Усманова Александра, Пошуруева Ольга: другие произведения.

Разговоры о пустяках

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:


ПОШУРУЕВА ОЛЬГА
УСМАНОВА АЛЕКСАНДРА


РАЗГОВОРЫ О ПУСТЯКАХ



Стихотворения





Всяк сочинитель
По-своему
Краток

***
Холодный воздух пахнет кофе.
На всем пространстве терпких улиц
Пока что только тени в профиль.
И только голуби проснулись.

За переплетом тусклых окон
Три поцелуя на прощанье.
Накрученный на палец локон.
Дверной хлопок. И вновь молчанье.

Пробежка тонкая по нервам,
По всем постам ушедшей ночи.
Мы те - кто не уходит первым.
И возвращения не хочет.

***
Это - сердца прерванная нить,
И гудящие канаты проводов
Что разъеденить-соединить
Могут, кто к разлуке не готов.

Это обещанье на вчера,
Это - переписанный сонет.
Это - нервы-жгуты-поезда,
Это - непогасший чей-то свет.

Ночь бродила, листьями шурша,
По бессоннице бездонных крыш.
Это - я, а это - мишура.
Видишь, даже если крепко спишь

Как полуулыбкой, полусном
Отмечаем новую зарю.
Главное, не думать. Это - сон.
Это - свет. И я тебе дарю.

город i...



***
Крыши у города большие, дырявые - из пакли.
Цветастыми лапами головы прикрывают - спешат,
Дома ворочаются, не спят, слушают капли.
Мокрый город в форточку - "Как ты?" - молчат...

Мокрый город в форточку - кто ты?
Этажами щелкают ноты
Чужих шагов.
Мокрый асфальт - отраженье
Моих слов, твоих слав,
Наших слаб... в ночь - озноб.

А крыши у города большие, дырявые,
Послушно согласны спать под лужами,
В ногах у прохожих хлюпать простужено,
Сквозь сон расползаясь кругами корявыми.


***
В храме деревья. В храме - леса.
В храме -
Бог заслонен целлофановыми руками.

Во избежанье пожара и
Чтобы свечам не таять,
Просят не зажигать их (от спички или лампады),
А просто - поставить.
Во время богослужения зажжем, мол, сами.

Бог отдыхает за целлофановыми стенами.

В храме леса, тишина, доски...
Тише, работают люди!
И пахнет воском.

***
Город камня, дождей, и распутных женщин.
Последнее - по словам знающих очевидцев.
Город, который хотел бы вам вечно сниться,
Но не может - на всех его не хватает.
Он не может вам сниться - он ночью глаз не смыкает,
Вспоминая туристов, фотографов,
Сувенирных торговцев...
И еще реставраторов,
Рисующих первопроходцев
В насковозь-ходительных картах.
Говорят, будто их раскупают с азартом,
И не ведают, как это -
Быть сперва крепостью, после - музеем.
Дороги и время сплетаются змеем.
Воздушным. Летают над городом.
Города - нет.
Туристы... фотографы...
Вечный куплет:
"Сувениры-карты-подходим-смотрим-выбираем"

***
Два заблудившихся трамвая
Бредут рука об руку
По перекрёсткам дорог.
Они давно забыли,
Что значит - грохотать
По мостовой, стучать колёсами
По рельсам,
Пугать прохожих.
Только добрые морды
Мудрых тюленей
Изредка отражаются
В запотевших окошках.
А когда на пути попадается
Загогулина клея -
Вишнёвого или елового, -
То созывают на нечаянную пирушку
Других заблудившихся.
Но никто не приходит.
Тогда они по-братски
Делят находку
И следуют дальше,
Туда, где им кажется,
Проживает Надежда:
Застенчивая малявка
Со смешными косичками.
Она играет куклами,
Но иногда
Спасает потеряшек.
Взаправду.

Четыре сезона из жизни города.

- Осень -
У порога застыла сентиментальная
Чушь,
Царской водкой тоска прожигает в груди
Дыру.
Только Городу - наплевать, он
Устал,
Он хочет поспать.

- Зима -
Озябший город свернулся клубочком
И дремлет вполглаза, ожидая весны.

- Весна -
Да, зимой о тепле мы забыли,
Но капель разбудила Город...
Город вспомнил глаза любимой
И заплакал растаявшим снегом.

- Лето -
А лета не будет.
У Города депрессуха.

***
Широколобые трамваи
Надменно кланялись гусарам.
Гусары, кивером кивая,
До ночи напивались пьяны.
А что трамваям?

Дипл-таун

1
В кармане -
Мелких
Монет горстка,
Обманом
Добытых на
Перекрестках.
Нищим
Прикинулся целый
Город,
Глазки окон
Задёрнув
Шторой.
Бродяжкой
Жалким сидит
На камне,
Ладони улиц
Ждут подаянья.

2
- Да, я не брезгую мелкой монетой.
Эй, Столица, оставь докурить!
Я - помойка целой планеты,
Я не терзаюсь - быть, не быть.
Я - есть.

***
А бабочки помнят дорогу обратно?
Когда до полуночи десять минут и дороги блестят от дождя,
Кто вспомнит, про карты, что смогут вывести к нужным дверям.
Да и к дверям ли?

Ночные цветы молча разглядывают антенны.
Скукожившись, засыпаем на лестнице, в вагоне метро, в трамвае
Кто самый смелый, кто домой дошагает, так, чтоб ни разу не сбиться,
В окна бессонные не засмотреться...

Дежурный кондуктор грохочет ключами,
Ворчит, запирая на ночь вагоны метро и трамваи,
Что раньше бы думать про карты, про двери, про окна
Теперь-то уж что? Перелеты наощупь, по памяти крыльев
Кто знает, вдруг бабочки
Все-таки помнят дорогу обратно...

***
Во вчерашней маршрутке тепло.
Разливаю по янтарным окнам
Дыхание и жду:
Что из этого выйдет?
Выходят знакомые и не очень,
Лошади и проводники.
Только тебя нет:
Ты заблудился
В прозрачности янтаря.
А вчерашняя маршрутка,
Прыгая на ухабах,
Следует до самого завтра.
Интересно, что ты подумаешь,
Когда не найдёшь
Моего дыхания на стекле?

***
Цвет у заката красный - "Не уезжайте!"
Рельсы ползут к закату - "Надо, милый"
Желтые окна вагонов все мимо, мимо...
Цвет у заката красный. А вдруг? Останьтесь?..

В сердце у всех уходящих - щепотка соли
Солнце куриным богом - колдуй на счастье.
Рельсы блестят, разделяя вокзал на части
Соль на щеках уходящих - лекарство, что ли?

В доме напротив читают ребенку сказку,
Блеск перемытой посуды и свет из люстры...
Чай остывает. И сахар грызется с хрустом.
Цвет у заката... "Хотя бы пообещайте..."

***
Неспешная поступь трамвая увозит всё дальше
Меня от сумы и тюрьмы к исполнению снов.
Бульвары и клёны свои растопырили пальцы,
Им не удержать меня горстью рассыпанных слов.

Осенней прозрачною синью, грибными местами
Отправлюсь в дорогу.
(Полней "посошок" наливай!)
Мы хрупкою льдинкой рюмашек за здравие звякнем хрустально,
И тут же отчалит наш рейсовый звёздный трамвай.

Бродилка номер N

Палка, палка, огуречик,
Запотевшее окно.
Вот и вышел человечек,
И ему теперь темно.

Одному по ночи шляться
Да по лужам - что за блажь!
Носом к стеклам прижиматься,
Осторожно, не размажь -

Видишь, рожица кривая
Улыбается тебе
Ночь по каплям разливая
На троллейбусном стекле.

Привидений


Жил на свете мужчина, который очень любил женщин. Ушёл из жизни он так легко и быстро, что попросту не заметил этого, засмотревшись на стройные ножки. А когда увидел впереди себя ослепительно яркий свет, в ужасе отпрянул и воскликнул:
- Господи, так и помереть недолго!
Мужчина провёл рукой по лбу, и тут, наконец, понял, на каком теперь свете, и что за "прожектор" его ослепил. Но было поздно - "поезд" ушёл.
Он так и остался скитальцем в метро. При жизни он был настолько яркой личностью, что даже после смерти не утратил индивидуальность, не превратился в безликого призрака.

Он давно не заглядывается на женские ножки и выходит из своего убежища ближе к ночи, когда по платформе бродят несколько человек. Завидев его, люди пугаются, вопят "Привидение" и разбегаются в разные стороны. Несчастный призрак плюёт в сердцах на пол (неужели так трудно понять, кто он такой!), и возвращался в убежище.
Однажды, выбравшись из своего уголка, он заметил, что поезда ждут двое: молодая женщина с маленьким мальчиком. Мама и сын? Похоже на то. Что они здесь делают в эту почти волшебную пору, когда время, кажется, навечно застыло в точке "полночь"?
- Ой, мама, смотри! Привидений! - вдруг засмеялся малец. - Привидений, привидений!
- Правильно говорить "привидение", - машинально откликнулась мама, не глядя на сына.
- Это у тебя "привидение", а у меня - "привидений"! - заявил мальчишка, и мама, наконец, подняла голову.
Лицо уставшее, но красивое. Внезапно призраку захотелось сделать для этой женщины что-то приятное. Он робко улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.
- Привидений, говоришь? Теперь и я вижу, что он - привидений. И не иначе. Ну, говори, чего тебе надо?
- Ничего, - прошептал призрак. - Вы уже всё для меня сделали. Теперь мой черёд.
Призрак на секундочку задумался, шагнул к женщине, коснулся губами её лба и сказал:
- Тебя всегда будут любить, - а после растаял.
Время вздохнуло, и часы принялись отсчитывать новые сутки.

...i его безумные жители



***
Все персонажи вымышлены.
С этого и начнем.
У летописцев нынешних
Уши горят огнем.

Странно им, сочиняющим
Фазы луны и сон,
Что в облаках мерцающих
Теплится горизонт.

Все перекрестки сходятся.
Спи себе, засыпай.
У летописцев водится
Зелье - зеленый чай.

Странно им, сочиняющим,
Что не напрасен труд.
Надо же - им поверили!
Надо же, и живут...

