Устименко Татьяна Ивановна: другие произведения.

Звезда моей души (глава11)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Выкладываю последнюю главу из этого романа и ухожу его дописывать. Кого заинтересовало - ждите его полностью на бумаге. Этот роман станет первым в запланированной дилогии "Звезда Блентайра". В первом романе две части: 1 Ученица гильдии чародеев, 2 Чародейка. Второй роман хочу назвать "Сильнее смерти", в нем так же будет две части: 3 Наследница, 4 Звезда Блентайра. Как всегда, буду благодарна за отзывы и критику)

  Часть вторая
  Чародейка
  
  Глава 1
   Жизнь соткана из бесчисленных бед, неприятностей и обязанностей, начисто лишающих ее какого-либо удовольствия. Эту досадную истину он усвоил уже в раннем детстве, будучи еще совсем глупым, молодым щенком, чьи интересы не простирались дальше игры в камушки, да вылазок в соседние пещеры - приводивших к стычкам с чужими семьями, кои усердно охраняли свои территорию. Из рассказов старших членов своей стаи он четко усвоил - беззаботное существование Белых псов закончилось вместе с уходом из города эльфийских кланов, неизменно покровительствовавших роду ниуэ. По словам старейшин, дружба с эльфами завязалась у ниуэ многие сотни лет назад, после того как крылатые воины Полуночных уничтожили мерзких детей богини Банрах - гигантских змей, населявших Лиднейское болото. Немногочисленным Белым псам оставался крохотный клочок более или менее сухой земли, расположенной в самом центре непроходимых топей. Но крылатые не ведали страха и не признавали преград. Они искали редкостную глину - должную помочь в постройке их молодой столицы, а нашли несчастный народ, погибающий от голода и загнанный в безвыходное положение. Но ведь всем известно, что безвыходной мы называем ту ситуацию - выход из которой нам не нравится... И выход имелся: ниуэ могли умереть и таким образом избавились бы от преследования со стороны жутких змей, но как и все - они очень хотели жить...
   Этот бой стал кровавым и изматывающим. Трупы изрубленных в куски гадов сбрасывали в болото, отправляя в объятия их злобной прародительницы. Поговаривают, что именно с тех самых пор змееликая богиня Банрах страстно возненавидела эльфов и поклялась отомстить. О да, бесспорно, она отличалась завидным терпением - присущим всем хладнокровным тварям и умела ждать. Банрах не сомневалась - рано или поздно ей выпадет счастливый шанс и представиться удобная возможность поквитаться с любимыми детьми ее слюнтяя-братца, Пресветлого бога Шарро. Змееликая оказалась права, оный шанс действительно выпал... А пока, в ожидании лучших дней, богиня возмущенно следила за мертвыми гибкими телами - бесследно исчезающими в багровой от крови трясине. Что же вы натворили, неосторожные эльфы? Зачем, действуя вольно или невольно, вы напрочь рассорили брата и сестру, свет и тьму, добро и зло - двух великих богов, наследников древних Неназываемых, предтеч - уже мало интересующихся судьбой созданного ими мира... С того самого дня и завертелся неумолимый жернов рока - перемалывая души и судьбы, а царящее в Лаганахаре равновесие сил оказалось нарушено, уступив место черной зависти, затаенной до поры до времени мстительности и жажде власти. В мир Лаганахара пришла война!
   Разгромив лиднейских чудовищ, крылатые с триумфом вернулись обратно в строящийся Блентайр, привезя с собой не только искомую глину, но и отважных ниуэ - немалая часть коих полегла в битве со змеями. Увы, Белые псы не обладали бессмертием, в отличие от своих благородных спасителей - недаром называемых Перворожденным и богоравным народом избранных. А эльфы закрывали глаза на слишком многое, весьма кичась собственным величием, да легкомысленно позабыв немудреную истину: чем выше взлетел - тем больнее падать. А ведь рано или поздно падают все, даже те - у кого есть крылья!.. Но увы, умение предвидеть будущее является чрезвычайно редким даром, не доставшимся избранной расе, а посему их нынешнее безоблачное процветание не омрачалось ничем, и ни в коей мере не обещало грядущих бед. Действуя сугубо ради славы своего клана, Полуночные совершили новый подвиг - посетили неприступный горные хребет, опоясывающий долину Дурбан, и добыли сказочно прекрасный белоснежный мрамор с розовыми прожилками, из коего они возвели стены и башни своей столицы. Блентайр рос и хорошел буквально на глазах, уже заслужив обоснованное звание самого богатейшего города, равного которому не имелось во всем Лаганахаре. Мраморные карьеры Дурбана охраняли свирепые огнедышащие драконы, но и они не смогли противостоять силе эльфийских клинков и искусству магов из Звездной башни. А между тем, обогретые и привеченные в Блентайре ниуэ множились и благоденствовали, оказавшись неоценимыми союзниками и помощниками эльфийских кланов. Ниуэ построили подвалы и подземелья Блентайра - расширив для оных целей обширные природные пещеры, расположенные под городом, а потом стали его хранителями и сторожами. Отличаясь могучим телосложением, покладистым характером и безоговорочной преданностью, народ Белых псов добровольно выполнял функцию помощников обреченного на истребление клана и частично разделил его ужасную судьбу...
