# Бисер времени

Владимир Варгин

"Ничто не происходит без причины и ничто не проходит без следа". Давно всем известная и не вызывающая сомнений аксиома. Как не вызывает сомнений и то, что прошлое всегда является корнями для настоящего, и где, как не в нем, искать истоки всего происходящего ныне. Также всегда существуют и устоявшиеся представления о том, каким именно было это самое прошлое, а соглашение с некоторыми из таковых представлений даже уже считается само собой разумеющимся. Но что может обнаружить тот, кто все-таки с ними не согласится? С ответом на этот вопрос, неожиданно даже для них самих, приходится столкнуться героям книги, оказывающимся вовлеченными в соприкосновение с наследием неких очень старых, если не сказать очень древних, воззрений на то, как устроено окружающее мироздание. Подобное обстоятельство вызывает в их жизни череду необычных, а часто и совершенно непредсказуемых по своим последствиям, событий, приоткрывает для них очень странные аспекты явлений, происходящих в их мире, и в итоге приводит к совершенно неожиданным, и даже тревожным, заключениям. * Распространяется под лицензией Creative Commons Attribution-Noncommercial-No Derivatives ( http://creativecommons.org/licenses/by-nc-nd/3.0/ )

Совершенно естественно, имеющие власть желают подавить "дикие" исследования. Неограниченные поиски знания имеют долгую историю производства нежелательной конкуренции. Наделенным властью хочется "безопасной линии исследований", которая будет разрабатывать только доступные контролю продукты и идеи, и, что важнее всего, которая позволит внутренним вкладчикам присваивать большую часть доходов. К несчастью, беспорядочное мироздание, полное изменчивой относительности, никак не гарантирует такую "безопасную линию исследований".

Оценка Икса. Архивы Бене Джессерит.


"Еретики Дюны"

Фрэнк Херберт


Много дивного на свете,

Стоит дверь лишь распахнуть


"Много дивного на свете"

гр.Пикник


***

- Так значит, эти забавные зверушки никак не могут построить себе дом просто потому, что все время забывают? - немолодой мужчина, лежавший откинувшись на изголовье широкого ложа, нежно провел ладонью по волосам женщины уютно устроившейся в его объятьях.

- Да, радость моя. Просто потому, что как только все неприятности из-за дождя и холода оказываются позади, они отправляются по своим сиюминутным делам и вскоре уже не помнят всего того, что с ними приключилось.

- Забавная сказка, мне понравилось. Интересно, в тех краях все сказки такие, как эта?- мужчина с наслаждением вдохнул аромат волос своей возлюбленной и запечатлел на ее шее легкий поцелуй.

- Муж мой, твои мысли явно заняты не сказками тех земель, - легонько щелкнув его по носу, женщина лукаво рассмеялась и, ловко выскользнув из его объятий, вскочила с ложа.

- Мне это можно простить, ты так долго отсутствовала, - в тон ей заявил он и, вскочив следом, принялся ловить свою закружившуюся по покоям подругу.

Неожиданно громкий стук в дверь прервал разыгравшихся супругов.

- Что там еще? - повысив голос, недовольно спросил мужчина, поворачиваясь в ту сторону.

- Правитель, к вам посыльный от Главы Смотрителей, - раздался из-за дверей предупредительно вежливый голос дворцового распорядителя, - Просит о незамедлительном приеме.

Выражение огорчения, отразившееся на лице мужчины, было настолько искренним, что женщина невольно улыбнулась.

- Ступай, я подожду. Правитель себе не принадлежит, и мы оба это хорошо знаем, - и она легко усмехнувшись, погладила его по голове.

- Проводи посыльного в зал для приемов. Я встречу его там, - повышая голос, вновь обратился мужчина к распорядителю и, оправляя на себе сбившуюся одежду, быстрым шагом направился к дверям.

Когда гонец был доставлен к указанным апартаментам, сам правитель уже давно восседал на своем троне, с трудом сдерживая нетерпение. Браться за какие-либо государственные дела ему сегодня совершенно не хотелось. Тем более что ничего серьезного то и не предвиделось, а будничная рутина власти всегда нагоняла на него мрачную скуку.

Наконец высокие резные двери распахнулись и, в сопровождении дворцового распорядителя, в зал вошел посланник от службы смотрителей. Запыленные одежда и сандалии, а так же довольно помятый вид самого появившегося сразу наводили на мысль, что путешествие его было дальним и, по всей видимости, весьма спешным.

- Интересно, неужели ли весть действительно того стоила? - невольно подобрался правитель, подмечая эти детали.

- Посланник от Главы Смотрителей к Властителю Срединных Земель, - объявил тем временем распорядитель, пропуская вперед принесшего вести и останавливаясь на пару шагов позади него.

- Итак, что же велел сообщить Глава Смотрителей? - покончив с церемониальными знаками уважения, обратился правитель к гонцу.

- Глава Смотрителей поручил мне передать Властителю Срединных Земель, что сегодняшним утром в пределах его владений на твердь этого мира ступила нога сошедшего с небес, - продолжил тот, заметно волнуясь, но, тем не менее, не отходя от положенного этикетом стиля, - Согласно установленному порядку, сошедший с небес был немедленно направлен в сопровождении почетного эскорта ко двору Властителя Мира...

Правитель едва удержал вздох разочарования. Конечно же, не каждый день этот мир посещают вестники от Властителя Небес. Но и в этом случае все возможные нюансы уже давно оговорены, а порядок действий, как и упомянул стоящий перед ним гонец, строго установлен. Так что самому правителю теперь только и оставалось, что нацепить на физиономию величественную маску и со значительным видом покивать головой.

- Что ж, я рад, что посланнику от Властителя Небес оказан достойный прием, и что служба смотрителей в пределах моих владений как всегда оказалась на высоте, - произнес он, вставая и давая понять, что аудиенция окончена, - Мой распорядитель проводит тебя в покои, где ты сможешь отдохнуть и...

- Но повелитель! Сошедший с небес не был человеком Властителя Небес! - с внезапным отчаянием воскликнул гонец, - Глава Смотрителей велел обязательно передать, что это был д`хагон!

Наверное, если бы в зале внезапно рухнул потолок, то и это произвело бы на правителя гораздо меньшее впечатление. Пораженный последними словами посланника он остолбенел.

Д`хагоны. Раса разумных рептилий, в незапамятные времена безраздельно властвовавшая над многими обитаемыми мирами, обращающимися в пределах этой части Вселенной. Раса, которая некогда, если верить сведениям, дошедшим из глубины веков, пришла и в его родной мир, и властвовала и над ним тоже. И при этом совершенно не гнушалась для достижения своих целей никакими средствами. Самые безжалостные деспоты, о которых рассказывали предания его предков, были д`хагонами. Самые великие мудрецы с холодным, как лед, сердцем и острым, как клинок, разумом были д`хагонами. И самые отъявленные лжецы, сети коварства которых являли собой верх изощренности, были тоже д`хагонами.