***
Лезешь в чужую френдленту - находишь себя.
Допиваешь остывший кофе, идешь обратно.
- Помнишь ли ты меня? - Помню ли я тебя?
Чашка на блюдце слишком уж аккуратно

Ставится. Мне бы твоих морщин,
Мне бы твоих подвалов, шкафов и ссадин -
Не раскопать, не вынести. Без причин
Буквы перебираю. Сколько их, помнишь, за день

Не написали однажды. Теперь - замри.
Бабочкой в паутине всего вайлд веба.
Хочешь - допей свой кофе. Хочешь - кури.
Капельками росы, отражаясь в небе,

Звезды молчат. Растворяют полночный сон.
Спи-забывай, пусть приносит молчанье утро.
Днем обещали дождь, не забыть бы зонт.
Дай тебе Бог оказаться немым и мудрым.

Интернетное (кто еще не писал о...)

1.
"Ваш мир не создан. Создать сейчас?"
Дворники прячут осень подальше от глаз
За плотными стенами дыма.
Дым - обживание дома.
Только дворы другие.

Гадание на сгоревших листьях...
Щекочет в носу и в глазах...
Что здесь такого, что на словах,
И можно принять на веру?
Дворники листья вертят...
Листья крошатся, сгорая...
Кто-то вверху повторяет:
"Ваш мир не создан. Попробуйте позже"
Дворники повторяют: "Боже..."

2.
Приучить меня к мысли, что ты - есть.
Ни разу не виделись, но ты - здесь.
На расстоянии клика.
Когда захочется ночью, до крика
Чтоб ты оказался рядом -
Ты мне сумеешь присниться...
Это же надо - влюбиться,
Намертво влипнуть в сетях интернета...
Связь оборвалась где-то.

3.
Если хочешь увидеть, что там, в моих глазах,
Выключи свет. На стене нарисуй знак
Аш-Ти-Ти-Пи, Даби-Даби, "собака", хвост...
Во дворах, где я росла, да и ты рос
Прорастают тонкие стебельки берез.
Дома, предназначенные под снос...
Дворники, бормочущие под нос:
"Боже, создай мой мир сейчас".

Ты хочешь знать, что там - в глубине глаз?

***
у нее в груди дверца. за дверцей, конечно, птица. она ее кормит солью и перцем, когда ей, допустим, не спится. или спится, но странно. тогда она просыпается рано, идет гулять по трамвайным рельсам. она помнит трамваи по именам и по рейсам. в груди волнуется птица. она думает: "вот незадача. птицы по утрам спят, а не скачут. уймись, птица, ты же не сердце" и бросает за пазуху соль с перцем.
вечером переворачивает страницы. на них что не слово, то имя. она выбирает слово для птицы. птица слушает и молчит. на плитке чайник ворчит. она думает, подберу имя, дверцу открою, птицу выну. и форточку закрывать не стану...
она идет гулять по трамвайным рельсам. она шепчет имя. в ладони - соль с перцем.

Колдовская денежка

Однажды, неспешно прогуливаясь по мостовой,
я имела неосторожность
поднять старинную монетку.

Пьяно шатаясь,
Смеялся фонарь,
Сверху летели
Бусы, колье,
Кольты, вальтеры,
Смит-энд-вессоны...
Вестерны, выстрелы...
Выстыли...
Что это?
Чьими молитвами?
Утро до дна выпито.
"Ты, не задерживай
Очередь к радуге!"
Розга по пальцам
Мелочью звякает...
Шаг... Другой...
Монета...
Не возьму!

***
Я хожу, как хищная рыба -
Коротко, ёмко,
Огибая междометий хлебные крохи.
Я сплю, позабыв смежить веки,
И ожерелье цветных сновидений
Не в силах захороводить меня.
Необязательный разговор закругляется
Равнодушным "Привет-нормально-прощай", -
Это белый полдень звенит
Отражением вчерашнего лета.
И кажется, все время кажется,
Что прямо сейчас перекинешься птицей,
Крылами захлопает лапсердак...
А под ладошкою негромкий сердца стук, -
Спокойной ночи.

***
Платье застёгнуто
Не на те пуговицы:
Антиреальный привет
В стиле Кустурицы.

Дымом табачным клубя
Клюнула литера.
Или ты вне себя,
Или - из Питера.

Черный и белый кот
Инеем ранены.
Если тебе не везёт,
Будешь Сусаниным.

Пол во дворцах - скользит,
Люди таращатся.
Если ты - Белый Кит,
Это же счастье!

***
Ты носишь в кармане шиповник
(рок-опера как симптом),
Дождь, нервно сжимая зонтик,
Полвечности ждёт за углом,
Когда улетит твой феникс
Гулять или навсегда,
Но ты сочиняешь танец
На завтра и на вчера.
И солнечных зайчиков смело,
Лимит волшебства исчерпав,
Ты запускаешь в капеллу,
Чтобы раскрасить финал.
Слова заплетаешь в косицы,
Сжимаешь клинка рукоять,
И отпускаешь птицу,
Чтобы с дождём гулять.

***
Когда-то давным-давно
Все люди жили в кино
И чтобы смотреть в окно,
Они покупали билет.

Когда-то давным-давно
Морским называлось дно
И было бездонным дно,
А к ночи сошло на нет.

Когда-то от пустоты
Мы были с тобой на ты.
Прибавилось суеты
И ты перешел в никто.

А наши с тобой ходы
Осваивают коты
В полоску талой воды
И пуговичных пальто.

Прошла сотня лет и вот
Объявлен солнцеворот.
И каждому повезет,
Достанется от судьбы

Кому-то морское дно,
Кому-то билет в окно,
Кому-то пустынный ход, но
В полоску талой воды...

Разносчик цветов

С ветром сходит зима
Птицей осень летит
Но ему все равно - он к сезону готов
А у нас кутерьма
Сквозняками свистит
И спокоен лишь он - он разносчик цветов

Им владеют миры
Лепестков и шипов
Он растит их подальше от уличных глаз
И разносит их сам
По домам, где мы ждем
Его в предвкушении мокрых наполненных ваз

Он хранитель чужих
Самых робких надежд
Он - даритель улыбок без пафосных слов
Он - искатель сердец
Между плотных одежд
Он почти нереален - он разносчик цветов

И когда-нибудь я
Откажусь от идей
И когда-нибудь ты станешь мудрым от снов
И мы станем растить
Резеду и шалфей
И к нам придёт наш мастер - наш разносчик цветов

Наш Великий мастер - наш разносчик цветов
И ты поймёшь - ты мастер, ты разносчик цветов
И я пойму - я мастер, я разносчик цветов...

Трое

1. Ее бог с нагайкой стоит над ней.
Она слушается его, как слушают высшее руководство.
Она говорит с ним словами других людей.
Он ставит ей "двойки" если она собьется.

2. Его ангел садится всегда напротив дверей,
Внимательно смотрит за той, что над левой ключицей.
Он допивает свой чай, на салфетках рисует зверей,
И знает, что с ним ничего не случится.

3. Она уже несколько лет, как ищет в себе рай.
Засыпает и просыпается, ожидая добрую весть.
Но когда она шепчет сквозь слезы: "Господи, дай!"
Он говорит: "У тебя уже все есть".

***
А ты танцуй, моя девочка, вот те твист.
Гляди веселей, слушай ноты, не спутай шаг.
Это у снега функция - падать вниз.
Это у стрелок функция "вновь спешат".

А ты танцуй, моя девочка, вот те крест,
Термометры, метрономы - все в помощь, да.
Ходи королевой шахматной, и не съест
Король ни бубновый, ни пиковый - никогда.

А ты танцуй, моя девочка, вот те раз.
Шагай веселее туда, где и два, и три.
У этой Вселенной слишком много прикрас.
Танцуй в темноте, моя девочка, не смотри.

***
Ты смотри, мой маленький, сверху вниз,
Как ожил за стенкою пианист.
У него под пальцами пришлый снег
Битыми стекляшками целит вверх.

Ты сиди, не спрашивай, ты смотри -
Вальсы рассчитались на раз-два-три
Ветки всех трамваев и всех метро
Расцветают дымчатым серебром.

Ты сиди, не спрашивай, ты мечтай.
Меряй небо чашками, дуй на чай.
Обжигай им губы и слушай свист,
Как швыряет стеклышки пианист.

***
Слушай, давай собирать календарики!
Хватит готовить ужин.
Маленький мальчик на красном шарике
Взмыл над дворовой грушей.

Долго ли строили, шили и клеили,
Ввинчивали шурупы
А все равно проросли деревьями
В окна детсадовской группы.

Нам ли с тобою латать букварики,
Помнить про "тише, мыши..."
Маленький мальчик на красном шарике
Уже долетел до крыши.

Здесь столько улиц в карманы сложено,
Не разобрать и за год.
На твоих улицах есть мороженое,
А на моих - дворняги.

Знаешь, пошли запускать кораблики,
Пока еще лужи слепы.
Маленький мальчик на красном шарике
Уже улетел за небо.

***
Ищешь в карманах мелочь, находишь дождь.
Вновь за душой не гроша - только сырость, сырость.
Сданый кому-то в наем, в неземную милость,
Будто случайно потерянный - ходишь, ждешь...

В бронзовых струнах песка только рваный ритм.
Всем, без тебя уходящим, вдогонку - память.
Сломанные цветы многоточья ставят.
В ломаных птичьих следах перекрестки рифм.

Гроздьями календарей пустота и злость.
Карты на стенах - малюешь себе маршруты.
Дождь на стекле. И ты, в разные тапки обутый,
Красным фломастером чертишь земную ось.

***
Лето истаяло, словно ириска,
Я разбросала яблоки.
Может быть, подманю василиска,
Будем пускать кораблики.

Выдох и вдох накануне расцвечены
Робкой улыбкой дождя.
Десять минут не растянешь до вечности...
Всё. Уезжай.

***
Прогулками гулкими, гулкими
Пустынями этажей
Шагает по переулкам
Вечер ничей, ничей.

Отбрыкивается испуганно
От сотен окон и глаз
Сегодня здесь многолюдно.
Бормочет: "Сейчас, сейчас"

Сейчас - нагадай по осени
Сейчас - догадайся сам
Сейчас - подожди с вопросами
Ко мне или небесам.

Не спит до холодной полночи.
В последнем слепом метро
Он дремлет, держась за поручень.
До завтра, до завтра, до...

Последний сон Китса
Праздник окончен.
Снимаю костюм незнакомца,
И Piazzo di Spania
Отвешу прощальный поклон.
Холодно:
Крыши домов укутаны птицами.
Понурая лошадь
Увозит меня в твои сны.
Ухожу, не оглядываясь,
Но напоследок
Пачкая руки углём,
Нарисую тебя.
Чтобы поверить.

