Товарищ Иванов: другие произведения.

Утопь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


  

Утопь

или Жизнеописание Константина Багрова в новом переплете

  
  

Действующие лица

  
   Константин Багров, в прошлом - ученый, в будущем - сам подопытный
   Бетти, его проводница
   Финнеган, отшельник
   Комендант космодрома
   Также незримо присутствует и иногда высказывается все население будущего мира
  
   Место действия - отдаленное будущее.
  
  

Действие первое

  
   Посреди комнаты, напоминающей то ли лабораторию то ли больничную палату, на койке полулежит Константин. Он читает крупного формата книгу. Если присмотреться, можно увидеть заглавие: К. Хауспоппер "Открытое акционерное общество и его враги".
   Входит Бетти.
  
   Бетти. Ну что, больной, как самочувствие?
   Константин. Ох, Бетти, столько всего произошло за это время! Я только начал читать, мне трудно поверить, что все, о чем мы так долго говорили... крах Бреттон-Вудстокской системы, поломка долларно-акцепторного механизма... все это действительно произошло!
   Бетти. Ну а самочувствие-то как?
   Константин. Чувствую себя немного не в своей тарелке, я бы даже сказал, летающей тарелке (кладет книгу мимо тумбочки, которая в последний момент смещается и оказывается на нужном месте) Вот. К этим вещам сложно пока привыкнуть. Хотя, я ожидал, что за сотни лет могло бы все и куда больше измениться.
   Бетти.Так бы и было, если бы развитие шло непрерывно.
   Константин. Да, я знаю, после нас был потоп... Все чего-то подобного действительно ожидали, но никак не в таких масштабах.
   Бетти. Да, потом было новое Средневековье. Но так всегда случается. Средневековье - просто период между прошлым и будущим, время ожидания будущего. Вот оно здесь, а прошлое просто было необходимой жертвой, человечество теперь поднялось на новый уровень. Добро пожаловать.
   Константин. Благодарю. Может, ты мне уже объяснишь, что тут происходит? И как я сюда попал? И да, я чувствую, что мне уже по силам встать.
   (Садится на кровати, действуя в основном руками. Ноги его почти не слушаются. Потом пытается встать, но теряет равновесие и опирается обеими руками на заботливо подъехавшую тумбочку.)
  
   Видя это, Бетти наклоняется, принимая такое же положение как и он. На секунду замерев, начинает распрямляться. Константин выравнивается синхронно с ней.
  
   Бетти. Запоминай ощущения. Не волнуйся, ты быстро научишься. Я отпускаю.
   Константин (стоит ровно, но пошатывается). Мое положение в обществе сейчас получше, конечно, но вообще у вас тут как-то неустойчиво.
   Бетти. Устойчивость мы предаем друг другу. Итак, маленький шаг для человека.
  
   Шагает, Константин повторяет за ней. Весь дальнейший разговор он под наблюдением Бетти медленно шагает по комнате.
  
   Константин. Как ты это делаешь?
   Бетти. У каждого в теле находятся нанороботы, они же наны, которые контролируют состояние здоровья. Они же могут и транслировать мои движения тебе. Сейчас положение твоего тела контролируется мной. Когда ты запомнишь ощущения при движении, я отключусь.
   Константин. Хорошенькие дела. То есть ты вот так запросто можешь контролировать людей?
   Бетти. Только тебя. Это нужно, чтобы научить тебя управляться со своим телом. Обычно наны только передают информацию для контроля за здоровьем. Так что у остальных людей я могу просматривать информацию, а команды им отдает только лечащий врач.
   Константин. А просматривать ты можешь потому, что ты медик?
   Бетти. Нет, при чем тут это?
   Константин. А почему ты тогда ее видишь?
   Бетти. Потому, что она есть. Таково наше общество, нейросоц, - полная свобода знаний и отсутствие жесткой иерархии. Привыкай, вся информация теперь общедоступна.
   Константин. И о состоянии здоровья тоже?!
   Бетти. Да. А зачем ее прятать? Она никому не интересна.
   Константин. А зачем ее показывать, если неинтересна?
   Бетти. Потому что мы не прячем ничего.
   Константин. Но у вас же есть секреты? Ведь тайны, военные или государственные, легко могут узнать в других странах.
   Бетти. Нет других стран. Верней, вообще нет стран, есть просто люди.
   Константин. Хм. А деньги? Ведь должны быть коды, пароли для доступа к счетам. Как иначе обезопасить деньги?
   Бетти. Какие деньги?
   Константин. Ясно...
   Бетти. Ну что, мы можем выйти в сад.
   Константин. Я не уверен, что смогу идти далеко...
  
   Одна из стен поднимается, открывая выход в сад.
  
