Deadly: другие произведения.

Безмолвный холм

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс Наследница на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Предисловие
  
  Думаю, что каждый писатель, рано или поздно, проходит через этап фан-фикшен. Или, попросту говоря, через этап подражательства - когда чужой мир пленяет настолько, что невозможно побороть в себе искушение прогуляться по его тропинкам.
   Так что эта повесть - моя прогулка по чужому миру, моя дань этапу подражательства. Написан "Безмолвный холм" очень давно, написан не мной одним, а целым фанатским коллективом. История написания этого произведения сама по себе увлекательный триллер, развернувшийся на просторах сети. И она до сих пор доступна, если порыться в архивах форумов журнала Gamemag.ru, где и зародилась идея перенести игру "Silent hill 2" в литературную форму.
   Не ждите много - эта вещь писалась человеком, который только-только учился расставлять слова на бумаге и, при этом, постоянно оглядывался на первоисточник. В этой версии я лишь немного переименовал главы, но в целом это всё тот же "Безмолвный холм", который уже пятый год блуждает по просторам Интернета.
   Прошу любить и жаловать.
  
  
   Часть 1: "Вы добавлены"
  

"Иногда тишина становится сигналом тревоги"

Глава первая: "Время непонятых решений"

  
Здесь, среди пустынных холмов, чувствовалась напряжённость. Узкая дорога пуста. Монотонное шуршание старого леса и слабый вой ветра придавали серому утру оттенок грусти, крадущейся в потайные глубины сознания...
Всю ночь шёл дождь, и разбитый асфальт приобрел непонятный коричневато-чёрный оттенок, а появившиеся неглубокие лужицы устало отражали черно-белое небо.
Тихо.
Животные затаились в норах, и даже птицы не рискуют парить над этим огромным мрачным пространством.
Ближе к одиннадцати, тишину леса прорезало рычание двигателя и скрип старых рессор. Ржавый "Форд" пронёсся по лужам, окатив растущие близ дороги кусты волнами жидкой грязи.
   Джеймс оторвал взгляд от однообразной дороги и, уже в который раз, устремил его в
зеркало заднего вида. Пусто. Машин нет уже целые сутки. Как раз после съезда с шоссе. "Безмолвный Холм, 90 миль" - поведал тогда указатель. За ночь под колёсами пронеслось восемьдесят, если не врёт старый счётчик. Уже недалеко...
Рёв мотора и шуршание угрюмого леса. Ни дорожного знака, ни станции заправки. Никакого признака людей, городов, цивилизации...
Справа, на обочине, показались размытые очертания чего-то громоздкого, и Джеймс сбросил газ, чтобы рассмотреть это получше.
То, что он в начале принял за кучу грунта, на самом деле оказалось старой, проржавевшей насквозь рамой автомобиля. Дверей нет, крышки капота и багажника выдраны с корнем, приоткрывая находящуюся под ними пустоту. Весь кузов неестественно смят, будто выгнут вокруг невидимого препятствия.
"Столкнулась с деревом. На полной скорости...", - подумал Джеймс, и в его голове возникло несколько непрошенных образов, которые он поспешил отогнать подальше.
"...Труп мужчины, выносят из машины и укладывают на траву...
...весь салон залит кровью".
Джеймс тряхнул головой и сосредоточился на дороге.
   Удивительно, но он совсем не помнил местности. Этой дороги, леса... А ведь он был здесь не так давно. Ровно три года назад.
   Вдали показался рекламный щит - абсолютно чистый, без надписей и рисунков. Только серый прямоугольник размокшей бумаги и больше ничего.
  
   "С чистого листа..."
  
Машина понеслась дальше, с трудом взбираясь на склон холма...
  

Глава вторая: "Осколки прошлого"

  
   "Почему, Мэри? Почему так получилось?"
Медленно пробуждалась головная боль. С каждым километром она разгоралась всё сильнее, нарастая и грозя обернуться приступом мигрени. Джеймс снял правую руку с руля и провёл ладонью по лбу. Холодный. Или это рука горячая.
Лес вскоре закончился, уступив место безликой равнине и серевшему вдалеке озеру.
"Толука", - беззвучно прошептали губы.
Через сотню метров, впереди вырос одинокий металлический столб с прикрученным к нему синим щитом. Краска на знаке вздыбилась и кое-где уже начала осыпаться. Сам столб-опора проржавел уже настолько, что стал клониться в сторону дороги.
  
"Безмолвный Холм
   Добро пожаловать в самый тихий из всех маленьких городов восточного побережья!
   Население: "
  
То ли у властей не хватило краски, чтобы написать число, то ли кто-то старательно закрасил его... Дорога устремилась куда-то вниз, где на песчаном побережье раскинулись городские кварталы. Асфальт тем временем становился всё хуже - земля с обочин наползала на него, и вскоре дорожное полотно сузилось до небольшой тропинки... Пять минут подобной езды, и дорога снова расширилась, приведя к туннелю. Чуть правее стояло небольшое строение с примыкающей к нему пустой автостоянкой.
Джеймс остановил машину перед туннелем и c изумлением посмотрел вперед.
Обвал. Бетонные своды рухнули, и въезд представлял собой лишь кучу камней и щебня. Погнутый ромбовидный знак был приколочен к одной из разломанных плит - "Тупик".
Джеймс нахмурился. Что-то не видно никаких попыток отремонтировать туннель. Нет ни рабочих, ни техники. Никакой суеты...
   Водитель сдал назад и припарковался возле строения.
  
Как всё изменилось! Годы совсем не пощадили этого места. Джеймс молча рассматривал осколки кафельных плит и отвратительные коричневатые подтёки на стенах, едва выдерживая висевшее в воздухе зловоние. Отвратительно - другого слова нет. Этот придорожный туалет утратил право называться уборной. Вонючая дыра и ничего более.
Бросив ещё один беглый взгляд на разбитые унитазы, он подошёл к раковине. Ржавый кран скрипнул и провернулся, но вода так и не потекла. Несколько оранжевых капель - и всё.
Джеймс вздохнул и поглядел в зеркало. Три года назад в нём красовался приятный, весёлый парень, со здоровым цветом лица и счастливой улыбкой. Парень, в машине которого сидела очаровательнейшая в мире женщина - его жена, поцелуй которой всё ещё горел у него на губах...
Джеймс качнул головой, прогоняя воспоминания.
Пыльные окна пропускали слишком мало света, поэтому глазные впадины казались чёрными провалами, а тень от кончика носа и вовсе превращала лицо в уродливую маску. Пепельно-серая кожа; неровные пряди слипшихся волос; мешковатая, тёмно-зелёная куртка на понурых плечах - Джеймс был вынужден признать, что сам изменился подстать этому туалету. Сдал позиции.
В собственном отражении он пытался найти ответ.
   Ответ на вопрос, который мучает его вот уже несколько дней, и за который он отдал бы всё на свете...
   Джеймс провел рукой по глазам и чуть заметно покачал головой. Бессонная ночь за рулём не добавила его облику ничего, кроме заспанных глаз и внутренней пустоты, навеваемой разбитой трассой.
Глаза против воли закрылись, и Джеймс постоял так ещё какое-то время, давая им отдых. Он всё-таки здесь. Он приехал.
  
   Приехал по первому зову, так и не будучи до конца уверенным, что не сошёл с ума.
  
   - Мэри, неужели ты в этом городе?
  
   ***
  
   Грустно выходить на улицу. Три года назад в машине его ждала жена. Рюкзаки туристов в багажнике, видеокамера в бардачке и летнее солнце, купающее курорт в тёплых лучах.
Сегодня всё было совсем не так: термос вчерашнего кофе, старый "Форд" и свинцовый свод неба над головой.
   Да. Конечно! Ещё есть листок бумаги, сложенный вчетверо и лежащий в нагрудном кармане.
Мужчина отвернулся от автомобиля и побрел к невысокому бетонному заграждению, отделяющему автостоянку от покатого спуска, ведущего к берегу. Ближайшие деревья не скрывали раскинувшуюся перед ним зеркальную плоскость воды.
   "Толука".
   По поверхности озера пробежал лёгкий ветерок, ломая стройное отражение неба. Джеймс смотрел на преследующие друг дружку волны, но перед глазами у него стояла совсем другая картина.
   Портрет. Портрет той, которая будет в его сердце всегда...
  
  
   "В своих тревожных снах
я все чаще вижу этот город...
Безмолвный Холм.
Ты обещал мне Джеймс...
   Обещал, что когда-нибудь
   мы снова приедем сюда, но...
   так и не выполнил своего обещания.
Теперь я одна здесь.
   В нашем "особом месте".
   Жду тебя... "
  
  
   Письмо пришло совсем недавно. На конверте стоит имя - Мэри. Имя его жены. Ни обратного адреса, ни почтового индекса. Лишь милый, узнаваемый с первого взгляда, почерк...
Это смешно. Нет - это просто невозможно. Не может быть правдой. Мёртвые не пишут писем. Мэри мертва. Умерла от той проклятой болезни ещё три года назад.
"Так почему же ты бросил всё и приехал? Почему, Джеймс? Почему ты ищешь её?
Мёртвые, ведь, не пишут писем. Но...
В нашем "особом" месте. Что она имела в виду? Весь город был нашим
"особым" местом".
Воспоминания нахлынули внезапно, подменяя собой всё: логику, разум, здравый смысл.
Весь город... Был.
   Может быть парк возле озера? Когда-то они провели там весь день, сидя на скамейке и любуясь на воду. Слова были не нужны им тогда...
Только они одни. Вместе. Две фигурки на тихом и печальном побережье. Джеймс помнил всё до мельчайших деталей - распущенные волосы жены, золотом рассыпавшиеся по плечам; её милое лицо, отражающееся в кристальных волнах тишины. Собственные руки, обвивающие её талию с неописуемой нежностью...
От всего этого осталось только письмо. И ещё озеро. Такое же, как тогда...
Джеймс очнулся от грёз прошлого и снова сосредоточился на озере. Стелящаяся по нему дымка очаровательна - Мэри бы она понравилась...
Он развернулся и направился к машине. Что бы ни означало письмо, он выяснит суть. Это напоминало чудовищную шутку - словно кто-то решил посмеяться над ним. Однако глубоко в душе Джеймс не верил в это. Он верил, что Мэри здесь.
Именно вера привела его сюда. Рука непроизвольно легла на карман, где за тонкой тканью прощупывался милый листочек желтоватой бумаги.
Он всё узнает. Не отступит. Не убежит от самого себя. Только не в этот раз.
Карта разместилась в кармане джинсов, но Джеймс и так помнил город. Но на всякий случай - не помешает.
Он миновал пустую автостоянку и направился к лестнице, ведущей к прибрежной тропе.
Пройдя мимо заляпанного грязью белого микроавтобуса, он вышел к ступенькам. Они вели к ответу.
   К ответу на вопрос, коловший его сердце всю дорогу сюда.
  
   "Мэри, неужели ты в этом городе..?"
  

Глава третья: "Тень в тумане"

  
   Тропинка осталось точно такой же, какой он её помнил. Узкая полоса вытоптанной травы, огибающая кромку воды по прихоти извилистого берега. Слева редкие деревья и густой кустарник, справа плещутся неторопливые волны, порождаемые лёгким бризом... Но было одно существенное изменение, стирающее всю романтику этого места.
   Туман.
   Плотная пелена вязких водяных паров незаметно обволакивала каждого ступившего в неё. Странная мгла была везде, и даже близкие предметы растворялись в этом мареве.
   Один маленький элемент - и всё. Тишина теперь, скорее, угнетала, чем успокаивала, а неожиданные всплески невидимых волн вызывали жуткое чувство потерянности и одиночества.
   Джеймс двинулся вперёд.
   Туман выглядел совсем как живое существо - мужчина отчётливо видел его неестественность и неоднородность. Дымка то клубилась вокруг, то нависала над головой и мгновенно исчезала, стоило лишь обратить на неё внимание. Едва взгляд успевал сосредоточиться на одной точке, как боковое зрение сразу фиксировало непонятные тени, возникающие по сторонам. Чаще всего они оказывались ветками деревьев либо большими валунами, но неприятный осадок от их появления не давал покоя встревоженной душе.
   Прогулка была долгой и утомительной. Ощущение времени притупилось: секунды казались минутами, часы растягивались, удлинялись...
   Видимость не позволяла составить полной картины окружающей среды, поэтому в памяти оседали лишь несвязные образы.
   Из транса его вывел шум. Джеймс остановился, пытаясь определить, откуда он доносился, но... Тщетно. Казалось, звук возник из ниоткуда и исчез в никуда. Туман гарантировал его анонимность и безызвестность.
   Не успел Джеймс сделать и шага, как шум повторился снова. Это где-то сзади. Похоже, словно что-то выбралось из... Нет - кто-то выбрался из озера и пробежал до тропы, шлёпая разбухшими от влаги ногами.
   Нет, он не отступит. Нужно нечто большее, чтобы вернуть его в объятия автомобильного сидения.
   К счастью, шум больше не повторялся. Походка обрела твёрдость, а жесты - уверенность. Джеймс то ли бежал, то ли шел: скорее, плыл по этим белым волнам... Влага оседала на волосах и одежде, пропитывая её насквозь.
  
   ***
  
   Тёмное пятно впереди обернулось воротами, обрамлёнными высоким кирпичным забором. Этого Джеймс не помнил. Он свернул куда-то не туда. Да это и неудивительно - видимость почти нулевая. Но делать нечего. О возвращении назад и поиске верного пути глупо было и думать. Рука легла на проржавевший прут решётки и легонько надавила. Ворота оказались незапертыми.
   Влажная земля тропинки сменилась жёлто-белым ковром из крохотных цветов, приятно шуршащим под тяжёлой поступью человека. Странно, но их аромат не чувствовался, - в воздухе висел только запах болот и сырости.
  
   Впереди Джеймс заметил движение. Совсем слабое - будто прядка тумана колыхнулась на ветру. Однако рассмотреть что-либо подробнее мешала дымка. Зато мужчина увидел, где оказался.
   Кладбище. И очень старое, почти древнее: могильные камни торчат прямо из зарослей травы, полуразрушенные, вылизанные дождями, посеревшие от влаги.
   Джеймсу пришло на ум, что весьма символично начинать поиски своей мёртвой жены с кладбища - какая-то нечеловеческая ирония чувствовалась в этом факте...
   Впрочем, времени погружаться в мистику у него не было. Нужно как-то обратиться к той девушке у монумента. Именно её движения он и разглядел... Та сидела спиной к нему и не слышала приближения. Нужно действовать осторожнее. Не каждому понравится, когда сидя посреди туманного кладбища, чья-то рука ляжет на плечо...
   Но почему она сидит здесь просто вот так?
   Одна...
  

Глава четвёртая: "Разговор среди могил"

  
   - Извините, я...
   Девушка вскрикнула и отшатнулась от могилы.
   - Извв... иините, извините, - быстро пробормотали её губы, изрядно озадачив и без того удивлённого Джеймса.
   - Простите. Не хотел напугать вас. Я просто заблудился.
   - Заблудился...?!
   Джеймс смутился и попытался разобраться, что же вызвало это смущение: наивно-обвинительный тон или явная глупость вопроса?
   - Да, я ищу город, Безмолвный Холм. Это правильная дорога? - спросил он, показывая в сторону небольшой часовни, очертания которой проступали сквозь мглу.
   - Да, - девушка немного успокоилась, её дыхание выровнялось. - Через туман плохо видно, но в город ведёт всего одна дорога. Заблудиться невозможно.
   Пока она говорила, Джеймс успел получше разглядеть её: невысокая, отливающие каштаном волосы, худощавое телосложение, белый вязаный свитер, коричневые джинсы. Всё бы ничего, но вот лицо... Джеймс подумал, что оно очень напоминает его собственное - бессмысленное горе в глазах, непонятная бледность кожи... И нервы на взводе, судя по всему.
   - Спасибо, - Джеймс повернулся, чтобы уйти.
   - Но...
   - Да?
   - Я не думаю, что тебе стоит идти туда. Этот город... - она сделала паузу, тщательно подбирая слова. - Мне кажется, с ним что-то не так.
   - Это опасно? - нахмурился мужчина.
   - Может быть, - последовал быстрый ответ. - И этот туман... ведь это не совсем туман. Стоит только присмотреться и...
   Джеймс поднял руку, стремясь остановить внезапный поток её красноречия:
   - Хорошо, мне всё ясно.
   - Я не лгу! - крикнула девушка вдогонку уходящему собеседнику.
   Джеймс обернулся и некоторое время помолчал.
   - Нет. Я верю тебе, но знаешь... на самом деле мне всё равно, что там случилось, - он опустил глаза вниз. - Для меня нет разницы - опасно это или нет...
А под ногами легкомысленный ветер играл с опавшей листвой - ещё не успевшие пожелтеть листья закручивались в замысловатые узоры, притягивая взгляд.
- Но почему?
- Я ищу кое-кого, - Джеймс посмотрел вдаль. - Кого-то... очень важного для меня. Я бы всё отдал, чтобы снова обрести её...
   - Да, я тоже, - девушка успокаивалась также быстро, как и выходила из себя. - Я ищу свою маму... Мы так давно не виделись. Я думала, что мой отец и брат могут быть здесь, но ...
   Она осеклась, вновь посмотрев на Джеймса:
   - Впрочем, тебе, наверное, всё равно.
   - Нет, нет. Надеюсь, ты найдёшь их... Будь осторожна.
   - Да, ты тоже...
   Джеймс зашагал к выходу с тяжёлым осадком на душе. В нём смешались и грусть, и удивление, и ещё какое-то чувство. Тревога? Да, наверное.
   Кладбище и девушка совсем испортили настроение. Всё-таки она какая-то странная: поведение, жесты, резкие перемены настроения...
   Нет, с городом определённо что-то не так. Сначала туман, потом сумасшедшая.
   Джеймс покачал головой и вышел за ворота.
  
   Часть 2: "На улицах"
  
  

Глава первая: "Покинутый рай"

  
   Джеймс почувствовал, что в воздухе сгущается опасность. Ничего конкретного, конечно, не было, но этот туман... Он, казалось, проникал в голову, окутывая мозг чем-то вязким. Мысли путались, вспыхивали и тут же затухали, захлёбываясь в этой мгле. Мерзкое ощущение, что сознание теперь принадлежит не только ему одному.
   Утопленный в туман курорт вторгался в его голову, навевая чуждые мысли, чувства... Эти образы перемешивались с его собственными, вызывая ноющее ощущение в районе груди.
   Что-то не так. Что-то определённо случилось. Нечто неуловимое и, вместе с тем, очевидное. Нечто страшное...
   Джеймс шёл по узкой просёлочной дороге и не мог отделаться от ощущения, что кто-то следит за ним. Невидимый, загадочный, потусторонний... Иногда, позади, раздавались странные, шелестящие звуки, мгновенно замирающие, стоило только остановиться. Каждый раз Джеймс убеждал себя, что это всего лишь ветер. Ветер и листья, что же ещё? Кто здесь может следить за ним? Да и зачем?
   По обе стороны тянулся невысокий заборчик, сложенный из грубых кусков песчаника, а за ним возвышался косогор из влажной коричневой глины.
   Но всё казалось таким нереальным...
   Похожие на мрачноватые видения, из тумана постепенно выплывали сотни метров ржавого забора и одиноко стоящие фермерские дома. Закрытые на все замки, изолированные от внешнего мира и тумана...
   Никакого признака людей.
   Слева показалась ободранная вывеска - "Ранчо Безмолвный Холм"; и ещё одна, маленькая, - "Посторонним вход воспрещён", - покрытая не то ржавчиной, не то кровью.
   ... Обнесённый сетчатым забором склад, увешанный табличками "Опасность!". Но всё равно - никого.
   Странно. Даже более чем странно. Измученный неопределённостью мозг, начал кормиться эмоциями. А эмоции были...
   Колючая проволока, порванная в клочья и безвольно обвисшая на подпорках. Словно здесь прошло что-то большое...
   Дикость какая-то. Джеймс не нашёл слов, чтобы передать чувства, охватившие его. Три года назад здесь был тихий рай. Что могло случиться с целым городом? Где люди? Почему здесь такой плотный туман, больше напоминающий дым от гигантского пожара?
   Тропинка иссякла, выведя человека к разрушенному дому. Были целы лишь несущие стены, крыши - и той не было. Внутри валялось множество старых газет и плакатов. Уцелевшие обои покрывал мерзкий, бурого цвета, налёт. Пол зарос мхом и покрылся ржавыми пятнами, которые принесли сюда потоки дождевой воды.
   "Да что же здесь случилось?!"
   Джеймс брёл как зачарованный, вглядываясь в туман и пытаясь не оступиться на разбитой дороге, ведущей над самым краем ровной бетонной пропасти. Дна не было видно из-за скопившейся внизу мглы. За пропастью виднелись стройные кукурузные ряды, тянущиеся вдоль иссохшего канала.
   Канал... Канал... Джеймс определённо что-то припоминал... Конечно. Улица была ему знакома.
   Он остановился и осмотрелся. Этого не может быть - это ошибка!
   Высохшее русло подсказало, что ошибки быть не может.
   Они с Мэри любили гулять здесь. Канал, с его прозрачной водой, всегда задерживал на себе их взгляды...
   Но теперь... Металлические поручни выдраны с корнем, и из-за этого Джеймсу всё время казалось, что он вот-вот упадёт туда. Упадёт на невидимое и недосягаемое дно...
   "Да ведь я уже на дне, - обожгла мысль. - Только не канала, а города..."
   Ещё несколько минут ходьбы и он пришёл.
  
   Безмолвный Холм.
  
   Джеймс застыл на тротуаре, не зная, что и делать. Даже бесконечный туман и безжизненное путешествие вдоль канала не подготовили его к открывшемуся зрелищу.
   Мужчина внезапно ощутил, что город пуст. Никого нет. Город без людей, без жизни. Никто не ходит по этим тротуарам. Никто не живёт в этих домах. Ничто не движется в этом тумане...
   Но как можно описать эту разруху? Ржавчина обвивала дома от фундамента до самой крыши, точно плющ. Ржавый металл был везде - свисал с крыш, цеплялся за дорожные знаки, полз по земле. Окна - либо заперты ставнями, либо выкрашены изнутри чёрной краской. Разбитый, вздыбившийся асфальт, с накинутой на него сеткой глубоких трещин.
   Свинцовое небо.
   Тишина.
   "Где жители?"
   Джеймс медленно двинулся по улице Сандерса, всё ещё не придя в себя от потрясения. Город превратился в пустошь. Безжизненные бетонные джунгли. Но почему? Почему и... и как такое вообще возможно?
   Чёрные тени, вальяжно выплывающие из тумана и когда-то именовавшиеся домами. Одиноко стоящие автомобили и раскуроченные почтовые ящики. Серо-зелёная умирающая трава. Пустынные автостоянки, огороженные заборами и залитые туманом доверху. Закрытые наглухо супермаркеты.
   Город был тщательно законсервирован, прежде чем его покинули.
   "Бред".
   У Джеймса возникло странное чувство, будто внутри этих домов, автомобилей, подвалов на самом деле ничего нет. Они как бы оболочка для чего-то другого. Да и сам город какой-то... вязкий. Он давил на мозги. Сводил с ума.
   Вот и первый перекрёсток...
   Странно - вся дорога в каких-то смазанных пятнах, есть даже несколько луж.
   "Они красные..." - резанула мысль.
   - Кровь?!
   Размытые следы сворачивали за угол, словно кого-то тащили волоком. Тащили, истекающего кровью...
   - Что за... - начал было Джеймс, но в этот момент он увидел...
   ...нечто. Нечто, нырнувшее в туман, как в воду. Существо, слившееся с дымкой в одну секунду, едва на него упал взгляд человека. Казалось, это игра воображения, но сейчас он услышал и шум. Звук чего-то, скребущего по асфальту...
   Джеймс вздрогнул, чувствуя как глубоко внутри, затаился страх. Пока ещё мутный, неопределённый, но он постоянно рос, поглощая подсознание. Пальцы сжались в кулак и тут же распрямились, оставив тёмные следы от ногтей на коже ладони.
   Мэри здесь. Она позвала его. И никто - ни туман, ни даже все демоны ада не остановят его. Он найдёт ту, которую ищет.
  

Глава вторая: "Те, кого принёс туман"

  
   Джеймс повернул за угол и побежал за тенью, оставляя на грязном асфальте чёткие красные отпечатки своих подошв.
   Однако погоня продолжалась недолго. Шум метнулся куда-то вправо и стал быстро отдаляться. Джеймс продолжал бежать, пытаясь не отставать. Грязный переулок и новый кровяной след.
   Мужчина пожалел, что у него нет оружия. С ним было бы спокойнее. Но зачем жалеть о том, чего нет? Лучше просто сбавить обороты и держаться настороже...
   Джеймс перешёл с бега на спокойный шаг и прищурился, вглядываясь в молочную мглу. Похоже на стройплощадку. Неподалёку стоял экскаватор, а по обочинам раскиданы мешки с цементом, брошенные инструменты, тележки... Шум окончательно затих где-то впереди.
   Вскоре асфальт окончательно превратился в размокшее месиво из песка и глины.
   Джеймс сделал ещё несколько шагов, пока не упёрся в преграду. Туннель. Небольшой - свод располагался лишь немного выше головы. Вход преграждали несколько досок, прибитых настолько криво, что в центре оставалось вполне приличное "окно", в которое мог пролезть кто угодно.
   Джеймс слегка замешкался у входа в эту нору. Здравый смысл снова стал побеждать распоясавшиеся эмоции.
   "А стоит ли?"
   В этот момент раздался новый звук, непохожий на предыдущий. Хрип... или треск. Нечто среднее. Любопытство взяло вверх, и мужчина осторожно полез внутрь.
  
   Здесь было гораздо меньше тумана, но довольно темно. Шипение раздавалось немного правее ...
   Джеймс сделал пару шагов в его сторону и, наконец, увидел источник шума. Протянул руку, чтобы взять его... Какое-то шестое чувство заставило его повернуть голову.
  
   ... существо, учуяв запах новой жертвы, поднималось с сырой земли. Джеймс не мог разглядеть его очертаний, но... Одно мог сказать точно - это был не человек.
   Буквально долю секунды противники простояли неподвижно, словно разглядывали друг друга. Потом монстр медленно двинулся в сторону человека. Ледяная дрожь волной пробежала по телу, вогнав Джеймса в ступор. Слава богу, паника длилась недолго. Придя в себя, и опустив находку в карман, он наклонился и начал вслепую шарить рукой по земле, в поисках хоть какого-нибудь оружия. Тварь медленно, но неумолимо приближалась, неся с собой вонь горелой кожи и протухшей плоти.
   Пальцы, наконец, нащупали твердый предмет, - кажется, деревянную палку и довольно увесистую. На её конце чернело остриё ржавого гвоздя....
   Существо уже совсем рядом.
   Джеймс замахнулся и со всей силы всадил острый "наконечник" палки в рыхлое тело врага. Рукав куртки тут же пропитался кровью и прилип к запястью, затрудняя движения. Монстр не издал ни звука и, не смотря на рану, продолжал двигаться. Он шёл прямо на человека, не обращая внимания на мельтешащую палку и редкие удары в торс.
   Джеймс ударил снова, потом ещё и ещё... Бил, пока тварь не затихла на полу.
   Капли маслянистой, багрово-чёрной крови стекали по поверхности палки, заканчивая свой бег на кончике гвоздя. После этого маленькая тёмная бусинка срывалась вниз и, как в замедленной съёмке, разбивалась о грязный асфальт.
   - Что это было?
   - ... было... было... было..? - вторили стены туннеля.
   Мужчина пошевелил тело монстра палкой. Кажется, мёртв...
   Теперь он мог рассмотреть существо внимательнее: оно было очень и очень... странным. Не страшное, не омерзительное, а именно странное. Ростом с человека, торс, две ноги... Правда, на этом сходство заканчивалось. Вместо головы - какой-то странный вырост, без носа, ушей и глаз. Рта тоже не видно. Вместо рук - два округлых обрубка. Одежды нет, а кожа неравномерного окраса - начиная от тёмно-коричневых тонов, и заканчивая телесными. Тварь не была ни мутантом, ни зомби, ни пришельцем. Джеймс не знал, откуда в нём взялась такая уверенность. Он просто чувствовал это.
   Внезапно по телу монстра прошёл спазм, и оно изогнулось. От неожиданности Джеймс отпрянул и уже через секунду со всего размаху засадил гвоздь в тело противника.
   "Надо выбираться", - пронеслась мысль.
   Только оказавшись снаружи, он вспомнил о своей находке и вынул её из кармана.
   Радио. Ничего примечательного - обыкновенный приёмник ещё из прошлых лет. Металлический, тяжёлый, солидный. Минимум кнопок, минимум эстетики. Джеймс повертел ручку настройки, но поймал только атмосферные помехи, непонятный треск от которых заполнял динамики почти постоянно. Сквозь них пробивалось что-то ещё:
   - жд... прих... сейч... ид... озер...
   "Какого..?"
   - Джеймс!..
   Мужчина обомлел, враз забыв о монстре, городе, остальном мире... Пальцы лихорадочно завертели рукоятку, но скребущий шум проглотил остатки фразы...
   Голос был женским.
   Джеймс спрятал приёмник, стараясь не замечать предательского дрожания своих рук. Лицо запылало, как разогретые угли, а пальцы замёрзли, до боли сжимая в руках покрытую заусеницами палку.
   "Я найду..."
   Городок превратился в преисподнюю, обволакивая Джеймса серой пеленой неопределённости. Сетка морщин чётко обозначилась на лбу мужчины, когда он, нахмурившись, вглядывался в пугающие завихрения из ядовитых болотных паров.
   ЭТО не остановит его. Не в этот раз... и никогда.
   Собравшись с духом, он шагнул вперёд, и туман разомкнул свои объятия, словно приветствуя новую жертву. Подобно тому, как палач приветствует осуждённого...
  
