Уралов Гелий Иосифович: другие произведения.

Перевернутый мир

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Гелий Уралов
  
  
  Перевернутый мир
  
  Роман
  
  
  
  
  
  
  Москва-2015
  
  
  
  
  
  От автора
  Эта книга написана после моих долгих раздумий о том, что происходит вокруг. Меня смущало то противоречие, между производством и потреблением, которое разворачивалось на моих глазах. Постепенно российские товары полностью исчезли с прилавков магазинов. Одновременно они заполнились ассортиментом разнообразного импорта. Но, что же в этом плохого? Люди, наконец, вздохнули, начали очень много потреблять то, что прежде им было недоступно. Тогда возник вопрос, откуда у них деньги для этих приобретений, ведь у нас прекратился выпуск всего российского. Да, увеличился экспорт сырья, нефти, газа, металлов. Казалось бы, только в этих районах и отраслях, где работают не многие, создавались успешные условия для богатой жизни. В других же местах, в городах и весях, население должно было бы быть бедным и не в состоянии приобретать этот импортный навал. Однако на самом деле получилось совсем не так. Вдруг, откуда не возьмись, страна переполнилась шикарными зарубежными автомашинами, продовольственные магазины уже не могли размещать на своих полках разнообразие продуктов, а рынки и огромные торговые центры кипели от толп покупателей, расхватывающих все от телевизоров, стиральных машин до женских колготок. Оказалось, что те несметные средства, выручаемые от экспорта, перераспределились, правда, неравномерно, на все остальное население. Появилось много различных государственных служб, учреждений, политических институтов. Там платили высокие зарплаты. Банки, и чиновники большого ранга приспособились распиливать государственный бюджет и закачивать распилы в свои собственные карманы. И все они хватали, приобретали, улучшали своё существование. Страна превратилась в общество потребителей. Халява стала основой. Производители потребительских и сельскохозяйственных продуктов оказались никому не нужны.
  О них забыли, они просто болтались под ногами, мешая другим. Выросло Новое поколение, для которых созидание, движение вперед к свершениям, достижениям в науке и других сферах, стали совершенно ненужными. О таких людях нашего времени я и постарался изложить свое видение, описать это так, как мне это видится. Мне представлялось, что все должно быть по-другому.
  По этой причине я и назвал свой роман "Перевернутый мир"
  Все мои герои вымышленные, нет ни одного прообраза, на который я мог бы сослаться. Вполне возможно, что я воспринимаю окружающий мир не так, как это делают другие, но это их проблемы, пусть не обижаются. Всегда для меня были главными, созидатели, руководители и организаторы различных производств, или, как сейчас, принято, владельцы малого и среднего бизнеса. Я уверен, что только они в состоянии изменить окружающий мир.
  Гелий Уралов.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Миллениум
  
  
  
   Заканчивался прошлый век. В этот последний день уходящего столетия Люда наконец-то почувствовала себя свободной и смогла спокойно вспомнить то, что было в прошлом, собрать свои мысли и приготовиться к встрече нового тысячелетия. Предновогодние недели были очень суетливыми. В её кругу знакомых, близких друзей и сослуживцев было много разных размышлений предсказаний предчувствий. Все лихорадочно готовилась к встрече этого важного события. Казалось, что они очень боятся опоздать на последнюю электричку, которая не сумеет их доставить в новое будущее. Сегодня она встала позже, чем обычно, был выходной предпраздничный день. В приоткрытую дверь спальни доносились какие-то звуки из их большой министерской квартиры в сталинском доме, расположенном на Фрунзенской набережной Москвы.
  
   - Людуля, кофе будешь,- донеслись из кухни слова мамы.
   - Да буду, иду мамочка,- прокричала Людмила.
  
  В этой большой квартиры они жили вдвоем с матерью. К сожалению, так случилось, что отец вдруг почему-то развелся с мамой и женился на молодой 30 летней женщине, которая была на 20 лет его моложе.
  Людмила набросила халатик, вышла на кухню, поцеловала маму, и они вместе выпили утреннее кофе.
  
   - Ну, как у вас все готово к встрече,- спросила мама.
   - Да, мамочка, а как у тебя?- Мама работала коммерческим директором в одной крупной московской рекламной кампании и была самостоятельным человеком. Людмила знала, что они встречают новый год корпоративно.
   - Да, все готово и организовано очень хорошо,- ответила мама.
   - Ну и отлично, я пойду к себе,- сказала Людмила, вернулась в спальню, села у туалетного столика и начала приводить в порядок своё лицо. Прозвучал зуммер мобильника. Людмила потянулась к тумбочке, взяла телефон и посмотрела на экран. Звонила подруга Елена.
  
   - Люда привет, ты уже встала, ну конечно, я думаю, в общем, так, Игорь приглашает в нашу компанию своего приятеля Василия, очень хороший парень, как он говорит, ты не будешь возражать?- щебетала скороговоркой она.
   - Нет, не буду, мне как бы без разницы,- ответила Людмила.
   - Вот, и хорошо, встречаемся на Лубянке в десять, договорились, все пока.
  
  Людмила в этом году была в одиночестве, приятель, Сергей уехал в заграничную командировку и уже давно перестал почему-то звонить и общаться с ней.
  Постепенно ее наполнили воспоминания о прошлом, об уходящих месяцах и годах жизни. Счастливое школьное время. В честь окончания школы отец устроил для семьи большое круизное путешествие вокруг Европы, в которой она впервые побывала практически во всех европейских столицах. В этой поездке она познакомилась с сыном одного артиста, и подружились с ним. Это была фактически ее первая любовь, но затем они почему-то разошлись. Время поступления в университет. Ее отец был ответственным работникам министерства иностранных дел, и естественно поспособствовал, чтобы она прошла по конкурсу в МГИМО. Людмила получила блестящее образование, она закончила престижный Факультет Международного бизнеса и делового администрирования. Факультет занимался выпуском менеджеров в области управления внешнеэкономической деятельностью. В рамках программ дополнительной подготовки она освоила три иностранных языка: английский, немецкий и испанский. Для практики ездила в эти страны.
  После окончания обучения на бакалавра, продолжила учебу в рамках магистерской российско-французской программы 'Международный менеджмент' и защитила дипломную работу на тему "Принципы и механизмы руководства крупными акционерными компаниями разных стран ". Затем её 'с руками и ногами' приняли на работу, в Австрийско - Российский банк в Москве. Где она и трудилась в настоящее время ведущим специалистом в аналитическом отделе управления операций на рынке капиталов. Все было хорошо, но почему-то в личном плане у нее не клеилось, предыдущие встречи с разными парнями и мужчинами были неудачными. Ведь многие ее сокурсники и подруги по школе уже давно вышли замуж и даже имели детей.
  
   -Василий, так Василий,- подумала она,- посмотрим, что из этого получится,- и продолжила дальше собираться к новогоднему торжеству.
  
  Вечером как договаривались, встретились в 10 часов на Лубянке около метро. На площади было очень много людей, в центре стояла ярко сверкающая разноцветными лампами елка, рядом на смонтированной платформе, эстрадный ансамбль бодро исполнял различные танцевальные мелодии. Было шумно и весело. На Людмиле была короткая шубка из серой норки, которая ей очень шла и которую она приобрела специально для встречи нового года.
  
   --Ой, как здорово!- вскликнула Лена, - это ты когда успела,- продолжала она, показывая на обновку Люды.
   --Да, так по случаю,- отмахнулась Людмила.
  
  Компания, в которой они собирались встретить новый год, состояла из шести человек. Одна семейная пара и четверо холостых ребят. Игорь, молодой человек Елены, заказал для них столик в ресторане около Пушкинской площади на малой Дмитровке.
   Василий, молодой розовощекий парень, предназначенный в этот вечер для Людмилы, как этого хотела ее подруга, в куртке пуховке Аляска, вначале немного стеснялся, но затем, улыбаясь, предложил всем присутствующим.
  
   - Ребята чтобы всем было хорошо, а я еще не освоился, я предлагаю, давайте разопьем немного коньяка.
  
  Василий достал бутылку, которую он принес с собой, разлил коньяк в пластмассовые стаканчики, все чокнулись и выпили за знакомство, и действительно как-то приподнялось настроение и стало хорошо. Перед тем как отправиться в ресторан решили пройтись по праздничной Москве. По Никитской до Красной площади, оттуда вышли на Манежную, затем через Столешников переулок на Тверскую и Пушкинскую.
  Стояла небольшая морозная погода. Москва выглядела великолепно. Фасады под светились, витрины магазинов притягивали своими новогодними игрушками, включилась шикарная праздничная иллюминация. Большую Дмитровку, Столешников переулок украшали фламинго, а из неоновых мельниц взлетали в небо птицы. На Рождественке светились гирлянды в виде маленьких цветков. Спиральная елка у Кинотеатра привлекала своими мелькающими огнями. На Пушкинской площади у 'Макдоналдса' по всем кронам деревьев шел теплый ламповый дождик, а на Страстном бульваре арками и виньетками были задекорированы почти каждый метр.
  Вдоль Тверской туда и обратно двигались толпы молодых радостных мужчин и женщин с бутылками в руках, они периодически кричала ура и с новым годом. Открывались бутылки, все обнимались, выпивали, а затем почему-то их бросали на асфальт, разбивая вдребезги. Теперь это главная московская улица представляла собой уже месиво из битого стекла и снега, ходить по ней было очень трудно.
  Василий тоже достал свою недопитую бутылку, разлил остатки по стаканчикам.
  
  --С наступающим! - громко сказал он, и первым допил до дна.
  --С наступающим Годом! - прокричали ребята, последовав его примеру.
  
  Выпив и еще больше порозовев, направились встречать Новый Год в свой ресторан.
  Здесь все было в полном разгаре. В гардеробной их улыбчиво приветствовал чернокожий парень, откуда - то специально приглашенный на эту работу, на нем был красный мундир с блестящими пуговицами. Внутри было шумно и весело. Ресторан располагался в старинном особняке. Его главный зал находился на уровне первого и цокольного этажей. Вдоль стен справа и в противоположной от улицы стороне были организованы как бы два уровня, где располагалась эстрада и столы для гостей. Рядом, справа от нее, был накрыт стол на шесть персон, где и разместилась наша компания. На подмостках играл оркестр, и пела блондинка, разодетая в блестящее платье. Расселись. Василия посадили радом с Людой. Наконец на большом телевизионном экране, повешенном за эстрадой, появился новый президент, который произнес небольшую речь и поздравил всех с наступающим годом. Гости, встали, закричала ура, с новым годом, откупорились десятки бутылок шампанского. Бокалы пенились, превозносились вверх, все обнимались, целовались.
  Василий во время тоста посмотрел на Людмилу, улыбнулся, он хотел произвести на нее особое впечатление. Игорь ему говорил, что мы познакомим тебя с очень красивой шикарной женщиной, постарайся ей понравиться. И он начал стараться.
  
  - Ребята,- сказал Василий,- Миллениум, это особый дар судьбы, ведь не каждому выпадает счастье встретить такой знаменательный год. А мне особенно повезло в такой прелестной компании с такими красивыми женщинами. Произношу этот тост за присутствующих женщин!
  
  Его последние слова, конечно, были произнесены в адрес Людмилы. Она это поняла, и улыбнулась ему в знак благодарности. Однако почему-то с первого взгляда Василий был для неё, как-то безразличен. Казалось все при нем, и он улыбчивый, и он симпатичный, и разговорчивый, но бывает ведь так, душа не принимает. Он старался, рассказывал, что только что на прошлой неделе был в Лондоне и видел там Купол тысячелетия на Гринвичском меридиане, который специально построили к этому событию, и еще многое-многое другое. Но это не производило на Людмилу никакого впечатления, он был для нее не интересен. Затем танцевали, затем пели. Все были веселы и пьяны.
  Разошлись утром с открытием метро. Людмила не позволила Василию проводить ее. Она уехала одна, благо до дома было совсем недалеко. В Метро она задумалась о том, что в уходящем веке были свои и радости и плохие времена, но ей казалось, что наступает славное будущее, в котором будет всё только очень хорошо. Однако, никто ещё и не знал, что совсем скоро все изменится, и станет не таким каким они его сегодня представляли.
   Еще в университете Людмила начала увлекаться теннисом. Этот вид спорта был популярным в то время, и она с удовольствием начала ходить на секцию. Теперь уже работая, она не бросила этот спорт, и регулярно продолжала им заниматься. Ее привлекали с одной стороны значительные физические нагрузки, с другой сам азарт игры, ну и вообще это было всегда аристократичным и красивым.
  По средам она, вместе с Еленой, посещала теннисный корт расположенный, недалеко от их работы на улице Троицкая, в Спортивном комплексе "Олимпийский" на проспекте Мира.
  После новогодних каникул, в один из таких дней они с Еленой азартно продолжали третий сет второго гейма. Счёт был 6-6, разыгрывался, тай - брейк. В их запасе было еще 40 минут игрового времени, на которое они арендовали корт. В это время в зал пришли двое молодых мужчин, которые стали у игровой площадки и смотрели за их поединком. Затем один из них предложил.
  
  - Девушки давайте объединим наше время и поиграем вместе 2 на 2.- Они согласились и познакомились.
  
  Один из этих мужчин, который первым к ним обратился, был повыше и очевидно старше другого у него был строгий целеустремленный взгляд, высокий лоб чуть сморщенный к переносице, открытая легкая улыбка. Он представился, как Андрей Георгиевич. Второй со светлыми голубыми глазами прямым носом и тонкими сжатыми губами был Юрой.
  Как они рассказали, оба были научными работниками Бауманки и приехали играть сюда, потому что их корт временно закрыли на ремонт. Объединились, сыграли несколько партий, это понравилось, решили также встретиться в следующий раз через неделю. Встретились, на этой встрече играли попарно в основном трех сетовые матчи. Вначале два на два, мужчины против женщин, затем в смешанных парах. Людмила играла в паре с Андреем. На пятом гейме они выигрывали со счетом два к одному. В третьем сете при счете, пятнадцать на тридцать, подавала Людмила. Ее "Форхенд", удар справа, оказался неудачным. Она задержалась и начала разворачиваться после отскока мяча, скомкала удар и, подпрыгнув, упала, растянувшись в шпагат. Было больно, но она чувствовала, что встать может, однако вдруг, ей очень захотелось, что бы в этом ей помог Андрей Георгиевич. Людмила сделала страдающее лицо и в ожидании помощи посмотрела на него.
  Андрей быстро подбежал, и спросил, - вам помочь?
   - Да, Андрей Георгиевич,- ответила Людмила.
  --Зачем так, зовите меня просто Андрей.
  
   Андрей подхватил ее на руки и понес в сторону кресел для переодевания. Посадил, присел рядом на корточки, и, прощупывая её ногу, спросил,
   - здесь больно,- перешел в другое место, и опять спросил, - а, здесь?
  
   Так он прошел всю ногу, затем начал массировать её снизу вверх. Людмиле было приятно, боль прошла, она с благодарностью смотрела в его глаза.
  
   - Спасибо, спасибо,- сказала Людмила,- теперь я смогу уже самостоятельно двигаться дальше.
   - Нет, нет,- ответил Андрей, - я довезу вас до дома.
  Он приезжал на корт на собственной машине. Они переоделись, затем Андрей посадил её в машину и довез до дома. Поднялись на лифте. Дверь открыла мама.
  
   - Что с тобой доченька,- с тревогой спросила она, увидав дочь вместе с незнакомым мужчиной, который поддерживал её за локоть.
   - Все нормально мамочка я на теннисе немного потянула ногу.
   - Знакомься, это мой партнер по теннису Андрей.
  --Анна Григорьевна,- протянула руку мама и улыбнулась,- заходите, заходите, я сейчас напою вас чаем,- и начала хлопотать вокруг них, усаживая их в большие кресла возле низкого чайного столика.
  
  На следующий день Андрей позвонил Людмиле, и поинтересовался, как она себя чувствует, как нога? Затем он пригласил ее на концерт Рождественские встречи Аллы Пугачевой.
  
  - Люда, я купил билеты на концерт в Олимпийский, но мне очень захотелось побыть с вами, и поэтому я взял билеты только на нас двоих, как вы не будете возражать?
   - Я очень рада, конечно, не буду,- ответила Людмила.
  
  Они сидели в одном из первых рядов справа от сцены. В этом огромном двадцатитысячном зале, яблоку негде было упасть, все места были заняты. К сцене то и дело прорывались невыдержанные фанаты, но работники охраны успешно их отсекали и отводили в сторону. Алла была в ударе, она исполняла самые популярные современные песни. В исполнении неё помимо артистичности и мелодичности, присутствовала четкая артикуляция каждого слова, содержание было понятно, это еще больше украшало атмосферу этого праздничного концерта.
   Они, как все в зале, бурно аплодировали, в это время Людмила смотрела прямо в глаза Андрею, ее взгляд выражал огромную радость, и благодарность за то, что он её сюда пригласил. Но кроме этого, в нее взгляде было еще то, что она еще не могла четко выразить, новое большое чувство. Оно поднималось откуда-то изнутри и охватывало сердце, лицо, мозг. Несколько раз она вкладывала свои ладони в его руки, и через теплоту этого пожатия также выражалось что-то новое, прежде неизвестное, но очень возвышенное.
   После концерта он отвез ее домой. И в этот раз они также посидели вместе с мамой, и попили чай. Андрей немного рассказал о себе. Он был кандидатом технических наук, а в настоящий момент заканчивал докторскую диссертацию, которую в ближайшее время должен был защищать. Он, как и его отец, академик Васильев жили на два города. Помимо Москвы, где у них была постоянная прописка, и в пределах Москвы отдельный двухэтажный дом, их основным местом был областной город, который мы условно назовем Среднерусск. В этом городе был закрытый научно-исследовательский институт, которым руководил академик Васильев, а главным конструктором был Андрей. По возрасту, он был старше Людмилы примерно лет на пятнадцать.
  Андрей очень понравился маме. Когда он ушел, мама посмотрела на Людмилу и сказала
  
   - Ты растешь в моих глазах дочка, серьезный кавалер, крупная птица дай-то бог, чтобы у вас все было хорошо.
   - Да мама, мне он очень нравится.
  
  Они стали чаще встречаться. С каждым разом Людмила все больше и больше открывала в Андрее самые разнообразные знания. Он разбирался не только в технических вопросах, но имел широкое образование в области литературы, искусства, истории. Он рассказал ей о различных исторических событиях. Оказалось, что помимо Бауманки он успел окончить Массачусетский технологический институт в США. Их еще больше объединило знание английского, и они часто в разговоре начали переходить на этот язык. Правда, у Андрея в разговоре было больше так называемых американизмов. Для него Trainer означало тренироваться, для неё спортивные туфли, или Coach тренер, для неё автобус, или Pants брюки, для неё женские трусики и так далее. Но это не мешало, а иногда и вызывала смешки. Так начались их непрерывные встречи. Именно тогда она почувствовала первые влечение к нему, которое затем переросло в большую любовь.
  Андрей прекрасно водил машину, он очень хорошо знал всю Москву, и они, встречаясь, объездили все известные места.
  В Генеральном штабе
  
   В приемной генерального штаба постепенно собирались приглашенные высшие офицеры, генералы, адмиралы и в цивильных костюмах руководители оборонных подразделений. Академик Васильев Георгий Федорович зашел, поприветствовал кивком некоторых ему знакомых лиц, присел справа напротив дежурного офицера.
   --Здравия желаю, генерал,- обратился к нему, подошедший контр-адмирал Савостьянов, и поднял ладонь к виску,- здравствуйте, Георгий Федорович!
   - очень рад,- ответил Васильев, и протянул руку для пожатия Савостьянову.
  Васильев, был генералом, но в отставке, так как по возрасту ему было уже более 70. НИИ Васильева и КБ 'Яхонт' из северного закрытого города, в котором Контр-адмирал Василий Петрович Савостьянов был Генеральным директором, занимались примерно в одном направлении, это были системы наведения и радарные установки. Только у Васильева это было оборудование наземного базирования, а у Савостьянова морского. Прежде Георгий Федорович очень хорошо знал и даже был в дружбе с руководителем этого КБ, таким же, как и он, академиком Петровым. Однако Петров несколько лет тому назад скончался и его место занял заместитель, капитан 1 ранга Савостьянов. Савостьянов закончил в свое время московский институт по безопасности и был представителем питерских чекистов. После назначения, он быстро получил повышение по чину. О генеральской должности он мечтал всю свою карьеру. И теперь очень гордился этим званием.
  Наконец всех пригласили в зал заседаний. Начальник генерального штаба приветствовал приглашенных офицеров и руководителей и затем выступил с краткой речью.
   -Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами поставил перед нами задачи, - начал он своё обращение, - по проведению в нашей стране комплексного переоснащения войск на новые системы и образцы вооружений, а также системы активной защиты бронетехники. Нам необходимо глубже осмыслить ситуацию в области создания и применения высокоточного оружия и активной защиты, а также получить практические предложения по решению научно-технических и технологических вопросов. - По завершению своей короткой вступительной речи, он предоставил дальнейшее ведение совещания, заместителю министра обороны по вооружениям.
   Еще сравнительно молодой, в генеральской форме, но без знаков различия, погон и лампасов, он был человеком энергичным, деловым и сразу перевел ход совещания на обсуждение тематических вопросов. В первой части совещания рассматривались вопросы создания и применения высокоточного оружия. Пока шло это рассмотрение, Васильев сидел и обдумывал то о чем пойдет речь позже, о системе активной защиты. Прежде они занимались этим направлением. Однако затем эта тема была закрыта из-за отсутствия финансирования. Бронетехника, в том числе и танки, были одним из основных компонентов боевого оснащения армий. Конструкторская мысль, непрерывно работала над мощью этого страшного оружия. Первоначально все усилия направлялись на увеличение толщины броневой стали, параллельно, улучшая её качество. Это делалось для того, чтобы снаряды противника не в состоянии были бы пробивать и разрушать броню. Однако в природе всякому действию есть свое противодействие. Появились средства, начиная от элементарных бутылок с зажигательной смесью и переносных противотанковых ракет, которые позволяли пехоте противника с близкого расстояния подрывать и даже уничтожать бронетехнику. Тогда возникла потребность в защите той самой брони от подобных подрывов. Инженеры в разных странах стали разрабатывать системы, которые не позволяли бы снаряду противника долететь до брони, уничтожая их на близком расстоянии. Эти системы назывались "Комплексная Активная Защита" об этом шла речь на данном совещании.
   На столе перед Васильевым лежала подготовленная для него справка:
   По доступной и закрытой информации состояние разработок в направлении создания "Комплексной Активной Защиты" сокращенно КАЗ, можно охарактеризовать следующим образом:
   1. (КАЗ) 'Дрозд' разработка, которого велась в СССР в 1970-х гг. во ВНИИТрансмаше.
   Существующие российские КАЗ, как, впрочем, и любые другие, имели ряд важных недостатков. Главный из них - возможность воздействия сработавшими элементами КАЗ по своей же пехоте и легкобронированной технике, сопровождающей танки.
   2. КАЗ 'Арена' был предназначен для защиты танков от противотанковых управляемых ракет (ПТУР) и кумулятивных снарядов (КС).
   Комплекс состоял из радиолокационной станции, вычислителя, пульта управления, двух блоков преобразования, распределительной коробки, комплекта кабелей, защитных боеприпасов в установочных шахтах. Для обнаружения целей служит многофункциональная радиолокационная станция РЛС с 'мгновенным' обзором пространства во всем защищаемом секторе и высокой помехозащищенностью. Для прицельного поражения ракет и гранат противника применяются защитные боеприпасы узконаправленного действия, обладающие высоким быстродействием и размещенные по периметру башни танка в специальных шахтах. Автоматическое управление функционированием комплекса осуществляется ЭВМ, которая обеспечивает также контроль над его параметрами. Конструкторское Бюро М совместно с электронщиками, в то время, перешли на новую элементную базу и внедрили принципиально новые решения по помехозащищенности бортовой радиолокационной станции. Это позволило компактно разместить и защитить узлы комплекса внутри и снаружи танка.
   Однако вместо государственных испытаний последовало прекращение финансирования. Опытные образцы удалось спасти от разрезки в шихту и передать в Конструкторское Бюро М для использования в экспериментальных работах. Материалы рассекретили, и Конструкторскому Бюро М было предложено для продолжения работы искать заказчика за рубежом. Однако принятию комплекса на вооружение помешал развал СССР и практически полное прекращение финансирования оборонной отрасли. Если в конце 80-х годов СССР опережал развитые зарубежные страны в разработке активной защиты на 10-15 лет, то в настоящее время этот отрыв практически потерян.Несмотря на успешные испытания, работа по КАЗ 'Арена' вначале 1990-х гг. была остановлена. Все работы тогда велись под грифом 'секретно', ничего нельзя было записывать, поэтому, то, что могло быть сохранено осталось лишь в памяти конструкторов работающих по этой тематике.
   Зарубежные данные:
   В США разработка средств активной защиты бронетехники идет в рамках контролируемых Автобронетанковым управлением армии США (TACOM) программ Full Spectrum Active Protection (FSAP), Full Spectrum Active Protection Close-In Shield (FCLAS), на финансирование которых выделены значительные средства. Целый ряд проектов APS получил бурное развитие в последние годы. Среди них следует назвать Army Active Protection System (IAAPS) разработка, которой выполнена компанией Northrop Grumman Space Technology по заданию Автобронетанкового управления армии США (TACOM), APS Iron Fist и Trophy израильского военно-промышленного концерна RAFAEL, APS CICM разработанный фирмой United Defense, APS AWiSS германской фирмы Diehl.
  
   --Для чего пригласили Савостьянова, очевидно также по этой тематике, - подумал он.
  
  Академик был больше ученым инженером конструктором, за его плечами были многие закрытые научные разработки, конкретные уже внедренные в жизнь различные системы. Он не очень любил такие вот большие официальные совещания, и предпочитал реальные обсуждения технических вопросов. Однако понимал, что здесь решаются вопросы выделения средств, от которых зависело существование его научного института, а в последнее время в этом направлении у них были большие сложности. Поэтому требовалось показать всю свою осведомленность, готовность принять участие в новых разработках, и соответственно постараться получить такой государственный заказ.
  Наконец очередь дошла до рассмотрения их направления. Заместитель министра сказал.
  - Теперь перейдем к вопросам активной защиты. Для этого мы пригласили сегодня академика Васильева Георгия Федоровича и начальника КБ "Алмаз" контр-адмирала Савостьянова. Как вы знаете наши бронетехника и бэтээры, довольно часто подрываются и сгорают от небольших фугасов, в том числе гранатометов РПГ-29 'Вампир' а также ПТУРС. Мы бы хотели, чтобы наши ведущие институты и КБ разработали соответствующие системы, которые позволили бы более активно вести боевые действия и сохранять личный состав от неоправданных потерь,- продолжил он.- По деталям зарубежных разработок вас проинформируют представитель ГРУ.
  Полковник Литвиненко из ГРУ, - седовласый, в очках встал, и начал докладывать.
   -Согласно открытым данным, а также имеющиеся дополнительной информации, в соединенных штатах Америки в Израиле, разрабатывается разные системы, в том числе я остановлюсь на КАЗ Trophy (альтернативное название ASPRO-A) которая работает по тем же принципам, что и прочие комплексы активной защиты для бронетехники. Набор радиолокаторов следит за окружающим пространством и производит обнаружение вражеских противотанковых боеприпасов, летящих к бронемашине. Если граната или ракета приближается на опасное расстояние, производится подрыв защитного осколочного боеприпаса, который уничтожает угрозу на сравнительно большом расстоянии. Действие КАЗ Trophy осуществляется в полностью автоматическом режиме, - продолжал он.- Экипаж защищаемой бронемашины должен только включать или выключать систему. Разработки по созданию системы активной защиты для танков и другой бронетехники стартовали в начале девяностых годов и продолжаются до сегодняшнего дня. Официальная презентация комплекса Trophy намечена после 2005 года.- Затем полковник остановился на отдельных технических деталях и характеристиках и говорил о том, что такие разработки крайне необходимы российской армии.
  То, о чем докладывал Литвиненко, было известно Васильеву. В то же время он знал, это очень сложная и серьезная тематика, не зря на западе ею занимаются уже около 10 лет, и пока практических результатов нет. В этом направлении больше всех продвинулся Израиль.
  После доклада представителя ГРУ ему дали слово.
  - Мы знаем о таких системах,- докладывал Георгий Федорович, - однако в прошлом финансирование этой тематики вначале открывалась, затем было закрыто, поэтому прекратили разрабатывать это направление. Если тема получит государственное финансирование, мы активно подключимся к решению задачи.
  --Мне представляется, необходимо разработать и предварить в жизнь следующие технические сложные задачи,- Васильев посмотрел почему-то на Савостьянова.
  --Система должна воспринимать входящую угрозу с помощью жесткого радарного датчика, который следует разработать, и дополнительного пассивного инфракрасного детектора, которого также пока еще нет в нашем распоряжении.
  Он несколько задумался, и затем продолжал.
  --Когда возникает угроза поражения, фугасный снаряд-перехватчик должен мгновенно запускаться. Он должен взрываться в непосредственной близости от угрозы, без отклонения и дестабилизации, без детонации в свою боевую часть. Следует использовать, только эффект подрыва взрывчатого вещества.
  Все внимательно слушали и смотрели на академика, он продолжал.
  --Для того, чтобы свести к минимуму побочный ущерб, который может быть нанесен собственной технике и живой силе, корпус перехватчика, должен быть выполнен из горючих материалов, чтобы в результате взрыва не образовывалось никакой фрагментации. И наконец, следует использовать или создать мощный компьютер с новым программным обеспечением, способный безотказно выполнять соответствующую задачу. Кроме этого необходимо внести изменение в конструкцию и дизайн машины или бронетехники, для размещения внутри этого устройства. В заключение хотелось бы сказать, что учитывая сложность грандиозность поставленных задач, охватывающих несколько смежных отраслей, необходимо предусмотреть систему финансирования, позволяющую оперативно без особого контроля выполнять намеченные задачи. А также привлечь смежные научные подразделения соответствующих профилей.
  Подводя итоги совещания, заместитель министра сообщил, принято решение подключить к разработке два инженерных центра это НИИ Васильева и КБ Савостьянова.
  - Это делается для того чтобы ускорить продвижение вперед и возможно разработать новые свежие идеи, - говорил он.
  - Чтобы не было параллелизма, мы решили поручить НИИ Васильева организацию активной защиты на базовом модуле, КБ Савостьянова произвести разработку активной защиты тяжелых танков.
  Когда расставались, Савостьянов пожал руку Георгию Федоровичу и, сказал,
  - а, может, объединим усилия, если бы мы соединились, это стала бы крупная мощнейшая структура, которой по плечу были бы любые задачи.
  -Зачем же, - ответил Васильев,- думаю, что мы и врозь в состоянии многое сделать. Он не любил таких вот начальников, которые сами по себе были не специалистами, как говорят топ - менеджерами этого дела. Он считал, что крупное специалисты, знающие сам предмет и способные организовать дело, более эффективны и всегда по этому поводу ссылался на опыт знаменитых Генеральных конструкторов еще советских времен и Новосибирского Академгородка, которым в тот период руководил академик Лаврентиев.
  После совещания Васильев позвонил Андрею и спросил, когда он сегодня собирается приехать домой. На Андрея академик решил возложить, выполнение этой сложной поставленной задачи, с ним следовало детально обсудить все вопросы. Материалы по проекту постановления кабинета министров обещали прислать в течение ближайших дней для согласования. Андрей занимался диссертацией и сообщил, что приедет домой примерно около 19 часов.
  Свободное время после совещания оставалось, Георгий Федорович решил проехаться по кольцевой дороге, посмотреть свершения и изменения, ежедневно происходящие в Москве. После кризиса 89 года Москва стала бурно развиваться. Люди, предприниматели почувствовали свободу и, как грибы, по обеим сторонам кольцевой дороги, строили новые торговые объекты. Адъютант, молодой лейтенант Сережа, прекрасно водил машину. По Кутузовскому доехали до кольцевой дороги, повернули направо по направлению к своему шоссе Энтузиастов, где располагался двухэтажный дом академика. По пути заехали и посетили торговый центр Икея, затем огромный продовольственный развлекательный комплекс, там действовали кинотеатр, каток с искусственным льдом. Повсюду ходила оживленная толпа довольных, радостных посетителей, которая что - то рассматривала, жевала, покупала.
  Академик много раз бывал за границей, всегда восхищался и удивлялся разнообразию товаров, которые выставлялись на прилавках в различных магазинах и комплексах, теперь он был рад, что здесь фактически, произошло то же самое, заграница приехала в Москву. Дальше по пути они посетили еще один комплекс, который был построен какими-то грузинами или чеченцами. Перед входом стоял и предлагался к продаже небольшой транспортный вертолет. Внутри помещение было отделано белым мрамором, отдельные ячейки, очевидно, сдавались в аренду для продажи различных товаров. Здесь были, мебель в стиле ампир, драгоценности, предметы искусства и даже картины.
  Двухэтажный дом академика, располагался в небольшом поселке из 15 -20 строений, между Терлецким проездом и Центральным Научно-Исследовательским медицинским институтом. В этом месте, за большим кирпичным забором, фактически, почти в центре города были когда-то построены коттеджи. На небольшом участке, примыкающим к дому академика, располагалось одноэтажное строение, как его называли гостевой домик, где проживали адъютант и солдат денщик. В доме на первом этаже были кухня, большая гостиная, лестница, ведущая на второй этаж. Здесь был кабинет академика и три спальни. Этот дом, служил одновременно его московским жильем и представительством научно-исследовательского института, расположенного в областном городе.
  Андрей приехал, они вместе поужинали и поднялись наверх в кабинет Георгия Федоровича.
  
  - Как с диссертацией, когда защита? - спросил Васильев.
  - Еще недели три и можно защищаться,- ответил Андрей.
  - Давай, Андрей закругляйся, перед нами поставили сложную задачу, ты её должен возглавить. Я позвоню ректору и попрошу ускорить.
  - Не надо звонить, я и так постараюсь.
  
  В кабинете просидели почти до утра. Георгий Федорович подробно изложил Андрею проблемы, которые могут иметь место при разработке тематики. Андрей загорелся, грандиозная сложная задача за исполнение, которой он взялся с большим воодушевлением.
  Занимаясь подготовкой к защите своей диссертации, в последние дни Андрей был очень занят. Наконец назначена дата. Тема закрытая, естественно он не мог пригласить Люду. Она знала и в этот день очень переживала. К вечеру он позвонил, сообщил, что все в порядке, все отлично, защитился. Она радостно поздравила.
  
  --Андрей, поздравляю! Я целый день, как на иголках, всё жду, жду. Очень рада.
  --Спасибо, жди моё приглашение. Мы обязательно отметим.
  Через неделю он позвонил,
  - завтра в нашем узком семейном кругу, приглашаю в московский дом, познакомишься с отцом, за тобой, заеду.
  Была пятница. Он забрал её из банка, повез в московский дом. Стояла хорошая весенняя погода, начало мая, свежая лакированная листва приятно зеленела на деревьях, воздух стал сухим, теплым.
  Вошли в дом. В гостиной приветливо встретил Георгий Федорович.
  
  - Папа знакомься, моя очень хорошая подруга Люда.
  - Очень, очень рад, - протянул руку отец, - Георгий Федорович,- представился он, широко, улыбаясь.
  - Пойдемте в соседнюю комнату, пока готовится стол, мы немного поболтаем.
  
  Он усадил Андрея и Люду на диван, а сам расположился, напротив, в глубоком кресле.
  
  -Рассказывайте где вы, и что вы,- приветливо спросил Георгий Федорович, обращаясь к Людмиле.
  
  Она немного смутилась, академик внимательно рассматривал для него новую, близкую его сыну женщину. Это была, высокая, стройная брюнетка. Её черные глаза излучали чувствительность, сексуальность и горячий темперамент. А волосы спадали на плечи так, что зачес скрывал левый глаз, и периодически приходилось движением ладони отбрасывать их назад.
  Она рассказала, она москвичка, окончила МГИМО, работает сейчас в банке, занимается международными делами, живет вместе с мамой, мама работает коммерческим директором крупный частной компании.
  -Спасибо за интерес ко мне, я рада познакомиться с вами, Георгий Федорович, я очень переживала, ожидая окончания защиты Андрея, - говорила Людмила, с любовью глядя на него.
  - Замечательная пара,- думал Георгий Федорович, наблюдая за сыном и Людмилой.
  Внезапно у него появилась решительность, которая требовала немедленных действий, он подумал,
  - зачем тянуть, лучшего варианта не придумать, сегодня же объединить этих двух, теперь уже полюбившуюся ему молодую женщину и родного сына.
  
  Георгий Федорович вынул мобильник, протянул Людмиле и по - отечески твердо и решительно сказал,
  - Позвони срочно маме, скажи, что посылаю за ней машину, пусть приезжает к нам, вместе отпразднуем наше семейное событие, заодно познакомимся.
  Людмила взяла протянутый мобильник, набрала номер телефона.
  - Мама, ты уже дома, очень хорошо. Я у Андрея познакомилась с его папой, он хочет послать за тобой машину, чтобы вместе отметить защиту диссертации Андреем, приезжай.
  - Не надо посылать, ты сама приедешь?
  Георгий Федорович забрал у Людмилы телефон и обратился к маме Людмилы,
  - Здравствуйте, - он посмотрел на Людмилу, и повторил за ней,- Анна Григорьевна, это Георгий Федорович отец Андрея, очень рад познакомиться, но лучше непосредственно. Чтобы не заблудились, раз хотите приехать самостоятельно, я пошлю за вами адъютанта на машине, он будет вас ждать на шоссе Энтузиастов, созвониться, по мобильному телефону, договорились, ну и отлично. Диктую вам наш адрес.
  Он продиктовал адрес, затем они еще немного посидели в комнате, поговорили на различные темы, в ожидании приезда мамы, вышли погулять у дома в теплый весенний вечер.
  Наконец приехала мама. Она была встревожена и несколько смущена. В душе догадалась о причине, почему это вдруг ее пригласили срочно приехать. И была бы очень рада, если бы догадка свершилась на самом деле.
  За столом Андрей сидел рядом с Людмилой. Его отец и мама Люды напротив. Георгий Федорович ухаживал за матерью Людмилы, был очень элегантен. Вначале звучали тосты по поводу защиты диссертации и пожелания наилучшей научной деятельности в будущем.
  Наступила некоторая пауза. Академик Васильев встал, глядя на Андрея и Людмилу, сказал,
  - смотрю на вас, вы так подходите, друг другу, но, к сожалению, предстоящие дела не позволят быть вместе, вы должны расстаться, требуется немедленно уезжать из Москвы заниматься новым очень крупным проектом, поэтому хочу сделать следующее предложение.
  Андрей посмотрел на отца, улыбнулся, встал и, предвосхищая то, что хотел сказать отец, произнес, - папа подожди, теперь уже это я должен говорить, а не ты, - он сам прежде был готов сделать это предложение, мысленно уже все продумал. Повернулся, встал на колено перед Людмилой, и торжественно произнес.
  - Дорогая Люда предлагаю выйти за меня замуж, согласна ли ты принять это предложение?
  Оборот событий был неожиданным, но желанным, она так полюбила его, и, конечно же, очень хотела, чтобы это произошло.
  - Да, я согласна, Андрей.
  Андрей повернулся к маме Людмилы и спросил,
  -А, вы, Анна Георгиевна не будете возражать, выдать за меня свою дочь.
  -Я, я, всей душой,- ответила, раскрасневшись, мать Людмилы.
  - Вот и ладно,- сказал Георгий Федорович,- считаем это состоявшейся помолвкой.
  -Будем праздновать сегодня до утра, а ночевать я вас всех устрою здесь, места хватит.
  Мест действительно хватило, все разместились. В эту ночь Людмила и Андрей впервые были вместе.
  Андрей взял Людмилу за руку, и повел за собой, вверх по лестнице, в свою комнату. Он открыл дверь, включил свет. Комната была большая, посредине стояла застеленная кровать, ближе к окну, письменный стол. Людмила не обратила внимания на все эти подробности, кровать, стол, люстру под потолком. Она была переполнена, каким-то необычным, огромным чувством, которое ей овладело. Она взяла его за руки, раздвинула в стороны, и радостно сияя, произнесла,
  - Андрюша, милый, не думала, что так, быстро все произойдет, что мы с тобой, сегодня окажемся вместе, как муж и жена. Я сейчас, сию минуту, зарыдаю от счастья, я,- она не договорила.
  Андрей ладонью прикрыл ей рот, затем схватил на руки, закружил у кровати, аккуратно нежно положил на постель. Она обняла его за плечи, крепко прижалась, и начала целовать в глаза лоб, уши, шею.
  - Я, твоя, я, твоя, бери,- шептали её губы.
  Андрей обнимал ее и начал раздевать. Каждое прикосновение рук, к и её голому телу, как высоковольтным ударом пронизывало его насквозь, он весь дрожал от необыкновенного ощущения.
  - Люблю тебя, люблю,- продолжала шептать Людмила. Она просунула руку под его рубашку, также обожглась, разрядом невероятного чувства близости к нему.
  - Скажи мне, скажи, тоже, что ты любишь меня, я хочу услышать от тебя это,- уже кричала она.
  Их одолевала невероятная страсть.
  - Милый, я так тебя полюбила,- говорила Людмила, целуя его в губы.
  - И, я, - отвечал Андрей.
  Они сомкнулись в любовной схватке, уже ничто не могло их разъединить.
  Время поджимало, празднование свадьбы отложили на будущее, просто оформили бракосочетание в загсе. После, они уехали к себе в областной город.
  Отцы города
  
   Если ехать на север из города, по направлению к районному центру Салтыковка, то справа по ходу появляется лесной массив. Это километров 7- 8, здесь от основной дороги идет ответвление, покрытое хорошим асфальтом, и ведет оно вправо, вниз к лесному песчаному озеру. Левый берег более пологий, весь зарос высоким, стройным сосновым лесом. Здесь, почти на противоположном берегу, среди густых зарослей, скрывалась, хорошо построенная, ладная, современная дача. Она состояла из двух уровней, верхнего и нижнего, спускающегося к самому берегу. Это был второй загородный дом генерала полиции Стрелкова, начальника областного МВД. Вместе со своей семьей он проживал в другом, первом, а этот служил в основном, для деловых встреч. Как правило, здесь, собирались отцы города, для обсуждения самых насущных и важных вопросов. Это была могущественная четверка, так называемое негласное политбюро.
  В его состав входили хозяин начальник МВД, областной прокурор Кабалтов Ринат Магометович, председатель областного суда Умников Георгий Стефанович и первый вице-губернатор Дымов Сергей Васильевич.
  Их объединяла огромная, сосредоточенная у них власть. Они могли решать все, осудить и посадить, уничтожить или наоборот, возвысить и наградить. Естественно главным, был Дымов Сергей Васильевич, действующий вице-губернатор области. Так сложилось, что губернатором, в свое время избрали политика, не обладающего достаточной волей. Он, большой демагог, после избрания фактически прекратил вникать в какие-либо конкретные дела, только занимал почетные место. Собравшиеся знали, вскоре обязательно произойдут перемены, на его место будет назначен какой-то другой человек. А пока, что основные бразды правления областью, сосредоточились у Дымова.
  Как правило, встречи проходили обычно по средам во вторую и последнюю неделю. На эти даты они стремились не назначать каких-то публичных общественных событий, чтобы быть свободными, и это им удавалось.
  В ритуал встреч входили, обязательно баня, приличная выпивка, вкусная еда и конечно обсуждение, российских, местных, а иногда и международных вопросов.
  Обеспечение встреч выпивкой едой возлагалось на двух местных рестораторов, обязанных к этим дням, по очереди, привозить сюда необходимую выпивку в виде нескольких ящиков водки и вина, соответствующие закуски, продукты горячих блюд. Для обслуживания рестораторы обычно присылали одного повара и молодую красивую надежную официантку, умеющую держать язык за зубами. Совершенно естественно всё это оплачивалось за счет рестораторов.
  В этот день по графику очередь была за хозяином ресторана Летучая Мышь, Раулем Пивоваровым, но у него, что-то не складывалось, и он, накануне, позвонил своему напарнику Борщеву, хозяину ресторана Янтарь и попросил,
  
   - Виктор, привет, у меня непредвиденные обстоятельства, заболела Галина, как знаешь, менять на другую нельзя, поэтому очень прошу, пришли свою команду с Оксаной.
   -Хорошо, пришлю, - согласился Борщев.
   - Спасибо, буду тебе очень признателен, в следующий раз все за мной.
  
  И теперь, за большим круглым столом, светлой просторной комнаты, в верхней части дома, собралась могучая команда. Они сидели и обсуждали текущую ситуацию.
  Совсем недавно произошло событие, которое они не могли обойти, и оно не могло, не стать предметом их обсуждения. Речь шла о самом богатом человеке того времени в России, и о захвате спец отрядом Альфа его самолета, в одном из городов, с последующей экстрадицией в Москву и аресте.
  
   - Молодцы эффектно организовали эту операцию,- сказал Стрелков.
  
  Генерал был возрастом чуть более пятидесяти, крепкий, коренастый, широкоплечий. Его черные жгучие волосы, с пробивающейся кое-где сединой, были острижены коротко, возможно под полубокс. На его широком, почти квадратном лице, очень оживлённо светились яркие, волевые карие глаза. Он был одет в мужскую, ручной вязки, куртку на молнии, с высоким отложным воротником.
  
   - Правильно сказал наш хозяин, разве можно заработать такие деньги честным путем, вот и последовало разумное решение, думаю, ему вкатят на полную катушку,- подключился прокурор Кабалтов.
  
  Это был крупный мужчина, с залысиной полностью открывающий высокий лоб, с круглыми профессорскими очками, он производил впечатление личности, знающей свое дело. В его взгляде, просматривались черты какого-то особенного высокомерия. На нём была фирменная казённая рубашка с расстегнутым воротником.
  
   - Все эти олигархи зажрались, получили собственность путем непонятно каких аукционов, и теперь ходят, задрав голову, не признавая никакого государства, я рад, это и нам в какой-то степени, развяжет руки, - продолжил генерал свои мысли.
  
   - Что значит непонятных аукционов,- подключился председатель облсуда, - все они были законными, по тому времени, другое дело, как эти законы принимались, и кого допустили к участию в аукционах.
  
  Председатель суда Умников Георгий Стефанович, одновременно заведующий кафедрой юридического факультета университета, в судьи пришел из науки, минуя практику непосредственного участия судов первых инстанций, где в основном начинали свою карьеру женщины. Руководитель он был властный, но в своем кругу, контактный, с которым можно договариваться. В эту узкую компанию он попал не сразу, а только после того, как несколько раз, помог Стрелкову решить некоторые, для него важные судебные процессы. Он был в черной, тонкой, шерстяной водолазке, одетой поверх темно-синих спортивных брюк фирмы Адидас и белых на толстой подошве кроссовках той же фирмы.
  
   - Ладно, Георгий, перестань ты их оправдывать. В жизни должна быть справедливость, а кто они такие, откуда взялись, спрашиваю я. Вместо того, чтобы эта огромная собственность и большие деньги попали в руки людей государственников, которые находятся или находились у руля, она попала в неизвестно какие, и вот теперь совершенно правильно восстанавливается справедливость. Мы с вами власть и нам это все должно принадлежать,- разгорячился генерал.
  
   - Я с тобой согласен Стрелков, ты абсолютно прав,- присоединился к общей беседе Дымов, сидевший до этого молча, внимательно рассматривая присутствующих, сотоварищей.
   - Это недопустимо, когда такие денежные мешки, начинают лезть во власть и указывать, кому чего и как делать. Им нечего переть в политику, как ни - будь, разберемся без них.
  
  Сергей Васильевич, был личностью видной с приятной внешней наружностью, аристократичными чертами лица, голову обрамляла, аккуратно подстриженная шапка русых волос, а голубые глаза притягивали, выражая большое доверие. Он в темно-синем костюме, при галстуке, пока еще не переодевался, как это делал обычно, приезжая сюда.
  
  Дымов Сергей Васильевич никогда ничего не производил сам. Он никогда и не командовал никаким производством, а только будучи руководителем района, проводил оперативки со строителями по поводу ввода отдельных жилых и производственных сельскохозяйственных объектов. Однако на этих оперативках кроме понукания и назначения сроков ничего конкретного о том, как и, что нужно выполнить, и какими способами, он не говорил, потому что и не знал этого.
  Постепенно, особенно в последние годы, у него сложилось определенное отношение к власти и окружающим его руководителям предприятий и бизнесменам. Он видел, как люди начинают обогащаться, как у них появляется крутые машины, как строят для себя загородные дома, как становятся миллионерами. И попав в настоящую власть, он стал считать, что одни должны вкалывать трудиться, что-то создавать, а он должен пользоваться плодами этого созидания и так же быть богатым, как и они, а может быть еще более.
  В его руках находились огромные государственные бюджетные средства. В его правах было, как этими средствами распорядиться. И он, стал это делать, отрезая некоторый кусочек от этого большого пирога.
  Он четко теперь понимал, что власть для того и есть, чтобы ей пользоваться, жить в большом достатке и комфорте не испытывая неудобств и это как бы дано ему свыше. Он человек деятельный решительный, знающий. Ельцинско - гайдаровские реформы были им восприняты вначале в штыки, а затем с удовлетворением так, как они предоставляли широкие возможности личного обогащения особенно, когда ты на высокой государственной должности. Эти реформы позволяли создавать фирмы, открывать счета в банках на имя нужного человека или близкого родственника и использовать эти возможности по своему усмотрению. Что касается верховного руководства, то он был ему предан и сомнений в правильности его действий у него никогда не возникало.
  В этой мутной воде крайне громоздкой и неповоротливой структуры управления, где главными были московские федеральные органы, Дымову очень сложно было найти свое место. Поэтому он старался по большинству простых вопросов, которые так и так должны были бы разрешиться, принимать участие продвигать, помогать. По тем же, которые были сложные и, в общем, то, зависели в основном от федералов, он стремился уйти в сторону или переложить эти решения на других. А так как простых вопросов было намного больше, чем сложных, о Дымове, среди служащих областных районных управлений, да и рядовых граждан шла молва, как о руководителе порядочном и ответственном, готовым всегда прийти на помощь. В результате, его считали очень влиятельным человеком.
  Сергей Васильевич никогда не задумывался необходимости каких-то реформаций. Он не был реформатором. Он делал свою работу по тем правилам и законам, которые были прежде до него установлены, и главное стремился сделать эту работу хорошо. Все задачи, которые следовало бы решать, не были заранее спланированы, они возникали по мере необходимости. Он приходил на работу, садился за свое рабочее место и через некоторое время уже раздавался телефонный звонок, и кто-то из его подчинения, что-то просил, о чём-то советовался, и таким образом он втягивался в непрерывное появление различных суетливых дел. И из этих ручейков крупных или малых разных дел, складывался бурный поток реки, который нес его всегда в определенном направлении.
  В этот переходный период большинство окружающих его работников уже начинали свою карьеру в советский период где занимали раньше различные комсомольские или партийные посты. Таким образом, они перешли из одной системы в другую, привнеся вместе с собой те методы и приемы, которые прежде были ими освоены при старом строе.
  
  - Оксана,- позвал Дымов, обращаясь в соседнюю комнату,
  -- налей ка нам, пожалуйста, водочки из холодильника, а то сидим как-то, пока еще совсем сухие, не обращенные в веру.
  
  Оксана, молодая симпатичная украинская девушка, с высокой пышущей здоровьем грудью и широкими округлыми бедрами, выглянула, и, улыбаясь, произнесла.
  
  - Я бегом, Сергей Васильевич, все уже готово.
  
  Она вышла, неся в руках литровую бутылку запотевшей от холода водки, и улыбаясь каждому, разлила в бокалы.
  
  - За нас ребята, за нашу крепкую дружбу,- произнес Дымов,- будьте здоровы и счастливы.
  Он вытянул руку, приподнял свой бокал вверх, залпом выпил, крякнул и, не закусывая, понюхал, взяв со стола, кусочек хлеба.
  
  - Ну, что пошли,- сказал Стрелков, показывая жестом, вниз в сторону лестницы, которая вела к бане, расположенной в нижней части дачи.
  Парная была так организована, что из неё, по встроенному помосту, можно было пройти, и нырнуть прямо в озеро.
  
  - Вы идите,- сказал Дымов, - а я, что - то сегодня парится, не настроен, пойду, переоденусь и буду вас ждать.
  
  Шумно гремя, шаркающими ногами по деревянной лестнице, отцы спустились вниз в парную. Он, проводив их, пошел в тренажерный зал, где переоделся в спортивный костюм, вернулся обратно, и присел к столу.
  
  - Сергей Васильевич, может быть, чего ни будь подать,- спросила, выглянув, улыбающаяся во весь рот Оксана.
  - Иди, иди сюда,- обрадовано произнес он, махая ей рукой.
  
  Она мягкой походкой подошла к нему, приблизились почти вплотную, глаза ее были широко открыты, она вожделенной улыбкой смотрела на него, как бы призывая, - ну, давай, давай, я твоя.
  Дымов обнял ее, прижал, прихлопнул сзади, и сказал,
  
  - Ну и хороша у тебя попка, такая смачная.
  - Для вас стараюсь, - соблазнительно ответила Оксана.
  - Может массаж? Вам ведь хорошо было в прошлый раз, а, то повторим.
  - Да, отлично,- растягивающее ответил он со вздохом,- но, нет, не сегодня, отложим до следующего случая.
  
  Рядом с тренажерным залом на веранде была большая светлая массажная, оборудованная душем и отдельным запирающимся входом.
  Эта милая, приятная во всех отношениях девушка, позволяла ему с ней проделывать такое, о чем, он прежде, даже и подумать не мог, встречаясь с другими женщинами или со своей супругой. Она выворачивала его наизнанку, и доводила до белого колена.
  Прошло некоторое время, и мужики потные, красные, накинув на себя, кое-как, белые махровые халаты, поднялись вверх, и расселись за столом.
  В кухне, все шипело и скворчало, Оксана только еле-еле успевала подносить, одни или другие вкусные закуски, а хорошо пропаренные мужчины, выпивали и с аппетитом проглатывали эти кушанья.
  
  - Сергей,- обратился генерал к Дымову,- слышал, что ты, наконец, начинаешь строить себе, подобающий твоему рангу дом?
  - Ишь, ты, ничего не может уйти от твоих глаз, это достойно для главного полицейского, обо всем первым узнавать. Беру с тебя пример, не только тебе иметь два поместья.
  - Да, какие там поместья, небольшие скромные дачи,- улыбаясь, ответил генерал.
  -- Я тоже строю не поместье, а современный скромный дом,- слукавил Дымов.
  
  Дом Дымова, в котором теперь они жили, был небольшим, это была прежняя обкомовская дача, принадлежавшая второму секретарю бывшего обкома партии. Теперь её приватизировали, и она находилась в собственности у семьи Дымова. Все обычно собирались вечером на ужин. Утро у всех было по-разному. Первой уходила жена Алевтина Федоровна, ей нужно было в школу к началу занятий, затем убегала в свой институт Аня, и только после них последним выезжал Сергей Васильевич, он обычно приезжал к себе в администрацию к десяти утра.
  На первом этаже в зале с длинным обеденным столом, обычно собиралась вся семья. Рядом находилась кухня. Вверх поднималась крутая лестница, она вела к двум спальням и кабинету, расположенным на втором. В одной из спален размещались Сергей Васильевич с супругой Алевтиной Федоровной, другая принадлежала дочке Ане.
  В этот вечер им по хозяйству помогала молодая женщина Клава, которую присылал начальник хозяйственного управления администрации. Клава привозила продукты и готовила ужин всей семье.
  
  Ужинали, разговаривали о том, сём. Алевтина Федоровна сообщила, что ей сегодня позвонил сын Клим из Америки, рассказал, о подготовке к заключительному экзамену и, что у него все хорошо. В разговор включилась дочь Анна.
  
  - Папа, почему у нас такой старый дом, я вчера была на вечеринке у моей подруги Наташи, ты бы только посмотрел какой у них современный красивый коттедж. А ведь папа Наташи всего лишь начальник управления торговли, а ты первый вице-губернатор.
  
  Сергей Васильевича вполне устраивал этот дом, он и не думал о том, что им нужен другой, но слова дочки как-то задели и он решил съездить посмотреть, что это за хоромы у начальника управления торговлей. На следующий день по пути на работу он заехал к тому месту. Это было большое двухэтажное здание, огороженное высоким забором и как следует рассмотреть его, не удалось, но чувствовалось, что это совершенно не тот уровень, в котором жила его семья и это как-то задело.
  
  - Следует заняться этим,- подумал он.
  
  Так зародилась идея строительства нового дома, и поводом для этого послужило, заявление дочери. Возведение престижного особняка, которое он начал, было очень дорогим, требовалась хитрая схема, позволяющая профинансировать, этот настоящий дворец стоимостью более пятидесяти миллионов рублей.
  Идея хорошая, но как ее осуществить? Однако, как говорят, на ловца и зверь бежит.
  
  По линии государственной программы "Жилище" области было выделено крупное финансирование в размере трех миллиардов. Страсти вокруг получения тендера на сооружение этого жилого комплекса разыгрались нешуточные. Дымов не мог пропустить такой случай, и приказал все решения по выбору кандидата на осуществление данного проекта, проводить только через него. Он присматривался к ним, кандидатам, прощупывал, оценивал их возможности, и наконец, остановился на одном. Это был местный предприниматель Дран. Встреча с ним была очень холодной, Дымов специально провел её формально, и очень сухо. В очередной раз позволил Драну понять, что возможно положительное решение, но для этого еще потребуются какие-то действия с его стороны. Дран был человеком сомнительного прошлого, везде и всегда понимал, что за любые действия, которые оказывали ему различные чиновники, нужно платить, и не стеснялся делиться своими доходами. Поэтому при следующей встрече, которую они провели, выехав на место будущего жилого комплекса, сказал,
  
  - Сергей Васильевич если вы позволите мне выиграть этот конкурс, то я приму на себя очень серьезные обязательства. Во-первых, мы все выполним в срок, и с отличным качеством, а во вторых я человек порядочный и понимаю, что у вас есть в благотворительный фонд, которым вы руководите или принимаете в нем участие. В этот фонд я обязательно перечислю долю в тех размерах, о которых вы скажете.
  - Да, возможно потребуется небольшой процент, вы правильно понимаете,- ответил Дымов.
  
  Так постепенно, нашли общий язык, договорились, что Дран, профинансирует и произведет возведение, так называемый "резиденции" как ее назвал Дымов, в пределах пятидесяти миллионов рублей.
  Дран, выиграл тендер. Дело закрутилось, выбрали подходящую площадку, наняли квалифицированных архитекторов, выполнили проект, и приступили к осуществлению. Заказчикам и владельцем этой "резиденции" стал специально созданный фонд, принадлежащий Дымову и семье.
  Этот большой двухэтажный особняк размещался в двух уровнях. Фасад, расположенный с южной стороны был парадным. К нему вела кольцевая дорога, обрамляющая зеленый участок, образующий небольшой стадион, которая соединялась с главной магистралью, слева примыкающей к этому месту. Вторая его часть с северной стороны, была ниже уровнем на несколько лестничных пролетов, ведущих сверху на другую террасу этого живописного участка. Центральный вход, украшенный колоннами и портиком Карибского стиля, вел в просторную залу, из неё поднималась красочная лестница на следующий этаж. Центральный марш поднимался на первые пол-этажа, а справа и слева завершали подъем два боковых. В нижнем, размещались деловые помещения, для различных официальных мероприятий, бильярдная, домашний кинотеатр. Во втором было несколько спален и большой кабинет с приемной, для самого Дымова, а по торцам здание справа и слева, обрамлялось широкими балконными трассами.
  Апартаменты нижней террасы, использовалась для плавательного бассейна с коктейль холлом, тренажерного зала, и других развлекательных помещений.
  Особой гордостью этого проекта была роскошная отделка внутренних помещений, и предусмотренная закупка, великолепной мебели за рубежом.
  На обширной площадке в несколько десятков гектаров земли, располагались различные сооружения инфраструктуры, обеспечивающие полную независимую жизнь всей резиденции. Подводящая линия электричества, электроподстанция, скважина и насосная станция воды, мини очистные сооружения, связь, котельная и другие объекты, включая асфальтированную подъездную дорогу.
  Таков был, скромный проект, осуществляемый Дымовым .
  
  Далее они еще поговорили о новом строительстве, оказалось, что прокурор так же собрался модернизировать свою загородную резиденцию, а председатель суда вообще решил переехать на новое место.
  
  - Позвонил на днях Красносельцев,- перевел разговор на другую тему прокурор,- и все талдычил про единство и территориальную целостность страны, формирование единого правового пространства, обеспечение консолидации общества и стабильности.
  Красносельцев был председателем областного комитета правящей партии. Прежде он работал в органах, а теперь возглавил эту партийную организацию.
  
  - Он бывший фсбшник,- переспросил судья.
  - Там бывших не бывает,- вставил свое слово генерал,- они все в горячем резерве.
  - И, что он хотел, - спросил Дымов.
  - Просил проверить три района на лояльность к действующей власти,- ответил прокурор.
  - И ты, что?
  - Сказал, будем проверять, он даже мне перечень переправил.
  -Что же, у тебя команда слаженная, проверяй.
  -Ты прав, работа в команде очень важна, - съехидничал прокурор.
  -- Почему, - продолжил он, - потому, что она позволяет каждому участнику свалить вину на другого.
  -- Это умно!- Усмехнулся судья.
  -- Поэтому, предпочитаю, давать поручения индивидуально.
  
  В разговорах время быстро пролетело, уже вечерело.
  
  - На посошок,- сказал генерал и поднял свой бокал, - все мы члены одной партии, поэтому за нас, за нашу партию, будем здоровы!
  
  Довольные прошедшей встречей они быстро переоделись, собрались и разъехались по своим домам.
  Активная защита
  
   Вот уже более полугода как они переехали жить в областной город, где располагался научно-исследовательский институт, в котором Андрей был главным конструктором. С первых дней после переезда Людмила не захотела просто так сидеть дома и попросила устроить её куда-то на работу. Учитывая её знания иностранных языков, академик Васильев предложил ей работать помощником и заниматься переводами различных научных публикаций, которые он много выписывал и получал в разных иностранных журналах. Ему понравилось, как Людмила выполняла порученную работу, он был рад, что приобрел такого квалифицированного специалиста.
   В Среднерусске у Георгия Федоровича, помимо большой квартиры, был небольшой одноэтажный коттедж, расположенный фактически в пределах городской черты. В этот дом и поселил академик сына вместе с молодой женой. Дом скромный, небольшой со всеми городскими удобствами. Здесь была отдельная кухня ванная комната с туалетом и три комнаты. Мебель старая невзрачная, Людмила с первых дней захотела обустроить свое новое гнездо в собственном вкусе и современном стиле. Они вместе с Андреем рисовали планы, что куда разместить, приобрели новую мебель, расставили по своим местам, в результате получилось очень хорошо и удобно.
   Она еще больше полюбила мужа, ей было хорошо с Андреем, он понимал ее с полуслова, старался выполнять все её просьбы и прихоти, был очень внимательным и обходительным. Последнее время он часто уезжал, она всегда провожала его с тревогой и думала о нем. Как бы чего не произошло, как бы чего с ним не приключилось. Он так был ей дорог.
   Когда после одной из очередных командировок он вернулся, она, немного смущаясь, но с радостью сообщила ему о том, что беременна. Андрей обрадовался, схватил ее, целовал, обнимал, кружил по комнате, был счастлив.
   На следующий день, они вместе приехали к отцу сообщить эту большую радость. Сидели за столом, она рядом с мужем напротив будущего деда. Людмила, приподняла кофточку. Показала, уже довольно значительный живот. Андрей подскочил, расцеловал ее в этот большой живот.
  
   Георгий Федорович с радостью сказал,
   - Ну, слава богу, я надеюсь, у нас появится наш наследник, это должен быть обязательно Парень. Ждем, ждем с большим нетерпением. А ты доченька веди себя скромно, следи за здоровьем, чтобы все сохранилось, все было хорошо.
  
   Много времени ушло на изучение того что было сделано в прошлом в направлении создания системы 'Комплекса активной защиты бронетехники' Андрей Георгиевич ездил в разные города, где прежде работали конструкторы по этой системе.
  Было очень обидно, что в прошлом наработанный, такой серьезный огромный материал, и фактически созданная система, на старой базе, полностью разрушена. Стало ясно, придется все разрабатывать, заново. Хотелось использовать принципы, заложенные в реально созданные образцы, придуманные нашими конструкторами. Элементная база, которая тогда существовала, сегодня совершенно непригодна.
   Искал людей, которые занимались разработкой этого направления, нашел бывшего полковника главного конструктора, а теперь старого человека, преподававшего в техникуме. Встретился, и несколько дней, они сидели вечерами, а иногда и ночами, обсуждая детали этого проекта.
   Полковник Броневой Владимир Семёнович, работал прежде - начальником отдела вооружения в специальном КБ, а в последующем - Генеральным конструктором.
   Лицо полковника было мрачным и неприступным, однако после того как Андрей Георгиевич начал интересоваться темой активной защиты бронетехники смягчился и начал рассказывать ему с большой болью в сердце. Это его детище, это был его фактически выстраданный проект. Ему было больно, все это было брошено и пропало, оставив тяжелый шрам на его сердце. Он жил один в небольшой двухкомнатной квартире вместе с черным лабрадором по кличке "Слай", который был его единственным другом. "Слай" в переводе означало - хитрый, проворный.
   Вечерами, они сидели с Андреем, пили чай, что-то чертили, что-то рассказывали друг другу.
  Броневой объяснял, что Комплекс состоит из радиолокационной станции, вычислителя, пульта управления, двух блоков преобразования, распределительной коробки, комплекта кабелей, защитных боеприпасов в установочных шахтах. Несмотря на успешные испытания, работа по Комплексу в начале 1990-х годов была остановлена. Вместо государственных испытаний последовало прекращение финансирования. Опытные образцы не удалось спасти, их разрезали в шихту.
   Владимир Семёнович с горечью вспоминал события разгрома российских танков в Грозном, когда их расстреливали из гранатометов и когда погибли десятки молодых российских ребят, фактически сгорели заживо. Если бы тогда была принята на вооружение система защиты, которую они сделали, все было совершенно по-другому, но, к сожалению, соответствующее понимание руководства вооруженными силами в тот период не было, и поэтому работа была приостановлена и заброшена.
  
   Он вспоминал, - 31 декабря 1994 года начался штурм. Российские войска были плохо подготовлены, между различными подразделениями не было налажено взаимодействие и координация, у многих солдат не было боевого опыта. Для решающего штурма Грозного были направлены 40 танков, за рычаги посадили вчерашних солдат Кантемировской дивизии. Танки беспрепятственно дошли до центра Грозного и были расстреляны из гранатомётов. Они горели, гибли экипажи, часть из танкистов оказались в плену.
  
   --Как так,- думал Андрей, возвращаясь от Броневого, - это же защита танкистов, это ликвидация страшной смерти, которая может произойти в результате обстрела и пожара в танке. Это в несколько раз увеличивает боеспособность танковых подразделений. И все забросили.
  
   Время летало с невероятной быстротой. Андрей удобно устроился в кресле, он в составе делегации 'Рособоронэкспорт' летел на выставку Чина Хай Течь Файр в Китай, где ему хотелось познакомиться с образцами новых приборов и материалов для электроники, они должны были быть здесь выставлены.
   Мысленно перебирая события прошедших лет, он в глубине души был удовлетворён. Эти годы были очень насыщенными. Он стал доктором технических наук, женился, работает над очень сложным передовым проектам, и наконец, родился отличный парень, который также станет военным инженером, как и он и, как его отец, академик Васильев. Сына в честь деда назвали Георгием. Люда уменьшительно называла его Гуля или Гошенька. Люда, которую он еще больше полюбил, теперь работает помощником у отца на полставки. Это позволяет ей иметь достаточно времени, чтобы быть с ребенком.
   Андрей впервые летел в Китай. То, что он здесь увидел, поразило его.
  Шэнь Чжэнь был большим китайским городом на юге с небоскребами, он граничил с Гонконгом. Население достигало более четырех миллионов человек.
  Крупнейшая в регионе выставка в области высоких технологий проводилась уже в третий раз под патронажем государства, академии наук Китая, и правительства города Шэнь Чжэнь. Выставка размещалась в одном из огромнейших в Юго-Восточной Азии выставочном центре.
   Это была свободная экономическая зона - ограниченная часть национально-государственной территории, на которой действуют особые льготные экономические условия для иностранных и национальных предпринимателей.
  Здесь на месте им разъяснили, что основные цели китайских свободных экономических зон это привлечение иностранного капитала, передовой техники и технологии, овладение опытом управления, подготовка национальных кадров.
  Прежде, бывая и хорошо зная Западный мир, он не ожидал, что в такой сравнительно незначительный период, китайцы смогли быстро продвинуться вперед и создать такие центры современной цивилизации.
  Внимательно изучая образцы различных приборов по радиоэлектронике, показанные на выставке, Андрей собрал огромный материал, он очень пригодится в будущем по его работе.
   Свободного времени от встреч с различными компаниями бизнесменами, почти не оставалось. Ему удалось лишь посетить парк 'OCT-East' в районе Дамейша. Парк, был построен совместно со швейцарскими архитекторами на площади около девяти квадратных километров. Он предлагал развлечения на любой вкус: от аквапарка и аттракционов, до тематических разделов буддистской зоны, христианской часовни, парада цветов, долины фламинго и других достопримечательностей.
  И конечно Андрей не мог не посетить торговые места, где можно было бы приобрести подарки для своей любимой жены и сыночка. Этот город представлял рай для шоппоголиков. В нем расположились великое сборище магазинов и магазинчиков, торговых центров, оптовых рынков и просто торговых улиц. Здесь можно было купить всё. Андрей выбрал на улице Жэньминьнаньлу - самую-самую модную одежду, деловой костюм для Людмилы и прекрасные туфли на высоком каблуке.
  Без сомнения, так как здесь был самый большой выбор электроники, он купил для жены и себя два мобильных телефона, самых последних марок, со встроенными фото и видео.
  
   Людмила заждалась приезда Андрея из командировки в Китай, и, получив сообщение о его прилете, сама за рулем, приехала в аэропорт. Вот, наконец, в группе пассажиров, увидев его, она побежала навстречу и бросилась в объятия.
  
   - Ну, ты, жив, здоров, хорошо себя чувствуешь,- радостно спрашивала она, крепко прижимаясь к нему.
  
  Получили багаж, сели в машину и на обратном пути всю дорогу, Андрей рассказывал о тех достижениях, ранее неизведанных местах, которые он узнал в новом Китае. Он был поражен огромным развитием науки промышленности, и теми новшествами, которые увидел.
  Конечно, для него было самым большим и приятным сюрпризом встреча с сыном. Когда они приехали, Людмила зашла в детскую комнату, и затем, открыв дверь, вышла к нему, держа за ручку маленькое чудесное существо.
  
   - Ну-ну, иди вперед, посмотри, кто к нам приехал,- радостно говорила она, подталкивая маленького Гошеньку.
   Гоша протянул ручки, сделал несколько не уверенных шагов, и затем пролепетал, - Папа, папа.
  Андрей схватил его на руки и прижал к себе, поцеловал. Он, конечно, не мог не привезти для него подарок. Поставил сыночка на пол, достал из дорожной сумки и протянул ему пушистого маленького китайского медвежонка панду.
  
   Смысл защиты, которую должен был разработать Андрей, и которую следовало установить на бронетранспортёр или танк, на первый взгляд был очень простым, как в сказке. Как обстояло дело в настоящее время. Вот перед вами выехал танк или бронетранспортер, он стоит такой чистенький новенький, и пожалуйста, стреляй в него из противотанкового ружья, снаряд вылетает, из твоего оружия попадает прямо в танк, поджигает его и, противник уничтожен.
   Но на самом деле все должно стать иначе, этот танк или бронетранспортер стоит новенький чистенький, ты стреляешь в него, но твой снаряд, не в состоянии его поразить, он долетает до какой-то невидимой преграды и взрывается. И так происходит со всех сторон, откуда не стреляй. Между тобой и танком есть перегородка, которая со всех сторон окружает этот танк или бронетранспортер, не пропускает твой снаряд, и он либо пролетает мимо, либо взрывается у этой никем не просматриваемой перегородки.
   Собрав достаточный материал и изучив весь прежний опыт, Андрей убедился, что силами только тех конструкторов и специалистов, которые есть у него в институте, он не сможет решить эту задачу. Требуются новые, более современные, хорошо подготовленные люди. И прежде всего он решил подобрать молодых способных талантливых инженеров математиков и программистов.
  Он знал, что главное открытия и изобретения осуществляется людьми в возрасте 25 - 30 лет и стал искать именно таких ребят. На подбор нужных специалистов ушло значительное время. Он встречался с заведующими кафедрами московского, Санкт-петербургского университетов, кое-кого нашел в стенах в своей родной альма-матер высшего технического университета имени Баумана. В результате сформировалась группа из двадцати молодых ребят, для работы которых теперь он должен был создать соответствующие условия.
   На первом этапе математики произведут описание всех процессов при помощи своих математических формул. Затем необходимо создать алгоритм - набор инструкций, излагающих порядок действий защиты при подлете вражеского снаряда, после чего написать компьютерные программы, которые бы впоследствии позволили имитировать весь процесс, в виде наглядных действий, просматриваемых на компьютере, а затем все это перенести в реальную обстановку. Следовало заранее предусмотреть возможные сбои, ошибки, сложные ситуации, которые могут возникнуть в боевых условиях, все это также имитировать на компьютере. Только после того, когда все будет просмотрено, просчитано переводить процесс в конструирование реальных приборов и устройств.
   В команду входили конструкторы, которые создавали рабочие чертежи, дизайнеры оформляющие архитектуру боевого транспортного средства, а также технологи, которые параллельно продумывали способы изготовления той или иной детали. Их посадили за один стол. Они спорили и обсуждали каждое действие, и каждую деталь, в результате рождалась то, что требовалось претворить в жизнь.
  
  В главном корпусе основного производства он выделил значительные площади, которые специально переоборудовали для работы над проектом. Часть помещений превратилась в обширный проектный зал, где каждое рабочее место было оснащено современным компьютером и необходимой оргтехникой.
  Рядом две трети площади цеха было специально организовано под большую спортивную площадку, где можно было играть в баскетбол, волейбол и даже футбол. Тут же рядом была задействована столовая закусочная, которая работала круглые сутки. Здесь всегда можно было без оплаты, подкрепится, выпить кофе или чай. В обед привозили еду из ресторана. Всем этим заведовала милая девушка Катя.
  Для этой молодой команды он создал такие правила, при которых они могли работать вообще без всяких правил. Когда хочешь, приходи, когда хочешь, уходи, чем хочешь, занимаешься, главное это результат, остальное никого не интересует и не касается.
  Это приносило свои плоды. Они крутились здесь день и ночь, освоили это пространство,
  как место удовлетворения своих амбиций, приложения знаний, в большом творческом процессе.
  Внешне они выглядели как серая группа, неухоженных, очень просто одетых молодых людей. Старые потертые джинсы, серые или черные футболки и свитеры, кроссовки, такова была их производственная форма.
  
  -" Шарашки", - так называл их работник по режиму Савелий Дубовик, который очень следил за государственной тайной.
  - Ну, ведь было золотое время, когда таких людей держали в специальных шарашках, где они были круглосуточно под контролем НКВД, - с обидой думал он.
  Шарашки это были НИИ и КБ тюремного типа, подчинённые НКВД, а затем МВД СССР в период военного советского периода.
  
  -- А теперь, они свободны и делают, что хотят, это неправильно. Попробуй уследить за каждым.
  
  Эта сплоченная группа молодых и талантливых ребят терпеть не могла этого Дубовика. К нему они относились с взаимной неприязнью. Особенно в этом отличался Сергей Брюллов, математик с взъерошенной копной рыжих волос, очками на прыщеватом носу и острым вызывающим взглядом. У Сергея были выдающиеся способности. Некоторые из его трудов, публиковались в математических журналах. Он небрежно относился к правилам секретности, не всегда их выполнял, это особенно раздражало Дубовика.
  Среди ребят Дубовик имел кличку "сапог" об этом знали многие сотрудники, и всегда предупреждали, - Сапог идет!
  В этот раз он неожиданно нагрянул, все были в сборе, Сергей отсутствовал.
  
  - А где Брюллов?- спросил сапог.
  - В спортзале,- ответили ему.
  
  Дубовик зашел в спортзал, там Сергей бросал мяч в баскетбольную сетку.
  
  -Брюллов,- обратился к нему Дубовик,- я хочу проверить, как вы выполняете правила, о которых мы договаривались.
  - Да, майор,- ответил, не поворачивая к нему голову Сергей.
  - Какой я тебе майор,- возмутился Дубовик. Он был в чине подполковника.
  - Извините полковник,- издевательски опять ответил Сергей, продолжая в той же позе, бросать в сетку мяч.
  - Прекратить!- Визгливым голосом вскрикнул Дубовик,- я тебе этого так не прощу! Ты, что, издеваешься надо мной?
  - Что вам угодно Савелий Прохорович?- спросил Сергей, невинным, девственным взглядом осматривая Дубовика, - вы ведь видите, что я делаю расчеты траектории полета мяча в сетку.
  - Пройдемте, покажите мне, как у вас хранится секретная документация.
  
  Эта взаимная неприязнь и даже ненависть, в конце концов, привела к большому скандалу. Брюллов, через некоторое время опубликовал в математическом журнале одну из своих работ. Дубовик посчитал, что он не имел права этого делать, работая над секретным проектом, и оформил на него дело о государственной измене. Сергея неожиданно для всех, арестовали, перевезли в Москву в Лефортово. Только благодаря связям академика Васильева с высшими чинами ФСБ, которые были у него удалось освободить Сергея, и дело закрыть. Академик сумел доказать, что его математические записи не имеют никакого отношения к выполняемой работе, и являются чисто профессиональной математикой. Однако след от этого события, у Сергея остался надолго.
  Людмила, теперь получив допуск к секретным делам, как помощник директора института, представляла себе этот сложный и большой объем работ, которые сегодня они выполняют, он в основном ложится на плечи ее мужа Андрея. Она изо всех сил старалась создать дома свой особый уют и теплоту, которые позволяли бы отвлекать Андрея от большой и ответственной работы, отдыхать и иногда отключаться от окружающей его действительности. Она понимала, что все равно он всегда находится в состоянии напряжения и мыслит о тех делах, которые осуществляет, старалась все-таки его отвлекать. Она встречала его у порога, обнимала, рассказывала о своих, как она говорила, мелких делах, обсуждала другие темы, отличные от него.
   Ежедневно, она периодически посылала ему короткие sms,
  
  - не перегружайся.
  - жду тебя.
  - люблю.
  
  Эти короткие сообщения, как бы создавали в их семье дух спокойствия и надежности.
  Иногда ей удавалось вырваться с ним, поиграть в теннис, и они выезжали в город на одну из спортивных баз.
  Как-то раз вечером уже в постели они заговорили о своем сыночке.
  
  - Андрей, давай начнем с ним разговаривать на английском, ведь это очень важно, чтобы с такого раннего возраста он начал изучать иностранный язык.
  
  Он согласился, и они теперь, когда только было возможно, начали между собой и между сыном, разговаривать на английском. Достаточно скоро, он тоже уже понимал, и стал произносить отдельные слова. Их дом был полной чашей. Они были счастливы.
  Постепенно результаты кропотливой работы, похожие на научные исследования, двигались вперед. В их разработке было принято совершенно иное новое устройство активной защиты, отличное от того, что применялось прежде и от того, что приняли на вооружение ряд ведущих иностранных государств.
  Предполагалось, что между бронетранспортером или танком и внешней окружающей средой будет создана невидимая преграда на расстоянии в пределах 10--15 метров от его центра. Эта невидимая преграда не должна пропускать вражеский снаряд или гранату и подрывать его на этой границе.
  Чтобы представить себе эту защитную зону безопасности следует взять прозрачный шар разрезать его пополам и поместить его сверху над бронетранспортером или танком. Этот прозрачный полу шар как бы намертво прикреплен к бронетранспортеру и двигается вместе с ним в любом направлении.
  
  В процессе разработки следовало решить две главные задачи. Первая это создание постоянно действующей защитной сферы, которая бы мгновенно реагировала на любого нарушителя её границы. Вторая задача уничтожить этого нарушителя встречным выстрелом. Чтобы задействовать всю эту сложнейшую систему требовалось параллельно создать совершенно новые составляющие, радиолокационную станцию, электронно-вычислительную машину и расстреливающее устройство. Определение нарушителя границы условной сферы, должен был распознавать другой прибор, так называемый инфракрасный детектор. Все новые устройства, возможно, было создавать только при помощи деталей элементной базы, закупаемых в США, так, как у нас ничего подобного не производилось. Это создавало дополнительные трудности.
   Для осуществления проекта проводилась сложнейшая исследовательская и практическая работа. Вначале создавалась безопасная зона. Затем начали проводиться непрерывно эксперименты по бомбардировке любой точки этого условного полушара. После, того, как сама эта зона, зафиксировала нарушителя, мгновенно, производилась передача информации об этом соприкосновении, исчисляемая тысячными долями секунды, на вычислительную машину. И, наконец, объединенная информация передавалась компьютером на картечную пушку, которая своим выстрелом уничтожала фугас противника на границе условной сферы, не позволяя ему поразить бронетранспортер или танк.
   После проведения тщательных научных исследований и задействования компьютерных имитационных программ, приступили к реальному проектированию, так называемых архитектурно планировочных и компоновочных решений. Для радиолокационной станции на корпусе разместили четыре антенны с 360 градусным охватом зрения. Определили габариты и место отстреливающих пушек. Две пушки по одной с каждой стороны. Скомпоновали все внутренние размещения дополнительных приборов и компьютера. Выполнению всех этих сложнейших разработок очень мешал и сильно тормозил режим чрезмерной секретности, установленный по этой тематике.
  
   Сегодня Андрей встречался со своей командой. Решил выглядеть, так же как и все они, и поэтому специально оделся для этого случая. На нём была черная футболка, сверху которой он набросил пиджак, джинсы, на ноги одел кроссовки. Встретились в спортивном зале. У стенки поставили друг против друга две скамьи, повесили доску для записей и черчения.
  Ребята очень уважали Андрея и всегда с большим интересом и вниманием слушали его предложения и замечания по ходу выполняемых работ.
  
  - Уже прошли 23 сектора, результаты попадания, пока на уровне 93 процентов,- докладывал главный программист Вячеслав Барик, с кличкой среди ребят Барклай.
   - Это нас не устраивает, надо крепко поработать и добиться всех 100 процентов. Где ошибка?
   - Андрей Георгиевич, очевидно, придется переделать пятый отдел программного обеспечения,- отвечал Барик.
  
  Этот тесный творческий коллектив был по духу очень близок к Андрею и, чтобы еще больше его сплотить, он сказал.
  
   - Ребята у нас одна команда, поэтому зовите лучше меня, просто Андрей, так будет демократичней.
  
