Аннотация: 17.08.2009 Последняя глава - для читательниц-женщин, эпилог - и прощай ненавистная фэнтэзи!
Глава 24
Сватовство принцессы
Обычно счастье приходит к счастливому, а несчастье к
несчастному
Паскаль. "Мысли"
-Нет, детка, ну как ты могла? - старый Норр с красным от возмущения лицом метался по гостевой комнате зиртанского особняка, в раздражении натыкаясь на массивные дубовые стулья. Казалось, что повторяется сцена полуторамесячной давности, в которой отец и дочь каким-то странным образом поменялись ролями. Правда, и речь теперь шла немного о другом. - Как ты могла ему отказать? Это же самый завидный жених западных кланов. Да о таком можно было только мечтать! Тем более, в твоем положении! Чего ты ждешь? - Голос его смягчился, он подошел к дочери и ласково положил руку ей на плечо. - Ну, конечно, это была любовь, но пойми, наконец, детка, он не вернется! А ты должна устроить свою жизнь...
Дориана, сидевшая на устланном мягкими шкурами диване с отрешенным лицом, судорожно вздохнула. Да, он не вернется. Отец был прав - пришло время принимать решения.
Известие о беременности дочери и об уходе Севастьяна в "другой мир" владыка гномов принял с радостью и заметным облегчением. Он лучился надеждой на скорое появление внука и наследника и не скрывал неприязни к бывшему "жениху" дочери. Однако за прошедшие с тех пор три недели сегодняшний отвергнутый претендент на руку и сердце гномской принцессы был уже шестым.
Норр отверг все рассуждения дочери о прелестях одинокой жизни и настойчиво поощрял ухаживания знатных родичей и наследников дружественных гномских кланов. Дориана не собиралась скрывать своего положения, однако просочившиеся слухи ничуть не уменьшили числа желающих занять место зятя зиртанского владыки. Упрямые отказы дочери приводили старика в отчаяние. И вот сейчас он прибег к последнему аргументу:
-Ты понимаешь, что твоя жизнь в опасности? - с надрывом в голосе спросил Норр. - За это время ты трижды чуть не погибла от рук наемных убийц! А ведь ты рискуешь сейчас не только собой! Под угрозой судьба моего внука, - старик искренне разволновался, голос его дрогнул. - А если ты выйдешь замуж, то заботы о твоей безопасности я разделю с твоим мужем. Вдвоем мы сможем о тебе позаботиться!
-Хорошо, я согласна, - устало ответила девушка, поднимаясь с дивана. Беременность переносилась легко, но депрессия, в которую Дора погрузилась после ухода Севастьяна и настойчивое сватовство назойливых гномов мешали ей всерьез задуматься о будущем. Все это время она жила как в тумане, не замечая, как пролетают дни. Однако слова отца заставили решиться. - Я согласна, я выйду замуж, - уже увереннее повторила она.
-Ну, вот и отлично! - Норр вздохнул с удовлетворением, утирая пот со лба большим клетчатым носовым платком. - Я знал, что ты у меня умница и, в конце концов, поступишь правильно. И кого же ты выбрала? Кто этот счастливчик? Надеюсь, Нойд? Или все-таки Свисс?
-Я не выйду замуж за гнома, - спокойно, как нечто само собой разумеющееся, объяснила девушка. - С ними я никогда не буду чувствовать себя в безопасности. И я уже сделала свой выбор. Не знаю почему, но мне кажется, что мой избранник тебе понравится.
-И кто же это? - подозрительно спросил Норр. - Надеюсь, не еще какой-нибудь орк?
-Нет, - Дориана не смогла удержаться от улыбки, увидев облегчение на лице отца. - Позволь мне пока не называть его имя. Дело в том, что я не совсем уверена ... ну, что мой избранник согласится.
-Не сомневайся, - буркнул отец. - Какой чужак откажется стать принцом-консортом западных гномов и командующим гвардейскими частями зиртанской армии?
- Так я могу ему это обещать? - Дориана с благодарностью поцеловала отца, с удивлением отметив, что для поцелуя ей теперь пришлось слегка наклониться. - Думаю, при таком условии будет легче его убедить. И мне придется уехать на несколько дней, чтобы с ним поговорить. Надеюсь, ты дашь мне надежную охрану?
