Валентина Грин: другие произведения.

Желание жить

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Прочитав этот рассказ в разделе автобиографий, многие могут вполне справедливо счесть, что автор строчит свои вирши из сумасшедшего дома. Что очень похоже на правду, однако - ею не является.

  У психологического факультета, на котором уже третий год грызла гранит наук Женька, было два достоинства. Нет, не хорошие преподаватели и интересные дисциплины. Что может быть интересного в пятом прочтении Фрейда или Адлера? А вот метрах в пятнадцати от корпуса в прошлом году построили небольшой павильон, в котором уставшим от постоянной тренировки мозгов студентам предлагали освежиться растворимым кофе, водкой из пластиковых стаканчиков и бутербродами со злым кетчупом. И прямо за корпусом простирался на несколько километров огромный дубовый лес.
  Водку Женька не пила. Никогда. А от растворимого кофе у нее начинались судороги, особенно в сочетании с кетчупом. Поэтому от шестого за три года анализа теории Фрейда она убегала в лес. В лесу было прохладно. Шумели деревья. Весной цвели какие-то цветы - синие и желтые. Короче, в лесу было приятно. А последние два месяца еще приятнее, потому что старый, школьный еще, друг Сашка с огромным трудом нашел где-то полное собрание сочинений Кастанеды, и, чтобы не терять времени, весь световой день они читали его вместе, склонив головы над книгой и забывая про то, что в этот самый момент их отсутствие отмечают на семинаре по истории психологии конца 20 века.
  В тот день Сашка пришел, как и договаривались - к одиннадцати. Только вместо восьмого тома, который они собирались дочитать, с ним был какой-то мужчина, Женьке незнакомый. Сашка извинился. Сказал, что ему позарез нужно на факультет. Пообещал восьмой том отдать Женьке с собой, а потом принести девятый и даже десятый. От такого обещания дух захватило. И попросил поговорить с Олегом. Отвел в сторонку и сказал, что Олегу непременно нужно с кем-то поговорить, потому что за три месяца знакомства он от него кроме "привет" и "да" слов-то в сущности не слышал. А ты же, Женя, психолог. Хоть и будущий.
  Женька, дурочка, обрадовалась. И после формальной процедуры представления: "Это - Женя, а это - Олег, ну я пошел" повела нового знакомого по цветам гулять и разговаривать. Правда, опасалась в душе, что говорить придется ей одной.
  Опасения, однако, не оправдались. Олег, как оказалось, разговаривать умел, и словарный запас его был вполне достаточен для поддержания интересной беседы. Говорили о нейтральном. О поэзии - Олег тоже писал стихи, и даже сподобился их прочитать. Женька прочитала свои, школьные, первой любви посвященные. После трехчасовой прогулки, когда ноги уже не слушались, присели где-то на поляне. Олег открыл небольшую бутылку Колы и, предложив Жене выпить первой, достал из кармана рубашки таблетки.
  - Это еще зачем? - строго спросила Женя.
  - Это нужно. Я... в общем я их пью. Уже год.
  - Ты что - наркоман? - отодвинулась на всякий случай, посмотрела испуганно. Не любила Женька наркоманов.
  - Да нет... Я... Ты знаешь, что ты необыкновенная? - неожиданно спросил Олег.
  - Это еще почему? - удивилась Женька. - У меня что - хвост? Или копыта на руках?
  Олег впервые за три часа улыбнулся, и от его улыбки внезапно стало жутко. А потом он начал рассказывать...
  