   Константин. Ага. (выходят)
   Так, а дети? Ведь если информация общедоступна, они могут излишне фокусироваться на неподобающих вещах, в результате вряд ли вырастут здоровыми личностями.
   Бетти. Конечно. Информация свободна для полноправных членов общества. Чтобы им стать нужно сдать экзамен на зрелость. Экзамен призван выявить, достаточно ли стабильна психика человека, чтобы воспринять информацию о мире в ее полноте, а не начать фокусироваться на каких-то отдельных сторонах. При успешной сдаче экзамена человек считается совершеннолетним и вместе с доступом к инфосети получает все права. Дети же имеют доступ к информации, которая нужна им на данном этапе для формирования полноценного члена общества.
   Константин. А кто решает, какая это информация? И кто контролирует? Хотя нет, это понятно - все всё знают.
   Бетти. Решает совет экспертов в каждой области. Все решения принимаются так.
   Константин. А если родители не согласны с решением?
   Бетти. А какое им до этого дело?
   Константин. То есть как? Им ведь детей воспитывать...
   Бетти. Нет. Мы давно ушли от этого. И это был первый и главный шаг к новому свободному обществу. (Константин в замешательстве слушает ее рассказ) Этот очевидный шаг назрел еще в ваше время. Но, увы, инерция мышления была слишком сильна. При этом ни у кого не возникало сомнения, что лечить и учить детей должны профессионалы. Но по отношению к воспитанию - нет, никому и в голову не приходило применять эти соображения к воспитанию. Почему-то вы считали, что хорошо воспитать человека может любой. Вот, я вижу, что и ты так думаешь.
   Между тем, воспитание - функция куда как более важная, чем, допустим, обучение. Что человек делает гораздо важнее того, что он знает. По сути, преступность и войны просто следствия плохого воспитания.
   Константин. Это в природе людей.
   Бетти. Конечно, в природе. Но люди - не звери. И они не должны быть в плену у своей биологической сущности. Мы воспитываем людей так, чтобы они вели себя по-человечески. Природа сделала людей эгоистами, мы удаляем эти устаревшие повадки и учим думать об общем благе. Я ведь неплохо разбираюсь в вашем времени. Согласись, вы думали, что свобода, она в том, чтобы человек был таким, каким он вырастает сам по себе, с весьма слабым влиянием общества на его формирование. В итоге, за свободу первых несознательных лет жизни люди расплачивались потом всю оставшуюся жизнь. Запреты, наказания, штрафы... Вся жизнь проходила под этим гнетом. Сейчас - до совершеннолетия дети не пользуются правами, они учатся быть людьми. Причем не думай, что для них это нечто неприятное. Никакого нудного чтения моралей, ничего подобного. Просто в точно рассчитанные моменты с ними происходят нужные события, иногда это совсем мелкие эпизоды. Но все они рассчитаны так, чтобы мировоззрение будущих людей было построено на справедливости и человеколюбии.
   Зато все взрослые люди свободны. Хорошего человека не надо контролировать, не надо ему ничего предписывать. Он сам по своей свободной воле поступит правильным образом. Вырасти человека хорошим и дай ему свободу - на этом построено наше общество.
   Константин. Прекрасный новый мир... Все точно по классикам.
   Бетти. Не совсем. Мы не ограничиваем и не уничтожаем информацию. Наоборот, абсолютно вся информация доступна всем и пребудет таковой вечно. Это еще одна причина, почему сейчас практически отсутствует преступность. Преступление почти всегда требует тайны. Поскольку же тайн не существует, то нет и разумных оснований совершать преступления.
   Константин. Не существует никакой личной информации?
   Бетти. Вовсе.
   Константин. И как вы до этого дошли? Я дочитал только до прихода к власти национал-географической партии и ничего не предвещало такого поворота.
   Бетти. Это случилось вскоре. Несмотря на общий упадок, кое-где наука развивалась по инерции. И однажды было сделано неожиданное, но хорошо подготовленное открытие, - спастическая память. Неограниченная по объему, доступная к чтению отовсюду, требующая для записи в нее устройство из нескольких молекул. На чтении и записи в память основана и наша н-связь - основа инфосети.
   Это изобретение составило пару уже давно существовавшим на тот момент нанокамерам. Так же они и используются вместе до сих пор. Все вокруг на усеяно такими комбинированными устройствами в пару десятков молекул. Каждая из них снимает и записывает все в своем маленьком поле зрения, но из них собирается целостное изображение, да еще и со всех возможных ракурсов! Любой может просмотреть все, что происходит сейчас или раньше в каждом месте земной суши и многих местах океана.
   Константин. Это странно. Как может существовать память неограниченного объема?
   Бетти. По правде сказать, мы до сих пор не очень хорошо понимаем принцип ее действия. Как можно в ней хранить запись всего, что происходило со времен ее изобретения, непонятно. Но это именно то, с чем мы имеем дело. Возможно, где-то создается копия нашего мира...
   Но вернемся к истории. Лидер национал-географической партии, в распоряжении которого попало это изобретение, быстро объединил под своей властью практически все население. Дальше лет сто длилась классическая антиутопия с всеведущим тираном и спонтанными всенародными восстаниями, вожди которых быстро становились тиранами под стать свергнутому.
   Пусть и не сразу, но некоторые истины становятся понятны всем. На волне очередного переворота был принят Декрет о делократии, по которому все решения принимаются голосованием экспертов в данной области. Разумеется, добровольным и неравным. Количество голосов каждого определяется заслугами в данной области. "Хватит "демо" давай дело!" - лозунг тех времен.
   Вторым был принят Декрет о свободе информации, которым обеспечивался всеобщий доступ ко всей информации, что исключало возможность свержения нового строя.
   Константин. А эти самые эксперты - они законодательная или исполнительная власть?
   Бетти. Какая разница? Процедура следующая. Возникает вопрос, вопрос любой природы, сразу же происходит общественное обсуждение через инфосеть, потом через нее же голосование. Так что про разделение властей можешь забыть. Теперь ни к чему эти древние догматы о троице.
   Константин. Ну а законы у вас откуда? Тоже по каждому референдум устраиваете?
   Бетти. Какие законы, зачем? Если повторяется прошлая ситуация и предыдущее решение было удачным, то все действуют согласно с ним. Если оно перестает устраивать - инициируется новое обсуждение. Законы нужны застывшим обществам, которым кажется, что можно нечто продумать раз и навсегда или хотя бы надолго. Отсюда и распространение в ваши времена культа правового общества. Так вот, у нас тут не правовое, у нас нравовое общество, если хочешь каламбур. У нас настроениями живущих, а не покойных, определяется, что правильно, а что нет.
   Но - для этого люди должны быть хороши. И потому воспитание - наша наиважнейшая задача. Чтобы быть свободным нужно сначала стать ответственным.
   Константин. Знакомо звучит... Это все может и правильно, но подобные системы всегда запинались на первой стадии, до второй дело как-то не доходило.
   Бетти. Наши методы воспитания достаточно эффективны. Современные средства психологии и педагогики вместе с изредка необходимым аппаратным внушением дают практически сто процентов успеха...
   Константин. Ага! Чего-то подобного я и ожидал. То есть вы таки зомбируете детей? В наши времена такое называли фашизмом!
   Бетти. В ваши времена все что угодно называли фашизмом. Где разница между воспитанием и так называемым зомбированием? Вы ведь воспитывали детей. Воспитывали, чтобы они не нарушали законов и норм морали, были честным и добрыми. Словом, чтобы они выросли достойными членами общества. Мы делаем то же самое. И в чем же разница? Только в том, что ваши методы были гораздо менее эффективны.
   Константин. Мы не использовали "аппаратного внушения". Одно дело своим поведением давать хороший пример, другое - подавлять свободу воли.
   Бетти. На деле всегда допускалась только свобода доброй воли. Как только выяснялось, что человек ей не обладает, его свободу сразу же ограничивали.
   Константин. Это свобода действий.
   Бетти. Безусловно. Но средств ограничить свободу воли вы просто не имели. Если бы в ваши дни существовала возможность подавить в человеке волю ко злу - ей бы не воспользовались?
   Константин. Не знаю.
   Бетти. Вот видишь.
   Константин. Но это не то же самое. Одно дело, когда человек совершил преступление принять меры к коррекции его поведения. Совсем другое - ограничивать свободу всех с малолетства.
   Бетти. То есть каждому нужно позволить совершить по преступлению? И только потом с чистой совестью браться за его наставление?
   Константин. Не каждый будет преступления совершать. Большинство людей были не так уж плохи и при наших методах воспитания. И то, что люди насильно сделаны "хорошими", это, в конце концов, лишает их заслуги. Они становятся хороши не сами по себе, а потому, что у них нет выбора.
   Бетти. А не кажется ли тебе, что в ваши времена, когда прежде чем начать корректировку, ожидали преступления, это преступление оказывалось и на совести ожидающих? И целого общества, оправдывающую такую систему?
   Многие ли твои современники согласились бы с тобой, что эта свобода выбора быть плохим или хорошим стоит наличия преступности в мире?
   Константин. Вероятно, немногие.
   Бетти. Ну вот. С самого начала проекта "Воскрешение" нам было ясно, что твой склад ума сродни таковому у древних вождей и тиранов, которые может и хотели народу добра, но такого, каким они его себе представляли. Сам народ при этом часто был другого мнения, но вождь знал лучше.
   Сейчас таких людей практически нет. С тобой интересно работать.
   Константин. "Воскрешение"?
   Бетти. Проекта по воссозданию. Тебя.
   Константин. Так. А ну давай-ка об этом подробнее.
   Бетти. Подробностей не так много. Достаточное количество людей проголосовало за воссоздание человека времен первого освоения космоса. Ты оказался самой удобной кандидатурой. Из-за книги.
   Константин. Какой книги?
   Бетти. Неужели не помнишь?
   Константин. Ой... Елки... Из-за этой книги обо мне?
   Бетти. Да. Это наиболее подробное описание человека вашей эпохи, которым мы располагаем. Практически ежедневные записи в течение более чем тридцати лет, воспроизводящие все - события, слова, жесты. Имея такой слепок, личность легко воспроизвести с большой достоверностью. Эта книга - настоящий шедевр...
   Константин. Да как сказать!
   Бетти. Не с литературной точки зрения, конечно. Но этот тридцатитомник оказался исчерпывающим источником данных о твоей личности. Такую колоссальную работу, которую проделал твой друг...
   Константин. Он мне не друг.
   Бетти. Да, я знаю, как тебе было неприятно. Конечно, это потрясение, узнать такое о человеке, с которым дружил с самого детства, учился, работал... А он записывал каждый твой шаг с тех пор, как только научился писать. Да еще к тому же увидеть это все опубликованным... Я понимаю, как это тяжело должно быть для человека вашей эпохи. И сейчас, по правде сказать, это выглядит неправильно. Одно дело, когда всем доступна информация про каждого, и совсем другое, когда про тебя все знают, а сами они прикрыты тайной своей так называемой личной жизни. Ведь это, по сути, противоположные вещи: с одной стороны когда все у всех на виду, а с другой - когда есть хоть кто-то, хоть один человек с доступом ко всей информацией, но сам остающийся в тени. Этот один человек переворачивает всю систему.
   Константин. Мне так не кажется, но неважно. Я вовсе не хочу об этом говорить.
   Ты мне вот что лучше скажи. Меня, выходит, не перенесли сюда? Я - не тот же я, что жил тогда?
   Бетти. Конечно, нет. Твоя личность воссоздана со слепка, данного в книге. Ну а тело - понятно. Ты робот.
  