  И хотя Андрей Георгиевич был намного старше, был доктором наук, их непосредственным начальником, такое предложение очень понравилось, и они стали во всех вопросах, и при общении с ним, обращаться просто как к Андрею.
  В этот день надолго задержались и, в конце концов, дошли до рассмотрения установки скорострельных картечных пушек. Они характеризуются высоким темпом стрельбы и оснащены сложными системами подачи боеприпасов, автоматическим устройством перезаряжения.
  Компьютеры рассчитывают оптимальное время и угол для стрельбы из этих нейтрализаторов.
  
   В цехах института также кипела работа. Здесь вместе со смежниками изготавливали первые образцы приборов и устройств и одевали их на будущее опытные машины. Через несколько лет после длительной упорной работы приступили к изготовлению опытных образцов отдельных элементов. Для этих целей пригнали два бэтээра.
  БТР "Бронетранспортёр - броневая боевая машина, транспортёр, предназначенная для доставки личного состава мотострелковых подразделений, материальных средств к месту выполнения поставленной боевой задачи и эвакуации раненых и поражённых с места боя".
  Благодаря специальной компьютерной программе появилась возможность блочно размещать как снаружи, так и внутри различные элементы будущей системы.
  Андрей вместе с директором опытного завода Николаем Ивановичем Раевским осматривали в цеху первый макет стационарный установки имитирующей неподвижный бронетранспортер. На этом макете все устройства должны были быть соответствующие будущей боевой машине. Предстояло испытать его в полевых условиях.
  
  - Андрей Георгиевич, я надеюсь, что мы через три дня отвозим этот макет на полигон, и начинаем его расстреливать,- говорил Раевский.
  - А, пушки отдельно испытывали, картечь полностью сгорает,- спрашивал Андрей.
  - Да, но я в этом вопросе не специалист, вы, пожалуйста, расспросите Сергея. А что касается самого устройства, зарядки, перезарядки, автоматической стрельбы, у меня тут есть один кудесник Виктор Иванович Сергеев, который все это отрегулировал и все работает отлично.
  
  В это время у Андрея позвонил мобильник. Звонили из Москвы, предложили выехать на международную выставку вооружений в Абу-Даби арабские эмираты. Там должны были быть представлены последние образцы бронетанковой техники. Он знал, что IDEX - одна из наиболее важных международных выставок вооружений, технологий безопасности, которая проводится под патронажем президента ОАЭ, правительства и вооруженных сил.
  Закончив переговоры по телефону, он вернулся к теме.
  - Хорошо,- сказал Андрей,- продолжайте, Николай Иванович, я, возможно, уеду на недельку на одну из выставок, затем вернусь и мы посмотрим результаты.
  
  Переговорить о предложении поездки в Абу Даби Андрей зашел к отцу.
  
  - Андрюша, заходи, заходи,- приветствовал Георгий Федорович, увидев сына, входящим к нему в кабинет.
  - Предлагают нам два места в делегации в Абу Даби,- сказал Андрей.
  - Я хотел бы поехать с Людмилой она ведь теперь числится в штате, наш сотрудник, в первых она помогла бы мне с записями и фотографиями, а во вторых это тот случай, когда неплохо бы посетить это удивительное место вместе с ней.
  - Интересное предложение,- ответил отец.
  - Если ты согласен, то я оформляю,- сказал Андрей.
  - Согласен, думаю, не изобьют нас за семейственность.
  - Как раз только, что смотрел данные по рынку боевых бронированных машин, в мире он составил 12,2 миллиарда долларов БМП и БТР,- продолжал он.- На первом месте Канада сорок семь с половиной процента рынка, на втором - США девятнадцать, на третьем - Швейцария шесть и шесть. Россия занимает пока шестое.
  
  Сообщение о том, что они вместе с Андреем едут в Абу-Даби застало Людмилу врасплох. Она сразу даже не поняла этого, но затем, спохватившись, захлопала в ладоши и радостно обняла его.
  
  - Это так здорово милый,- непрерывно повторяла она.
  
  Они быстро собрались.
  
  - Не забудь взять платок или косынку, возможно, нам придется посетить арабские культовые места, где женщинам следует покрывать голову, - предупредил Андрей.
  
  Из Домодедово до столицы эмиратов они вылетели на самолете индийской авиакомпании Jet Airways . У входа в салон их встретили стюардессы и стюарды в уникальной с восточным колоритом униформе. В каждом кресле лежала маленькая подушечка, плед и наушники. Подключив их, можно было на 10 дюймовом мониторе смотреть фильмы, слушать музыку или играть в различные игры. Рекламный проспект, на кресле каждого пассажира гласил:
  'Объединенные Арабские Эмираты - это сказочная страна со своеобразной и неповторимой природой и архитектурой. Многие эту страну называют раем.
  Природа щедро одарила этот край неисчерпаемыми запасами нефти, а шейхи, владеющие и управляющие этим королевством благодаря этому богатству, только дополнили ее красивыми, современной архитектуры, строениями, прекрасными курортами, современной цивилизацией, не нарушая общей красоты и гармонии.
  Здесь всё незабываемо, и каждый приехавший сюда получает от посещения максимум положительных эмоций'
  После пятичасового перелета приземлились в современном аэропорту Абу-Даби. Он располагался в 28 километрах от центра города. До отеля добрались на микроавтобусе, который приехал за их делегацией. И сразу огромная загрузка, и волна впечатлений охватила их.
  Отель, куда их разместили, представлял собой настоящий дворец, окруженный десятками фонтанов, расположенных на обширной территорией с пальмами.
  На следующий день пошла напряженная работа. Людмила, одетая в белый брючный костюм везде сопровождала Андрея и принимала активное участие в рассмотрении экспонатов и в различных переговорах.
  Они осматривали американский Танк, на нашем жаргоне 'Абраша', М1 "Абрамс" у которого основная система управления огнем прямой наводкой снабжалась дальномером-прицелом М17 монокулярного типа.
  Таким образом, можно определять расстояние в пределах четырех километров до цели.
  Андрей прощупывал внутреннее устройство, садился за пульт управления, всё время диктовал Людмиле те или другие замечания.
  Изучая, американский танк Андрей обратил внимание на то, что у него нет автоматической зарядки орудия, снаряды уложены изолированно за скользящей бронированной заслонкой в контейнерах со специальной выбиваемой панелью. Танкист достает нужный снаряд из комплекта, досылает в ствол, и заслонка закрывается. В случае попадания и детонации снарядов, уложенных в контейнер, вылетает эта панель, и ударная волна рассеивается снаружи, а не разрывает его изнутри, как это было всегда с российскими танками. Экипаж остается жив. Машина подлежит восстановлению.
  
  - Это очень оригинально, - промелькнула мысль, и в памяти возникли фотографии наших танков со скособоченными или улетевшими в кусты башнями, которые он рассматривал. Это были фотографии отечественной войны и последних событий в Чечне. При таком попадании в танк, происходила детонация снарядов и зарядных гильз с порохом, расположенных в автомате заряжания, который находился в обитаемом боевом отсеке. Экипаж моментально разрывало в клочья или он сгорал заживо. Танк не восстанавливался.
  Эти мысли еще раз подтвердили, ту огромную важность, разработки активной защиты, которой он занимался.
  
  -Если все удастся, это будет означать сохранение жизни экипажа и возможность восстановления подорванных машин.
  --Люда, записывай, - говорил он, и диктовал подробно длинные характеристики.
  
  Хорошее знание английского языка позволяло оперативно и быстро задавать вопросы, интересующие его, обходится без переводчика.
  Познакомились с бронемашиной БМП LAV-25, которая относилась к легкой бронетехнике, имела небольшую массу, в тринадцать тонн. На жаргоне она назвалась - Бэха. Затем перешли к стенду Танка Т-90, представляющего собой усовершенствованный танк Т-72Б. Он был оборудован остроугольным отвалом, специальным креплением для минного трала. У этого танка была установлена гладкоствольная 125-мм пушка, со съемным термоизоляционным кожухом.
  Андрея особенно заинтересовало комплекс оптико-электронного подавления ТШУ-2 "Штора", который обеспечивал дополнительную защиту танка, создавая помехи в оптическом диапазоне ракет ПТУР, снарядов, авиабомб, авиационных управляемых ракет, имеющих оптическую обратную связь, либо имеющих лазерное наведение.
  Затем они знакомились с другими стендами. Так, немцы утверждали, что их современный танк 'Леопард'-Leopard 2A4 являлся лучшим в мире.
  А на турецком стенде хвалили Турецкий танк Altay, который имел более массивную броню в сравнении с 'Леопардом' и вес машины шестьдесят тонн.
  На британском стенде был представлен основной боевой танк "Челленджер" - "Бросающий вызов" Разработку танка вели научно-исследовательский центр МУЕЕ совместно с фирмой "Виккерс" представители, которых давали все пояснения.
  И наконец, осмотрели легкий разведывательный танк "Скорпион" FV101
  
  Они, ну конечно это был Андрей, собрали очень большой объём различной информации.
  --Все очень важно и интересно, я значительно расширил свои познания,- рассказывал Андрей уже вечером, когда, наконец, они приезжали в свой номер,
  --но, то, что мне нужно, я пока не нашел.
  
  На Людмилу эта выставка также производила огромное впечатление. Все эти ощетинившиеся прямоугольные параллелепипеды, конусы, цилиндры призмы и пирамиды с устрашающими стволами пушек, серого, пятнистого, или цвета хаки, жадно смотрели на толпу окружающих людей, как бы говоря,
  - сейчас я превращу вас в дорожную пыль, только дайте мне сделать хотя бы один выстрел!
  Она задумалась,
  - для чего это все, для чего эта выставка смерти?
  Однако хорошо зная историю, она вспомнила, что вся история человечества состояла из сплошных войн. Люди только тем и занимались, что убивали друг друга. Значит и теперь это необходимо, раз этим занимается мой муж.
  Она восхищалась Андреем, его высочайшей квалификации военного инженера.
  
  -Да, такие люди нужны стране, они создают ее мощь, ее безопасность,- думала она,
  - ну а его работа теперь, связанная, с тем чтобы сохранить жизни солдат, и это тем более достойно.
  
  Людмила знала, чем занимается Андрей, над, чем они работают, он постарался объяснить ей.
  Как то, он произнес фразу, которую она не поняла.
  
  -Я, возмущен, при полном согласии Главного Бронетанкового Управления и Главного ракетно Артиллерийского управления в качестве имитатора зарубежной динамической защиты, НИИ стали протаскивать Боевую другую защиту, которая не соответствуют тому, что установлено на иностранных танках, - произнес он, глядя куда-то вверх.
  
  Она не попросила его разъяснить эти незнакомые для неё термины. Но всегда с большим восхищением и огромной любовью смотрела на него, это был подарок жизни, это была её вторая неотъемлемая часть.
  Времени после работы на выставке осталось не так уж много, и они решили посетить наиболее интересные места ни с чем несравнимого мира.
  Ежедневно утром, рассматривая из окна номера, раскрывающуюся панораму, они восхищались невероятными красками, резкими контрастами, прежде для них не ведомыми. Синее море, чистое голубое небо, яркая зелень парков желтые пески пустыни. Архитектура современных небоскребов была особенной даже для Андрея, которому пришлось побывать во многих странах.
  Они спускались, шли по холлу, освященному великолепным светом. Вдоль стен украшенных сусальным золотом, стояла антикварная мебель. Тишина безукоризненная чистота богатство. На улице встречались группы мусульманских мужчин, одетых в тонкие белые платья, на голове с платком, опоясанным черным жгутом. Этот головной убор назывался Куфия. Женщины ходили небольшими группками одетые в Абайя длинное традиционное арабское женское платье, не подпоясанное, с рукавами, и, как правило, черного цвета. Головные одеяния, хиджабы, или никабы, закрывали все лицо, оставляя лишь узкую прорезь для глаз.
  Первым они посетили авто музей Абу-Даби частной коллекции богатого шейха Хамада бин Хамдан аль Нахьяна. Музей размещался в гигантском гараже-ангаре, выполненном в виде пирамиды. Там находилось более 200 автомобилей, собранные шейхом за 30 лет. Блеск плавные овальные переходы, различные цвета. Эти легкие лакированные лимузины, контрастировали с теми военными образцами, от которых они только ушли.
  Сквер Наследие был второй достопримечательностью
  Здесь, располагались уникальные фонтаны, символы этого мира.
  Таких - скульптур шесть:
  Пушка, Сторожевая башня, Кофейник, Сосуд розовой воды, Колпак накрывания еды, Чаша курения благовоний.
  
  И, наконец, они посетители отель Джумейра Этихад Тауэрс, где на последнем этаже -300 метров над землей, расположена самая высокая смотровая площадка Абу Даби. Прямо рядом с панорамными витринами, где они любовались прекрасными пейзажами, накрыли "афтанун тии" и они пили чай с десертами и закусками. Затем обошли все по кругу.
  Поездка удалась на славу. На обратном пути, в Москве они зашли к маме Людмилы. Она была очень рада.
  
  - Ну, когда же, вы привезете мне моего внука,- спрашивала мама.
  - Скоро мамочка, скоро, жди,- отвечала Людмила.
  
  
  
  
  
  Сохранить производство
  
   Еще со студенческих времен, Раевского Николай Ивановича очень интересовала работа различных машин и механизмов, но не только их функционирование, но способы, и методы обработки металла, из которого делались эти разные, невероятные штучки. Он не только теоретически, но и практически, прошел большую школу знакомства с различными машинами, червячными механическими передачами, редукторами, металлообрабатывающими станками, литейным и другим оборудованием. Он побывал на современных машиностроительных заводах, поведал стационарное и конвейерное производство. И это всё, составляло интерес его жизни. Он прочитал историю Генри Форда, о том, как тот вместе с несколькими соратниками смог в гараже организовать изготовление первого автомобиля, а затем создать крупнейшее предприятие, и начать выпускать их на конвейере. Эта история очень вдохновила, он мечтал о том, чтобы также, что-то такое сотворить.
   Как раз произошли события девяностых годов прошлого столетия. Он обрадовался, вроде бы появилась свобода, делай что хочешь, и он ринулся в эту пучину бурных непонятных событий. Нашлись соратники, это был его приятель и друг Аркадий Ярош.
   С чего - то всегда начинают, и они как огромное количество таких же людей, включились в армию челноков, составляющих значительную часть молодых людей того времени. Нужны были деньги, их предстоит как-то зарабатывать. Но, очень скоро, они поняли, челночной торговлей многого не получишь. Денег, которые можно было заработать этим способом, хватало бы только на личное потребление, а им ведь хотелось организовать, что - то современное. Следовательно, нужно торговать не сумками, а вагонами, или целыми эшелонами, партиями товаров. Вот здесь - то и проявились исключительные способности Яроша. Он мог контактировать с кем угодно, договариваться на любые темы, доставать все, что только есть на свете.
   После изучения состояния рынка оптовых продаж, остановились на возможности поставок крупных партий товаров, это были, круглый лес, мороженая рыба, зерно. Идеи хорошие, но, как их практически осуществить, когда, везде на их полках, ноль. Нет покупателей, нет продавцов, и ни копейки, для того, чтобы можно было предварять прекрасные идеи.
  
   Они сидели, смотрели друг на друга, Николай сказал,
   - Все в наших руках, пробьемся, вначале займемся кругляком,- немного задумался, продолжил,
   -Поступим так, поезжай в Сибирь Иркутск, устанавливай связи среди леспромхозов, а я буду искать зарубежных покупателей в Европе.
  
   Так и порешили. Ярош улетел в Иркутск. Николай, уехал в Москву в бывшее объединение, занимающееся экспортом пиломатериалов. Прошло некоторое время, они уже опять сидели рядом, с конкретными планами действий. Аркадий, говорил, что леспромхозы бедствуют, у них нет заказов, нет денег даже для выплаты заработной платы. Раевский в Москве познакомился с австрийским бизнесменам. Стефан Брукбайер, был готов принимать круглый лес хвойных пород любыми партиями, и оплачивать поставки аккредитивами. Но, аккредитивы такая система оплаты, когда ты сможешь получать выручку, только, если твой вагон, пересечет государственную границу России.
   Следовательно, в цепочке, продуманных реальных операций, не хватало, очень важного звена, а именно живых денег, для оплаты лесорубов, перевозок железнодорожными вагонами. Но где взять эти средства. Рассмотрели три варианта, первый, собственные накопления, второй, в долг у кого-то частного лица, и наконец, третий это кредит банка. Первые два пункта отпали, остался последний.
  
   - Берусь за местный промбанк,- сказал Ярош,- у меня есть некоторые знакомства, которые позволят выйти на председателя, господина Кредитова.
  
   Виктор Куприянович Кредитов мужчина средних лет, с несколько превышающей норму полнотой, быстро бегающими, живыми глазами, принимал в кабинете Яроша.
  Аркадий вышел на Кредитова, через старого приятеля по прежней службе, жена, которого была знакома с его главным бухгалтером. Он просил выделить крупный кредит под поставку лесной продукции, обеспеченной аккредитивами западного бизнесмена.
  Он также договорился о встрече с Раевским, для окончательного и полного обсуждения проекта. Встреча состоялась. Хотя банкир в принципе поддержал, что-то мешало ему, принять окончательное положительное решение. Он тянул, даже в последние дни избегал отвечать на телефонные звонки.
  
   - Думаю, что здесь примем следующий шаг,- рассуждал Ярош, когда они после встречи, собрались с Раевским. - По моей информации, Виктор Куприянович озабочен строительством загородного дома, которого у него почему-то нет, найдем хороший земельный участок, построим ему этот дом.
   --Ты, что Аркадий, ты ведь знаешь моё отношение к таким вопросам. Это прямая взятка. Как мы это оформим? Да и вообще.
   -- Понимаю, ты против таких решений. Но иначе мы не преодолеем те барьеры, которые у нас на этом пути. Оформление беру на себя. Схема такая, мы обналичиваем необходимую сумму из экспорта, этими деньгами буду рассчитываться с исполнителями, а строить они будут по договору с банкиром или с тем, кого он предложит. У нас ноль, ничего не будет значиться.
  
   Обналичивание была та система деятельности многих банков, которой они занимались вместо основного предназначения. Такие конторы называли прачечными. Схема была очень простой. Банку перечислялись через фирмы однодневки безналичные, по липовым договорам за какую-то работу, а он возвращал наличными, за минусом небольшого процента. А так как этот процент был всегда меньше десяти, подобная сделка позволяла фактически уйти от уплаты налогов, и была очень выгодной для всех участников.
  Николай долго обдумывал это предложение, но так, как выхода не было, в конце концов, согласился, и Аркадий начал оперативно действовать. В лесном массиве, недалеко от города, подобрал участок, нашел приличный проект, договорился с бригадой приезжих молдаван. Предложение, банкир принял благожелательно, как должное с их стороны, и хотя следовало найти крупные кредитные ресурсы, пообещал в ближайшее время, положительно решить краткосрочное кредитование по их проекту.
  Лесное дело раскрутилось. Расширили свою фирму. Везде необходимо поставить специалистов. Подобрали в Иркутске своего человека. Организовали целую группу логистики, работающую с железнодорожным транспортом. Дело пошло в гору. Появились некоторые излишние суммы, которые теперь уже можно было направлять на развитие, на создание своего нового продукта, о чем они мечтали.
   Как раз, в этот период, судьба свела и познакомила Николая с академиком Васильевым. Со стороны Северной части промышленного корпуса института, отдельно от него, располагалась лаборатория, здание объединялось с небольшим производственным цехом. Его, институт решил сдавать в аренду, так, как, бюджетных средств на содержание не хватало. Раевский, проезжая мимо, увидел объявление об этом, и очень обрадовался. Помещение очень устраивало. Здесь вполне можно было осуществить будущие амбициозные планы. Раевский подписал договор аренды, расположился на новом месте. А планы были большие. Он собирался продолжать свою коммерческую деятельность и расширять ее, как источник средств, и параллельно начать разрабатывать, и создавать конкретную машину, или механизм. Что это будет, на первых порах, пока еще не знали.
   Начали изучать рынок. Предполагалось, это должно быть, что-то не очень большое, но предметом, имеющим, достаточный сбыт. Перспективной задумкой, которую хотелось воплотить в жизнь, был мини-трактор с разнообразным навесным оборудованием, такой маленький трудяга на все руки. Но пока эту идею осуществлять было рано. Перебирали разные варианты. Это были простые массовые изделия для быта, дверные ручки и замки, сантехнические изделия, краны смесители, запасные части к автомобилям и даже переносные рентгеновские установки. После длительных обсуждений, решили создать линию по массовому производству высококачественных ручек и замков, со специальным покрытием, для внутренних дверей.
   Это не означало, что они собираются производить эти ручки и замки и торговать ими, нет, конечно. Это означало, что дальше, если будет спрос, производить такие современные технологические линии. Построить их со всеми этапами обработки металла и под компьютерным управлением. Такие, а в будущем другие линии, производить и по заказам продавать. Параллельно, на чем настаивал электронщик Костя, создать переносной рентгеновский аппарат, одно из изделий высоких технологий.
   Работа закипела, уже требовались иные, чем для коммерческой деятельности люди, инженеры, электронщики, и очень квалифицированные рабочие, механики, слесаря обработчики металлов. Таких специалистов найти было сложно. Все они уже где-то работали и ценились. Но, Раевский умел рассказывать, о таких перспективах будущего, где для каждого предлагалась возможность большой творческой инициативы, а для таких специалистов это было важно. И они переходили к нему на завод, бросая свой прежний.
  Одним из таких асов был слесарь Виктор Иванович Сергеев. Это был мастер на все руки, он прекрасно владел любым металлообрабатывающим станком, знал не только режимы, на которых обрабатывают ту или иную деталь, но и еще умел делать приспособления, позволяющие выполнять технологически любой проект.
  
   В этот день, у Виктора Ивановича на душе было тревожно. Он ждал результаты медицинского обследования жены.
  По главному шоссе шел непрерывный поток легковых. В основном это были крутые иномарки, в прошлые годы их было значительно меньше и появление такого количества сейчас вызывало восхищение. Это были Аудио и БМВ, Кадиллаки и Шевролеты, Форды и Ситроены, Мерседес Бенцы и Лексусы, Вольво и Тайоты и другие.
  
   -- Откуда они взялись,- думал Сергеев.
  
   Прежде он должен был копить 10 лет для того чтобы купить отечественный Жигули, а тут, пожалуйста, такое огромное разнообразие. Кто эти люди, которые смогли найти средства и купить эти авто? Ведь каждый такой, стоил не меньше десяти, двадцати и даже пятидесяти тысяч долларов. Для него это был не разгаданный вопрос.
   Он переехал в этот областной город из-за болезни жены. У неё был обнаружен рак молочной железы и здесь в областной больнице ей сделали операцию по удалению правой груди. Как ему сказали, такая операция называется мастэктомией. Чтобы метастазы не распространились по всему организму, требовалось очень дорогое заграничное лекарство. Для покупки этого лекарства Виктор Иванович пошел на очень плохую сделку. Сюда он переехал из районного центра, где работал на оборонном предприятии. Он был тем самым представителем рабочего класса, мастером на все руки, о которых говорят, что такие люди на вес золота. Он выполнял любую сложнейшую работу по металлу, добивался невероятный точности деталей, мог делать всё. Внешне, он был похож больше на профессора или инженера, чем на простого рабочего.
   Где взять деньги на оплату лекарств не знал, помог случай. К нему приехал мастер по его прежнему заводу и предложил изготовить два настоящих боевых пистолета. Он согласился, выхода не было. Теперь мысль о том, что он выполнил это, мучила его. Он прекрасно понимал, то, что он сделал, может пойти совсем на другие цели, чем те о, которых рассказывал мастер.
  На новом месте он работал на предприятии, которым руководил, Раевский. Это предприятие было экспериментальным, здесь имелось достаточно оборудования и различных металлообрабатывающих станков, чтобы выполнить любой сложный механизм.
  Сергеев очень любил автомашины. Он рассматривал картинки иномарок в различных журналах, хорошо в них разбирался, однако сам ездил на стареньком Жигули. Но этот старенький жигулёнок был приведен в такое состояние, что можно было позавидовать любому новому.
  Областная онкологическая больница располагалась невдалеке главного шоссе. Здесь он припарковался в ожидании результатов анализов.
  Назначенное время подошло, вернулся в больницу. Однако, к сожалению, сообщили, что анализы пока не удовлетворительные, и необходимо принимать следующие порции этого препарата.
  На следующий день Раевский, обходил производственный корпус, его внимание привлёк стеллаж, за которым работал Сергеев. Тот куда-то отлучился, оставив развернутый чертеж. Это был боевой пистолет.
  
   - Что это?- удивлённо спросил он.
  
  Сергеев, вначале растерялся, но затем рассказал Раевскому, что случилось с женой и, он, для этих целей, вынужден выполнить такой заказ.
  
   -Вот, что Виктор Иванович, прошу вас больше никогда этим не заниматься, а средства на лекарства я вам немедленно выделю.
   - Давайте поступим так,- немного призадумавшись, продолжил Николай,- изготовьте еще два комплекта пистолетов, они, пожалуй, пригодятся для самообороны от бандитских крыш. И пробейте номера, по которым, их можно зарегистрировать.
  
   Раевский выполнил обещание, деньги на лекарства выделил. Сергеев, сделал два экземпляра, как договаривались, на этом история изготовления оружия, забылась. Как-то, задал Раевскому вопрос, который последнее время был для него открытой книгой. Он знал, что тот, также ездит на старой, подержанной иномарке.
  
   -Откуда, появилось много шикарных иностранных автомобилей. Неужели везде высокие заработки, чтобы можно их приобретать?
   - Сам удивляюсь, и честно говоря, толком не знаю, но предполагаю. Мне кажется, все эти люди, которые ездят на шикарных иномарках, приобретают их прямо или опосредованно, за счет госбюджета, а бюджет, как известно, образуется в основном, за счет продажи нефти. В мире это называют нефтяной иглой.
  
   Васильев, в порядке ознакомления с тем, как идут дела на территории института, периодически делал обход. В этот раз, решил посмотреть, что делается в этом арендуемом у них лабораторном корпусе. Зашел в цех, и то, что здесь увидел, поразило. По всей территории на каждом маленьком кусочке и в каждом углу царила исключительная чистота. Он нигде не увидел ни пылинки, ни соринки. Полы и стены были выкрашены в светлые тона. Все окна зияли чистотой и прозрачностью. В цехе светло и сухо. Территория расчерчена разделительными полосами и указательными знаками. Он подошел к настраиваемой линии по изготовлению каких-то деталей, начал рассматривать отдельные технологические переделы.
  Его узнали, послали за директором. Раевский пришел, и с большим знанием дела, начал рассказывать Васильеву, о той работе, которую затеяли здесь, о назначении и принципах действия, отдельных обрабатывающих агрегатов. Он с интересом слушал.
  
   - Мы хотим, на примере обработки простого изделия, создать технологическую линию позволяющую выпускать это изделие большими партиями,- рассказывал директор.
   - Хотя это просто дверная ручка, выбрали мы её потому, что потребность в таких ручках очень велика. И мы уверены, что на такую линию обязательно найдется заказчик, да и в принципе он уже фактически есть.
   - Да, это очень интересно,- говорил академик,- рассматривая камеру, где осуществлялось специальное покрытие в электромагнитном поле.
  
  Затем, подвел к участку, по созданию переносного рентгеновского аппарата. Здесь также понравилось.
  
   -- Это высоковольтное устройство, включающее трансформатор высокого напряжения,- рассказывал и показывал Костя, - это трансформатор накала рентгеновской трубки, он обеспечивает систему, выпрямляющую ток, подаваемый на рентгеновскую трубку.
  
  Васильев долго разговаривал с Костей, иногда даже спорил, с большим удовлетворением закончил осмотр.
  
   - Вы молодцы, рад, что посетил ваш участок,- задумался, затем сказал.
   - Николай Иванович если у вас сейчас, найдется время, заходите ко мне в кабинет, хочу с вами поговорить на одну очень меня интересующую тему.
  
  Георгий Федорович вдруг понял, что-то, чего у них не хватало, и они никак не могли эту проблему решить, вот здесь стоит перед ним. А не хватало им умного настоящего руководителя всем производством института.
  Кабинет располагался в торце, на третьем этаже здания, прямо дверь академика, налево в кабинет Аркадия Георгиевича. В этой приемной, помимо стола секретаря, вдоль стен были расставлены кресла, для сотрудников, ожидающих прием. Кабинет был большой. Везде, и на столе, и на длинном столе для заседаний, лежало очень много различных книг, папок, и даже каких-то не распакованных материалов.
  Васильев сел в кресло, и указал садиться, напротив, в одно из двух кресел, у небольшого приставного столика.
  
   - Николай Иванович,- обратился к нему,- мне очень понравилось в вашем цехе, как вы организовываете дело, я хотел бы поближе познакомиться с вами. Если не возражаете, расскажите мне, пожалуйста, о себе, о прежней и настоящей работе, и вообще хочу понять, кто вы такой есть. Мы в настоящий момент, как бы объединены в одном производстве, и вполне возможно, что я смог бы вам предложить, выполнять определенные заказы по оборонному комплексу из нашего портфеля. Вот поэтому, я и задаю вам такие вопросы.
  
  Раевского это предложение заинтересовало, выполнять определенные постоянные государственные заказы, было заманчиво. Сам академик, располагал к откровенной доверительной беседе. Нисколько не таясь, он выложил ему все свои задумки, то чем они занимаются, и производственную и коммерческую деятельность, в конце добавил, что его мечта, это выпуск мини-трактора с разнообразным навесным оборудованием.
  Выслушав Раевского, Васильев еще раз убедился в том, что это именно тот человек, который им сегодня крайне необходим.
  
   - Это очень интересно, хочу вам Николай Иванович, сделать следующее предложение,- продолжал он,- давайте объединим наши усилия, предлагаю вам возглавить руководство всего нашего производственного корпуса. Это не значит, что вы должны бросить свою фирму и прекратить заниматься тем, о чем вы рассказывали. Нет, продолжайте, просто назначьте у себя своего ответственного заместителя, который останется там, и будет рулить под вашим руководством.
  
  Поступившее предложение было очень заманчивым. Он моментально сообразил, что находясь под крылом научной организации, занимающейся оборонной тематикой, приобретает совершенно другой статус. Его фирму прекратят посещать назойливые поверяльщики из разных инстанций, у него больше появится возможностей для выполнения своих будущих планов.
  Посмотрел на Васильева. Его лицо, выражало открытое, серьезное предложение, дескать, давай, не думай долго, соглашайся.
  
   - Надо бы подумать, прикинуть все,- сказал Раевский.
   - А, чего тут думать, соглашайся,- с искоркой в глазах, сказал Георгий Федорович.
  
   Раевский потер свой лоб, затем посмотрел, сделал небольшую паузу, и ответил,
  
   - Хорошо, согласен, договорились!
  
  С той поры, Николай Иванович, стал руководить всем производственным корпусом института.
  
  Первые испытания
  После длительных многолетних циклов испытаний стационарных макетов, различных корректировок, которые пришлось вносить в разработанную документацию, приступили к оснащению настоящего подвижного бронетранспортера БТР-70.
  В основном цехе опытного завода кипела работа. Из-за необходимости размещения внутри корпуса дополнительных устройств, таких, как вычислительная машина, устройства радиолокационного центра, указатели отстреливающей пушки, пришлось заново перекладывать коммуникации. Наконец, все завершилось.
  В специально отведенное место, огороженное бетонными плитами, въехал этот долгожданный красавец.
  
  - Включаю автоматическую защиту,- сообщил по рации водитель.
  
  В нескольких местах вокруг машины, были расставлены специальные электронные устройства, способные
  издавать имитирующие импульсы, обнаруживая защитную сферу.
  - докладывает первый, контакт есть.
  - второй, контакт есть.
  - докладывает третий, контакт есть.
  - четвертый, контакт есть,- поступали сообщения центр управления.
  
  Приборы показывали, что вокруг образовалась невидимая, неподвижная зона, которая намертво была прикреплена к ней.
  Дали команду и бронетранспортер начал передвигаться в разные стороны. Обнаружили, что зона, как одно целое, двигается вместе с ним.
  Испытатели радостно пожимали руки.
  Это была победа.
  Теперь как маленького ребенка, которого учат ходить, с бронетранспортером начали проводить ежедневные беспрерывные различные действия способные определить работоспособность установленных систем. Пока только чисто аппаратно, при помощи задействованных датчиков, начали производить бомбардировку снарядами. Поступающие сигналы заставляли вхолостую срабатывать защищающие системы.
  Такое испытание проводилось неоднократно, много дней, фиксировалось состояние, результаты тщательно записывали в журналы.
  
  В период длительных изнуряющих исследований, в Москве в Главном управлении было назначено совещание с докладами руководителя НИИ Васильева и КБ Савостьянова о выполнении намеченных сроков работ по созданию активной защиты бронетехники.
  Георгий Федорович, ссылаясь на состояние своего здоровья, договорился, что докладывать будет главный конструктор Андрей Георгиевич Васильев.
  Он, собираясь к отъезду, предложил Люде поехать вместе и взять сына.
  
  - Мы ведь давно обещали Анне Григорьевне привезти к ней внука, вот и давай поедем.
  
  Прилетев в Москву, из аэропорта приехали к матери Людмилы, Андрей уехал на совещание, и обещал после, вечером, приехать. Хотя имел офицерское звание, на совещание прибыл в гражданском костюме.
  Анна Григорьевна была в восторге, она не отпускала от себя Гошу, обнимала и целовала.
  
  - Это моя мама,- говорила Людмила, показывая сыну на Анну Григорьевну,- а, твоя бабушка Аня.
  -Бабушка Аня,- повторил мальчик.
  -in English it would be my grandmother Anna, - сказала Людмила на английском.
  -my grandmother Anna,- повторил за мамой Гошенька.
  - Так вы, еще разговариваете на английском,- воскликнула бабушка.
  - Ну, тогда накрываем большой стол и начинаем праздновать.
  
  Стол уже фактически был заранее накрыт и мама, а теперь уже бабушка сидела рядом с внуком, угощая его разными вкуснятинами.
  
  - Мама, ты поменьше сладостей, это вредно,- просила Людмила.
  
  После угощения, Анна Григорьевна приготовила для внука очень хороший альбом, где нужно было раскрашивать разные рисунки. Она сидела возле него, и с удовольствием показывала и рассказывала, что это такое, и советовалась с ним, каким цветом следует покрасить ту или другую картинку.
  
  - Вот этого мишку, каким цветом будем раскрашивать,- спрашивала она.
  - Коричневым цветом,- отвечал Гоша.
  - правильно, молодец, давай попробуем,- радостно принимала участие бабушка.
  
  Когда вдоволь позанимались раскрашиванием картинок, ребенок стал несколько раз позевывать, его уложили спать.
  
  -
  Садись, дочка, рассказывай, как живете что у вас нового,- попросила Анна Григорьевна, поместив Светлану подле себя.
  - Знаешь мама,- отвечала Светлана,- я иногда задумывалась, бывает ли большое человеческое счастье, и вот теперь, прожив уже несколько лет с Андреем, я поняла, да, бывает.
  - Сложилось так,- продолжала она, - что мы с ним одно целое, это не только я, и он ощущает, и все время заботится о том, чтобы именно так и было. Несмотря на очень большую загруженность связанную с новым проектом, он все время уделяет внимание мне и сыну, находит любые маленькие минуты, чтобы быть вдвоем, а если этого не получается, то обязательно посылает мне какое-нибудь короткое сообщение чтобы, поддержать мой дух.
  - Мы очень любим друг друга, - продолжала она,
  - и я молю бога, если он, конечно, есть, о том чтобы это, продолжалось бесконечно.
  - Складывается так, что при малейшей возможности, он все время хочет, чтобы мы были вместе, вот и сегодня на этот короткий день мы в Москве, а недавно как ты знаешь, мы летали в эмираты, итак, все время.
  Ближе ко второй половине дня, после совещания в Главном управлении, приехал Андрей. Он немного устал, но в принципе был доволен. По тем докладам, которое он прослушал, и сам сделал, у него сложилось впечатление, что его научно-исследовательский институт, значительно опережает КБ Савостьянова, ну, как минимум месяцев на десять, или год. Это поняли и в главном управлении, такие обстоятельства позволили Андрею получить еще значительное дополнительное финансирование на продолжение испытаний опытных образцов.
  Вечером, они немного пообщались, и поговори с Анной Григорьевной, на следующий день, улетели в свой город.
  
  Вернувшись в КБ, Савостьянов пригласил заместителя Рачкова Ивана Николаевича, который, так же как и он, был выходцем из органов, и отвечал у него, за секретность и организацию целого ряда дел, в том числе и требующих личного доверия.
  Савостьянов был не в настроении, он прекрасно понимал, что их отставание в разработке Комплекса Активной Защиты, приведет к тому, что это серьезное финансирование, будет сокращено, и все лавры перейдут Васильеву.
  В лице докладывающего в главке сына Васильева, Андрея Георгиевича, он увидел очень крупную выросшую фигуру, которая способна объединить все силы этого направления, являясь серьезным конкурентом.
  
  - Вот, что Иван,- мрачно сказал Савостьянов,- собирай информацию, которую только можно, по ходу дел у Васильева.
  - Ты знаешь, они опережают нас?
  - А, я, не могу, не могу этого допустить,- он встал, посмотрел на Рачкова, и ударил кулаком по столу.
  - А, ты у меня для чего, твою мать,- он перешел на крик,- для модели что ли, или для мебели!
  - Давай-ка потряси штаны, заведи нужные связи, организуй так, чтобы наши люди имели все последние известия, происходящие у Васильева,- глаза у Савостьянова были навыкате, лицо покраснело и стало багровым.
  - Слушаюсь, Виктор Степанович, постараюсь все сделать,- испуганно произнес Рачков.
  
  Случилось так, что в Москве, на совещании по вопросам сохранения государственной тайны встретились заместитель Савостьянова, Иван Рачков и Савелий Дубовик, заместитель Васильева. Они сошлись, понравились друг, другу, и для закрепления, Иван Рачков позвал Дубовика к себе, в квартиру своей сестры, в которой он обычно останавливался в Москве, она проживала на даче.
  
  - Поехали, Савелий,- предложил он,- у меня дома чисто, никто нас не будет,- он прижал ладонь к уху,- выпьем, поговорим по душам, немного расслабимся.
  
  Дубовик согласился. Взяли такси, поехали в район метро Преображенская, где в тихом переулке была квартира сестры Рачкова. Рядом хороший супермаркет, они полностью затоварились, здесь было все, включая разнообразные салаты, готовые рыбные, мясные блюда. Двухкомнатная квартира сестры было хорошо обставлена. Они накрыли стол, он ломился от принесенных яств, водку российский стандарт, поставили в морозильник, чтобы охладилась.
  После нескольких первых выпитых рюмок, и произнесения тостов за - то, за - сё, их дружба усилилась. Понимая, что они из одной конторы, и одного взгляда на жизнь, они перестали сдерживать себя в своих выражениях, и начали обсуждать различные, близкие для них, в том числе и производственные, темы.
  
  - Учитывая, что мы работаем в одном направлении,- говорил Иван, памятуя в то же время указания своего шефа,- нам нужно сблизиться, чаще обмениваться информацией.
  - Инженеры, инженерами, но и мы кое-что умеем и соображаем, как продвигать наше задание вперед,- продолжал он.
  - А, что они,- включился Дубовик.
  
  У него были натянутые отношения со всем инженерным составом, включая руководителей, своего НИИ, поэтому эта тема очень волновала, наконец, то он может высказаться от души о том, как должны складываться взаимные отношения, между государством и обслуживающими его специалистами.
  
  - Понимаешь Иван - возбужденно говорил Дубовик,- у нас есть государство, у нас есть Родина, кто представляет государство, конечно же, его руководство. А кто у нас в руководстве, посмотри, это же все наши люди. Президент откуда, председатель парламента опять же наш человек, многие руководители министерств и других важных органов все выходцы от нас. И я так думаю, что мы должны определять всю политику, а эти, да кого надо того и найдем, примем, и заставим делать то, что нам требуется.
  
  Савелий Дубовик был возбужден, он даже несколько приподнялся в кресле, и продолжал.
  
  - Я, своих этих, называю шарашки.
  -Шарашки?- удивлённо переспросил Рачков.
  - Да-да шарашки, все они выходцы из шарашек,
  возьми, к примеру, таких известных, как Королев, Туполев и другие. Где они были, откуда появились? Все они свои выдающиеся достижения и изобретения сделали под нашим присмотром, там в этих, так называемых шарашках, вот почему я называю их шарашки.
  - А, что ты пожалуй прав, Савелий,- включился Рачков.
  - Шарашки это все они, - и он протянул руку перед собой,- либералы, очкарики, инженеры, профессора, наконец, евреи.
  - И все они должны трудиться на нас, делать то, что мы им прикажем!
  Они долго еще сидели, выпивали, разговаривали, рассуждали, в конце концов, договорились поддерживать тесные взаимоотношения и обо всем, информировать.
  
  Теперь после последней встречи Рачкова с Дубовиком, Савастьянов стал еженедельно получать подробную информацию о ходе работ проводимых в институте Васильева.
  
  Они обменивались информацией по специально закрытым каналам, с полной шифровкой, передаваемых текстов.
  Он теперь знал, какая применяется радиолокационная установка, какой был разработан специальный компьютер, устанавливаемый на бронетранспортере, какая огнестрельная система будет применяться для отражения поражающего снаряда. Но, к сожалению, вся эта поступающая информация не позволяла Савостьянову ускорить продвижение проекта разрабатываемого в его КБ. В этот раз Рачков зашел к шефу с последней информацией, по Васильеву.
  
  - Виктор Степанович,- начал докладывать он,- через неделю намечается полевое испытание бронетранспортера.
  - Это плохо, это очень плохо,- сказал Савостьянов, встал, прошелся несколько раз по кабинету.
  Затем вернулся, сел в кресло, внимательно посмотрел на Рачкова.
  - Отключи свой мобильник,- сказал он, затем вынул мобильный телефон, отключил и положил на стол.
  - Нам требуется это остановить,- тихо чуть ли не шепотом сказал он.
  - Тебе, тебе, нужно это сделать, остановить, прекратить продвижение вперед.
  - Но, как Виктор Степанович?- Рачков, задумался, он не представлял, как приостановить работу целого института по выполнению государственного заказа.
  - Как, как? А тебя, что не обучали, как это делается, ты, что только на свет народился,- раздражаясь, ответил Савостьянов.
  - Думай, думай, ты должен это сделать, Иван, соображай, не первый раз в твоей карьере,- он смотрел ему прямо в глаза.
  -Срочно вылетай, посмотри на месте, как и что, придумай что-то. Может быть, государственную комиссию по состоянию работы с секретными документами, или еще, что-то такое, найди способ остановить.
  - Завтра вылетаю, Виктор Степанович, постараюсь, землю перерою, что - то сделаю.- Теперь уже с большей уверенностью ответил Рачков, в надежде на свою дружбу с Дубовиком, надеясь найти какие либо способы притормозить их работу.
  - Ну, и славно, в добрый путь, действуй.
  
  Через день, Рачков вылетел к Дубовику, для решения поставленной задачи.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Испытание
  
  Готовенький, полностью укомплектованный, бронетранспортер, покрытый брезентовым чехлом, перевезли на испытательный полигон, только по его контуру можно было определить, что это за машина. В неподвижном положении, без водителя, по нему уже стреляли. Результаты были удовлетворительными.
  Сегодня предстояло провести настоящее испытание с экипажем внутри. Эта проверка, была не для приемной комиссии. Это выполнялось для себя. Для сотрудников это должно стать серьезным экзаменом. Сюда собрались те, кто был причастен к проектированию, сборке и укомплектованию, а также проверке отдельных узлов. Приехали также заместитель командующего военным округом и, находящиеся у него по каким - то делом, начальник разведки северокавказского округа. Этих военных очень интересовали результаты, им крайне требовалась такая машина, которая позволяла бы беспрепятственно двигаться по территории занятой террористами или какими-то бандитами.
  Гости собрались в специальном смотровом блиндаже, откуда через оптические приборы можно было наблюдать за фактическими стрельбами и попаданиям фугасов. Укрытие располагалось от объекта примерно в метрах ста, а стрелок, который должен был произвести выстрел, находился в метрах пятидесяти, в специальном капонире. Руководил всем Андрей Васильев.
  Он был возле стрелка, у него был специальный микрофон, для передачи громких сообщений. К этой громкоговорящей связи был подключен и бронетранспортер.
  
  - Внимание прошу всех занять свои места,- объявил он в микрофон,- приступаем, механику машины, подойти ко мне.
  Тот подошел, - Серегин, дайте мне ключи, идите в капонир и оттуда наблюдайте за первыми взрывами, я сам сяду за штурвал.
  - Андрей Георгиевич, вы, что мне не доверяете?
  -Серегин, выполняйте приказ,- ответил он и затем добавил,
  - я вам доверяю, поменяемся после двух выстрелов, надеюсь, все будет безопасно.
  
  Этого делать было не обязательно, однако Андрей решил, что он должен, на всякий случай, сам провести апробацию внутри. Ведь не зря конструкторы сложных инженерных сооружений, становятся, например, под мостом, когда на этот мост загружается предельная нагрузка.
  
  - Все, - сказал он,- и направился к бронемашине.
  
  Принятое им решение было сразу замечено среди присутствующих и вызывало некоторое замешательство.
  
  - Это он напрасно,- отметил заместитель командующего округом, обращаясь к академику Васильеву и начальнику разведки.
  --Я ему поручил вести весь проект, пусть сам и решает, - сообщил академик, - он расчетливый и решительный, я ему доверяю.
  В это время по радиосвязи прозвучал голос Андрея.
  
  - Первоначальный контроль провожу сам, как ответственный за проект, стрелку сделать выстрел в переднюю часть головного колеса, после объявления о включении автоматической защиты и команды огонь.
  
  На территории воцарилась тишина, все внимательно ожидали предстоящее событие.
  
  - Включаю автоматику, - по громкоговорящей связи, раздалась сообщение Васильева.
  - Стрелку подготовиться!
  
  Находящийся в капонире стрелок подготовился, и направил свой гранатомет РПГ-29, в точку намеченную Андреем Георгиевичем.
  - Огонь!
  
  Раздался залп, граната взорвалась, но бронетранспортер, как стоял, так и остался стоять чуть-чуть шелохнувшись.
  
  - Отлично, все в порядке,- раздался голос Андрея Георгиевича,- делаем второй удар! Второй в среднюю часть корпуса.
  - Подготовиться!
  - Огонь!
  
  Прозвучал хлопок, и опять граната взорвалась, не долетев до корпуса, а он, лишь чуть-чуть шелохнулся.
  
  - Отлично, - раздался голос командира,
  -- водитель поменяйтесь со мной.
  
  Поменялись, и Андрей пошел туда, где собрались присутствующие конструкторы и приглашенные гости.
  Теперь уже никто не мог сдерживать свои эмоции, кричали ура, мы победили и раздавались другие громкие возгласы. Он, прежде всего, пожимал руки своим, конструкторам, участникам проекта, они продолжали аплодировать, обниматься с ним. Только после он подошел к приглашенным генералам и отцу.
  
  - Поздравляем, поздравляем, это было очень убедительно,- произнес один из них.
  Отец протянул руку, крепко обнял, - поздравляю!
  - Спасибо, теперь попробуем повторить все это несколько раз в движении.
  
  Андрей перешел на отведенное ему по сценарию место, и начал оттуда руководить. Бронемашина по команде начала двигаться вдоль площади, развернулась другим своим боком, и в это время, по сигналу, в неё несколько раз выстрелили. Результаты были одинаковыми. Она была цела, летящие гранаты не смогли её поразить.
  После завершения начразведки обратился к Андрею.
  
  - Как, я понимаю, вам нужно будет провести испытания в войсках, предлагаю наше расположение.
  
  Он был под большим впечатлением, от того, что увидел.
  Надо же, он знал, как на боевую технику, танки навешивается огромное количество так называемых чемоданов, выполняющих прикрытие, а здесь легенький бронетранспортер, как будто бы закрытый толстой броней, а на самом деле ничего вокруг нет. И всё великолепно срабатывает
  
  -- Спасибо, это хорошее предложение, - улыбнулся Андрей.
  --Действительно следует проверить эту машину в полевых условиях в войсках, - подумал, он,- но, сложность транспортировки. Ведь только на согласование схемы погрузки на железнодорожную платформу, а главное секретность и организацию охраны уйдут месяцы.
  -- Будут большие проблемы с транспортировкой я пока не смогу утверждать точно, на это уйдет много времени.
  --Какие габариты БТР,- спросил разведчик.
  
  Андрей задумался, затем достал из кармана записную книжку, полистал.
  
  -- Вот, нашел,- обрадовался он,- длина корпуса, в миллиметрах 7500, ширина 2800, высота 2235, вес до 12 тонн.
  -- Думаю, найдем решение. У нас есть транспортный вертолет МИ, знаю, у него длина грузового отсека 12 метров и перевозит груз до 20 тонн, остальные размеры уточним. Лишь бы БТР прошел по ширине грузового люка. А долетим от вас за пять, шесть часов. Давайте проработаем схему.
  -- Отлично, присылайте вашего авиатора, мы быстро все просчитаем. За месяц справимся со всеми согласованиями,- ответил Андрей.
  -Вот и хорошо, по готовности, сообщите, я пришлю вертолет, вы загрузитесь и прилетите прямо на нашу базу.
  
  Приехав к своему коллеге, а теперь уже и приятелю Дубовику, Рачков, получил полную информацию по состоянию дел с проектом, в институте Васильева. Он выяснил о том, что успешно прошли испытания и, что теперь намечено провести их непосредственно, в войсках на северном Кавказе. Он также узнал, что для транспортировки, сюда будет прислан вертолет, который загрузится, и отправится прямо в округ к месту новых испытаний.
  Они договорились, что о дате и времени транспортировки, Дубовик обязательно его оповестит.
  С этой информацией он вернулся к себе, и пришел в кабинет Савостьянова. Проинформировал его по состоянию дел у Васильева и в конце разговора предложил.
  
  -У меня есть возможное решение того вопроса, который вы передо мной поставили. Требуется поддержка.- Рачков, показал свой указательный и большой палец, потирая ими, он имел в виду купюры.
  - Во-первых, я тебе обещал полковника, и я это выполню.
  - Во-вторых, я обеспечу тебя наличными,- Савостьянов взял бумажку и написал цифру, - устроит?
  - Да, пока устроит.
  --Завтра с утра зайди с портфелем.
  
  На следующий день, как договаривались Рачков пришел. Савостьянов открыл сейф, достал большой пакет, обернутый в твердую бумагу, передел Рачкову. Тот взял, положил в портфель.
  
  - Я улечу на несколько дней,- объявил Рачков.
  - Счастливого пути!
  
  Они пожали руки, и расстались.
  
  Последние дни, и даже месяцы, перед отлетом, были настолько загружены, Андрею некогда было, как следует общаться со своей семьей. Он рано уходил, поздно приезжал домой, измотанный после длительных различных разбирательств, проведения дополнительных расчетов, поиска и заказа вдруг недостающих каких-то материалов, других неожиданных вопросов, возникающих на пустом месте, связанных с подготовкой испытаний.
  Накануне вылета, в наступающий выходной, решил провести время вместе семьей. Выехали утром одной машиной. Чтобы не быть связанным, взял собой водителя Серёжу. Внутри внедорожника, устроились втроем, на заднем сиденье. Для Гоши было специальное детское кресло, в нем по всем правилам, поместили сына.
  Место, куда Андрей решил поехать, было сравнительно скромное лесное озеро, расположенное в километрах 30 от города. Проехав, асфальтовой дорогой, свернули вправо, грунтовка пошла вниз, в долину, заросшую густым сосновым лесом. За поворотом, блеснуло зеркало озерной воды, они выехали на берег, врезающийся в озеро, маленьким полуостровом. Здесь расположились походным лагерем. В начале августа, лето еще только-только было на своем закате, стояла хорошая теплая погода. Людмила и Сережа, хлопотали вокруг пикника, хотелось сделать его запоминающимся, разнообразным вкусными закусками. Андрей на поляне, рядом, играл в футбол с маленьким Гошей.
  Гоша, Георгий Андреевич, в свои, уже почти, 5 лет, был довольно развитым мальчиком. Он обладал достаточным набором слов, чтобы в быту изъясняться на английском языке. Умел считать, писать, знал таблицу умножения. У него было хорошо развито логическое мышление, он умело собирал из конструктора, привезенного отцом, различные движущиеся механизмы, подъемные устройства. Разбирался в окружающем мире, различал происходящие разные события. И конечно, был ловким парнем, хорошо бегал, прыгал, скакал, постоянно занимался физическими упражнениями. Всему этому он должен был благодарен своей маме, которая неотлучно во всем следовала за ним, непрерывно занимаясь развитием его способностей.
  
  - Папа, держи! - кричал он, ударяя со всей силы мяч, но силы недостаточно, и он летел не так быстро, к отцу.
  -- Какой классный удар!
  -А, теперь ты,- отец не сильно, направлял мяч сыну, стараясь, чтобы он поймал.
  Они бегали, резвились, на поляне, раздавались громкие, детский и взрослый голоса, радостно смеялись. Когда дошла очередь разжигать огонь, он взял сына за ручку подошел к приготовленным дровишкам.
  
  - Подождите,- сказал он,- эту операцию мы сейчас будем делать с тобой.
  - Давай Гоша, возьмем сухие веточки, сухие листики, сухих мха и травы, и теперь попробуем разжечь.
  
  Он, складывал это все, аккуратно, пирамидкой, как показывал папа. Отец поджог зажигалкой.
  
  - Дуй, дуй, изо всех сил,- попросил он.
  
  И медленно, медленно, сложенные в пирамидку сухие веточки, загорелись, пошел дымок.
  
  - Молодец, мы сделали это,- Андрей схватил сына, подбросил, а затем стал кружить вокруг себя.
  
  Радости не было конца. Конечно, центральным угощением был шашлык, заранее замаринованный дома. Угли от костра, переложили в мангал, и на углях зажарили сочные, вкусные кусочки, шашлычного мяса.
  Было еще много развлечений, они даже попробовали ловить в озере рыбу, и поймали одну, небольшую, что привело Гошу в большой восторг.
  Когда он устал, здесь же на полянке, уложили в удобную устроенную постель, поспать.
  Вместе с Людмилой пошли прогуляться по лесу.
  Они шли, обнявшись, она тесно прижималась к нему.
  
  - Как мне хорошо,- говорила она,- ты молодец, что устроил эту поездку, я очень люблю тебя.
  
  Действительно, она чувствовала, как огромное счастье переполняло ее, она вспоминала эти годы, прожитые с мужем, как великий праздник в нее жизни.
  Она повернулась к нему, положил руки на его плечи, крепко прижалась и расцеловала.
  
  - Мне ничего не надо,- говорила она,- я только хочу одного, все время быть с тобой.
  
  Вечером они вернулись. Этот небольшой семейный праздник, стал еще одной великолепной страницей в их прекрасной радостной совместной жизни.
  
  Рано утром, на полигон военного округа, привезли, проверенный и подготовленный к войсковым испытаниям бронетранспортер. К этому времени с юга прилетел огромный вертолет МИ - подъемный кран, его длина составляла сорок метров. В связи с тем, что в фюзеляже, прежде не перевозили таких крупных транспортных средств, конструкторы тщательно прочитали все центры тяжести, и на заводе института подготовили все необходимые приспособления для крепления. Опустили грузовую рампу с открывающимися наружу створками, и по команде водитель-механик, медленно стал въезжать в раскрывающееся брюхо. Здесь требовалась ювелирная работа, так как ширина раскрывающихся створок грузового отсека, было всего лишь на 10 сантиметров шире, каждой из сторон бронетранспортера. Наконец машина, двигаясь буквально по миллиметру, въехала, и была закреплена внутри корпуса.
  Андрей, вылетал, возглавляя группу испытателей. Учитывая, что пассажирский салон был рассчитан всего лишь на 6 человек, он взял с собой трех главных специалистов.
  На полигоне собралось много провожающих. В их числе были, конечно, академик Георгий Федорович и Людмила.
  Перед вылетом, она стояла вместе с Андреем, держала его за руки, и всматривалась ему в глаза. Ее одолевало, какое-то непонятное чувство тревоги, за него, за его полёт. Она слышала, что там, в горах Кавказа, все еще происходит, какая-то партизанская война, и мало ли, что может произойти. И она мысленно, молила судьбу, чтобы все обошлось, чтобы все прошло безопасно, и чтобы он нормально долетел, и затем вернулся домой. Он чувствовал эти ее переживания.
  
  - Да, ты не волнуйся родная, все хорошо, все организовано отлично, жди меня.
  - Я, буду ждать, береги себя, дорогой.
  
  Поступило сообщение, всё готово к полету.
  
  - Счастливо,- сказал он, поцеловал Людмилу, и отошел к остальным провожающим, попрощаться.
  
  Он пожал протянутые руки, обнялся с отцом, и пошел на посадку.
  Люда, с замиранием сердца смотрела на него, он обернулся и помахал ей.
  Вначале зашумели, загудели, и слабо раскручивались винты, и вот он напрягся, как перед стартом, чуть приподнялся, и взлетел.
  Они стояли, махали руками, удаляющемуся от них вертолету, пока он не превратился в маленькую точку, и затем окончательно исчез из вида.
  
  Среди провожающих был также и Дубовик, когда все отошли, он вынул мобильник, набрал номер.
  
  - Слушаю, Савелий,- раздался в трубке голос Рачкова.
  - Привет, все нормально, благополучно улетели. Надеемся на успех.
  - Спасибо за информацию. До скорого, конец связи.
  
  Дубовик положил телефон в карман, и пошел дальше по своим делам.
  
  В горах у военной базы
  
  Бритоголовый, с черной бородой чеченец, Хасан Загидуллин, на коленях, створял бесконечные поклоны своему Аллаху,
  -- бисми Лляхи ррахмани ррахим (во имя Аллаха милостивого и милосердного)
  - о, чем - то к нему обращаясь.
  В своей молитве, он просил , чтобы аллах дал ему хорошую охоту. Эта хорошая охота позволила бы ему, в конце концов, построить собственный большой дом и зажить его семье в достатке. Семья была большая, трое подростков, две девочки и Зуда жена Асила. Всех надо было кормить и хорошо одевать. Обычно он надолго уезжал на заработки и после возвращения рождался очередной маленький чеченец. Он был простым боевиком, и всякие там высокие материи его совершенно не интересовали. Убить того или этого. Взорвать кого - то другого. Это была его обычная профессия, и она не вызывала у него никаких отрицательных эмоций. Наоборот он был очень рад, когда это хорошо получалось. Особенно, если речь шла о неверных.
  Он, и его напарник Муса, расположились среди зелёнки на пригорке, недалеко от российской военной базы. Она хорошо просматривалась с этого места. Пока Хасан молился, напарник сидел поодаль, и внимательно в бинокль всматривался в горизонт, ожидая прилета большой птицы. О времени им сообщили 5 часов назад, они уже 3 часа находились в ожидании.
  На земле, рядом с Хасаном, лежал подготовленный к стрельбе переносной зенитно-ракетный комплекс 'Игла' Он умел пользоваться этим оружием, как многим другим.
  
  -эха кемане- вертолет,саган!- крикнул Муса, показывая на точку, появившаяся слева.
  
  Хасан посмотрел, взял ПЗРК 'Игла', положил его на правое плечо, прицелился и стал сопровождать эту точку, по мере её приближения к их месту расположения.
  Постепенно точка начала приобретать очертания летящего вертолета, все время, увеличиваясь в размере. Он был огромный, необычный, приближался и начал совершать манёвры, заходя на посадку. Загидуллин выстрелил, прогремел звук от запуска ракеты. Было видно, как она быстро летит к вертолету. Раздался хлопок, загорелся правый двигатель.
  
  -Муса, оьцу видео, (снимай на видео)- приказал Хасан.
  
  Муса, схватил в руки, висящую у него на груди видеокамеру, прицелился, и начал записывать все, что происходит.
  Вертолет, срочно пошёл на снижение. Очевидно летчик, получив сигнал повреждения, решил произвести аварийную посадку. Он быстро приближался к земле, повреждение было не значительным. Однако, при аварийной посадке Ми ударился хвостом о землю и, на глазах у обоих диверсантов, машина развалилась. Раздался взрыв, а затем как бы по детонации, прозвучало еще несколько многократных. Вспыхнуло огромное пламя, вертолет горел.
  
  -Аллах акбар! Аллах акбар!- выкрикнули одновременно оба.
  -д1а (dja)-уходим!- крикнул Муса.
  - хьежа (подожди)- сказал Хасан и стал на колени. Он всегда, когда заканчивал дела, должен был помолиться.
  -- Аллаахумма антэ раббии, ляя иляяхэ илляя ант,............,- начал, он.
  --О Аллах, Ты - мой Господь! Нет Бога, кроме Тебя. Ты сотворил меня, и я - Твой раб. И постараюсь я оправдать возложенную на меня ответственность, сдержать данное мною слово в меру своих сил и возможностей. Я прибегаю к Тебе, удаляясь от всего недоброго, совершенного мною. Я признаю те блага, которыми Ты одарил меня, и признаю свой грех. Прости меня! Поистине, никто не простит моих ошибок, кроме Тебя.
  -д1а (dja)- уходим!- теперь уже приказал он.
  
  Они бросили переносной зенитно-ракетный комплекс, и только им, известной тропой, ушли из зелёнки.
  
  После удара о землю экипаж и пассажиры безопасно вышли, так как они были в кабине, которая практически не пострадала от удара. Однако по трагическому совпадению посадка была осуществлена прямо на минное поле, защищающее военную базу от вылазок боевиков. Из-за этого, огонь пожара, разгорелся с огромной силой, а потушить горящую машину, людьми, находящимися на базе, было невозможно. Кто-то из спасшихся людей, ринулся в сторону, но подорвался на минах.
  После того как сапёры проделали в минном поле несколько проходов, тушить было уже нечего, а из экипажа и пассажиров в живых не остался никто.
  
  
  Людмила только вернулась домой. Прошедший день был очень насыщенным, он особенно запомнился прощанием с Андреем и отлетом на Кавказ. Она все еще переживала предстоящую разлуку, в это время зазвонил мобильник.
  
  - Лю-да,- прозвучал какой-то необычный голос Георгия Федоровича,- бро-сай все и немедленно приезжай сюда.
  
  Поначалу она даже не узнала его голос, и не поняла, кто это звонит. Теперь даже не разобравшись, куда нужно приезжать, на работу или к нему домой, встревожилась.
  
  - Что бы это могло быть?
  
  Она села в машину, та, почему-то сразу не заводилась, наконец, вырулила, поехала к Васильеву на работу.
  
  - Нет, нет, с Андреем должно быть все хорошо,- думала она,- это о чем-то другом.
  
  Когда вошла к нему в кабинет она не узнала его. Георгий Федорович сидел сутулившийся, втиснутый в кресло, лицо его было белым как снег.
  
  - Нет, не может, это невозможно,- в ужасе промелькнула мысль
  - Люда, иди сюда дочка,- еле слышно произнес он, приглашая к себе.
  
  Она подошла, он обхватил ее руками, прижал к себе, и заплакал. Это было тяжелое старческое всхлипывание. Он еще ничего не сказал, но она уже поняла, что произошло самое ужасное, что могло произойти. Тьма застелила глаза, ноги подкосились, она не могла стоять на месте.
  
  - Вертолет подбили, все погибли,- шепотом произнес он, и продолжал всхлипывать.
  - Андрюша, Андрей, родной мой, погиб, его уже не будет с нами, какое горе,- еле, еле, произнес он.
  
  Это страшное известие, наконец, дошло до нее сознания, и она не выдержав, спустилась вниз прямо на пол около отца Андрея и громко, навзрыд зарыдала.
  
  - Этого не может быть, это не вероятно, за что, почему,- пролетали мысли.
  
  Через некоторое время она пришла в себя, встала и присела рядом около Георгия Федоровича. Он смотрел на нее невидящими глазами, и потом тихо рассказал о том, о чем ему только, что сообщил по телефону начальник разведки кавказского округа. Жизнь остановилась.
  
  На следующий день, с утра, Рачков зашел в кабинет к Савостьянову.
  
  - Виктор Степанович, здравствуйте, вы еще не слышали последние новости, сегодня,- спросил он.
  
  - А, что?- с удивлением спросил Савостьянов.
  - Тогда включите, как раз сейчас передают.- Савостьянов включил телевизор.
  
  Передача подходила к концу. В завершении дикторша сообщила, что на кавказском округе, вчера боевиками был сбит военный вертолет, экипаж в составе трех человек и четверо военнослужащих, находящихся на борту, погибли, ведется расследование.
  
  - Не может быть, так это тот самый вертолет Васильева, который улетел на испытания? Какая трагедия, может ты, ошибаешься, Иван?
  - Нет, я не ошибаюсь, это тот самый вертолет, и в числе погибших, Андрей Георгиевич.
  - Следует немедленно сообщить эту скорбную весть, и разослать наши соболезнования,- произнес Савостьянов.
  
  Он еще долго суетился, звонил в разные места, в том числе в Москву и выражал всем огромные соболезнования. В конце разговора он сказал, обращаясь к Рачкову,
  - Материал на присвоение тебе звания полковника я направил, обещают быстро решить.
  
  Пришло сообщение, что груз 200 пребудет в город послезавтра к 12 часам дня. Комиссия по организации похорон приняла решение в этот же день захоронить погибших в авиакатастрофе. Похороны должны состояться на военной части городского кладбища. В связи с тем, что на месте катастрофы были собраны только фрагменты тел, захоронение предполагалось осуществить в запаянных цинковых гробах, без прощания родственников с телами погибших.
  Все эти дни, Людмила находилась в состоянии полного её отсутствия в происходящих вокруг событиях и жизни. Однако накануне похорон, она собралась и решила подобрать соответствующий наряд, чтобы достойно проводить своего мужа. В день похорон, Георгий Федорович попросил ее, прийти к нему, чтобы помочь одеться, и вместе с ней отправиться на кладбище. Когда она пришла она увидела, что он совсем сдал, голова подергивалась, руки дрожали, это был немощный старый человек. Он попросил ее достать из шкафа генеральский мундир, почистить его, погладить и помочь ему его надеть. Вместе они приехали на кладбище он в генеральском мундире, она в черной шляпе и черном длинном платье. От ворот до места захоронения, они шли за гробом, покрытым национальным флагом.
  Когда гроб опускали, взвод солдат произвел несколько ритуальных выстрелов, сердце её разорвалось от горя, слезы крупными каплями лились по щекам. Георгий Федорович вместе с ней подошел, он еле держался на ногах, и, схватившись за её локоть, поднял горсть земли, и бросил в могилу.
  Но, горе никогда не ходит одно, оно обязательно старается еще кого-то зацепить и утащить за собой.
  Этой жертвой стал отец Андрея. Он уже не мог ходить, врачи непрерывно дежурили у его постели. Ей сообщили, что он просит ее прийти. Она присела рядом, взяла его руку и крепко сжала в своих ладонях.
  
  - Люда, я хочу сообщить тебе неприятную, но очень важную вещь. Это был не случайный выстрел, это было предательство.
  Он весь напрягся, она почувствовала это через свои ладони, и продолжил,-
  - мне позвонил начальник разведки генерал, он очень переживает по поводу случившегося, и сообщил, что они перехватили сигнал связи, сообщением о прилете вертолета, из города в котором находится КБ Савостьянова. Кроме этого он сообщил, что они поймали боевика, стрелявшего в вертолет и сейчас пытаются выяснить, кто был заказчиком.
  - Люда, я чувствую, что я скоро уйду, и очень прошу тебя, прими все меры, чтобы вырастить своего сына Георгия, достойным его отца Андрюши, и его деда старшего Георгия, - он притянул ее к себе.
  - Дай я тебя поцелую, и уходи.
  
  На следующий день, Георгий Федорович умер. Его также, похоронили со всеми военными почестями. Кроме военных присутствовали представители академии наук. В этот раз Людмила решила взять на похороны сына. Она объяснила ему, что дедушка умер и, что так бывает с людьми, они умирают.
  
  - А, где папа?- встревожено, спросил сынок. Сердце ее разрывалась, но она решила, что скажет о том, что произошло с попой, тогда когда он подрастет, а теперь ответила,-
  - папа уехал далеко, далеко, его долго не будет с нами, об этом я тебе расскажу позже.
  
  
  После смерти академика, институт фактически закрывался. Тему законсервировали, финансирование прекратили, и сотрудники потихоньку начали уходить, кто куда. Приехала специальная комиссия, которая описала все материалы по прежней разработке, собрала все элементы активной защиты, и передала их в другой институт КБ Савостьянова. В самом здании института, осталось небольшая группа людей, которые существовали за счет аренды помещений, сдаваемых бывшим главным бухгалтером.
  Людмила по-прежнему находилась в кошмарном сне. Она не знала, что ей делать. Ежедневно она ездила на кладбище, приносила цветы, часами сидела там, около могилы Андрея. Теперь уже над его могилой стояла стела из красного гранита, на которой были написаны его имя, год рождения и смерти, а также то, что подполковник Васильев погиб при исполнении своих служебных обязанностей. В этом ряду таких же стел, были разные даты смерти, тут были надгробия из прошлой войны, и офицеров погибших в Афганистане и в Чечне.
  Часто, она разговаривала с собой и с Андреем, говорила ему,
  
  - Родной, мне нечего делать на этом свете, возьми меня к себе, я с удовольствием лягу рядом, и мы будем вместе навсегда.
  
  Но, что-то удерживало ее. Это был наказ, который оставил ей Георгий Федорович.
  - Ты должна вырастить маленького Георгия, и сделать его настоящим мужчиной, достойным своих, отца и деда.
  - Для этого я должна жить,- решила она,- я должна употреблять все мои силы и способности для того, чтобы мой сын, вырос настоящим человеком.
  
  Прежде она не интересовалась политикой и не следила за новостными программами. Теперь же, когда она начинала анализировать то, что произошло, стала задавать себе вопрос без ответа.
  
  - Кто виноват в этой трагедии?
  
  С одной стороны ее муж был военным человеком, военные люди иногда гибнут, выполняя свой непосредственный служебный долг. Так бывает везде, во всех странах. Воспоминая то, что сказал ей перед смертью Георгий Федорович, она в ужасе содрогалась.
  
  - Предательство! Как это возможно? Как это допустимо от таких же людей в военной форме? Стремление выслужиться, нездоровая конкуренция. Почему? Что это за государственная идеология и система, которая позволяет такое.
  
  Постепенно рассматривая различные события прошедших лет, она стала узнавать подобные явления.
  Подводная лодка Курск, в двухтысячном году. Погибло более 100 подводников. Октябрь 2002 года, Дубровка, 912 заложников погибло 130 человек. Беслан, в 2004 году, 1128 заложников, 334 из них убиты.
  А взрывы жилых домов в Москве в Волгодонске в Буйнакске. Что творится, где силы безопасности, которые должны оберегать своих граждан? И постепенно мысли её приводили к тому, что во всем, в том числе и в смерти ее мужа, виновато это неповоротливое, тупое государство. Где никого, не интересуют конкретные живые люди. У нее появилась невероятная мысль.
  
  -Кто должен ответить за смерть моего мужа?
  
  Тут же возникал ответ.
  - Оно, это государство, я должна мстить я должна наносить ему вред в отместку за него.
  - Это не месть Родине, которую я безмерно люблю, это месть этому бюрократическому, неповоротливому строю.
  
  Но, как это сделать, она не знала.
  
  
  
  
  
  
  
  
  Мечта воплощается в жизнь
  
  
   Перед смертью академик Васильев приглашал к себе не только Людмилу, к нему приходил и Раевский Николай Иванович, директор производственного комплекса.
  Он принадлежал к той категории людей, которые в любых условиях, из ничего, могли, что-то сотворить. Преодолел время, когда крышевали бандиты, он смог продолжать свое дело, когда начали крышевать менты, он приспосабливался к любым условиям, потому что главным двигателем в его устремлениях, было конкретное желание, что-то совершить, что-то создавать. Он полностью пользовался всеми возможностями рыночной экономики, которые хотя и слабо, но все-таки начали прорастать на почве России.
   Георгий Федорович знал об этом. Он понимал, что после трагической смерти Андрея финансирование по этому направлению будет прекращено, он понимал, что и ему осталось недолго быть на этом свете. Он знал также, что на опытном производстве есть целая группа талантливых молодых инженеров, которые могут и стремятся к тому, чтобы что-то созидать. И для того чтобы это свершилось, следовало сохранить опытный завод, во главе которого стоял этот человек.
  
   - Николай Иванович,- сказал он,- думаю, что вы прекрасно понимаете ту критическую ситуацию, которая сложилось у нас.
  
   Раевский смотрел на него, он понимал, какую трагедию принес этот уважаемый им, пожилой человек. Слова соболезнования, по поводу смерти Андрея, он уже произнес прежде, и теперь не знал, о чём может пойти речь.
  
   - Андрюша, погиб, я еле, еле, стою на ногах,- продолжал академик,
   - единственный человек, который сможет сохранить коллектив талантливых ребят,
   и что-то полезное сделать в наших цехах, это вы.
   Он посмотрел на него одобряющим обнадеживающим взглядом,- и продолжил,
   - поэтому я решил передать вам лично контрольный пакет акций на все.
  
   Академик встал, подошел к своему сейфу, открыл его, и попросил Раевского подойти и забрать пакет документов, на которые он показал.
  
   - Возьмите, пожалуйста, эту папку, и постарайтесь, как можно быстрее все оформить, я все подпишу.
  
   Он взял документы, с уважением посмотрел на Георгия Федоровича, протянул ему руку, и сказал,
   - я постараюсь оправдать ваше доверие Георгий Федорович, только вы, пожалуйста, держитесь, все что могу, все сделаю.
  
   Он быстро, в течение двух дней, оформил все документы, Васильев все подписал, и в результате, стал основным акционером производственного комплекса, со всеми цехами и оборудованием и землей, на которой оно располагалось.
  
   Прошло более года, после того как Николай Иванович взялся осуществить свою мечту. Это был год напряженной работы. И вот, наконец, в главном цеху собран новенький мини-трактор. Это уменьшенный в несколько раз современный трактор, способный исполнять множество функций.
   Он не большой, шириной всего лишь чуть больше метра, и длиной в два с половиной.
   У него овальный снижающийся вперед округлый капот, окрашенный яркой бурой лакированной краской, с двумя фарами и декоративной серой решеткой. Под капотом установлен, небольшой в 20 лошадиных сил, дизельный, 3-х цилиндровый, с жидкостным охлаждением двигатель. Кабина открытая, с дугой безопасности за сидением. Однако имеется возможность установки закрытой кабины, с обогревом. Передние колеса маленькие, с типоразмером 6-12, в дюймах, что означает, всего лишь 15 сантиметров шириной и тридцать сантиметров в диаметре. Задние колеса, чуть больше, шириной 25 в диаметре 40 сантиметров. Трехточечное навесное устройство, позволяет крепить к нему ковш экскаватора, ковш погрузчика, и многие другие полезные навесные штуки. Он оборудован гидравлической системой, позволяющей управлять этими навесными приспособлениями и усиливать руль. Сидеть в нем и им управлять очень удобно.
  
   - Николай Иванович, попробуйте, садитесь,- приглашает его Виктор Сергеев слесарь профессор, принимавший непосредственное участие в сборке и отладки механизмов.
  
   Тот садиться за руль и начинает выполнять различные операции, едет вперед, назад, поднимает ковш экскаватора. Он очень доволен. Постепенно мечты осуществляются в жизнь.
   Этот трактор конечно еще образец, изготовленный и собранный вручную, это не машина, сделанная на линии завода, но он настоящий действующий.
   С тех пор, как научный институт академика Васильева, фактически был разгромлен, Николаю Раевскому пришлось приложить невероятные усилия, чтобы собрать и сплотить коллектив инженеров, программистов, механиков, способных загореться идеей, и воплотить её в жизнь. Многие молодые ребята тогда ушли, разъехались кто, куда. Но все же, кое - кого удалось уговорить, и оставить у себя. Это были ребята из творческой группы Андрея Васильева. В команду входили конструкторы, разрабатывающие рабочие чертежи, дизайнеры оформляющие архитектуру теперь уже мини-трактора, а не боевого транспортного средства, а также технологи, параллельно продумывающие способы изготовления той или иной детали. Их, как и прежде, посадили за один стол. Они спорили и обсуждали каждое действие, и в результате рождалось то, что требовалось претворить в жизнь. Это были, Сергей Брюллов, математик, Вячеслав Барик, программист, с кличкой среди ребят Барклай, Виктор Сергеев - слесарь профессор, Денис Беляев конструктор механик, выполняющий работы на компьютере, Ольга Виноградова конструктор, Александр Русинский дизайнер конструктор, Семен Портников экономист. Воспользовавшись интернетом, изучив целый ряд зарубежных конструкций, творческая группа, принесла и разложила на столе ряд эскизов с очень интересными характеристиками.
   И, пожалуй, самым удачным приобретением был Денис Беляев, конструктор механик, выполняющий конструирование при помощи компьютера.
   Из прежнего васильевского конструкторского бюро были изъяты и увезены все компьютеры, плоттеры и другое оборудование. Раевский не сдавался, и восстановил это все, на более высоком современном уровне. Он закупил новейшие мощные компьютеры, американские программы компьютерного проектирования механизмов и машин. Оснастил печатающими устройствами.
   Денис Беляев, используя эти программы, импровизировал любые варианты компоновки трактора, что позволило значительно раньше, до того как появился первый реальный экземпляр, уже смотреть его на экране, в разных положениях и позициях.
   На техническом совете, который Раевский собрал после формирования творческой бригады инженеров, были приняты принципиальные направления создания мини-трактора. Его следует собирать из отдельных узлов, которые уже производятся и имеются в продаже в России и за рубежом. И только в будущем, постепенно, производить замену импортных узлов, на собственные. Принципиально важно, чтобы продажная цена была конкурентоспособной не только для России, но и для продажи его в другие страны. Однако уже на первом этапе, не все покупные детали могли подойти, по причине несоответствия их размеров или по другим показателям. Поэтому часть узлов придется, на этапе создания опытного образца, и в будущем, производить своими силами. Пока, не имея специализированного оборудования такого, как прессы, штампы, придется рассчитывать на высококвалифицированных обработчиков металла, которые вручную делали чудеса. Виктор Соловьев, чувствовал металл, стальной лист, и за счет разницы температур мог делать из него что угодно, изгибать в любом направлении, делать плавные переходы и овалы, нагревая при помощи газовой горелки, в одном и охлаждая в другом месте.
   Для первого образца он изготовил все узлы кузова капота, которые абсолютно соответствовали чертежам, здесь также изготовили раму и многое другое.
   Параллельно, группа экономистов начала изучать потенциальный рынок продаж будущего трактора. Возможными покупателями были, индивидуальные фермеры и владельцы частных участков земли, городские хозяйства для очистки дорожек, уборки снега, небольшие строительные фирмы частного сектора и сооружения дорог. В результате определились, что потребность достаточная.
   В цехах бывшего института, владельцем акций, которых стал Раевский, он планировал организовать уже в будущем году выпуск первых партий мини-трактора. Производственные площади этих цехов позволяли создать, несколько специальных стендов, на которых будет производиться мини-трактор и механизированный оборудованный компьютерным управлением склад запасных частей. В дальнейшем Николай Иванович, планировал либо купить какой-нибудь бывший механический завод, либо организовать предприятие на другой площадке.
   Для того, чтобы не отвлекаться от работы по созданию, проектированию и выпуску мини-трактора, решил переложить все по коммерческой деятельности фирмы на своего заместителя Аркадия Яроша.
   Все шло нормально, сделки совершались, товары покупались, скапливался необходимый для текущих дел капитал. Но иногда вдруг происходили непредвиденные сбои, на которые приходилось тратить свое время и энергию.
   В прошлом году, он познакомился с предпринимателем из Владивостока, Владимиром Семенченко. Владимир занимался закупками больших партий рыбы, и продажей их в центральную Россию. Из-за дурацкого таможенного законодательства, хозяева рыбацких судов перепродавали свой улов прямо в океане, с борта на борт японским или китайским покупателям. Владимир из Владивостока переехал в Гонконг и там обосновал свою фирму. Он теперь также, как японцы и китайцы, перекупал у рыбаков их улов прямо в море, перегружал рыбу в большие морозильные суда и гнал их в Калининград или в Санкт - Петербург.
   Они встретились в вестибюле гостиницы Метрополь в Москве. Здесь очень подходящая для переговоров обстановка. Справа от прохода, вдоль стены были установлены несколько рядов, очень удобных низких столов с мягкими креслами, где можно было разложить свои бумаги, устроится и часами вести переговоры. Тут же, в расположенном кафе, заказывался горячий ароматный кофе, и его с удовольствием пили при деловых встречах.
   Речь шла о крупном морозильном траулере, заполненным партией в 5 тысяч тонн свежего минтая. Предполагалось что после загрузки, в течение месяца, он прибудет в порт Калининград. Владимир искал покупателей, которые на условиях 30-процентный предоплаты закупят всю партию.
   Раевский вместе с Аркадием провели с Владимиром переговоры, и здесь прямо в вестибюле гостиницы, согласовали проект договора, его следовало подписать в течение 10 дней, и по электронным реквизитам, передать ему в Гонконг.
   Они нашли требуемые кредиты, окончательно подписали договор, нашли покупателей в ведомстве Федеральной служба исполнения наказаний по одному из федеральных округов.
   Корабль пришвартовался в Калининграде, в порт подавались рефрижераторные вагоны, рыба грузилась и отправлялась по адресам, ведомство полностью рассчиталось с Раевским. Однако через некоторый период, когда там поменялось руководство, кто-то решил что за рыбу было переплачено, и Раевскому предъявили иск, по которому требовали вернуть 1 миллион долларов. Арбитраж был длительным и запутанным. Сложность заключалась в том, что юристы истца, придумывали совершенно не имеющие к данной сделке новые обстоятельства, непрерывно их меняли и затягивали процесс. Однако из-за неопровержимых доказательств наличия в договоре согласованной и подписанной обеими сторонами цены, удалось отстоять свою позицию. Процесс был выигран в пользу Раевского.
   И если теперь он в состоянии был обеспечить затраты на производство нескольких мини-тракторов за счет своей коммерческой деятельности, то в дальнейшем уже требовались серьезные инвестиции на, которые средств не было.
   Он считал, что для области такая продукция должна представлять большой интерес. Это были и дополнительные рабочие места, и возможность обеспечить собственных фермеров и городское хозяйство специальной техникой для обработки сельскохозяйственных угодий и выполнения различных работ в областном городе, в районах и рабочих поселках. С этими предложениями он постарался попасть на прием к губернатору. Внимательно выслушав его, губернатор заметил, что да, это мероприятие интересное и важное и переправил Раевского в управление промышленной политики. В этом управлении его также внимательно выслушали, и переправили в отдел помощи и поддержки малого предпринимательства. Стало ясным, что здесь делать нечего и надо уходить, однако решил все-таки пройти эти инстанции до конца.
   В этом отделе, все были очень заняты вопросами развития малого предпринимательства. Они создавали, так называемые стартапы, где предприниматели могли бы начинать свое дело.
   Хорошо ухоженная, с гладкой прической каштановых, волос и пробором посредине головы, симпатичная молодая женщина Нина, внимательно и удивлённо смотрела на Раевского, широко открыв свои карие глаза. Она никак не могла понять, что ему надо, и почему он вдруг, отвлекает их от такой важной работы, которой они теперь занимаются.
  