  ***
  
  Олег и Маша поженились на пятом курсе. Благополучно получили на руки дипломы и уехали обратно в район, к родителям Маши. Жили неплохо, работали на кирпичном заводе - он инженером, а она кассиром. Потом Маша забеременела, а Олег, как и полагается, обрадовался. Фрукты с рынка таскал, молоком поил до отвращения, на работу пытался не пускать. Даже голос на жену повышать перестал, чтобы маленький не волновался.
  Четыре месяца не повышал. А тут... Ну непонятно было Олегу, даже после трех кружек пива, а может быть именно после них, как может его глубоко и заметно беременная Маша улыбаться тому парню в косухе и бандане, и даже согласиться потанцевать с ним на клубной дискотеке. Орал как никогда за всю их семейную жизнь. Даже, кажется, словом каким-то нехорошим обозвал. И не заметил, как у Маши мелко задрожали губы, и слезы в глазах застыли. До тех пор не заметил, пока она не вскочила на мотоцикл и не уехала на бешеной скорости в сторону дома.
  А потом приехала милиция, и Олега повели длинным холодным коридором, и показали маленькую родную ручку с обручальным кольцом на пальце и тонким шрамом на внешней стороне ладони. Олег еще помнит, как кричал, что хочет видеть Машу, но Машу ему не показали. Сказали, что смотреть там, кроме руки с кольцом, не на что. Уже. Потом смутно вспомнилось, как стоял на табуретке и привязывал к притолоке веревку. И доктор со светящимся маятником перед глазами. И успокаивающие слова "ты не виноват, все проходит".
  Из больницы Олег вышел с килограммами таблеток в карманах и звучащими в ушах словами "это был несчастный случай". В довесок ему было выдано затуманенное не то лекарствами, не то гипнозом сознание и полное нежелание общаться. Ни с кем. Так и было. До сего дня.
  
  ***
  - Я не знаю, что он со мной сделал, - закончил Олег свой рассказ. - Может быть, загипнотизировал хорошо, но я действительно почти забыл. Точнее, забыл, что это произошло со мной. А теперь я помню все четко, в подробностях, словно это вчера случилось. Да оно и случилось вчера для меня, потому что весь этот год я спал. А сегодня - проснулся.
  Помолчал немного и спросил жалобно: Я сумасшедший, да?
  - Нет, - медленно подбирая слова, ответила Женя. - Ты не сумасшедший. Просто ты проснулся. Осталось совсем немного. Понять, как усыпить тебя снова.
  
  ***
  Восьмой том Кастанеды сиротливо лежал на стиральной машине. Женя сидела на кухне и пыталась вскрыть первую в своей жизни сигаретную пачку. Слюду она аккуратно сорвала, а вот оторвать серебристую обертку не догадалась. Развернула, как шоколадку, осторожно извлекла одну сигарету и вот уже десять минут удивлялась, почему она не разгорается, когда к ней подносишь огонь. То, что нужно бы еще и затянуться, ей никто не объяснил.
  Сегодня он все же попытался. Олег. Рано утром, а к обеду ей уже сообщили. Проглотил сорок таблеток димедрола, тщательно запер дверь и свернулся клубочком в дальней комнате, на диване. Спасла случайность. Товарищ, с которым он снимал квартиру, в очередной раз поругался со своей девушкой и заявился домой. Хотя никто его не ждал. Ни сегодня, ни даже на этой неделе. Вызвал скорую, позвонил Сашке, который, в свою очередь, сообщил Женьке. Долго извинялся в телефонную трубку.
  Господи-боже-ты-мой-черт-побери! Две недели! Длинною в две жизни. Разговоры с утра до поздней ночи, лично, по телефону, снова лично, и снова по телефону до тех пор, пока на другом конце провода голос не становился вялым и сонным. О вине. О будущем. О детях. С примерами. Вот взять хотя бы Женьку. Детей не будет. Ни-ког-да! Что же теперь - умирать? А вина... Виноватых у нас Герцен искал. И примерно наказывал. А в жизни виноватых нет - есть роковые случайности. И высшие силы, которые располагают нами, давно бы наказали, если бы вина была. И мистики немного - для усиления эффекта. И просто ласковые добрые слова, от которых даже неизлечимо больному жить захочется. Да все, что угодно! И все напрасно.
  