   Вот и переулок - выход к безлюдным улицам.
   Впереди, на противоположной стороне дороги, виднелась какая-то тень. Похоже на могилу... Джеймс подошёл поближе и понял, что не так уж сильно и ошибся.
   Памятник. Древний, растрескавшийся... Весь покрытый почти стёршимися надписями:
  
   "Земли, окружающие этот памятник, первоначально были болотом, но позже они были засыпаны. Давным-давно палачи после казней омывали свои орудия в болоте, за что оно было прозвано Болотом Крови. Возможно, по этой причине множество людей утверждало, что они видели призраков рядом с этим страшным местом".
  
   Но ведь это не объяснение всему этому... Совсем не похоже на ответ.
   Джеймс пошёл обратно - вдоль кровавого следа.
   Радио периодически взрывалось резкими звуками, совсем как в туннеле. А это значит... Монстры кругом. Старенький приёмник словно чувствовал этих уродливых созданий. Когда они были рядом, он начинал шипеть: совсем как живое существо...
   Джеймс изредка видел их. Двигались они медленно и с трудом, словно зомби, бредущие на запах пульсирующей плоти. Они заполонили город. То тут, то там, через туман проступали их изувеченные туши - копошащиеся на земле или ползущие на звук одиноких шагов. Твари, демоны, монстры - будто сошедшие с иллюстраций к книгам ужасов. Ожившие видения из страшных снов. Паранойя, обретшая материальную оболочку.
   Иногда они подходили чересчур близко, и Джеймс был вынужден пускать в ход своё импровизированное оружие. Гроздь кромсал их тела, как раскалённый нож кусочек масла. Но обычно это их не останавливало - упавшие вставали вновь и снова тянулись к человеку, щедро усыпая тротуары вываливающимися внутренностями.
   Джеймс почти бежал, стараясь не вступать в бессмысленные схватки - это могло плохо кончиться. Хорошо, что они еле двигаются, иначе... Что было бы "иначе" человек не знал и не хотел знать.
   Но... куда дальше?
  
   ...парк возле озера? Они провели там весь день, сидя на скамейке и любуясь на воду...
  
   "В нашем "особом месте"..."
  

Глава третья: "Граница отчуждения"

  
   Стена возникла столь неожиданно, что Джеймс едва не ударился об неё. Она полностью сливалась с туманом, возможно, из-за её серовато-белой поверхности, а может и нет... Но дело не в этом - стена намертво перегораживала улицу.
   Улицу, ведущую к парку.
   На её поверхности виднелась надпись - буквы расплылись, и лишь подойдя поближе, Джеймс понял почему. Слова были выведены краской. Свежей. По крайней мере, Джеймс надеялся, что это была краска... Как бы там ни было, размашистые бордовые буквы покрывали почти всю поверхность загадочной стены:
  
   "Дверь, скрипящая во тьме, открывает путь к кошмарам".
  
   В стене была только одна дверь. Обшитая металлическими листами, густо покрытая смазанными отпечатками чьих-то испачканных в... краске... рук и засохшими брызгами вязкой слизи. И... закрытая.
   Абсурдное препятствие - Джеймсу казалось, что стена подвешена в воздухе и почти не имеет веса. Она была словно не от мира сего. Она была чем-то потусторонним. Была преградой именно для НЕГО.
   Выбора не осталось, и Джеймс поплёлся обратно. Судя по карте, ещё как минимум парочка дорог вели к парку - это его шанс.
   Улица, ведущая на север, преграждалась такой же стеной, только без двери. Весь асфальт перед ней был покрыт лужицами крови и нечёткими отпечатками сапог. Немного в стороне лежал и труп. Человеческий, но... потерявший все признаки человечности - порванное в клочья тело, только каким-то чудом не распадалось на части. Чуть поодаль виднелось несколько пропитавшихся кровью листов бумаги, и Джеймс поднял один из них:
  
   "Если увидишь их - беги! Беги пока есть силы!"
  
   Джеймс невольно поёжился. Он был вынужден признать, что даже не приблизился к пониманию ситуации. Мужчина зашагал обратно, намереваясь идти к парку в обход. Выбора всё равно нет...
   Откуда-то слева донёсся скрип - точно старая дверь провернулась на несмазанных петлях. Джеймс пошёл на звук и через несколько метров и вправду наткнулся на деревянную дверь.
   Бар "У Нилли" - гласила блеклая вывеска над входом. Радио молчало, а значит бар пуст и наверняка заперт. Джеймс повернул гладкую медную ручку, и она подалась без особых усилий. Удивительно...
   Внутри помещение выглядело ещё хуже, чем снаружи: окна заклеены старыми газетами, а там, где бумага прорвалась, её функцию брал на себя колоссальный слой пыли. Зал был совсем крошечный, - стойка у боковой стены, да пара перевёрнутых стульев составляли всю меблировку. Но не это в первую очередь привлекло Джеймса. Опять надпись, выполненная тем же способом, что и на белой стене - бордово-коричневые размашистые буквы уродовали стекло витрины.
  
   "Здесь БЫЛА дыра. Теперь же она просто исчезла".
  
   Кто-то снова шутит свои шутки. Джеймс чувствовал себя крысой в лабиринте - не знаешь с какой стороны тебя ударит током в следующий раз. Но кто-то знает и... использует это.
   Захотелось выйти на свежий воздух, но ещё нужно осмотреть комнату. Впрочем, и смотреть было особо не на что. Старые газеты - вот и все сокровища бара. Хотя нет, на столе вроде что-то есть.
   Ветхость этой бумаги Джеймс почувствовал сразу, едва взяв её в руки. Карта. Точно такая же, как у него, только с пометкой. Жирная красная линия пересекала одно из зданий насквозь, ведя прямо к... парку.
   Парку "Мокрая роза". На стойке лежал ещё и ключ. Замызганная бирка гласила: "Апартаменты "Лазурный ручей"". Путеводная ниточка начиналась там...
  
   Двери бара хлопнули за спиной, а на губах Джеймса заиграла слабая улыбка. Он быстро пробежал по центральной улице, чётко выполняя команду невидимого кукловода. Вскоре он был возле апартаментов.
  
   Часть 3: "В темноте"
  

Глава первая: "Там, где обитает страх"

  
  
   Здание было самое обычное - кирпичная коробка, в три этажа высотой, с практически отсутствующей архитектурой. Во дворе, перед главным входом, лежали чёрные пакеты, заполненные разным хламом и прорванные во многих местах. Тут же валялись обрывки старых журналов и поваленные мусорные баки. Неприветливое зрелище.
   Как и сам дом.
   Многие окна забиты досками и тонкими фанерными листами. Последние дрожали от каждого порыва ветра, оглашая окрестности противным дребезжанием.
   Джеймс поёжился и прошёлся по двору, оценивая обстановку. Тихо.
   Трещавшее радио давно умолкло и не подавало признаков жизни. Мужчина легонько постучал по динамику, но напрасно.
   "Что же - по крайней мере монстров здесь нет".
   Он поднял глаза повыше, рассматривая угрюмый фасад.
   "Апартаменты "Лазурный ручей"" - гласила небольшая вывеска. Ниже была прибита ещё одна:
  
   "Построены святыми во имя Шерил".
  
   Джеймс пожал плечами и направился к главному входу.
   Дверь приотворилась легко. Молочный отсвет тумана тут же ворвался внутрь, выхватывая из темноты кусок разбитой лестницы и прогнившие доски половиц. По мере того как дверь поворачивалась, всё больше и больше деталей открывались взгляду: разбитая ваза с засохшими цветами, покрытая непонятными пятнами стойка регистрации, и отсыревшие пласты обоев, чудом сохранившиеся на старых стенах.
   Но, слава богу - пусто. Тварей нет. Никого нет.
   Джеймс шагнул вперёд и тут же почувствовал этот запах древности. Весьма специфический - пахло сырым картоном, пылью, гнилым деревом и нечищеной медью. Во рту мгновенно появился кисловатый привкус.
   "Гадость".
   Джеймс покрутил головой, пытаясь разглядеть обстановку получше. Криво висящая люстра, из патронов которой торчали уродливые осколки лампочек. Грозящие обвалом крепёжные балки. Капельки ржавой воды, сгрудившиеся под потолком... Да, практически всё. Хотя нет - ещё стенд на стене с кучей ободранных объявлений.
   Он подошёл поближе: план здания. Нужен ли? Скорее да, чем нет. Джеймс содрал плотный лист со стенда и, придерживая носком ботинка норовящую закрыться дверь, внимательно его рассмотрел. Типичная провинциальная гостиница. Одна лестница, один чёрный ход. Хм...
   Джеймс внезапно поймал себя на том, что просто тянет время. Врать самому себе бессмысленно - он не хочет идти туда.
   С верхних этажей донёсся приглушённый звук разбивающегося стекла. От неожиданности Джеймс вздрогнул и перевёл взгляд на лестницу. Но больше не доносилось ни звука.
   "К чёрту неопределённость!"
   Металлическая лестница усилила звук его шагов, которые и так разносились по всему зданию.
   Как он и предполагал, разбилось окно, - осколки усыпали всю лестничную площадку второго этажа. Но какая разница ЧТО разбилось? Гораздо важнее КТО разбил.
   Проклятое радио пока молчало, но у Джеймса всё равно возникло чувство, будто кто-то стоит у него за спиной.
   Снаружи дома что-то захлопало - может, птица взмахнула крыльями...
   "Но ведь здесь нет птиц. Наверное, просто сквозняк..."
   Всегда должно существовать простое и логичное объяснение. Всегда.
   Джеймс глубоко вздохнул, пытаясь выровнять участившееся сердцебиение.
   Коридор справа был перегорожен стальной решёткой, не дававшей абсолютно никакой возможности пройти дальше. Проникавший через дыры в стене свет падал прямо на прутья преграды, покрывая пол вытянутыми белыми пятнами, разделёнными полосками густой тени. Там что-то блестело... Ключ?
   Джеймс нервно огляделся. Страшно, всё-таки, поворачиваться спиной к темноте... Стараясь не выпускать коридор из поля зрения, он опустился на колени и просунул руку за решётку. Сложно дотянуться... Пальцы медленно, сантиметр за сантиметром преодолевали расстояние.
   Вдруг от резкого удара ключ отлетел к стене и, срикошетив, растворился во тьме коридора. Небольшая детская ножка припечатала ладонь мужчины к полу.
   Боль и злость вспыхнули одновременно, но были погашены звонким детским смехом... Человек? ЗДЕСЬ?!
   Ребёнок!
   Девочка метнулась по коридору, оставляя после себя лишь гулкое эхо шагов.
   - Постой! Мне нужно...
   Из тьмы донёсся лишь её издевательский смех. Смех, в котором было гораздо больше взрослого, нежели детского. Джеймс поднялся на ноги и прищурил глаза, безуспешно вглядываясь во мрак.
   Но хрупкий силуэт уже исчез.
  
   ***
   Откуда здесь могут быть люди? Случайность это или нет? Может, бездомные или скитальцы без крыши над головой. А может такие же, как та девушка на кладбище - случайные посетители. Или не случайные..?
   Джеймс прошёл по коридору второго этажа, двигаясь в противоположную от решётки сторону. Пока было тихо. Но это не показатель - здесь всегда тихо. Проклятая тишина теребит нервы лучше реальной опасности...
   Нужно уходить. Убираться, бежать отсюда. Спасаться...
   "Спасаться от чего? От темноты? Не глупи, Джеймс. Успокойся... Здесь пусто. И никого нет..."
   Радио начало потрескивать. В начале это были одиночные хрипы, но вскоре их стало всё больше, а громкость росла подобно волне, обрушивающейся на скалистый берег. Чуть дальше по коридору что-то шевельнулось...
   Джеймс, сломя голову, ринулся к ближайшей двери и вцепился в ручку.
   "Только бы открылась..."
   Она открылась. Мужчина забежал внутрь и тут же захлопнул дверь, навалившись на неё всем телом. Радио мгновенно стихло.
   Он стоял и просто вслушивался в тишину.
  
   Шаги... Тяжёлые, шаркающие, хлюпающие. Их обладатель шёл не торопясь, тщательно передвигая непослушные конечности и ворочая тем, что заменяло ему голову. Его жертва куда-то исчезла. Он миновал дверь и побрёл дальше, медленно растворяясь в темноте пустого коридора...
  
   В этот раз повезло. Джеймс сжал пальцы в кулак и шумно выдохнул.
   Только сейчас до него дошло, что в комнате светло. Светло? Но... Он обернулся и обомлел.
   Человек..?
   Манекен.
   Всего-навсего манекен в женском платье, к которому был прикреплён фонарик, бивший прямо в глаза. Остальная часть комнаты тонула во тьме.
   Джеймс шагнул вперёд, прикрываясь ладонью от яркого света. Протянул руку к жутковатой фигуре и взял фонарик. Странно - он как будто вовсе ни к чему не крепился. Ни кармашка, ни петли, ни липкой ленты. Он словно парил в воздухе.
   Радио взорвалось скрежетом, и Джеймс лихорадочно завертел фонариком, высвечивая... что-то, копошащееся за спиной манекена.
   Джеймс обомлел всего лишь на мгновение, но уже через секунду подскочил к медлительному монстру и со всех сил всадил тяжёлый ботинок в его коричневый бок. Нога вошла во что-то мягкое и на секунду задержалась там, пропитываясь сочащейся из раны жижей. Джеймс в брезгливости отдёрнулся.
   Тварь зашевелилась и вновь изогнулась в попытке оторваться от земли. Джеймс перехватил палку обеими руками и обрушил её на спину существа. Оружие с треском переломилось пополам, сумев, впрочем, повалить монстра на пол. Он больше не двигался.
   Самое странное то, что это был не тот тип монстров, встречающийся снаружи. Тело "этого" было в высшей степени необычно. Его словно... сшили. Да, именно сшили из разных частей.
   Джеймсу тут же вспомнились фильмы ужасов, виденные когда-то давно. Непременным атрибутом логова маньяка были куклы - чаще всего порезанные, распотрошённые и изуродованные в равной степени ножницами и больной фантазией.
   Здесь было то же самое. Ноги... Они были на том месте, где по закону природы должна находиться голова. Тело существа блестело, как кусок пластика, но было мягким. Тонкая кожа, усыпанная коричневатыми пятнами, больше похожими на тяжёлые ожоги от кислоты... Полное отсутствие рта, глаз, носа, ушей....
   "Как такое возможно?"
   Одна из верхних конечностей монстра зашевелилась и потянулась к Джеймсу. Мужчина, не задумываясь, всадил оставшийся огрызок палки прямо в середину его торса. Ни крика, ни стона. Ничего. Конвульсии и лужа растекающейся мерзости.
   Джеймса передёрнуло и он отошёл на середину комнаты.
   Хоть фонарик есть... Джеймс повертел его в руках и положил в один из многочисленных карманов армейской куртки. Вышло очень удобно - луч света устремлялся чётко вперёд, оставляя свободными руки.
   "Нужно оружие, - пронеслась мысль. - Хоть какая-нибудь палка или нож..."
   Здесь, правда, ничего такого не было. Несколько столов, сломанные швейные машинки и куча разломанных манекенов. И, конечно, тот самый, с фонариком. Что-то в нём... особенное.
   - И что-то странное, - продолжили мысль невольно вырвавшиеся слова.
   Вскоре он понял.
   Джеймс вынул из кармана фотографию Мэри на фоне озера. Простенькая белая блузка в цветочек. Очень приятная на ощупь, если ему не изменяет память...
   "Не важно, что было тогда".
   Сейчас она была на этом манекене. Именно она...
   Но ПОЧЕМУ она?
  

Глава вторая: "Привкус боли"

  
   Джеймс молча брёл по этажу, стараясь не замечать редкие всхлипывания радиоприёмника. С потолка срывались капли холодной воды и разбивались о волосы или воротник куртки, зачастую стекая за шиворот. Не самое приятное ощущение.
   Грохотала старая крыша, терзаемая невесть откуда взявшимся ветром. Из-за стен доносились шорохи и скрипы прогнившего паркета... будто кто-то недосягаемый снова преследовал его. В луче фонарика на полу блестели лужи мутной воды, источавшие кисловатый запах ржавчины и плесени.
   Через некоторое время коридор повернул влево и впереди замаячил тупик в виде очередной решётки.
   За спиной послышались шаги. До боли знакомые.
   "Без паники".
   Джеймс кинулся к ближайшей двери и повернул ручку. Заперто. Следующая - тоже.
   Зарычал приёмник, а звук шагов как бы раздвоился - монстров стало больше.
   "Чёрт!"
   Страх помножил его силы, и следующая дверь вылетела под ударом плеча. Комната. Ничего нет. Кажется...
   Первый монстр уже добрался до выломанной двери и его уродливое тело застыло на пороге. Джеймс попятился в глубину комнаты, осторожно ступая ногами по чему-то мелкому, скользкому и блестящему. Монстр шагнул через порог, а позади замаячил силуэт следующего противника.
   "Оружие! Нужно оружие..."
   Джеймс моргнул, и комната вроде бы изменилась. Или это он посмотрел на неё под другим углом? Стены были покрыты странными пятнами... Нет. Дырами. В следующую секунду человек упёрся в какой-то предмет за его спиной, а рука нащупала нечто металлическое.
   Пистолет.
   Предохранители сняты.
   Палец дёргает курок и содержимое головы ближайшего существа расплывается по стенке, забиваясь в многочисленные шероховатости и щербинки. Джеймс не в первый раз держал в руках оружие. Они с приятелем часто собирались вместе, чтобы пострелять по банкам на пустыре. Проигрывал он редко.
   Монстры валились как куклы в тире. Бах! - и чёрная жижа стекает по обоям, а монстр косолапо валится на пол.
   Когда щёлкнул затвор, последнее из созданий уже билось в предсмертной агонии. Простреленные конечности противно скребли по половицам, размазывая вытекающую из них кровь.
   Джеймс криво усмехнулся и вытер со лба пот. Пистолет был там, где нужно и в нужный момент. Вероятность этого была ничтожна. Или нет..?
   "В этом месте всё возможно".
   Мужчина обернулся и осмотрел оставшуюся часть комнаты. Алюминиевая тележка и... всё. Один маленький штрих - она была битком набита запасными обоймами. Блестящие цилиндрики на полу оказались гильзами, а дырки на стенах оставили пули.
   Продолжая сжимать в руках пустой пистолет, Джеймс вновь осмотрел всю комнату.
   "Что здесь было раньше? Кто сделал всё это?"
   Ответов не было. Чтобы тут ни произошло, оставленное оружие спасло ему жизнь. Джеймс подошёл к коляске и набил обоймами карманы куртки. Это было явно не лишним. Теперь ему будет чем встретить своих преследователей. Будет чем...
   Щёлкнул затвор, принимая в ствол очередную порцию смерти.
   "Будет чем..."
  
   ***
   Джеймс замер перед очередной дверью. Окна этой комнаты должны были выходить прямо к парку. Может, получится спуститься по водосточной трубе?
   Он толкнул дверь, держа пистолет наготове. Пусто и тихо. Лишь из дальнего угла доносились странные звуки. Странные - именно то слово. Словно кусок сырого мяса с усилием волокли по земле. Наверное, такие же звуки могла издавать человеческая плоть, случайно попавшая под воронёные зубья дисковой пилы...
   Джеймс повернулся, чтобы проверить... И его чуть не вывернуло наизнанку. Луч фонарика освещал ободранную кухню, а в центре... Джеймс сглотнул и потупил глаза.
   Их было трое... Двое очень напоминали манекенов. Странные, изуродованные неведомым способом, их тела сплошь состояли из рваных ран, прерываемых гладкой, неестественного цвета, кожей. Но самое странное - это их торс, вернее, его отсутствие. Вместо него у существ были... ноги, или что-то очень похожее. Их образ словно был придуман каким-то психом, но всё-таки по сравнению с третьим монстром они выглядели совершенно безобидно.
   А третий был действительно страшен... Такого Джеймс ещё не видел. Он был на несколько голов выше манекенов и намного сильнее. На голове у него возвышался пирамидальный колпак палача, на первый взгляд изготовленный из спрессованной ржавчины. В руках существо держало огромный тесак - весь в зазубринах от частого применения, и покрытый багровыми пятнами. Ветхая одежда в коричневых разводах, испачканный кровью передник, изготовленный, кажется, из человеческой кожи.
   Но все эти детали Джеймс заметил лишь мельком. Не их внешность сейчас выворачивала его желудок, отнюдь не внешность...
   "Что они делают!?"
   Джеймс стал метаться по комнате и искать щель, куда можно забиться, чтобы не слышать и не видеть того, что там происходит.
   ... они совершали отвратительные, подчинённые какому-то сумасшедшему ритму движения. И этот ритм задавал ужасающий палач.
   Джеймс забрался в шкаф. Его дверца была выполнена в форме деревянного жалюзи, открывающего нежелательный вид на соседнюю комнату. Человек с расширившимися от ужаса зрачками впитывал отвратительную картину, замирая в душе от страха.
   ... палач схватил одного из манекенов за ноги и с диким рвением раздвинул их, словно пытаясь разодрать свою жертву на две части.
   У Джеймса помутилось в голове. Он закрыл уши руками, чтобы не слышать отвратительных криков и стонов, издаваемых этими существами. Но всё равно слышал...
   ... манекены визжали, но не смели оказать сопротивление.
   Джеймс было подумал, как живое существо может издавать подобные звуки?..
   Палач то отстранялся, то снова наваливался на стол, грозя раздавить бедных существ под собой...
   Через некоторое время по поверхности грязного стола растеклась вязкая чёрная жижа, кое-где просачиваясь сквозь трещины и капая на пол.
   Джеймс зажал рот рукой, в отчаянной попытке подавить приступ тошноты...
   Один из манекенов лежал на столе и не подавал признаков жизни. Палач же шагал к выходу, волоча за собой тело второго, по которому изредка пробегала судорога, и все конечности неестественно подёргивались. Существо дрожало и извивалось, но в его движениях чувствовалась обречённость, некое желание смерти.
   Внезапно палач остановился и отпустил свою жертву. Что-то привлекло его внимание. Джеймс весь похолодел, потому что знал, кого тот мог учуять.
   Сердце замерло, а по виску пробежала лента холодного пота. Едва палач приблизился к шкафу Джеймс не выдержал и стал стрелять. Ничего не видя, ослеплённый вспышками выстрелов и оглушённый взрывами пороха, он палил наугад. Мужчина с ужасом ждал того момента, когда закончатся патроны и существо распахнёт дверцу шкафа...
   Когда паника прошла, рядом уже никого не было. Только два мёртвых манекена - окровавленные и безжизненные. Сердце снова застучало, и от его биения начало содрогаться всё тело.
   Джеймс согнулся пополам, рухнул на колени и закашлялся. Его желудок вывернуло наизнанку. Глядя на остатки собственного завтрака и обессиленный кашлем, мужчина пытался рассуждать логически.
   "На всё должна быть причина... На всё. Даже на это... Да что это значит?! Почему.... Почему? Зачем так жестоко... Зачем вот так..."
   Новый приступ рвоты и тупая боль в пустом желудке.
   "Город... Всё дело в городе. Но ЧТО он хочет показать мне?"
   Джеймс не знал. Но чувствовал страх. Страх, причиной которого было увиденное. Страх, который останется с ним навсегда. И даже через много лет этот страх будет терзать его. Если, конечно... этот страх не убьёт его...
   Или не сведёт с ума.
   С трудом поднявшись, Джеймс подошёл к окну и вдохнул влажный воздух с горьким привкусом тумана. Но... за окном был не парк. Внутренний двор апартаментов. Наверное, он что-то напутал.
   "Я просто устал. Просто устал от всего этого...
   По крайней мере, рядом с окном проходит водосточная труба. Наружу. Я хочу на воздух... И чем скорее - тем лучше".
  

Глава третья: "Вторая встреча"

  
   Двор был завален мусором сверх всякой меры - то тут, то там встречались остатки некогда бывшей здесь жизни. Джеймс засунул руки в карманы и медленно двинулся вперёд, неуловимо стягивая кулак вокруг рукояти оружия. С ним спокойнее.
   Двери выхода были заблокированы. Замок заклинило, а может быть что-то привалило задвижку с другой стороны. Джеймс вздохнул и снова двинулся по двору, изучая неприветливые фасады и грязный асфальт.
   Лавочки, пустой бассейн с пугающими тенями, копошащимися на его дне... Кажется, там стояла детская коляска, но Джеймс не рискнул проверить, есть ли в ней что-то полезное.
   В соседнем здании была ещё одна дверь. Снова в темноту, снова в безумие узких коридоров... В мыслях всплыл огромный, заляпанный кровью тесак и мужчина невольно содрогнулся.
   Щёлкнул замок, и дверь отворилась. Без скрипа, без шума. Она просто открылась, предоставляя доступ к скрываемым за ней ужасам. Открылась подобно пасти хищника.
   Здесь уже не было сырости - и даже запах исчез. Зато стало на порядок темнее и опаснее.
   Крик догнал его возле первого изгиба узкого коридора. Бесконечно далёкий, практически одно эхо, но ясно различимый. Это где-то впереди. В другом крыле и, несомненно, на этом этаже...
   Джеймс посмотрел вперёд и отчётливо увидел, как дрожит луч его фонарика. Мужчина усилием воли заставил себя успокоится.
   "Это сон. Кошмар, который вот-вот закончится. Чья-то затянувшаяся шутка. Бред сумасшедшего..."
   Мысли не давали покоя. Нужно что-то делать. Нужно выбирать, как бы ни страшно было делать этот выбор.
   Джеймс шагнул вперёд, одновременно вынимая пистолет.
   Как жаль, что дрожь так и не исчезла.
  
   ***
   За решёткой стоял палач. Тот самый. Только без ножа. Джеймс медленно направил ствол пистолета в его сторону, но не решился спустить курок. Бездеятельность и отстранённость противника обескураживали и гасили весь страх.
   Палец прошёлся по спусковому крючку и замер, чувствуя холодную сталь. Джеймс закусил губу, но руки не слушались.
   Палач не двигался. Его металлический "клюв" полностью закрывал лицо, опускаясь до уровня груди. Джеймс вдруг понял, что существо смотрит на него. Даже не понял, а скорее почувствовал, ощутил всей кожей.
   Вдруг "клюв" повернулся чуть влево и снова замер.
   "Будто указывает на дверь ... "
   Из прикушенной губы потекла кровь, но мужчина даже не заметил этого. Все его мысли упирались в стоящее перед ним существо. Сейчас оно казалось неопасным, но разум подсказывал, что это не так...
   Выстрела не последовало. Открылась и снова захлопнулась дверь.
  
   ***
  
   Джеймс моргнул, пытаясь привыкнуть к свету. Здесь действительно было светло: в углу рябил старый телевизор, покрывая стены мельтешащими световыми узорами. Джеймс инстинктивно нащупал выключатель и щёлкнул тумблером. Бесполезно - света нет. Но телевизор ведь работает...
   Перед ним что-то было. Кресло, вроде. Шаг вперёд, ещё один...
   Труп сидел в кресле, уронив голову себе на грудь. Кровь сочилась из-под волос и заливала белую майку, расплываясь на ней бесформенными пятнами.
   "Как на картинках у психиатра. Тест на ассоциации..."
   Отдельные ручейки испачкали обивку сидения и брюки. В отсвете телевизора вытекающая из ран кровь казалась почти чёрной. Чёрной, подобно смоле или саже.
   Экран потух, и рябь в глазах тут же исчезла.
   "Что ты хотел показать мне...?"
   Вопрос, как и всегда, остался без ответа.
   Когда Джеймс вышел, снаружи уже никого не было.
  

Глава четвёртая: "Отзвуки безумия"

  
   Теперь по коридору разносились странные звуки. Омерзительные, глухие, многократно умноженные вездесущим эхо. Джеймс замер, пытаясь определить откуда они доносятся. Это удалось без особых проблем: соседняя комната.
   "Там находится ад" - надпись была сделана кровью по сырому бетону. Красная жидкость стекала по стене отдельными капельками, уродуя и без того неприглядную поверхность. Город пестрит подобными надписями. Главное - стараться не обращать на них внимания, иначе можно подумать, что они оставлены с умыслом. Будто бы кто-то оставил их здесь - исключительно для его глаз.
   "Этот город просто играет со мной..."
   Слева был проход на кухню. Там явно что-то было не так... Труп. Очередной. Упавший холодильник размозжил ему голову, и поэтому весь пол был залит буроватой слизью с редкими белыми осколками черепной кости.
   Джеймс в первый раз пожалел, что у него вообще есть желудок. Комок снова встал поперёк горла, мешая нормально дышать.
   "Не думай об этом. Думай о звуках..."
   А звуки раздавались где-то совсем рядом - в той комнатке, за серой дверью. Наверное ванная...
  