   - Николай Иванович,- говорила она, - у вас ведь не новое производство, вы уже давно существуете, и потом такие большие средства, которые вам необходимо, это во много раз превосходит нашу программу по поддержке малого предпринимательства.
   - Вы поймите,- продолжала она,- мы уже создали около ста новых стартапов. Это большое продвижение вперед, оно заинтересовало многих молодых людей, и мы очень гордимся своей работой, что же касается вашей просьбы, давайте сделаем заявку, и может быть, нам выделят деньги на будущий год.
  
   На самом деле гордиться было нечем, в городе и в районах, под этой маркой, из стартапов создавали просто офисные помещения, которые потом сдавались в аренду. Но для Нины и в её отчётах все было очень хорошо.
   Слушая новости по телевизору, просматривая полосы газет, Николай Иванович видел и слышал бодрые выступления различных губернаторов, чиновников, которые говорили, как им нужны инвестиции. Что они понимали под этим, было неясно. Вроде бы в мире есть люди которые просто так без всякого интереса могут вкладывать деньги в развитие их области, а в итоге не получат от этого никакой отдачи. Или они имели в виду, что-то другое? Все это было неясно.
   Вот в данном случае, есть конкретные дело, на которые требуются вложения денег, и отдача будет через несколько лет, но найти их оказалось очень сложным. Где их искать, эти долгосрочные инвестиционные вложения.
   Вариантов было всего несколько. Либо это должны быть, собственные капитальные вложения, но таких средств было явно недостаточно. Либо деньги из бюджета области, но здесь он получил полный отказ. Либо местный банк, но он заинтересован только в краткосрочных кредитах, на выделение таких на длительный срок он не шел, это было не его дело. Оставалась Государственная программа, да возможно, но инициатива опять-таки должна была исходить из области. Ходить по коридорам федеральной власти, и там что-то пробивать, у него не было таких специалистов. Положение оказалось как бы безвыходным.
  
   - Пока буду обходиться тем, что есть,- решил Николай Иванович,- а, там посмотрим, будем постепенно по мере наличия свободных денег, закупать отдельные станки и агрегаты.
  
   Они распланировали площади действующих цехов. Выделили места для размещения различных групп обработки деталей мини-трактора. Создали несколько сборочных стендов. Закупили оборудование и создали современный склад комплектующих деталей. Помещение склада делилась на две части. Каждая сторона состоял из множества ячеек, в которых складывались определённые прономерованные детали. Между ними, посередине, ездил специальный робот, который по заданной программе самостоятельно вынимал из ячейки нужную часть или ящик, транспортировал их, и укладывал на электрокару вне склада. Электрокара также самостоятельно, без людей, перевозила грузы в назначенное по программе место, где осуществлялась сборка.
   Транспортные коридоры были обозначены специально нанесенными на поверхность пола красочными линиями. В цеху была идеальная чистота. Все эти мероприятия позволяли собрать только следующую, небольшую партию мини-тракторов. Это было пока еще штучное производство, а, как известно, штучное и серийное изготовление машин, это совершенно разные категории.
   Однако Раевский был не из тех людей, которые останавливаются, встретив какую-либо серьезную преграду. Он продолжал искать пути привлечения инвестиционных денег. Послал в Москву Константина Семенова, своего специалиста по капитальному строительству. Он ходил там по разным кабинетам, и правительственным учреждениям и привез, наконец, хорошие новости. В одном из учреждений готовили перечень предложений для всемирного банка реконструкции, который выделял кредиты под гарантии правительства государства-члена. Процентная ставка по этим займам для развивающихся стран составляет всего около 6% годовых. Выплаты по обслуживанию займов, как правило, начинаются через пять лет после их предоставления, а весь срок погашения не превышает 15-20 лет. Это было то, что надо. Теперь требовалось составить необходимое техноэкономическое обоснование и представить его на конкурс, и в случае выигрыша можно было получить долгосрочный кредит. Так и поступили.
   Между тем местный фермер, которому отдали первый мини-трактор на испытания, сообщал положительные отзывы. Начали собирать следующую партию из пяти мини-тракторов.
   Николай Иванович Раевский был середняком, он был небогатым, но и не бедным. Вместе со своей супругой Светланой они вдвоем жили в трехкомнатной квартире в центре города. У них было все, что необходимо для нормальной жизни, но не более того. Николай Иванович был против всяких излишеств, тем более роскоши. Им принадлежали два легковых автомобиля. Каждый, на своем ездил по делам. Светлана отлично водила машину, и в этом плане проблем у неё никаких не было. Она работала бухгалтером в одной из коммерческих фирм. Казалось бы, имея такую профессию, ей следовало бы работать рядом с мужем, и вместе вести общий бизнес. Но нет, Николай Иванович был категорически против этого. Он не хотел, чтобы она работала вместе с ним. И делал это он не, потому что ей не доверял, а, наоборот, для того, чтобы на всякий случай, не переложить на нее плечи возможные проблемы, которые всегда могли бы возникнуть в его фирме. К сожалению, та налоговая система, которая действовала, не позволяла полностью выполнять все предписанные законом правила. Если бы их выполнять, то фирма всегда была бы в прогаре. А в реальной жизни, все время приходилось заниматься так называемой оптимизацией налогов, что всегда позволяло налоговым органом найти какие-то нарушения и пробелы в системе учета и предъявлять соответствующие претензии. Более того, к целому ряду бизнесменов применялись, уже не гражданские, а уголовные наказания. Многие из них получали сроки, за так называемое мошенничество. Эти меры преследования бизнеса, особенно усилились после посадки Михаила Ходорковского. Это было, как бы сигналом для правоохранительных органов, берите, хватайте и сажайте. Поэтому, Раевский был прав, как говорится, 'береженого, и бог бережет'
   Что касается оффшорных зон, которые использовались многими крупными бизнесами для ухода от уплаты налогов, этими методами Раевский не пользовался, так как не хотел. Он был сторонник ведения нормального, честного, открытого бизнеса. Он не понимал, почему правительство не может выработать такие правила, которые были бы выгодны и бизнесу и государству, и не заставляли бы, искать обходные пути, или нарушать закон. Что касается иных вопросов их жизни, то у них все было не так, как это было принято у других. У них не было загородной дачи. Они предпочитали, выезжать на открытые места, либо бродить в лесу, либо плыть по реке, где большие просторы, и не было ограниченной площади, для восприятия мира.
  Светлана была на несколько лет старше Николая, но это ни в коем мере, не мешало их семейной жизни, они оба очень любили друг друга. К сожалению, их сын Виталий, не захотел идти по линии отца, увлекся музыкой, стал музыкантом, и в настоящее время где-то гастролировал по Европе.
  Самыми близкими их друзьями была семья, теперь уже из двух пенсионеров, с которыми они были знакомы долгие годы. Это были Евгений Витальевич, в прошлом директор крупного машиностроительного завода и его супруга Людмила, работник литературного фонда. По возрасту, они были как дети и родители, людьми разных поколений. Евгений Витальевич и его супруга Людмила Васильевна принадлежали так называемым шестидесятникам, то есть людям шестидесятых годов прошлого столетия. Николай Иванович и Светлана были людьми девяностых, двухтысячных годов.
  Несмотря на такую разницу в возрасте они очень хорошо понимали друг друга, это, очевидно, происходило из-за того, что, как у одних, так и у других, не сложились хорошие взаимоотношения с детьми и со своими родителями, и теперь этот недостаток возмещался их взаимными встречами.
   У Евгения Витальевича было очень сложная трагическая судьба. Поначалу прежде он ничего не рассказывал о себе. Но в последующем сблизившись с Николаем, он поделился с ним своим прошлым. Оказалось, что он носит совершенно иную, чужую фамилию, а не фамилию своего отца. Его отец по фамилии Егоров в тридцатых годах был первым секретарем губернского союза молодежи. Но так сложилось, что когда Евгений был еще совсем маленьким ребенком, отца арестовали, и "тройка" осудила его на 10 лет без права переписки, что означало расстрел. Через некоторое время мать, как жену врага народа, тоже посадили, и она провела 10 лет в мордовских лагерях. Мальчика Сашу, так было его настоящее имя, для того чтобы избежать преследования ребенка, и передачи его в детский дом, приютил их родственник Виталий Парамонов. Он каким-то образом усыновил Сашу и дал, ему новое имя и свое отчество, и теперь Саша стал Евгением Витальевичем. Мать, отмотав весь свой срок, вернулась уже через 5 лет после войны, но долго не прожила. Реабилитация прошла лишь после 50 годов. Казалось бы, что все нормально, все вроде бы можно забыть, но на самом деле, все было не так. Эти воспоминания о своих родителях преследовали Евгения Витальевича всю его жизнь.
  Он хорошо учился, окончил институт с красным дипломом. За тем работа, начинал простым инженером, мастером, постепенно вырос до начальника цеха. Он не был комсомольцем и не вступал в партию. Однако когда встал вопрос о выдвижении его на должность директора завода, ему предложили вступить в КПСС.
  Тогда Евгений Витальевич рассказал о своем прошлом, о родителях, но ему сказали, не беспокойтесь сейчас совсем другие времена, забудем об этом, сейчас совсем другая власть. Его уговорили, он вступил в партию, и его назначили директором завода.
  
   Когда Раевский слушал это повествование, он почему-то подумал,
   - какая другая, та же самая власть, только название изменилось.
  
  Позже, Евгений Витальевич отлично руководил своим производством, завод был передовым, справлялся со сроками, славился высоким качеством продукции. После девяностых, его перекупил какой-то нефтяной олигарх, перепрофилировал на выпуск деталей для ремонта нефтяных скважин. К Парамонову из Москвы приехал розовощекий молодой человек и сказал,
  
   -знаете, вы больше нам не нужны, уходите.
   - Как это уходите,- удивился Евгений Витальевич.
   - Да так просто, уходите и все, нам не потребуются ваши услуги,- ответил этот розовощекий.
  
  На этом и закончилась директорство Евгения Витальевича, продолжить заниматься каким ни будь бизнесом, он не захотел.
  
  Они давно уже не встречались. Раевский все время был, то в отъезде, то загружен своими новыми делами по созданию мини-трактора. Наконец в этот выходной он был свободен они вместе со Светланой, через большую арку дома, прошли во двор, и поднялись в лифте на четвертый этаж, к ним в гости. Их ждали, и были очень рады, этому визиту.
  
   - Лядунка, пожалуйста, принеси нам, тот пирог с капустой, он очень вкусный, и еще что ни будь там прихвати,- все время приговаривал Евгений Витальевич, стараясь максимально угостить своих друзей.
  
  Николай и Светлана также постарались, и принесли с собой две большие сумки, с разнообразными продуктами. Они идут все-таки в гости к пенсионерам, и следует принять своё участие в их затратах.
  После крепкого и ароматного кофе, которым угощали, уже за низким журнальным столиком, в окружении глубоких мягких кресел, завязался, как обычно, спокойный не принужденный разговор.
  Евгений Витальевич, конечно же, прежде всего, начал расспрашивать Николая, как идут его дела, о которых он знал не понаслышке, а внимательно следил за всем, что происходит на его производстве.
  
   - Как ведет себя новый трактор?- спрашивал Евгений Витальевич,
   - меня особенно интересует гидравлика, от её работы будет зависеть вся его работоспособность.
  
   Николай Иванович подробно рассказал все, что у него происходит, как идут испытания, и особенно выделил вопрос о дальнейшем развитии производства.
  
   - Как мне кажется,- говорил он,- я не встречаю особого энтузиазма у различных государственных структур, которые, казалось бы, должны быть заинтересованы в выпуске нашего отечественного мини-трактора.
   - Странно,- продолжал он,- когда речь заходит о закупке каких-либо механизмов или приспособлений за рубежом, здесь нет никаких проблем, все готовы сотрудничать, все готовы в этом участвовать. Но как заходит речь о нашем отечественном, это как-то никого не интересует.
   - Видишь ли, Николай Иванович, торговать всегда было проще, чем что-то производить,- включился Евгений Витальевич.
   - Да, вы правы, я это почувствовал при продаже наших мини переносных рентгеновских аппаратов. Когда еще был жив академик Васильев, он очень помогал мне в их продажах через разные оборонные структуры, но теперь после его смерти, все как ножом отрезало. Те организации, которые снабжают этими аппаратами военные медицинские учреждения, заинтересованы покупать все за рубежом, хотя это в несколько раз дороже, а качество то же самое.
   - Мне кажется, при заключении сделок с зарубежными компаниями наши дельцы, каким-то образом получают большие откаты в валюте, и поэтому они совершенно не заинтересованы в российском производстве, - ответил Евгений Витальевич.
   - Мы только, что подали свою заявку и расширенное технико-экономическое обоснование на изготовление нами мини-тракторов, во всемирный банк реконструкции и развития, я надеюсь что мы, таким образом, решим проблему дальнейшего финансирования по трактору, - вернулся к прежней теме Николай Иванович. И он дальше рассказал о том, что и как, они собираются делать. И почему он рассчитывает на успех.
   - Хочу вас спросить, Евгений Витальевич, о вашем мнении, по вопросу который последнее время стал часто звучать в средствах массовой информации, высказываниях различных, даже демократического толка деятелях. Все почему-то очень отрицательно говорят о советских директорах заводов, называя их "красные директора". Вот вы, были таким "красным директором"? И что?
   - Здесь есть две причины,- ответил Евгений Витальевич, - первая заключается в том, что мы делились как бы на две категории, в одной это были люди, выросшие непосредственно на производстве, и знавшие свое дело досконально, а вторая категория, так называемых назначенцев, которых посылали на эту работу партийные органы. К великому сожалению вот эта вторая категория и создала этот отрицательный образ. Надо сказать, что в последние годы в прежних министерствах поняли, что на эти места нужно ставить настоящих специалистов, и они стали очень жестко бороться с назначением прихожих руководителей. Я знал и часто встречался со многими из прежних директоров, это были люди, болеющие за дело, хорошо разбирающеюся уже и в экономике. Беда в том, что их напрасно разогнали. А вот те, партийные назначенцы, начали расхватывать заводы себе в собственность, и в дальнейшем ничего не могли, на них организовать.
   -Да, понятно, к сожалению и сейчас на многих государственных предприятиях, происходит та же картина. Ну, а в крупном бизнесе, там вообще везде сидят, так называемые смотрящие, бывшие или действующие сотрудники силовых структур. То ли им дали возможность подкормиться, то ли они на самом деле выражают интересы государства.
  
   - Хочу еще вот о чем с вами поговорить,- продолжил Николай Иванович,- не могу понять, почему у нас, я бы сказал наплевательское отношение к тем людям, которые производят продукцию. Казалось бы, должно быть каждому понятно, что от того, сколько и какого качества производится товаров, зависит все остальное. Только производители платят налоги, потому что они создают так называемую добавленную стоимость. Чем больше производителей, тем больше налогов, тем богаче государство и общество. Собирай и раздавай на всякие там социальные нужды и другие потребности общества, но нет, это никого не интересует. Значит, есть другие источники, я понимаю, это возможно нефтяная игла, на которой мы сидим. Но ведь это на короткое время, цены на нефть упадут и, что будет дальше?
  
   - Извини, Николай Иванович я еще не закончил предыдущий вопрос. И, хочу сказать следующее, нам все время не везет с руководителями. От них зависит все, что происходит в стране. Горбачев занимался звездными войнами с Рейганом и проиграл так называемую холодную войну, ему было не до внутренней политики. Им же был брошен лозунг удар по штабам. В результате все отраслевые министерства, у которых к этому времени сложился колоссальный опыт управления промышленностью, были почти ликвидированы. А затем провели неудачную приватизацию. Возможно, я не прав, рецептов, как правильно проводить нет. Но мне кажется, если бы эти крупные отраслевые министерства, были бы превращены в хозрасчетные концерны или корпорации, и об их работе судили бы только по той прибыли, которую они приносят, и не раздавали предприятия направо и налево, развала промышленности бы не произошло. И в этом случае те самые "красные директора" смогли бы вытащить свои предприятия. Уверен, что многие бы перестроились, приспособились бы к рыночным условиям, начали выпускать другую продукцию, чем ту, которую раньше производили. И вот после того когда бы вся промышленность перестроилась можно было бы проводить настоящую приватизацию. Это мой ответ на первый вопрос.
   Евгений Витальевич, задумался и продолжал.
   - Когда внимательно начинаешь всматриваться вокруг себя, обязательно обнаружишь что-нибудь такое сверхъестественное, необычное. К этому я отношу те огромные преобразования, произошедшие на территориях, по развитию, которые были на уровне с Россией.
   - Николай Иванович, вы слышали, наверное, о такой стране как Сингапур?
   - Да, конечно слышал.
   - Так вот, эта небольшая страна, за последние годы, стала крупнейшим производителем электроники в мире, и по своим показателям, уровню, качеству жизни, вышла на одно из первых мест. И это благодаря одному человеку, руководителю этого государства Ли Куан Ю. Его стратегия строилась на превращении Сингапура в финансовый и торговый центр Юго-Восточной Азии. Он где то писал, 'Мы приветствовали каждого инвестора... Мы просто из шкуры, вон лезли, чтобы помочь ему начать производство'
   - Николай, я вижу вашу снисходительную улыбку, понимаю это маленькая страна и нам с ней сравниваться сложно, тогда давайте возьмем другую, которая в 10 раз больше нас по населению, это же конечно Китай. Там был такой человек как Дэн Сяо Пин. Который доказал, что неважно какой строй, а важно какую стратегию приняло государство, и, что оно придерживается принципам рыночной экономики. Сегодня Китай производит только автомобилей собственного производства, больше десяти миллионов, не говоря о других миллионах наименований товаров. И эти обе привлекали, чьи технологии, конечно же, американские. А как они развиваются. Я с восхищением и с завистью смотрю на строительство у них, тысяч километров дорог, мостов, скоростных железных дорог.
   Да, так вот про Ли Куан Ю. Хочу сказать еще об одном событии, которому я истинно поразился. Все эти сенсационное заявления о том, что он сделал в Сингапуре, не раскрывает сущности. Сущность состоит в том, и это просто поразительно, что он сумел у себя перестроить всех людей. Прежде всего, он ликвидировал националистическую разобщенность. Он насильно размешал разные диаспоры между собой, поселяя и расселяя, отдельные национальности друг к другу. В результате появился единый сингапурский народ, а до этого были и китайцы, и малайцы и еще много всяких наций. Но это еще не все, он ввел один единственный язык для всех - английский. И когда через некоторое время, основная часть населения свободно стала владеть английским, да плюс к этому были созданы самые выгодные условия для инвесторов, они просто попёрли в Сингапур, им было легко и удобно организовать там бизнес. В результате все передовые технологии спокойненько перекочевали в это маленькое государство. Я подумал, как бы было здорово, если бы, что - то подобное, произошло у нас в России. Но, очевидно, не суждено.
   -А что происходит у нас? Мне недавно рассказали такую байку или анекдот. В одной компании собрались разные люди, одни были сторонники западного направления развития, другие восточного. Одна из дам восточников, была очень рьяной в своих доказательствах. Тогда ей предложили, давайте сыграем в такую игру. Начинаем раздеваться, если на вашей одежде бирка иностранная вы кладете ее на стол, а если российская, вы эту вещь обратно одеваете. Дома подумала, и отказалась, потому, что поняла, ей придется раздеться догола, на ней нет ни одной вещи российского изготовления.
   - И действительно так, мы ничего не выпускаем, мы все закупаем, и это конечно приведет к развалу.
   - Послушайте,- включилась в разговор Людмила Васильевна,- так, на мне тоже, нет ни одной вещи российского производства.
  
   Они еще много говорили об остановке работы целых отраслей промышленности и развале многих предприятий.
  
   - Особенно меня поражает, что все товары предназначены для потребления непосредственно людьми вообще никем не производятся. Этот огромный внутренний рынок, от телевизоров, холодильников, стиральных машин, до носок, полностью захвачен иностранными компаниями. Почему, потому, что существует теория, что у нас это производить все не выгодно, дешевле и лучше закупать за рубежом.
   Да, действительно при тех устаревших технологиях это невыгодно. Но ведь мы только, что обсуждали те страны, где смогли полностью освоить передовые технологии. Они смогли создать выгоднейшие экономические условия, при которых их собственные деловые люди, и привлекаемые транснациональные компании организовали такое производство. Вместо того, чтобы привлекать передовые технологии, брать самые лучшие в мире, мы становимся на путь какой-то конфронтации, противостояния с Европой и соединенными штатами. Это мне совершенно непонятно.
  
   - Я может быть человек маленький, и в большой политике не разбираюсь,- включился Николай Иванович,- но понять чем нам Америка угрожает, не могу. Какие-то идут дурацкие разговоры, что у нас самые большие запасы сырья, а для них сырье очень важно, и они, поэтому хотят отнять у нас все, нашу нефть, наш лес, нашу воду. Это глупость и идиотизм. Насколько я понимаю, Америка самодостаточная страна, у неё огромная территория, она еще может увеличить своё население в несколько раз.
   - История после второй мировой войны,- продолжал он,- говорит совсем об обратном. Все государства, которые, в кавычках, были оккупированы Соединенными Штатами, сегодня превратились в самые передовые. Это Япония, Южная Корея, наконец, Германия. Эти страны взяли на вооружение американские технологии, это нисколько не испугало Америку, наоборот они считают хорошим тоном наличие конкуренции. Под воздействием теории наших стратегических генералов, извините за выражение, отгораживаемся железным занавесом, и боимся внедрять у себя новое. Весь этот маразм ведет к страшному отставанию. Это очень обидно, у нас пока еще, достаточно много умнейших инженеров, талантливых молодых ученых, а по этой причине они все не востребованы, и многие уезжают жить и работать за границей.
  
   - Ты абсолютно прав Николай, так давай вернемся к твоему вопросу.
  
   - Да, да, Евгений Витальевич. Меня все время тревожат мысли, почему у нас такое отношение к предпринимателям, бизнесменам. Я уже много лет работаю в бизнесе, можно считать мою деятельность сравнительно успешной. Однако с кем бы я ни встречался, везде я чувствую какое-то неуважительное отношение, все вроде бы, как считают, что я им чем-то обязан. Перечень этих структур очень обширный. Это и банки, различные администрации, налоговые и таможенные органы, наконец, силовики и даже обычные рядовые граждане. Хотя, должно быть все наоборот. И если бы было так, как вы только, что сказали, про Сингапур, где из кожи вон лезли, чтобы угодить предпринимательству, было бы совсем другая жизнь. Я задаю себе все время этот вопрос, почему, почему такое пренебрежение к нам, но ответа у меня нет.
  
   Евгений Витальевич задумался, внимательно посмотрел на Николая.
  
   - Давай подумаем вместе и попробуем разобраться,- сказал он.
   - Думаю, что одна из главных причин, состоит в том, что у государства нет потребности в этом, ему не нужны предприниматели, и выпуск каких-либо товаров, зачем, когда в сложившейся ситуации денег для наполнения бюджета предостаточно. Все мы живем за счет продажи нефти газа и вооружений.
   Эти деньги переливаются как бы в обычную жизнь общества, перераспределяется между ее членами и все довольны. Зарплаты высокие, товаров в магазинах и продовольственных и различной бытовой техники, включая легковые автомобили, предостаточно. Жить стали намного лучше, чем прежде, а то, что не развивается собственное производство, не строятся дороги, на это всем наплевать. Большинство людей у нас и понятия не имеют, что мы не только не входим в десятку, а занимаем, какие-то там, сотые места по многим показателям. Так зачем, скажи мне, нужен какой-то собственный бизнес? А еще не забудь о том, что бюджет настолько жирный, что его все пилят и пилят, а в связи с этим, страшно высокий уровень коррупции. Вот тебе и ответ на поставленный вопрос.
  
   - Все правильно Евгений Витальевич, кроме того что мы ведь хотим быть на уровне с другими, входим в восьмерку, так называемую. И вроде бы нашим начальникам, надо бы избавиться от этого нефтяного проклятия. Мы страшно отстаем технологически, мы ничего не производим, такому состоянию может прийти, когда-то плохой конец, неужели они там этого не понимают.
   - Видишь ли, Николай, в любом деле есть стратегия и тактика. Вот тактически вроде бы находимся на уровне, а стратегически страшно проигрываем. И как ты говоришь, там очевидно этого не понимают, или не хотят понимать.
   - Надеюсь, что еще не все потеряно,- Евгений Витальевич встрепенулся, улыбаясь, посмотрел на Николая и продолжил.
   - Я уверен, чем больше таких бизнесменов, как вы, тем быстрее мы продвинемся вперед. Однако политически наше руководство очевидно не заинтересовано в таких свободных людях, его устраивает безмолвная толпа, о которой говорят, что people все схавают. Хочу только пожелать, чтобы у тебя хватило энергии, и терпения, и мужества продвигать намеченное дело.
  
  
  
  
  Бандит в законе
  Клавдия Сергеевна симпатичная, очень ухоженная женщина бальзаковского возраста, сидела в своем скромном кабинете, и сильно переживала. Перед ней на столе, в зеленоватой хрустальной вазе, красовалась крупная алая роза на длинном стебле, утром поставленная ее помощником. Клавдия Сергеевна работала управляющей небольшого карманного банка. Благодаря усилиям Клавдия Сергеевны он считался престижным. Клиенты очень уважали его и управляющую. Это происходило из-за того что здесь строго относились к своим обязательствам, вовремя выплачивали доходы по вкладам, давали кредиты под хороший процент. Ей доверяли и в зарубежных банках, где она сумела постоянно получать кредиты под небольшим процентом, а здесь соответственно, выдавать их, под значительно более высокий. Вторым направлением, которое она активно использовала в своей деятельности, было обналичивание. Эта услуга очень ценилась многими предпринимателями, однако не каждому давалось право, её получать. Процесс был довольно простым, за какую-то работу, или услуги перечислялась определенная сумма безналичных, а банк этим своим проверенным клиентам, возвращал их наличными за минусом небольшого процента. Хотя процент был скромный, но суммы были крупными, и на этом зарабатывалась приличная выручка. Такие клиенты кейсами, а порой и спортивными сумками, выносили пачки купюр.
  Клавдия Сергеевна была очень щепетильным человеком, она требовала от своих сотрудников тщательно проверять все договора, и делать всё так, чтобы было полное соблюдение действующего законодательства. В результате, за эти операции она не беспокоилась, все было в ажуре.
  Переживала она потому, что глава финансово-промышленной группы 'DSD', Слава Дмитриевич Дран, которому принадлежал банк, вчера вечером позвонил ей, и приказал найти и перечислить пять миллионов долларов за приобретение торгового центра. Он, прибирал его в свои владения. Когда же она ответила, что на счету его компании всего лишь двести тысяч, он потребовал снять все деньги со счетов клиентов. Причем говорил он это приказным неприятным для неё тоном. И когда она сказала ему,
  
  - Слава Дмитриевич, я не могу этого сделать, это станет для нас крахом.
  
  Он еще в более грубой форме ей прокричал,
  
  - Ты на кого работаешь дура, неужели не понимаешь, что если мне это надо, то нужно это немедленно выполнять. Даю тебе срок один день, продумай, и завтра мне позвони о результатах.
  
  Он никогда с ней так грубо не вел себя, и теперь она сидела и размышляла возможных последствий этого разговора.
  
  -- Что, - думала она, - если произойдут, какие-либо неприятности с банком, или по тем делам, которыми он занимается, то он через полчаса в аэропорту, а там ждет его готовый самолет, сел и улетел за рубеж, с глаз долой. А мне что? Так и за решетку угодишь.
  - Что, делать, что делать,- думала Клавдия Сергеевна.
  
  Она работала честно, старалась во всю, и это устраивало ее и ее шефа. Она понимала, что кое, какие дела свершаются не так, как этого требовало законодательство, но так было везде, и она не придавала этому серьезного значения. Место было удобное, хорошеё. Здесь ей платили на много больше, чем на нее прежней работе в сбербанке. И вот, на тебе, такая история.
  
  -Нет, нет, я должна держаться за это место, надо найти выход из этой сложной ситуации.
  
  Она подняла телефонную трубку черного блестящего аппарата, стоящего на столе, нажала на рычаг, в трубке раздался голос клерка отвечающего за ценные бумаги.
  
  - Слушаю вас, Клавдия Сергеевна.
  - Семенов,- строго обратилась она к нему,- мне нужно срочно найти кратковременный кредит, лучше всего через систему РЕПО на 5 миллионов долларов, вы можете это оперативно совершить?
  - Наших акций недостаточно, правда, если еще прихватить чужие, то тогда можно.
  - Так прихватывайте,- раздражённо сказала она, - и бегом на самолет в Москву на биржу, у вас там кажется, есть свой брокер.
  "Сделка РЕПО это- сделка продажи ценной бумаги с обязательством обратной покупки через определенный срок по заранее установленной цене. При этом ценные бумаги, выступающие в качестве обеспечения, переходят в собственность к кредитору"
  
  После этого разговора, она немного успокоилась, и решила, что, возможно, на ближайшее незначительное время, она закроет этот вопрос, который поставил перед ней, хозяин.
  
  - Пусть сам позвонит, я не буду ему сейчас докладывать,- решила она.
  
  В городе недавно был построен отличный торговый центр. Он уже работал в полную силу и, на всех его этажах, в свете неоновые рекламы, в арендованных помещениях, шла бойкая торговля различными товарами. Хозяином этого центра был Мухаметшин, местный предприниматель, каким-то образом получивший из бюджета средства на его сооружение. Однако, обстоятельства сложились так, что у него срочно потребовали, вернуть эти заемные средства, иначе ему грозили очень крупные неприятности.
  Так как он денег нигде не находил, решил срочно его продать.
  Дран, не мог пропустить такую, представляющую несомненные выгоды, покупку мимо себя, и договорился с Мухаметшиным о встрече в центре, для его осмотра и принятия решения. Тот встретил покупателя на пороге главного входа. Слава Дмитриевич вышел из машины, широко улыбаясь, приветствуя взмахом руки своего будущего по этой операции, партнера. Когда они припарковались, водитель попросился отъехать на некоторое время, и он его отпустил.
  Он знал ситуацию, он знал о том, что у Мухаметшина последний срок кредита на пять миллионов долларов, и если он в течение недели не вернет эти деньги, которые он ссудил у не очень официальных людей, ему грозят недопустимые неприятности. Они пожали друг другу руки и направились внутрь осматривать помещение.
  На всех этажах шла бойкая торговля. Здесь было все, и предметы одежды, обувь, огромный зал занимала электроника, где торговали самыми последними марками телевизоров, компьютеров, мониторов и других различных устройств. На первом этаже был превосходный гастрономический раздел, в котором известный сетевой ритейлер продавал самые изысканные продовольственные товары. Здесь же в другом конце, разместился огромный салон, торгующий разными марками автомобилей иностранных брендов.
  Мухаметшин объявил цену за этот торговый центр в 10 миллионов долларов, и он явно стоил этого. Но, Дран не зря приехал сюда, он знал, что такое критическая ситуация, и, конечно же, собирался купить его за значительно меньшую сумму.
  И, несмотря на то, что в настоящий момент таких денег не было, он также знал, что вот-вот оформится государственная программа по жилищному строительству, где в его распоряжение попадает 3 миллиарда рублей. Поэтому решил, найдутся, не зря его банком управляет очень умная женщина, немножко надавлю, и как - то выкрутится разыщет требуемую сумму.
  После осмотра Мухаметшин пригласил его в отдельный vip зал для особых персон, расположенный здесь же в большом кафе-ресторане. Уже был предварительно накрыт стол, и они сели, напротив, для переговоров.
  Хозяин ресторана, угодливо подскочил к ним, и заискивающе спросил,
  
  - Что, ни будь еще подать?
  - Нет, всего достаточно,- ответил Мухаметшин, - ты, иди, иди, и пусть никто пока к нам не заходит, - повелительно закончил он.
  
  Слава Дмитриевич сидел напротив Мухаметшина и смотрел на него как удав на кролика, он для этого специально снял свои огромные черные очки, в которых всегда и везде находился. Такие моменты в его жизни всегда запоминались, они бывали не так часто, но и не редко.
  Почему-то в данную минуту он вспомнил свои первые шаги, которые он проделывал в начале девяностых, орудуя на местном рынке обычным рэкетиром. Тогда под его руку попалась пожилая женщина, стоявшая в общем ряду и торгующая заграничными шмотками. Он высокий, стройный в таких же огромных черных очках, шел по рядам и собирал взносы. И вот она, сучка, отказалась платить. Он жестко схватил ее за руку, вытащил из ряда отволок в сторону, и рывком бросил на землю. Женщина упала, из сумки высыпались какие-то предметы, ей было больно, и она расплакалась. Но ему на неё было наплевать, её не было жалко, пусть смотрят другие и знают, что каждого постигнет такая участь, если не будут платить. Так, тогда, он поступал на этом местном рынке. Его приняли в группу знакомых ребят по крышеванию, где они, эти ребята были одновременно и предпринимателями, и бандитами, заставляющими местных бизнесменов платить дань под страхом поджогов, избиений или чего похуже.
  
  -Слава Дмитриевич, предлагаю выпить за нашу встречу и начало, как я надеюсь успешных переговоров,- предложил Мухаметшин, и разлил в бокалы понемногу престижного шотландского виски "Джонни Волкер" приготовленного для этого случая.
  
  Дран Слава Дмитриевич, а по паспорту Сава Драганович, имел польско - сербское происхождение. Его предки еще в царское время переехали в Россию здесь ассимилировались. Вместо подлинного имени и отчества, для удобства его все звали Слава Дмитриевич.
  Из-за успешного стяжательства, проведения различных махинаций, уничтожения конкурентов и соперников, в криминальном и полу криминальном мире у него была кличка "Изверг". Со временем он, постепенно, шаг за шагом, подгребал всё под себя, и теперь вот, вырос в такую серьезную величину в бизнесе и стал председателем финансово-промышленной группы 'DSD' эти три буквы обозначали на самом деле инициалы его фамилии имени и отчества.
  
  - Не возражаю, давай выпьем за удачные переговоры, и завершение сделки,- произнес в ответ он, и немного отпил из налитого бокала.
  Мухаметшин также, чуть отпил из своего, поставил на стол, внимательно посмотрел на знатного покупателя и спросил.
  
  - Какое будет твое решение Слава? Я предлагаю очень хорошую цену, видишь, как выглядел все это, как бойко идет торговля, арендаторы стоят в очередь. Эти десять очень быстро отобьешь.
  
  Дран, продолжал смотреть все с тем же выражением лица на Мухаметшина, он немного призадумался, и ответил.
  
  - Центр, как все, такие, ничего особенного, так и должно быть а, что касается цены, ты ее значительно завысил, - затем глаза его сузились, выражение лица стало жестким, и он, глядя прямо в глаза Мухаметшина, сказал.
  -Пять миллионов, и ни копейки больше, торговаться не буду.
  
  Мухаметшин ожидал всего, чего угодно, но только не такого ответа. Он понимал, что какая-то торговля могла иметь место, ну скажем 2-5 процентов, но не более, а тут половина. Он просто обалдел, на лбу выступил пот, лицо побледнело.
  
  - Да, ты, что Слава Дмитриевич, насмехаешься, об этом и речи не может быть.
  - Мухаметшин!- жестко отреагировал, Дран, - я, что, в бирюльки сюда пришел играть, или дела решать, я сказал 5 лимонов и точка. Нет, так нет! Я ухожу.
  
  Он поднялся со своего стула, надел свои огромные черные очки, повернулся, и пошел к выходу. Мухаметшин также пошел за ним.
  
  -Надо же какая скотина,- думал он,- очевидно, знает о моих непредвиденных обстоятельствах, и о долге именно в эти 5 миллионов. Но, нет, я не могу продавать за такой бесценок.
  
  Между тем, они вышли на улицу. Дран, осмотрелся вокруг, но его машины не было. Он вынул мобильник, набрал номер.
  
  - Виктор, ты где, ёб твою мать!- прокричал он,- что? Авария, какая авария? Менты задерживают? Ну, ты смотри у меня,- размахнулся и со злостью бросил телефон об землю, он разлетелся в клочья.
  
  Дран, повернулся, посмотрел на шедшего за ним Мухаметшина. Дикая мысль промелькнула у него в голове.
  -Это будет очень эффектно, и в самый раз.
  
   Он не был лишён артистических выходок, театральных жестов, они всегда помогали в критических ситуациях.
  
   - Автосалон у Тебя работает?- спросил Мухаметшина, который в подавленном состоянии продолжал следовать за ним.
   - Да, - с удивлением ответил тот, не понимая для чего это ему, вдруг потребовался автосалон.
  
   - Тогда пошли,- Дран, повернулся, двинулся в сторону салона, Мухаметшин, как привязанный следовал за ним.
  
   Зашел в салон, осмотрелся, и затем направился, к стоявшему в первом ряду, шикарному темно синему BMW.
   Присутствующий, директор он же главный менеджер, быстро подскочил, увидев двух, знатных в этом мире людей.
  
   - Сколько,- спросил, Дран, проведя рукой по гладкой поверхности крыши автомобиля.
   - Пятьдесят,- ответил директор.
  
   Дран, вынул из пиджака свои документы, паспорт, кредитную карточку банка American Express.
  
   - На, возьми - протянул разные корочки.
   - Оформляй, тебе пять минут.
  
   Удивленные присутствующие изумленно смотрели, так вот, чтобы из-за того, что не приехала за ним машина, кто - то приобретал новую, да еще такую, прежде не бывало.
   Между тем Слава Дмитриевич сел за руль, взял ключи, завел мотор.
  
   - Пока оформляется, я буду ждать на улице, тебе еще раз повторяю, 5 минут,- сказал он,
   и стал выезжать.
  
   Мельком взглянул на Мухаметшина, чувствуя свое превосходство, про себя произнес,
   -- давай, давай, решайся, выхода у тебя другого нет, дружок.
  
   Мухаметшин заворожено смотрел, деньги крайне были необходимы, другого случая и других покупателей не было. Нужно решаться.
   Он весь сжался, с ненавистью к этому 'Извергу', вышел из салона, подошел к сидящему в машине Драну.
  
   - Ты грабитель Слава, подожди, еще придет и мое время, но, так складываются обстоятельства, я решил, продам за пять. Все, присылай юриста для оформления.
   -Присылаю,- ответил, Дран, выглядывая через вдвинутое стекло двери машины.
  
   Первой мыслью, уже после того как он тронулся и начал движение, было,
   -- надо поднять арендную плату процентов на 20 сразу же после оформления центра.
  
   Вернувшись, в офис он позвонил, Клавдии Никитиной, с которой у него и состоялся тот разговор по поводу срочного перечисления денег на это приобретение.
   Он знал, что таких денег в настоящий момент нет, но надеялся, она найдет решение. Поэтому и давил на неё. Оформлять договор по покупке будет его надежный юрист Тося Тимченко. Позвонил ей, рассказал, что и как следует делать.
  
   - Смотри Тося, чтобы комар носа не подточил, все тщательно пропиши, бейся за правильность каждый формулировки в наших интересах.
  
   Тося была одним из самых надежных его кадров. Она была профессиональным юристом с высшим образованием и достаточным опытом работы. С другой стороны она души в нем не чаяла и была преданейшим человеком. Он пользовался этим, и имел её в любое удобное для него время. Она же готова была ему отдаваться, всегда по первому зову. Природа не наделила ее женской красотой, но ума и преданности у нее было предостаточно.
  
   - Может быть,- думала она,- когда-нибудь посчастливится приобрести семью, а пока, что для меня все хорошо, высоко оплачивается, и, слава богу.
   На следующий день, уже вечером, после того, как Тося сообщила, завтра договор будет готов, он опять позвонил банкиру Клавдии Никитиной.
  
   - Что с деньгами,- не здороваясь, что было не совсем обычным, спросил.
  
   Он понимал, наступил такой момент, когда нужно давить и давить на неё, так как других способов быстро рассчитаться за торговый центр не было.
  Клавдия скороговоркой, с некоторым чувством задетого самолюбия, после его вчерашнего грубого разговора, сообщила, что она принимает меры и, что ее клерк по ценным бумагам уже улетел в Москву, и там она постарается получить краткосрочный кредит на эту сумму. Но это очень сложно и она будет заниматься этим вплотную.
  
   - Вот, что дорогая Клава, скажу тебе несколько грубовато, ты воспринимай не обижайся. Нечего пиздеть мне о каких-то там трудностях, на то и поставлена, чтобы их решать, а если бы иначе, давно бы с тобой расстался,- и после небольшой паузы добавил.
   -- Краткосрочный кредит это хорошо, в ближайшее время мы ожидаем крупное поступление по государственной программе жилье, сразу и рассчитаемся.
  
   У Клавдии Сергеевны красные пятна выступили на щеках, прежде матом он не разговаривал. Кровь ударила в голову.
  
   --Очевидно, наступил момент, когда ему допустимо так себя вести, - предположила она.
  
   На другой работе в подобной ситуации она бы немедленно бросила и ушла. Но, здесь на этом месте, её, что-то очень сильно связывало. Очевидно, это была огромная мужская сила, которая так притягивала, и исходила от него, и она покорно сказала.
  
   - Слава Дмитриевич, не беспокойтесь, все сделаю.
   - Вот и хорошо,- произнес он.
  
   Финансирование по программе жилище было открыто. Слава рассчитался с кредитом 5 миллионов долларов. Торговый центр, в котором он, как и предполагалось, поднял стоимость арендной платы, обосновывая это сменой владельца, и удорожанием стоимости недвижимости, начал приносить ежемесячные приличные доходы. Эти доходы были важны еще тем, что они поступали почти полностью наличными деньгами. А, там где наличные, там и многие другие преимущества, для решения текущих проблем. Он энергично раскручивал возведение жилых кварталов по этой программе. Для этого приобрел акции самой большой региональной строительной компании "Средгорстрой"
   Теперь он, как владелец блокирующего пакета, прямо влиял на все принципиальные решения работы компании, входил в совет директоров. Фактически, уже его, эта компания выступала главным подрядчиком по строительству.
   Он не забывал и о так называемой "Резиденции" вице-губернатора, на площадке которой полным ходом шли работы по объектам, обеспечивающим жизнедеятельность, таким как котельная, очистные сооружения, подъездная дорога и другим. Уже были заложены фундаменты основного корпуса. Последний раз, когда они вместе осматривали объект, Дымов остался очень довольным.
   Дран стремился к тому что бы "навар" на программе жилище был максимальным. А как же, ведь он должен был перекрывать огромные расходы, которые шли на подкуп чиновников, разных администраций и контролеров. Все очень хотели кушать, он это понимал. Поэтому он весь этот "навар", который оставался в его руках, делил пополам, одна часть уходила на так называемые откаты, вторая оставалась у него. Управляющему строительной компании он поставил жесткие условия. Дома следует строить так чтобы будущим покупателям и жильцам доставались голые бетонные стены без полов, обоев, раковин, унитазов и приборов сантехники. Оконные рамы, дверные переплеты покупать самые дешевые. Все равно будущие жильцы проводят так называемый капитальный ремонт, ставят все заново.
   Главное обеспечивать полную надежность и прочность фундаментов и конструкций, чтобы не допустить, не дай бог, аварий. Его не волновало, что будущие покупатели, с большим трудом копили деньги, брали разорительную ипотеку, это было их проблемой, а не его.
   Освоив свободные площадки, для строительства в центре, приходилось двигаться на окраины, искать подходящие удобные территории для дальнейшего развития программы. Места эти были отдаленные без подъездных дорог коммуникаций, все это требовалось создавать заново, значительно удорожало весь проект. Удорожание было настолько серьезным, что речи, о так называемом "наваре" уже быть не могло. Дран очень обеспокоился, он не знал что делать.
   Идею подсказал главный архитектор, который давно боролся с промышленными объектами, расположенными в городе. Он считал, что эту промышленность следует выносить за город и освобождать площади для зеленых насаждений, строительства жилых и гражданских объектов. Идея была хорошая, но очень дорогостоящая, и финансировать эти переносы ни кто не собирался. Тут-то и пригодился талант, и прежние деяния Драна, по захвату чужих предприятий и территорий. В этих вопросах он, и его команда были ассами. На это, в общем плане, под маркой освоения, предусмотрели смету, составляющую 30 процентов от тех затрат, которые бы производились при освоении настоящих новых. Он начал действовать. Собрал нужную команду. В неё входили, прожженный юрист крючкотвор, специалист по акциям, оперативники захвата из бывших ментов, группа качков из бывших уголовников и спортсменов. По каждому из таких объектов составлялся план захвата, по которому, используя любые способы угроз, обмана и наконец, избиений, собственность приобреталась за бесценок и территория освобождалась.
   Но, как правило, это были мелкие участки и небольшие предприятия. Площадки освобождались, но они подходили в основном для точечной застройки, а ведь ему требовался размах, большие площади. Они, еще, и еще раз, вместе с главным архитектором, рассматривали генеральный план города, подыскивая, где бы можно было развернуться. Их внимание привлекла территория занимаемая, каким-то научным учреждением, принадлежащим оборонной отрасли.
  
   - Вот бы если этот участок прихватить, вот где размах, - подумал, Дран,- но с оборонкой лучше не связываться.
   Однако, прежде, чем перейти к рассмотрению других объектов, на всякий случай спросил у главного архитектора.
   - А чем они занимаются, что это за предприятие?
   - Точно не знаю, но, как мне кажется, прежде во главе стоял академик Васильев, который не так давно умер, а, кто сейчас там командует, не знаю,- ответил главный архитектор.
  
   Об этом забыли. Как-то однажды, в разговоре с одним из знакомых, Драну рассказали трагическую историю о научном институте академика Васильева, и о том, что эта территория, и это предприятие оказались бесхозными, а кому сейчас принадлежат неизвестно. Дран вновь заинтересовался этой площадкой. Он провел предварительную разведку. Выяснилось, что там расположилась и работает крупная коммерческая фирма во главе с Николаем Раевским. Однако, кому принадлежат акции, после ликвидации научного института, было неясно. И он решил лично, осмотреть всё, прежде чем продолжать какие-то действия.
   Он поехал туда. На предприятие свободно прошёл через охрану, для таких случаев у него были липовые корочки сотрудника ФСБ. Работавшие, здесь люди, не обращали на него никакого внимания. Он обошел все цехи. То, что он увидел, удивило. Внутри помещений была идеальная чистота, на разных участках, что-то собирали, работали различные металлорежущие станки, кое, где вспыхивали искры электросварки. Вокруг, свеже выкрашенного в яркую краску, небольшого трактора, копошились группы рабочих, что - то настраивая. Вся эта рабочая атмосфера даже как-то положительно повлияло на него, и вызвала уважение к тому, что здесь происходило. Затем он отбросил эти глупые мысли, и решил, что каждому свое. Они пусть делают эту работу, а у него другие цели, ему нужна эта территория. Не важно, что здесь творится, хорошее или плохое, ему она необходима, и он должен найти путь, как прибрать её в свои руки. Затем, чтобы больше не обращать на себя внимания, покинул здание, и уехал обдумывать, как разрешить эту проблему.
   Время шло, отсутствие свободных площадей, для расширения жилищного строительства, ставило под сомнение возможность выполнения планов, над которыми работал Дран. Следовало что-то предпринимать. Он начал действовать.
   Через каждые две недели, один раз, они регулярно встречались с Дымовым, рассматривали, ход выполнения работ по строительству так называемой резиденции. Дела двигались, некоторые проблемы решали тут, непосредственно. Дымов был доволен, уже просматривались контуры первого этажа главного корпуса.
  
  - Сергей Васильевич,- обратился, к нему Дран,- у нас большие проблемы с разворотом строительства жилья, нет новых площадок, а те места, которые заняты промышленными предприятиями, очень плохо освобождаются. Я бы очень попросил вас обязать эти организации быстрее освобождать площади, и закрепить это специальным постановлением областного правительства.
  
  Таким образом, при прямом участии Дымова, было принято постановление правительства области о переносе части промышленных объектов, расположенных на территории города за его пределы. Но, это постановление было рамочным, оно не содержало конкретных мер, связанных с обеспечением финансирования этих переносов, и носило чисто идеологический характер. Это была просто декларация о намерениях.
  Однако, оно это постановление, прикрывало хищнический характер действий Драна, по захвату чужих предприятий и территорий. Теперь он, орудовал, как бы, во благо общества, прикрываясь его потребностью в новых жилищах. Это позволило предпринять, первую, активную попытку нападения на Раевского.
  В цехах фирмы Раевского, где полным ходом двигались работы по сборке следующей опытной партии мини-тракторов, все шло по плану. Предполагалось, что следующие четыре машины, будут собраны в срок. Раевский был доволен.
  В это время, началась какая-то возня, вокруг акций предприятия, на которую вначале он не обратил внимания. Бухгалтеру приходили неизвестные люди и просили показать реестр акционеров. Затем объявился владелец одной акции, и также потребовал показать ему отчеты о деятельности, и ознакомить с реестром акционеров. Им, конечно отказали.
  На следующий день Раевскому позвонил, Дран, попросил о встрече, ссылаясь на то, что очень хочет познакомиться, так как у них есть общие дела. Он решил пока сам, не включая свою команду, нащупать пути захвата этой территории. Приехав, расположился в кресле напротив Николай Ивановича и надменно, рассматривая его, решил сразу же загипнотизировать, как ему это удавалось с другими людьми. Но, не
  тут-то было, Раевский был крепкий орешек, и Дран это сразу почувствовал. На него не действовали, не взгляды, не густой громкий бас, не повелительное выражение лица. После того как они обменялись минимальной информацией Дран решил перейти непосредственно к теме, ради, которой он приехал сегодня сюда.
  
  - Николай Иванович,- сказал он,- не буду скрывать, меня привело к тебе дело, которое срывает все планы области по строительству жилых домов для трудящихся. По генеральному плану города, жилой комплекс "Д" расположен частично, как раз на той территории, которую вы занимаете. Есть распоряжение областного правительства об освобождении этих участков для строительства на них жилых домов, в том числе и для военнослужащих и ветеранов.- И он передал Раевскому это постановление.
  Раевский внимательно прочитал текст, и сказал,
  
  - Пустая бумажка, тут нет реальных мер, которые позволили бы переехать на другое место.
  - А, кто владелец контрольного пакета акций,- поинтересовался Дран.
  -Вот откуда ноги растут,- подумал Раевский,- вспомнив недавнюю возню вокруг акций его предприятия.
  - Это коммерческая тайна, и подлежит разглашению только при согласии общего собрания всех акционеров,- ответил он.
  - Да не надо уж так формально, я ведь по делу,- сказал, Дран,- хочу
  предложить приличную сумму по выкупу этого контрольного пакета.- Он задумался и затем произнес,
  - ну, скажем так тысяч сто долларов.
  Когда Дран, что-то предлагал, это совсем не означало, что на самом деле он собирался платить.
  -- Знаешь, что Слава Дмитриевич, эта тема не подлежит даже обсуждению, никаких продаж контрольного пакета акций не предусматривается, мы заняты здесь важным делом, и собираемся его продолжать, вам бы я посоветовал найти другую площадку для разворачивания жилищного строительства.
  -Вот, что Николай я ведь хочу по-хорошему, а ты сразу в пузырь, смотри, я буду продолжать давить на тебя, одумайся.
  
  Так, ни о чем, не договорившись, они разошлись. Давление продолжалось, главному бухгалтеру, кто-то звонил и начал угрожать, затем её до смерти испугали, встретив в темном переулке. Какой-то тип в шерстяной шапочке с прорезями только для глаз, дернул ее за руку, и затем пару раз ударил, было очень больно, он отбежал и крикнул на прощанье,- реестр тетка.
  Раевскому пришлось из-за этого, организовать её ежедневное сопровождение и охрану.
  Ему эта катавасия очень не нравилось, но это были еще цветочки. На днях к нему в кабинет ввалились три типа. Один из них, в черной кожаной куртке, с наглыми глазами и визгливым голосом с порога прокричал,
  
  - Лох, ты задел интересы нашего клиента, и наши также, так нельзя себя вести, ты должен исправиться!
  
  В это время один из тех двоих, что был покрепче, подскочил к Раевскому, выдернул его из кресла и очень сильно, боксерским приемом ударил по почкам. Николаю было больно, но он сосредоточился и ногой оттолкнул этого негодяя от себя. Затем быстро открыл ящик стола, выхватил тот самый пистолет, который когда-то ему изготовил Виктор Сергеев слесарь профессор.
  
  - Ну, скоты, валите отсюда, пока я вас всех не перестрелял,- прокричал Раевский и для убедительности выстрелил этому типу в ногу. Пуля попала в самый носок правой ноги, ему было больно, он подтянул эту ногу к себе и заорал.
  
  Все трое остолбенели, они совершенно не рассчитывали на такое развитие событий. У них все было прописано как по нотам. Они приходили, избивали вплоть до кровяных сопаток, затем увозили клиента и заставляли где-то, в другом помещении, подписать те условия, которые для них были необходимы. А тут такое. Они потихоньку стали пятиться к двери.
  
  - Бегом!- со злостью прокричал Николай Иванович.
  
  И они втроём, прихватив четвертого, который сдерживал секретаря, побежали вон.
  Это событие не прошло незамеченным. Дран, как главный организатор, немного поостыл, отстал пока от Раевского, но закусил удила. Не в его правилах было бросить начатое без результата. И он, стал везде, только где это было возможно, в любых инстанциях накручивать атмосферу вокруг Раевского, прикрываясь важностью строительства жилых домов в городе, никчемностью того производства, которым тот занимался.
  
  - Кому нужны эти трактора,- рассказывал он,- это же на смех, против известных иностранных марок, которые у нас закупают.
  -Кому это вообще нужно,- продолжал он убеждать окружающих.
  
  Особенно он старался, встречаясь с различными руководителями области. И постепенно, у этих людей складывалось впечатление, что да, он прав, надо находить пути, как освободить эту территорию. Сам он решил, надо искать, искать не может быть, чтобы у предпринимателя не было каких-то серьезных нарушений, если он их найдет, то тогда ему несдобровать, как миленький передаст все в мои руки.
  В одном из домов, еще сталинской постройки, в центре города у Драна, была хорошо меблированная, уютная двухкомнатная квартира, для конфиденциальных встреч. Он позвонил, Таисии Тимченко, и приказал срочно приезжать, у него, наконец, созрела идея, что делать дальше. Она примчалась как на крыльях. Для нее каждая такая встреча была великим праздником. Говорить о том, что она его любила, это было не то слово, это было, что-то другое, более великое и огромное. Это была беспредельная преданность и покорность. Для него, она готова была на все, не размышляя выполнять любые его указания. Если бы он приказал, выпрыгнуть из окна, она бы мгновенно сделала это, совершенно не задумываясь о последствиях.
  Таисия вошла в квартиру и сразу бросилась обнимать и целовать Славу Дмитриевича.
  
  - Дорогой, как я соскучилась по тебе,- лепетала взахлеб Тося.
  - Подожди, дуреха, я по делу тебя пригласил, а ты лезешь со своими поцелуями,-
  он грубо отстранил и посадил её за стол, напротив себя.
  - Слушай внимательно и запоминай.- Тося притихла, глаза её искрились, она всем существом, как бы стремилась войти в него.
  - Завтра уволишься, я подпишу приказ, и со своей трудовой книжкой пойдешь в областную налоговую инспекцию на прием к начальнику Тимохину Василию Петровичу. Скажешь, я от Славы Дмитриевича, он знает о тебе и будет ждать.
  
  Накануне он, встречался с Тимохиным, и обо всем договорился. У них давно уже были установлены хорошие дружеские отношения, этому способствовала их предварительная встреча, на которой Дран вручил Тимохину путевку на круиз вокруг Европы в каюте люкс с открытой датой и фамилиями на две персоны.
  
  - Это мы выиграли на конкурсе,- сказал он,- поэтому нам это, ничего не стоило.
  
  - Ты напишешь заявление, и поступишь на работу в эту налоговую. Через два дня, он отправит тебя на налоговую проверку в фирму Раевского,- он продиктовал ей название фирмы и координаты где она находится.
  - Теперь самое главное,- продолжал он,- ты должна рыть, хоть до центра земли, но найти какую-нибудь сомнительную крупную сделку, мелочи меня не интересуют, по которой можно было бы обвинить Раевского в нарушение закона.
  - Ты умная баба, и я надеюсь, обязательно должна, что-то найти.
  - Понятно,- спросил он,- справишься?
  - Можете не сомневаться, Слава Дмитриевич, я разве когда-нибудь вас подводила.
  -- Через некоторое время, вернешься обратно.
  
  Тося вскочила и подошла к нему. Она почувствовала, что наступил тот самый момент, когда можно это делать. Он тоже встал, обнял её за плечи, затем с силой рванул в стороны плечики её легкого платья. Платье разорвалось и обнажило ее. Она набросилась на него, как коршун и потащила в постель.
  Через две недели, Анастасия позвонила Драну и сообщила, что кое-какие материалы есть, но все это нужно обсудить. Они встретились в той же квартире. Тося с вожделением смотрела на него, рассматривая каждую черточку его лица. От восторга встречи глаза ее горели, она была готова опять выполнять любую его команду.
  
  - Рассказывай, рассказывай, что там накопала,- с нетерпением спрашивал Дран.
  Она начала перебирать различные эпизоды деятельности фирмы Раевского, которые она изучала. Во всех этих операциях все было чисто, и придраться к чему - либо было невозможно.
  Дран, разочарованно слушал, его терпение кончалось.
  
  - И это все, разве я за этим тебя посылал сучка? Что там делала две недели?
  - Наберитесь терпения Слава Дмитриевич, дайте мне закончить.
  
  Анастасия рассказала ему об операции с поставкой крупной партии рыбы для управления тюремщиков, по которому Раевскому был выставлен иск на 1 миллион долларов, однако арбитражный суд оправдал его действия, и дело было закрыто.
  
  - Ну и, что же здесь интересного, был суд, оправдал, где я могу зацепиться,- с раздражением спросил он.
  - В том то и дело, что этот вопрос можно по-разному рассматривать, и повернуть все в нужную для вас сторону.
  - Это как,- удивился он.
  - А вот так,- отвечала она,- одно дело гражданское судопроизводство, а другое уголовное. Если переквалифицировать это по УК, то все это может совершенно по-другому звучать. Сделка была заключена с государственным предприятием, оно посчитало, что его обманули, следовательно, здесь может возникнуть мотив, имевшего места мошенничества со стороны частного предпринимателя, и это уже совсем другое дело.
  
  Дран, внимательно слушал, лицо его выражало поначалу удивление, а затем появился восторг охотника, который наконец-то нашел тропу, где бежит его дичь.
  
  - Ишь ты сученок, не зря я держу тебя такую умненькую, хорошая мысль.
  - Теперь все будет зависеть от вас, Слава Дмитриевич, как вы сумеете организовать вокруг этого дела всю нашу судейскую машину. Если их вдохновите, то и выиграете этот процесс.
  - Вдохновим, вдохновим,- Слава потирал руки.
  - Ну, иди сюда, моя умница, ты молодец,- он притянул ее, и посадил к себе на колени.
  
  Следовало поторапливаться, Дран, позвонил Дымову и договорился о встрече.
  
  - Лучше где-нибудь, не в вашем кабинете,- попросил он.
  
  На выезде из города большой парк, переходящий в лесопарк, там и встретились. Дран, понимал, что, от того насколько Дымов проникнется крайней необходимостью строительства жилья на площадке занятой фирмой Раевского, зависит успех. Следует поддавить на него лично, решил Дран. Они шли запущенной гравийной дорожкой вдоль густого леса. Здесь не было даже случайных прохожих.
  
  - Слушаю тебя Слава Дмитриевич, в чем причина скрытности и спешки,- спросил Дымов.
  - Прошу прощения, что оторвал вас от важных государственных дел,- начал объяснять Дран,- но вопрос не терпит отлагательств.
  - Что же это такое?- поинтересовался Дымов.
  - Дело в том, что программа жилищного строительства направленная, прежде всего на обеспечение жильем ветеранов войны, офицеров и других жителей города, может быть сорвана. У меня нет площадок, где можно дальше продолжать строительство. Все усилия, связанные с тем, чтобы освоить территорию бывшего научно-исследовательского института, которую сейчас занимает фирма предпринимателя Раевского, полностью провалились. Этот человек не хочет понимать влажность строительство жилых домов для города, упирается и категорически отказывается освободить место. И как вы понимаете, если произойдет срыв, я не смогу дальше финансировать сооружение известного вам объекта.
  
  - И, что же, предлагаешь?
  - Надо заставить этого упрямого человека передать городу акции на эту территорию. Сделать это можно только в судебном порядке. Здесь требуется ваша помощь. Я прежде вам об этом докладывал.
  
  -- Да, помню, ну и, что.
  
  Затем он подробно изложил всю ситуацию, сказал, что этим способом, о котором он говорит, следует воспользоваться, и он может быть единственным для быстрого решения всей проблемы.
  
  - Ты, что, хочешь, чтобы я осудил невинного человека.
  - У нас невиновных не бывает,- ответил Дран.
  - А, тут стопроцентное мошенничество, так, что виновен.
  
  Если бы об этом говорил кто-то иной, а не Слава Дран, сам отъявленный мошенник, куда ни шло, но в данном случае, даже Дымов начал несколько сомневаться. Однако мысль о том, что действительно может накрыться строительство, так дорогого, и уже полюбившиеся ему, загородного дворца, который они называли резиденцией, смутила. Теперь уже судьба какого-то там предпринимателя, может быть даже невиновного в том, о чем говорил, Дран, перестала совершенно беспокоить, а судьба своего родного имения встревожила.
  
  - Хорошо, я подумаю, постараюсь, что ни - будь предпринять,- ответил Дымов,
  - пришли материалы, которые у тебя есть.
  
  Они еще немного пообщались и разъехались по делам. Как и договаривались, Дымову передали все материалы, о так называемом мошенничестве, Раевского. Более того Дран постарался, и тюремщики, с одной стороны направили повторный иск, с другой подписали соглашение о передаче городу территории на, которой располагался бывший научно-исследовательский институт, при положительном решении судом этого спора.
  
  Дымов предварительно обсудил эти вопросы с "отцами" области, и теперь, при очередной встрече на загородной даче генерала, сидели и обменивались мнениями на эту тему.
  
  - Вот, что я тебе скажу, Сергей Васильевич,- говорил областной прокурор Кабалтов Ринат Магометович,- я внимательно изучил этот вопрос, там нет никакого криминала, я не могу возбуждать обвинение на эту тему.
  - А, ты поднатужься и возбуди,- ответил Дымов с некоторой злостью,- думаешь, это для меня составляет удовольствие. Нет, но все-таки, различать государственные интересы, и частные, пора бы нам всем научиться. С одной стороны интересы одного человека, с другой ветеранов войны, офицеров армии, людей, которые десятками лет ждут свое жилье. Там ведь что-то есть. Ну, как сядет, так и выйдет. Мало ли таких случаев. Зато мы решим крупную социальную задачу.
  - Хорошо, я еще раз посмотрю материалы, раз ты так настаиваешь, и поручу это лучшему следователю,- ответил прокурор.
  - Что, ты так за них беспокоишься, Ринат, за этих бизнесменов, все они на одно лицо, так и стремятся отхватить от государства, как можно больше кусок,- подключился генерала полиции Стрелков.
  - А, ты, что думаешь, Георгий Стефанович,- обратился к судье Дымов.
  - Мне и думать нечего, мы всегда и везде, поступаем только по закону,- ответил он, и улыбнулся.
  
  Фактически, за этим столом, перед тем как отправиться в парную, судьба Раевского была предрешена, оставалось только техническое исполнение.
  В этот раз их обслуживала ресторанная команда, в которую входила Оксана, Дымов, пообещал, после парной придет в массажную комнату на процедуру.
  
  Доследственная проверка по фактам возможного мошенничества компанией Раевского, началась по инициативе тюремного ведомства. Дело поручили следователю по особым делам. Этот, следователь, Ефремов, специализировался по делам организованной преступности, он давно научился балансировать между раскрытыми преступлениями, необходимыми для продвижения по карьерной лестнице, и теми делами, на которые он "закрывал глаза". Такой баланс позволил ему скопить сумму, достаточную для покупки шикарного внедорожника последней модели, строительства роскошной дачи под Москвой и регулярных поездок за границу. Его супруга дружила с главным бухгалтером одной из коммерческих фирм. И вот однажды, когда этой фирме срочно потребовался кредит, и они не могли найти кредитора, Ефремов не задумываясь, ссудил им 150 тысяч долларов.
  Они сидели в небольшом кабинете следователя, куда он пригласил Раевского в качестве свидетеля проводимой им доследственной проверки. Ефремов, сорокапятилетний мужчина, в темно-синем мундире, с эполетами подполковника, смотрел на него прямо и строго. У него был левосторонний пробор русых волос, посередине лба проходила тонкая, волевая морщина. Он познакомился с делом и прекрасно понимал, что оно заказное, и никакого отношения к правонарушениям не имеет, но полученное поручение надо исполнять, и не в его интересах портить свои взаимоотношения с начальством. Он даже предварительно съездил на предприятие Раевского и посмотрел, чем они там занимаются. И, надо прямо сказать, что-то, что он увидел, вызывало у него уважение к этой фирме. Испытывая такое, и для того, чтобы хоть что-то сделать для этого человека, судьба которого, в его глазах, была уже предопределена, он решил дать ему несколько свободных дней для того, чтобы он мог сориентироваться, и предпринять какие-то шаги в свою защиту.
  Рассматривая возмущенное лицо Николая Ивановича, который пытался ему рассказать о том, что это какое-то недоразумение, что сделка с рыбой была абсолютно законной, и это подтверждается решением арбитражного суда, следователь представил себе весь ход будущих событий.
  Следующий раз он пригласит его и задержит, как это положено по закону. Затем состоится суд, по которому будет принято решение об аресте Раевского и об аресте акций его предприятия в качестве залога по будущему решению суда. Затем срок содержания под стражей будет несколько раз продлеваться, пока он соберет необходимый материал для укомплектования ста томов уголовного дела. Собрав эти тома, он подготовит и передаст в суд обвинительное заключение. Вот и вся история. А дальше пусть решает суд это уже не его проблемы.
  
  - Николай Иванович, подпишите, пожалуйста, этот протокол о не разглашении, и я вас пока отпускаю.
  -Имейте в виду,- продолжал он,- что вам может быть предъявлено обвинение по части 4 статьи 159 УК РСФСР мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере, которое наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.
  - Вскоре я вас опять приглашу,- добавил он,- лучше, если вы придете со своим адвокатом.
  
  Уже завершилась второе апелляционное заседание областного суда, расположенного в новом здании. Раевский стоял внутри клетки для подсудимых, и совершенно не слушал текст, который тарабанила, как из пулемета, судья Дементьева. Если бы кто-то и захотел понять содержание, он не смог бы этого сделать, так быстро она говорила. Он с презрением смотрел на эту судью, на прокурора, который поддерживал обвинение. Оба они представляли власть, которая должна была бы быть справедливой, но нет, по нему прокатился асфальтовый каток и, как говорят, "против лома нет приема". За те несколько свободных дней, который предоставил ему следователь, он сумел кое-что сделать, сохранить немного денег для того чтобы можно было нанимать адвокатов и содержать свою семью. Он пытался, как то повлиять, Евгений Витальевич бывший "красный директор" созванивался с прежним секретарем обкома, однако тот уже был не у дел, потерял все контакты и связи. Он призывал к здоровому смыслу, объясняя важность для государства, создания нового отечественные мини-трактора, но кругом была глухая стена, это никого не интересовало. Что касается этого абсурдного, совершенно надуманного дела, то здесь все было заранее срежиссированно и тупо представлено. Судья отклонила все доводы его защиты, отказалась пригласить нужных свидетелей, а затем слово в слово повторяла обвинительное заключение.
  Наконец прозвучали последние слова приговора.
  
  -Раевского Николая Ивановича признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами УК часть четвертая статья 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на пять с половиной лет та-та-та,- дальше он уже не слушал.
  Он посмотрел в зал, в первом ряду сидела его любимая жена с заплаканными глазами, он улыбнулся ей, помахал рукой и сказал,- держись!
  
  На пригорке возле здания бывшего научно-исследовательского института стояли рядом Денис Беляев, конструктор механик, Виктор Иванович Сергеев - слесарь профессор, Аркадий Ярош. Там на территории бывших цехов, кипела страшная работа. Экскаваторы навесными молотами разбивали вдребезги бетонные стены и колонны. Газосварщики резали подряд все механическое оборудование и конструкции здания. Всё это грузилось в бесконечную череду самосвалов, которые друг за другом подъезжали для погрузки.
  -Как же такое возможно, - думал Виктор Иванович, находясь в каком-то оцепенении.
  У Дениса Беляева на глазах наворачивались слезы, он смотрел, и все время ладошкой протирал глаза. Ярош был злой и жесткий. Они еще немного постояли на этом месте.
  - Пойдемте,- сказал Ярош,- я не могу больше смотреть на этот разгром.
  
  Они развернулись, быстрой походкой, и затем почти бегом, ушли с этого проклятого места.
  
  Через некоторое время, на это же место, подъехал большой, черный лакированный Mercedes. Двери открылись, из машины вылез, Слава Дран. Он немного постоял, посмотрел, лицо его расплылось в улыбке, и он радостно потер руки. Еще немного погодя, он достал мобильный телефон, набрал номер и прокричал.
  
  - Эй, Савелий, я здесь на площадке, что-то мне не нравится, как идет расчистка. Нужно бы увеличить количество техники и людей в 2 раза, ускорить разборку. Приезжай я буду тебя ждать.
  
  Дикая мысль о том, что может быть, вдруг, еще где-то там, им удастся это отсудить, не покидала его, и он решил как можно быстрее все завершить.
  
  
  
  
  
  
  Жизнь после трагедии
  
  Она сидела на маленькой скамеечке, напротив обелиска, сделанного из красного мрамора, расположенного несколько поодаль от остальных могил, на городском мемориальном военном кладбище. Вот уже год, как она приходит сюда, приносит цветы, укладывает их рядом, сидит в задумчивости, вспоминая прошлое и своего любимого мужа. Нет, она не верит в загробный мир, она просто вспоминает его. Это то - единственное, что принадлежит ей, эта огромная память о нем прекрасном и безвременно ушедшем, ее любимом человеке. Почему так произошло, как это могло случиться, это никакая не судьба, это предательство, это отрыжка, современного мира и устройства государства.
  
  Мама много раз предлагала,
  - Люда переезжай в Москву здесь достаточно места чтобы жить и работать, будем вместе.
  - Нет, мама,- отвечала она,- я не могу пока уехать, здесь он, здесь его могила. Я не могу бросить его.
  
  И каждую неделю, когда приходит сюда, она видит его живым, принадлежащим только ей, таким мужественным огромным человеком. Конечно, жизнь продолжается, и понятно, вечно она не будет одна. Она еще молода, возможно, найдет, какого ни будь мужчину, который займет место в нее жизни, но пока, что, только он один, остается в сердце. Людмила силой заставляет себя действовать, не тратить все свое существо на одни воспоминания, наоборот, ей нужно быть на подъеме, предпринимать меры по жизни, и вырастить сына, достойным его отцу.
  Перед смертью академик Васильев, переписал свой московский загородный дом на её имя, она успела съездить в Москву вместе с мамой, нашли иностранную фирму, передали дом в аренду на несколько лет. Это позволяет ей безбедно жить, пока не работать, при этом, еще содержать помогающую по дому, гувернантку Анджелику. Как-то, проходя по улицам города, увидела сидящую около ящиков, торгующую фруктами молодую женщину, на вид очень интеллигентную, симпатичную. Разговорились, оказалось, Анджелика, имея высшее, педагогическое образование, приезжает сюда из Молдавии на заработки. Она предложила ей жить у неё, заниматься воспитанием сына помогать по хозяйству, при этом её заработок, будет значительно превышать то, что она имеет теперь. Встретились, еще раз внимательно, познакомилась с ней, изучила объем её знаний, это устраивало, и они окончательно договорились.
  Она понимает, что в воспитании сына нужна мужская сила. Мальчику недостаточно одной литературы. Ему нужна математика, физика, главное он должен быть здоровым, уметь самостоятельно постоять за себя, так как отца у него нет. Да и ей, теперь особенно, рассчитывать не на кого. Она рассуждала, как поступить, и начала искать школу боевых искусств. Повезло, в одном из клубов преподавал бывший офицер спецназа Алексей Николаевич. Вначале сама посещает его занятия, потом начинает приводить своего маленького сына. Когда ближе познакомились с Алексеем Николаевичем, оказалось, помимо боевых искусств, в его хобби входили различные инженерные науки. Прежде до военной службы он был учителем физики. Теперь общаясь с сынишкой, рассказывал различные истории про технику, архитектуру, почему в природе происходят различные явления, и постепенно возбуждал у него интерес к познанию технических предметов. Она же, преуспевает в познании техники ручного боя, теперь за счет сосредоточения мозговой энергии, может произвести такой силы удар, способный разбивать кирпичи.
  Она должна сына очень хорошо подготовить, особенно по языку. Это позволит устроить учиться в престижной зарубежной школе. Теперь, она убеждена, получить достойное образование, особенно инженерное, следует за рубежом, и по всей вероятности в Англии.
  Мальчик тоскует по отцу, все время спрашивает, мама, где папа. Она вынуждена лгать, говорить, что он уехал далеко, и очень надолго. Однако ближайшее время, все-таки постарается рассказать, о том, что произошло.
  В конце аллеи, у входа на кладбище, на небольшом портале подвешен колокол, внизу горит вечный огонь. Всегда когда уходит, она подходит под эту арку, и, дергая за, свисающий канат, производит три удара, громко звенящим колоколом.
  
  Однажды, она сидела так же, возле могилы мужа, неожиданно за нее спиной раздался тихий мужской голос.
  
  - Сестра, молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас и помяни.
  
  Обернулась, подле неё стоял уже немолодой, наполовину седой бородой, среднего роста священник. Он несколько раз перекрестился, и сделал поклон в сторону обелиска Андрея.
  Не зная, что ответить, сказала,- спасибо.
  
  - Когда прохожу мимо этих надгробий, всегда склоняюсь перед ними,- продолжал священник.
  - Меня зовут отец Никодим, в прошлой светской жизни, я преподавал философию в местном университете, а теперь вот принял сан, служу настоятелем в соседнем храме, он находится сразу за кладбищем. А вас как звать сестра?
  
  - Людмила,- ответила она.
  - Приходите в храм, сестра Людмила, проведем поминальную службу по вашим близким, кто здесь похоронен, он видно были славным воином.
  Немного помолчав, затем спросил,
  -- кто здесь, царство ему небесное!
  - Здесь мой муж, отец моего сына,- ответила она.
  - Тем более приходите.
  - Нет спасибо, отец Никодим, мне у вас делать нечего, я не верующая.
  - Приходите,- продолжал он,- мы покажем дорогу заблудшей овце к стаду.
  
  Хотя поведение священника было доброжелательным, он стал надоедать своим приставанием, и она сказала,
  -- вы меня извините, но если бы ваш бог был таким вездесущим, он не допускал бы на свете столько несправедливостей и напрасных смертей, а так, как этого не происходит, я не собираюсь в него верить, и конечно, к вам в храм не приду.
  
  -- Вы заблуждаетесь, сестра, многие святые говорили: 'Не смейте думать, что Бог справедлив. Он - милостив, но не справедлив. Если бы Он был справедлив, то мы бы уже давно были в аду'.
  -- Так, что приходите, приходите.
  
  Она не поняла смысла этой тирады, почему 'давно были в аду'. Он улыбнулся и пошел в храм.
  
  В заботах и воспоминаниях о муже время протекало быстро. Анджелику поселила в небольшой комнате первого этажа. Вместе ухаживали за приусадебным участком, сажали цветы, подстригали газон. По разным делам, она всегда ездила сама за рулем, на удобном и красивом автомобиле Mazda. В гараже, рядом с её, по-прежнему стоял Jeep Андрея. Ей не было никакого дела до окружающего мира, и различных событий, происходящих вокруг.
  Однажды позвонили из областного военкомата.
  
  - Здравствуйте,- прозвучал в телефоне звонкий женский голос,- соединяю с военкомом полковником Федосеевым Степаном Петровичем.
  - Здравствуйте Людмила Федоровна,- поприветствовал военком, и начал расспрашивать о том, как она живет, довольна ли пенсией, которую получает за погибшего мужа, имеются ли, какие-либо вопросы к военкомату. В конце разговора он сообщил, что военкомат вместе с областной администрацией проводят встречу семей погибших военнослужащих. Очень просил ее, как жену офицера, принять участие в этой встрече, и выступить там. Она согласилась.
  - О чём же мне, там говорить,- спросила она.
  - О том, Людмила Федоровна, что государство не забывает о вас, окружает вас заботой и вниманием, вы ведь понимаете,- ответил военком.
  
  Встреча проходила в актовом зале одной из школ города. Среди многих приглашённых, Людмила уже взрослая женщина за тридцать, контрастировала против двадцатилетних вдов солдат, оставшихся также с детьми, как и она. Они сидели смирно, притаившись, видимо смущаясь, на этой организованной встрече. В зале было много чиновников разных уровней. На сцене за председательским столом, восседали первый вице-губернатор Дымов, военком Федосеев, и какая-то пожилая женщина заведующая социальной защитой.
  Чиновниками произносились патриотические речи, высказывались соболезнования по поводу погибших мужей этих женщин. В ответ присутствующие что-то также говорили.
  Когда до нее дошла очередь, так, как она значилась в списке женщин, выступающих перед присутствующими, она вышла к трибуне, и сказала.
  
  - Я также большая патриотка своей страны, но мой патриотизм закончился после того как мой муж погиб на этой не объявленной войне. Поэтому я призываю всех политиков достигать конечных результатов в их деятельности другими способами, а не военными, нужно уметь договариваться, следует, если требуется идти на уступки, и любыми путями избегать войны. Теперь я самый большой противник любой войны. Спасибо за внимание.-
  
  Так она закончила выступление. Было заметно, что военком не очень в восторге от её выступления. Другие чиновницы сидели с кислыми лицами.
  
  Энергичное выступление этой женщины заинтересовало Дымова, он обратил на нее внимание, её образ, притягивал, было заметно, что это сформировавшийся и хороший специалист. После встречи в школьной столовой был организован небольшой фуршет, он с восторгом был воспринят чиновниками разных уровней, присутствующих на встрече, они шумно ходили между столами с тарелками для закусок, обсуждая происходящее событие.
  Дымов же, обратив внимание на Людмилу, попросил пригласить ее в кабинет директора школы, что бы ближе познакомиться. Она пришла, села напротив, в предложенное кресло. С большим вниманием и интересом, рассматривая эту молодую женщину, он расспрашивал, откуда она, какое имеет образование, где училась. Его особенно заинтересовало то, что она окончила престижный московский университет МГИМО, владеет несколькими иностранными языками.
  Людмиле, понравилось, что Сергей Васильевич, был человеком видным с приятной внешней наружностью, аристократичными чертами лица, его голову обрамляла, аккуратно подстриженная шапка русых волос, голубые глаза притягивали, выражая большое доверие. Голос был приятным ровным. Он был в темно-синем костюме, при черном в красную полоску галстуке.
  Дымов уже давно, подыскивал, подходящего грамотного помощника, но найти нужного человека не получалось. Теперь, разговаривая с этой женщиной, он понял, что она, очень бы, ему подошла.
  
  - Хочу предложить вам Людмила Федоровна,- сказал он,- работу в моем аппарате, мне нужен хороший высококвалифицированный юридически подкованный специалист, подумайте, буду очень рад, если вы согласитесь.
  - Спасибо за предложение,- ответила она,- но вы знаете, я материально обеспеченная, и пока не собиралась поступать на службу, на какую-либо работу.
  - А, вы, все-таки подумайте, вот вам номер мобильного телефона,- Дымов вырвал из небольшого блокнота листок, написал номер, и передал Людмиле, -если надумаете, звоните.
  
  После встречи, она опять погрузилась в свои текущие дела, и на какое-то время забыла о поступившем предложении. Однако, через некоторое время, после того, как она возвратилась в очередной раз от кладбища, она вдруг прозрела.
  
  - Я поклялась, буду мстить за смерть Андрея, но как это сделать я не знала,- думала она,- и вот, тот самый случай, меня приглашают на государственную службу, где, пожалуйста, предоставляются широкие возможности заниматься тем, что наметила. Следует срочно согласиться.
  Поискала, нашла, вырванный из записной книжки листик, где был записан номер телефона Дымова, набрала его. Он не сразу ответил. Через некоторое время вновь набрала этот номер.
  
  - Слушаю,- ответил Дымов.
  - Здравствуйте, Сергей Васильевич, это вас беспокоит Людмила Васильева, я подумала и решила принять ваше предложение,- сказала она.
  - Вот и хорошо, вы приняли очень правильное решение, приходите, завтра буду ждать в 10 утра.
  
  После гибели мужа Людмила долго переживала. Она никак не могла соединить в себе отношение к этому миру к этой власти, этому государству, которые расстроили всю её жизнь. Она очень любила своего мужа Андрея, она строила большие планы на будущую жизнь, она считала, что они проживут счастливое время и вырастят в своей семье достойного ребенка. Но проклятая жизнь распорядилась совсем по-другому. Теперь она осталась сама наедине с собой, без всякой надежды на будущее, и со страшной потерей родного человека. Если раньше она не задумывалась о том, что происходит в мире, почему люди воюют друг с другом, убивают друг друга, и почему это происходит, и за какие идеалы, то сегодня для неё это стало не безразлично.
  
  -- Раз так,- решила она, - раз жизнь мужа потребовалось государству, пусть за это отвечает, пусть оно отдаст все, что только может, за его жизнь.
  
  Но она понимала, государство ничего и не отдаст, и поэтому решила, что нужно не ждать, а брать и брать максимально, что только возможно от этого проклятого государства. И теперь, когда она, очевидно, попадет в круг чиновников, живущих за счет государства, и направо и налево, как она предполагает, хватающих все, что только плохо лежит, она решила с удовольствием включиться в эту игру, в конце, концов, надеясь, что и для неё достанется что-то. С такими намерениями она согласилась работать у Дымова.
  