   Финальная битва у Аррандейского моста изменила все - сломав множество так и не сбывшихся надежд и разбив немало так и не обретших полную мощь сердец... Отныне Блентайр принадлежал победителям: людям и их ближайшим прихлебаям - не ведающим жалости лайил, порождениям тьмы. Да, не в добрый час проявили гостеприимство благородные эльфы - приняв в своем городе кочевое человеческое племя, уставшее от тягот своих бесконечных странствий и стремящееся к оседлой жизни. А следом за людьми в Лаганахар пришли и сами лайил - кровососы и паразиты, поначалу скромно заполонившие самые тихие улицы столицы, но быстро заявившие о своих желаниях и потребностях, а затем - начавшие безудержно рваться к власти, достатку и уважению, основанному на страхе перед их противоестественными способностями. Поговаривают, будто они стали неудавшимся экспериментом Неназываемых - пытавшихся создать расу безупречных бойцов, но где-то сильно ошибившихся... Представляя из себя что-то среднее между кошками и людьми, оные кровососы не выносили прямого солнечного света, пили кровь, отличались невероятной силой и гибкостью, да к тому же еще и не признавали никаких законов, кроме права сильнейшего. Он не чтили кодекса чести и не слышали зова совести. Лайил служили лишь себе, никогда не забывали причиненные им обиды и, как это и водится у слабых душой мерзавцев - не умели прощать или щадить. Некоторое время они униженно пресмыкались перед хозяевами города, но затем в одночасье перешли на сторону людей, став ближайшими слугами жестокой богини - покровительницы всего человеческого рода. Итак, противостояние сил определилось окончательно: с одной стороны два эльфийских клана - Полуночные и Полуденные, да еще их верные друзья ниуэ, а с другой - люди и переметнувшиеся к ним лайил. И возможно, все могло бы сложиться иначе, если бы в ход событий не вмешались предательство, амбиции и жажда мести. Ну а началось все, конечно же, с любви...
  
   Дождавшись заветного часа, богиня Банрах жадно уцепилась за подвернувшийся шанс и сполна расквиталась с изрядно насолившими ей эльфами. Крылатые захлебнулись собственной кровью - потерпев страшное поражение, а остатки их побежденного войска отступили из города - унося тело своего погибшего короля Арцисса, после произнесенного им предсмертного пророчества получившего прозвище Искупитель. Его овдовевшая до свадьбы невеста, прекрасная Эврелика, безудержно рыдала над погибшим и четыре слезинки, скатившиеся по ее бледным щекам - превратились в четыре волшебные жемчужины, подобранные коварной магичкой Сильваной. Именно эта женщина и сумела добиться помощи богини - обеспечившей победу в том решающем бою. Хотя нет, усилий Сильваны могло оказаться недостаточно, не выступи на ее стороне сама случайность, способная в одночасье сносить города и уничтожать судьбы. Их было трое - детей из правящего человеческого рода: король Джоэл, да две его сестры - чародейка Сильвана, лучшая ученица эльфийских магов и жрица Чаншир - служительница богини Банрах. Впрочем, все почему-то забывают о том, что изначально их было четверо, но самый младший отпрыск королевского рода - Родрик: шестнадцатилетний, младший избалованный братик - высокомерный почище любого Перворожденного, грубо оскорбил Эврелику и пал от руки ее брата - Адсхорна Полуденного, правителя морских эльфов. "Не впускайте в свой дом чужаков, дети мои!" - тщетно взывал добрый бог Шарро, но эльфы не послушались, и позволили кочевникам осесть в Блентайре. Позднее, город разделили по справедливости: морской клан Полуденных обосновался в Западном порту, крылатые Полуночные жили на юге - их квартал опоясывал здание Немеркнущего Купола, а люди получили северную окраину столицы. Скрытные лайил предпочли заграбастать самые опасные восточные улочки, а спокойные и чуть медлительные ниуэ выбрали нижний ярус города. Ах да, не стоит забывать о третьем эльфийском клане - Повелителях мантикор, которых появлялись везде, приходили когда хотели и исчезали без предупреждения. Больше всего на свете они ценили свободу и встречный ветер в лицо, ведь им принадлежало все небо! Не получив врожденной способности дышать под водой - как Полуденные, и не обладая собственными крыльями - как Полуночные, представители оного клана умели приобретать дружбу мантикор - летающих куда выше и дальше любого эльфа. Их род никогда не отличался многочисленностью, насчитывая едва ли три десятка юношей и девушек, а во главе Повелителей стояла родная сестра короля Адсхорна - юная Эврелика, наипрекраснейшая из всех дев Блентайра. Столица отмечала праздник Цветов - знаменующий середину лета, когда они встретились на площади Поющих ручьев: принцесса Эврелика, король Арцисс и его названный брат - король Джоэл. И вот тогда-то и случилось непоправимое несчастье, ибо два короля одновременно полюбили одну и ту же девушку, а она с первого взгляда влюбилась лишь в одного из них...
  
   Мы много говорим о жизни, а значит - мы много говорим о любви. Хотя никто не ведает, сколько нам еще ее осталось - этой жизни, а значит - любви. Нам бы еще жить да жить, а значит - любить, но если мы сейчас говорим о ней, то как бы вспоминаем об уже миновавшей жизни, а значит - о любви. Или же мы мечтаем о будущем, ибо настоящего - не существует, ведь именно в тот момент, когда мы о нем говорим - оно уже становится прошлым. Ход времени неумолим, ведь именно время без остановки вращает скрипучее колесо нашего существования, сменяя времена года, сезоны природных изменений и поколения людей Уходит и забывается все: жизнь, молодость, слава и богатство. Не уходит только любовь...
