Туровцева Вера Вячеславовна: другие произведения.

Рубец. Мемуары акушерки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.96*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первый рассказ из цикла "Мемуары акушерки".


Рубец.

(мемуары акушерки)

  
  
   Глава 1.
   Фото из интернета.
   На нем рожают, если что...
   Выдержит-выдержит...
   Как? А вон по этой стремянке поднимайтесь и, ради бога, только на попу не садись - там головааааа...
  
   Вообще не об этом...Один раз в своей жизни я лежала в отделении патологии беременных. Накануне Никитиного рождения. Если быть точной, то легла за неделю до родов, потому что рубец.
   Да, я - рубец...
   Какое-то некрасивое гастрономическое название. Вообще я Вера, но в отделении патологии я была просто рубцом. Прошу любить и жаловать. Такое почти тюремное прозвище.
   Конечно, ко мне так никто не обращался... Ко мне и моим товаркам по отделению и палатам в частности, в принципе никто не обращался.
   Для этого, если что, существовала в отделении громкая связь, которая извещала нас, что по утрам надо сдать мочу, непременно по Нечипоренко и померить давление. Все это делалось безбожно рано, но таковы порядки, спорить не приходилось, да и особого желания не возникало. Чем еще там, в этой патологии, заниматься?
   Бокс наш состоял из двух палат по 2 кровати в каждой, соединенных общим "предбанником", куда выходили двери в два санузла. Это считались козырные боксы, потому что рожала я по контракту с врачом. Люди "рангом ниже" лежали в 4-6 местных полатях без всяких -банников и прочих санузлов.
   Стены были выкрашены в ядовито-зеленый цвет, пружинные кровати кошмарно скрипели при каждом повороте тела, особенно смогли это оценить мои бедные соседки, когда позже Верочка 3 ночи подряд металась в прелиминаре.
   Это было уже больше 6 лет назад, но я до сих пор помню наше отделение.
   По планировке оно типовое: акушерский пост посередине, за ним "холл", где собирались беременные потрепаться и обсудить , кто на этот раз покинул сие заточение и счастливо разрешился от бремени. Счастливые...Мы провожали их, глотая скупые слезы радости и зависти. Радость и зависть: радость за их встречу с малышами и зависть, потому что желание встретиться со своими малышами было гораздо сильнее.
   От поста отходили две коридорные "ветви", со светом в конце туннеля в виде двух окон.
   Основным нашим времяпрепровождением было уминание местного линолеума и хождение от одного окна к другому. Как правило, шли парами, встречаясь, кивали друг другу и продолжали идти. Словно в викторианском романе. Могли ходить часами. Нагуливали схватки.
   А они не приходили.
   Иногда ходила в одиночку, когда одна из беременных падала духом от бесперспективности хождения и в приступе самобичевания проводила весь день в палате, изредка наведываясь в столовую, глотая местную баланду с киселем. Но непременно на следующий день возвращалась.
   2010 год не было смартфонов, не было фейсбука, 3G и вотсапа.
   В отделении царила скука и уныние...
  
   Глава 2.
   Дни сменялись днями, уходили девочки, с фронта доходили некоторые весточки: кто как родил и все ли хорошо. За окном наблюдала за огромной кучей снега и льда, был конец марта и глыба не могла противиться лучам солнца и постепенно теряла позиции, уступая место жухлой прошлогодней траве и земле. Окрестный пейзаж портили только тут и там валявшиеся окурки. Закон о запрете курения на территории медучреждения еще не вступил в силу))
   Работа в отделении кипела: каждое утро после сдачи необходимых анализов был обход врачей или вызов в смотровой кабинет. Непременно с пеленкой и халатом. Конец марта 2010 года ознаменовался полной потерей стыдливости и смущения по поводу собственной наготы. Врачи потеряли всякую половую принадлежность, с учетом того, что почти весь врачебный состав N роддома состоял из особ мужского пола. Опомнилась я лишь после родов, когда выйдя в коридор послеродового отделения в одной сорочке, постовая акушерка строго окрикнула меня, спросив, почему я вышла без халата.
   "Без халата? А зачем, ведь здесь никого нет?" - ответила я.
   "А врачи-мужчины!" - строго сказала акушерка.
   "Врачи - мужчины?!" - недоуменно переспросила я, но вернулась в палату за халатом, чтобы не смущать персонал.
   Каждое утро нам приносили какие-то таблетки и гоняли в холл к холодильнику за свечками. Честно скажу, я не была послушной пациенткой и не могла похвастаться полным соблюдением назначенной терапии.
   Иногда заходил мой лечащий врач и, глядя ему в глаза, я с нетерпением ждала и в то же время страшно боялась услышать прогноз относительно своих предстоящих родов. Ведь пошла 41 неделя, первый ребенок 4.5 кг и после родов не очень все гладко было. Ждем!- говорил он и уходил. Не устоял, видимо, перед возможностью "утереть нос" 25 роддому и заразился моим настроем. Другого объяснения тому авансу, что он мне выдал, я найти не смогла.
   Даже сейчас, спустя годы, я бесконечно благодарна ему за ту терпеливость и самообладание, что он проявил. Не говоря уж в целом про рискованность нашей авантюры)) "3600 , Вера, не больше" - сказал он мне. "Слушаюсь, доктор" - ответила я, отодвигая от себя тарелку с аппетитным гороховым супом, который даже в роддоме умудрялись не испортить, и вгрызаясь зубами в очередную морковку с целью обмануть желудок и лечь спать относительно сытой.
   Первые три дня заточения прошли вполне сносно. Это конечно, не умаляло того факта, что 2х-летняя дочь осталась на попечении моей мамы, но я воспринимала это как небольшой отдых в санатории, правда, без возможности выхода на улицу.
   Смешно было накануне госпитализации, когда я, проделав крюк, отвезя дочку к маме, доехала до роддома (итого 50 км), выйдя из машины и прихрамывая на одну ногу, поплелась с сумками к приемному отделению, мне сказали приезжать завтра - мест нет! "Полный финиш!", но настаивать не стала: отсрочка в один день - дополнительный бонус - и поехала домой, плюс еще 12 км.
   Последующие дни было тоскливо и уныло, но я бодрилась, в отличие от соседки по палате я отбывала срок всего каких-то 4 дня, а она лежала с угрозой и отслойкой в итоге 2 месяца (как потом оказалось). Причем лежала буквально: вставала только в туалет, и то в один из походов туда, мы услышали ее крик и сбежавшись увидели, как по ее ногам струится кровь...Вставать даже в туалет ей на время запретили.
   Я прекратила всякие стенания ибо моя печаль - всего-навсего лишь печалька...
   Шел третий час ночи. Четвертый день заключения...
   Я отчего-то проснулась и , открыв глаза, уставилась в фонарь за окном. "Странно" - удивилась я. "Что меня разбудило?!"
  