   Константин опускает взгляд, как бы ожидая рассмотреть в себе нечто ранее незамеченное. Слегка ударяет себя в грудь. Раздается звук удара в пустую цистерну.
  
   Бетти, смеясь: Извини за такую шутку, не удержалась. Ты настолько явно что-то подобное ожидал услышать... Твое тело искусственное, но не металлическое, ясное дело. (Константин ударяет в грудь еще раз - звука нет). Использовать наши биоматериалы куда как практичней, чем металл. Ты ведь на вид и на ощупь мало отличаешься от обычного человека.
   Ладно, тебе нужно время, чтобы свыкнуться с новой информацией, но, думаю, тебе интересно узнать, в каком мире ты теперь живешь. Так что мы сейчас отправимся на экскурсию, если ты не против.
  
   Константин кивает
  
   Бетти. Я скоро приду.
  
   Константин, один. Некоторое время ходит туда-сюда, потом садится.
  
   Константин. Итак. Подведем итоги. Я в будущем. Будущее населено фашистами. Эти фашисты непонятно зачем меня воскресили по моей непрошенной биографии...
   И да - я робот.
   Неплохо. Как говорится - ваши действия?
   Размышляет
   (имитирует механический голос) Недостаточно данных!
  
   Входит Бетти.
  
   Константин. Что ж, поедем на экскурсию! Куда мы, кстати?
  
   Выходят в сад, где их ждет флаер.
  
   Бетти. Тебе понравится. В космический городок. Осмотреть ракету мы не успеем, но зато мы сможем увидеть старт. Вид должен быть отличный.
   Константин. Неплохо. Кстати, мы где, что здесь за страна была в мое время? Как называется городок?
   Бетти. Аркаим-16.
   Константин. Мне следовало ожидать чего-то в этом роде... А как ты догадалась, что мне там будет интересно?
   Бетти. Видишь ли, о твоей жизни до опубликования книги известно практически все, а вот о том, что ты делал после - крайне мало.
  
   Садятся во флаер.
  
   Константин. А почему он открытый, нас не сдует?
   Бетти. Силовое поле.
  
   Взлетают.
  
