Вад Пан: другие произведения.

Роман с ангелом

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мой роман со Стругацкими длится очень давно. Через них я постигал философию еще до того, как узнал про одноименную науку. Их произведения - генетические маркеры, сделавшие нас собой. И ты вправе спросить, читатель, стоит ли тратить время на этот текст? Он задумывался как диалог со Стругацкими. Мы прошли иной путь, оставили множество иллюзий, утратили веру в себя как богов и уже не уверены, что Арканар наше прошлое, а не будущее. Здесь я хотел выразить свою признательность уходящему поколению и светлую грусть по их идеалам.

  Роман с ангелом
  
  Мой роман со Стругацкими длится очень давно. Через них я постигал философию еще до того, как узнал про одноименную науку.
  Их произведения - генетические маркеры, сделавшие нас собой.
  И ты вправе спросить, читатель, стоит ли тратить время на этот текст?
  Он задумывался как диалог со Стругацкими.
  Мы прошли иной путь, оставили множество иллюзий, утратили веру в себя как богов и уже не уверены, что Арканар наше прошлое, а не будущее.
  Здесь я хотел выразить свою признательность уходящему поколению и светлую грусть по их идеалам.
  
  - Но все-таки, представьте себе, что вы бог...
  - Если бы я мог представить себя богом, я бы стал им!
  Аркадий и Борис Стругацкие. Трудно быть богом
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 01
  
  Леночка никогда не ждала от жизни чего-то особенного. Свое распределение в НИИ промышленных технологий при НПО тяжелого машиностроения воспринимала как данность, в отличие от мамы, очень недовольной таким решением:
  - Стоило холодильный институт оканчивать, чтобы в "промышленные технологии" угодить! - возмущалась мать. - Все твои подружки - кто на мясокомбинат, кто на молокозавод! А ты?! Ну что ты с этого "тяжелого машиностроения" домой принесешь?! Железные болванки?! Хорошего мужика на железные болванки не привлечешь! Им этого на работе хватает! Дома они другого ждут! Пройдись по магазинам, попробуй что-то купить! За всем очереди, продуктов нет! А она - в "промышленные технологии"!
  
  И настроение самой Леночки резко снизилось, когда пришлось составлять кучу бумаг, анкет на родственников, подписывать бланки о неразглашении и невыезде. Золотые пески Болгарии, беззаботные посиделки с друзьями - все, еще даже не случившись, уже возводилось в ранг госизмены!
  В день выхода на работу ее состояние упало до критического. Ей все не нравилось, она только и искала закуток, где поплакать.
  - Чего ревешь?! - навис над Леночкой зрелый мужчина в белом халате и взъерошенной гривой.
  - Я тут первый день работаю... - пояснила Леночка, глотая слезы.
  - А-а-а... - протянул мужчина, - понятно. А чего одна ревешь? Я вот не первый... А знаешь, как иногда плакать хочется?! Так что договоримся: как опять приспичит - находишь меня, и ревем! На пару оно веселее!
  Леночку смутило столь странное предложение, но, проводив взглядом хорошо сложенную мужскую фигуру, она обнаружила, что желание плакать пропало. Мужчина скрылся за кодированной дверью, куда доступ Елене по отсутствии допуска был заказан.
  
  - А кто там работает? - пристала она к напарнице, проявляя явное возрождение интереса к жизни.
  - Боги. Ну, или полубоги... это смотря от кого считать. Лаборатория Рензера. Оборонка. Они здесь на особом положении.
  
  Лаборатория физики импульсного лазера занимала все крыло здания, с улицы больше напоминающее спортзал. Занятых там сотрудников в институте называли просто - группа Рензера.
  Группа создавалась на волне поднятой американцами пресловутой программы "звездных войн" (Стратегической оборонной инициативы) из молодых амбициозных советских ученых.
  Помимо основной поставленной партией и правительством задачи ответить американцам созданием боевого лазера с приемлемыми для министерства обороны характеристиками, здесь занимались изучением "сопутствующих свойств" подобных систем - электромагнитных и ионных полей в зоне действия сверхмощных лазеров.
  В этом была немалая личная заслуга профессора Рензера, сумевшего убедить руководство, что это направление физики в перспективе может иметь не меньшее военное значение! Профессор обосновывал свои доводы возможностью "раскачать" лазером перед атакующим противником столь сильное электромагнитное поле, что оно будет выводить из строя любую электронику врага.
  Правда, к моменту появления в институте Леночки здесь больше говорили не о перспективах и решениях в области импульсных лазеров, а о разногласиях и раздорах внутри группы Рензера.
  
  Скоро она выяснила, кто ее таинственный незнакомец, его имя повергло ее в ступор:
  - Румата?! - не поверив ушам, переспросила Леночка. - Благородный дон Румата Эсторский?! - невольно повторила всплывшее в памяти имя известного литературного персонажа.
  - Вот-вот, он самый! Его здесь все так и называют! Эсторский и есть!
  Оказалось, ее таинственный незнакомец - личность широко известная, прославившаяся своим склочным нравом.
  Этот молодой физик, не выбирая выражений, называл своего руководителя - всеми уважаемого, заслуженного профессора Рензера - пройдохой и шарлатаном. Не стесняясь, обзывал бездарем и лгуном, а из всех заслуг перед наукой бесспорной признавал лишь удачную женитьбу на дочери известного академика и племяннице секретаря обкома!
  Конечно, в другое время подобный конфликт с маститым ученым для него закончился бы довольно скоро... и уж конечно, не остался бы без внимания сверху, тем более что успехи лаборатории были неочевидны.
  Но к моменту возникновения этого развлекающего весь институт скандала подобные коллизии уже никого не удивляли. Обвинения в "жульничестве", "шарлатанстве" звучали среди специалистов обо всей концепции "боевых лазеров", как, впрочем, и американской программы "звездных войн". Одно за другим закрывались наиболее затратные направления вследствие их полной бесперспективности.
  Не затрагивало это лишь лабораторию Рензера.
  ...Может, оттого, что ее оборудование признавалось лучшим в Европе и не требовало новых вложений, а может, и по причине родственных связей профессора группа Рензера оставалась единственной, чьи исследования продолжались в прежнем объеме.
  Для Леночки все это не имело значения.
  Она вообще не очень понимала местного деления на богов, полубогов и прочих.
  - Ах, как приятно встретить на нашей окраине Арканара столь благородного дона! - шутливо расшаркалась она при их следующей случайной встрече.
  - Ты? Ну, хоть не плачешь... - узнал ее физик.
  - А зачем в одиночку? Вот, вас жду для компании...
  - Да? Раз обещал - приду, - усмехнулся Румата. - И учти, мы тут с сотрудниками на "ты"!
  С той поры Румата стал частым гостем в ее лаборантской с маленьким столиком и милой хозяйкой. Он действительно нашел убежище, в котором мог скинуть латы и отставить свой меч.
  
  - Что ты на него кидаешься, как моська на слона?! - хихикала Леночка, не скрывая удовольствия, полученного от очередной сцены между Руматой и Рензером. - Точно про вас Степаныч сказал: "Что кошка с собакой, что хохол с евреем"!
  - Во-первых, не хохол, а гуцул! - рычал возбужденный Румата. - А во-вторых, все самые приличные люди, которых я знал, были евреи... и только один сволочь!
  - Эсторский! Ну сам подумай, где ты и где он! Он без пяти минут академик, с министрами за ручку здоровается! И ты... бывший гуцул... Да я вообще не понимаю, как он тебя терпит?! Давно бы выкинул из лаборатории... или сам уйди, чтоб нервы зря не трепать...
  - Пусть выкидывает. Сам не уйду! - бурчал Румата. - Мне, конечно, под ним ничего не светит... Но где я еще такую тему и лабораторию найду?! И ведь знаешь, что самое обидное... - улыбался, остывая, Румата, - ведь когда мне Нобелевскую премию будут присуждать, мне же с этой сволочью делиться придется!
  В ответ Ленка лишь фыркала, наглость этого гуцула ей импонировала.
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 02
  
  Конфликт Руматы с Рензером возник не сразу, вызрев из чисто теоретических разногласий. Как любой молодой специалист, Румата полностью доверял своему научному руководителю и делился с ним всеми соображениями по ходу исследований. Его предположение, что причина их неудач вызвана погрешностью исходных данных и в их индукционные таблицы закралась ошибка, превышающая единицу периода колебаний, была воспринята профессором Рензером с чрезвычайным интересом.
  И, хоть на этих данных строилась его собственная теория "раскачки электромагнитного излучения", оно вполне могло объяснить происходящий в лабораторном поле процесс. Рензер рекомендовал молодому ученому немедленно и подробно изложить свои соображения в статье под его редакцией.
  Румата подошел к делу ответственно, подробнейшим образом изложив свою теорию: по его версии, электродинамического явления, известного как "излучение Рензера", не существовало в принципе, как в принципе не существовало возбужденных им заряженных частиц, просто потому что продолжительность времени с момента их возникновения до момента исчезновения равнялась нулю.
  И сам факт, что активность в заданных диапазонах все-таки регистрировалась, по мнению Руматы, мог свидетельствовать о деформации среды прохождения волны под действием сверхсильных полей лазера на величину, равную периоду ее излучения.
  
  Статья, по его убеждению, содержала достаточный доказательный материал, а выводы должны были встряхнуть научный мир. Нужно ли говорить, как он ждал ее выхода в альманахе?!
  ...И каково было его потрясение, когда, распахнув долгожданный журнал, он сразу уперся в рецензию Рензера, который со снисходительностью к измышлениям молодого ученого в пух и прах растоптал его работу, не оставив камня на камне в доказательной базе Руматы!
  Он готов был к спорам, доказательствам, понимая, что на это может уйти вся жизнь! Но к удару в спину от собственного наставника готов не был.
  Тогда и состоялся их первый принципиальный разговор, который не закончился мордобоем лишь по причине еще теплившегося в Румате уважения к сединам известного ученого.
  - Мы здесь наукой занимаемся!!! А не научной фантастикой! - орал Рензер. - В "Мурзилках", для детей пиши про свои "искривления пространственно-временного континуума"!!! Устроил мне здесь "Назад в будущее"!!!
  ...Вместо почета и славы с легкой руки собственного наставника получить от коллег ехидство и усмешки для Руматы было крайне тяжело.
  Но впереди ждала работа. Работа головокружительная и всепоглощающая! Он жаждал во что бы то ни стало доказать свою правоту. Тем более что это предвещало революцию в физике.
  