   Глава 3.
   Память, как и Москва, не резиновая: что-то бесследно вылетает из головы, некоторые события оставляют за собой, в зависимости от несущих оттенков, тень или шлейф воспоминаний. Однако есть события, запечатлевшиеся намертво. Можно вспомнить до мельчайших подробностей пятно на простыне, отколотый кусок штукатурки на стене и ржавчину, идущую от крана и исчезающую в сливе...
   Помнится запах в душе, холод в коридоре и мигание лампочки в предбаннике.
   Иногда можно было забыть, что на дворе стоял 21 век: окружающая обстановка легко переносила тебя на 20 и даже 30 лет назад...
   Роддомовский быт без времени и четких границ..
   Жесткое расписание, давно установленные порядки и человеческие жизни... Жизнь, зародившаяя новую жизнь... И в этих стенах должно было свершится таинство рождения.
   Сперва я не могла понять, что меня разбудило и, почувствовав некоторую досаду, что снова надо стараться уснуть, а на новом месте это мне всегда дается не просто, я повернулась на другой бок, пряча глаза от фонарного света. И тут она пришла вновь, нарушительница моего спокойствия и сна. Схватка.
   К слову сказать, я не знала что такое не окситоциновая схватка. Эта была несомненно другая, но сказать, что она такая "латентная", как пишут в учебниках по акушерству, я не могла (господа, это ложь!).
   Схватка сгребла в охапку мое тело и легким взмахом подбросило его с кровати на пол. Кровать в этот момент безбожно скрипнула. Мое почти аристократическое воспитание заставило повернуть голову в сторону Ларисы и убедиться, что ее сия эскалада не потревожила: с кровати все также доносился богатырский храп.
   Следующая схватка накрыла меня спустя три минуты, когда я сомневалась идти мне снова спать или остаться на месте и что-то делать, хотя что это "что-то" я не имела ни малейшего понятия. И когда уж я решила, что разумнее всего будет вернуться обратно в кровать и постараться уснуть, и даже сделав несколько шагов в сторону, схватка зародилась где-то у меня глубоко внизу и треснула меня в начале в поясницу, а затем обняла и накрыла с ног до головы. Было ощущение, что кто-то вылил на меня ушат ледяной воды. Сладко-болезненная. Она была такая сладко-болезненная.
   В голове прокрутились события дня...
   Вот меня "чистило" весь день накануне, хотя ни лягушачьих лапок, ни котлет по-киевски в местной столовой не давали: все тот же пресный стол N1 без соли.
   Вот что-то выделилось из меня утром (ради бога только не воды! Повторения предыдущих родов я не хотела, да и вообще отошедшие воды ставили крест на всем моем предприятии). Фууу, это не воды!
   Господи, а это что за желтая сопля?! И как ее много!! Ах, это пробка. Ну кто бы мог подумать: что наверху - то и внизу.
   Аудитор внутри меня воспрял духом, для него нашлась работенка: проанализировав все предвестники и чередовавшиеся каждые 3 минуты схватки, он выдал мне вердикт, что я зарожала. Йохуууу!
   В следующую 3х-минутную паузу я сделала три вещи: я обрадовалась, я попробовала утихомирить адреналин и я прикинула, как прожить следующую схватку.
   Схватка все также началась где-то в глубине и незаметно для самой себя я оказалась у настежь распахнутого окна, вдыхая всё еще морозный мартовский воздух: вдооох - выдооох. Боже, как хорошо!
   Следующую схватку я простояла просто посередине палаты, стараясь ее продышать, но так , как помог мне прохладный воздух с улицы, не помогало ничто, поэтому следующий приступ я провела вновь у окошка. Этакая "Женщина плачет у окна")).
   Когда пошел второй час схваток, я решила, что вот так стоять и ждать схваток у окна нерационально: паузы были такими, что я решила воспользоваться ими и провести их в уюте кроватки, а схватки - у окна-помощника. Сказано-сделано.
   Конечно, тут проснулись все - и Лариса и две Наташи: не зря я упоминула, что кровати безбожно скрипели. Мечущуюся Веру уже не интересовали проснутся ли ее соседки (ради бога, да хоть все отделение), воспитание я засунула куда поглубже - в палате стоял оглушительный скрип и хлопанье то закрывающегося - то вновь открывающегося окна. Лишь редкостная удача позволила избежать мне приклада к голове чем-то тяжелым: девочки с пониманием отнеслись к моей беготне и впоследствии даже говорили, что тихо радовались за меня и мысленно провожали меня на этаж ниже, в родовое отделение...
   Эх, если бы они знали...
   Эх, если бы знала я...
  
