даже римляне, во всех других отношениях -- в культурном, лингвистическом -- имевшие такое влияние на судьбу французского народа, оставили мало следов в отношении этническом. Греки, основавшие в начале VI столетия колонии на территории лигуров (нынешний Марсель), оставили свой след на многих типах из Арля, Тараскона, Бокера и др. Незначительную роль сыграли также финикийцы и карфагеняне, ведшие на французском побережье широкую торговлю бронзой, материями и т. д. и имевшие там свои фактории. С VII по X вв. делали частые вторжения сарацины -- сиро-арабы, смешанные с берберами -- оставившие заметные следы в Руссильоне, Лангедоке и Беарне, в нижней части долины Роны и по долине Соны до Вогезов. Евреи появились в конце I в. и были очень многочисленны при Меровингах; в конце XV столетия к ним присоединились испанские изгнанники -- тип мало смешанный, в противоположность эльзасско-лотарингским евреям, которые представляют разнородную смесь. Наконец, на территории Ф. кочуют с давних времен представители расы цыганской. Из этого разнородного и многообразного конгломерата рас в течение тысячелетий выработалось то, что теперь составляет французскую нацию. Несмотря на долгий и беспрерывный процесс взаимного скрещивания и смешения различных расовых элементов, несмотря на видимое преобладание единого среднего типа "француза", три европейские расы -- альпийская, средиземная и тевтонская -- распределяются на территории Ф. в правильном, закономерном порядке; во многих пунктах расовые особенности сохранились почти в чистом виде. Это закономерное распределение стоит в теснейшей связи с устройством поверхности, климатическими условиями, плодородием различных частей территории Ф., а также с исторической борьбой рас. Почти все открытые места и долины, т. е. наиболее доступные и привлекательные места, распределены между двумя длинноголовыми расами; наоборот, места наименее доступные, гористые, скудно одаренные от природы, достались расе короткоголовой. Светлая длинноголовая раса (тевтонская) занимает плодородную зону от Фландрии до Бордо, темная длинноголовая (средиземная, иберийская) -- плодородное побережье Средиземного моря, нижнюю часть долины Роны и часть долины Соны по направлению к Луаре, как бы на соединение с северной полосой длинноголовых. Альпийской расе досталась к востоку от Роны гористая Савойя, с суровым альпийским климатом и каменистой бесплодной почвой; далее на юго-запад, от Роны до Луары, центральное плато, занимающее 2/3 Ф., к югу от Дижона, и разделенное полосой соединения длинноголовых на два района: один -- состоящий из альпийских плато и простирающийся к северу до Люксембурга, другой -- идущий от Оверни к юго-западу до испанской границы; наконец, Бретань, более благоприятно одаренная природой, но благодаря своему полуостровному положению внутри страны, оставшаяся малодоступной для вторжений. Единственный плодородный и доступный район, который альпийская раса успела сохранить -- это область Бургундии, плодородная долина Соны к югу от Дижона.
   Среди высших сословий % длинноголовости больше, чем среди крестьянского населения, что, скорее всего, объясняется господством тевтонского элемента победителей. Распределение роста вполне соответствует вышеуказанному распределению рас. Тевтонские департаменты обладают высшим ростом. Савояры, бретонцы и овернцы ростом выше всего остального населения (при средней цифре роста французов в 1,650). Исключением из общего правила зависимости роста от окружающих физических условий, по Риплею, является плодородный район между Парижем и Орлеаном и области Лиможа и Перигё, с их крайне низкорослым населением. Самое низкорослое население Ф., даже всей