  Все свершилось. Она сидит в своем отдельном небольшом кабинете, расположенном на том же этаже, где находился Дымов. Это огромное 9-и этажное серое здание Администрации области, бывший ОБКОМ КПСС. Оно, раскинулось со своими двумя крыльями, на большой площади, в центре города.
  Людмила напрягает все свои мозговые центры, с тем, чтобы разобраться, что здесь происходит, чем тут занимаются люди. И постепенно, она начинает впитывать весь этот аромат и дух, огромной чиновничьей жизни. Она понимает, что вся эта тупая громоздкая и неповоротливая государственная машина существует фактически для саморегуляции и никакого отношения реальной жизни не имеет. Нормальный человек не в состоянии изучить и прочитать, а затем воспринять существующие законы. Только один бюджетный кодекс состоит из 307 статей, в каждой по несколько разных подразделов, а в итоге более порядка полутора тысяч различных определений, порой одно противоречащее другому. Лишь некоторые специалисты в состоянии дать заключение о правомерности того или иного действия и всегда могут, в зависимости от требований начальства, оправдать нарушение или подтвердить законность принимаемых решений. Поэтому специальные работники в одних отделах следят за тем, чтобы во время представлялись отчеты. Другие люди в других отделах изучают эти отчеты. Третьи в следующих отделениях, делают выводы из этих отчетов и направляют свои заключения вышестоящим. Везде дел невпроворот. Бедные рядовые работники в поте лица трудятся, ежедневно составляя никому не нужные бумаги. Они редактируются, затем переписываются, затем направляются куда-то и затем выкидываются в мусорный ящик. В этом и есть управленческая работа.
  В положениях о министерствах вообще не указывается, чем они должны заниматься конкретно, об этом только можно было догадаться по самому его названию.
  - Как же,- отвечают на этот вопрос,- раз оно называется министерством сельского хозяйства, следовательно, оно и ведает сельским хозяйством.
  Зато в положении, где нет ни слова о том, чем следует заниматься в сельском хозяйстве, конкретно описывается, кого министр может принять и уволить, утвердить смету на расходы собственного ведомства и другие внутриминистерские вопросы.
  И Людмила, в конце концов, поняла, что на самом деле это чисто функциональные органы, которые ничем конкретным не занимаются и за результаты фактически никогда не отвечают.
  Но, за их стенами, где существовали различные ОГУП - областные государственные унитарные предприятия, Федеральные государственные унитарные предприятия - ФГУП, Муниципальные унитарные предприятия - МУП, и другие казенные некоммерческие и коммерческие предприятия была настоящая вольность, где можно было делать то, что захочешь. И туда-то и направлялась вся энергия администрации по решению собственного благосостояния.
  Постепенно, она начинает знакомиться с конкретными исполнителями, министрами, рядовыми работниками, и то, что здесь, за стенами этого огромного серого здания происходит, оказалась, предвосхищает все её прежние представления. Все воруют.
  Вот, например Министр спорта Кравец. Он в прошлом учитель физкультуры в средней школе, затем дорос до главы районной администрации города. В период формирования губернской администрации проявил колоссальные изворотливость для того чтобы попасть в правительство и занять этот пост. Теперь он заканчивает строительство своего трехэтажного загородного дома, а денег для окончательного расчета ему не хватает. Что же делать?
  И вот он и предприниматель Клюшкин, владеющий сетью спортивных магазинов, наваривают на бюджетных средствах шестнадцать миллионов рублей.
  Это они сделали при выполнении госконтракта на поставку хоккейного инвентаря для юношеских команд области, победителей соревнований 'Золотая шайба'
  Людмила быстро это высчитала, взяв перечень инвентаря и сравнив его стоимость по розничной и продажной ценам.
  Если бы она могла заглянуть сквозь стены к нему, и к другим, то она бы увидела и услышала многое интересное.
  
  Кравец сидит в своем кабинете. Он просматривает последние сводки спортивных событий. Ждет с нетерпением звонка Клюшкина, владельца сети магазинов спортивных товаров. Совсем недавно после объявления всероссийского соревнования 'Золотая шайба' и выделения на эти цели бюджетных денег он договорился с ним о закупке партии спортивного инвентаря для оснащения юношеских команд. После объявления тендера на госзакупку, были некоторые трудности связанные с необходимостью сделать его победителем этого конкурса.
  Информация о тендере размещается на общедоступном портале для всех. Каждый, кто хочет принять участие в торгах, направляет своё предложение. И тот, у кого самая низкая цена предложения обычно выигрывает эти торги. Но ведь у Клюшкина, для выполнения их целей, должна быть самая высокая. В этом и состоят трудности.
  Но, слава богу, все эти проблемы уже позади. Для того чтобы отбить конкурентов, которые могли бы принимать участие они применили хитрый и удачный прием. В тексте конкурса в его названии отдельные буквы вместо кириллицы записывались в латинице. Так например в слове "приобретение", пять букв: р, о, е по две, кроме е, каждой из 12-и, набирались в латинице вместо кириллицы, и также и в других словах. В результате конкурент при поиске предмета, набирая текст русским языком, не мог найти на портале закупок соответствующие значения, и в соревновании не участвовал.
  Это легко проверяется, выберите из какого-нибудь текста любое слово и через поиск попытайтесь его найти. Записывая его, замените идентичные буквы кириллицы, буквы латиницы. Этого слова вы не найдете.
  Одновременно, для того чтобы выиграть конкурс, Клюшкин направлял документы от имени двух фирм, своей основной и второй липовой, существующей только в регистрационных документах и никаких реальных дел не выполняющей. Предложение липовое было дороже, чем его основной. Рассматривая эти, а других никаких не участвовало, комиссия выбирала ту, у которой дешевле. Следовательно, торги выиграла та фирма, которую и назначил он, и это была, его основная. И формально, так, как в торгах участвовало несколько организаций, они эти торги, выглядели, конкурентными и законными.
  Всё свершилось, и Клюшкин выиграл тендер. Предварительно они договорились о том, что разница между фактической стоимостью продажи указанного инвентаря и суммы контракта будет разделена на две части, одна из которых, должна было попасть в карман Кравца. Эта половинка в размере восьми миллиона рублей была крайне необходимо Кравцу. Он заканчивал строительство своего трехэтажного загородного дома, и как раз этих денег не хватало для расчёта с подрядчиком. Наконец в его кармане прожужжал зуммер мобильника.
  
  - Аркадий Семёнович,- звонил Клюшкин,- все в порядке деньги поступили, подъезжайте, пожалуйста, к плавательному бассейну, я там буду 16 часов, это вас устроит?
  - Устроит,- ответил Кравец, с удовольствием потирая руки, - буду обязательно.
  
  Людмила с трудом начинает разбираться с этой громоздкой системой управления. Здесь действуют, смешная компьютеризация. Дикий бумажный оборот. Пустая болтовня. Бесконечная смазка подачками и мелкими взятками. От Марии Петровны к Марии Федоровне. В системе руководства областью кроме Дымова еще 4 вице-губернатора, 14 министерств, 18 департаментов ведения разными отраслями. Кроме этого еще имеется 55 служб подчиненных Москве, в том числе таких наиважнейших, как налоговая инспекция, МВД, Роскомнадзор, центральный банк, Госкомимущество, таможня и другие. Еще имеется много пустых и бесполезных, более двадцати, разных комиссий.
  Мария Федоровна говорила Марии Петровне
  -- Проработав, на нынешней работе полгода, я была в шоке, все было очень сложно, перекладывание работы на других и все такое, но теперь, благодаря моде на всеобщее компьютерное оснащение все изменилось. Мы целыми днями играем в разные игры.
  -- Клик,- и выскочил зайчик.
  -- Еще раз клик, - и выскочил второй.
  
  Вместе с Людмилой мы двигаемся дальше. Вот пятый этаж. Здесь на этом этаже расположено министерство здравоохранения области. Большая приемная министра Афонина Петра Петровича. В приемной очень много народа, все ждут возможной аудиенции с ним. А как же в его руках сосредоточены огромные ресурсы. Это только, кажется, что на здравоохранение средств не хватает. Молодая дама в сером брючном костюме с портфелем крокодиловой кожи в руках, нетерпеливо ходит взад-вперед. Это владелица аптечной сети плюс 25, Вера Семёновна, у нее много аптек, как в городе, так и по районам. Фармацевтика это отрасль, которая всегда приносила большой доход. Купить за рубежом, или у крупного оптовика в России это одно, да и продать не проблема, в аптеках всегда полно народа. А вот получить лимит на продажу этих лекарств по больницам и поликлиникам, это другое дело. А почему? Потому что в этих учреждениях никого не интересует цена, и на самом деле, если кто-то посмотрит ценники, стоимость одних и тех же лекарств в обычных аптеках и медицинских учреждениях очень отличается в сторону ее значительного увеличения. Вот и пришла Вера Семёновна просить у него лимит на продажу лекарств в областные больницы и поликлиники.
  
  - Заходите, Вера Семёновна,- наконец приглашает ее молодая девушка секретарь,- Петр Петрович ждет вас.
  
  Вера Семёновна, широко улыбаясь, и сверкая стеклами своих очень модных, современных очков, заходит в кабинет и садится в кресло, напротив.
  
  - Петр Петрович,- говорит она после взаимного приветствия,- сейчас формируется план лимитов на продажу лекарств поликлиникам и больницам, мы очень просим вас увеличить нашу долю против прошлого периода на 20 процентов.
  - Мы постарались заранее перечислить некоторый аванс в фонд молодого врача,- продолжает она, - и мы сразу же после увеличения нашей доли закроем остальную часть.
  - Это вы правильно сделали,- замечает он,- давайте ваше письмо,
  - и размашисто пишет на письме, котороё передает ему Вера Семёновна, резолюцию своему управлению, распределяющему эти лимиты.
  Вот, как следует совершать настоящие дела. У них все на мази, это вам не трактор конструировать!
  
  Между тем, этим фондом, ведает его жена Ксения, и средства этого фонда используется совсем не для молодых врачей, а для нужд их семьи.
  Теперь становится ясным, почему же, те же самые лекарства в аптеках поликлиник, где их дают бесплатно пенсионерам и инвалидам, и в стационарных больницах стоят дороже, чем в обычной аптеке. А как же, к цене надо прибавить то, что перечисляется в так называемый фонд, да и сами аптечные сети не в стороне.
  Следующим посетителем к министру зашел, только приехавший из Москвы, заместитель генерального директора фирмы поставляющей медицинское оборудование Бычков. С ним шло подробное обсуждение возможностей по закупкам в этом году. Бычков положил ему на стол целый комплект различных проспектов современных медицинских аппаратов, таких как DISCOVERY CT750 HD, Optima CT66, LightSpeed, BrightSpeed, HiSpeed и других.
  Это были сложные компьютерные томографы, аппараты для искусственной вентиляции легких, рентгеновские и еще целый ряд других приборов.
  
  - Этот томограф Тошиба,- объяснял Бычков,- способный делать снимок по ста двадцати восьми срезам.
  - Рентгеновская трубкой Straton,- продолжал он, - имеет возможность субмиллиметрового сбора данных с пространственным разрешением 0,33 на 0,33 на 0,33 мм.
  
  Министр внимательно слушал, и кивал головой.
  В итоге договорились о заключении государственного контракта на поставку четырех комплектов компьютерных томографов, нескольких аппаратов искусственной вентиляции легких высшего класса, рентгеновских, стерилизаторов, ЛОР комбайнов, на общую сумму более 200 миллионов рублей.
  По ходу рассмотрения он звонит работникам своего управления и дает указания, куда в какую больницу и, что необходимо поставить. Это очень большое оснащение медицинской отрасли области. Последнее время повсеместно стало модным закупать такое современное оборудование, хотя специалистов по его обслуживанию не было, их еще не успели подготовить. Но все впереди.
  Между тем интерес к этому вопросу был обоюдным. Дело в том, что стоимость этого оборудования по сравнению со средними ценами была завышена примерно в 2 раза. При обсуждении Бычков положил на стол небольшой листик, на котором против наименований отдельных видов оборудования были проставлены некоторые проценты. Эти голые цифры, казалось бы, ни о чем не говорили, но участники обсуждения прекрасно понимали, что это и есть тот самый откат, который будет произведен после поставок оборудования и его оплаты. Общая сумма получилась внушительной, Петр Петрович был удовлетворён. Что касается московской фирмы, она давно уже освоила технологию выигрыша таких конкурсов на официальных тендерах. Бычков, между обсуждениями, не забыл забрать реквизиты фонда молодого врача. В общем, переговоры прошли удовлетворительно.
  Здесь так же все было четко, это вам не российский переносной рентгеновский аппарат выпускать!
  
  На восточной окраине города, рядом с железнодорожной станцией, среди окружающих строений, выделялась большая огороженная территория. Внутри этой площади, в только, что, отстроенном трехэтажном здании, на нее втором этаже, в своем просторном кабинете, взад-вперед, вдоль стола для заседаний, ходил хмурый и расстроенный начальник этого огромного хозяйства Иван Николаевич Малицкий. Это была областная таможня. Ивана Николаевича недавно назначили на эту должность, и вот теперь, он не сумел в срок, занести положенную часть суммы, за свое назначение. Иван Николаевич надеялся на то, что к нему вот-вот попадет крупный игрок, нуждающийся в снижении таможенного налога, и они договорятся. Но игрока не появлялось. Поэтому ему пришлось обратиться к так называемому подножному корму.
  Он понимал, что это непорядок, что из-за задержки взноса у него страшно испортятся отношения с верхами. Следовало предпринимать меры, и эти меры должны были быть весьма крутыми.
  
  - Оперативников ко мне!- прокричал он в громкоговорящее устройство, расположенное на его столе.
  
  Вчера он предупредил, чтобы они с утра не уезжали, и дождались встречи. Вскоре, в кабинет, нисколько не смущаясь, друг за другом вошли четверо молодых сотрудников, в камуфляжной форме.
  
   - Садитесь,- приказал, указывая на длинный стол для заседаний.
  
   Сотрудники расселись. Одни с улыбкой, другие с недоумением, смотрели на начальника. Он отодвинул кресло, решил провести разговор, стоя, это придавало больше агрессивности.
   - Вы, что суки, ходите, как мертвые мухи, еле ноги переставляя,- начал он разнос.
   - По западному шоссе в город, идут непрерывным потоком огромное количество фур, переполненных товарами. И сколько вы просматриваете в день, спрашиваю я вас!- оперативники молчали.
   - Давай, с тебя начнем, Семенов.- Семенов встал.
   - Ну, четыре, иногда пять,- ответил он.
   - А, мне нужно пятнадцать,- разъяренно прокричал он, и стукнул кулаком по столу.
   - Понимаете, пятнадцать, ни на одну фуру меньше. Если этого не произойдет в ближайшие дни, я всех выгоню к чертовой матери!
  
   Оперативники, понурив головы, опустив глаза, встали.
  
   - Ясно,- спросил он.
   - Ясно,- ответили они хором.
   - Идете, и чтобы поступления были ежедневными!- завершил он аудиенцию.
  
   На контрольно-пропускном пункте въезда в город оперативники таможни работали коллективно вместе с гаишниками и дорожной контрольно весовой службой. За обычный проезд без каких-либо нарушений с каждой фуры все равно собирали взнос в пределах до 1000 рублей. Но если, таможенники фиксировали какие-либо нарушения, размер взятки увеличивался многократно и достигал до 15 тысяч. Взвешивание было особой статьей. Здесь весы были отрегулированы так, что всегда возможно было зафиксировать перегруз. Если на руках у водителя были документы, свидетельствующие, что общая масса его фуры не превышает 35500 кг. при допустимых 40 тоннах, то весы показывали 40960 кг. Сборы собирались, и затем делились, 30 процентов шла оперативникам, 70 доставлялась наверх.
   В этот день Малицкий, собрал еще всех директоров таможенных брокерских контор, работающих на пропускных пунктах. Эти конторы, как правило, навязывали свои услуги по 'растаможке', импортерам, и экспортерам, наличными собирали приличные сборы. Часть из них, также обязательно поставлялась наверх. Им крепко досталось от нового хозяина таможни, терять своё прикормленное место очень не хотелось, и они активно включились в работу.
  
   Эта, и другая информация, о том, что творится вокруг, постепенно стекалась к Людмиле, и из отдельных событий, складывалась общая картина огромного потока разграбления государства.
  
   - Какая я была наивная,- думала она, - собиралась в отместку за смерть Андрея вредить государству, а здесь уже все давно, очень хорошо налажено, и идет полным ходом.
  
  Она знала о том, что везде воруют, но такого размаха, который она увидела, не предполагала. Постепенно, окунувшись в мерзкую кашу всеобъемлющей коррупции, она начинала понимать, почему все стремятся идти во власть. Картина складывалась следующая.
  Конечно, перечня инструкций о том, как воровать на государственной службе писаных и устных никогда не существовало. Однако все кто шел на такую службу и не имел стремления что-то совершить или добиться, либо организовать, шел главным образом, чтобы улучшить свое благосостояние, понимая, что эта служба содержит большие возможности. Существовала негласная отработанная временем схема, которая по своей сути и была настоящей системой управления государственными делами.
  Чтобы, что-то украсть нужно, чтобы это что-то, имело свою материальную ценность, и можно было какую-то часть от этого взять и положить себе в карман. Следовательно, необходимо было иметь в своем подчинении финансовую составляющую, либо распределять какие-то материальные предметы.
  В первом случае требовалось быть начальником какого-то департамента или отдела, который получает финансирование и отдает распоряжение, кого и как профинансировать. Тогда он приказывает своему главному бухгалтеру или бухгалтеру перечислить туда-то и туда-то сколько-то, а затем составить акт о том, что это услуга выполнена. Сколько в данном случае денег направить на выполнение того дела, на которые они выделялись, либо на какие-то другие цели отличные от него, находится в его ведении. И теперь уже он сам решает, сколько ему пустить налево в свой карман, или другими словами украсть, и сколько оставить на эту программу. И, как правило, в таких случаях, он от половины до одной трети из этого воровал.
  Украденные государственные бабки направлялись в подведомственные ему коммерческие структуры, где их обналичивали и затем возвращали. За обналичивание банку выплачивался небольшой процент от 3 до 10. Так как таких желающих обналичивать деньги было довольно много, то и банки приспособились и зарабатывали на свое существование.
  Во втором случае если департамент распоряжался финансированием, например строительства или приобретения какого-то оборудования действовала, совершенно известная и установленная временем процентная ставка, так называемого отката. При этой системе тот, кому они направлялись, обязательно должен был от полученной суммы отделить часть и также перечислить её на указанный коммерческий счет, размер отката составлял от 30 до 50 процентов.
  В целях борьбы с злоупотреблениями государство организовало так называемую систему, госзакупок при которой на те или другие проекты, финансирование проводилось через конкурс или тендер. Однако чиновники быстро сообразили и приспособились к этому и всегда выигрывали нужные люди, свои фирмы и организации.
  Поэтому, чтобы получить ту или иную руководящую должность, кандидату требовалось также занести определенную сумму, размер которой зависел от важности того или другого департамента, в соответствии с объемом подведомственных ему ресурсов.
  
  Все эти новые восприятия, которые она познала, находясь в этом огромном чиновничьем здании, относились ко многим его обитателям, но не к нее непосредственному руководителю. Он как бы, вроде был другой породы. Очень правильно выступал, излагал свои мысли, критиковал недостатки.
   -Неужели среди них он такой чистый,- думал она.
  
  Непосредственное общение, дела, в которые он её вовлекал, говорили,- да, он такой.
  Помимо того, что он начал пропускать через нее огромный поток различных бумаг постановлений и решений, он стал брать её с собой на различные мероприятия и встречи, которые проводились с его участием. В этот раз Сергей Васильевич взял её на совещание по народному образованию, которое проводилось в актовом зале педагогического института.
  
   - Вы, пожалуйста, - попросил он, - фиксируйте все основные выступления, а затем для меня сделайте краткую сводку.
  
   Совещание проводила министр образования Соколова, рядом с ней, за столом президиума сидели начальник главного управления Крушина и естественно, Сергей Васильевич.
  Она расположилась за небольшим столиком, непосредственно в зале заседаний, и внимательно следила за всем, что происходит, в президиуме и непосредственно среди участников.
  В президиуме, своим видом, надменностью, какой-то чертой особой личностной величественности обращала на себя Любовь Крушина. Она была начальником уже много лет, до этого работала инструктором райкома партии. Возглавлявший "образовательное" ведомство до неё Григорий Анисимов был отправлен на пенсию и умер в том же году. Крушина сразу взяла огромное хозяйство в ежовые рукавицы, и все эти годы безраздельно властвовала.
  Доклад по первому вопросу был сухим и скучным, докладчик, дама среднего возраста, без каких либо эмоций, быстро говорила.
  
   -Программа направлена на создание условий социальной ситуации развития дошкольников, открывающей возможности позитивной социализации ребёнка, его всестороннего личностного морально-нравственного и познавательного развития, развития инициативы... и, - та-та-та,- доносилось до Людмилы,- и творческих способностей на основе соответствующих дошкольному возрасту, - та-та-та...
  
   - Уж, что-то, а к вам я своего ребенка на обучение не отдам,- пронеслись мысли у Людмилы, - социализации, что за чиновничье тупое выражение? Социализируйтесь сами!
  
   После доклада, шли такие же скучные выступления, как и сам доклад, но вдруг все оживилось. Выступать начала директор школы номер 15, Сидельникова. У нее, очевидно, был конфликт с Любовью Крушиной, и она, воспользовавшись присутствием вице-губернатора, резко высказалась в её адрес,
  
   - Я неоднократно просила госпожу Крушину,- говорила она, не называя даже ее по имени отчеству,- решить вопрос возврата пристройки к нашей школе, которую забрали под ПТУ.
   Та резко прервала ее, и заявила,
   - я лишаю вас слова, вы выступаете не по теме.
   Однако в этот разговор тут же вмешался Дымов.
   - Подождите, Антонина Степановна, не будем зажимать выступления с мест,- прервал он Крушину,- пусть уважаемая директор школы, подойдет после совещания, мы постараемся разрешить этот вопрос.
   По реакции зала, было заметно, что аудитория положительно отреагировала и поддерживает такое заявление вице-губернатора.
   Следующий раз она присутствовала на совещании, где глава одного из районов, настаивал на увеличении выделения средств по расходам на коммунальные службы, а глава финансового управления категорически возражал против увеличения. Этот чиновник был одним из влиятельнейших деятелей в области и к его высказываниям всегда прислушивались. Однако в этот раз Дымов стал на сторону администрации района.
   И опять они выезжают уже в другой район. Здесь публичный конфликт. Общественники, сторонники зеленых насаждений и охраны окружающей среды, категорически против прохождения через их лес федеральной трассы. И опять Дымов находит компромисс, в результате общественность удовлетворена.
   Все эти примеры и случаи, на которых она присутствовала, вызывали у неё положительное восприятие Сергея Васильевича, как руководителя справедливого. А, по слухам, и высказываниям, которые доходили до нее с мест, такого мнения придерживались многие. Она слышала его позицию, когда он разговаривал по телефону, кого-то отчитывая и поучая.
  
   - Закон у нас один для всех, ты не имеешь права его нарушать, так что поступай по закону.
  
   А, когда одного из средних чиновников, поймали на незначительной взятке, он так распекал, что стекла кабинета дребезжали. Однако, ограничился выговором, и дело дальше не пошло.
  Между тем многие документы, которые приносили ей для подписи у вице-губернатора, были составлены кондово, безграмотно, иногда они вообще не соответствовали действующим юридическим актам. Вначале все исправления, которые она делала, предварительно показывала Дымову, а затем он стал доверять ей, и поручил самостоятельно производить это, по своему усмотрению. Теперь ее авторитет в аппарате правительства значительно возрос. Все работники, включая крупных начальников, прежде чем подготовить какой-то документ, советовались с ней, и твердо усвоили правило, не проходить мимо нее кабинета.
  И, тогда, когда только через нее стали проходить все документы по государственным и другим важнейшим для области программам, она в круговороте взглядов, ухмылок, улыбок, галстуков, пиджаков, юбок и платьев, чувствовала себя как Кармен, с алой розой на лацкане пиджака.
  Все складывалось великолепно, и обращались к ней, несмотря на возраст, только, по имени отчеству.
  
   В один из дней, принимали делегацию бизнесменов из Японии, приехавших по делам инвестиций в деревообрабатывающую промышленность. Случилось так, что куда-то пропал переводчик, встреча оказалась на уровне провала. Дымов из комнаты приема делегаций, позвонил к ней и просил срочно включиться в поиск переводчика, но затем, очевидно, вдруг вспомнил, что она владеет несколькими языками, немедленно пригласил ее на эту встречу.
  
   -Hello gentlemen! With your permission, I will help to hold this meeting today!
   -Здравствуйте господа! C вашего разрешения я помогу сегодня провести эту встречу! - приветствовала Людмила специалистов, собравшихся в переговорной комнате.
  
  Японцы отлично разговаривали на английском, и для неё не составило труда провести переводчиком весь переговорный процесс. Все прошло нормально, за исключением нескольких специальных терминов, которыми она не владела.
  После этого, Дымов не мог не нарадоваться тем, что взял себе в помощники, очень хорошего специалиста, и ее авторитет еще более вырос. Все складывалось хорошо, работа ее удовлетворяла, дома было спокойно, и она уже порой забыла о той цели, ради которой, согласилась на эту работу.
  Её парковочное место, для темно вишневого автомобиля Mazda, у административного здания, свято сохранялось, и если кто-нибудь вдруг его занимал, его немедленно заставляли отъезжать в сторону.
  
   После напряженного рабочего дня, Людмила на своем автомобиле, ехала домой по главный улице. Впереди, после светофора, она должна была свернуть направо, и уже по другой улице Академической, ехать к своему дому. Наконец, включился зеленый свет, она свернула, проехала немного вперед. Там за поворотом, стоял гаишник в ярком сигнальном жилете, он поднял свой жезл, и пригласил, показывая на обочину, остановиться.
   - С чего бы это вдруг,- подумала, и припарковалась к тротуару.
   - Капитан Смирнов,- представился гаишник, прикладывая ладонь к козырьку фирменный фуражки.
   - Ваши документы, пожалуйста.
  
   Людмила достала документы, передала ему через открытое стекло передней двери. Он стал внимательно рассматривать, перелистывая страницы, затем посмотрел и предложил,
   - Пройдемте в соседнюю машину.
   - А, в чем дело, что не в порядке,- спросила она.
   - Людмила Фёдоровна,- произнес он, заглядывая в удостоверение,- вас просят и вы, пожалуйста, выполняйте.
  
  Она, нехотя вышла, и пошла за ним. Рядом с машиной ДПС стояла другая, черный джип. Из этой, второй, вышел средних лет, плотный, спортивного телосложения мужчина, в гражданском костюме. Он широко улыбался, вроде бы довольный встрече со старой знакомой.
  
   - Здравствуйте, Людмила Фёдоровна,- произнес он, не заглядывая ни в какие документы, действительно, как старый знакомый.
   - Майор Степанов,- представился он, вынул из кармана и показал удостоверение оперативного сотрудника отдела по борьбе с экономическими преступлениями.
   - Извините, Людмила Федоровна, но у нас, есть конфиденциальные вопросы, которые следовало бы обсудить и не привлекать к этому излишнего внимания.
   - Прошу вас, садитесь, пожалуйста, в эту,- продолжил он, указывая на джип.
  
  Она удивленно посмотрела на него, но все же послушалась, и села на заднее сиденье автомобиля.
  
   - Предлагаю,- обратился он,- проехать в нашу, так называемую секретную квартиру, для подобных переговоров, о своем автомобиле не беспокойтесь, все будет в порядке.
  
  Не дождавшись ответа, приказал водителю трогаться, разделительное стекло, перегораживающее переднюю и заднюю часть, в это время выдвинулось, одновременно закрылись затемненные окна. В салоне зажегся свет, обзора улиц и того, куда они едут, не стало видно.
  Вскоре, подъехали к какому-то дому, лифтом поднялись на третий этаж, вошли. Их сопровождал второй, молодой парень в воинском камуфляжном костюме, без шевронов и знаков различия. С ними он ехал вместе на переднем сиденье.
  
   - Жди в прихожей, Костя,- приказал он, и пригласил нее, пройти в большую гостиную комнату. Сам расположился за круглым столом покрытым скатертью, посредине, расположилась небольшая ваза с искусственными цветами.
   - Присаживайтесь, Людмила Федоровна,- указал он на стул, напротив себя.
   - Дело в том, что сегодня наши государственные органы, в том числе правоохранители обеспокоены размахом коррупции, которая, к сожалению, разъедает наше общество.
   - Мы осведомлены, что вы занимаете очень удобное место в центре управления нашей областью, и окружены людьми, обладающими высокими полномочиями. Мы также убеждены, что вы обладаете достаточно серьезной информацией о деятельности этих людей, в том числе и вашего непосредственного шефа Дымова Сергея Васильевича.
  
  Она удивленно, широко раскрыв глаза, смотрела на него.
  
   - Вы что хотите, чтобы я...- не договорила она.
   - Да, вы совершенно правильно поняли, мы хотели бы, чтобы вы досматривали за этими людьми, и обо всем докладывали в наш отдел.
   - Вы хотите, чтобы я превратилась в доносчицу, да вы, что чокнулись!- в сердцах произнесла она.
   -Ну, что вы, Людмила Федоровна, какая доносчица, это обычная агентурная работа, которая всегда проводилась и проводится компетентными органами во всех странах мира. Мы хотим, чтобы вы стали нашим агентом, за деньги, а не просто так, такая работа серьезно оплачивается. Ну а главное, это большая польза, которая может приноситься нашему государству.
   - Я не могу себе представить,- продолжал он,- что ваши непосредственные начальники чисты и не лезут в карман государству, чтобы обогатить себя. Вот мы и хотели бы, чтобы ваш глаз за всем этим следил. А, мы бы за тем, принимали соответствующие меры. Особенно нас интересует ваш начальник.
  
  Эта неожиданная встреча, и невероятное предложение стать сексотом, да еще у кого, у ментов, до крайности возмутило нее. Она встала с негодованием смотрела на него.
  
   - Вы, что очумели, немедленно отпустите меня, я никогда в жизни не соглашусь на ваше дурацкое предложение. Все! Пойдемте!
   - Садитесь, успокойтесь, это нормальное предложение.
   - Вот два протокола, которые вы обязательно должны подписать, первый о не разглашении и второй агентское соглашение.- Он вынул из папки, положил на стол два листка бумаги.
   - Я очень хотел бы, чтобы вы это сделали добровольно, но если вы этого не желаете, учтите, есть и другие способы воздействовать на вас, и заставить это сделать.
  
  Она вскочила и направилась к выходу.
  
   - Константин!- громко позвал майор,- верни ее обратно и посади на место!
  
  Молодой сотрудник, ожидавший в прихожей, быстро вошел, схватил за плечи, повернул, и грубо посадил на стул против него. Он, в ожидании дальнейших указаний, был рядом и смотрел внимательно на командира, готовый на любые действия.
  
   - Вашу сумочку, пожалуйста, и мобильный телефон,- приказным тоном обратился к ней майор.
  
  Она, еще не придя в себя, от грубых действий охранника, протянула сумочку и мобильник.
  
   - Положи в сейф Константин, ключи себе в карман,- приказал Степанов, показывая на, расположенный в углу, серый металлический шкаф, - теперь возвращайся на место. Охранник вышел.
  
   - Вот, что я вам скажу, Людмила Федоровна,- Степанов положил руки на стол, и принял официальную позу.
   - Иногда в жизни приходится делать не только то, к чему каждый из нас расположен, но и выполнять какие-то поручения по принуждению. Особенно, когда это касается государственных интересов.
   - Так вот, я от имени государства, будем считать, принуждаю вас, чтобы вы подписали два документа,- продолжал он,- если же вы будете по-прежнему сопротивляться, то объявлю вам следующее.
  
  Он встал, и с высоты своего положения, смотрел на нее.
  
   - Мы знаем о вас все. Ваша мать живет в Москве и не защищена, а главное здесь у вас маленький ребенок, и мы не можем гарантировать, что с ним все будет нормально, если вы не будете соглашаться.
   - Ты, негодяй, да как ты смеешь произносить такие слова,- вскочила и в бешенстве смотрела на него,- послушай вонючий майор, я найду способ, чтобы стереть тебя с лица земли, если ты еще попробуешь мне угрожать, и произносить, что-то подобное. Моих связей в высших руководящих слоях достаточно.
  
  Однако, эти грозные слова, не произвели на него никакого впечатления, он, нисколько не смущаясь, как будто бы и ожидал от нее такую реакцию, продолжил.
  
   - Я сейчас уйду, и оставлю вас вместе с нашим молодым сотрудникам Константином, прошу вас, внимательно обдумайте то, о чем я вас предупредил. Знайте, он выполнит все, что я ему прикажу,- он ухмыльнулся,- прикажу разложить, и разложит.
  
  Она в ужасе смотрела на него, в ней закипала страшная ненависть к этому надменному типу, - нет уж, не думайте, я вам так просто не сдамся.
  
   - Константин,- позвал майор, охранник вошел,- смотри за ней в оба глаза, и никуда не выпускать, а если она подпишет эти две бумажки, срочно звони, я приеду.
  
  Он встал, пошёл к выходной двери, послышались звуки закрывающихся замков.
  Людмила все еще сидела в оцепенении. Затем осмотрелась. Комната была большая, обставленная безвкусно, хорошей, дорогой мебелью. Окна зашторены, жесткими, металлическими жалюзями. Встала, прошлась по квартире, заглянула в другие комнаты, охранник все время следовал за ней. Вернулась, села на раздвижной диван книжку. Константин был напротив, в руках он держал электрошокер фонарь.
  
   - Что, все время так и будешь стоять,- спросила она.
   - Так, приказано.
   - Ну, и стой, как дурак, мог бы присесть.- Он, ничего не отвечая, оставался на месте.
  
  Она заставила себя несколько расслабиться и сосредоточить все мысли на том, чтобы можно было предпринять, в этих условиях.
  Постепенно, в нее голове, начал созревать план. Она внимательно осмотрела Константина. Это был молодой парень, высокий, ростом примерно метр 85, широкоплечий. Своим видом, он стремился показать свое превосходство, против неё. Во всяком случае, он, конечно, был намного сильнее.
  
   - Фонарь то у тебя для чего, ты что подсвечивать собираешься,- спросила, зная, что это совмещенный электрошокер.
   - Да это так просто - смущенно ответил он, и положил этот, так называемый фонарь, на рядом, расположенную тумбочку.
  
  Она посидела еще немного, затем встала, и сказала,- мне в туалет. Он проводил и стал рядом возле двери. Она зашла в туалетную комнату, сосредоточилась, перед предстоящим боем, как этому ее научил инструктор по боевым искусствам Алексей Николаевич, сжалась как пружина, сняла туфли на высоких каблуках, чтобы не мешали. Нажала на клавишу, спустила воду из смывного бачка, открыла дверь и вышла. Он стоял на том же месте.
  
   - А, что это у тебя там, сзади,- громко произнесла она.
  
  Он удивленно повернулся, в это время, собрав в себе всю свою энергию, с огромной силой, правой ногой, ударила его в пах. Удар был настолько мощным, что парень скрючился, заорал от боли, присел на пол. Она мгновенно подскочила к тумбочке, схватила электрошокер, подставила на несколько секунд к его шее, раздался треск, мелькнуло голубое пламя искр, он еще больше скрючился, и полностью отключился.
  
   - Теперь надо связать,- промелькнула мысль,- но чем? Она осмотрелась, на окнах висели узкие шелковые шторы. Схватил одну, с силой дернула вниз, штора соскочила из держателей.
  
   - Быстрее, быстрее он может очнуться!
  
  Она взяла за края, чтобы разорвать штору на ленты, но она не поддавалась. Тогда, еще раз, применив огромную, невозможную силу, потянула в стороны так, что на руках появилась кровь, штора поползла и разорвалась на две ленты.
  С трудом, перевернув его, заломила руки за спину, и связала их.
  
   - Теперь ноги.
  
  Он был очень тяжелым, она опять, с трудом, перевернула лицом вверх. Когда она заканчивала завязывать ему ноги, он очнулся. Глубоко выдохнув, и выпучив затуманенные глаза, он произнес,-
  
   - Бо -ль -но, где я?...
   - Ничего, потерпи миленький, такая уж у тебя работа,- сказала и начала шарить по его карманам, достала связку ключей от сейфа.
  
  Дальше, уже не обращая на него никакого внимания, открыла сейф, достала свою сумку с документами и мобильный телефон, срочно начала набирать номер.
  Как назло, шли непрерывные гудки, затем оператор сообщил, что телефон не отвечает, оставьте ваше голосовое сообщение. Но, она упорно продолжала набирать еще, и еще. Наконец в телефоне прозвучал голос, - слушаю вас,- это был голос Дымова.
  
   - Сергей Васильевич, это я, Людмила, меня похитили, я нахожусь в неизвестной квартире!
   - Как, похитили, в какой квартире? Не понимаю.
   - Мне представился майор Степанов из ОБЭП, он потребовал от меня, чтобы я следила за вами и собирала компромат, срочно заберите меня отсюда, офицер отъехал, а охранника я вырубила.
   - Это, что за самоуправство, как такое могло произойти, я сейчас, сейчас же приму меры. Как вы там Люда, терпите, что значит, вырубила охранника,- быстро ответил Дымов, строя из себя полную невинность, хотя на самом деле, все это было организовано с его помощью, с целью проверки лояльности его помощника.
  
  Несколько дней тому назад, при встрече на даче у генерала, он попросил об этом, сказал, пока еще не уверен в ней, надо проверить, в результате это было организовано.
  
   - Ждите Людмила, я скоро перезвоню.
  
  После разговора с Дымовым, срочно позвонила домой, узнала все ли в порядке с сыном, затем сообщила Анжелике, что задерживается, скоро приедет.
  Связанный парень, что-то мычал, но разобрать, что он говорит, было трудно.
  
   - Молчи, наберись терпения,- взяла с дивана подушку, положила ему под голову,- скоро надеюсь, теперь уже и тебя, освободят.
  
   Наконец позвонил Дымов, сообщил,
  
   - Людмила немного еще потерпите, сейчас за вами приедут и освободят, им это надолго запомнится! Завтра встретимся, вы мне обо всем расскажите.
  
  Примерно через полчаса, двери отворили, вошли двое, прежний майор и незнакомый в штатском.
  
   - Мы вам приносим свои извинения, Людмила Федоровна,- произнес этот незнакомый, он видно был по чину старше - будем считать инцидент исчерпанным, ваш автомобиль ждет у подъезда. Единственная просьба не рассказывать никому об этом случае.
  
  Она, не попрощавшись, вышла и уехала домой.
  На следующий день, когда во всем разобрались, генерал позвонил Дымову и сообщил,
  
   - Ничего себе у тебя помощница, здоровенного детину вывела из строя, разбила яйца. Ее следует в ОМОН ко мне забрать, а не у тебя работать.
  
  Они еще немного пообщались, Дымов был удовлетворён, проверка прошла успешно, теперь он может доверять ей многие дела.
  
  
  
  
  
  
  
  Войти в ближний круг
  
  Уже более как час продолжалось конференция, организованная управлением области, на довольно длинную не выразительную, казенно обозначенную тему "Устранение административных барьеров, оптимизация государственного контроля и противодействие коррупции" Что на самом деле означало поддержку предпринимательства.
  В рядах актового зала, сидели круглолицые, в дорогих костюмах и модных галстуках, главы администраций районов и начальники различных управлений и отделов области.
  О том, что здесь происходит крупное мероприятие областного масштаба, можно было судить по количеству черных сверкающих лаком иномарок внедорожников, припаркованных у администрации. Лица присутствующих не выражали, какой-либо интерес к обозначенной теме, но были сосредоточены, и говорили о том, что раз надо, так надо, займемся и этим вопросом.
  
  -Сегодня уместно говорить о дальнейшем качественном поступательном движении в изменении законодательства, - читал с выражением Дымов, заглядывая в разложенный на кафедре текст доклада,- прошла либерализация уголовного законодательства, принят ряд мер в процессуальной сфере, исключена возможность брать под стражу по экономическим составам, уголовное преследование подлежит прекращению в случае возмещения вреда...-
  
  Иногда он отрывался от текста, и всматривался в лица присутствующих в зале, пытаясь понять какое впечатление на них производит этот, как он считал, хорошо подготовленный доклад.
  
  -Принятый в середине прошлого года, должен вступить в силу Федеральный закон 'Об аккредитации в национальной системе аккредитации'. Ключевыми целями, которой являются повышение конкурентоспособности российской экономики, создание условий для развития предпринимательства, повышение качества товаров поставляемых за рубеж....-
  
  Кое-кто из присутствующих начинал позевывать, а отдельные главы районов закрывали глаза и тихонько сопели, засыпая под монотонное звучание текста доклада.
  Наконец, после его завершения, и коротких выступлений, в которых, конечно же, все говорили, что мы за, мы будем поддерживать и развивать, Дымова, спустившегося в зал из президиума, окружила пестрая толпа, они, что-то бурно обсуждали.
  Людмила уже собрала все свои записи и собиралась уходить, Дымов задержал нее.
  
  - Людмила Фёдоровна,- обратился он к ней, - вы на машине?
  -Да.-
  - Тогда не уезжайте, дождитесь, когда я освобожусь, и следуйте за моей машиной, я хочу вместе с вами посмотреть, и ввести вас в курс одного важного для меня дела.
  
  После так называемого "похищения", она заметила изменения в отношении к ней со стороны своего шефа. Он обращался и смотрел на нее, как-то более уважительно, чем прежде, стал более внимательным. Тогда, на следующий день после этого происшествия, они коротко объяснились, и он заверил её, что впредь такого никогда не произойдет, и она может спокойно продолжать свою работу.
  И, в независимости от того, что это было, то ли действительно инициатива ментов, или просто проверка ее на лояльность, она почувствовала, что своими действиями, в той ситуации, она вызвала к себе уважение и доверие.
  Через некоторое время Сергей Васильевич вышел, сел в свою машину, и предложил следовать за ним. Они выехали за город, и по дороге, ведущей через густые сосновые заросли, очутились у территории, огороженной высоким коричневым забором. Ворота отворил охранник, и они въехали во внутрь. Проехав еще немного по дороге, они подъехали к строящемуся объекту. Дымов пригласил нее. То, что она увидела, поразило её. Перебирая в памяти, разные дворцовые сооружения, которые она прекрасно представляла себе, и, сравнивая их с тем, что было здесь, она решила, что это конечно не Лувр во Франции, и не Шербур в Вене, но на Нижний Бельведер австрийской столицы оно тянуло.
  Этот большой двухэтажный особняк размещался в двух уровнях. Фасад, расположенный с южной стороны был парадным. К нему вела кольцевая дорога, обрамляющая зеленый участок, образующий небольшой стадион, которая соединялась с главной магистралью, слева примыкающей к этому месту. Вторая его часть с северной стороны, была ниже уровнем на несколько лестничных пролетов, ведущих сверху на другую террасу этого живописного места. Центральный вход, был украшен колоннами и портиком Карибского Стиля. На нижней террасе разместилось второе здание комплекса, очевидно плавательный бассейн.
  На обширной площадке в несколько десятков гектаров земли, располагались сооружения инфраструктуры. Подводящая линия электричества, электроподстанция, скважина и насосная станция воды, мини очистная станция.
  Из корпуса вышел молодой парень, в клетчатой рубашке, брюках хаки, заправленных в резиновые сапоги.
  
  - Виталий, прораб который ведет всю эту стройку - представил молодого человека Дымов, и сказал при этом,- теперь вы будете более часто встречаться, это Людмила Федоровна, мой помощник.
  - Давай, показывай и рассказывай, что у вас тут изменилось,- обратился он к Виталию, и они пошли по территории, подробно рассматривая каждый объект.
  
  Очередь дошла до главного корпуса. Центральный вход, вел в просторную залу, через которую поднималась красочная лестница на второй этаж. Главный марш шел на первые пол этажа, а справа и слева завершали подъем два боковых. В первом этаже, как рассказывал Виталий, размещались в основном деловые помещения для различных официальных встреч, бильярдная, домашний кинотеатр. Во втором было несколько спален и большой кабинет с приемной, очевидно для самого Дымова. На этом уровне, по торцам справа и слева, дом обрамлялся широкими балконами трассами. Внутри, по всем признакам, заканчивалась черновая отделка.
  Осмотрев всё, они вошли в помещение, временно оборудованное под прорабскую комнату.
  
  - Учитывая, что у меня большая загрузка,- обратился к прорабу,- в основном курировать ход строительства будет Людмила Федоровна, особенно на стадии отделочных работ, покажите нам, пожалуйста, документацию по отделка.
  Для нее такой оборот был неожиданным. - Это, что-то новоё, - подумала она.
  Виталий достал из шкафа толстую папку с различными бумагами и эскизами и положил на стол.
  
  - Спасибо, Виталий, ты свободен.
  - Людмила Федоровна, слушайте внимательно, и запоминай все, что я вам сейчас буду рассказывать, это конфиденциальная информация, я надеюсь дальше нас с вами, она никуда не уйдет.
  
  Дымов смотрел прямо ей в лицо, его взгляд говорил, вот я открываю перед тобой все ворота, и допускаю тебя в свое самое святое.
  
  - Эта, так называемая "резиденция", финансируется, и строиться филиалом корпорации 'Группа Ч', которая является коммерческим подразделением Всероссийского движения ветеранов локальных войн и военных конфликтов 'Боевое братство'. Председателем этого филиала является моя жена,
  
  - Да, да, моя супруга,- подтвердил он, уловив нее удивленный взгляд.
  - Ну вот, наконец-то свершилось то, к чему я так стремилась,- подумала она.
  
  И еще даже не предполагая, чем закончится этот разговор, она поняла, что ее пропустили сюда в это очень ограниченное пространство, и она постарается всеми своими силами, сделать то, что он от нее хочет получить, и даже более того. Она радовалась в душе, и, рассматривая своего шефа, говорила про себя,- какой ты душка, ты превзошел все мои ожидания, вон, как развернулся. Между тем, Дымов продолжал.
  
  - Я хотел бы, чтобы вы внимательно изучили проект отделки, и, учитывая ваш вкус, сделали необходимые замечания, а затем приняли участие в непосредственном оснащении современной мебелью. Рассмотрите, пожалуйста, смету и если потребуется увеличение финансирования, сверх предусмотренных средств, мы их найдем.
  
  И, она обрадовалась, вот, оно, то самое, ради чего она пришла на эту работу. Наконец-то наступил этот важный для нее час.
  
  - Сергей Васильевич, я очень буду стараться, считайте, что вы приняли самое правильное решение, я немедленно подключаюсь к этому вопросу, и можете быть уверены, что все будет выполнено и исполнено,
  - Вот и хорошо,- ответил он,- я абсолютно уверен и надеюсь на ваше оперативное решение всех вопросов. Желаю успехов.
  
  На этом они завершили встречу и разъехались каждый по своим делам.
  
  Получив от него, это новое задание она с воодушевлением принялась за его исполнение. На следующий день, уже без Дымова, приехала на строительство "резиденции", вместе с Виталием просмотрела и изучила проект отделки. На нее взгляд, для такого шикарного здания, он был простецким.
  
  - Следует срочно его переделать, - решила она.
  
  Еще при жизни Андрея, как-то раз они встречались в Москве с его приятелем, одним из известных архитекторов Гусевым. С трудом, разыскав его координаты, Людмила позвонила, и напомнил о себе. Как же, он помнил Андрея, и сказал о том, что это неприятное известие о его гибели, пришло к нему очень поздно, хотел выразить ей свои соболезнования, но не мог её найти. Теперь она, рассказав немного о себе, и о том, где и кем она работает, обратилась к нему с просьбой порекомендовать ей хорошего дизайнера оформителя, внутренних помещений современных загородных особняков.
  
  - Да, да, есть у меня один такой знакомый,- ответил ей Владимир Герасимович,- правда он очень занят, вся Рублевка стоит к нему в очереди, но для вас я постараюсь.
  
  Через день он перезвонил и сообщил, что договорился, Сергей, так звали дизайнера, готов с ней встретиться в понедельник следующей недели. Она позвонила маме и сообщила, что прилетит в Москву в выходные и останется на несколько дней. Мама очень обрадовалась, и попросила обязательно взять с собой внука, она так давно не видела его. Она и без её просьбы не хотела, памятуя последние события, оставлять сына одного и взяла его с собой.
  
  Сергей выглядел увлечённым молодым человеком, возрастом чуть старше нее. Он внимательно выслушал Гусева, чувствовалось, что он очень уважает его, как известного архитектора.
  
  - Я, все понял, Владимир Герасимович, постараюсь найти окошко, чтобы выполнить ваш заказ,- ответил он.
  - Я покажу вам некоторые наши проекты,- обратился он уже Людмиле,- посмотрите, пожалуйста, они выполнены в разных стилях, постарайтесь выбрать, что вам больше подойдет.
  
  Мастерская, куда они приехали, располагалось в районе Таганской площади в отдельном старинном особняке, за закрытым забором и сигнализацией у ворот. Внутри была современная отделка, в каждое помещение вели широкие двери из массивного стекла, через которое можно было просматривать, что там за ними. Переговорная комната, в которой они встретились, было сравнительно большой, с удобными креслами, оформленным под красное дерево, столом, и на противоположной стене, против посетителей, с двумя огромными телевизионными мониторами.
  Сергей включил один из них. Выбрал, какое-то обозначение. Телевизионный экран загорелся всеми своими красками, перед ними предстал совершенно уникальный, какой-то необычный, большой особняк. Он передвигал на экране, изображения разных внутренних интерьеров, и при этом рассказывал.
  
  -Внутренний интерьер дома исполнен в светлых тонах и содержит минимум предметов мебели, что придает легкость и воздушность всему дому. А использование натуральных материалов - камня, дерева, мрамора делает его не только экологичным, но и комфортным и безопасным для проживания.
  - Посмотрите этот кадр,- продолжал он,- здесь удивительным образом вечером отражаются освещенные окна в бассейне, расположенном вокруг дома, весь дом буквально светиться как маяк. А ночью, он указывает правильное направление.
  - Смотрите вот этот,- Сергей передвинул изображение,- здесь сочетание светлых и малонасыщенных цветов ненавязчиво, спокойно, создает впечатление света, простора и цельности.
  
  Рассматриваемые кадры, производили на нее огромное впечатление, чувствовалось, что здесь действительно работают настоящие дизайнеры и художники.
  
  - Пойдемте дальше вот, к примеру, кухня столовая, здесь в отделке керамикой применено очень популярное панно 'фризайс'.
  
  Они продолжали рассматривать следующие проекты. Все было удивительно рационально и красиво.
  
  - Послушайте,- вдруг сказал Сергей,- если вы согласны, давайте съездим на Рублевку, сегодня у нас как раз заканчивается работа по отделке одного крупного особняка, посмотрите все в натуре.
  
  Она сразу же согласилась, Гусев немного задумался, сказал, что и он с удовольствием это посмотрит.
  Людмила не считала себя бедной, более того она считала себя обеспеченной, те условия в которых она существовала, были вполне приемлемыми и нормальными. Но, то, что она увидела здесь, на Рублевке, превзошло все ее ожидания. Прежде в Москве, и позже, она слышала про Рублевку, но не хватало интереса и потребностей посетить эти места, поинтересоваться, что же это такое. Да, она знала, что здесь строят свои усадьбы олигархи, удачливые бизнесмены, а также государственные чиновники высокого ранга.
  Элитный поселок, куда они приехали, об этом подробно рассказывал Сергей, был расположен в 7 километрах от Москвы по Рублево-Успенскому шоссе. Этот поселок считался одним из самых престижных на этом направлении. Он расположился на великолепном ландшафте с озерами и оврагами, сосновым лесом, и огромной прогулочной зоной. В шаговой доступности были такие объекты инфраструктуры как 'Барвиха Luxury Village', Dream House и 'Жукоffка Плаза', рестораны 'Царская охота', 'Веранда у дачи', элитные спортивные клубы, медицинские центры и частные учебные заведения. Поселок был обеспечен всеми центральными коммуникациями, а также высочайшим уровнем охраны.
  По пути он предложил зайти в 'Жукоffка Плаза', этот торговый центр сотрудничал вместе с дизайнерской фирмой Сергея по укомплектованию престижной мебелью.
  
  - Если мы будем работать вместе, рекомендую воспользоваться услугами этого центра,- предложил Сергей.
  - Помимо мебели и аксессуаров освещения, центр предлагает профессиональное декорирование окон, обои Англии, Франции, Италии. Отделочные материалы, лепнину и паркет из ценных пород дерева по особым проектам.
  - Королевская роскошь,- сказала, Людмила после осмотра образцов.
  Современное здание концертного зала - первое, что увидели и осмотрели, приехав в 'Барвиха Luxury Village'.
  -- Это сооружение, построено по амбициозному проекту компании Mercury, и является частью загородного комплекса,- объяснял Сергей.
  
  Это была не Москва, но это и не Подмосковье. Это отдельный сказочный город. Здесь все необычно. То и дело сновали шикарные иномарки, из них выходили, разодетые по последней моде женщины и элегантные мужчины. Тут проходила их основная жизнь, а, там, в Москве, было только место, чтобы получать деньги для этой жизни. Жители города - сказки были, в прошлом бандиты, превратившиеся в респектабельных бизнесменов, либо миллиардеры олигархи со своими женами и любовницами, крупные партийные бонзы, чиновники высокого ранга. Они жили на шикарную ногу. Для такой жизни у них было все. Рестораны с самыми изысканными блюдами, гастрономические магазины с заморскими товарами, элитные бутики с одеждой от Кутюрье? последних демонстраций моды, мебель, фарфор, золото, бриллианты. Услуги на любой вкус, SPA салоны и даже интим. Самый известный телеведущий проводил и комментировал новое презентации, открывал салоны и магазины. Женщины были с ногами прямо от ушей, правда, иногда, когда они открывали рот, было очень неудобно, но их это не смущало. На подмостках давали концерты самые знаменитые и модные артисты. Публика, сотрясая своими бриллиантами и золотыми украшениями, гомерически хохотала, дико кричала от восторга, когда со сцены произносился откровенный мат, ах, как они визжали, когда модный современный исполнитель пел под гитару.
  
  Жопа растет у Ани Кузнецовой уже восемнадцатый год,
  Жопа растет у Ани Кузнецовой - и в любви не везет!
  А когда он пел,
  'Купи говно и поддержи Россию'.
  Они вообще сходили с ума, хотя эта песня была ровно про них.
  
  Теперь уже жопа и насрать стали вполне приличными словами. Им требовались иные, более крутые, матерные выражения. Таков был этот мир. Единственное, что их объединяло, это полная и безоговорочная преданность действующей власти, потому, что они сами, были ее порождением.
  Наконец-то они проехали на территорию и начали осматривать особняк, который можно было бы не боясь, называть дворцом. Роскошь мебели, отделки стен дорогими породами дерева, какими-то невероятными обоями, искусственно подобранными светильниками, сверкающими идеальной белизной предметами туалетных и ванных комнат подтверждали это впечатление.
  Возвращаясь, проезжали мимо еще одного такого же дворца.
  
  - Продается,- сказал Сергей,- 52 миллиона.
  - Всего-то,- удивилась Людмила. Она перед отъездом выяснила стоимость "резиденции" Дымова, в 50 миллионов рублей.
  - Долларов,- поняв удивление Людмилы, сказал Сергей.
  
  На щеках Людмилы появился яркий румянец, она не ожидала такого ответа, и сразу же сообразила, какие провинциальные запросы у неё шефа.
  
  - По всей вероятности, уважаемый Сергей Васильевич, вам придется раскошелиться, минимум, еще одну стоимость вашей "резиденции",- решила она.
  
  На составление эскизного проекта и предварительной сметы, Сергей запросил три дня, а на окончательное проектирование три месяца.
  
  В самолете по пути домой она везла с собой диск с интерьерами будущий резиденции, которые можно рассматривать на экране компьютера, несколько цветных распечаток, и тяжёлые мысли, сопровождавшие её, после случившегося объяснения с родным и любимым сынулей, о судьбе отца.
  Двигатели самолета мерно ревели, они сидели в первом ряду от входа. В соседнем от Людмилы кресле, маленький Гоша, наконец-то заснул, она прислонила его к себе, прижала, обняла за плечики. Она еще раз вспоминала вчерашний день, и те переживания, которые вчера произошли. А дело было в том, что вечером, когда она еще не вернулась, срочно позвонила мама и сказала.
  
  
  - Люда приезжай скорей, нам предстоит очень серьезный разговор. Сейчас он спит, но несколько раньше встревожился, прижался ко мне и начал расспрашивать про папу, где же все-таки он, почему его нет с нами, как это так могло быть, почему его самолет, в, котором он летел, был взорван. Затем он стал капризничать, в конце - концов, расплакался. Я как - то его успокоила, но думаю, что нам вместе следует с ним поговорить.
  
  Некоторое время тому, после трагедии и смерти Андрея, она не знала, как правильно поступить, сразу сказать ребенку о том, что отца нет, что он погиб, умер, или сделать это попозже, но, в конце концов, решила не затягивать объяснения. Собрала все свои внутренние силы, продумала, о чем ей сказать, посадила ребенка на колени и постаралась рассказать, что произошло. Сначала он не понимал, а затем, когда до его сознания дошло, что все, его любимого папы больше не будет никогда, очень расстроился и расплакался. Она не прерывала слезы, пусть проплачиться, пусть воспримет эту личную трагедию, и как-то переживет. Он еще раз затем, задавал разные вопросы об отце, никак не мог понять того, что случилось, она старалась объяснить все это, и главное внедрить уверенность в том, что она всегда будет рядом. Затем они несколько раз ездили вместе на кладбище к могиле отца. Они приносили цветы, она рассказывала сыну разные истории, каким был хорошим его отец, как он многое сделал в жизни для других людей. И она говорила, ты должен вырасти и стать таким же, каким был твой папа. И вот оказывается, эта страшная моральная рана не затянулась, ребенок переживает, и опять этот вопрос стал обсуждать с бабушкой.
  Она быстро вернулась, он проснулся, вместе с бабушкой, еще, и еще раз, рассказывали ему, все эти прежние события, и старались убедить, что в жизни такое случается и нужно привыкнуть. Но было видно, что ребенок не хочет смириться, он не может никак это все воспринять, как действительность.
  И теперь, крепко прижимая к себе, она думала, что ладно я пострадала, но почему такие переживания достались ее самому любимому на свете существу .
  Чувство отторжения этого официального мира, в котором она крутилась, наполнило ее душу. Людмила решила окончательно, что выбрала правильный путь, и будет с этим миром, вести себя, как прежде наметила.
  
  После просмотра эскизных проектов интерьеров "представительства" Дымов был в восторге.
  - Как, вы думаете, Людмила Федоровна, во сколько нам это обойдется?
  - Точно не знаю, пока еще рано говорить, но думаю что, как минимум потребуется 50 миллионов.
  - Ничего себе, это ведь не 50 рублей и где их брать?
  - Сергей Васильевич, вы находите, а я вам буду помогать. Потрясите, Драна, как понимаю, у него есть резервы.
  
  Постепенно она вошла в курс всех его финансовых операций, и имела представление об источниках поступления денег. Помимо филиала корпорации 'Группа Ч', о котором она недавно узнала, оказалось, что на имя его 72 летней матери, записано целый ряд фирм.
  
  - Они должны приносить какую-то прибыль,- предполагала Людмила.
  - Однако, я должна дать ему предложения, которые бы позволили получать дополнительные, сейчас необходимые ему, деньги,- решила она.
  
  Начала изучать экономическую прессу, читать различные сообщения и, в конце концов, выстроилась заманчивая идея. Работая в аппарате Дымова, она ежедневно сталкивалась с различными людьми, предпринимателями или чиновниками, которые очень хотели бы сделать взнос, в какой-то фонд, близкий к нему. Однако, такого фонда не существовало. Какой это должен быть фонд?
  
  - Раз его нет, тогда мы его создадим,- решила Людмила.
  
  С этими предложениями она пришла к Дымову.
  
  - Сергей Васильевич, я предлагаю создать детский благотворительный фонд, он должен располагаться в двух местах с одинаковым названием. 'Линия жизни', 'Line of life.Ltd'. Основной счет откроем в оффшоре на Кипре. Здесь будут оседать семьдесят процентов поступающих средств. Остальная часть останется в России. Из российского фонда будем оказывать благотворительность. По помощи детям организуем широкую пиар компанию. Кипрский фонд в полном вашем распоряжении. Дымов внимательно слушал, его заинтересовало это предложение.
  
  - Людмила Федоровна, расскажите ка мне подробно, что такое оффшор?
  - Сергей Васильевич, а кто из нас кандидат экономических наук, по-моему, вы, а не я?
  - Людмила Федоровна, неужели вам не ясно, как защищаются такие диссертации. Моя тема "Уровень развития районных поселков в зависимости от инвестирования в сельскохозяйственное производство" не имеет никакого отношения в международной торговле. Поэтому я и спрашиваю.
  
  На самом деле диссертация Дымова была подготовлена одной научной конторой, написание диссертаций у которой было поставлено на поток. Сам он и знать не знал, что ее полностью содрали из научной работы доцента Прянишниковой из сельскохозяйственного института.
  
  -Хорошо, слушайте то, что я знаю.
  
  Людмила взяла лист, нарисовала схему и начала объяснять.
  -Кипрские компании облагаются самым низким налогом на прибыль Европы, всего 10%. Компания может быть освобождена от уплаты НДС, если директором выступит нерезидент Кипра, и не ведется здесь бизнес. Руководить компанией может номинальный директор либо акционер. Ежегодное содержание незначительно.
  
  - Это интересно,- Дымов откинулся в кресле, внимательно посмотрел на Людмилу.
  - Вот и давайте, назначим вас председателем этого фонда.
  - Нет, Сергей Васильевич, я ваш помощник, а руководитель вы, думаю, что председателем должен стать кто-то из вашей семьи.
  
  Вступая, в эту сложную, и порой противозаконную игру, Людмила выработала для себя обязательные правила, никогда не занимать никакие должности, и не ставить негде своих подписей.
  
  - Я, предполагаю и даже в этом уверена,- продолжила Людмила,- что через фонд можно оформлять, крупные торговые операции по поставкам продовольствия большими партиями, к примеру, пяти - десятитысячными морскими кораблями, без оплаты ввозных пошлин.
  
  Дымов, оживился, смотрел с восторгом. Его взгляд не выражал никакого смущения, что неё беспокоило, все же затрагивалась такая деликатная тема, детский благотворительный фонд.
  
  - Я со всем согласен,- сказал,- давайте немедленно выезжайте и оформляйте фонд, начнем работать.
  
  Из Москвы Внуково, авиалайнер компании Трансаэро, доставил в Никосию за три с половиной часа. Она остановилась в отеле Hilton Cyprus 5 звезд, расположенном в сорока пяти минутах от международного аэропорта Ларнаки и в пятнадцати минутах ходьбы от центра города, торговых районов, и развлекательных центров. Отель был не из дешевых, даже для пятизвездочных, но качество обслуживания, расположение, вид, питание - всё оказалось на высшем уровне. В номере было все необходимое и даже более того. Очень порадовало, что при гостинице был бассейн.
  Дымов несколько раз звонил, интересовался, как идут дела, видно эта тема его затронула. Просил позвонить, когда все завершится. И, когда уже все документы были в кармане, она позвонила.
  
  - Все в порядке Сергей Васильевич,- доложила она,- завтрашний день прошу подарить для осмотра острова, послезавтра вылетаю.
  
  Он остался доволен, согласился с просьбой. Потратив два дня на оформление фирмы, и всех юридических документов, Людмила решила познакомиться с островом.
  Ей было очень интересно. Постаралась побывать везде. Мечеть Сулемийе, бывший Кафедральный Собор Святой Софии, почти равный Собору Нотр-Дам в Париже, прекрасный Караван-Сарай Биюк Хан, музей танцующих дервишей, невообразимый крытый базар, старинные турецкие бани, множество церквей, гробницы исламских мудрецов.
  
  
  
  
  
  
  Семья
   Сегодня для Дымова был особый день, впервые за последнее время, он смог собрать всю семью. Вчера после завершения учебы в американской школе бизнеса, приехал сын. Он был рад за него, надеялся, что тот заложит глубокий корни в штатах, останется там жить и это станет будущим для них. Через знакомого сенатора совета федерации, и одного из работников МИДа, постарался найти в Нью-Йорке компанию, которая согласилась принять сына. Смысл его действий был очень определенным. Дымов ничего не придумывал. Он просто копировал образы жизни, и те действия, которые были приняты в вышестоящей среде чиновников, занимающих высокие государственные должности. Смысл, состоял в следующем, деньги следует добывать в России, а держать на счетах в иностранных банках. Это, позволяло жить на широкую ногу и не задумываться о будущем. За рубежом, а лучше всего в Соединенных Штатах, иметь собственное жилье, и получать все удовольствия, которые возможны при наличии больших денег. Для этого и послал его на учебу в Америку. Теперь, когда первый этап завершён, наступал следующий, следовало организовать небольшую коммерческую фирму, затем - открыть счет в американском банке, и на него, перечислить деньги, которые здесь собирает. Вращаясь в высших кругах, Дымов видел, что те или иные из известных людей, не говоря об модных артистах и многих успешных бизнесменах, обязательно покупали себе виллы и особняки в Европе и в Штатах. Наконец наступила и его очередь.
  Вчера Сергей Васильевич ездил встречать сына на аэродром, был очень рад, они обнялись, расцеловались, затем отвез его домой и, сразу был вынужден уехать по срочным делам.
  Клим, несмотря на свой еще молодой возраст, выглядел респектабельно, на нем был серый в красную крапинку - тройка костюм, белая рубашка с отложным воротником, и голубым галстуком. Очевидно по современной моде, завел еле - еле, заметные бородку и усы. Он широко улыбался, и сразу же, спускаясь с трапа самолета, махал рукой, приветствуя отца, встречавшего у выхода из здания аэропорта.
  
  -- Орел,- воскликнул отец, немного оттолкнув сына,- и затем, прижав, к себе обнял.
  -- Как перенес такой длительный перелет,- улыбаясь, спросил он.
  -- Нормально, все в порядке отец.
  
  В этот день, так как Дымов вернулся домой поздно, они не сумели, как следует переговорить, и утром перед завтраком, он сидел и радостно предвкушал эту семейную встречу и тот разговор, который предстоит за столом. Его отдельный кабинет, комната во втором этаже, был большой. Здесь стоял письменный стол с удобным кожаным креслом. Несколько этажерок для бумаг. В угловой части, располагалась раздвижная тахта диван. Она так же, как и кресло, была обита темно-зеленой кожей. Сверху по коже лежал иранский, толстый из чистой шерсти, плед. На пледе были изображены два тигра разрывающих только, что добытую на охоте, молодую косулю.
  Алевтина Федоровна, накрывая стол для утреннего завтрака, ходила на цыпочках, показывая своим видом, что не надо беспокоить отца, пусть отдыхает. Вот-вот должна была приехать его мама, которая занимала особое место в семье, исполняя роль так называемого консильери. Она вела всю официальную и неофициальную бухгалтерию счетов, находящихся в различных фондах и фирмах, принадлежащих семье. Она четко следила за тем, чтобы все исполнялось в рамках или в приблизительных правилах действующего закона. Жила она тут же, в этом городе, в отдельном доме, содержала домработницу, и молодую бухгалтершу Ксению, преданную ей во всем. Она владела фактически всеми наличными деньгами, выдавая каждому из членов семьи в соответствии с их потребностями, и конечно по указанию сына. Сама она имела доли в восьми различных районных фирмах, которые регулярно перечисляли на определённый счет положенную сумму. Это была плата за какие-то услуги, а фактически та доля, которую районные главы отдавали наверх за свое назначение.
  Супруга Дымова, Алевтина Федоровна в последнее время, бросив учительство, перешла работать в управление образования, заместителем начальника отдела. Прежде она преподавала русский язык и литературу средней школе. Алевтина Федоровна женщина порядочная, однако, вращаясь среди элиты области, у неё вырабатывались определённые взгляды на жизнь и привычки, которые свойственны этой среде. Например: ее не интересовало, откуда у них такие приличные доходы, позволяющие вести расходы превышающие размер своей и мужниной заработной платы. Свою же расходовала на отдельные небольшие мелочи. Она имела право свободно вызывать служебный легковой автомобиль, на котором можно поехать по любым вопросам. Позвонить одному из рестораторов города или директору рынка заказать какую - то провизию, или попросить приготовить блюдо на званый ужин и привезти к ним домой, совершенно не заботясь о том, как рассчитаться за эту услугу. Заказать в роскошном бутике приглянувшуюся одежду или обувь, и рассчитаться за покупки мелочью, стоимость которой называл этот предприниматель - хозяин. Ей, как жене первого вице-губернатора области всё это было дозволено. Когда муж предложил ей формально возглавить филиал компании группы Р, она не придала этому какого-либо значения, так как числилась таким руководителем только номинально и никаких дел не вела.
  Наконец все уже почти готово. Первой спустилась и села за стол дочка Аня.
  
  -- Мама!- воскликнула она, когда мать подошла и обняла её за плечи, - ты сегодня выглядишь великолепно!
  
  И действительно, Алевтина Федоровна было хорошо причесана, утром сделала макияж, подкрасила брови, навела реснички, щеки ее сияли румянцем. Сегодня надела лучшее платье. Это был светлый голубой атлас, с вышивками на груди, плечах и рукавах, и, несмотря на утренние хлопоты, любимые туфли на высоченном каблуке. Анна, также приоделась по этому случаю, на ней было вишневое платье с яркими цветочками и белым отложным воротником. Платье было коротким, чуть выше колен, под ним просматривались великолепные длинные ноги, обтянутые колготками телесного цвета. Когда закончились хлопоты, и все уже было готово окончательно, наконец - то, сверху спустился Сергей Васильевич.
  
  -- Мама ещё не подъехала? - спросил он, у повернувшихся к нему женщин.
  --А вот и я, - раздался в это время, громкий звенящий голос, входящей в столовую Клавдии Васильевны - мамы Дымова, - все дружно встали и направились к ней.
  -- Нет, нет, давайте мне быстрее моего внука,
  -- Клим, родной, где ты?
  
  Клавдия Васильевна, несмотря на свой уже преклонный возраст, ей только, только, исполнилось 70 лет, была стройной и подтянутой. Посторонний человек, не знающий её, сказал бы, эта женщина выглядит лет ну, на 55, максимум на 58. Ее каштановые, возможно покрашенные, волосы были аккуратно собранные в пучок, на лице, с ярко выделяющиеся, алыми губами, не было ни одной морщинки. Одета она была также элегантно по современному.
  
  -- Клим!- дружно присоединились все к бабушке, призывая его поскорее идти к ним.
  
  Но, он уже все слышал, и быстро спускался по лестнице. Они, очень любили друг друга. Внук, даже не поздоровавшись со всеми близкими, подошел к бабушке и крепко обнял.
  
  -- Молодец, хорош, таким я себе тебя и представляла!
  
  Он в тонком, светло-сером шерстяном свитере, одетом поверх рубашки, не заправленной в брюки, был свежим и сверкающим, словно артист, сошедший со страницы глянцевого журнала. Теперь уже, после объятий с бабушкой, он повернулся к родным, и поздоровался.
  
  -- Прекрасно все в сборе,- приветствовал Сергей Васильевич, - рассаживая детей, жену и мать, на свои места, и сел во главе стола.
  
  В этот светлый и солнечный день конца лета, пришедший на воскресенье, праздничный стол был красивым и торжественным. Помимо знатной сервировки его украшали две вазы со свежими цветами. Сергей Васильевич взял, запотевшую на черном стекле, бутылку шампанского "Абрау-Дюрсо" с шиком вскрыл пробку, так что она хлопнула, разлил по бокалам и торжественно произнес тост.
  
  -- За нашу встречу, за приезд Клима, за всю нашу семью!- он протянул бокал и чокнулся с каждым.
  -- Сынок ты у нас главное торжество, поэтому рассказывай, как там, в Америке, как жизнь, что там про нас говорят, про Россию, - продолжил он.
  
  Сын стал рассказывать, все внимательно слушали. Он говорил о том, что жить там очень интересно, люди там раскованны, свободны, каждый занят своим делом, а, что касается России, как ему показалось, она находится на второстепенном плане, и о ней мало кто, что знает. Больше там обсуждают китайцев, и интересуются делами в этой стране.
  
  -- Хочу воспользоваться редким случаем, чтобы поговорить о наших семейных делах, - произнес отец, внимательно рассматривая присутствующих.
  -- Прежде всего, я обращаюсь к вам дети, к тебе Клим, и к тебе Аня, вы уже взрослые люди, пара и вам взять на себя некоторые обязанности в нашей семье, с тем, чтобы достойно продолжать общее дело.
  
  И он подробно стал излагать соображения о том, что Климу, необходимо в штатах, в ближайшее время, создать небольшую фирму, открыть для неё, счет в банке в, котором можно было бы сосредоточить определенную сумму, крайне важную для них. Тут же в это обсуждение подключилась бабушка, как специалист, спросила о подробностях этих процедур. На что внук, отвечал, что в принципе это все, довольно просто, и он вполне справится с этой задачей.
  
  -- Мы должны стать собственниками недвижимости,- поучал отец, - ты присмотрись, пожалуйста, наши знаменитости из шоу-бизнеса, почему-то все приобретают квартиры в Майами. Надеюсь, что в течение ближайшего года, у нас появятся такие возможности.
  
  Дальше речь пошла об Анне. Она была девушкой видной, красивой, отец последнее время, часто желал, пройтись с ней по городу под руку. Он гордился ею.
  
  -- Аня, ты уже взрослый человек, окончила институт, имеешь серьезную специальность. Я и для тебя приготовил дело. Недавно мы создали детский благотворительный фонд, тебе придется возглавить его, стать председателем. Дела по этому фонду сейчас ведет мой помощник Людмила Васильева. Ты должна подключиться. А ты мама помоги ей в этом, пожалуйста. Думаю, что большой загрузки для тебя не будет, справишься.
  
  Завтрак подходил к концу. После разговоров на серьезные темы, шутили, обменивались любезностями.
  
  -- Я, еще, - включилась бабушка, - хочу при своей жизни увидеть правнуков, так, что вы этой проблемой будьте, озадачены, думайте об этом.
  
  Аня и Клим смущённо переглянулись, как бы давая знать, что еще преждевременно говорить на эту запретную тему.
  
  -- Сегодня я для всех вас приготовил большой сюрприз, - удивил отец, - мы сейчас соберемся и поедем смотреть "резиденцию" она строится, в ней вскоре мы будем жить. Помнишь, Аня как ты критиковала меня за то, что у нас маленький дом, так вот поедем смотреть большой. Там нас ждет моя помощник Людмила, которая сейчас занимается надзором за этим строительством.
  
  Машина была большая. Этот внедорожник Тойота, вполне размещал 6 человек. Вначале Клавдия Васильевна, было, отказалась ехать, но ее уговорили, и она также поехала вместе со всеми. На территории "резиденции" у главного здания, их встречала Людмила, которой Дымов позвонил и сообщил о том, что они едут.
  Её одолевали противоречивые чувства. С одной стороны Дымов такими своими действиями, совсем приблизил ее к своей семье, включил в ближний круг, сделал доверенным лицом, с другой стороны, она полностью вовлекалась в их порой очень сомнительные дела. Кроме того ее несколько беспокоило знакомство с супругой Дымова, и она чувствовала что ей обязательно следует с ней объясниться. Дело в том, что она прекрасно понимала, слухи, витающие вокруг нее работы рядом с Дымовым, не могли обойти стороной Алевтину Федоровну, а по ним, по этим слухам, она естественно, была назначена его любовницей. Между тем он представил неё своим.
  
  -- Мой помощник, великолепная женщина и очень квалифицированный специалист, прошу любить и жаловать.
  
  В главном здании полным ходом шли отделочные работы. Все вместе шли по анфиладам комнат, рассматривая их одну за другой. Шикарные дорогостоящие обои, лепнина, расписные потолки, паркет, сверкающий яичной желтизной и разными оттенками рисунков, все это производило шокирующее впечатление. В отдельных помещениях уже шло размещение мебели. В одной из спален был полностью установлен светлый гарнитур, состоящий из широченной кровати 2 на 2 метра, удобнейших кресел, длинных платьевых шкафов. В большой комнате, предназначенной для заседаний, художники расписывали настенное панно. Осмотрев главный корпус, спустились к плавательному бассейну. Здесь уже шла облицовка ванны, нежно-голубой керамической плиткой. После осмотра собрались на выезде около машины.
  
  -- Ну, как? - прочерчивая в воздухе пространство рукой, охватывающее все сооружения, - спросил Сергей Васильевич.
  -- Впечатляет Сережа, - за всех ответила мать, - каждому здесь найдется достойное место.
  -- Давайте все эти вопросы, обсудим за обеденным столом, - предложил Дымов
  
  На вторую половину дня, Алевтина Федоровна, по поручению мужа, заказала в одном из ресторанов города, большой праздничный обед, который должны были привезти домой и прислать для обслуживания повара - официанта.
  
  --С вашего согласия, я хочу пригласить на обед, Людмилу Федоровну, - Сергей Васильевич, обратился к матери. Такое предложение немного смутило её, да и супруга Алевтина как-то забеспокоилась, но все хором ответили,
  -- да, да, конечно, мы будем очень рады.
  --А, вы как, Людмила Федоровна не возражаете с нами отобедать?
  -- Спасибо, буду признательна, - ответила Людмила.
  -- Вы ведь на машине?
  -- Да, конечно.
  -- Тогда к нам в хвост, и поехали.
  
  Людмила, пристроилась за черным внедорожником, выдерживая требуемую дистанцию. Мысли о том, что произошло, сами собой крутились в голове. Она пыталась проанализировать события, и понять к чему это приведет.
  
  -- Думаю, он не глупый человек и, включив меня в свой самый ближний круг, стремиться связать меня одной и той же веревкой, за которую мы должны вместе держаться, совершая действия направленные на обогащение его семьи. Очевидно, он постарается предложить какую-то долю. Но я не могу этого допустить, такому не бывать. Я должна придумать какие-то действия, которые бы оправдывали мое участие.
  Придумаю обязательно. Важно то, что я, на правильном пути, приму все меры, чтобы как можно больше отнять в его пользу у этого государства. Да, это на грани, можно и поскользнуться, засветиться попасть в руки правосудия, как участник. Не допущу. Давай Люда, действуй, но, не облажайся, - так думала она, продолжая двигаться в кортеже.
  -- И еще, следует обязательно переговорить с Алевтиной Федоровной, ей нечего ревновать мужа ко мне.
  
  Отъехали. Все молчали, находясь под впечатлением того, что сейчас увидели. Кроме самого дворца, а иначе это сооружение назвать было нельзя, перед глазами стоял образ Людмилы, очень красивой, молодой, энергичной женщины и каждый воспринимал ее по-разному. Ане захотелось стать такой же привлекательной и деловой. Алевтина Федоровна чувствовала какое-то напряжение, она до сих пор не понимала, кто же она, в каких отношениях с нее мужем. Первым прервала молчание мать Сергея Васильевича.
  
  -- Сережа, - спросила она, - ты уверен, ты во всём доверяешь, насколько надежна это женщина, твой помощник?
  -- Мама, за кого ты меня принимаешь, я сто раз проверил, и перепроверил. Она надежный человек, юридически и экономически очень грамотна и предана мне или, по-другому, нашим делам.
  -- Что ж, будем надеяться, что это именно так, - утвердительно произнесла мама, - ты всегда был прав, я верю в тебя.
  
  Аня, как и все находилась под большим впечатлением после осмотра "резиденции" Она сидела на переднем сиденье рядом с отцом, их машина позволяла.
  
  -- Папа,- спросила она,- как скоро это все будет закончено?
  -- Думаю где-то ближе к концу года.
  
  Вообще она уже выбрала для себя одну из спальных комнат, когда вместе осматривали здание их будущего особняка. Ей нравилась такая жизнь, которой она жила благодаря усилиям отца. Он ей ни в чём не отказывал. Ей не очень хотелось утруждать себя какими-то новыми заботами, которые возможно появится в связи предложением отца, возложить на неё обязанности председателя благотворительного фонда. Но, раз так отец решил, она не будет сопротивляться, как он сказал, так и будет.
  Аня была девушка впечатлительная и с хорошо работающим большим воображением. Почему-то вдруг представила себя, на большой парадной лестнице в белом, огромном подвенечном платье, справа от неё шел жених, слева родной отец. Они останавливались их, фотографировали друзья. Все радовались, хлопали в ладоши.
  Прежде она не задумывалась о замужестве. После встреч с Костей, с которым она рассталась, других увлечений не было. А дело было так. Одно время Аня дружила с этим парнем Костей из политехнического института. Он был из простой семьи, работящий увлеченный какими-то машинами. Но, так как у Ани ближе всех, была бабушка, это увлечение не устраивало ее. Бабушка считала, что ей нужна пара из обеспеченной семьи, надежным будущим, либо с уже сформировавшимся мужчиной, занимающим солидное положение. Бабушка постаралась, в результате они расстались. Аня сумела забыть об этом, как о случайном происшествии в нее жизни.
  Вообще с бабушкой были особые отношения. Бабушка всегда была рядом и в детстве, и во время учебы в финансовой академии. Она была ее наставником, спонсировала все ее желания, помогала везде. Когда на третьем курсе она не могла преодолеть сложнейшую математическую теорию рисков,
  экзамены, по которой принимал очень строгий доцент кафедры, бабушка пошла в институт, каким-то способом сунула ему 25 тысяч рублей, и экзамен был принят. Преподаватели академии тоже ведь люди, им нужно как-то жить.
  И под влиянием бабушки она решила, что ей не следует выходить замуж за кого попало. Ее будущий муж должен быть обеспеченным человеком или занимать высокую должность в государственном аппарате, либо быть миллионером. К сожалению такого уровня мужчины, пока ей не попадались, но она надеялась, что все обязательно состоится. И вот теперь, воображение перенесло её в эту реальность замужества, и она этому радовалась в душе. Она еще, и еще раз перебирала в памяти пройденные помещения и задумалась о том, где же провести само свадебное торжество, с большим накрытым столом, сколько человек должно присутствовать на её будущей свадьбе. Конечно, решила она, это следует провести на лужайке возле дома, это будет торжественно и очень красиво. Воображение несло её все дальше и дальше.
  Затем состоится большой бал, где все будут веселиться и танцевать. А позже они спустятся к плавательному бассейну, и там будут наслаждаться коктейлями из бара, а потом начнут бросаться в воду прямо в одежде.
  
  Клим, сидел на заднем сидении между матерью и бабушкой, мысли его бросались, то в одну, то в другую сторону, он также был доволен, увиденным. Здесь шикарная жизнь, зачем возвращаться в штаты? Но с другой стороны, там цивилизация, там свобода, если папа постарается и создаст, требуемый для начала капитал, то можно развернуться.
  Клим, так же как и Аня во всем подчинялся отцу, он также решил, что если, папа считает, нужно возвращаться и там создавать фирму, он так и поступит.
  
  Алевтина Федоровна, по-прежнему, ощущала некоторую тревогу. Она крепко прижалась к сыну. Мысли о той, следовавшей за ними женщине в машине, не покидали её. Одновременно она беспокоилась по поводу обеда, который был заказан, все ли будет готово к их приезду. Правда Клава из хозяйственного управления, была человеком в этом плане надежным, и можно было не беспокоиться, все будет сделано, как следует в таких случаях, но все - таки момент был ответственным.
  
  Наконец подъехали к дому. Машины припарковались одновременно, все дружно вышли наружу. На пороге встречала Клава из хозяйственного управления, и молодой человек в белоснежной накрахмаленной куртке официанта, с черными контрастными пуговицами.
  
  Вошли, Сергей Васильевич рассадил всех по своим местам, Клима рядом с Людмилой, попросив ухаживать за молодой дамой, гостьей этого обеда. Людмила зная, что он только, что прибыл из Америки, перебросилась с ним несколькими фразами на английском языке, в результате они установили тесный контакт. Стол был красиво сервирован и украшен цветами, ресторанная еда была вкусно приготовлена, официант следил за порядком, и быстро уносил освободившуюся посуду. Беседовали, обменивались шутками. Однако на лицах был отблеск ожидания какого-то большого серьезного разговора, который должен состояться, и они не ошиблись.
  Сергей Васильевич все время обдумывал одну очень важную для него тему. Он прекрасно понимал, дети уже взрослые, они получили высшее образование, и не настолько наивные, чтобы не задавать себе вопрос о происхождении таких больших средств, которые естественно тратились на сооружение "резиденции", а также на очень обеспеченную комфортную жизнь их семьи. Уйти от этого было невозможно. И он решил объясниться. То, что во время этого разговора, будет присутствовать Людмила, его не смущало. Выбрав момент, когда официант - повар уже всё завершал и должен был уехать, Сергей Васильевич внимательно посмотрел на своих детей супругу и мать.
  