  О доверительных отношениях больше не было речи, и Румата решил действовать более осмотрительно, для начала выстроив основательный фундамент собственной теории. Свою диссертацию на тему новых квантовых электродинамических явлений в нелинейной оптике он готовил в строжайшей тайне. По сути, это был анализ многолетних исследований, хорошо известных руководству и утвержденных самим Рензером.
  ...Каково же было его изумление, когда уже на представление диссертации Рензер явился с целой папкой материалов, ставящих под сомнение даже не данные Руматы, а, скорее, результаты деятельности своей собственной лаборатории! Причем по каждому пункту его диссертации!
  Румату поразил как объем проделанной Рензером работы, так и факт отличного знакомства с его тайным, тщательно оберегаемым трудом!
  Диссертацию зарубили, назвав "сырой", а Румата впервые публично на ученом совете обвинил Рензера в подтасовках и шарлатанстве.
  Кроме того, не то с досады, не то в отместку за посыл "публиковаться в "Мурзилках"" он под псевдонимом подготовил небольшую статью для "открытого" журнала, где в общих чертах изложил идею возможности искривления пространства с помощью лазера, в научно-популярной форме рассуждая о возможности образования пространственных воронок и перемещении через них, в том числе и во времени.
  Конечно, автора узнали, вызвали в первый отдел, напомнили о том, где он работает, подписанных документах, нарушениях секретности...
  Возможно, в другое время подобную выходку ему бы не спустили, но в стране провозгласили гласность, в мире - "разрядку", в итоге он даже выговор не получил! Статья имела успех, даже принесла ему в институте некоторую известность... впрочем, в рамках навешенного с легкой руки "научного руководителя" имиджа местного "шута в науке".
  
  - И чего? Это правда?! - с задорным любопытством интересовалась лаборантка Леночка, показывая Румате новенький научно-популярный журнал с его статьей. - Мы действительно когда-то сможем перемещаться во времени?!
  - Мы в лаборатории каждый день это делаем! - фыркнул Румата, придвигая к себе вазочку с печеньем. - На одну и двадцать четыре сотых фемтосекунд! Даже наш дятел это понял! Что ты думаешь, он меня так боится?!
  - А чего ему бояться? Он ученый с мировым именем! - вздохнула Леночка, озирая просторы своей лаборантской. Для Руматы эта крохотная лаборантская с ее столиком, выцветшей клеенкой в цветочек, щербатым китайским чайником и очаровательной юной хозяйкой была порталом в мир обаяния и уюта, в котором, может быть, мог бы жить и он сам. Здесь как нигде подступало щемящее чувство обиды на неправедность и несправедливость того, другого, мира, в котором он жил.
  
  - Чайник закипел! - радостно провозгласила Леночка, выведя его из ступора.
  - Не знаю, чего он боится... - вздохнул Румата, продолжая прерванный разговор. - Может, просто признать, что он дятел?!
  - Это ты зря! - нахмурилась Леночка, разливая кипяток. - Рензер далеко не дурак!
  - А я разве сказал, что он дурак?! Он дятел! Сама смотри. - Он поднял стакан с кипятком к ее глазам. - Если бы свет проходил сквозь пространство, как ложка сквозь воду, - показывал Румата, - то кем надо быть, чтобы десять лет долбить этой ложкой воду в ступе! Когда не то что до человека разумного, до последней обезьяны бы уже дошло, что у нее в руках и что с этим делать! - Румата с чувством раскрутил воду в стакане. - Конечно, дятел!
  - Это и есть твоя "воронка времени"?! - улыбнулась Леночка.
  - Типа того... - согласился гость.
  - И ты думаешь, Рензер этого не понимает?
  - Да в том-то и дело, что все он понимает!
  - В партию тебе надо, - заключила Леночка. - Партия - хоть какая-то защита, да и карьеры без этого не видать. Сам подумай - Рензер не вечен. Может, ты после него еще и лабораторию возглавишь!
  - Нет, Леночка, ты не права! Рензер вечен! Вечен и вездесущ! Понимаешь, он потому и признанный ученый, и великий руководитель, и лучший друг всех министров, что он Рензер! Он Рензер среди Рензеров! Ведь там, наверху, такие же Рензеры! И партия наша - это партия Рензеров! И вступление в партию - это тест - Рензер ты или нет? ...А я не Рензер. Таких, как я, сразу вычислят. Так что и вступать в эту партию мне смысла нет!
  - Тебя послушать - везде одни Рензеры!
  - Не везде, - ухмыльнулся Румата, - сама же сказала: "Рензер далеко не дурак..." А про высшее руководство, членов политбюро, наш ЦК разве так скажешь? Вот, к примеру, наша лазерная программа: партия сказала "надо"! Нужен боевой лазер сбивать спутники! Рензер ответил: "Есть"! Думаешь, он не понимал, что это бред?!
  Но академики, профессора засели за программы исследований, сметы работ. Получили лаборатории, звания... сотни, тысячи Рензеров! Ведь страшно подумать, какие средства в это вбухали! И что на выходе? Вот так начнешь анализировать интеллектуальный уровень нашей властной пирамиды, где и сколько в ней дураков, а сколько далеко не дураков, и приходишь к выводу: такие, как Рензер, не очень-то хотят видеть над собой своих собратьев, предпочитают там держать тех, кто поглупее...
  - Так у американцев с их "звездными войнами" то же самое получается! - пожала плечами Леночка.
  - Я и говорю - Рензер вездесущ!
  
  Со временем всем показалось, что Румата перебесился. Их конфликт с Рензером, миновав острую фазу, перешел в устойчивое взаимное неприятие, более не развлекая сослуживцев бурными сценами. Да и профессор ввиду сворачивания военной программы все реже появлялся в лаборатории, очевидно, сосредоточив внимание на более важных народнохозяйственных направлениях.
  Гром грянул весной 1986-го, когда в том же "открытом" научно-популярном издании под тем же псевдонимом появилась новая статья. В этот раз автор рассуждал о перемещении во времени вещества. Причем специалистам было ясно, что раскрывается конкретно поставленный эксперимент и, что еще хуже, - параметры лазера!
  В институте больше никто не смеялся. На время проведения внутреннего расследования по факту утечки закрытых данных Румате понизили допуск и отстранили от исследований.
  
  - Что ты натворил! Эсторский... - хныкала Леночка. - ...Посадят ведь!
  - Да ну! - отмахивался Румата. - Что хнычешь? Сразу ведь не посадили?! Даже не уволили!
  Ленку поражало его спокойствие. Он лишь недовольно ворчал:
  - ...Эти тоже! Они должны были статью только в следующем номере публиковать! Вот и верь после этого людям...
  Когда Степаныч уезжает, он у тебя своего лабрадора оставляет? - неожиданно перевел разговор Румата.
  - Лорда? Да! Он ко мне привык.
  - А сейчас у Степаныча путевка в санаторий?
  - Да, на две недели ...Ох уж этот Лорд! Он спокойный, но здоровый! А без Степаныча вообще бесится! Вчера за ним по всему двору летала... Дворняги напали, ухо ободрали... Тебе-то что до него?
  - Отдай мне лабрадора на неделю!
  - Сдурел, что ли?! Какой тебе еще лабрадор?! Тебя же посадить не сегодня завтра могут!
  - Сначала уволят, а потом посадят, - уточнил Румата. - Раз сразу не загребли, две недели у меня точно есть!
  - Сдурел?! За собакой уход нужен! Гулять три раза в день... А ты круглосуточно в лаборатории торчишь!
  - Забыла? От лаборатории меня отстранили! Времени навалом! Вот и буду с Лордом гулять в качестве релаксации. Ты о собаке заботишься, а меня не жалко? Чем мне себя занять, пока все это "следствие" происходит?!
  - Но он тебя не знает совсем... - еще пыталась взывать к разуму Леночка.
  - Узнает. Я собак не кусаю. Короче, пошли за Лордом!
  
  Этот поход за собакой навсегда переплел ее чувства к Румате в неведомый гордиев узел. Будто на нее что-то нашло. Возможно, ей просто не хотелось его отпускать... или это был взаимный всплеск чувств из-за переживаний... а может, Румате было настолько на нее плевать... Леночка даже себе не могла объяснить вспыхнувшую между ними близость и как к этому относиться. Но тогда ей было не до того.
  Румата исчез с Лордом на какое-то время. Она не знала, что думать, - может, он честно гуляет с собакой, стараясь отвлечься от проблем? Но его проблемы росли с такой скоростью, что она даже забыла про их отношения!
  Сразу несколько западных изданий перепечатали статью Руматы, работа Академии наук оказалась практически блокирована количеством запросов, включая работу дипмиссий и полпредств.
  Телефоны института раскалились, руководство ушло в глухую оборону, отвечая на все одной фразой: "Никаких подобных исследований в институте не проводилось и не проводится! Все научные разработки института связаны исключительно с проблемой стандартизации промышленных лазеров!"
  Внутреннее расследование "о разглашении" было прекращено вследствие изъятия дела органами КГБ, первое внеочередное закрытое заседание экспертной комиссии с целью "определения ущерба, нанесенного преступными действиями Руматы для обороноспособности и экономических интересов страны", было назначено на понедельник. По его итогам должны были определиться в том числе и с условием содержания подследственного. Возглавлял комиссию экспертов профессор Рензер.
  
  Леночка лишилась дара речи, когда увидела мирно бредущего Лорда рядом с невозмутимым Руматой.
  - Ты вообще где? - недовольно забурчал тот на Леночку. - Договаривались же! Сегодня какое число? Мы с Лордом тебя уже целый час разыскиваем!
  Леночка лишь хватала ртом воздух, не в силах что-то сказать, переводя изумленный взгляд то на Румату, то на израненное ухо Лорда.
  - А-а! Это... - протянул тот, пытаясь понять ее недоумение. - Извини, зеленки не было! Бери собаку, меня начальство на ковер вызывает! Наверно, бесится уже... пока я тут за тобой бегаю!
  - Эсторский! - собрав всю волю в кулак, закричала Леночка ему вслед. - Румата! Тебя в понедельник посадят!
  - Хорошо! - донеслось в ответ. - До понедельника вагон времени!
  ...Больше Румату никто не видел.
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 03
  