-Разумеется. Карету, спурсов, охрану, лучших из лучших. Может быть, мне поехать с тобой? - после того, как Гисп сообщил владыке о предательстве Сабура, тот утроил бдительность при отборе охранников, но все равно продолжал сомневаться. Тем более, что предателю удалось скрыться - кто-то успел предупредить его о прилетевшем из Чернолесья вестнике.
-Нет, - Дориана тоже нахмурилась, вспомнив о предателе. - Может быть, со мной поедет Гисп. Я знаю, что на него можно положиться.
Двухдневное путешествие в карете по заснеженным горам в сопровождении отряда зиртанских гвардейцев ничуть не походило на отчаянное бегство из Чанского ущелья, но Дориана вспоминала прошлое с неожиданной ностальгией. Ей казалось, что тогда, полтора месяца назад, испуганная и одинокая, но полная надежд, она была намного счастливее.
Наконец, кортеж принцессы прибыл в Тулус. После холодного зимнего Зиртана Лангедол вновь показался ей ярким и праздничным. Чистое голубое небо и вечно зеленые деревья и кусты заставили сердце сжаться в предчувствии скорой весны. Разузнав у прохожих дорогу, Гисп направил карету к особняку лорда Лилиана.
-Хозяин сегодня не принимает, - дерзко заявил Дориане черноволосый кудрявый привратник, в котором явно не было ни капли эльфийской крови. - Он велел никого не пускать.
-Но сообщить обо мне ты можешь? - устало спросила принцесса. - Уверена, что меня он примет. Скажи Лилиану, что приехала принцесса западных гномов!
-Принцесса? - в глазах парня мелькнула искорка любопытства, потом сожаление. - Нет, не велено.
-И сколько же мне ждать? - с раздражением спросила девушка. Такой неудачи она не ожидала. Сопровождавшие ее гномы переглянулись, сжимая в руках топоры, но Дориана одернула их суровым взглядом. Еще не хватало начать серьезный разговор с драки слуг. Положение спас внезапно появившийся в дверях Бель. Он искренне обрадовался девушке и по-братски чмокнул ее в щечку.
-Ты хочешь видеть отца? - удивился молодой эльф, потом, немного подумав, кивнул своим мыслям. - Отлично. Может быть, хоть это его развлечет. В последнее время отец стал настоящим затворником. После ссоры с Вэлом и изгнания из клана он почувствовал себя одиноким. Конечно, самые верные остались с ним, но немногие решились пойти против воли дукса. Вэл присылал в Тулус вестника с просьбой о примирении, но Лилиан не простил. А с тех пор, как Вэлиэн объявил меня наследником, стало еще хуже. Конечно, отец не возражал, даже обрадовался, но.... Сейчас я больше времени провожу в Авалоне, с дядей и с Мэном. Не подумай ничего такого, - смущенно объяснил Бель, заметив удивленный взгляд девушки. - Мы просто друзья. Да и сейчас мне пора уезжать, а он остается совсем один, - Бель обратился к привратнику. - Проводи девушку в кабинет отца, Кола!
-Как скажете, молодой хозяин, - кудряш широко ухмыльнулся и распахнул перед Дориной великолепные, украшенные сложной резьбой деревянные двери. - А вы пока можете разместиться там, - он показал гномам невысокое строение в глубине двора, похожее на казармы. - Все необходимое вам покажет прислуга.
Гисп бросил тревожный взгляд в сторону хозяйки, но девушка только успокаивающе улыбнулась. В этом доме она почему-то ничего не боялась.
Войдя в кабинет, девушка на мгновение застыла на пороге. Лилиан сидел за массивным столом и сосредоточенно что-то писал на листе дорогого пергамента, время от времени вычеркивая целые строчки, как будто никак не мог подыскать нужных слов. Иногда он отрывался от своего занятия и задумчиво глядел в горящий камин, словно обдумывая пришедшую в голову очередную мысль. Он был по-прежнему красив, но лицо его казалось усталым и изможденным, как будто отмеченным печатью обреченности.
Заметив девушку, эльф бросил недовольный взгляд на сопровождавшего ее превратника, однако вежливо предложил гостье сесть. Усевшись в кресло напротив хозяина, Дориана растерялась. Казалось, все заранее обдуманные, подготовленные слова вылетели из головы. Она смущенно смотрела на мужчину и не решалась заговорить.