  -- Хочу обсудить с вами ту реальную ситуацию в нашей семье и вокруг нас, в которой мы живем, - отчеканивая, каждое слово произнес он, - все внимательно прислушались.
  -- Всё вот это,- он очертил круг рукой вокруг себя,- и то, что мы только, что осматривали, принадлежит нам, нашей семье. Оно не упало с неба, оно не дано нам господом богом, оно не появилась откуда-то случайно, оно создано, вот этими руками.- Дымов выкинул вперед руки и сжал кулаки.
  -- Вы должны понимать дети, что тот, кто у власти тому принадлежит обычно, значительно больше чем всем остальным. Так было всегда, во все времена, и во всех странах. Везде устроено все по разному, но люди живут по тем правилам, которые там существуют. Мы также живем в стране, где сложились определенные правила жизни, где все покупается и продается. У нас разные влиятельные люди, оказывают друг другу услуги, и за это принято благодарить. Тот, кто занимает более высокий пост, тому, как правило, достается и больше благодарностей, ну и он оказывает больше услуг другим. Все это делается в рамках определенных правил и фактически не противоречит действующим законам. А в нашей семье за этим очень строго следит ваша бабушка, которые у нас отвечает за финансовые вопросы.
  
  -- Папа ну зачем ты нам рассказываешь, - воскликнула Аня, она встала, подошла к отцу и обняла его за плечи, - мы и так прекрасно знаем, что всё это так положено, все нормально и ни в чём не сомневаемся.
  -- Спасибо дочка, за твою поддержку, я рассказываю это, чтобы вы были уверены в себе и во мне.
  -- Папа прав,- включилась со своего места бабушка,- я очень строго слежу за тем, чтобы всё было в рамках правил, и к нам никто не мог бы придраться.
  
  Клавдия Васильевна действительно находила различные способы, чтобы обосновать то или другое поступление денег на их счета, при необходимости прибегала к расчетам наличными, делая "обналичку" под разные проценты, короче говоря, была главным специалистом по отмыванию деятельности семьи Дымова.
  
  -- Спасибо, мама, я хочу еще продолжить,- Сергей Васильевич отстранил дочку, - садись Аня.
  -- Дело в том, что все вы, сегодня завязаны в этих различных делах, мама председатель "группы Р", ты Аня, как мы договорились, возглавишь благотворительный фонд, Клим открывает фирму в штатах, у бабушки доля в нескольких местных компаниях. Организацией всего этого крупного дела, занимаюсь я, мне помогает Людмила Федоровна, ей я доверяю. Не могу же я привлекать для этого чужих людей со стороны, как вы думаете, поэтому все мои надежды на вас, моих родных.
  -- Все, что делается, делается во благо нашей семьи, для вас, чтобы вы хорошо жили и были всем обеспечены,- продолжил Сергей Васильевич,- у кого-то есть дополнительные пожелания?
  
  По установившимся правилам, помимо той зарплаты, которую получали жена и дочка, расходованную по их усмотрению, Клавдия Васильевна ежемесячно передавала каждому члену семьи конверт с определенной суммой наличных денег. При необходимости, осуществления крупных покупок, это обсуждалось отдельно, и деньги выделялись. Кроме этого она обеспечивала некоторые перечисления Климу в штаты, где он жил.
  
  -- Папа, - сказала Аня, - мне уже пора ездить на машине, я хотела бы купить двухместную тойоту.
  -- Сдавай на права, доченька, мне нужны не липовые, а настоящие права, я должен быть уверен, что ты будешь надежно ездить.
  -- Как только, так сразу,- он лукаво посмотрел Ане в глаза. Она поджала губки, и с обидой подумала о том, что вокруг все её знакомые девушки от высокопоставленных пап, покупают права, а он требует просто невозможное.
  
  --Я хочу, чтобы вы ответственно отнеслись к тому, о чем мы здесь говорили. Обращайтесь ко мне, и очень прошу соблюдать во всех делах конфиденциальность. Вся эта информация только для нашей семьи.
  -- Согласны? - Сергей Васильевич внимательно посмотрел на своих близких.
  -- Согласны! - ответили, участники этого семейного сбора, кто громко, кто тихо.
  
  В перерыве, во время обеда, когда стол накрывали для десерта, Людмила подошла к Алевтине Федоровне, и обратилась к ней с просьбой.
  
  -- Алевтина Федоровна у меня есть к вам один очень деликатный разговор я хотела бы, где-то отдельно от всех, с вами переговорить.
  
  Немного встревожившись от этой просьбы, она согласилась, - пойдемте наверх.
  В спальной комнате, куда они поднялись, было чисто и уютно, вчера, в связи с приездом Клима, они ночевали здесь вместе с дочкой.
  
  -- Слушаю вас Людмила,- сказала она, предлагая сесть в, одно из расположенных здесь друг против друга, кресел.
  -- Алевтина Федоровна, с тех пор как я начала работать помощником вашего мужа, и очень часто бывать вместе с ним в разных местах и на разных совещаниях, вполне возможно, что обо мне могут ходить разные слухи, которые для вас были бы не безразличными. Скажу вам, прямо положив руку на сердце, я никогда не была и не буду той, о ком могут говорить в этих сплетнях. Вы можете быть абсолютно спокойной, я не любовница вашего мужа.
  
  Алевтина Федоровна смотрела и слушала Людмилу затаив дыхание, у нее действительно были такие предположения, и в душе она очень переживала, а теперь не могла понять это правда, то о чем говорит Людмила, или намеренная игра.
  Тем временем Людмила продолжала.
  
  -- Хочу вам сообщить, что я очень любила и продолжаю любить моего единственного безвременно погибшего в Чечне, мужа Андрюшу. Каждую неделю я прихожу на его могилу, сижу и плачу. Единственное, что у меня осталось от него, это его прекрасный сын мой любимый Гошенька. И если у вас вдруг, были эти тревожные мысли, выбросите их из головы.
  
  Алевтина Федоровна не знала таких подробностей из жизни Людмилы, она смотрела и чувствовала, что Людмила говорит очень искренне, услышав об этих трагических событиях, она от всей души произнесла.
  
  --Я очень сочувствую, извините,- взяла Людмилу за руку и уже как близкому человеку, сказала, - пойдемте, я вам доверяю во всем.
  
  Все завершилось, званый обед закончился. Теперь Людмила, была уже совершенно спокойна, то о, чем она думала сегодня с утра, состоялось. Она полностью вошла в круг его семьи, ей абсолютно доверяют, и она объяснилась с Алевтиной Федоровной. Остается только продолжать то, что она наметила. Людмила убедилась в том, что эти люди, совершенно не тревожатся своими действиями, которые фактически являются проявлениям коррупции на высшем уровне, их не беспокоят источники поступления средств, и они даже не задумываются о том, что все это является прямым воровством из государственного кармана.
  Но дело не только в них, кругом с теми с кем она сталкивается в последнее время, точно такие. Это просто система, в которой мы живем. Начальники различных инспекций, поверяльщики всех уровней, полицейские и прокуроры, направляют свои предписания деятельным предпринимателям уже тогда, когда еще они только задумали свое дело, смысл которых сводится к тому, что имейте в виду, мы зорко следим за вами, мы не дадим вам и шагу самостоятельно ступить, поэтому не забывайте о нас. Что означает, в переводе на русский язык, платите нам на лапу. Это приняло невероятный размер разграбления, только непонятно на чем вся эта наша система держится, существует и не разваливается. Ну и ладно, а я буду стараться во всем помогать ему, пусть продолжает.
  
  -У меня своя цель у них своя.
  
  C этими мыслями она попрощалась, ей помахали с крыльца, она завела машину, и поехала к себе домой.
  
  
  
  
  
  
  Футбол
   В этот день в Среднегорске была особая атмосфера. А как же, сегодня была ответственная встреча местного "Вымпела" с известным клубом юга России "Авангард". В этом году в чемпионате стартовали, как и в прошлом сезоне, те же 11 коллективов, и если наш сегодня выиграет, он значительно продвинется вперед, и войдет в тройку лучших. Футбол здесь очень любили. О футболе говорили и в курилках офисов, и в производственных цехах, и на автобусных остановках, и в электричках, и даже в кабинетах больших начальников. Атмосфера воздуха, была, как бы пропитана особым густым составом, который назывался футбол.
  
  - Ты идешь?- спрашивал Николай, житель Среднегорска у своего приятеля Василия.
  - А, как же,- отвечал он.
  
  Если, кто-то отвечал, что он не идет, занят другими делами, на него смотрели, как на прокаженного.
  Стадион располагался в южной части города, он был построен после войны, недавно его реконструировали, привели в порядок, расставили пластмассовые сидения, оборудовали центральную трибуну для знатных гостей. Мест на стадионе было около 15 тысяч, однако в таких случаях, как сегодняшний матч, на него каким-то образом вмещалось до 20 тысяч, люди стояли и сидели в проходах, захватывали места на соседних холмах. Все билеты, естественно проданы, был полный аншлаг. Уже за час до начала матча все переполнено, шли жаркие споры о том, кого поставят в центр нападения, какая будет принята схема расстановки, выйдет ли на поле, ранее травмированный Дмитрий Мазаров.
  Специалисты, или считавшие себя таковыми, расположившись в секторе у главной гостевой, рассуждали уже более профессионально и ответственно.
  
  - Новички нам нужны, это точно, - говорил один из них, журналист местной газеты, объясняя своему приятелю члену правления общества Динамо.
  -Мы не можем похвастать отличным составом. У наших лидеров, мне кажется, накопилась усталость. Весной было непросто, не везло, пошли травмы. Естественно, что теперь клуб, получив шанс, мечтает о групповом раунде, а это режим две игры в неделю.
  
  На трибунах, руководители отдельных групп болельщиков, уже начинали заводить своих, и они вскакивали с мест, что-то громко кричали, и вскидывали руки вверх, и оттуда доносилось, - у-у-а-а!
  
  С другой стороны стадиона, на восточной трибуне, многотысячный хор, заводил всеми любимую песню.
  
  - Выходила на берег Катюша,
  - На высокий берег на крутой.
  
  И эта всем дорогая мелодия, подхватывалась и неслась дальше.
  Восторженными криками и аплодисментами встретили болельщики своих, появившихся на поле в яркой красной форме.
  Время пошло. "Вымпел" играет слаженно, быстро, хорошо, разыгрывая мяч в центре. Вот-вот назревает гол. И надо же тебе, на 15-ой минуте центральный нападающий южан, оказавшись в офсайде, подхватывая мяч, отбитый нашим игроком, забивает первый гол. Мяч влетает в правую девятку и вратарь ничего не может сделать.
  
  -У-ух,- огромный звук разочарования проноситься по стадиону.
  - Не может быть!- хватается за голову журналист местной газеты.
  
  Но, табло неопровержимо: 1:0 в пользу южан. Болельщиков охватывает смятение, разочарование. Однако постепенно положение стабилизируется. Масса начинает заводиться, и хором кричать, Вымпел! Вымпел! Он, получив неожиданный нокдаун, приходит в себя, и вот уже всё больше и больше, начинает владеть инициативой. Но, соперник, играет по большей части без мяча, от обороны, текущий счет его устраивает и он держится крепко. Время бежит. Болельщики готовы выпрыгнуть из штанов, чтобы передать свою энергию любимой команде.
  Сороковая минута первого тайма, и о, чудо, получив, прострельную передачу Дмитрий Мазаров, который вышел на эту игру после травмы, забивает в нижний левый угол. Что творится на стадионе. Всеобщий восторг, надежда на то, что "Вымпел" победит, это все еще не конец, охватывает фанатов.
  Их предчувствия оказались верными. Идет последняя минута первого тайма, и Ринат Ибрагимов, выигрывает воздушную дуэль у намного превосходящих его по росту двух защитников, и благодаря своей хорошей прыгучести головой забивает второй гол.
  На табло 1:2. Дикий восторг, под аплодисменты наши уходят на перерыв.
  Такая же радостная атмосфера царит на центральной гостевой для vip представителей. Здесь все руководители города и области, самые важные персоны. Сергей Васильевич немного опоздал к началу матча. Он появился, когда забили нам. Его встретили, разводя разочарованно руки в стороны, мол, что поделаешь, так случилось.
  
  - Сергей Васильевич, низкий поклон наконец-то и ты присоединяешься к нам любителям футбола,- приветствовал его генерал Стрелков - начальник областной полиции.
  
  Вообще Дымов не считался ярым любителем, и это вызвало удивление. Поэтому все его друзья, так называемые отцы города, которые были здесь один, как один, обрадовались, уступили ему место в первом ряду. Это были упомянутый Стрелков, областной прокурор Кабалтов, председатель областного суда Умников. Рядом был также министр спорта Кравец и владелец команды, крупный бизнесмен, президент компании OF, Семён Толстяков.
  Когда закончился тайм, здесь же, рядом, для гостей была приготовлена небольшая закуска прохладительные напитки и пиво. Все радостно пожимали друг другу руки. Дымов также присоединился к общему восторгу, радовался. Он, был доволен тем, что здесь присутствовал Семен Толстяков. Он то и был главной целью его прихода, на это футбольное соревнование. Толстякову, владельцу клуба уделяли большое внимание. Отвечая на вопросы, о перспективах он говорил.
  
  - У нас есть определенная стратегия, которой мы теперь придерживаемся. Основной костяк остается местным. А для усиления и укрепления его мощи мы намерены пригласить несколько опытных профессионалов со стороны.
  
  И вот 2-й тайм. Настроение приподнятое. Теперь уже все поменялось, "Вымпел" играет вторым номером от обороны, пытаясь добиться успеха на контратаках. И действительно, ему это почти удается.
  
  -Ну, давай! Давай!- кричат большие начальники со своих мест.
  
  В первый раз Дмитрий Мазаров, пытаясь сделать дубль, бьет неотразимо, но мяч попадает в штангу, во втором случае вратарь гостей берет, казалось бы, мертвый мяч.
  Тем ни менее напряжение не спадает. Болельщики довольны своей командой. Гости на трибуне vip также.
  Все завершилось выигрышем. Генерал посмотрел на Дымова, загадочно произнес,
  
  - А не отметить ли нам, Сергей Васильевич, эту большую победу в нашем узком кругу?
  - Разумное предложение,- поддержал тот. Собрались своей обычной компанией в стороне от всех.
  
  - Я думаю, сказал он,- в этом случае неплохо было бы поздравить с победой и поговорить о будущем с владельцем команды.
  
  Они иногда делали такие отступления и приглашали в свой круг некоторых влиятельных людей и бизнесменов.
  
  - Я согласен,- ответил все еще возбужденный от победы в игре генерал,- приглашаем.
  Остальные отцы также были согласны.
  
  - Тогда давай его сюда,- предложил Сергей Васильевич.
  
  Стрелков отошел и через некоторое время подвел к ним Семена Толстякова, который в отдалении разговаривал с другими важными персонами.
  
  - Мы решили,- сказал генерал,- поздравить вас с успехом и пригласить отметить это событие.
  - Очень хорошо,- радостно откликнулся Толстяков,- у меня как раз все готово для этой встречи в vip зале центральной гостиницы.
  
  Предложение было заманчивым, однако Дымов сразу же решил, что тот разговор, который он хотел бы иметь, лучше проводить на своей территории, и он предложил.
  
  - Спасибо, но я считаю, что нам лучше не светиться, поедем на дачу к Стрелкову.
  
  До ответвления от основной дороги, они проехали восемь километров от города, по пути генерал позвонил Раулю Пивоварову из "Летучей мыши" и отдал соответствующие распоряжения. Дорога была покрыта хорошим асфальтом, и вела вправо, вниз к лесному песчаному озеру. Все посты патрульной дорожной службы были предупреждены, и веренице машин, организовали зеленый коридор. По более пологому, заросшему стройным сосновым лесом берегу, они подъехали к даче. Долго ждать не пришлось, уже примерно через полчаса из "Летучей мыши" прибыло все то, что требуется для хорошего дружеского ужина. И, конечно же, прежде всего, продолжали обсуждать главное событие сегодняшнего дня. В центре внимания, был Семен Толстяков. Он был доволен игрой и конечно тем, что его пригласили в этот узкий круг. Раньше, в основном, он общался с министром спорта. И вот, наконец, он находился в кругу фактически самых влиятельных людей в области. Его круглое, с гладко выбритыми щеками, лицо светилось от восторга. На нем был светлый, серый из тонкой шерсти, костюм. Воротник голубой рубашки был расстегнут на две пуговицы.
  
  - Друзья,- генерал даже встал, что было необычным для их встреч,- выпьем за победу!- он стоя опорожнил свою рюмку до дна. Все последовали его примеру.
  
  Обсуждение главной темы продолжалось.
  
  - У вас есть наметки на игроков, которых вы хотите пригласить к нам летом?- спросил прокурор Кабалтов, обращаясь к владельцу Семену Толстякову.
  - Я уже говорил, команду сохраним, а двух-трех опытных игроков, попытаемся за лето найти.
  -Будете рассчитывать на местных или из других регионов России?- спросил генерал
  - Убеждён, надо опираться на своих ребят, тех, кто здесь вырос, это основа нашего коллектива.
  Я, люблю молодежь. В этой работе опираюсь на тренера, мне повезло, он хороший специалист.
  
  Между тем, Дымова интересовала несколько другая тема, чем состав игроков. Он приехал сюда, в результате хлопот и предложений Людмилы.
  Последнее время, особенно после семейной встречи у Дымова, она прикладывала максимальные усилия к тому, чтобы активизировать деятельность благотворительного фонда 'Линия жизни'. Он начал постепенно функционировать, пошли первоначальные небольшие взносы. Все эти средства сразу же направлялись на оплату сложных детских операций и дорогих импортных лекарств, требуемых для лечения детей. Денег было мало, и поэтому конкретных случаев оказания помощи единицы. Но, для того чтобы придать фонду солидную значимость, в местной газете организовали яркую рекламу и описание благородных его целей. Тут все было нормально.
  А вот главная задача, которая по замыслу Людмилы, должна была обеспечивать значительные поступления в карман Дымова, пока не выполнялась. С этой целью она стала изучать рынок всех поступающих в область импортных товаров, особенно ее, интересовало продовольствие. Дело в том, что почти 80 процентов продуктов питания, которыми торговали, были импортными. Сельскохозяйственное производство, вроде бы, как и существовало, но серьезного влияния на этот рынок, оно не оказывало. Она наводила разные справки. Взяла данные статистики. Оказалось, что потребление мясных продуктов питания было очень высоким, оно доходило до 30, 35 килограммов на душу населения. Для миллионного города и такой же по количеству жителей области, это уже было кое-что. Речь шла о нескольких десятках тысяч тонн в год. При этом ставки вывозных таможенных пошлин, составляли до 50 евро центов на 1 килограмм. Вот они, где наши деньги, решила она. Дело в том, что при определённых условиях, благотворители могли иметь преференции на беспошлинную закупку. И так, для того чтобы задействовать эту схему, в ней должны принимать участие два компонента. Первый, это покупатель этой продукции, второй, это таможня. Если по таможне все было понятно, здесь главным был ее начальник Иван Николаевич Малицкий, головную фигуру по продовольствию следовало еще найти. И она стала искать. Из таможни запросила справку в администрацию о прохождении мясной продукции. Выяснилось, что главным покупателем импортного продовольствия, является компания OF, две заглавные буквы в переводе фраз означали "Наше Продовольствие". А ее президентом Семён Толстяков. Дальше Людмила рассчитала, что если через фонд оформлять хотя бы 10000 тонн мясных продуктов, и добиться освобождения этой партии от таможенных взносов, на этой операции, если разделить сумму на три заинтересованные части, можно иметь по одному миллиону евро, или по полтора миллиона долларов. Вот это уже было задачей, над которой следовало серьезно поработать. Что же это за компания OF, и, кто такой Семён Толстяков, ее президент? Оказалось, эта компания, помимо того, что является крупнейшим импортером, еще теперь стала крупным сетевым ритейлером, владеет многими супермаркетами с названием "Здешний" не только в нашей, но и в других областях. Здорово, но, как к ней подобраться? И тут, совершенно случайно, она выясняет, что Толстяков, владеет 90 процентами акций клуба "Вымпел" и фактически является хозяином местного футбола. Теперь все срослось, есть два человека, которых следует заинтересовать, и провести с ними работу. Собрав все материалы и расчеты, она пошла к Дымову.
  
  - Сергей Васильевич, хочу обсудить с вами работу фонда, давайте поедем на "резиденцию", заодно посмотрим ход работ, и обсудим мои предложения,- сказала она.
  
  Почему-то она перестала доверять стенам этого большого дома, в котором они работали, считая, что здесь могут быть чужие уши.
  Он согласился, они уехали. Там Людмила, подробно и четко, объяснил ему, что и как следует предпринимать. Так как, часть финансирования футбольного клуба принимает на себя область, и перечисляет эти деньги в компанию Толстякова, с ним вполне можно завести разговор о его содержании, а затем сделать соответствующие предложения.
  
  - Сергей Васильевич, операцию по закупке импортного продовольствия оформим через благотворительный фонд и его счет в оффшорной зоне Кипра. После того, как вы найдете взаимопонимание с таможенниками, и оформите решение по беспошлинной закупке, фонд продаст эту партию Толстякову, с соответствующей наценкой. Таков смысл всей операции,- рассказывала ему.
  -Окончательное оформление сделки возложите на меня, представьте и познакомьте с ним. Относительно Иван Николаевича Малицкого, думаю, справитесь самостоятельно. Заинтересуйте его по теме развития областного спорта, думаю, он должен поддержать эту беспошлинную поставку, и конечно получить свою долю.
  
  То, что между ними происходил этот беспрецедентно откровенный разговор на коррупционную тему, неё уже не беспокоило, Дымов был в полном согласии, и все прекрасно понимал.
  Вот такая была предыстория того, почему вице-губернатор появился на этом матче и оказался здесь после его завершения. Между тем, на после матчевой встрече, футбольная тема продолжалась. Обсуждали турнирную таблицу, реальные возможности клуба, способности тех или иных игроков и многие другие подробности, которые всегда возникают у ярых болельщиков.
  
  В перерыве страстного обсуждения, Дымов обратился к Толстякову, -
  - расскажите Семен, во сколько вам обходится содержание нашей команды?
  - О, это сложный и запутанный вопрос, мне даже трудно так навскидку назвать вам конкретную цифру.
  - Ну, а всё - таки?
  - Во всяком случае, больше 10 миллионов долларов.
  
  Присутствующие удивлённо раскрыли глаза, все они не больно шибко разбирались в экономике, и для них это была значительная сумма.
  
  - Как вам сказать,- продолжал Толстяков,- футбол то, вообще у нас, дело убыточное. Мы стремимся максимально привлечь различные источники. Это и реклама, и продажа прав на трансляции телевидения, клубная атрибутика, которую мы начали выпускать, наконец, билеты на футбольные матчи и сезонные абонементы. И все это, к сожалению мизер. Главное деньги это вложения акционеров и спонсоров.
  - Интересно, и в каких же это процентах?
  Он улыбнулся,- вы не поверите,- продажа билетов составляет всего 3-5 процентов, трансляции от 2 до 10, и таким образом всего набирается не более двадцати.
  Прокурор задумчиво смотрел и думал,
  -зачем же он занимается этим бизнесом, неужели только из любви к искусству?
  
  Для этих чиновников все бизнесмены были на одно лицо, они что-то покупали, затем продавали и на этом зарабатывали свои деньги. Они считали, что все они, либо мошенники, либо экономические преступники. Одновременно они понимали, что в руках этих людей крутятся большие деньги, и это один из источников, откуда можно их черпать. А, в общем, это были люди, рангом ниже, чем они сами себя воспринимали.
  Приглашенный же в их компанию этот бизнесмен, был птицей высокого полета, он не относился к категории тех средних торговцев и лавочников, к которым запросто заходил какой-нибудь полицейский чин, или другой инспектор и, что-то там такое для себя требовал или просил. Оборот его компании составлял сотни миллионов долларов, и трудились у него многие тысячи человек. И это немного смущало и тревожило.
  Сам же Толстяков, был доволен сегодняшней встречей. Для него было важно иметь неформальный дружеский контакт с областными руководителями.
  
  Между тем, хозяин клуба продолжал,
  - спортивный бизнес должен развиваться вместе с экономикой. Тогда возможно вывести его на уровень зарубежных образцов. А сейчас очень тяжело, еле-еле сводим концы с концами.
  - Знаете, что,- сказал Дымов,- заходите ко мне завтра, или послезавтра, я приглашу наших финансистов, и мы посмотрим, как дополнительно вам немного помочь.
  
  Через день они встретились с вице - губернатором. Он пригласил к себе министра спорта Кравеца и начальника финансового управления. В итоге, вместе перекроили областной спортивный бюджет, увеличив финансирование футбольного клуба, из дополнительной суммы расходов области. Но, всё это было, незначительным увеличением, против тех затрат, которые на содержание клуба фактически производил Толстяков.
  В завершение переговоров, он отпустил министра спорта и начальника финансового управления, бизнесмена же попросил задержаться.
  
  - Знаете, Семен Ильич,- сказал он, когда они остались вдвоем,- у меня есть одна тема, которую я хотел бы с вами обсудить.
  
  Толстяков внимательно посмотрел на Дымова, его взгляд выражал готовность пойти ему навстречу и выполнить любую просьбу. Одновременно он думал, что бы это такое?
  
  - Дело в том,- продолжал он,- что мы сегодня поддерживаем появившуюся у нас в области благотворительность, помогающую лечить больных детей. Конкретно речь идет о фонде 'Линия жизни'. Часть его зарегистрирована в оффшорной зоне. Мы, конечно, могли бы попросить вас произвести некоторые взносы в этот фонд, но мне кажется, что и для вас и для благотворителей подошел бы другой вариант поддержки. Это одновременно способствовало бы увеличению финансирования футбольного клуба, о чем мы только что вели разговор.- Толстяков с интересом слушал.
  
  -При определенных обстоятельствах, мы в состоянии оформить беспошлинную поставку крупных партий продовольствия через фонд, при этом задействовать интересы в этой операции, с одной стороны его, с другой таможенников и естественно вашей фирмы.
  - Ах, вот оно, что, это действительно может быть интересным,- подумал Толстяков.
  - Если у вас это найдет поддержку, мы проработаем и подключим таможню. Интересы фонда от нас, будет представлять Людмила Васильева мой помощник. У нее будут конкретные предложения по объемам и срокам. Подумайте, пожалуйста, Семен Ильич, жду ваш звонок.
  
  Толстяков был человеком деловым и решительным. В своих делах он стремился максимально придерживаться существующих правил, но в тех случаях, когда возникали обоснованные возможности получить дополнительную выгоду, он эти случаи не упускал.
  
  - Мы не будем ждать Сергей Васильевич,- сразу же отреагировал он,- но, как вы знаете, в любом деле вся его сущность проявляется в деталях, поэтому заинтересуйте таможенников, а затем сразу же будем конкретно действовать.
  - Вот и ладно,- ответил Дымов,- как все будет отрегулировано, я присылаю к вам моего помощника. - На этом аудиенция была завершена, и они расстались.
  
  Западное шоссе, которое фактически пересекало весь город, проходя через его центр, уже второй день не функционировало. Огромные фуры в нескольких местах, встали поперек, и спровоцировали многокилометровую пробку, преодолеть которую было невозможно. Из-за этой пробки движение по всему городу было парализовано. Причиной такого состояния стала фактически настоящая забастовка. Водители большегрузных фур, объявили ее, требуя прекратить беспредел, который установили таможенники, обирая всех подряд, требуя по разным причинам, непомерные взятки за проезд.
  
  - Что в эфире?- спросил генерал Стрелков у дежурного поста ДПС.
  - В эфире, товарищ генерал, сплошной мат,- доложил дежурный.
  
  Это водители большегрузных Scania, Volvo и Man переговаривались между собой по своим рациям, проклиная таможенников, гаишников и городские власти за то, что творилось здесь, при въезде.
  Стрелков ехал на переговоры, ему требовалось, во что бы то ни стало, освободить проезд и прекратить эту забастовку. Каким-то образом, через журналистов, сообщение об этом событии дошло уже до московской прессы, поднялся дикий скандал. Дымову, а губернатора, как всегда, не было на месте, звонили из правительства, потребовали немедленно прекратите этот бардак. С ним очень жестко говорили. Когда генерал вместе с прокурором, по срочному вызову, приехали к нему, он был бледным, руки тряслись, а голос, чего никогда не было ранее замечено, доходил до крика.
  Стрелков не стал слушать мат, о котором доложил дежурный, и, вместе с сопровождающими его двумя полковниками, поехал в сторону западного шоссе. Они доехали до пересечения, но дальше уже проехать было невозможно, пришлось выйти и идти пешком.
  
  - Чего перегородил дорогу,- обратился он к водителю огромный восьми колесный фуры, стоящей поперек шоссе.
  - Сломалась, товарищ генерал,- нагло ответил тот, сверкая своими хитрыми и лживыми глазами.
  - Как, зовут-то, фамилия, имя?
  - Трапезников, Николай,- ответил водитель.
  - Ты мне Трапезников, не темни, лучше скажи, правду, чего стоите.
  - Да я, что поломался, а вы лучше пройдите вперед к зелёной фуре, там Войтко Петр Егорович, вот с ним и переговорите.
  
  Он не стал дальше тратить время на Трапезникова и прошел вперед, вдоль целой вереницы, стоящих в разных положениях, большегрузных машин. Возле зеленой фуры, собралась группа водителей с других грузовиков, кто-то сидел на корточках, кто-то стоял. В центре группы выделялся коренастый, уже в возрасте, седовласый мужчина. Он, что-то говорил окружающим, жестикулируя двумя руками. Стрелков понял, это и есть тот самый Войтко. Когда он вошел в круг, все встали со своих мест, окружили генерала, и начали наперебой, чего-то громко, возмущенно ему говорить. Разобрать было невозможно. И тут-то, за всех, в разговор вступил этот пожилой мужчина, он поднял руку, и все замолчали. Он представился, и стал объяснять ему, что причина этой забастовки, вызвана тем, что оперативники за въезд в город, собирают непомерные взносы, в последнее время совсем озверели, и выжимают невообразимые поборы. Кроме того, они требовали, чтобы, в конце концов, были созданы какие-то элементарные условия для их отдыха, питания, были бы организованы определенные места стоянки машин.
  
  - Будем стоять тут до тех пор,- сказал он,- пока не отменят эти посты и не накажут виновных.
  
  После длинного разбирательства, выяснилось, что оперативники это таможенники, работающие в связке в дэпээсниками и дорожниками. Стрелков пообещал немедленно разобраться, принять меры, и предлагал всем разъезжаться. Однако они просили показать документ, в котором будет принято такое решение.
  
  На экстренном совещании, проведенном у Дымова, доложили, что главной причиной забастовки дальнобойщиков, стали непомерные взносы, производимые работники таможни.
  
  Пригласили Малицкого. Он сообщил, что,
  - да, мы досматриваем все товары, доставляемые в город. Этого требуют интересы государства. И в рамках существующего законодательства это и совершаем.
  - Знаешь что, Иван Николаевич, мы не маленькие и понимаем, для чего ты это делаешь,- возмутился прокурор,- а если совершаешь, то соблюдай приличия, не доводи до того, что в народе появилось смута.
  - Прославились на всю Россию,- добавил генерал.
  - Все, заканчиваем, прямо сейчас, немедленно подготовим постановление, позволяющее прекратить забастовку,- подытожил Дымов.
  
  Постановление областного правительства, которым предписывалось ликвидировать все контрольные посты на въезде в город, организовать несколько стоянок для большегрузных автомобилей, областному таможенному управлению наказать виновных в преследовании дальнобойщиков, было в экстренном порядке подготовлено и тут же подписано. Генералу поручили, еще раз провести переговоры с забастовщиками. Он их провел. Инцидент был исчерпан и в Москву доложили, все в порядке.
  Договорившись с Толстяковым, Дымов никак не мог придумать, каким образом включить, в задуманное Людмилой дело таможенника. И вот, сама жизнь, предоставила эту возможность.
  
  - Отлично,- решил он,- при последней скандальной встрече, когда рассматривался вопрос с дальнобойщиками. Теперь я возьму тебя за жабры.
  
  Через несколько дней, Дымов опять пригласил Малицкого.
  В конце их продолжительного разговора, в котором Дымов подробно интересовался деятельностью таможни, он сказал,
  
  - Я понимаю, Иван Николаевич, что вам нужно выполнять план по таможенным сборам, но ведь можно найти другой способ, не такой примитивный, как досмотр автомобилей.
  - Например, крупные партии импортного продовольствия можно доставлять беспошлинно,- и он изложил Малицкому, схему, которую проработала Людмила. Её можно было осуществлять немедленно.
  - Если у вас есть специальный счет, то на него, можно организовать перечисление части средств, которые будут выручены при этом.
  
  Малицкому ничего не следовало объяснять дальше, он моментально все понял. Это как раз был тот случай, который он так долго ждал.
  
  - Я согласен,- сказал он,- давайте прорабатывать.
  - Хорошо,- ответил Дымов,- в подробностях я не очень, поэтому подключу к этой теме моего помощника Людмилу Васильеву, это грамотный и надежный специалист.
  
  Все сошлось, теперь Людмила день и ночь крутилась вокруг этой разработанной ей схемы, согласовывая между участниками конкретные действия, оформляя различные документы, контракты.
  С Толстяковым все было намного проще. Он быстро разобрался сам, и подключил квалифицированных специалистов из юридического отдела. Для перечисления третьей доли предполагаемой выручки дал какой-то спортивный счёт, который, как она поняла, уже давно им использовался для подобных операций. Она также поняла, что этот, так называемый спортивный спонсорский счет, широко используется для отмывания разного рода средств неизвестного происхождения, перечисляемых различными деятелями, на договорных условиях, в том числе возможно и с криминальным оттенком.
  
  -Очевидно,- думала она,- здесь и была зарыта "собака" так называемой футбольной убыточности. Потому, что ознакомившись с реальным миром, она не верила в филантропический характер деятельности бизнесменов.
  - Кто это может, просто так, позволить себе иметь многомиллионные убытки в иностранной валюте?
  
  Что касается Малицкого - начальника таможенного управления, то здесь все оказалась сложнее. Он был человеком туповатым, боязливым, но главное жадным. Эта его жадность помогала в тех случаях, когда следовало преодолевать какие-то сомнения, и он соглашался. Одновременно, жестко торговался за размер той доли, которую договаривались перечислять. И если первоначально она составляла 25 процентов, то в процессе переговоров, пришлось довести до 29.
  Дело было трудоемким, и потребовались люди, которые обязаны были конкретно выполнять определенные операции, составлять счета, вести бухгалтерию, ведь не могла же она это все взвалить на себя, она была только организатором. И такие люди нашлись, они вошли в круг влияния, матери Дымова.
  Люда увлеклась. Все, что она начала все исполнялось, ее кругом поддерживали. Особенно, непосредственный начальник, вице - губернатор. Он интересовался, как идут дела, они часто вместе бывали на "резиденции". Там все шло к завершению, и выглядела роскошно. Прежде, ей самой, не приходилось нигде такое встречать, разве, что в торговых центрах Барвихи.
  Прошло несколько месяцев, и вот уже схема, под общим названием "благотворительный фонд" начала работать и приносить немалые отчисления в карман Дымову.
  Иногда она задумалась,- что я делаю, это ведь прямое участие в преступном сговоре по разворовыванию государственных средств!
  
  Но, ежедневно вращаясь среди своего окружения, различных министров, начальников управлений и других высокопоставленных чиновников, она видела, что они только этим и занимаются. Это ее успокаивало. Ведь она лично ничего сама не присваивала, а только организовывала этот процесс. А с благотворительного счета детского фонда, все-таки примерно тридцать процентов от поступающих средств, перечислялись действительно на помощь больным детям, поэтому совесть её была чиста. Ну, а в принципе она понимала, что никакие благотворители не в состоянии обеспечить настоящее лечение детей, этим в полном объеме должно заниматься государство, а оно государство, так не считает.
  А с другой стороны, иногда, сжимая зубы, она вспоминала своего любимого Андрея, живого, активно занимающегося очень важным государственным делом, и безвременно погибшим, из-за предательства других уродов, выращенных этой системой. Она утверждалась в том наказе, который дала сама себе, отомстить за него, этому государству.
  Позже узнала про судьбу Николая Раевского, который, оказывается, работал с ней рядом, и был связан с мужем и со свекром академиком Васильевым, и она еще больше убеждалась в правильности своих действий.
  Постепенно, у нее появились, признаки так называемого стокгольмского синдрома. Организовывая дела Дымова, активно с ним общаясь, ей нравилась его напористость, стремление все больше и больше подгрести под себя. И она входила в его положение и становилась как бы с ним заодно.
  Сам же Сергей Васильевич, постепенно, очень увлекся своим помощником, этой молодой, очень красивый, и главное, почему-то, абсолютно преданной ему женщиной. Теперь он, уже и дня не мог прожить, чтобы не увидеть её, не встретиться с ней, обсудить какие-то дела. Он восхищался ею, и подспудно, у него возникло к ней какое-то непонятное чувство.
  
  - Людмила Федоровна,- как-то спросил он ее,- почему бы вам не открыть свой личный счет, на который бы мы перечисляли определенную сумму?
   - Нет, нет, что вы, Сергей Васильевич, я работаю, получаю у вас приличную заработную плату, мне всего достаточно. Разве вы, чем-то недовольны?
   - Доволен, больше чем доволен,- ответил он.
  
   После этого разговора она задумалась. Она любила хорошо одеваться, покупать самые дорогие и шикарные наряды, жить совершенно обеспеченной жизнью. На своем месте, она понимала, что если только чего- то захочет, и только намекнет об этом, крутящимся вокруг её начальника, различным мужчинам, они бегом это все принесут, не требуя никакой оплаты. Но она не желала таких подношений, она хотела и была самостоятельным человеком. И для того, чтобы быть еще более самостоятельным, она решила, что в этих условиях, ей следует организовать какое-то свое, настоящее дело, которое будет приносить доход. Она размышляла об этом, и решила, что такое дело, обязательно для себя придумает.
  Жизнь шла вперед. И дальше она плыла по течению этой огромной полноводной реки. Впереди ждали и другие, еще более крупные хитросплетения в делах её шефа. Но главное, задача, которую она наметила для себя, постепенно выполнялась.
  
  
  Агрохолдинг
  
   - Заходи, заходи, Люда,- запросто приветствовал Дымов, когда она, с папкой текущих бумаг, открыла дверь в его кабинет. Недавно, когда они встречались по делам благотворительного фонда, он сказал,
  
   - Людмила Федоровна, мы так близко сошлись в последнее время, мне даже как-то неловко разговаривать на вы, мне бы очень хотелось, если конечно не будете возражать, называть просто по имени, и, перейти на ты.
   - Пожалуйста, Сергей Васильевич, я буду рада,- ответила она.
  
   С тех пор он звал ее просто по имени, но она не позволила себе такого перехода, и называла его по прежнему по имени и отчеству.
   После рассмотрения бумаг, которые Людмила принесла ему на подпись, он откинулся на спинку кресла и сказал.
  
   - Есть хорошая новость, выделяют большой кредит, причем беспроцентный, в размере трех миллиардов рублей.
   - Для каких целей,- поинтересовалась она.
   - Для сельского хозяйства. Прошу, подумай, такое не происходит каждый день.
   - Большие деньги,- подумала она,- молодец, не хочешь упустить возможность отхватить себе какую-то часть - но я ведь ничего не смыслю в сельском хозяйстве.
   - Хорошо, займусь, Сергей Васильевич,- ответила и решила срочно разбираться в этой отрасли.
  
   Вернувшись к себе, посчитала, на этой неделе, следует проехать в близлежащий район, хотя бы посмотреть, что там творится в этом в сельском хозяйстве, заодно и поговорить с местными людьми. Так и поступила. По карте выбрала район, он все еще не был переименован, и назывался Советский, на всякий случай взяла с собой телефонный справочник областных и районных работников, и за рулем своей машины, выехала. Первые несколько километров были хороший асфальт, но затем дорога испортилась, пошли ухабы и выбоины, а порой и вообще грунтовка. Проехав еще, какое - то время, перед ней открылся великолепный пейзаж. Дорога, обрамленная придорожными полосами хвойного леса, поднялась на холм, и там внизу, простирались широкая долина, с небольшими деревнями или поселками, какими-то сельскохозяйственными постройками. Она ехала дальше. Впереди, за травянистой пустошью, показалась посадка довольно высоких хвойных деревьев, по всей вероятности, выращенных еще с начала прошлого века. Посадку окаймляла, хорошо профилированная, грунтовая дорога, сворачивающая за нее окончанием. Неё заинтересовала это, и она поехала вдоль, а, за поворотом оказался проезд между деревьями. Она въехала, и, о, чудо, перед ней открылось окруженное высоким лесом огромное внутреннее пространство. Здесь были какие-то обработанные поля, очень ухоженные и дальше появились постройки, то ли фермерского, то ли индивидуального хозяйства.
  Но вот, впереди справа, показался совершенно необычный дом.
  
   В этом доме, из разных его мест, возвышались различные башенки, похожие на церковные православные купола, минареты мечети, и треугольники соборной католической кирхи. От удивления она остановила машину, и вышла, внимательно рассмотреть это чудо.
  Необычное здание поразило ее своей оригинальностью, по всей вероятности, автор решил объединить в одном храмовом сооружении несколько религий. В центре всего комплекса располагался большой сводчатый купол с крестом в его вершине, чуть поодаль по сторонам виднелись два минарета, с противоположной просматривалась башня протестантской кирхи, а всего она насчитала более семи различных куполов и башенок. Вдоль кирпичного забора, сооружение распласталось по ширине, рассматривая прохожих, из глазниц различного стиля больших и маленьких окон и цветных витражей. Они располагались над пологой крышей, со стоками в противоположные стороны. Несколько ошеломленная, она стояла и рассматривала это творение с большим интересом и не заметила, как против неё, появился незнакомый мужчина.
  
   - Здравствуйте девушка!- Людмила вздрогнула от неожиданности, посмотрела на него,
   - здравствуйте!
  
   Перед ней был незнакомый человек с черными, как смоль волосами и проблесками небольшой седины на висках. Лицо его, обрамляла такая же черная, чуть выросшая, жгучая шерсть бороды и пышные усы. Он стоял и широко улыбался.
  
   - Что, нравится?- произнес он.
   - Не то слово,- Она смотрела с восторгом, показывая рукой на сооружение, - скажу вам, что ответом нравится, здесь не обойдешься, это оригинально и необычно. Меня очень заинтересовала смесь совершенно разных стилей вашего дома.
   - Алексей Петрович,- представился он,- это моё, я хозяин, строю уже десять лет, а вас как величать?
   - Людмила Васильевна,- ответила она,- я из областной администрации, по делам, тут в районе.
   -Да, вы правы, это сочетание в одном сооружении разных верований,
   - сказал чернобородый, видно очень гордясь, своим произведением.
   - Хотите зайти, или может быть помолиться?- поинтересовался мужчина.
   - Нет спасибо, я не верующая, зашла бы посмотреть с удовольствием.
   - Тогда пойдемте,- и он жестом, пригласил ее пройти за ним.
  
   Через открытую калитку в заборе подошли к высоким деревянным дверям. Справа от входа, в каменной нише, расположилась фигура настоящего Будды. Затем вошли внутрь первого помещения. В этой комнате было немного мрачновато, на стенах красовались несколько старинных икон в накладных украшениях - окладах, в передней части, в миниатюре, было что-то наподобие царских врат. Немного постояв, пошли дальше. Соседнее помещение было покрыто зеленым махровым ковром, на стене изображен полумесяц. В следующем помещении, вдоль стены, стояло несколько деревянных сидений для молящихся прихожан. А, в торце, распятие Христа.
  По ходу они разговорились. Чувствовалось, что она, расположила хозяина к себе.
  
   - И это все, вы сделали своими руками,- спросила.
   - Нет, конечно, у меня работали различные мастера и специалисты, а вот все затраты, это я сам. Прежде я занимался бизнесом и заработал приличные деньги, все их вложил в это сооружение. Здесь, как бы райский уголок с особым климатом в этой уникальной посадке.
   - Странно, вы были бизнесмен, и вдруг появилась идея создать сооружение состоящие из разных религиозных течений, откуда это к вам пришло, вы видно глубоко верующий человек?- задавала она свои вопросы.
   - Я был, и продолжаю быть бизнесменом, здесь я хочу построить особый туристический комплекс. Помимо необычного строения, которое должно вызывать у людей интерес, я хочу здесь иметь натуральное хозяйство, построить апартаменты, и кормить отдыхающих чистейшими продуктами питания.
   - Очень интересно, но по поводу разных верований, вы не ответили мне.
   - Пройдемте дальше, я постараюсь вам все объяснить.
  
   Они вышли во внутренний дворик, здесь был удобно расположенный, деревянный стол со скамьей, обрамленной высокой спинкой. На стене, рядом, висел большой плакат с изображением звездного неба.
  
   - Садитесь, пожалуйста, - пригласил хозяин, сел напротив.
   - Сам я не верующий, но вера у меня есть, я верю в два великих сотворения мира. Но об этом чуть позже.
   -Дело в том, что очень близкий мне человек, да чего там говорить, моя дочь - начал свой рассказ,- погибла случайно, попав в зону террористического акта, в которой террорист смертник взорвал себя в толпе простых невинных людей. Я очень переживал, и это заставило задуматься, как такое возможно? Почему этот человек убивает себя, и еще вокруг десятки других невинных. Раньше мы знали такие случаи, нам рассказывали о героях, которые своим телом закрывали амбразуру вражеского пулемета, но они это делали ради победы над врагом во время войны. А здесь, что, никакой войны и кругом мирные люди. Я долго думал и наконец, понял, все дело в религиях. Тот главный в этом вероисповедании, который направляет этих зомбированных смертников, сам себя не взрывает, заставляет это делать их. И я понял, что вера это колоссальный инструмент подчинения. Её используют иерархи, или люди стоящие над ними для своей власти, делается это уже многие тысячелетия. Разделяй и властвуй, вот их главный тезис. И они разделяют, стравливая одних против других. Сколько было религиозных войн в истории, сколько вообще было войн, и всегда рядом с главным воителем был главный священник.
   - Я вас не утомляю,- спросил он.
   - Нет, нет, что вы, мне это очень интересно,- ответила она. Ей действительно было интересно, прежде, никогда не задумывалась над этим. Да, и Андрей погиб почти в такой же ситуации.
   - Я начал изучать разные веры,- продолжал он,- откуда люди взяли эти описания о боге, о сотворении мира. И оказалась, что все они схожи друг с другом, имеют одинаковые источник своего возникновения. Еще в древнейшие времена более семи тысяч лет до нашей эры, люди преклонялись одному богу, им было солнце, потому что без солнечного тепла не было жизни, и назвали они этого бога Ра, а затем Гор.
  Гора называли сын божий, пастырь божий агнец, господин и еще многими другими именами, он, был распят на кресте, похоронен на 3 дня, а затем воскрес.
  Впоследствии, возникли другие верования у других народов, и оказалось, что всё повторяется.
   Рассмотрим некоторых известных богов, это Греческий Аттис, Индийский Кришна, Персидский Митра, более поздний Греческий Дионис, наконец, наш последний солнечный миссия, Иисус Христос, он из-за своего ученика Иуды, продавшего его за 30 Серебренников, был распят, похоронен на три дня, воскрес и вознесся на небо. Поразительно, все они рождены 25 Декабря. Приход или рождение каждого из них обозначала звезда на востоке, они все творили чудеса со своими учениками, после смерти воскресали, и во всех учениях их жизнеописания чередуются слово в слово.
   - Как вам это повторение, не кажется ли странным, что у всех народностей одно и то же?
   - Да, это очень интересно, прежде я не имела никакого представления об этом,- отвечала она.
   - Теперь давайте посмотрим на эту схему звездного неба, которая висит на стене.
  
   Алексей Петрович, встал, взял в руки указку, и стал показывать ей, звезды на схеме.
  
   - Если вы читали Библию, хочу напомнить, что там местом рождения Иисуса считается Вифлеем. Так вот оказывается, если внимательно изучать астрологическое небо там мы найдем очень интересные ночные светила, одно из них самая яркая звезда на востоке, ее назвали Сириус. Еще поодаль есть 3-и в поясе Орион также яркие. И вот эти три и Сириус, 24 декабря образуют линию, которая на следующий день, или 25 декабря показывает туда, где впервые восходит солнце после своей смерти 22 декабря. В этот день, 22-го оно прекращает опускаться к горизонту и на 3-и дня замирает в одном положении. Происходит это в созвездии Дева, латинское имя Вербух в переводе означает Дева Мария. Древние изображали ее с колосьями в руках, место это называли Дом Хлеба. В то же время Вифлеем также переводится как Дом Хлеба. Три царя или 3-и волхва, о которых трактует Библия, есть те самые три светила. Вот вам и расшифровка, когда мы празднуем Рождество Христово? 25 декабря. Где зарождается наше светило или Бог, в созвездие Девы, оно и есть Матерь Божья Мария, а место рождения Вифлеем. Символ созвездия Девы обозначается буквой m, если у нас это Мария в других религиях Матерь Божья обозначена буквой М, или Мирра, Майя.
   -Таким образом, рождение на небосклоне, а не на земле! Это и есть объяснение мифа о рождении, Иисуса,- закончил он свой показ.
   - Двадцать пятого декабря, это великий праздник зарождения нового солнца, у нас, в православии, мы его празднуем на неделю позже, но это издержки календарного стиля. Когда я это выяснил, я также теперь отмечаю этот главный праздник.
   - То, что вы рассказали Алексей Петрович, для меня также стало откровением, теперь и я, вместе со всеми, буду праздновать тот день,- сказала Людмила,- спасибо вам.
   - Также и другие церковные праздники, например пасха, день равноденствия, это все астрологические даты. В северном полушарии, земля, совершая свое вращение, вокруг светила, все дальше отклоняется от него, и люди видят солнце, перемещающееся к югу, оно становится меньше, меньше приносит света. Для древних сокращение дня и прекращения роста растений по мере приближения зимы символизировало смерть, которая наступала 22 декабря. В этот день и хоронят Иисуса, и богов в других верованиях, а через 3-и дня они воскрешают и это наступает Двадцать пятого декабря. Это никакое не совпадение, это должно быть понятно уже каждому ученику 5 класса, который знает, что земля завершает свой 12 месячный цикл вращения вокруг солнца. Сам же 12 месячный цикл символизирует 12 учеников или апостолов Иисуса. Вот и вся простая история.
   - Подведем итоги,- сказал хозяин,- Религия это главная паразитическая сила на нашей планете. Люди, которые никогда ничего не производили, постоянно отбирали ценности у всех остальных. Всё это выстроено на глобальном обмане, жестокости и многовековом зомбировании. Всё подчинено природе. Вера - это создание культа личности, на основе законов природы, для контроля над людьми. Религии созданы, чтобы легче можно было бы управлять народом, навязывать свою точку зрения, убивать тысячами ни в чём не повинных, ссылаясь на волю господню!
   Конечно, я не отрицаю тех мудрых заветов, которые предписывает библия, но почитайте внимательно, и вы найдете там угрозы и страхи, запугивание преисподней, адом и другими напастями. И все это для того, чтобы запугать и подчинить себе. Поэтому я и строил этот дом, как символ объединения всех вер, чтобы призвать их жить в мире, и все совершать для блага людей.
   - Помните, - сказал Алексей Петрович,- в начале разговора, я вам говорил, моя вера состоит из двух частей, так вот, первая это наше светило Солнце и вторая, это огромный человеческий разум, сам Человек, способный на величайшие невероятные свершения.
   -Может вы и правы, а может и нет, я не знаю, - сказала Людмила, - очень многие верят в то, что Бог есть, - и на прощанье пообещала, что обязательно приедет сюда, когда будут готовы апартаменты отдохнуть на несколько дней, и под большим впечатлением, поехала дальше по своим сельскохозяйственным делам.
   Она направилась в сторону небольшого поселения, состоящего из нескольких домов. Рядом расположилось длинное одноэтажное строение, то ли коровник, то ли склад. Поля в этом месте были обработаны, просматривались ряды каких-то растений с аккуратными проходами между засаженными участками земли. Когда спустилась по пути в небольшую ложбину, то увидела на противоположной стороне, голубой трактор перегородивший проезд. На тракторе возле открытого капота, склонившись к двигателю, стоял мужчина в синем комбинезоне. Людмила притормозила, вышла из машины. Когда подошла к трактору, он повернулся и сказал.
  
  - Вам проехать? Боюсь, что придется долго ждать. Может, объездной дорогой?- он распрямился и показал в сторону, как следует ехать.
  - Да, нет, ничего, я могу немного, и подождать,- ответила она.
  - Скажите, а чье это тут хозяйство, такое ухоженное,- продолжила она,- да вы не отвлекайтесь на мои вопросы, что-то случилось с мотором?
  - Да, с двигателем, но я сейчас, вот-вот налажу,- отвечал он,- хозяйство это моё я здесь фермерствую.
  - Очень хорошо,- обрадовалась,- я, вам представлюсь, меня зовут Людмила Васильева, я из областной администрации, мне бы очень важно посмотреть ваше хозяйство и поговорить с вами, не будете возражать?
  
  Фермер удивлённо посмотрел, очевидно её внешний вид не вызывал особого доверия, затем он все таки сказал.
  - Здравствуйте, меня зовут Виктор, если уж вы так желаете, подождите, я все покажу.
  Через некоторое время, он закончил возиться с мотором, завел и сказал,
  - Следуйте за мной.
  Она села в свою машину и поехала за трактором. По дороге, которая шла вверх, они подъехали к строениям. Здесь припарковались, и он предложил пройтись и все осмотреть.
  
  - Видите ли,- объяснял он,- в прошлом я пытался выращивать здесь большой урожай огурцов. Дело в том, что наше место Верховка, в прежние времена славилась особым сортом огурцов, который так и называется Верховецкие. Если вы сегодня зайдете на ваш рынок областного города, и пройдете по рядам, торгующим огурцами, то во всех рядах вы увидите надписи огурчики Верховецкие. Хотя на самом деле, это всё огурцы другие, в основном импортные. Наших огурцов там не найдете. А, почему? Потому, что изготовлением тары, хранением, закупкой у фермера и наконец, перевозкой никто заниматься не хочет. Ритейлеры все закупают за рубежом, так им проще. И местные жители теперь выращивают огурцы, только для собственного употребления. Ну, а, я вот, решил не сдаваться и продолжаю выращивать огурцы. Только я из них теперь делаю баночные консервы. Они так называются "Огурчики Верховецкие". И, знаете, имеет большой спрос.
  Он улыбнулся, посмотрел, и предложил,
  - пойдемте, покажу, как это все делается.
  
  Следуя за ним, вошли в небольшое производственное помещение, стены которого были облицованы пластмассовым шпунтом. Внутри было светло и чисто. Он шел впереди и объяснял.
  
  - У нас здесь действуют жесткие и обязательные санитарные правила, которые предусматривают систематическую мойку и ошпарку всего технологического оборудования. Все машины и аппараты из нержавеющей стали. Это передвижная моечная ванна. Это установка мойки и стерилизации банок. А вот машина укупорочная по закатке стеклянных банок. Дальше установка нанесения этикеток. При работе надеваем специальную санитарную одежду.
  
  Людмила все это с интересом осматривала и слушала объяснения. Молодец, думала она, инициативный человек.
  - Виктор,- спросила его, когда они закончили осматривать это помещение,- а, можно вообще вас попросить, рассказать как вы стали фермером, как у вас идут дела, чем вы еще занимаетесь кроме консервирования огурцов?
  - Если вас это очень интересует, тогда, пожалуйста, пойдемте ко мне в дом, там у меня моя контора.
  - Конечно, очень интересует, пойдемте, я, с удовольствием,- ответила она.
  
  Зашли в дом. После крыльца, прошли в небольшую прихожую. Затем, через правую дверь, оказались в светлой комнате среднего размера, с занавешенными окнами. Здесь стоял большой письменный стол, на нём размещался монитор компьютера с клавиатурой и другие предметы оргтехники, принтер, сканер.
  - Вот как работает современный фермер,- подумала она,- без компьютера уже нельзя.
  - Если бы не такое оснащение,- сказал он, видно уловив неё мысли, показывая на свое оборудование,- я бы не справился, ведь бухгалтера у меня нет, отчёты, вести бухгалтерию приходится самому. Только одними налоговыми проверками меня задушили. Чуть что проверка. Пиши объяснение, сдавай дополнительный отчет.
  -Вы ведь в администрации служите, так вот я вам что расскажу,- он вздохнул и продолжал,- здесь в районе штат чиновников полностью укомплектован. Это: налоговая, санэпидемстанция, глава района, депутаты, сельхоз управление, судебные исполнители, ну и конечно, полиция, судья, прокурор.
  - Ну и как вы понимаете,- продолжал он,- всем нужна работа, а она заключается, прежде всего, в составлении различных отчетов и сводок. И все они как шакалы требуют, представь, напиши, доложи. Чтобы я делал, если бы не компьютер, как вы думаете? Мне бы некогда было заниматься своим сельскохозяйственным производством. И даже при наличии компьютера, налоговые органы так упорно трудятся, что чуть ли не ежеквартально меняют формы предоставления отчетов, а это требует менять компьютерные программы.
  - Вообще тяжело, загнали, как волка на охоте, наверное, придется все бросить и уехать в город,- закончил свой рассказ.
  - Почему же, я видела у вас такие ухоженные поля, вы мне показали очень красивое и чистое производство, а вы, все бросить и уехать?- удивилась она.
  - А, вот послушайте,- и он начал излагать ей, всю свою сельскую фермерскую жизнь.
  Прежде вместе со своей супругой Светланой, они жили в городе. Достатка особого не было, и они решили завести собственное дело. Долго думали, чем заняться, и так, как у обоих была тяга к земле, выбрали сельское хозяйство. Пришлось, что называется, с нуля изучать сельскохозяйственную литературу, знакомиться и осваивать сложную импортную технику, вести бухгалтерию. Переехали в этот район, здесь оформили в аренду несколько десятков гектаров, взяли по тогда еще сравнительно низким процентам кредит. Построили дом и коровник. Пять лет работали для того, чтобы выросло качественное поголовье коров, но затем пришлось продавать их на мясо, потому, что денег на возврат не было. Новые займы давали под грабительские 26 процентов годовых, а молоко приходилось продавать по цене ниже себестоимости. Это происходило потому, что их фермерское хозяйство находилось в отдалении не только от перерабатывающих заводов, но даже от благоустроенных дорог, по которым можно быстро и легко транспортировать продукцию.
  Сетевым магазинам, на которые приходилось, до 80% потребительского рынка было, невыгодно покупать у них молочные продукты, слишком маленькие объемы и, как они считали, высокие цены.
  В результате занялись растениеводством, а от животноводства пришлось отказаться. Невыгодно нынче производить молоко, слишком низкую закупочную цену определили для него иностранные молочные монополии, господствующие на российском рынке.
  Рассказывая эту историю, Виктор, как бы выпускал пар, стремясь выбросить наружу, то, что накипело на душе. Он не волновался, он выдавал это всё, как человек обреченный, для которого нет иного выхода, и с этим приходится мириться.
  
  -И с растениеводством проблем много,- продолжал он рассказ.
  -Первая - сбыт. Сегодня на рынке много сильных и крупных конкурентов - и российских, и зарубежных. С большими холдингами тягаться нет смысла. Они же и цену на овощи сбивают.
  -Вторая - кредиты. Их в банках сложно взять, для их получения нужно много согласований, разрешений. К тому же их выдают под залог земли, имущества. А, это для нас смертельно.
  -Третья - земля. Сегодня существует сложная и долгая процедура оформления в аренду или собственность. За быстрое представление чиновники предлагают откаты в размере до 3 тысяч долларов за 1 га.
  -Четвертая - технологии. На них просто нет денег. А без технологий хорошего урожая не получишь.
  - И наконец, пятая, это техника. Хорошая только зарубежная и очень современная.
  -А, удобрения, семенной материал, горюче-смазочные материалы, электроэнергия дорожают каждый год. Как тут быть с прибылью? Вот я и решил этот сезон все, что возможно продать и уезжать отсюда.
  - А чиновничий беспредел, например принудительная регистрация в БТИ. Штрафование. Налогообложение за любые постройки находящиеся в наличии. Регистрации БТИ должны по закону подлежать не только туалеты, но стационарные собачьи будки. Фермеру проще хозяйственные постройки сжечь. Дешевле будет и в тюрьму не посадят.
  *БТИ - бюро технической информации.
  
  -Теперь отвечу на ваш вопрос, почему я решил все бросить. Потому, что вся власть, все её мощнейшие органы, против меня. Они только и делают, что следят за мной, как бы, я чего им недодал. Все устроено так. Я существую для власти. Я должен на власть трудиться. Понимаете, это перевернутый мир. Вот, когда будет все наоборот, когда власть будет существовать для меня, будет со мной за одно, стараться делать все для того, чтобы я больше производил продукции и лучшего качества, вот тогда у меня и мысли не появится чтобы куда-то уезжать. Тогда я буду спокойно работать, а ей перечислять от своей деятельности, требуемые налоги.
  
  Людмила слушала, и поражалась, какие невероятно сложные условия у этого настоящего труженика. Как же так, там где она служит полный беспредел, никто ничего не зарабатывает своим трудом, а здесь? И она думала, чем же ему помочь. Может быть, хоть какое-то полезное дело совершу.
  Она достала блокнот, вырвала листок бумаги, и написала там свои координаты.
  
  - Виктор,- обратилась,- я конечно твердо не могу обещать, но постараюсь, если для вас это важно, оформить вам беспроцентный кредит на длительный срок, позвоните через неделю по этому номеру.
  
  А еще он рассказал ей о том, что после того как он запустил линию консервирования, и начал продавать свою продукцию, к нему стали наведываться местные бандиты. Как же, они требовали свою долю. Угрожали, если не будет платить. И однажды не выдержав, он схватил своё охотничье ружье, выстрелил в этих типов, сначала в воздух, а за тем, под ноги. Вроде временно отстали. А полиция? Полиция с ними заодно.
  Она уехала со свежими впечатлениями и большими разочарованиями.
  
   Справа дороги показалось заброшенное строение. На первом ярусе стояли несколько буро-коричневых проржавевших бункеров. Металлические опоры, их поддерживающие, кое-где изогнулись, и казалось, что под собственной тяжестью, они вот-вот рухнут. Верхняя часть из шифера, построенная в виде производственного цеха с оконными рамами и какими-то башнями над ними, была на две трети разобрана, из-под нее выглядывали голые ребра поддерживающих конструкций. Вокруг все заросло густым сорняком, под которым, кое-где просматривались остатки бетонных оснований. Впечатление было, отталкивающим, напоминающее, какую - то мертвечину. По всей вероятности, это в прошлом был, какой-то мини элеватор. Он был похож на современную, перекошенную избушку на курьих ножках. Впереди показались два, из облупленного красного кирпича, остова каких-то строений, толи разваливающихся, толи разобранных. А еще дальше, стояли несколько, как бы присевших, так, что была видна только одна крыша, производственных помещений. Кое-где, остались стены, из отвалившихся бетонных плит. Между, очевидно, выросшими за это время деревьями, торчали остовы бетонных колонн. Это были не останки древних сооружений, которые сохранялись археологами, а свидетельства, какого-то бардака, развала, хозяйственного смерча, посетившего эти места. Она проехала еще с полкилометра. И опять впереди,
  полу - развалившиеся, с трещинами в стенах, уродливые из уже посеревшего, белого силикатного кирпича, непонятного назначения строения, кое-где огороженные кирпичным забором с пустыми воротами. Город мертвецов, так она обозвала это место. Вот уже и пошел жилой поселок. Перед металлическим забором и входом к двухэтажному уродливому дому, стояло два ржавых металлических бункера для мусора, заваленных так, что из-под бутылок, тряпок и других отходов, они еле-еле просматривались. А вот и одноэтажное кирпичное здание, с забитой зеленой дверью, над которой, потускневшая от времени надпись, гласила "Столовая".
  Следуя по этому маршруту, увидела полную разруху в поселении и решила двигаться, вперед, чтобы узнать: где же работают люди, есть ли здесь какой-либо хозяин.
  Она хотела с кем-нибудь переговорить из местных жителей. Навстречу шел
  мужичок в серой поношенной куртке, коричневых штанах, кепочке, чуть-чуть набекрень, с заостренным чем-то недовольным лицом, на котором выделялся крючковатый нос, рот его, был немного перекошен, руки засунуты в карманы брюк. Она остановилась и вышла из машины.
  
  - Здравствуйте, скажите, а почему у вас здесь все в таком разрушенном состоянии?- спросила.
  - А, тут у нас сейчас новый хозяин,- ответил мужчина.
  -Это Костиков Александр Иванович, он не сеет и, не пашет, живет за счет продажи прежнего совхозного имущества и не бедствует. Продал даже здание детского сада. Бывшие рабочие совхоза ездят на работу в ближайший город. А вы кем будете,- спросил он,- артисткой или журналисткой?
  - Да, нет, я просто здесь по делам. Скажите, пожалуйста, мне как проехать к действующему сельхозпредприятию?
  - А, вот по этой дороге вперед, затем она пойдет вправо и дальше, когда минуете брошенные поля, уведите засеянные пшеницей, вот за этим полем и будет как раз их контора,- разъяснил он.
  
  Поехала, закончился поселок с заброшенными строениями, впереди перед ней открылось огромное поле, заросшее густым зеленым сорняком с желтыми цветочками, и, как маяк посреди поля, выделялся огромный подсолнух, с широкой желтой шапкой. Дорога была разбитой, ехать приходилось еле-еле. Наконец - вдали, она увидела бесконечное желтое пятно, это очевидно и была, та пшеница, о которой говорил мужчина. И вот уже, справа и слева, колосились стебли серо желтых посевов.
  Проехав, это длинное большое поле, дорога прошла через перелесок, и подвела к двухэтажному зданию, огороженному вокруг него, не высоким деревянным забором. Подъехав к зданию, посмотрела в справочник, который взяла с собой. Директором этого агрохолдинга "Рассвет" был Эдвард Петрович Поляковский, набрала номер телефона из справочника. Директор был на месте.
  
  - Здравствуйте, Эдуард Петрович,- представилась она,- с вами говорит помощник Дымова, Людмила Федоровна Васильева. И дальше рассказала о том, что она ездит по району, чтобы ознакомиться сельским хозяйством, и сейчас подъехала к их конторе и сидит в машине.
  
  - Ждите, я бегом,- ответил директор.
  
  Действительно, через несколько минут он вышел из здания и подошел к Людмиле, которая стояла возле своего автомобиля. Это был мужчина лет сорока, уже с небольшим брюшком, просматривающимся через раскрытые полы пиджака. Его округлое лицо со скромной горсточкой волос на лбу, было радостным и улыбчивым. После приветствия, пригласил пройти в здание, в его кабинет. Они поднялись на второй этаж и зашили. В кабинете, за длинным приставным столом, сидело еще несколько мужчин, один из которых уступил ей место в первом ряду от начальника.
  
  - Я проехала большое пшеничное поле,- делилась она своими впечатлениями,- урожай будет хорошим?
  - Сеять начали на две недели позже обычного срока, - стал рассказывать директор, - мы только 29 апреля сделали первые выезды, а к массовому севу пшеницы приступили лишь 6-7 мая. И только к 21 мая закончили посевную. Теперь думаем, как столь быстро, до завершения хорошей погоды, закончить страду. Надеемся, урожай будет хорошим.
  
  Он еще что-то длинно говорил, что она не совсем понимала, и, прервав его, попросила рассказать его об интересующей ее теме, об Агрохолдинге. Он начал рассказывать. Агрохолдинг был организован очень давно, и теперь уже в его состав входят несколько различных сельскохозяйственных предприятий, в том числе птицефабрики, производство свинины, хозяйство специализирующиеся на выращивании подсолнечника. В это время, прервав его на полуслове, двери в кабинет широко открылись, и в него быстрым шагом вошел высокий мужчина в кожаной куртке, не обращая внимания на присутствующих, направился прямо директору. Тот вскочил со своего председательского места, лицо его побледнело, и он в ужасе смотрел на пришедшего. Мужчина в кожаной куртке, схватил директора за локоть, отвел его в угол от стола, и там наклонившись к нему, что-то сказал.
  
  - Перечислю, перечислю немедленно, Станислав Петрович,- донеслось до Людмилы.
  - Смотри не играй с огнем,- жестко произнес этот в куртке, и так же быстро как пришел, выбежал из кабинета.
  - Кто это такой,- не выдержав своего любопытства, спросила Людмила.
  - Да, так, один авторитет,- нехотя, ответил директор.
  
  Они продолжали прерванную беседу.
  
  - Кредитная задолженность превысила годовую денежную выручку, хронически не хватало оборотных средств, для покупки кормов для птицы...,- и еще что-то подобное, но она уже плохо слушала и воспринимала. В конце разговора, он несколько раз попросил Людмилу, выяснить, как скоро будут списывать долги, которых очень много накопилось в их агрокомплексе. Теперь уже для нее прояснились основные черты деятельности этого хозяйства.
  На обратном пути, ее обогнал огромный, как танк, черный внедорожник. На заднем сидении, в открытом окне, она узнала того в куртке.
  
  - Наверное, местный бандит,- подумала она, вспомнив разговор с фермером Виктором, - судя по его реплике, видно собирает дань и с этого директора.
  
  На следующий день, после поездки по району, она пришла к Дымову. План действий у неё созрел.
  
  - Мы должны поступить следующим образом,- выкладывала она свои предложения,- прежде всего, создать свой собственный Агрохолдинг, который давайте назовем "Объединённые совхозы". Этот холдинг должен существовать как юридическое лицо, но никакой деятельности не выполнять, а быть только на бумаге. Ему из трех миллиардов, которые выделят области, передайте один. Эти деньги на счету этого холдинга должны сохраняться, никуда не расходоваться. Лучше всего положить их на депозит в один и надежных банков. Дальше следует ожидать тот период, когда начнут списывать долги сельскохозяйственным предприятиям и наш холдинг обязательно следует включить в этот перечень. В итоге, выигрыш будет в обоих случаях.
  Если спишут все долги, то вы получаете этот миллиард плюс годовые проценты. Если же долги не спишут, то у вас останется как минимум 10 процентов, а это, извините, сто миллионов.
  
  Дымов внимательно слушал и все понимал. Смотрел на нее и думал, как же мне повезло, откуда взялась эта умнейшая, преданная мне во всем женщина. Теперь он уже, как завороженный выполнял все ее предложения и указания, иначе он, и мыслить не мог. Совершая, все крупнейшие денежные операции для него, она по-прежнему для себя, ничего не просила. Правда разговор прежде был, но она отказалась. Следует что-то придумать для нее. Он продолжал дальше слушать её. В конце этого доклада он сказал,
  
  - Все отлично, начинай действовать, я буду подписывать все документы.
  
  Таким образом, идея воспользоваться поступающими кредитными ресурсами была полностью использована и предварена в жизнь.
  
  
  
  
  
  
  Митрополит
  
   Сегодня на даче генерала Стрелкова был исключительный день. Особенность его заключалась в том, что у них собралась необычная компания. Вчера Сергей Васильевич был на приеме у новоиспеченного, назначенного, решением Священного синода, правящего областного архиерея митрополита Иосифа, Макендова Николай Витальевича, и пригласил его провести неформальную встречу в компании "отцов города". Макендов, согласился и вот-вот они только приехали и расположились за накрытым столом.
  Иосиф, носил длинное имя, Среднерусский - Долинский и Перховский.
  Он был еще мужчиной сравнительно молодым. Где-то в годах, переваливающих, на вторую половину сорока. И теперь, когда он снял с себя церковные одеяния, выглядел привлекательно, с гладко зачесанными темно русыми волосами, собранными сзади в пучок, темной не очень большой бородой, аккуратно подстриженными усами и бакенбардами. На нем была черная рубашка со стоячим воротничком, а поверх неё на цепи, сверкал средних размеров золотой крест. Все смотрели на него внимательно и с уважительным ожиданием, думая, что же им скажет этот новый, появившиеся у них иерарх. Первым, молчание прервал Дымов.
  
   - Хочу поприветствовать, - сказал он, обращаясь к священнику, - вас Николай Витальевич, в нашем узком кругу, хотя мы уже, успели перезнакомиться, давайте, еще раз, пожмем друг другу руки.
  
   И он, как равный, протянул и пожал руку иерарха. Генерал, прокурор и судья последовали примеру. Целовать его руку, как это было положено, они себе не позволили.
  
   - И если, это не возбраняется, хотел бы предложить тост и выпить за нашу встречу,- обратился он к священнику, ожидая, получить одобрительный ответ.
  
   Макендов улыбнулся, с некоторым лукавством, ответил.
  
   -Выпивать сильно не хорошо, но и быть трезвенником Иисус не призывал. И как сказано от Луки, Господь сказал: с кем сравню людей рода сего? И кому они подобны? Они подобны детям, которые сидят на улице, кличут друг друга и говорят: мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам плачевные песни, и вы не плакали. Ибо пришел Иоанн Креститель: ни хлеба не ест, ни вина не пьет; и говорите: в нем бес.
  
  Он обвел всех торжественным взглядом, и продолжил.
  
   -Пришел Сын Человеческий: ест и пьет; и говорите: вот человек, который любит, есть, и пить вино, друг мытарям и грешникам. И оправдана премудрость всеми чадами ее. (*Лк, 32 зач., 7, 31 - 35)
  
   -Превосходно! В этом заложена великая мудрость,- сказал Дымов, и разлил по бокалам, из запотевшей бутылки, холодную царскую водку.
   - За нашу встречу, и надеюсь дружбу.
  
  Несколько дней назад Дымов был на богослужении в центральном храме. По завершении, митрополит Иосиф возглавил славление ново мученикам и исповедникам Церкви Русской с окроплением верующих святой водой, а затем обратился к прихожанам с проповедью. Смысл проповеди состоял в том, что после гонения на православную церковь, теперь появилось много её сторонников, которые и ныне бьются за нее интересы, и сопротивляются остальному обществу. Они то и есть ново мученики.
  Владыка истолковал духовный смысл притчи о блудном сыне, описанной апостолом Лукой. Там Господь любящий. Он любит каждую живую душу, населяющую планету, и ждет, когда все мы вернемся к нему. Но если вы хотя бы посмотрите в его сторону, то обрадуете Спасителя нашего. То есть, если вы хотя бы раз посмотрите на храм, то возможно вскоре вы в него и зайдете.
  Далее он рассказал о значимости подвига ново мучеников для возрождения Церкви Русской и единения, в истине всех наших соотечественников, и о большом Русском мире.
  По завершению они встретились накоротке, договорились о том, что по делам мирским и церковным интересы их совпадают, и им предстоит тесное сотрудничество. Затем он был принят его преосвященством в резиденции, попили чай, обсудили текущую обстановку, и Дымов пригласил его на сегодняшнюю встречу.
  
   - Я человек военный, до службы в полиции был боевым командиром,- вступил в общую беседу генерал,- судя по вашим проповедям, Николай Витальевич, вы стремитесь как можно больше людей привлечь в православную церковь, и правильно делаете. Если раньше у нас были коммунистические идеалы, то пусть теперь будет православная вера.
   - У нас с вами генерал одно начало, я ведь в прошлом до духовной семинарии окончил Рязанское высшее военное командное училище,- прервал его митрополит,- так что будем совершать общее дело.
   - Это похвально, это говорит, что наша епархия в надежных руках. Мы все здесь присутствующие находимся у власти и заботимся о том, чтобы везде был порядок, чтобы люди слушались нас. И здесь церковь нам большой помощник.
   - Вы знаете, власть она божественна,- подхватил Макендов цитатой из библии,- Сказано, Что Он Сам поставляет Царей над народами. Всевышний владычествует над Царством человеческим и дает его, кому хочет! Он низлагает Царей и поставляет Царей, и каждому народу поставил Он вождя.- Макендов вытянул руку, и как дирижерской палочкой, взмахивал в такт своим изречениям указательным пальцем, на котором блистала большая золотая печатка.
   - И поставляет он их, как видимых наместников своих в каждом Царстве. И говорит Он им, вы - боги, и сыны Всевышнего - все вы. * (Дан. 2:21)
  
  Он посмотрел на присутствующих ободряющим взглядом, как бы вверяя им право от имени бога, властвовать и управлять.
  
   - Предлагаю тост,- сказал он,- выпьем за нашу с вами власть, за единство церкви и власти, за то чтобы мы во всем помогали вам, а вы помогали нам.
   - Одобряем! Спасибо! Благодарствуем!- бокалы схлестнулись хрустальным звоном.
  
  После торжественных тостов и громких слов, все присутствующие были наполнены радостью, врученной им от имени бога властью и понимали, что пользоваться они ей, этой властью, будут по полной.
  Дальше содержание их беседы за столом, опустилось тоном пониже, речь шла о различных бытовых делах, обустройстве, интересовались, где будет у него загородная резиденция. Но он не упускал случая, и стремился привлечь этих больших начальников в лоно православной церкви. Он интересовался, есть ли у них духовники. Ходят ли они по праздникам в церковь. Тема эта была щекотливой. С одной стороны они видели, как самое высокое начальство в Москве, ходит на церковные праздники, держит свечи и креститься. Они также подражали этому правилу, хотя прежде были атеистами, научились зажигать свечи и креститься, но не более того. Иметь духовника произносить какие-то там молитвы, да еще отрывать, от себя для них десятину, это было уже слишком. Но виду они не подавали, особенно теперь встретившись с митрополитом. А по поводу десятины, это правило от священников перешло давным-давно в их ведомства. У них, так же как и в церкви, где прихожане отдавали свою десятую долю дохода своему приходу или священнику, он, также десятую часть выше, и так до самого верха, все повторялось в такой же последовательности, только роли прихожан исполняли разного рода нижние чины, предприниматели, а порой и население. Поэтому позиция у них была очень удобной, внешне вроде бы ты, как православный верующий, а внутренне такой же, каким ты был прежде, не отягощающим себя, какими-то там божьими правилами.
  Но Иосиф все гнул в свою сторону, ему как главе крупной епархии нужны были деньги. Требовалось строить новые храмы, требовалось содержать, разросшееся в последнее время, служение дьяконов, протодьяконов, и других многочисленных батюшек. Да и сам он любил жить в роскоши, это видно было из высокого качества его одежды, нескольких перстней, наручных часов Breguet стоимостью в 20000 долларов.
  
   - Доход наших приходов и церквей,- рассказывал он,- зиждется только лишь на пожертвованиях прихожан. Еще кое-что поступает от продажи книг, свечек, крестиков, и церковных предприятий, таких как пекарни типографии и магазины. Сюда конечно не входят "частные требы", это когда священник служит не в храме, а приезжает к прихожанам домой. Это всё мелочи.
   - Конечно мелочи,- думал про себя судья,- только непонятно откуда у вас кругом такой шик и все в золоте и парче.
  
  Между тем митрополит продолжал,
  
   - Нам очень тяжело, хотя мы отделены от государства, хочу обратиться к вам Сергей Васильевич, как государству, найдите, пожалуйста, возможность предоставить нам некоторые дополнительные льготы, например по продаже акцизных товаров, глядишь, небольшую толику в расходах по возрождению православия мы бы покрыли.
   - Я не возражаю,- ответил Дымов, давайте предложения мы рассмотрим.
   -Спасибо за поддержку, скором времени я пришлю с нашими предложениями настоятеля отца Никодима, он возглавляет коммерческую часть епархии.
  Довольные встречей и друг другом, они разъехались по домам. Занимаемся этим, Дымов поручил Людмиле и просил ее тщательно проштудировать возможности, которыми можно воспользоваться для помощи церкви.
  
   Постепенно негласная реклама преклонения богу и православного вероисповедания охватила значительную часть населения страны. Всех известных и видных людей хоронили обязательно с отпеванием. На всех главных церковных праздниках, в главных соборах, Глава государства и высшие чиновники стали появляться со свечками на алтарях. Они крестились и кланялись, перед камерами видео репортеров. Все это транслировалось центральными каналами на всю страну. Развелось множество всяких предсказателей, чудотворцев, которые втюхивали свои услуги незадачливой части населения. Появилось много православных изданий. Теоретики и богословы начали активно участвовать в различных телевизионных шоу. Церковь как паутина опутала Россию. Пятьдесят шесть метрополий. Около трех тысяч приходов. Общий бюджет РПЦ, только официально, достиг более 150 миллионам долларов. Бывшие коммунисты все стали верующими. Профессора националисты славили православие, противопоставляя его западным ценностям и западной культуре. Представители церкви действовали бойко и напористо и уже напористо пытались внедрить преподавание закона божьего в средних школах.
  И это имело результаты. Люди стали соблюдать великий пост, разговляться, праздновать рождество. Правда, в церковь, пока еще мало ходили. Как же, ведь очень просто, сказали, что бог есть и общаться с ним можно только через священника, если это так, значит думать не надо, разбираться в чём-то так же. Общество разделилось, одни считали, что так должно и быть, другие, что нет. При всем этом уменьшилась стремление идти в науку, перестали появляться передовые открытия, но зато количество мусора и хлама, попавшего, под ноги увеличилось.
  
  В этот день, в храме Рождества Пресвятой Богородицы, что был расположен за центральным кладбищем, бойко кипела храмовая работа. Тут шло отпевание покойников, и поставлено это было уже на конвейер.
  Он был небольшой, и как бы разделен на три части. И если прежде, в центральной размещалось одновременно по четыре, иногда и по шесть гробов, теперь уже и в задней и при входе ставили еще по четыре. И батюшка одновременно, отпевал сразу шестнадцать покойников. Дело было выгодное, родственники официально, агентствам платили по семь тысяч, да еще сверху почти столько же.
  Батюшка стоял у кафедры, быстро и не вразумительно, бухтел скороговоркой так, что ни одного слова понять невозможно.
  
   -Боже духов и всякия плоти, смерть поправый и диавола упразднивый, и живот миру Твоему даровавый: Сам, Господи, упокой душу усопшаго раба Твоего.....та, та,та,- доносилось до пришедших проводить покойника.
  
  Между тем к нему подходил еще какой-то служитель, что-то на ухо шептал, он махал головой, говорил да, да, и заносили еще один гроб.
  Служительницы еле, еле успевали подавать, провожающим свечи с бумажными подставками. А, второй батюшка или дьякон, ходил между гробами и обмахивал их кадилом.
  Между молитвами, хор, состоящий из охранников и уборщиц, нудно подпевал.
  
   -Святый Боже: со страхом, и всяким умилением. И вземше мощи усопшаго, отходим в храм.... И когда они пели, -Господи, помилуй,- трижды, присутствующие, кто умело, а кто, кое-как крестились.
  