Памяти...
Улыбка горчила безумием.
Лета не было тринадцать лет,
Когда ещё будет?

Эхо шагов увязло в слякоти, -
Не рассыпаться нечаянной радостью
По асфальту: "Здравствуй!"
Я так долго слушала голос ночи,
Пытаясь увидеть твоё приближение,
Что совершенно забыла:
Завтра не будет.
Оно уже было.

Смешное, круглое, словно большая баранка,
Сладкое, смелое из печки утра
Выкатилось, - и убежало.
Выстыло, высохло, рассыпалось крошевом,
Смешалось со слякотью и задушило
Голос эха шагов,
которые никогда
Не прозвучат
над городом.

***
На качелях маленькая
Нарисуй ветер,
Тебя хранящий.

Осколкам неба
Приснись летящей
В руках качельных....

Зачем?
Тебе выше, чем крыши,
Зачем тебе
Ниже, чем окна?
Там, далеко, в глубине -
Слышишь? -
Весеннее небо насквозь продрогло
От криков качелей,
От шепота снега...
Так мало летели,
Так звонко, с разбега

Оборвались
качели
в небо
кубарем....
Коленкам, об асфальт сбитым,
Больно

Ой, ты гой еси...

Жило-было себе привидение, которое маскировалось под старуху. И вот эта старуха подкарауливала честных путников на дороге, просила помощи и кружила по лесу. Но однажды...

Шёл по дороге путник. Дорога пыльная, просёлочная, с одной стороны лес, с другой - чисто поле. Вдруг откуда ни возьмись, старушка. На первый взгляд древняя-древняя, на второй - ещё древнее, и говорит:
- Ой-ты-гой-еси-добрый-молодец-а-помоги-ты-мне-в-моей-кручине-печали...
Да всё слитно так, одним словом, прямо, но путник попался бойкий, не растерялся и перебил бабульку:
- Ой, не еси я гой, да и не молодец, - честно ответил он.
После такого ответа старушка растерялась, расплылась, стала привидением, сгинула с глаз долой, и больше на той дороге не показывалась.
А простая еврейская девушка пожала плечами, поправила лямки рюкзака и пошла себе дальше.

Участковый


Жил-был простой советский участковый со славной немецкой фамилией, что в переводе значила "счастье". Служил он спокойно тридцать лет и три года, пока не обновился молодёжный сленг...
- Смотри, смотри! Глюк! - прыскали подростки, завидев его. - Не по наши ли души? - и громко ржали.

Участковый вздыхает, минуя подворотню. Зачем он по-прежнему обходит дворы? Никто не ответит на этот вопрос, даже он сам.
А вот и "учителка", хоть часы проверяй. Интересно, как её занесло в этот богом забытый поволжский городок?
Глюк привычно перешагивал выбоины, обходил колдобины: за сорок лет службы он столько раз прошёл по этому маршруту, что кромешная тьма не помеха. Но она-то куда прёт!
- Стой! - закричал Глюк, и девчонка - вот чудо! - застыла. - Что же вы, девушка, а? Так и шею сломать недолго!
Только теперь "учителка" испугалась.
- Спасибо, товарищ милиционер! Забыла, представляете. А почему яма-то не огорожена?
- Так она здесь почитай лет двадцать, каждая собака её знает, все стороной обходят, даже ханурики. А вы новенькая, не привыкши.
- Ой, - спохватилась девчонка, - меня Лизой зовут. Лиза Пескова.
Старый служака почувствовал, что краснеет, но смолчать просто не мог:
- Участковый Глюк, - козырнул он.
- Здорово! - обрадовалась Лиза. - Ведь "глюк" это "счастье".
И тут с участковым стало происходить нечто странное. Он засмеялся молодо, весело, рассыпая на серую стройку и хмурый осенний вечер золотистые блики летнего солнца. Пахнуло свежим ветром, ярко-рыжий листок заплясал в безудержном вихре, - участковый-привидение Глюк обрёл долгожданный покой, оставив Лизе на память фуражку и чувство тихой радости.

Хорошо им...

Иван Петрович прокашлялся и продолжал:
- Таким образом, все, что когда-то было, осталось в дне вчерашнем. И мы не в силах как-либо повлиять на то, что уже случилось. То же, что будет, нам неизвестно, ибо сокрыто днем завтрашним. А значит, все, что нам остается и все, чем мы можем располагать, - только сегодняшний день. Не завтрашний и, уж тем более, не вчерашний...
- Верно! День вчерашний - это как альбом с фотографиями, - подхватил молодой голос. От волнения он чуть дрожал. - Мы можем разве что вспоминать о том, что было, глядя на фотокарточки, но никак не изменить...
Слушатели одобрительно загудели...
С той стороны комнаты было темно. Только узенькая ленточка света сочилась через щели в дверном проеме. Но даже и при этом хиленьком светике можно было различить вешалку, на которой причудливыми горами изгибались пальто и шубы пришедших послушать Иван Петровича. А возле самих дверей угадывалась маленькая фигурка горничной, которая внимательно прислушивалась к голосам в комнате. "Ишь ты, какие умные вещи говорят. Хорошо им - вон чего знают. А я как была дурой, так дурой и помру". Горничная вздохнула и меланхолично запустила руку в недра одной из гор, причудливо изогнувшейся на вешалке.

Ван мор!

Он долго-долго целится, слегка раскачиваясь взад-вперед. Потом, нервно вздрагивая всем телом, делает щелчок. Внимательно смотрит на камеру и задумчиво бормочет: "А кадр-то, наверно, размытый..." и тут же, встрепенувшись, бросается к улыбающейся паре:
- Уважаемые! Не сочтите за труд! Еще разик! Так сказать, ван мор!
Пара остается на месте. Невеста благосклонно улыбается, на ее платье играют тени листьев. Жених немного сутулится, но это от неумелой радости своей. Еще один щелчок фотоаппарата, и все свободны.
- Деточка, ну не прячься за маму! Дядя добры-ы-ый! Сейчас вылетит пти-и-и-ичка...
Щелчок.
- Ну, вот опять! Деточка, давай-ка еще раз! Ну-ка...ван мо-о-о-ор!...
- Кучнее, товарищи, кучнее! Ох уж эти юбиляры! Всех собак на свое летие созовут - в кадр не помещаются! Ну-ка, ну-ка... та-а-а-ак... а теперь еще-о-о-о-о раз!
Вечером он уставший сидит на кухне и пьет чай. Как же много было всего сегодня... надо бы завтра еще потренироваться... Он встает, идет в комнату и аккуратно складывает в коробку вырезанных из журналов и старых альбомов жениха с невестой, девочку с мамой, веселую толпу гостей юбиляра. Сверху бережно кладет потертый, еще дедов "Фэд", который давным-давно забыл, что такое пленка.

Окно напротив
Под маской, сотканной из листьев, -
Стеклянных, оловянных, деревянных, -
Ты как безумный сочиняешь письма,
И адресуешь их оконной раме.

Давно отцветшие обои
Устали бабочкой кружиться,
И заселяют подоконник
Когда-то виданные лица.

Твоя дорога через вечность
Горбушкой хлебною накрошена,
И - палка-палка-огуречек, -
Не человечек. Просто рожица.

Но ты, в безумии упорствуя,
Всё пишешь, пишешь эти письма.
И ждёшь ответ. На подоконник
Приходит ночь озябшей птицей.

***
Я, наверное, правда, полковник -
Мне неделю никто не пишет.
Ставлю кактус на подоконник,
Поливаю, а он - молчит.

А была бы я почтальоном,
Письма были бы каждый вечер.
Средиземье ли, Междуречье -
Только глобус их различит.

Я гадала бы на конвертах,
Я б всю ночь разбирала почту -
Интересно, что за секреты
Каждый листик в себе хранит...

Только вот она, правда жизни -
Эти письма не мне. И точка.
Пусть уж в гости придет полковник -
Я-то знаю, что он не спит...

***
Тихо прошу: "Напиши мне письмо".
Небо бело непросыпаным снегом,
Сном улетучилась летняя нега,
Стужа взялась за своё ремесло.

Дик и неистов, колотится в дверь
Ветер, швыряющий снежные гроши, -
Двор запестреет от юных гаврошей,
Словно рождественская акварель.

Я просижу на окне дотемна,
Перезапутаю По и Плутарха,
И мне присниться, как в свете огарка
Я разбираю твои письмена.

поговоришки



Открытие сезона охоты

Заходящая луна
Будто тлеющий окурок.
Свет. Свят.
Бред. В ряд!
Надымила осень
Полон мир тумана.
Свет - свят.
Бред - вред.
Полоумною животной
Возле логовища вою:
Ро-ю,
Стро-ю.
Заряди ружье жаканом -
Я не убегу.
Взгляд. Страх.
Бах!

***
Смирившийся с одиночеством - мудр
Слившийся с одиночеством - вечен.

Перебираешь слова - ажур,
Перебираешь слова, как свечи
Для праздничного пирога -
Какой гореть ярче?

Глядишь на прохожих,
Кому, похоже,
Есть с кем делить пирог и гасить свечи
Для них - и огонь, и вечер...
А ты - дым от свечи -
Уходи, растворяйся, молчи
Огонь вечен,
А ты...

Поговори со мной

Нервные взмахи пера
Наполняют
Безликость страницы
Лепетом капель,
Книг и сукна.
С отвычки
Зажмурю глаза:
Острые грани людей
В кровь исцарапали веки.
Теперь как дикий неуклюжик
Бесстрашно глупо
Тычусь в голоса.

***
А дождь устал казаться чьей-то болью,
Он одиноко шлепает по улицам
И смотрит, как дома чуть-чуть сутулятся,
Когда он их касается ладонью.

А листьям надоели расставания,
С озябших веток улетая в вечность,
Они восьмеркой пишут бесконечность
И гладят тротуары на прощанье.

И мы с тобой не прижились, не прожили
Каким-то неумелым богом сплетены,
Мы разойдемся, как пустая сплетня и
Быть может, где-то встретимся...прохожими.

***
Аллергия на тающий снег,
На весеннюю пыль,
И еще на твои слова,
Что птиц перелетных сленг
Опять по ушам бил -
Теперь гудит голова...

Закутай себя в дом,
В одеяло из этажей,
Чтоб не слышать - еще? уже? -
Как скрипит скомканный гололед,
Растекается лужей след...
Завернись потеплее в плед
И спи. Весенней спячки тебе.

***
А хочешь, я хлопну в ладоши,
И выпадет снег:
Лохматый и тёплый,
Как добрая дедова псина?

А хочешь, я пальцами щёлкну,
И будет весна,
И звонкое солнце
Подарит нам рожицы лужи?