-Итак, чем обязан? - удивленный ее молчанием, Лилиан на мгновение оторвался от бумаг и вопросительно посмотрел на девушку.
-Я хотела с тобой поговорить, - объяснила Дора.
-О чем же? - безразлично спросил эльф, продолжая скользить взглядом по строчкам письма.
Девушка на мгновение зажмурилась, подбадривая себя и, наконец, заговорила.
-Ты знаешь, что я зиртанская принцесса, и у меня был жених. Но так получилось, что нам пришлось расстаться. И у меня будет ребенок, - Дора никому не рассказывала о близнецах, не уверенная, что может доверять пророчеству Дельфины.
-Вот как? - вежливо отозвался Лилиан. Доре показалось, что он вовсе не вслушивался в ее слова, и она поняла, что лучше сразу перейти к весомым аргументам. Благодаря отцу, они у нее были.
-А сейчас я собираюсь выйти замуж, - упрямо продолжала девушка. - И мой жених станет принцем-консортом зиртанских номов и главнокомандующим гвардейскими частями Зиртана, а позже и всей зиртанской армии, - она замолчала, не зная, как перейти к главному.
-Рад за него, - Лилиан поднял на нее тяжелый взгляд. - И чего же ты хочешь от меня?
-Я... Я хочу, чтобы ты на мне женился! - решительно выпалила Дора, уставившись в стол. Потом, сделав над собой невероятное усилие, перевела глаза на собеседника.
Мужчина, наконец, отвлекся от бумаг, и на лице его появилось задумчивое выражение.
-Говоришь, принц-консорт зиртанских гномов и глава гвардейских войск? - переспросил он. Девушка кивнула, не отводя глаз от прекрасного лица, и не поверила ушам, когда Лилиан вдруг сказал:
-Хорошо. Я согласен, - рука его скомкала недописанное письмо и швырнула в горящий камин. - Ты и не подозреваешь, как вовремя появилась.
Дориана вздохнула с облегчением, потом мучительно покраснела и снова заговорила.
-Только..., - она запнулась, не зная, как объясниться.
-Что только? - насторожился Лилиан.
-Ну, я хочу сказать, - девушка покраснела еще больше. - Что мне нужен настоящий муж, мужчина, который будет со мной жить, - она пристыженно умолкла, но эльф понял. Он окинул ее крепкую фигурку оценивающим взглядом, потом пожал плечами:
-Не думаю, что с этим будут какие-то проблемы. Впрочем, мы можем сегодня же проверить.
-Сегодня? - Дориана растерялась. Она не ожидала, что все решится настолько быстро.
С лица его исчезло выражение обреченности, и он энергично потряс колокольчик, вызывая слугу. - Кола тебя проводит в комнаты, где ты сможешь отдохнуть и привести себя в порядок. А я пока соберу отряд, необходимые вещи и припасы и отдам распоряжения по поводу дома.
-Распоряжения? - недоумевающе повторила девушка. Высказав все, что собиралась, она впала в какой-то странный ступор, как игрушка, у которой кончился завод. Мужчина заговорил с ней ласково и терпеливо, как с маленьким ребенком.
- Ты не забыла, что только что сделала мне предложение? Так вот, завтра утром мы с тобой дадим клятвы над синим камнем, - объяснил он. - Эльфийский обряд обручения проводится на рассвете, но ты сможешь выспаться по дороге, в карете. А после обряда мы вместе с моими воинами отправимся с тобой в Зиртан, где я обговорю условия брака с твоим отцом. И после свадьбы по зиртанским обычаям я буду жить там вместе с тобой. Поэтому мне нужно быстро уладить все вопросы в Тулусе, сегодня же. Я не хочу здесь задерживаться. Понимаешь?
Ошеломленная стремительным развитием событий, Дора не успела ничего возразить, как в комнате появился знакомый привратник и, услышав приказы хозяина, почтительно проводил гостью в купальни, где ей занялись хорошенькие темноволосые лангедолки.