   Глава 4.
   Бегая от кровати к окну и обратно, меня занимали две мысли: первая- если меня так плющит с самого начала, то что будет дальше?! Мамма миа!!! И вторая мысль - когда надо сообщить о настигнувшем меня событии врачу, мужу и в какой последовательности?!
   Я решила дождаться 6 утра и вначале сказать мужу, ведь он же должен будет не пойти на работу, а сразу выехать ко мне. А потом уже беспокоить врача. Ведь я же воспитанная московская барышня, и мама с папой учили меня не беспокоить уважаемых людей в такую рань.
   Схватки продолжали идти, но я с ними сроднилась и приготовилась терпеливо ждать установленный самой себе срок, с молчаливого согласия моих соседок, которые если и тихо радовались за меня вначале, но вполне разумно предпочли вернуться в объятия сна и не смущать меня своим пристальным вниманием и сочувственными вздохами. За что им спасибо.
   И вот оно долгожданное 6 утра!!! Еще раньше забрезжил рассвет, отделение начало просыпаться, я написала мужу, чтоб он выезжал.
   И как только мой палец отпечатал последнюю точку, схватки пропали. Совсем.
   Так же внезапно начались, и так же внезапно закончились!
   Я подождала еще где-то около получаса и написала мужу "отбой".
   Меня затопила непонятная жалость к себе и непонимание. Что это было?! Репетиция к празднику Победы??? Или простое издевательство?
   Отделение продолжало жить своей жизнью. А что же я, спросите вы? Истинная дочь мента, я решила никому ничего не говорить... Раз это репетиция, то я решила пригласить всех на премьеру, нечего смотреть на меня в репетиционных трико и облезлой майке. На премьеру я одену лучший костюм и буду блистать ! Так я решила и так я сделала.
   События дня шли своим чередом: анализы, обход, завтрак, стотысячное ктг, обед, тихий час, ужин. Почти как в лагере, то ли в пионерском, то ли в исправительно-трудовом.
   Были неспешные беседы с соседками по палате, байки о предыдущих родах. Ну и книги Марининой, которые я умяла в один присест.
   А еще был журнал "Лиза" (не знаю выпускают ли его до сих пор), оставшийся, по-видимому, от предыдущей владелицы и сыгравший ключевую роль в дальнейших событиях. Он лежал на подоконнике в углу: такой яркий, с какой-то по традиции улыбающейся моделью на обложке. От нечего-читать руки потянулись к нему и начали листать красочные страницы. Там была статья про роды. Очень краткая и очень дельная. И вдохновляющая! Иногда литература в "сети", вот так случайно-неслучайная , бывает очень уместна!
   Поскольку предыдущая ночь была неспокойная, дел в патологии было раз-два и обчелся, то отход ко сну был совершен рано и с большим удовольствием.
   В 2 часа ночи Вера открыла глаза... "Опять!"
   Не буду долго утомлять вас рассказом о том, как шумно было в палате, как снова скрипела кровать и как хлопали ставни, напишу только, что вторая часть Марлезонского балета была красочна, эффектна и длилась дольше, чем в предыдущую ночь! От немыслимого издевательства, преподносимого телом, я скрежетала зубами. В конец обессиленная и злая я заснула и пропустила завтрак.
   В этот день был снова великий и могучий "смотровой" кабинет. Собрался консилиум, вполголоса звучали слова "рубец", "крупный плод" и "41 неделя". От нехорошего предчувствия все внутри сжалось, но...как ни странно меня отпустили ничего не предложив...
  
   Глава 5.
   Вы понимаете, как бы я не старалась скрыть, что меня прихватывает вот уже вторые сутки, в стенах одного помещения это сделать практически невозможно. Тем более когда об этом помимо тебя, знают еще три человека.
   На следующий день о моих ночных при- или зло- ключениях знали все! Кроме медперсонала. Да и им по большому счету было все равно, днем раньше или позже я покину отделение и освобожу вакантное место в патологии: таких как я - рубцов, гестозов, холестазов - вагон и полная тележка. Лишь бы не мешала работу работать!
   Это устраивало абсолютно всех, и меня в том числе: раньше времени я сдаваться не хотела, слишком жива была история двухгодичной давности, когда дуреха Вера поперлась в роддом на отошедших водах (но это совсем другая история).
   Ночные мои метания сочувственно обсуждались в холле, кто-то составлял мне компанию при очередной прогулке, которую по устоявшейся традиции мы не отменяли, и расспрашивал что да как. Особого желания говорить не было, да и чем, собственно, делиться, когда не успев разыграться, буря утихала?! Так мы и ходили из угла в угол, понуро свесив голову. Днем я досыпала недоспанное.
   Готовилась к предстоящей ночи...
   Жизнь в отделении теперь поразительно напоминала кадр из фильма "Если наступит завтра" (кстати, мой любимый), когда одна из заключенных в женской тюрьме решила бежать, и сокамерницы сообща планировали ее побег в тайне от надзирателей и начальника тюрьмы)). Я была та самая мисс Уитни.
   Итак, мисс Уитни ждала своего "завтра". Былой энтузиазм в связи, как мне на тот момент казалось, долгим нахождением в патологии, начал по-тихоньку сходить на нет. И тем не менее я старалась не терять присутствия духа, травила анекдоты и развлекала товарок по несчастью. День в патологии шел как неделя на воле! Начало раздражать буквально всё: и эти ядовито-зеленые стены, и этот линолеум, и эти скрипучие кровати, но самое главное это не-пойми-что последних двух ночей!!!
   В порыве раздражения я перестала отвечать на смс-ки и игнорировала звонки.
   В отделении же следующим днем главной темой обсуждения стали два взрыва в московском метро. Волна горя накрыла абсолютно всех: даже появилась информация, что у одной из девочек погиб родственник. Телевизоры в холле не выключались, ловили сведения о погибших, жутко переживали и звонили мужьям, родителям и друзьям.
   Обстановка стояла гнетущая.
   Чисто физически я чувствовала себя вполне сносно, даже отлично: + 11 кг к добеременным, ходить было легко, никаких отеков, растяжек и геморроя (в прямом смысле).
   Только чуть ранее было ощущение, что малыш находится очень и очень низко, со старшей дочкой такого не было. Она буквально вся меня заполняла: живот круто начинался от изгибов ребер и заканчивался внизу размером с фитбольный мяч)). Сейчас же живот был аккуратнее, дышалось легче, вот только было чувство, что маленькому партизану внутри меня выдали алюминиевую ложку с острыми зазубренными краями и он методично вычерпывал из меня что-то, роя по-видимому себе подкоп. Тоже планировал побег! Хороший малыш! Ощущения пронзали, как электрический ток, засталяя зажмуриваться ...эээаааа
   Предстоящую ночь я ждала как солдат, готовящийся к высадке в Афганистане: в полном вооружении, боевом настрое и решимостью. "Эта ночь будет последней!" - сказала я..."иначе я больше не могу...все это мне осточертело" - продолжило дальше мое бессознательное.
   Вот так я и легла, предварительно почистив зубы, расчесавшись и закрыв глаза: я думала про моё "завтра", которое ,казалось, не наступит никогда..
  