А хочешь, шепну,
И пьяные травы, как волны
На летнем лугу
Под дудочку ветра станцуют?

А хочешь, ты хлопнешь в ладоши.
Что будет? Апрель!
И осень тебя
Отнять не посмеет.
Решайся!

***
Сок вишневого дерева -
Глоток нежности.
Чайная ложка света
И горсть снежности....

Выдуманные слова, рифмы, улицы...
Выдуманная не-я в вальсе кружится - где-то.
Магия февраля - запах лета
На льду скользящий,

Согревающий чайным крошевом
Бесконечных морозов кружево.
Тающий на губах прохожего
Заклинанием: "тепло сбудется"

Магия февраля - снегом кружится...

***
Охапку белого снега,
Словно букет эдельвейсов,
Ты мне принёс в день рожденья.
Смеясь, рассказал,
Что ещё в детском саду
Подружился
Со снежных дел мастером,
А глаза твои
Стали похожими
На снежинки.
Я обняла тебя,
И всё растаяло.
Ничего!
Завтра мы вместе сходим
К этому мастеру.

***
Если рис окунуть в молчание,
Выйдет чай.
Если звезды считать заранее,
Будет май.
Если в травах под темной полночью,
Мягкий сон,
А ромашки да колокольчики -
Будет звон.
Если тенью за полумесяцем -
Значит, друг.
Если шепотом шаг на лестнице -
Будет стук.
Если двери не охраняются -
Спят посты.
Если имя не потеряется,
Будешь ты.

***
Речкины слезки
Детки в повозке
Ток-так

Тише, лошадка,
Мостик мой шаткий
Шаг, шаг

Горная речка,
Быстрая речка
Плеск, плеск

Нам до деревни,
Нам до крылечка
Лес, лес

Тише, повозка,
Мостик мой скользкий
Скрип, скрип.

Хнычет братишка -
Выронил шишку
Всхлип, всхлип

Вот и тропинка,
Речкина спинка
Вниз, вниз

Что ж ты, братишка,
Так из-за шишки
Скис?

***
Где же ты, мой Белый рыцарь?
Я всё скитаюсь по свету
В поисках вечного лета
Все истоптала ботинки.

Где ты, мой рыцарь печальный?
Что у тебя за плечами?
Вечно вскипающий чайник -
Собственное изобретенье.

Зря я тебя отпустила.
Зря поплелась в королевы.
Ты оглянулся... наверно,
И помахал мне платком.

Где ты теперь, Белый Рыцарь?
Ты остаешься на страже
Даже придуманный, даже
В выдуманном королевстве.

Я отыщу тебя Рыцарь
Собственного Изобретенья.
Будет июнь, воскресенье,
Полдень и лодка у пирса.

***
С ним нельзя говорить по-немецки.
Потому что он тут же раздражается и начинает говорить на польском, в котором ты, конечно же, ни бум-бум. А у тебя, как всегда вырывается что-то привычное и всем понятное, типа "ком цу мир битте" и не успеешь ты рта открыть, чтоб поскорее извиниться и бормотнуть, что не хотела, как он вскидывает брови и с вызовом начинает: "Пше прашем, пани..." И дальше целый поток пшекающих и кракающих слов. Они красивые, эти слова, и даже немножко похожи на музыку, но ты ведь ни бум-бум в этой музыке...
Все, что остается - забиться в угол и чертить пальцем на пыльном оконном стекле. И ждать, и слушать, искоса поглядывая на него. И вдруг заметить, что он в своем темно-зеленом, набекрень надетом берете и затемненных очках очень похож на ворона.
"А вороны говорят по-польски?.."
Он поворачивается к тебе. Хлопает крыльями и усаживается на твоем плече. Тыкает клювом в нарисованный иероглиф на стекле и внимательно смотрит на тебя круглым темным с искорками глазом.
С ним нельзя говорить по-немецки.

двійко з укр. мови


На два голоса
I.
Сердце раскинуло крылья,
И словно о прутья решётки
Бьётся о рёбра.
Я прошепчу тихо-тихо:
"Цыц, глупое, помолчи".
Горчичные зёрна и пепел с ладони, -
"Цыц, глупое! Помолчи!"
Не слушает.
Бьётся.

II.
Блукаю містом -
Дивна i безглузда:
Як чотки, вулицi
Між пальцями пускаю.
Я ненавмисно загубила
Звiстку, пташину-серце
І твоє намисто.
Тепер шукаю.

Навпомацки минаю
Роздоріжжя:
Вогні-цілунки; крига...
А долоні!..
Ти не хвилюйся.
Просто розлилося
Вино з калини
(Я така незграба).

З гірчичних зерен
Не зліпить намиста,
А попіл - то чудовий
Антисептик.
Душа без серця скімлить.
- Тихо, тихо.
Я намагаюсь
Вигадать що-небудь.
Захмарені розлукою
Вуста.
Слова зі мною
В піжмурки заграли.
Піду босоніж.
Навпростець.
Бач, птаха
До тебе в шибку
Стукає.
Впускаєш?

III
Ты молча простишь,
И словно ребёнка,
Погладишь по голове.
Мышонком душа моя
Юркнет к тебе на ладошку.
Погреться.
А ты улыбнёшься,
Как самый добрый на свете
Разбойник...
Ой! Рыцарь!!!
И спрячешь в перчатку
Нежданное чудо.

***
Відпускати мильні бульбашки
В нічне небо
Подивитися вгору і сплутати бульбашку
Із зіркою, що висить просто над дахом
Півгодини до завтра

***
Наше з тобою на двох белькотіння - тримовне.
Твоя, моя, і ще третя... та ні, не кохання!.. - англійська.
Поважно говоримо щось про своє,
Збираючи крихти шкільно освіти на кінчику язика.
У тебе на язиці крига
У мене - льодяник.
І мабуть, я краще мовчатиму -
Льодяник смачніше.

***
Дісталась мені у спадок
Груба химерна книга
І дивна потерта колода.
Я вивчила мову мовчання,
Судьбі ворожила на картах:
Вона, бач, - чирвова дама, -
Бажає пізнати долю.
На серці у не ґудзик,
Кишені, що містять Всесвіт,
Кирпатий ніс у веснянках,
Зелені очі і пасмо,
Що неслухняно лягає.
У не на серці - дитина,
Та що буде з ним (або з нею)
Ця пані ніяк не згадає.
І я ворожу на долю,
Не підглядаючи в книгу
(щоби, бува, не наврочить),
Вигадую добрі знаки,
І вірю кожному слову.

***
Космос зазирає у вікно,
Вистеляє килимом дорогу
До безодні чорно діри.
Наостанок озирнусь,
Та дзеркало
Знов грається в примари.
Може прокинутись?
Чи буркнути, мовляв,
Колись побачимось,
Зробити крок назовні?
Чомусь не блимають
Ліхтарики зірок:
Пітьма і тиша.
Долоні вкриті кригою...
І тиша.

***
У вікні, як відлуння прощання,
Мерехтить твоя тінь.
Я на згадку залишу
Паперового синього зайця
(Якщо він не злякається
Ведмежати на лівому капці).

Листоноша мене оминає
Сьомою стежкою.
Я вночі невгамовно
Бубоню про Алісу і Кролика
(Колискова для зайця,
Ви ж розумієте).

Та якщо у мандрівках
Я знову зустріну Снусмумріка
Я йому посміхнуся:
"Мене звати Клеа".

***
Я завчила це місто напам'ять,
Як вірша чи простеньке рівняння:
У тенетах таємних стежинок
Мене більше не закружляєш.

Я привчила це місто до себе:
Ліхтарі і мереживо вулиць,
Таксофони, дороговкази,
І супутник о двадцять третій.

Ми щоночі сходилися в танго...
Та опівночі я відлітаю.
Сумуватиме море у мушлі
І вітрильник. А ти - не згадаєш.

Листи до Фанні
(присвячується Джону Кітсу)

І.
Я тебе пам"ятаю.
Чуєш, я пам"ятаю.
Кожен дріб"язок,
Наші хвилини і дні.
Тільки очі сумні
І тремтіння долонь
Не залишив на згадку.
Пробачиш? Адже це ти.

ІІ.
Я тебе пам"ятаю.
Листи ношу біля серця,
Тільки жоден конверт
Не відкритий.
Мені бракне сил.

ІІІ.
Я тебе пам"ятаю.
Залишився тільки художник,
Але це - ненадовго:
Ночі, дні, - все немов уві сні.

ІV.
Я тебе пам"ятаю.
А ти не пригадуй, будь ласка,
Те ім'я,
Що написане на воді.

***
Пальці вогню відчувають,
Що шматок дерева - це скрипка.
Бігають по ньому, шукаючи струни,
Що х натягували дощі,
Поки шматок дерева ще був деревом.

Ти сидиш і згадуєш, як вранці тобі казали:
"Багаття сьогодні не буде,
Бо дощ позвивав нові струни.
Навіть шматки дерева стануть скрипками,
Якщо пальці вогню не почнуть шукати для них музику."

***
Я напишу тобі,
Як малювати букети дерев.

Спочатку намалюй сад -
Квітучо-весняний,
А може холодно-осінній.

Потім намалюй птахів,
Що мешкатимуть у саду.
Бездомних птахів, яким потрібне гніздо.

І ще - намалюй вази.
Птахи будуть вити гнізда у вазах.
А коли прийде час - відлетять у вирій.
Гнізда залишать тобі.

Поливай ті гнізда щоранку
І одного разу побачиш,
Що то вже не гнізда, а дерева.

Коли таке в тебе вийде,
Поклич мене, якщо твоя ласка.
Я ще жодного разу не бачила,
Як ростуть дерева у вазах.

***
Полум`я першого листя
Наскрізь солоне.
Освячене назавжди бризками
дивного того моря,
Що його вперше малюють
Сусідські діти
Крейдою на асфальті.

Полум`я першого листя
Наскрізь прозоре.
Загублене назавжди в задзеркаллях
Сонцезахисних окулярів
Того, хто пройшов поруч.

Полум`я першого листя
Спалить мій світ назавжди,
Як спалюють пам`ять про літо
У тьмяно-осінньому листі
Потай від перехожих.

сказочки



Ночное "Не все дома"

Пивная кружка,
В кружке - кофе,
А может, ночь?

Резная лампа
Бросит тени...
Или туман?

Трещина в потолке,
Замок из песка на столе,
Сломанный ключ - амулет.