   ***
  
   ...Парня рвало просто жутко. Не в силах удержаться на ногах он сидел на полу, обеими руками облокотившись на сидение унитаза. Спазмы накатывали на него один за другим, разрывая его желудок на части...
   Грязное, потное тело, сальные волосы, прилипшие к вискам, и совсем уже лишняя полнота не придавали ему обаяния. Потёртая бейсболка, испачканная машинным маслом, полосатый свитер и шорты, истинный цвет которых скрывал слой грязи. Вся его одежда была порвана во многих местах, словно её хозяин очень долго продирался сквозь колючий кустарник.
   Внезапно он обернулся:
   - Это был не я! Не я сделал всё это!
   - Что...?
   - Я клянусь! Он уже был здесь, когда я пришёл сюда.
   - Ты о ком?.. Неважно. Я Джеймс. Джеймс Сандерлэнд.
   - Я. Хмм... Эдди, - новый поток желудочного сока полился в унитаз.
   - Эдди, кто тот мертвец на кухне?
   - Я его не убивал! Это был не я...
   - Не переживай - я верю тебе. Это вполне мог сделать тот... человек с красной "пирамидой" на голове.
   - Что? Красная пирамида? Я не понимаю. Я видел здесь очень странных... людей, но ничего такого, о чём ты говоришь. Я испугался и прибежал сюда. Вот и всё.
   - Но здесь тоже опасно.
   Эдди промолчал. Но Джеймс и не думал отступать:
   - А ты не знаешь, что здесь произошло?
   - Нет, говорю же тебе. Я вообще не из этого города. Я просто случайно попал сюда.
   - Случайно? Или что-то привело тебя сюда?
   Толстый парень задумался:
   - Да. Наверное, можно сказать и так...
   - Ладно, как бы там ни было, пора убираться отсюда.
   - Ты прав. Именно это я и намеревался сделать. А как же ты?
   - Я не уйду, пока не закончу мои дела. Эдди и... будь осторожен. Хорошо?
   - Да... ты тоже будь начеку.
  
   ***
  
   ...Очередной странный посетитель... Всех их что-то тянет сюда. Какая-то непреодолимая сила заставляет их двигаться вперёд. Эдди... Смешной парень. Но что-то скрыто в глубине его души. Точно такое же чувство возникло рядом с той девушкой на кладбище. Как же её звали..? Или она не представилась? Наверняка не представилась. Он бы запомнил.
   Дверь по правой стороне коридора скрипнула и приоткрылась. Через секунду ствол пистолета уже смотрел в образовавшийся проём.
   Никого.
   Он осторожно шагнул внутрь.
   Одна из стен комнаты являла собой сплошное зеркало. Огромное, без рамы, оно простиралось от пола и до самого потолка, занимая всю ширину противоположной стены. Проникавший через маленькое оконце свет отражался от его ровной поверхности и заливал всё свободное пространство призрачными лучами, отчётливо различимыми из-за клубившейся в воздухе пыли.
   Только через мгновение Джеймс заметил девушку, лежащую на полу у самой кромки зеркала. В руке она держала огромный кухонный нож, испачканный в крови. Та самая девушка, с кладбища.
   Она подняла глаза и сфокусировала взгляд, глядя на отражение Джеймса в зеркальной глади:
   - А, это ты...
   - Да... эээ... Меня зовут Джеймс. Мы уже виделись. Помнишь..?
   - Энжела.
   Её голос звучал неестественно глухо, будто внутри неё была пустота.
   - Энжела... я не знаю, что ты задумала, но ведь всегда есть другой путь...
   - Да? А что ТЫ знаешь об этом?! Мы ведь одинаковы. Ты и я. Это ведь легче, чем просто убегать... Мы заслужили это. Всё это.
   "Сумасшедшая".
   Нож поблёскивал, искрясь и переливаясь в её руке.
   - Нет, Энжела. Мы разные. Я не такой!
   - Почему ты боишься Джеймс? - она замолчала на пару секунд, но потом спохватилась. - Прости. Я не должна была...
   - Не переживай, всё в порядке.
   Джеймс пытался поддержать разговор, но пауза неприятно затягивалась. Наконец память выудила нужные слова:
   - А ты нашла свою семью?
   - Нет. Их нигде нет...
   - Они когда-нибудь жили здесь? В апартаментах?
   - Я не знаю... Я давно не была здесь. Очень давно.
   - Но ты так уверена, что они жили в этом городе?
   Девушка вздрогнула и отвернулась от зеркала, испепеляя Джеймса недобрым взглядом:
   - Что ты сказал? Что ты знаешь?!
   - Что знаю..? Просто спросил. Предположил. Я не...
   - Я так устала, просто сорвалась... Извини. А ты... нашёл ту, которую искал?
   - Нет. Это, наверное, глупо.
   Вдруг что-то кольнуло в груди. Ему внезапно захотелось рассказать этой странной девушке всё. Всю правду. Сбросить тяжёлый груз. И уже не возможно было удержаться:
   - Это глупо, потому что она мертва. Я не знаю, почему надеюсь встретить её здесь.
   - Она мертва?!
   - Не бойся. Я не сумасшедший.
   Джеймс сказал это и только потом осознал, как фальшиво это звучит. Обычно тот, кто говорит, что он не сумасшедший, на самом деле является психом. Нормальный человек никогда не может быть уверен, что не сошёл с ума.
   Энжела встала на ноги и шагнула к двери:
   - Я должна найти свою маму. Я должна...
   - Мне пойти с тобой? Знаешь, теперь я понимаю твои слова, которые ты сказала на кладбище. Этот туман действительно необычен. И город...
   - Нет, - отрезала девушка. - Тебе нельзя идти со мной. Это... неправильно.
   Джеймс пожал плечами, стараясь не обращать внимания на то, что его собеседница проигнорировала слова насчёт города. Совпадение?
   Он указал на нож:
   - А как насчёт этого?
   Девушка улыбнулась. Но от этой улыбки холодело всё внутри. Мёртвая улыбка.
   - Придержишь для себя? А, Джеймс? - ехидно заметила она. - Мне он без надобности. Не знаю, что могу сделать с ним.
   Джеймс протянул руку за ножом, но Энжела будто с цепи сорвалась: её лицо исказила гримаса ужаса, а остриё ножа уставилось в грудь обомлевшему мужчине. Красный налёт на лезвии вызывал мрачные мысли...
   - Не подходи! Не трогай меня!!! Прости... - девушка покосилась на дверь и с сожалением пробормотала, - Я вела себя плохо, но все равно не делай этого!
   - Энжела, я ничего не делаю. Я никогда не причиню тебе вреда...
   Она заплакала и опустила своё оружие. Слёзы капали на нож и стекали по его зеркальной поверхности, смешиваясь с краснотой.
   Внезапно она швырнула его на стоящий рядом комод и не в силах сдержать плач выбежала из комнаты, прижимая рукав свитера к лицу. Некоторое время Джеймс простоял в шоке. Даже те исчадия ада не вызывали у него такого неопределённого ужаса, как люди, забредшие в этот городок.
   Всё ещё пребывая в оцепенении, он взял нож и повертел его в руках. Острый, как бритва. Очень тяжёлый.
   "Убийственный".
   Он просунул оружие за отворот своей безразмерной куртки, устраивая его так, чтобы оно случайно не продырявило её при движении.
   Осторожность не помешает.
  

Глава пятая: "Подвал"

  
  
   Энжелы снаружи не было, - даже звук её шагов растворился в тихом безумии этих коридоров. Зато появилось нечто новое.
   "Я ведь не мог этого не заметить?"
   Одна из боковых стен была покрыта свежими царапинами. Огромными. Их явно оставило что-то очень твёрдое...
   "Например, громадный тесак...
   Надоело!"
   Джеймс выхватил пистолет и передёрнул затвор. Надоело пребывать в неопределённости! Надоело так слепо следовать знакам. Надоело чувствовать себя марионеткой! Чёрт возьми!! Но если от меня ждут именно ЭТОГО, то я сделаю ЭТО! В темноте нет ничего, с чем бы я не смог справиться.
   Фонарик освещал путь, а пистолет холодил руку. Царапины заканчивались возле двери в одну из крайних комнат. Когда Джеймс открывал дверь, ему почудился странный шепот. Или это тоже была иллюзия? Как бы там ни было - выбор сделан. И отступать поздно.
   Он оказался в помещении, которое, судя по всему, являлось лестничной площадкой - возле дальней стены начиналась череда ступеней, ведущих в подвал. По звуку шепчущей внизу воды, можно было понять, что он затоплен.
   Враг уже ждал его. Иссохшие руки сжимают лезвие, а странный головной убор в виде трёхгранной пирамиды медленно покачивается. Ни звука. Они просто смотрели друг на друга, прежде чем столкнуться на этом узком клочке незахламлённого пола. И здесь больше не было никаких решёток.
   Монстр медленно двинулся к нему, волоча своё устрашающее оружие по полу. Скрежет стоял безумный, и это ещё сильнее распалило огонь ненависти, пылавший в душе Джеймса. Первые две пули вошли в "пирамиду", издав такой звук, который бы вызвало попадание камня в пустую проржавевшую бочку. Однако выстрелы ничуть не повредили монстру. Он двигался прямо на него, уже занося над головой ужасающий нож.
   Нервничая, Джеймс спустил курок пять раз кряду. Пули разорвали грязную одежду на теле его противника, но кровь всё равно не пошла.
   "Тщетно. Всё тщетно!"
   Патронов оставалось мало, а атаку твари он наверняка не переживёт...
   Пистолет содрогнулся, выплёвывая ещё два заряда. Один из них угодил в изгиб локтя, заставив руку с оружием ослабить хватку и замедлить удар.
   Остриё пронзило пустоту, где ещё долю секунды назад находился Джеймс. Он проскользнул под изувеченной рукой своего противника, оказавшись у него за спиной.
   "Последний патрон".
   Ствол пистолета упёрся в одну из граней пирамидального колпака и грохнул выстрел.
   Палач замер. Краем уха Джеймс уловил, что где-то включилась сирена. Нарастающий вой поглощал всё вокруг...
   Монстр развернулся и неуклюже побрёл к затопленным ступеням. Джеймс опешил и даже забыл перезарядить пистолет. Враг отступает, просто... ВОТ ТАК?
   Странно... нет - это более чем странно, это... иррационально!
   Неправильно, бредово...
   Тварь шагнула в воду и начала медленно погружаться в её мутные объятия. Через мгновение над поверхностью возвышалось лишь остриё пирамиды, но вскоре исчезло и оно.
   Джеймс осторожно приблизился к воде, не рискуя, впрочем, сильно сокращать дистанцию. Мало ли...
   Внизу что-то зашумело - сработал какой-то механизм. Вода стремительно убывала, оставляя после себя покрытые липким илом ступени и облепленные тиной стены.
   Лестница круто уходила вниз. Не меньше двух пролётов... а это значит... что нижний уровень был на уровне земли. Осторожно, чтобы не поскользнуться, Джеймс шагнул на первую ступень и тут же скривился от омерзения - коричневая жижа оказалась ещё отвратнее, чем он ожидал.
   Три пролёта и он "на дне". Здесь была единственная дверь. Сильный удар, и в помещение врываются белые лучи далёкого солнца и клочья вязкого тумана.
   Где-то впереди - парк. Теперь до него осталось не больше нескольких минут ходьбы.
   Сердце словно сжала холодная рука дурного предчувствия.
   "КТО будет ждать меня там?"
  
   Часть 4: "Рождённая желанием"
  

"Сон разума порождает чудовищ"

  

Глава первая: "Ангел в городе страха"

  
   Было так тихо, что звенело в ушах. Дующий с озера бриз уже ощущался здесь.
   Джеймс присел на одну из ступенек ржавой лестницы, и дрожащими пальцами стал растирать виски и затылок, пока мысли не упорядочились, а головная боль не исчезла.
   "Это сон? Или реальность?
   Если сон, то почему я не могу проснуться? А если реальность, то почему со мной происходит столько событий, которым нет, и не может быть объяснения?"
   Джеймс напряг память и попытался вспомнить всё, что с ним случилось. Да, многое произошло после приезда в город. Сумасшедшая на кладбище, туман, неведомые существа на улицах, маленькая девочка, смеющаяся во тьме, существо с пирамидой на голове, творящее ужасающие вещи, странный толстяк рядом со свежим трупом, манекен...
   "Чьи это фокусы? Что здесь случилось? Проваленный военный эксперимент? Нет. Я в это не верю. Слишком много факторов говорят "против". Ну а жители? Где их тела?
   Те куски высохшей плоти и редкие, полуразложившиеся трупы... Как это понимать?"
   Но Джеймс вынужден был признать, что где-то глубоко внутри, он ожидал чего-то подобного. Письмо не могло прийти просто так. Мёртвые не пишут писем - эта истина безупречна. На всё есть причина.
   А это - следствие.
   Осталось найти ответ на последний вопрос - что... нет, - кто ждёт его в парке? Неясные мысли забрезжили в голове, но мужчина откинул их прочь.
  
   "Истина открывается ищущему".
  
   И то верно... Есть большая разница между взглядом на дорогу и хождением по ней.
   "Настал черёд и мне пройти этот путь. Но с другой стороны... я могу уехать прямо сейчас. Бросить всё и уехать. Вернуться туда, к пустому дому, холодной кровати и одиноко тянущимся дням. Разве это альтернатива?
   Нет.
   И не может быть ею.
   Нужно двигаться вперёд"
   Джеймс встал с холодных ступеней и растворился во мгле.
  
   ***
  
   Однако долго идти не пришлось. Слева, из тумана, показался высокий бетонный забор, на котором сидела девочка. Та самая - из апартаментов. Она не замечала присутствия Джеймса, и что-то мелодично напевала себе под нос. Звонкий голос проникал в самую душу, точно также как и грустный стишок:
  
   "Вот теперь я лягу спать,
   Бог, меня храни опять.
   Если смерть придет во сне,
   Бог, возьми меня к себе".
  
   Наконец Джеймс смог хорошо рассмотреть её. Девочка как девочка - ничего необычного. Русые волосы собраны в аккуратный хвостик, полосатая кофточка, джинсовый сарафан, розовые сандалии. Ангел, а не девочка. Джеймс невольно улыбнулся.
   "Ангел в городе страха".
   Нужно окликнуть её:
   - Эй! Это ведь была ты, не так ли? Ты наступила мне на руку!
   Она испугалась, но только в первую секунду. Потом выражение её лица приобрело ироничный оттенок. Она даже улыбнулась:
   - Может быть. А может и нет.
   - Что такая девочка как ты, делает в этом страшном месте?
   - Ты что слепой? Я играю здесь.
   "Играет? Здесь?!!"
   Девочка прищурилась. Её руки теребили мятый конверт...
   - Что это у тебя в руках? Можно взглянуть?
   Она внезапно стала серьёзной. Спрятала конверт в карман сарафана и поднялась, балансируя на узкой стенке. В её голосе зазвучали металлические нотки:
   - А это... Это уже не твое дело, Джеймс!
   Она перебежала на крышу соседнего здания и на секунду обернулась, прежде чем спрыгнуть во внутренний дворик:
   - Ты все равно никогда не любил Мэри!
   - Подожди! Откуда ты знаешь её имя?!
   Но ответом была тишина.
   Джеймс застыл на месте, пытаясь оценить полученную информацию. Не получалось. Лицо побледнело, а брови нахмурились.
   "Нужно идти по дороге. И всё откроется".
  
   Стараясь побыстрее забыть слова девочки, мужчина зашагал к парку.
  

Глава вторая: "Смотрящая на воду"

  
   Он перешёл пустое шоссе и спустился по скользким ступенькам. Уже и вывеска видна.
   "Скоро..."
   Позолоченные буквы на фоне мраморной доски смотрелись очень красиво: парк "Мокрая роза".
   Джеймс постарался отогнать от себя возникшее чувство "дежа вю". Казалось, что всё было совсем недавно. Буквально вчера. Максимум - неделю назад. Но не три года!
   Это место просто создано для влюбленных. Повсюду изящные деревянные скамейки, фонари, ночью придававшие набережной просто сказочный вид; фигурно подстриженные кусты - здесь было так же тихо, как и всегда.
   Всё изменил туман, который источало озеро. Гнилой бриз гнал его на берег самыми настоящими волнами. Их гребни разбивались о прибрежные камни и вздымались вверх, где подхватывались всё тем же бризом и обрушивались на берег.
   Запах стоял очень мощный - у Джеймса даже закружилась голова. Чего только в нём не было. Болотные испарения, запах тины и водорослей, вонь... мёртвой плоти, похороненной где-то в глубинах озера.
   Джеймс вышел на набережную, где за небольшим ограждением начиналась вода. Здесь стояли подзорные трубы на штативах, но сейчас в их окулярах можно было разглядеть лишь поля мистической белизны.
   Именно здесь они и стояли тогда. Просто смотрели на воду. Без слов.
   Мужчина сделал несколько осторожных шагов, прежде чем смог разглядеть в тумане тень, заставившую удвоиться его сердечный ритм.
   "Она!"
   Джеймс боялся поверить в реальность происходящего.
   Девушка стояла к нему боком, вглядываясь в даль, как будто она могла увидеть что-то дальше нескольких метров. Белокурые волосы, хрупкая фигура... Неужели..?
   - Мэри?!
   Она повернулась, и от разочарования у Джеймса потемнело в глазах. Девушка уловила его вспыхнувшую грусть и загадочно улыбнулась, стремясь погасить её.
   - Я похожа на твою подружку?
   - Нет... на мою мёртвую жену.
   Она кивнула и неспешно прошлась мимо обомлевшего мужчины, явно флиртуя с ним. И получалось это у неё великолепно - сбитый с толку и одновременно заинтригованный Джеймс развёл руками и произнёс:
   - В это невозможно поверить... - он сделал пару шагов, оглядывая девушку с головы до ног, пока та весьма увлеченно изучала маникюр. - Ты будто ее близнец - лицо, голос, вот только волосы и одежда... немного другие.
   Она изобразила на своём лице скуку и повернулась к Джеймсу, продемонстрировав при этом воистину кошачью пластику.
   - Меня зовут Мария, - она чисто по-женски пожала плечами и улыбнулась. - Я ведь не похожа на призрак, как думаешь?
   Этот голос! Такой сладкий, что, казалось, можно стать диабетиком, лишь внимая ему. Она удивительным образом растягивала слова, отделяя каждый слог и наполняя его сексуальной магией и женственным очарованием.
   Джеймс был поражен. Он смотрел в её неестественно-голубые глаза и чувствовал, что эта девушка вторгается в его чувства, рождая противоречия в мающейся душе. Одежда, поведение, умение подать себя... Всё это выталкивало образ Мэри - скромной, нежной, тихой девушки, которую он любил и за которой приехал. Мария отличалась даже по манере одеваться - бордовая кофточка, короткая юбка, отливающий перламутром ремень, высокие сапожки...
   Мэри такое не одела бы никогда.
   Но все-таки что-то отталкивало и от Марии...
   Девушка словно почувствовала, о чём он думает, и попыталась сократить дистанцию. Она взяла Джеймса за локоть и положила его ладонь себе на грудь. Голос звучал вкрадчиво и загадочно:
   - Почувствуй, какая я теплая...
   Джеймс смутился и отдернул руку. Мария вздохнула, но промолчала.
   Он полностью ушёл в себя. Мысли вращались вокруг "особого" места, всё увеличивая скорость и заставляя голову неприятно кружиться. Джеймс думал ни о чём, и сразу обо всём. Не сильно понимая, что делает, он зашагал прочь.
   Изящная ладонь легла ему на плечо, и сладкий голосок прошептал:
   - Куда ты?
   "Действительно - куда?"
   Он остановился и обернулся:
   - Я ищу Мэри... Ты не видела ее?
   - Но разве ты не говорил, что она мертва?
   - Да, уже три года... Но я получил письмо. Она позвала меня. В наше "особое" место.
   Мария посмотрела ему в глаза и мелодично продолжила:
   - Этот парк был ВАШИМ особым местом?
   Джеймс не заметил сарказма:
   - Нет. Ещё отель... Мне кажется, он должен быть где-то здесь...
   - Отель "Вид на озеро"? Да, он недалеко. Очень "особое" место, я бы сказала. Ну просто "исключительное", не так ли?
   Шутка не удалась, и Джеймс зашагал прочь. Мария схватила его за рукав:
   - Не сердись, я просто пошутила. Все равно ты идешь не туда. Отель там, - она махнула рукой в противоположную сторону.
   Джеймс застегнул куртку и, не глядя на Марию, пошел куда она указала. Через минуту оглянулся - девушка, загадочно улыбаясь, шла за ним следом.
   - Ты... пойдешь со мной?
   - А ты хочешь оставить меня здесь? С монстрами?!
   Она разозлилась, и мужчина совершенно не понимал, причину этого гнева. Только что она была совершенно невозмутима... ни о каких монстрах не вспоминала и подавно.
   - Нет, я...
   - Все люди исчезли... - голос Марии стал затравленным и Джеймс с удивлением наблюдал за этой метаморфозой в ее поведении. - А я здесь совсем одна!
   - Я ведь похожа на Мэри, не так ли? - Она провела рукой по гладким перилам набережной и, глядя ему в глаза, чуть хрипло спросила:
   - Ты ведь любил ее? Или, может быть, ненавидел?
   - Не будь смешной! - отчеканил Джеймс.
   Заметив, что он снова уходит, Мария подбежала и спросила:
   - Все в порядке?
   - Да... ПОКА в порядке.
   Они направились к выходу из парка, не проронив больше ни слова.
  

Глава третья: "Блуждающие в тумане"

  
   Они шли по набережной и молчали. Джеймс пытался отгадать, о чём думает его спутница, но её лицо было совершенно непроницаемым.
   Мария плелась сзади, погружённая в себя. Неожиданно эта вульгарная дамочка стала раздражать Джеймса - сравнивать себя с Мэри..!
   Голос... Похож, наверное. Джеймс признал, что голос Марии звучал даже приятнее.
   "Отель, судя по всему, стоит на противоположном берегу озера. Добираться пешком? Идея не воодушевляет, и какие есть гарантии, что мост через реку цел? После тех разрушений, которым подвергся город, уже ни в чём нельзя быть уверенным..."
   Слева, из тумана, показалось странное изваяние, и Джеймс невольно замедлил ход. Две статуи - мужчина и женщина, взявшиеся за руки. Мир, любовь, гармония. Вот только в этом городе, на каждую вещь всегда найдётся своё "НО": у них не было голов. Вместо них торчали обрубки арматуры, словно у манекенов.
   Город помешался на манекенах. Что бы это значило? Монстры, напоминают творение ребёнка, добравшегося до ножниц...
   - Типичный образчик местной скульптуры, - ехидно заметила его спутница.
   Джеймс повернулся и холодно посмотрел на неё, стоявшую рядом, и положившую ладонь ему на плечо. Мария была близко, и мужчина уловил запах её духов - смелый и бодрый, освежающий, как дождик в жаркий полдень. Мэри пахла совсем не так...
   "Да прекрати сравнивать её с Мэри!"
   Но он сравнивал. Сравнивал и злился. Злился и снова принимался за старое. Это замкнутый круг.
   - Пошли.
   Но двигались они не долго - новый монолит, почти точно такой же, как возле частного дома на улице Линдси.
  
   "В память о шестьдесят седьмом, который умер от болезни и теперь спит под озером".
  
   Бессмысленные надписи уже начинали тяготить.
   - Мы должны спешить, - сказала Мария, словно обращаясь к кому-то третьему.
   - Я. Я должен спешить, - поправил Джеймс. - Мария, а куда ты направляешься? Что здесь случилось? Почему ты оказалась в парке?
   Мария посмотрела Джеймсу в глаза и улыбнулась:
   - Ты ищешь Мэри. Свою жену, которая умерла три года назад. И я верю тебе. Верю, хотя это кажется абсурдом. Но поверишь ли ты мне, если я отвечу, что НЕ ЗНАЮ?
   - ... что именно не знаешь? Как оказалась в парке или насчёт города?..
   Мария разочарованно выдохнула:
   - Ни того, ни другого. Я только помню, как пришла в себя в каком-то баре. В руках был пистолет, но я не... - она осеклась и снова взглянула на Джеймса. Стоит ли говорить ему, что в обойме был один патрон..?
   - Ну и?
   - Я вышла на улицу, хотела найти хоть кого-нибудь из выживших...
   Мария замолчала и вспомнила, как всего несколько часов назад стояла около приоткрытой двери в особняке:
  
   - Спасибо, Мария. Это единственная вещь, которую я не мог взять сам. Но мое время уже истекло. Я так долго не мог покинуть этот дом... так долго.
   - Да, но как...
   - Мария, боги здесь - ты тоже знаешь это... Ты была рождена этим городом.
   - Я не думаю, что "боги" - это верное слово.
   - Ты веришь в судьбу?
   - Не особо.
   - И правильно.
   - Эрнест, я могу открыть дверь?..
   - Это тупик. Здесь ничего нет.
   - Я знаю. Ну а если бы я сказала, что верю в судьбу?
   - Я бы тебе сказал, что Джеймс - плохой человек. А все они - сумасшедшие.
   - Джеймс..? Они? О чем ты?
   - Он ищет тебя, и в то же время совсем не тебя. Понимаешь?
   - Нет. Ты... знаешь о чем-то?
   - Да, Мария, ты...
   - Погоди. Это неважно. Не важно! Это только ты так думаешь. Я не хочу слушать.
   - Тебе решать...
  
   "Интересно, откуда он столько знал? О Джеймсе, и о многом другом. Кем он был, куда исчез? Ведь когда я вошла, комната была пуста..."
   Девушка прижалась к нему, задумчиво рассматривая его серьезное лицо. Джеймс сглотнул и отстранился от Марии:
   - И что дальше?
   - Я шла по улице. Эти существа... Я выстрелила в одного из них... Но оно поднялось, будто ничего и не произошло.
   Джеймс кивнул.
   - А потом... ммм, я не помню. Что-то заставило меня прийти сюда...
   - Ты бывала здесь раньше?
   - Не знаю. Правда не знаю, - Мария выглядела сконфуженной и растерянной. - Всё так сложно. Я не уверена, что бывала здесь. Ты веришь мне?..
   Что он мог ответить ей? Энжела, Мария, Эдди... Их истории звучат фантастически, но Джеймс верил в их правдивость, не сомневаясь ни секунды. Как верил и в письмо от умершей Мэри.
   Дорожка вывела к шоссе, настолько широкому, что они не видели его противоположного края. Это была северная трасса, которая огибала озеро с запада.
   Джеймс развернул карту.
   - Куда теперь? - он повернулся к Марии, но та не спешила отвечать.
   - Я думаю нам сюда, - сказала она после минутного раздумья.
   "Идти с кегельбану Пита О' Боула? Судя по плану, рядом с ним есть ещё и бар - "Райские ночи". Мария сказала, что проснулась в каком-то баре, может быть в этом? Тогда зачем ей возвращаться? А мне...?"
   - Джеймс, - девушка положила руку ему на локоть и легонько потрусила. - Нужно уходить. Быстро.
   - Да что... - он оторвался от карты и хотел вспылить, но спохватился. Бледное лицо Марии, и нервный тон могли означать только одно.
   Из тумана донеслись звуки шагов. Множественных шагов. Десятки ног, ступающих по асфальту. Молочная мгла не позволяла толком разобрать, откуда доносятся звуки - поэтому казалось, что они неслись со всех сторон одновременно.
   - Бежим! - закричала Мария.
   Джеймс среагировал не сразу, и когда сорвался следом, фигура девушки уже виднелась лишь расплывчатой тенью, мельтешащей где-то вдали.
   Впереди, из тумана, показались облезшие конечности монстра, а потом и всё остальное "тело". Мария пригнулась, и легко проскользнула, но Джеймсу повезло куда меньше.
   Удар левой пришёлся во что-то мягкое, и мужчине даже показалось, что он пробил тело монстра насквозь. Правая рука выхватила пистолет, ствол которого мгновенно упёрся твари в бок. Выстрел - и ствол покрыт липкой кровью. Капли попали и в лицо Джеймсу, превратившись там в отвратительную болезнетворную сыпь. В человеке вспыхнуло бешенство. Он спускал курок снова и снова, не чувствуя отдачи, а ощущая лишь холодную кровь врага, в изобилии льющуюся по руке и стекающую на асфальт. Мёртвое тело монстра лишь конвульсивно дёргалось, когда очередные свинцовые сгустки превращали внутренности в фарш...
   Окровавленная туша ещё держалась на ногах, но вот её бок представлял собой одну огромную рваную рану, через которую вываливались пробитые пулями органы. Тело не успело растянуться на асфальте, а Джеймс уже бежал следом за Марией, на ходу меняя обойму и одновременно вытирая кровь с лица.
   Звякнула обойма и щёлкнул затвор, загоняя очередную порцию свинца в ствол. Руки твёрдо обхватили рукоятку, чтобы забрызганное кровью оружие не скользило в ладони. От этого зависели их жизни. Впереди замаячили новые тени. Джеймс перешёл на шаг, но стрелять не стал - там Мария. Вскоре он понял, что поступил правильно.
   Картина, проступившая сквозь слой дымки была ужасна - Мария лежала на земле, а над ней склонился один из монстров. Он напоминал обгоревший труп, замотанный в разное тряпьё, но сейчас мужчина меньше всего был склонен к сравнениям. Голова существа попала в прорезь прицела, и Джеймс нажал на спуск. Пуля пробила череп, выплеснув на влажную землю отвратительное месиво. Мария замерла и безвольно смотрела на оседающий труп.
   Мужчина подбежал поближе и оттолкнул упавшего на колени монстра.
   - Ты ранена? - прохрипел Джеймс, помогая девушке подняться.
   - Пара царапин, а ты?
   - Всё в порядке - кровь не моя. Надо убираться отсюда!
   Это был кошмар. Они бежали по дороге, стараясь придерживаться осевой линии, чтобы не потеряться. Лёгкие захлёбывались в потоках сырого воздуха, а ноги жгло как огнём. Шарканье монстров неслось со всех сторон. Кромешный ад...
   Джеймс бежал чуть впереди, посылая пули в снующие вокруг тени. Он не видел врагов, но чувствовал их почти сверхъестественно. Ощущал их агрессию, ненависть, злобу. Чувствовал он, и как всё это обрывалось, едва пуля пробивала полуразложившийся мозг. Однако агрессия не девалась бесследно. Гибель каждого, подстёгивала и удесятеряла злобу остальных.
   Шаги Марии постоянно слышались позади, и, судя по её сбившемуся дыханию, она не долго сможет продержаться в таком темпе.
   "Ещё чуть-чуть... Самую малость".
   Внезапно всё прекратилось. Тени исчезли, оставив после себя лишь клочья бесконечного тумана, слегка расступившегося перед бегущими. Слева показались бензоколонки, а впереди стоял забор, опоясывающий кегельбан.
   Они пришли.
  