  Леночка давно не чаяла узнать хоть что-то о Румате. С той поры протекла уже целая жизнь с совершенно иными заботами и тревогами. Но одним прекрасным вечером 1996 года в ее квартире прогремел нежданный звонок.
  - Кого это принесло? - ворчала Елена, пробираясь через завалы затеянной разборки.
  На лестничной клетке стоял в доску пьяный Румата!
  - О! Ленка! ...А ты не меняешься! - бесцеремонно заявил он, вваливаясь в квартиру.
  - ...Румата... - вздрогнула та, вновь лишившись дара речи.
  - Да что тут у тебя?! Ремонт, что ли?! - ворчал пьяный Румата, спотыкаясь о пакеты.
  - Я только стенной шкаф разобрала, - растерянно залепетала Елена. - Летнее достать, зимнее убрать - жара-то какая...
  - Да! Погода чудная! - подтвердил тот, добравшись до стула. - Я ведь здесь уже давно. Думал, похожу, огляжусь... Да так и брожу несколько дней!
  Мысли о макияже, волосах, замызганном халате и рваных трениках быстро вывели Елену из ступора.
  - Ты вообще откуда свалился?! Где ты был?! Посиди, я сейчас! - затараторила она, суетливо отбрасывая с прохода пакеты. - Говорили, ты в Америку сбежал?! - донеслось из ванной.
  - Сбежал! - согласился Румата. - Только не в Америку!
  - А куда?!
  - Не поверишь! - буркнул Румата, недовольный таким диалогом через стену. - ...Комнатка чудная! Везде порядок! Молодец!!! Одна живешь?!
  - С дочкой! Алинка сегодня у мамы, я днем работала, а вечером думала квартиру разобрать...
  - Ну, извини! Я без предупреждения. А папа у нас кто?
  Елену заклинило. Ввалившаяся с пьяным отцом ее ребенка прежняя жизнь застала ее врасплох. "И что теперь? - фыркнула про себя Елена. - Что это меняет?"
  - Папа у нас моряк! Помнишь, наши работали по проекту "Гермес", по морскому базированию? У нас еще курсанты были? ...Ну вот. А потом ты сбежал, у этого распределение... Короче, чтобы папашу на Новую Землю не заслали, расписались. Алинка теперь у меня... А от папаши ни слуху ни духу, ни алиментов!
  - Вот и я! - возвестила она наконец, нарисовавшись в дверном проеме. Мгновение постояв, вскрикнула: - Эсторский!!! - и бросилась к Румате, с чувством заключив его в объятия.
   - Господи, что ж ты напился-то так! - бормотала Елена, жадно разглядывая смущенного гостя. - Где же тебя столько лет носило?! А ты так в своих клетчатых рубашках и ходишь?! Что?! И куртка все та же?! Подожди-ка... - Елена отстранилась, внимательно изучая Румату с ног до головы.
  - Вот женщина! - восхищенно ухмыльнулся тот. - Да, все то же! И я тот же! Все думал, как тебе буду объяснять, а тебе и объяснять ничего не надо! Я оттуда сюда сбежал в девяносто шестой!
  Лена медленно отошла и села на диван.
  - А что? Мне же все одно десятка светила. Так считай, честно отсидел!
  - Как "десять"?! Почему "десять"?! - бормотала она обалдело.
  - Так уж вышло, строже государства себя не наказывать, - рассуждал пьяный Румата, - мне и этого за глаза. Что ты так перепугалась?
  - Ты здесь прямо из восемьдесят шестого года?! - медленно вправляла мозг Елена.
  - Ну да! Не "прямо", конечно, я же говорю - я уже здесь несколько дней! Знаю, что Союза больше нет, коммунистов нет, институт закрыли...
  - И как тебе сейчас? - все так же обалдело выдавила она.
  - Как не здесь, - признался Румата - ...И никто не читает. Ладно бы было нечего! Походил - обалдеть! Даже Баркова видел! Хотел купить...
  - Ну и купил бы... у меня Баркова нет... - бормотала Леночка.
  - А тебе оно надо? - прищурил глаз Румата.
  - Эсторский! - постепенно отходила от стресса Елена, вглядываясь в незваного гостя. - Я ведь всегда от тебя чего-то подобного ожидала! Всегда об этом думала! Помнишь Лорда? Ну не бывает у собаки, чтобы ухо заживало неделю!
  - Да! Лорд у нас молодец, первым путешествовал! Времени не было, а знаешь, радиологам и кровь нужна, и вообще...
  - Как ты сбежал, уволили радиологов.
  - Жаль! Хорошие были мужики. ...А Рензер?
  - А что Рензер?! Что с ним сделается? Уже академик, на пенсии, жив-здоров...
  - А где наши? С кем-то связь поддерживаешь?
  - Из группы? Свалили в большинстве. Степаныч - в Израиль, ваши - кто в Испанию, кто в Англию...
  - И выпустили?! - удивился Румата. - А по специальности кто-то работает?
  - Нет! В Испании - по недвижимости, в Англии - по морепродуктам... Как ты сбежал, мужики были уверены, что закроют группу лет на двадцать... Так нет! После развала института получили как все, обычные пять лет! А с лазерами, по-моему, сейчас никто и не работает. Как эти "звездные войны" накрылись... Разве по мелочи - наведение, измерения...
  - Жаль, - вздохнул Румата. - А что с этой "конверсией"? Помнишь, программу по станкостроению обещали в НПО лет на тридцать?
  - Нет больше станкостроения!
  - Что значит "нет станкостроения"?!
  - Да просто его вообще нет! И цехов этих давно нет, и всего, что по конверсии шло, ничего нет! На НПО, кажется, один цех, который под конверсию не попал и работает. Там что-то по наведению и приборам ночного видения... что можно на экспорт продать.
  - Ну-ну... - промычал Румата. - То-то я чуть у родного метро не заблудился... И когда столько ларьков развелось?! Что там вообще продают?
  - Зато купить все можно! Помнишь, как раньше все "доставали"?!
  - Да, помнишь, тушенку со склада доставали?! А тут смотрю! Столько тушенки всякой разной! Я взял банку... такая гадость! К тебе шел, купил сразу три разных, даже открывать боюсь, подскажи, какую из них есть можно?
  - Да никакую! - расхохоталась Елена. - Тушенку больше из мяса не делают, и колбасу тоже! Знаешь, как называется то, чем я тебя сейчас накормлю? "Ножки Буша"! Нам теперь продовольствие по гуманитарной программе из Соединенных Штатов поставляют!
  - Ну-ну... - буркнул Румата. - Это в компенсацию за станкостроение и лазеры?!
  - А на что ты тушенку покупал? Деньги уже другие!
  - Обменял кое-что... - поморщился Румата. - Понимаешь, у меня деньги в сберкассе! Только снять не могу - паспорт действителен, но без вкладыша о гражданстве выплат не производят!
  - Так Союз развалился! Столько государств, а паспорт у всех один! - растолковывала Елена, накрывая на стол. - У Семеныча отец в тысяча девятьсот сорок третьем ушел на фронт. Всю жизнь так и прослужил, и прожил, и на пенсию вышел в Прибалтике. А как после независимости они начали нас, "оккупантов", гнать, вернулся в Россию - а ему и пенсию по паспорту не получить! Так подняли его прописку аж за тысяча девятьсот сорок третий год! По старой прописке выдали справку беженца - все получает без проблем!
  - Ну а я что скажу? Где я десять лет был?
  - Ты же у нас вроде гуцул? Скажи, был в Молдавии... Оттуда много беженцев, там война! ...И на Кавказе, и в Средней Азии... Подожди! А что ты в Сбербанке получать собрался? - Глаза Елены заискрились прежним знакомым блеском.
  Румата уже и позабыл, что шел к лаборантке Леночке, - он общался с другой, незнакомой женщиной. И теперь, узнав ее, на мгновение пытался понять, чем эта новая Елена отличается от прежней.
  - И сколько у тебя в Сбербанке? - веселилась Елена.
  - Порядочно... больше десяти тысяч!
  - Это по курсу тысяча девятьсот восемьдесят шестого года, когда доллар шестьдесят копеек был? - уточнила она.
  - Я по-нынешнему посчитал... - вздохнул Румата. - Ну хоть что-то!
  - "Посчитал"... А теперь убери три нуля! - заливалась Елена. - Тебе этой суммы и на банку тушенки не хватит! У нас тут цены миллионами мерили, так что нынешний рубль - это один к тысяче старых!
  - Во блин! - обалдел Румата. - А я, дурак, думал еще и на процентах заработать!
  - Не переживай! - Елена утирала слезы от смеха. - Там какие-то компенсации по вкладам были, так что на банку тушенки наскребешь! Может, еще и на проезд в метро останется! Вот если бы ты в восемьдесят шестом свои сбережения в долларах сохранил!
  Румата все явственней узнавал в заливающейся смехом женщине свою прежнюю Леночку, на самом деле такую дорогую и, в общем-то, единственную...
  - Обалдела?! Меня за такую валютную операцию расстреляли бы нахрен!
  - А у нас теперь свобода и демократия! Рассчитывайся чем хочешь! Хоть в долларах, хоть в фунтах, хоть в монгольских тугриках... по курсу.
  - Ну-ну... - бурчал Румата. - И много желающих тугриками рассчитываться?
  - Желающих-то много! - вздохнула она. - В рублях один черт нифига не платят, мне зарплату уже за восемь месяцев должны!
  - А где ты работаешь? Ты же вроде технолог, в аспирантуру собиралась?
  - Да ну, когда это было? Знаешь сейчас сколько в науке платят? Нищим больше подают! Я после декрета в гостиницу кастеляншей пошла. Правда, и там уже не платят, так что теперь вроде нигде и не работаю... Зато связи остались, прибираюсь у богатых семей, глажу... Дают немного, но сразу и в долларах! Жить можно.
  - Ну-ну... - только и бурчал Румата. - То-то я хожу, нихрена в ваших ценах понять не могу - везде порядок цифр разный, и везде эти "уе"... Что за "уе"?
  - "Условные единицы". У некоторых свои, но в основном все цены в долларах! Чтобы ценники постоянно не менять. А на рубли в наше время не очень-то и проживешь.
  Со сложной смесью чувств умиления и удивления Елена смотрела на заканчивающего с "ножками Буша" Румату. Конечно! Это был тот самый Румата! Мозг отказывался принимать, что он стал на десять лет моложе!
  - Ленка! Я сегодня просплюсь у тебя? Надо протрезветь. Я тут должен кое-кого навестить...
  - Ты только больше не исчезай! - улыбнулась она.
  - С меня, пожалуй, хватит! - согласился Румата.
  Но уснул он не сразу. Слишком много всего накопилось у этих двоих, о чем не довелось рассказать друг с другу.
  
  - ...Теперь даже у меня ваш лазер есть! - хвасталась Елена. - Семеныч в Израиль уехал, мне компьютер оставил: "Будем, Ленка, переписываться! Так удобней!" Тут сидиром лазером диски читает! Говорят, можно даже фильмы смотреть! Только нужен четырехскоростной, мой не тянет. А главное! Помнишь, наши гоблины соединили вычислительный центр, базу данных и вашу лабораторную "Машку"?!
  - А как же! Я без этого диссертацию лет бы двадцать писал!
  - Так вот, интернет - это такая же сеть, только по всему миру! Идешь на почту, покупаешь конверт с часами, и вот у меня справочник "Весь интернет", с адресами, можешь связаться и переписываться хоть со всем миром! Вот тебе, пожалуйста, Бостонский университет, а хочешь - Британская академия наук...
  - Здорово! А наша академия там есть?
  - Нет, Российской академии в справочнике нет... В интернете она наверняка есть! Только надо как-то послать запрос, получить адрес... Ты разберешься, я в английском не специалист, а по-русски там вообще ничего нет!
  - Ну-ну... - раздавалось с дивана, на котором развалился Румата.
  