Но все это было уже очень и очень давно. Многие и многие тысячелетия назад империя д`хагонов прекратила свою бурную деятельность и постепенно канула в лету. Согласно легендам, сначала внезапно прекратились всякие связи между правящими домами различных миров, а затем и в самом родном мире Властителя наступил постепенный, но неизбежный закат расы этих разумных рептилий. Причина всего этого была непонятна, но какова бы она ни была, уже примерно с тысячу поколений предки правителя не видали ни одного их живого представителя.

И именно поэтому сам Властитель Срединных Земель сейчас почувствовал себя так, словно внезапно перед ним настежь распахнулись тяжелые двери, за которыми покоилась сама вечность, а из-за них в лицо ударил холодный пробирающий до костей ветер.

Очнувшись от нахлынувших мыслей и чувств, правитель вновь перевел взгляд на человека, посланного к нему от Главы Смотрителей. Теперь были вполне понятны и спешка, с которой тот был вынужден добираться и то, что он даже вопреки всякому этикету решился прервать своего повелителя. Новость всего этого действительно стоила.

Расспросив об остававшихся деталях послания, касавшихся места, времени и обстоятельств встречи смотрителей с д`хагоном, и, сделав вид, что под впечатлением от принесенных известий он позабыл о невольной дерзости вестника, правитель отправил, наконец, того под опеку дворцового распорядителя и в волнении еще раз прошелся по залу. Появление д`хагона, если это, конечно, действительно был представитель той самой древней расы, могло стать совершенно грандиозным явлением. К тому же явлением абсолютно непредсказуемым по своим последствиям. И особенно знаковым оно представлялось самому Властителю Срединных Земель в свете не так давно минувших событий.

Уже не в первый раз государственная машина, управляемая кланом Властителей, словно двигаясь по какому-то проклятому кругу, натыкалась практически на одно и то же препятствие. Нет, конечно же внешне каждый раз все выглядело иначе, но любой, кто хоть немного был способен заглянуть за внешнюю форму событий и проникнуть в их суть, легко мог понять, что по существу-то своему оно совершенно идентично предыдущему потрясению.

В таких случаях мудрецы древности говорили, что это твои ошибки, оставшиеся в прошлом, не дают тебе двигаться вперед и возвращают тебя туда, где ты их допустил. А тут еще появление д`хагона, как внезапное и совершенно очевидное олицетворение этого самого прошлого.

- И все-таки, как не торопился человек от Главы Смотрителей, за прошедший день направляющийся к столице кортеж должен был уйти уже далеко, - подумал правитель, бросая взгляд на начинавшее темнеть вечернее небо, - Плохо. Упускать возможность присутствовать на аудиенции д`хагона у Властителя Мира крайне не желательно. Теперь придется выдвигаться затемно и пробыть в пути всю ночь. Да и потом придется поторапливаться. Надеюсь, хоть Глава Смотрителей не забыл наказать своим людям, чтобы они не особенно спешили...


...Первые лучи солнца едва-едва окрасили небосклон, а Властитель Срединных Земель с супругой и сопровождающей их процессией уже вошли в столицу. Однако, как ни торопились в дороге, догнать людей Главы Смотрителей, препровождающих к Властителю Мира неведомого д`хагона, им все-таки не удалось. И теперь самому правителю только и оставалось, что в который уже раз пожалеть о жестком ограничении, наложенном Властителем Небес на применение тех технических устройств, малое количество которых их династии удалось взять в этот мир с собой.

Сонный город просыпался медленно. За то время, пока прибывшие добирались до ворот дворца, на улицах встретился едва ли с десяток горожан. В противоположность этому, сам дворец Властителя Мира напоминал внезапно растревоженный муравейник. Скользнув взглядом по физиономиям уже успевших взбодриться, но, тем не менее, еще хранивших помятый вид, караульных, правитель на мгновение задумался, подозвал начальника своей стражи, и что-то тихо шепнул ему на ухо. Тот немедленно приотстал, затерявшись где-то в задних рядах, и затем внезапно вновь появился уже только тогда, когда один из слуг довел высоких гостей до предоставленных им покоев. После последовавшего короткого доклада на усталом лице Властителя Срединных Земель заиграла легкая улыбка.

Как он и предположил, сам д`хагон вместе с сопровождающим его эскортом прибыл ко двору буквально перед рассветом. Замечательно. Теперь еще какое-то время у Властителя Мира уйдет на то, чтобы собрать нужных людей и еще какое-то займет подготовка самой церемонии приема. И это значит, что они успели в срок и ничего не упустят, а до начала аудиенции смогут привести себя в порядок после дороги, и даже еще останется немного времени, чтобы отдохнуть.

Наконец дворцовые слуги принесли в покои, отведенные супругам, все необходимое и оставили тех наедине. Правитель подошел к своей жене, стоящей у окна и задумчиво наблюдающей за оживающим городом, и приобнял ее за плечи:

- Твои мысли сегодня витают где-то далеко... Что тебя беспокоит?

- Сегодня очень красивый рассвет... Здесь они вообще красивые... - негромко ответила та, - Каждый раз, видя такой рассвет, я вспоминаю багровые утренние небеса нашего родного мира и содрогаюсь, вспоминая, во что он был превращен...

- Но теперь наш мир здесь. И здесь мы правители, - Властитель Срединных Земель еще крепче обнял свою супругу, словно пытаясь укрыть от тревожных воспоминаний, - И возвращения прошлого не будет.

- Да, теперь наш мир здесь. И мы даже носим имена, которыми нас назвали здешние люди, - правительница слабо улыбнулась в ответ, - Но поможет ли это избежать повторения былых ошибок? Ты ведь и сам в последнее время считал, что что-то оставшееся в прошлом не отпускает нас и не дает двигаться дальше. А теперь еще и это...

- Д`хагон?

- Да. Признаюсь, я не в восторге от его появления, - она порывисто обернулась к мужу, - Ты же наверняка не забыл, какая слава о них сохранилась? Помнишь, что о них говорили?

- Нет, не забыл. Предания о д`хагонах все помнили слишком хорошо. Словно они сами специально об этом позаботились, - усмехаясь, покачал тот головой, - Даже самое мягкое высказывание и то гласило: Ни при каких обстоятельствах не доверяйся д`хагону. Он никогда не упустит своей выгоды.

- Вот именно!

- Но ведь я и не собираюсь ему доверяться. Поэтому к чему себя заранее растревоживать? - попытался успокоить супругу правитель, - У нас, в конце концов, и так было не самое легкое путешествие. Давай лучше отдохнем, пока еще есть время…

Когда высоких гостей известили о скором начале церемонии, был почти полдень и Властитель Срединных Земель уже начал беспокоиться о причине столь длительной задержки. Возможно, конечно, хозяин дворца просто не хотел ударить в грязь лицом перед столь необычным визитером, и аудиенцию готовили со всей возможной помпезностью. А возможно он просто тянул время и поджидал прибытия еще кого-то, извещённого в срочном порядке.