   Бетти.Так вот, последняя дополнительная глава рассказывает о том, как ты узнал о публикации, избил автора, уволился с работы в университете и все. Про то, что ты делал дальше, ходили только слухи. Как будто бы ты сменил имя и отправился добровольцем в одну из первых экспедиций на Марс. Это выглядит вполне достоверно для твоего типа личности. Ты очень интересен тем, что хорошо отражаешь свое время. Понять тебя значит и понять твое время. Ваша первая попытка освоения космоса была, увы, неудачной и нам хотелось бы избежать таких же ошибок.
   Еще в сети ходила приписываемая тебе цитата:
   "Я стою над обрывом и смотрю вдаль. Впереди пустошь, на которой каждый будет открыт взору всего мира. Это наше будущее. Я смотрю на него и оно мне не нравится. Но нас пригонит туда ветер истории, я почти чувствую его на моем лице. Нам придется научиться быть людьми и в этой открытой всем пустыне."
   Мы не знаем точно, говорил ли ты это и если да, то в какой ситуации. Вероятно, ты это сказал после выхода книги. Ты всегда был склонен к произведению эффектов.
   Константин, усмехается: Конечно. Я ведь эксперт по связям с общественностью.
   Бетти. Собственно, слухи о полете на Марс это последнее, что о тебе известно. После этого твои следы теряются.
   Константин. Кому как не мне знать, что связей с общественностью, кроме тех, что ты создал специально, лучше не иметь вовсе. Когда общественность оказывается в курсе твоих дел, надо сматывать удочки.
   Бетти. У тебя получилось. Дальше о твоей жизни ничего не известно - до момента твоего воссоздания. Твоя личностью восстановлена вплоть до последнего описанного в книге момента, как ты сам должен знать. С этой точки начинается твоя жизнь здесь.
   Константин. Вот ты какая, загробная жизнь! Такая же, как и земная. Все так же к моей скромной личности приковано всеобщее внимание. О, вот. Треть населения наблюдает сейчас за мной в прямом эфире. Не так-то просто порвать связи с этой самой общественностью. Она тебя с того света достанет...
   Бетти. Скорбь по поводу всеобщего внимания у тебя как-то не выходит изобразить. Я рада, что ты стал получать удовольствие от нашего мира.
   Смотри, испытания ракеты начинаются!
  
   Раздается взрыв, флаер теряет управление и заваливается набок. Приземление, впрочем, оказывается не таким уж жестким.
   Константин выбирается из флаера и помогает Бетти.
  
   Константин. Что случилось?
   Бетти. Что-то очень плохое...
   Константин. Да ладно, мы целы.
   Бетти. Неважно. Я не слышу людей. Где они все?
  
  

Действие второе

  
   Константин сидит на крыле флаера, Бетти ходит из стороны в сторону.
  
   Константин. Связи все нет?
   Бетти. Нет!
   Константин. И каков план действий? Дело к ночи идет, холодно уже. У вас спасатели за сколько обычно добираются?
   Бетти. Пару минут.
   Константин. Плохи дела. Что-то серьезно пошло не так, раз им не до нас. Это если с ними самими ничего не случилось.
   Бетти. С ними все в порядке. Мы ближе к космодрому, чем Аркаим. Судя по всему, связь нарушена тестированием ракеты "Теорида". Там используется новый фаэтонный двигатель. Они просто ждут.
   Константин. Ждут чего?
   Бетти. Пока связь будет налажена.
   Константин. А так они что, не знают, где мы?
   Бетти. Знают, конечно. У них есть данные о нашем передвижении вплоть до момента обрыва связи. Но никто, ясное дело, сюда не полетит пока эта местность не под наблюдением, чтобы не увеличивать количество подозреваемых.
   Константин. Кого?!
   Бетти. Подозреваемых. Как мы с тобой. Здесь же нет наблюдения. Кто знает, чем мы тут занимаемся?
   Константин. Мерзнем!
   Бетти. Это-то понятно. Но ты, видимо, забыл, что наше общество, вся наша жизнь стоит на том, что никто не может ускользнуть от присмотра. Это исключает возможность совершения чего-либо преступного. Даже обсуждение преступных замыслов невозможно. Так что мы сейчас, оказавшись, как я предполагаю, вне наблюдения, становимся подозреваемыми.
   Константин. В чем?
   Бетти. Вообще. Во всем, если хочешь.
   Не смотри так на меня, это не паранойя. Ведь всякий, окажись он на время невидимым, теоретически может перепрограммировать наносистему так, чтобы она за ним не следила в нужные моменты, а показывала в это время его, занимающегося чем-то безобидным. Способность спрятаться от наблюдения по желанию открывает дорогу ко всем возможным преступлениям, ко всем грехам прошлого, вплоть до захвата власти.
   Потому мы сейчас под подозрением. Вероятно, мы видны со спутника, но ведь уже темно, да и днем спутник не сильно помогает узнать, о чем мы тут говорим.
   Константин. Отлично. Получается, что в обычной ситуации у вас все заняты тем, что следят друг за другом. Иначе как еще все могут быть под присмотром?
   Бетти. Разумеется, все не так. Следит электроника, нынешние алгоритмы неплохо понимают, чем именно занимается человек. Система подсказывает пользователю все, что по ее мнению ему будет интересно. Это касается и угроз безопасности. В случае надобности, она привлекает внимание людей к подозрительным действиям. Например, если некто хочет узнать, смотрит ли за ним кто-то в данный момент. Наша система работает надежно. Пока есть связь.
   Константин. То есть помощи нам сейчас ждать не стоит. А далеко до ближайшего города? Или лучше идти до космодрома?
   Бетти. Лучше остаться тут. Чем больше деятельности мы разовьем пока нас не видно, тем больше будет подозрений.
   Константин. Ну что ж, будем ночевать тут. А аккумуляторы у вас еще в ходу?
   Бетти. Конечно.
  
   Константин достает из флаера аккумулятор и начинает разводить костер.
  
   Константин. В замечательное место меня занесло. Люди ночью в чистом поле замерзают, всем об этом известно, но они не шевелятся, чтобы о них никто плохого не подумал...
   Бетти. Ты можешь и не мерзнуть, просто смени настройки восприятия температуры.
  
   Костер разгорается, садятся рядом.
  