  Она хотела рассказать обо всем, что случилось с ней и страной за последние десять лет.
  - Ну-ну... - долетало с дивана, пока Румата окончательно не стих, меряя ровным дыханием новое время новой эры.
  Елена присела рядом и долго смотрела на него. ...Бог знает, о чем она думала. Лицо ее оставалось спокойным и сосредоточенным, лишь в краешках глаз блестели слезы.
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 04
  
  На следующий день того же погожего раннего лета 1996-го звонок прогремел уже в квартире известного ученого, лауреата множества премий академика Рензера.
  - Вы кто?! - произнес дребезжащий старческий голос.
  - Беженец! - отрезал бесцеремонный гость. - Надеюсь, впустишь, Рензер?
  - Румата! - только и прошипел старик вслед нагло вторгшемуся посетителю.
  - М-да... негусто... - мычал тот, хозяйской походкой расхаживая по профессорской квартире. Когда-то Румата часто бывал здесь. Шкафчики, которые он вешал еще студентом, все так и висели на кухне, да и вообще с тех пор ничего не изменилось, разве что профессорская квартира утратила прежний лоск, покрывшись налетом какой-то старческой патины. "Хоть Ленку зови, чтобы прибралась..." - с раздражением думал Румата, разглядывая слой пыли на корешках профессорских книг.
  - Румата! Дорогой ты мой! - семенил за ним сильно сдавший академик. - А у меня и не бывает никто... вот... Ниночку похоронил... живу здесь один...
  - Плохо выглядишь! - бросил тот через плечо.
  - Так болею я! Трахея, будь она неладна... видно, срок подошел, пора!
  - Так придут внучки на могилку, спросят: "Дедушка Рензер, что ты делал в девяностые годы?! Почему весь Советский Союз без тебя растащили?!" Как ты им из могилки в глаза-то посмотришь?! Сейчас ведь, как там у вашего Маркса в политэкономике, "период начального накопления капиталов"?
  - Что ты, какой "капитал"?! - по-старчески захихикал Рензер. - Мы же с тобой на оборону страны и жизнь, и здоровье положили! Как все, на пенсию живу. На гроши... Ты садись, дорогой ты мой, садись, рассказывай!
  - Вот смотрю я на тебя и не пойму, - прищурился Румата, присаживаясь, уступая настоянию старика, - ты как будто мне рад... А нет мысли, что я пришел тебя придушить?
  - Нет! - засмеялся Рензер. - Нет такой мысли, да и вижу, что поумнел! Хоть все так же горяч! А помнишь, какой был?! Огонь! Сколько сил, здоровья я тебе посвятил! Никто столько не забрал, ни на кого столько бессонных ночей не ушло, как на ученика моего любимого! Ты же самый талантливый был! Я тебя пуще сына хранил! Все надеялся - поумнеешь... придешь... Вот ты и пришел... чтобы узнать, чтобы спросить... как ученик к своему учителю.
  - Да ты мне прямо отец родной! - ухмыльнулся Румата.
  - Не всякий отец столько сделает, сколько я для тебя, - загробным тоном изрек Рензер. - Жизнь человека - миг! Острота восприятия, живость ума - как эластичность мышц для спортсмена. Потом приходят знания, опыт... Но для результата, прорыва этого мало. А признание, звания, слава догоняют, когда теоретика как ученого уже нет! Жизнь ученого - в учениках! А такого, как ты... Что там, раз в сто, тысячу лет не было! Ты был Мессия! Я молился на тебя! Я все сделал, чтобы ты только работал! Чтобы защитить тебя в первую очередь от себя самого! А что обижался. Пойми, прорыва без эмоций не бывает, злость - сильная эмоция, на ней очень многое можно сделать...
  - Не перестарался ли ты? Не придавил ли, укрывая своей начальственной задницей?! Помню, в восемьдесят шестом мне десять лет светило?
  - Что ты! Что ты! - затараторил Рензер, с неизвестно откуда взявшейся резвостью рванув к большому дубовому шкафу в углу кабинета. - Я тебя всегда защищал! Посмотри! - Перед Руматой плюхнулась раскрытая папка. Не без любопытства он взял протоколы закрытой экспертной комиссии 1986 года по своим "преступным деяниям".
  - Надо же! - повизгивал Румата от удовольствия. - Да ты единственный, кто настаивал на административном взыскании! А тут-то ты и впрямь отец родной! Неужели "все опротестовал"! Глазам не верю: "как наиболее яркого, выдающегося ученого нашего времени" - и это все про меня?! Только видишь ли, в чем дело... - отбросив листы обратно в папку, произнес Румата серьезно. - Меня там уже не было!
  Некоторое время они молча смотрели в глаза друг другу.
  - А я знал, что ты придешь... - тихо произнес Рензер. - Я тебя каждый день жду! Одного боялся - не доживу!
  - А я всегда говорил, что ты не дурак! - так же тихо, не отрывая цепкого взгляда, ответил Румата.
  - Я смотрел материалы следствия, - признался Рензер, - лабораторные выписки, радиологические анализы... Невероятно, но можно было предположить...
  Они продолжали сидеть, цепко вцепившись в глаза друг другу, и в этой дуэли старческий взгляд профессора все явственней разгорался знакомым торжествующим огоньком.
  - Не понимаешь! - с ехидной усмешкой протянул Рензер. - Что тогда ничего не понимал, что сейчас не понимаешь... Думаешь, я за имя, за "теорию свою" держался? Ерунда это, мелочь, пыль перед тем, что мы с тобой откопали!!!
  - Так просвети меня! - огрызнулся Румата. - А то я даже не помню, чтобы ты рядом лопатой махал!
  - Я тогда тоже не сразу осознал, с чем мы соприкоснулись! К какому краю приблизились! То, во что ты вцепился по горячности да дурости своей малолетней, - лишь вершина, пленка над океаном... Да если бы до кого дошло, что мы на самом деле нашли, проводил бы ты изыскания, где одна дорога между клубом и сортиром, да и та за семью рядами колючей проволоки! Я все ставил - и карьеру, и имя, - только бы тебя, дурака, спасти! Я же понимал, что ты один десяти институтов стоишь!
  - Ну и как? Спас? - ухмыльнулся Румата, развалившись в кресле.
  - Не понимаешь... - повторял, улыбаясь, старик, обжигая Румату старческим счастливым взглядом. - Ты ведь думаешь, что по собственной воле пришел? Нет! Ты еще не понимаешь, что ты и есть Мессия? Ангел, которого я создал!!! Ты себе не принадлежишь, тебя ведет Провидение! Ты не мог не прийти!
  Старик тяжело поднялся и побрел к большому дубовому шкафу в темном углу кабинета, погладил его выпуклую рельефную резьбу и, постояв мгновение, раскрыл перед Руматой резные двери.
  Лицо Руматы, с усмешкой наблюдавшего за всеми этими действиями, от вида содержимого шкафа стало меняться. Он даже вскочил от изумления, узнав в стопках, лежащих над рядами бобин из вычислительного центра, коробки перфокарт от их "Машки" и свои лабораторные журналы.
  - Здесь все... - продолжал академик Рензер, пока Румата от удивления как рыба хватал ртом воздух. - Все исследования лаборатории, вся твоя работа, ничего не пропало, я все спас и сохранил!
  - Ай да дедушка Рензер! - наконец выдохнул Румата, восхищенно глядя на профессора. - Так ты и секретность с лаборатории снял?! А рано я твоих внучков-то жалел, дедушка Рензер! Экономика-то у нас теперь рыночная...
  - Не для себя я это сберег! Для всех, для науки! Бери! Это теперь твое богатство!
  - Сказал Тесле основатель "Дженерал Электрик", вручая патенты на переменный ток и электродвигатель... - бормотал изумленный Румата. - Только... не знаешь, отчего обладатель всего электричества мира умер нищим под забором? А я тебе скажу - сначала определиться нужно: кто ты? Делец или ученый? Так уж природа распорядилась, что мозг у них по-разному устроен...
  - Ты, конечно, ученый, но... - попытался вставить Рензер.
  - А вспомни, не ты ли нам на каждом собрании говорил, - перебил Румата: - "Единственной задачей каждого советского ученого является беззаветное служение своему народу!" Я и есть тот самый "советский ученый"! Забыл? Я еще на днях в тысяча девятьсот восемьдесят шестом спать ложился!
  - Прошло то время! Безвозвратно прошло! - взвизгнул Рензер. - И шансов у тебя в то время не было никаких! Поэтому ты сейчас и явился, что настало твое время! Время таких, как ты! Время работать, время великих возможностей!
  - Может, если день за днем по ложке говна жрать, и оно со временем покажется медом... Только Провидению было угодно меня в эту кучу дерьма сразу плашмя окунуть, с размаху! А теперь ты суешь мне лопату, чтобы я своими руками все это дерьмо в собственное будущее перекидывал?! Ты же неглупый человек! А набивая этот шкаф, не думал, что Провидение меня для того и призовет, чтобы я это твое "время великих возможностей" смог собственными глазами увидеть?! Ты хоть попытайся услышать Бога, Рензер! Не как физик, как ангел тебе говорю!!! - проорал Румата и, громко хлопнув профессорской дверью, вылетел на лестницу.
  Его трясло после встречи с профессором. Но на улице ласково светило солнышко, над газоном парили стрекозы...
  Все вокруг успокаивало, знаменуя конец его приключений. "А ведь это моя дорога домой! - думал Румата, шагая по улице. - И ведь там меня кто-то ждет!"
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 05
  
  Появление человека из прошлого - не столь уж невиданное явление в нашей жизни. Но в случае с Руматой житейские нормы не работали. Сбой мозга был единственным привычным явлением, которое Леночка могла ожидать от этого человека. Только поэтому она и не отвергла сразу его объяснения, которыми тот, впрочем, не особо утруждался.
  Но и принять его версию было сложно.
  И чем больше она об этом думала, пытаясь прийти хоть к какой-то логике, тем больше запутывалась в аргументах как в ту, так и в иную сторону.
  
  Румата был слишком ярким эпизодом ее юности, тяжким опытом девичьей влюбленности. Но разве тогда она о чем-то думала? Звезда института, солидный ученый, перед которым лебезило даже руководство! К тому же он был чуть ли не в два раза ее старше... Внимание Руматы очень льстило ее самолюбию...
  А как она переживала из-за скандала с его публикациями?! Сколько проплакала из-за расследований и заведенного дела и после его исчезновения в 86-м...
  Как забыть все пересуды и слухи, что до последнего не утихли в институте? Сколько раз они хоронили Румату, отправляли его в лагеря или выставляли перебежчиком и шпионом?!
  ...И вот он явился! Молодой, неопрятный, плохо одетый...
  Между тем, солидным, Руматой и этим была пропасть, которую не могло преодолеть Леночкино сознание.
  Проще было поверить, что ему действительно удалось пронзить время! И таким образом скрыться от преследований...
  Но поверить в подобное мог только очень наивный человек.
  А может, все-таки шпион? И все это лишь декорация для такой наивной дуры, как она?
  