   Глава 6.
   Пришла ночь, вместе с ней через какое-то время пришли схватки: по мне можно было сверять часы - ровно 2 часа ночи. Уже не удивлялась, эх понеслась так понеслась: схватки были ровно такие же, как и предыдущие две ночи - частые, сильные и бестолковые. Мне так казалось. Я понимала, что к утру я должна принять какое-то решение, поскольку решимости становилось все меньше. Мне нужна была поддержка извне.
   Наступило утро... Схватки притихли..
   "Вераааа, ради бога, давай уже заканчивай: сколько ж можно кормить нас историей про твои недельные плюшки, хватит уже заливать! Не верим!"- возможно, подумали вы..Но так все и было.
   С одним отличием: схватки притихли, стали как будто бы издалека, но не пропали совсем. Интервал между ними увеличился, и они как будто то бы растеряли свою силу.
   "Я - невезучая!" - думала я, плетясь после бессонной ночи на завтрак. На самом деле я думала, что похлеще, но цензуру в сети еще никто не отменял и вообще, я - культурная акушерка. По театрам хожу, знаете ли, Бальзака читаю, при слове ж..па краснею.
   После завтрака я пошла спать.
   Прихватывало, но так, как было ночами - нет: схватки не мешали мне совершенно, я их не засекала, и вообще я обиделась! Обиделась на свое тело, которое такое вот неправильное, обиделась на патологию с его концлагерным режимом, обиделась на мужа, ведь всё это из-за него (мужики всегда виноваты, если кто не знал), обиделась на мир! Обида была недолгая, конечно, я вспыльчивая, но отходчивая, но желание кому-то о чем рассказывать пропало: я дулась как мышь на крупу.
   После сна я пошла бродить по коридору, тут и там останавливаясь переждать схватку. Думала, что это просто издевательство: мало того, что теперь они не пропали как раньше, они решили меня в конец доконать: идут себе такие, никакущие, и как им не стыдно, вы мне скажите!? Ух, как я была зла!
   Обед прошел. Схватки стали посильнее, но разочарование предыдущих ночей не позволяло мне радоваться: я снова думала, что они исчезнут и не ждала от них никакого прогресса.
   "Я не рожаю!"- горько вздыхала я.
   "Скоро меня зарежут!" - пессимистично поднял голову червяк.
   "Замолчи!" - рявкнула я на него.
   Интересно, разговоры в голове - это признак психического расстройства?! Мне еще тогда надо было обратиться за консультацией к психиатру или это нормально?!
   На самом деле вмешались девочки: видя мои "охи" и "вздохи", которые так и не закончились после наступления утра, они сказали, чтоб я вызвала врача и наконец удовлетворила всеобщее любопытство: неужели все эти выхлопы были холостые??
   Что я теряю? Ну подумаешь, скажут, что там ни-че-го, хуже же не будет! На операцию я не пойду, напишу отказ. Я конкретно не думала, что я буду делать в случае, если я мне предложат кесарево, а я откажусь, но ложится под нож я не собиралась. Нет уж, увольте... Наверное, снова придется разрывать контракт. Далеко мои мысли так не заходили, я просто пошла , точнее я поплелась на пост и попросила вызвать дежурного. Кодовое слово "схватки".
   Дежурный пришел. Взяв пеленку и халат, вышколенная, бритая и прихватывающая Вера почапала на осмотр. Та-да-да-дам... - звучало в голове. "Наверное, так себя чувствовали узники, взбираясь на эшафот" - голос внутри продолжал вести свой монолог. Я лишь помалкивала.
   Дежурный посмотрел и сказал, чтоб я шла в палату...Чтооо?? И всё???
   Вы очень любезны и многословны, сударь!
   Доковыляла до палаты, меня окружили соседки. Не успев им еще ничего сказать, вдруг зашла постовая и сказала, чтоб я собирала вещи, звонила мужу и в общем: остава счастливаться. В смысле? "В смысле, ты спускаешься вниз, в родовое. Ты в родах!" - ответила акушерка. "Собирайся"- нудно и неэмоционально повторила она.
   Зато у меня эмоций было на нас двоих, даже на все отделение!!!
   Волна радости накрыла меня, я начала бегать по палате, рассовывать свои вещи по пакетам, девочки с еще большим энтузиазмом помогали мне (конечно, ведь они наконец-то выспятся). Позвонив мужу, тот врачу, который недовольно пробурчал, что только-только уехал, схватив бутылку с разрешенной водой, я приготовилась к новому приключению.
   Наконец-то!!!
   Впереди была неизвестность, еще более пугающая, но радость от сознания, что все сдвинулось с мертвой точки была гораздо выше!
   А вон и муж подъехал (наше окно аккурат выходило на дорогу и ворота, куда с большой частотой заезжали карета скорой помощи и машины на выписку. Счастливые! У них все позади, а я еще даже не знаю, родит ли рубец, то есть я).
   Сказав акушерке, что приехал муж, обнявшись с девочками, утерев слезы прощания и получив последние напутствия, под белы рученьки я уходила на фронт...
   Двери лифта закрылись, и он медленно начал спускаться вниз...С каждым пролетом меня отхватывало спокойствие и уверенность. Все будет хорошо! - думала я.
   В 17.30 я вышла из лифта и огляделась. Вокруг меня простиралось родовое отделение...
   Я улыбнулась еще шире и пошла навстречу неизвестности..
  