   Любовь! Как часто мы впустую произносим это священное слово - так и не научившись понимать вкладываемый в нее смысл, не постигнув ее сути и не объяв ее масштабы. Мы говорим о любви настолько приземленно и обыденно, будто пытаемся вульгарно примазаться к самой вечности. Любовь - что это и где это? Увы, нам не дано понять того, как она возникает и почему не проходит вместе с жизнью, не отступает перед смертью и не знает пощады. Мы все ее вечные рабы. Любовь! Как легки твои касания и как тяжелы наносимые тобой увечья...
  
   Ниуэ сражались бок о бок с Полуночными и разделили горечь их поражения. Белые псы испытали сильнейший шок, ибо они и помыслить не смели о том, что какие-то зарвавшиеся смертные сумеют разбить их обожаемых покровителей, завалив телами убитых эльфов оба берега полноводной Алларики, и почти сравняв их с Аррандейским мостом. Ниуэ впали в ужас, ведь на их глазах творилось нечто немыслимое. Но с фактами не поспоришь. Они видели, как пришедший с юга ветер - настоящая буря, несущая дыхание и песок пустыни, обездвиживал прославленных крылатых воинов, связывая их по рукам и ногам, бросая с небес на землю - прямо на копья не знающих пощады победителей. А те, кто уцелел под клинками людей, пал от ножей лайил - подобно мерзким шакалам рыскающих на поле боя и пирующих на многочисленных трупах. День битвы у Аррандейского моста стал закатом эльфийской расы...
   И все-таки, некоторые из них уцелели. Отважнейшие бойцы клана и величайшие маги Полуночных, покинувшие свою Звездную башню - наподобие непробиваемого щита сплотились вокруг последней выжившей девушки из рода Повелителей мантикор, принцессы Эврелики - сжимающей в объятиях своего смертельно раненого возлюбленного. Зря не послушался король Арцисс своего мудрого друга - кузнеца Туррана, ушедшего к Зачарованному побережью. Предатель - так называли Туррана многие, но король его не осуждал, ибо понял - от судьбы не сбежишь. Жаль, он умер слишком рано и не успел узнать самое важное: какая магическая сила сумела вызвать из центра пустыни эти серо-серебристые тучи, напитать их песком и бросить на лучших бойцов его королевства, смяв их словно хрупких бумажных кукол? Неужели трусливые салладэ, некогда гостеприимно принятые в белостенном Блентайре, настолько утратили чувство благодарности и доросли до подобной мощи?.. Нет, это невозможно - им кто-то помогал!.. Но вот кто и почему?
   Отбиваясь от наседающих противников и ощущая на себе липкие тенеты чужой магии, король тщетно взывал к богу Шарро и самим Неназываемым. Его не услышали... И тогда, уже будучи израненным и умирая, он вложил остатки своей энергии в то крохотное существо, что зрело сейчас под сердцем Эврелики - в своего будущего сына! А затем он произнес несколько напевных слов - обретших силу неотвратимого пророчества и вплел свою бессмертную душу в этот пришедший из Пустоши ветер, мечтая лишь об искуплении допущенных ошибок. Скатились по щекам четыре слезинки Эврелики, становясь частью королевского пророчества, а Арцисса поглотила вечная тьма. Но его смерть не пропала втуне, ибо впитав в себя частицу света - ветер Пустоши изменился, обретая разум, желания и волю. Выжившие Полуночные отступили на север, к Зачарованному берегу - ведомые Эвреликой и унося с собой мертвое тело Арцисса. Эльфы ушли - но ветер остался, жадно завывая вокруг стен Блентайра и намереваясь отомстить. Он подхватывал пригоршни песка и бросал их на городские крыши, с каждым годом все крепче сжимая удушающее кольцо голода, засухи и непогоды. Впитав в себя душу короля Арцисса, ветер стал Голосом Пустоши, злорадно наблюдающим за медленным угасанием своей бывшей столицы...
  - Так не доставайся же ты никому, прекрасный Блентайр! - злорадно выпевал Голос, обретший собственный разум.
   С тех самых пор Блентайр оказался обречен на смерть, а его жители начали выплачивать свой бесконечный долг крови!
  
   Но ниуэ не ушли. Они не обладали бессмертием и мужеством своих покровителей, а поэтому не имели ни малейшего шанса преодолеть заснеженные северные равнины и неприступные горные пики. Победители полностью истребили мантикор, но - в последний момент, уже прочитав смертный приговор - пощадили Белых псов, ибо огромный, многоярусный город остро нуждался в сторожах и слугах. Впрочем, в этой нелегкой ситуации последнее слово осталось за новыми чародеями - дерзко занявшими покои своих свергнутых учителей. Маги схитрили - объявив ниуэ перебитыми, но на самом деле наложили на них особые заклинания, обеспечив таковым образом их вечную покорность и послушание. Отныне верные соратники Полуночных стали рабами человеческих магов, их подневольными шпионами и соглядатаями. А все упомянутое в полной мере относилось и к тому Белому псу, что корчился сейчас на полу подземного туннеля, сам не понимая причину происходящей с ним метаморфозы...
  
   Я изумленно нахмурилась, рассматривая два сплетенных в клубок тела, перекатывающихся у меня под ногами. Оказалось, что это практически не возможно - вот так взять и сразу разобраться в оной мельтешащей путанице, состоящей из четырех, интенсивно пинающих друг друга ног и мелькания четырех, усиленно тузящих противника кулаков...