Европы -- жители лимузенских холмов, со средним ростом в 5 футов 2 дюйма. В отношении цвета волос и глаз население Ф. распределено, в общем, тоже довольно правильно. Кривая линия, проведенная от Савойи до Финистера, с вогнутостью, обращенной на юг, разделяет Ф. на две зоны, северо-восточную светлую или более или менее светлую, и юго-западную темную или относительно темную. Из двух соседних, например, областей, Нормандии и Бретани, первая -- одна из наиболее светловолосых частей Ф. (30--35% темноволосых), между тем как в соседней Бретани % темноволосых поднимается до 60 и 75. Северо-восточная часть Ф. в смысле белокурости может считаться более тевтонской, чем южная Германия, а в некоторых местах юго-западной зоны % темноволосых больше, чем в Испании. Средний % темноволосости 39, темноглазости 43. Темный тип больше передается цветом волос, а светлый -- цветом глаз (Топинар). Упомянем еще о басках, с широкой головой и узким лицом, которых Колиньон считает подвидом средиземного типа, образовавшимся под влиянием долгой изоляции. Риплей считает их скорее разновидностью кельтской расы. При всей территориальности расовых типов, нигде, быть может, смешанность типов так не велика, особенно в городах, как во Ф. Поэтому интересны определения среднего типа. "Взятые в массе, -- говорит Рожэ де-Белогэ, -- французы -- народ с черными или темно-русыми волосами, с головой скорее круглой, чем овальной, с глазами от черных до светло-темных; их рост и мускульная сила немного ниже средних". Смешанностью рас пытаются объяснить остановку роста населения Ф. Из 10 миллионов брачных пар во Ф., у 2 млн., т. е. у пятой части, нет ни одного ребенка. В городах 22% или даже 25% супружеств бесплодны (в Альпах -- только 2%). Лапуж объясняет эту бесплодность интенсивным скрещиванием длинноголовых с короткоголовыми, и в доказательство приводит тот факт, что наибольшей плодовитостью отличаются департаменты наиболее чистые в расовом отношении (Лозер, Верхней Луары, Савойи, Верхней Савойи, Северный, Нижней Сены). В социальном и психическом отношении, несмотря на общие нивелирующие условия высокой культуры, Ф. представляет едва ли не большее разнообразие, чем в расовом отношении. Не только велико различие между подвижным и свободолюбивым горожанином и консервативным и медлительным крестьянином, но разные части Ф. имеют свои особенности, зависящие от экономических и физических условий. Наибольший контраст представляют обитатели севера и юга, разделенные, сверх исторических, экономических и расовых различий, еще различием в языке. Попытка обрисовать психику французов по отдельным районам, в зависимости от окружающих физических условий, была сделана Лебоном, но она оказалась преждевременной. Некоторое представление о разнообразии французских типов могут дать следующие слова Реклю: "В общей для всех столице встречаются и взаимно влияют друг на друга представители всей Ф.: обитатели Прованса или Гаскони, проворные, болтливые, вечно в движении; люди с возвышенных плоскогорий, упорные в труде и малообщительные; жители берегов Луары, со смелым взглядом, проницательным умом и уравновешенным характером; меланхолические бретонцы, мечтательные, но с сильной волей; нормандцы, с медленной речью, испытующим взглядом, благоразумные и осторожные; обитатели Лотарингии, Вогезов, Франш-Конте, горячие в гневе, предприимчивые". Из взаимодействия этих достоинств и недостатков образовался, подобно равнодействующей, общий характер французов -- их веселый, бодрый, дружелюбный нрав, общительность, пылкость, изящный и ясный ум, красноречие, смелость мысли и дела. Литературу см. Ripley, "А Selected bibliography of the Anthropology of Europe".
  