   Глава 7.
   Из анамнеза я знала о себе следующее:
   повторнорожающая дамочка 25 лет, не судима и ранее не привлекалась. Беременность вторая, роды вторые. Рубец от предыдущего кесарева сечения (2007 г), выполненного в нижнем маточном сегменте по Джоэлу-Кохэну. Крупный плод. Анемия (подумаешь, 102 г/л, не в гроб же класть). 41 неделя. ПДР 24 марта (а сегодня 30е, то же мне криминал). Всякие сифилисы, гепатиты и употребление наркотиков - отрицает. Конечно, отрицаю! Кто б угостил? Все ж жадные))
   Замужем, образование высшее, фактический адрес проживания с регистрационным не совпадает. Половая жизнь с такого-то возраста, менструации регулярные безболезненные (и много это информация дает?? - думала я ).
   Еще я знала о себе, что я тонкой душевной организации человек, виртуозно играю на нервах и готовлю вкусный суп-пюре (в особенности сырный и из шпината), а от моего французского пирога из лука-порея друзья проглатывают язык. Но, увы, эта информация никого не интересовала: к сожалению, на характер родовой деятельности и динамику раскрытия шейки матки умение готовить никак не влияло((( эх! Много они знают.
   Родовое отделение, по-видимому, было такое же "блатное", как и бокс в патологии наверху, где я терла бока в течение недели: только одна палата была занята, в целом же в отделении стояла гробовая тишина, и само оно находилось в подвале (возможно, память меня и подводит, но я вспоминаю, что это был именно подвал - в палатах и в коридоре не было ни одного окна).
   Все палаты, а их было около пяти, были отделены друг от друга наполовину стеклянной перегородкой.
   Первое, что я сделала, когда зашла в свою - опустила жалюзи: из соседней палаты доктор удивленно посмотрел на меня, а я ему, немного растерявшись, ...подмигнула и улыбнулась. Он, наверно, не знал, что рожать надо непременно как завещал дедушка Оден (ой, простите, он еще в здравии ,а я им так бесцеременно распорядилась): с соблюдением трех "Т" - тепло, тихо, темно.
   Обезвредив одну пару глаз, я оглядела бокс, в котором мне предстояло рожать: слева по стенке стоял столик с лучистым теплом, на нем, я знала, проводят осмотр малыша, затем шли рабочие поверхности манипуляционных столов, по правой стене стояла кушетка. Ровно посередине царствовало кресло-кровать Рахманова.
   Ужасное зрелище, скажу я вам! Все такое было металлическое и излучало холод! Ванны не было, из подручных средств только фитбол!
   Вдоль стен также стояли куча емкостей - баки для грязного белья, лохани с дезрастворами, ведра с отходами класса "Б" и "А"- и биксы - круглые, опять же металлические, напомнивашие какие-то неопознанные-летающие объекты из книги Гарри Гаррисона.
   Пахло далеко не как в магазине Рив Гош - здесь царил запах антисептиков, хлорки и медикаментов. "Не сахарная, не растаешь!" - прозвучал голос. Ага, он еще здесь! "Товарищ, замолкни, я рожаю! Ты сбиваешь меня с родового процесса! ".
   А родовой процесс, кстати говоря, продолжал идти. Никаких схваткосчиталок, понятное дело, тогда и в помине не было, а озаботиться ручкой и бумажкой мне было недосуг. Какой интервал и какова длительность моих схваток я не знала. И мне было на это просто на-пле-вать. Схватки были и всё! По силе они так и остались чуть слабее ночных, но тем не менее шли, и я на них улетала, представляя себе Крым. Лето. Отпуск и мыс Тарханкут (увы, не Мальдивы. Не заработала еще), куда мы ездили с родителями и братом в далекие наши 11 и 12 лет. Как мы, зайдя глубоко в море, стоим в легкий шторм на подводных скалах и волны хлестают с силой и пытаются откинуть тебя назад, а ты, раскинув руки широко-широко, податливо принимаешь на себя всю силу стихии и волна, так и не сбив тебя с ног, уходит назад и набегает новая. И так повторяется снова и снова. И это кайф! И совершенно не больно!
   Ты просто закрываешь глаза и представляешь себе эти волны и их мощь. Быть в потоке и не сопротивляться!
   Романтика!
  
