Устименко Татьяна Ивановна: другие произведения.

Звезда моей любви. 2 гл

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    2 глава

  Глава 2
  
  "Дай людям больше, чем они от тебя ждут, причем сделай это с радостью. Поступай именно таким образом, если хочешь, чтобы тебя считали настоящей личностью", - так учил брат Флавиан. Но сегодня, в пику всем изречениям своего мудрого наставника, я не испытывала ни капли радости от проявляемого самопожертвования, отлично понимая, какому огромному риску я подвергаю свою жизнь, вступив в неравный поединок. От натиска клинка лайил - к счастью, довольно успешно принятого мной на лезвие Льда, - меня чуть не отбросило в сторону, настолько мощным оказался наскок ночного убийцы. Я пошатнулась и сделала шаг назад, едва удержавшись на ногах. Губы твари, виднеющиеся из-под края прикрывающей лицо полумаски, изогнулись в глумливой ухмылке. Лайил и в самом деле оказался отменным бойцом: не тратя время на ненужные разговоры и упоение собственным превосходством, он попытался немедленно закрепить уже достигнутый успех. Сабля наемника взлетела над его головой, готовясь упасть отвесно вниз и нанести мне сокрушительный удар, просто обязанный стать смертельным.
  Оставаясь всего лишь самой собой, я бы непременно потерпела поражение, будучи намного слабее этого профессионального бойца. Но сегодня убийцу ожидал весьма неприятный сюрприз, ведь внутри моего тела внезапно ожила душа великого короля Арцисса, которая неудержимо рвалась в бой. Отклонившись назад всем корпусом, я присела и легко переместилась влево, пропустив над головой громко свистнувший клинок противника. Челюсть твари, не ожидавшей подобной прыти от неловкой худенькой девчонки, недоуменно отвисла...
  Пользуясь возникшим замешательством, я махнула тяжелым Льдом, пытаясь подсечь противника под коленями. Наемник пришел в себя и подпрыгнул, но проделал это недостаточно быстро - кончик моего меча зацепил-таки его правую ногу, и вереск обагрился брызгами темной крови. Тварь завыла от острой боли и покачнулась, теряя равновесие... Падая вперед, убийца вложил в колющее движение клинка весь вес своего мощного тела, намереваясь пригвоздить меня к земле, как будто я была хрупкой, беззащитной бабочкой. Но он просчитался... Я действительно находилась на траектории его атаки, увлеченная поступательным замахом своего клинка, ощутимо оттягивающего мои руки, однако при этом совершила совсем не то, чего ожидал от меня лайил.
  Я понадеялась на эффект неожиданности и не ошиблась. Почти завороженная стремительным приближением острого лезвия, я не попыталась остановиться и отпрянуть назад, что не удалось бы мне в любом случае, а наоборот - усилила свое падение, ловко перекатившись вперед и уходя из-под меча противника. Лезвие кастане рассекло край моей пелерины и глубоко воткнулось в землю... Перекувыркнувшись через свой меч, я упала на колени и изо всех сил замахнулась им назад, чуть ли не по самую рукоять вогнав Лед в спину напавшей на меня твари.
  Наемник глухо взвыл и обмяк, испуская дух. Я выпустила меч из рук и дрожащей ладонью утерла пот, обильно струящийся по лбу. Грудь ходила ходуном, а сбивчиво колотящееся сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. Меня трясло в ознобе и подташнивало. Если кто-то считает, что убивать врагов - легкое и приятное занятие, то пусть не спорит, а просто попробует сделать это сам...
  Невзирая на всю напряженность текущего момента, я не могла выбросить из головы мысли о странной трансформации, произошедшей с моим мечом. Испив крови врага, Лед изменился. Его лезвие налилось холодным синеватым свечением и распространяло вокруг себя волны жуткой стужи, а где-то внутри благородной стали что-то гулко и ритмично застучало.
  "Неужели сердце? Неужели Лед пробудился от долгого сна и вернулся к полноценной жизни? А если у него и душа есть?" - От подобной мысли меня бросило в суеверную дрожь.
  - Йона, берегись! - Громкий крик Беонира вывел меня из задумчивости.
  Повинуясь интуиции, я не стала подниматься на ноги, а рухнула плашмя на живот, пропуская над своими лопатками свистнувшую в воздухе саблю второго наемника. Ниуэ с рычанием налетел на моего несостоявшегося убийцу, и они покатились по земле, сплетясь в общий клубок. Рядом беспрестанно ругалась Ребекка, схватившаяся с третьей тварью. Каким-то шестым чувством поняв, что они и без меня справятся с доставшимися им неприятелями, я отвлеклась от своих спутников, вскочила и метнулась к перевернутой кибитке.
  - Не стреляйте! - отчаянно взывала я, помня о засевшем внутри нее арбалетчике. - Я ваш друг!
  Я вскарабкалась на стенку ветхого, сплетенного из ивовых прутьев короба и, приподняв изношенный полог, заглянула в недра убогой повозки. В кибитке царил густой сумрак. Наощупь пробираясь между какими-то угловатыми, разбросанными там и сям предметами, я настырно ползла в глубь кибитки, разыскивая ее несчастного хозяина. Наконец мои пальцы наткнулись на что-то мягкое, мокрое, теплое... Я отчаянно заскрипела зубами, ухватилась за складки протестующе затрещавшей ткани и потянула ее на себя, пятясь к выходу.