  "Четыре ноги и четыре руки?... Стоп! - я ошеломленно подергала себя за ухо, надеясь что боль прояснит мой затуманенный непониманием рассудок. - Получается, сейчас передо мной находятся два человека? А куда же тогда подевался мой белый пес?" Хотя, скорее всего я была не права - называя их людьми, ибо из переплетения сих, сцепившихся в потасовке тел, до меня доносились отнюдь не нормальные человеческие голоса, а хриплое, гневное мяуканье, чередующееся со свирепым собачьим рычанием... Совершенно запутавшись и не понимая, что мне следует предпринять дальше, я набрала в грудь побольше воздуха и громко закричала:
  - Приказываю вам угомониться! Приказываю именем Финдельберга-Законника!
   Сама не знаю, почему я упомянула именно это имя, но мой призыв оказался неожиданно действенным. Переплетенный клубок распался, разделившись на два растрепанных и поцарапанных тела... Напрягая зрение в полутьме коридора, я присмотрелась к ним внимательнее...
   Слева от меня сидела Ребекка, недовольно вытягивающая из полурасплетенной косы пряди выдранных рыжих волос. Выглядела она далеко не самым лучшим образом: на ее лбу красовался оставленный мною синяк, а под правой бровью наливался здоровенный сиреневый фингал. Она возмущенно зыркала зелеными глазищами, недружелюбно косясь на своего недавнего противника. Проследив за ее взором, так и полыхающим негодующим огнем, я невольно обратила внимание на второго участника недавней стычки и потрясенно присвистнула, ибо мой белый пес куда-то пропал, а вместо него к нам присоединился высокий белокурый юноша мощного телосложения, облаченный в серые замшевые штаны, мягкие сапожки и кожаную жилетку на голое тело. Светлые завитки обильно курчавились на его широкой груди, а длинные прямые волосы опускались ниже плеч, заходя на щеки ровными щегольскими бакенбардами. Ясные серые глаза забавно контрастировали с несколькими кровоточащими царапинами - пересекающими его лицо и бесспорно, оставленными когтями Ребекки. А в целом он производил благоприятное впечатление, показавшись мне довольно симпатичным, миролюбивым и неглупым человеком. Хотя, человеком ли?
  - Ты кто? - требовательно вопросила я, обращаясь к блондину в жилетке. - Как ты здесь очутился и куда подевался мой пес?
   Но чрезмерно бойкая на язык лайил мгновенно опередила едва успевшего открыть рот незнакомца и возмущенно фыркнула:
  - Я - дура, ибо должна была сразу же догадаться, кем на самом деле является этот блохастый пустобрех! Увы, они уже давно не появлялись в городе, поэтому я успела начисто позабыть об существовании псов и ошибочно считала их погибшими...
  - Предательница! - услышав подобную отповедь, юноша возмущенно скрипнул зубами. - И дочь предателей!
  - Сам ты предатель! - взбешенно парировала девушка, снова выставляя когти. - Трус и лизоблюд!
  - Кровососка!
  - Пожиратель объедков!
  - Кошка драная!
  - Брехун помоечный!
  - Сестра крысокошки!
  - Фр-р-р, мяу!
  - Р-р-р, гав!
   Я обалдело схватилась за свою идущую кругом голову, сделала шаг назад, оступилась на подвернувшемся каблуке и неловко плюхнулась на пятую точку. Теперь мы все трое сидели на запорошенном мелкой грязью полу туннеля, одаривая друг друга настороженными взглядами.
  - Почему вы оба среагировали на имя Финдельберга? - наконец спросил я, обрывая их затянувшуюся перепалку.
  - Ну как, - Ребекка горделиво вскинула украшенное синяками лицо, - ты разве забыла? Он же приходится мне дедом, и к тому же это он добился принятия закона, дающего лайил равные с людьми права! Поэтому его и прозвали Законником!
  - Так ты внучка Финна? - юноша угрожающе сжал кулаки и зарычал на тон мрачнее. - Мой народ ненавидит этого выродка! Сначала он подсказал Сильване и Чаншир как можно победить эльфийские кланы, а потом посоветовал превратить нас в рабов...
  - Он спас вас от казни! - сухо поправила Ребекка, высокомерно поджимая губы. - Скажите спасибо моему дедушке. Если бы не он, вы все давно уже стали бы покойниками!
  - Лучше смерть, чем участь прислужников чародеев! - возразил блондин. - Сама-то небось ценишь свободу?
  - Тупая псина! - ехидно хмыкнула несговорчивая Ребекка. - Жизнь всегда лучше смерти, при том даже такая помоечная жизнь как ваша!
  - Кровососка! - не соглашаясь с ее доводами, повторно выпалил юноша. - Трупоедка!
  - Пожиратель объедков!
  - Кошка драная! - ссора покатилась по уже проторенной дорожке.
  - Стоп, угомонитесь! - завопила я, окончательно выведенная из терпения. - Ради Шарро, поясните мне - о чем вы говорите, и кто ты такой!?
  - Я? - юноша важно приосанился. - Я Беонир, сын Беодара, внук великого вожака нашего народа Беовульфа, пришедшего вместе с эльфами из Лиднейских болот!
  - Э-э-э, - я оторопело вытаращилась на рослого, хвастливо поигрывающего внушительными бицепсами Беонира, - хочешь сказать что ты...
  - Ну да, - глумливо расхохоталась Ребекка, гибко вскакивая на ноги и поднимая меня с полу, - он сын народа ниуэ, а точнее - блохастый, бродячий пес, обитатель канализационных подвалов!
  - Ого! - я потрясенно клацнула зубами, чуть не прикусив себе язык и не сводя с Беонира восхищенно-вытаращенных глаз. - Так вы оказывается не сказка, и существуете на самом деле!?