  

Глава четвёртая: "В кегельбане Пита О'Боула".

  
   Вокруг стояла просто непреодолимая тишина. Но теперь рядом была Мария, и это успокаивало. Кем бы там она ни была. Казалось, что можно отчетливо слышать каждый удар её сердца...
   Джеймс огляделся. Место было самым обычным: никакой ржавчины, следов крови, разрушений... Только туман. Невысокая ограда, трава, покрытая росой, припаркованные машины...
   Городок оправдывал свое название. На все сто десять процентов. И лучше поскорее нарушить это безмолвие, пока ты ещё не сошёл с ума.
   - Проверим это здание? - выдавил из себя Джеймс, прерывая затянувшееся молчание.
   - Нет. Я останусь здесь... - вяло отреагировала Мария, словно её приглашали сходить в кино.
   - Но почему?
   - Ты иди. А я посижу здесь, на скамейке. Ненавижу боулинг...
   - Как знаешь.
   Джеймс скользнул в темноту помещения.
   После того, как силуэт мужчины исчез внутри, в сердце Марии словно воткнулась ледяная игла. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.
   Страх сковал всё тело.
   "Джеймс..."
   Девушка почувствовала острое желание вновь увидеть его. Насладиться его немногословной обходительностью и холодной рассудительностью. Обрести уверенность, глядя в его серые глаза...
   Только вот она не смогла пересилить себя и войти в кегельбан. Что-то удерживало её от этого.
  
   ***
  
   Здесь опять темно. Но этот мрак был не такой непроглядный, как в апартаментах, и легко сдался лучу фонаря. Узкий коридор замусорен просто сверх всякой меры. Продираться сквозь перевёрнутые стулья и раскуроченные письменные столы было утомительно. Джеймс стал подумывать о том, чтобы снова присоединиться к Марии и поискать что-нибудь в окрестностях...
   ... но тут до него долетели голоса.
   Где-то рядом.
   Джеймс отбросил в сторону погнутый металлический табурет, тем самым освободив одну из боковых дверей. За ней оказалась подсобка. Большой стеллаж с небрежно уложенными кеглями и шарами, перевёрнутые вёдра и поломанные швабры. Ничего полезного.
   Голоса доносились из-за второй двери. Она была цельнометаллической и выглядела так, словно её пытались высадить пожарным топором. Джеймс прижал ухо к металлу ...
  
   - Итак... Что ты собираешься делать? Грабить, убивать?
   Говорила девочка.
   "Опять она!"
   - Да нет, ничего такого...
   "А это... Как же его звали? Эдди? Точно - Эдди. Толстый парень из апартаментов".
   - Ну конечно, ты же просто трусливый толстяк!
   - Что ты имеешь в виду? - голос Эдди звучал немного возмущённо.
   - Я думала, ты говорил, что за тобой гонится полиция?
   - Ну-у... Я просто убегал от полиции, потому что мне было страшно. Я не знал, что полиция сделает со мной...
   - Но... но если ты сделал что-то плохое, почему бы тебе просто не извиниться? - удивилась его юная собеседница.
   - Это не то... - в голосе парня появилось сожаление. - Они просто не будут слушать меня. Никто не собирается прощать меня просто так... эээ... ты нашла ту девушку..? Как ее там... Мэри?
   Уже второе упоминание о Мэри. И оно опять связано с этой девчонкой! Джеймс покривил душой, если бы сказал, что ему это нравится.
   Рука машинально нащупала ручку двери, повернув которую Джеймс чуть не упал на грязный пол.
   Голоса затихли и собеседники обернулись. Едва девочка разглядела незваного гостя, как тут же убежала. Джеймс не заметил куда именно и что-то тихо пробурчал себе под нос. Помещение, где он очутился, когда-то было залом для боулинга. От былой жизни остались только дорожки для катания шаров и несколько уцелевших столиков, за одним из которых и расположился Эдди.
   Удивительно, но тот ел пиццу! Она лежала в коробке, и Джеймс готов был поклясться, что видит небольшое облачко пара, поднимающееся к потолку.
   Свежая пицца - кто бы мог подумать?..
   - Эдди?
   - Да, э...
   - Джеймс. Мы встречались в апартаментах.
   - Помню, помню... - пробурчал парень с набитым ртом.
   - Ты здесь один, Эдди?
   Тот посмотрел куда-то в угол выдохнул, уродливо растягивая единственное слово:
   - Нннет...
   Из темноты раздался смех, и большой зеленый шар покатился по дорожке, прямиком к Эдди. В то же мгновение непонятно откуда выскочила девочка и метнулась к выходу. Засмеявшись, она открыла дверь и выбежала на улицу.
   - Стой! Вернись! Не убегай! А, черт... Эдди! Побежали за ней!
   Парень продолжал невозмутимо поедать неизвестно откуда взявшуюся пиццу:
   - А зачем? Что Лора такого сделала, чтобы я за ней бегал, а?
   - Лора? Ее зовут Лора?
   - Ну я не знаю. По крайней мере она так сказала.
   - Эдди, тут полно монстров! Как ты можешь сидеть здесь и жрать эту пиццу?!
   Тот лишь фыркнул:
   - Она сказала, что все в порядке. Почему я не должен ей верить? К тому же такой толстяк как я, никогда не сможет догнать ее...
   Джеймс с раздражением взглянул на быстро исчезающую в его пасти пиццу и чуть не ляпнул, что такой неудачник вряд ли когда-нибудь даже ПОПЫТАЕТСЯ кого-нибудь догнать. Но благоразумно промолчал.
   - Эдди, а что она говорила про Мэри?
   - Да не знаю я! Вроде ищет кого-то. Извини, я занят...
   "Безнадёжен".
   Джеймс побежал к двери, за которой скрылась Лора и, к своему удивлению, оказался на улице. Хотя судя по габаритам комнаты должен был выйти в один из боковых коридоров...
  

Глава пятая: "В погоне за надеждой"

  
   Его мысли грубо прервала Мария. Девушка вышла из тумана, держась за бок и хватая губами воздух, словно утомилась от долгого бега.
   - Мария, ты не видела девочку?
   - Видела! Но она слишком быстра для меня. Я не успела её схватить!
   Она замолчала и теперь смотрела ему в глаза, словно ожидая какого-то решения. В первые секунды Джеймс не мог сосредоточиться из-за взгляда этих прекрасных голубых глаз, но вскоре сумел выдавить из себя что-то наподобие приказа:
   - Пошли за ней.
   Мария повела его вдоль стены боулинг-клуба, пока та не закончилась. Они обошли какой-то проволочный забор и вышли к новой кирпичной стене. Свернув направо, оказались в тупике, где Мария указала на узкий проход между стенкой и соседним домом.
   Увы! Где пройдёт маленький ребёнок там не пролезть взрослому.
   - А есть другой путь?
   - Да, есть.
   Девушка улыбнулась, погружая Джеймса в некое подобие шока. Он никогда не встречал у живых людей ТАКОЙ дивной улыбки...
   Она взяла его за руку и повела за собой, приведя к новой двери, утопленной глубоко в кирпичную кладку.
   - Заперто, - отрапортовал Джеймс дёргая ручку.
   - Секунду.
   Он легонько оттолкнула мужчину в сторону и вынула из кармана связку ключей. Методично перебирая их, Мария отбрасывала один за другим. Наконец искомый был найден, а дверь - открыта.
   - Ну, что стоишь? Заходи.
  
   ***
   Внутри было светло, но очень тесно. В противоположном конце комнаты виднелась лестница на верхние этажи. Джеймс, с пистолетом наготове, держался впереди, а Мария шла следом, прислушиваясь к нарастающему внутри чувству. Будто...
  
   ... что-то необъяснимое и злое наблюдало за каждым их шагом...
  
   Дверь за спиной теперь ощупывало безобразное нечто, похожее на манекен. Когда оно проводило обрубком руки по одрябшей древесине, на ней оставались темно-бордовые, почти черные разводы. "Оно" искало дверную ручку, движимое своим, неведомым человеку инстинктам... Ничего не получалось - в попытке уцепиться, оно просто елозило по поверхности, пачкая её во что-то вязкое...
  
   - Джеймс, ты слышал? - Мария оглянулась. - Словно кто-то стоит за дверью, через которую мы вошли.
   - ...тебе показалось, - отмахнулся он. - Идем. Нужно найти Лору.
   Выйдя на лестничную площадку, они смогли разглядеть помещение, вымазанное тусклым светом от маленького, покрытого паутиной и пылью окна. Странно было то, что в паутине не было ни единой мошки или мухи. Но помещение выглядело вполне мирно. Казалось, что люди только что покинули его. Словно они с Марией опоздали на этот праздник жизни...
   Это был бар. Неоновая вывеска над стойкой гласила: "Райские ночи". Пыльные бутылки, рядами выстроившиеся на полках, бережно хранили своё содержимое. Небольшая, Т-образная сцена со стальным полированным шестом в центре. Джеймсу отчего-то показалось, что это первый полированный металл в этом городе - до него была лишь ржавчина... Рядом со сценой стояли круглые столики с различными брошенными вещами: начиная от пустых бутылок и заканчивая сумочками и даже бумажниками.
   Выход из зала был всего один, и, судя по расположению бара, эта дверь вела на главную улицу. Тогда получается, что они проникли сюда через пожарный выход.
   "Да какая разница?!"
   Джеймс двинулся вперёд. Под ногами захрустело битое стекло и зашуршали брошенные рекламные буклеты.
   Внезапный грохот бьющегося стекла перекрыл все остальные звуки.
   В воздухе повисла угроза. Казалось, что её можно почувствовать на ощупь.
   Джеймс и Мария пытались разглядеть в полутьме источник шума. Тщетно. Пришлось включить фонарик и направить его в сторону сцены.
  
   Просто разбитая бутылка. Но ведь кто-то ее уронил.
  
   - Уходим, - твердо сказал он, поворачиваясь к Марии.
  
   Туман сгустился. Теперь эта субстанция стала похожа на вату. Мужчина и женщина переглянулись и двинулись по улице. Видно было не дальше метра, и поэтому хлопнувшая справа дверь напугала их до полусмерти.
   - Лора..?
   Часть 5: "Навстречу неизбежности"
  

Глава первая: "Призраки утраченных воспоминаний"

  
   Лора. Почему?
   Почему из всех богом забытых зданий этого города ты предпочла госпиталь? Госпиталь, с которым связано так много вещей из прошлого - вещей, о которых Джеймс хотел бы навсегда забыть и никогда больше не вспоминать.
   - Мы идём или нет? - Мария тронула его за плечо, возвращая к реальности и проржавевшей вывеске "Окружной госпиталь "Небесный Ручей"".
   - Идём, идём. Просто задумался, - Джеймс попытался придать своему лицу безмятежное выражение, но Мария оказалась гораздо проницательнее, чем он предполагал.
   - Что-то не так, верно? Расскажи мне, Джеймс.
   - Нет. Всё в порядке. Просто плохие воспоминания.
   Она с грустью улыбнулась:
   - Воспоминания бесценны - ведь это и есть твоя жизнь. Нравится она тебе, или нет, но это ТВОЯ жизнь.
   - Я ненавижу жизнь, - ему трудно было смотреть ей в глаза, поэтому Джеймс опустил голову. - Ну а как же ты, Мария? Ты ведь ничего не помнишь! Я бы дорого отдал, чтобы тоже забыть...
   Девушка переминалась с ноги на ногу, опустив глаза:
   - Не завидуй мне. Ты не знаешь.
   - Чего не знаю?
   - Неважно, - заметила она и поднялась по лестнице. - Нужно найти Лору. Сейчас не время для всего этого.
   Странная она всё-таки. Одна, без оружия и выжила. Джеймс почувствовал, что внутренне ей не доверяет. Она словно читала его мысли и чувствовала эмоции.
   Что-то определённо идёт не так. Ощущение такое, будто он завалил важный экзамен.
   Словно сделал что-то не так...
   Или, наоборот, не сделал чего-то...
   "Сейчас не время для всего этого".
   Джеймс переступил порог, полный дурных предчувствий. Подпружиненная дверь громко хлопнула за спиной, отсекая молочный отсвет улицы, погружая людей в темноту и закутывая в одеяло вечного холода.
   Свет фонаря вытянул все тени до безобразия.
   Больница была под стать городу. Именно такой он и представлял её в своих кошмарах. Холодная - даже пар изо рта идёт; тёмная, располосованные стены с клочьями свисающих обоев, живописно разбросанные по полу медицинские карты...
   Мария дрожала и выглядела при этом не очень - искусственное освещение фонарика выдало её жуткую бледность, столь органично вписывающуюся в молочную пелену тумана...
   Джеймс повернулся, пытаясь рассмотреть во тьме хоть что-то полезное. Луч плавно скользил по стенам, заполняя все трещинки и пригибаясь под гирляндами вздыбившейся и отслоившейся краски. Побелка давно стекла с потолка, оставив многозначительные подтёки на бетоне и фанерных шкафах.
   Затхлый ледяной воздух, наполненный духом смерти и разложения. Пахло не больницей - пахло кладбищем.
   Джеймс внутренне сжался и опять посмотрел на Марию. Стоит ли ей идти с ним?
   - Мария, ты справишься?
   - Да.
   - Но...
   - Да! Не заставляй меня повторять дважды, Джеймс. Эта девочка... Она странным образом не выходит у меня из головы. Мы не можем её здесь бросить. Поэтому я справлюсь.
   - Как знаешь, но выглядишь ты неважно...
   - Джеймс, - девушка перебила его и перестала дрожать. - Идём...
  
   ***
  
   ...Пока Мария обыскивала регистратуру, мужчина не спеша прошёлся по коридору, прислушиваясь к скрипам старого радио. Тихо. Опасности нет.
   Луч фонарика перебегал с одной стены на другую, и по мере этого процесса странные мысли закопошились в голове. Подобное ощущение появлялось и в апартаментах, но в гораздо меньшей концентрации... Джеймс даже затруднялся описать его.
   Весь этот хаос вокруг... на самом деле не хаос. Перевёрнутые каталки, лежащие посреди проходов, слой битого стекла под ногами, шуршание в вентиляционных колодцах... Во всём чувствовалась система.
   Система и хаос. Хаос и система. Так ли уж разнятся эти понятия? Система хаотична, если смотреть со стороны, но стоит попасть внутрь, и ты начинаешь чувствовать её порядок.
   Ювелирно разбросанный мусор лежал именно там, где Джеймс ожидал его увидеть. Впечатление такое, словно его специально здесь положили, будто элемент некоего чужеродного дизайна. Элемент системы.
   Когда он вернулся к регистратуре, Мария уже стояла там, разглядывая какие-то бумаги.
   - Что это?
   - Дневник, по всей видимости. Но он напечатан.
   Джеймс взял у неё бумажки: без заглавий, выделений и дат - только своеобразный стиль, отличающий этого неизвестного врача. Джеймс с трудом мог читать это.
  
   "Потенциал для развития этой болезни существует в каждом человеке, и при определённых обстоятельствах любой может быть переведён на "ту сторону", как они говорят. Обстоятельства эти имеют чётко выраженный характер, возможно именно поэтому "обратная сторона" характеризуется ОДИНАКОВЫМИ признаками, указанными РАЗНЫМИ больными.
   Возможно, "обратная сторона" - не самое лучшее выражение. Между "здесь" и "там" нет никакой стены. Граница проходит между реальностью и нереальностью. Близко, и в то же время бесконечно далеко.
   Однако, это явление не болезнь. А я врач, а не философ. Лечить здесь нечего.
   Иногда я задаю себе вопрос: "Его мысли - плод больного воображения, сублимированного мозгом и разумом. Для него другой реальности просто не существует. Он счастлив ТАМ. Так почему для лечения мы должны возвращать сознание в чуждый ему мир реальности?""
  
   Джеймс швырнул листки на пол и посмотрел на Марию:
   - Больше ничего не было?
   - Нет, ничего. Ни ключей, ни следов. Но знаешь, что-то не так с этим местом.
   - В смысле?
   - Несмотря на вывеску, это не больница.
   - А что?
   - Сумасшедший дом. Там на столе есть больничные карты...
   Джеймс ощутил ползущий по спине холод, готовый в любую секунду схватить за горло. Сумасшедший дом. Как он раньше не догадался?! Решётки на окнах неуместны в обычной больнице...
   "Боже, Лора. Куда ты ведёшь нас..?"
   Только сейчас до Джеймса дошло, что Мария продолжает что-то рассказывать:
   - ... пациенты, у всех агрессивное поведение. Убийцы и самоубийцы. Чрезмерная склонность к насилию...
   - Подожди, но как это связано с дневником? - Джеймс стоял в замешательстве, пытаясь переварить полученную информацию.
   Мария изящно пожала плечами - как и всегда, она не знала или не хотела отвечать.
  
   ***
  
   На первом этаже Лоры не было. Они по очереди проверили двери, но почти все оказались запертыми, а некоторые вообще завалены всяким хламом. Ясно, что девочка здесь не проходила, да и кто-либо ещё - тоже.
   - Джеймс, подожди, - проговорила Мария и остановилась.
   - Что?
   - Ничего не слышишь?
   Он прислушался, но госпиталь молчал, как затаившийся хищник.
   - Погоди, я точно что-то слышала.
   Девушка медленно прошла к большим двустворчатым дверям и приложила ухо к их ледяной поверхности. Джеймс хотел было возразить, но Мария подняла руку, призывая его к молчанию:
   - Слушай.
   И он услышал. Лёгкий, почти неуловимый, детский смешок донёсся из-за толстого слоя металла и с гулким эхом разлетелся по мёртвым коридорам. Сердце точно ждало этого - как отпущенная пружина, пульс подскочил почти вдвое.
   - Отойди, - выдохнул Джеймс.
   Он дёрнул ручку, но ничего не произошло. Замка не видно - дверь словно примёрзла к полу, а быть может завалена чем-то с другой стороны...
   - Джеймс... посмотри сюда, - Мария показала на разбитую кнопочную панель. - Причина в этом?
   "Механизм просто заклинило. Но тогда как прошла Лора?"
   - Должен быть другой способ, - прошептал он.
   - Что?
   - Должен быть другой способ попасть туда.
   - Я видела карту у входа...
  
   ... Бумага была старая и рассыпалась прямо в руках. Тем не менее все надписи ещё можно было разобрать.
   - Нам туда не попасть. На окнах решётки, а выход только один - и тот заперт.
   - Погоди. Этот квадрат вроде лифт. Видишь букву "Л"?
   - И ты так уверена, что это лифт?
   Мария подняла голову, и Джеймс догадался, что она и сама удивилась собственной осведомлённости.
   - Я... я не знаю. Просто в голову пришло. Я не...
   - Ладно, неважно. Думаешь он работает?
   - Проверим, - сказала она и посмотрела на Джеймса.
   "Смотрит - будто смеётся надо мной..."
   Старый замок треснул с первого же удара. Его коричневые от ржавчины потроха с глухим звоном упали на пол и развалились на части, сигнализируя о том, что путь свободен. Джеймс посветил фонариком и вопросительно повернул голову.
   - Да, это здесь. По лестнице мы поднимемся на второй этаж, сядем в лифт и спустимся снова на первый.
   - Мария, - Джеймс набрал в грудь побольше воздуха, - мне НЕ НРАВИТСЯ это здание. Эта дрянная девчонка водит нас за нос. Если лифт не работает, я предлагаю уйти.
   - Джеймс, как ты можешь...
   - Могу. Я приехал сюда не для этого.
   Мария улыбнулась до боли знакомой лучезарной улыбкой и ехидно заметила:
   - Конечно, Джеймс. Искать МЁРТВУЮ жену, несомненно, более важное занятие...
   - Не будь смешной, - Джеймс выходил из себя. - ТЫ ничего не понимаешь.
   - А ты? Ты понимаешь? Джеймс?
   Мужчина понял, что побеждён.
   - Ищем Лору и уходим. Скоро стемнеет, - буркнул он и побежал вверх по лестнице.
  

Глава вторая: "Ночь, когда невозможно уснуть"

  
   Дверь на второй этаж оказалась не запертой и, едва Джеймс приоткрыл её, резкий треск радио полоснул по нервам. Лоб покрылся холодным потом, а рука, сжимающая пистолет, вздрогнула. Снова повторение кошмара. Опять придётся сражаться с порождениями тумана или чьего-то больного сознания.
   Джеймс попытался выглянуть и осмотреть коридор, но это едва не стоило ему жизни. Металлический прут со свистом пронёсся мимо затылка и обрушился на пол, раскрошив в пыль несколько кафельных плит. Рефлексы сработали молниеносно, и рука врага, сжимающая оружие, хрустнула под ударом тяжёлого ботинка. Теперь Джеймс смог детально рассмотреть противника. Уродливый - не то слово, но похож на человека. Точнее на женщину - медсестру. Рваный больничный халат, пропитанный спёкшейся кровью, прикрывал облезшее, усыпанное язвами тело. Вся кожа в пузырях и покрыта струпьями омертвелой плоти. Синяки, изуродованное лицо и сломанная шея довершали отвратительную картину. Джемс поднял ствол и дважды нажал на курок. Вспышки выстрелов на мгновение рассеяли окружающий мрак, а громоподобные, оглушающие звуки проникли в самое сердце.
   Голова адской медсестры взорвалась, выплеснув на ближайшую стенку добрый литр вязкой субстанции. Мёртвое тело рухнуло на пол и забилось в конвульсиях, орошая окружающее пространство кровавыми брызгами. Джеймс поморщился и выстрелил ещё раз, довершая начатое дело. Пуля с чавкающим звуком вошла в протухшую плоть и монстр затих. Всё кончено.
   Джеймс махнул перепуганной Марии и та тоже выбралась в коридор.
   - Куда дальше? - спросил мужчина, меняя обойму в дымящемся пистолете.
   Мария молча указала рукой на ближайшую дверь с противоположной стороны коридора и испуганно взглянула на своего спутника.
  
   ***
  
   Там было холодно. Поток ледяного воздуха свободно гулял вдоль разбитых стен, вороша случайный мусор и вызывая озноб. Радио потрескивало, поэтому Джеймс почти крался по этому тёмному перешейку, изредка поглядывая на семенившую следом Марию.
   Монстры были совсем рядом. Их неуверенная поступь чувствовалась и за толстыми слоями бетона, иногда перерастая в глухие стуки, когда искалеченная нога наступала на что-нибудь хрупкое.
   Лифт сложно узнать с первого взгляда - монолитная двустворчатая дверь выглядит очень солидно, и сделала бы честь любому захудалому банку. Панель управления закрыта крышкой и сколько Джеймс не бился, ему не удалось сдвинуть её ни на миллиметр. - Нужен ключ? - Мария обеспокоено глядела на Джеймса, но тот не знал что ей ответить.
   - Не уверен. Замка нет - он открывается как-то ещё...
   - Что будем делать? - Мария выглядела настолько беспомощно, что Джеймс на мгновение смягчился:
   - Можно проверить третий этаж. Может быть там открыто?
   Мария грустно взглянула на него и попыталась улыбнуться. Получилось у неё не очень.
  
   ***
  
   Холл третьего этажа копировал второй почти во всём, кроме одной детали - тяжёлые двери с кодовым замком были закрыты. Джеймс потянулся к панели контроля не надеясь даже на чудо, но тем не менее оно произошло - там горела лампочка, а грязные кнопки с писком реагировали на нажатия, предлагая ввести пароль.
   Мария не находила себе места:
   - Давай сходим вниз, ещё раз осмотрим приёмную. Мы должны найти код.
   - Не стоит, - Джеймс перехватил пистолет за ствол. - Времени нет.
   - Что ты задумал?
   Не обратив на её слова никакого внимания, Джеймс коротко замахнулся, и тяжёлая рукоятка пистолета опустилась прямо на светящееся цифровое табло. Механизм заискрил и выпустил откуда-то изнутри ровное облачко дыма, зависшее в воздухе на пару секунд.
   Джеймс навалился на дверь, но она не открывалась. Вены на шее вздулись от напряжения, а на лбу обозначились морщины. Вдруг внутри что-то щёлкнуло, и дверь распахнулась, да так, что Джеймс едва сохранил равновесие и по инерции сделал несколько шагов вперёд.
   - Идём, - коротко бросил он, устремляясь в темноту затхлого прохода.
   Но не успел мужчина сделать и пары шагов, как сзади послышался кашель.
   "Нет!.."
   Он обернулся и успел подхватить оседающую на пол Марию.
   - Что с тобой?! Мария! Ответь мне!
   Она без сознания... Едва в голову пришла эта мысль, как девушка открыла глаза.
   - Погоди, Джеймс. Я так устала...
   - Успокойся, Мария. Я с тобой, - Джеймс озирался по сторонам, пытаясь что-то придумать.
   - ...так устала. Мне холодно.
   Джеймс на секунду растерялся, но тотчас понял, как нужно поступить. Он поднял Марию на руки и понёс к ближайшей палате. Идти она всё равно не сможет.
   Замёрзшие и занемевшие руки обвили шею, а бледные губы прошептали:
   - ... устала.
   Внутреннее убранство палаты поразило Джеймса не столько интерьерами, сколько атмосферой. Здесь было тепло. Через окно проникало немного лунного сияния, а кровать была аккуратно застелена. Временная пристань покоя и свободы от порождений этого тихого ада.
   Джеймс опустил Марию на кровать, а сам просто стал рядом. Девушка негромко застонала и перевернулась на бок. Руки стали инстинктивно шарить в поисках одеяла, и Джеймс заботливо помог ей укрыться.
   И всё-таки она прекрасна. Каждая чёрточка лица напоминала о той, которую он потерял очень давно. Именно память поддерживала его, ободряла, не давала сойти с ума. Он держался, держался долгих три года, внезапно растянувшихся в целую жизнь.
   И это письмо. Оно всё изменило. Вот только к лучшему ли?..
   Мария снова застонала и открыла глаза.
   - Всё в порядке, - поспешил успокоить Джеймс.
   - Лора...
   - Мы не можем сейчас искать её.
   - Джеймс... Найди Лору. Прошу тебя. Не бросай её.
   - Но я не могу бросить ТЕБЯ Мэр... рия. Не могу оставить тебя здесь.
   - Ты должен Джеймс. Найди эту девочку
   Её глаза заслезились, и Мария быстро заморгала.
   - Пожалуйста...
   Джеймс стоял и не знал как ему поступить. Просто не знал.
  

Глава третья: "Дневник"

  
   Джеймс вышел на крышу и полной грудью вдохнул морозный ночной воздух. Лёгкие словно покрылись инеем, а во рту остался непонятный привкус болотных трав и плесени, который ещё долго не хотел проходить.
   Он подошёл к самому краю ограждения и взглянул вниз.
   Казалось, что в мире осталась только эта пустая крыша, возвышающаяся над океаном мрака. Отвратительное чувство потерянности захлестнуло его с головой... Заполнило до краёв. Что он ищет здесь? Мэри? Она умерла три долгих года назад. Не признать этот факт бессмысленно. Джеймс подумал, что гораздо более бессмысленным было стоять ночью на крыше мёртвого госпиталя с пистолетом в руке и со страхом вглядываться в клубящийся вокруг чёрный туман.
   "Не разговаривай сам с собой!"
   Отчаяние.
   Именно это слово подходило больше всего. Он уже давно потерял всё, что мог потерять. Даже собственную душу.
   Едва он начал думать об этом, его глаза заметили что-то в самом дальнем углу. Неприметное и, вместе с тем, бросающееся в глаза. Частичка системы Хаоса. Джеймс подошёл ближе и поднял этот предмет. В руках оказалась кучка исписанных листков бумаги, покоробившаяся от времени и осевшей влаги. Чернила расплылись, но фразы читались чётко:
  
   "9 мая
   Дождь. Выглядывал в окно весь день. Здесь достаточно спокойно и нечего делать. Мне всё ещё не разрешают выходить на улицу.
  