Ну не боялся же, в самом деле, Властитель Мира, да к тому же принимая в своем собственном дворце гостя! Пусть даже и такого. В конце концов, ведь это только один д`хагон!

Но вот, наконец, появился и слуга, в обязанности которого входило препроводить правителя с супругой на аудиенцию, и они в сопровождении своей немногочисленной свиты направились в зал приемов.

Войдя в широко распахнутые двери, Властитель Срединных Земель не удержался от невольной ироничной усмешки. И сам зал, убранный со всевозможной пышностью яркими цветами и драпировками, и одеяния присутствующих на церемонии, в изобилии украшенные экстравагантными цветастыми перьями и драгоценными камнями, совершенно ясно указывали на то, что к аудиенции действительно постарались подготовиться с предельным тщанием.

- Властитель Срединных Земель Нидуммунд и несравненная Властительница Ниннурсах! - провозгласил тем временем глашатай, и правитель, поспешив сменить выражение лица на более приличествующее торжественности момента, направился к престолу.

- Приветствую моего брата и моего соратника Властителя Срединных Земель и его прекрасную супругу, - вставая с трона и, с приветливой улыбкой кивая головой, объявил Властитель Мира, - Я рад, что сегодня, в столь непростой день, ты, Нидуммунд, чья всеми признанная мудрость не раз уже нас выручала, самым первым поспешил к моему двору.

- Рад и тебя видеть, Эллаль, в добром здравии и хорошем расположении духа, - с такой же улыбкой ответствовал правитель, заключая того в объятия, - Надеюсь, что смогу быть полезен и сегодня и впредь для нашего общего дела.

Заняв вместе со своей супругой места, отведенные им согласно порядку церемонии, Властитель Срединных Земель принялся наблюдать за уже присутствующими и вновь прибывающими гостями.

- Никак не могу понять, неужели Эллалю действительно нравится вся эта блестящая мишура. Такое чувство, что он совершенно искренне наслаждается всей этой помпезной ерундой. Всеми этими знаками преклонения, всеми этими ритуалами, высокопарными словесами и прочей чушью, - с легким недовольством пробормотал он, - Или мой младший брат просто до сих пор не научился обходиться без игрушек?

- Перестань, что в этом плохого, - тихонько оборвала его жена, - Ты же знаешь, что здешние люди любят подобные пышные церемониалы.

- Ну-ну. Дайте им то, что они хотят, и они вас полюбят. Вот только пойдя у них на поводу, не опустимся ли мы сами до их уровня, - не захотел уступать правитель своей супруге.

- А может, это ты просто никак не хочешь принять того, что Властитель Небес передал Эллалю прежде принадлежавший тебе титул Властителя Мира? - не пожелала сдаваться и та.

- Ниннурсах, ты же знаешь, что я никогда не оспариваю его приказов и уж тем более, всегда их исполняю, - с возрастающим раздражением отпарировал Нидуммунд, - Но ведь он даже не снизошел до того...

- Т-с-с-с, - внезапно Властительница крепко схватила мужа за руку и показала взглядом в сторону входа.

Там, в проеме дверей, стояли двое в церемониальной одежде смотрителей. Мгновенно стихли все негромкие разговоры, заполнявшие зал равномерным гулом и раздался голос глашатая:

- Джах Х`вей, высокий гость, наделенный правом говорить от лица Д`хатториэна, правителя народа д`хагонов, к всемогущему правителю правителей, чьи решения нерушимы, а предначертания вечны, верховному судье всех земель и управителю судеб, Властителю Мира Эллалю!

Дружно простучали по каменному полу каблуки смотрителей и, препровождаемый четырьмя из них впереди и четырьмя позади, в зал вошел тот, из-за кого и была поднята вся сегодняшняя суматоха. Остановившись шагах в пяти от трона, эскорт сопровождающих разошелся в обе стороны и д`хагон остался в одиночестве. Мгновенно взгляды многих пар глаз скрестились на его фигуре.

- Однако, "высокий гость" не шибко то и высок, - едва удержавшись от улыбки, подумал Нидуммунд.

Действительно, в противоположность своим древним предкам, которые, согласно преданиям, обладали внушительными размерами и незаурядной физической силой, стоявший пред Властителем Мира обладал сухощавой фигурой и невысоким ростом. Впрочем, чешуйчатая кожа зеленоватого оттенка и глаза с узкими вертикальными зрачками у него были точно такими, какие и полагалось иметь д`хагону. А мгновение спустя, едва визитер произнес свои первые слова, присутствующие смогли убедиться и в положенном наличии острых клыков.

- Досточтимый Властитель, свидетельствую тебе мое почтение, - раздался низковатый, с характерными свистящими и шелестящими интонациями, голос гостя, - Позволь мне сразу разъяснить причину, по которой я имел смелость требовать у тебя аудиенции.

Разумеется, Властителю Мира после этого только и оставалось, что высказать свое высочайшее позволение. Собственно, ведь все им и было затеяно только для того, чтобы прояснить, что именно понадобилось этому самому д`хагону и зачем он объявился.

- В таком случае, хочу сказать, что одно то, что мой вид вызвал у встретивших меня сильное изумление, уже сразу навело меня на определенные размышления, - неторопливо начал свое повествование Джах Х`вей, - Это могло означать лишь то, что никого схожего со мной ни они, ни их пращуры в своей жизни не встречали. В отличие от них, у человека, которому они меня представили в дальнейшем, и которого называли Главный...

- Глава... - машинально поправил его Властитель Мира, которому, несомненно, уже были изложены все обстоятельства, при которых был встречен его сегодняшний гость.

- Возможно, Властитель, возможно, - после короткого замешательства с легким поклоном ответил д`хагон, - Я еще не достаточно освоился с вашим наречием, и прошу извинить, если невольно исказил титул того достойного человека.

- Прошу, продолжай, досточтимый Джах Х`вей, - слегка шевельнул ладонью Властитель Эллаль, давая понять, что данный момент не столь значим, чтобы уделять ему повышенное внимание.

- В таком случае, повторюсь, что сам Глава Смотрящих повел себя так, как если бы у него уже имелось некоторое представление о том, с кем он повстречался, - согласно кивнув, продолжил свою историю визитер...

- "Смотрящих", - слегка усмехнулся Властитель Мира новой ошибке своего гостя, но решил больше не прерывать того из-за подобных малозначительных деталей.

- ...Поскольку же он, в свою очередь, также отличался от подчиненных ему служащих внешним видом, - рассказывал тем временем д`хагон, - то мне оставалось лишь предположить, что раса, к которой принадлежали младшие служители, возникла не так давно, а раса, к которой принадлежал их Глава, существует достаточно долго. И поэтому у самого Главы Смотрящих знания обо мне подобных имелись. И здесь мне хотелось бы спросить у тебя, Властитель Мира, насколько мои умозаключения явились верными?