   Глава 8.
   О рубце я не вспомнила ни разу, и когда врач, периодически нажимая внизу, спрашивал болит ли, и слыша в ответ "а должно?" , понимал, что нет. Все схватки отдавали в поясницу. "Потому что больная спина" - думала я. "И голова" - вторил голос.
   А что же муж? Поначалу он пытался мне как-то помочь, но все, что мне от него было надо, это его молчаливое присутствие. Просто быть рядом. И всё. Ах, ну и пресловутый стакан воды.
   Почти все схватки я провела стоя на ногах, покачиваясь и пританцовывая вприсядку- именно эти покачивающие движения приносили невероятное облегчение как ничто другое: никакой сверхсильной боли, только чувство напряжения, то наплывающего, то схлынувающего с тела подобно приливной волне. Пересаживалась на фитбол и снова танцевала, покачиваясь в такт напряжению внутри.
   Иногда мне казалось, что я участвую в каком-то розыгрыше: по сравнению с первыми родами (тогда меня начинили всем, чем можно, списав, вероятно, истекающие сроком годности сильнодействующие препараты), когда схватки были аццкий ад, эти же были мягкими и вполне безобидными. При этом я рожала, и это вселяло в меня спокойствие, что в этот раз я выдержу, пройду этот путь до конца.
   Мой врач был невысокий, бородатый, большой, как медведь, и все время улыбался! При этом на лицо было то, что улыбался он не потому что чем-то переболел в детстве, а просто он - добродушный и славный малый!
   Когда я в первый раз пришла к нему на прием, гонимая тремя врачами, на 39 неделе с хвостиком, он сказал: "Давай попробуем родить, но в случае чего, Вера, Вы понимаете...Да, я все понимаю, доктор! Пробуем, а там уж будь, что будет!" На сим и порешили.
   Он мне сразу внушил расположение : златых гор не обещал, но и не делал умное лицо, досадливо причмокивая губами, намекая, что мой случай безнадежный.
   В родах он был очень тактичен и практически не появлялся. Акушерку родблока я помню еще меньше.
   А вообще это была полненькая женщина, около 60 лет, невысокого роста, напоминавшая нянечку Арину Родионовну. Такой истинный образчик акушерки, не то что я.
   В воспоминаниях мужа, она заходила в палату и деловитым тоном интересовалась, как у нас дела. Видя, что дела у нас и без ее деловитого тона идут замечательно - Вера танцует и не кричит - она уходила, видимо, досадуя, что нет возможности чем-то помочь. Я вообще у всех вызывала досаду: не кричу, не стону, не плачу! Роды по-Есенину.
   В какой-то момент мне показалось, что всё застопорилось: схватки совсем перестали досаждать (или я к ним привыкла, или мои эндорфины хорошо делали своё дело). И я, испугавшись, что прекратила рожать, резко обернулась и попросила мужа позвать доктора.
   Доктор шел очень долго. Вообще мне казалось, что мы одни в этом подвале: тот врач, что рожал по соседству, давно родил и ушел, а мы остались одни. Заколдованное место: на смену жизни является новая жизнь, круговорот рождений, сосредоточение высших человеческих эмоций: любви, изнеможения и силы!
   Доктор, оценив, что схватки действительно не впечатляющие , предложил вскрыть пузырь. Я согласилась и, перебравшись на кушетку, хлынули воды - теплые и много. Светлые. Должны были быть светлые, иначе бы на этом я поставила точку и написала, что никакого ЕР после КС не было. А это очень скучно, поскольку в мои намерения не входит вас так быстро отпускать: планирую еще какое-то время помучить вас своим "коротким" рассказом.
   Именно в этот момент доктору необходимо было дождаться следующей схватки. У меня же был так называемый "эффект присутствия": когда застенчивый окситоцин прячется при посторонних (да, хоть я сама и не из робкого десятка, о моем окситоцине такого не скажешь) .
   Представляете себе картину: доктор по локоть во мне (рука, кстати, у него была большая, а пальцы как две сосиски, мамой клянусь!), ждет схватку, а ее нет.
   Две минуты нет, три минуты нет, четыре минуты нет.
   Глаза блуждают по потолку, доктор смотрит в пол...тишина... Все в неловком ожидании. Хочется даже затянутся, но, увы, никто не курит, да и не положено, мы же как никак в роддоме: адепт здоровья, материнства и детства. Ах, ну вот и она - еще и года не прошло!
   Поставили монитор и сказали полежать(( 20 минут. А лежа у меня совсееем ничего не происходит. Но что поделаешь, надо так надо! И с молчаливым страданием, явственно читаемом на моем лице, лежа на кушетке под в принципе приятный звук стучащего сердечка ( тук-тук,тук-тук-тук), я стала ждать отмеренные минуты в ожидании доктора.
  
   Глава 9.
   Как только врач зашел в бокс, я подключила все свои актерские способности: "Доктор, ну вот совсем у меня лежа ничего не схватывает, смотрите"...Встаю и демонстрирую как волшебным образом стоя накатывает волна, а ложусь - и тишинааа. Все, естественно, сопровождалось наглядными охами и вздохами.
   Посмотрел доктор в мои честные глаза, оценил наблюдаемую картину, и согласился, что КТГ достаточно уже. Победа! Мы вновь остались одни рожать) .
   Вначале зайдя в бокс, мне он показался большим, холодным и неуютным. Вскорости я поняла, что по большому счету, даже маленького пространства между кушеткой и креслом Рахманова мне было достаточно.
   Хотелось бы написать, что бокс я уставила свечками, чье пламя мягко колышась, помогало мне расслабиться, из динамиков негромко звучала музыка Deva Premal, а нос приятно наслаждался запахами сандала, жасмина и нероли. Но... ничего этого не было!
   Вера не подготовилась к собственным родам! Стыд и позор! Видимо, я сама не верила, что вообще дойду до схваток.
   И тем не менее, ничто не мешало представить и окружить себя сладкими, способствующими расслаблению запахами, светом и шумом прибоя. Немного воображения, друзья!
   В первых родах - вот где было измененное состояние сознания! Я бы сказала, затемненно- одурманенное, а попросту наркотический бред. А в этих - нет! Даже в моменты наиболее ярких ощущений, было понимание, где ты находишься и самое главное, чем себе можно помочь!
   Много позже, просматривая видео о родах, я наткнулась на одни из серии "волшебных": на них немолодая уже француженка в окружении струящейся невесомой ткани, под небесно-красивую музыку, плавно двигалась и звучала в родах. И хотя мой собственный родовой антураж даже приблизительно не напоминал, что было на видео, а звуки и запахи попросту отсутствовали, я сумела увидеть в ней себя. Ее состояние было сродни моему!
   Долго ли , коротко ли, но роды приблизились к потугам. Почему так неуверенно?- вы спросите. Мне казалось, что все прекратилось, а меня загнали на кушетку, попросили лечь на бок, подтянуть колено к уху и выдыхать. Глубоко вдохнуть, наполнив все легкие ударным объемом воздуха, и долго-долго дуть себе на пупок, через сомкнутые в трубочку губы. Аки на вечеринке в клубе Дягилев.
   Ах, как бы мне сейчас пригодилось умение делать всякие асаны, планки и прочее. Но я , кроме хорошего пресса, ничем похвастаться не могла.
   Увы, дождаться любимого Оденом "рефлекса изгнания" мне не дали. До сих пор горько переживаю, добавляя в колонку "ЭТО было не так в моих родах" жирный минус. Дорогие читатели, думаю, давно уже поняли, что роды у меня были "не_волшебные"
   На всем протяжении я ни разу не спросила какое у меня было раскрытие: доктор заходил редко, акушерка появилась ровно начиная с того момента, когда меня уложили на бок. Да и то потом ушла. И я, честно говоря, не хотела этой информации, страшилась узнать ответ: скажут мало, я расстроюсь и буду только и думать, что я сделала не так и как повлиять на это. Скажут много, и что?? Мало ли случаев кс на полном раскрытии. В общем, ни единого шанса, черт подери, ни единого!
   И я, как страус, пряча голову в песок, своим "прогрессом" не интересовалась.
   И вот в потугах началась самая что ни на есть работа!!!
   Если вы спросите меня, какие у меня были ощущения, я вам могу четко их описать. Образ возник быстро и легко.
   Было похоже, что мне дали 50-килограммовый мешок цемента , указали на 15й этаж строящегося дома и велели дотащить этот мешок на вытянутых руках по лестнице пешком! оу!
   Конечно, эти мысли стремглав проносились в моей голове , а на деле не имея представления о прошедшем времени (это одинаково могли быть и час, и два, и все пять), как долго я еще буду продыхивать эти схватки, я просто выдыхала и выдыхала. Дышала этой "свечкой", задувала одуванчиковое поле, гасила свечи у 100-летнего юбиляра!!!
   Мне было очень (нет, не так), мне было ОЧЕНЬ (вот так!) тяжело!
   Казалось, глаза у меня вылетят из орбит, кожа на щеках лопнет, легкие работали наподобие поршня, но все было впустую. Видится мне, что зрелище я представляла из себя удручающее))
  