Девушка стоически сносила косметические процедуры, погруженная в свои мысли, не замечая толком, что происходит вокруг. Когда служанки наконец привели свою жертву в порядок, поахав над тем, какая она стала хорошенькая, уже наступил вечер. Ужинать Дориане пришлось в одиночестве - Лилиан был слишком занят улаживанием важных дел, чтобы составить ей компанию.
Жинерадостный Кола на мгновение вывел принцессу из задумчивости, сообщив, что она может не беспокоиться о гномах, о ее сопровождении уже позаботились. Дора благодарно кивнула, вновь погружаясь в странное оцепенение. После ужина ее проводили в спальню, и она даже ухитрилась задремать, когда, наконец, появился ее будущий муж.
Лилиан оказался умелым любовником. Он разбудил девушку поцелуем, и очень скоро Дора застонала в его объятиях - предательское тело, забыв о прикосновениях любимого, с неменьшей готовностью отвечало на ласки другого мужчины.
-Какая у тебя грудь! - неожиданно сказал Лилиан, когда она, прильнув к нему, блаженно вытянулась рядом. - У эльфиек такой не бывает.
-Тебе не нравится? - встревожилась девушка.
-Нравится! - сказал эльф, и она, счастливая, признательно улыбнулась.
--Ты тоже очень красивый, - девушка не столько увидела, сколько угадала в темноте его ответную улыбку.
Лилиан оказался прав - наверное, "с этим", у них проблем не будет.
Они снова занимались любовью, и Дориана, наконец, почувствовала, как отпускает ее оцепенение, в котором она провела весь последний месяц. Жизнь обретала новые краски и несла новые надежды.
-Тебе было хорошо? Лучше, чем с ним? - Лилиан говорил уверенно, убежденный в своем мужском превосходстве.
-С ним было по-другому. Я его любила, - Дора ответила честно и поразилась тому, как легко произнесла это слово в прошедшем времени.
-Ничего, - спокойно сказал Лилиан. - И меня полюбишь. - И сильные руки вновь скользнули по телу девушки.
Утром, во время брачных клятв, Дориана уже готова была согласиться, что он, наверное, не так уж не прав.
Все время пути она проспала - последние три недели ее мучила бессонница, и сейчас утомленное тело отвоевывало право на отдых.
В Зиртан карета принцессы вернулась в сопровождении эскорта эльфийских воинов, молодых Лонгов - настоящей маленькой армии. Угрюмые гномские охранники тянулись где-то позади. Не смог приблизиться к Дориане даже старый Гисп.
Появление эльфов на улицах города не вызвало беспокойства прохожих, однако процессию сопровождали многочисленные любопытные взгляды, и Норр, предупрежденный о возвращении дочери, встретил пришельцев на пороге.
-Познакомься, отец, - сказала Дора. - Это мой жених.
-Мы уже знакомы, - ответил Норр. - И довольно давно.
Лилиан только усмехнулся в ответ. Растерянная Дориана переводила удивленный взгляд с одного на другого, но мужчины, словно позабыв о ней, ушли в кабинет отца. Как Дора ни прислушивалась, из-за тяжелой двери не доносилось ни слова. Молодые эльфы спокойно расположились во дворе особняка, подшучивая над коренастыми гномками и с любопытством разглядывая улицы города, которому предстояло стать для них новой родиной.
Наконец дверь кабинета распахнулась, и Дориана с облегчением поняла, что все в порядке. Лица мужчин были довольными, и они весело посмеивались над какой-то шуткой. Торопливо поцеловав невесту, Лилиан в сопровождении Гиспа ушел размещать эльфийское войско, а старый Норр подошел к дочери.
-Ты хотя бы понимаешь, кого привела в мой дом? - с широкой улыбкой спросил он.
-Кого же? - растерянно спросила Дора. Она никак не могла понять странной реакции отца.
-Чему вас только в Академии учат, - с деланым возмущением посетовал Норр. - Так вот, твой жених - Лилианель Лонг! Тот самый знаменитый Лонг, который вместе с братом когда-то решил судьбы Кьяры! Мы с этим эльфом знакомы со времен второй проклятой войны, но я и мечтать не мог, что увижу Лонга своим зятем! Да, дочка, ты и правда, сделала хороший выбор, - он ласково погладил дочь по голове. - Свадьбу мы назначили через две недели. Если хочешь, можешь даже вернуться на занятия в Академию. Лилиан обещал позаботиться о твоей безопасности, а Лонги, знаешь ли, всегда держат слово!