  Кого отпевали, о чем там пели и, что, какие слова произносили, было непонятно, да и неважно. Главное, ритуал был соблюден, и, кто заказывал отпевание, были удовлетворены.
  
   Призывы к увеличению числа верующих, и возведению новых храмов не остались незамеченными. В Среднерусске в одном из густо застроенных районов между высотными домами, как глоток свежего воздуха, зеленел сравнительно большой, с внутренним озерцом, по которому плавали белые лебеди, городской парк. Парк был любимым местом горожан, где они отдыхали, приходили с детьми, а иногда и целыми большими семьями. Здесь можно было, посидеть и полежать на траве, организовать небольшой аккуратный пикничок, встретиться с друзьями. Вот сюда то и нацелили свои взгляды местные иерархи. В самом главном центре отдыха парка решили возвести новый храм. Место было отличным, вокруг, в многоэтажных домах, проживало очень много людей. А, следовательно, и прихожан будет много, а если каждый второй хотя бы отдаст свою десятину, это уже кое-что. Надо прямо сказать, что церковь постепенно превращалось в огромную, все охватывающую, коммерческую структуру. За счет чего будет строиться новые, на какие средства, конечно же, не бюджетные, объявлялось везде. Хотя на самом деле, опосредственно, через различные государственные структуры, находились способы финансирования из того же бюджета. Было бы интересно, если бы в данном районе постарались собрать деньги на это строительство с населения. Наверное, на небольшой сарайчик бы собрали.
  Неожиданно сооружение церкви встретило бурное сопротивление местных жителей. Еще не дожидаясь официального разрешения, на сооружение в этом месте, территорию огородили металлическим забором. И пошло, поехало. Жители с плакатами с детьми в колясках пришли на демонстрацию и стали требовать прекращения работ. Они скандировали:
   - Уйдите в другое место! Не трогайте наш парк!
  
  Возглавил это сопротивление молодой аспирант юридического факультета. Но церковники не испугались. Они быстро сорганизовались и призвали на помощь молодежную бойцовую группу, сотрудничавшую с церковью. Они также позвали сюда, в том числе из других районов, истинно верующих. Пошло противостояние.
  Жители требовали показать разрешение на строительство. Мы не против строительства храмов, найдите другое место, говорили они. Напротив них появились в спортивной одежде, молодые ребята и казаки.
  
   - Как вы можете идти против бога,- кричала средних лет женщина в белом платочке и сером платье,- все по божьему велению, и эту церковь он решил создать!
  
  Сергей, парень из бойцовской группы, пришел сюда, вместе со своим приятелем Сашкой - ряженым казаком. Сашка пошел в казаки, так как это было интересно. Он еще в детстве слышал песню, - "Казаки, казаки, едут, едут по Берлину наши казаки"
  А еще там давали обмундирование, царские эполеты. Ну, а главное, воспитывали вражду ко всяким либералам, реформатором, требовали быть преданными России и церкви. Сергей пришел с иконой изображавший лик Христа. Держал её перед собой, и с неприязнью смотрел на толпу протестующих горожан. Они с Сашкой знали, что если что, то полиция будет на их стороне.
  В один из моментов, когда страсти уже несколько поутихли, к нему подошел рыжий парень, с усмешкой спросил, показывая на икону,- это, что твой бог?
  Сергей не хотел с ним связываться, но все же через зубы пробурчал,
  
  - А тебе то, что, да, мой, и всех нас Иисус Христос,- он перекрестился.
  - Так твой бог, знаешь кто, еврей, значит, еврею поклоняешься. Да и матерь божия Мария и все двенадцать апостолов те же.
  
  Сергей остолбенел, глаза его налились кровью,
  - да как ты смеешь, изыди нехристь!
  - Библию почитай дурак, и узнаешь правду,- сказал этот рыжий и ушел.
  
  С тех пор Сергей не знал, как ему успокоиться, что это за проклятие, а вдруг, правда. Он проживал в одной квартире с мамой и бабушкой. Бабушка была по линии отца, который с ними не жил, так как считал его не своим сыном. Родился Сергей в период, когда он был в армии, и после своего возвращения приревновал мать и ушел от них. Учился он ни шатко, ни валко на тройки и двойки. Кое - как окончил десятилетку. От армии мать сумела его, отмазать. А затем колледж с механическим уклоном и работа подмастерьем по ремонту автомашин. Мать и бабушка были религиозными, ходили в церковь, справляли пасху и рождество. Сергей же сначала сошелся с футбольными фанатами, а затем попал в секцию боксеров дружащих с соседней церковью. Там в секции, каждый раз перед началом тренировок, ребята становились напротив висевший на стене иконы божьей матери.
  
  -"Отче наш, сущий на небесах! - хором причитали они, прижав руки в боксерских перчатках к своим грудям,- да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого"
  
  В смысл особый молитвы он никогда не проникался, выучил её наизусть и механически со всеми произносил. После они боксировали друг друга, и врагом каждого были те, кто против церкви, православия и вообще русских. Естественно это были всякие "понаехавшие тут" черные и Хачики, умники интеллигенты очкарики, и, конечно же, жиды евреи. Верили они в бога Иисуса Христа, иногда ходили на проповеди, стояли, крестились, но понять о чём там каждый раз бубнил батюшка, не приходилось. Верили и верили, и все тут.
  Теперь, после того как, этот рыжий сказал ему, что бог, в которого он верит и преклоняется, был евреем. Да и не только бог, но и матерь божия, и все двенадцать апостолов тоже евреи, Сергей не находил себе места.
  
  - Да как же так, этого не может, быть, может, обманка,- думал он. Решил обратиться к Витьке, тот подрабатывал в церкви, выставлял подставки под гробы во время отпевания, убирался.
  - Слышь Витька,- спросил он,- ты библию читал?
  -А, чо? Да, так вроде.
  - Мне тут один сказал, что бог наш еврей, а там чо написано?
  - Подожди, спросим Ефросинью, она тут свечками торгует.
  
  Они обратились к Ефросиньи, та вначале удивилась такому вопросу, потом вместе стали читать. Было не совсем понятно, но все-таки, больше было за то, что, да действительно, был евреем. Это было таким страшным открытием, что Сергей окончательно расстроился и не знал, что делать.
  Он и на работе, и здесь на секции бокса, и по телевизору слышал, что мы русские встаем с колен, возрождаем нашу веру православную, боремся со всяким инакомыслием, что если, что, то пусть уезжают евреи в свой Израиль, а тут такое. И не принимала его душа это новое откровение. В таком замешательстве решил он пойти на встречу в храм Рождества Пресвятой Богородицы к настоятелю протоиерею отцу Никодиму. Пришел, встреча состояла из двух частей. Во второй части присутствовавшие задавали свои вопросы. Отвечая, и говоря об исповеди, Никодим обратил внимание на важность искренности, просил следовать во всем за Христом, напомнил о выборе духовника.
  
  - Есть ли еще вопросы,- в завершении спросил он.
  - Да, есть,- Сергей встал и несколько замялся, пытаясь задать свой вопрос.
  - Давай, давай, не стесняйся,- отреагировал настоятель, и добавил, обращаясь к присутствующим,
  - Это из наших, хранителей святой веры.- Он узнал его по знаку на груди его безрукавки.
  - Я, вот что, я про господа Иисуса, говорят, что он был еврей, а я этому не верю.
  - Да, да,- подхватила присутствующая женщина средних лет в очках,- и я не верю, однако в библии написано, как тут быть? Получается у нас православных Бог еврейский?
  
  Вопрос был сложный и коварный. Отец Никодим точно знал, что так оно и есть, так трактует библия, но он также знал, что в православии ведется большая дискуссия на эту тему, и что в РПЦ, многие богословы - теоретики стараются замылить этот вопрос, изложить его по-своему. Но он не зря прежде преподавал философию марксизма, там было иногда и сложнее, что-то сказать в ответ.
  
  - Это богохульство,- ответил он, и продолжил.
  -Сколь часто это богохульство слышно даже средь церковных иерархов. Это же часто повторяется несознательными католиками. А основанием этого является высказываемое еврейское происхождение Марии, Матери Иисуса Христа.
  
  Священник многозначительно посмотрел на прихожан.
  
  -Утверждение, что Иисус Христос - еврей является ересью. Единственно правильным и полным определением Лица Иисуса Христа есть Богочеловек.
  
  Было смутно, туманно и совершенно непонятно, но Сергей ушел после этой встречи в полном сознании того, что все-таки Иисус Христос не еврей, а Богочеловек, и это определение для него было каким-то приятным и очень близким.
  
   Макендов Николай Витальевич был человеком жестким. Он умел управлять подчиняющимися ему людьми, были это, либо простые миряне, либо служители церкви и приходов. Он понимал одно, раз власть ему дана, то он вправе распоряжаться ею как считает необходимым. В бога он, конечно, верил, а бог говорил, что власть он дает только отдельным избранным им людям, и таким избранным был он сам. Иногда ему снился сон, в котором он стоял перед несметными массами людей, заполнявших огромную площадь до самого горизонта, все они стояли, склонив головы перед ним, а он произносил им проповедь. А еще, в его представлении, ему властвующему иерарху, полагалось жить в роскоши, ни в чем себе не отказывать, удовлетворять все возникающие у него потребности. В этом, ему очень помогала, проживающая с ним, его племянница Анастасия. Она была лет на пятнадцать моложе, дородная свежая, величественная и по-своему красивая. Он любил ее, и доверял во всем, что относилось к их совместной жизни и внутреннего семейного устройства. Она распоряжалась обслуживающим их персоналом, делала различные покупки, следила за приготовлением любимых блюд, заказывала для него одежду и обувь. Иногда они позволяли себе уезжать инкогнито на шикарные заграничные курорты, и вообще любили посещать другие страны. Он прижил ее после своего пострига, тогда еще 18 летней девушкой, только закончившей в школу. Когда они переехали в этот город, за ними прибыло два больших контейнера мебели и различной утвари, которой Анастасия умело, распорядилась, и расставила все в новом доме, выбранном для митрополита.
  
  -Ваше Высокопреосвященство,- встречала всегда Анастасия,- вы устали, пойдемте,- и отводила во внутренние покои, где сама, снимала с него всю официальную церковную одежду, и переодевала в мягкую свежую домашнюю. Затем брала его нежно под руку, или обнимала за талию, вела в столовую, и угощала там любимыми яствами.
  
  Трапезная-столовая, в которой потчевали митрополита, представляла собой большую комнату с пышным декором, зеркальными дверями и паркетом, расположенную на втором этаже особняка. На огромном ковре размером 4 на 6 метров, был установлен широкий стол на 8 персон. Этот стол на гнутых резных ножках, и большие, с мягкими сиденьями, стулья были изготовлены из особой породы бразильского дерева, цвета светло-коричневого с незначительным зеленоватым оттенком. Сияющую полировку стола, украшали два изящных светильника, изготовленных в виде подсвечников с имитирующими свечи лампочками. Стены были обрамлены деревянными рамами, в которые были вставлены очень дорогие гобелены. Вдоль стен расположились несколько гигантских китайских ваз из тонкого фарфора. В угловой нише на небольшом столике, стояла ваза с огромным букетом свежих цветов.
  
  Макендов признавал власть, стоящую над ним, как церковную, так и светскую. Он ей беспрекословно подчинялся, выполнял всегда безоговорочно, все вышестоящие указания, был ей полностью предан. Он знал, как она устроена, и кто чем управляет. Поэтому, после встречи с Дымовым и областными начальниками, он имел беседу с еще одним генералом, ведомство которого, занимало очень важное место в управлении государством. Встреча прошла негласно. Для Макендова это было очень важно, он хотел иметь досье на всех настоятелей его церквей и храмов. Он понимал что, только зная всю подноготную, каждого из этих людей, он сможет безотказно управлять ими. Для генерала же, церковь также, могла служить источником необходимой информации, который она обладала. На этой встрече, договорились, что будут помогать друг другу, и предоставлять нужные сведения.
  Среди ближайшего окружения архиерея, был еще один очень важный человек, который приехал вместе с ним. Этот человек, Григорий Семенов, занимал невысокий церковный чин дьякона, был бывшим следователем уголовного розыска, выполнял такую работу, которую никому нельзя было поручить. Он мог заставить и мертвого заговорить, если бы это потребовалось Его Высокопреосвященству. А, иногда, довольно даже часто, это ему и было необходимо. Так они и служили вместе.
  Что требуется во власти. Это конечно в первую очередь деньги, и не просто деньги, а очень большие. Это еще насилие, которое заставляет подчиненных ходить под тобой и не пикать, и наконец, окружение надежных, преданных тебе людей. В этом направлении и действовал Николай Витальевич. И все складывалось как бы отлично. По первому вопросу уже было намечено, как еженедельно в аэропорт Среднерусска, будет пролетать самолет, заполненный контрафактными сигаретами. Этот самолет по договоренности будет пропускаться таможенниками. На этот счет он приглашал к себе начальника таможни Ивана Малицкого, человеком тот оказался верующим, все понимал, считал нужным помогать святой церкви, и даже на прощанье целовал у митрополита руки. Однако просил, все-таки, постараться оформить какое-то разрешение местных властей на провоз такой партии. Ну и об этом состоялась договоренность, и теперь его люди готовили требуемый материал для оформления. Что касается подчиненных, он собирал их и нагнал страху от имени господа бога, предупредив, что господня кара будет неминуемо, и все они окажутся в аду, если что. Ну, а, насчёт окружения, присмотрелся ко всем священникам, и кое - кого приблизил, сделал новые назначения, в том числе и для настоятеля отца Никодима.
  И надо же такому случиться, на прошлой неделе Григорий Семенов зашел и положил ему на стол бумажку, прочитав которую Макендов пришел в ужас. Прежде, когда служил в других местах, он слышал, что такое существует, но очень редко у православных священников, в основном эта напасть присуща католикам. А тут такое в его епархии. Это бумажка, был донос служительницы верховского храма монахини
  Аграфии, около 10 лет проработавшей у отца Кирилла. В ней значилась.
  
  "Когда меня из Неверовского собора в прошлом пригласили в Верховку, подруги предупреждали Аграфия ты девушка, а у отца Кирилла на этот счет опасно. Я не поверила. Но, скоро я поняла, что дело не в женщинах. Однажды после очередного приема я случайно увидела соитие отцов Кирилла и Феодора. Оба были в рясах, и я сначала даже не поняла, что они делают. Я долго об этом никому не говорила. Теперь я убедилась все, кто попадает в дом отца Кирилла, втягиваются в его любовные игрища. Если говорить о священнослужителях, то их много, если о детях, то речь уже идет о десятках. Дети появились пять лет назад - именно тогда открылась воскресная школа. Многие родители были рады дать своим детям церковное образование. Что касается отца Феодора, он родственник Кирилла, и страшен он тем, что поставляет ему 'живой товар', детей, которые становятся у него диаконами, чтецами, пономарями.
  Я раньше боялась, так, как об этом доносить было бесполезно, но теперь с Вашим приходом, Ваше Высокопреосвященство, прошу вас и молю бога, примите меры.
  Сестра Аграфия."
  
  Макендов еще раз перечитал этот донос, посмотрел на Григория и спросил,
  
  - Это правда? Проверял?- Он знал, что Григорий не мог ему показать непроверенный материал, но все же спросил.
  -Все истинная, правда, проверил несколько раз,- ответил Григорий.
  
  Поднимать большой шум или передавать дело в правоохранительные органы было не в интересах митрополита. Он не мог допустить, чтобы епархия прославилась на всю Россию. Следовало поступить другим образом, и для этого у него служил Семенов.
  
  - Григорий, сколько тебе нужно дней чтобы вытравить эту гадость из нашей епархии. Как сделать так, чтобы они уехали навсегда, и мысли не осталось вернуться обратно.
  - Постараюсь Ваше Высокопреосвященство вложиться в 15 дней, - Григорий немного задумался, затем продолжил.
  - Чтобы все организовать, надо будет тысяч двести.
  - Хорошо, действуй, деньги получишь у Анастасии, я скажу.
  
  Два черных джипа друг за другом ехали в сторону областного города. По пути, справа вдали появились остовы построек прежнего развалившегося совхоза. Джипы притормозили и свернули на дорогу, ведущую к этим постройкам.
  - Это мы куда?- спросил отец Кирилл, обращаясь к Григорию Семенову, расположившемуся на переднем сиденье рядом с водителем.
  - Тут есть хорошая заправка с дешевым бензином,- вместо Григория ответил водитель.
  
  Отец Федор сидел рядом с Кириллом на заднем сидении, и все время мучительно думал о том, чего это вдруг, их пригласил к себе архиерей и специально прислал за ними машину.
  Они проехали мимо нескольких прежних построек и у здания с просевшей крышей, передний джип резко затормозил, и остановился. Отец Кирилл удивлённо посмотрел в окошко, рядом никакой заправки не было. В это время, из сопровождавшей их машины выскочили трое здоровенных детин, одетых в черную камуфляжную форму. Лица их были прикрыты шапочками с прорезями для глаз. Они мгновенно открыли двери переднего джипа и с остервенением вытолкали в разные стороны, сидевших на заднем сидении пассажиров. Отец Федор и отец Кирилл вылетели, как пробки из бутылок шампанского, вытянув вперед руки и упав лицом прямо на землю. Митра отца Кирилла бордового цвета слетела с головы и покатилась по земле. По двое у каждого священника, детины, к ним присоединился водитель первой машины, сильными ударами ног, стали бить их по всем частям тела, кроме головы. Били очень больно. Отец Кирилл, превозмогая боль, между ударами стал вопить,
  - За что, не имеете права, прекратите!- но на него не обращали внимания, продолжали наносить удары, иногда выкрикивая,- молчи сука!
  Наконец Григорий поднял руку вверх. Бить прекратили, и, подхватив каждого священника под руки, потащили в сторону просевшего здания, бывшего коровника. Там внутри, и еще остались каркасы стойл животных.
  
  - Раздеть!- приказал Григорий.- С отцов сорвали всю одежду и бросили на землю.
  - Привязать,- выкрикнул он. Один из парней сбегал к машинам принёс гибкий тонкий шнур.
  
  Преодолевая сопротивление, и нанося при этом отдельные удары по голым телам, их, в конце концов, крепко привязали к столбам, куда прежде привязывали быков.
  Ошарашенные, пока еще не совсем понимающие, что происходит, один жирный с отвисшим брюхом, второй Федор, тощий с посиневшей кожей, что-то мычали и размахивали руками.
  Григорий вышел на середину, встал перед ними и, подняв руку вверх, произнес.
  
  - От имени нашего спасителя, и по поручению церкви, спрашиваю вас, вам понятно, за, что вам достается?
  - Не - не - нет,- выдавили из себя оба.
  - Непонятно? А садамией заниматься, а детей малых развращать, непонятно?
  - Это неправда, наговор, нет доказательств,- выкрикнул отец Кирилл.
  
  За десять прошедших дней Григорий Семенов провел большую работу. Помогала Аграфия. Он вручил ей несколько миниатюрных видеокамер. Она установила их в доме у Кирилла и в бане, в которой они осуществляли свои оргии. Ему повезло, сеансы состоялись. У него в руках были неопровержимые доказательства их садомисткой деятельности. Это были кадры и их совокупления, и принуждения отцом Кириллом, десятилетнего мальчика, которого привел Федор, к оральному с ним сексу.
  Помимо этого, у него в руках, было как минимум три свидетеля, которые согласились дать, если это потребуется, показания в суде.
  
  - Неправда, оговор, ну-ка Крестоносец,- Григорий обратился к одному из детин,
  -по десять хлыстов каждому.
  
  Батюшки визжали и плакали. Плети врезались в кожу, оставляя кровавые следы. Было очень больно.
  
  -Бог терпел и нам велел, - приговаривал Григорий.
  - Ну как, память не прояснилась? Тогда я вам напомню все, как это было.
  
  Григорий вынул из папки бумагу и стал читать. В его повествовании были перечислены фамилии и имена детей подвергшихся педофилии, фамилии диаконов, чтецов, пономарей, с которыми они имели связи.
  Привязанные слушали, молча, понурив головы. Однако в конце отец Кирилл еще раз выкрикнул.
  
  - Это неправда, это оговор!
  - Крестоносец, добавь ка еще раз,- приказал Григорий.
  
  Уже клочья окровавленной кожи свисали в отдельных местах, первым сдался отец Федор.
  
  - Прекратите, признаюсь,- выкрикнул он.
  - Это еще не все,- сказал Григорий,- теперь смотрите сюда,- он достал ноутбук и продемонстрировал батюшкам все эти сцены, которые ему удалось записать на видео.
  - Мне требуется, чтобы вы подписали признательные показания, пока вы этого не сделаете, я буду продолжать вас истязать, вам будет очень, очень больно.
  
  Семенов был профессионал, редко кому удавалось выдержать то, что умел проделывать с людьми. Естественно через некоторое время оба подписали признательные показания, их одели и повезли на свидание с митрополитом.
  После того, как по приезду, Григорий принес ему их признательные показания, он вышел к ним во двор.
  Разговор состоялся коротким. Он предложил им три варианта. Первый сесть тюрьму на 10 лет за педофилию. Второй уехать совсем из России, и третий по их собственному прошению уйти в дальний монастырь, настоятелю которого он их порекомендует. Макендов был крайне не заинтересован в том, чтобы дело продолжалось по первому варианту. Ему не нужна была огласка и позор на всю Россию. Однако их подписи на признательных показаниях, которые теперь были у него на руках, давали ему возможность управлять этими людьми, так как ему заблагорассудится. Они выбрали монастырь. После прошествия пяти дней, которые он им предоставил на переезд, из монастыря, от настоятеля, пришло сообщение, провинившиеся священники прибыли и устроены на месте. Дело было закрыто, митрополит успокоился.
  
  
   Дверь маленького кабинета Людмилы приоткрылась, в проеме стоял священник, она сразу его узнала, это был тот самый, который тогда с ней разговаривал на кладбище у могилы Андрея.
  
  - Кланяюсь вам сестра Людмила Федоровна,- произнес он,- я принес вам на согласование материалы для предоставления нашей церкви некоторых льгот, которые помогут нам встать на ноги.
  - Меня зовут отец Никодим,- продолжил он.
  - Да, проходите, я об этом знаю, мне поручил Сергей Васильевич.
  - Так как мы с вами будем обсуждать не церковные дела, а светские, разрешите я к вам буду обращаться по вашему мирскому имени, Петр Петрович,- она заранее выяснила его имя отчество, зная, кто к ней придет.
  - Поэтому Петр Петрович, сестра, отец, давайте оставим там за дверью. Кстати мы с вами уже однажды встречались. Это было у могилы моего мужа вы тогда, подходили ко мне.
  - Да, вспоминаю,- ответил отец Никодим,- вы при той встрече высказали сомнения по поводу веры в бога, и напрасно.
  - Я думаю, здесь не то место где следовало бы обсуждать эти вопросы,- ответила Людмила,- давайте посмотрим ваши документы.
  
  Петр Петрович, раскрыл свою папку, вынул несколько распечатанных страниц и положил их на стол перед Людмилой. Она стала внимательно читать.
  
  - Послушайте,- сказала она, просмотрев бумаги,- речь шла только о сигаретах, а здесь дорогие выдержанные вина, коньяки и виски, да еще фармацевтика по дефицитным лекарствам. Не кажется ли вам, что для церкви, как-то не совсем пристойно торговать такими товарами?
  - Людмила Федоровна, церковь и вера наша православная, это та основа, на которой держится все наше государство. Ее нужно поддерживать, это такая мелочь, постарайтесь нам помочь.
  - Хорошо, сказала она,- оставьте ваши документы, я всё проработаю, подготовлю постановление правительства. Когда постановление будет подписано, я вам позвоню, оставьте, пожалуйста, ваш телефон.
  
  Про себя она подумала, эти церковники также не могут остаться в стороне, они, как и остальные чиновники, рвутся, чтобы отрезать свой кусок, от этого большого государственного пирога.
  
  
  
  
  
  "Людмила" - VIP салон красоты
  
   Деятельность, направленная на перекачивание средств от государства в карман шефа Людмилы, активно продолжалась. Она, была мотором, способствовала этому, глубоко внедрилась в осуществление всех операций, придумывала разные комбинации. С одной стороны это удовлетворяло ее, так как соответствовало тем намерениям, с которыми она пришла на эту работу. С другой ей самой хотелось быть иной, не зависеть от кого - то быть самостоятельной. Дымов хотел чем - то её отблагодарить. Стремился перечислять ей часть, или какую-то долю от тех доходов, которые она привлекала. Но, она всегда отвергала эти предложения. Мысли о том, что ей необходимо организовать собственный законный бизнес, в котором прибыль была бы белой и достаточной для собственной независимости, не покидали её. Продолжая работать у Дымова, выполняя ту работу, которой она занималась она, порой начинала задумываться, а что же я делаю, ведь я полностью погрязла в делах, связанных с высшего класса коррупцией, ну и что, я и пошла для этих целей. Когда она отвлекалась от этих мыслей, делала всё с азартом, каждый раз придумывая новые и новые способы завладеть как можно большими государственными средствами и передавать их во владение своему шефу. Однако иногда ей очень хотелось сотворить, что-то другое, хорошее, дело, которое приносило бы пользу людям, и было бы организовано творчески, на современном уровне. Что это такое, она не знала, но, в мыслях, старалась перебирать разные области деятельности, они должны были быть ей под силу, и с ними необходимо справиться. Она была гуманитарием, и различные производственные бизнесы, это было не её. Тогда, что? Репетиторство, воспитание детей, курсы иностранных языков, ресторан или ночное кафе? Нет, все это было не то, хотелось чего-то другого. Красота? А почему бы и нет? Помогать женщинам, быть красивыми разве это не благородно? В конце концов, она утвердилась, и решила, мне необходимо создать салон красоты. С тех пор, эта мысль не покидала, и прежде всего, в своем воображении, она начала воссоздавать это дело. Внимательно осмотревшись вокруг, изучив те услуги, которые представлялись в этой сфере, решила, я должна все сделать по-другому на новой основе. Это должен быть, прежде всего, такой сервис, который доставляет людям удовольствие, как по их качеству, так и по высокому уровню обслуживания. В этом, она как женщина, кое в чём разбиралась. Опыт, приобретенный за период работы в администрации, позволял ей надеяться на то, что она вполне сможет справиться с организационными вопросами.
  
   Людмила увлеклась, и наметила для себя оперативный план действий. В нем были следующие разделы. Первое, средства для стартапа, второе, место в центре города, третье сам предмет предоставления услуг по красоте, четвертое подбор и обучение квалифицированного персонала. Определившись, она начала активно предварять его в жизнь. На одной из центральных улиц случайно обнаружила очень приличное одноэтажное здание, оно прежде использовалось, как какая-то ремонтная мастерская, или учреждение по обслуживанию населения. Это здание принадлежало районной администрации, и фактически никем не было занято. Обрадовавшись, пришла к Дымову, поделилась с ним своими идеями, и попросила содействовать ей в их осуществлении. Для выполнения намерений ей требовалось оформить его в аренду лет на 25, и помочь получить в местном банке кредит, под небольшой процент, для инвестирования в создание этого дела.
  
  - Сергей Васильевич,- обратилась она,- ты давно намереваешься увеличить мои доходы, предоставить какую-то долю от твоих поступлений, так ведь?
  - Ну, наконец-то, ты умница Люда, правильно понимаешь.
  
  С некоторых пор, как мы уже отмечали, они в общении между собой перешли наты.
  
  - Да, я решила, но это будет по-другому, ты поможешь мне организовать мое собственное дело. Я долго думала, чем заняться и решила, у нас в городе нет современных высококлассных услуг красоты, а потребность в них большая. И главное, появилась очень много, довольно обеспеченных женщин, которые с удовольствием будут тратить свои, или мужнины деньги, для того чтобы быть красивыми. А я в этом им помогу, и сама немного заработаю.
  - Интересно, и, что же я должен сделать?
  - Для этих целей необходимо хорошее помещение, я такое нашла.- Она рассказала ему про него и показала сделанные фотографии.
  - Мне нужно передать его в аренду по балансовой стоимости БТИ. Думаю, это в твоих силах. И это уже будет колоссальная услуга, которую любому человеку, просто так с улицы, предоставить невозможно.
  - Нет проблем, я это организую для тебя, и буду очень рад.
  - Второе, мне нужен кредит на 3 года в размере 12 с половиной миллионов рублей. Из них три с половиной миллиона у меня уйдет на приобретение оборудования и ремонт помещения.
  - Люда, какой кредит, что за глупости, мы и так найдем возможность покрыть такую сумму,- Дымов удивленно посмотрел на нее, он действительно не понимал для чего ей брать в долг.
  - Ремонт мы сможем выполнить за счет городского бюджета, я договорюсь.
  - Сергей Васильевич, зачем ты сравниваешь меня с собой. Я простой рядовой работник, я не птица твоего полета, поэтому у меня должно быть все, чин чинарем. Я уже все продумала. Это будет предприятие красоты, включающее в себя: общий зал ресепшен, парикмахерскую на четыре места, кабинеты маникюра - педикюра, процедурные для косметологии, массажисты. Дополнительно административные помещения: для директора, отдыха персонала, склада, прачечной. Работающих примерно двадцать: шесть, семь парикмахеров, три специалиста по маникюру, массажисты, косметологи, администраторы, уборщицы, бухгалтер, заведующий. Три месяца после открытия я буду работать без прибыли, затем рассчитываю получать ежемесячно 350 тысяч, которые и пойдут на покрытие займа.
  - Ишь ты, как все разложила по полочкам, молодец. Но я еще раз повторяю, для чего тебе кредит, его ведь надо отдавать.
  - Сергей Васильевич, я отдам, не волнуйся. Мне иначе нельзя. Думаю, что все равно вокруг будут ходить слухи, Дымов сделал для своей помощницы, в переводе на язык сплетен, любовницы этот подарок. Но я постараюсь разбить эти слухи.- Она была возбуждена, идеей организовать это, и в ожидании того, что скажет Дымов, смотрела на него.
   - Переговори с банком, это незначительный заем.
  - Хорошо, я постараюсь Люда.
  Он все выслушал и начал помогать.
  
  Помещение оформили в аренду, местный банкир на имя небольшой фирмы, которую она зарегистрировала, предоставил кредит сроком на 5 лет. Все раскладывалось как бы лучшим образом. Это воодушевило Людмилу и она начала действовать, продвигая свой замысел.
  Как в любом предприятии, прежде всего, требовались люди, правильно воспринимающие идею, и не испорченные тем уровнем услуг, которые предоставлялись повсеместно. Надо находить новых молодых, их заново обучать. Она нашла отличную женщину Наталью Васильевну, врача косметолога с высшим образованием, которая работала не по своей профессии. Она предложила ей стать директором этого салона на условиях владения 25 процентами доли этого предприятия.
  
  - Я хотела бы, - излагала она ей свои мысли, после того как та согласилась,- чтобы вы, свою деятельность разделили на три этапа. В - первых, необходимо найти самый престижный салон в Москве, там вам следует пройти стажировку, если за это потребуется много заплатить, мы оплатим. Второй и третий этапы мы объединим вместе. Вы будете параллельно участвовать в реконструкции, заказах и укомплектовании оборудованием, вместе с дизайнерами организацией шикарной и уютной обстановки и наконец самое главное, подбором совершенно свежих молодых девушек, а может и парней, которых мы отправим на учебу.
  
  Наталья Васильевна согласилась. Теперь, появился освобождённый человек, Людмиле стало значительно легче решать все проблемы. Когда занималась резиденцией Дымова, тогда познакомилась с дизайнером Сергеем из Москвы. У них сложилось хорошее отношения.
  Она позвонила Сергею и уговорила его, несмотря на его огромную занятость, выполнить для нее проект "ультра-си" престижного оформления её будущего предприятия.
  
  -Хорошо, - сказал Сергей,- присылайте планы, я организую вам этот проект.
  
  Это уже была победа, что само собой означало, теперь, у салона будет уровень самой высокой пробы.
  Между тем Наташа - директор косметолог, уже проходила стажировку в одном из павильонов красоты в Москве на Старом Арбате. Она, оказалась женщиной предприимчивой и во время стажировки нашла способ уговорить одного из известнейших в Москве парикмахеров, он работал здесь, приехать к ним в Среднегорск на две недели, после открытия, и провести мастер - классы.
  
  Сергей, завершил и прислал проект оформления. Людмила, уже вместе с вернувшейся после стажировки Наташей, с восторгом рассматривали эти планы и красочные эскизы.
  Прежде всего, главный фасад с входом, был обрамлен флэш - витриной с изображениями невиданных красавиц с шикарными вьющимися волосами, в нее встраивались яркая неоновая реклама.
  Главная приемная комната, в которой располагался ресепшен, была оборудована мягкой кожаной мебелью, мини баром, зеркальными стенами, и огромным телевизионным экраном за небольшим эстрадным помостом. Парикмахерский зал, представлял собой одну широкую комнату с огромным до потолка зеркалом, объединяющим все три рабочих места. Другие комнаты и кабинеты были также оформлены в современном изысканном стиле. Теперь предстояло, всё это претворить в жизнь. И осуществить, позволял тот опыт, который имелся по оснащению резиденции Дымова. Она не выдержала и решила похвастаться ему.
  
  - Отлично,- сказал он,- да я и не сомневался, после того, что ты сотворила для резиденции.
  - Хочу попросить, мне нужно, чтобы эту работу, выполнил тот же прораб, которой работает там, помоги.
  - Без проблем так и будет,- ответил Дымов.
  
  Наступил следующий и самый важный этап - формирования кадров. Как и говорили, его следовало осуществить в период проведения строительных и отделочных работ.
  
  - Людмила Федоровна я нашла очень хорошую школу, где можно подготовить наши кадры,- сообщила Наташа при очередной встрече.
  -Это школа парикмахерского искусства декоративной косметики и эстетики "Унона"в Санкт Петербурге она производит подготовку мастеров индустрии красоты VIP-класса.
  - Отлично Наташа, договаривайтесь, давайте направим для обучения сначала четыре кандидата, а затем еще четыре. В местной газете объявим конкурс на набор таких девушек, желательно чтобы хотя бы половина из них владела английским языком. Думаю, что из иностранного корпуса, который есть в нашем городе, у нас также в будущем будут клиенты.
  
  После объявления в газете, желающих работать в будущем заведении оказалось значительно больше, чем этого требовалось. Наталья Васильевна на начальном этапе выбрала 10 девушек. Из них вместе отобрали восемь, и как договаривались, группу из четырех отправили учиться. Девушки были молодые красивые, с гладкой и нежной кожей, высокие, стройные. Почти все окончили 10 летку и сравнительно неплохо говорили на английском.
  Постепенно заканчивалась отделка. И вот, наконец, из Москвы отправлены два контейнера с отделочными материалами, мебелью, оборудованием. Продумывая концепцию будущей работы, Людмила понимала следующее: не так важно какими препаратами и по методикам каких приемов будут работать косметологи и парикмахеры в её салоне, а самое главное иметь первоклассную обстановку и персонал, оказывающий исключительное внимание своим клиентам.
  А, для того чтобы это осуществить, требовалось еще одно дополнительное обучение девушек. Смысл этого обучения состоял в том, что нужно уметь себя вести так, чтобы твой клиент был в восторге, чтобы ему или ей было приятно с тобой разговаривать на любые темы, чтобы возникало взаимное доверие и даже любовь. Для такого обучения нужен был психолог, либо другой какой-то специалист, и это теперь занимало мысли Людмилы. И такой случай состоялся. Совсем недавно при встрече администрации с работниками искусства области, она познакомилась с режиссером местного драматического театра, Евгением Лавровым. Это был мужчина лет сорока, с длинными, спадающими сзади волосами, широким волевым лбом, карими, почему ты всегда смеющимися, глазами. Он оставил ей свою визитку и приглашал на представления в театр.
  - Вот кто мне нужен.- Позвонила ему, он сообщил, что билет на его имя будет оставлен для неё у администратора театра.
  
  В театре шел спектакль итальянского драматурга Марка Камолетти "Все как у Людей". Она взяла у администратора положенный для неё билет и пришла на спектакль. Театр был небольшой, посещать этот местный центр культуры, прежде как-то не приходилось. Лавров зарезервировал для неё билет в первом ряду, это позволило очень внимательно смотреть на игру артистов, и воспринимать то, что происходило на сцене. Пьеска была примитивной, но публика хохотала, видно эти простые и незамысловатые события, связанные с изменой и обманом супругов, были всем очень близки и затрагивали за живое. Артисты играли неплохо, как и в других театрах, громко кричали, охали и ахали, особенно ей понравилось игра артиста исполнившего роль любовника главной героини, когда он, ожидая разоблачения, протягивал перед собой руки и громко произносил,- нет, нет, не надо, не надо!
  К концу первого акта Людмила почувствовала, что все, дальше уже все понятно и не интересно и решила уйти. Тем более, она обратила внимание, на то, что ее присутствие в зале, в одиночестве, без сопровождения мужчины, обращало на себя внимание, и многие местные театралы, очевидно узнавшие её, выражали недоумение. Она так и сделала.
  Режиссер, в день спектакля, сообщил ей, что в это время его в театре не будет, он извинился, и очень просил, позже, позвонить ему и поделиться своими впечатлениями. Говорил он это искренне, или просто для приличия, она не знала, но, тем не менее, решила позвонить. К нему, у неё были свои особые планы.
  
  - Евгений Степанович, здравствуйте это Людмила Васильева, хочу поблагодарить за очень хороший билет на ваш спектакль, я с удовольствием посмотрела первый акт, артисты играли очень хорошо, чувствовалось серьезная режиссерская рука.
   - Почему же только первый акт,- удивлённо спросил Лавров.
   - Вы меня, конечно, извините, может быть, в этом есть некоторая неуважение к вашей профессии, но пьеска мне показалось очень примитивной, все дальше уже ясно, чем закончится, поэтому я и ушла. Правда не скрою, публика вела себя оживленно, и громко хохотала.
   - Вы Людмила Федоровна, задеваете мое самолюбие, может, обсудим эту тему не по телефону,- сказал он. Она не возражала, встреча была нужна.
   - Завтра, после пяти вечера я в театре, если вы свободны, пожалуйста, приходите, все подробно обсудим,- предложил он.
   - Спасибо, приду обязательно.
  
   Лавров был человеком волевым, не зря через несколько лет после окончания театрального института и работы артистом в нескольких театрах, он перешел на режиссерскую работу. Ему нравилась эта профессия. Здесь он чувствовал себя, как бы над людьми, управляя артистами, и своей волей заставляя их, исполнять роли так, как он считал нужным. Он хорошо знал их слабости. В основной массе это были люди ленивые, они очень не любили заучивать длинные фразы, осмысливать их содержание, связывать начало с концом, правильно выражать требуемые эмоции. Он знал, что среди групп театрального училища из 20 человек, впоследствии, только 2-3 работали по профессии. И поэтому по - отцовски, разрешая некоторые слабости, относился к этим людям. Но, другого материала не было, и он работал с тем, что у него есть. Его уважали, и боялись, особенно женщины. Из артисток он мог плести любые канаты. Он кричал, унижал, но они млели и готовы были на все, ради него, и каждая мечтала попасть к нему в постель. Но, не всем это доставалось, а только избранным. Он же, никогда не пропускал новую, свежую артистку, из тех, которые появлялась в его труппе. Он и мыслить не мог о том, что какая-то, может ему отказать.
  Людмилу он принимал в небольшой режиссерской комнате, служившей одновременно и кабинетом и артистической уборной. Она, как любая женщина, идущая на встречу с мужчиной, от которого ей что-то необходимо, постаралась привести себя порядок, и быть неотразимой.
  
   - Я очень рад приветствовать вас Людмила в нашем небольшом театральном мире, здравствуйте, присаживайтесь,- он усадил её в кресло, и продолжал.
   - Вы знаете, я согласен с вашим замечанием по поводу легкости этой пьесы, ну поймите и нас правильно, нам нужен аншлаг, полное заполнение мест, и поэтому мы стараемся ставить такие спектакли, которые сегодня востребованы публикой, а вы сами убедились, зрителям, это очень нравилось.
   - Да, да,- отвечала она,- но я видно не из той, общей массы зрителей.
  
   Дальше разговор зашел о разном, о том, кто и откуда появился в этом городе. О том, что она из Москвы, и он тоже учился в Москве и очень любит столицу. О постановке классики, которая, как он считал, сейчас не очень востребована, и на другие темы. Наконец она выбрала момент, и перешла к вопросу, который её интересовал.
  Однако, Лавров плохо слушал, в первый раз тогда когда они встретились на официальной встрече, он не обратил на неё особого внимания. Но, теперь, мгновенно, как только она появилась на пороге его кабинета, был ошарашен. Что-то невероятное накатило. Такого он давно не ощущал. Перед ним была настоящая королева, умная молодая, очень красивая и одновременно неприступная. Всё, всё, что ты только попросишь, сделаю для тебя. Неважно, что это какая-то несуразица. Мелочная и совершенно для него неинтересная просьба. Обучать поведению каких-то парикмахеров, косметологов. Да не важно, лишь бы ты была удовлетворена. Все для тебя.
  Он ощутил страстную потребность завладения этой королевой. Как искра проскочили мысли,- Она обязательно должна стать моей.
  
   При встрече они договорились, что Лавров, для молодых девушек из её салона, в ближайшие несколько недель, проведет курсы обучения театральному искусству. Узнав о том, что с ними будет заниматься режиссер драматического театра, девушки были невероятно возбужденны. Ну, кто в возрасте 20-и, 25 лет не мечтает стать артисткой. На первых занятиях, они врезались в него всем своим существом, повторяя за ним те эмоциональные штампы, в общении с клиентами, которым он их начал обучать. Это были выражение лица и интонации в очень простых фразах, таких как,- здравствуйте Анна Ивановна, как вы себя чувствуете, удобно ли вам сидеть, и так далее. Он обучал их испытывать подлинные переживания, они должны автоматически научиться вызывать их.
  
   - На самом деле вы не будете испытывать эти чувства, но должны проявлять внешний рисунок этих переживаний,- рассказывал он.
  
  Тренировки проходили успешно, девушки хорошо входили в предназначенную для них роль. Он неожиданно для себя тоже стал получать удовлетворение от занятий. Перед ним был очень мягкий, податливый материал, который быстро обрабатывался.
  
   - Не взять ли, кого-нибудь из них, к себе в театр на сцену? - как-то подумал он.
  
  Но, каждый раз, когда проходили занятия он с нетерпением ждал, и думал о том, придет ли она. И если она приходила, он был наверху блаженства.
  В этот раз Людмила пришла в новом платье, с чуть измененной прической, выглядела свежо и прекрасно. Ей так же было интересно на занятиях, и она с увлечением наблюдала за Лавровым и каждый раз все больше и больше восхищалась его способностями. Он, выбирал различные жизненные примеры, показывая, как следует себя вести в тех либо других обстоятельствах. Неожиданно для всех, рассказал о десяти приемах стриптизерш, которые они применяют во время своего представления. Стриптизерши - отличные продавцы. Они заставляют мужчин отдавать им все свои деньги. Один из приемов, который применяет стриптизерша, флирт с мужчиной. Она делает всё, чтобы возбудить его за бесплатно. Бывает так, что она может сесть к нему на колени или обонять. Её задача раскрутить его. Он пока ничего не получает, ему просто демонстрируют как его будут обслуживать. Он, поддавшись этому воздействию, в конце концов, заказывает услугу. Стриптизерша уверена, она продаст хороший товар. Он идеален. Если она поправиться на десять килограмм или не будет мыться несколько дней, то от нее отвернуться. Она непрерывно обучается выбирать клиентов. Тратить свое драгоценное время на парня, готового положить ей в трусики всего лишь один доллар за танец, ее не устраивает. Она знает, к кому именно, в этой компании, подойти.
  Девушки внимательно слушали, он объяснял, для чего приводит такой пример. Прежде всего, вы должны идеально выглядеть, ваш внешний вид ухоженность за собой, сами по себе уже будут представлять образец, какой бы хотелось быть вашей клиентке. Вы обязаны уметь заранее предложить ей разные способы оформления её внешнего вида, рассказать, что ей подойдет лучше и, как сделать ее более красивой. Если вы чувствуете, что она поддается, предлагайте все более и более дорогие услуги. Поступайте так же, как это делают стриптизерши.
  В этот день во время занятий, Лавров думал о том, что не может дальше тянуть, ему следует немедленно завладеть этой, так возбудившей его женщиной, ему необходимо завлечь ее в свои сети. И после окончания, когда девушки уже разошлись, он предложил вместе поужинать.
  
   - Людмила, хочу пригласить вас сегодня поужинать, за городом недавно открылся очень хороший ресторан, там не бывает много посетителей, он уютный и скромный, а главное там восхитительно готовят.
  
  Она согласилась. Ей, было, приятно встретится с этим необычным мужчиной, от него исходили невидимые, очень притягивающие флюиды. Он красиво излагал мысли, был возбужденным и привлекательным. Поехали на одной, его машине. Евгений был прекрасным водителем, они быстро доехали, по пути он рассказал ей несколько занимательных историй из своей театральной жизни. Ресторан располагался в двухэтажном здании, чуть поодаль от основного шоссе. По всей вероятности здесь были свои постоянные посетители, не каждому был открыт вход, но перед ними двери широко раскрыли. Сам хозяин, и швейцар у входа, учтиво кланялись.
  
   - Заходите, заходите, такие гости,- приветствовал хозяин.
   - Водителя отгонщика пригласить?- спрасил он.
   - Да, конечно,- ответил Лавров, пожимая протянутую руку.
  
  По лестнице, поднялись на второй этаж, Лавров выбрал столик, в глубине, справа от эстрады. Оркестр исполнял какую-то тихую мелодию, зал освещался приятным розовым цветом, было уютно.
  
   - Людмила Федоровна, нет лучше просто Люда, разрешите я буду, так к вам обращаться, - она кивнула в знак согласия.
   - Мне очень приятно с вами, вы прекрасная неотразимая женщина, я непрерывно думаю о вас, теперь, уже каждый день, я просто не могу жить, если не увижу вас, я произношу тост за вас, за то, что судьба предоставила мне возможность быть с вами.
  
  Это было, чуть ли ни объяснение в любви, она слушала и не прерывала его, ей было хорошо, это как бальзам на душу. Между тем, он произносил новые и новые тосты, его взгляды прожигали, затем он рассказывал что-то смешное, и она хохотала, затем, когда оркестр исполнял танго, он пригласил ее на танец. Она чувствовала его крепкие руки, которые порой были жесткими и направляющими, а порой нежными и чувственными. Она клала руки на его плечи, и заглядывала прямо в глаза. Там в глубине она видела теплое притягивающее желание быть вместе, и поддавалась этому чувству, прижимаясь к нему. Она не обращала внимания на окружающих, ей было все равно, что могут подумать или сказать про неё, ей было хорошо с этим человеком. Ведь она была еще довольно молодой, у неё совершенно естественно, была потребность в мужчине, и вот он здесь, рядом, нежно прижимает к себе.
  Возвращаясь, они сидели рядом, на заднем сидении его машины. За рулем был водитель отгонщик из ресторана. Она назвала свой адрес. Петляя по улицам, машина подъехала и остановилась у ворот дома. Он держал ее за руку, смотрел в глаза и не хотел отпускать.
  
   - Послушайте Люда, мне недавно привезли великолепнейший кофе Ля Эсмеральда, он выращивается в горах на западе Панамы, в местечке Геша, считается лучшим кофе в мире, очень хочу тебя,- он впервые обратился к ней наты,- угостить. Она промолчала. Молчание знак согласия. Лавров назвал водителю адрес, они тронулись и уехали по этому адресу. Это была съемная квартира. Он в ней не жил и содержал её для таких случаев. Подъехав к месту, они вошли в дом и поднялись на третий этаж. Дальше все произошло мгновенно, они действовали на каком-то подсознании, бросились в объятия друг другу, он овладел ей, она отдалась. Они бурно провели всю ночь. Утром Евгений отвез её домой.
  
   Все работы по оснащению нового заведения красоты были завершены. Персонал полностью укомплектован. Косметологи и парикмахеры теперь уже были высшего класса, они были обучены технике своего дела и лучшим манерам поведения. В день открытия Людмила организовала презентацию. В торжестве участвовал модный эстрадный оркестр, гостей обслуживал ресторан "Золотая пальма", из Москвы приехал знаменитый парикмахер. Она постаралась пригласить всех видных начальников и влиятельных людей области вместе с женами. Центральный фасад зазывал своей неоновой рекламой, сверкающей красивыми латинскими буквами "Salon Lydmila" гости ходили с тарелками, наполненными вкусными закусками, бокалами шампанского, которые разносили модно одетые официанты. Она появилась вместе с режиссером Лавровым, он поддерживал её за локоть, был рядом, и они оба представляли единое целое. Она дарила всех обвораживающей улыбкой, была одета в вечернее голубое платье с открытыми плечами и обнаженной спиной. Сергей Васильевич впервые увидел ее с чужим мужчиной, явно близким к ней, это резануло по сердцу, он её ревновал. Его супруга, Алевтина Федоровна, напротив очень обрадовалась, потому, что, несмотря на прошлые объяснения Людмилы в её невинности по отношению к мужу, разные слухи и домыслы все же тревожили. И вот теперь, слава богу, помощница его мужа, эта женщина демонстрировала всем свою близость к режиссеру местного театра, это отбрасывало прочь всякие неприятные мысли.
  Надо сказать, что жены больших начальников не все были изящного телосложения, напротив, многие были довольно полными дамами, но они постарались, как могли, и надели на себя все лучшее, что было. И конечно, здесь было огромное обилие различных золотых украшений, перстней, колец, серёжек, ожерелий, иногда даже с подлинными, а не искусственными камнями. Они раскланивались друг с другом, были рады, так, как не часто, приходилось встречаться вместе.
  Наконец началось само действие. Первые слова взяла Людмила, и, через микрофон, поблагодарила всех, за то, что пришли на эту презентацию. Затем она рассказала, что хочет чтобы дамы нашего города были все очень красивыми и ухоженными, что она приложила большие усилия, пошла на личные значительные затраты и представляет салон экстра класса укомплектованный настоящими мастерами. Она рассказала, что взяла большой кредит в местном банке, и по мере обслуживания клиентов, будет рассчитываться. Она также поблагодарила председателя банка за то, что он предоставил такую возможность.
  Многие из присутствующих не понимали, как это можно брать кредит, и собственные деньги вкладывать в какое-то развитие. Для них это было противоестественно. И одна из присутствующих жен начальников, которая стояла рядом с банкиршей, высказалась, что не может быть такого, что деньги ей, очевидно, дал вице-губернатор Дымов. Однако, жена банкира сообщила, что нет, что ее муж Юра, рассказывал ей о том, что она действительно оформила кредит. Первая, жеманно удивилась и подернула плечами.
  Для того, чтобы наглядно продемонстрировать то, что здесь будет происходить, на эстрадный помост выкатили красивое, сверкающий никелем и красной кожей кресло. Приглашенный из Москвы, парикмахер, на глазах у всей публики, начал обрабатывать тусклые увядающие волосы одной из дам, специально по этому случаю вызванной на сцену. Что это такое, возмущался парикмахер, он брал в руки пучок её волос, внимательно их рассматривал, затем выговаривал, что поступать с такими прелестными волосами так нельзя, и начал работать над её прической. В это время их отгородили переносной перегородкой от публики, заиграл эстрадный оркестр, продолжались выступления званых гостей.
  После некоторого перерыва, во время которого уже за приятными закусками, выпивкой шампанского, было, и забыли про мастер - класс, представляемый парикмахером, торжественно было объявлено внимание, и перед публикой предстала дама с новой прической и обработанными волосами. Все женщины ахнули, такого они не могли представить. Волосы дамы, при движении головы, рассыпались волнами, и переливались яркими красками как настоящий шелк. Она и сама была в восторге, когда рассматривала себя в большое зеркало.
  Презентация окончилась удачно. Теперь уже директор салона, косметолог Наталья, приглашала дам записываться на посещение нового салона и рассказывала о том комплексе услуг, которые здесь могут быть оказаны, помимо обработки волос.
  
   Когда-то это была окраина. Но со временем этот небольшой из одноэтажных домов поселок, оказался почти, в центре восточной части города. Здесь - то они и сняли небольшой одноэтажный дом, с участком, заросшим высокими деревьями и густым кустарником. Фактически это была только половина дома, вторая половина совершенно изолированная принадлежала хозяину. Но не внутренне, не по участку они не пересекались. Это было великолепное место для любовных встреч. Как правило, первой приезжала Людмила. Она припарковывала свою машину либо у внешней ограды, либо въезжала на территорию дома. Евгений появлялся позже, когда он входил, она либо ждала его у накрытого по этому случаю стола, либо нежила себя прямо в постели. Их встречи были бурными и страстными. Однажды она сказала.
  
   - Женя, мне безумно хорошо с тобой, я проживаю, лучшие моменты жизни, но учти, если вдруг ты изменишь, и я об этом узнаю, наши встречи прекратятся мгновенно.
  
   У него к ней была такая огромная страсть, что даже немыслимо было представить такой случай. Другие женщины совершенно теперь не интересовали, и если раньше он возбуждался при виде молодой свеженькой девочки, то в настоящее время он их просто не видел, они существовали, как какие-то неодушевлённые предметы, к которым было соответствующее отношение. Он крепко прижал ее к себе.
  
   - О чем ты, это исключено.
  
  Так продолжалось уже около полугода. Они были счастливы. О большем не могло быть и речи. У Лаврова была своя семья, правда от жены и взрослой дочери он жил отдельно, Людмила еще не разорвала со своим прошлым, и пускать в эту свою жизнь никого не хотела.
  
   Женский салон красоты "Людмила", стал известным и престижным заведением в области. Сюда стремились попасть все знатные дамы, жены высших чиновников, жены начальников полиции, прокуратуры, военных и других из областных элит. Салон пользовался успехом и у женщин занимавших высокие посты в иерархии власти. Сюда приезжали и другие дамы из торговли, а иногда даже криминальных кругов. И хотя цены на услуги были заоблачными, запись на прием производилось за две недели, а иногда и за месяц вперед. Главным результатом такого состояния, была принятая на вооружение стратегия: все внимание на высококлассное обслуживание и обходительное общение с клиентками. В ожидании процедур здесь угощали кофе и чаем с пирожными. На большом экране телевизора показывали кадры мировых конкурсов красоты, или пейзажи прекрасных курортов с красавицами в модных купальниках, или только с их обозначением. Каждую посетительницу обязательно называли по имени отчеству, спрашивали, как она себя чувствует, нет ли у нее каких-то претензий к салону и его работникам. В разных местах здесь можно было прочитать название самых известных мировых брендов, таких как Dior (Диор), Clarins (Кларанс), Chanel (Шанель), Givenchy (Живанши), Urban Decay и других. Однако Наталья директор салона прекрасно понимала, что баснословные цены этих препаратов, прежде всего, связаны не с их степенью и качеством воздействия на кожу, а количеством бесконечной дорогой рекламы. Поэтому она в практике применяла средства, может быть даже самые простейшие, которые на самом деле могли, например, увлажнить сухую кожу, или осушить жирную. Результаты были ощутимы, а у клиенток складывалось представление, что их обрабатывает только самыми дорогими мировыми брендами. На всех рабочих местах были вмонтировании видеокамеры, позволявшие директору следить за всеми процессами, происходящими в салоне.
   В один из дней, к косметологу Елене, в первый раз пришла на процедуру, женщина средних лет, её звали Вероника Степановна. Было ей лет за сорок. На ней был сверхмодный брючный костюм. Ноги обуты в туфли на высоких каблуках с платформой. Пальцы обеих рук, с приставными, покрытыми разного цвета лаком, ногтями, сверкали перстнями и кольцами. В её ушах были вдеты два больших золотых обруча. Она вошла в косметический кабинет, покачиваясь, небрежно бросила свою сумку, на массажный стол, и села развалившись в кресло.
   - Сними ка быстрей,- приказным тоном сказала она косметологу Лене, показывая на свои туфли в протянутых ногах. Елене прежде не приходилось этого делать, она сняла туфли и поставила их в уголок.
   - Ты там поаккуратней красавица, на эти туфли, двух твоих месячных зарплат не хватит.
  
  Выглядела она несколько вульгарно, но Елена, как это и было положено, вежливо обращаясь к ней по имени отчеству, стала предлагать различные процедуры и рассказывать, как они могут повлиять на её внешний вид.
  
   - Что ты мне всё Вероника Степановна да Вероника Степановна, я может чуть, чуть тебя постарше, так что обращайся ко мне Вероника. На самом деле она была намного старше Лены.
   - Ладно, - обратив внимание на недоуменный взгляд Елены, продолжила Вероника, - давай ты мне сделай мое личико, чтобы было, как пиздичеко, сама понимаешь.
  
  Лена удивленно посмотрела на эту женщину, прежде здесь такими словами и матом никто к ней не обращался. Но для Вероники разговор в таких выражениях был обычным делом. В её кругу только так и говорили.
  
   - Извините, Вероника Степановна, ой, Вероника, - исправилась Лена,- но я не понимаю, что вы хотите.
   - Не понимаешь, а я вот тебе частушку спою, тогда может, поймешь,- и она пропела,
   Я одела пальтецо,
   намазалась лаком.
   пусть посмотрят на лицо,
   а то ебут все раком.
  Вероника была очень довольна, как она, так образно, отмазала этой девчонке вертихвостке.
  
  Лицо Лены покрылось красными пятнами, ей было стыдно и неловко. Кабинет косметологов был отдельным обособленным помещением, и это видно способствовало тому, что клиентка позволяла себе так хамить. Лена не могла прийти в себя от удивления и возмущения, слезы наворачивались на глаза. Она с изумлением смотрела на клиентку.
  Вероника же пришла сюда просто так, от нечего делать, она услышала об этом сверхмодном салоне, и решила, что как же так, она еще не посетила это заведение. Она подъехала к салону на своем лексусе, и несколько раз припарковалась в разных местах, для того чтобы на нее обратили внимание.
  Лена все еще находилась в каком-то замешательстве. Вероника посмотрела не неё.
  
   - Слушай дева у тебя целковидный пиздобраз! Давай обрабатывай, как умеешь.
  
  Лена старалась, она сделала ей массаж лица, затем нанесла специальный состав, наложила фиксирующую маску. Но не тут-то было, женщина начала скандалить, ей что-то не нравилось, затем она стала кричать, что ей Лена испачкала брючный костюм. Потом протянула свои ноги и потребовала одеть туфли. На этот шум стали обращать внимание, в комнату зашел охранник Лёша.
  
   -А, это, кто Важный, как хуй бумажный,- спросила клиентка, показывая на охранника.
  
   - Послушайте женщина, ведите себя прилично,- обратился к ней Алексей.
   -Слышь, ты улитка... петляй в сторону леса.
  
  Елена, еле-еле, через силу, закончила всю процедуру, выписала счет и попросила клиентку рассчитаться.
  
   - Ничего себе, да ты, что слышь, хуепучело невманденное, ты не охуела ли?- но все-таки вынула из сумочки деньги и бросила их на столик. Встала и пошла к выходу.
  
  Это уже было сверх всякой наглости, Лене захотелось закричать, бросить в эту хулиганку чем-то тяжелым, но воспитанная в строгих правилах обращения с клиентами, она только заплакала навсхлип, обхватив голову руками.
  На ресепшене дежурный администратор попросила Веронику зайти к директору,
  
   - Вы у нас тысячная клиентка и вам причитается выигрыш,- сказала она. Женщина зашла в указанный ей кабинет.
   - Здравствуйте Вероника Степановна, поздравляю вас, ваш выигрыш сегодня, мы вас обслужили бесплатно, распишитесь, пожалуйста, вот здесь, и Наталья директор салона протянула скандалистке квитанцию, где было написано "возврат" и чуть ниже "Претензий к салону не имею", и подала ей конверт с суммой денег, оплаченной ей же.
  
  Она все, что происходило в косметическом кабинете, слышала и видела на своем мониторе. Вероника расписалась в квитанции, обрадовано, заулыбалась и быстро сунула конверт в сумку. Лишние десять штук, на вискарь пригодятся.
  
   - Это все, я могу идти,- спросила она.
   - Да, да, до свидания, и впредь имейте в виду, больше чтобы вашей ноги здесь не было, мы вносим вас в специальной список, научитесь прилично себя вести.
   -Вы это, что,- она было опять, захотела выругаться матом, но видно не решилась,- да, вы знаете, кто я такая, мне достаточно одного слова и всю эту вашу богадельню разбомбят.
  В среде её знакомых, с которыми она встречалась, все только и ждали, когда она чего ни будь такое, произнесет матом. И надо сказать, что это были мужчины и женщины со многими звездами и должностями. Ее просили,- ну давай Лариса покруче, заверни. И она закручивала. В этом она была непревзойденным мастером, и могла двух, трех, и даже пятикратным. Она знала все матерные частушки, и прибаутки и всякие другие крутые высказывания. Ей всегда только аплодировали, а тут такое.
  
   - Идите, идите,
   - Помоги, пожалуйста, Алексей,- обратилась директор к охраннику, показывая на скандалистку, он только зашел в кабинет. Охранник взял ее за плечи и повел к выходу, она чем-то еще возмущалась.
  Оказалось, что это была жена одного из главных офицеров гаишников города. Она везде себя вела нагло. Но в данном случае, когда пожаловалась мужу, он узнал, кому принадлежал салон, сделал ей нагоняй и приказал заткнуться.
  
  
   Людмила, за рулем своей машины, ехала по хорошей трассе федерального значения, в соседний областной город. Туда её срочно послал Дымов, для согласования на месте, текста договора о сотрудничестве, который на следующей неделе должна была принять областная дума. Погода стояла теплая и сухая, что не каждый год приходилось на вторую половину августа. Мелькали дорожные знаки, проплывали ухоженные и заросшие поля, иногда небольшие деревеньки, лиственные и хвойные рощи. Сами собой возникали различные мысли, и она стала перебирать в памяти все события и дела, которые происходили в последнее время. Прежде всего, она осмысливала свое поведение и те страстные встречи, с Евгением режиссером драматического театра. Они были кульминацией всех эмоциональных переживаний последнего времени. Она всегда ждала, когда наступит этот день, к нему готовилась, и никогда не пропускала. А вот на этой неделе, из-за этой поездки, очевидно, придется пропустить. Накануне она позвонила ему, сообщила, что уезжает в соседнюю область, по всей вероятности задержится, но если удастся приехать раньше, позвонит. Евгений, пожелал ей хорошей дороги. Он просил быть осторожной, и сообщил, что в этом городе у него очень близкий приятель народный артист, он там может всё, только к нему обратиться. Она поблагодарила, и сказала, что обойдется, так как будет стремиться, побыстрее завершить дела. Людмила прекрасно понимала, что эти встречи, это не навсегда, это когда-то прекратится, уж больно разные они люди. В его артистической среде принято иметь десятки, а то и больше официальных и неофициальных браков и связей с женщинами, но она отгоняла эти мысли, и хотела еще, и еще, продлить это состояние. Да, это была любовь, настоящая, но очевидно кратковременная. Она не допускала мысли о том, что он ее бросит, нет, это сделаю я сама, я его предупреждала. Но пусть это продлится еще какое-то время, и она очень желала этого для себя.
  Дорога была длинная, до областного города всего 400 километров и она собиралась их проехать часов за шесть. Не пора ли мне кончать эти игры с Дымовым, продолжала она свои мысли. Ведь не объять необъятного. Она прикинула, резиденция, детский фонд, Агрохолдинг, все это уже прилично потянет, если положить на весы. Но, нет, я еще не готова к конечной цели, отъезду и устройству в заграничной школе маленького Георгия. Салон дает приличную прибыль, еще как минимум год придется рассчитываться с кредитом. И с мыслями о том, что да, еще пока следует продолжать, а может быть, если все будет нормально, и Дымов оплатит ее услуги и что-нибудь подбросит на ее отъезд, Людмила окунулась в дела, по которым она приехала в этот город. Она активно действовала, и в результате сократила время здешнего пребывания, и к установленному дню недели их встреч с Евгением, это был всегда четверг, возвращалась домой. К сожалению, её мобильник разрядился, зарядное устройство она забыла, и поэтому предупредить его о возвращении не пришлось.
   Быстро проехав обратный путь, а обратная дорога всегда, кажется короче, Людмила подъехала к поселку, где был расположен их съемный дом, припарковала машину у ограды, и через открытую калитку вошла на участок. Время было еще раннее, обычно они встречались в пять часов вечера, а было только три. Вещи свои она оставила в багажнике, так как хотела посмотреть, есть ли у них там, что-нибудь в холодильнике, или придется съездить в магазин. По лестнице она взошла на веранду. Через неё был вход в дом. Почему-то приоткрытое окно в их в спальню, привлекло внимание. Надо же, подумала она, неужели мы не закрыли его в прошлый раз. Она подошла, и вдруг до нее донесся женский голос. Не может быть, мне показалось. Но нет, голос прозвучал еще раз. Ах, - ой,- ах,- донеслось до её слуха.
   Она не выдержала, и подошла поближе, чтобы заглянуть в приоткрытое окно. То, что она увидела, как фотографический снимок, запечатлелось на всю жизнь. На коленях у мужчины, это был Евгений, к ней спиной, сидела, молодая, совсем голая женщина. Ее пышная попка, разделенная складкой на две половинки, была чуть смята от прикосновения к коленям мужчины, длинные, светлые, рыжеватые волосы, распущены и свисали ниже талии, выделяя розовые округлые бедра. Руки были приподняты и лежали на его плечах. Людмилу ослепило, как ударом молнии. Она сжалась, и тихо, тихо, как бы испугавшись того, что её будут подозревать в подглядывании, отвернулась и быстрыми шагами пошла прочь. Она спустилась вниз, и уже не обращая внимания на скрип открывающихся ворот, бросилась к своей машине. Руки не поддавались, она никак не могла вставить ключ зажигания. Наконец, он оказался на своем месте, но двигатель почему-то не заводился. Она еще, еще раз нажала на педаль акселератора, мотор взревел, она рванула с этого места и уехала навсегда.
  Евгений, это он был внутри, услышал какой-то скрип снаружи и звук взревевшего двигателя. Он встревожился, отстранил свою любовницу в сторону, она удивлённо вскрикнула, - что же вы?
  Не обращая на нее внимания, фактически голым, выскочил наружу. Затем подбежал к воротам, и посмотрел на отъезжающую машину. Это была машина Людмилы,- не может быть, она ведь должна была позвонить. Он схватился за голову и медленно вернулся в дом.
  
   - Что-нибудь случилось,- спросила девушка.
   - Да, одевайся и уходи, вот тебе деньги, возьмешь такси.- Она быстро оделась и ушла.
  
  Евгений присел на край кровати и не знал, что делать. То, что произошло, совершенно не входило в его планы и даже желания. Эта девчонка, новая артистка, сегодня пришла к нему и была так соблазнительна, что он не выдержал. Она появилась в коротеньких шортах, с длинными обнаженными ногами, села перед ним на стол, а затем к нему на колени и почти залезла в его штаны. Он схватил ее, вытащил на улицу, они поймали первое попавшееся такси и оказались здесь. Он знал, что тут безопасно, что Людмила в отъезде, и раз уж так произошло, он позволит себе эту маленькую шалость. Прежде он никогда не отказывал в таких случаях. Но произошло всё не так, почему она не позвонила. Идиот, ублюдок, он совершенно четко понял, что теперь все, он потерял ее навсегда.
   -Зачем тебе нужна была эта девка, придурок,- он вскочил и стал ходить по комнате туда-сюда.
   - Надо проверить, а может быть все - таки не она,- схватил мобильный и набрал номер, телефон не отвечал.
  
  Он подошел к шкафу, там, в баре стояла начатая бутылка виски 07 литра. Налил полный до края стакан и выпил залпом. Алкоголь не действовал, его совсем не забирало. Налил второй и выпил, затем еще и еще до конца. В голове замутилось, и он полностью отключился.
  
   Людмила ехала, совершенно не соображая куда. Почему-то проскочила дурацкая мысль, надо же, как в банальном анекдоте, муж в командировке, возвращается и находит любовника у жены. Это событие пронзило насквозь, её как будто бы расстреляли, и она теперь в могиле, не чувствует ни ног ни рук. Это должно было произойти, я ведь думала об этом, но, что это вот так, без всяких причин, она продолжала ехать, не соображая куда. Вдруг, она увидела перед собой, въезд на кладбище. Она припарковалась, выскочила и побежала к нему, вот куда ее тянуло. Добежав до могилы Андрея, она упала перед ней на колени, и, всхлипывая, низко кланяясь, стала просить у него прощения.
  
   - Родной, Андрей, прости меня, я изменила тебе, я не выдержала, я постараюсь, постараюсь этого больше не допустить, прости меня!
  
  После кладбища она приехала домой, сухая будто бы стерилизованная. Она старалась не подавать виду. Но Анжела, слава богу, она продолжала с ней жить, и была фактически второй матерью у ее сына, позволяла ей уезжать и даже не ночевать дома, обратила внимание на ее вид и спросила,
  
   - Что с вами Людмила Федоровна? Что-нибудь произошло нехорошее?
   - Да, так, мелочи по работе, пройдет,- отговорилась Людмила.
  
  Ближе к ночи она легла, и постаралась заснуть. Но сон не шёл. Она лежала в темноте и смотрела в потолок открытыми глазами. И только под утро забылась. Ей снился какой-то непонятный сон. Она находится в огромном пространстве, состоящем из нескольких высотных зданий, с широкими гранитными лестницами, поднимающимися вверх к этим зданиям. Она идет и пытается попасть в лифт. В этом лифте почему-то нет пола, и она стоит на какой-то маленькой жердочке, удерживаясь за стенки кабины. Она нажимает на кнопки пульта этажей, он, почему то болтается и не прикреплен намертво. Наконец ей удается нажать на кнопку верхнего этажа. Кабина с огромной скоростью поднимаются вверх, затем почему-то перемещается по горизонтали уже к другому высотному зданию. Там кабина останавливается и начинает падать вниз, раздается тревожный сигнал, она просыпается. Оказывается, это звонит мобильный телефон, который она успела вчера зарядить. Людмила смотрит, на табло звонок от Евгения.
  
   - Это вчера была ты?- раздается в трубке его голос.
   - Да,- отвечает Людмила.
   - Прости меня, я не хотел, так получилось,- он, чуть ли не плачет.
   - Нет, Женя, все закончено. Для меня самое страшное, что ты оказался предателем. Так вот, исподтишка ножом в спину. Ты даже не предатель, ты еще ниже, ты Шура Балаганов. Прощай, и не пытайся даже подходить ко мне.- Она отключила телефон.
  
  БАНК
   В Москве под председательством премьер-министра проходило совещание по развитию промышленности нефтегазового комплекса. Здесь в Белом доме, расположенным на набережной Москва реки, Дымов впервые познакомился с председателем промбанка Георгием Исаевым. В Среднегорской области намечался ввод в эксплуатацию, крупнейшего в России химического комбината, сырьем для которого, должен был стать природный газ, отбираемый из трубопровода, проходящего по её территории. Объемы производства и соответственно финансовые потоки, в том числе и валютной выручки, которые должны были проводиться, через счета этого предприятия, были огромными и превышали многие сотни миллионов долларов ежемесячно. В связи с этим Георгий Исаев, был очень заинтересован, чтобы эти деньги обслуживались его банком. Это и послужило основой для их деловой встречи. После окончания и обеда в ресторане Белого дома, они расположились в одном из вестибюлей, и Георгий Исаев, рассказал Дымову о намерении открыть в Среднегорске крупный филиал своего банка, для обслуживания счетов химкомбината, и очень просил подыскать подходящее крупное здание, которые возможно было бы приспособить как административное. Если такое вы нам предложите, это был бы наиболее предпочтительный вариант, чем строить новое, а, что касается средств, то мы не поскупимся. Дымов пообещал заняться этим вопросом, и в ближайшем будущем дать предложения. По возвращению, пригласил Людмилу попросил срочно подключиться, прекрасно понимая, что такие запросы не появляются каждый день, и надо предпринять любые усилия, что бы такое здание было найдено и предложено банкиру. Она подключилась, внимательно изучила генеральный план, затем лично проездила разные места, в конце, концов, остановилась на варианте. Ее внимание привлек большой шестиэтажный корпус бывшей швейной фабрики. Оно располагалось недалеко от центра, но несколько в глубине застроенных жилых кварталов, со своей отдельной огороженной площадкой и помимо главного производственного корпуса, здесь было еще несколько вспомогательных сооружений и отдельно расположенное заводоуправление. Вход был через приличную проходную с прозрачными стеклянными дверьми, и справа от них, широкими автоматическими, металлическими воротами. Людмила припарковалась рядом у проходной, прошла на территорию, осмотрелась. Её пропустили по удостоверению МВД, которые у нее имелось наряду с основным служебным, как она поняла, здесь офисные помещения арендовали различные коммерческие фирмы, но занимали незначительную его часть. Она новела справки в городских ведомствах по поводу этого комплекса. С материалами и своими впечатлениями, пришла на доклад к Дымову. Разложив на столе генплан этого места, и другие бумаги, изложила всё то, о чём она за это время узнала.
  
   - Ты знаешь, Сергей Васильевич, этот объект меня очень впечатлил, мне кажется это, как раз и есть то, что нам требуется.
  
   И дальше она раскрыла все подробности. Территория, огороженная постоянным забором более одного гектара; сам корпус имеет площадь 3560 квадратных метров; стены выполнены из хорошего красного кирпича еще довоенной постройки; этажи высокие, до 4 метров; имеется шахта для грузового лифта, которую вполне можно переоборудовать как пассажирский; площади помещений, на различных этажах, огромные, их вполне можно распланировать в любом виде, установив необходимые легкие перегородки, как это потребуется будущему хозяину. Принадлежит оно и весь комплекс акционерному обществу "Швейник", контрольным пакетом которого, владеет Ольга Сергеевна Демченко, бывший работник предприятия.
  
   - Дальнейшие подробности буду выяснять, если мы примем положительное решение по этому объекту.- Людмила в ожидании дальнейших указаний смотрела на шефа, но он пока молчал, и она продолжила выкладывать соображения.
   - Думаю, возможны следующие варианты решения вопроса. Первый, выступить посредником между владельцем и банком. Второй, выкупить его для города и затем продать. И наконец, третий, создать собственную риэлтерскую контору, естественно главным владельцем, которой будешь ты, выкупить этот комплекс по минимальной цене, используя твои рычаги влияния, переоборудовать и затем продать. По моим предварительным прикидкам стоимость квадратного метра такого административного корпуса, должна составить минимум две тысячи долларов. Вот и считай, это станет 70 миллионов долларов. Если хорошо постараться, то все твои затраты, включая приобретение, составит не более пяти. Так, что принимай решение.
  
   Она увлеклась, этот новый проект показался ей высшим классом коррупционной деятельности. Если я его завершу, то на этом, пожалуй, можно и закачивать. Всё вместе, с прежними делами, составит достаточную сумму, оправдывающую цель, которую я наметила. Это плата за Андрея.
   Дымов внимательно и даже заворожено смотрел на своего помощника, уже в который раз он убеждался, что эта великолепная женщина, а он испытывал, в последнее время к ней, какие-то особые чувства, делает, как всегда, для него самое разумное предложение, и он удовлетворенно подтвердил.
  
   - Принимаем, конечно, третий вариант, ты убеждена, что мы сможем этот комплекс за дешево купить?
   - Ну, это если постараемся, и ты включишь все свой связи.
   - Я, конечно, постараюсь, давай, действуй, какие следующие шаги?
   - Следующие шаги, как в любом сражении, это разведка. Мне следует выяснить все, какая балансовая стоимость, почему это женщина владеет всеми или значительной долей акций и другие подробности. Для этого, чтобы не привлекать внимания окружающих, придется нанимать частного детектива. Открываем счет затрат по проекту, тебе нужно приготовить наличными сумму в пределах того, о чем я говорила, а пока, это для начала, небольшой взнос в пределах тысяч ста.
   -Учти,- сказала она в завершение,- третий вариант проходит только в случае если у нашей дамы не все чисто, а если всё в ажуре, то придется серьезно поторговаться.
  
  Дымову всегда было неприятно тратить собственные деньги, вынимая их из кармана, он больше предпочитал обратное действие, но все-таки убедился в том, что когда об этом просила его помощник, следовало всегда так поступать, потому, что её предложения, во всех случаях, приносили достаточно высокий доход. Он подумал, улыбнулся, стукнул ладонью по столу и с некоторой торжественностью выпалил,
  
   - Начинай, действуй, деньги передам завтра.
  
   После встречи с Дымовым она приступила к исполнению намеченного плана. Прежде всего, как она правильно понимала, ей нужно было получить на руки реестр владельцев акций общества "Швейник". Только этот документ позволил бы ей разобраться, кто есть кто, как они приобретались, и за, что можно зацепиться, чтобы предприятие забрать свои руки. Однако, как сделать, и кого следует привлечь для работы, она естественно четко не представляла. И даже в среде сыщиков или бывших сыщиков, прежде работающих в системе МВД, найти таких специалистов оказалось сложным. Они плохо разбирались в таких вопросах, в основном работая с уголовным кодексом. Здесь требовались специалисты, занимающиеся акциями или на худой конец захватом чужих фирм, и выполняли работу не криминально, а на законных основаниях. Таков был ее основной принцип, никогда не нарушать закон.
  
   - Не знаю, где найти такого специалиста,- обратилась она к Дымову.
  
  При очередном свидании с отцами города, Дымов попросил судью Умникова порекомендовать ему кого-то из адвокатов, специализирующихся по собственности. Через некоторое время Умников предложил адвокатскую контору "Смирнов и К".
  И вот уже Людмила появилась у главы этой конторы Смирнова. Это мужчина средних лет с хитрыми бегающими глазами, лысым черепом, модно одетый, исключительно вежливый и внимательный, но никогда, не упускающий, ни в одном деле, свой интерес. Выслушав её просьбу, она представилась ему от имени ряда компаний и государства, Смирнов запросил за раскрытие полной истории приватизации и состава владельцев 700 тысяч рублей, и срок на работу 2 месяца.
  
   - У меня нет такого времени,- жестко ответила.- Один месяц, 500 тысяч, и никакой торговли.
  
   На этом договорились, Смирнов приступил к работе. Одновременно, она выясняет кто такая эта Демченко. Это оказалось не очень сложно. В архивах администрации она разыскивает справочник по организациям за 90 год. По справочнику знаёт, что она на тот момент занимала скромную должность начальника отдела кадров. Возникает вопрос, каким же образом она смогла стать владельцем этого предприятия? Далее выясняется, что директор Михайлов вскоре, после приватизации скончался. Его супруга Клавдия Петровна, также в возрасте, переехала жить в дачный поселок "Выселки" расположенный в 20 километрах от города. Там у них был большой двухэтажный кирпичный дом. Однако Клавдия Петровна также вскоре умирает, дом перешел в ведение её сестры Нины Петровны, которая проживает там, в настоящее время.
   Эти сведения она передает Смирнову. К ней под видом корреспондента центрального телевидения программы "Поиск" приезжает бывший следователь Писчиков, работающий теперь у Смирнова. Он представляется, показывает удостоверение входит в доверие к Нине Петровне. Расспрашивает её, не помнит ли она человека участника войны Приходько, который работал на фабрике мужа ее сестры. Нет, не помнит, я не имела никакого отношения к работе на этом производстве. А может быть сохранились какие-то документы? Она думает, затем направляется к строительному вагончику, на территории участка, там хранился какой-то хлам еще от нее сестры. Она приносит большой чемодан, раскрывает его и раскладывает перед Писчиковым. Он разбирает пачки разных бумаг, вырезок из газет и вдруг совершенно случайно обнаруживает, уже поблекший от времени, подлинник собрания акционеров АО Швейник. Он незаметно забирает его. Заканчивает осмотр чемодана, благодарит её, и сообщает, что ничего не нашел.
  При очередной встрече с Людмилой, Смирнов попросил ее привлечь хотя бы одного легального акционера АО "Швейник" от имени, которого можно дальше двигать дела. Он объяснил, что для того чтобы сравнить первоначальный перечень с тем, что удалось выяснить из полученного протокола, необходимо посмотреть действующий реестр. Право на это имеет только Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг (ФКЦБ России), где у него есть связи, но обратиться в эту комиссию можно только от имени какого-либо акционера миноритария.
  
   - Так, что, пожалуйста, теперь мяч на вашей стороне, я жду.
  
   Сложно, но она находит решение, одну акцию, стоимостью около сотой доли, для неё приобретают у слесаря фабрики, рассчитавшись за покупку, несколькими тысячами и пятилитровым набором из коньяков и водки. Эту акцию, теперь уже оформленную на имя фирмы "Надежный Риэлтор" и заявление о том, что нарушены права, она передает Смирнову.
  
   - Очень хорошо,- потирает руки Смирнов.
  
  Теперь, уже тот же самый бывший следователь Писчиков, выступая от имени ФКЦБ, официально проверяет владелицу контрольного пакета Демченко. Реестр акционеров - основной документ, подтверждающий права собственника. Поэтому она вела его самостоятельно, боялась с ним расстаться, никому не доверяя. Она была твердо убеждена, что при таком способе хранения он будет в большей безопасности, чем у другого держателя.
  Писчиков снимает копию реестра, в том числе в его руки пропадает и действующий протокол собрания, который оказывается, совершенно не соответствует тому первичному, ранее привезенному.
  Оба протокола значатся под одним номером и тем же самым числом. Подписи под протоколом передаются на экспертизу, и оказывается, что в действующем документе они поддельные. Она, очевидно воспользовавшись смертью директора, сама себя назначила владельцем фабрики. Это уже серьезный материал, с которым можно продолжать работать дальше, и решать свою задачу. Людмила докладывает Дымову и показывает бумаги.
  
   - Сергей Васильевич, реестр акционеров в наших руках, плюс сфальсифицированный протокол собрания. Мы располагаем неопровержимыми доказательствами явного мошенничества. Теперь требуется очень тонкий ход, который заставил бы эту даму, продать свои акции по назначенной нами цене.
  
  Необходим новый план, который определил бы их дальнейшие действия. Через некоторое время, вновь встретившись, они его намечают. В этом плане каждому из них обозначено место и порядок действий.
  В местном дворце культуры железнодорожников, по инициативе администрации области, проводится совещание с представителями малого бизнеса и владельцами различных помещений, которые в принципе можно было использовать для развития этого рода деятельности. Проводит его начальник управления промышленностью области. Он призывает владельцев:
   -предоставляйте начинающим предпринимателям помещения, с минимальной арендной платой.
  Это, как утверждал этот начальник, будет способствовать созданию дополнительных стартапов и развитию малого бизнеса. Хозяева таких производственных площадей, присутствующие здесь, были не очень в восторге от таких требований, но тем ни менее вынуждены были пойти навстречу администрации, от, которой, как они понимали, зависело очень многое. Ольга Сергеевна, как владелец крупного производственного объекта, также здесь присутствовала. Заполнение площадей её заводского корпуса было неполным и поэтому для неё сделать такой жест городу, было тактически очень важным. Она выступила, сделала свои предложения, которые выделили её из общего числа приглашенных, и были встречены одобрительно, как положительная инициатива. По завершению, Людмила, которая, конечно же, присутствовала здесь, так как инициатива проведения этого мероприятия исходила от Дымова, в соответствии с намеченным ими планом, подошла, и попросила ее задержаться. Отвела ее в отдельный кабинет, и там без посторонних, очень долго расспрашивала, интересовалась делами, очень положительно отнеслась к предложению, которое та сделала, обещала об этом, доложить руководству, и во всём помогать.
  