  Спасаемый мною человек весил немало, и в одиночку я бы точно никогда с ним не справилась, но мне продолжало везти: в кибитку внезапно просунулись четыре сильные руки, дружно подхватившие почти неподъемный для меня груз и благополучно вытащившие его наружу. Уложенный на обломки вересковых веток, наш старьевщик оказался чрезвычайно дородным и благообразным стариком, лишний вес которого, а также одутловатое лицо и обрюзгшая фигура объяснялись скорее не пристрастием к чревоугодию, а наличием какой-то болезни, схожей с водянкой.
  - Уф-ф-ф! - шумно отдувался усталый Беонир, бережно ощупывая свою рассеченную бровь. - Сам не понимаю, как я сумел ухайдакать того зубастого кота. Как вспомню его бешеные глаза, так до сих пор мороз по коже.
  - Дуракам везет! - язвительно хмыкнула Ребекка, с любопытством склоняясь над спасенным старьевщиком. - До поры до времени, конечно. - Но в ее делано грубоватом голосе прозвучала совсем не насмешка, а неподдельная радость. - И чего, спрашивается, они так усиленно гонялись за этим толстяком?
  Я недоуменно пожала плечами, торопливо ощупывая тело злополучного старика. К несчастью, мне хватило одного взгляда, чтобы понять - его уже не излечить. Здесь не помогут даже мои целительские чары. Кроме глубокой колотой раны на шее, ставшей причиной огромной и уже невосполнимой кровопотери, на теле бедолаги насчитывалось еще не менее пяти травм, по крайней мере три из которых являлись смертельными. Я достала из сумки Ребекки флягу с водой и смочила губы умирающего. Он медленно раскрыл мутно-голубые глаза и с трудом сконцентрировал на мне постепенно фокусирующийся взгляд, понемногу обретший осмысленное выражение.
  - Ты, ты... - Из горла старика вырвался нечленораздельный хрип. - Ты пришла... Они не успели ее забрать... Возьми то, что принадлежит тебе по праву, и носи у себе на теле, храни ее в тепле...
  - Ее? - удивленно переспросила я. - Кого - ее?
  - В сером сундуке... Она завернута в шерстяную тряпицу, она тебя ждет... - Зрачки говорящего закатились под лоб, изо рта хлынула смешанная с пеной кровь. Я наклонилась ниже, почти прижавшись ухом к его бледнеющим губам. - Небо... - шептал старик. - Верни их в небо... - Его кадык натужно дернулся, пальцы, цепляющиеся за мои руки, разжались.
  - Умер, - печально констатировала Ребекка. - Вот Тьма! Йона, ты что-нибудь поняла из его бреда?
  Я растерянно покачала головой:
  - Немногое. Но я уловила главное. В кибитке хранится нечто важное - то, что хотела заполучить богиня Банрах да не смогла, ибо это нечто предназначается для меня. Интересно, кто подразумевался под словом "она"?
  - Наверное, ты? - неуверенно предположила лайил, однако я с ней не согласилась. Речь старика была сумбурной, но я уловила, что он явно имел в виду не меня, а кого-то другого. Хм, вот только кого конкретно?
  Мы собрали свое оружие, оттащили трупы убитых тварей подальше в кусты, а потом долго рыхлили и долбили промерзшую землю, выкопав в итоге неглубокую яму, в которую и сложили тела погибших людей. Перед этим я, воровато оглянувшись, тайком срезала с жилета мертвого охотника несколько медных бляшек, сама не понимая, зачем они мне понадобились, и убрала к себе в карман. Я произнесла над могилой несколько прощальных слов, коротким заклинанием залечила бровь Беонира, а затем принялась целенаправленно обследовать заваленную рухлядью кибитку, усугубляя тамошний и без того впечатляющий бардак.
  Искомый серый сундук обнаружился под грудой полусгнивших тряпок непонятного назначения. Вообще кибитка старьевщика произвела на меня чрезвычайно неприятное впечатление: тут пахло застарелым потом и экскрементами, полог держался на нескольких заскорузлых от грязи веревках, а сам деревянный остов почти рассыпался от ветхости. Между оглоблями кибитки мы нашли тело старой, жутко заезженной клячи, погибшей от стрелы, вонзившейся в правую глазницу и проникшей в мозг. Ладно хоть, несчастная лошадь скончалась мгновенно, без агонии и страданий.
  Как и обещал старьевщик, серый сундук не пустовал. Его заполняли мягкие опилки, на удивление чистые и сухие, среди которых удобно угнездился продолговатый, завернутый в шерстяную тряпицу предмет. Я осторожно развернула загадочный сверток, и на мою ладонь выкатилось нечто твердое, овальное, излучающее мягкое серебристое сияние...
  - Камень, - восхищенно выпалила Ребекка, кончикам пальца боязливо поглаживая гладкий предмет, не уступающий по размеру ее кулаку. - Огромный драгоценный камень! Наверное, опал!