   10 мая
   Всё ещё идёт дождь. Немного поговорил с доктором. Интересно, лечили бы они меня, если б я не имел семью? Я знаю, что очень слаб. Не каждый может найти в себе силы выдержать такое.
  
   11 мая
   Дождь продолжается. Медперсонал мне надоел. Веду себя лучше под воздействием препарата. Кто я такой?..
  
   12 мая
   Опять дождь. Я больше не хочу никому причинять проблем, но я всё равно обеспокоен. Неужели это такой сильный грех - бежать вместо того, чтобы сражаться?
   Многие могут сказать, что они живут так, как я. Это эгоистично, но это именно то, что мне нужно. Это трудно и очень тяжело.
  
   13 мая
   Снаружи всё чисто. Очень солнечно. Врачи сказали, что меня выписывают, и я могу вернуться домой".
  
   Джеймс перехватил пистолет в левую руку, а правой раскрыл карту. Комната контроля лифтов должна быть где-то здесь. Совсем рядом.
   Пока Джеймс обследовал техпомещение, его мысли были где-то в другом месте. Странный дневник стоял перед глазами и был совсем как настоящий. Даже запах чернил чувствовался. Необычный и удивительно знакомый почерк сумасшедшего, ведущего свои записи изо дня в день, изо дня в день... Отчаяние, сквозившее за каждой страницей... Да что там! - за каждой буквой этого послания. Безысходность, которая сочилась с бумаги и заполняла воздух вокруг исписанных листков.
   Фраза за тринадцатое мая странным образом расходилась по духу с остальным текстом. Даже почерк немного другой. А содержание...
   Джеймс искал рубильник активизации лифтов и одновременно пытался понять - как могли выписать человека, которому даже не разрешали выходить на улицу?.. Наверное он что-то напутал... или окончательно сошёл с ума.
   "Покончил с собой?"
   Искомый рубильник был найден и, не без труда, выжат. За стеной заработали какие-то механизмы - Джеймс надеялся, что всё сработает, и лифты поедут. Но Лора могла уже давно убежать отсюда...
   Когда он вышел на крышу, то сразу же замер на месте. Что-то большое было совсем рядом. Джеймс почувствовал, как леденеет кожа, и шевелятся волосы на голове. Неужели..?
   "Но радио же МОЛЧАЛО..!"
   Да, это был ОН - оживший демон смерти прямиком из ада. Монстр стоял всего в нескольких шагах, перегораживая своим массивным телом единственный выход, а громадное копьё поблескивало в призрачном свете невидимой луны. Джеймс отшатнулся назад, но наткнулся на проволочный забор, идущий по всему периметру крыши.
   Существо не двигалось, пытаясь напугать свою жертву ещё больше. Боже, как он страшен - не противен, как остальные твари, а именно страшен.
   Джеймс попытался выхватить пистолет, но руки так дрожали, что он запутался в собственной куртке.
   Последнее что он запомнил - огромную окровавленную пику прямо перед собой и долгое падение во мрак. Казалось, что дна нет...
  

Глава четвертая: "Тщетность"

  
   Пробуждение было весьма болезненным. Прямо над собой он увидел звёзды и сегмент проволочного забора. Кажется, он упал с крыши... Джеймс поморщился от боли и попытался подняться на ноги. Вроде всё цело - кости в порядке, серьёзных ушибов-растяжений нет... Удивительно.
   Мозг словно заволокло туманом. Джеймс попытался сообразить, где он, но ничего не вышло. Если он упал с крыши, то должен был очутиться во внутреннем дворе госпиталя - разве нет? Он поводил фонариком и обнаружил, что помещение, где он оказался, совсем крошечное. Длинный, узкий коридор и четыре одинаковых двери. И ещё одна в противоположной стене.
   Луч света задержался на одинокой табличке: "Отделение специальной терапии". Интересно, что подразумевают под специальной терапией здесь, в этом месте? Вскоре он узнал - едва распахнул первую попавшуюся дверь из тех четырёх.
   Бесильня. Комнатка обитая войлоком или подобным уплотнителем - катализатор внутренних страхов и паранойи. Джеймс на секунду представил как массивная дверь хлопает за спиной и ты остаёшься один в этом мраке, наедине со смирительной рубашкой...
   Один из углов комнатушки был залит кровью, пропитавшей ткань насквозь. Джеймса замутило и он, сдерживая тошноту, попытался сообразить - может ли в человеке уместиться столько крови?
   Нужно убегать. Этот госпиталь - настоящий ад.
  
   ***
  
   Отделение специальной терапии находилось на третьем этаже и, сделав несколько шагов, Джеймс оказался в холле - практически возле Марии.
  
   - Джеймс, - её голос был слаб, и мужчина с ужасом подумал, что будет, если пирамидоголовый монстр найдёт её здесь.
   - Мария...
   - Ты уже нашёл Лору?
   - Нет, но...
   - Я вот всё думаю, Джеймс. Что, если ты так и не найдёшь Мэри? Что тогда будет?
   - Не знаю... Я стараюсь не думать об этом... Так проще.
  
   Лифт работал и с невероятным лязгом опустил Джеймса вниз. Нужно найти её - ту девочку. Подумать только - она ведь совсем одна здесь. Или всё же нет?
   Кабинка дрогнула и замерла, остановив все звуки. Двери разъехались в стороны и Джеймс опасливо вышел в коридор, тщательно вслушиваясь в негромкое бормотание радиоприёмника. Здесь точно кто-то есть...
   Джеймс всем сердцем пожелал, чтобы Лору нашёл именно он. Иначе будет поздно...
  
   Часть 6: "Обратная сторона"
  

Глава первая: "Шепот страха"

  
   Первый этаж был точной копией остальных. Тот же самый безликий переход, оба конца которого теряются во тьме.
   Опять смех... Он раздавался чуть дальше по коридору - в одной из комнат.
   "Жива... Я успел".
   Посреди палаты валялись две заржавевшие койки, а между ними, прямо на полу, сидела девочка и играла с двумя плюшевыми мишками. Она заметила свет фонарика и обернулась. Но тут же зажмурилась и прикрыла глаза ладошкой.
   - Лора, с тобой всё в порядке?
   - Эй! А откуда ты знаешь моё имя?
   - Эдди сказал...
   - Я так и знала! Этот большой, жирный толстяк...! - в её голосе прорезались нотки плохо скрываемого раздражения.
   Джеймс не смог побороть нетерпение и прервал её тираду:
   - Лора, откуда ты знаешь Мэри?
   Девочка отошла подальше и недоверчиво взглянула на мужчину снизу вверх:
   - А тебе какая разница?
   Джеймсу надоело с ней пререкаться - он слишком устал, чтобы подыгрывать ребёнку:
   - Почему ты не можешь просто рассказать мне всё?!
   - Потому что ты будешь меня ругать! - парировала девочка.
   Джеймс улыбнулся, но улыбка вышла слишком натянутой и фальшивой. Тогда он присел на одну из коек и внимательно посмотрел на Лору:
   - Я не буду тебя ругать, просто расскажи. Хорошо?
   Та еще раз посмотрела на Джеймса, вздохнула и стала рассказывать:
   - Мы и Мэри - друзья. Мы встретились в больнице в прошлом году...
   -Лжешь! Как это возмож..?! - но, увидев слезы в глазах девочки, вспомнил о своем обещании. - Лора... Извини, я не хотел.
   Она вскочила и закричала:
   - Да, давай - не верь мне! Но это правда! Правда!!
   - Но... Но в прошлом году Мэри уже... Прости.... Давай уходить отсюда. Мы поговорим обо всём позже, хорошо? Тебе здесь не место. Повсюду столько ужасных вещей, что я до сих пор не могу понять, почему на тебе нет ни царапины.
   Лора недоумённо покосилась на него:
   - А почему я должна была оцарапаться?
   - Ну потому что...
   Она не дала ему закончить:
   - Стой! Стой! Мне нужно кое-что забрать! Подожди же!
   Джеймс слабо отреагировал на это - его мысли были заняты совсем другим...
   - Джеймс! Но это очень важно!
   - Что ещё такое?
   - Письмо! Письмо от Мэри!
   - Что ты сказала..?
   Джеймс присел на корточки и тихо переспросил:
   - Это правда, Лора?
   - Да! Правда! Я хочу забрать его. Можно?
   - Да. Конечно! Пойдем, заберем его.
   Джеймс не знал что и думать. Но выбора нет - нужно верить ей.
   Лора повела его в противоположный конец коридора и остановилась перед большими двойными дверями. Достала из кармана ключ и открыла дверь.
   Мужчина взглянул на ребёнка, и ему не понравилось то, что он увидел. В глазах девочки играл нехороший огонек, и она... усмехалась.
   - А ты уверена, что оно там? Не обманываешь?
   - Я говорю правду! Оно в самом конце комнаты!
   Джеймс переступил порог оглянулся: Лора стояла в дверях и наблюдала.
   - Там, на столе...
   Когда мужчина достиг середины комнаты, двери захлопнулись, и хлынувший от них поток воздуха словно покрыл спину изморосью.
   В комнате было что-то живое!
   - Лора! Что ты делаешь?! - Джеймс забарабанил кулаками по шероховатой обивке двери, разбивая в кровь костяшки пальцев.
   - Ну как, Джеймс? Я тебя разыграла!
   Чья-то тень скользнула по потолку и замерла над попавшим в ловушку человеком. Ещё одна, точно такая же, заходила со спины.
   - Лора! Открывай дверь! - зарычал Джеймс.
   - А почему это я должна открывать дверь? Я же лгунья, да? Хочешь, чтобы я открыла? Хочешь? А где "волшебное" слово?
   - Открывай!!!
   Она рассмеялась:
   - Хмм... плохо... Я думаю, что не стану открывать тебе дверь. И оставлю тебя здесь совсем одного в этой страшной комнате!
   Джеймс вытащил пистолет и, направив ствол в потолок, закричал в последний раз:
   - Лора, чёртов гадёныш, быстро открывай мне дверь!
   - Ты... Ты...
   Из-за двери донёсся только шорох удаляющихся шагов.
   Мужчина развернулся к центру комнаты, глядя, как два отвратительных куска гнилого мяса спускаются сверху. Существа были заключены в ржавые клетки и при движении издавали абсолютно дикие звуки - наполовину животные, наполовину механические.
   Джеймс не стал медлить - просто направил ствол в сторону одного из них и нажал курок. Монстр взвыл и содрогнулся, разбрызгивая повсюду кровь и слизь. Второй зашёл чуть сбоку и бросился на человека.
   Он промахнулся самую малость, но Джеймс воспользовался оплошностью и всадил ему в бок, одну за другой, пять пуль. Ошмётки внутренностей прилипали к стене, а брызжущая кровью туша агонизировала в луче фонарика.
   Первый монстр к тому времени оправился от раны и выпустил в мужчину чёрное щупальце, с конца которого капала какая-то вязкая масса.
   Джеймс пригнулся, и скользкий жгут ударил по стоящему возле стены шкафчику, разнеся последний вдребезги.
   Пистолет выстрелил оставшиеся четыре патрона и затих. Однако этого хватило - оторванное свинцом щупальце упало на пол, где начало дико извиваться, сворачиваясь кольцами, как раненная змея. Сам монстр захрипел и безвольно повис в своей клетке. Вытекающая из него эмульсия образовывала на полу блестящее пятно...
   Джеймс прислонился к стене и почувствовал, что его сейчас вырвет. Больше не существовало ничего - ни шума собственного дыхания, ни трескотни приёмника, ни дымящегося пистолета...
   Всё стало меняться.
  

Глава вторая: "Лазейка за черту реальности"

  
   Шум приёмника вдруг стал невыносимым, заполняя собой всё сознание. Ярость, треск и красный туман в глазах... Он на секунду прикрыл веки, надеясь, что это чувство пройдёт, но стало только хуже - последовало отчаянное головокружение, и через секунду мужчина почувствовал, что куда-то проваливается. Туда, откуда нет выхода. Туда, где нет дна...
   Движение...
   Дождь.
   Джеймс открыл глаза и обнаружил, что лежит на земле, уткнувшись лицом в мокрую траву.
   С неба лились потоки холодной воды, освежая горячее тело. Отдельные капли стекали по уголкам губ, и в эти моменты мужчина отчётливо ощущал привкус... ржавчины.
   Голова реагировала болью на все попытки встать, но, несмотря на это, Джеймс поднялся. В глазах на секунду позеленело, и он был вынужден закрыть их.
   "Что произошло? Кто вынес меня сюда? Или... я сам пришёл?"
   Пистолет валялся рядом и был ещё тёплым. Обойма разряжена, значит это был не сон и не галлюцинация. Разум кольнула мысль о Марии. Надо что-то делать!
   Джеймс повертел головой и обнаружил, что, несмотря на траву под ногами и дождь, это было помещение - кирпичные стены с трёх сторон и бетонная - с четвёртой. Там же - дверь.
   Джеймс подполз к двери и, опираясь на ручку, поднялся на ноги.
   "Главное не упасть..."
   Дверь открылась, и он вздрогнул от неожиданности. Как там всё изменилось! Это был госпиталь... и в то же время нет. Стены... словно обтянуты свежей кожей, непонятные органические наросты, вываливающаяся из вентиляции бурая масса, забитый слизью вентилятор. Стоял запах гари, но дыма не было. Джеймс достал карту и попытался понять где находится. Это было несложно - первый этаж, северо-западная сторона, больничный сад.
   "Странный сад... небольшой клочок земли, окруженный стенами. На карте он явно больше".
   Драматические перемены затронули весь первый этаж. Двери превратились в полуразвалившиеся обугленные куски, а стены комнат напоминали фартук мясника - все в брызгах и засохших пятнах; кровяные подтёки простирались от потолка и до самого пола.
   "Но как... как это произошло? За такое время - даже пистолет ещё тёплый... "
   Радио трещало беспрерывно, но монстров не видно - они точно растворились в этих интерьерах, привнеся в общую запущенность здания частичку своего облика. И этот запах... Пахло палёной плотью.
   Джеймс толкнул ближайшую уцелевшую дверь, но та не открылась, а просто рухнула на пол, рассыпавшись в пепел. Предметы мебели, словно вуалью, были обтянуты непонятным материалом - то ли тканью, то ли паутиной. Тишина часто прерывалась звуками бьющегося стекла, идущими из ниоткуда.
   "Отсюда надо уходить. Срочно!"
   Он выбежал в коридор и направился к лифту.
  
   Третий этаж не так сильно отличался от первого. Кроваво-красные пятна сменились серо-зелёным слоем высохшей грязи, обильно покрывающей все плоскости. Этаж напоминал палубу корабля, затонувшего полсотни лет назад и выдернутого на поверхность.
   Дверь в комнату Марии была приоткрыта, и Джеймс на секунду остановился. Пистолет незаметно оказался в руке, и он немного расслабился, чувствуя тяжесть оружия. Серьёзным опасностей пока не было... Пока...
   Комната пуста. Кровать тщательно заправлена, а небольшая тумбочка густо усыпана разноцветными флакончиками из-под лекарств.
   Джеймс схватился за голову и присел на кровать. Ощущение такое, словно череп внезапно стал на два размера меньше мозга, а мысли трансформировались в разъярённый осиный рой - где каждая оса жалила немилосердно и непрерывно.
   "Где Мария?.. Что случилось?.. Лора... Мэри... Мария... Госпиталь...
   Дурдом".
   Взгляд упал на упаковки из-под таблеток. Неужели Мария принимала их? Но зачем?
   Из коридора донёсся приглушённый шум. Чёрт возьми! Здесь даже шум ТИХИЙ!
   В этот момент Джеймс понял, что звуки доносились издалека. Это где-то не на этаже - ниже, или выше... Быть может крыша или подвал ...
   Мужчина поднялся с кровати и вышел в коридор, надеясь, что шум повторится. И не ошибся.
   "Дджжжееееейммммссс...." - эхо причудливо исказило крик, вытянув его и многократно продублировав. Кричала женщина.
   Это внизу.
  
   Джеймс понёсся к лестнице, не думая о том, что на этаже могут быть монстры. Кошмары и пережитые ужасы оставили такой огромный шрам на его нервах, что эмоции казались чуждыми. Перед глазами проплывали обшарпанные лестничные пролёты, опалённые пламенем стены, мокрые потолки... Джеймс смотрел на это со стороны - как зритель.
   Внезапно ему стало всё равно. Мэри, Мария, Энжела, Эдди, Лора - имена перестали что-либо означать, превратившись в пустой набор звуков. Джеймс отчётливо почувствовал горьковатый привкус наступающего безумия.
   - Нет! - он остановился, чтобы отдышаться. - Вспомни, вспомни, вспомни, - шептали губы, - вспомни о письме. Вспомни о фотографии. Она такая красивая, на фоне озера... Ты должен Джеймс... Она ждёт тебя. Ждёт ТЕБЯ!
   Холодные ступени снова замелькали под ногами. Только бы успеть...
   Подвал был заперт, но пуля быстро решила эту проблему. Откуда-то снизу слышались сдавленные крики.
   Отпечатки. Кровавые отпечатки рук на монолитной книжной полке. Какой идиот поставил её здесь? Джеймс постарался на время выкинуть это из головы.
   Он засунул пистолет за пояс и упёрся ладонями в полку - точно так же, как это делал ранее его неизвестный враг. Пальцы скользили по свежей крови, а препятствие медленно, сантиметр за сантиметром, продвигалось вперёд. Вскоре взгляду открылся небольшой ход и короткая грязная лестница, противоположный край которой уходил во мрак...
   - Мэри?
   Шорох. Но не из подвала - из-за спины.
   Луч фонарика высветил короткую стрижку и перепуганные, голубые глаза Марии.
   - Мария... это ты, - Джеймс на секунду растерялся, словно забыл, зачем здесь находится. - В любом случае... я рад, что ты жива.
   Девушка глубоко вдохнула и взглянула на Джеймса, который замер, различив огонёк злобы в её глазах:
   - "В любом случае"?.. Что значит "в любом случае"?! Ты совсем не рад видеть меня!
   - Нет, я...
   Голос девушки дрогнул:
   - Почему ты не пришёл спасти меня?..
   - Я пришёл...
   - Они пытались убить меня, - в её глазах блеснули слезы, - и мне было страшно так, как НИКОГДА в жизни!
   - Мария успокойся...
   Она не обращала внимания на его слабые попытки протестовать:
   - Ты больше не заботишься обо мне. Как ты мог...
   Девушка отвернулась, и Джеймс заметил, что она выглядит измотанной, уставшей и очень... уязвимой.
   Прежде чем он успел заговорить, она бросилась ему на шею:
   - Останься со мной, Джеймс! Не оставляй меня одну... Ты же обещал защищать меня... - Мария тихо заплакала, прижимаясь к нему изо всех сил.
   - Я не собираюсь бросать тебя... - Джеймс хотел ее обнять, но девушка вдруг резко отстранилась от него и спросила:
   - А Лора? Ты нашёл её?
   - Да но... - Джеймс замешкался с ответом, но быстро сориентировался. - Она убежала.
   - Мы должны найти её.
   Джеймс с удивлением отметил, что в её глазах нет ни капли страха. И они сухие...
   - Но почему, Мария? Ты знаешь эту девочку?
   - Нет, но... у меня такое странное чувство, будто я... будто мы должны защитить её.
   - Хорошо.
  
   Он не сказал Марии, что у него возникло точно такое же чувство. К лучшему ли?
   Время покажет.

Глава третья: "С тобой и без тебя"

  
   - Заперто, - Мария дёргала дверную ручку, искоса поглядывая на Джеймса.
   - Я же здесь недавно проходил...
   Он внезапно понял как глупо это звучит. Всего несколько секунд - и он очутился в саду. Минута - и первый этаж превращается в пепелище. Десять минут, а Мария говорит так, словно просидела в подвале несколько часов... Как невообразимо наивно звучит гибкое словечко "недавно".
   "Стоп! Как это?! Она ведь не была в подвале... Она подошла со спины. Но, но это же... Дверь не открывается... Не открывается?! Почему?!"
   Марии хватило одного взгляда, чтобы понять, что что-то идёт не так.
   - Джеймс, что происходит?
   Его глаза ответили лучше всяких слов.
   - Я не знаю. Ты... Я... Дверь! Только что здесь было открыто. Может...
   - Что?..
   - Я не знаю как объяснить, но госпиталь изменился. Я ничего не понимаю.
   - В смысле?
   - Изменился, может не совсем то слово но... словно что-то завладело им. Я не знаю, как это передать...
   - И что дальше? - она, казалось, ничему не удивлялась.
   - Двери закрылись, словно нас хотят запереть... Поднимемся на третий, там должно быть открыто.
   - Джеймс.
   - Да?
   - Постарайся не сойти с ума.
   Тот хмыкнул. И, не проронив ни слова, зашагал по ступенькам.
  
   ***
  
   Мария переступила через трепыхающееся тело медсестры и прижалась поближе к Джеймсу.
   - Это последняя, - сказал он, перезаряжая пистолет. - Нужно здесь всё обыскать и найти выход.
   Мария задрожала, но Джеймс только улыбнулся:
   - Теперь я тебя не брошу.
   На этаже ничего не было. Немногочисленная уцелевшая мебель была аккуратно обёрнута бесцветной тканью, точно также как и многие двери. Джеймсу отчего-то казалось, что именно этой тканью обивают гробы, и из-за этого становилось не по себе. Ни одного звука не долетало снаружи - можно было услышать биение сердец друг друга...
   На душе возникло гадкое чувство изоляции. Всё исчезло - город, дорога, озеро, прошлая жизнь растворилась в тумане... А будущее растаяло в беспросветном мраке ночи.
   - Джеймс, что это? - Мария остановилась возле лифта и указала на кусок стены. - Здесь что-то есть.
   Она не ошиблась. Странная картина, тщательно пообтёртая временем и сыростью. Походит на икону, но исполнение такое необычное... Картина словно была частью стены, объёмной, но не выпуклой.
   - Странно, что я не заметил её раньше, - мужчина положил ладонь на рисунок и слегка пошевелил пальцами, проверяя шероховатость поверхности. - Это не бетон и, определённо, не металл. Похоже на дерево...
   - Может дверь?
   - Судя по карте, её здесь нет.
   Мария посмотрела в его сторону, улыбаясь лишь уголками губ:
   - Проверим?
   Они ощупали дверь миллиметр за миллиметром, но ничего похожего на замок или замочную скважину не нашли.
   Заработало радио. Одиночный треск сменились постоянным, монотонным шумом, нарастающим как снежный ком.
   - Джеймс.
   - Я знаю.
   - Джеймс!! Их много...
   - Нет, - тихо ответил он, беря разбег. - Всего один...
   Прогнившие доски сломались с негромким чавканьем и зашелестели по полу, поднимая столбы пыли. Помещением давно не пользовались...
   "А может и никогда не пользовались".
   Транзистор визжал как обиженный младенец, издавая абсолютно дикие звуки. Нервы лопались одна за другой.
- Мария! Лестница!!! Бежим!
Джеймс первым нырнул в плотное облако пыли, поднятое сломанными досками.
Длинная череда ступенек, ведущих вниз. Пылинки вспыхивали в луче фонарика, принимая жуткие сюрреалистические образы. Джеймс бежал практически на ощупь, чувствуя, что один неверный шаг может обернуться сломанной ногой.
   Мария кашляла. Может от пыли, но не похоже...
   "Только не сейчас! Не теряй сознание!"
   Через мгновенье Джеймс понял, что произнёс эту мысль вслух. Радио вконец обезумело, рыча почти громовыми раскатами.
   Лестница плавно перетекла в узкий извилистый коридор, настолько узкий, что два человека не смогли бы разминуться в его ограниченном пространстве. Джеймс с ужасом подумал, что если им встретится что-то большое... Словно читая мысли, его обогнал истошный вопль Марии:
   - Сзади!
   Боковое зрение заметило движение, но у Джеймса не было желания рассматривать что-то детальнее. Он и так знал, КТО мог двигаться в этом мраке...
   Сердце выпрыгивало из груди, захлёбываясь адреналином. Луч фонаря отплясывал бешеные узоры, метаясь в пыльном воздухе как попавший в засаду кролик.
   Тело почувствовало догоняющий его холод - холод чуждый всему живому.
   "Быстрее! Быстрее!!"
   Впереди показался лифт. Мужчина с удесятерёнными силами рванул туда, оставляя хриплое дыхание девушки позади.
   Они почти успели.
   Почти.
   Двери начали съезжаться.
   Джеймс вывернулся, и боком буквально влетел в тесную кабинку, но Мария уже не успела.
   Кровавый туман затмил глаза, лишая способности мыслить. Рука застучала по кнопкам, но двери и не думали останавливаться, отсекая Джеймса от внешних ужасов. Тонкая рука Марии проникла сквозь узкую щель и сжала его кисть мёртвой хваткой. Свет освещал перепуганное женское личико и расширившиеся от ужаса зрачки.
   - Джеймс! Джееееймс!!! - её голос забился в истерике, скатываясь на визг.
   За спиной Марии медленно вырастала коричневая туша пирамидоголового монстра, заполняя всё остальное видимое пространство.
   - Джей..! - крик застыл у неё в горле.
   Глаза закатились... Рука ослабила хватку и обмякла. Рывок назад и хруст ломающихся костей - Мария исчезла, а тонкая щель между створками теперь заполнилась сплошным красноватым месивом.
   Двери съехались. Джеймс не видел, а скорее чувствовал капельки чужой горячей крови, медленно стекающие у него по лицу.
   Лифт качнулся, завёлся невидимый двигатель, и ржавая кабинка повезла мужчину вверх. Но ему было уже всё равно.
   Сознание работало урывками, фиксируя лишь частички информации.
   Дверь открыта... пометки на карте, сделанные чёрным маркером и небрежная надпись... записка... ключ. В глазах расплывается и больше ничего не видно... За окном мелькнула Лора, убежав куда-то в темноту... сзади хлопнула дверь... холодный бетон... ступеньки...
   Ночь.
  
   "Я не хотел. Я ничего не мог сделать. Я ничего не мог сделать ДЛЯ НЕЁ. Я не виноват... не виноват... Виноват..."
  
  

Глава четвёртая: "Вглубь"

  
  
   Едва Джеймс очнулся, как сразу вскочил на ноги. Окружающая обстановка удивила его до глубины души. Он был не на пороге госпиталя, а в баре... Да, бар. Он был здесь раньше.
   "У Нилли..."
   Всё та же пыль на полу, древняя витрина, сплошь оклеенная газетами. Правда теперь за стеклом сияла монохромная ночь. Ни огонька, ни звука...
   "Надпись. Здесь была надпись. Про дыру, которая исчезла".
   Её не было. Зато появилась другая, сверкающая бордовыми подтёками:
  
   "Джеймс, чтобы вновь увидеть Мэри, ты должен сделать одну простую вещь - умереть. Но помни - ты можешь оказаться в совершенно другом месте".
  
   Это сон? Реальность? Джеймс провёл рукой по стене и задумчиво посмотрел на красные пятна у себя на ладони. Чем бы это ни было, но оно не плод его больного воображения.
  
   "Проснуться. Я хочу этого больше всего на свете. Я устал бродить в тумане. Память крошится в пыль. Будь оно всё проклято..."
  
   " ...ты должен... умереть" - бросился в глаза мрачный приказ.
  
   "Может быть в этом ответ - чтобы проснуться нужно умереть? Иначе этот кошмар не отогнать. А что, если..."
   Джеймс вынул из кармана карту, найденную в госпитале, и ключ. На бумаге была пометка - "Историческое общество". Обведена чёрным маркером.
   "От судьбы не уйдёшь. Любая история может иметь два финала.
   Я могу умереть. Погибнуть здесь и сейчас, - просто пустив себе пулю в лоб. Но это не выход. Нужно дойти до конца. И преодолеть страх. Найти источник, питающий этот кошмар".
   Джеймс глубоко вздохнул и вышел наружу.
  
   ***
  
   "Историческое общество Безмолвного Холма.
   Земля "Толука"" - гласил дорожный щит, подсвеченный лучом фонаря. Джеймс задержался на нём взглядом и невольно замедлил ход. Возникло странное ощущение... словно осталось совсем немного.
   Но... Сколько часов он уже блуждает в этом мраке, сам толком не зная, что ищет? Сколько времени он уже в этом городе? Сколько?..
   Влажная одежда раздражала кожу, а ручка пистолета натёрла мозоль.
   Джеймс медленно шёл дальше. Силы почти оставили его... а возможно, их никогда и не было.
   Три долгих года выжали из него весь запас жизненной энергии. Пока он держался лишь благодаря надежде... надежде на невозможное, даже абсурдное. Ночной город растянулся в один большой кровавый кошмар. Раскачивающийся луч фонаря завораживал, погружая в транс. Перед глазами всплывали размытые фигуры, тут же растворявшиеся в сжимающемся кольце тьмы.
   Мысли покинули его. Джеймс просто шёл.
  