  - Угу, - хмуро проворчал он, по нашему примеру вставая и принимаясь методично очищать от пыли свои красивые штаны. - Будут тут еще всякие горбатые сопливки считать, будто мы живем в канализации...
  - Повыступай мне еще! - не на шутку рассерженная Ребекка злобно пнула его по коленке. - Чтоб тебя мантикора три раза переварила, пустолайка. Имей в виду, Йохана не горбунья, а крылатая эльфийка из рода Полуночных эльфов!..
  - Ик! - рука Беонира замерла на штанине, а сам он словно подкошенный шлепнулся обратно на пол и уставился на меня испуганно выкаченными, наливающимися слезами глазами. - Правда? Ой, да как же это... А я-то пообещал ее..., - он глухо застонал, покаянно бия себя кулаками в грудь и кусая свои побледневшие губы. - Ох, несчастье-то какое...
  - Ты чего рыдаешь? - я участливо наклонилась к юноше, совершенно не понимая причины столь бурного горя. - Что с тобой случилось?
  - Случилось? - усилием воли Беонир справился с захлестывающими его эмоциями, распахнул мокрые ресницы и воззрился на меня донельзя виноватым, растерянным взором. На мгновение наши глаза встретились, и мне показалось, будто в тени его густых ресниц плещется самое настоящие раскаяние, вперемешку с отчаянием и непонятным облегчением. - Хорошо, что я не успел..., - он вдруг по-детски обиженно скривил лицо и демонстративно заканючил: - А чего она пинается? Больно же! - слезы вновь заструились по щекам юноши, но в глубине его зрачков ярко разгоралось ничем не замутненное, неподдельное счастье.
   Я растерянно пожала плечами, интуитивно догадываясь - меня только что мастерски обвели вокруг пальца, кстати - абсолютно не понятно: почему и зачем...
  - Я же говорю: он - убогий на мозги инвалид! Такие даже нашей жалости не заслуживают..., - удовлетворенно констатировала Ребекка, в противовес своим колким словам - великодушно протягивая руку и юноше тоже, намеренно сделавшему вид, будто он не замечает сего благородного жеста. - Йона, прикажешь его прогнать на все четыре стороны?
  - Прогнать? - задумчиво повторила я, вдруг вспомнив некие почти стершиеся из памяти, и лишь сейчас ставшие понятными для меня слова сьерра Никто, касающиеся моих будущих спутников. - А может, не стоит?
  - Как это не стоит? - не поверила Ребекка, ревниво косясь на Беонира. - Очень даже стоит! Ну на кой фиг он нам сдался, ушибленный на всю голову?
  - Я пойду с вами! - категорично заявил ниуэ, но тут же спохватился и просительно улыбнулся. - Можно? Обещаю, я вам пригожусь.
  - Зачем ты нам нужен, балбес? - резонно усомнилась Ребекка, недоверчиво прищуриваясь свежим фингалом. - Может это и радует - что ниуэ выжили, да вот плохо - что из ума...
  - Девушка, кем вы себя мните? - оскалился бесповоротно выведенный из себя Беонир, и видимо потому непоследовательно перешедший от неприкрытого хамства к ледяной вежливости.
  - Какая тебе разница, кем я себя мну! - не осталась в долгу лайил, очевидно, задетая за живую этим казалось бы абсолютно безобидным замечанием. Она угрожающе сжала кулаки и чуть пригнулась, готовая опять броситься в драку.
  - Люблю доводить девушек до состояния "щас как дам"! - язвительно отчеканил ниуэ, пружинисто сгибая колени и предвкушающе прищуривая глаза. Мне показалось, что разделяющий их воздух накалился до предела, уподобляясь сухому труту, способному вспыхнуть от мельчайшей искры. Я торопливо встала между непримиримыми противниками и корректно попросила Беонира изъясняться доходчивее.
  - Я всю жизнь прожил в подземельях и поэтому отлично ориентируюсь во всех его потайных ходах, поворотах и закоулках..., - услужливо пояснил он. - Повторяю, я вам пригожусь!
  - А почему ты решил, будто нам нужно попасть в подземелья? - с подозрением удивилась я, отлично помня, что ничего подобного мы точно не собирались делать, а о подземелье даже и не упоминали.
   Юноша шмыгнул носом, словно хотел выиграть время и пытался подобрать наиболее правдоподобный ответ, а у меня опять возникла стойкая убежденность в том, что меня - обманывают...
  - Ну вы же кажется намереваетесь выбраться из города? - предположил ниуэ, придавая своему лицу самое простодушное выражение. - Так?
  - Не знаю! - я неопределенно пожала плечами, ощутив - как крепнет мое инстинктивное желание разобраться в той странной ситуации, в кою я оказалась втянута совершенно против своей воли и намерения. - Мы ищем знания...
  - Слегка расплывчатое определение, должен признать, - ниуэ озадаченно потер подбородок. - Чародеи любят темнить и частенько скрывают от окружающих свои подлинные мысли. Но я полагаю, что тебе нужны не самые обычные знания, да? Во всяком случае, уж точно не такие, которые объясняют, как затащить мужика в постель, а то можем просто пойти и спросить любую девку на улице..., - он шаловливо улыбнулся, хотя его глаза оставались непонятно серьезными.
  - Нет, - я закрыла капюшоном свои пылающие от смущения уши, - конечно же нет... - Я расстегнула камзол и извлекла наружу спрятанную на груди звезду, показывая ее юноше. - Я ученица Гильдии Чародее и должна пройти семь испытаний!