  - Кто опал? - не понял ниуэ.
  - У тебя опал, дурак! - язвительно фыркнула воительница. - Камень так называется - опал!
  - Нет, - не согласился с нею Беонир, - эта штуковина скорее похожа на плод какого-то экзотического дерева. Давайте зароем его в землю и подождем - вдруг что-нибудь да вырастет?
  - Замерзнет же! - скептично опротестовала воительница. - Ерунду предлагаешь. Я уверена - это камень!
  - Плод! - уперся вредный ниуэ, сварливо фыркая.
  - А я говорю - камень!
  - Дура!
  - Идиот блохастый!
  Видимо, эти двое оставались верны своим излюбленным привычкам, намереваясь устроить очередную свару.
  - Не ссорьтесь, - тихонько попросила я. - Разве вы успели забыть - старьевщик велел хранить это в тепле, согревая своим телом.
  - И эту-то штуку он и называл "она"? - осененно ахнула лайил. - Камень и есть "она"?
  - Плод! - продолжал настаивать несговорчивый Беонир.
  - А я утверждаю - камень!
  Не обращая внимания на их перепалку, я задумчиво морщила лоб, пытаясь вспомнить нечто важное. Кажется, я видела это во сне?.. Что-то ценное и прекрасное, уложенное в теплый футляр и носимое мною на шее. Футляр... Я восторженно рассмеялась и хлопнула себя по лбу. Ну конечно, футляр! А я-то никак не могла угадать назначение третьего из доставшихся мне предметов, вынесенных из заброшенной эльфийской Библиотеки. Здорово: значит, сначала я нашла футляр, а теперь то, что должно в нем храниться!
  Я пошарила в сумке мага Лаллэдрина, с коей теперь не расставалась, и извлекла из нее выложенную мехом торбочку, присоединенную к прочной цепочке. Загадочный камень-плод идеально поместился внутри выстланного мехом футляра. Я застегнула сумочку и повесила себе на шею, укрыв под плащом. Мысленно я взывала к духу короля Арцисса, умоляя просветить меня на счет таинственной находки. Но, увы, Голос молчал, никак не напоминая о своем существовании и не расщедрившись даже на самую крохотную подсказку. Испытывая досаду и сердясь, я неприязненно передернула плечами, понимая, что близость эльфов и Зачарованного побережья надолго лишили меня помощи короля. Отныне мне придется рассчитывать лишь на себя. И чем бы не являлся на самом деле непонятный предмет, завещанный мне погибшим старьевщиком, теперь-то эта штука точно не пропадет и не потеряется. А дальше - посмотрим.
  - Ты еще не передумала? - нервно спросила Ребекка, окидывая меня странным взглядом, в котором смешались чувство вины, безмерное восхищение и стыд, окрасивший ее щеки в багровый цвет. - Еще не поздно отказаться от дерзких замыслов и вернуться домой, в Блентайр.
  - Домой? - непонимающе улыбнулась я. - Так ведь я и иду к себе домой...
  Ребекка испуганно вздрогнула:
  - Где же твой дом, Наследница?
  - Там, - я указала в ночное небо, - и еще в море. Но в первую очередь конечно же здесь, - я положила руку себе на грудь, - в душе и в сердце! И мне не терпится их заполнить, напитав надеждой, верой и любовью! Я очень хочу увидеть своих родичей. Наш дом там, где обитают дорогие нам люди!
  - Посеявший несчастье - пожнет беду! - чуть слышно бормотала воительница себе под нос, ни к кому конкретно не обращаясь. - Но горе тому, кто не сумеет совладать с вызванной им бурей...
  Мое сердце зашлось от нехорошего предчувствия, ибо я осознавала, что под вызвавшим бурю безумцем она подразумевает богиню Банрах. Эту кровожадную тварь, превратившуюся в моего самого злейшего врага! Так неужели я и правда стану той, кому суждено победить змееликую, уничтожить ее жрецов и лживых чародеев, остановить Пустошь и спасти Лаганахар? Теперь я в этом уже не сомневалась, хотя совершенно не представляла, каким образом смогу добиться столь блестящего результата. Но тем не менее именно ради этого я и шла к своим испытаниям, собирая знания, чудодейственные заклинания и прочие утраченные секреты нашего мира.
  - Нас ждет Зачарованный берег, - напомнила я. - Поспешим же, друзья!
  Вздыхая и сдержанно ропща, Беонир с Ребеккой нехотя последовали за мной, демонстрируя явное нежелание удовлетворить озвученную мною просьбу. Мрачные лица моих спутников выражали такую дремучую безысходность, словно я вела их на верную гибель, заставляя подниматься по ступеням эшафота. Возглавляя эту похоронную процессию, я терялась в догадках, тщетно ломая голову над причиной внезапной пасмурности лайил и ниуэ. Чего же они боялись? Клянусь именем своего любимого юноши, я не собираюсь причинять им зло! Напротив, я намереваюсь по мере сил опекать и защищать тех, к кому успела проникнуться самой искренней симпатией, и считаю Ребекку и Беонира если не друзьями, то уж точно не врагами.