Кукарямба с Брандашмыгом в гостях,
Мы играем в очко на щелбан,
Но не карты в руках, - тоска.

Завтра я в кегельбан,
Иль свалюсь по пьяне с моста.
Ночь заберёт паровоз.

Приходит солнце.

Дневное "Не все дома"

Ночью булькал в окне
Дождь,
У бездомного пса -
Дрожь.
Заготовь для себя,
Впрок,
Разукрашенный, новый...
Гроб.

Эй, мечта! Не пылись!
Дождь!
В дверь тоска постучит...
Что ж?
Шапку оземь - толкни
Речь.
Новым гробом топи печь.

Солнца лучик проник -
Блик.
Козодоем в окно -
Вжик!
Но, хоть камнем пади на
Дно,
Успокоиться не-да-
Но.

Зимний разговор с тенью
Руки - в чернилах...
Стихи - в многоточиях...
А небо дыряво тысячью птиц...

Ночи - пророчие,
И - непорочные
А небо дыряво тысячью птиц...

День - отменяется,
Глумится бессонница!
А небо дыряво тысячью птиц...

Настежь окно!
...Улетели...

Моему другу
Я не открою тебе своё имя, -
Ты же Орфей, а я...
Я - логарифм ноля,
Затерянный в бесконечности.
Мы делим пополам этот блюз -
Гармоники яркий каприз,
Молчание и алычу
(Окна сгорают в ряд).
На урагане струны
Не удержать мечту.

Не оглянись назад,
И не увидь меня.
Орфей уходит, а я
"Не оглянись" молчу.

Глупости

Зелёный, снежный, нежный
Всё думаешь (небрежный,
В дурацком кардигане):
Ни капли валерьяны
Не выпить из пробирки,
Из розовой бутылки.

Зелёный, снежный, нежный,
Немного сумасшедший,
Все думаешь устало,
Что мало, мало, мало
Осталось валерьяны
Для горлышка у скрипок.

Зелёный, снежный, нежный
Тоскуешь о безбрежном:
Чтоб сбросить кардиганы,
Забыть про валерьяну,
И скрипки, и улыбки,
А просто быть собою,
И просто быть со мною.

***
Гололед, людопад, ноголом
Ждет кого-то хирург за столом
Ждет кого-то хирург у стола
Гололед, ноголом - не дошла

Снеголом, людолед, домосед,
Осторожней нащупывай след,
осторожней нащупывай шаг
Голоснег на земле, людошмяк...

Литературно-признательное

Я не читала ни Переса, ни Реверте,
хоть мне говорили, что это одно и то же,
и взгляд становился сразу темней и строже,
мне даже немножко стыдно было, поверьте.

А дни проползали мимо, и мысли тоже.
Я уходила на ночь под одеяло.
А где-то Перес-Реверте грустил, быть может
И все оттого, что я его не читала.

***
Лежать в палатке, слушать дождь
И знать, что ты кому-то нужен.
И царственно, как главный вождь,
Спросить: "Кого съедим на ужин?"

Мы одичали здесь, в лесу,
Не понимайте нас превратно.
Мы не обидим... стрекозу,
И это ежику понятно.

Мы любим лес и край родной,
Но, чтобы день наш не был скушен,
Скажите, добрый водяной,
Кого сегодня съесть на ужин?

***
Лунный свет и сутки прочь,
Светят зеленью гнилушки.
Тут устроились на ночь
Три китайские старушки.

Развернули веера,
Достают сухарь и спички.
Им до самого утра
На Китай ждать электрички.

Тянет холодом с луны,
Пустотой да пылью ветра.
До китайской стороны
Сто четыре километра.

Сто четыре ерунды,
Сто четыре интереса.
Каплют дождиком следы
И ползет тропа из леса.

Сонно дышит лунный пес.
Три китайские старушки
В темном небе между звезд
Чертят мелом завитушки.

***
Вечер, что выпачкался в шоколаде,
Всю ночь отмывали двое ирландцев:
Молчаньем, кота вопрошающим знаньем,
Печалью типа "уйти, но остаться",
Первым смехом из колыбели,
Звонким миром мальчишеских ранцев,
Дубиной, осиной, качелью, печеньем, -
И грянуло утро.
Что значит - стараться!

***
В августе все колыбельные терпкие-терпкие.
Сказки бубни до утра про Алису с Кроликом.
Осень неслышно покажется в старом зеркале,
Листик кленовый вместо ключа на столике

Вдруг обнаружит Алиса. А впрочем, сумерки.
Сказочный садик увял и вот-вот осыпется.
Кролик часы свои отдал в ремонт Снусмумрику -
Тот обещал посмотреть их как только выспится.

Все перепутал август, смешал подстрочники,
Листья усталые между листов со сказками.
Видишь, стал месяц ярче для полуночников -
Это Чеширский кот улыбнулся ласково.

Два (небо никогда)

Первый.
Небо никогда не кончается.
Летающий снег слоняется в переулках
Ветер бродит по этажам гулким.
Ветер... а больше - некому.

Второй.
Небо никогда не кончается.
Летающий снег, ложась на соль с песком
Становится льдом.
И ты по нему: идешь-бежишь-скользишь
Ух ты!
Ноги выше головы! - лежишь.

Небо никогда не кончается...

- Вам помочь?
Хм, сочувствие - редкая штука.
Давайте-ка свою руку - я ВАМ помогу.
Упали? смотрите -

Небо никогда не кончается...

Сердце

Жил-был человек, у которого было очень много друзей. Это был добрый и хороший человек, и все его друзья жили в его сердце. Там жили не только его друзья, но и жены, и мужья, дети, собаки, рыбки, волнистые попугайчики, номера телефонов, дни рождений и годовщины свадеб, - всё-всё-всё, что имело хоть какое-то отношение к его друзьям.
И вот однажды у этого человека заболело сердце. Сначала чуть-чуть, потом - немного, потом -чуть больше. Человек стал пить капли, но сердце болело всё сильнее, и тогда он пошёл к врачу.
Врач посмотрел-посмотрел, а потом воскликнул:
- Дорогой, да ваше сердце растёт! Оно едва умещается у вас в груди! Ему там просто тесно, потому оно и болит.
Что же мне делать?
- Ну, если оно будет расти дальше, придётся вынуть его из вашей груди и поместить в более просторный сосуд..
Так и сделали. Сердце вынули из груди и поместили в специальный пакет и отдали со словами:
- Будьте осторожны.
- Спасибо! - сказал человек.
Сердце перестало болеть, и человек испытал такую благодарность к врачам, что пакет с сердцем заметно потяжелел.
Прошло несколько месяцев, и человеку пришлось возить своё сердце на тележке - так сильно оно выросло. О, это было ужасно неудобно! Человека перестали пускать в трамвай, в кафе, грозили выгнать с работы.
- С тележками нельзя! - говорили ему. - Оставьте на входе!
- Но там же моё сердце! - восклицал человек. - Без него я умру.
- С тележками нельзя! - повторяли кондуктора и швейцары, захлопывая перед ним двери. Однажды, к человеку пришёл в гости его дальний родственник - очень практичный молодой человек.
- Что с тобой? - спросил он, глядя на тележку.
И человек, сбиваясь и путаясь в словах, рассказал, что с ним произошло.
Родственник немного подумал, закатал рукава, и вдруг - бесцеремонно запустил руки в сердце по самые локти.
- Сейчас поглядим, что тут у нас, - он вынул полную пригоршню разных вещей и стал читать прикреплённые к ним бирки.
"Пуси и Муси" - любимые золотые рыбки тёти Маши, двоюродной сестры покойной бабушки моего лучшего друга Коли.
"Мелиса" - любимая кукла младшей дочери сестры моего лучшего друга Евгения Павловича.
"Вишнёвое варенье" - ум-м-м! Какая вкуснотища! Его варит самая лучшая в мире тетя Маня, троюродная сестра моей мамы.
- На свалку! - решил практичный молодой человек, и бросил всё это в раковину.
Раз за разом погружал он свои руки в сердце человека и, не глядя, сваливал его содержимое в раковину. Скоро там выросла порядочная груда, а сердце человека стало обычного размера.
- Ну, вот и всё, - беспечно произнёс молодой человек. - Видишь, как всё просто.
Человек глядел, хмурясь, потом резко спросил:
- А вы, собственно, кто, и что вы делаете на моей кухне?
- Да ты что, Вася! Это же я - Коля! Племянник тети Мани, троюродной сестры твоей мамы, которая варит самое лучшее в мире вишнёвое варенье!
- Какое варенье? О чём вы? И вообще у меня на сладкое аллергия!
Они молча глядели друг на друга, потом Коля с воплем подскочил к раковине, стал хватать предметы сердца Васи и запихивать их обратно. Когда сердце раздулось до невероятных размеров, так, что с трудом умещалось в тележке, он вытер пот со лба и сказал:
- Знаешь, Вася! Ведь это так здорово, что у тебя такое большое сердце, в которое может поместиться целый мир. Я буду возить твою тележку, и больше ни один кондуктор не посмеет не пустить тебя в трамвай, ни один швейцар не посмеет захлопнуть перед тобой дверь ресторана, а начальник - выгнать с работы!
"Как хорошо, что у меня есть такой замечательный друг", - с благодарностью подумал Вася, и его сердце ещё немного выросло.

Рагу из Чебурашек


День вчерашний

Газета "Сказочные вести"
Рубрика "Советы кулинара"
Этим экзотическим блюдом вы, несомненно, удивите и порадуете своих гостей. Для приготовления блюда вам понадобится пять или шесть тушек молодых откормленных зверьков. Хорошенько помойте их под проточной водой, натрите солью, перцем, обложите апельсинами и тушите в собственном соку до готовности. Но особую пикантность мясу придадут апельсины, скормленные зверькам за два часа перед забоем.
Приятного всем аппетита.

День сегодняшний

Газета "Сказочные вести", первая полосa
Уважаемые граждане Сказочной страны. Редакция приносит свои извинения за причинённые неудобства. В предыдущем номере по вине корректора произошли следующие ошибки...
И, наконец, в рубрике "Советы кулинара" название рецепта следует читать "Рагу для Чебурашек".

Но было поздно. В живых чудом остался только один Чебурашка, который - вы не поверите! - спрятался в ящике с апельсинами. Но даже после того, как была выявлена ошибка, некоторые гурманы всё же мечтали попробовать рагу из Чебурашек. Хм, как бы не так!
Чебурашка завёл себе телохранителя, зелёного крокодила Гену, осведомителя старуху Шапокляк, полевого агента Крыску-Лариску. Теперь он живёт в доме Дружбы. Гостиную его домика украшает чучело корректора, а в каминном зале на стене висят головы тех, кто пытался добыть Последнего из Чебурашек.
Но это - совсем другая история.