   ***
  
   Железный ключ вошёл в замок, осыпав руку мелкой ржавой пылью. Щ-щёлк! - и вход свободен.
   "Историческое общество" разительно отличалось от всех прочих зданий - чисто, светло, тепло... Единственное "но" - дверь в соседнюю комнату. Вывернутая и выдранная с корнями, одна из створок лежала на полу, а вторая каким-то чудом ещё держалась на одной петле. Джеймс закрыл глаза и сжал зубы... Хватит обманывать самого себя. Он прекрасно знал, кто здесь прошёл.
   Переступив через порог, Джеймс сразу увидел ЕГО. Своего врага. Тот просто стоял и смотрел вперёд. Джеймс не видел глаз, но всем сердцем чувствовал его тяжёлый, холодный, беспощадный взгляд.
   ... всего лишь картина...
   Старая и отсыревшая, но в неприкосновенности сохранившая гнилой образ страха. Палач держал в руке громадное копьё, холодное прикосновение которого Джеймс уже успел почувствовать на собственной шкуре. Местность позади палача утопала в тумане, изредка прерываясь большими ржавыми клетками, подвешенными на тросах и уходящих во мглу. В них были люди. Мёртвые люди. Грифы давно склевали всё мясо, а то, что осталось, давно протухло, припекаемое солнцем, поливаемое дождями, ласкаемое туманом...
   Джеймсу стало дурно. Причём не столько физически, сколько морально. Город выигрывал битву. А сознание дало опасную трещину.
   Рука поднялась сама собой, указательный палец вздрогнул. Дымящаяся дыра появилась в центре пропитанного кровью колпака палача, и Джеймс сразу почувствовал облегчение. Но ненадолго.
  
   "Туман - единственное, что осталось от их преступления" - было написано под картиной.
  
   Джеймс развернулся и медленно прошёл в следующую комнату, чувствуя за спиной незримое присутствие. Злые глаза невидимого врага буквально ввинчивали в затылок острое сверло ненависти. Мужчина чувствовал это, как чувствовал и то, что скоро... он всё выяснит.
   И выяснит до конца.
   Быть может за следующей дверью...
   ... которая распахнулась сама, едва Джеймс дотронулся до ручки. Поток воздуха вырвался из комнаты, холодя кожу и обмораживая вспотевший лоб. Запах этого сквозняка, мёртвый, напоминающий запах свежей могилы, был омерзителен. Джеймс подумал, что именно так должна пахнуть свежая могила.
   Левая стена комнаты была... пробита. В ней зияла дыра - гораздо выше человека и порядочной ширины. Джеймс осторожно подошёл поближе и посветил - луч нырнул во мрак, но утонул в его ледяных объятиях.
   Чем-то невыносимо зловещим веяло от этого места. Джеймс почувствовал это отчётливо и намного сильнее, чем во всём остальном городе. Именно в этом месте стиралась грань между реальным и нереальным, между "здесь" и "там".
   Уходящий в чёрную бесконечность туннель казался дорогой в ад.
   Мужчина застыл у разрушенной стены, не решаясь сделать первый шаг. Растерянность... и плохо скрываемое отчаяние. Готов ли он? Всё окончательно запуталось в этом сложном и одновременно простом городе. В который раз в голове завертелся вопрос "что здесь происходит?". Но ответа опять не было. Безмолвный Холм не хотел опровергать своё название.
   Всё здесь "не так". Абсолютно всё! Эти картины на стенах... они неправильны и... и... ненормальны. Странная дыра на ровном металлическом полу; портрет директора госпиталя; сама больница, стоящая посреди пустоши...
  
   "1880г. Больница "Небесный Ручей". Построена в разгар эпидемии чумы, бушевавшей в этих местах. Позже была расширена и преобразована".
  
   Джеймс поймал себя на том, что, читая таблички, он пытается оттянуть момент, когда ему придётся войти в коридор за спиной. Но это было неизбежно - у него просто нет выбора.
   Как же там холодно...
  
   ***
  
   Джеймс шёл, бежал, потом снова переходил на шаг. Грязный потолок и скользкий пол уводили человека вглубь, ровно и монотонно понижаясь.
   Стены не менялись, и их зеленоватый оттенок начинал дразнить глаза. Джеймс остановился и посмотрел назад. Темнота... Точно такая же, как и впереди, по бокам, под потолком, под ногами... Темнота подобралась вплотную, схватив за шею и проведя сквозняком по волосам.
   Мелькнула мысль: что будет если... Не думай об этом. Что будет, если... фонарик потухнет?
   Джеймс вздрогнул и ускорил шаг. Вниз, вниз, вниз... Глаза слипались от однообразия окружающей реальности. Голова неприятно кружилась.
   Луч фонарика бледнел, оставляя наступающему мраку всё больше и больше жизненного пространства. Свет пожелтел. Джеймс с ужасом ждал той минуты, когда батарейка испустит свой последний вздох. Да, у него есть запасные... Но... он чувствовал, что стоит опуститься тьме, и он в ту же секунду сойдёт с ума.
   Луч заморгал. А коридор продолжался, продолжался, продолжался...
   В глазах потемнело и Джеймсу даже показалось, что фонарик потух. Мысли обжигали, как раскалённый металл - одна сильнее другой.
   Внезапно Джеймс поймал себя на том, что его глаза закрыты. Когда он их открыл, фонарик уже горел нормально. Сквозняк исчез. Узкий ход перестал понижаться, а пол - выровнялся. В нескольких шагах впереди виднелась заплесневелая дверь - петли скрипнули, проворачивая тяжёлую раму.
   Он пришёл.
   Но куда?
  
   Часть 7: "Заложник истины"
  

Глава первая: "Колодец"

  
   Комната была совсем маленькой и, словно подчёркивая тесноту помещения, все стены были покрыты толстым слоем грязи и... новыми картинами.
   Столь же странными и ненормальными, как и в музее наверху:
   "Пир богов" - какие-то люди, один из них в белом...
   "Смерть от сажания на кол" - маленькие фигурки, скорчившиеся от невообразимых мук. Боль, нанизанная на грязные заострённые палки...
   "Тюрьма Толука" - небольшое строение на фоне кроваво-красного неба.
   На рисунке тюрьма удивительно походила на музей Исторического общества, хотя... нужно говорить наоборот - здание общества удивительно походило на тюрьму. Но... почему тюрьма оказалась под землёй? Такой длинный спуск вниз...
   "В этом месте логика бессильна..."
   Он ещё раз обвёл глазами комнату. Впереди виднелась одна-единственная дверь, а справа стоял небольшой металлический стол, на котором лежало несколько разрозненных листков.
   Бумаги датировались началом девятнадцатого столетия, и на каждой стоял штемпель "Тюрьма Толука". Неужели это помещение было нетронутым... с позапрошлого века?!
   Джеймс положил их на место и двинулся дальше. За дверью была развилка: два одинаковых коридора разбегались в разные стороны.
   "Выбирать наудачу?"
   Джеймс свернул налево и через несколько секунд уткнулся в очередную дверь.
   Комнату он узнал с первого взгляда, хотя в начале отказывался верить своим глазам. Картина в музее не врала. Прямо в центре пола была дыра. Джеймс подошёл ближе и посветил фонариком. Ноль. Был только один способ выяснить, что там внизу... Джеймс усмехнулся и понял, что окончательно свихнулся. Прыгать бессмысленно. Более того - самоубийственно.
   Он нащупал рукой обломок кирпича и бросил его вниз. Тишина ничуть не изменилась. Либо у ямы нет дна, либо там находится что-то... Мягкое?
   "К чёрту смерть! Да что она сможет забрать у меня?!"
   Прыжок... Свет остался где-то наверху...
  
   ***
  
   Джеймс открыл глаза и с удивлением обнаружил, что всё ещё жив. Он осторожно пошевелился - всё в норме. И даже боли нет.
   Он медленно поднялся, с трудом ворочая занемевшими конечностями. Фонарик валялся рядом и светил в стену, - Джеймс поднял его и провёл лучом по кругу. Теперь понятно, где он оказался.
   В колодце.
   К счастью - высохшем, если не считать тонкого слоя воды. Каменные стены были абсолютно гладкими и невероятно скользкими. Пытаться по ним забраться - пустая затея. Джеймс обошёл днище колодца по окружности, пытаясь придумать хоть что-нибудь. Дрожа от холода в своей каменной ловушке, человек силился рассуждать логически. Не получилось - ответа так и не было. Лишь одна мысль никак не хотела уходить - о том, как через несколько лет кто-то найдёт его сгнившее тело...
   Внезапно всё прошло. Ужас, паника, отчаяние. Всё исчезло в один миг, едва слабый ветерок коснулся лица. Ветер... Откуда ЗДЕСЬ ветер? Но факт очевиден.
   Джеймс ещё раз обошёл этот каменный капкан, ведя рукой по скользким кирпичам. И оказался прав - мокрая ладонь сразу уловила поток воздуха, сочащийся извне. За стеной была пустота.
   Он отступил на шаг, одновременно поднимая пистолет. От выстрела несколько камней разлетелись на куски, а остальные стали легко ворочаться руками. Джеймс работал как заведённый, разрушая кладку и вырывая камни из размякшего цемента. Он сорвал несколько ногтей, но не отступил. Дело пошло быстрее, и вскоре проход уже мог пропустить через себя человека.
   Джеймс вывалился из проделанного отверстия и лишь с большим трудом упал на колени, а не плашмя. Здесь было гораздо больше воды. Слева высилась решётка, но она не интересовала истерзанного мужчину. Поток воздуха шёл не оттуда.
   Мутная вода хлюпала под ногами, раздражая и утомляя. Но путешествие было недолгим - двойной уступ поднял его выше уровня воды; тут же была и дверь. Очередная комната...
   Едва Джеймс проник туда, как внезапный приступ головокружения вынудил его схватиться за стену. Он стоял на решётке, под которой чернела пустота, но это была не главная причина недомогания. Двери... Они были расположены вдоль направления взгляда. И всё выглядело так, словно... словно коридор поставлен вертикально.
   "Тогда на чём же я стою?"
   Джеймс глянул под ноги и увидел замок и пару ржавых петель. Так и есть. Пол был... дверью.
   "Ведь это тюрьма. Решётки перегораживают все важные коридоры, чтобы осложнить побег. Но почему коридор расположен стоймя?"
   Ничего не соображая, Джеймс отступил назад в коридор и, расположившись на полу, попытался открыть эти напольные двери. Замок был заперт, но сломался, едва его рванули посильнее. Скрип петель разлетелся по всем направлениям, резанув слух этим уродливым стоном трущегося металла.
   "Опять прыгать?.."
   Джеймс схватился за прутья и осторожно свесился вниз. Тьма была настолько плотной, что кончиков собственных ботинок уже не было видно. Отбросив прочь мысли о смерти, Джеймс разжал пальцы и во второй раз с головой погрузился во мрак...
  

Глава вторая: "Гнев слабого"

  
   На сей раз, пробуждение было намного болезненнее - ныла каждая мышца в отдельности. Джеймс со стоном перевернулся на спину и попытался сесть. Удалось это не сразу. Ещё толком не разлепив глаз, он уже рассматривал помещение, в котором очутился. Оно было довольно большим... Огромным, если сравнивать его с предыдущими. Потолок нависал массивным серым пятном, изредка поддерживаемым тёмными монолитами колонн. Повсюду стояли столы, стулья; валялись битые тарелки и погнутые ложки.
   "Столовая..."
   Джеймс перевёл луч влево...
   Эдди прищурился от яркого света и загородил лицо рукой:
   - Убить кого-то не составляет труда... просто подносишь пистолет к голове и... Паф! - последнее слово он произнес нараспев, и в его глазах чётко обозначились тусклые огоньки накатывающего безумия.
   В руках у парня виднелся револьвер просто огромных размеров - "Магнум", насколько позволяли судить познания Джеймса. Чудовищный калибр, отдача такая, что может сломать запястье неопытному стрелку...
   Оцепенение ещё больше завладело телом, когда он увидел труп, уткнувшийся носом в крышку стола, за которым сидел. Запёкшееся месиво из мозговой жидкости и крови тёмной массой растекалось от простреленного черепа. Этот парень был мертв... С гарантией.
   - Эдди. Ты... Это ты убил его?
   - Но... это же не моя вина. Он сам заставил меня сделать это! - возмутился Эдди.
   - Успокойся... Просто расскажи мне, что произошло.
   - Ну, этот парень... Я ему ничего не делал! Он просто пришел после меня. Смотрел и улыбался. Я видел это молчаливое презрение в его глазах! Впрочем, как и у всех остальных!!
   - Остальных? И, что... Поэтому ты его и убил?!
   - Что значит "поэтому"?! - взревел тот и поднялся на ноги.
   - Эдди, ты не можешь убивать кого-либо только потому, что он на тебя не так посмотрел!
   - Ну да! А почему бы и нет? Все просто вытирают об меня ноги, как и этот идиот! Он поступил так же, как и все остальные!! И получил то же, что и все остальные.
   - Эдди! - Джеймс повысил голос, почувствовав, что теряет контроль над ситуацией.
   - Я просто пошутил, Джеймс, - Эдди натянуто улыбнулся. - Он уже был мертв, когда я пришел сюда. Честно. О, я должен идти, прости... - он посмотрел за спину Джеймса и направился к выходу из столовой.
  
   ***
   "Псих. Все люди тут - психи. Только монстры кажутся уместными. Интересно, а как я выгляжу в глазах остальных? Безумец, ищущий мёртвую жену... Я такой же ненормальный, как и все? Не знаю... Я просто не знаю".
  
   Когда-то это помещение являлось столовой. На одной из боковых стен было меню, написанное мелом на зеленой школьной доске. Но вот что странно - там стояло число, 18 марта 1956 года, когда наверху, в журнале, стояла дата начала девятнадцатого века. Джеймс отчетливо это помнил.
   - Что за чёрт?
   На доске также были перечислены блюда, которые будто издевались над ним, дразня пустой желудок: горячий чилли, банановый пудинг, франкфуртские рулеты... Когда в тюрьме готовили такие обеды? Впрочем, если и готовили, сейчас от них даже запаха не осталось.
   Джеймс прошел в дальний конец помещения, где вроде бы висело зеркало. Но его отражения там не было. Он подошел ближе и протянул руку...
   "Это не зеркало..."
   КАРТИНА, на которой изображена столовая в мельчайших подробностях, включая труп с простреленной головой...
   Но, но... КАК??? Каким образом на картине оказалось тело..?
   Присмотревшись внимательнее, он заметил отличия - совсем незначительные, но пугающие до дрожи. Одежда на трупе была совсем другая.
  
   "Какого чёрта на картине нарисована моя одежда?!"
  
   ***
   В коридоре за столовой было темно. Очень. И подозрительные шумы доносились из этого мрака, - словно острые когти скребли металл.
   В темноте очертились контуры врага, обуреваемого желанием смерти непрошеного гостя. На счастье Джеймса, оно было неуклюжим, и когда до человека осталось метров пятнадцать, существо задело ногой выступающий из стены огрызок трубы и рухнуло на пол.
   Но Джеймс знал, что тварь скоро поднимется, и поэтому, вскинув пистолет, вогнал несколько пуль в распластавшееся тело.
   Однако звуки не прекратились, - скорее усилились. Захрипело и радио - с запозданием, как и всегда.
   Выстрел во тьму, еще один. Тихое хлюпанье, когда свинец врубался во что-то мягкое и живое...
   Кажется, в пистолете не осталось патронов, и теперь Джеймс точно знал что ему делать - бежать, бежать пока есть силы. Уже в движении он выкинул пустую обойму и вставил новую.
  
   ***
   Первая дверь, встретившаяся на его пути, была заперта, но вторая поддалась сразу. Он вбежал внутрь и заперся, подперев ручку куском ржавой арматуры.
   Это была подсобка - по всему потолку шла череда труб, внутри которых слышалось еле слышное шуршание.
   "Крысы".
   Кроме шуршания, единственным звуком в комнате был стук мерно падающих капель. В луче фонаря они напоминали бусинки красного жемчуга. Вековая ржавчина окрасила воду в неестественно яркий цвет.
   В дверь ударили. Сила атаки была столь велика, что арматура согнулась, а в замке хрустнул металл.
   Джеймс оглядел комнатку, но выхода не было.
   Удар в дверь повторился, и подпорка лопнула с диким лязгом. Ещё одна попытка - и всё.
   Глаза снова пробежались по интерьерам в поисках спасения. Через мгновение взгляд остановился на небольшой решётке, крепившейся к противоположной от двери стене. Джеймс спрятал пистолет и схватил подвернувшийся металлический табурет. Решётка сдалась с двух ударов, и мужчина отбросил погнутую железку в сторону. Когда на дверь обрушился очередной удар, Джеймс уже перебрался в смежную комнату, с трудом перевалившись через образовавшееся "окно".
   Дальше была целая череда бойлерных, пол которых был завален непонятными железками, остатками паровых котлов и обрывками истлевшей одежды. Джеймс обыскивал каждую комнату, в тайной надежде обнаружить что-нибудь полезное. Вскоре удача улыбнулась ему - фонарь упёрся в табличку "Оружейная".
   Все полки в комнате были сломаны, ящики из-под патронов пусты, стекло, за которым находились ружья, - выбито. Два ружья из трех были в нерабочем состоянии: ствол одного изогнут буквой "г", а у другого он просто отсутствовал.
   Но с третьим все было в порядке.
   Мужчина повертел находку в руках. Хорошее приобретение - надёжная вещь, подходящая убойная сила, целый коробок патронов, которые он тут же разложил по карманам.
   Ружьё зажато в руках, а пистолет заткнут за пояс - можно уходить. Но тут что-то привлекло его внимание.
   Журнал. Относительно новый - бумага даже не успела пожелтеть, а обложка - покрыться пылью...
  
   "Озеро Толука - излюбленное место туристов. Но чистое и красивое озеро имеет также и обратную сторону. Вероятно, это будет выглядеть как обычная история о призраках, которую можно услышать в любом из старых городов страны. Но эта история - не легенда, а чистая правда.
   В один туманный ноябрьский день 1918 года, корабль "Маленькая Баронесса" с туристами на борту не вернулся в порт. В газетной статье позже написали: "Скорее всего, судно утонуло по какой-то неизвестной причине. Но несмотря на усиленные поиски, ни один фрагмент судна и ни одно из тел 14-ти пассажиров и команды не найдены и по сей день...
   В 1939 произошел подобный инцидент..." - дальше несколько страниц отсутствовали.
  
   "Множество тел покоятся на дне этого озера. Их костлявые руки тянутся к лодкам, проплывающим по нему, и возможно они иногда достигают своей цели..."
  
   "Любопытно, почему я не слышал всего этого раньше?"
  
   Рай для туристов теперь напоминал бойню...
  
   ***
   Блуждая среди камер заключенных, Джеймсу иногда попадались ползучие твари неопределённой формы, которых он убивал выстрелом в упор. Дробь вырывала из скользких тел куски мяса, кровавым фейерверком разлетавшиеся по сторонам и пачкающие стены и пол.
   Со стороны некоторых запертых камер доносились странные звуки, напоминающие чьё-то бормотание. Но увы - мрак темниц не мог нарушить даже фонарик. Однако залп дроби заставлял звуки утихнуть.
   Но больше всего Джеймса напугала камера с раскиданными книгами. Это были старинные манускрипты по призыву демонов. Все эти книги беспокоили его. И дверь в камеру была открыта...
  
   ***
   В поисках выхода Джеймс наткнулся на железный люк в полу. Пламя у поднесенной к нему зажигалки потянулось вниз, ведомое невидимым потоком воздуха. Значит, там есть ход.
   Люк был тяжёл, и мужчине пришлось воспользоваться ружьём в качестве рычага. Вскоре задача была выполнена - в полу открылась квадратная дыра.
   Посветив туда фонариком можно было увидеть, что ход идет вертикально вниз, но насколько глубоко - неизвестно. Джеймс наклонился, чтобы прислушаться, но вдруг из кармана выпал патрон. Через несколько секунд эхо принесло из глубины звонкий удар - высоковато...
   Он начал аккуратно спускаться. Ноги упёрлись в одну из стен, а спина - в противоположную. Человек медленно заскользил вниз, перебирая ногами по бетону. Но, миновав несколько метров, подошва угодила во что-то скользкое, прилипшее к стене, и тьма перед глазами начала неистово вращаться от долгого падения в бездну...
  
   ***
   Первое, что почувствовал Джеймс, когда очнулся, - отвратительный запах разлагающихся тел.
   "Морг..."
   Кругом из зияющих дыр в стенах торчали ноги мертвецов, сплошь покрытые трупными пятнами. Небольшой столик для вскрытий заляпан кровью.
   Зажав нос ладонью, Джеймс выбежал из морга и увидел впереди лифт. Огромный подъёмник, какие бывают только в шахтах по добыче угля.
   Он отправлялся вниз...
  
  
  
  
   Часть 8: "Катакомбы"
  

Глава первая: "Пустота"

  
   Ржавая клеть лифта ожила и медленно поползла вниз, отмечая глухим ударом каждый преодолённый метр. Старые механизмы трещали, и Джеймс всё ждал падения... Но спуск продолжался.
   С каждым мгновением воздух становился теплее. Он сгущался и уплотнялся... Страх концентрировался, и пот градом повалил с воспалённого лба. Джеймс прислонился спиной к сетке и медленно сполз на пол. Сказалась накопленная усталость. Сказались километры бесконечного тумана. Внесли свой вклад трупы, стоящие перед глазами. И Мария...
   Кто она... была? Он так и не выяснил этого. Сейчас даже сомневался в её существовании... Всё что от неё осталось - лишь мягкий голос, запавший в душу, и глаза... Они, казалось, не имели цвета, но точно магнитом притягивали взор, погружали в невероятно глубокую бездну чувств, наполняли душу чужими переживаниями, ощущениями...
   Джеймс в полудрёме пошарил по карманам и извлёк оттуда фотографию. Мэри по-прежнему великолепна, но... каждая чёрточка её лица напоминает ему о недавней утрате. Мэри... Мария. Даже имена схожи.
   Прошлое стояло как в тумане. Город... треск и змеиное шипение старого радио... полузатопленные подвалы апартаментов... сырые стены госпиталя... вечный мрак и холод подземной тюрьмы, из которой уже никто не выберется наверх... и фото той, чей образ привёл его сюда.
   Когда он открыл глаза, лифт уже остановился, а тяжёлые двери распахнулись. Тело болело и ныло. Каждая мышца противилась желанию встать.
   Джеймс перевалился на колени и поднялся. Нащупал фото в кармане и это придало немного сил... Но он абсолютно не помнил как положил его туда.
   Очередная комната - тёмная как ночь. Под ногами что-то хрустело, но Джеймс не нашёл в себе смелости посмотреть что именно. Он воспринимал всё как во сне и реальность казалась ему ничуть не страшнее ночных кошмаров. Стоило только открыть глаза...
  
   Один единственный выход. Боже! Он уже запутался в этих бесконечных коридорах, дверях, переходах, закоулках, стенах, поворотах....
   Коридоры. Бесконечные коридоры... Как тяжело слушать эхо собственных шагов. Тяжело шагать по этим муравьиным ходам, ощущая как нечто холодное и безжизненное навсегда завладевает сознанием.
   Джеймс глубоко вздохнул и продолжил монотонную прогулку. Раз, два, три четыре, пять, шесть... Шаг за шагом. Вдох. Выдох. Мёртвый воздух безликих пространств давил на глаза, словно пытаясь продавить их внутрь черепа. Он на секунду опустил веки...
   ...вентилятор медленно вращался, звонким лязгом выводя человека из транса. Джеймс заморгал и стал испуганно озираться по сторонам. Как он пришёл сюда..? Когда..?
   Помещение напоминало бойню. На небольшой деревянной тумбе лежал тесак палача. Лезвие густо покрыто кровью, которая стекала на опору бурыми дорожками, образуя лужицу. Стены... местами покрыты чем-то неопределённым, и источают отвратительный запах гниющей плоти.
   Джеймс подумал, что его сейчас вырвет, но в желудке не было ни крошки. Мужчина повернулся и быстро зашагал прочь, пытаясь отогнать подпёрший горло комок. А за его спиной лопасти вентилятора продолжали смешивать тяжёлый воздух подземелья с удушающим смрадом чьих-то разлагающихся останков...
  
   Всплески воды захватили его слух полностью. Хлюп, хлюп... Словно волны бьются о прибрежные камни.
   Озеро...?
   Нет.
   Кажется, нет.
   Глаза застилал красный туман, пульсирующий и вспыхивающий с каждым ударом сердца. Джеймс не чувствовал никаких запахов, не ощущал, как мокрые штанины облепили его ноги, не ведал накапливающейся усталости. Лишь только красный туман перед глазами и отвратительное хлюпанье... изредка прерываемое предвестниками беды - шепотами и хрипами старого радиоприёмника... В этот момент он был близок к безумию.
   Когда он снова пришёл в себя, то обнаружил, что стоит посередине какой-то комнаты. Кубической, и с абсолютно ровными стенами. На каждой из них было нарисовано стилизованное изображение человеческого лица с горящими угольками глаз. Холодно... Всё это уж больно напоминало какой-то неведомый склеп.
   - Что происходит?! - заорал Джеймс в пустоту, но лишь слабое эхо было ему ответом. Эхо и шуршание сквозняка, обдувающего истлевшие стены...
   Джеймс зашагал вперёд, минуя ещё одну комнату. Воздух резко потеплел. Но в следующий миг он совершенно забыл об этом...
  

Глава вторая: "Оскал прошлого"

  
   Комната была разделена решеткой на две части. Очередная тюремная камера. За преградой стояла кровать, посередине - стул, а на нем ...
   ... совершенно здоровая и живая, Мария пристально смотрела на Джеймса и улыбалась. Когда мужчина отошел от первого потрясения, то подбежал к решётке:
   - Мария! Ты жива! Я... Я думал... что тот монстр убил тебя!
   Девушка, казалось, его не слушала. Джеймс немного успокоился и присел на стул, стоящий неподалеку от решетки с его стороны.
   - Этот монстр, он... проткнул тебя насквозь своим копьём! Там было столько крови!..
   Мария подалась вперед, отчего ее глаза на мгновение превратились в чёрные провалы:
   - Джеймс, дорогой, все в порядке?
   - Когда мы бежали к лифту, в больнице, ты не успела и тот палач... - он замолк, поразившись теплоте и отстраненности ее взгляда.
   - После того, как мы расстались в том длинном коридоре? - она кивнула и вежливо спросила. - Ты путаешь меня с кем-то?
   Мягкая, чуть дразнящая улыбка не сходила с ее лица. Джеймс шумно выдохнул:
   - Неужели ты ничего не помнишь?
   - Я - нет. А вот ты всегда был забывчивым, - Мария приглушенно рассмеялась. - Помнишь время, проведенное в отеле?
   Джеймс с нарастающим чувством тревоги смотрел в ее бездонные глаза:
   - ... Мария?
   - Ты сказал, что забрал всё. Но ты забыл ту кассету, которую мы записали... - она отвернулась и задумчиво прошептала. - Замечательно, если бы она все еще была там.
   - Как ты... узнала об этом? Ты ведь не Мэри?..
   Мария резко посмотрела на него и презрительно бросила:
   - Я не твоя Мэри.
   - Значит, ты... Мария?
   - Именно. Я такая, какой ты хочешь меня видеть, - она легко откинулась на спинку стула и вызывающе посмотрела на него.
   Джеймс внезапно почувствовал отвращение к этой тонкой игре. Пора её заканчивать:
   - Все, что я хочу от тебя, это ответ!
   Мария вздохнула и тоже поднялась:
   - Не важно, кто я... Я здесь для тебя, Джеймс, - томно произнесла девушка, просунув руку сквозь прутья решетки. Она нежно провела тонкими пальцами по щеке оторопевшего Джеймса и тихо добавила:
   - Видишь? Я настоящая...
   Джеймс сглотнул:
   - Я не понимаю, я... запутался.
   Мария отвернулась. Затем не спеша прошла к больничной койке и села на нее. Оглядев комнату, она вновь вернулась взглядом к Джеймсу и проникновенно, чуть растягивая слова, сказала:
   - Джеймс... Иди и забери меня отсюда.
   - Я скоро буду...
  
   ***
   Мысли проносились в голове, как опавшие листья, гонимые злыми осенними ветрами. Вопросы, бесконечный океан вопросов - не имеющих ответа, безликих, холодных, обжигающих и удивительно чужих. Мария! Кто она? Мэри..? Но ведь этого не может...
   "Ты прав. Этого просто не может быть".
  
   Кассета... Воспоминания размытым пятном брезжили где-то в глубине подсознания.
  