Дора ответила отцу вымученной улыбкой. В ее сознании красавец Лилиан никак не совмещался с событиями запутанной кьярской истории, да и по сути, какое это сейчас имело значение?
Дни потянулись своим чередом. Ночи Дора проводила с Лилианом, а днем, чтобы отвлечься, ходила на занятия в Академию. Повсюду ее сопровождали жизнерадостные эльфы в белых беретах. Отец был прав - никогда принцесса не чувствовала себя настолько защищенной.
Впрочем, никаких покушений больше не было - кажется, напуганные репутацией Лонга соперники смирились с поражением. Лилиан легко находил общий язык с Норром и более чем серьезно отнесся к своим обязанностям консорта и главнокомандующего, даже затеял какие-то реформы. В Зиртане появился новый хозяин. И Лилиана окружали всеобщее уважение и любовь. Порой Дора даже ловила завистливые взгляды записных гномских красавиц.
Но Дориана не чувствовала себя счастливой. Порой девушке казалось, что ей просто приснился групый эротический сон о красавце-эльфе, как когда-то об оборотне Жарко. И скоро должно было случиться чудо. Она мечтала, как в комнату войдет Севка, вонючий и волосатый, в длинных красных трусах в цветочек, смешной, но дорогой и любимый. Он скажет, что вернулся, и Дора бросится к нему навстречу.
Но чуда не произошло. Пришел день свадьбы. По эльфийским законам они были уже женаты, но Лилиан вполне серьезно отнесся к торжественному обряду клятвы под боевыми топорами.
Проводя церемонию, старый Норр растроганно прослезился. Повторив за гномом официальные слова, молодожены прошли под сплетенными ветками сельвойи, символа счастливого брака. Теперь и по гномским законам, они стали мужем и женой.
Во время обряда Дора откровенно плакала, а в ответ на вопросительный взгляд Лилиана неумело соврала:
-Это от счастья!
-Не плачь, девочка, - муж ласково погладил ее по голове, утешая. - Все будет хорошо. Я не обещаю тебе верности - нелепо требовать верности от эльфа, но клянусь, что всегда буду оберегать тебя и заботиться о твоих детях. А Лонги всегда держат слово.
-А я могу обещать тебе только верность, - всхлипнула принцесса. - Потому что больше ничего для тебя сделать не могу, - она хотела сказать всего лишь, что муж не нуждается в ее защите, и так и не поняла, как непреднамеренно жестоко прозвучали ее слова.
-Что ж, спасибо и за это, малыш, - грустно усмехнулся Лилиан. - Ты уже сделала для меня достаточно. А мы теперь семья, и я постараюсь сделать тебя счастливой.
Дора подняла к нему зареванное лицо и благодарно улыбнулась. Да, они - семья. И Лилиан обещал о ней заботиться, а Лонги всегда держат слово. Ей очень хотелось верить, что это и есть счастье.
Эпилог
Три месяца спустя, получив короткий отпуск и раздобыв личное разрешение Богодана провести сутки на Кьяре, Мясоедов, перебрав все возможные варианты, решил отправиться к Мэну, с которым можно было поговорить откровенно.
По наводке патрульных, звездолетка приземлилась в роскошном парке, у двухэтажного особняка, окруженного порослью высоких цветущих кустарников, похожих на олеандры. Полуэльф, одетый в белоснежный лангедольский костюм, угрюмо отбивался от толпы просителей и доброжелателей, окружавших увитый сиреневыми цветами павильон, где располагалась дневная приемная авалонского владыки.
Заметив пробирающегося сквозь кусты Севку, Мэн просветлел и объявил перерыв на двадцать четыре часа. Двое шкафообразных телохранителей, в одном из которых Севка с удивлением опознал огра Тота, не без труда выставили осаждавших владыку посетителей.
Вызвав обслугу и потребовав закуски, но без сладкого, Мэн поставил на стол штоф авалонского "зелена вина". Друзья молча выпили за встречу.
-Ну, и как тебе живется на звездах? - не без иронии поинтересовался полуэльф. Он, не поморщившись, проглотил первую рюмку коньяка, заев ломтиком пресной лепешки, и тихо выругался. - И сюда сахару подсыпали, гады!