с претензией на умности



***
Человек, перечеркнутый парусами,
Едва ли найдет дорогу к морю.
Ведь в парусах всегда ветер,
А человек - сухопутный житель.

Вот и получится море без ветра.
А человек под сухопутным парусом
Ловит перечеркнутую тень и думает,
Что рябь на песке - это море.

А солнце всегда путается в вантах
И замедляя свой путь, остается
По ту сторону горизонта.

Но если б оно, шипя, погружалось в море,
Как думают многие,
Человек перечеркнул бы парус собой
И по звуку нашел дорогу.

Соленую, как его сердце...

***
Его руки окутаны мраком,
Его пальцы увенчаны солнцем.
Он попирает ногами
Груду мёрзлой воды.
Дымодышащий вершитель
Единой секунды
Неторопливо курит труху
Вчерашнего счастья.

***
Когда на землю спускаются
Белые ночи
И бьют часы
Между светом и светом,
Появляется флот
Под алыми парусами.
Мальчишки с девчонками -
Отъявленные мечтатели -
Носятся по такелажу
И разливают по банкам
Тишину,
Что звенит
Между светом и светом.
Закупоривают,
И бережно передают
Из рук в руки
Своему капитану.
Флот держит курс
Прямо на полюс,
Везя полные трюмы
Северного сияния.
Но иногда,
Во время самого сильного шторма,
Которого боятся
Даже морские волки,
Капитан срывает печать
И грохает банку о палубу...
И разливается тишина.
А в небо взмывает радуга.

***
Тебя пришпилят
В школе на стенку,
Жизнь подменят легендой.
И только короткая чёрточка
Между рожденьем и смертью
Будет молчать о тебе настоящем.
Чуткое сердце
Услышит.

***
Тебе, отдающему шаг расписной бумаге,
Плетущему хохот и снег из одной веревки,
Тебе, сквозь взрослость мечтающему о маге,
Дарю ожерелье, четыре литых подковки.

На счастье, на скорость - тебе ли не знать дороги,
Распутывающий следы на асфальтных реках.
Летящему силуэту смеялись боги,
На миг обреченные встретиться в человеке.

Твое уходящее солнце на зимней кромке
Впечатало леденцами четыре дали
Храни их, когда сумеешь, в большой коробке
С названием "сердце" и ароматом стали.

Т.С. Элиоту

І.
Я не скажу, что было, что будет, -
Я не оракул и не провидец.
Пригоршню пыли к глазам поднесу я.
Это - наш страх. Видишь?

Взором незрячим спасая разум
Сотню обличий примеришь разом,
Сотню имен, голосов, - без подвоха! -
Сотню событий, но только два вдоха.

II.
Под сенью затмений,
В сенях у знамений,
Обласканный шёлком знамён,
Спит мальчик.
Ты знаешь, кто он?

III.
Утонуть в океане усталых прохожих
Стать, такой же, как все, на себя не похожей, -
Маска, пуговки глаз, намалёваный рот.
Это я или нет? Кто теперь разберёт.

IV.
Чётки абака, стальная струна.
У чёрной собаки в пасти луна.
Шёпотом, шорохом, шелестом шика,
Судьбою расшита роба шута.

***
Сегодня будет желтая ночь,
Сегодня будут вещими сны.
А тем, кто по ночам рвется прочь,
Дороги будут плохо видны.

А те, кто побоится заснуть,
Зажгут фонарь, и будут смотреть,
Как тает непроглядная муть
И звезды начинают бледнеть.

И если ты посмотришь в окно,
Увидишь страх чужих фонарей.
И свой почти погасишь. Темно.
И знак увидишь возле дверей.

***
Минуты забывают имена
Тех, для кого они неизлечимы
Сочатся сквозь стекло обломком льда
И каплют мимо

За многоточием чужих ветров
Остались ноты давних предсказаний
Им вяжет ночь из старых свитеров
Страну молчаний

А на рассвете в полусонной мгле
В клубок совьет порвавшиеся строчки
И, уходя, оставит на столе
И капнет точка

***
Меряешь время леденцами
Меряешь... от земли до луны,
Где луна - карамель с лимоном.
Сладкое время течет медленно,
Записывать не спеши.
Сквозь пальцы тянется
Тягучими каплями

Меряешь время...
Меряешь, и не помнишь,
Сколько прошло и сколько осталось
От луны до солнца.
Только привкус сладкий и чуть щемящий
Того леденца,
Что и не для тебя вовсе.
Снова в ладони тает.

Песок прилип.

***
Время становится слишком плотным
Зимой оно сможет считать голодных,
Кормить их с ложечки стылым снегом,
Считать по буквам...

Время становится слишком жарким,
Оно научится клеить марки,
Греметь в конвертах сердечным звоном,
Теряться в почте...

Где-то во времени - мы с часами,
Грустим кукушкиными глазами,
Считаем буквы, молчим по нотам,
Стучим сердцами...

Время - соседскими голосами.
Время - исписанными листами.
Время - скребется в окно на почте.
Точка. Тире. Точка

***
А ведь уже почти октябрь...
Еще чуть-чуть - и снег нагрянет
И одиночество заглянет на огонек...
Разменною монетой лягут дни
На дно копилки полубога
И от порога до порога протянется...
Бессмыслица!!! Как ни крути, у колеса
Начала нет, и нет конца.
А мы обсасываем тему,
Слова вставляем невпопад,
Рифмуем "сад" и "листопад"
И "все подряд"... и все подряд...
Но не придумать нам, чес-с слово,
Про одиночество такого,
Чего не сказано ни разу.
Хоть Одиночество - зараза!

***
Ночь соткана из полутонов.
Деревья качают
На кончиках пальцев
Капельки звёзд.
Я вижу только твой силуэт
В обрамлении листьев.
Над левым плечом
Разгорается полнолуние.
Я не умею сказать,
Что люди бывают, как вещи:
Ветшают, ломаются,
Исчезают на чердаках и задворках.
Кажется, я тоже исчезла.
Но ты знаешь без слов,
Берёшь мою руку,
И под ладошкой
Рождается негромкий стук
Твоего сердца.
Меня нашли!

***
Знойным полуднем окутан,
Нежится на жести крыши
Сохранитель тайн Вселенной.
Обжигают лунным взглядом
Его рыжие глаза.
Это - кот.

***
Бабочка
Вцепилась в лампу
И ждет.

Нарисованная лампа
Не жжет,

Нарисованный огонь -
Не греет. Впрочем,

Если только в огонь, в клочья.

Нарисованную лампу
В живой огонь.

А так -
Холодно.

Бабочка ждет.

***
Трофейная записная
С потрёпанными краями,
В пятнах чернил
На пожелтевших страницах,
Молчит.
Закрывает глаза,
Пытается различить
В перестуке ветвей
Монотонный бег поездов,
Лёгкую поступь,
Стук сердца,
Что впитали страницы
От первого до последнего знака.
Исцарапанная обложка
Жаждет
Единственного прикосновенья.
Но руки,
Что небрежно листают её -
Не те руки.
Неужели она никогда
Не узнает ответа
На последний вопрос:
"Что тебе подарить,
Кроме зимнего звёздного света?"

Песня, услышанная высоко в горах, где затерялся одинокий буддийский монастырь

В предрассветной дымке
Голубые горы
Задают вопросы
Мудрым далай-ламам:
Скучен предутренний час?

Под палящим солнцем
Голубые горы
Насмешливо кивают
Лысинам монахов:
Скучен полуденный зной?

С первою звездою
Голубые горы
Тихо напевают
Послушникам уставшим:
Скучен тяжелый труд?

Звездной, ясной ночью
Голубые горы
Завидуя буддистам
Тихо признаются:
Скучно горами быть.

Музыка сфер
За гранью виденья
Натянута струна.
Тронь, - и услышишь
Музыку сфер -
Ответы на все вопросы.

Тсс!!!
Звуки притихли,
Померкли краски.
Память спит,
Убаюкана созерцаньем.
Тсс!!! Не буди её.
Ради себя.

***
Миром правит ожидание.
Ожидание встречи заставляет протянуть еще день.
Ожидание зарплаты заставляет ходить на работу ежедневно и тем самым двигать прогресс. Двигать и надеяться, что когда-нибудь он сдвинется и покатится сам... куда подальше.
Ожидание чуда заставляет прочесывать месяц за месяцем, заглядывая в лицо каждой минуте с немым вопросом: "А может, это ты - чудо?"
А когда чуда нет слишком долго, приходит разочарование. Однако и оно сменяется риторическим "Когда ж это все закончится?" На этом месте звенья цепочки смыкаются, и все начинается сначала.
И только где-то далеко, в каких-то, Богом забытых эпсилон-окрестностях, которые достались в наследство от курса высшей математики, ходит философски настроенный дядька с усами. В зубах его старая пиратская трубка, потому что когда-то он действительно был пиратом. А сейчас вполне справедливо считает себя чудом. Тем самым, чье ожидание правит миром.