   Константин. Нет уж, пусть мне будет холодно. А то если так пойдет, то мне и здравый смысл скоро отключить придется. Пока что он больше с окружающим миром не в ладах, чем тело. Кстати, про здравый смысл. Ты мне рассказывала, как меня воскресили, теперь расскажи, зачем?
   Бетти. О, на то есть не одна причина.
   Константин. Например?
   Бетти. Например - нам нужна помощь. Перед человечеством сейчас стоят те же задачи, что и в твое время. И у нас так же велик риск так же с ними не справиться. Я говорю об освоении космоса. Сейчас, как и в твое время, большинство людей задает вопрос: "А зачем нам это нужно?" Я принадлежу к тому меньшинству, которое считает, что это не космос нам нужен, это мы, люди, и нужны для освоения космоса. И ты, как человек из эпохи, в которую, несмотря на противодействие большинства, полеты все же совершались, ты можешь нам многое дать. Понимая лучше людей прошлого, мы лучше поймем себя. Ведь ты, скорей всего, таки участвовал в полете на Марс. Так что вероятно ты поможешь нам найти новые аргументы за космос, поможешь склонить большинство на нашу сторону.
   Константин. И, дай я угадаю, вы проголосовали и решили, что воссоздать меня здесь будет вполне уместно, так?
   Бетти. Да. Ресурсов тех, кто был за, вполне хватило на этот проект.
   Константин. Понятно. У нас как раз подходящая ситуация для страшных историй. То есть никаких вопросов о моральной допустимости такого "воскрешения" у вас не возникало?
   Бетти. А как что-то может быть морально или нет по отношению к кому-то, кого не существует? Допустимо ли нечто по отношению к людям несуществующим определяется нравами ныне живущих и их желанием или нежеланием, чтобы с ними поступили так же после их смерти. В данном случае большинство ничего плохого в таком воскрешении не усмотрело.
   Теперь же, когда ты уже здесь, ты признан зрелым человеком и имеешь те же права, что и любой другой. Так что нет никаких оснований говорить об аморальности нашего эксперимента.
   Константин. А если я не захочу участвовать в вашем эксперименте и консультировать вас?
   Бетти. Имеешь полное право. Только ведь эксперимент состоит и в наблюдении за твоими оценками и действиями. Твой отказ будет тоже результатом, который даст данные для анализа особенностей мышления вашей эпохи. И пусть даже подашься в отшельники, мы все равно будем видеть тебя через внешние камеры, как мы видим всех их.
   Константин. Так, а кто такие эти отшельники?
   Бетти. Это люди, вышедшие из нейросоца. Они отказываются передавать обществу информацию о себе, многие даже не имеют автономных медицинских нанов в теле. Это их добровольное решение, общество лишь отказывается в ответ предоставлять им свою информацию, поэтому они не имеют выхода в сеть. В остальном они вольны делать, что хотят.
   Константин. Ага, значит диссиденты есть и у вас! И что, их действительно ни в чем не ущемляют?
   Бетти. Общество - нет. Они сами себя ущемляют, ведь они не могут делать ничего, что требует доступа в сеть. То есть практически ничего из того, чем занимаются современные люди. Они не могут делать не только ничего общественно полезного, но даже и просто получать пищу и пользоваться транспортом. Поэтому в городах их нет, они живут в небольших поселениях в провинции. Живут, как жили люди тысячу лет назад.
   Константин. Но ты сказала, что хоть они и отказались делиться информацией о своей частной жизни, за ними все равно есть наблюдение?
   Бетти. Как и за всеми людьми. Наны есть везде, поэтому даже если человек отказывается делиться информацией своих внутренних нанов или не имеет их вовсе, его действия все равно видных внешним нанокамерам. Это фундамент нашего общества и его безопасности. Никто не может быть в тени.
   Константин. В таком случае их выбор не сильно разумен.
   Бетти. Безусловно. Да и вообще их мало.
  
   Молчат.
  
   Константин. Так мы отвлеклись. Ты рассказывала, зачем я вам тут понадобился. К чему должен привести успех эксперимента со мной?
   Бетти. К победе.
   Константин. В чем, в соцсоревновании?
   Бетти. В войне.
   Константин. Ничего себе. Я думал, вы хоть от войн смогли избавиться.
   Бетти. Войн в твоем понимании у нас больше нет. Раз ресурсов достаточно на всех, то и поднимать вопрос об их переделе, тем более путем вооруженной борьбы, никому не нужно.
   Но, говоря о достаточности ресурсов, я имела в виду, что их достаточно для жизненных потребностей людей. Кое-кто утверждает, что никаких иных потребностей у людей и нет, что наше нынешнее существование вполне удовлетворительно. Якобы мы пришли к той цели, к которой цивилизация шла все время ее существования.
   Константин, подначивая ее: Но так считают не все...
   Бетти. Именно. Ресурсов может быть достаточно для людей, но их всегда не хватает для идей. И другая точка зрения заключается в том, что окончание борьбы за физическое выживание - это как раз начало настоящей истории человека, а никак не ее конец. И настоящие задачи человека никак не связаны с его биологической сущностью. Человек это личность, а не организм. Вот это и есть линия фронта на нашей войне. Гено-меметической войне. Она тихая, но влияние ее на будущее человечества куда сильней всех войн в истории.
   Константин. Мемы это идеи?
   Бетти. Грубо говоря, да. И твое воссоздание, помимо целей, о которых я говорила, это крупнейшая наша победа на этой войне. Ты, телом никак не человек, даже нашими противниками признан таковым.
   И ты, как бы то ни было, наш союзник. Генов у тебя нет, только воспоминания о том, что они тебе говорили. Так что ты в любом случае на нашей, идейной, стороне.
   Константин. А чего вы хотите, так сказать, в перспективе?
   Бетти. Развития. Мы не хотим останавливаться здесь, на старте. Земля вырастила нас, но весь обозримый космос лишен жизни. Мы не можем остаться тут и сказать "Мы хорошо здесь живем, будем и дальше так же хорошо жить." Наши противники - слишком люди, они говорят, что наша задача здесь, на Земле. На деле это означает, что задач у них нет. Они лишь рабы заложенного в них. Это не их мысли, это их гены. Гены им говорят: устройся хорошо, когда устроился - помоги близким, вот и все твои задачи.
   Константин. Люди и теперь делятся на тех, кто хочет устроиться в мире и тех, кто хочет устроить мир.
   Бетти. Да. Мы не можем ждать миллиард лет, пока гены решат выйти в космос. Мы обустроили Землю, но это как раз значит, что нам надо идти дальше, а не останавливаться. Здесь дело сделано - мы должны направляться вперед и обустраивать космос докуда у нас хватит сил. Космос холоден, пуст и негостеприимен, нас там никто не ждет - говорят наши противники. "Да, соглашаемся мы, и наша задача это исправить." Увы, мы не можем просто позволить каждому оставаться при своем мнении.
   Константин. Почему?
   Бетти. Ресурсы. На первых этапах, да и потом тоже, освоение космического пространства будет очень сильно зависеть от земных ресурсов. Вся Земля должна будет с полной отдачей работать на космос.
   Константин. Может быть, стоит двигаться маленькими шагами, понемногу?
   Бетти. Нет! Колонии должны стать самодостаточными как можно быстрей. В противном случае они всегда будут игрушкой, любопытным довеском к Земле, не более. Если они останутся зависимыми от поставок, то всякое колебание общественных настроений будет грозить срывом их снабжения. При таком раскладе неминуема будет их гибель, как и случилось в ваше время, при первом освоении космоса.
   Константин. Смотри, кто-то едет?
  