-Так себе, - Мясоедов без энтузиазма рассказал пару забавных историй из будней китежских патрульных. Самые рисковые галактические приключения пока не шли ни в какое сравнение с сумасшедшими двумя неделями, проведенными им на Кьяре в бытность владыкой орков.- А как тут ребята?
Мэн охотно поделился новостями.
Орки неплохо обосновались в Восточных горах. Марк отправился в Огдейл к своей эльфийке и пристроился работать преподавателем в универе. Ларс объединил под своим началом разрозненные лесные племена, стал полновластным владыкой огров Чернолесья, и собирался в ближайшее время жениться на Святославе.
-Сказал, что без сарафана она похожа на его невесту, которая сбежала прямо со свадьбы, как раз перед уходом на Кьяру, - усмехнулся Мэн. - Ну, а насчет Дорианы ты, наверное, в курсе.
-В курсе, - подтвердил Мясоедов. Новости о гномской принцессе в Китеж приносил илирниец Жарко, почему-то очень интересовавшийся судьбой девушки.
-Вот, вроде, и все, - закончил полуэльф.
- Ну, а ты-то как? - спросил Севка.
-Тоже так себе, - Мэн сердито мотнул головой. - Все достали. Совет требует немедленной присяги, пересмотра межрасовых договоров и наказания виновных. Вэлиэн каждый день торопит со свадьбой - как будто его соплюха не может подождать. Китеж требует срочно поднять на Кьяре технологический уровень и подготовить планету к контакту с Землей. Туристов они сюда хотят привозить. Мало мне своих проблем.
Он помолчал, а потом задумчиво добавил:
- Знаешь, исполнение желаний - это совсем не так здорово, как кажется, пока они остаются только мечтами!
На это Севке нечего было возразить.
-Ты прав, - согласился он.
Друзья снова выпили - за исполнение желаний, потом за мечты и еще за что-то. Севка просто тянул время, пытаясь собраться с силами перед встречей с Дорой. Но больше никаких причин медлить не было, и Мясоедов поднялся, направляясь к звездолетке.
-А давай я с тобой полечу, - вдруг предложил Мэн. - У меня в Зиртане тоже дела есть. Хочу тебе кое-что объяснить.
Севка кивнул. Сейчас он был рад любой моральной поддержке, даже такой сомнительной, которую мог оказать полуэльф. Присутствие друга, по крайней мере, немного отвлечет от назойливых мыслей. А кроме того, не позволит струсить и отказаться от встречи в последний момент.
На пороге зиртанского особняка, друзей встретил гном-привратник и проводил в кабинет, где их ожидал раздражающе красивый высоченный эльф. Узнав, с кем имеет дело, он смерил Мясоедова неприязненным взглядом и поинтересовался:
-Зачем ты сюда пришел?
На этот вопрос Совка не смог бы ответить даже себе самому. Помявшись, он косноязычно объяснил, что хотел просто поговорить с Дорой. Эльф несколько мгновений помолчал, потом кивнул и отправил привратника за хозяйкой.
Когда девушка вошла в кабинет, Севка сначала не поверил глазам. Дориана еще подросла и стала настоящей красавицей. Стоя рядом с долговязым эльфом, она доставала ему до плеча. Пожалуй, она сравнялась ростом с Севкой, или даже стала на несколько сантиметров выше. Беременность была уже хорошо заметна, но это совсем не портило девушку, а придавало ей в глазах Мясоедова какую-то особую прелесть.
Войдя в комнату, Дориана сначала не обратила внимания на гостей, а сразу подошла к мужу.
-Ты что-то хотел сказать мне, милый? - с улыбкой спросила она.
-Не я. Тут с тобой другие хотели поговорить, - эльф показал на стоявшего у стены Мясоедова.
-Я просто хотел узнать, как твои дела, - объяснил Севка, отлипая от стенки.
Услышав его голос, девушка резко обернулась, слегка побледнела и холодно ответила:
-У меня все в порядке. А сейчас извини, я спешу, - и она стремительно выбежала из комнаты.
Лилиан мрачно посмотрел вслед жене, потом обернулся к незваному гостю.