- В целом твои выводы верны, уважаемый, - благосклонно кивнул правитель, - Действительно, история тех, к кому по крови принадлежит Глава Смотрителей, весьма длительна, и среди таковых известно о существах похожих на тебя. И, действительно, раса, к которой принадлежат те смотрители, которые встретили тебя первыми, возникла относительно недавно.

- Как раз исходя из таких заключений я и осмелился требовать аудиенции, - с заметным воодушевлением продолжил д`хагон, - И в таком случае, мне хотелось бы кое-что спросить у тебя, Властитель Мира, как у того, кто также принадлежит к расе с длительной историей, и как у того, кто в силу своего высокого положения просто не может не знать о том, что меня интересует.

Казалось, буквально все присутствующие дружно затаили дыхание, настолько плотная тишина вдруг повисла в зале. Выдержав длительную паузу, словно отчего-то колеблясь, Властитель Эллаль с немного напряженной улыбкой произнес:

- И что же такое может быть интересно тебе, Джах Х`вей, высокому послу д`хагонов? И почему ты считаешь, что именно я должен знать на это ответ?

- Кому же, как не Властителю Мира знать о том, что происходит в пределах его мира? - с предупредительной вежливостью склонил голову визитер.

- А гость то вовсе не прост... Мне показалось или он и в самом деле усмехнулся, - напряженно думал Властитель Срединных земель, глядя на этот подчеркнуто корректный жест, - Дескать, сейчас то и узнаем, действительно ли ты Властитель этого мира, или так, на красивом стуле посидеть зашел. Однако, д`хагон он всегда д`хагон. Ему палец в рот не клади.

- Вопрос же мой достаточно прост, Властитель, - вновь поднял тем временем взгляд посол, - В каких землях этого мира я могу отыскать д`хагонов? Если же таковых в нем нет, то по причине какого произошедшего события они из него исчезли?

Дружный вздох изумления прокатился по рядам собравшихся, и тотчас взгляды всех присутствующих обратились к трону Эллаля. Того, похоже, такой оборот удивил ничуть не меньше, чем любого кто был в зале, однако выражать свои эмоции столь бурно Властителю не подобало. Ограничившись долгим глубоким вздохом, он произнес:

- К сожалению, Джах Х`вей, я ничего не могу ответить тебе на это. Ни я, ни кто-либо другой из тех, кто принадлежит к той же расе что и я, хотя мы и живем в этом мире достаточно давно, ничего не знаем о наличии в его пределах в настоящем, или о пребывании в нем в прошлом, каких-либо д`хагонов. Помимо тебя, разумеется.

Несколько мгновений тот пристально глядел на Властителя Мира и затем произнес:

- То, как вопрос мой восприняли все здесь присутствующие не позволяет мне усомниться в правдивости твоего ответа, Властитель. Но ты сам сказал, что среди твоей расы известно о существах подобных мне. Как же прикажешь примирить это противоречие?

- На самом деле, противоречие здесь исключительно кажущееся, уважаемый Джах Х`вей. Дело в том, что вообще-то наша раса зародилась в другом мире и именно в нем наши предки имели опыт общения с д`хагонами. Переселившись же в этот мир, мы до сегодняшнего дня их ни разу не встречали, - с любезной улыбкой объяснил Властитель, и хмуро подумал, - И не могу сказать, что сильно об этом сожалеем.

- Это достаточно многое объясняет. Как, к примеру то, почему ваше наречие оказалось сравнительно не сложным для моего понимания, - едва слышно пробормотал заметно упавший духом визитер, - Хотя это совсем не делает мою цель ближе...

Надолго умолкнув, он, похоже, целиком ушел в какие-то свои мысли.

Повисла неловкая пауза. Собравшиеся гости молча переминались, не решаясь нарушить тишину, а д`хагон тем временем, казалось, совсем потерял всякий интерес к окружающему.

- Позволь спросить тебя, Джах Х`вей, - наконец осторожно обратился к нему Властитель Эллаль, - Но какая причина заставила тебя искать в этом мире д`хагонов? И что заставило тебя думать, что они вообще здесь есть?

Словно очнувшись от оцепенения, посол медленно подняв голову, и вновь устремил взгляд своих вертикальных зрачков на правителя.

- Все просто, Властитель Мира, - безразлично проронил он, - Д`хагоны нашего мира сами отправили их сюда. Если я обозначу это как "экспансия", то, как мне кажется, ты вполне поймешь, что я имею в виду.

- Но ведь могло случиться и так, что их постигла неудача и образованная ими колония погибла. Или что посланцы вообще не добрались!

- Все свидетельствовало о том, что они добрались, и что смогли здесь укрепиться. Связь с ними была утеряна относительно недавно, Властитель.

- Но это просто не возможно! - невольно воскликнул правитель и с уверенным видом откинулся на спинку трона, - Мы сами уже давно обустроились в этом мире. И достаточно хорошо его изучили. Но мы нигде не встречали никаких следов, которые могли бы свидетельствовать о существовании какой-либо колонии д`хагонов.

- Согласен, это странно, - вновь склонил голову Джах Х`вей, - Но возможно вы просто упустили такие следы, поскольку не искали их специально. И к тому же не знали, что собственно следует искать.

- Позволь мне предложить тебе следующее, Властитель, - добавил он через мгновение, - Ты говоришь, что твои предки имели опыт общения с д`хагонами. Тогда тебе должно быть известно о том, что моей расой накоплен весьма значительный опыт, касающийся различных сфер жизненной деятельности. Пусть твои люди помогут мне в поисках следов, оставшихся в этом мире после д`хагонов, а я в свою очередь также смогу чем-либо помочь вам. Как говорится, услуга за услугу.

Вновь воцарилась длительная пауза. Теперь уже Властитель Эллаль, опершись на подлокотник трона и подперев подбородок кулаком, надолго погрузился в раздумья. Глядя на брата, Нидуммунд видел, как тот время от времени краем глаза поглядывал на своих гостей и, в особенности, на приглашенных им правителей различных земель, на чьих лицах отчетливо читалось замешательство. Да уж, ситуация явно была неоднозначной. То, что д`хагоны действительно всегда славились своими познаниями, было известно им всем. Но также им всем было известно и то, что, берясь за разрешение любой чужой проблемы, д`хагоны непременно извлекали из ситуации выгоду и для себя. Да еще и так, что в итоге, спустя некоторое время, часто оказывалось совершенно не понятным, что же было хуже - сама болезнь или лекарство, предложенное ими.