  - Крылатая эльфийка, ставшая ученицей человеческих Чародеев!? - побледневший словно мел Беонир схватился за щеки и сдавлено охнул. - Меня об этом не преду..., - он испуганно прикусил язык и замолк, беспомощно моргая своими длинными ресницами.
  - Чего, чего ты там сейчас вякнул? - испытующе прищурилась лайил. - А ну колись, давай!
  - Я говорю, что наши старейшины никогда не предупреждали меня о возможности подобного симбиоза, - поспешно залопотал ниуэ, то краснея будто вареный рак, а то - снова бледнея. - Маги и эльфы - злейшие враги, поэтому чтобы эльфийка пошла в Звездную башню... Это же нонсенс!
  - А они ничего не знают о моем происхождении! - лихо соврала я, старательно делая непроницаемое лицо. Но кажется, мне не поверили, потому как Ребекка скептично фыркнула, а Беонир преувеличенно сосредоточенно дергал шнурки, украшающие его жилет.
   Повисла неловкая пауза...
  - Так как на счет знаний? - с вялой улыбкой, робко напомнила я.
   Ребекка облегченно отмерла и насмешливо пихнула Беонира кулаком в бок.
  - Ну раз уж ты и в самом деле стала ученицей Чародеев, то значит, ты ищешь нечто, не предназначенное для всех, правильно? - Беонир с шумом вдохнул и выдохнул, а я почти услышала, как он усиленно шевелит мозгами - старясь придумать нечто существенное, способное убедить нас в его полезности. - Значит, просто шатаясь по улицам - мы это вряд ли найдем. Похоже, требуемые тебе знания придется искать в самых укромных, заброшенных уголках...
  - Ага, - вынужденно согласилась я, поморщившись, потому что от его любезного предложения у меня ничуть не прибавилось веселья, ибо повторная перспектива снова лезть куда не следует не относилась к числу особо радостных или приятных. - Ты знаешь подобное место?
  - Ну да, знаю конечно, даже несколько... - юноша говорил медленно, намеренно растягивая слова так, словно сомневался в правильности своих догадок. А возможно, он сомневался в себе, или во мне?.. - Думаю, нам придется пройти через подземелья Блентайра и спустится ниже, дабы проникнуть в его заброшенные пещерные ярусы...
  - В столице имеются таковые? - изумилась я. - Но я никогда о них не слышала.
  - Еще бы, - ворчливо встряла Ребекка, заботливо поправляя мой камзол. - Об оных проклятых местах постарались забыть все: люди, чародеи, жрецы... Клянусь памятью деда, без опытного провожатого туда не попасть, и я безмерно уважаю храбрецов - осмеливающихся соваться в это преддверие бездны. А теперь застегни одежду, малышка, ведь нас ждет трудный и долгий поход....
  - На нижних ярусах бываем мы, ниуэ! - многозначительно вставил Беонир, взирая на девушку уже более снисходительно, без прежнего отвращения. Полагаю, ему здорово польстила ее фраза на счет храбрости. - И я готов отвести вас туда, хотя предупреждаю честно - мы здорово рискуем своим рассудком и здоровьем, спускаясь на эти старинные подземные этажи, а возможно, решившись на такое безумие мы уже никогда не увидим дневного света...
  - Почему? - робко вякнула я, замирая от нехорошего предчувствия.
  - Ну, те, кто имел несчастье побывать ниже уровня канализационных стоков, как правило, не больно-то разговорчив, - замялся Беонир, - и даже не шибко-то жив! - его извиняющая улыбка немного смягчила жуткий смысл озвученной им страшилки. - Например, в детстве мне довелось слышать некие путанные рассказы об Смертной тени, обитающей под Немеркнущим куполом, о потайной библиотеке и Лазарете эльфийских чародеев, а так же о Серой долине...
  - О-о-о, я хочу попасть именно туда! - забыв об осторожности, импульсивно вскрикнула я. - Я уже видела табличку, указывающую на проход к Серой долине, но ты сам не позволил мне туда пойти... Помнишь?
  - Нет, - отрицательно мотнул головой юноша. - В то время, когда мы находимся в обличии собак, причем не по своей воле, наш разум затуманивают наложенные магами чары, делающие нас послушными их воле. Сам не понимаю, как и почему я снова обрел человеческую внешность? Весь по воле человеческих магов наш народ уже давно живет в облике собак и безропотно выполняет указания сьерры Клариссы...
  - Главы Гильдии чародеев? - недоуменно переспросила я. - А как же ее высокие идеи и помыслы? О, значит я была права - подозревая ее в фальши?
   Но вместо ответа ниуэ виновато отвел глаза и смущенно вздохнул, красноречиво умоляя меня пощадить его чувство собственного достоинства. Я недоуменно захлопала ресницами, но положение спасла Ребекка - пустившаяся в пространные объяснения:
  - Дуралей блохастый! - лайил насмешливо прищелкнула языком, подчеркивая обидный смысл своего утверждения. - Лишь такому деревенщине как ты простительно не знать о могучих эльфийских артефактах, захороненных в самых разных частях города. Наверное, мы миновали один из этих амулетов и поэтому наложенные на тебя чары спали. Но примитивные собачьи мозги не предназначены для хранения ценной информации, а посему ты и не помнишь о..., - она вдруг осеклась, схватила меня за плечи, больно сжала и повернула к себе. - Малышка, так ты уже посетила подземелье Купола и встречалась со..., - ее голос сорвался от страха и перешел в неразборчивое хрипение, - со Смертной тенью?