Прошлогодние сны


Новогодние ночи все одинаковые: президент-тост-шампанское. И обязательно пробкой по лбу. Ну, а потом еще петарды и, если повезет, снежки. Вот и все. Но это в городе так. Скучно и одинаково. А вот за городом... может и не везде, но уж в одном домике уж точно не так. Домик этот на самом краю деревни стоит, почти в лесу. А живут в нем дед Тихон и бабулька Тихоня. Конечно, ее на самом деле как-то по-другому зовут, только никто уже не помнит, как. Ну, так вот. Вы если в гости к ним заглянете, обязательно подумаете: "Ого, сколько подушек!" или что-то в этом роде. А подушек у Тихона и Тихони действительно много. И круглых, и квадратных, и больших, и поменьше... в общем всяких. Ну и что с того, спросите? И при чем тут Новый год? Ну, так я к этому и веду.
31 декабря в одиннадцать ночи, когда от старого года всего час остается, дед Тихон берет подушки, на которых они с Тихоней весь год спали, и во двор выносит. И кладет их там прямо на снег, только так, чтоб они луной хорошо освещались. Ну, а потом дед Тихон на корточки возле подушки садится и легонечко так по ней ладошкой - хлоп! Из подушки облачко маленькое вылетает. Это - деда Тихона сон. А потом опять - хлоп! - и еще один сон из подушки выпархивает. Так и плавают они разноцветными облачками по двору, а дед Тихон все новые и новые сны выхлопывает. И из своей подушки, и из Тихониной.
Тут еще вот, что главное - успеть сны прошлогодние в последний час года из подушек повыхлопывать, а то они потом с пылью и перьями перепутаются и так приснятся, что не приведи, Господи.
Так вот. Ровно до полуночи дед Тихон по подушкам хлопает. А как двенадцать пробьет, по двору уже целые стайки снов плавают, переливаются в лунном свете. Красотища! Тихон с Тихоней на лавочку сядут, любуются... А когда захотят что поближе рассмотреть, встают и тихонечко так, почти на цыпочках, ко сну подходят и приглядываются, прислушиваются. Так и бродят дед Тихон с бабулькой Тихоней всю ночь между снов прошлогодних... вспоминают и чуть улыбаются разноцветным облачкам.
А как утро подойдет, сны таять начнут. Тихон с Тихоней тогда опять на лавочку садятся и глядят, как они тают - провожают. До тех пор, пока последний сон не заиграет цветными искорками на снегу. Тогда берут они подушки и идут в домик. Новые сны собирать, чтоб было, что в следующую новогоднюю ночь вспоминать.
И может, когда-нибудь им приснится большой город. А за городом - маленький домик. И возле этого домика сидят на лавочке дед Тихон и бабулька Тихоня, а вокруг них облачками сны плавают.

пересменка сезона (гидрометцентр)



***
В самом центре жары по утрам происходит рассвет.
По растаявшим окнам проходит, не выспавшись, солнце.
Неуклюжий сквозняк застывает в дворовом колодце,
Пропускает вперед и глядит истуканом вослед.

А на небе не знают, что делать. На небе цейтнот -
Ведь у солнца и жар, и, наверное, даже ангина...
И еще что-нибудь. Вот и ртутная стрелка ползет
К тридцать восемь. И даже еще с половиной.

Взять больничный, да пару деньков полежать...
А не шляться по окнам, по стенам.... Не бить по макушкам прохожих.
Только где там! Из самого центра жары
Снова выступит город, как будто из кубиков сложен.

Если б кубики льда... только вечер пропитанный воском.
Мы с работы бредем восвояси, волочим в повозке
Сводки Гидрометцентра.
А где-то бывает декабрь.....

***
В красно-синих тонах
Море.
В корабельных стенах
Мы ли
Не задернув на ночь
Шторы
По волнам просто так
Плыли.
Оглянись, там твоим
Рекам
Не уснуть в берегах,
Полно.
Мокрым мхом, травяным
Пледом
Убаюкает их
Полночь.
А сама по утру
Где-то
Не сумеет заснуть -
Поздно.
И теперь посреди
Лета
Сквозняком в парусах
Мерзнет...

***
Август мешает краски.
Мешает с прохладным красный,
Зеленый смешал с дождиным,
И перышком журавлиным
По небу ведет маршруты
Всем улетающим птицам.
Всем остающимся птицам
Он обещает присниться
И крошки кладет в карманы...
И желтый смешал с туманным

А мы, позабыв про числа,
К метрошному машинисту
Торопимся. Только странно -
Стал проездной вдруг старым.
И "ух ты!" - от лета - хвостик,
И "ах ты!" а скоро - осень...

А август с улыбкой хитрой
Добавил и нас в палитру,
И спешку смешную эту
Так просто смешал с рассветом.

***
Осенний сон августа -
Выдумка тех, кто устал
Хранить листопад в октябре
И мирить с ветром звезды,
Летящие с летнего неба.
Как было бы просто
Присниться другому себе...
Если б только он спал.

На птичьей земле
Догорают пустые дома,
От солнечных клякс
Остаются разводы на листьях.
А солнце уходит
Осеннему богу молиться,
С трудом вспоминая
Забытые за ночь слова.

Осенний сон августа...
Впрочем, привычка не спать
Оставит беспомощным.
Снова вернувшийся вечер
Сгребает в кошелку
Молитвы и слухи, и встречи
И прячет в чулан,
Чтоб не спящим всю ночь тосковать.

***
Зарыжело, захныкало просинью,
Словно гимн для вороньего торжища.
Чёрно-серые тучи без устали
Сеют слякоть на наше безмолвие.

Небеса колесованы стужею,
Ветерок разбивает их вдребезги.
На осколках гадает бессонница:
"Обострения у шизофреников".

Листья ливнями опечатали
Наши окна, пестуя сумерки.
Нас отпустят, когда бессонница
Переплавит наше безумие.

***
А на дворе - погода дрянь,
Дождинки - связки многоточий.
Как будто сердце обесточат
И грустью наполняют всклянь.

Осенний кавардак души,
Разгул неистовых бессонниц.
Не домом - дымом от смоковниц
Пахнёт вдруг в нашей-то глуши.

На окнах заморозков вязь
Всенощно проявляет лица,
И календарная страница
Росой на щеки пролилась.

Ты мне приснился. Чуть дыша
Навстречу утру поднялась я.
И наша повесть удалась...
На острие карандаша.

***
Кто-то осенний опять разливает ветра.
В городе сыро - дожди прибывают как гости...
Нет, как хозяева. В окна колотят. Так тростью
В двери стучат после ночи гуляний, с утра.

Кто-то осенний опять обрывает листву.
Так на ромашке гадали, и вышло - "не любит"
Серое небо горячие лбы нам остудит
Мячиком солнца с зимою играя в лапту.

Кто-то осенний... да нет, это я или ты.
С листьями или дождем сочиняем гаданья.
К стеклам оконным прижавшись в холодном трамвае
Едем из лета. И улицы странно пусты.

***
Что осень - то сезон
Простудных откровений.
И штукатурка снов
Опять на рукавах.
Запутался в словах
Смешной осенний гений.
Что осень - перелет
На разных языках.

Заученный сюжет,
До дыр затерта пленка,
Что осень - то ноябрь,
И как ни поверни,
В нем снова я и ты,
Два выросших ребенка.
Что осень - в небе рябь
И на воде следы.

Листья
І
Листья ломаются с хрустом
Ветру осеннему - пусто
Поздно
Осеннему ветру.
Звездно на улицах. Где-то
Снеги ложатся на крыши,
Снеги бездомные... Слышишь,
Крыши текут под снегами,
Дом забывается снами...
Пусто на улицах.
Поздно.
Листья ломаются
Звездно.

ІІ
Листья
Мокрыми ладонями -
В стену.
Щеками - к стеклам.
Остатки тепла за окном -
Вымолить, выклянчить, выпросить
В форточку впасть
Не изысканным шорохом -
Шлепом.
Мокрым. И в обморок.
Отогреться.
Ползком за штору. И до весны.
Авось выживем.

***
Зацелованные морозом,
За ночь листья осыпались.
Ботинки и туфли
Шуршали по льдистому морю,
Пытаясь не утонуть.
Если бы у них были уши,
Они бы расслышали
Голоса листьев?

***
Снег выпал,
И остался лежать
(Тихо и бело)
Словно имел
Полное право.
Испуганные деревья
Шептали рыжей листвой:
Как это - снег?
Снег, вы почему?
А он, становясь
Всё прозрачней и тоньше,
Улыбался.
Он успел первым!

***
Снег разлетается мелкими нотами из-под пальцев.
Когда ночной музыкант собьется, рояль ему отзовется порывом ветра.
Ветра - всегда иностранцы.
Пакуют тучи в толстые чемоданы - потом забывают.
Тот, кто играет мелкими нотами, их подбирает...
И вот уже под пальцами нежатся...
Снежатся...
Снижаются...
Мелкой нотой щеки касаются
Человечьей, собачьей, птичьей -
Хочешь, ищи десять отличий.
Пусть только тот, кто играет, не спотыкается...

***
Небо держат деревья.
Озябшими пальцами перебирают снег -
Получаются облака.
Если ветер будет слишком сильным -
Небо станет чуть ниже.
Смотри внимательней -
Вдруг разглядишь кого-то...

мелочь в кармане



***
Откололась от неба
Лужа,
И лежит, задирая нос.

***
Колючие снежинки
В погремушке зимы
Тарахтят.

***
- А я сошла с ума...
Давай-ка спать!
Безумие не в моде!

***
В незнакомом городе
Даже вокзал -
Спиной

***
Варежку кто-то забыл
Чьим теремком станет она?
Воробей на ветке.

***
Переменка у снега,
Перекличка ветров -
Пересменка сезона:
Дождь.

***
Молодой месяц,
А у меня ни карманов, ни денег
Иду в тишине

Лепестковый снегопад
Потому что небо нагадает,
Потому что ветер угадает
В лепестках кружащих
Музыку Весны.

***
Лакает из лужи
Теплую зиму
Бездомный пес.

***
У ребенка топорщатся уши,
Он счастлив -
Он - Чебурашка.

***
Очертания снега забыты.
Теперь очертанья котов
На скатах крыши.

***
Рыжий автобус взбирался
По рыжим подсолнухам,
К рыжему солнцу -
Прямо на рыжее небо.

***
Плывет по лужам
Желтый "Богдан"
Не станет ли Киев Венецией?

***
Вчера я бредила стихами,
А у безумного Зай Атса
Занозы с запеканками закончились.
А жаль. Меня б он сразу вылечил.

***
Вот стану противной
И будет тебе отправная точка,
Любитель рассуждений.

***
Словно блюдце манной каши
Уронили на ковер -
Облака.

***
Ранковий вітер
Шибки деренчать
Сниться море.

***
Ушедший день, как популярный малый,
Закатным росчерком
Оставил нам автограф.

***
В рыжий звездопад
На забытой планете
Мне случился ветер.

***
На карусели
Куда-то лечу.
Где остановка?

***
Привет, благословенная пора
Ужасно вкусных
Абрикос зеленых!

***
Считаю часы до отъезда.
Рюкзак -
И тот ерзает.

***
Груша шмякается оземь,
Разбиваясь вдребезги.
Лето на исходе.

***
Вот вам
И дары природы -
Мошкара в чае.

***
Мокрень.
На цыпочках танцуя,
Крадётся капиллярный дождь.

***
- Ты стала другой.
(невысказанный упрёк)
Просто пришла Осень...
Время силы и беспокойства.

***
Замерзшими пальцами
Обнимаю чашку чая.
Осенний вечер.

***
Я смотрю на тучи
Цвета синяка...
Закат.

***
Рядом со мною шла,
А все равно дорогу перебежала -
На то и кошка!

***
Інтроверт
Загубився в пустелі
Власного ЕГО.

***
Старые фото
Прилив ностальгии:
Там мы другие.

***
Спрятала нос
В лепестки хризантем
Смешная влюбленная

***
Штрихами к портрету
Многоточия сердца
(только для любящих).

Счастливый билетик


- Чего тебе, мальчик? - спросила продавщица кондитерского отдела у пятилетнего карапуза, уверенно шагнувшего к прилавку.
Он протянул ладонь, на которой лежал замусоленный троллейбусный талончик, и сказал:
- Счастья. На весь билетик.