   Мэри обворожительно улыбнулась и неуверенной "сонной" походкой прошла мимо огромного окна, через которое в комнату лился ослепительный солнечный свет. Чуть дальше искрилось озеро, щедро поливающее одинокий отель отражёнными лучами...
   - Ты снова снимаешь меня? - спросила Мэри, глядя в объектив. - Да брось, - добавила она с улыбкой.
   Упав в кресло перед окном и, проведя пальцами по подбородку, тихо проговорила:
   - Я не знаю почему, но... мне нравится здесь. Так умиротворенно... Знаешь, что я решила? - Мэри обернулась к нему и продолжила. - Пусть этот город будет нашим "особым местом".
   Она перевела взгляд на озеро за окном:
   - И мне кажется, я начинаю понимать почему... Как жаль, что надо уезжать, - девушка поднялась с кресла и посмотрела прямо на Джеймса, глядя, казалось, ему прямиком в глаза, минуя систему линз и сам объектив камеры.
   - Пообещай, Джеймс. Пообещай, что когда-нибудь... ты снова возьмёшь меня сюда. Пообещай, даже если это будут просто слова, - сухой кашель не дал ей закончить фразы. Изображение на плёнке скользнуло вниз и потеряло резкость...
  
   Откуда Мария может знать об этом? Об этом было известно только им двоим. И теперь - только ему.
   Пора идти...
   "Быть может... Прекрати думать об этом. Прекрати!"
   Но он думал. И верил. Что где-то там, на противоположном берегу туманного озера Толука, в одиноком заброшенном отеле, на третьем этаже, на балконе его ждёт та самая Мэри, прищуриваясь и неотрывно всматриваясь в плотный слой тумана... Ждёт его... В их "особом" месте...
  
   "... я не твоя Мэри..."
  
   Необходимо двигаться! Вперёд! Мария жива и он не может просто так оставить её. Нужно вытащить её отсюда... Пока не случилось непоправимого.
   Едва он подумал об этом, как сердце сжалось. Воздух снова стал ледяным, окутав лицо Джеймса небольшими облачками замерзающих водяных паров...
  

Глава третья: "Искажённая реальность"

  
   Опять долгое путешествие по этим крысиным норам. Изображение в глазах стало двоиться от усталости, но Джеймс продолжал шагать. Серый бетон проходов сменялся скользкими булыжниками подземных стоков. Встречались полузатопленные помещения - иногда вода достигала уровня бёдер. Холодная - словно сотни игл вонзаются в беззащитную кожу. Но Джеймс не чувствовал ничего - эмоции словно отключились. Боль воспринималась как что-то чужое, не имеющее к нему никакого отношения. В голове пусто. Зрачки расширены.
   В какой-то момент ему показалось, что коридоры стали пульсировать, вибрируя в такт биения сердца. Стены сжимались и через секунду снова расходились. Потолок давил на голову стимулируя развитие острой мигрени и необратимо усиливая зарождающуюся клаустрофобию.
   Вдруг захрипел приёмник, и в ту же секунду пистолет был уже в руках, а слезящиеся глаза мучительно искали цель. Но... никого не было - коридоры так и остались пустынными. А радио продолжало хрипеть, засоряя слух пустым эфирным шумом. Через который пробивалось что-то... Какая-то передача. Голос. Сердце разогнало замёрзшую кровь и бешено забилось.
   Мэри...
   Но в следующий миг он понял, что этот голос не может принадлежать Мэри. Говорил мужчина.
   - ... инальные новос... Растущ... цифры насилия... сред... родственнико... В Безм... олме... - голос затух также быстро как и появился, а вместе с ним исчез и треск. Джеймс продолжил свой путь, размышляя над новым знаком проклятого города. Кто-то снова хотел что-то сказать ему... Передать... А быть может и предупредить. Или напугать... Голос был уверенный, низкий, но Джеймс мог поклясться, что раньше его никогда не слышал.
   Так мог говорить диктор на радио, телеведущий... Да, скорее телеведущий. Джеймс не знал почему, но был уверен в этом. Что-то шептало ему об этом. Его приёмник поймал телепередачу. Здесь. На такой глубине, за толщей земли, через несколько слоёв бетона... Где-то работал телевизор. Совсем рядом.
   Лестница скрипела под весом Джеймса, а несколько прогнивших ступенек и вовсе сломались, плюхнувшись в воду. Но там, куда он попал, было сухо. Даже чересчур сухо. Вроде точно такой же ход, как и десятки до него, но мужчина сразу почувствовал перемену. В воздухе, на стенах, в мыслях... Что-то опять меняется.
   И это творится очень близко. Удушающе близко.
   На полу лежала газета. Старая, пожелтевшая. Но со свежими пятнами крови на передовице... ещё тёплыми на ощупь...
  
   "Мистер Ороско, 39 лет, был найден лежащим посреди комнаты, в собственном доме. Смерть наступила в результате множественных колотых ран, нанесённых металлическим оружием с острыми краями.
   Основные зоны поражения - верхняя часть шеи и левый бок. Наличие в комнате следов борьбы и отсутствие орудия преступления указывает на преднамеренное убийство. Но ни одна из находящихся в комнате вещей не была похищена, поэтому, скорее всего, убийство было совершено в состоянии аффекта. Предположительное время смерти - между 23 часами и половиной первого ночи".
  
   - Папочка... Нет! Не надо!!! Пожалуйста! - прогремел срывающийся женский крик и по коридорам разнеслось протяжное полудетское всхлипывание.
   Ещё до того, как газета выпала из его рук, Джеймс бросился вперёд. Скрип двери совпал с шуршанием окровавленной бумаги по цементному полу. Сквозняк подхватил листок и протянул его вдоль стены, покрывая последнюю кровавыми шрамами...
   Небольшая комната. Стены, похоже, обтянуты человеческой кожей. Круглые отверстия идут по всему периметру с равными интервалами, и в них шевелится нечто омерзительное.
   Энжела отчаянно плакала, сидя на полу и закрыв лицо руками. Рядом с ней шипел телевизор, включенный на пустом канале. Но эти детали Джеймс заметил лишь впоследствии, а в первое мгновение его взгляд упал на отвратительную тварь, подбирающуюся к девушке.
   Правильной прямоугольной формы тело, короткие отростки, перебирающие по полу, размазывали прозрачную жидкость, стекающую по бокам монстра. Вместо головы - нечто непонятное, шевелящееся и меняющее свою форму то набухая, то снова сжимаясь.
   Джеймс вскинул ружьё и всадил заряд дроби в бок твари. Та взвыла и повернувшись на пол-оборота, уставилась на мужчину. Распахнулась беззубая пасть, и человека обдало потоком горячего и зловонного воздуха. Джеймс снова выстрелил, в ярости целясь прямо в мерзкую пасть. Отдельные дробинки разорвали кожистые наросты, обрамляющие глотку, а остальные исчезли внутри рта. Монстр взвыл и весь изогнулся, словно его желудок разодрал спазм. Из пасти потекла чёрная кровь. Тварь встала на дыбы и задрожала, не понимая, что открывает человеку свой живот. Карабин выстрелил четыре раза кряду, превратив торс чудовища в сплошное кровавое месиво с торчащими из него обломками рёбер и мелких хрящей.
  
   - Ты в порядке?
   Вместо ответа Энжела заревела пуще прежнего и одним прыжком встала на ноги. Уже через мгновение девушка подскочила к умирающей твари и саданула ногой в её простреленный бок. Раздался хруст, и кожу прорвали осколки рёбер. От этого звука девушка словно взбесилась, снова и снова погружая кроссовок в хлюпающую массу. Продолжая рыдать Энжела схватила телевизор и обрушила его на позвоночник уже дохлой твари.
   - Энжела, расслабься...
   Девушка на секунду замерла в кольцах растворяющегося дыма, потом обернулась к Джеймсу:
   - Прекрати приказывать мне!
   - Я не и пытаюсь приказывать тебе.
   - Что ты хочешь от меня!? О-о, я вижу, - ты стараешься быть добрым со мной, верно?
   "Да что с ней такое?!"
   - Я знаю, что вам всем нужно - это всегда одно и тоже! Только одна вещь!!
   - Нет, ты абсолютно не права... - Джеймс смотрел в её безумные глаза и пытался ещё что-то сказать. К сожалению на ум ничего не приходило...
   - Тебе не нужно врать - давай, скажи это! - всхлипывала Энжела. - Или ты можешь просто взять меня силой, побить так, как... как это сделал он! Ты все равно думаешь только о себе, ты просто отвратительная свинья!
   Она согнулась и прокашлялась.
   - Энжела...
   Девушка глубоко дышала.
   - Не трогай меня! Ты отвратителен!!! Меня от тебя тошнит!
   Переборов тошноту, Энжела издевательски спросила:
   - Ты сказал, что твоя жена Мэри умерла, верно?
   - Да, она была больна...
   - Лжец!! Я знаю о тебе всё! Она просто стала не нужна тебе и ты нашел кого-то другого!
   Она выбежала в коридор, и эхо её шагов замерло вдали.
   "Это безумие... Я бы никогда..."
  
   ***
   Коридор вскоре привёл его к развилке: один проход заканчивался дверью, а в конце другого поблескивала лестница, ведущая на поверхность. Джеймс определил это по потоку свежего воздуха, шедшего оттуда.
   Мужчина прикусил губу, пытаясь сделать свой выбор. Ему хотелось выбраться. Наружу, к свежему воздуху.
   Но это неправильно.
   Мария... Он обещал освободить её.
   Дверь отворилась почти бесшумно.
   Мария лежала на кровати и спала. Джеймс улыбнулся и подошёл ближе. Однако ужас быстро сковал наивную улыбку, преобразившую губы. Лицо девушки было обезображено - странное пятно пересекало левый глаз, который теперь закрылся навсегда. В правом застыл ужас. Засохшая струйка крови стекала из уголка рта, будто Мария захлебнулась собственной кровью. Ноги мужчину уже не держали, но, к счастью, рядом оказался стул. Джеймс буквально упал на него и принялся судорожно хватать ртом ускользающий воздух. Кровь прилила к голове и перед глазами заплясали зеленоватые пятна. Джеймс провёл руками по лицу, пытаясь унять внезапную слабость.
   Ему стало дурно. Тошнота зародилась в желудке и теперь медленно ползла по пищеводу, который будто наливался свинцом. Джеймс почувствовал, что его лицо позеленело, а виски пошли испариной.
   Шатающейся походкой он побрёл наружу, где желудок уже перестал сопротивляться натиску тошноты...
  

Глава четвёртая: "Убийца"

  
   Кладбище было старое и заброшенное. Разрушительный ветер и постоянная влажность прилизали могильные плиты настолько, что надписи уже невозможно было разобрать. Безликие надгробья уныло возвышались в ночной тьме.
   Воздух был пропитан ароматом мокрой травы и смрадом кладбищенской глины. Джеймс пошёл вперёд, прислушиваясь к звукам, доносящимся со всех сторон. Воспалённое сознание рисовало ужасающие картины происходящего, и мужчина готов был поклясться, что слышал чей-то шёпот.
   "Иллюзия. Как и всё здесь".
   Свет замер на трёх свежих могилах. Они были разрыты. Джеймс улыбнулся, читая эпитафии. Вся его паранойя, все дурные предчувствия выразились в трёх строчках:
  
   "Эдди Домбовски"
  
   "Энжела Ороско"
  
   "Джеймс Сандерлэнд"
  
   "У города забавное чувство юмора..."
  
   Мужчина спрыгнул в яму, маркированную его именем. Странно - на глаз она была глубиной в метр, но на самом деле не имела дна...
  
   Долгий-долгий коридор, облицованный металлическими плитами с влажными багровыми разводами. Замёрзающий пар, вырывающийся из вентиляционных труб; холод и солоноватый запах крови. Дверь в самом конце напоминала ворота банковского сейфа.
   Только за ней было не хранилище.
   А бойня.
  
   ***
   - Эдди... Что ты наделал? - еле выговорил Джеймс, со страхом глядя на человеческие тела, разбросанные по комнате. Множество голов были рассечены надвое, остальные - изуродованы пулями. Замёрзшая кровь образовала багровую корку на металлическом полу.
   Эдди обернулся, поигрывая пистолетом:
   - А на что это похоже? - надрывно заорал он. - Они всегда отбивали мои мячи. "Ты жирный вонючий кусок дерьма, меня от тебя тошнит! Жирная задница, ты просто мусор! Ты такой урод, что даже мама тебя не любит!" - парень захлебывался собственной яростью. - Может быть, он был прав! Может, я и вправду жирный вонючий кусок дерьма... Но знаешь - нет никакой разницы умный ты или тупой, урод или красавчик... Всё едино если ты МЁРТВ! Труп не может смеяться... и с этого момента, если кто-то будет надо мной смеяться, я убью его, вот и всё!
   - Эдди, ты спятил? - спокойно спросил Джеймс, покрепче сжимая дробовик.
   Лицо парня преобразилось, превратившись в демоническую маску, обезображенную манией убийства:
   - Я так и знал - ты тоже! Ты такой же, как они, Джеймс!
   - Успокойся...
   - О, я понимаю. Ты надо мной просто насмехался, верно? С нашей первой встречи! Теперь ты умрёшь за это!
   Пуля просвистела возле уха, заставив Джеймса инстинктивно втянуть голову в плечи. Револьвер дрожал в пухлых пальцах Эдди, спасая его испуганного противника от неминуемой смерти.
   Очередная пуля вонзилась в стенку рядом с плечом, выдав целый сноп искр. Это вывело Джеймса из ступора, - ствол ружья взлетел кверху и выплюнул в морозный воздух порцию дроби. Колено Эдди превратилось в мешанину из осколков разлетевшейся кости и хлещущей потоками крови, но свихнувшийся парень не обращал внимания на ранение, продолжая палить. Но боль вскоре сделала своё дело, и прицел ещё больше прыгал перед глазами.
   Когда патроны в "Магнуме" кончились, Эдди, хромая, ринулся к ещё одной двери и в одно мгновение скрылся за ней.
  
   ***
   Там был громадный, промышленного масштаба холодильник. Мясные туши, нанизанные на огромные стальные крючья, свешивались с потолка; на их бледной коже отчётливо виднелись стежки грубых ниток, словно тела сшили из отдельных фрагментов.
   Изо рта вырвалось облачко пара и рассеялось в морозном воздухе.
   -Ты знаешь каково это, Джеймс, когда тебя ненавидят, пинают и оскорбляют только из-за внешности!! - с отчаянием кричал Эдди, скрываясь за тушами. - Вот почему я сбежал, когда убил собаку - сбежал, как трусливая девчонка! Да, я убил шавку, и это было круто! Я вытягивал из неё все кишки, а она мучилась и скулила, пока наконец не сдохла, обмотанная ими как мяч! После он тоже пришёл за мной, и я выстрелил - прямо в ногу. Он орал даже громче, чем собака. А я чувствовал наслаждение! Наверно ему будет нелегко играть в футбол, бегая на том, что осталось от его колена, а осталось там немного, уж поверь мне!
   Его голос быстро терял остатки человечности.
   - Тебе нужна помощь, Эдди!
   - Не надо меня жалеть, Джеймс! Этот город тоже тебя позвал. Мы - одинаковы. Мы не такие, как остальные люди. Разве ты этого не знаешь?! Знаешь!!! Чёрт тебя дери - знаешь!
   Они заметили друг друга почти одновременно. Синхронно подняли оружие и спустили курки...
  
   Часть 9: "Отель несбывшихся желаний"
  
  

Глава первая: "Письмо исчезает"

  
   Причал был маленьким, но удивительно тёплым после ужасающего мороза внутри. Здесь снова был туман, много тумана. И запах... Словно при лесном пожаре - палёное вперемежку с гнилым.
   Доски скрипели, трещали, но выдерживали вес человека. Джеймс медленно прошёл вдоль стены и повернул налево - к озеру. Некогда красивому, а сейчас пугающему. Ему просто хотелось взглянуть на него.
   Просто...
   "... вспомнить".
   То слева, то справа из тумана возвышались гнилые коряги, уходившие корнями во мглу. Они росли из неё, питаясь ею... Плеск слышался отовсюду, но воды Джеймс не видел. Туман накрыл её, сгущаясь возле самой поверхности и мешая человеку смотреть дальше. Он хорошо скрывал ужасы, лежащие под этим белым саваном...
  
   ... в память о шестьдесят седьмом, который умер от болезни и теперь спит под озером ...
   ... корабли, так и не вернувшиеся в порт ...
   ... облепленные тиной руки, тянущиеся к нему из бездны ...
  
   Сейчас, глядя на раскинувшийся перед ним призрачный белый океан, он вполне мог поверить в это. Мог... если бы не поднял голову выше.
   И улыбнулся. Где-то далеко - бесконечно далеко - светил огонёк. Приятным, ровным светом. Сиянием, пробивающим гущу тумана и ласкающим взор.
   Отель.
   "Особое место".
   Через секунду Джеймс сидел в лодке и уже брался за вёсла.
   Огонёк манил и звал, указывая дорогу, как путеводная звезда. Вода так и осталась невидимой - весла отталкивались от тумана...
   Но Джеймс смотрел только вперёд.
  
   ***
   Плавание было долгим. Вёсла раз за разом взмывали вверх, вырывая большие клочья из этой странной дымки. Огонёк постепенно увеличивался. Сердце застучало громче, перекрывая глухие всплески воды, бьющейся о борта шлюпки.
   Причал выплыл из тумана, и лодка едва не врезалась в него. Уже швартуясь, Джеймс услышал треск.
   Трещали доски, но как-то... неправильно. Это был не тот звук, какой издаёт старое, пропитанное влагой дерево. Это был и не звук старой лодки, облепленной ракушками и обвитой водорослями. Зато так могли трещать деревянные стены дома, пожираемого пожаром. Налетевший ветерок вновь принёс запах гари. Огонёк исчез.
   Джеймс бегом кинулся по брусчатке, готовясь увидеть... крах своих желаний. Но отель стоял невредимым и, окружаемый со всех сторон соснами, представлял собой великолепное зрелище. В этом... "особом"... месте даже туман смотрелся украшением. Мгла скрывала старость облицовочных досок, подчёркивая уединение постройки. Мёртвые веранды, покатая крыша... Окна похожи на глаза. Нет... Скорее на пустые глазницы черепа.
   Но было и ещё одна вещь. Чем-то грозным веяло от этого приземистого особняка. Он напоминал привидение, и облепившая его мгла лишь подчёркивала это чувство, размывая контуры и искажая размеры.
   "Мэри..."
   Внутренний голос нашептывал, что скоро всё закончится. Скоро... на третьем этаже. Комната 312.
   Джеймс глубоко вздохнул и, призывая на помощь последние силы, побежал к лестнице чёрного входа.
  
   ***
   Отель "Вид на озеро"... Какими словами можно описать это место? Сердце словно превратилось в кусочек льда - ужасающие разрушения, которым подвергся город не затронули это место. Но... Но.
   Всё тело внезапно покрылось "гусиной кожей". Зло было сосредоточено здесь. Страх, ненависть и жажда мести сконцентрировались в каждой черточке интерьера, будь то выцветшие обои или пыльные ковры. Джеймс не мог в это поверить - три года отель был единственным светлым пятном в его мечтах и в его снах...
   Слева, на стене, услужливо висела карта. С виду обычная, но Джеймс едва не задохнулся, только взглянув на неё.
   Комната 312... Их комната... Поверх бежит аккуратная надпись, выведенная обессиленной рукой. Джеймс буквально слышал, как скрипит чёрный карандаш, из последних сил рисуя короткие слова. Два коротких слова...
  
   "Жду тебя..."
  
   Слова, которых он ждал... Слова, которых он боялся. Джеймс опустил руку в нагрудный карман и выудил оттуда сложенный вчетверо листочек. Потрёпанный, пожелтевший и настолько важный для него.
   Сейчас это было просто бумага. Слова исчезли. Даже следа не осталось. Письмо из тихого рая превратилось в обычный лист бумаги. Он снова начал терять над собой контроль. Но прежде чем красный туман поглотил его измождённый мозг, сердце обожгла очередная мысль-вопрос:
   "А было ли... это письмо... настоящим?
   Было ли..?"
  

Глава вторая: "Тревога"

  
   Рядом кто-то кашлял. Приступы становились всё громче и громче, проникали в мозг и вызывали жуткую боль.
   "Прекрати!"
   Что-то страшное близится. Оно растёт, испепеляя всё, абсолютно всё. Внутри, снаружи, везде. Как большой чёрный шар, это "что-то" заполняет его изнутри, подменяя и вытесняя все другие ощущения...
   "Лжец!" - крикнула Энжела из-за чёрной мглы.
   "Ты тоже Джеймс! Этот город тоже тебя позвал. Мы с тобой одинаковы. Мы не такие, как остальные люди", - сорванной глоткой вторил ей Эдди.
   Чёрный туман скрывал обладателей голосов. Они раздавались из ниоткуда.
   "Между "здесь" и "там" нет никакой стены", - написано неизвестно кем неизвестно кому. Хотя нет... Известно - ЕМУ.
   "Ты ведь любил её? - тихо зашептала Мария. - Или, может быть..."
   "Хватит! Оставьте меня!"
   "Джеймс, чтобы вновь увидеть Мэри, ты должен сделать одну простую вещь - умереть".
   "Но я не..."
   "Мы не такие, как остальные люди..."
   "Нет!"
   "Мы не такие... и ТЫ не такой".
   Джеймс встрепенулся и в тот же момент пожалел, что вообще родился на этот свет. Голова раскалывалась, пульсировала. Словно незримый обруч стягивал череп.
   "Что случилось? Я спал?"
   Он стоял возле какой-то двери и не мигая глядел в одну точку. Изображение в глазах плыло, но Джеймс смог что-то разобрать. Табличка? Ресторан "Берег Озера". Как удивительна человеческая память... Он не помнил голосов, не помнил чёрного тумана, не помнил как пришёл сюда... Но отчётливо помнил, как три года назад, они...
  
   Джеймс сглотнул.
  
   ... сидели здесь. Такие счастливые...
  
   "Её рука оказалась в моей, и слова казались такими ненужными. Необязательными..."
  
   ***
   Внутри было очень тихо, радио не подавало сигналов. Ресторан сохранился очень хорошо. Стулья аккуратно сложены на столах, вокруг стоит завораживающая тишина - не пугающая, а очень грустная. Вдруг раздался мелодичный перелив пианино.
   - Я испугала тебя? - звонким голосом поинтересовалась Лора.
   Джеймс присел на стул возле пианино и усмехнулся:
   - Да, напугала.
   Девочка села рядом с ним:
   - Ты пришел сюда, чтобы найти Мэри, да? Ты нашел ее?
   - Нет...А ты тоже ищешь её?
   - Она здесь, ведь так? Если ты знаешь, что она здесь - скажи мне! Я так устала ее искать... - глаза девочки наполнились слезами.
   - Я думаю, она здесь...
   - Да. Она ведь говорила об этом в своем письме...
   - В каком письме?
   Лора встала со стула и стала копошиться в кармашке сарафана. Наконец извлекла конверт и протянула его мужчине:
   - Прочитай...
   Джеймс принял конверт, и Лора добавила:
   - Но не говори об этом Рэйчел, хорошо?
   - Кто такая Рэйчел?
   - Она была нашей медсестрой... Я стащила письмо из ее ящика...
  
   "Моя дорогая Лора!
  
   Я оставила это письмо у Рэйчел, чтобы она отдала его тебе, когда меня уже не будет...
   Я уезжаю. В тихое, прекрасное место. Прости меня, пожалуйста, что я не попрощалась с тобой перед тем, как покинуть больницу. Будь хорошей девочкой.
   И о Джеймсе... Я знаю, ты его ненавидишь, но дай ему еще один шанс, пожалуйста. Понимаю, он кажется тебе занудой, но в душе он очень милый. Лора... Я люблю тебя, как родную дочь. Если все будет хорошо, то мы удочерим тебя. С восьмым днем рождения тебя, Лора.
  
   Твоя подруга навсегда, Мэри".
  
   Джеймс дочитал и посмотрел на Лору: девочка старательно выводила что-то на запотевшем окне ресторана.
   - Лора, сколько тебе лет?
   - Исполнилось восемь, на прошлой неделе...
   "Как это может быть, ведь я три года назад..."
   Джеймс шептал самыми уголками губ - беззвучно и отстранённо:
   - Что произошло тогда. Мэри не умерла? Три года назад... Причём здесь три года? Она действительно может быть здесь?.. Что она имела ввиду под "прекрасным тихим местом"? Отель?
   - Мэри мне много рассказывала о городе. Показывала все ваши фотографии. Она очень хотела побывать здесь снова... Вот почему я тут. Может быть, ты поймешь это, если прочтешь еще одно письмо... - она опять порылась в кармашке.
   - Ну где оно?
   Лора посмотрела на Джеймса и расплакалась.
   - Я, должно быть, потеряла его!
   Джеймс не поверил своим ушам.
   Лора заревела ещё громче и выбежала из ресторана.
  
   ***
   Из всего сказанного этой девчонкой, Джеймс не понял почти ничего. Письмо от Мэри? Оно написано её почерком... Как и то, которое превратилось в пустышку...
   Джеймс попытался выкинуть это из головы. Все эти письма... Только запутывают. И Лора... Она лежала в больнице вместе с Мэри? Значит, она была больна. И тяжело больна. А сейчас спустя три года... или неделю... она выглядит совсем здоровой.
   И почему она такая бледная?
   Слишком много вопросов и слишком мало ответов. Безмолвный Холм. Не в нём ли причина?..
  
   "Этот город тоже позвал тебя..."
  
  

Глава третья: "312"

  
   Холл гостиницы был пустой и холодный. Через высоко поднятые окна в комнату проникал неуверенный, молочного окраса свет далёкого солнца. Джеймс сделал несколько шагов вдоль стены.
   Внезапно на стоящем в центре музыкальном автомате вспыхнули лампочки, а из невидимых динамиков полилась мелодия. Джеймс повертел головой, пытаясь установить источник звука. Тщетно. Музыка звучала отовсюду. Пол, стены, потолок... Лестница на второй этаж, окна... Казалось что вся обстановка вибрирует в такт мелодии. И Джеймс стал слушать.
   Очаровательно. Другого слова не найти: мелодия лилась как родниковая вода - ровная, чистая, прохладная. Словно невидимая рука пригладила ему волосы и провела по щеке, обжигая холодом нежных пальцев. Мелодия уносила куда-то ввысь, туда, где всегда грустно... Туда, откуда уже не уйти.
   Слеза скатилась по щеке, но Джеймс не заметил этого. Все чувства были подчинены этому ритму. Джеймс закрыл глаза, и музыка заиграла у него перед глазами.
   Расплывчатые фигуры, поглощала нежная дымка... Маленькая девочка, лежащая в постели. Загадочная улыбка тронула её губы... Тонкий женский силуэт на фоне белого сияния. Она, полуобернувшись, смотрела прямо в глаза, хотя он и не видел её лица... Как жаль, что он не видел её лица...
   Мелодия угасала, и сквозь неё стали отчётливо слышны всхлипывания и причитания. Наверное, они всё время шли фоном.
   Невидимая рука музыканта в последний раз прошлась по струнам, и музыка замерла, словно ничего и не было. Джеймс открыл глаза, ожидая увидеть... Впрочем, он уже не ничего ожидал. Скорее верил и надеялся.
   Холл не изменился. Нисколько. Те же безучастные стены и мрачный массив потолка; ледяной пол и пыльные ковры под ногами... А музыкальный автомат был пуст. В нём не было ничего, что могло бы исполнить эту восхитительную мелодию. Это была просто старая развалина, забытая всеми.
   Даже временем.
  
   Джеймс направил свои шаги к стойке информатория. Он и сам не знал, зачем это делает. Лестница на верхние этажи расположена прямо за его спиной.
   На столе лежала записка. Джеймс бережно поднял её, и на стойке остался ровный прямоугольник чистоты, окружённый небольшим пластом пыли. Кто-то положил её сюда недавно. Неделю назад...
  
   "Мистер Джеймс Сандерлэнд! Кассета, которую вы забыли у себя в номере, находится у администратора".
  
   Кассета... Кассета? Мария говорила про неё. Прежде чем её проткнули ржавым остриём...
   Какого чёрта!? Причём здесь кассета? Там ведь только Мэри и... и всё. Но почему она так важна?
   Джеймс обогнул стойку и вошёл в комнату администрации. Она была маленькой и тесной. Одну из боковых стен полностью занимала полочка для ключей с удобными ячейками для их хранения. В углу стоял небольшой сейф, а в самом конце располагался конторский стол.
   Сейф оказался открыт, и дверца громко проскрипела, едва Джеймс попытался распахнуть её. Кассета была на месте. Без коробки и маркировки. Одна надпись, небрежно выведенная простым карандашом: "Безмолвный Холм".
   Прямоугольный коробочек из тёмного пластика, хранящий в себе разгадку, объяснение, а может и надежду...
   Пыли на кассете не было и... Джеймс был готов поклясться, что она тёплая! Словно её только-только вытащили из видеомагнитофона.
   Джеймс встрепенулся и стал шарить глазами по ячейкам с ключами. Почти все были пусты. Был ключ только от одной комнаты. Но Джеймс уже знал от какой - знал даже раньше, чем взял его в руки. Большой палец скользнул по бирке, сметая лёгкий налёт пыли.
   "312".
   Джеймс вышел из комнаты и направился к лестнице на верхние этажи. После его ухода, чернила на записке растаяли как снег на солнце, а скучающий ветер сдул чистый бланк на пол...
  