  А потом был длинный больничный коридор, и обшарпанная дверь самой дальней палаты. Если закричать в ней - никто не услышит. А он и кричал больше года, и палаты не было, и люди вокруг ходили - близкие, якобы. И все равно никто не слышал, только таблетками накачивали.
  Олег лежал на кровати, укрытый одеялом под подбородок. Бледный и почему-то казавшийся маленьким. Хотя был выше Женьки почти на голову и крупнее раза в три. Присела, погладила его по волосам. И вдруг отчетливо поняла, что нужно делать дальше. Чтобы больше никогда не ходить по длинному коридору, не курить на кухне и не подносить чашку ко рту мелко дрожащими руками. Олега надо спасти. Любой ценой. Потому что иначе с чувством вины придется жить ей. И вообще - не в вине дело. А в чем? Да какая, черт побери, разница. В том, что никто не должен лежать в этой дурацкой больнице, в которой никому нет дела до того, что ты чувствуешь. В том, что нужно жить, а не бесцельно шататься по собственной судьбе в поисках ответа на вопрос "как жить дальше". В том, что, наверное, Женька тогда была идеалисткой.
  
  Олег открыл глаза. Бессмысленно посмотрел на стену сквозь Женьку и что-то пробормотал.
  - Я все равно не останусь, - с трудом разобрала она.
  - Хорошо, - Женя согласилась неожиданно легко, и сильно сжала его руку, лежащую поверх одеяла. - Хорошо. Только... подари мне еще одну неделю.
  - Зачем, - Олег удивился, и в его глазах мелькнула заинтересованность.
  - Затем, - логично и очень по-женски огрызнулась Женька. - Подарки можно делать и без повода. Пообещай, что проживешь еще одну неделю.
  - А можно я буду тебе звонить? - начал торговаться Олег.
  - И даже приходить можно - и даже ночью. И ранним утром. - покладисто согласилась Женька, которая утром спала как накачанный снотворным слон.
  - Ладно, - обречено согласился Олег. - Если ты просишь... Ладно.
  
  ***
  И снова - все сначала. Долгие разговоры - по телефону, лично, снова по телефону. Вина, ответственность. Жизнь, которая почему-то продолжается. Зеленые листья. И яблони в саду зацвели. Уже второй раз за то время, что ее нет. А за окном девушка в синем платье - и глаза у нее грустные. Думаешь, ей хорошо? И сообщение в газете - сбит машиной, пьяный водитель, скорбящая супруга... Дети маленькие - плачут. И надрывный крик в телефонной трубке "Отпусти меня! Неделя - слишком много." Снотворная таблетка под отчет - одна, на ночь. Чашка кофе, заваренная дрожащими руками. Бессонная ночь в обнимку с телефоном. И новое утро, те же слова, те же мысли, те же чувства. И ничего не меняется. Кто сказал про силу слова? Кто сказал, что им можно убить? И почему убить им можно, а вернуть к жизни - нельзя?
  
  Ровно через неделю Олег ждал Женю в первой достопримечательности психологического факультета. В павильоне, торгующем злобным кетчупом и растворимым кофе. Оба держались из последних сил. Лицо делали - равнодушное. Приклеенные улыбки держались на славу - никаким растворителем не ототрешь.
  - Я больше не могу. - Олег говорил страшные слова, не прекращая улыбаться. - Неделя прошла. Ты обещала.
  - Хорошо. - Женя решительно встала с неустойчивого пластмассового стула и протянула Олегу руку. - Пойдем.
  - Куда? - Олег удивленно посмотрел на Женю, и впервые за долгие недели она заметила на его лице легкий отголосок интереса.
  - Туда. - Женя показала рукой на крышу общежития, высокого, двенадцатиэтажного.
  - Зачем? - Тупо спросил Олег.
  - Затем, - еще более логично ответила Женя. - За тем, что ты хочешь. Теперь этого хочу и я.
  - Погоди, - Олег вцепился в стул обеими руками, словно тоненькая хрупкая Женя могла оторвать его и увести насильно. - Ты что, тоже?... Зачем Тебе? Посмотри вокруг, ведь у тебя все впереди - жизнь, лето, осень. Тебе не надо жить с чувством вины, тебе...
  - А с чем я буду жить, по-твоему, если ты умрешь? - Впервые Олег услышал, что можно кричать шепотом. - И как я буду с этим жить? Ты сделал свой выбор, я сделала свой. Наши выборы совпали, и вполне логично, что мы исполним наше общее решение вместе. Сегодня. Как я и обещала. Пойдем.
  Женя решительно потянула Олега за руку, и он послушно поднялся.
  