  Леночка испытывала потребность поделиться с кем-то более авторитетным, чем ее собственное мнение.
  - Да ты что? Румата! Он же преступник! В розыске! - замахала руками Мария Ивановна, их бывший архивариус, в ларек которой примчалась Леночка за советом. - Ты должна немедленно заявить о нем куда следует!
  - А куда следует?
  - Ну, в милиции-то должны знать, кто этим теперь занимается...
  - А кто теперь этим занимается?
  - Он же всю секретную информацию по нашим лазерам сдал! Выдал на Запад нашу программу СОИ! Не знаю кто, но должен же кто-то сейчас государственной безопасностью заниматься?
  - Не знаю, - вздохнула Леночка. - Руматой еще КГБ занималось, комитета больше нет, да и кому нужна эта СОИ? Она и Западу оказалась не нужна, и нам эти лазеры... Даже институт расформировали! И если он туда бежал, почему сейчас в Россию вернулся? Теперь все, наоборот, туда едут...
  - Кураторы приказали, вот и вернулся! Шпионить, зачем же еще?! - твердо уверяла Мария Ивановна.
  - А сейчас-то чего шпионить?! Оборонки нет, с Западом мы лучшие друзья!
  - Что-то же есть! Вон у нас здесь крупное НПО, все знают, что на нем пусковые установки для подлодок делали...
  - НПО?! - рассмеялась Елена. - Да все знают, что на нем уже даже утюгов не делают! И какие там секреты? Американцы там даже свое представительство открыли, прямо в кабинете главного инженера! В корпусе, где сейчас общество самаритян. Планировали совместное предприятие по изготовлению буровых платформ... И что, теперь Румату заслали узнать, почему его нет?
  Мучившая ее и высказанная со стороны Марией Ивановной версия показалась Леночке настолько смехотворной, что она даже пожалела - может, было бы и лучше, если бы Румата оказался шпионом? По крайней мере, в этом была бы хоть какая-то ясность!
  
  Самого Румату Леночкины сомнения не трогали.
  Посещение своего учителя, академика Рензера, было единственным, что подвигло его на время покинуть квартиру. С этой встречи он вернулся злым и подавленным. Было ясно, что они опять поцапались. Но на расспросы любопытной Леночки Румата лишь огрызался:
  - Что ты хочешь? Побывал в логове дьявола! Демон! Настоящий демон! Не поверишь, я даже запах серы почувствовал!
  Больше он никуда особо не ходил, лишь на почту за конвертами интернета, сутки напролет просиживая на диване перед телевизором да захваченным у Леночки компьютером. Ее робкие попытки приспособить его хоть к чему-то полезному успеха не имели.
  - Ты что, не видишь? Я же работаю! - раздраженно отмахивался тот на любые ее инициативы.
  - Работа - это то, за что деньги получают! - обиженно бубнила Леночка себе под нос, не решаясь обидеть наглого гостя. Она не знала, как реагировать на подобные отношения.
  Ее опасения, как воспримет это чудо Алинка, оказались беспочвенны. Алинка приняла Румату сразу и правильно, как большого плюшевого мишку.
  Тот стоически переносил все ее посягательства, признавая ее право на данную территорию. У Леночки даже иногда щемило сердце при виде идиллии этой отлично сладившей парочки.
  Но будь это кто угодно другой! Она не так доверяла Румате, чтобы посвящать в тайну рождения его дочери. Да и почему она должна ему что-то объяснять? Алинка наверняка еще помнит другого отца, ей тоже придется что-то объяснять? А может, и тот моряк наплавается? Она и ему будет должна что-то объяснять?! Однажды она уже решила, как лучше, и пошли все лесом.
  И потом, она слишком дорожила происходящими в ее жизни изменениями, чтобы роптать на судьбу.
  
  - Представляешь! Меня на работу пригласили! В наш институт! - прокричала однажды с порога возбужденная Леночка. - Не поверишь, в нашу лабораторию!
  - И что там сейчас? - с диссонирующим безразличием донеслось с дивана.
  - Российско-шведское предприятие "Ингерланд", они всякими пищевыми поставками занимаются! - радостно отозвалась Леночка. - Знаешь ведь, сейчас много совместных предприятий открывается, поляки выкупили мясокомбинат, и пищевой строят с немецким капиталом... Так вот, "Ингерланд" открывает у нас подразделение по сертификации пищевой продукции! В твою лабораторию завозят новое оборудование, начальником отдела будет Мария Ивановна, помнишь, наш бывший архивариус? И меня, с моим опытом, зовет организовать работу лаборатории! Завтра будет собеседование с представителем генерального... Пойдешь?! Мария Ивановна сказала, шведы сами определили приоритет для бывших сотрудников. Я о тебе с ней говорила... Предлагают приличный оклад... А уж тебе-то, с твоей ученой степенью!
  - И что, теперь шведы будут решать, какие продукты немцам и полякам продавать в России?
  - Да нет! - махнула рукой Леночка. - Сколько тебе объяснять! Уже никто ничего не решает! В России даже законов по сертификации продуктов нет, экономика теперь рыночная, сертификация добровольная, на коммерческой основе...
  - Значит, немцы и поляки будут платить шведам за выход их продуктов на российский рынок?
  - Да пойми ты, - вздохнула Леночка, уже уставшая все разъяснять застрявшему в совковом восприятии собеседнику, - это в твое время в магазинах ни черта не было! Только тушенка на складе по ГОСТу. А теперь ГОСТа нет. Зато продают все навалом и на каждом углу! Сам видишь, никогда не угадаешь, что съел и чем отравился! А в Швеции давно цивилизованный рынок, другое отношение к продуктам, опыт, специалисты, оборудование... Продуктам с их сертификатом люди будут доверять. А это конкурентное преимущество! К тому же и в Думе уже вопрос сертификации не первый год рассматривают, может, и законы примут. Короче, работа надежная. Пойдешь? - с надеждой обратилась она к Румате.
  - Цивилизованный рынок будут продавать? Ну-ну, - только и услышала в ответ от не проникшегося собеседника. - Нет, Леночка, извини. Работы слишком много!
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 06
  
  Единственным, что смогло сдвинуть Румату с насиженного места, стало известие о смерти Рензера. Они с Леночкой среди прочих следовали за гробом заслуженного академика.
  Лицо Руматы сообразно моменту было бесстрастно и непроницаемо. Что немало изумляло Леночку, не сдержавшую не очень-то уместный на похоронах вопрос:
  - Вы же так друг друга ненавидели! И что?! Все перегорело? Неужели никаких эмоций?
  - Ненавидели? - удивленно переспросил Румата. - Нет, здесь другое. Он меня боялся, сильно боялся, потому что он один в меня верил и был единственным, кто понял, к чему мы идем в лаборатории, а я его не понимал. Я многое только теперь начинаю понимать, и знаешь, уже сам его боюсь. Помнишь, как-то тебе говорил: Рензер бессмертен!
  - Конечно! Явиться из прошлого, как ты, через десять лет... Я тоже испугаюсь!
  - Из прошлого явиться нельзя.
  - Ну ты же явился!
  - Я пришел в будущее...
  - Для меня из прошлого, для тебя в будущее, какая разница? Исчез и явился через десять лет! Если тебя послушать, так восставший из гроба Рензер даже и не удивит... А если ты вновь испаришься обратно в восемьдесят шестой, с живым Рензером мириться? А то еще и явишься с ним, вторым "бессмертным Рензером", - волосы на голове шевелятся! Откуда я знаю, до чего вы там, в лаборатории, дошли? Ты после той своей публикации о воронках времени больше ничего не рассказывал! Ты уж как-нибудь объясни, а то как я после всего этого спать буду? - все больше распалялась Елена над могилой усопшего.
  - Спи спокойно! - пожал плечами Румата. - В природе не может быть двух Рензеров! Сама посуди, - он поднял забытый у могильного помоста гвоздь, - если отправить этот гвоздь в прошлое, мы получим два гвоздя? Нет! Это противоречило бы всем законам физики. Может существовать лишь один этот гвоздь, и отправь его хоть в мезозойскую эру, он даже не заржавеет! И пусть там обратится в пыль, мы этого не узнаем, потому что здесь получим тот же самый гвоздь, без малейших признаков информации! Хочешь, называй это воронкой времени, хочешь - горизонтом событий, только пронести что-либо через эту границу невозможно. Хотя бы потому, что произошедшего с гвоздем по ту сторону горизонта по эту просто не происходило. Из-за чего и зарегистрировать факт перемещения во времени практически невозможно...
  - Ну ты же прошел этот горизонт событий? И неплохо себя чувствуешь со всей своей "информацией"! Так почему Рензер не может?
  - Да потому что не может быть того, чего не было! - поморщился Румата. - Невозможно вернуться в прошлое и что-то изменить, даже рассказать живому Рензеру о его похоронах! Так как с той стороны горизонта событий для меня самого этих похорон еще не было!
  Беседа Руматы с Леночкой на погосте не выбивалась из общего настроения собравшихся. Все что-то обсуждали, что мало походило на привычное умиротворение перед вечностью. Наоборот, среди родных и близких покойного чувствовалось крайнее напряжение, еле сдерживаемое видом окружающих надгробий.
  На общем фоне выделилась фигура молодого парня, в одиночестве предающегося почтенной грусти у могилы усопшего. От его вида с Руматой случился суеверный ступор. "Так не может Рензер явиться на собственные похороны или все-таки может?!" - крутилось в его голове, пока неизвестный сам не обратил на него своего взора.
  - Здравствуйте, - направился он с широкой улыбкой к Румате.
  - Здравствуйте, - смутился тот, - вы поразительно похожи на...
  - На деда? - перебил собеседник. - Мне всегда это говорили. А я вас помню! Вы работали с ним в оборонке, еще по программе "звездных войн". И у нас бывали... Может, и меня помните? Миша! Миша Рензер, - представился подошедший.
  В памяти Руматы смутно всплывало что-то мелкое, копошащееся и бегающее по квартире академика, из тех времен, когда он еще приходил к своему учителю...
  Теперь перед ним стоял взрослый мужчина, открыто и приветливо глядящий в глаза лицом его злейшего врага!
  - Дед много о вас рассказывал, еще когда я жил в России...
  - А вы сейчас не в России живете? - выдавил, отходя от шока, Румата.
  - Нет! С отцом в Германии. Они с дедом не ладили. Сейчас, думаю, здесь задержусь...
  - Странные похороны. Будто недовольные пассажиры в аэропорту отмену рейса обсуждают...
  - Да... сейчас начнется... - согласился молодой человек с грустью.
  - Что начнется?
  - Дележ наследства. Скверная штука...
  - Есть чего делить?
  - Есть. У каждого свой интерес. Даже у меня! - чистосердечно признался внук Рензера.
  