  
   Как мы видим из статьи средний рост французов ниже среднего (это психологический фактор при выборе партнера), кроме того пятая часть супружеских пар страдает бесплодием в городах четвертая часть - еще один фактор способствующий контактам ( тем более, что чужаки уйдут, и опасности внезапного возвращения мужа из командировки не будет).Кроме того стремление внешне походить на высшие сословия, где преобладает тевтонская кровь - тоже немаловажный фактор.
  
     И непонятно, откуда ненавись к французам? Культура у них замечательная, и слово "гарсон" - замечательное,
  
   С точки зрения монархии - Франция - рассадник революции и революционных идей ставящих под угрозу существование других монархий в Европе - Австрии, России, Пруссии и др. поменьше. Поэтому речь идет о неприязни (не о ненависти) к культуре разрушающей установленный и сложившийся порядок. Как говорят китайцы своим недругам -"Чтобы ты жил в эпоху перемен!"
   Поэтому с точки зрения монархии культура у французов не замечательная а совсем наоборот. ( С чем кстати и пытался бороться Меттерних (см.выше))
  
   О гарсоне
   Появление слова Бистро как названия предприятия общепита во Франции было связано с предыдущим пребыванием русской армии (во время войны с Наполеоном) в Париже. Соответственно отрицать возможность заимствования еще одного русского слова или нескольких, в процессе еще одного пребывания русской армии в Париже (по сюжету рассказа) на мой взгляд глупо. Сидя в "бистро" те кто не знают французского языка будут кричать более привычное "человек"или как-то еще, а не "гарсон".
  
   Всё никак русских не пойму. Сколько не было у них земли, им всё мало... :)
  
   Любое государство стремиться к стабильному существованию и развитию. Когда сталкиваются интересы государств конфликт может перерасти в военную фазу. Примеров удачного стабильного и мирного(нейтрального) существования государств не так уж много - Швейцария, Швеция.
   Швейцария - находится где-то там в горах - попробуй-ка доберись через Альпы (не каждый же полководец Суворов, да и воевать в горах на порядок тяжелее чем на равнине)
   Швеция - где-то там за морем попробуй-ка переплыви да еще потом десант снабжай!
  
   Остальные государства пытавшиеся быть нейтральными как правило заканчивали плачевно - либо оккупация, либо исчезновение.
  
   Отсюда вывод - слабых бьют.
  
   А значит государство должно быть сильным, чтобы отстоять свои интересы. Недобитый противник как известно возвращается снова и зачастую гораздо сильнее. (недорубленный лес прорастает). Поэтому войну желательно завершать разгромом вражеской армии, что по сюжету и произошло - вначале разгромили "колеблющуюся" Австрию, а потом взялись за Турцию, Францию и Англию - участников этой войны. Это о логике.
  
   А теперь о выгоде
  
   Почему скажите Вы, защищая французов, не рассматриваете вопросы их интересов - ослабить Россию, и не дать России выйти в Средиземное море для расширения торгового рынка?
   Почему бы тогда не рассмотреть ( с такой же точки зрения - а им все мало!) колониальную политику Португалии, Испании, Франции, САСШ?
   А Великая Польша Ю.Пилсудского от Черного моря до Балтийского моря? А захват им Киева и Минска? Который, между прочим состоялся до похода Красной Армии на Варшаву? А оккупация Польшей Вильно?
   А почему бы тогда не рассмотреть вопрос о Тешинской Силезии (80тысяч поляков, 120 тысяч чехов), которую Польша оттяпала по условиям Мюнхенского договора 1938 года?
   Почему вопрос участия Польши в Мюнхенском сговоре стыдливо замалчивается?
  
   А колонизация Америки?
  
   Почему ставиться вопрос о славянском и германском шовинизме, и не ставиться вопрос об абсолютно аналогичном поведении других государств?
  
   Это русофобия или мазохизм?
  
   Или это так называемый принцип двойного стандарта?

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Медведева "Это всё - я!" (Юмористическое фэнтези) | | Ю.Журавлева "Жизнь после смерти" (Приключенческое фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий" (Попаданцы в другие миры) | | Т.Михаль "Когда я стала ведьмой" (Юмористическое фэнтези) | | В.Крымова "Смертельный способ выйти замуж" (Любовное фэнтези) | | Н.Князькова "Положи себя под елку" (Короткий любовный роман) | | М.Старр "Сказки на ночь" (Романтическая проза) | | О.Гринберга "Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Острожных "Эльфийские игры" (Любовное фэнтези) | | Н.Князькова "Новогодний диагноз" (Короткий любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"