  - Кажется, да, - неуверенно произнесла я, словно сознаваясь в закоренелом грехе и растерянно разводя ладони. - Если конечно ты подразумеваешь того огромного паука...
  - И ты выжила? - в унисон вскричали Беонир и Ребекка, обмениваясь обалделыми взглядами. - Но это же воистину невероятное чудо!
   Я коротко изложила факты, умолчав о старинном пергаменте, выпавшем из разорванной паутины и угодившем точнехонько мне в руки. Почему-то мне показалось, что хранимые им сведения еще ой как пригодятся мне в дальнейшем, но это произойдет не здесь и не сейчас.
  - Мы тебя не покинем! - слаженным дуэтом заявила лайил и ниуэ, выслушав мое лаконичное повествование. - Теперь мы убедились в твоей избранности, дочь Полуночных эльфов, и готовы преданно следовать за тобой везде, куда бы ты ни пошла.
  - Хорошо, - согласилась я, осознав: мне предстоит преодолеть немало трудностей, а посему чья-то дружеская помощь окажется совсем не лишней. - Но только обещайте, что впредь вы не станете затевать гадкие свары и заключите перемирие.
  - Ладно, - нехотя проворчал юноша, смущенно ковыряя землю носком своего сапожка, - но пусть она прекратит называть меня блохастым пустобрехом!
  - А ты перестань именовать меня кровосоской! - требовательно заявила Ребекка. - И тогда я тебя не трону. Усек?
  - Усек! - нехотя пошел на попятную Беонир. Он протянул девушке примирительно раскрытую ладонь, и они скрепили свое соглашение крепким, хотя и немного натянутым рукопожатием. Я с сомнением улыбнулась, не очень-то веря в их выдержку и терпение. Недаром ведь в народе издревле бытует весьма справедливая фраза: "живут как кошка с собакой", четко отображающая абсолютную несхожесть двух натур. Но как бы там ни было - а выбирать мне не приходилось, и потому предстояло путешествовать в компании двух заклятых врагов, на практике проверяя состоятельность оной заезженной пословицы. Таким образом мы, кажется, немного разобрались в наших отношениях и выработали план дальнейших действий, после чего рачительно собрали вещички - высыпавшиеся из мешка Ребекки и, ведомые Беониром, уверенно двинулись в путь, следуя вдоль по подземному туннелю...
  
   Не стану утверждать, будто я успокоилась, полностью поверила в прямодушие моих спутников и прониклась к ним безупречным доверием. Нет, на самом деле все обстояло совсем не так. Сотни разрозненных мыслей, колебаний и противоречивых сомнений бродили у меня в голове, постепенно складываясь в ничуть не меньшее количество вопросов. Почему Ребекка принесла клятву верности почти незнакомой ей девчонке, и какую выгоду рассчитывала она обрести, сопровождая меня в поисках опасных испытаний? Анализируя постигшие меня неприятности, я уже утратила часть своей детской наивности и пришла к вполне закономерному выводу, гласившему: альтруизма - не существует. Каждый из нас остервенело борется за теплое местечко под солнцем, желая заполучить как можно больше всевозможных благ, таких как: богатство, власть, социальный статус и слава. Правда, в мире существуют и диаметрально противоположные ценности, относящиеся к совершенно иной раритетной шкале: дружба, совесть, честь, милосердие и любовь. Преследовала ли Ребекка одну из них? К сожалению, пока что у меня не находилось ни единого довода в пользу последней версии. А говоря откровенно, я и вообще пока что не слишком-то преуспела в обретении какого-либо из вышеперечисленных даров судьбы, по моим личным меркам и составляющим истинный смысл жизни. Обрету ли я их когда-нибудь в будущем? Кто знает...
   Что же касается Беонира, столь неожиданно ворвавшегося в мои злоключения, то он представлялся мне личностью в высшей степени мифической и ирреальной, значительно превосходящей всех остальных знакомых мне людей по степени загадочности и непонятности. И не мудрено, ведь представители его народа умели по собственному желанию принимать человеческий или животный облик, что отнюдь не вписывалось в рамки банальной обыденности. Интуитивно я ощущала исходящую от него ауру роковой предопределенности, напрямую связанную с моим путем обретения себя. Молодой ниуэ казался одним из тех центральных персонажей, коим суждено сыграть главные роли в уготованных мне испытаниях. Вот только кем он станет: моим другом и спасителем, или же зловещим губителем всех надеж и мечтаний?.. Увы, мой воспалившийся от обилия впечатлений разум тщетно метался в поисках ответов на все эти не озвученные вслух вопросы, ибо методично шагая вслед за пресловутым юношей и упражняясь в пока что ничем не подтвержденных выводах, я умудрялась сохранять абсолютно невозмутимый внешний вид, делающий честь воспитанию - полученному мной в монастыре. О да, получается, там меня научили не только хулиганить и лазить по крышам, но еще и неплохо владеть собой, убедительно притворяться наивной глупышкой и цепко подмечать любую малозначительную деталь, способную привести в дальнейшем к формированию стойкого мировоззрения и непоколебимых принципов. Следовало предположить, что последующим моим воспитанием займется сама жизнь... Маленькая тихая сиротка Йона навсегда осталась в прошлом, и надо признаться - я не без сожаления попрощалась с ее беззаботными ужимками и проказами, начиная понимать: право называться Наследницей эльфийского клана - занятие в высшей степени ответственное и опасное, способное привести меня к самым непредсказуемым последствиям. А возможно, не только меня одну, но и весь наш мир...