  Михаил проходил стажировку и размышлял о будущей диссертации. Идея взять темой незавершенную работу деда казалась ему заманчивой, но труднореализуемой. Он надеялся получить необходимые записи и бумаги деда и, как оказалось, был неплохо осведомлен о содержимом дубового шкафа в его кабинете. Но в разгоревшейся семейной сваре стало невозможным даже подойти к квартире без сопровождения приставов.
  Румата недоумевал: да, содержание шкафа представляло некоторый специфический интерес, храня информацию, в том числе и о его, Руматы, экспериментах, но там, на допотопных носителях, хранились рабочие материалы...
  Зачем Рензеру-младшему перерывать и заново систематизировать все то, что они и так регулярно фиксировали в отчетах?
  - А не проще запросить результаты исследований в архиве? - удивленно пожал он плечами в ответ на откровения Рензера-младшего. - Там не на одну диссертацию наработано, я и сам данные классифицировал... Как я знаю, секретность давно сняли... Все открыто...
  - Так ведь никаких данных нет, - с неменьшим удивлением парировал Михаил, - вы что, забыли? Они еще в девяностом пропали.
  - Что значит "пропали"?!
  - Так, когда институт закрывали, решения по лаборатории не было, а секретность, сами знаете, - все под отчет и в единственном экземпляре. Дали команду - и вперед! Архив со старшим научным сотрудником поехал в Москву в купе поезда. И все. Чемоданы с документами пропали. Не знаю, как дед это пережил, - вся его работа за столько лет! Но наверху раздувать скандал не стали, спустили на бытовое ограбление.
  
  Впрочем, и без этой шокирующей новости Румата с радостью готов был помочь Рензеру-младшему. Для него эта встреча была не просто чем-то личным, возможностью воздать дань своему учителю, но и знаком некоей предопределенности.
  - Да уж... - ворчал он на шутливое замечание Леночки. - Я тебе говорил, что при нашей последней встрече Рензер называл меня ангелом? Только что тут тебя уверял, что не может он явиться на собственные похороны! И на тебе! Поневоле задумаешься и об ангелах, и о демонах, и о воскрешении душ...
  
  Среди имущества, на которое претендовала семья Михаила, были акции некогда крупного НПО, разделенного теперь на множество отдельных предприятий. Фактически спор шел за часть территории с парой ветхих производственных сооружений.
  Некогда могучий машиностроительный завод выглядел удручающе. Цеха стояли заброшенными, отсвечивая пятнами пустых фундаментов гигантских станков, оставшееся оборудование было раскурочено и порезано. Где-то еще велись какие-то работы, ходили люди...
  
  - Здесь по конверсии планировалось оборудование для буровых делать, - пояснял Михаил, взявший на себя роль гида в устроенной Румате экскурсии по территории своего будущего наследства. - Когда оборонку закрыли, народ из института сюда перешел. Дед тут еще в восьмидесятых с плазмой работал, тогда здесь разрабатывали твердосплавное напыление. Этот цех и сейчас действует! Инструмент буровой у нас, конечно, уже не делают, покупают в Дании, Швеции... но дорого! А восстанавливать везут сюда. Так что плазма деда и сейчас работает! Правда, тоже чтоб расходы покрыть. Прибыли-то никакой!
  А следующее здание - бывший гидролизный цех. Там планировалось с диэлектриками работать, даже программу какую-то приняли, но так и не профинансировали. С тех пор заброшенный стоит. Как дед его уберег?!
  Тогда, в девяносто третьем, никто еще не знал, что это все и гроша выломанного не будет стоить. Сейчас-то главное - земля... Отец хочет все снести, разровнять и сдать в аренду здешним транспортникам, я отговариваю, как-никак дед все это создавал... И потом, вот что я здесь нашел! - Рензер с гордостью раскрыл дверь бывшего гидролизного цеха.
  Неширокая лестница вела к ограждению, за которым открывался живописный вид на нижний уровень, где сквозь ажурную решетку швеллеров тянулись широкие трубы, сопровождаемые трубопроводами поменьше.
  - Что это за машины?
  - Наши лабораторные лазеры, - констатировал ошеломленный Румата.
  - Это же какая у них мощность?
  - Мы получали десять в десятой степени ватт, а в концентрации - и в двадцатой...
  - А разве при деде такие были?
  - У нас были, - сухо отрезал собеседник, в голове которого только и крутилось: "Ай да дедушка Рензер! Ох как я тебя недооценил, дедушка Рензер!"
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 07
  
  
  Пробудив столько надежд своим появлением, Михаил так же внезапно исчез. "Видимо, решил вернуться в Германию", - не без сожаления думал Румата. Отчего-то внук его злейшего врага вызывал в нем безусловную симпатию.
  Вследствие растаявших с ним надежд заняться делом или от усталости адаптации к реалиям новой России мозг Руматы стал уставать, требуя чего-то более продуктивного. Однако все попытки влиться в жизнь новой родины рушились одна за другой. Не удалось не то что восстановить свой статус в академии, но даже переоформить членский билет.
  - А что ты хочешь? - ворчал Румата на упреки Леночки, уставшей от его безделья. - Паспорт есть, но без вкладыша о гражданстве он недействителен. Меня даже в библиотеку не пустят! Кто я? Молдавский гастарбайтер!
  - А вот говорила тебе, иди в "Ингерланд"! Шведы хоть какие-то деньги платят! Им по барабану твоя прописка! Нет! Далась ему эта наука! Будто там сейчас кому-то платят?! Хотел бы, давно бы куда-то устроился!
  - Проблема не в работе, это я себе всегда найду. Во вкладыше!
  - Кто же тебе его даст без прописки?!
  - Так пропиши!
  - Так женись!
  - Так давай!
  Леночка словно подавилась брошенной сгоряча фразой, уставившись на Румату выкаченными глазами. Все чувства подавила единственная мысль - как можно жить с таким уродом?!
  От обиды даже желание скандалить пропало. Нужно было переварить это предложение, как и простить.
  В этот судьбоносный момент, может, кстати, а может, совсем и нет, в их жизни вновь возник их темный гений.
  Леночка лишь чуть кивнула гостю, быстро покинув коридор. Ей еще надо было где-то поплакать. И вновь объявившийся Михаил Рензер молча, без лишних церемоний проследовал к Румате.
  - Есть предложение на базе НПО создать новый научный центр, - начал он свое лишенное сантиментов предложение. - Я считаю, что возглавить его можете только вы.
  Румата, уже достаточно изучивший реалии новой жизни, лишь усмехнулся:
  - Видите ли, Михаил, не думаю, что с таким руководителем, как я, ваш центр утвердит программу исследований, не говоря уж о финансировании!
  - Таких, как вы, больше нет, - улыбнулся сарказму Рензер, усаживаясь рядом, - но подобных специалистов высочайшего уровня после развала всего в Восточной Европе очень много! И в Германии с большим успехом создают инкубационные центры инноваций, рассчитанные именно на Восточную Европу! Принята государственная программа OWZ, идет финансирование и серьезный рост прибылей - до десяти процентов! Так что вопросов с финансированием не будет. План ваших прежних исследований вызвал большой интерес в Адлерсхофе! Компания "Виста-манагент" уже готова включить его в свое исследовательское направление по фотонике. Но, конечно же, саму программу можете составить только вы!
  Румате пришлось приходить в себя от столь нежданного предложения.
  - Ведь для твоего деда все это не стало бы неожиданностью? - предположил он.
  - Конечно! - не стал упираться Рензер. - Дед с большой охотой информировал меня обо всех работах в этом направлении. Я и ваши статьи читал, и ваш убежденный сторонник! Как вам удалось столь многого добиться? Удивительная форма квантовой нелинейности, да еще и при столь малом давлении!
  Мгновение Рензер с восхищением глядел на вновь замкнувшегося Румату.
  - Ну, не хотите, не говорите. Это, конечно, очень увлекательная физика, но, по-моему, больше занимательная, для научно-популярной беллетристики. Я вообще не понимаю, почему свою теорию нелинейности вы построили на такой константе, как время? Тут же отмечая невозможность в одном измерении получить его два разнонаправленных вектора? Выдвигать теорию с утверждения о невозможности ее доказательства простительно экспериментатору, оправдывающему собственную неудачу! Но это не ваш случай!
  - Как я вижу, ты достаточно информирован про "мой случай", - недовольно бурчал Румата, обескураженный такой осведомленностью компаньона.
  - И считаю, что любой исследователь должен быть нацелен на результат! Именно в той системе измерений, где он может быть понят и признан, где его база и финансирование...
  - Тогда ты стоишь перед массой открытий! Как в отношении границ измерений, так и в отношении признания и финансирования! - не сдержал вернувшегося сарказма собеседник.
  - Не надо жить прошлым! Мир изменился! Больше нет разделений и идеологических догм! Нет Советского Союза, гонки вооружений! Нет никаких преград! Мы действительно на пороге новой истории, когда стало возможно то, что еще вчера было нереальным! И исследование деда - не раритет холодной войны, а будущее новой эры!
  - Ну-ну, - только и бурчал Румата, невольно поражаясь оратору: дед и внук, но до чего же они похожи!
  
  Не только ему, но и Леночке в пришествии Рензера виделось что-то мистическое. Для Леночки - глас предостережения от уже казалось неизбежного поворота судьбы, Румате - указующее знамение, превосходящее желание и волю, призывающее подняться и идти навстречу своему предназначению.
  - Слава Богу, - твердила, бродя по опустевшей квартире, проплакавшаяся Леночка. - Слава Богу!
  
  При Михаиле Румату охватывало чувство сюрреализма, когда перед глазами было то, что мозг принимать отказывался, чего по всем законам логики быть не может!
  "Неужели может?! - пытался он объяснить себе феномен внука Рензера. - Наследственность?! - В голове крутилось что-то про рефлексы Павлова, первичное воздействие, сохранение генетического кода, но описания подобных случаев самовоспроизводства в третьем поколении Румата не припоминал. - В конце концов, я, возможно, первый и единственный, кто видит этот мир с разрывом в десять лет! - решил он для себя. - Может, для природы это не столь уж и редкий случай?
  ...Но разве десять лет - значимый срок? Огромный!" - вздыхал Румата, отвечая сам себе. Перед ним лежал совершенно иной мир, населенный совершенно другими людьми, занятыми совершенно иными чаяниями и заботами...
  И тем удивительней было встретить в нем столь необъяснимую причуду природы - реинкарнацию прежнего Рензера!
  "Как?! - недоумевал Румата. - Как могли в такое разное время, в разных условиях сформироваться две столь схожие личности? Что двигало их одинаково кипучую энергию по единому руслу, внедряя в их головы одни и те же убеждения?"
  И наконец, почему при всей внешней и внутренней схожести "новый Рензер" в этом мире и своем времени воспринимался им куда более гармонично, чем старый в прежнем?
  