  Но даже эти бескорыстные намерения ничуть не разрядили напряженную обстановку и не пролили ни капли света на резкое отчуждение, спонтанно возникшее у них по отношению ко мне. Мои спутники молчали, затаившись и будто бы чего-то выжидая... Молчала и я, озадаченная и заинтригованная. Понятным было лишь одно - окружающие меня тайны множились с каждым днем, разрастаясь, как грибы после дождя, и повергая меня в близкое к шоку состояние.
  Мы шли еще сутки, неуклонно приближаясь к Зачарованному побережью. Недремлющее чутье подсказывало, что вместе с этим я вплотную подхожу и к разгадке мучающих меня загадок, что скоро прояснится многое, касающееся всех нас. Но холодная судорога страха, волной пробегающая по моему позвоночнику, посылала в сознание и иной импульс: "А ты уверена, что все ответы должны быть найдены? А вдруг ты отважно заглянешь в лицо этим неведомым тайнам и тут же потеряешь рассудок, ужаснувшись темным глубинам, способным без остатка пожрать то чистое, светлое и доброе, что живет в твоей душе?"
  
  Я уже не нуждалась в карте - меня вела интуиция. Автоматически шагая во главе нашего маленького отряда, я постоянно задавала себе множество вопросов, скопившихся с тех самых пор, когда покинула монастырский приют. Кем были мои родители и почему я никогда их не знала? Чем руководствовалась сьерра Кларисса, приказав Джайлзу забрать из приюта последнего оставшегося ребенка, не прошедшего церемонию? О ком пел бродячий бард, повстречавшийся мне в Блентайре? Что именно подстроили Чаншир и Сильвана, сумевшие устранить Неназываемых? Если эльфы поселились в Запретных горах, то как сумели они пройти сквозь пургу и холод, преодолев отроги, считающиеся неприступными? Что за вещь передал мне погибший старьевщик и как она к нему попала? Как удалось богине Банрах завладеть двумя мечами, выкованными кузнецом Турраном из клана Полуденных эльфов? И наконец - что происходит с Ребеккой и Беониром, поведение которых так сильно изменилось при подходе к Зачарованному берегу?!
  Из подслушанного в подземелье разговора между Беониром и воинами-ниуэ я четко усвоила: юноша присоединился ко мне не просто так, он подослан главой гильдии Чародеев и ему поручено следить за моими передвижениями. Я его не осуждала, помня о несчастном Беодаре, заточенном в казематах Звездной башни. Понятия "стыд" и "совесть" зачастую полностью утрачивают свою актуальность, если речь заходит о жизни и благополучии дорогих для нас людей. Беонир спасает отца, и поэтому я не вправе осуждать его поступки, он достоин сочувствия и уважения, а отнюдь не порицания или наказания. И все-таки очень жаль, что я пропустила часть его откровений, лишившись ценной информации. Неужели его миссия заключается только в слежке? Сомнительно...
  И уж кого я абсолютно не понимала, так это Ребекку. Какие цели преследовала она? Воин-ниуэ по имени Зол просил меня не доверять внучке Финдельберга Законника, по его мнению, затаившей в душе измену и предательство, но забери меня Тьма, если я хоть на йоту понимаю мотивы ее загадочного поведения! Душа Ребекки казалась мне тем тихим омутом, в обманчиво мирных глубинах которого скрывается нечто опасное и отвратительное. И не дай Шарро, чтобы я оказалась права!
  Видимо, догадываясь о моих подозрениях, Ребекка и Беонир немного приотстали, лениво плетясь чуть позади. Старательно избегая встречаться со мной взглядами, они тушевались, краснели и отворачивались, напоминая скорее нашкодивших детей, осознающих всю степень ответственности за нечаянные проступки, чем потенциальных предателей и врагов. А я задумчиво покусывала губы, досадуя на свою проницательность и не желая верить очевидным фактам. Я не хотела осознавать и принимать тот факт, что мои проверенные в испытаниях спутники способны оказаться шпионами, подосланными с целью не подпустить меня к последнему оплоту эльфийской расы.
  
  День пролетел незаметно. Пару раз мы останавливались для короткого отдыха, а затем переночевали под открытым небом и вновь продолжили свой безрадостный путь. Судя по уверениям Беонира, до Зачарованного побережья оставалось не больше одного дневного перехода, но первые признаки эльфийского присутствия мы заметили намного раньше назначенного срока. Во-первых, колючий вереск исчез, а во-вторых, торговый тракт плавно ушел вбок и постепенно сменился аккуратной, изящно вымощенной каменными плитками дорогой, размеченной по краям одинаковыми белыми столбиками. Кроме того, под нашими ногами все чаще мелькали хаотично разбросанные ракушки, отличающиеся одна от другой как размерами, так и непредсказуемо-вычурной формой.
  К полудню нам открылось и само побережье - длинная желтая коса, противоположная сторона которой терялась в молочно-белой туманной дымке. Мы остановились и завороженно уставились на темно-голубую полосу, расплывчато сливающуюся с линией горизонта, которая не могла быть ни чем иным, кроме моря.