  - Вот вам мой телефон, Ольга Сергеевна,- сказала она,- если, что звоните, не стесняйтесь, мне было очень приятно познакомиться.
  
  Демченко со своей стороны, также была довольна, она увидела умную и привлекательную женщину из областной администрации, которая полностью расположила к себе.
  Людмила во время беседы, внимательно рассматривала новую знакомую, пытаясь определить такие черты у нее, которые позволят вести дальше намеченную игру. Она понимала, это непростая, хитрая женщина, раз она смогла воспользоваться ситуацией и оформить собственность фабрики на себя. Но, одновременно, чувствовала некоторую податливость, неуверенность в отдельных её высказываниях. Женщины довольные друг другом, расстались.
  
  Дымов, при очередной встрече на даче у генерала, пригласил прокурора Кабалтова прогуляться вдоль озера и приватно поговорить.
  
  -Тут такое дело, Ринат Магометович,- один из крупных московских банков собирается организовать у нас свой филиал. Он просит предложить ему готовое офисное здание. Мы нашли такое. Это бывшая швейная фабрика. Владелица этого здания приобрела его не законными методами. В интересах банка, да и области, впредь мы намерены сотрудничать с банком, выкупить эту собственность быстро и сравнительно дешево. Хочу попросить, чтобы один из твоих надежных следователей провел с ней профилактическую работу, арестовал на один, два дня, короче сломал, сделал податливой.
  
  - Да нет вопросов, раз надо, так надо,- ответил прокурор.
  - Отлично, тогда по рукам, ты даешь следователя, а я свою помощницу Васильеву, и они договорятся о деталях. Когда банк приобретет это здание, я постараюсь, чтобы они не забыли о наших услугах.
  - Да, о чем ты Сергей, это не обязательно.
  - Ринат, в нашем мире все услуги оплачиваются, я думаю, что если он приобретет для тебя, например, дорогой автомобиль это будет не лишним.- Прокурор не возражал.
  
  Дело постепенно продвигалась, однако не хватало одного звена, непосредственного исполнителя, который от имени фирмы "Надежный Риэлтор", проводил приобретение, а если прямо говорить, захват этого здания. Адвокатская контора "Смирнов и К" свои возможности уже исчерпала, для этого не подходила. Пришлось опять обратиться к Москве. Тот же самый архитектор дизайнер Сергей, прежде, когда они вместе общались, рассказывал несколько историй по захвату собственности, и о, специализирующемся на этом деле московском частном охранном предприятии. Пришлось выехать в Москву. Директор, бывший полковник ВДВ Поляков, был жестким в разговоре, и запросил довольно крупную сумму. Объяснял он тем, что придется выезжать группе охранников примерно 200 человек на 10 -15 дней к ним в город, и другими затратами.
  Принимать самостоятельные решения она не смогла, и вернулась на переговоры с Дымовым. Он раздумывал, не решался, и это было понятно, речь шла о десяти миллионах рублей. У него пока, что не было стопроцентной уверенности в положительном завершении операции.
  Однако в конце недели пригласил и сказал, - договаривайся, риск большой, надеюсь только на тебя, твое умение всех объединять.
  
  Она опять выехала в Москву, встретилась с директором ЧОП, выплатила необходимые аванс, и они вместе вернулись для изучения обстановки. Прежде всего, он попросил реестр акционеров.
  
  - Какой процент принадлежит вам,- спросил.
  
  Когда она ответила, удивился и сообщил, что для успешного проведения мероприятия потребуется десять процентов голосующих акций.
  
  - Только такое количество дают право, требовать созыва внеочередного общего собрания акционеров, на котором мы сможем вносить вопросы в повестку дня собрания, и выдвигать своих кандидатов в органы управления. Ближайшая задача выкупить эти десять процентов.
  
  Людмила рассказала Полякову о том, что владелец сфальсифицировала первичный протокол собрания, и у них есть возможность повлиять на неё через правоохранительные органы.
  
  - Это очень хорошо, но доводить дело до суда не следует. Поступим так,- продолжил он,- я принимаю меры и приобретаю эти недостающие акции, после чего предъявим свои требования владельцу, если она будет сильно сопротивляться, тогда включайте этот элемент.
  
  Через неделю Поляков вызвал к себе первую группу своих исполнителей. Они действовали по уже давно отработанному плану. Прежде всего, захватили территорию. Как ему это удалось неизвестно, но вскоре он поменял всех охранников, в том числе и на проходной где поставил своих людей. Эта операция прошла как бы незаметно. Поменялись, и поменялись, такое бывало. Затем различными способами, угрозами, а иногда, кого-то из владельцев, случайно избивали, или простым выкупом, он приобрел требуемый пакет. Слухи о том, что, что-то происходит вокруг, дошли и до Демченко. Она не понимала что это такое, но начала волноваться и переживать. На днях получила заказное письмо, которое пришло на нее домашний адрес. В письме неизвестная компания, предлагала быть покладистой, идти навстречу тем предложениям, которые к ней поступят, соглашаться с ними, а в противном случае может произойти такое, как описано в истории одного из предпринимателей, излаженных в этом же письме. Смысл этой истории заключался в том, что предприниматель не слушался советов, в результате попал в автомобильную катастрофу, и закончил свою жизнь полным инвалидом. Под письмом большими буквами стояла подпись "ГРИНМАЙЛ".
  Что это, она не понимала, но разобравшись, выяснила, в России это называется черной меткой.
  Через день, ближе к концу рабочего дня, к ней в кабинет пришли два молодых человека, которые, не обращая внимания на нее недоумение, не представляясь, сели в кресла напротив.
  
  -Ольга Сергеевна,- обратился к ней один из них,- мы принесли вам очень хорошее предложение.
  - Сверх хорошее,- включился второй, в сером костюме и тёмно-синем галстуке,- думаю, что от такого нельзя отказываться.
  
  Говорил он это с такой уверенностью и наглостью, что стало страшно, она схватила трубку телефона.
  
  - Кто вы такие, уходите немедленно, я буду звонить в полицию!- телефон молчал.
  - Что это вы, Ольга Сергеевна, еще не выслушав нас, чрезмерно взволновались, ваш аппарат отключен, а мобильный заблокирован,- сказал первый молодой человек,- слушайте, пожалуйста.
  - Читай Константин,- обратился он ко второму, в сером костюме и тёмно-синем галстуке.
  Этот, раздвинул замок черной кожаной папки, лежащий у него на коленях, открыл её, вынул страницу с отпечатанным текстом, и начал читать.
  
  - Фирма "Надежный Риэлтор" предлагает купить принадлежащий вам 85 процентный пакет акций АО "Швейник" за очень выгодную для вас цену в размере один миллион двести тысяч долларов США. Мы вам будем очень признательны, если вы примете решение в течение двух дней. В противном случае, имейте в виду, у нас имеются неопровержимые доказательства, ваших мошеннических действий с первичным протоколом собрания акционеров. В этом случае, а мы бы этого не желали, мы найдем способ привлечь вас уголовной ответственности, и посадить в тюрьму.
  
  Он закончил читать, оба встали, один из них положил на её стол бумажку, где был записан номер, куда позвонить.
  
  - Мы ждем ваше согласие, сообщите, пожалуйста, по этому номеру.
  -Да, вот еще, что, - он вынул еще одну страницу, отпечатанного текста и передал ей, там значилось:
  "Имейте в виду, что вам может быть предъявлено обвинение по части 4 статьи 159 УК РСФСР мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере, которое наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет. Мы постараемся, чтобы это было десять"
  
  Они улыбнулись, чуть наклонили головы, повернулись и ушли.
  Ход операции требовал от нее организаторов ежедневных встреч, на которых приходилось обсуждать отдельные детали. После предъявления Демченко ультимативных требований приобретения у неё контрольного пакета, они встретились вечером этого дня. Поляков рассказал о своих впечатлениях, сложившихся по поводу поведения их подопечной, и предложил ей найти способ в ближайшие дни организовать еще большее давление на неё. Мы в таких случаях подбрасываем, так называемые, наркотики. Мы привезли с собой, целую партию расфасованного белого порошка. Это мелкий размол обычной поваренной соли в смеси с белой глиной. Этот состав очень похож на героин.
  
  -Так вот, если у вас хорошие связи в ментовке, я смогу ночью затоварить этими пакетами её кабинет. По доносу о наличии наркотиков, полиция должна срочно нагрянуть, в присутствии понятых произвести досмотр, составить протокол об изъятии и задержать хозяина. У них по закону имеется такое право. Подозреваемый помещается в сизо, и после проведения там некоторого времени, становится намного мягче, и быстрее принимает, требуемые для нас решения.
  - Это интересный ход,- ответила она, немного задумалась и затем продолжила.
  - Предложение принимается, у нас имеются такие возможности, я их проработаю, если все будет нормально, завтра днем, об этом сообщу, и дам добро на операцию.
  
  Несколько дней назад, Дымов сказал о своей договоренности с прокуратурой, и дал координаты следователя Ефремова, с которым она уже успела пообщаться. Теперь очередь дошла до встречи.
  Это был тот самый Ефремов, который прежде вел дело Раевского. В темно-синем мундире, с эполетами подполковника, он смотрел на неё прямо и строго. У него был левосторонний пробор русых волос, посередине лба проходила тонкая, волевая морщина.
  
  - Слушаю вас Людмила Федоровна,- приветствовал Ефремов, он откинулся на спинку кресла, многозначительно посмотрел и сказал.
  - Мы исполнители и всегда стремимся выполнять указания начальников, но хочу вас предупредить, что все мои действия могут быть произведены только в рамках действующего закона. Арестовывать без оснований, я не могу.
  -О чем вы говорите Роман Степанович, я также, выражая интересы области, на это и поставлена, чтобы все исполнялось только по закону.
  - Это очень хорошо, так в чём же вопрос.- Ефремов несколько удивленно посмотрел,- если это не просто оборот речи, внимательно слушаю вас.
  - Хочу попросить, вместе с нами сыграть некую игру в покер. При этом ваши действия будут абсолютно законными.
  - Кто же будет блефовать?
  - Видите ли, наш клиент находится в состояние прострации, и не спешит принимать предложения, которые очень необходимы области. В то же время руки его не чисты, он мошенничает, поэтому блефовать буду я.
  
  И она рассказала ему все подробности о так называемом наркотике, который сегодня ночью будет размещен в кабинете Демченко. Передала ему в руки заявление-донос, о том, что та занимается наркоторговлей, схему её кабинета с указанием мест хранения наркотиков. Попросила задержать её на несколько дней в СИЗО. Дать возможность переговорить оттуда по телефону. А затем по нашей просьбе, а на самом деле из-за отсутствия состава преступления, после анализа порошка, освободить.
  
  - Хорошо,- сказал следователь Ефремов,- будем считать, что все, что вы мне тут рассказывали, я не слышал. Беру только от вас заявление. Завтра с утра проведем оперативное мероприятие, со службой ФСКН я договорюсь.
  
  Вернувшись к себе в администрацию, Людмила в очередной раз задумалась. Чем я занимаюсь, это уже самые настоящие разводки, которые бывают у конкурирующих между собой группировок. И вообще насколько реален мой план. Позвонит ли она ко мне? Ну, а, если не позвонит, какая разница, все равно, влияние на нее в наших руках. Что касается моральной стороны вопроса, то она совсем не ангел, подделала главные документы своего акционерного общества, воспользовалась смертью директора и смогла все активы переписать на себя, да это так. Но, мы ведь не пытаемся ее за это, осудить и посадить, наоборот, выгораживаем, оказываем давление, чтобы продала собственность дешево. Да, это так, в этом и состоит весь смысл коррупционного бизнеса, которым я занимаюсь, вернее не занимаюсь, а способствую, принимаю участие.
  Эти и другие мысли переполняли её. Она стала вдруг, сомневаться в своей деятельности.
  -На правильном, ли я пути, - думала она. Но затем, отбросив все, продолжила действовать по намеченному плану.
  
  Ольга Сергеевна в последние дни, оказалось в очень противоречивом состоянии. Казалось, возьми, позвони в полицию, попроси защиту от давления, которое на неё оказывалось, но с другой стороны, она была обеспокоена тем, о чём предупредили её эти молодые люди. Не может быть, откуда у них появился подлинник протокола первоначального собрания акционеров, ведь тогда она все тщательнейшим образом проверила, и все первичные документы лично уничтожила. Однако предположение того, что действительно может существовать такой первичный документ, не давало покоя, и сдерживало в первом порыве, позвонить и найти защиту. Время, назначенное для обратного звонка, прошло, а она все еще не приняла какого-то решения. Теперь, она уже не исключала возможность продать контрольный пакет акций, но ведь, не за такую низкую цену. Она и прежде, как-то задумывалась об этом, и считала подходящим вариантом, как минимум 10 миллионов. Но тут такая наглость, я ни за, что не соглашусь на такое. Она вынула из письменного стола, тот текст, который ей оставили, еще раз начала читать. "Имейте в виду, что вам может быть предъявлено обвинение по части 4 статьи 159 УК РСФСР мошенничество, и так далее..."
  - Что же делать, что же делать?- мысли метались, однако уверенности не было, она чувствовала, что ее загоняют в угол, из которого выбраться будет очень сложно.
  В таком настроении вернулась домой. Спать почти не пришлось, лишь к утру, немного прикорнула. На следующий день, вялая, вареная появилась у себя, и в растерянности села за письменный стол.
  
  Расставшись со следователем Ефремовым, Людмила позвонила Полякову.
  - Нам необходимо срочно увидеться, приезжайте, пожалуйста, к салону "Salon Lydmila" в центре города, там есть удобное место для встречи.
  В последнее время она стала часто использовать кабинет директора для переговоров, в которых исключались посторонние уши. Здесь она была в абсолютной уверенности, что все чисто.
  Поляков подъехал, его встретили и провели к директору. Людмила рассказала, что завтра с утра, на бывшую швейную фабрику, в кабинет Ольги Демченко, пребудет наряд полиции для проверки и осмотра наличия наркотиков, по поступившему к ним сигналу. Она попросила, постараться выполнить сегодня ночью всё, что он предлагал, и сделать это скрытно и тайно, не допустить, каких-то посторонних глаз.
  
  - Людмила Федоровна, я не из парикмахерской, как иногда говорят в таких случаях. Ключи от кабинета у нас резервные на проходной, мои люди сделают это ночью профессионально, для контроля рядом с домом все время будет дежурить мой человек. Так, что до завтра.
  
  После бессонной ночи Демченко сидела, пытаясь сосредоточить мысли, и думала, куда обратится за помощью. - Может к Людмиле Федоровне, помощнику вице-губернатора, она со мной при последней встрече, так заинтересовано себя вела, и оставила свой телефон, если, что просила позвонить.
  Она достала из своей сумки визитку Васильевой, посмотрела, и пока еще не приняв окончательного решения о звонке, положила во внутренний карман своего пиджака.
  В это время двери кабинета приоткрылись. В кабинет вошли и направились прямо к ней, двое мужчин в кожаных куртках. За ними пришли еще двое, мужчина и женщина.
  Первый из вошедших, достал и раскрыл перед ней удостоверение.
  
  - Майор Кухаров из уголовного розыска,- представился он,- старший лейтенант Калинин из наркоконтроля,- представил он второго.
  - А, это,- он показал на мужчину и женщину,- понятые.
  - Демченко Ольга Сергеевна это вы,- продолжил он.
  - Да, это я, а в чём дело? Что вы хотите?
  - Гражданка Демченко, вот ордер на проведение обыска в вашем помещении, к нам поступило заявление, что вы храните у себя наркотические вещества и занимаетесь их продажей. На основании этого, мы приступаем к выполнению этой работы,- сказал майор Кухаров.
  
  - Какие наркотики, о чем вы говорите, - произнесла в сердцах,- у меня ничего нет, я к этому не имею никакого отношения!-
  Она вышла из одолевавшего её сонного состояния, и моментально сообразила, это наезд, они предупреждали.
  
  - Приступайте,- приказал майор Кухаров.
  
  Обыск продолжался уже более двух часов, Ольга Сергеевна сидела в своем кресле, полностью деморализованная, в ужасе наблюдая за тем, что происходит. Обыскивали и обшаривали все углы. Постепенно, из разных мест, на приставной столик, были выложены 12 полиэтиленовых пакетов, наполненных белым порошком. Каждый раз, когда находили очередной пакет, его, демонстрировали и показывали ей и понятым, мужчине и женщине. Наконец все было окончено, составлен и подписан протокол.
  
  - На основании результатов обыска, я задерживаю вас гражданка Демченко, как подозреваемую в совершении преступления,- объявил майор Кухаров,- следуйте за нами, мы доставим вас следственный изолятор.
  
  Они уехали, забрали её с собой, доставили в городской следственный изолятор. Лязгали замки, гремели металлические двери. В сравнительно небольшом, мрачном, душном и зловонном помещении временного содержания, размещалось до 50 арестованных женщин. Они громко разговаривали, порой кричали и вначале на нее не обратили внимания. Затем одна из них, толстая, издевательски, показывая, выкрикнула.
  
  - Глядите бабы, нам интеллигентку фраершу прибавили. Там ей и место у параши.
  Другая, видно старшая, показала ей рукой в дальний угол, и сказала,
  - иди, иди вон туда на дальнюю шконку.
  
  Что, такое шконка Ольга Сергеевна сразу не поняла, но затем догадалась, это было ее место на двухэтажной кровати.
  Через некоторое время её вызвали к следователю, где он предъявил ей обвинение по целому букету уголовных статей, это были:
  - часть 3 статья 30 ("покушение на преступление"), часть 1 статья 228.1 ("незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов") и часть 3 статья 234 ("незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта, совершенные организованной группой либо в отношении сильнодействующих веществ крупном размере").
  
  - Ознакомьтесь, вот решение суда, задержание вам изменено на арест,- сказал следователь.
  
  Спать пришлось на этой металлической шконке с сетчатым матрасом. Очень болели ноги и плечи. Рано утром, около пяти, в камеру отворилась дверь, и с порога раздался вопль.
  
  - Наседки! А ну быстро со своих гнезд соскочили, оперативный дежурный здесь.
  
  От командного окрика проснулась, осмотрела себя, и ахнула, от железных решеток все тело было в синяках.
  Это была оперативница по кличке 'Гиена', как ей потом объяснила соседка, она особенно зверствовала на 'шмонах' Правая рука ее была перевязана, это было следствием того, что одна из заключенных не выдержала и укусила ее. После этого 'Гиена' совсем озверела.
  Все боялись "шмона" это когда всех в целях профилактики 'Гиена' могла отправить в 'шмоналку' Шмон невероятное глумление. Женщин, курящих и некурящих, вместе запирают на 3 часа в 'шмоналку' Здесь холодная комната с бетонным полом. Сидеть там негде, только на полу. Арестантки садятся на пластмассовые шлепки, так называемые сланцы. Как не пристраивайся, все равно простудишься. После таких шмонов все просятся врачу по женским делам.
  Но на этот раз как-то повезло, 'Гиена' ненавидящим взглядом, разглядывая арестованных, прошла между рядами, гаркнула на некоторых и затем почему-то быстро ушла, в помещении раздался вздох облегчения.
  Казенную еду есть было нельзя, потому что она была несъедобная. Каша представляла собой серую бурду, с добавлением нескольких зерен гречки. Порция на двоих. В обед, на второе раздавали вонючую капусту, никто её не брал. В ней должна была обозначиться тушенка.
  Чуть позже осмотрелась и поняла, в камере не было агрессивной обстановки, все друг друга поддерживали. Тут сидели главные бухгалтеры, Риэлторы, предприниматели, нотариусы. В них не было ничего враждебного друг к другу, это были обычные люди, попавшие в тяжелые условия. Но находиться здесь было невыносимо, и она судорожно думала, что бы такое предпринять. Она заметила, что та старшая, которая указала на нее шконку, озираясь, передала одной из сокамерниц мобильный телефон. Вот, что мне нужно, решила она. Мысль о звонке Людмиле Васильевой в администрацию, возникла у неё прежде, и она не зря положила визитную карточку в свой карман.
  После смело подошла к старшей, приложила руку к своему уху, и попросила,
  - за любые деньги.
  - У нас правило, - ответила та,- не больше 30 минут один раз в месяц, три тысячи, и не дай бог, кому-то сообщить из этих.
  - Нет, нет, что вы, я как могила.- Она вынула и передала деньги, которые были с собой, взамен получила трубку старого обшарпанного телефона.
  
  Затем отошла в свой дальний угол, достала из кармана визитку и набрала номер. Людмила целый день ждала этого звонка. Но время шло, и его не было, и теперь услышав в трубке голос Демченко, обрадовалась, но не подала виду.
  
  - Людмила Фёдоровна это Ольга Демченко, помните, вы меня принимали, - она волновалась,- да, помню, - ответила Людмила.
  -Я попала в большую беду, мне подбросили, арестовали, я нахожусь в следственном изоляторе,- говорила она, в голосе ее чувствовалось отчаяние, пробивались всхлипывания и слезы,- это какое-то недоразумение, помогите, вытащите меня отсюда, я ни в чём не виновата.
  
  Из этого короткого разговора, Людмила поняла, что досталось Демченко очень прилично, и она уже готова для дальнейших шагов.
  
  - Что вы, успокойтесь, Ольга Сергеевна, меня страшно удивило, то, что с вами произошло, да, да я постараюсь разобраться и вам помочь, если это будет в моих силах. Ждите и терпите.
  
  Она, с большой надеждой, сжалась в комок, пыталась не реагировать на внешние раздражители, терпела и ждала, очень надеялась, что ей смогут помочь. И только на следующий день, а этот день был равносилен пытке, её вызвали к следователю.
  
  - Пока расследуется ваше дело, и проводится экспертиза того, что у вас взяли, а также по поручительству, поступившему от важных персон, я принял решение, заменить вам арест на подписку о невыезде, распишитесь, пожалуйста, здесь,- он положил перед ней бумагу, протянул ручку, и показал где расписаться.
  - Помогла, какая же ты прелесть, я тебе обязана всем,- бешено пронеслись мысли, она схватила ручку и радостно расписалась.
  - Спасибо, я буду выполнять все, что здесь написано, я могу уйти.
  - До свидания, вы можете уже сегодня успеть освободиться из СИЗО, если потребуется вас пригласят в прокуратуру.
  
  Демченко освободилась, она летела как на крыльях, и прежде всего ей хотелось, как можно быстрее отблагодарить Людмилу. Она позвонила ей, сказала, что очень благодарна, и хочет быстрее все рассказать, только вот зайдет домой, примет душ и переодеться. Время приближалось к вечеру, рабочий день заканчивался, и Людмила предложила встретиться в салоне красоты.
  Они сидели друг против друга, Ольга Сергеевна взахлеб несколько раз благодарила за то, что ее вытащили, говорила, что готова молиться за нее день и ночь, будет делать все, что она скажет. Затем передала все, что произошло. Прежде ей угрожали, а затем вот этот случай, подбросили наркотики. Она к ним не имеет никакого отношения, Это явно устрашающая мера, направленная на то, чтобы купить у нее здание швейной фабрики по очень низкой цене. Она не знает, что дальше делать, куда обращаться и просит помочь в этом советом. Людмила внимательно слушала, не перебивая. Затем продолжила.
  
  - Ольга Сергеевна, я понимаю вас, так как я тоже занимаюсь бизнесом, этот салон принадлежит мне. Я взяла в банке большой кредит, и теперь рассчитываюсь. Поэтому я солидарна с вами. Кроме того, при нашей встрече, Вы мне очень понравились. Насколько я поняла, когда стала разбираться в вашем деле, здесь задействованы какие-то влиятельные силы, для того чтобы вас освободить мне пришлось просить вице-губернатора. И только после его вмешательства это состоялось.
  
  Демченко взволновано даже привстала. Она стала ещё и ещё раз благодарить.
  
  - Давайте перейдем самому делу. Прежде всего хочу вам объяснить, что для того чтобы вам что-то посоветовать, расскажите мне, пожалуйста, еще раз все, только ничего не скрывайте.
  
  Ольга Сергеевна еще раз рассказала о тех событиях, которые произошли, но умолчала о подделке первичного протокола собрания акционеров. А, это было одним из важнейших аргументов. И Людмила стала задавать ей, один за другим, наводящие вопросы, и в конце сказала, что чувствует, что-то здесь не то.
  
  - Я не смогу дальше помогать вам, вы что-то скрываете.
  
  Ольга Сергеевна мялась, но в итоге вынуждена была выложить все, сообщить о том протоколе, который имел двойное содержание.
  
  - Ваш случай очень сложный, теперь для меня все ясно,- Людмила смотрела на неё, как учительница на провинившуюся ученицу.
  - Мне представляется, что вы попали в ситуацию, из которой есть только один выход, пойти на переговоры с той фирмой, что собирается у вас приобрести это здание. Чувствую, что они обладают большими возможностями. В противном случае они вас, обязательно посадят, да еще все, и наркотики, и подмену собственника, объединят в одно дело. В этом случае помочь вам в чём-то я бессильна.
  - Но, они предлагают очень низкую цену, это фактически за бесценок,- лицо Ольги Сергеевны покраснело и выражало возмущение.
  - Подумайте, мне то, в общем, все равно, чем это для вас может грозить. А закончится, может тем, что у вас все отберут, да еще упрячут в тюрьму, наркотики это очень серьезно.
  - Что же мне делать?- Ольга Сергеевна с надеждой смотрела на Людмилу, как бы призывая её, ну помоги мне, помоги!
  - Известная поговорка гласит - "Лучше синица в руках, чем журавль в небе" вам сколько предложили?
  - Да, всего-то один миллион двести тысяч долларов.
  - Поторгуйтесь, в таких случаях это не лишне, но и при первоначальном варианте, вы не остаетесь нищей. Самое главное, прежде всего, жестко поставьте вопрос, снять обвинение по наркотикам, без этого никакие переговоры невозможны,- Людмила твердо смотрела на неё, её взгляд говорил, что все, пора завершать.
  - Я заинтересована в том, чтобы вы договорились снять с вас обвинение, так, как докладывала начальству, что это возможно, какая - то ошибка, когда хлопотала за вас.
  
  Ольга Сергеевна вдруг вспомнила, откуда она сегодня вышла, вспомнила рассказ о том, как всех в целях профилактики 'Гиена' могла отправить в 'шмоналку' и ей стало жутко. Нет, только не вернуться туда в тюрьму. Людмила Федоровна, очевидно права. Она посмотрела на нее.
  
  - Я постараюсь так поступить, как вы предлагаете, спасибо.
  - Надеюсь, все обойдется, желаю вам успехов, только не затягивайте, меня обязательно проинформируйте, до свидания,- Людмила протянула ей руку и встала, встреча на этом завершилась.
  
  Она была удовлетворена. В этой игре в покер, блеф был оправданным. Все что она делала, она старалась делать, как бы по указанию Дымова. Даже в тех случаях, когда идея исходила от неё, она поворачивала все так, как будто бы это было его предложением. И вот теперь, перед завтрашним днем, необходимо было согласовать следующие шаги, а затем обязательно встретиться с Поляковым начальником команды из Москвы. Несмотря на приближающееся вечернее время, она пригласила Дымова, а Полякова просила ждать ее звонка.
  Когда Дымов приехал, ей требовалось обсудить размер цены за шейную фабрику, на которую они могут пойти, и способ расчета. Она предложила шаг торговли в 200 тысяч, и остановится на верхнем пределе в два миллиона долларов. Дымов спорил, возражал, говорил о том, что у него уже очень большие затраты, чем все закончится, пока неизвестно.
  
  - Вот, что Сергей Васильевич,- увещевала его, - пойми, риск твой небольшой, при самом худшем раскладе, ты, как минимум, отбиваешь свои деньги, а то и зарабатываешь столько же, а это немного, немало пять лимонов. А если произойдет все, как мы задумали, то нечего торговаться, соглашайся на два.
  
  Ее доводы подействовали, и он согласился. Далее следовало все обсудить с Поляковым. Она попросила его лично провести все переговоры с хозяйкой фабрики. Сообщила о верхнем пределе цены. Пожелала, чтобы он эти переговоры, включая составление, и подписание необходимых документов, завершил на следующий день.
  
   Дымов ехал на встречу с председателем промбанка Георгием Исаевым. События прошедших месяцев были напряженными, но, в конце концов, все свершились, как наметили, как предложила Людмила. Собственница швейной фабрики, что предусматривалось по их сценарию, правильно сыграла, предписанную ей, роль. Был оформлен акт купли продажи за 2 миллиона, корпус полностью перешел в собственность компании "Надежный Риэлтор", принадлежащей Дымову. Во время переговоров между ней и Поляковым, когда уже обо всем договорились, был щекотливый момент. Демченко, перед тем как поставить свою подпись, потребовала гарантий на прекращение против нее уголовного преследования. С другой стороны, Поляков, начальник команды из Москвы, заявил, что не может договариваться о прекращении уголовного преследования, не имея на руках её подписи на главном документе. Для решения вопроса, предложили Демченко, найти надежного посредника, которому будет передан подписанный документ, и он, этот Посредник, вернет документ сторонам, после решения всех вопросов. Конечно, этим посредником Демченко выбрала Людмилу, и в итоге все завершилось благополучно. Уголовное дело закрыли, после анализа содержания полиэтиленовых пакетов, в которых, оказалось, был затаврен белый нейтральный порошок, ей отменили подписку о невыезде. С ней рассчитались, передав деньги через банковскую ячейку. После оформления здания в собственность, из него выселили всех арендаторов, очистили от старого хлама и оборудования, провели косметический ремонт, смонтировали пассажирский лифт.
   В большом, оформленном современными материалами, кабинете председателя промбанка, Георгий Исаев, встречал Дымова с распростертыми объятиями. Они уселись в кресла у журнального столика, и пили ароматный кофе. Прежде всего, поговорили о том и сём, о внутри российских делах, о прогнозах на курсы валют. Исаев уже одобрил полностью все мероприятия, проведенные со зданием его будущего филиала в Среднегорске, осталось договориться о цене, и о передаче его в собственность банку. Сергей Васильевич, думал и переживал, согласится ли Исаев произвести покупку по той цене, которую он решил предложить. Так как его затраты на всё про всё, составили около шести миллионов, он стремился прибавить эту сумму к тем семидесяти, первоначально намеченную и теперь выбирал момент объявить об этом. И, когда, наконец, этот момент наступил, он назвал восемьдесят, к великому удивлению, председатель совершенно спокойно согласился. Договорились, владелец для перечисления этой суммы, откроет счет в этом же банке. Для окончательного оформления собственности представитель владельца, а это был специально нанятый адвокат, прибудет сюда на следующей неделе.
  У Исаева были миллиардные обороты в иностранной валюте, и такие затраты ему были вполне по плечу, поэтому, очевидно, председатель быстро согласился с предложенной цифрой. Довольный и окрыленный Дымов возвратился домой.
  
   Сделка была завершена. Швейная фабрика перешло в собственность банка, теперь требовалось разместить эти огромные средства, в рублях они составляли более двух миллиардов, в надежном месте. Это была первая задача, которую поручил ей Дымов. Размещение средств его очень беспокоило, и он несколько раз приглашал её, чтобы это обсудить. Для решения такой сложной проблемы она выехала в Москву. Здесь через своих знакомых, нашла квалифицированного и дорогостоящего адвоката, взявшегося за дело. Он начал предпринимать первые шаги. В этих целях приобрели три готовые, компании 'Иннердейл инвестсментс', 'Инпеко Лимитед' и 'Фортана инк. Лимитед' зарегистрированные на Кипре и Британских Виргинских островах, а их счета размещались в австрийском банке. Кроме того, в Москве были зарегистрированы две фирмы однодневки ООО 'Коланж' и ООО 'Юпитер-М'.
   Предполагалось, что средства, временно поступившие в "Надежный Риэлтор" будут перечислены этим двум, а затем переводится в три иностранные компании, только после, будут собираться на окончательном надежном счете Дымова.
  Людмила и прежде знала, многие крупные компании, используют различные схемы, позволяющие фактически уходить от уплаты налогов. На языке финансистов это называлось оптимизация налогообложения. Однако не представляла раньше, что возможны такие длинные и сложные цепочки. Предложенная адвокатом многоступенчатая схема, позволяла полностью всё очистить от уплаты, и создавала возможность дальше распоряжаться всем по своему усмотрению. В этой длинной цепочке, не хватало только последнего звена. Предполагалось зарегистрировать еще одну зарубежную компанию и открыть для неё счет, на котором Сергей Васильевич сможет спокойно хранить свои деньги. Некоторое время они не могли точно определиться, где открывать, выбрать Лондон или Цюрих в Швейцарии. После многочисленных консультаций, изучения официальной и другой информации, все же остановились на Лондоне. Оказалось, в Британии русских проживает более 400 тысяч. Особенно в районе столицы. Её в шутку называют 'Londongrad' или 'Moscow-on-the-Thames'. Находится, в такой среде удобней.
  Предварительно Людмила созвонилась с несколькими банками и поинтересовалась процедурой регистрации. Ей сообщили, что это займет от 7-12 дней, а также потребуется личное присутствие владельца и письменная рекомендация от другого западного банка. Чтобы собрать все документы, придется потратить уйму времени, сил и денег.
   Договорились, она вылетит в Лондон первой, и только к завершению всей подготовительной работы, после её звонка, прилетит сам. Счет открывали в Royal Bank of Scotland. К этому решили не привлекать нанятого адвоката, зачем лишние свидетели. Первые шаги были трудными. Но как только, департамент иностранных клиентов, в лице его директора господина Джонсона, выяснил сумму, которую поручитель Людмилы собирается положить, а она приближалась к 100 миллионов, он стал намного мягче, и дела начали продвигаться значительно быстрее. По договоренности, после завершения в Москву будут переданы реквизиты счета, и это будет означать, что по цепочке должны пройти перечисления. Все было завершено, и на заключительную стадию оформления он прилетел.
   Она встречала его в международном аэропорту Лондона Хитроу, одного из самых крупных транспортных авиа узлов мира, расположенного в 15 милях от центра. В отеле Ланхам (The Langham), куда они доехали на представительском Мерседесе, она заказала классический Люкс с одной спальней для Дымова, и Гранд представительский номер для себя, оба номера располагались на седьмом этаже. День приезда и следующий были полностью посвящены завершению оформлений, знакомством с банком и его главными менеджерами. Все операции к обеду второго прошли блестяще, на лондонский счет, в режиме он лайн, были перечислена вся валюта с разных счетов.
  Наконец-то свершилось его дальняя мечта, войти в клуб ста миллионеров, благодаря этому свободно перемещаться по миру, и не отказывать себе ни в чем. Формально он не мог стать членом клуба так, как деньги были в акционерном обществе, где в завуалированной форме он был главным хозяином. Фактически он стал таковым и вознесся к вершине своего внутреннего подъема. Восторгаясь собой, он все время видел и чувствовал её рядом. Он прекрасно понимал, что если бы не она, вряд ли он достиг бы таких высот. Он боготворил её, он полюбил ее, и как ему казалось, не мог уже быть без неё. У него появилась страстное желание обнимать, целовать, иметь с ней интимные отношения. Он восторженно наблюдал за ней, очень её хотел. Он решил, это должно произойти сегодня, в этот торжественный день.
   Людмила также была удовлетворена завершением этого "проекта". Ведь она все это сделала. Она знала, что он попал под её влияние. Теперь она манипулировала им так, как ей это было необходимо. Между ней и Дымовым возникли взаимоотношения аналогичные так называемому Стокгольмскому синдрому. Она как Заложница попала под влияние событий, в которых активно участвовала, начала отождествлять себя с Дымовым, оправдывать свои действия, направленные на достижение общих целей.
  Втягивая его в эти коррупционные преступления, начала им восхищаться, ставить себя на его место. Он ей очень нравился и она даже, как ей казалось, почти полюбила его. Но трезво оценивая ситуацию, понимала, что если она стремиться максимально, добиться своей цели разоряя в пределах своих возможностей государство, она не имеет права на это.
  После свершения всех финансовых операций, старший менеджер господин Джонсон, поблагодарил и, высказал надежду, что они теперь их клиенты навсегда, все торжественно отпили из бокалов шампанское, принесенное на встречу и разошлись. Времени было еще много, целая вторая половина дня. Дымов улетал в Москву на следующий день утром, она вечером через Санкт Петербург. Она предложила Сергей Васильевичу провести обзорную экскурсию по Лондону на автомобиле с Гидом на 4 часа, так, как прежде здесь ему не приходилось бывать. Он согласился. По справке, быстро нашли русскоязычного гида, приятную молодую женщину, бывшую москвичку за рулем, и отправились в путь. Бывая в разных городах, ей всегда хотелось посмотреть достопримечательности, тем более выпал такой случай. Дымов, сидел рядом с гидом, восторженно рассматривал то, о чем эта бывшая москвичка с интересом рассказывала. Они успели посетить Парламент, Биг Бен, Вестминстерское Аббатство, Букингемский дворец и знаменитую смену караула. Они проехали на Трафальгарскую и площадь Пикадилли, увидали собор Святого Павла, переехали Темзу по Тауэрскому мосту.
  Когда вернулись, Сергей Васильевич предложил отметить это в ресторане. Однако она возразила, считая, что им ни к чему светится, хотя они и за границей. Она попросила заказать ужин в номер и здесь отметить завершение операции. Номер был шикарным. Еще бы, он стоил около одной тысячи фунтов в сутки. Из большой гостиной, с удобный мягкой мебелью, круглым обеденным столом на несколько персон, открывался великолепный обзор престижного района. К вечеру строения освещались, и это придавало дополнительный шарм. Ужин заказали. К ним в номер поднялся дежурный метрдотель, вместе, пользуясь её знанием английского, разобрались в меню и выбрали по их вкусу лучшие блюда. Через некоторое время, официант в белом фирменном кителе, закатил тележку с установленными на ней блюдами, в тарелках покрытых сверкающими крышками, и в бочонке со льдом с несколько бутылок шампанского. Он раскланялся и ушел, спросив, не надо ли еще чего, оставил визитку.
  
   - Дорогая Люда, прежде всего я, хочу произнести тост за тебя, за Великую женщину без которой невозможно было бы отмечать сегодняшнее событие. Разреши мне выпить, обнять и расцеловать тебя. - он достал из бочонка запотевшую бутылку, раскрутил проволоку, фиксирующую пробку, дернул, и она выскочила, выстрелив вверх. Шампанское, пенясь, наполнило бокалы.
   Бокалы чокнулись, малиново зазвенев. Дымов схватил её за плечи, прижал к себе и крепко поцеловал.
   - Сергей,- впервые, назвала только по имени и отстранила,- Ты поступаешь недозволенно.
   Хотя оттолкнула, это было приятно. Он смотрел на нее заворожено.
  
   - Люда, Будь моей, я все готов для тебя, только спроси, хочешь стану на колени. Позволь еще раз,- он притянул ее к себе, она не сопротивлялась. Он еще раз крепко, поцеловал.
  
   - Дай мне согласие, я буду только с тобой.
   - Нет, это невозможно,- она с упреком посмотрела на него.
   - Сергей, милый, мы с тобой сдружились, но пойми, я не могу стать твоей любовницей,- она положила свою руку на его плечо, а другой, нежно ладонью прикоснулась к лицу.
   -Ты хочешь, чтобы я уволилась и прекратила на тебя работать, да?
   -Нет, что ты!
   - И второе, тогда у вас дома, когда вы собрались всей семьей, у меня состоялся откровенный разговор с Алевтиной Федоровной, я постаралась успокоить ее, и хочу сдержать свое слово.
   - Дорогая, я не хочу расставаться с тобой, - он так же взял ее за руку,- Я не могу без тебя.
   -Тогда умеряй свой пыл, и жди, возможно, это когда-нибудь и произойдет, но тогда мы расстанемся навсегда.
  
  
  
  
  
  
  
  
  ГУБЕРНАТОР
  
   Прошло несколько недель, как в область был назначен новый губернатор. Это событие, которое давно ждали, и уже было привыкли к состоянию неопределенности, все - таки произошло. Случилось это, как всегда, неожиданно и многих застало врасплох. Об этом только и говорили на разных уровнях, для тех, кто ждал перемен, это было в радость, для тех, кто занимал важные областные посты, это предвещало большие неприятности, связанные с возможной их заменой на этих постах.
  Как и всегда, на даче генерала полиции Стрелкова, собрались, можно сказать, пока еще действующие, но возможно уже бывшие отцы областного города, для обсуждения насущных и важных вопросов. Эта могущественная четверка, так называемое негласное политбюро, всё еще продолжала существование.
  
   - Какие ветры дуют у вас наверху, - спрашивал Ринат Кабалатов плотный, с черной густой шевелюрой, ежиком, стоящих волос, областной прокурор, обращаясь к вице-губернатору Дымову.
   - Пока все спокойно Ринат Магометович, но думаю перемены не за горами,- отвечал тот.
  
   Всех присутствующих сегодня, начальника полиции, председателя суда, и областного прокурора, интересовал один и тот же вопрос. Недавнее назначение нового губернатора. Для них это было сугубо личностное не ординарное событие, и они думали все время об этом. Он - новый губернатор, был из неприкасаемых, из небожителей, чекист, из окружения президента. Все понимали, что он, может расправиться с любым из них одним шевелением пальца, он выше их круга. Пока еще, было непонятно, надолго ли будет он у них править, этот вновь назначенный. Останется ли здесь, или будет переведен на другую, более важную государственную должность. Он еще не переехал, и не перевез свою семью, оставался жить в Москве и на работу, прилетал на специально арендованном самолете.
  Они знали, что если он приедет сюда окончательно, безусловно, произведет полную замену руководящих кадров. Поэтому каждый из них, в настоящий момент, стремился быть абсолютно лояльным и войти в доверие к нему. Каждый думал о том, что возможно, удастся закрепиться и остаться здесь. Пока, это более всего получалось у Сергея Васильевича. Происходило это не только потому, что он такой выдающийся и квалифицированный специалист, но и по тому, что губернатор должен иметь кого-то, кто знает местную специфику и пользуется авторитетом среди руководителей районов и других областных чиновников разного профиля. Для этих целей он наиболее подходящая фигура на данный период, а, что будет дальше, жизнь подскажет. Но, по всей вероятности, и его ожидает участь замены на своего, для нового губернатора, человека. Во всяком случае, если бы Сергей Васильевич был на его месте, то он, безусловно - бы, поставил вместо себя своего человека. А как же иначе, здесь нужна абсолютная преданность, и с его стороны полное доверие к этому человеку.
  Казалось, благодаря усилиям Дымова, его отношения ко вновь назначенному руководителю, его делового подхода ко всем вопросам, которые перед ним тот ставил, он постепенно вошел в полное доверие. В результате, он сегодня был фигурой ни первой, но и не второй в области. Он вел себя исключительно преданно, и эта преданность им демонстрировалась не на словах, а на конкретных делах. Вновь назначенный понимал это, и пока оставил Дымова в команде, не меняя на человека из своего окружения.
  Представляли его один раз, в узком кругу руководителей области, сделал это, прилетевший вместе, один из заместителей руководителя администрации президента. И теперь все ожидали, когда же он соберет большой хурал - областной актив, чтобы окончательно познакомиться с ними. Время тянулось и он, почему-то, этого пока не делал, что вызывало неопределенность.
  
   - Ну, а ты сам, Сергей, чувствуешь, что он окончательно, или это временно,- продолжил генерал.
   - Мне кажется по его уверенному поведению, окончательно.
   - Тогда готовьтесь паковать чемоданы друзья,- включился Георгий Стефанович, председатель областного суда.
   - Как бы там ни случилось, чтобы с нами не произошло, очень хочу, чтобы мы продолжили наши встречи, и оставались близкими друзьями, как это было всегда,- сказал генерал.
   - Надеюсь, что так оно и будет, - прокурор Кабалтов встал,- предлагаю выпить за нашу дружбу.
  
   Они продолжили в обычном ключе, однако разъехались в тревожном ожидании будущего.
  
   В последнее время областной прокурор Кабалтов и Дымов очень сблизились. Это произошло после того как Сергей Васильевич выполнил обещание, и Кабалтову передали ключи на один из самых дорогих внедорожников Bentley стоимостью около пятнадцати миллионов рублей. Это было что-то невероятное. Благородная аристократическая осанка. Огромные, как у паровоза двадцати трех дюймовые колеса. В отделке обилие хрома, в салоне самая дорогая кожа, дерево южноамериканских сортов. Невероятно мощный двигатель W12 с двумя турбонагнетателями. На центральной панели превосходный трёхмерный сенсорный экран. Мультимедийная система с динамиками симфонического стереозвучания. Минибар и бокс для хранения бокалов, встроенный в подлокотник заднего кресла. А еще секцию задней двустворчатой двери можно было приспособить для сидения.
  
   Кабалтов был доволен и благодарен Дымову. Такой машины в области ни у кого не было. На днях Кабалтов по службе выезжал в Москву и, вернувшись, срочно позвонил Дымову.
  
   - Надо повидаться, есть интересная информация.
  
   Дымов понял, что информация эта конфиденциальная и предложил встретиться в его резиденции, которая фактически уже была полностью закончена, оснащена мебелью и всем оборудованием, но пока не заселена. Там можно было разговаривать на любые темы. Они на одной машине, проехали в резиденцию. Он провел Кабалтова по анфиладам комнат. Все показал и рассказал. Прокурор был в восторге, и хотя его загородный дом был не маленьким, этот превосходил все ожидания. Дымов сообщил, что в ближайшее время он перевезет сюда семью и устроит праздничный прием по поводу новоселья. Они разместились в кабинете на втором этаже, расположившись в удобных глубоких креслах у журнального столика.
  
   - В Москве,- рассказывал Кабалтов,- я встретился со своим приятелем, который прежде работал с нашим новым. Вот, что он мне сообщил.
   - Наш новый - Губерниев Алексей Степанович, большую часть карьеры провел кадровиком управления КГБ. Такая работа, сказал он, считается у них ссылкой для сотрудников непригодных к оперативной работе.
  
  Прокурор доверительно смотрел на собеседника, выражение его лица и его вид, говорили, что сообщает он конфиденциальную информацию, с которой следует обращаться очень осторожно.
  
   -Оперативники, - рассказывал он,- к таким относятся всегда с презрением, а они в отместку копят компромат и стремятся мешать двигаться по служебной лестнице.
  Жизненная философия Алексей Степановича, по информации моего приятеля, держится на двух постулатах: "Прав тот, у кого больше прав" и "Инициатива наказуема". Далее он рассказал мне, что у нашего нового особые способности к византийским бюрократическим интригам. Он предупреждал, будьте осторожными остерегайтесь. Он сказал также, вам придется иметь дело с неотесанным, властным и упрямым человеком. Действуя, таким образом, он продвинулся дальше по карьерной лестнице, получил звание генерала и попал в администрацию президента. - Кабалтов остановился, вздохнул и продолжил.
   - Он сообщил и такое, о чём следует говорить только шепотом. Считают, и на это есть веские предположения, что он сотрудничал с бандитами, тогда, между офицерами органов и криминальными авторитетами были тесные связи. По странной случайности, в тот период, его повысили и назначили начальником отдела, боровшегося с контрабандой.
  Приятель предупредил, что он, владеет двумя приемами, которым учат разведчиков: "не выделяться из толпы", а еще "профессионально и много говорить ни о чем", "прикидываться" - выглядеть так, как от вас ждет собеседник. Так, что нам Сергей, следует вести себя очень осторожно и не попасть под нож.
  
  Дымов внимательно слушал прокурора, сообщение было мрачным и естественно не вызвало большого энтузиазма, наоборот требовало в его будущем поведении чрезвычайной осторожности и сосредоточенности. Он был признателен за эту важнейшую информацию.
  
   - Вот еще, что,- прокурор передал ему в руки бумажку. Это было полная информация о принадлежащем губернатору и его супруге, имуществе и долях в разных бизнесах. Он внимательно прочитал её содержание.
  
   Вначале шел перечень фирм, где участвовал или имел долю. Среди этих предприятий значительное место занимали активы крупной ритейлерской компании, занимающейся торговлей продовольствием в разных городах, затем прописаны и активы членов семьи. В справке в частности отмечалось:
  Жена Эвелина, бывшая модель, вместе со свекровью, его матерью, обладают контрольным пакетом акций компании 'Сверкающий остров', он владеет сетью продаж одежды Mod House, бутиками мужской одежды WOOLRICH и брендовым универмагом Fashion City.
   За семьей значилась значительная недвижимость в квадратных метрах: земельный участок в России, 10 000 ; жилой дом в России, 2 835,6; квартиры, 415,2, в Москве и 1165,7 в России; нежилое помещение в России, 3812,6; гараж на восемь машино-мест, 228,8, еще одна квартира в пользовании, 106,8.
   Автомобили Mercedes-Benz SL600, 2003 года выпуска и суперкар хэтчбек Aston Martin Rapide, 2007 года выпуска.
  
   -Внушает, могу это взять?
   -Да, это для тебя, но будь осторожен, возможно, пригодится.
  
   Работы по резиденции были завершены. Домашние с нетерпением ждали, когда же, наконец, произойдет заселение в их дворец. Особенно нетерпеливой была дочь Аня.
  
   - Папа, ну когда, когда это произойдет,- непрерывно спрашивала она.
  
   По-прежнему, у нее, после последнего посещения резиденции, все еще мелькали картины, когда она будет подниматься по большой парадной лестнице в белом, огромном подвенечном платье, и справа от неё будет идти жених, а слева родной отец.
  Однако хозяин, хотел, чтобы все было закончено полностью и никаких мелочей не оставалось. А там, как на грех, плохо срабатывала система заполнения и откачки воды из бассейна, и это сдерживало. И, чтобы удовлетворить нетерпение, решил еще раз, со всей семьей, посетить резиденцию. Поездку наметили на ближайший выходной. Хотелось бы, чтобы на это событие, также как в прошлый раз, прилетел и Клим, но он был занят очень важным делом, которое входило в планы Дымова. В Штатах в Майами, как и намечалось, Клим оформлял, только, что приобретенную большую квартиру в одном из небоскребов, построенных миллиардером Дональдом Трампом. Это стало возможным потому, что состояние Дымова увеличилось до невиданных прежде высот. Он очень гордился этим, научился связываться с сыном и разговаривать через Skype. Клим показывал прекрасные виды на океан и пляжи, с высоты двадцатого этажа. Здесь в Майами собирались вся попсовая российская тусовка. Климу хотелось быть рядом с ними, видеть их, общаться. Тут жили композитор Игорь Николаев, певица Ирина Аллегрова, супружеская чета Агутин - Варум, Наташа Королева, Киркоров, Алла Пугачева и многие другие, деньги они зарабатывали в России, время проводили здесь. В этот раз обойдется и без Клима. Выехали рано с утра, Людмила была занята своими домашними делами, поэтому не принимала участие в экскурсии. То, что они увидели на месте, было потрясающим, такой уровень роскоши можно было посмотреть, пожалуй, только во дворцах королей. Рассмотрев все, они собрались в обширной оборудованной по последнему слову техники кухне, обменивались мнениями, беседовали, пили, приготовленный здесь кофе. Сергей Васильевич, рассматривая лица родных, очень гордился, тем, что смог для них построить это великолепное сооружение, где им предстоит жить.
   Раздался зуммер мобильника. Дымов вынул телефон, посмотрел. Звонил помощник губернатора.
  
   - Здравствуйте, сейчас будете говорить с Алексеем Степановичем.
  
   Дымов знал, что он в Москве, был совершенно спокоен, занимаясь личными делами, и на вот тебе. Это взволновало, он прижал трубку к уху и прислушался. Трубка молчала. Наконец раздалась какое-то шуршание, и он услышал голос.
  
   - Дымов, я поручал вам срочно подготовить материалы по предложенным государственным программам, Вы закончили?- как-то грубовато произнес он.
  
  Его охватила волна недоумения, губернатор ни о чем не просил, и ничего не поручал. Это была какая-то ловушка, византийский прием, требовалось, в течение одной секунды определится, как же поступить. Сказать о том, что он ему ничего не поручал, это вызовет недоумение или даже гнев, а может в этом и состоит его главная задача, выбить из седла. В то же время ответить, что да, вы поручали у меня все готово, хотя об этом он и понятия не имел, было очень рискованно, потребуется предоставить материал. Он задумался, видно прошло некоторое время молчания, в трубке опять раздался нетерпеливый голос.
  
   - Дымов, что вы молчите, вы меня не слышите.
   - Слышу хорошо, Алексей Степанович,- и он решил пойти по второму варианту, будь, что будет.
   - Да, вы мне поручали, все готово, я просто задумался, где эти предложения у меня или у помощника.
   - Очень хорошо, тогда жду вас завтра во второй половине дня в Москве со всеми материалами, встретимся в нашем представительстве.
  
   Он расстроился, но другого пути уже не было. Срочно позвонил Людмиле, потребовал собрать всех, кто связан с этими программами и, сидеть, хоть до утра, чтобы все ко времени было готово. Он сам вскоре приедет в обл. администрацию.
  
   В Московское представительство области, расположенное в одном из арбатских переулков, Дымов вместе с Людмилой появились во второй половине следующего дня. Там в Среднегорске осталась кропотливая работа вчерашнего суматошного дня, которая продолжалась до 2 часов ночи, и затем уже утром, первым рейсовым самолетом они прилетели в Москву. Для подготовки и составления необходимого материала, пришлось собрать чуть ли не все руководство области, и с большим трудом, вытягивая как нити из свернувшегося клубка, составить по частям разделы доклада. Дымов отдавал должное Людмиле, она сумела все это объединить оформить в одном документе. Оказалось, что поручение, которое он якобы отдал Дымову, на самом деле было в ведении финансового управления, его начальник, не имея четких сроков от губернатора, только еще начал изучать материал и ничего не подготовил. Он нервничал, суетился, но, слава богу, все обошлось.
  Здесь в Московском представительстве уже произошли кадровые изменения, их встречали совершенно другие, незнакомые работники, назначенные новым губернатором. Весь состав, прежде работавших сотрудников был полностью обновлен. Директор, мужчина средних лет, внешне подтянутый и строгий, очевидно бывший работник из органов, встретил и отвел в переговорную комнату, где они должны были ждать. Расположив в креслах, организовал для них кофе, и, несмотря на высокую должность Дымова, всё же второе лицо в области, всем своим видом показывал, что у него только один начальник - губернатор, остальные для него второстепенные лица. Время шло, его все еще не было. Прошли уже более полутора часов, как они здесь разместились. Выпили кофе по нескольку раз, вновь просмотрели весь материал. Дымов вставал, ходил туда-сюда по кабинету, переживал. Вся холодная обстановка приема, влияла на него отрицательно, он волновался в ожидании предстоящей встречи. Сами помещения представительства достались еще с советских времен, были мрачными и не уютными, оформленными в совковом стиле, стены были облицованы холодными, серыми, дубовыми панелями. Наконец появился директор и пригласил пройти в кабинет, сообщив о том, что он приехал.
  
  - Заходите, заходите,- пригласил Губерниев Дымова, когда тот появился в открытой двери кабинета вместе с Людмилой,- вы с супругой,- удивлённо спросил он. Странный вопрос, по поводу супруги Дымова, ошеломил неё, она вздрогнула, щеки её зарделись яркой краской. Он также немного смутился, но тут же нашелся и ответил.
  - Нет, Алексей Степанович, это мой помощник Людмила Васильева, она непосредственно занималась с этими материалами, поэтому я решил ее взять с собой.
  - Хорошо, докладывайте.
  
  Дымов разложил подготовленные бумаги, и начал последовательно рассказывать об их содержании. Программ было много. Это были: "Жилище", "Чистая вода", "Социальное развитие села до 2010 года", "Модернизация транспортной системы России", "Развитие агропромышленного комплекса" и другие. Когда он остановился на программе по агропромышленному комплексу, тот как-то пристально посмотрел, как бы подчеркивая, что он здесь многое знает. Неужели докопался до нашего виртуального агрокомплекса, которому был выделен бессрочный кредит, пронеслись тревожные мысли.
  Периодически осмысливая доклад, Губерниев вставал из своего кресла и начинал ходить, заложив руки за спину. Его округлое, чуть одутловатое лицо, не выражало большого ума, однако глаза в узких щелочках глазниц, были острыми и хитрыми. В отдельные моменты он менялся, взгляд его преображался, он как бы стремясь ухватить жертву острым клювом, пронизывал собеседника насквозь. В такие моменты Дымов чувствовал, как какая-то холодная масса обволакивает его, он проваливается в неё не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Он уже точно понимал, что новый хочет подловить его на чём-то, подставить ножку, и свалить с насиженного места. В принципе он был готов к этому, его финансовое состояние вполне позволяло отойти от дел и жить в собственное удовольствие, но сделать это следовало как-то очень аккуратно, чтобы не замараться, и поэтому он старался оттянуть этот момент найти способ мирного отступления. При обсуждении программы "Социально-экономическое развитие области" губернатор вдруг возбудился, и, пронизывая Дымова направленным на него указательным пальцем правой руки, грубо произнес.
  
  - А, почему вы так мало предусмотрели средств на поддержку правоохранительных мероприятий, вы недооцениваете их значения. Немедленно внесите изменения!
  
  Теперь Людмила уже также почувствовала, что он пытается найти способ заменить на этом посту ее шефа и поэтому придирается к каким-то мелочам, выражая тем самым ему свое неудовольствие. По всей вероятности, в ближайший период это так и произойдет, повод будет найден, но сейчас надо выручать.
  
  - Извините, Алексей Степанович,- включилась она в защиту своего начальника,- здесь во втором приложении эти средства предусмотрены в значительных суммах.
  - Покажите,- с досадой на то, что она не позволила ему выразить свое недовольство Дымовым, сказал он и зло посмотрел на неё.
  
  Она пролистала страницы и показала ему цифры в приложении. Он удовлетворился. Но по-прежнему стремился зацепиться за какой-то вопрос и выразить свое недовольство. Он ведь знал, и помнил о том, что Дымову он никакого поручения не давал, но это был его излюбленный прием, поставить подчиненного в неловкое положение, чтобы тот пытался как-то выкрутиться. И Дымов выбирался, это раздражало его.
  Рядом сидел помощник, молодой человек, с плоским ничего не выражающим лицом стандартного типа. По завершению губернатор взял в руки папку, пролистал, видно, как бы читая содержание по диагонали. Затем передал её своему помощнику, и поручил вместе с Дымовым на следующий день, проработать эти материалы с Минфином, аппаратом правительства, с тем, чтобы ему затем, встретится с председателем Кабмина, для окончательного утверждения этих программ.
  Наблюдая за губернатором, Людмила делала выводы и для себя. Очевидно, следует закругляться и кончать эту деятельность. Совершенно ясно, что в будущем, на все руководящие посты он поставит своих людей, и естественно в этой компании ей места не найдется. Следует наметить план, как и, что здесь завершить, и сматывать.
  Наконец он уехал. В представительстве остались помощник, Дымов и Людмила. Помощник, молодой человек, с плоским ничего не выражающим лицом стандартного типа, обратился к Дымову, приглашая его наметить план действий на следующий день. Это прозвучало, как резкий выстрел стартового пистолета, и в этот момент, Сергей Васильевич вдруг преобразился, его переполнили какие-то новые внутренние силы, он приобрёл спокойствие и душевное достоинство, и та мягкая, обволакивающая его масса исчезла. Да, что это такое подумал он, кто он такой, чтобы меня унижать. Я имею состояние ни менее его, а может быть и более, вспомнил он справку, полученную от прокурора. Областные дела я знаю и разбираюсь в них больше него, и вполне самостоятельно могу вести дела, так, что в корне следует изменить своё поведение. С этими мыслями он попросил Людмилу выйти из комнаты, и обратился к помощнику.
  
  - Я Вам завтра сообщу, как и что мы будем делать, что касается содержания, могу поручить носить за мной портфель с делами, не более того, ясно.
  
  Помощник смутился, пролепетал, что-то вроде того, что ведь губернатор ему поручил. Но он, не обращая на него внимания, вышел. Хотя, по ранее заведенным правилам, в представительстве ему подготовили Люкс, он не захотел здесь оставаться на ночь, и, созвонившись, заказал себе номер в гостинице Метрополь. Он также, решил не использовать областную служебную машину, заказав для себя представительскую аренду на несколько дней. Он пожелал быть полностью независимым.
  
  После окончания встречи с начальством, с мыслями наметить план отступления, она рассталась с Дымовым и поехала к маме, где её также ждали неожиданные, не предсказуемые события.
  Мама встретила на пороге, радостно улыбаясь, она крепко обняла и расцеловала её.
  
  - Приходи родная, у меня для тебя сюрприз,- она взяла дочку за руку и повела за собой в гостиную. Там, также широко улыбаясь, стоял немолодой, но очень хорошо сохранившийся мужчина, лет около шестидесяти.
  - Виктор Петрович,- представила мама,- Это мой муж,- и она, прижавшись, обняла его за плечи.
  - Мы были знакомы очень давно, еще со студенческих времен,- рассказывала мама,- и так сложилось, что мы вновь встретились, и Судьба свела нас вместе.
  
  Эта новость для Людмилы была совершенно неожиданный, прежде она и думать о том, что у мамы может появиться мужчина, и она выйдет замуж, просто не могла. Но теперь, увидев эту радостную, и видно любящую друг друга пару, обрадовалась. Пусть будет так, подумала, примеряя состояние одиночества, в котором сама находилась, на маму. Так ей жить будет намного легче.
  Вечер прошел очень тепло. У них с Виктором Петровичем сразу возникли добрые отношения. Они симпатизировали друг другу. Мама была рада и способствовала этому. Она обнимала то своего мужа, то дочку, пыталась не прерывать их разговора. Виктор Петрович рассказал всё про себя. У него тоже были взрослые дети, с которыми он пообещал познакомить. Он работал коммерческим директором компании "Эмпрайс-Экспресс" занимающейся оказанием услуг для ведения предпринимательства в США. Они подбирали готовый бизнес и регистрировали новые фирмы. Кроме этого обеспечивали полное бухгалтерское и юридическое сопровождение различным организациям, открывали там банковские счета без клиентов. Желающих в такой деятельности было много и Виктору Петровичу приходилось часто бывать в Штатах, особенно в Нью-Йорке. Его компания также оказывала содействие в получении иммиграционных и рабочих виз в США. Очень хорошо, думала она, возможно, родственные связи, мне как раз пригодятся. Через день она улетела, они расстались друзьями.
  
  Вернувшись из Москвы, Дымов повел себя совсем по-иному. Он полностью замкнул на себя внутренние дела области, и как это делал прежде, перестал считаться с губернатором. Тот с семьей все еще жил в Москве, и в области появлялся только периодически. Теперь он обратил внимание на то, что его заместитель, прежде согласовывающий с ним каждый вопрос, прекратил это. И, поскольку он в таких случаях, не принимал конкретных решений, а просто давал согласие на проведение их в жизнь, такое поведение Дымова вызвало у него некоторое недоумение, это не соответствовало его принципам управления. Правила его были простыми, отработанными многими годами. Он среди своих заместителей всегда создавал группы с разными сферами влияния. Принцип "разделяй и властвуй", который он использовал, заключался в том, чтобы эти разные группы влияния, одновременно не могли усиливаться, натравливались друг на друга, при этом, он становился арбитром, исполняя роль благодетеля и мудрого советника. Вот и теперь на роль противоборствующей группе влияния Дымову, он выбрал своего заместителя, занимающиеся экономикой, и все свои распоряжения начал отдавать через него. Однако, этот заместитель Леонид Сергеевич Иванов, не мог обойти Дымова, вынужден был действовать через него, и на этой почве, начали возникать междоусобицы и скандалы. Дымов почувствовал в себе силу. В принципе ему ничего не угрожало, состояние его позволяло быть независимым, он мог в любую минуту оставить эту должность и продолжать жить в свое удовольствие. Все его активы были оформлены в строго законном порядке, числились за различными фирмами. Сам он нигде не светился. Правда, делать что-то другое, кроме того, чем он фактически занимался, он не умел. Какого либо хобби, которое могло бы занять свободное время, в этом случае, у него не было. Он был бюрократом управленцем. И, в случае освобождения от занимаемой должности, это единственное, что его смущало. Но если прежде, он стремился угождать, каждому желанию нового губернатора, безоговорочно выполнять любое указания, то теперь он стал свободным, начал действовать самостоятельно, а иногда позволять себе вступать в спор. Он понимал, что его ставленник, заместитель по экономике, по всей вероятности, в будущем займет его пост, и это подогревало, заставляло в этом состязании быть более успешным и стремится всегда выигрывать. А так, как, человека в команде Губерниева, досконально знающего и разбирающегося в местных условиях, пока еще не было, он вынужден был терпеть, и даже признавать его силу, принимая те решения, которые тот предлагал. Между тем в областном городе и районных центрах, назрел конфликт, вызванный, как считалось, неудачной системой управления. Действующая система была сама по себе дефектной. Суть состояла в том, что не были определены границы полномочий между главой города и администрации. Кто-то один из них должен был управлять всем хозяйством, одни полагали, что это должен делать управляющий администрации, другие мэр. Конфликт между ними зашёл так далеко, что один "увольнял" другого, напрашивался переход к единой системе, когда городом или районом управляет один человек.
  Губернатор и его ставленник Иванов, горой стояли за действующую систему. Она была привычной еще со старых советских времен, когда во главе города стоял партийный функционер, не отвечающий конкретно за дела, и хозяйственник председатель исполкома. Глава города, как они считали, должен был выступать политической фигурой его ставленником, а глава администрации быть непосредственным хозяйственником отвечать за все конкретные дела. Спор был очень жарким. Дымов выступал ярым сторонником одноглавой системы управления, в конце концов, победил в этом споре. Были и другие значительные случаи, когда побеждала точка зрения Дымова. При рассмотрении строительства Дворца водных видов спорта, крайне необходимого для улучшения спортивной инфраструктуры области, он настоял за внедрение механизма государственно-частного партнерства, который должен был быть более эффективен в приложении к решению данной задачи. В этом случае всё финансирование будет осуществлять будущий владелец, а государство предоставит площадку и коммуникации. Губернатор чувствовал, что рядом с ним находится сильная фигура, которая будет мешать его единовластию, однако просто так, без каких либо причин, он не решался избавиться от Дымова, и задумывался, как это разрешить. Если здесь ему приходилось пока еще терпеть, то по другим направлениям, он уже начал постепенно расчищать свое поле.
  Первой жертвой новой метлы, в перестановке областных кадров, стал генерал. Он был естественно расстроен, но старался не подавать вида. Он шутил, подбадривал своих бывших коллег, и приятелей - отцов города, принимая их на даче. А они, те, которые пока еще оставались на своих постах, были грустными, понимая неизбежность происходящего. Об этом они прежде много говорили, но надеялись, как-то пронесет, однако нет, и теперь приходилось ждать собственной очереди. А дело было так. Между областным управлением МВД и Федеральной Службой Безопасности имели место определенные трения. Оперативники из угро часто обращались к руководству с жалобами на сотрудников ФСБ, вмешивающихся в ход расследований:
  
  - Они безапелляционно приезжают к нам, предлагают деньги за освобождение бандитов и еще угрожают, - докладывал сотрудник из угрозыска.
  
  Генерал Стрелков решил встретиться по этому поводу со своим коллегой из ФСБ, и некоторые проблемы были разрешены. Между тем генералу ФСБ, такое вмешательство не понравилось. Но, учитывая особые взаимоотношения, и полное доверие Стрелкову со стороны администрации области и в первую очередь лично Дымова, он этот вопрос заморозил. Но, как только в области появился новый губернатор, фсбшный генерал побывал у него на приеме и они, как выходцы из одного ведомства быстро нашли общий язык.
  
  - Здравия желаю, товарищ генерал,- приветствовал он губернатора.
  - Я в отставке и теперь штатский человек,- последовал ответ.
  - Бывших Чекистов не бывает, Алексей Степанович,- отреагировал на это замечание фсбшник.
  
  По итогам этой встречи, судьба Стрелкова была решена, это вполне соответствовало намерением нового губернатора иметь в кресле начальника полиции своего человека. Недоставало только формального повода. Но, ждать пришлось недолго. В одном из районных отделов полиции, во время допроса, подозреваемый мужчина, не выдержав пыток, выбросился из окна. Этот случай нашел огласку в местной прессе, общественность требовала суда над полицейскими. Стрелков отбивался, как мог. Однако это не помогло. Губернатор пригласил его и после продолжительной беседы, Стрелков написал заявление об отставке и просьбе отправить его на пенсию.
  
  - Мое новое назначение, председатель фонда ветеранов МВД,- рассказал он,- надо отдать должное, сам губернатор предложил мне организовать этот фонд и обещал помогать в финансировании. Материально я не пострадал, а может быть даже и выиграл, ну, а, что будет дальше, посмотрим. Формально по штатному расписанию оклады небольшие, но по уставу я имею право получать ежемесячно в виде вознаграждения до 10 окладов.
  - Теперь у меня появилось свободное время,- продолжал Стрелков,- я реконструировал парную, все обновил, облицевал специальными породами мягкого дерева, и устроил закрытый выход из парной прямо в озеро. Хочу, чтобы мы сегодня все это пробовали и обмыли. Пойдемте, вперед.
  
  Генерал встал и повел за собой всю дружную команду вниз в парную. Там действительно все было свежо и уютно. Светлые деревянные полки, ведерко из липы с ковшом для плескания водой на каменку. Температуру нагнали до 110 по Цельсию. Парились во всю, хлестали себя разными, березовыми и дубовыми вениками, а затем через отдельную дверь, по вновь построенному закрытому проходу, направились к озеру, и там купались и плескались в холодной воде. После завершения, он приказал накрыть стол здесь прямо в большом предбаннике.
  
  - Обмываем,- генерал и все остальные подняли запотевшие стаканы с ледяной водкой,- надеюсь, что наша жизнь будет и впредь достойной, сытной и прекрасной, ваше здоровье!
  
  За столом продолжали опять обсуждать текущие события, и в конце, Стрелков, задорно усмехаясь, предложил,- ребята, давайте, как в молодости погадаем, кто же следующий?
  Он очистил стол, взял пустую бутылку, положил ее посредине и сильно раскрутил. Бутылка вначале крутилась быстро, затем замедлила свое движение, остановилась и пустым горлышком показала прямо на председателя областного суда Умникова Георгия Стефановича.
  - Может и судьба,- несколько смущенно произнес тот,- но все равно думаю, не пропадем.
  - Георгий, не расстраивайся это же шутка,- рассмеялся прокурор.
  
  Однако шутка оказалась пророческой. Через две недели после этой встречи с Умниковым созвонился губернатор и пригласил вместе посетить местный юридический университет.
  Они ходили по зданию, осматривали аудитории, побывали в конференц-зале и в конце губернатор пригласил Умникова зайти в кабинет ректора, который отсутствовал по болезни.
  
  - Я ведь тоже юрист, несколько лет назад защитил кандидатскую, а хотел бы докторскую,- начал свою беседу губернатор,- да только вот нет надежного человека, к которому бы обратиться.
  
  Он внимательно посмотрел на Умникова,- а почему бы вам Георгий Стефанович не возглавить бы этот университет, престижное заведение, да и мне бы помогли завершить докторскую.
  
  Так водочная бутылка определила судьбу очередного участника из команды "Отцов города"
  Все свершилось
   В новом кабинете, расположенном на третьем этаже здания областной администрации, вместо прежнего, который был на втором, Губернатор принимал Дымова, и отдавал распоряжения на текущую неделю. Это был не просто кабинет, а целый комплекс, в состав которого входили сам кабинет, комната отдыха, прилегающий зал совещаний с длинным, сверкающим полировкой, столом с тридцатью, возвышающимся над ним высокими спинками стульев.
  За спиной губернатора, устроившегося за большим письменным столом, оборудованным пультом специальной связи, огромным монитором компьютера, несколько выше головы, красовался портрет президента, выполненный маслом, а в правом углу, на специальном постаменте, стояли два Знамени, одно Российской Федерации, второе области. Все это вместе взятое, и сам губернатор, олицетворяли могущественную власть, которая была вручена в его руки.
  В последнее время, он больше благоволил Дымову и вел себя на равных. Как-то, он еще раз попытался применить тот же самый прием, и спросить Дымова о выполнении поручения, которое ему не отдавал. Однако он моментально отреагировал, и сказал губернатору, что очевидно запамятовал и такого распоряжения не получал, но если потребуется, немедленно подключиться к этому вопросу. Губернатор проглотил эту пилюлю. Еще несколько раз пытался разными способами сломать Дымова, но ничего не получалось. Он вел себя достойно, нисколько не тушевался, более того, перебивал его и поправлял. С одной стороны это вызывало у губернатора раздражение, с другой, он как-то интуитивно, стал уважать Дымова и прислушиваться к его советам. Но, правила жизненной практики гласили, мне нужен полностью подчиняющийся человек, иначе это противоречит моим постулатам, которые гласили "прав тот, у кого больше прав", а у Дымова этих прав, по сравнению с ним, было ноль. И поэтому губернатор продолжал искать у своего первого заместителя, просчеты, позволяющие его полностью подчинить, или сместить.
  
  - Я уезжаю на три дня в Москву, надеюсь, что вы Сергей Васильевич, все будете держать под контролем, а если произойдут какие-то чрезвычайные обстоятельства, обязательно звоните.
  
  Губернатор уехал, Дымов продолжал рулить областью в обычном Ключе, и чувствовал, что подчиненные с большим желанием общаются с ним.
  Недавно они в своей компании уже бывших "отцов города" обмывали новое назначение Георгия Стефановича, теперь уже бывшего главного судьи. Асфальтовый каток медленно и целенаправленно накатывался, это было уже неминуемо. Но, когда генерал, шутя, еще раз предложил крутануть бутылку, они отказались.
  
  - Чего уж тут крутить, и так ясно, кто остался,- произнес тогда Дымов.
  
  Последние события во взаимоотношениях с губернатором, успокаивали его, и он утвердился в мысли, что вроде бы все в порядке, и, возможно, они сработаются друг с другом. Ему казалось, что каток пройдет мимо. Однако это были предположения, а действительность оказалась совсем другой.
  
  На второй день после отъезда губернатора, Дымов по sms получил сообщение:
  "С.В. срочная встреча очень важно жду 15:00 пятый км восточное шоссе направлению Дорохово подтверди мой телефон ОК Р.М."
  Прочитав сообщение, он удивился, прежде Кабалтов подобным образом не общался, он всегда просто звонил.
  
  - Что-то из ряда вон выходящее,- подумал он.
  
  Затем, как этого просил прокурор, набрал и отправил короткое сообщение: "О.К.буду"
  До назначенной встречи было еще около 3 часов, ехать к этому месту, было минут 40, и в оставшееся время он продолжил заниматься текущими делами. Просмотрел сводки, которые ежедневно представлял аналитический отдел. Затем встретился с главой одного из районов области. Район просил профинансировать километровый участок дороги, соединяющий Федеральную трассу с важным для района поселком Северный. Кто-то звонил, он машинально отвечал, но все это время, мысли о необычной, вдруг назначенной встрече, вызывали тревогу.
  В установленный час, по восточному шоссе, подъехал к пятому километру, здесь вправо, к опушке густой хвойной рощи, по небольшому ответвлению спускалось грунтовая дорога. Там внизу, его уже ожидал автомобиль Кабалтова, он, припарковался рядом.
  
  - Что случилось Ринат? Что за конспирация?- удивлённо спросил, когда они оба вышли из машин.
  Лицо Кабалтова было сосредоточенным и мрачным. Вместо приветствия, он показал жестом в сторону продолжения дороги, которая вела в гущу лесного массива.
  - Пройдем, там и поговорим,- затем попросил водителей проехать вперед в лес, чтобы не светиться у главной дороги.
  
  Они миновали машины, и медленно пошли по дороге, вглубь леса. Заканчивался сентябрь. Хотя снаружи было очень ветрено, здесь в лесу этого не чувствовалось, только отдельные верхушки деревьев, иногда склоняли свои кроны в сторону направления ветра. На фоне общего массива, зеленых, хвойных деревьев, ярко сверкали своей желтизной, случайно выстроившиеся лиственные породы. Здесь было тихо и спокойно. Только иногда, вдруг на дорогу выскакивали, какие-то небольшие пичужки, или по стволу сосны быстро проскакивала серая белка.
  
  - Дело серьезное,- начал свой рассказ Кабалтов,- если бы не так, то, как понимаешь, я бы тебя сюда не приглашал. Мне поручили, звонил первый заместитель генерального прокурора, проверить тебя на наличие недвижимости за рубежом, в частности в Соединенных Штатах. Он также, прислал копию выписки из реестра владельцев данной недвижимости. Речь идет о большой квартире в Майами. Он предупредил о строгой секретности этой проверки, до конечного результата.
  
  Так вот, оно, что, пронеслась ошеломляющая мысль у Сергея Васильевича. Недвижимость за рубежом, Да сегодня у каждого уважающего себя начальника, особенно среди членов правительства, да и многих областных руководителей обязательно есть какое-нибудь имение, особняк или квартира за бугром, это общепринято. И как бы подтверждая его мысли, Кабалтов продолжил.
  
  - Подумаешь, квартира за рубежом, в этом нет ничего удивительного, насколько я знаю это общепринято иметь там какую-то недвижимость. - Он привел ряд примеров по недвижимости у известных в правительстве и в правящей партии людей. - И никто, никого не проверяет. Но, бывают исключения из общих правил, и это происходит тогда, когда кому-то это очень потребовалось. Когда, кто-то перешел кому-то дорогу. Когда такого человека следует убрать и на его примере устроить показательное шоу, разоблачить его, как преступника и вбросить эту кость в народ.
  - Ты думаешь, это исходит от него?- Дымов показал в сторону, имея в виду шефа.
  - Абсолютно уверен.
  - Что же ты предлагаешь Ринат?
  - Не знаю как, но ты должен сделать так, чтобы моя проверка, которую я обязан провести, дала бы отрицательный результат. Если же результат моей проверки будет положительным, то сценарий разовьется следующим образом. Прежде всего, тебя обвинят в приобретении этой недвижимости из незадекларированных, незаконным путем полученных средств. На период расследования тебя могут отстранить от работы. Затем начнут копать у тебя и у всех твоих родственников. А так как этим займутся следователи из Москвы, то уверен, они обязательно до чего то докопаются. На этот период, как минимум, с тебя возьмут подписку о невыезде, а могут даже арестовать. Это опасно, поэтому Сергей, выкручивайся, я обязан был тебя предупредить.
  
  - Спасибо Ринат, сколько дней ты мне можешь дать?- он не знал еще, что он будет делать, но прекрасно понимал, что это займет некоторое время. Сообщение прокурора, окатило его ледяным душем, но чувство самосохранения не позволило отключиться, а напротив, сконцентрировало все внимание, и обострило ум. Мне потребуется много дней, прекрасно понимал он.
  - Думаю, неделю не больше.
  - Нет, это очень мало, дай хотя бы 10 дней.
  - Хорошо, договорились, я постараюсь, если, что буду объяснять, отправил запрос, но не больше, ни одного дня!
  
  Дымов протянул руку Кабалтову, крепко пожал.
  
  - Спасибо, я знал, что ты настоящий друг.
  
   Они сели в свои машины, и разъехались в разных направлениях. Пока, что, не зная, какие меры следует предпринимать, он всерьез испугался. Разные мысли крутились в голове. Как же так, почему я недооценил свои собственные действия. Зачем я, из-за, какого-то тщеславия, согласовал с Климом оформить эту квартиру на себя. Это потому, оправдывал он себя, что наличие зарубежных апартаментов или особняка, стало обычным состоянием большинства российских чиновников. У этого министра имение во Франции, у другого дом в Германии, у третьего в Швейцарии, и об этом широко известно, они особенно это не скрывают. Иногда, что-то выскакивает наружу, поднимается небольшой шум, затем его заглушают, и все проходит. И вот, на тебе, я считал, что с ним все идет нормально, а на самом деле оказалось не так. Влияние его слишком большое, чтобы этим пренебрегать. Надо немедленно что-то делать, времени у меня совсем нет. И, как всегда в подобных случаях, прежде всего, решил посоветоваться с Людмилой. Позвонил ей, она еще была на работе.
  
  - Это я,- произнес он, они уже давно опознавали свои голоса, им не следовало представляться друг другу,- задержись, я скоро приеду, есть срочные дела, следует обсудить.
  
  Он приехал в администрацию и пригласил Людмилу. Она пришла, и сразу же обратила внимание на его встревоженный, какой-то испуганный вид.
  
  - Что с тобой, Сергей, что-то случилось?
  - Да, неприятность, садись, я расскажу.
  
  Она села, у приставного столика к письменному столу. Прежде, она таким его не видела.
  
  - Ну, давай же, не тяни, рассказывай.
  
  Он, встал, подошел и сел напротив, вначале волнуясь, а затем как-то отдаленно, рассказал всю историю, о которой ему сообщил прокурор.
  
  - Почему же ты не согласовал со мной, как оформить эту американскую собственность,- с досадой вырвалось у Людмилы,- но, затем поняв, что сейчас об этом говорить бесполезно,- она сжала руками голову.
  - Думай, думай вместе со мной, мы должны найти выход из этой ситуации, и решить все проблемы. Время шло, она продолжала сидеть в таком состоянии. Постепенно, в ее голове начал складываться какой-то план.
  
  Прежде всего, следует переоформить её на другого собственника, лучше всего на фирму в оффшорной зоне. Но, как это сделать, она пока еще не представляла. Дальше, провести эту новую сделку тем же числом когда она была приобретена. И наконец, убрать из интернета, сведения реестра по датам тех дней.
  И это все сделать в той стране, в которой очень жестко соблюдаются правила регистрации и законы. Но, не может быть, чтобы не было выхода. Ах, вот, что, а ну ка я попробую, и она решила немедленно переговорить на эту тему с Виктором Петровичем, новым мужем мамы, он ведь работает по США. Взяла мобильник, набрала московский номер матери. Вечерело, было уже около семи часов.
  
  - Мама, здравствуй,- мать обрадовалась, и стала расспрашивать дочь как у неё дела, но она прервала ее,- подожди мама это потом, мне нужно срочно переговорить с Виктором Петровичем, он дома?
  - Да он только, что, как раз пришел.
  - Тогда передай ему, пожалуйста, трубочку.
  - Виктор, Виктор, на, возьми телефон, это Люда, она хочет с тобой о чем - то переговорить, - мать передала ему трубку телефона.
  -Да, я слушаю вас Люда, здравствуйте!
  - Виктор Петрович, здравствуйте, у меня к вам есть очень серьезное дело, вы должны мне помочь.
  Она стала расспрашивать его о том, есть ли у него широкие связи в штатах. Есть ли местные адвокаты, которые смогли бы помочь разрешить одно деликатное дело. Когда он ей ответил, что есть, но это зависит от конкретного дела, она попросила его выяснить на месте ли они, и сказала, что завтра срочно прилетит в Москву. Когда прилетит, изложит суть вопроса, кроме того она попросила его, если он сможет, а это очень важно, вместе с ней вылететь на несколько дней в Нью-Йорк.
  
  - Прилетайте Люда,- ответил Виктор Петрович,- я сделаю для вас все, что в моих силах, - кстати, я как раз собирался в Нью-Йорк, но планировал это на следующую неделю, а если потребуется, вылечу с вами.
  