Наконец Властитель Мира выпрямился и произнес:

- Досточтимый Джах Х`вей, к моему сожалению, я не могу сразу ответить на твой вопрос ни согласием, ни отказом. Дело в том, что законом, которому мы подчиняемся, наложено строжайшее ограничение на использование тех немногих технических устройств, что имеются в нашем распоряжении. Их применение дозволяется лишь в особых случаях, а для выполнения твоей просьбы применение их потребуется обязательно. И, как ты понимаешь, теперь мне необходимо решить, является ли твой случай именно таким, особым.

- Понимаю, Властитель, - д`хагон сложил руки в согласном жесте, - Законы существуют не для того, чтобы они обсуждались, а для того, чтобы они исполнялись. И в первую очередь - самими правителями. Позволь, однако, спросить, смею ли я надеяться, что ты не заставишь меня ожидать твоего решения слишком долго?

- Не позднее, чем к середине следующего дня, мой ответ будет известен, уважаемый, - ответил Властитель Мира и, поднявшись со своего трона, объявил, - А теперь я вынужден уйти и перед этим хочу узнать, желаешь ли ты остаться и развеяться в обществе моих гостей или предпочтешь, чтобы тебя препроводили в твои покои?

- Властитель, я предпочел бы удалиться и отдохнуть. Путешествие было слишком поспешным и не слишком комфортным, - и посол вновь склонил голову в легком поклоне, понимая, что официальная часть аудиенции окончена.

Едва правитель Эллаль покинул зал, и едва слуги принесли подносы с различными яствами и стали обходить приглашенных гостей, как к Властителю Срединных Земель и его супруге подошел совсем молодой прислужник и сообщил, что Властитель Мира просит их незамедлительно проследовать к себе.

Когда Нидуммунд с женой, сопровождаемые мальчиком-служкой, подошли к большой беседке расположившейся посреди пышного ухоженного дворцового сада, Властитель Эллаль, похоже, уже успел не один раз промерить ее своими шагами и вдоль, и поперек. Там же уже находились и еще двое - его сын Ниенгирш, и его племянница со стороны супруги - Эннунит. Завидев последнюю, Нидуммунд едва не скривился от недовольства. Уж кого-кого, а эту взбалмошную девицу, по его мнению, точно стоило держать от любых серьезных государственных дел как можно дальше.

- Удивительно, как она вообще здесь оказалась. Особенно учитывая, что ее земли практически на противоположном конце континента, - подозрительно подумал он, садясь в одно из глубоких плетеных кресел, - Неужели просто повезло?…

Чуть позже появились: Ниергаль, правитель области Срединных Земель граничащей с владениями Эллаля, его супруга Нибетхет, Ниенмах, супруга самого Властителя Мира, и Эннубиаш, представитель от службы смотрителей, руководивший эскортом сопровождавшим д`хагона.

Выразив уже присутствующим в беседке знаки приветствия и уважения, вновь прибывшие выбрали себе по креслу и Властитель Эллаль обратился к собравшимся:

- Итак, все знают о существе дела. Ситуация представляется мне очень серьезной, поскольку всем нам известно, что в прошлом вмешательство д`хагонов всегда влекло за собой такие последствия, которые полностью устраивали только самих д`хагонов. В свете этого прошу всех высказать свои соображения по поводу того, как, по его мнению, стоит здесь поступить. Итак, кто начнет? - и он приглашающее развел ладони.

- Я считаю, что здесь нечего даже обсуждать. Незачем больше раскланиваться пред этой ящерицей-переростком! - немедленно воскликнула Эннунит, - Пусть убирается восвояси! Мы не нуждаемся в какой-то там его помощи. Один раз они уже нам "помогли". Целый мир загадили с их подачи!

- Можно подумать, ты тот мир видела, - не удержавшись фыркнул Нидуммунд в ее сторону.

- Мне достаточно и тех сведений, которые до меня дошли с нашими хрониками! - недовольно взвилась юная правительница, - Сели нам на шею и погоняли всю дорогу!

- Держи себя в руках, Эннунит! Твое мнение мы поняли! - не выдержав прорычал Властитель Мира, - Теперь послушаем других!

- Разумно ли будет оставлять д`хагона совсем без присмотра? Хотя пока он и не производит опасного впечатления, но кто знает, что он соберется делать впредь, и как это может отразиться на нас, - взял слово Эннубиаш, когда недовольная девушка, фыркнув еще пару раз, наконец-то успокоилась, - А если к тому же служба смотрителей действительно что-то упустила из виду и где-то в этом мире у них колония? Пусть даже такая, которой по каким-то причинам пока не удалось развиться. Зачем нам подобный нарыв, который еще неизвестно чем обернется?

- Хорошо, значит надо найти этот нарыв, если он есть, и удалить! - тут же безапелляционно заявила Эннунит.

- А почему он один? - внезапно раздался голос сына Властителя Мира.

Головы всех разом повернулись к Ниенгиршу. Даже его отец, собиравшийся было вновь одернуть племянницу, замолк на полувздохе и, обернувшись к нему, вопросительно поднял одну бровь, ожидая продолжения.

- Если цель его появления - разобраться в проблемах возникших с некоей колонией, - начал тот разъяснять свои соображения, - то, по-моему, силами только одного... э-э-э... одного существа, сделать это весьма затруднительно. Не так ли?

- Ты хочешь сказать, что колония д`хагонов - всего лишь миф, и что он морочит нам головы, а преследует совсем другие цели? - недобро прищурился Властитель Эллаль, - Или что на самом деле он появился здесь не один?

- Я только хочу сказать, что это еще одна странность, - пожал плечами Ниенгирш, - А учитывая то, кем является наш посетитель, нельзя ничего упускать и стоит принять ее во внимание.

- Замечательно. Еще одной головной болью больше, - мрачно прокомментировал его отец, - Ладно. Кто следующий?

- А вам не кажется, что мы не обращаем внимания на одну немаловажную деталь, - наконец обратился к присутствующим и Властитель Срединных Земель. И улыбнулся, глядя на непонимание на их лицах, - Мне, например, показалось, что этот Джах Х`вей совершенно не подозревает о том, что причиной нашего переселения в этот мир послужили именно последствия от деяний его древних родственничков.

На некоторое время повисло озадаченное молчание. Однако, на что он пытался натолкнуть этим замечанием своих собеседников, никто так и не понял.

- И что же нам это может дать? - наконец произнесла Ниенмах, высказывая общее замешательство.

- Например то, что в этом случае он может делать ставку на наше доверие. Мы же в свою очередь не будем столь безоговорочно воспринимать какие-либо указания или советы, как то было у наших предков. И это может дать нам преимущество и позволит выяснить, что же в действительности этому д`хагону здесь понадобилось, - ответил Нидуммунд, - Если же он попытается усыпить нашу бдительность и постарается подтолкнуть нас на совершение уже однажды допущенных ошибок, то мы наверняка это заметим и примем соответствующие меры.

- А если это будет совершение других ошибок? - раздалась чья-то неуверенная реплика.