  
   Между тем мы продолжали методично продвигаться в указанном Беониром направлении и, судя по тому, как сильно устали мои ноги - пройденное нами расстояние оказалось немалым. Мышцы налились свинцовой тяжестью, а в каждом сапоге будто угнездилось по здоровенному булыжнику, изрядно натирающему мои пятки и превращающему каждый шаг - в муку.
  - Устала? - с сочувствием спросила Ребекка, замыкающая наш небольшой отряд. - Ноги стерла?
  - Ничуть! - с наигранной бодростью отнекивалась я, не желая выглядеть в ее глазах никчемной обузой. - Если потребуется, то могу идти хоть сутки, хоть двое! - моя хвастливая реплика принадлежала к категории бахвальства "врет и не краснеет"
  - Ну да, жди, так я тебе и поверила, - скептично пробурчала лайил, сверля мои спину недоверчивым взглядом. - Ты же сейчас упадешь от усталости, вон - тебя уже качает...
   Я возмущенно повернулась, взирая на свою заботливую охранницу предельно честным взглядом, запнулась об какой-то камушек и едва не упала, вовремя подхваченная ее крепкой рукой.
  - А я что тебе говорила?! - гневно рявкнула лайил, бережно прижимая меня к своей груди. - Эй, Беонир, садист ты беспородн...тьфу, беспардонный, - быстро поправилась она, - далеко ли нам еще топать по этому гадскому подземелью?
  - Второй поворот налево, а дальше прямо... до самого утра! - насмешливо отозвался юноша, но заметил раздувающиеся от гнева ноздри Ребекки и мгновенно посерьезнел. - Да нет, совсем чуть-чуть уже осталось...
  - Полагаешь, это очень умно, шутить такими важными вещами? - вкрадчиво поинтересовалась лайил, продолжая укачивать меня в своих объятиях так нежно, словно я была беспомощным ребенком. - И послала же нам тьма такого идиота!
  - Сама ты идиотка! - неосторожно повелся на ее подначку вспыльчивый Беонир.
  - В очередной раз убеждаюсь в том, что все мужики - козлы! - язвительно добавила масла в огонь Ребекка.
  - Это, телка, это ты не там паслась! - ниуэ одарил девушку притворно-сочувственным взглядом, но она лишь брезгливо отодвинулась от него подальше и выразительно покрутила пальцем у виска, дескать нечего валить с больной головы на здоровую.
  - Считаешь себя особенной, да? - снисходительно хмыкнул Беонир, не желая уступать языкатой девице. - Супер-пупер женщиной? Убеждена, будто другие, по сравнению с тобой, просто тупое быдло? Дура набитая, вот ты кто!
  - Некоторые думают, будто для того - чтобы прослыть умным, достаточно обозвать всех дураками! - поддела девушка. - И потом, с чего это я набитая-то? Да у тебя силенок не хватит меня набить...
  - Зато я - умнее! - хвастливо заявил Беонир, впрочем, ничем не обосновав справедливость столь пафосного самоопределения.
  - Видела я сегодня в зеркале одного умного человека..., - многозначительно процедила Ребекка, намекая конечно же на себя любимую. Очевидно, ее сильно покоробили последние слова Беонира.
  - Так чего же не обернулась? - издевательски расхохотался юноша, показывая безупречно белые зубы.
  - Издеваешься, да? - с негодованием процедила девушка, готовая попрать недавно принесенную клятву о мире и устроить новую драку.
  - Нет, - ниуэ наставительно вытянул палец, утыкаясь им в ее грудь, прикрытую обшитым железными пластинками жилетом. - Просто не зарывайся и не доставай меня своим высокомерием. Помни, удача не любит грубых и заносчивых, а везение чрезвычайно переменчиво, и поэтому тебе может выпасть такой день - когда ты окажешься голубем, и наоборот - случаются дни, когда ты, - тут он философски улыбнулся, - выполняешь роль памятника...
   Несколько мгновений они молча стояли друг напротив друга, обмениваясь негодующими взглядами и поигрывая напряженными мускулами: оба высокие (Ребекка была всего лишь на палец ниже ниуэ), сильные и красивые. А потом вдруг напряженное выражение покинуло их лица, они расслабились и громко расхохотались, похоже - убедившись в равенстве своих сил. И тут же что-то неуловимо изменилось между ними, свидетельствуя - наконец-то мы стали настоящей командой...
  - Ладно, - лайил панибратски хлопнула Беонира по плечу, - счет один-один, сойдемся пока на дружеской ничьей. Полагаю, пацанчик, тебе еще выпадет подходящий случай убедить меня в своей крутости...
  - Ты сомневаешься в том, что я настоящий мужчина? - иронично приподнял бровь ниуэ. - Типа, вот так, без доказательств, этого не видно?
  - Хм, - Ребекка бесцеремонно обшарила глазами стройную фигуру юноши и намеренно сфокусировала свой нахальный взгляд где-то в области его ширинки. - Настоящего мужчину отличает способность брать на себя ответственность за все совершенные им поступки. А не только яйца...
   При этих словах Беонир зарделся как маков цвет.
  - ... ибо яйца могут быть и у любой курицы! - цинично закончила Ребекка.
   Я улыбалась и молчала, честно говоря, в глубине души немало обеспокоенная столь рискованным поворотом событий. А ну как теперь эти оба примутся наперебой совать головы в пасть каждой поджидающей нас опасности, соревнуясь - кто же из них круче?
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"