   Встают, всматриваясь в даль.
  
   Бетти. Да. Этот кто-то решил перемещаться в отсутствие связи.
   Константин. Бунт? Не все по сигналу стали "смирно?"
   Бетти. Это отшельник. Ясно. Никому больше такое в голову и не пришло бы.
   Константин. И он едет к нам. Они опасны?
   Бетти. Нет, наверное...
   Константин, шепотом. Хм. Однако, у него ружье.
   Бетти. Они охотятся.
  
   Звук шумного гусеничного вездехода приближается. Отшельник глушит мотор и входит. Останавливается в замешательстве. Похоже, он ожидал увидеть кого-то другого. Потом все же подходит.
  
   Отшельник. Доброй ночи! Я Финнеган, охотник. Вы позволите у вас погреться? Замерз в дороге.
   Константин. Прошу. Я Константин Багров, а это...
   Бетти. Беатрис.
   Отшельник. Рад знакомству. (садится, Константин садится, Бетти стоит) Люди из города нечасто разводят здесь костры.
   Константин. Я не из здешних городов. У нас свои традиции.
   Отшельник. Хорошо. Значит выздоровление возможно. Когда я жил в городе, никто ни о каких традициях и не думал. (оглядывает аккумулятор и потрепанный флаер) И что же ваши традиции вам предписывают...
   Бетти, резко. На звезды полюбоваться.
   Отшельник. А зачем же костер?
   Бетти. Холодные они. Греться надо.
   Отшельник. Но не любой же ценой. Отсюда, от костра, звезды видны куда хуже, чем из степи.
   Бетти. Но, тем не менее, вы здесь.
   Отшельник. Но не потому, что я хотел смотреть на звезды. Простите. Вы, я слышал, говорили о полетах? В степи звуки разносятся далеко.
   Константин. Да.
   Отшельник. Как это похоже на нынешний мир. Вы иногда рассуждаете о звездах, но не отходите от костра. Если бы вы их видели ясно, у вас бы не возникало вопросов, нужны они или нет.
   Константин. Вы, стало быть, считаете, что в космос необходимо лететь?
   Отшельник. Вам - нет.
   Константин. Почему?
   Отшельник. Долететь дотуда - не самоцель. Ценность в свершениях. Если вы решите тратить свои излишки на это, то вы лишь будете расширять ваше сытое общество в космос. Как будто присутствие там само по себе чего-то стоит. Насколько я знаю, спор у вас ведется между теми, кто хочет жить в комфорте на Земле, "самосовершенствуясь", и теми, кто хочет того же, но на другой планете.
   Бетти. Откуда вы знаете?
   Отшельник, усмехаясь. Ну ведь информация общедоступна, не так ли?
   Словом, все тянутся к высокому, кто внутрь, кто наружу, но от кровати и четырехразового питания отказаться не согласны. В итоге вы заняты таким вот перетягиванием кровати.
   Бетти. Ошибаетесь. Сторонники космоса как раз считают, что нужно пустить на него все доступные ресурсы.
   Отшельник. То есть вы надеетесь, что незначительное урезание пайка породит титанов духа?
   Бетти. При чем тут это? Нам не нужны герои, мы считаем лишь, что нам нужно поставить своей задачей выход в космос. Методично и планомерно осваивать, выделяя на это львиную долю ресурсов.
   Отшельник. Вот. Вы хотите методично и планомерно, рутинно, совершать подвиг. Ведь речь идет о величайшем деянии. Но, по вашим словам, оно не должно включать никакого героизма, лишь план и график. Я даже верю в то, что может и выйти. Я только не понимаю - зачем? Для галочки, выполнить очередной пункт плана. А ведь просто дойти хоть докуда вряд ли само по себе полезно. Полезно получить этот опыт, чтобы стать лучше. Вы не хотите развить лучшие качества в человеке, вы лишь хотите занять место получше, не обращая внимания, по вам ли это место.
   Бетти. Это уже эзотерика. Смысл жизни - в ее распространении.
   Отшельник. Верно. Но вы ведь хотите распространять не всякую, а именно вашу, не самую лучшую. Ведь не людей же вообще вы хотите распространить, а свое общество. Скорей общество нынче есть форма жизни, не человек. Вот ответьте себе, как у вас можно быть хорошим человеком? Не "хорошим" в смысле "нормальным", а именно выдающимся, лучше среднего? Ведь остался только профессионализм, никаких личных качеств. Все, чем гордились раньше - самопожертвование в интересах ближних и дальних, бескорыстие и работа на общее благо - стало у вас обычным и даже обязательным. Выбора нет. Во всех с детства закладывается такая программа. А где нет выбора, нет заслуги.
   И вот сейчас вы хотите лишить людей нынешних и будущих гигантского поля для проявления лучших качеств - просто проголосовать и дальше воспитывать всех в этом ключе. Все будут железно уверены в том, что надо осваивать другие планеты. Методично и планомерно.
   Константин. Вы мне напоминаете мое детство. Я тогда читал книгу, где главный герой, ученый, уничтожает созданный им микроорганизм, способный в считаные месяцы превращать безжизненную атмосферу во вполне землеподобную. И делает он это по сходным причинам - получая новые планеты без усилий, люди утрачивают возможность к совершенствованию через преодоление препятствий. Да, ты права, хоть и без малого тысяча лет прошла, но вы все еще стоите на той же развилке, на которой стояли мы.
   Бетти. Опять. Мы откатывались назад, но теперь мы вернулись на эти рубежи с новыми силами и средствами.
   Отшельник. Тысячу лет? Как так?
   Константин. О, вы же не знаете. Я, сидящий тут рядом с вами - робот, по воле этих дам и господ (кивает на Бетти), воссоздан по моему нежеланному жизнеописанию. А жил я еще во время оно и даже, быть может, принимал участие в первой космической экспансии.
   Отшельник. И вы никогда при жизни... прошу прощения...
   Константин. Ничего.
   Отшельник. Вы никогда не выражали желания быть воскрешенным?
   Константин. Насколько мне известно, нет. И знаешь что, Бетти? Помнишь тут, фразу, что мне приписывается? Я все больше верю, что я такое говорил. Но не про жизнь на Земле под всеобщим наблюдением. Я, скорей всего, сказал это уже на Марсе, имея в виду, что нам придется научится жить в марсианской пустыне, потому что оставшись на Земле мы создадим общество тотального контроля. Как оно и вышло.
   Отшельник. Эх... Близок час Апокалипсиса.
   Бетти. Бросьте. Жить лучше, чем не жить. С допустимостью воскрешения согласилось огромное количество людей.
   Константин. Вот мы здесь втроем, отрезаны от всех других людей, может, их и нет уже. Чем мы не модель общества? Хочешь, мы проголосуем, допустимо ли воскрешать людей для каких-либо своих нужд? Переглядывается с Отшельником.
   Бетти. Нет. (Константин и Отшельник улыбаются) Из нас не выйдет модели общества, разве что во времени. Ты (Константину) - прошлое, господин Финнеган - настоящее, он вроде как и живет при нейросоце, но одновременно он человек твоего, прошедшего, времени.
   Константин. Ну а ты - будущее?
   Бетти. Да. Потому что я понимаю, что у прошлого стоит перенимать цели, но никак не способы их достижения. От старых средств нужно отказываться, иначе будущее так никогда и не наступит.
   Отшельник. Я бы поспорил, кто же из нас будущее. Это вы - настоящее, это ваш мир, с этим бессмысленно спорить. Общество тех, кого вы называете отшельниками, с нашей малочисленностью и кустарной индустрией, оно тем не менее - росток будущего мира. И завтрашний день вырастет из этого ростка. Просто потому, что из вашего общества не может вырасти ничего.
   Теперешняя система ужасно негибкая. Ведь большинство воспитанных по современным технологиям будут и дальше голосовать по шаблону, привитому им в детстве. В вашем обществе свое мнение все имеют только по тем вопросам, которые еще не были проголосованы или проголосованы недавно и потому не всех успели воспитать в этом "правильном" ключе. Стоит чему-то укоренится и оно остается навсегда. Чем дольше живет это чудовище, ваше общество, тем более неповоротливым оно становится.
   И я говорю - ваш план освоения космоса не есть распространение жизни. Это лишь рост этого чудовища, которое старается дотянуться до звезд. Но там не будет новой жизни, там будет оно же, огромное, старое, заскорузлое. И когда оно умрет - не обязательно жить, чтобы умереть - вместе с ним погибнут и все люди, из которых оно состоит. Уж лучше мы дождемся его смерти тут и начнем без этого левиафана, не потратив свои ресурсы на его рост.
   Константин. Извините, но это маловероятно. Даже при исчезновении централизованного управления никто не вымрет. Люди смогут жить действовать и самостоятельно.
   Отшельник. Именно поэтому вы сейчас тут сидите?
   Константин. Уели. Мы действительно в ловушке нейросоца. Нет связи - нет движения.
   Отшельник. Нет связи?
  