  Дорога закончилась так внезапно, что мы даже не успели заметить, как наши ступни погрузились в мягкий, отливающий бронзой песок. Ребекка беззлобно выругалась, вытряхивая мельчайшие частички перемолотых морем ракушек, неизвестно как набившиеся в сапоги. Мы же с Беониром только рассмеялись и, сбросив обувь, бегали босиком, гоняясь друг за другом, словно два счастливых щенка, совершенно позабыв о цели нашего путешествия. Здесь уже не ощущалось холода, напротив - не закрытый тучами Сол ощутимо припекал, заставив нас снять теплые плащи.
  С моря дул удивительно свежий, волнующий ветер, а расстилающийся под ногами песок напоминал пушистый ковер. Зачарованное побережье, вытянувшееся в обе стороны настолько, насколько хватало взгляда, показалось мне бесконечным и упоительно прекрасным. Приставив ладонь козырьком ко лбу, я пытливо вглядывалась вдаль, но не смогла обнаружить ни малейшего признака жизни. Может быть, мы заблудились и случайно вышли к необитаемой части побережья? Впрочем, мое нетерпеливое желание увидеть эльфов временно отступило на второй план, померкнув перед желанием поскорее окунуться в прохладные воды Великого моря.
  Призывно махнув рукой Беониру и Ребекке, я подобрала сброшенные вещи и, почти по щиколотку утопая в песке, бездумно побрела к темнеющей впереди линии прибоя, немало изумленная все нарастающим рокочущим звуком, заставляющим болезненно вибрировать мои барабанные перепонки. То шумело само море, выпевая бесконечную песню вечной жизни...
  Чрезвычайно бдительная по своей природе Ребекка первой заметила эту страшную, совершенно незнакомую нам опасность и предостерегла меня громким криком, но все равно было уже поздно - я увязла в песке почти до середины лодыжки и с каждым последующим шагом проваливалась все глубже и глубже. Воительница сердито всплеснула руками, побежала следом за мной и немедленно попалась в ту же самую ловушку.
  - Так вот оно какое, это хваленое эльфийское гостеприимство! - После нескольких рывков девушка оставила бесполезные попытки выбраться и принялась сквернословить. - Ничего не скажешь, отличная система защиты!
  - Зыбучие пески! - Ниуэ не ругался, но я не заметила в его голосе особого оптимизма. - Я слышал о них уже неоднократно, но всегда думал, что это очередная страшная сказка.
  - А я и сказок таких никогда не слыхивала, - испуганно прошептала я, замирая в позе стойкого оловянного солдатика и постепенно погружаясь в песок, который словно голодное живое существо меня засасывал. - Что же нам теперь делать?
  - Оставаться на месте! - серьезно посоветовал Беонир. - Могу предположить, что пески не поглотят вас целиком. Полагаю, они никого не убьют, а просто удержат до прибытия своих хозяев.
  - Точно? - усомнилась я, продолжая проваливаться в теплые песчаные недра. - Уверен? Вроде бы легенды о добрых и всепрощающих эльфах давно уже канули в небытие...
  Юноша неопределенно развел руками, намекая на свою полнейшую неосведомленность в вопросах эльфийской безопасности. Мне тотчас же стало по-настоящему страшно, ибо, попытавшись пошевелить ногами, я не нащупала под ними ничего твердого, зато песок, вязкий и скользкий, связывал меня куда надежнее любых веревочных пут. Да и зачем Полуденным эльфам щадить неосторожных путников? Похоронить их в песке, вот и дело с концом! Насколько мне известно, в последние годы они окончательно замкнулись на своем побережье и перестали посещать даже знаменитую осеннюю ярмарку. М-да, похоже, ситуация складывается хуже некуда...
  - Не хотелось бы мне предстать перед морскими эльфами в столь беспомощном и неприглядном виде, - с досадой буркнула воительница, расстегивая свой ремень, снимая его с пояса и бросая один конец юноше, который продолжал оставаться на относительно незыблемом участке пляжа. - Не люблю выглядеть глупой в чьих-то глазах! - пояснила она, обращаясь ко мне. - Йона, немедленно стаскивай свой ремень и сделай то же самое.
  Спустя мгновение я стала последним звеном в цепочке, составленной из Беонира, Ребекки и меня.
  - Тяни, блохастый! - с насмешкой скомандовала лайил. - Покажи нам, насколько ты крут!
  Беонир сопел и кряхтел, но все-таки сумел вытянуть нас на твердый участок береговой косы, освободив от губительных объятий волшебного песка. Распластавшись, словно морские звезды, мы обессиленно лежали рядом друг с другом и делились впечатлениями. Песок разочарованно чавкнул позади нас, будто сожалея об упущенной добыче.
  - Кошмар! - выразительно прокомментировала лайил, оборачиваясь и мстительно складывая пальцы в увесистую фигу. - Чтоб тебя мантикора три раза переварила, мерзость зыбучая. А представьте, какая ужасная гибель ожидает того, кто не успел вовремя выбраться из такой вот западни?
  - Не пугай, и так страшно! - скривился Беонир. - Если еще когда-нибудь начнешь на меня выступать - я тебя обратно в песок брошу!