- "Если", да "если"! Сколько можно?! - недовольно воскликнул Властитель Мира, от души хлопнув по подлокотнику своего кресла, - Нидуммунд верно сказал, на этот раз мы не будем слепо следовать чьим-либо указаниям! В конце концов, на этот раз нас просто никто не сможет заставить этого сделать, в этом мире мы сами правители! А если наши решения будут ошибочны, то, по крайней мере, это будут именно наши решения!

- И что, Властитель Эллаль, мы примем вмешательство д`хагона или нет? - раздался подчеркнуто спокойный голос Ниннурсах, - Каково будет наше решение?

Властитель Срединных Земель недовольно покосился на супругу. Совсем незачем было так откровенно намекать, что вообще-то все собрались здесь вовсе не для того, чтобы изливать свои бурные эмоции. Однако реплика подействовала более чем удачно, Эллаль мгновенно остыл и после короткой паузы произнес:

- Оставлять без присмотра этого Джах Х`вея действительно нельзя, поэтому содействие в поисках мы ему окажем. Чего бы он там не нашел, знать об этом не помешает и нам. Что же касается какого-либо его вмешательства в наши дела, то - нет. Никаких его указаний мы исполнять не станем, и ни к каким его советам прислушиваться не будем.

Такое решение было всеми воспринято весьма одобрительно, после чего Властитель Мира объявил, что не хочет больше никого понапрасну задерживать, а самому ему еще надо позаботиться о том, чтобы последние новости были доведены до Властителя Небес. Поднявшись со своего места, правитель попрощался со всеми и направился к дворцу, однако не успел он отойти от беседки и на десяток шагов, как его нагнал Нидуммунд.

- Эллаль, как насчет того, чтобы посол д`хагонов все-таки высказал свои соображения по некоторым известным тебе вопросам? - поравнявшись с братом спросил Властитель Срединных земель, - Так сказать, мнение смотрящего со стороны, и не больше?

Чуть замедлив шаг, тот быстро что-то прикинул и решил:

- Хорошо, это возможно. Завтра ты тоже будешь присутствовать на моей встрече с этим д`хагоном и там мы выслушаем его мнение. Так даже лучше. Пусть это будет выглядеть как та самая его ответная услуга.


***

...Утро нынешнее выдалось на редкость приветливым и спокойным. Солнце мягким золотистым светом освещало верхушки прибрежного леса, а невысокие волны ленивыми белыми барашками набегали на берег и неспешно лизали его мокрые камни. Стоя на корме драккара молодой воин с белыми волосами продолжал медлить и глядел на сородичей, собравшихся провожать отплывающий корабль.

- Турн, пора уходить. Незачем тянуть, – раздался негромкий голос за его плечом.

Обернувшись, воин поглядел на стоявшего рядом товарища. Его компаньон рыжеволосый и высокий, на полголовы выше Турна, пытался казаться спокойным и равнодушным, но рука, периодически принимавшаяся подтягивать перевязь меча, все-таки выдавала его.

- Ты прав, Сигги, - кивнул наконец Турн и махнул, подавая знак к отплытию.

Сидевшие на веслах дружно вспенили воду и драккар, покачиваясь, отошел от берега.

Турн продолжал стоять на корме и глядел на остающихся на берегу. Сородичи хранили молчание. Ни слез, ни криков горечи, ни криков пожелания удачи. И лишь глаза собравшихся выдавали их настроение. А оно отнюдь не было единодушным. Печаль, спокойное принятие судьбы, и даже как, к примеру, у друида Ительги - облегчение. Перемешалось все. Ну что же, пусть так…

- Пора ставить парус, ярл – снова раздался голос Сигги.

- Ярл… - вздрогнув, подумал Турн, - Ярл с одним драккаром и с отрядом из пятнадцати человек. Впрочем, это ничего не меняет…

Отрывистые команды своего начальника воины выполнили быстро и без малейшего замешательства. Судя по их лицам и отрывкам разговоров, все они полностью доверили свои судьбы богам и четко понимали, что уплывают без абсолютной уверенности в направлении и без надежды на поиски своими сородичами в случае неудачи.

- Это хорошо, - подумал Турн, глядя на них, - Водуан, Хэйимдаль, и Нэйодор! Да пройдет наше странствие пред вашими пристальными очами! Да исполним мы предначертанное нам! – подняв руки и обратив лицо к небесам закричал он изо всех сил.

Драккар тем временем, неторопливо миновав скалы фьорда, в глубине которого на берегу расположилось городище клана Свергардов, выходил в открытое море.

Беловолосый снова прошел на корму и встал, глядя на удаляющийся и раскидывающийся все шире и шире родной берег. Взгляд его постепенно перестал сосредотачиваться на отдельных предметах на берегу и воспоминания о событиях прошлого года, крутясь в голове и сменяя друг друга, стали проходить перед глазами, утекая к покрытым темными соснами скалам, остающимся за кормой...


- …Кончается лето, - лениво думал Турн, сидя привалившись спиной к замшелому валуну на вершине холма и жуя травинку, - Скоро опять эта мокрота да распутица.

Он лег на спину, и уставился на проплывающие в вышине облака.

Сегодня Турн и Сигги забрались далеко от городища. Да и к тому же уже оттоптали себе все ноги, таскаясь за молодой косулей, которую Сигги умудрился подранить, а не убить, как обычно, с одного выстрела. В конце концов, Турну это надоело, и он высокопарно заявил, что раз сегодня боги обделили Сигги меткостью, то значит, взамен они наградили его выносливостью и, следовательно, он, Сигги, может тащиться за своей косулей один. А Турн подождет его на этом холме, потому как его-то боги сегодня ничем не обделяли, и не награждали, а эта зверюга у него уже в печенках.

- Ничего, все равно косуля скоро свалится, уже много крови потеряла, - подумал Турн, разморенный теплым солнцем, - Так что Сигги недолго будет отсутствовать.

Сев и снова оперевшись спиной о валун молодой воин принялся смотреть на виднеющийся вдалеке залив, по которому гуляли волны с былыми пенными гребнями…


…Небольшой отряд вышел из прибрежного леса и, спускаясь с холма, направился к побережью. Состоял он из необычных существ, очень походивших на людей, но немного выше ростом и тоньше в кости. И к тому же их уши были странной, немного заостреной кверху формы.

Отряд подошел к берегу и встал полукругом. Все прибывшие были в одинаковых серо-зеленых плащах. Трое из них были определенно воины, у них из-под плащей выглядывало различное хорошо подогнанное вооружение, один, с абсолютно седыми волосами, чем-то напоминал друида, и еще трое были женщинами, впрочем, и они были при оружии и в походной одежде.