   Глава 10.
   Вдруг над ухом прозвучал голос мужа: "Вера, ты не так тужишься! Слушай, что тебе говорит доктор! Ты делаешь неправильно!"
   Дорогие мужчины, никогда - НИ-КОГ-ДА не говорите своей тужащейся изо ВСЕХ сил жене, что она делает ЭТО неправильно!!!!
   Слышите?! Ни-ког-да! Только не вы! Кто угодно, но только не вы!
   Иначе вам этого не простят ни-ког-да!
   Я ооочень разозлилась! У меня много мыслей возникло и контрответов на эту его реплику, но здесь я их описывать не буду, не для интернета (а вдруг меня еще и дети читают)
   Хотя возможно, если бы он не произнес тех обидных до слез слов, то я не собрала бы все свои силенки и не выдохнула через себя, что есть мочи, на последнем издыхании головку (странно писать головку отдельно от всего остального, но вы меня поняли).
   И вот, когда мне уже хотелось послать всех на три буквы и закричать, чтоб прекратили издеваться надо мной, что у меня просто нет сил, и мне надо просто чуть-чуть отдохнуть, что нога моя уже приросла к уху, а бок стал плоский, и я просто ненавижу этот свой пупок, и что уже невозможно дуть столько, сколько дую я. И что, ребят, это просто бесчеловечно, вы все тут надо мной издеваетесь!!!
   И вот, когда я до сих пор молчаливо сносившая все это, готова была изрыгнуть эти сто тысяч проклятий в адрес неповинных людей, мне сказали встать и переходить на кресло. Ого!!! Как???
   Между ног было такое чувство, будто поставили распорку, что-то твердое застряло в костях. "Потрогай", - говорят. Твердая, влажная, лысая...голова!
   И что? Вот это так вот надо идти?? И не просто идти, а еще вот и залезть на этот агрегат метр высотой?? Вы тут все с дуба рухнули что-ли, нельзя ли мне остаться на кушетке? "Нет,-говорят - нельзя!" Да, ладно, быть этого не может!?
   "Вера, давай пошевеливайся уже, не время для разговоров" - это мой голос снова тявкнул и присоединился к словам врача и мужа. Предатель!
   Ну ладно, здесь однозначно попахивает дискриминацией, я когда-нибудь об этом напишу и пожалуюсь на ваш шовинизм (кто бы мог подумать, что это произойдет спустя 6,5 лет).
   Окинув оценивающим взглядом эту пыточную машину, я начала восхождение наверх. Осторожно и аккуратно, ведь в промежности стояла голова моего сына! А это не теннисный мячик, а горячо любимая головка, которая так любит сейчас прижаться ко мне, получить свои стотыщ поцелуев, счастливо засмеяться и убежать за очередной вкусной шоколадной конфетой.
   Я не знаю, как вам описать чувства, которые меня охватили...
   Если я напишу вам, что меня затопили умиление, счастье и радость, что я представила вот прям там, в этот самый момент, шелковую кожу своего малыша, его нежные щечки и сладкую попку...Я вам нагло совру!..
   Ничего такого я не испытала...Не сейчас...
   Вся моя беременность - это было сплошное поле боя, когда надо было доказать, прежде всего самой себе, что ты выносишь свое дитя, а затем и родишь его ..сама. Несмотря на заверение всех вокруг - врачей, мужа, родителей. Никто не верил, что я рожу, и не понимал, зачем мне это надо. Что это просто очередная Верина блажь.
   Все эти дни в патологии - это поле боя, с собственными крушениями надежд, обретение новых, борьба с разочарованием, злостью, тоской и унынием, возвращение настроя.
   Роды, в которые никто не верил, даже я в какой-то момент (помните, я писала выше про пузырь..я испугалась- испугалась, что все затухло, а договор был, что в родах мы ничего не будем стимулировать - или оно идет или оно не идет...и вот оно не пошло, мне так казалось. Меня охватили страх и испуг, что пойду сейчас на кесарево, и это было страшно...это крушение, это разочарование, а надо было перестать бояться и идти дальше, а как?! ...Ведь тело меня уже один раз подвело, тогда...в первых родах, и если быть совсем откровенной, я ему до сих пор не доверяю...и вот оно снова меня подводит, ибо почему три дня прелиминар и сейчас слабость?) Вы меня понимаете??? Наверное, хорошо меня поймут те, кто через это прошел: через повторную беременность, через патологию, через рамки и ограничения в виде "не укладываешься по срокам", "тазовое", "крупный плод", "слабость", "несостоятельный рубец", "неготовая шейка"...
   Я была из тех самых "неудобных" "рубцов".
   Не было попок, не было ручек, не было щечек...Извините.. Зато честно.
   Было чувство, что неужели я почти дошла до конца?!...
   Вот она головка...
   Значит, я вот-вот совсем скоро рожу??? Если я сейчас могу потрогать ее пальчиком, то это значит, что я вот еще совсем чуть-чуть потужусь и я рожу?? Правда? Я смогла? Я? Чье тело такое бестолковое, что не смогло родить в первый раз и еле-еле смогло родить второй?
   Представляете, с какой головой идешь в роды? Рубец , на самом деле, не на животе, не под кожей, не на матке. Рубец он в голове...в твоей голове... Проходит толстой неэластичной рубцовой тканью по серому веществу и исчезает где-то в его толще.
   Поэтому попок не было...как и ручек с щечками.. не сейчас.. позже
  