  Ребекка поддразнивающе рассмеялась, не принимая на веру его шутливую угрозу.
  - Не завидую тому, кто окажется тут в одиночку, - согласно поддержала я. - Ему точно не выбраться из такого вот... - Но я не успела договорить начатую фразу, неожиданно прерванную отчаянным, паническим криком, несущим слезный призыв о помощи.
  - Спасите! - взывал мелодичный девичий голос. - Помогите, погибаю!
  Не раздумывая ни мгновения, я вскочила на ноги и помчалась на крик.
  Мне не пришлось бежать слишком далеко. Завернув за невысокую дюну, я замерла, ошарашенная ужасным зрелищем. В десятке шагов от себя я обнаружила очаровательную молодую девушку, по пояс погрузившуюся в зыбучую яму и испускающую громкие испуганные вопли. Руки красавицы бестолково метались по поверхности, пытаясь оттолкнуться или разгрести песок, но все ее усилия были тщетными, ибо как она ни старалась, все равно оказалась не в состоянии найти точку опоры, необходимую, чтобы вырваться из зыбучего плена.
  Острые ушки девушки со всей очевидностью указывали на то, что перед нами эльфийка. Головку прелестной незнакомки венчала грива длинных светлых волос, ниспадающих ниже лопаток. Кончики локонов завивались буйными кольцами, а передние пряди казались окрашенными в синий цвет. На загорелом лице красавицы особенно ярко выделялись серебристо-серые глаза, аккуратно, но густо подведенные какой-то блестящей краской, и губы цвета коралла. Признаюсь, я видела коралловые бусы лишь однажды, на нашей сьерре попечительнице, но сразу и навсегда влюбилась в этот потрясающий цвет.
  Рядом с попавшей в ловушку девушкой лежал необычный инструмент, напоминающий весьма распространенные в Блентайре гусли. Странно, но "гусли" спокойно лежали на песке, даже не собираясь куда-то проваливаться. Видимо, эльфийская магия не распространялась на неодушевленные предметы.
  Увидев меня, девушка обрадованно взвизгнула и молитвенно сложила руки на груди, заклиная оказать ей помощь:
  - Помоги мне, добрая странница, иначе я погибну!
  - Как ты там очутилась? - недоверчиво осведомилась бесшумно подошедшая Ребекка, разглядывающая девушку скептично прищуренными глазами. - Разве ты не местная и не знала о расставленной вашими чародеями защите?
  - Знала, - торопливо закивала пленница, признавая свою вину. - Но я замечталась, увлекшись сочинением новой песни, и незаметно для себя забрела в запретную зону, а когда опомнилась, то отступать стало уже слишком поздно.
  - Хм... - усомнилась лайил. - Может, ты и не врешь, но...
  - Не вру! - пылко вскричала эльфийка. - Помогите, иначе меня затянет с головой и я задохнусь в песке!
  - ...но, - невозмутимо продолжила воительница, - мы все равно не сможем тебя спасти!
  - Почему? - Алый ротик девушки трагически округлился. - Заклинаю вас всем, что вам дорого, вытащите меня отсюда, и я отплачу вам услугой за услугу!
  - Песенку споешь? - иронично хмыкнула Ребекка. - Тьма, ну почему все женщины - такие дуры? Милашка, нам и правда очень печально видеть гибель столь юной и ослепительной красотки, но тебе крупно не повезло... Видишь это обширное колыхание на много шагов вокруг тебя? - Она жестом уточнила внушительный размер песчаной ловушки. - Нестабильный участок пляжа слишком велик! Тут нужна офигенно длинная веревка, которой у нас, к сожалению, нет. Так что извини, но мы не имеем возможности тебе помочь!
  Внимательно выслушав Ребекку, девушка зарыдала пуще прежнего.
  - Не оставляйте меня, о великодушные чужеземцы! - жалобно умоляла она своим нежным, словно звуки флейты, голоском. - Ведь я еще так молода и очень хочу жить. У меня есть жених, мечтающий скоро отпраздновать нашу свадьбу, и старый больной отец, который не вынесет горестной вести о моей гибели!
  - Прости, милашка, - бессильно пожала плечами Ребекка, - но ты просишь у нас невозможного...
  Рядом с ней разочарованно топтался Беонир, жалостливо утирающий мокрые от слез глаза и хлюпающий распухшим от плача носом. И тогда я поняла, что не смогу оставаться безучастной и равнодушно наблюдать за мучительной гибелью прекрасной эльфийки. Я скинула перелину и камзол, а затем повернулась спиной к Ребекке и требовательно приказала:
  - Разрежь рубашку, прикрывающую мои крылья!
  - Йона, ты, наверное, сошла с ума! - потрясенно ахнула воительница, догадавшаяся о том, что именно я намереваюсь сделать. - Разве ты забыла - ты же не умеешь летать!
  - Режь! - взбешенно прорычала я. - Значит, пришло время научиться!
  - Нет, я не позволю тебе рисковать... - протестующе начала Ребекка, но в этот момент Беонир выхватил из ножен захваченный у големов кинжал и одним молниеносным движением располосовал мою рубашку от воротника до самого пояса.