   ***
   Лестница из главного холла довела Джеймса только до второго этажа. Но план отеля мужчина знал и так. Он просто не мог его забыть, даже если бы захотел...
   Снова коридоры... Неработающие лифты, отключённые светильники. Двери, ведущие в другие номера. Проходя мимо, Джеймс чувствовал холод, причём не совсем обычный. Странный, почти мистический поток мороза. Словно все отрицательные эмоции были закрыты в этих пустых помещениях. "Пустых", возможно, не совсем подходящее слово. Мебель там была. Но не было чего-то важного... Того, что оживляет интерьер. Раньше это здесь было, но сейчас... Закрытые пространства больше напоминали потревоженные могилы или вскрытые склепы.
   Джеймс дошёл до узкой лестницы на следующий этаж и стал подниматься.
   - Джеймс!
   Крик затих, оставив после себя многократное эхо. Мэри? Мария? Кто, кто?! Джеймс с удесятерёнными силами рванул наверх, но тут же налетел на металлическую решётку. Как не вовремя! В мужчине вспыхнула ярость. Ствол пистолета уставился в замок, а палец дважды надавил на спуск. Лёгкие двери распахнулись с такой силой, что чуть не слетели с петель.
   Человек буквально взлетел по оставшимся ступенькам и понёсся к номеру...
   Заперто! Дрожь в руках передалась ключу, и Джеймс потерял несколько секунд, прежде чем раздался знакомый щелчок механизма.
   Комната 312.
   "Их комната".
   Она ничуть не изменилась. Только краски выцвели, а обстановку накрыла бледность, усиленная серым светом, лившимся через широкие окна. Все предметы были на своих местах. Вплоть до вазочек, вплоть до картин на стенах. Но не было самого важного.
   Не было Мэри.
   Зато появилась новая вещица - видеомагнитофон... или он был тут и раньше? Тогда им было всё равно - они даже к телевизору не подходили...
   А не всё ли равно? Сейчас он узнает... остальное - неважно. Кассета... на ней что-то есть. Должно быть. Обязательно. Иначе всё это путешествие окажется сущей бессмыслицей.
   Джеймс уселся в кресло и почувствовал приступ внезапной тошноты. Магнитофон с жадностью заглотнул кассету, а телевизор высыпал на человека собственную долю эфирных помех...
   Но Джеймсу было уже всё равно. И то, что в отеле нет электричества... И то, что вид за окном растворился в плотных слоях тумана... И то...
  
   Мэри обворожительно улыбнулась и неуверенной "сонной" походкой прошла мимо огромного окна, через которое в комнату лился ослепительный солнечный свет. Чуть дальше искрилось озеро, щедро поливающее одинокий отель отражёнными лучами...
   - Ты снова снимаешь меня? - спросила Мэри, глядя в объектив. - Да брось, - добавила она с улыбкой.
   Упав в кресло перед окном и, проведя пальцами по подбородку, тихо проговорила:
   - Я не знаю почему, но... мне нравится здесь. Так умиротворенно... Знаешь, что я решила? - Мэри обернулась к нему и продолжила. - Пусть этот город будет нашим "особым местом".
   Она перевела взгляд на озеро за окном:
   - И мне кажется, я начинаю понимать почему... Как жаль, что надо уезжать, - девушка поднялась с кресла и посмотрела прямо на Джеймса, глядя, казалось, ему прямиком в глаза, минуя систему линз и сам объектив камеры.
   - Пообещай, Джеймс. Пообещай, что когда-нибудь... ты снова возьмёшь меня сюда. Пообещай, даже если это будут просто слова, - сухой кашель не дал ей закончить фразы. Изображение на плёнке скользнуло вниз и потеряло резкость...
  
   Но тут же возникло снова.
   Джеймс похолодел...
  
   Мэри лежала на кровати. В их доме! Тихие стоны сменялись приступами хриплого кашля.
   Джеймс подошёл к кровати и склонился над теряющим силы телом жены. Её губы приоткрылись, чтобы сказать что-то...
   ... рука скользнула куда-то под её голову, как будто хотела поправить подушку...
  
   Что-то мутное и размытое. Мэри, сидящая на кресле и со страхом смотрящая ему в глаза...
   Резкое движение руки... Подушка на её лице... Кажется, он пытается что-то прокричать...
   Собственные руки, изо всех сил прижимающие подушку...
  
   Изображение помутнело и окончательно растворилось в буре электронных помех...
   ... чтобы в следующий момент вспыхнуть снова...
  
   Его искаженное лицо. Злоба, презрение, ненависть и...
  
   "Торжество!"
  

Глава четвертая: "Правда"

  
  
   Шок.
   Он закрыл лицо руками.
  
   "Этого просто не может быть... Я. Я... любил её".
  
   Сзади открылась и снова захлопнулась дверь, но Джеймс не отреагировал. Какая теперь разница кто это?..
   - Значит, ты здесь! Ты нашел письмо? Ты нашел Мэри, Джеймс? Если нет, то пойдем искать!
   Мужчина не двигался.
   - Все в порядке, Джеймс?
   - Мэри умерла....
   Крик Лоры вонзился в сознание ржавой иглой осознанной вины:
   - Нет, Джеймс! Это ложь, ты - лжец!!!
   - Правда...
   Ее глаза наполнились слезами:
   - Мэри... умерла, потому что болела?
   Обманывать уже не имело смысла. А был ли вообще этот смысл? Всё вокруг давно лишено его...
   - Я убил ее...
   Девочка простояла несколько минут, не говоря ни слова. Внезапно она стала колотить Джеймса по спине, не в силах причинить серьёзную боль. Тот не сопротивлялся.
   - Я знала это, знала! Ты никогда о ней не заботился! Я ненавижу тебя, Джеймс!!! Ненавижу!! Ненавижу!! НЕНАВИЖУ!!! Она всегда ждала тебя... Почему!! Почему...
   - Мне жаль... Мэри здесь нет. Теперь ты это знаешь.
   Лора не произнесла ни слова. Она просто ушла.
  
   - Прости...
  
   ***
   Из транса его вывел шум приёмника. Шипение слилось с чьим-то милым голосом, и поэтому передача сильно напоминала предсмертный хрип. Джеймс посмотрел на радио ничего не значащим взглядом и вынул его из кармана. Покрутил в руках. После чего со всего размаху швырнул в рябящий телеэкран. Толстое стекло кинескопа разлетелось на тысячу осколков, усыпав ковёр блестящими кристалликами.
   Джеймс развернулся и пошёл к выходу. Он уже знал, что встретит вне номера 312. Эта история никогда не закончится.
  
   Этот город хочет забрать всё. Этот город должен выиграть...
  
   Стены коридора были испачканы сажей, с потолка лилась вода, а монотонный шум скрёб по мозгам. Дождь... Когда этот город меняется, начинает идти дождь. Но что такое дождь? Это всего лишь сжатый, спрессованный и уплотнённый болотный туман... Туман с Кровавых болот.
   Джеймс спустился вниз, сам не зная, куда идёт. Мозг стал работать как радиоприёмник. Шипение казалось оглушительным... но коридоры были пусты.
   Ни души.
   Нужно уходить. Нужно выжить... Этот город не может выиграть. Ведь он хочет получить всё...
  
   ***
   Но выйти так и не удалось. Лестницы замыкались одна в другую, коридоры сливались в один. Каждая дверь вела в соседнюю, а то и вовсе не открывалась.
   "Он не хочет меня отпускать..."
   А снаружи ворчал дождь, грустно барабаня по пыльным окнам.
  
   Почему он приехал сюда?
   Почему искал её? Почему верил, что она жива?..
  
   Дверь распахнулась, едва он дотронулся до ручки. Кабинет или библиотека - книжные полки, столы, кучи бумажек... И ещё магнитофон: старый, с огромными катушками и наушниками. Они так и приглашали надеть себя.
   Голоса двух мужчин словно выплыли из тумана. Джеймс без удивления отметил, что одним из говорящих был он сам. Но другое дело, что он... так никогда не говорил. Или не помнил, что говорил...
  
   - Но вы не можете - вы же доктор! Вы обязаны лечить людей!
   - Молодой человек, я отлично знаю свои обязанности. Мы ничего не можем сделать. Эффективного метода лечения по-прежнему нет...
   - Но...
   - Извините. Мы ничего не можем для вас сделать.
   - Но... сколько ей ещё осталось?
   - Нельзя точно утверждать. Может быть три года. А может быть и шесть месяцев. Всё зависит только от неё...
  
   Плёнка оборвалась, но это не имело значения. Джеймс уже не слушал разговора. Он сосредоточено вглядывался в туман за окном, который, казалось, менял свою форму, складываясь в различные образы. В такт его мыслям.
   Одна из дверей привела его в другое крыло здания. Как... почему... Имеет ли это какое-либо значение? Она просто привела его, как лесная тропинка приводит человека неизвестно куда.
   Эта часть здания пострадала значительно больше. Обгоревшие двери, вздувшаяся от неимоверного жара краска, вылетевшие стёкла. Джеймс прошёл по коридору и вышел в холл второго этажа. Лифт...
   Рука сама нажала на кнопку "Подвал", и кабинка сорвалась вниз...
   Едва двери распахнулись, в кабинку хлынул сплошной поток мутной воды. Когда её уровень дошёл до колен, давление спало, и створки окончательно разъехались. Подвал... Наверх. Какой-то тёмный бар, кухня. В воздухе появился запах палёного и мелкие частички пепла. Но он уже ждал их.
  
   ***
   Пламя облизывало стенки до самого потолка, захватывая и балки крепления.
   Огонь был каким-то неживым, потусторонним, но дьявольски жарким. И странно - предметы, которых он касался, будь то картины или обои, не горели. Не плавились, не нагревались. Пламя питалось не за счёт них.
   Лестница убегала вверх, теряясь в огнях пожара. На ступеньках стояла Энжела и грустно глядела на что-то, прибитое к стене. Джеймс охарактеризовал бы это, как обрубок человека, обтянутый кожей, точно покрывалом...
   С него сочилась кровь...
  

Глава пятая: "Последняя встреча"

  
   - МАМА!!! - девушка повернулась.
   - Ээ... Энжела...
   - МАМА! Я тебя искала... - она положила руки на плечи Джеймса и радостно заглянула в его покрасневшие глаза. - Может теперь я смогу отдохнуть.
   Джеймс отшатнулся от девушки, как от прокажённой.
   - Мама, куда ты убегаешь?
   Внезапно на её лице что-то переменилось, и в глазах блеснул огонёк прозрения:
   - Ты... нет... Это ты! Извини, я думала... - Энжела обхватила голову руками и сильно сдавила её.
   - Энжела... успокойся...
   - Спасибо, что спас меня, но... лучше бы ты этого не делал... Даже мама сказала так... я заслужила того, что произошло.
   - Нет, Энжела, это не так. Не верь своей памяти. Она обманывает тебя.
   - Нет, не надо жалеть меня, я не заслуживаю. Или ты думаешь, - она вопросительно повела головой. - Ты думаешь, что можешь спасти меня? Ты будешь любить меня? Заботится обо мне?
   Джеймс отрицательно покачал головой.
   Становилось нестерпимо жарко...
   - Джеймс... отдай мне нож...
   - Нет.
   - ... оставишь для себя?
   - Для себя? Нет, я никогда бы не убил... - он запнулся, но следующее произнёс более твёрдо. - Я никогда бы не убил себя.
   Энжела его уже не слушала, - она медленно поднималась по лестнице, поглощаемая огнем.
   - Здесь жарко как в аду...
   Девушка остановилась и тихо произнесла:
   - Ты тоже это видишь?.. Для меня - здесь всегда вот так. И ещё... Джеймс... ножу можно найти более достойное применение.
   Ему ничего не оставалось, кроме как смотреть на уходящую Энжелу. Пламя перекинулось на лестничный ковёр, отрезая путь наверх. Она шла не останавливаясь. А огонь следовал за ней по пятам, не обгоняя, но и не подгоняя, - медленно, но верно обнимая свою жертву.
   Джеймс развернулся и побрёл прочь.
   "Это её судьба. Не моя..."
   Та же самая дверь привела его в подсобное помещение. Первый этаж больше всего пострадал от пожара: выгоревшие дотла бетонные коробки комнат, чёрный потолок... Кирпичи растрескались и кое-где на полу лежали целые куски разрушенных стен.
   Коридоры тянулись дальше. Отель превратился в лабиринт...
   Жёлтые ленточки, перетянувшие коридор поперёк: "Пожарное управление. Не пересекать". Когда же был этот огненный ад? Вчера... Неделю назад? Или долгих три года? Когда это место превратилось в чистилище?
   Огромный холл с сохранившимися стенами. Массивные двери с кольцами вместо ручек. Ответ уже ждёт его. Руку обожгло то ли холодом, то ли жаром...
  

Глава шестая: "Потустороннее правосудие"

  
   - Джеймс!! - истошный вопль заставил его броситься вперед.
   - Мария!
   Девушка висела вниз головой, привязанная к ржавой клетке: руки разведены в стороны, повторяя форму креста. Полоски чёрной ткани сковали запястья и лодыжки смертельными объятиями.
   "Перевёрнутое распятие..."
   Сама же клетка походила на каркас от кровати... А по обе стороны от неё стояли ОНИ.
   Их всегда было двое... Два палача, две судьбы, два пути. В руках они держали багряные от крови копья.
   - Отпусти её!!! Оставь нас в покое!
Но мучители не слушали его хриплых криков. Одно из копий взмыло над хрупким телом девушки и на мгновение замерло в воздухе.
   - Нееет!!!!
Чёрный наконечник пробил грудь насквозь и показался с другой стороны. Мария обмякла и безвольно повисла на прутьях.
Джеймс упал на колени, и на его глазах выступил слёзы. Все его чувства смешились в одно и взорвались, оставив внутри горящую пустоту.
- Я был слаб... Мария мертва. Все мертвы. Я осознал, для чего приехал сюда. Зачем искал Мэри. Я искал вовсе не её. Я искал правду. Ответ. Наказание. Мне нужен был кто-то, чтобы наказать меня за грехи... Пора положить этому конец.
Трупа Марии наверху уже не было. Зато ОНИ стояли перед ним. Два живых символа его страданий.
   Его судьи.
"Будьте вы прокляты".
... Ружьё палило без перерыва, осыпая палачей смертоносными потоками дроби. Они постепенно сжимали кольцо вокруг человека, поднимая ввысь свои орудия. Джеймс уже утратил способность бояться. Всё, чем он рисковал - это собственной жизнью. Теперь она не казалась такой большой ставкой...
   Он стрелял почти в упор. Но тщетно - оружие, казалось, не оказывало на врагов никакого эффекта. Дробь просто отскакивала от их колпаков.
Пика опустилась совсем рядом, ударившись о стену и выдрав оттуда огромный кусок бетона. Джеймс вовремя отскочил в сторону и отступил в угол. Патроны в дробовике закончились. Мужчина перехватил оружие за ствол и со всех сил обрушил приклад на голову одной из тварей. Деревяшка разлетелась в щепки, а ствол согнулся от усилия. Враг даже не отреагировал на эту отчаянную попытку.
   Бой продолжался долго - палачи двигались как гигантские каменные статуи, медленно и неотвратимо, но живой противник значительно превосходил их в скорости. Отскок, перезарядка. Ещё до того, как раскалённая обойма падала на пол, в пирамидальные колпаки вонзались новые пули...
   "Это не может продолжаться вечно! Я не выдержу!"
   Внезапно палачи развернулись и, полностью игнорируя опешившего Джеймса, направились к центру комнаты...
... где пронзили себя собственными копьями!
Сквозь кровавую дымку ненависти, Джеймс смотрел на них, не понимая и не осознавая происшедшего.
Багровый туман поглотил его мысли...
   ***
   Долгий, мрачный коридор. По нему бредёт уставший человек: его куртка во многих местах забрызгана кровью, джинсы изодраны, на лице печать отчаяния.
   Он просто идёт. Движется вперёд, преодолевая причуды своего восприятия. Потому что в полной тиши перехода он слышит голоса. Эхо старого разговора. Беседы из прошлого...
  
   - Мэри...
   - Что ты хочешь, Джеймс?
   - Я...принёс тебе цветы.
   - Цветы? Зачем мне твои проклятые цветы?! Взгляни на меня! Посмотри - я уродлива! Я не заслуживаю цветов. Разрываясь между болезнью и лекарствами, я похожа на чудовище!
   - Но я...
   - Ты мне омерзителен, Джеймс! Уходи. И не приходи больше... Я все равно умру - если не сегодня, так завтра...
  
   Разум вопил, чтобы мужчина этого не слушал. И он подчинился. Это всё неважно...
   Он ускорил шаг и выбрался наружу, под струи проливного дождя, заливающего отель. Потусторонний голос его жены преобразился, и она умоляла простить её. Она действительно не хотела обижать его. Но Джеймс не слышал всего этого. Он двигался по пожарной лестнице наверх.
   На крышу. Он не знал, зачем идёт туда. Но чувствовал, что должен. Впрочем, свернуть с пути было просто некуда...
   "Я должен... Должен..."
  
   ... встретиться со своим страхом лицом к лицу.
  
   ***
   Крыша скорее напоминала недостроенный этаж. Потолка нет, - холодный дождь обрушивается прямо на лицо. Остаток окна, аккуратно заправленная кровать. И одинокая женская фигурка, всматривающаяся в туман.
   Она услышала его шаги...
  
   - Мэри..? - тихий голос Джеймса заставил ее обернуться.
   - Ха, ошибся снова, - с торжеством произнесла она. - Мэри мертва. ТЫ убил ее.
   - Мария?.. Мария, я покончил с тобой.
   - О чем ты? Но я могла быть твоей! - взмолилась помрачневшая девушка. - Я здесь - для тебя и никогда не причиню тебе вреда!
   Она подошла и осторожно прикоснулась рукой к его лицу. Джеймс отшатнулся.
   - Ведь это то, чего ты хотел! - оскалилась она в приступе странной злости.
   - Теперь я понимаю... Проблема в том, что ты НЕ она.
   Мария отвернулась и посмотрела в окно.
   - Нет, Джеймс... - спокойно произнесла она через мгновение. - Я не отпущу тебя. И никогда не верну тебе ЕЁ.
  
   Тело Марии начало меняться. Вены почернели и вздулись, лицо покрылось струпьями омертвевшей кожи и приобрело багрово-коричневый оттенок. Невесть откуда возникли гибкие прутья, которые обвили это существо, превратившись в клетку. Тварь перевернулась с ног на голову и взмыла к серому небу, где раскинула в сторону руки, принимая положение распятого Христа. Из рваной дыры, заменяющей рот, выползло щупальце и обвилось вокруг шеи растерявшегося Джеймса. Липкая удавка впилась в кожу, сдавливая сонную артерию. Ещё немного и...
   Мужчина прижал пистолет к омерзительному "языку" и выстрелил несколько раз кряду. Хватка ослабела, и щупальце втянулось обратно в пасть, разбрызгивая повсюду чёрную кровь. Через мгновение "язык" показался снова, ничуть не повреждённый. Но на сей раз, человек был готов к этому.
   Джеймс выстрелил, перехватывая чёрную молнию ещё в воздухе...
   Стрелять! Ещё и ещё... Ожесточённое опьянение боем заглушало все чувства, кроме ярости и тихо тлеющей боли...
   Держаться поближе к стенам... Чёрный бархат ада обрушивается сверху... С каждым взмахом всё быстрее заканчиваются силы, и всё труднее дышать...Перезарядка... Обойма чертит видимую дорожку в странно уплотнившемся воздухе...
   От усталости двоится в глазах, а стены смазались в одну бесконечную полосу цвета умирающего солнца...
   Тёмная, извивающаяся змея чуть не сбила его с ног... Скрипнув зубами, Джеймс поднял пистолет... выстрел... выстрел... выстрел... выстрел... Подыхай!.. Подыхай! Подыхай!!
   ... Подыхай! Поды...
   Монстр забился в судорогах.
   Клетка рухнула на крышу, смяв пристёгнутое к ней существо. Тварь снова приняла человеческое обличье, и послышался усталый шепот.
   Который звал его.
   Голос такой знакомый...
   Но он должен умолкнуть.
   Навсегда.
  
   Выстрел...
  
   ***
   Комната была тихой и спокойной. Такой, как раньше... И Мэри была. Всё вернулось, кроме... надежды.
   - Мэри?..
   - Джеймс... - страшный кашель заставил ее отвернуться.
   - Прости меня...
   - Я же говорила, что хочу умереть... что не хочу больше чувствовать эту боль.
   - Именно поэтому я и сделал это, дорогая! - воскликнул мужчина. - Я не мог смотреть на твои страдания... - он запнулся. - Нет... это не правда. Ты говорила, что не хочешь умирать. Правда в том, что... часть меня ненавидела тебя за то, что ты забираешь мою жизнь!
   - Ты убил меня и теперь страдаешь из-за этого. Хватит, Джеймс...
   Она извлекла письмо из складок одеяла и протянула его мужу. Когда он взял конверт в свои руки, по ладони его жены прошла короткая дрожь.
   - Джеймс..!
   Кисть безвольно упала на подушку.
   Всё кончено.
   Она мертва. Теперь мертва... Джеймс встал со стула и наклонился над телом своей жены.
   "А был ли у меня шанс спасти её? Помочь? Получить прощение..."
   Письмо всё ещё было крепко сжато у него в руке. В нём ответ...
   Джеймс спрятал письмо в карман и аккуратно поднял Мэри на руки. Поднял, совсем как ребёнка. Он не чувствовал её веса, не чувствовал тепла остывающей кожи, просто не чувствовал...
   "Теперь можно уходить..."
  
   Преграды падали одна за другой, двери сами распахивались на встречу. Следы от пожара растворялись прямо в воздухе, едва он проходил мимо них. Ржавчина сползала с металла, уступая место естественному блеску.
   В голове - ни одной мысли. Воздух теплеет с каждым шагом, сердце понемногу начало оттаивать. Машина стояла прямо у входа в отель.
   Джеймс аккуратно опустил тело Мэри в багажник и нежно провёл ладонью по её щеке. Удивительно, но она показалась ему почти горячей... Уже сидя в автомобиле он вспомнил о письме. Разорвал конверт и стал читать: строчки были неровные, буквы прыгали в разные стороны. За каждым словом чувствовалась боль...
   Боль, которая передавалась ему.
  
   "В моих тревожных снах я все чаще вижу этот город... Безмолвный Холм.
   Ты обещал мне Джеймс. Обещал, что снова возьмёшь меня сюда, но... ты так и не выполнил своего обещания.
   Теперь я одна здесь. В нашем "особом" месте.
   Жду тебя...
   Жду, когда ты снова придёшь повидать меня... Жду того, чего ты уже НИКОГДА не сделаешь... но я продолжаю ждать... паутина одиночества и боли опутывает меня все больше и больше...
   Я знаю, что ужасно поступила с тобой. И что никогда не получу за это прощения...
   Если бы можно было всё изменить... Но это невозможно. Я бессильна что-либо исправить.
   Я чувствую себя такой ничтожной, когда, лежа на этой холодной кровати, считаю минуты до твоего прихода. Каждый день я смотрю в трещины на потолке и думаю лишь о том, как всё это несправедливо...
   Сегодня заходил доктор - сказал, что я смогу отправиться домой. Я была бы счастлива вернуться, но... мне стало страшно. Мне просто дали шанс.
   Шанс побыть дома. В последний раз.
   Я так скучаю по тебе...
   Но мне страшно, Джеймс. Я действительно боюсь того, что ты не захочешь видеть меня.
   Тогда я не могла сказать, как мне тяжело... как больно видеть отчаяние в твоих глазах.
   Не знаю, ненавидел ли ты меня, жалел или, может, я была просто... просто отвратительна тебе.
   Прости меня...
   Когда я узнала, что должна умереть то... не хотела мириться с этим. Моя слепая злость оттолкнула всех, кто меня любил... и кого любила я.
  
   Особенно тебя, Джеймс.
  
   Но я хочу, чтобы ты знал...
   Я никогда не переставала любить тебя.
   И хотя наше счастье рухнуло в один миг, время, проведённое с тобой, я не променяла бы на все богатства мира. Мы провели несколько чудесных лет вместе. Ты и я...
  
   Как мне ни тяжело, но уже пора прощаться. Я просила сиделку передать это письмо тебе. Скорее всего, ты получишь его, когда меня уже не будет в живых.
   Я не могу просить тебя помнить обо мне, но я впадаю в отчаяние, когда думаю, что ты забудешь...
   Ты так много дал мне, Джеймс... Но я так и не смогла ничего вернуть тебе.
   Поэтому я хочу, чтобы ты жил для себя.
   Джеймс!!!
  
   Ты сделал меня счастливой... "
  
   Дождь хлещет как из ведра, заливая размокшую землю кладбища косыми струями. Трава прибита к земле, могильные камни потемнели от струящейся по ним воды...
   По кладбищу медленно идёт Лора. Она погружена в свои мысли и не обращает внимания на окружающую её реальность. Она не замечает, что, несмотря на дождь, её волосы сухие, джинсовый сарафан тоже не намок. Потому что не мог намокнуть.
   Она останавливается и смотрит на небо. Тучи. Тучи, состоящие из тумана.
   Она медленно опускает голову, и её взгляд касается одиноко стоящей могильной плиты - растрескавшейся, тёмно-серой, почти чёрной. Одна-единственная надпись, ещё не стёртая временем:
  
   "Лора".
  
   Девочка снова подняла голову к невидимому солнцу и заплакала. И в этот момент почувствовала, что одежда стала тяжелее. Намокла. Волосы прилипли к щекам. Дождевые капли смешались со слезами и маленькими бусинками жемчуга скатывались по лицу.
   В следующую секунду контур Лоры побледнел и она стала напоминать картинку, нарисованную акварелью на мокрой бумаге.
   Через мгновение её образ смыл безучастный дождь...
  
   ***
   Джеймс с трудом дочитал письмо, постоянно смахивая с глаз упрямые слёзы. Он оттолкнул её... Оттолкнул, когда был так нужен... Он заслужил всё это. Даже больше.
  
   "Теперь я понимаю истинную цель моего прибытия в этот город... интересно, чего я боялся?..
   Без тебя, Мэри... я - ничто".
  
   Мотор захрипел и нехотя завёлся. Педаль газа вжалась в пол и машина сорвалась с места. Слёзы заливали ему глаза, а руки неуверенно держали руль. Туман расступался перед капотом автомобиля и смыкался за багажником. Во всём теле проснулась удивительная лёгкость - человек, казалось, не сидел, а парил над сиденьем. Озеро Толука лежало где-то внизу. Мост. Рука чуть дрогнула, когда Джеймс резко вывернул руль...
   Восхитительное чувство лёгкости лишь усилилось, и удара об воду человек уже не почувствовал. Вылетело лобовое стекло, рассыпавшись в мелкую серебристую пыль. Холодная вода проникла в кабину, багажник, под капот. Автомобиль быстро уходил под воду. Уже захлёбываясь в ледяной воде, Джеймс скорее почувствовал, чем увидел, как из-за туч вышло солнце. Его лучи превратили воду в нечто золотистое, такое красивое, и совсем не холодное...
  
   Солнце поднималось всё выше, заливая утомлённую землю лучами, несущими тепло и надежду. Туман съёжился и стал таять, как лёд в стакане - медленно, медленно он сдавал свои позиции. Озеро заискрилось и уже никто не смог бы заметить одиноких пузырьков воздуха, рвущихся к этому великолепию из тёмных, пугающих глубин человеческого отчаяния...
   Послесловие
  
   Отчаяние... Все испытывали это чувство. Страшное чувство. Словно что-то пожирает тебя изнутри. Что-то холодное, тёмное и опасное.
   Отчаяние приходит внезапно. Оно обрушивается на тебя, когда его совсем не ждёшь. Приносит с собой тьму - погружает тебя в неё и оставляет там. И выбраться из этого мрака совсем не просто.
   Отчаяние это пустая, разбитая дорога. Это серый туман, обволакивающий город. Отчаяние несут с собой первые капли осеннего дождя, и холодная больничная койка. Отчаянием веет от засыпанного снегом леса, и от одинокого заброшенного городка.
   Грусть, тоска, одиночество... Пустота, пугающая своей глубиной.
   Чтобы пережить отчаяние, нужно познать себя. Нужно познать других. Необходимо принять реальность, какой бы жестокой она ни была. Жить в мире грёз - ошибка, возможно, самая страшная в жизни каждого человека. И нужно почувствовать строгую грань между реальностью и тёмной стороной своей души. Только тогда появляется какой-то шанс... Шанс выбраться, шанс освободиться, шанс жить.
   Но если шанс упущен... тогда пустота внутри тебя взрывается - разъедая, поглощая и впитывая твоё измождённое сознание. И наступает перелом. Человек сворачивает на узкую дорожку личного безумия, расширяющуюся с каждым шагом. А ведь шагается так легко...
   Отчаяние - это письмо. Без почтового штемпеля и обратного адреса. Простой конверт, с удивительно знакомым почерком - таким милым и таким пугающим.
  
   Письмо из тихого рая...

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевое фэнтези) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези) А.Черчень "Все хотят меня. В жены"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"