   Глава 11
   Я взгромоздилась на это убожество, по дороге проклиная всех вокруг, включая и этого чертова Рахманова с его дебильным креслом. Вцепилась руками в поручни, ноги в стремена. Блин, как лошадь! Хорошо удила в зубы не дали.
   Акушерка стояла справа от меня и клацала чем-то металлическим. Я строго взглянула на нее и сквозь зубы процедила, что пусть она только попробует меня порезать. Видимо, мой тон был достаточно убедителен, поэтому она спросила, буду ли я стараться?! Можно подумать, я до этого лежала баклуши била! Болваны!!!
   Итак, передо мной стояла задача потужиться в схватку три раза.
   Три так три.
   Как ни странно на кресле было легче, и тужиться тоже было как-то легче.
   Сосредоточенно окинув всех взглядом, собрав все свои силы, глубоко вдохнув
   и задержав дыхание, я крепко-крепко потужилась и... Никитка вылетел из меня как пушечное ядро!!! Весь, разом, в один присест!
   От неожиданности я вскрикнула: так быстро!!
   Длинное буууульк и голова-плечи-тело-ноги выскользнули из меня с такой силой, что я испугалась, что его не поймают!
   Огромное чувство облегчения!!!
   Радость!
   Огромная бесконечная радость как невозможно большой яркий шар света!
   Счастье! ?
   Это счастье положили мне на грудь, вот он мой сладкий колобок, любимый сынишка.
   До сих пор помню как он выглядел, хотя не сохранилось ни одной фотографии. Один глазик у него был примят, красненький и он его не открывал. Лысенький. Личико сердечком. Спокойный и сонный. Он таким и растет, в отличие от своей сестренки. Когда родилась Вероника, она не поленилась сообщить об этом всему роддому.
   Две противоположности.
   И вот он лежал на мне, совсем недолго, и тяжесть его на моей груди возвещала, что он родился. Мы родились с ним вместе в этот миг!
   И он был такой бледненький и не такой щекастый, как Ника, этакий маленький старичок, ласково прижавшийся к груди, которую он не сразу и взял.
   Когда мы чуть насладились друг другом, сына забрали на столик, под тепло, а меня погрузили в сон - контрольная ревизия матки. Мне было на тот момент все равно и потом мы договаривались, что такое будет, заранее. С моей стороны никаких возражений, такая малость по сравнению с возможностью родить самой.
   Прежде чем погрузиться в сон, я схватила доктора и поцеловала ему руку, вы не представляете на что способна женщина в окситоциново-эндорфиновом экстазе.
   "СПАСИБО, доктор!!!"
   Мне снилось, что я нахожусь в ...сыре! Вокруг меня все было сливочным и в дырках, по которым я ступала, а стопа мягко отпружинивала от этого сырного "пола". Приятное чувство. Я держалась за края сырных дырок, но почему-то даже не подумала отломать кусочек и съесть, как какая-нибудь Алиса. Алиса из страны чудес))
   "Вера-Вера, где вы сейчас находитесь? Вы знаете, где вы? Вы знаете, что сейчас произошло?". Так меня выводили из наркоза.
   Я всех простила: и за эти адские часы на кушетке, и за это кресло и свое тело.
   А потом...было все как и у всех! Послеродовое отделение, выписка и домой))
   Я надеюсь, не слишком утомила вас этим повествованием и моя правдивая история, без прикрас кому-то поможет, а может просто скрасит досуг.
   Спасибо всем, кто писал, комментировал и поддерживал меня в написании этого мини-рассказа. Он родился спонтанно, честно я не планировала его писать. Получилось случайно. Писать мне было его легко, хотя казалось бы события 6-летней давности почти стерлись из памяти, ан нет: удивительное дело, как просто можно перенестись мыслями и вспомнить то, что думалось забыто. А ведь роды- это один из самых значимых и эмоционально-насыщенных моментов в жизни женщины, пожалуй, ничто не может сравниться по переживаниям с ними. Поэтому мы и помним до мельчайших подробностей все, что с нами происходило тогда.
   Спасибо, что были со мной на протяжении моей истории, истории моей семьи. Теперь вы знаете меня чуточку больше, такая какая есть. Обнимаю!
   Ах да, и совсем забыла...цифры))
   Никитка родился 31 марта 2010 года в 00.20
   Вес при рождении 4.040 кг, рост - 54 см, голова - 36 см, грудь - 35. 9/9 по Апгар.
   В карте написали, что роды длились 8ч 25 мин, но только вы знаете всю правду.
  
   КОНЕЦ.
   Автор: Туровцева Вера Вячеславовна
   Instagram: @akusherka_vera
  
  
  
  
  
  
  
  

2

  
  
   Рубец. Туровцева В.В. 1
  
  
  

Оценка: 7.96*9  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Пекло 2"(Боевая фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"