ОГЛАВЛЕНИЕ

     
     Холодный воздух пахнет кофе...
     Это - сердца прерванная нить...
     
город i...
     Крыши у города большие, дырявые...
     В храме деревья. В храме - леса...
     Город камня, дождей, и распутных женщин...
     Два заблудившихся трамвая...
     Четыре сезона из жизни города.
     Широколобые трамваи...
     Дипл-таун.
     А бабочки помнят дорогу обратно?
     Во вчерашней маршрутке тепло...
     Цвет у заката красный...
     Неспешная поступь трамвая...
     Бродилка номер N
     Привидений
     
...i его безумные жители
     Все персонажи вымышлены...
     Лезешь в чужую френдленту - находишь себя...
     Интернетное
     У неё в груди дверца...
     Колдовская денежка
     Я хожу, как хищная рыба...
     Платье застёгнуто...
     Ты носишь в кармане шиповник...
     Когда-то давным-давно...
     Разносчик цветов
     Трое
     А ты танцуй, моя девочка...
     Ты смотри, мой маленький, сверху вниз
     Слушай, давай собирать календарики...
     Ищешь в кармане мелочь, находишь дождь...
     Лето истаяло, словно ириска...
     Прогулками гулкими, гулкими
     Последний сон Китса
     Памяти...
     На качелях маленькая...
     Ой, ты гой еси...
     Участковый
     Хорошо им...
     Ван мор!
     Окно напротив
     Я, наверное, правда полковник...
     Тихо прошу...
     
поговоришки
     Открытие сезона охоты
     Смирившийся с одиночеством...
     Поговори со мной...
     А дождь устал казаться чей-то болью...
     Аллергия на тающий снег...
     А хочешь, я хлопну в ладоши...
     Сок вишнёвого дерева...
     Охапку белого снега...
     Если рис окунуть в молчание...
     Речкины слёзки...
     Где же ты мой Белый рыцарь...
     С ним нельзя говорить по-немецки...
     
двійко з укр. мови
     На два голоса
     Відпускати мильні бульбашки...
     Наше з тобою на двох белькотіння - тримовне...
     Дісталась мені у спадок...
     Космос зазирає у вікно...
     У вікні, як відлуння прощання...
     Я завчила це місто напам'ять...
     Листи до Фанні
     Пальці вогню відчувають...
     Я напишу тобі...
     Полум`я першого листя...


сказочки
     Ночное "Не все дома"
     Дневное "Не все дома"
     Зимний разговор с тенью
     Моему другу
     Глупости
     Гололёд, людопад, ноголом...
     Литературно-признательное
     Лежать в палатке, слушать дождь...
     Лунный свет и сутки прочь...
     Вечер, что выпачкался в шоколаде...
     В августе все колыбельные терпкие-терпкие...
     Два (небо никогда)
     Рагу из Чебурашек
     Сердце
     
с претензией на умности
     Человек, перечеркнутый парусами...
     Его руки окутаны мраком...
     Когда на землю спускаются...
     Тебя пришпилят...
     Тебе, отдающему шаг расписной бумаге...
     Т.С.Элиоту
     Сегодня будет жёлтая ночь...
     Минуты забывают имена...
     Меряешь время леденцами...
     Время становится слишком плотным...
     А ведь уже почти октябрь...
     Ночь соткана из полутонов...
     Знойным полуднем окутан...
     Бабочка...
     Трофейная записная...
     Песня, услышанная высоко в горах, где затерялся одинокий буддийский монастырь
     Музыка сфер
     Тсс!!!
     Миром правит ожидание
     Прошлогодние сны
     
пересменка сезона (гидрометцентр)
     В самом центре жары по утрам происходит рассвет...
     В красно-синих тонах...
     Август мешает краски...
     Осенний сон августа...
     Зарыжело, захныкало просинью...
     А на дворе - погода дрянь...
     Кто-то осенний опять разливает ветра...
     Что осень - то сезон...
     Листья
     Зацелованные морозом...
     Снег выпал...
     Снег разлетается мелкими нотами из-под пальцев...
     Небо держат деревья...
     
мелочь в кармане
     Откололась от неба лужа...
     Колючие снежинки...
     Безумие не в моде!
     В незнакомом городе...
     Варежку кто-то забыл...
     Переменка у снега...
     Молодой месяц...
     Лепестковый снегопад
     Лакает из лужи...
     У ребёнка топорщатся уши...
     Очертания снега забыты...
     Рыжий автобус...
     Плывет по лужам...
     Вчера я бредила стихами...
     Вот стану противной...
     Словно блюдце манной каши...
     Ушедший день...
     В рыжий звездопад...
     На карусели...
     Привет, благословенная пора...
     Считаю часы до отъезда...
     Груша шмякается оземь...
     Вот вам...
     Мокрень...
     Невысказанный упрёк
     Замёрзшими пальцами...
     Закат
     Рядом со мною шла...
     Старые фото...
     Спрятала нос...
     Штрихами к портрету...
     Счастливый билетик.
     
     



ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ




Усманова Александра
     Это - сердца прерванная нить...
     Два заблудившихся трамвая...
     Четыре сезона из жизни города.
     Широколобые трамваи...
     Дипл-таун
     Во вчерашней маршрутке тепло...
     Неспешная поступь трамвая...
     Привидений
     Колдовская денежка
     Я хожу, как хищная рыба...
     Платье застёгнуто...
     Ты носишь в кармане шиповник...
     Лето истаяло, словно ириска...
     Последний сон Китса
     Памяти...
     Ой, ты гой еси...
     Участковый
     Окно напротив
     Тихо прошу...
     Открытие сезона охоты
     Поговори со мной...
     А хочешь, я хлопну в ладоши...
     Охапку белого снега...
     Где же ты мой Белый рыцарь...
     На два голоса
     Дісталась мені у спадок...
     Космос зазирає у вікно...
     У вікні, як відлуння прощання...
     Я завчила це місто напам'ять...
     Листи до Фанні
     Ночное "Не все дома"
     Дневное "Не все дома"
     Зимний разговор с тенью
     Моему другу
     Глупости
     Лежать в палатке, слушать дождь...
     Вечер, что выпачкался в шоколаде...
     Рагу из Чебурашек
     Сердце
     Его руки окутаны мраком...
     Когда на землю спускаются...
     Тебя пришпилят...
     Т.С.Элиоту
     А ведь уже почти октябрь...
     Ночь соткана из полутонов...
     Знойным полуднем окутан...
     Трофейная записная...
     Песня, услышанная высоко в горах...
     Музыка сфер
     Тсс!!!
     Зарыжело, захныкало просинью...
     А на дворе - погода дрянь...
     Зацелованные морозом...
     Снег выпал...
     Откололась от неба лужа...
     Безумие не в моде!
     Переменка у снега...
     Лепестковый снегопад
     У ребёнка топорщатся уши...
     Рыжий автобус...
     Вчера я бредила стихами...
     Словно блюдце манной каши...
     Ушедший день...
     В рыжий звездопад...
     Привет, благословенная пора...
     Груша шмякается оземь...
     Мокрень...
     Невысказанный упрёк
     Закат
     Старые фото...
     Штрихами к портрету
     Счастливый билетик.
Пошуруева Ольга
     Холодный воздух пахнет кофе...
     Крыши у города большие, дырявые...
     В храме деревья. В храме - леса...
     Город камня, дождей, и распутных женщин...
     А бабочки помнят дорогу обратно?
     Цвет у заката красный...
     Бродилка номер N
     Все персонажи вымышлены...
     Лезешь в чужую френдленту - находишь себя...
     Интернетное
     У неё в груди дверца...
     Когда-то давным-давно...
     Разносчик цветов
     Трое
     А ты танцуй, моя девочка...
     Ты смотри, мой маленький, сверху вниз
     Слушай, давай собирать календарики...
     Ищешь в кармане мелочь, находишь дождь...
     Прогулками гулкими, гулкими
     На качелях маленькая...
     Хорошо им...
     Ван мор!
     Я, наверное, правда полковник...
     Смирившийся с одиночеством...
     А дождь устал казаться чей-то болью...
     Аллергия на тающий снег...
     Сок вишнёвого дерева...
     Если рис окунуть в молчание...
     Речкины слёзки...
     С ним нельзя говорить по-немецки...
     Відпускати мильні бульбашки...
     Я напишу тобі...
     Полум`я першого листя...
     Гололёд, людопад, ноголом...
     Литературно-признательное
     Лунный свет и сутки прочь...
     В августе все колыбельные терпкие-терпкие...
     Два (небо никогда)
     Человек, перечеркнутый парусами...
     Когда на землю спускаются...
     Тебе, отдающему шаг расписной бумаге...
     Сегодня будет жёлтая ночь...
     Минуты забывают имена...
     Меряешь время леденцами...
     Время становится слишком плотным...
     Бабочка...
     Миром правит ожидание
     Прошлогодние сны
     В самом центре жары по утрам происходит рассвет...
     В красно-синих тонах...
     Август мешает краски...
     Осенний сон августа...
     Кто-то осенний опять разливает ветра...
     Что осень - то сезон...
     Листья
     Снег разлетается мелкими нотами из-под пальцев...
     Небо держат деревья...
     Колючие снежинки...
     В незнакомом городе...
     Варежку кто-то забыл...
     Молодой месяц...
     Лакает из лужи...
     Очертания снега забыты...
     Плывет по лужам...
     Вот стану противной...
     На карусели...
     Считаю часы до отъезда...
     Вот вам...
     Замёрзшими пальцами...
     Рядом со мною шла...
     Спрятала нос...

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) М.Лафф, "Трактирщица-3. Паутина для Бизнес-леди"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист 2. Темный континент"(Боевик) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) Грейш "Кибернет"(Антиутопия) Л.Вериор "Другая"(Любовное фэнтези) А.Григорьев "Проклятый.Начало пути"(Боевое фэнтези) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"