"Друид", как для себя назвал его Турн, подошел к берегу и нараспев принялся выговаривать какие-то слова, на мелодичном, но совершенно не понятном для Турна наречии. Через некоторое время из прибрежных вод поднялось еще одно существо. Оно-то уж точно не было человеком, ни в каком смысле. Фигура его была полупрозрачна, переливалась радужным сиянием и постоянно чуть-чуть менялась, перетекая из одного положения в другое, как будто бы переступая с ноги на ногу. Некоторое время седовласый что-то негромко говорил появившемуся. Потом в ответ раздалось мелодичное журчание голоса прозрачного существа и оно снова погрузилось в воду, а седовласый удовлетворенно отошел к остальному отряду.

Тем временем со стороны моря, залив стало быстро заволакивать густым туманом и когда до берега оставалось не более сотни шагов, из этой стены тумана выскочил парусный корабль. Как только он остановился, с его борта тут же спустили лодку, которая направилась к ожидающим на берегу. Когда лодка ткнулась носом в берег, стоявшие на нем стали быстро, но без суеты добираться до нее и рассаживаться по местам.

И тут произошло то, чего видимо никто не ожидал. Один из воинов внезапно развернулся и побежал вверх по склону холма. Сидевшие в лодке удивленно повернулись ему вслед, а седовласый привстав что-то предупреждающе крикнул. Но, не обращая внимания на его возглас, воин легко взбежал на холм и вытащил меч. Затем, взяв его двумя руками и подняв острием клинка в небо, он принялся нараспев, как до этого делал "друид", выговаривать какую-то фразу. Меч при этом постепенно наливался теплым желтым светом. Видимо добившись того, чего хотел, воин перевернул меч острием вниз и со всего размаху воткнул в землю.

Меч без видимого сопротивления погрузился в нее по самое навершие, сделанное из красного ограненного самоцвета. Остроухий же, выбрав из валявшихся на вершине холма валунов один, весьма приличных размеров, зачем-то навалил его на это место.

Покончив со своим странным делом воин сбежал с холма и спокойно занял свое место в лодке. "Друид", покачав головой, ничего не сказал и дал знак к отплытию. Лодка быстро перевезла всех на корабль, и тот вновь нырнул в стену тумана, которая, впрочем, после этого быстро рассеялась…


Турн, вздрогнув, очнулся от странного оцепенения и стал осматриваться вокруг.

- Нет, задремал, наверное, - подумал он, глядя по сторонам, – И место то не похоже... Ну и приснится же такое... А корабль то у них славный, получше наших будет. Да и меч у остроухого парня был что надо, любой вождь клана такому рад будет…

Встав на ноги, Турн потянулся и зевнул от души. И вдруг застыл с открытым ртом.

- А ведь если море подвинуть к холму поближе, шагов этак на двести, а с ближних холмов убрать половину лесов, то место-то будет почти один в один к тому, из сна…

В следующий миг он резко развернулся и уставился на валун, на который недавно опирался спиной.

- Не маленький камешек, однако. А остроухий его один свернул. Впрочем, если он знается с друидовским чародейством, это не диво. Вон Ительга, когда новый алтарь ему строили, тоже воинов каким-то отваром напоил, так они потом по двое такие каменюки ворочали, которые до этого вшестером сдвинуть не могли. Попробовать что ли…

Когда Сигги, возвращаясь с наконец-то добытой косулей, взбирался на холм, его взгляду предстало странное зрелище: его товарищ бегал вокруг замшелого валуна на вершине и, заходя с разных сторон, всячески пытался его толи приподнять, толи сдвинуть с места. Сам Турн был изрядно перемазан в грязи и вдобавок умудрился оторвать один из волчьих хвостов, которые у него были пришиты к рукавам куртки, и которыми он очень гордился, а земля вокруг была уже основательно взрыта. Похоже, занимался он своим делом довольно продолжительное время.

- О, Турн, сын благородного Ларна из клана Свергардов! Судя по твоим стараниям, ты, должно быть, охотишься на мышь поистине огромных размеров, спрятавшуюся от тебя под этим валуном! Ты прав! Нельзя так просто оставлять такую добычу! Она воистину достойна сына вождя клана! - с избытком добавив в свою речь иронии, что было мочи завопил Сигги.

Но к его изумлению Турн, вместо того чтобы огрызнуться на это едкое изречение, нетерпеливо замахал ему рукой и закричал, прося товарища быстрее ему помочь.

- Да что у тебя там под этим камнем, в конце-то концов? – подойдя и сбросив тушу на землю, спросил рыжеволосый парень.

- Я… Я не могу тебе сказать… - путаясь, сказал Турн, чувствуя, что если он сейчас начнет рассказывать о причинах своего поступка, то Сигги точно скажет что он перегрелся на солнце и уж точно не будет помогать, - Но мне очень нужно…

Удивленный такой речью Сигги некоторое время смотрел на товарища так, будто только что увидел его первый раз в жизни, а затем ни слова не говоря подошел, и они вдвоем принялись за камень. Через некоторое время их усилия наконец-то увенчались успехом и валун перекатился на бок, а Турн тут же прыгнул к месту, которое скрывалось под валуном.

Камень, раньше венчавший рукоять меча, был там. Сам же меч, как убедился Турн, попытавшись раскопать землю вглубь, уже успел превратиться в ржавую труху.

- Сколько же он тут лежит… - промелькнула мысль.

- Смотри, - и он улыбнувшись протянул на ладони самоцвет товарищу.

- Ты знал о нем? Откуда? – ошеломленно глядя на переливающийся красный камень, спросил Сигги.

- Пойдем домой, уже поздно, по дороге расскажу…


На следующий день Турн, собрав имеющиеся у него деньги, отправился к кузнецу клана Хогвальду и попросил его сделать меч. Он долго описывал, каким должен был быть новый клинок, тщательно вспоминая все, что удалось запомнить о том, как выглядел меч странного путешественника. Кузнец сначала никак не мог понять, зачем это сыну вождя понадобился клинок почти в полтора раза длиннее обычного меча народа нордлингов, притом на два пальца уже и с рукоятью для хвата обеими руками. Но когда наконец-то понял, что собственно от него требуется, задумался, попросил показать камень для будущего навершия, некоторое время разглядывал его на свет и потом сказал свое решение: Он возьмется за задачу, и даже не возьмет денег, но все это при том условии, что Турн сам будет помогать ему в работе.

Турн удивился, но согласился. Было видно, что его просьба каким-то образом зацепила в Хогвальде ту струнку, которая отличает истинного мастера от обычного ремесленника. Да и самого его тоже заинтересовала идея присутствовать при рождении своего клинка. Пожав мозолистую руку кузнеца, он вышел из избы и увидел как Сигги, стоя в окружении любопытных, уже расписывает вчерашние события.

- Этого еще не хватало,… - подумал почему-то с отчетливым неудовольствием Турн и, не обращая внимания на веселые окрики рыжеволосого приятеля, быстро пошел к дому в котором жил вождь Ларн со своей семьей.

Сигги догнал своего товарища только тогда, когда тот уже хлопнув дверью, вошел в избу.