  Я облегченно пошевелила затекшими крыльями и распахнула их во всю ширь.
  - Крылатая? - изумленно вскричала утопающая в песке эльфийка. - Так ты все-таки пришла? Сбылось предсказание Неназываемых...
  Не слушая ее восторженных воплей, я отчаянно сжала кулаки, напрягла неумелые мышцы и, неуклюже взмахнув крыльями, тяжело воспарила над песчаным пляжем...
  С чем можно сравнить состояние полета? Ощущения и эмоции, возникающие в тот момент, когда ты отрываешься от земли? Наверное, ни с чем... Ну если только с воплощенной в реальность сказкой, с полным уходом от суровой будничной действительности, со свободой от собственного тела, с жизнью вне пространства и времени. Продвигаясь в струях восходящего ветра, можно заметить, как в этом же потоке плывут создаваемые нашим воображением образы, мечты и фантазии. Переливаясь и видоизменяясь, они цепляют тебя и открывают мнимые двери, ведущие в другие пространственные измерения, доступные лишь романтикам и поэтам.
  Сколько раз я пыталась задержаться в каком-нибудь придуманном мною мире, сидя ночью на крыше колокольни, но у меня ничего не получалось. Причину этого я так и не нашла. Иногда заберешься в ракитник на берегу реки, присядешь возле валуна, опершись спиной о его шершавую поверхность, вдохнешь воздух, пропитанный влагой, и в голову приходят разные мысли и посещают видения, помогающие ментально подняться над миром и поверить в собственные силы. В такие моменты начинаешь невольно сожалеть о том, что нельзя здесь остаться, навсегда избавившись от неприглядной обыденности и пустой ежедневной суеты. Но мир грез не впускает нас в себя надолго, ведь тело и рассудок упорно тянут душу назад, напоминая об обязанностях перед другими людьми, о нормах морали, о мере адекватного восприятия жизненных коллизий.
  Пригодное для полетов место открывается редко, не чаще чем создаются проникновенные стихи и пишется музыка, будоражащая сердце. А затем случается закономерное возвращение... Ты даже не успеваешь заметить, как сладкий воздух фантазийного мира уже приобретает свой прежний привкус - аромат сухой травы и жженых листьев. И этот дым начинает проникать в легкие, обжигая их, а перед глазами прощально меркнут эфемерные картинки, и ты опять попадаешь в тот единый поток бытия, из которого выбилась при помощи распахнувшихся в душе крыльев. И тебе остается одно - ждать нового полета! Возможно, именно таким вот нехитрым образом мы открываем свои энергетические центры и учимся лучше понимать не только окружающий мир, но и свою крылатую душу.
  Сначала ты движешься в реально осязаемом туннеле, наполненном светом и теплом физического процесса существования, но потом что-то меняется и в роли солирующего элемента выступает уже не плоть, а дух. Такое трудно описать словами, но это ощущение невозможно спутать ни с каким другим. Ты понимаешь - жизнь тела есть лишь крохотная частица твоего полноценного, подлинного внедрения в сложную структуру мироздания. Ведь многогранность бытия складывается не только из чувств и ощущений, но также и из эмоций, силы воли, духовных устремлений и способности адекватно оценивать свои возможности, сопоставляя их с желаемыми целями и задачами.
  Это осознание похоже на пробуждение интуиции. Словно ты возвращаешься домой в сухую погоду и чувствуешь, что сейчас будет ливень и, промокнув насквозь, ты можешь подхватить простуду. Описание не очень подходящее, но ничего другого в голову не приходит. Это и есть предчувствие, пока лишь предчувствие долгого постижения самого себя. Можно с уверенностью сказать, что почти невозможно проанализировать и описать состояние полета фантазии и движение вне времени и пространства.
  Возможно, фантазия, свет и воздух - это проводники времени и пространства, но тогда почему они тают и появляется Тьма? Тьма, порожденная нашим злом, эгоизмом и душевной черствостью?.. Тьма неизбежно контактирует со Светом, начинает играть с людьми и создает множество различных цветов и оттенков. А главный из них - серый. Из серости и появляются дальнейшие ответвления нашего жизненного пути... Всевозможные места, куда мы попадаем, персонажи, с которыми взаимодействуем, события в которые, оказываемся вовлеченными по собственной воле или же помимо нее.
  Все это перемешивается самым непредсказуемым образом, и только при должном усилии удается поймать нужный образ, развернуть его, словно подарочную упаковку, и войти вовнутрь. А что будет происходить внутри, ты и сам не знаешь, ведь только попав туда, осознаешь, что это не то место и время, которое ты искал.
  Ошибки, приводящие к потере любви, к гибели друзей и победе врагов, - не редкость в жизни каждого из нас. Мы сами формируем свои мыслеобразы и выбираем свое будущее. И лишь от нас самих зависит, на которую из чаш мирового равновесия мы встанем: на сторону добра или зла. Мир - сер, ибо он может существовать лишь в состоянии всеобщего баланса, когда зло и добро постоянно борются между собой, поддерживая равенство противодействий. Быть может, краткий миг победы одного над другим и есть счастье, к которому подсознательно стремится каждый из нас.