  Для Руматы это была главная загадка, подобная дилемме оппонентов дарвинизма - что в природе двигало развитием всяких перьев, жгутиков и усиков еще до того, как они оказались способны выполнять полезную функцию для своего владельца?
  Объяснить все просто "естественным отбором" не выйдет.
  "Реинкарнация?! - усмехался про себя Румата. - А что удивительного в том, что природа - это нечто иное, чем мы можем себе представить своим ограниченным сознанием? И горизонт событий для нее вовсе не предел?
  Что там покойный Рензер?! Если вообразить, что и погребенная в земле окаменелость древней твари, и парящая в небе птица - это один и тот же организм, существовавший и существующий одновременно, вне времени... А рождение и смерть - лишь проявление форм его адаптации к усеченному горизонтом событий пространству... То и секрет эволюции видов придется разглядывать с совершенно другого конца понимаемой нами истории, где Рензер-внук окажется даже ближе к изначальному, породившему его коду, чем Рензер-дед.
  Вопрос, что в основе данной предопределенности? Бог?!
  ...Нет! В случае Рензера это точно демон! - ухмылялся своей философии Румата за привычными заботами по наладке столь знакомого ему инструмента. - Одержимость - печать демона!"
  Его уже перестало удивлять, что все размышления о Рензере неизменно приводили к библейскому эпосу.
  "Тогда, видимо, я действительно ангел! Знать бы еще, зачем дал мне крылья Создатель?!"
  
  - Одна из наших первоочередных целей - это, конечно, повторение вашего эксперимента, - вещал Рензер, очерчивая ширину стоящих перед будущим центром задач. - Безусловно, с соблюдением всех ваших прав и приоритетов. Необходимо фактически доказать ваши выводы по квантовой нелинейности.
  Для этого придется заново отработать и опубликовать все результаты прошлых исследований лаборатории. Соответственно, с соблюдением прав и приоритета деда. Необходимо по всему спектру экспериментально подтвердить его волновую теорию... И тогда можно двигаться дальше!
  - Куда дальше?! - удивленно поднял брови Румата, набрасывая в блокноте будущую программу их научного центра. - Насколько я помню, "волну Рензера" мы не нашли...
  - Просто не знали, где искать, но теперь-то знаем! - довольно потирал руки Михаил. - Почитайте исследования Иохима Грефе! А мы с вами сможем повысить концентрацию пятна на два порядка!
  - Зачем?! - чуть не выронил карандаш Румата.
  - Разнесем ядра атомов! Представляете удар?
  - Решил снести город термоядерным взрывом?!
  - Да, для такого прорыва этот аналоговый металлолом не пойдет, - вздохнул Рензер, оглядывая институтское оборудование гидролизного цеха. - Нужно связаться с институтом Макса Планка, нам необходим их интеллектуальный потенциал!
  - Зачем?! - не унимался Румата, позабыв про свой блокнот.
  - Я знаю про ваши разногласия с дедом, - вновь тяжело вздохнув, начал подбирать мотивирующие аргументы внук Рензера. - Знаю, что вы выступали против его волновой теории, выдвигали свою... И насколько я знаю, имели возможность блестяще ее подтвердить!
  Но ваши выводы о тупике предела измерений, одновекторности времени не убеждают. Хотя бы потому, что сам Эйнштейн вполне допускал его волновое течение в своем представлении об искажениях пространства-времени.
  - Он же описал и его граничное состояние! - возражал Румата.
  - Да! И заметьте, и в том и другом случае речь идет о глобальных событиях, связанных с колоссальным воздействием масс! Эйнштейн своей теорией относительности описал глобальные процессы во Вселенной, вы своими исследованиями обозначили пределы нашего измерения... Мы можем двигаться дальше! Исходя из ваших данных, моделировать глобальные процессы с минимальными затратами энергии! Если, конечно, ваши заключения верны...
  - Ты хочешь вызвать гравитационную волну?! - осенило Румату.
  - Я хочу зафиксировать факт искривления пространства, - сухо отчеканил Рензер. - Для этого у нас всего две константы - гравитация и время. В своей работе вы убедительно доказали, что зафиксировать факт изменения времени в нашей системе невозможно. Значит, остается лишь одна! Зарегистрировать изменения гравитации мы можем!
  - Теоретически, на практике этого никто не делал, - пожал плечами Румата, - да и как зарегистрировать гравитационную волну? Это же нужен детектор длиной в километры!
  - Значит, будем строить детектор длиной в километры! Уважаемый Румата, все это мелочь, такой пустяк перед этим. - Рензер воодушевленно раскинул руки, силясь объять все пространство гидролизного цеха со смонтированным в нем советским оборудованием. - Главное - не железо! Главное - ваши наработки! Созданный вами потенциал! А он здесь! Вы же не можете этого не понимать?! Дед понимал, что это динамит! С ним можно свернуть горы, если надо, построим новый город! Что тот "Манхэттенский проект" или высадка на Луну?! Когда речь о преодолении времени и пространства! Когда сам человек уже станет чем-то иным...
  - Ну-ну, - забурчал Румата, в задумчивости теребя свой карандаш. - Помню, твой дед как-то уже называл меня ангелом...
  - Ангелом? - прервал свою пламенную речь внук Рензера. - Почему?!
  - Не знаю. Видимо, скоро пойму.
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 08
  
  Так толком и не начавшаяся семейная жизнь Леночки опять летела под откос. Румата поселился в какой-то бытовке гидролизного цеха. И она опять не знала, как к этому относиться.
  Иногда решала простить, иногда - обидеться, пыталась даже скандалить! Однако ее эмоций никто не замечал. Румата был слишком занят.
  Сначала это ее мучило: кто она этому человеку? И чего хочет больше - порвать с ним или дождаться настоящего предложения?
  Но решила об этом не думать. И, приходя в пустую квартиру или покормив и отправив на улицу дочь, она, с искренним блаженством раскинув руки, повторяла: "Слава Богу!" - вспоминая свою недавнюю жизнь с Руматой. Затем собирала по банкам нехитрую снедь и отправлялась в сторону гидролизного цеха.
  
  Здесь кипела великая стройка. Путь к кабинету Руматы пролегал через переплетение кабелей, нагромождения всяких коробок и мешков.
  - Ну что, Эсторский? - шутливо приветствовала Леночка своего несостоявшегося жениха. - Все дичаешь?!
  - Леночка! - отзывался Румата, искренне радуясь ее появлению. - Тут не одичаешь! У нас весело!
  - И когда это "веселье" кончится?
  - Скоро. Через пару недель ждем немцев, пройдем лицензирование и будем выводить инструмент на проектную мощность.
  - И чего дальше делать будете?
  - А что и делали в лаборатории. Ионизацию замерять, электромагнитные поля определять, все то же самое. Ну, конечно, и что-то новое, вот любопытная программа по магнонам от Макса Планка...
  - Неужели немцы за это платят?!
  Румата лишь пожал плечами: платят. Рензер собирается еще цех плазмы перестроить и территорию транспортной компании выкупить, разместить там новые детекторы...
  - И как у тебя с новым Рензером?
  - Как и со старым!
  - Все так же цапаетесь?
  - Нет, я уже поумнел.
  - Рыбки! - вскрикнула Леночка, заметив в обшарпанной берлоге маленький аквариум с парой мелких карасиков. - Неужели Эсторский завел себе живность?! Глазам не верю!
  - У электриков выпросил, - признался Румата. - Представляю в них себя с Рензером, пытаюсь понять, чего мы тут строим.
  - Уж ты-то, и не понимаешь?! - ехидно съязвила Леночка.
  - Не поверишь! - чистосердечно признался тот. - Понять можно только то, что можешь представить. Я себе этого представить не могу. Потому в аквариум и пялюсь. Это моя личная модель мироздания.
  - И что вы там с Рензером представляете?
  - Каждый свое. Мы рыбки, которые увидели стекло. Вопрос - что за ним? Рензер считает, что дальше бессчетное множество таких же аквариумов, над которыми бушуют гравитационные волны Эйнштейна. И надеется их оседлать.
  - А ты?
  - А я не так доверяю Эйнштейну.
  - Почему? Сам же говорил, он в своей теории относительности все популярно объяснил...
  - Только то, что видно с нашей стороны аквариума. Пусть Рензер прав и возможно свернуть пространство в эйнштейновскую червоточину хоть до Марса. И мы с тобой отправились туда погулять. По Эйнштейну, мы попадем не на тот Марс, который видим, а на тот, каким он был минут двадцать назад. И решив вернуться, вернемся не на ту Землю, которую увидим с Марса, а какой она была примерно за час до нашего отбытия!
  - Так, по твоей теории, ничего не изменится! - вздохнула Леночка. - Просто это буду опять та же я, так и не побывавшая на Марсе! У меня это и так с тобой постоянно!
  - А я вовсе и не утверждаю, что ничего не изменится! Уже потому, что придется в какой-то момент предположить существование двух Леночек! На Земле и на Марсе! Хоть это и противоречит закону сохранения массы. Или допустить, что время за стеклом течет в обратном направлении, что в принципе ставит на голову все представления о Вселенной! Как, впрочем, и об эволюции. Если предположить, что один организм может существовать в двух измерениях одновременно...
  - Признайся, про "один организм в двух измерениях" это тебе Рензером надуло! - рассмеялась Леночка.
  - Точно, - согласился Румата. - Когда его вижу, не могу отделаться от мысли о переселении душ! Вот и пытаюсь понять, как одна рыбка может одновременно существовать внутри и вне аквариума.
  - И за какую версию ты?
  - А вот сейчас, Леночка, ты находишься в том самом месте, где очень скоро может быть получен ответ на этот вопрос! Через пару недель запускаем установку, отработаем программу Рензера, и...
  Вопрос, в общем-то, вечный, что первично - хаос порождает гармонию или гармония - хаос? В конечном счете, надо только выяснить, как течет время за стеклом нашего аквариума?
  
  Но ни через две недели, ни через три германские представители не появились. Проект Рензера не был включен в программу OWZ, что стало неприятным сюрпризом не только для него, но и менеджеров "Виста-манагент", успевших внести его в собственные программы исследований.
  Внезапно прервались и столь многообещающие контакты с институтом Макса Планка, который Рензер теперь атаковал безответными официальными запросами.
  - Ничего не понимаю! - размахивал он руками перед Руматой в сияющем свежим евроремонтом зале бывшего гидролизного цеха. - Немцам же это выгодно! Они же все здесь получают даром! Годы вашей работы! Наше рабочее оборудование! Ничего не понимаю!
  - Нам-то что делать? - безучастно отозвался Румата. - Запускаем или как?
  - Конечно! Будем отрабатывать свой план по графику. Больше никого ждать не будем! Ничего, настанет время - сами приползут!
  
  Запуск в новую жизнь раритета холодной войны - мощных советских лазеров, созданных когда-то для изучения сверхсильных полей, способных сжигать американские спутники, ознаменовался приходом первого официального ответа на запросы Рензера к институту Макса Планка. Но пришел он, как ни странно, из американского дипломатического ведомства.
  Письмо содержало предписание немедленно прекратить все работы по изучению квазичастиц и прочих квантовых электродинамических явлений посредством лазерных сверхсильных полей.
  Рензеру с Руматой предписывалось перенести свои изыскания на базу Стэнфордского университета, переехав в городок Купертино, где планируется строительство подобного центра, так как правительство США не заинтересовано в организации подобных исследований ни в России, ни на территории третьих стран и расценивает их проведение как угрозу своей безопасности.
  - Они ошалели, что ли?! - только и вымолвил Рензер, прочтя письмо.
  "Видимо, не только мы смотрим на стекло..." - подумал Румата.
  