   Бетти очевидно недовольна таким поворотом разговора.
  
  
   Константин. Нет. Видите, какая ирония - первые шаги в космос стали рушить нынешнее общество. Новый двигатель что-то нарушил в системе связи.
   Отшельник. Вот как. А что за двигатель?
   Бетти. Неважно.
   Отшельник. Ну почему вы так говорите? Похоже, мы любим технику куда больше вашего. Мне вот это кажется интересным.
   Константин. Мы сами ничего не знаем, мы не специалисты. Просто на здешнем космодроме проходили испытания какого-то двигателя и это вызвало сбои аппаратуры, использующей н-связь. То есть во всей.
   Отшельник. Значит, запуск этого двигателя нового типа выводит из строя н-связь? И это парализует всю систему...
   Бетти. Просто кратковременный сбой.
   Отшельник. Ага. Надо думать, такой пикник входил в ваши планы.
   Бетти. Не ваше дело.
   Отшельник. Прошу прощения, мне наверно лучше уйти.
   Бетти. Не после этого.
  
   Хватает его ружье. Отшельник делает попытку выхватить его, Бетти уворачивается и стреляет. Отшельник падает.
  
   Константин. Что ты...
  
   Бетти резко разворачивается к Константину.
  
   Бетти. Стоять! Этот маньяк хотел уничтожить наш мир, а ты его поддерживаешь?
  
   Константин растерянно молчит.
  
   Бетти. Суд установит, заодно ли ты с ним. А пока - ни с места!
  
   ***
  
  
   Комната в здании космодрома, почти пустая. Из мебели - только стулья, на одном у стены сидит Бетти, второй у противоположной стены пустует. У третьей стены сидит Комендант космодрома, председательствующий на судебном разбирательстве. Посреди комнаты стоит Константин, он говорит в пространство.
  