  Дымов внимательно смотрел на Людмилу и слушал её разговор, когда она закончила он спросил,
  - ты что-то надумала, ну, давай, быстрее выкладывай.
  - Я немедленно вылетаю в Москву, там есть человек, который возможно поможет, из Москвы мы вместе с ним должны вылететь в Штаты, для этого ты должен выполнить две вещи. Первое позвонить сыну, и приказать ему, чтобы он предоставил мне полную информацию по оформлению, и главное, беспрекословно выполнял все мои указания, и не вмешивался. Второе, дай мне ту дополнительную карту Американ Экспресс, она должна быть без ограничения лимита.
  Прежде, еще, будучи в Лондоне, когда они открыли счет в банке, Людмила предусмотрительно предложила оформить на имя Дымова карту American Express Centurion, она служила символом достаточного финансового положения. Владельцы такой Центурион обладают правом на эксклюзивные привилегии по всех странах. Чтобы стать владельцем, необходимо иметь приличное финансовое состояние и надежную кредитную историю. Карта давала возможность использовать услуги международных турагентств, приобретать бесплатные авиабилеты на международные авиарейсы, иметь доступ в VIP-залы. Обладатель такого пластика считался привилегированным гостем в лучших гостиницах мира. Они тогда, на всякий случай, оформили дополнительную Центурион на неё имя, такая возможность предоставлялась правилами, с помощью которой по ней ее владелец получал доступ ко всем денежным средствам и привилегиям основной. Они хранились у Дымова.
  
  - Придется потратиться, возможно, и на большие деньги, надеюсь, ты мне доверяешь, - спросила она.
  Он уже понял, о чем идет речь, и, что она собирается делать.
  - Любые траты, - ответил он, - Я конечно доверяю и понимаю, что ты будешь это делать в пределах разумных затрат, главное не забывать срок, который мне дали, всего лишь десять дней.
  
  Сначала, небольшая надежда, а затем уже и полная уверенность в том, что она, эта решительная женщина все сделает для того, чтобы он выкрутился из этой сложной ситуации, появилась у Дымова, и он с надеждой смотрел на нее.
  
  - Прошу тебя, еще раз, подробно расскажи мне, что ты задумала, - попросил он, и она, еще раз, со всеми подробностями, изложила ему весь план.
  -Я не могу сейчас точно сказать, что у нас получится все так, как я предполагаю. - Продолжала она. - Но, как вариант, в реестре, пропишем, вместо твоих, инициалы сына.
  
  Людмила также была встревожена этими обстоятельствами, ведь она фактически была соучастником во всех его делах, и в случае его разоблачения, могла так же попасть в круг подозреваемых. Она посмотрела на него, чувствовалось, что он немного успокоился, после небольшой паузы, предложила,
  
  - Сергей, тебе нужно, нейтрализовать нового губернатора. Сделай ему подарок, от которого он не сможет отказаться.
  -Но, я даже не представляю, что это такое, может быть, - удивился он.
  -Он еще не переехал, только подыскивает, куда бы ему поместить семью, так подари ему свою резиденцию.
  
  Дымов остолбенел, вскочил со стула и в ужасе смотрел на неё. Все что угодно, только не это, пронеслись страшные мысли.
  
  - Ты, что в своем уме, да это же самое, самое, что у меня есть. Это невозможно!
  - Сергей, опомнись, на кону вся твоя карьера, состояние, а возможно и свобода, о чем ты говоришь, подумай!- она вложила в эту фразу колоссальную энергию и требовательность.
  
  Он, постепенно, начал понимать, до него дошло, то о чем она говорила. Прокурор был прав, этот весь наезд организован новым губернатором, и от него будет зависеть все его будущее. По той справке, которая хранилась в сейфе, губернатор совсем не альтруист и возможно такое действие изменит его отношение к этому. Неизбежность совершить такой шаг, о который она предложила, навалился на него, как колоссальный тяжелейшей груз, он придавил его к земле, и, не зная куда деваться, Дымов подошел к стульям для посетителей, стоящим вдоль стен кабинета, схватился за голову, и лег на них лицом вниз. Он лежал и не шевелился. Мысли о том, что вскоре, он вынужден будет расстаться со своим самым любимым детищем, о том, что ему теперь уже не придется переезжать с семьей, а срок им уже был назначен, были ужасными и неотвратимыми. Перед ним, почему-то, как и у дочки Ани, предстал воображаемый образ её свадебного торжества, в котором он, как один из главных участников, поднимался с ней по центральному маршу парадной лестницы резиденции, поддерживая руку, а с другой стороны, шел ее жених. Вокруг стояли и аплодировали званые гости, сверкали вспышки фото съемок. Теперь этого не произойдет. И, что он скажет им, семье, любимой дочке, они так ждали скорый переезд в новый особняк. Холодная неотвратимость предстоящего события овладевала им. Он начинал понимать, другого пути у него нет, следует принимать решение. Людмила сидела, и смотрела на, беспомощно лежащего на стульях, но ей не было жалко. Чего ты переживаешь, глупый, при твоем - то состоянии это все мелочи.
  Между тем, прошло минут десять, он зашевелился, перевернулся на спину и встал.
  
  - Согласен, я принимаю твое предложение, а ты постарайся действовать наверняка.
  
   На следующий день во второй половине, Людмила прилетела в Москву. С собой у нее была генеральная доверенность от Дымова на совершение любых сделок с принадлежащим ему имуществом, копия выписки из реестра на квартиру в Майами, карта American Express с возможностью оплачивать любые затраты, дипломатический зеленый паспорт с открытой визой во все страны.
  С Виктором Петровичем просидели более часа, детально обсуждая схему и возможности решения проблемы. У известного ему адвоката в Нью-Йорке, Флейка Маккейта, рабочий день начинался в 10 утра по местному времени, в Москве это было после 18.
  - Hey, Flake .....Эй, Флейк,- позвонил ему в Нью-Йорк Виктор Петрович, он в совершенстве владел английским,- Как дела, Это Виктор из Москвы, из "Эмпрайс-Экспресс", есть очень срочные обстоятельства, надо поменять собственника на квартиру в Майами, убрать предыдущего и сделать чистой историю. Возьмешься?
  Флейк, что - то отвечал, она сидела рядом и слушала.
  - Как будем платить?- Виктор Петрович посмотрел на Людмилу, она в знак одобрения махала головой.
  - Платить будем нормально по твоему запросу,- ответил он, получив согласие.
  - Хорошо, вылетаем послезавтра, раньше не успеем, на месте все обсудим.
  
  Действительно, вылететь удалось только через день, рейсом Аэрофлота в 9:25 утра. Зато прилетали в такое время, которое позволяло еще провести необходимые деловые встречи. В целом полет прошел хорошо, трясло всего пару раз и не долго. Приземлились в аэропорту имени Джона Кеннеди точно по расписанию. Перед отлетом был целый свободный день, это позволило успеть заказать номера в отеле договориться с Флейком о времени их прилета. Связаться с Климом, уточнить его приезд в Нью-Йорк, и встречу в гостинице. Клим сказал, что он уже в курсе, разговаривал с отцом, он бы и сам справился с этим, но раз вы так решили, обязательно буду. На, что она ему ответила.
  
  - Да, Клим, я также уверена, что ты возможно бы и справился, но пойми это очень серьезно, и лучше нам перестраховаться.
  
  Времени почти десятичасового полета было достаточно, чтобы обдумать события, которые произошли. Периодически, то обмениваясь какими-то мыслями с Виктором Петровичем, то просматривая отрывки из популярных фильмов на экране монитора в системе развлечений на борту, она непрерывно возвращалась к ним.
  Вспомнила первые свои шаги в этой должности, то, как ее проверяли на надежность, цель, которую она себе поставила, совершенные сделки по обогащению Дымова, а на самом деле, с нее точки зрения, это были платы за смерть Андрея. Сделано было много, и сумма, собравшаяся на счетах Дымова, уже превысила сто миллионов долларов. Невероятно огромная сумма, использование которой в обычной жизни, она не могла себе представить. Интересно, думала она, а возможно ли было бы совершить все эти сделки, просто занимаясь нормальным бизнесом, не используя его высокую должность и коррупционные связи. Например, начнем с так называемой резиденции. Да, нет, конечно. Можно оформлять кредит на это многомиллионное сооружение и строить. Но, его следует возвращать. А где источники. Их в принципе не существовало, Дымов не занимался какой-нибудь деятельностью, которая приносила бы доход. Затраты на строительство резиденции, это деньги, прямые откаты строительной компании. Дальше приобретение здания банка, Агрохолдинг, да, нет, нет, здесь и близко не пахнет какой-нибудь реальной деятельностью. Ведь так существует не только Дымов, она узнала очень многих и прекрасно видела, что творится вокруг. Коррупция превратилась в стиль управления государством. Все решилась только таким путем. И каждый, более или менее владеющий какими-то распределительными функциями, стремился отрезать для себя небольшую часть от общего государственного пирога. А нормальные предприниматели, пытающиеся создать независимый от государства, бизнес, где они? Она вспомнила Раевского Николая Ивановича, который сидит в тюрьме, затем вспомнила фермера Виктора, он так и не позвонил, видно разорился, вспомнила еще и других, не удавшихся бизнесменах. Их неудачи заключались в том, что они не хотели делиться с окружающими их чиновниками. Разве я сама, могла бы вести бизнес в салоне красоты, если бы не имела связей, да нет, конечно. В завершение мыслей она решила, что это ее последняя поездка, и последнее дело которым она занимается. После возвращения увольняюсь, и буду готовиться к отъезду. Денег для начала у меня хватит, а может быть на прощание, подбросит Сергей, буду принимать меры, чтобы у него все нормализовалось, и он отбился от того наезда, который на него совершается.
  В отеле встретились, как договаривались. Из аэропорта доехали на такси. Для удобства, встречу организовали в ресторане отеля, где в небольшой комнате, расположенной отдельно от общего зала было место для переговоров, накрыт стол на 6 персон и в стороне красовался мини-бар с разными напитками.
  Флейк, поджарый мужчина лет пятидесяти, в очках пенсне с поворотными стеклами, в темно коричневом вельветовом пиджаке с желтыми нашивками на локтях, с темным галстуком-бабочкой, был подвижным и активным и сразу переговоры взял в свои руки. Выслушал Клима, он приобретал эту квартиру, записал имена и телефоны персонала риэлтерской конторы, через которое шло оформление, забрал копии всех документов, сфотографировал генеральную доверенность от имени Дымова.
  
  - Как я понимаю,- сказал он, - вместо господина Дымова, вы хотите, чтобы покупателем выступил, кто-то другой, причины, почему господина Дымова это не устраивает, меня не интересуют.
  - Да, мы хотим, чтобы это было фирма G.B.C Industrial, зарегистрированная на Кипре, вот доверенность на мое имя, для совершения любых сделок от этой фирмы.
  Флейк взял в руки доверенность, посмотрел,
  - Окей, оффшор несколько усложняет вопрос.
  - Для нас очень важно, сделать все это быстро,- сказала она.
  - Какое время вы имеете в виду?
  - Мы располагаем максимум четырьмя или пятью днями.
  - Окей, это очень жесткие сроки, тем ни менее договоримся так, я забираю все документы, завтра весь день потрачу на изучение организации и оформления этого дела, встречаемся здесь же, вы закажете это место, в 19:00 по Нью-Йорку. Завтра я скажу, сколько это будет стоить, и о возможности все сделать в эти сроки.
  
  Они выпили по бокалу вина, немного перекусили, и разошлись. Завтра у неё был целый свободный день, и она уже теперь задумывалась о том, как его провести, но прежде всего, следовало отдохнуть и хорошо выспаться после длительного перелета, а что будет завтра это потом.
  
  Престижный отель The Plaza, где остановилась Людмила, располагался в центре Манхэттена, на Пятой авеню, напротив Центрального парка. Окна номера открывались прямо в парк, где уже с утра, по его аллеям и дорожкам, многочисленные ньюйоркцы, совершали утреннюю пробежку. Великолепная меблировка, натуральные ткани, картины и изысканные декоративные элементы придавали интерьерам отеля неповторимый шарм. Позавтракав в ресторане, она позвонила старшему менеджеру на ресепшене и попросила организовать для неё, небольшую, на несколько часов, экскурсию по Нью-Йорку.
  
  - Мадам впервые здесь?- поинтересовался он.
  - Да мне прежде не приходилось бывать в Нью-Йорке.
  - Тогда я дам вам Роберта, он хорошо знает город, его историю, вы будете довольны,- старший менеджер относился к ней с большим почтением, как владелицы vip привилегий.
  
  Поездка по городу на представительском Mercedes отеля, была интересной. Роберт, чернокожий водитель гид, в сером парадном костюме, с эмблемой отеля, вышитой чуть ниже наружного кармана пиджака, был улыбчивым, разговорчивым и очень внимательным. Он подробно обо всем рассказывал и показывал, отдельные места они посещали, припарковав на стоянке свой автомобиль. Эта не продолжительная по времени поездка, для Людмилы оказалась чрезвычайно насыщенной и полной незабываемыми впечатлениями. Прежде всего, они посетители Статую Свободы. Роберт рассказал, что по одной из версий великий архитектор Бартольди в этом образе изваял лицо француженки Изабеллы Бойер. Далее Бруклинский мост, затем порт Южной улицы, где должен был причалить знаменитый Титаник. Конечно, проехали на Wall Street осмотрели здание нью-йоркской фондовой бирже, Федералл-Холл, где в 1789 году была принята присяга первого президента Джорджа Вашингтона. В завершение остановились у знаменитой скульптуры Атакующий Бык, в парке Грин Боулинг.
  
  Все время, пока они ездили по Нью-Йорку, и после того, как она пришла к себе в номер отеля, неё не покидало чувство какого - то волнения, которое возникло в связи с неизвестностью окончательного решения Флейка. Она хотела, чтобы все получилось, но так ли это будет, в ожидании их вечерней встречи она не представляла.
  Как и договаривались, к 7-и часам вечера, она заказала тот же отдельный зал в ресторане, и вместе с Виктором Петровичем, который к этому времени освободился, а Клима они отпустили, ожидали Флейка. Он несколько задерживался. Наконец, широко открыв дверь, отдельного зала, и помахивая в знак приветствия рукой, появился.
  
  - Извините, я немного задержался, но в этом была необходимость,- приветствовал он.
  
  Сразу же приступили к делам. Он сказал, что сроки, которые ему определили, на оформление оказались очень жесткими, практически в такой срок оформить нельзя, но он постарался, и все получается. Правда, это потребовало увеличение стоимости. Флейк назвал окончательную сумму. Цифра была большая, это несколько смутило. Дальше он сообщил о том, что ему потребуется аванс немедленно, в размере 50% от общей суммы, ему придется сразу же рассчитываться с исполнителями.
  
  - Если вы согласны, то приступим к оформлению документов. У него были, необходимые для этих целей, ноутбук, мини принтер.
  
  Людмила вопросительно посмотрела на Виктора Петровича, как бы спрашивая его одобрения.
  - Можете не сомневаться,- ответил он,- если Флейк так говорит, то это соответствует действительности.
  - Да я согласна, давайте приступим.
  - Счет, на который следует перевести деньги,- Флейк, передал ей страницу с распечатанными реквизитами.
  
  Она открыла свой ноутбук, вошла в интернет, соединилась с American Express, затем провела соответствующую операцию.
  
  - Окей,- одобрительно воскликнул, когда у него появилась подтверждение поступления денег.
  
  Затем составили и подписали ряд необходимых договоров и документов.
  
  - Придется слетать в Майами,- задумавшись, произнес Флейк.
  - И вот еще, что. Учитывая значительную сумму сделки, более двух с половиной миллионов, мне бы хотелось лично встретиться с господином Дымовым, чтобы подтвердить его идентификацию. Через пять дней мне как раз, по моим другим делам требуется слетать в Европу. Смог бы он 27 сентября, прилететь, ну скажем в Вену, это из Москвы всего два с половиной часа, там бы я передал все документы, и мы окончательно рассчитаемся.
  - Хорошо я это организую,- подтвердила она.
  -Учитывая, что могут возникнуть какие-то дополнительные вопросы, я бы очень просил вас, мисс Людмила, два дня как минимум, оставаться здесь в Нью-Йорке и быть со мной на прямой связи.
  - Отлично я задержусь на эти два. Предварительно я буду в Вене, и сообщу вам место, где мы встретимся.
  
  Все формальности были завершены, на этом этапе все шло, как бы удовлетворительно, она довольная прошедшими событиями, вернулась в свой номер.
  
  Все эти дни, Дымов жил и находился в большом напряжении, от Людмилы пока еще не было положительных сигналов, губернатор задерживаться. Прошло уже три дня, его все еще не было. Он приехал только на четвертый. Был очень занят, встречи не получилось. Только в этот день, поздним вечером, наконец, она связалась с ним по Skype.
  
  - Все хорошо, Сергей Васильевич,- сообщила она,- вам через 3 дня, нужно прилететь в Вену, я буду там заранее, закажу номер в отеле, и встречу в аэропорту. В этот же день в Вену прилетит адвокат Флейк, который занимается нашими делами, с собой он привезет все готовые документы. Это необходимо, ему требуется идентификация продавца. Все решается положительно.
  
  Это сообщение обрадовало Дымова, уже шел шестой день отпущенного ему времени. С другой стороны, необходимость поездки в Вену осложняла обстоятельства, но, он вынужден был с этим смириться.
  На следующий день, с началом рабочего дня, он был очень решительно настроен на встречу с губернатором, пошел к нему без приглашения, с намерением сделать предложение, от которого тот не должен отказаться.
  
  -Алексей Степанович,- обратился к нему Дымов,- вне зависимости от ваших планов, я намерен вас немедленно забрать, и показать вам то, что вам крайне необходимо, вы это обязательно должны посмотреть.
  Тот удивлённо посмотрел, он вел себя так напористо, и разговаривал с ним тоном, не терпящим возражений, это раздражало. Но Дымов не обращая внимания на его замешательство, подошел к нему, и чуть ли не поднимая его из кресла, заявил.
  
  -Пойдемте, пойдемте, это займет не более двух часов, я убеждён, вам это крайне необходимо.
  
  Губернатор не выдержал, и поддался его давлению, они вышли из администрации и на двух машинах, губернаторская за дымовской, поехали в сторону резиденции.
  На месте, когда они въехали на территорию и остановились у главного здания, Дымов широким жестом, прочертил в воздухе все окружение этого имения, и заявил.
  
  - Все это, Алексей Степанович, предназначено для вас. Насколько я знаю, вы еще не определились, где будете жить семьей, и вот, пожалуйста, пойдемте, осмотрим, надеюсь, вам это понравится.
  
  Он, действительно, еще не определился, куда ему переезжать, это предложение заинтересовало его.
  
  - Посмотрим,- согласился он.
  
  Дымов, сопровождая его, обошел всю территорию, огороженную высоким забором. Он живо интересовался всеми вспомогательными сооружениями, осмотрели электроподстанцию, очистные сооружения, отдельный узел связи. Наконец пришли в главное здание, поднялись по парадной лестнице на второй этаж, и затем комната за комнатой осмотрели второй и первый этажи. Через специальный проход перешли в плавательный бассейн, и там немного задержались у плавательной ванны с приятной голубой водой.
  
  -Впечатляет, - сказал Губернатор,- пожалуй, это то, что мне необходимо, куда пойдем договариваться?
  - В ваш кабинет, на второй этаж,- предложил Сергей Васильевич.
  - Что-то ты очень быстрый, пока еще не мой кабинет, - ухмыльнулся он.
  
  Они поднялись на второй этаж, удобно расположились в креслах, в кабинете будущего хозяина.
  
  - Кому это все принадлежит?
  - Это строил я, как резиденцию для губернатора, и поэтому предлагаю для вас.
  - Сколько это будет стоить, - спросил.
  - Надеюсь, что мы договоримся, для вас это будет недорого.
  - Сколько, недорого?
  - Ну, скажем, начиная с одного доллара.
  Губернатор расхохотался,- ты мне начинаешь нравиться Дымов, один доллар, это взятка, дорогой мой. Ну, а на самом деле, я не возражаю заплатить за это достойную цену. Скажем, в пределах пятьсот тысяч.
  - Очень хорошо, это вполне меня устраивает,- согласился, и хотя его затраты на это сооружение были уже в 20 раз больше, а рыночная цена, должна была возрасти еще более, он был доволен.
  - Как будем оформлять, я уже завтра готов переезжать сюда.
  - Очень просто, я предлагаю оформить это путем поглощения вашей фирмой, какую вы назовете, ту фирму, интересы которой я представляю. Эти акции оценим в пятьсот тысяч.
  - Договорились, и вот, еще, что еще Дымов, постарайся привести в порядок все свои активы, нужно, чтобы они были чистыми, и к тебе не было никаких претензий. Ты мне еще больше понравился я буду тебе помогать.
  
  Сергей Васильевич, посмотрел на него, он был доволен всем ходом разговора и понял его намек. Все сходилось. Наезд на меня, организовал он.
  
  - У меня все чисто,- ответил он,- Мне нужно на днях слетать за границу, вы не будете возражать?
  - Слетай, не буду. Надеюсь, у тебя здесь найдется бутылка коньяка, предлагаю отметить нашу договоренность.
  
  Коньяк, конечно, нашелся, они символически выпили, сделка состоялась.
  
   В международный Венский аэропорт Вена - Швехат, Людмила приехала несколько раньше положенного времени. Среди многочисленных встречающих, ей с трудом удалось протиснуться к стойке ограждения, и теперь она удобно устроилась, облокотившись обеими руками. Справа от неё стоял высокий мужчина в очках, он держал в руках картонку, на которой фломастером были написаны фамилии, вел он себя как-то неспокойно, все время крутился, поворачиваясь в одну, то в другую сторону, задевал ее. Это создавало некоторое неудобство. Из Нью-Йорка она прилетела вчера, и заранее побеспокоилась о том, чтобы рандеву Дымова с адвокатом организовать в удобном и хорошо подготовленном месте. Она заказала в знаменитом отеле Дворец Хансен Кемпински один люкс, с двумя спальнями, в самом центре. В уютной гостиной, посредине, стоял небольшой, но удобный для переговоров стол, у стены, под большим панно, на котором была изображена танцующая балерина, притягивал к себе мягкий диван, а на противоположной стороне, два глубоких кресла расположились у овального столика. Подготовка к приезду не отняла много времени, и, будучи свободной до его прилета, она решила немного заняться собой. Все вопросы, которые она в этой поездке решала, завершались положительно, она еще не знала, как там, у него с губернатором, но надеялась, что все определиться. Такое состояние больших свершившихся дел, и, как она определила для себя, завершение этого продолжительного отрезка её жизни на службе в администрации, требовало отметки, даже торжества. Завтра я сообщу ему об этом. Попрошу кое о чем. Мы должны здесь завершить нашу дружбу. Да, конечно, дружбу, хотя он для меня был, как бы инструментом в решении своих собственных задач, мы подружились, он мне доверяет во всем, я благодарна ему за это. В таком настроении она пошла на главную пешеходную улицу Вены, где располагалось бесчисленное количество разнообразных торговых бутиков, небольших и крупных шикарных магазинов. Это была самая знаменитая венская улица магазинов - Марияхильферштрассе, простирающаяся от Старого города до Западного вокзала. Ей хотелось быть неотразимой. В этом наряде я встречу его. Она примеряла разные, и выбрала элегантный брючный костюм из тонкой тёмно-синей шерсти, сексуально обтягивающий ее ноги и бедра. Уже в другом универмаге, для похода в ресторан, она купила яркое, длинное до пят, бальное платье. А вот и прекрасное нижнее белье, с которым не стыдно даже появляться на театральной сцене. И конечно, несколько пар прекрасных, на высоченных каблуках, туфель. Нагруженная коробками и сумками, она вернулась в отель, еще раз разложила все, несколько раз примеряла, все было великолепно. Еще в этот день она успела проехать на обзорном трамвае по кольцевой улице - Рингштрассе, где увидела известные всему миру Оперу, Парламент, Ратушу другие здания. В этих заботах завершился вчерашний день.
  Расписание визитеров складывалось так, что Флейк уже прилетел, и, узнав от нее, что самолет Дымова прибудет значительно позже, сказал, что у него много дел в Вене, и если Людмила не возражает, попросил назначить их встречу на 6:00 вечера. Он также сказал, что сегодня же уезжает вечерним поездом в Берлин.
  Наконец, на табло прилетов появилось сообщение о московском рейсе, и по громкой информации сообщили о его приземлении. Через некоторое время из зала прилета, в котором пассажиры проходили паспортный контроль и затем получали багаж, появились первые, люди из тех, кто его не сдавал. Они шли непринужденно, всматриваясь в лица встречающих, а вот и Дымов, она радостно помахала ему рукой. Он подошел, и они вместе направились к выходу к, их машине. Сергей Васильевич выглядел уставшим, но бодрым. Он, конечно, обратил внимание на какой-то необычный вид Людмилы, она выглядела прекрасно, свежо, те чувства, которые теплились у него где-то внутри, переполнили его. Он боготворил ее. Внимательно, еще раз разглядывая, он сообразил, что она одета по-другому, чем прежде, и в этом заключалась ее необычность.
  
  - Все в порядке, Сергей, у нас свидание с адвокатом в 6:00 вечера, он уже прилетел, и как сообщил, "все окей", поэтому вначале мы устроимся в отеле, и затем сразу пойдем обедать в ресторан. Я заказала для нас, один люкс с двумя спальнями, надеюсь, ты не против?
  - О чем ты Люда, я с тобой рядом, хоть на край света, это даже очень хорошо.
  
  Они заранее договорились, что улетят на следующий день, разными рейсами, она через Санкт- Петербург, он через Москву.
  
  Быстро, устроившись в номере, они спустились в ресторан "Die K?che", где заказали, так называемый "Желаний стол", когда блюдо подают в общих плоских тарелках, а затем, уже официант, их раскладывает каждому гостю. Еще в машине, они отложили разговор о событиях в Среднегорске. Когда официант начал раскладывать принесенные яства она попросила.
  
  -Сергей, рассказывай, мне очень интересно, как он принял твое предложение, что решили, как к этому отнеслись твои родные, давай, быстрее.
  
  -Ты знаешь, мне кажется, мы нашли с ним общий язык, твоя идея, хотя для меня очень тяжелая, оказалась тем выстрелом, который попал прямо в яблочко.
  
  Он рассказал ей, о том, как они подробно осматривали все помещения, обошли всю территорию, ему все очень понравилось, и он не отказался принять это предложение.
  
  - Так и принял все в дар?
  - Да, он согласился купить это у фирмы, которую я представляю, за пятьсот тысяч.
  - Вот это да, он такой же, как и все, тонко решил. Насколько я знаю, а я-то в курсе всех затрат на резиденцию, это в 20 раз меньше ее стоимости. Ну и отлично, только не жалей не переживай, все будет нормально.
  
  Далее он сказал о том, что уже немедленно будет заезжать на постоянное жительство, и о том, что перед самым отъездом собрал свою семью и сообщил им эту для них не приятную новость. Больше всех расстроилась дочка, она даже разрыдалась. Во время рассказа, попросил официанта принести пепельницу, вынул пачку сигарет и закурил.
  
  -Ты что это начал курить? - удивлённо спросила она.
  -Да,- ответил он, - но, это временно, я брошу.
  
  Когда он закончил свой рассказ, она сказала,
  - Все правильно, молодец, я надеюсь, сегодня мы поставим окончательную точку.
  
  Адвокат приехал и позвонил из ресепшена. Людмила спустилась, вместе поднялись на лифте, и вошли в номер.
  
  - Мистер Флейк Маккейт - Представила она его Дымову.
  -О, драйвуесте, как диела, мистер Димов?- поздоровался он по-русски, коверкая слова.
  - I'm sorry, I do not know Russian words.
  - Он извиняется и говорит, что больше русских слов не знает,- перевела.
  - Good start to our business! Хорошо приступим к нашему делу!
  
  Они расселись, Флейк вынул из кейса ноутбук и бумаги, разложив их рядом на столе. Она также сделала это.
  
  -Прошу извинить господина Дымова,- переводила Людмила,- за необходимость прилететь сюда в Вену, дело в том, что в моей практике, а я занимаюсь пограничными делами, я должен лично убедиться, что имею дело с непосредственным владельцем собственности, которую мы переоформляем. Мне очень приятно увидеть вас, но я, извините, хотел бы взглянуть на ваш паспорт.
  
  Дымов достал паспорт, передал его Флейку. Внимательно рассматривая фотографию, и переводя взгляд то на Дымова, то на паспорт, он взял свой смартфон, лежавшие на столе, и, спросив при этом "do not you mind?"-вы не против,- сфотографировал его.
  Флейк улыбнулся и теперь обратился к Людмиле.
  
  - Он просит разрешение теперь тебя сфотографировать,- перевела она.
  - Нет проблем, пусть фотографируют,- дал согласие.
  
  Она сообщила адвокату, делайте это.
  - Окей,- Флейк улыбнулся, навел свой смартфон, мелькнула вспышка, раздался щелчок затвора.
  - Все отлично, передаю вам документы, и вместе посмотрим, как выглядит этот реестр в интернете.
  
  Флейк вынул из папки и положил перед ним, заверенную копию подлинника реестра недвижимости, где вместо фамилии Дымова, владельцем этой квартиры значилось фирма G.B.C Industrial.
  
  - Сравнивайте, пожалуйста,- он положил рядом прежнюю выписку из реестра, где владельцам значился Sergei Dimov. Номер и дата оформления новой выписки, и старой совпадали.
  - Теперь посмотрим историю.
  Флейк открыл свой ноутбук, вошел в интернет, зашел на сайт регистрации недвижимости.
  - Смотрите,- показал он,- Вот запись регистрации этой квартиры, здесь владельцем значится фирма G.B.C Industrial.
  - Все в порядке, дело сделано?- Флейк, улыбаясь, смотрел на Дымова.
  Людмила так же открыла свой ноутбук, вошла на этот же сайт, убедилась, что, да действительно это было так. Дымов внимательно рассматривал оба документа, затем сайт регистрации в неё ноутбуке, утвердительно помахал головой.
  
  -final payment!
  -Yes Yes,- ответила Людмила, посмотрела на шефа,- рассчитываемся,- спросила она. Он подтвердил.
  
  Она как в прошлый раз в Нью-Йорке, через интернет провела эту операцию. Флейк по сети вошел на сайт своего банка. Через минуту к нему пришло подтверждение, деньги поступили. Он встал, протянул свою руку для пожатия, поздравил всех присутствующих с завершением и сообщил о том, что очень торопится, вскоре его поезд на Берлин, распрощался и ушел.
  Некоторое время они сидели, молча, затем Сергей Васильевич вскочил, схватил и начал кружить её по комнате, посадил, крепко обнял и расцеловал.
  
  -Спасибо дорогая, спрашивай, что ты хочешь, я на все готов для тебя!
  - Подожди, Сергей это потом, а теперь звони прокурору.
  - Обязательно звоню,- взял свой мобильник, набрал номер.
  -Здравствуй Кабалтов, это я Сергей, все в порядке, можешь начинать проверку,- шел уже девятый день их договоренности.
  
  - Теперь все,- сказала Людмила, она смотрела на него, широко улыбаясь, в глазах ее проблескивало какой-то лукавство,- Надеюсь, ты приглашаешь меня в ресторан, я очень хочу отметить это событие.
  - Конечно, приглашаю, пойдем.
  - Подожди,- она взяла телефон, позвонила, попросила, соединить ее с метрдотелем. Когда он ответил, она выяснила, играет ли у них сегодня какой-нибудь оркестр, и когда он ответил положительно, заказала столик на двоих ближе к эстраде.
  
  - Это еще не все,- она поднесла палец к губам, продолжая лукаво смотреть на него,- теперь я пойду, переоденусь, я готовилась к этому, еще немного ожидания.- Встала и ушла в свою комнату.
  
  Дымов, на своем месте, сидел и думал о том, что все эти события, которые внезапно навалились на него, могли бы завершиться совсем иначе. Если бы не его друг прокурор и эта фактически самая близкая, теперь для него, женщина, которая своим умом и всегда четкими действиями, делает все, рулит его делами. Так почему же она, не его законная половина? Эта внезапно появившаяся мысль, обожгла. Он отвлекся от действительности, витал где-то в небесах.
  
  - Дымов! Очнись! Я уже давно вышла, стою, и ты не обращаешь на меня внимания.
  
  Он спохватился, повернулся, и воспрянул от восхищения. Перед ним стояла она Людмила, но, нет, это была не она, это была другая, стройная и неотразимая в этом своем новом бальном платье с обнаженными плечами голыми руками.
  
  - Ну как?- спросила она, повернулась, сзади, платье раскрывало всю спину от плеч до начала разреза ягодиц.
  
  Он не выдержал, поднялся, обуреваемый теми, недавно охватившими его переживаниями, подскочил, упал на колени, схватил ее за обе руки.
  
  -Люда, родная, все брошу, разведусь, вместе уедем, только согласись, стань моей женой!
  -Сергей, ты потерял самообладание, о чем ты, вставай сейчас же,- она потянула его вверх и поставила на ноги.
  - Опомнись, не говори глупостей, мы ведь друзья, и может даже очень близкие, ты ведь знаешь, это невозможно,- и решительно облокотившись об его локоть, направился к выходу,- Пойдем.
  
  В ресторане было торжественно и уютно. Сверкали белоснежные скатерти, с чинно установленными приборами, красиво свернутыми салфетками. Мягкие стулья, украшенные позолоченными орнаментами, притягивали и просили садиться. Их столик был перед площадкой для танцев у самой эстрады. Оркестр из скрипок, контрабаса, виолончели, духовых и эстрадного барабана, звучал негромко, исполняя приятные мелодии. Они заказали шампанское.
  
  -С завершением очень важного дела, думаю, что ты такого же мнения.- Сказала Людмила.
  Зазвенели, ударившиеся друг о друга, бокалы.
  - За тебя,- добавил он,- ты сделала все, что было возможным.
  
  Оркестр играл старомодные мелодии, но разве можно называть старомодными мелодиями вальсы Штрауса. Когда исполнялся "Голубой Дунай", Людмила, восторженно, плавно, взмахивая руками в такт музыки,- сказала,
  - приглашай, я сегодня очень хочу танцевать.
  Они вышли на площадку, Дымов в молодости хорошо танцевал, он даже окончил школу танцев, и теперь легко повел ее, кружась в такт великолепный музыки. Они танцевали изящно и красиво. Когда закончили и пошли на свои места, кое-кто из не многочисленных, в этот вечер, посетителей ресторана, зааплодировал. Они еще раз танцевали вальс, затем танго.
  
  - Сергей,- обратилась она к Дымову,- Давай продолжим вечер в номере, у нас еще есть дела.
  
  Он согласился, Людмила помахала официанту, пригласил его к столику, и заказала к ним шампанское коньяк и легкую закуску. В номере они сидели друг против друга за столом, она, взяв, инициативу продолжала.
  
  - Сергей, ты мультимиллионер, не просто, а долларовой, я думаю, что любую женщину, которая бы отказалась от твоего предложения, стать твоей супругой, а значит, иметь право на половину твоего состояния, назовут идиоткой.
  
  Он сидел и молча, слушал.
  - Ну, пойми это не для меня, что мы будем с этим делать, мы разные люди. Ты привык к нашей российской жизни. Другую работу, кроме той, чем ты занимаешься, ты выполнять не умеешь. А, я больше Западный человек и собираюсь уехать. У тебя нормальная семья, взрослые дети, прекрасная жена, зачем это все рушить. Давай договоримся, забудем об этом и точка.- Он продолжал, молча слушать.
  - Как, я уже сказала, по возвращению я увольняюсь и собираюсь к отъезду. Мне нужно дать хорошее образование сыну. И в этом вопросе, если ты захочешь, помоги мне.
  - Я готов только скажи, как я должен помочь?
  - Сергей все сводится к банальности, мне нужны деньги для отъезда и устройства на месте. Мне кажется, что в какой-то степени, я заработала их.
  - Люда, скажи сколько, я не задумаюсь.
  - Сергей, я выполняла у тебя фактически роль посредника, они в таких операциях берут не менее десяти процентов, а я прошу, дай мне пять.
  Он посмотрел на нее и спросил,- Сколько у нас сейчас на основной Card American Центурион?
  -Сейчас посмотрим,- она открыла свой ноутбук, вошла на нужный сайт, внесла необходимые реквизиты.
  -Шесть миллионов семьсот двадцать три.
  Дымов задумался, он не мог ей отказать, он хотел сделать для нее, все, что она попросит.
  - Перечисляй себе шесть.
  - Спасибо, я могу это сделать прямо сейчас?
  - Да, конечно.
  
  В это время в дверь номера постучались, Людмила подошла и открыла дверь, официант в белом фирменном костюме, закатил к ним тележку, с красиво, установленными сверху закусками, ведерком со льдом и шампанским, в бутылке чёрного матового стекла с узким горлом, второй с коньяком, бокалами и приборами. Она попросила подкатить ее к низкому столику у кресел. Когда он ушел, она села за стол у своего ноутбука, и войдя в сеть, приступила к перечислению денег, с основной карты Дымова, на свою личную, новую карту. После различных запросов из банка, введения данных подтверждающих интенсификацию операций, деньги были перечислены.
  
  -Еще раз спасибо, ты настоящий джентльмен,- она встала и подошла к нему, обняла и расцеловала.
  - У меня для тебя подарок, немного подожди,- сказала она, отстранив его,- садись сюда в кресло у столика.- Встала и ушла в свою комнату.
  
  Дымов сидел в задумчивости, переживая все те события, которые происходили раньше, и сегодня, ему нисколько не было жалко этих денег, только, отданных, для нее он был готов на большее.
  
  - А, вот и я!- Он повернулся на звук её голоса, перед ним была уже другая, еще более желанная, невероятно сексуальная, почти обнаженная красавица. На ней, поверх кричащего, возбуждающего, нижнего белья, сверху была наброшена белая почти прозрачная из тончайшего материала короткая, намного выше колен, рубашка. Он ошалело смотрел на нее, не понимая это на самом деле или видение.
  Она подошла к нему, взяла бутылку с коньяком, налила в два бокала по половине, положил одну руку ему на плечо, второй чокнулась об его бокал, затем выпила все залпом, замахала рукой перед собой, сделав глубокий вдох от жара, охватившего ее изнутри.
  
  - Сигарету,- попросила она. Он достал пачку, протянул, она вынула, чиркнула, лежавшей тут же зажигалкой, прикурила, глубоко затянулась. Демонстративно, немного закашлявшись, поставила одну ногу в черной на высочайшем каблуке туфле, прямо перед ним на стол, ткнула горящую сигарету в пепельницу, сломала. Дымов, широко раскрыв глаза, смотрел на нее обалдело.
  
  - Я, твоя! Это мой подарок! Бери!
  
  Он схватил ее, и жадно привлёк к себе на колени, целовал, целовал, куда только можно от пяток до глаз.
  Это любовная встреча, осталась сокровенной тайной на всю жизнь.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  На последнем пути
  
  Сенатор из России и его спутница, комфортно расположились на обширном балконе Круизного лайнера Oasis of the Seas-Оазис морей, принимая солнечные ванны, на удобных лежаках. Это был не просто балкон, а целая веранда. Здесь помимо лежаков был стол со стульями, два шезлонга с подставками для ног, низкий столик для кофе. Сюда можно было приглашать большую компанию гостей и проводить с ними время в пляжной обстановке. Через прозрачные стекла ограждения они наблюдали за огромными просторами бирюзового Карибского моря, простиравшегося вдали. Сенатор звал ее дочура, она обращалась к нему Папочка. Шёл третий, крейсерский, день круиза "Восточные Карибы". Вчера они покинули порт Нассау на Багамских островах с их ослепительными пляжами и направлялись в порт захода Шарлотта-Амалия. Это был большой переход в открытом море. День был свободный от экскурсий и осмотра местных достопримечательностей. Они наслаждались всеми прелестями этого сверх современного огромного океанского корабля, представить себе которые было невозможно. Этот лайнер был самым крупным в мире. Достаточно сказать, что если бы его разместить на каком ни будь зрелищном сооружении типа стадиона, то потребовалось бы площадка длиной более трех футбольных полей, полностью используя их ширину, и высотой эта махина была в двадцатичетырехэтажный дом. Короче, его размеры составляли, длина 360 метров, ширина 64 метра, и высота над уровнем моря 72 метра. Пассажирских палуб - восемнадцать. Водоизмещение: 225 282 тонн. Это целый плавучий город, в котором проживало 5400 туристов и 2200 человек команды. Здесь для них предлагалось большое количество занятий и развлечений на любой вкус. Для путешественников работали большой театр, скалодром, акватеатр, каток, двадцать один бассейн, и еще многое другое. Сам корабль был, как бы разделен на две части, между которыми проходила настоящие улица, с живыми деревьями, кустами, многочисленными барами, кафе и магазинами. Это был Центральный парк под открытым небом с лужайками, живыми цветами, пышными тропическими зарослями, тихими тропинками. Рестораны с наружными террасами, любезно приглашали гостей отведать оригинальные блюда, разнообразных кухонь. Здесь можно посетить художественную галерею, или концерты и уличные представления.
  Когда они прибыли на посадку в Форт-Лодердейл, штат Флорида, сенатор, впервые увидев этот лайнер, застыл в изумлении. На табличке перед входом в пассажирский вокзал, он прочитал, что построили его финны в городе Турку. То, что он увидел, поразило его, не может быть, такую махину, бывшие чухонцы, когда-то окраина России, они построили. Он знал, что у них неплохо с деревом, север, хвойные леса, ну еще они вроде даже обогнали американцев по выпуску мобильных телефонов, но чтобы создать такое, он не предполагал. Ему стало как-то обидно, и чтобы успокоить себя он вспомнил, что и мы, кое-чего производим огромное. Мы тоже умеем, какие подводные крейсеры строим в Северодвинске, с атомным двигателем, шахтами для межконтинентальных ракет. А еще атомные ледоколы. Эти мысли как-то успокоили, и он пошел, на посадку.
  Сенатор давно мечтал о такой поездке и не пожалел денег, разместились они в каюте Люкс Гранд (Grand Suites) с уютной спальней, гостиной, балконом и массой других удобств на двенадцатой палубе. В гостиной были, обеденная зона со столом на шесть персон, куда можно было заказывать специальное обслуживание из ресторана, и зона отдыха с удобной мягкой мебелью, креслами и раскладывающимся диваном. На огромных экранах плоских телевизоров можно было смотреть, программы из всех стран мира. Через высокие стеклянные витрины был выход на балкон, и просматривалось море.
  
  - Папочка,- обратилась спутница сенатора,- принести тебе коктейль? Она встала со своего лежака, подошла к нему сзади, и начала массировать его плечи, сильно разминая застывшие мускулы.
  - Расслабься, что ты такой зажатый.
  - Принеси, пожалуй, только сделай покрепче,- ответил он, снимая со своих плеч ее нежные руки.
  
  Она прошла в каюту, там, в баре было огромное количество различных напитков, виски, коньяков и в специальном бочонке лед. Коктейли, как и многое другое, делать она умела прекрасно. За стойкой бара, расположенного здесь же в гостиной, она приготовила для него Коктейль Caribou Lou, из рома Бакарди, известного своей крепостью, сока ананаса и рома Малибу. Для себя она приготовила легкий коктейль. Очистила манго и киви от кожицы, нарезала дольками, залила ананасовым и апельсиновым соком, и добавила немного водки.
  Сенатор проводил её восхищенным взглядом, у нее была прекрасная фигура, длинные голые ноги, соблазнительная попка с тонкими ниточками мини бикини, и на обнаженной спине полоска яркого купальника. На самом деле, она была никакая не дочура, она была индивидуальным гидом по соединенным штатам, в совершенстве владела английским языком, имела высшее туристическое образование, хорошую память и знание истории. Последнее время она специализировалась на работе по сопровождению в заграничные поездки солидных богатых мужчин, и очень хорошо на этом зарабатывала. И она стоила того, как шикарная женщина, настоящая модель. Называть друг друга Папочка и дочура, они договорились перед отъездом, для того, чтобы не вызывать вопросительных взглядов и недоумения у окружающих их женщин и мужчин. Звали ее Марина, а представлялась она, как Марго. Сенатор выбрал ее не сразу, и когда с ней познакомился, очень был доволен. Марго была девушка без комплексов. Когда он ей давал задание на подбор каюты, и сказал о том, что обязательно, чтобы было отдельное спальное место, Марго ответила,- если даже будет отдельная большая кровать для вас, я как-нибудь пристроюсь,- намекая на то, что они могут спать и в одной. Он намек понял, и ответил,
  - Очень хорошо, меня это устроит.
  
  Он поручил ей вести все финансовые дела по поездке, платить везде от своего имени, как дочери, рассчитывающейся за себя и своего отца. Так, как затраты были очень большие, он не хотел, на всякий случай, светится по этим расходам. И теперь, во время летних каникул в Совете Федерации, не стеснялся с комфортом, шикарно проводить свой отпуск. Еще перед отъездом они договорились, что при любых обстоятельствах, позже, они должны забыть об этой совместной поездке, никому не говорить, и ни с кем не делится воспоминаниями, вместе не фотографироваться. Она согласилась, съездить на халяву в такой дорогущий круиз, да при этом еще прилично заработать, почему бы нет, это ее устраивало.
  Мягкой походкой, чуть пригибаясь, стараясь не разлить содержимое, она возвратилась на балкон с двумя бокалами приготовленных коктейлей, подала один сенатору.
  
  -Попробуй, сказала она, этот должен быть покрепче.
  - То, что надо,- ответил он, отсосав через трубочку немного напитка.
  
  После этого, утреннего приема солнечных ванн, так, как день был сегодня свободный, они собирались пройтись по кораблю и получить максимальное удовольствие в различных его развлекательных центрах, а также посетить магазины на Центральной улице.
  
  - Папочка, ты начинаешь обгорать, допивай и ложись, я натру тебя специальной мазью.
  
  Он допил свой коктейль, лег на грудь, она начала наносить мазь от загара на его спину. Делала она это мягко и нежно, он возбудился, повернулся к ней, притянул к себе и посадил на свой лежак.
  
  -Давай сделаем это после прогулки, - сказала она, и своими ярко накрашенными губами, поцеловала его в щеку, затем взяла салфетку и стерла алые следы.
  
   На скоростном лифте, который доставил их на свою двенадцатую палубу, они вернулись уставшими и полными впечатлений, а таких лифтов на лайнере было 40. На людях, когда они были вместе, она специально обращалась к нему по-английски, подзывала его к себе -Daddy, daddy, come here! Чтобы эти все, окружающие иностранцы, понимали, что это дочка с отцом.
  
  - Ты устал, пойдем я тебя уложу и скоро приду, только еще раз примеряю, то, что ты мне подарил.
  Марго отвела его в спальню, помогла раздеться уложила на кровать, это был целый аэродром.
  - Я, сейчас, жди.- Вскоре она вернулась, и свежая приятно пахнущая легла рядом.
  
  После бурной связи, в которой она была значительно активней, Сенатор удовлетворенный лежал с раскрытыми глазами, Марго обнаженная рядом.
  Почему-то мысли его крутились вокруг воспоминаний последних двух лет, время которых быстро пролетело. Конечно, когда по какой-либо причине, он вспоминал прошлое, прежде всего, перед ним возникала картина той прекрасной ночи в Вене, он не забывал об этом никогда, это останется на всю жизнь. Всё сложилось, как нельзя лучше. Тогда после возвращения события развивались так. Губернатор, конечно же, заменил всех и поставил на основные должности в администрации близких и преданных ему людей. Но, с ним у него сложились теплые и дружеские отношения, и через некоторое время, он назначил его представителем области в Совет Федерации от исполнительной власти. Так он стал сенатором. Вместе с семьей переехал в Москву, обустроился. На Рублевке, купил прекрасный особняк, он ничем не отличался от того, который подарил губернатору, разве, что не было бассейна. Там состоялась одно из важнейших семейных событий. Дочку, Анну выдали замуж за сына одного из крупных правительственных чиновников, который в свои 27 лет уже занимал должность первого заместителя крупного банка. Неофициальные данные, гласили, состояние этого молодого человека, уже превысило миллиард. По парадной лестницы нового особняка, он вел ее со свадебным букетом, под руку, а с другой стороны, шел ее, этот будущий муж, все случилось так, как, они, дочка и он, по отдельности мечтали. Здесь на Рублевке, они все обустроили заново по своему вкусу, и теперь жили в свое удовольствие. В гараже стояли два новых автомобиля, Lexus и Мерседес. Жизнь научила, он принял меры, чтобы все свои счета и средства, упаковать так, что до них не донюхается ни какая ищейка. Квартиру в Майами, они продали и купили себе небольшое имение во Франции. Кстати, по завершению круиза, он планировал съездить и посмотреть это место в Майами, так, как, раньше так и не пришлось здесь побывать, а это было совсем рядом. Прилетели они сюда в аэропорт, расположенный в 13 км северо-западнее от центра города Майами, а в порт Форт-Лодердейл, где была посадка на круизный лайнер, из аэропорта добрались на такси.
  Декларация о своих доходах и принадлежащем ему имуществе, у Сергея Васильевича была весьма скромная. Его заработная плата, сенатора, небольшая трехкомнатная квартира, и один автомобиль Жигули.
  Он уже привык быть сенатором, с достоинством занимать свое место в третьем ряду справа от трибуны, голосовать за те или иные законы. Участвовать в работе комиссий. Ну и самое главное всегда лоббировать интересы области. В таких делах стремился выкладываться полностью. Находить любые способы работы с чиновниками из правительства и других государственных структур, проталкивать, иногда даже преодолевать непроходимую стену, но добиваться требуемых результатов. Губернатор был доволен, и теперь, в прошествии времени, не жалел, что поставил его на эту должность. Здесь, многие сенаторы работали уже десятки лет, и он наделся, что с ним будет то же самое. Ну, а если, что не так, - он был достаточно обеспеченным человеком, не зависящим от своей официальной службы. На худой конец, было то самое приобретение во Франции, куда можно было уехать, с его деньгами жить спокойно оставшуюся жизнь. То, что он был очень богатым человеком, его нисколько не смущало. Наоборот, считал, так и должно быть. Он все время был во власти, входил в так называемую элиту, это само по себе, как он считал, давало право на высокую обеспеченность и наличие больших денег. Свое состояние, возникшее, благодаря высокой должности и так называемым коррупционным связям, считал справедливым. Так и должно быть. И когда он оглядывался, видел равных себе по рангу коллег, это подтверждалось. Сделки, которые в прошлом совершались, были направлены на увеличение его богатства, оформлялись абсолютно законно, к ним нельзя было придраться, а то, что другой человек не находящиеся у власти, не смог бы их осуществить его не касалось. Его устраивало такое положение, устраивала существующая власть, он был полностью ей предан. С большим удивлением относился к тем людям, которые выступали против власти, они как он считал, просто завидовали. Он не любил этих, как их сейчас называли, дерьмократов. Это было естественным, потому, что они хотели нарушить сложившуюся систему, к ней он привык, так жить ему было хорошо.
  Жена сейчас была очень занята подготовкой к рождению внука или внучки, это приятное известие о беременности дочки, появилась недавно, хотя шел уже пятый месяц. Она места себе не находила, крутилась вокруг нее, пытаясь что-то заранее организовать, хотя в этом не было особой необходимости. Кроме того, она увлеклась флористикой и в своем саду выращивала различные цветы.
  Поэтому, когда он сообщил о своем желании одному съездить в круиз, она совсем не возражала.
  
  - Поезжай, отдохни, мне сейчас не до круиза,- сказала она.
  
  И вот он, здесь, проводит шикарное время, отдыхает, его обслуживает во всем эта молодая особа, что не имеет никакого отношения к его семье. Он даже не считал, что изменяет жене. Нет, это просто так, дополнительная услуга, так поступают все мужики.
  
  - Полежи еще немного, я пойду одеваться,- сказала Марго.
  
  Она встала и пошла гардеробу, до ужина оставалось еще около часа. После была намечена огромная культурная программа. Они заказали себе места в театре, где выступала американская джазовая группа. Потом собирались в аквапарк, посмотреть акробатические трюки прыгунов с вышки. И в конце вечера, пойти в казино и немного поиграть в рулетку.
  Время провели, как и намечали. Дочура Марго была неотразимой, в нарядном коротком платье, обнажающем, красивые ноги в туфлях на высоком каблуке. Папочка Дымов одел, купленный по этому случаю, белый вечерний костюм от Kiton.
  Круиз продолжался, Оазис морей, шел по своему курсу.
  
   В глухом тупике заброшенного полустанка, вдали от узловой железнодорожной станции, стоял зеленый обычный пассажирский вагон. Дверь у его торца была наглухо захлопнута. Место здесь было открытое и лишь на горизонте просматривались очертания какого-то жилого поселка. Невдалеке, метров за тридцать от первого, проходили еще три железнодорожных пути, на крайнем из них расположился второй такой же зеленый обычный пассажирский, только своей противоположной стороной. Это были вагоны, на места в которых, никогда не продают билетов.
  
  - Осужденный Раевский на выход!- прозвучала команда.
  
  Дверь первого вагона открылась, из него вниз по ступенькам, придерживаясь за перила правой рукой и левой прижимая к себе вещевой мешок, спустился сгорбленный, в арестантской робе, заключённый. Он повернулся и только, только, успел заглянуть в глаза, стоявшему здесь с автоматом наперевес, молодому еще совсем юнцу, солдату комендантской команды. Солдатик выглядел, пришибленным службой, уставом, суровыми инструкциями, дедовщиной. Николай Иванович уже знал таких, сейчас солдату предоставлялась возможность сорвать свою злобу на нем.
  По мнению солдата, в обществе он находился на много выше этих зэков. В глазах его промелькнул страх, чувствовалось что при всем своем положении и при автомате, висящим на его плече, он их боялся. И, чтобы преодолеть этот страх он истерично заорал.
  
  - Сесть! Вещи над головой! - Вперед гуськом, на согнутых!
  
  До следующего железнодорожного пути было метров двадцать, проковыляв, таким образом, примерно одну треть, Раевский поднял голову и посмотрел в сторону. Сопровождавший второй солдат, у которого на поводке рвался караульный пес, стараясь перекричать истеричный лай, завопил,-
  
  - Опустить голову! По сторонам не смотреть! Не разговаривать! Рожу в пол!- и направил на него своего пса.
  
  Огромная псиная морда, с раскрывшейся пастью овчарки - волка, очутилась рядом. Пес злобно рычал и лаял, пытаясь вцепиться зубами в лицо Раевскому, и лишь натянутый поводок, не давал этого сделать. Раевский опустил голову и прошкондыбал дальше. Так он добрался до первого пути. Дальше второй, и только на следующем, третьем стоял тот самый вагон "Столыпин" куда их пересаживали на этой пересылке.
  
  - Сесть на рельсы! Голова между колен! - раздалась следующая команда.
  
  В таком положении пришлось ждать, пока предыдущий перед ним зэк не поднимется. Наконец подошла и его очередь, взобравшись по ступенькам, он зашел внутрь. Там его ждала уже другая команда конвоиров.
  
  Встречавший солдат, толкнул в проход, прокричал,
  - пятая камера!- имея в виду, пятый отсек - купе, в этом вагоне тюрьме.
  
  Раевский добрался до своего отсека, там уже было человек восемь. Внутри все было железным серого мышиного цвета. Лавки и полки излучали холод. Стенка, отделяющая это купе в кавычках, от коридора была сделана из мелкой решетки, через которую невозможно было бы просунуть руку. Окна из матового стекла были также зарешеченными. Все эти унижения, прохождение перед отъездом в пересылку накопительного бокса, так называемой "обысковой комнаты", помещения грязного, полуразрушенного, мрачного с вонью грязной 'параши', без окон, по стенам которого струилась влага от человеческого пота, и эта пересадка в другой вагон следования, теперь были позади. Раевский пристроился на нижней полке, и как всегда это делал в последнее время, ушел в себя. Разные мысли одолевали его.
  Когда он думал о том, что произошло с ним, и почему так все сложилось в стране, и что нужно было бы сделать, по его мнению, он постоянно начинал спорить между Николаем предпринимателем и Николаем, государственником. Этот диалог был бесконечным, занимал все мысли, не отпускал. Уже шла вторая половина отсидки, присужденного срока, попытки адвокатов, вытащить его оттуда по УДО, оказались безрезультатными. Работники пенитенциарной системы все время пытались вымогать из него большие деньги. Дело в том, что по решению суда, он был осужден за то, что якобы взял с них за партию рыбы, больше чем это было положено. Его посадили, бизнес, предприятие разрушили, в качестве компенсации ущерба арестовали его недвижимость, а денег то они никаких не получили, все по хитросплетению обстоятельств ушло Дроню. На все эти намеки и просьбы, он отвечал, что денег у него нет, ему не верили, и предупредили, что по УДО не выпустят.
  
  Первым всегда разбирался вопрос - Почему я здесь нахожусь?
  Николай Предприниматель, говорил,
  - Это было наглое преднамеренное искажение действительности, игнорирование законов, нарушение элементарной логики. Подмена, специально подтасованная, гражданского законодательства на уголовное. Решение Арбитражного суда, выигранное в его пользу, было выброшено на помойку.
  Николай Государственник, отвечал,- когда такие сделки совершаются между государственными предприятиями и частным бизнесом, это мошенничество.
  - Неправда,- спорил с ним Николай Предприниматель,- это не мошенничество, это элементарная хозяйственная операция, предусмотренная гражданским законодательством, простая купля-продажа. При этом на возникшую от этой операции маржу, начислены и уплачены налоги.
  - Нет,- отвечал Николай Государственник,- Мне дано право, толковать закон, и, как я решу, так и будет!
  
  Почему происходит такой беспредел, почему этот государственный асфальтовый каток, раскатал его и многих, таких как он, с ними он встретился здесь в тюрьме.
  И сам себе отвечал.
  Это началось после процесса по ЮКОСУ, особенно после второго. Если уж такого самого влиятельного и богатого человека смогли посадить, то, что говорить о нас, мелких и средних бизнесменах. Вся эта громадная правоохранительная и судейская, абсолютно безграмотная в хозяйственных вопросах и коммерческих операциях, махина навалилось на них. Они, следователи, прокуроры, судьи просто не понимали, что в принципе можно заработать, какие-то деньги не воруя. По традиции из поколения в поколение им передавались воспоминания о цеховиках, которые на самом деле были настоящими тружениками, но считались мошенниками и страшными уголовными преступниками. Эти понятия продолжали существовать. Они до сих пор не могли допустить, что какая-то там другая деятельность может быть не государственной. Как это так можно заработать такие огромные деньги, во много крат превышающие их заработные платы, не воруя, это невозможно.
  Они обрадовались этим прецедентом с ЮКОС. Этот процесс подтверждал их твердые прежние понятия. Кроме того, теперь стало возможным под любым предлогом, шантажировать и под угрозой возбуждения против них уголовных дел, выкачивать деньги. А, кто начал сопротивляться, того сажать. С каждым годом количество, так называемых экономических дел, стало расти. А тюрьмы наполняться уже не десятками, а сотнями тысяч, предприимчивых деловых людей.
  Так почему же это происходит? И он отвечал сам себе. Это происходит, прежде всего, потому, что ни государству, не всему обществу мы не нужны. Казалось бы, это нонсенс, но нет, не востребованы, они не стали главным источником пополнения бюджета. Нашлись другие более важные источники и всех их отбросили в сторону, как мешающих болтающихся под ногами. Раз они не нужны, то на них плевать, можно над ними как угодно издеваться. И вот здесь возникает очень большой вопрос, почему же так сложилось, что они не нужны?
  Николай Иванович, думал и думал об этом, многие дни и ночи, и, постепенно, у него складывалось, определённое, собственное представление по этой глобальной проблеме.
  Почему-то исторически, все самые богатые страны, прежде всего, известны своим разнообразным производством, от каждой бытовой мелочи до крупных машин и агрегатов. И как ни странно, у них мелкий и средний бизнес производит более половины всей продукции. Почему же так сложилось, что у нас, этим людям не только, что открыли широкие возможности для их инициативы, а, напротив, везде и всегда зажимают, не "пущают". Очевидно потому, что последнее 100 лет, наш народ был фактическим в рабстве. Все принадлежало, и делалась от имени государства, малейший шаг в сторону считался преступлением или, как минимум спекуляцией. И поэтому психология основной массы населения так и устроена. Они - общество не воспринимают предпринимательство, смотрят на него с подозрением, а порой и с ненавистью. Раз так, то у работников, находящихся в управлении такая же психология. И по всей вероятности, прежде всего, следует менять их психологию, но это не просто, требуются жесткая твердая рука, вроде бы, как Петра 1 или Пиночета. Я бы, например, внедрял в сознание населения четкое понятие, как истину, которая, само собой разумеется. Эта истина заключается в том, что все в жизни зависит от производителя сельскохозяйственной или промышленной продукции, и вся цепочка уважения, отношения к различным профессиям, существующим в стране, должна начинаться от этого производителя, а затем уже идти все, врачи, учителя, профессора, журналисты, артисты, чиновники, полицейские и даже священники. Только тогда, когда они все начнут понимать, что это основа основ, от которой зависят все, потому что только производители создают новую стоимость, и, что эти люди заслуживают первую степень уважения и внимания, и беречь их следует, как зеницу ока, только тогда окружающий мир начнет меняться.
  Между тем их отсек пополнился еще несколькими заключенными, стало тесно, сидеть уже приходилось, чуть развернувшись и тесно прижимаясь друг другу, стоял пригоркий запах человеческого пота. Николай Иванович уже привык к различным ситуациям, и поэтому, не обращая внимания на внешние раздражители, сидел, и продолжал свои бесконечные рассуждения на очень волновавшую его тему.
  Опять те же мысли, опять повторение. Находясь здесь в заключение, и встречая довольно часто, таких как он, хозяев небольшого или среднего бизнеса, он много раз задумывался о том, почему они здесь, почему их так много, за что они сидят. И каждый раз, не находил для себя правильный ответ. То, что вообще, после посадки Ходорковского, охота на них стала общим делом, и каждый маломальский полицейский начальник или мент, относились к этим людям, как к источнику своего обогащения, уже не вызывало удивления, таковы были общие правила. Но почему эти правила состоялись, он не понимал. Сколько можно было бы сделать полезных дел, создать новые производства, наладить выпуск крайне необходимых для граждан товаров, если бы они находились не здесь, а были бы на свободе. Да и те, которые остались там, на свободе не в состоянии организовать выпуск необходимой обществу, конкурентной продукции. Потому, что сложились такие правила. Для общества она была не востребована, все уже ввозилась из-за рубежа. Ему хотелось, чтобы огромная масса потребительских товаров были российскими и не просто российскими, а конкурировали с зарубежными образцами. Он знал многих, он с ними общался, видел, как они тянутся, пытаются организовать новые производства, но, увы, с первых же шагов им отбивали руки. Эта мысль, почему так, почему нет условий, способствующих этому, не отпускала его, он все время думал об этом. Вспоминал, с каким восторгом были приняты события 90 годов, как воздух свободы заполнил его и многих его знакомых, и они надеялись, что смогут все, преодолеют эту нашу технологическую отсталость, организуют новые производства. Но, в жизни этого не случилось. До определенного момента, все шло в правильном направлении. И даже те, знаменитые залоговые аукционы, которыми сегодня каждый умник тычет в лицо так называемым либералам, при нормальных рыночных условиях, дали бы свои результаты, просто неэффективный собственник бы разорился, а на его место пришел эффективный. Да, в принципе так и произошло. Те крупные промышленные империи, существуют и развиваются, в их руках оказался мощнейший финансовый ресурс. Что касается всех остальных, то тут дело пошло совсем по иному сценарию. Основные финансовые ресурсы оказались в руках многочисленных чиновников и силовиков, близких к государственному управлению. Условий, позволяющих поддерживать и лелеять, прежде всего, производителей сельскохозяйственных и промышленных товаров создано не было.
  Ну, хорошо, а чтобы ты сделал, будучи сам государством, спрашивал он себя. Конечно, это сложнейший вопрос, простых ответов на него, и, очевидно, не существует. Я, конечно, не крупный экономист, ученый, понимаю, что решение задач в масштабах огромной страны, это сложно. У Государства всегда много видов деятельности, о которых следуют беспокоиться. А, я рассуждаю об этом вопросе, со своей позиции. Ну и, что? Ведь повсеместная занятость работников в производстве, выпуск разнообразной продукции, создавали бы ту мощную устойчивую бюджетную основу, при которой правительству было бы еще проще, осуществлять расходы на различные направления. А, главное, и важное, изменилась бы психология людей. Они бы из халявщиков, потребителей и распределителей чужих ценностей, превратились бы в ответственных самостоятельных членов общества. А, еще, он не понимал, почему сложилась такая тенденция, когда под видом благородных идей природоохраны, здоровой окружающей среды, из городов начали выводить заводы и фабрики. Прежде, проезжая по новым массивам, двадцатиэтажной застройки, он всегда задумывался, а где же будут работать этот народ, неужели все пойдут в охранники, станут служащими государственных контор, служащими банков, торговых центров. Где брать эти огромные средства на их существование, если не будет производителей? Он не понимал этого, в этом также отображалось отношение к ним.
  Да, но, как преодолеть то огромное технологическое отставание в производстве различных товаров, если начать их производить у нас в России? Задавал он себе вопрос.
  Какой необъятный потребительский рынок. Сколько сотен тысяч наименований различных предметов и товаров требуются людям. Все эти товары, начиная от мелкого шурупа и гайки, появились на рынках, после того как началась свободная торговля. Тоже на рынке продовольствия. Прежде, разве можно было себе представить наличие такого количества разнообразных сортов, к примеру, колбасы, нет, конечно. Все это в огромных количествах завозится из-за рубежа. И как же ты, милый человек, собираешься все это производить здесь в России? Ведь совершенно ясно, что местная продукция будет изначально, ниже по качеству и более дорогая. Что, запретить ввоз импортных товаров? Ни в коем случае. Конкуренция это величайший движитель.
  И вот тут-то, как раз и нужна роль государства. Если оно, признает важность своих собственных производителей, то оно, и должно, умудрится создать такие условия, при которых, ему - производителю было бы выгодно, участвовать в этой конкуренции, и, постепенно, начать выпускать продукцию на уровне той, что заводится из-за рубежа. Ну и, что, продолжал он свои мысли, мы - предприниматели, смогли бы это сделать. Да, я абсолютно уверен, утверждал он, и еще как, только бы нам не мешали, только бы вся эта свора чиновников, коррупционеров всех мастей, отстала от нас. Чем мы хуже японцев, корейцев южных, сингапурцев, наконец, китайцев, ведь все они смогли, и мы также бы. Мудрое государство не вмешивалась бы в наши дела, занималась бы своими, строило дороги, скоростные магистрали, из кожи вон лезло бы, чтобы создать для предприимчивых людей, иностранных инвесторов, условия, при которых они бегом побежали, чтобы участвовать в этом деле. Конечно, я понимаю, это чрезвычайно сложно, это требует принимать непрерывно непопулярные меры, плохо воспринимаемые остальным народом, силой своей власти искоренять коррупцию, и заставлять всех способствовать этому процессу. Перевоспитывать население, уничтожать всякие социалистические идеи халявного равенства, личной безответственности. Надо учить людей зарабатывать и за все платить. Капитализм это самый правильный путь, об этом свидетельствует весь прогресс последних столетий. Вот здесь-то и важна его роль. А если такие преобразования не произойдут, будем плестись в хвосте слаборазвитых стран.
  Дело не только в налогах, собираемых с бизнеса. Сначала это будет меньше, затем возрастет. Результат в том, какое огромное количество людей перейдет из государственной службы к частным владельцам, и, следовательно, забота о них, отпадет. Сколько не придется выплачивать различных пособий и льгот. Поменьше болтовни о социальной направленности. Если будет повсеместное производство, и масса самостоятельных предпринимателей, то государству хватит на все, на врачей и учителей, на армию, полицию и другое. Требуются великие реформы. А, для этого, требуются великие люди. Возможно, они скоро появится, а возможно и нет. От этого будет зависеть будущее.
  Эти и другие подобные мысли, не давали Раевскому успокоиться, тревожили, не могли отпустить.
  Раздался лязг автосцепки, вагон дернуло, видно подсоединили к локомотиву или какому-то поезду.
  
  - На местах сидеть! Соблюдать порядок, не дергаться, по нужде через каждые четыре часа,- прокричал сержант сверхсрочник.
  
  Застучали колеса, "Столыпин" двинулся к своему новому назначению, а вместе с ним, заключённый Раевский Николай Иванович отправился досиживать свой срок.
  
   Экспресс Париж - Лондон Eurostar отправлялся в 12:13 со старинного, постройки позапрошлого века, Северного вокзала. Великолепное здание в форме триумфальной арки фасада, украшенное скульптурами, символизирующими города европейского международного и местного сообщения Франции, было уютным и удобным. Два поезда, сигарообразные с желто белыми клювами, и огромными, по всей длине вагонов, окнами, уже красовались на четвертом и третьем пути платформы вокзала. Людмила вместе со своим любимым сыном Гошей, заблаговременно приехали из городка Марн-ля-Вале, знаменитого Парижским Диснейлендом, и заняли в поезде на третьей платформе свои места во втором вагоне первого класса. Они удобно устроились в глубоких мягких креслах. До Лондона, через туннель под Ла-Маншем, времени в пути было всего чуть больше двух часов.
  
  Окончательное решение покинуть Россию и переехать в Великобританию сформировалось у нее не сразу. Это был длительный процесс. Первоначально, когда она решила, что сыну следует дать зарубежное образование, это еще не означало, что она сама уедет. Ведь многие родители посылают своих детей учиться за границу, а сами продолжают жить и работать в России. Впервые она серьезно задумалась об этом после гибели Андрея. Тогда она металась, душа не могла найти покоя. Ей все обрыдло. Бежать, куда-то уйти от этой реальности, особенно после того, когда она узнала от Академика о предательстве, что почти на сто процентов доказывало причину гибели Андрея и всей группы испытателей. Но затем, она постепенно успокоилась. Она выросла в Москве, и очень любила свой родной город, позже, переехав в среднюю полосу России, ей прикипели к сердцу и эти здешние места.
  Однако, позже, уже работая в областной администрации, когда она окунулась во всеобщую ложь, жадность и стяжательство, это оттолкнуло, потребовало свежего воздуха, постепенно укрепляя её мысли об иммиграции.
  После трагической гибели Андрея, смерти Академика, ликвидации их научного института, ее пригласили в местное управление ФСБ. Двое сотрудников, один из которых, как она поняла, был из Москвы, несколько часов, ее дотошно, допрашивали. Их интересовало то, что она знала о работе института, о чем рассказывал муж, какие документы проходили через её руки, когда она работала помощником у Академика. На все эти вопросы, она ответила, что работала техническим работником, выполняла только переводы иностранных статей для Академика, муж не о чем не рассказывал. На самом деле она многое знала, но решила об этом не говорить. С неё потребовали подписку о неразглашении, она отказалась. Ей угрожали, предупредили, что за ней будут вести наблюдение. Примерно через год ее опять вызывали, но затем перестали. Хотя она понимала, что, очевидно, так положено, такая у них работа, но неприятный осадок остался, и это, в том числе, было одним из тех камушков, которые легли в фундамент ее решения об отъезде. Об этих встречах она никогда никому не рассказывала.
  Фактически ей пришлось самой быть непосредственным участником многочисленных операций по разграблению государства, но это она сама так решила, делала не для себя, а для своего начальника, выполняя свою идею X- отомстить за гибель мужа. Участвуя в этом процессе, она ежедневно сталкивалась с многочисленными чиновниками разного ранга, которые занимались тем же, только лично для себя, они, не стесняясь, брали взятки, перечисляли государственные деньги на свои счета. Когда она впервые начала заниматься коррупционными сделками, она и представить себе не могла, тот масштаб в каких они осуществлялись в стране. По нее собственной оценке, да, и по оценке любого здравомыслящего российского гражданина, это была огромная сумма, более ста миллионов долларов, накопившихся на счетах Дымова. Но это, оказалось, была пылинка, капля в море от общего объема таких накоплений. Все эти гигантские средства либо превращались во дворцы и предметы роскоши, либо выводились на зарубежные счета, и совершенно не работали на своё воспроизводство и развитие производительных сил страны. Иногда, появлялась информация о таких же коррупционных операциях крупных чиновников, но уже из Москвы. Затем все это спускалась на тормозах. Однажды ей пришлось столкнуться с осмысленной лживостью, казалось интеллигентных людей. По сообщению наблюдателей одного из избирательных участков, Людмилу послали проверить факты, изложенные в их жалобе. Председатель этого участка, директриса одной из школ и не отрицала, что они занимались вбросом бюллетеней.
  
  - Так требует наша власть, мы не можем допустить, чтобы были избраны какие-то враждебные ей люди с улицы,- объясняла она Людмиле свои действия.
  -Ну почему вы так говорите? Ведь ваша святая обязанность, как педагога, обучать детей правде, искоренять у них всяческую лживость. А вы наоборот, лживость превращайте в истину.
  Директриса улыбнулась,- видите ли, в нашей жизни есть понятия, которые не подлежат сомнению, они, как данность, они есть и все тут. Это, как для религиозных людей, вера в Бога. Попробуйте объяснить, что нет доказательств существования бога. Как вы думаете, они вас поймут. Я, считаю, что нет. Для них бог он есть и все, это не подлежит обсуждению. Так и для меня, нет колебаний в правоте нашей власти. В соответствии с таким понятием я и действую.
  Для простых людей, незнакомых с этой оборотной стороной медали, государственные чиновники выглядели достойными, порядочными людьми. Этот перевернутый мир возмущал её, было невыносимо, сдерживало только то, что она выполняла свою, намеченную цель. Желание вырваться из этой удушающей обстановки, постепенно накапливалось переросло в необходимость обязательно уехать. Она, наконец, решилась и сообщила об этом маме.
  
  Мать сказала,- Зачем уезжать, возвращайся в Москву, живи и работай здесь в свое удовольствие, - но она не согласилась.
  
  Выбирая варианты, куда переехать она остановилась на Лондоне. В - первых, здесь для Георгия она остановилась на известной своим высоким качеством образования, специальной школе. Во - вторых, это все-таки было близко от Москвы, с которой она не хотела прерывать связи, периодически сюда наезжать. Бывший Васильевский особняк в Москве, остался за ней, она сдала его одной иностранной фирме, это было приличным поступлением в нее месячный бюджет.
  Хлопоты по приобретению постоянного жилья в Лондоне заняли более нескольких месяцев. Рассматривался целый ряд различных вариантов, в конце, концов, она остановилась на доме с собственным входом, с двумя спальнями на первом этаже в районе Spencer Road, Лондон. В доме были современная оборудованная кухня и ванная комната, гостиная с камином, передняя парковка во дворе, собственный задний сад, двойное остекление, газовое отопление. На это приобретение она потратила почти половину имеющихся у неё средств.
  Маленький Георгий вдруг заболел. У него появилась хрипота в голосе. Людмила места себе не находила. После обследования, оказалось, что у него обнаружена киста на голосовых связках.
  Ей объяснили, что следует провести микроларингоскопическую операцию. Необходимо попытаться удалить кисту полностью. А лежащую поверх кисты слизистую оболочку необходимо сохранить, чтобы с нее помощью закрыть дефект после удаления. Таким образом, предупреждается образование рубцов голосовой связки, и возникновение дальнейших возможных проблемы с голосом. Операция удаления кисты называется кистэктомия. Сама операция технически весьма 'капризная', так как киста бывает хрупкой, стенка ее тонкая, а киста плотно приращена к подлежащим тканям и при неосторожных манипуляциях она может разорваться.
  После поисков клиники, где провести операцию, Людмила остановилась на медицинском центре в Мюнхене, которой руководил доктор медицинских наук Бинфрид Кохенхорст. Она созвонилась, ей дали добро, вдвоем они прилетели в Мюнхен. Операция прошла успешно, она не уезжала из клиники до полной реабилитации, на которую ушло целых 10 дней. Обратно в Лондон она решила ехать поездом, чтобы не подвергать ребенка воздействию изменениям давления, происходящим при взлете и посадке. Так, как маршрут должен был проходить через Париж, решила остановиться здесь на несколько дней и посетить, в пригороде французской столицы, в городке Марн-ля-Вале, знаменитый Парижский Диснейленд, побывать в котором, она обещала сыну. Парень был в восторге. В Замке Спящей Красавицы (Le Chateau de la Belle au Bois Dormant) он увидел огнедышащего дракона, Белоснежку и Семь Гномов - в аттракционе 'Blanche-Neige et les Sept Nains' и Пиноккио - в 'Les Voyages de Pinocchio'. Он целый вечер расспрашивал маму об этих героях сказок, она прерывала его и просила лучше помолчать, чтобы не напрягать свои голосовые связки. Во второй день они посетили Adventureland (Страну приключений) Здесь был восточный базар, на котором разыгрывались сценки из знаменитого мультфильма 'Алладин' ('Le Passage Enchante d'Aladdin'). А затем они посмотрели - убежище Робинзона Крузо на ветвях огромного дерева ('La Cabane des Robinson'), остров приключений с пещерами ('Adventure Isle') и павильон 'Карибские пираты'.
  Теперь, когда они уже сидели в мягких креслах экспресса Париж - Лондон Eurostar, мальчик полный впечатлений, прижался к маме и задремал. Она смотрела на него. С каждым годом, особенно в данный момент, он все больше и больше становился вылитым Андреем. У нее сохранился бывший семейный альбом, где была фотография Андрея в таком же возрасте, они были так похожи. Людмила еще крепче прижал его к себе и нежно поцеловала.
  
  Прошло почти два года после отъезда из России. Они расстались с Дымовым по-дружески. Последний раз при встрече она сказала ему.
  
  - Прощай Сергей, прошу тебя, забудь обо мне.
  - Люда,- ответил он,- я в жизни никогда не забуду тебя и нашу последнюю встречу, и не проси меня об этом.
  - А, ты, все-таки, постарайся. И еще, хочу сказать следующее, не обижайся. Я единственный человек, который знает обо всех твоих операциях и сделках. Фактически я единственный свидетель. Мало ли, что в жизни бывает. Так вот, имей в виду, если вдруг что-нибудь произойдет со мной или с моим сыном, я постараюсь всю документированную информацию, она находится в надежном месте, превратить в достояние общественности.
  - Да ты, что Люда, как ты можешь даже о таком подумать?
  - На всякий случай, это моя охранная грамота,- ответила она.
  
  Иногда она задумалась, об их последней венской встрече. Что это было? Он заплатил, я с ним переспала. Я вела себя, как девушка с панели? Она отвечала себе, категорически нет! Эти деньги я заработала, я вела все его дела, вряд ли без меня он бы столько имел. То, что ему отдалась, сама захотела, это был порыв, и нисколько об этом не жалею. В жизни всякое бывает. Ты хитришь, оправдывая себя. А, если бы он не перечислил эту сумму, ты так бы себя вела? Возможно. А вообще, женщины всегда за что-то отдаются, любовь это тоже плата, продолжала она оправдывать себя.
  
  После увольнения из областной администрации Людмила начала готовиться к отъезду. Хлопот было много. И, конечно, главной заботой встала задача, как распорядится с салоном красоты. Здание салона, прежде находившееся в аренде, она своевременно выкупила в свою собственность. В связи с этим следовало продать, не только сам бизнес, но и, само здание. Кому же предложить этот весь комплекс? Людмила перебирала разные варианты. Она вспомнила про ту информацию, которую ей показывал Дымов, относительно нового губернатора. Его жена Эвелина, бывшая манекенщица, занимается своим бизнесом, вспомнила она, и решила сделать ей предложение. Они созвонились, вместе осмотрели салон, там было чем гордиться, все было великолепно.
  
  - Мне все очень понравилось,- сказала Эвелина,- завтра я дам ответ.
  На следующий день она позвонила Людмиле, и сообщила, что готова купить этот салон.
  - Приезжайте ко мне,- она начала объяснять Людмиле, куда и как приехать. Губернатор и его супруга уже жили в бывшей резиденции.
  - Хорошо, еду, буду через два часа,- она не стала рассказывать супруге губернатора, что прекрасно знает куда ехать, и, что там ей знаком каждый камень.
  
  Эвелина принимала Людмилу в правом крыле, где уже к этому времени оборудовала для себя огромный кабинет будуар, предназначенный, одновременно для личных косметических и других процедур, а также деловых встреч. Женщиной она оказалась жадной. Они долго торговались. Вначале, она предлагала всего лишь полцены, тогда Людмила решила блефовать, и сказала, что у нее уже есть другой покупатель, и он готов заплатить больше той цены, которую она ей предложила. Но, из-за этих двух покупателей, она предпочитает передать салон в нее руки. Это подействовало. В конце концов, договорились о приемлемой для обеих сторон сумме. У Людмилы еще оставалось часть неоплаченного кредита банку, и когда речь зашла о том, исключить ли его из стоимости, или Людмиле погасить этот долг, губернаторша, конечно, остановилась на первом варианте, имея в виду, что платить его конечно не собирается. Однако, Людмила подумала и сказала, что нет, она сама погасит этот кредит. Ей хотелось, после отъезда, быть чистой, и не иметь никаких долгов.
  
  Eurostar на своей огромной скорости более трехсот километров в час, уже мчался по туннелю, в окне перестали мелькать французские поля, тянулась бесконечная лента фонарей внутреннего освещения.
  На следующей неделе ей предстояла встреча с ведущим редактором радиостанции, где она прошла кастинг на диктора русскоговорящих новостей. О том, что ее возьмут на эту работу она не сомневалась, так как перед отъездом в Мюнхен, ей позвонили и сообщили что в принципе все в порядке, остались некоторые формальности по оформлению документов. Прежде, занятая хлопотами по своему жизнеустройству, она не стремилась найти работу, материально она была обеспечена. Но, в последнее время почувствовала потребность в общении с людьми своего круга, решила пойти в журналистику. Об этом она и говорила ведущему редактору, соглашаясь на первых порах, работать диктором новостей.
  Что будет дальше в нее жизни, она не знала и не гадала. Мужчина, да может быть. Замужество, возможно. Вернуться на родину, и это возможно, если в России начнутся перемены, и она сделает поворот из 19 в 21 век.
  Между тем поезд проскочил туннель, уже пошли британские ландшафты, и вскоре, он, сбросив скорость, медленно въехал на платформу станции Сент-Панкрас, Лондон.
  
  Москва
  2015 год.
  
  
  
  
  
  
  
  Оглавление
  От автора 3
  Миллениум 5
  В Генеральном штабе 15
  Отцы города 28
  Активная защита 41
  Сохранить производство 63
  Первые испытания 75
  Испытание 84
  В горах у военной базы 94
  Мечта воплощается в жизнь 104
  Бандит в законе 127
  Жизнь после трагедии 152
  Войти в ближний круг 181
  Семья 195
  Футбол 213
  Агрохолдинг 230
  Митрополит 248
  "Людмила" - VIP салон красоты 268
  БАНК 292
  ГУБЕРНАТОР 320
  Все свершилось 337
  На последнем пути 365
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Перевернутый мир
  
  Гелий Уралов
  
  2
  
   3
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Емельянов "Мир Карика 11. Тайна Кота"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) С.Лайм "Сын кровавой луны-2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"