  Предвидя неминуемые осложнения, Рензер решил интенсифицировать работу центра, надеясь параллельно согласовать ее с американцами.
  Румате стало не до Леночки, да и ей стало не до него.
  Госдума приняла закон о сертификации пищевых продуктов, что многократно увеличило нагрузку на заведующую лабораторией. Сутками она торчала на работе, пытаясь навести хоть какой-то порядок в хаосе двинувшейся лавины документации и материалов. Все это доводило до психоза, который если на ком она и могла срывать, то на бедной Алинке, отчего сама мучилась еще больше.
  Видимо, это и стало причиной грянувшей трагедии.
  Дочь уже не делилась с вечно занятой мамой событиями своей подростковой жизни. Громом среди ясного неба стал звонок из больницы, куда доставили Алинку с тяжелой формой алкогольного отравления.
  Примчавшуюся в больницу Леночку к дочери не пустили.
  Принявший ее врач терпеливо разъяснял отчаявшейся матери, что ситуация для них вполне обычная, группе подростков попал некачественный алкоголь с высоким содержанием метанола. Принятая доза не была критичной, но Алине не повезло... Ей первой стало плохо, и ее попытались привести в чувство с помощью нашатыря, что категорически противопоказано в случае метанолового отравления, так как реакция метанола с парами нашатырного спирта дает многократно более тяжелую форму...
  - То, что скорая прибыла вовремя, оставляет надежды, но девочка в коме, без сознания, с тяжелым отеком гортани. Мы боремся за ее жизнь. Это единственное, в чем я сейчас могу вас заверить, - закончил врач свои объяснения с матерью.
  
  
  
  Роман с ангелом Глава 09
  
  Леночка не помнила, сколько дней провела под дверью реанимации. Она ругала себя за поведение с дочкой, кляла работу, заботы и всю свою бестолковую жизнь. А у двери дома столкнулась с соседкой, всучившей ей свежий номер газеты, треща о чем-то совершенно не важном в ее состоянии.
  Лишь войдя в квартиру, остолбенела, увидав на первой полосе "СпидИнфо" собственный портрет!
  Фотография предваряла статью "Возмездие не только свыше", анонсированную как журналистское расследование на актуальную тему качества пищевых продуктов.
  Начиналась она с печальной статистики накрывшей город волны смертей от паленого алкоголя.
  В связи с большим общественным резонансом журналисты провели собственное расследование, в котором раскрыли преступную схему распространения паленого алкоголя в торговой сети, а также происхождение наводнившего город некачественного спирта.
  Леночка с великим, затмившим даже ее горе изумлением прочитала, что ключевой фигурой в этой преступной схеме является она со своим сожителем, организатором преступного бутлегерского бизнеса иностранным гражданином Руматой!
  Журналисты выяснили, что вместо качественного этилового спирта жулики используют технический, производимый в гидролизном цехе на территории бывшего НПО. Раскрыли счета Руматы в банках США и Европы, на которые поступают кровавые деньги за здоровье и жизнь российских граждан...
  Достаточно было и про втянутую в преступный бизнес заведующую лабораторией сертификации пищевых продуктов. Про ее моральный облик матери, не пожалевшей ради барышей даже собственную малолетнюю дочь!
  
  Леночка физически не могла дочитать эту ахинею. Она разразилась рыданиями, не то от злости, не то обиды, что даже перед дверью реанимации не испытала столь сильных эмоций, как перед этой жалкой газетенкой!
  Но ее порыв вывести борзописцев на чистую воду окончился крахом.
  - Вы уволены, - без лишних формальностей сообщили ей в "Ингерланде", первом месте, куда она обратилась в поисках правды.
  - Но это же все ложь! Наша лаборатория даже спиртным не занимается!
  - Это не имеет значения. "Ингерланд" - солидная фирма и серьезно относится к своей репутации. Сожалею, но сотрудники с подобным имиджем нам не подходят.
  - Мы не раскрываем источников нашей информации, - тараторила бойкая дама из "СпидИнфо" в телефонной трубке, - все подобные вопросы можете решать через суд!
  
  Но было и еще одно, больно уколовшее Леночку, - имя Руматы рядом с трагедией ее дочери. То, что ей самой и в голову бы не пришло... но теперь сидело в сознании, требуя разъяснений!
  
  Румата торчал где-то в недрах своего агрегата, но сразу выскочил, только она вошла, со словами:
  - А я тебя давно жду! Ты уже читала?! Что там с Алинкой?!
  - Плохо, - отчиталась Леночка. - Где Рензер? Хочу от него тоже узнать, что вы тут делаете.
  - Рензер в Сан-Франциско, пытается с американцами договариваться.
  - О чем?
  - Видимо, о "новой истории", мире без войн и преград... - пожал плечами Румата. - Каждый живет своей утопией...
  - Про твои счета за бугром - это правда?
  - Правда! - рассмеялся Румата. - Есть счета, там что-то от "Виста-манагент" перепало, еще грозились грант определить... Только они не мои, а Стэндфордского фонда. И что-то получить оттуда я смогу лишь после смены гражданства, которого, кстати, у меня нет.
  - И что еще в той статье такого, чего я о тебе не знаю?
  Румата лишь тяжело вздохнул и направился к столу.
  - Я тут в редакцию ходил, помнишь мои статьи? Опять снес кое-что для публикации... Редактор меня узнал! Чудный старик, поговорили... Жаловался, что подписки нет, журнал в убытке, поддерживают только ходовой прессой. "СпидИнфо" тоже они издают! Так что вот, - он предъявил Леночке ксерокопированный лист. - Это конверт, в котором пришли материалы для этого "журналистского расследования". Ничего не узнаёшь?
  Леночка не верила своим глазам! На штемпеле конверта ясно читались данные российско-шведского предприятия "Ингерланд"!
  - Так что я о тебе тоже волнуюсь... жду, - усмехнулся Румата ее изумлению.
  - А им-то это зачем?! - лепетала шокированная Елена. - Это же такой удар по репутации... по имиджу... Зачем самим себе гадить?
  - А что ты знаешь об их имидже? Видимо, они не только им зарабатывают!
  - Я у них больше не работаю.
  - И правильно, и не переживай! Ты просто оказалась под рукой. Это другая война. Постарайся больше об этом не думать. Все уже кончилось. Вот предписание, нас закрывают. Не сегодня завтра прибудет следственная группа, все здесь опечатают...
  
  Его попытки успокоить бесили Леночку еще больше. Бесило его вечно отрешенное спокойствие, полное бесчувствие болвана, будто его самого это не касалось!
  - Но послушай же! - взмолилась она перед этим бездушием. - Алинка умирает! И если я узнаю, что из-за тебя, я же тебя загрызу, разорву, всю душу выну!
  - Из-за меня?! - удивился Румата. - Почему из-за меня?
  - Ну что ты там говорил про организмы в двух измерениях, эволюцию как форму адаптации, горизонт событий...
  - А, ты про это! - усмехнулся Румата. - Что ты, Леночка! Меня, может, порой и заносит в буддизм, я могу порассуждать об эволюции с позиции бессмертия астрального тела... Но к нашей работе это никакого отношения не имеет! С чего тебе это на ум пришло?
  - А что я должна думать?! Ты статью читал? Какая в городе волна смертности пошла, только вы тут с Рензером заработали?!
  - Нет, Леночка, мы с Рензером, может, и влезаем куда не надо, может даже, и карму себе изрядно подпортили, но, сколько попугая ни облучай, у бегемота перья не вырастут! Если мы о кармических связях, астрале - тут лишь прямое кровное родство значение имеет, Рензеры тебе в пример! В эти поля лишь я вхожу, и неси я угрозу роду человеческому, мор бы начался совсем в другом месте! Ты же знаешь, здесь у меня родни нет!
  - Алинка - твоя дочь! Ты можешь понять, что твоя дочь при смерти?!
  - Алина?.. - обалдел Румата. - А почему не сказала?!
  - Да, Алина! А как тебе, такому чурбану, скажешь?! Толку-то? Что ты за отец?! Все надеялась, может, поумнеешь, да теперь уж все равно. И не рассказывай мне снова, что ничего за горизонтом изменить нельзя, что ты ничего не можешь...
  - Еще не знаю, может, и могу, - перебил ее Румата. - Тебе сейчас, наверно, лучше побыть с ней? А я тут разберусь, обещаю!
  Елена и сама была рада поскорее убраться отсюда, даже не представляя, кого еще может так ненавидеть, как этого бессердечного урода!
  - Не переживай, все будет хорошо! - услышала она на прощанье.
  
  Это была их последняя встреча.
  Ночью сторож сообщил об искрении в здании гидролизного цеха.
  Пожар возник по халатности из-за оставленного без присмотра работающего оборудования. По той же причине никто не пострадал.
  
  Утром Алинка вышла из комы, и к ней пустили маму.
  - Что ж ты напилась-то так, доченька! - сквозь слезы бормотала Леночка, теребя руку дочери.
  - Да, мам, мне хватило, в жизни больше не притронусь к стакану! - пыталась шутить та. - А дядя Румата к нам вернулся?
  - Нет. А почему ты спрашиваешь?
  - А он мне тут снился, как-то странно, будто ангел!
  - Нет, Алинка, он уехал. Ты же знаешь, он вечно где-то, весь в работе.
  
  Сгоревший гидролизный цех больше не восстанавливали, через несколько лет эта территория попала в программу благоустройства городской территории, и его снесли, возведя рядом торговый центр. А на месте последнего пристанища прототипов боевых советских лазеров разбили сквер с аллеей и скамейками.
  
  Сюда, как и прежде, приходит Елена, теперь принося лишь с пшено голубям.
  Она любит помечтать на любимой скамейке, пытаясь представить, где он сейчас. Покормить птиц, нашептывая новости из своей и Алинкиной жизни, или говорит с ним, как в прежние годы, воскрешая в мыслях его голос:
  - И куда теперь? Еще дальше?! - спрашивала она его когда-то.
  - Нет! Я бы хотел туда, где нет несчастных людей, - отшутился Румата. - Это в восемнадцатом веке один издатель посулил большие деньги известному мореплавателю за то, чтобы тот подробно изложил для читателей, чем жизнь дикарей отличается от жизни цивилизованных людей, - пояснял он на ее недоумение. - Ну, тот и изложил... И начал свой труд словами: "За годы моих странствий среди дикарей я не видел несчастных людей. Несчастных и обездоленных сразу встречаешь, лишь вернувшись в границы цивилизации". И конечно, его не напечатали! Для тогдашнего цивилизованного общества этот труд показался бы слишком радикальным.
  - Но все равно будущее за цивилизацией! - пожимала плечами Леночка.
  - Думаешь, у цивилизации есть будущее? - усомнился Румата.
  
  А иногда она просто разглядывает небо, в поиске ответа на единственный и вечный вопрос: каково это было - встретить ангела?
  
  Вад. Пан.
  2016-2021 гг.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"