  Но людям чуждо спокойствие, ведь они не умеют придерживаться мудрой золотой середины, предпочитая впадать в крайности. Они становятся воинами Света или воинами Тьмы, потому что заботятся исключительно о себе. И лишь тот, кто научится думать о мире как о целом, сумеет стать его спасителем, ведь мир нейтрален и не принадлежит ни добру, ни злу. Поэтому наш многострадальный Лаганахар давно уже ждет момента обновления, призывая своего спасителя, который восстановит покачнувшееся равновесие Света и Тьмы...
  И вот, распахнув крылья и воспарив над миром, я внезапно прозрела, постигнув истинную суть происходящих в нем процессов и осознав его насущные потребности. И тогда, вдохнув полной грудью, я добровольно раз и навсегда приняла на свои плечи возложенную на меня миссию, принеся безмолвную клятву снова воссоединить Свет и Тьму, смешав их в идеально равных пропорциях. Я стала той, кого так ждал наш мир, - Наследницей, хранительницей Лаганахара, несущей в своих жилах кровь людей и трех эльфийских кланов. Я поняла природу любви и ненависти, научилась ценить жизнь и уважать смерть, прониклась состраданием к чужой боли и обрела счастье осознания чужой радости. Я захотела полностью расправить сложенные за спиной крылья и зажечь Звезду моей души. Я стала самой собой!
  
  - Хватайся! - хрипло выдавила я, протягивая эльфийке правую руку. Никогда прежде не думала, что летать - так трудно! Каждое движение крыльями - непривычное, идущее вразрез со всем, что я умела делать ранее, давалось мне с немыслимой болью. Спину будто резали тупыми ножами, в голове звенело, а мои лопатки развернуло назад так резко и под таким невероятным углом, словно меня пытали на дыбе. Но, упрямо прикусив губу, я все-таки преодолела разделяющее нас расстояние и протянула утопающей в песке эльфийке свою дрожащую потную ладонь.
  - Только не упади! - будто заклинание твердил Беонир, возбужденно приплясывая на месте. - Йона, только не упади!
  - Я тебе упаду! - предостерегающе бурчала бледная, словно погребальное полотно, Ребекка, рефлекторно уцепившись за свои мечи. - Если эта эльфийка, чтоб ее мантикора три раза переварила, утянет тебя вниз, то обещаю, я ее на кусочки порежу... - В этой абсурдной угрозе не просматривалось никакого здравого смысла, ибо невозможно убить того, кого поглотит зыбучий песок. Но тем не менее из уст лайил эти слова звучали на редкость впечатляюще.
  Я почувствовала, как мои конвульсивно подрагивающие пальцы переплелись с нежными пальчиками эльфийки, и что было мочи потянула ее вверх, усиленно взмахивая крыльями. Девушка радостно взвизгнула и ухватилась за меня, словно утопающий за соломинку, до крови оцарапав своими накрашенными перламутровыми ноготками. Второй рукой она успела сгрести ремешок своего необычного музыкального инструмента, с которым, похоже, не собиралась расставаться ни за какие коврижки. Я крякнула, чуть не сверзившись в песок... Эта тоненькая и хрупкая на вид девушка показалась мне неожиданно тяжелой. Я испытала такое чувство, словно в области солнечного сплетения у меня что-то хрупнуло и оборвалось, истекая кровью внутри тела. Поначалу я не верила в результативность своего усилия - девушка удерживала меня будто якорь, не позволяя взлететь. Но потом я поняла, что медленно, пядь за пядью, я все-таки вытаскиваю эльфийку из песка, нехотя стекающего с ее груди, талии, бедер, ног...
  - Они летят! - восторженно заорал Беонир, победно размахивая руками. - Ребекка, смотри, у Йоны все получилось!
  - Вижу! - с облегчением отозвалась воительница, одаривая его лучезарной улыбкой и ласковым влюбленным взглядом. - А мы в ней и не сомневались!
  - Женщины! - ликующе хохотнул ниуэ, обрадованный ее вниманием. - Стреляя глазками, не бросайте раненых!
  - Мы добрые, - многозначительно ухмыльнулась девушка, - можем и добить...
  - Ну да, знаем мы вашу доброту, - проворчал юноша, отступая и боязливо косясь на прекрасную воительницу. - После нее вообще никто не выживает.
  - Только сильные могут позволить себе быть добрыми и жалостливыми, - наставительно выставила палец Ребекка. - Ибо слабые и трусливые никогда никого не жалеют!
  - Значит, наша малышка Йона стала сильной? - недоверчиво приподнял бровь юноша, воспринявший эти слова слишком буквально. - Да ну... Погляди на нее, она же еле крыльями ворочает!
  - Дурак ты, блохастый! - снисходительно улыбнулась Ребекка. - Физическая сила уходит и приходит, зато духовная - вечна, причем она все возрастает, возводя своего обладателя в ранг полубога! Беонир задумчиво нахмурился, углубившись в какие-то свои, лишь ему доступные мысли. Скорее всего, он озадачился измерением глубины собственной духовной силы и, судя по уныло опустившимся уголкам губ, проведенный самоанализ не принес ожидаемого удовлетворения.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"