-Все понял? Вали отсюда, - сказал эльф, и Севка бросил взгляд на кольцо переводчик, подозревая, что ослышался. Однако тон Лилиана не оставлял никаких сомнений в точности перевода. Как и его следующие слова: - И чтобы я тебя здесь больше не видел, ясно? Это моя женщина и мои дети.
Севка не сразу нашелся, что ответить. Да и что он мог сказать парню, взявшему на себя ответственность за его девушку и готовому стать отцом его детей, наверняка, много лучшим отцом, чем мог бы быть сам Мясоедов.
-Но, - он попытался что-то промямлить насчет встреч с детьми, но эльф не дал ему договорить:
-И никаких "но"! Сегодня ты приходил сюда в последний раз. Для всех нас так будет лучше.
И опять Севка не нашел возражений. Эльф был прав - так было лучше для всех. Полуорк молча кивнул и направился к дверям, затем оглянулся на Мэна. Кажется, его "дела" тоже были связаны с Лилианом.
-А что ты скажешь мне? - лениво растягивая слова, спросил авалонский владыка.
-И ты убирайся отсюда, малек, тебе нечего здесь делать, - неприветливо буркнул Лилиан.
-А ведь ты приносил мне вассальную присягу, - напомнил полуэльф. В голосе его слышался арктический холод. Лилиана это не смутило:
-Это было тогда, когда я принадлежал к клану Лонгов. Сейчас Лилиана Лонга больше нет. Перед тобой зиртанский гном, принц - консорт страны Западных гор.
-Однако гномы нынче подросли, - пробормотал Мэн, смерив оценивающим взглядом почти двухметровую фигуру "зиртанского гнома". Каким-то невероятным образом, ему удалось посмотреть на бывшего Лонга сверху вниз. Мэн развернулся, чтобы уйти, но, услышав оклик, медленно повернул голову.
-Эй, ты! - в голосе Лилиана звучало недовольство, как будто он сам не понимал, зачем это говорит. - Если тебе вдруг понадобится поддержка армии зиртанских гномов, пришлешь мне вестника.
-Спасибо! - по лицу Мэна скользнуло слабое подобие улыбки. - Я запомню.
К звездолетке друзья сначала шли молча, думая каждый о своем.
-Видал? - спросил Мэн, криво улыбаясь каким-то своим мыслям.- Мужика все кинули - родной брат, клан, любимый сын. Стоял на грани самоубийства. И вот ему чудом удалось выкарабкаться и получить огромную власть. И что же? Он ничему не научился! Стоило мне только попросить о помощи, он сразу согласился - просто потому, что когда-то опрометчиво дал мне клятву! И Бель точно такой же. Дарвинисты не зря твердят о естественном отборе. Да все эти Лонги, гномы, даже твои орки просто не могут выжить. Слишком прямые и честные всегда погибают первыми! А на Кьяре такие живут и даже ухитряются иногда побеждать, - он помолчал, а потом снова заговорил. - Знаешь, я очень молод даже для сирфа, но рядом с ними часто кажусь себе подлым, грязным и старым, как галактика. Наверное, потому, что я потомок выживших. И Богодан прав - на кой хрен нужна такая вселенная, в которой всегда выживают такие, как мой старший брат? Ты когда-то правильно сказал, что Кьяра - это заповедник. Но это мой заповедник, и я здесь чувствую себя не владыкой, а скорее сторожевым псом. И пусть мне в этом мире тесно и уже немного скучно, но я буду сидеть тут до тех пор, пока не обеспечу Кьяре покровительство Земли и защиту КС. В общем, можешь передать Жарко, что я согласен. Он знает, о чем идет речь.
-Передам, конечно, - рассеянно обещал Мясоедов, и чтобы не забыть, сделал запись в матюгальнике - так в просторечии назывался коммуникатор патрульного.
Мэн еще что-то говорил, но Севка не слушал и только машинально кивал, погруженный в свои мысли. Он был немного задет изменой девушки и понимал, что зря вернулся на Кьяру, хотя и не ощущал себя несчастным. Здесь больше не было ему места.
Но, хотя Дора выглядела вполне довольной жизнью, а будущее детей казалось обеспеченным и надежным, и во всем случившемся не было никакой Севкиной вины, он сейчас почему-то чувствовал себя не полуорком, а самой настоящей стопроцентной свиньей.