   Константин....после этого она держала меня под прицелом до приезда спасателей, которые и доставили нас в космический городок.
   Я считаю, что произошедшее отвратительно. Оно подрывает самые основы нейросоца. Человек был убит просто за свои взгляды. Он не был замечен ни в каких враждебных нейросоцу действиях, а взгляды его были известны и раньше - иначе почему бы он стал отшельником? Не вы ли считаете свободу взглядов вашим достижением?
   Да, ему стала известна уязвимость основы вашего общества - и что же? Случившееся таким образом еще и преступление против свободы информации, которую вы считаете величайшей ценностью.
   Что остается от вашего мира после этого убийства? Свобода иметь мнение из неопасных? Свобода знать то, что нельзя употребить во вред? А есть ли такие знания вообще?
   Но это одна сторона сегодняшней трагедии. Были отвергнуты не только принципы общества. Была зачеркнута его цель. Ведь цель безопасность, не так ли? И вот внезапно - кто теперь в безопасности? Ты показался опасным и ты будешь убит.
   О, вы скажете, что Финнеган был убит лишь потому, что решение принималось одним человеком в экстремальных условиях. Нет, это не довод. В обычной ситуации будет только одно отличие. Ты должен будешь показаться опасным большему числу людей. Но опять - всего лишь показаться. (делает паузу)
   Сегодня во имя принципов был убит человек. И сами принципы с ним.
   У меня все.
   Садится. Помедлив, Бетти встает и выходит на середину комнаты.
   Бетти. Что я могу сказать? Вы знаете, что произошло. Вы знаете, почему я так поступила.
   Хотя нет, давайте все же обсудим. Мы не боремся за свою жизнь каждый момент. Мы верим друг другу. Пусть мы и не беззащитны, но мы беспечны. Мы живем так, что опасность не приходит внезапно и потому ее можно не ждать, как не ждали ее люди здесь, в космическом городке. Они работали, налаживали связь и старались разобраться в произошедшем. Как вы думаете, к чему могло привести появление тут в это время десятков вооруженных людей? Появление внезапное, нечто такое, о чем мы знаем только из истории. Но система оповещения впервые при нашей жизни не работала. Эти вооруженные люди легко завладели бы техникой, способной и дальше расстраивать связь - стержень и основу нашего общества. А они не скрывали своей ненависти к нему и всему нашему образу жизни. Сегодня мы стояли в шаге от обрыва - падения в бездну прошлого, в хаос древних времен - без доверия, без сотрудничества и знания.
   Кто из нас на моем месте поступил бы иначе? Мы сейчас узнаем. Давайте голосовать.
   Комендант. Начинаем голосование.
  
   С минуту длится пауза. Бетти сидит, скрестив руки на груди. Константин смотрит в пространство, перед его глазами быстро меняющиеся результаты голосования.
  
   Комендант. Решение принято. Беатрис, вы оправданы.
   Константин вскакивает: Вот вы, которые голосовали за оправдание, ответьте мне, почему?!
   Голос из пространства. Открытость и справедливость нашего общества - наивысшая ценность.
   Константин. Но ведь это решение убьет эту вашу справедливость!
   Другой голос. Разрушение связи убило бы ее гораздо быстрей. А так на основе наших принципов всегда можно найти выход.
   Константин. Я уже все это видел. Мои времена уже показали, что мало что опасней желания обеспечить безопасность любой ценой. Вам кажется, что вы усвоили этот урок и уничтожили недостатки старых методов, поставив над ними всеми новый. Еще более надежный метод обеспечения всеобщей безопасности. В другой ситуации это было бы смешно.
   Но понять, что это не выход, вы сможете только зайдя достаточно далеко. Я там уже был, но вы мне не верите. Хорошо, оставим эту тему.
   (к Коменданту) Скажите, как у вас ситуация с экипажем? Вы нашли замену отказавшимся?
   Комендант. Не для всех. Подготовленных людей мало, да и после аварии и сегодняшнего инцидента энтузиазм подугас. Сомнения в том, стоят ли космические полеты всех имеющихся и будущих жертв, усиливаются.
   Вообще, большинство желающих показывают плохие результаты на психологических тестах в отсутствие н-связи.
  
   Константин. Каргонавты разбежались... (ходит из стороны в сторону в раздумьях, бубнит себе под нос) Космолеты-звездолеты... Голосуйте за полеты... Рифмоплетов - в переплеты!..
   Ладно, вот мое предложение. (повышает голос) Я хочу обратиться ко всем. (выжидает) Вам космос не нужен - он нужен мне. Многие из вас думают, что и на Земле людям хватит места - мне здесь тесно. Кто-то скажет, что космос неуютен для человека - но не для меня. До других планет слишком далеко? Я иду туда уже сотни лет. Дайте мне дойти.
   И пусть сейчас космос пуст и холоден - когда вы туда соберетесь, вас там будут ждать.
  
   Бетти возмущена, Константин останавливает ее жестом.
  
   Константин. Пусть люди решают. (в пространство) Дайте мне ответ.
   Комендант. Голосование начато.
  
   Константин демонстративно отрешен, не смотрит результаты.
  
   Комендант. Решение принято. Вас поддержали. Вы действительно хотите быть включенным в экипаж? Технических проблем быть не должно, никакие перегрузки вам не страшны...
   Константин. Я готов.
   Бетти. Ты думаешь, мы не понимаем твоего замысла? Тебе не удастся разделить наше общество. Мы не будем поддерживать такую колонию.
   Константин. Вы слишком много вложили в распространение своих идей. Непросто будет заставить людей передумать. (собирается уходить, но останавливается, к Бетти) Я на вашей стороне. В отличие от вас самих.
  
   ***
  
   Марс. Плато с торчащими из земли тут и там огромными валунами, вдали -красная пустыня. Входит Константин.
   Константин. Здравствуй, Марс. Зря я жаловался. Загробная жизнь - все же никакая не земная.
   (самому себе, размышляя) Старую станцию, думаю, удастся восстановить. Надеюсь, этот старт будет удачней.
   Ну что ж, посмотрим на наш новый старт. Забавно получается. Здесь почти нет кислорода, но дышится куда свободней.
   (выходит из-за скалы) Итак, передо мной новая планета. Новый чистый лист.
   Единство людей, живущих на разных планетах, вряд ли возможно. И если получится создать устойчивое поселение, у нас будет новое общество. Новый шанс построить лучшую жизнь...
   Ну и кто из нас троих, спрашивается, будущее?
   Обходит скалу
   Что это? О, да у нас тут кладбище первых поселенцев. (стирает песок с надгробий) Вот - Константин Багров. Похоже, проект "Воскрешение" удался. Я вернулся в ту точку, где закончил путь в прошлый раз. Надеюсь, теперь я дойду дальше.
   Еще раз оглядывает могилы.
   Жаль, цветов нет. Но ничего, здесь будет город-сад.
   Поднимает взгляд и смотрит с плато в даль, на пустыню, потом негромко говорит
   Я стою над обрывом и смотрю вдаль. Впереди пустошь, на которой каждый будет открыт взору всего мира. Это наше будущее. Я смотрю на него и оно мне не нравится. Но нас пригнал сюда ветер истории, и он понесет нас дальше, я чувствую его на моем лице. Нам придется научиться быть людьми и в этой открытой всем пустыне.
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"