  На крыше было прохладно. Сильный ветер дул со всех сторон одновременно, солнце светило особенно ярко, а свежая весенняя зелень казалась подернутой какой-то мерцающей дымкой. Взявшись за руки, Женя и Олег подошли к краю крыши и посмотрели вниз.
  - Вот, что видят птицы. - Неожиданно подумал Олег. - Вон, одна примостилась на карнизе и с интересом смотрит вниз одним глазом. Ворона. Черная. Чистит перышки клювом и поглядывает на нас с недоумением.
  Перевел взгляд на Женю - она по-прежнему смотрела вниз, на улицу, не замечая ничего вокруг. Почувствовал, что она сделала глубокий вдох - неужели последний? Не может быть? Зачем? Зачем все это? Как радостно светит солнце. Уже совсем тепло - как летом. Еще неделя, и можно будет на речку выбраться - порыбачить, искупаться. А мать наверняка сажает картошку - сколько раз ей говорено, что все это можно купить на рынке, а она все равно в огороде копается. Помочь бы надо.
  Женя качнулась вперед всем корпусом, молча, не предупреждая. От неожиданности Олег чуть не выпустил ее руку, но в последний момент крепко схватил и оттянул на середину крыши, подальше от края, на всякий случай. Крепко прижал к себе, зарылся носом в волосы, вдохнул глубоко и с чувством произнес нормальным, спокойным голосом.
  - Господи, какой же я идиот!
  Взял ее лицо в ладони, развернул к себе, посмотрел в глаза и отшатнулся. Женя смотрела на него невидящим взглядом. Словно рассматривала небо сквозь его лицо.
  
  ***
  Перед порогом Сашка замялся. Покрутил пуговицу рубашки, непонятно зачем присел на корточки и заново зашнуровал туфли. Сделал глубокий вдох и решительно двинулся к входной двери.
  Неприветливая медсестра провела его по длинному холодному коридору через двери с мелкими решетками - по два замка на каждой.
  - Что же вы их так запираете, словно они у вас буйные? - нервно пошутил Саша.
  - Такие порядки, - буркнула женщина себе под нос. - И не лезьте, коль уж пришли. Эта ваша "не-буйная" сидит целыми днями и поет. Ни слова из нее не вытянешь.
  Молча открыла последнюю дверь, пропустила Сашу вперед и захлопнула с оглушительным грохотом.
  - Истеричка, - подумал Сашка. - Вот бы кого запереть.
  
  Прислонился спиной к двери, обвел глазами комнату - тоска. Кровать, небольшая тумбочка и огромное пустое пространство. Место, где сходят с ума, - подумалось почему-то.
  Женская фигурка сгорбилась в дальнем углу. Обхватила колени руками и раскачивалась в такт еле слышно напеваемой мелодии. Даже не вздрогнула, когда открылась дверь.
  Саша тихо прошел через палату, опустился на колени, прямо на холодный пол, взял Женю за руки.
  - Я виноват. Но я же не знал, понимаешь? - Женя продолжала напевать, словно не слыша слов.
  - Ты здесь, а мы остались нормальными. И у Олега все хорошо. Было бы. Если бы не ты. Ты понимаешь, что происходит? Неужели ты не можешь собраться? Ты хотела спасти одного человека, а в результате близка к тому, чтобы угробить троих. Ты же сильная, Женька. Или нет? Видимо нет. А я каждый день пытаюсь понять, как так могло случиться. Может быть тебя подменили? Почему ты молчишь? И зачем ты здесь сидишь, будто ты и вправду ненормальная. Ну Женька же, хватит петь, я сейчас тебя стукну!
  Женя медленно подняла глаза и впервые посмотрела на Сашку. Неожиданно осмысленно, как раньше, только глаза были какие-то уставшие. Оборвала мелодию на середине и тихо произнесла чужим монотонным голосом: - Мне... тут... солнышка не видно...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"