- Да что ты взбеленился Турн, ну подумаешь… - начал было он, вваливаясь следом, и тут же прикусил язык.

Да и сам Турн застыл на пороге. За столом в избе сидели сам Ларн, старший друид рода Ительга и младший брат Турна по отцовской линии Дальвиг. По всему было видно, что они поджидали вошедших. А точнее, одного из них – старшего сына вождя.

- Ну входите, входите, чего уж торчать в дверях, - первым заговорил Ларн, - Садитесь вон, на лавку. А ты, Турн, поведай-ка мне о ваших похождениях. А то что-то сегодня с утра весь городище за этим рыжим баламутом по пятам ходит и, открыв рот, его байки слушает.

- Да чего там… - подал было голос "рыжий баламут", но под двумя взглядами старейшин рода сразу умолк и постарался стать поменьше и понезаметнее.

Турн тяжело вздохнул и искоса взглянул на Дальвига.

- Ну-ну, "весь городище, открыв рот, слушавший Сигги", в первую очередь наверно был представлен именно младшим братцем - мрачно подумал он и начал рассказ.

Ларн и Ительга выслушали молча, не перебивая и не улыбаясь странному повествованию.

- Покажи-ка находку, – после небольшой паузы сказал конунг.

Турн молча достал камень и положил на середину стола. Оба старейшины некоторое время молча его разглядывали. Причем друид зачем-то еще попеременно закрывал то левый, то правый глаз и смотрел на самоцвет одним глазом, а потом, взяв его в руки, молча посидел, вообще закрыв глаза и прислушиваясь к чему-то, что слышал только он один.

- Вроде ничего опасного нет, - наконец сказал он, - очень древняя вещь, непонятная магия, но не шибко сильная и уж точно не враждебная.

Ларн кивнул в ответ.

- Что делать с ним собираешься? – спросил он сына.

Турн тихонько перевел дух:

- Значит, забирать не собираются, - подумал он и рассказал о своем договоре с кузнецом.

- Хорошо, заодно и с кузнечным делом немного ознакомишься, - вновь кивнул вождь, - Начнешь уже с завтрашнего дня.

- А ты, парень, - указал он на Сигги, – Завтра пойдешь к воеводе и скажешь, что я наказал ему гонять тебя до тех пор, пока ты, вскочив ночью, не сможешь отразить любой удар.

- А это, - и он указал на камень, - полежит пока у меня. До тех пор, пока не понадобится для меча.

Молодые люди кивнули в знак того, что они все поняли и, пожелав старейшинам доброго здравия, вышли на улицу.

- Суров однако… - задумчиво сказал Сигги, закрыв за собой дверь, - Ну хоть не ерундой загрузил и то ладно…


Следующие два месяца Турн целыми днями пропадал в кузнице, а Сигги - на площадке, где воевода Галард тренировал воинов рода. Встречались молодые люди уже только вечером с ноющими мышцами и уставшие настолько, что даже разговаривать было неохота. Но дни не проходили для них даром. И вот Турн уже вполне уверенно чувствовал себя в мастерской, и мог самостоятельно выполнять обыденные, и не требующие особого кузнечного мастерства, задания. А на его товарище синяков, шишек и царапин становилось с каждым разом все меньше, и он уже мог вполне удачно противостоять опытным воинам, имевшим за спиной не один поход, за что уже не один раз заслужил одобрительный возглас воеводы.

Но вот однажды утром Хогвальд наконец сказал:

- Все, с сегодняшнего дня принимаемся за твой меч.

Турн конечно же обрадовался, но к его удивлению изготовление меча началось странным образом. Хогвальд сначала вычистил всю старую золу из горна, потом полдня молился Водуану, Хэйимдалю и, особенно, Вэллинду, покровительствующему кузнечному делу, принося им различные жертвы, а уж затем, под вечер, начал разжигать горн.

При этом Хогвальд, обычно не упускавший случая пошутить при работе и подтрунить над своим временным подмастерьем, на этот раз был серьезен и сосредоточен сам, и строго-настрого запретил Турну болтать не по делу. И вообще наказал по возможности не разговаривать. Затем, уже затемно, приступили непосредственно к ковке.

Всю ночь Турну пришлось махать молотом, помогая Хогвальду несколько раз проковывать заготовку для будущего меча, и под утро у него уже непрерывно звенело в ушах а перед глазами прыгали желто-красные круги. Наконец, когда уже начинало светать, кузнец хлопнул его по плечу, от чего Турн едва не рухнул где стоял, и отправил спать, наказав вечером принести камень для навершия.

К своему удивлению отходя от кузницы Турн услышал, как Хогвальд запер двери в кузницу и вскоре оттуда снова донеслись звуки ударов молота по железу.

- Ну да, все что он там делает мне знать не положено. Ни один мастер всех секретов не показывает, - устало подумал он и поплелся спать.

Проснувшись под вечер, Турн вновь отправился к кузнице. При его приближении дверь кузницы отворилась, и Хогвальд приветливо поманил его рукой. Пройдя внутрь, Турн увидел, что меч почти готов. Оставалось только сделать гарду и рукоять, к чему сразу и приступили не теряя времени.

И вот к вечеру следующего дня клинок был готов, после чего Хогвальд вознес еще одну молитву богам и принес благодарственную жертву в ознаменование успешной работы. Затем кузнец взял меч и оглядел его, с такой гордостью, будто это его любимейший и достойнейший сын.

- Хорошо потрудились, - подмигнув Турну довольно сказал он, - Какой клинок, будто летать просится!

Клинок действительно был хорош. Лезвие его создавало впечатление острого и вытянутого клыка какого-то опасного хищника, если бы конечно кто-то из хищников вдруг обзавелся обоюдоострыми и прямыми как струна клыками. С неменьшим тщанием мастер потрудился и над гардой с рукоятью - гарда напоминала распахнутые крылья птицы, а камень в навершии словно охватывали когти птичьей лапы.

- Не иначе как Водуан со своим священным вороном надоумили кузнеца, - подумал Турн.

Затем мастер опять стал серьезным:

- Будь достоин, - без тени улыбки сказал он и с величайшим почтением передал клинок Турну.

У Турна же внезапно перехватило горло от волнения и он, ничего не сказав, лишь поклонился и принял меч из рук Хогвальда. Повернувшись, он уже собрался уходить, но голос кузнеца задержал его:

- Да, Турн… Заглянул бы ты к Галарду, а то меч у тебя не такой, к каким привыкли нордлинги. Боюсь, все твое умение обращения с оружием будет в этом случае без надобности. А Галард, до того как осесть в нашем клане, помотался по свету, много повидал, много повоевал, может, что и посоветует.

Еще раз поблагодарив кузнеца, молодой воин отправился домой отдохнуть.


Проснувшись на следующий день, когда солнце уже встало, в прекрасном настроении Турн отправился к площадке, на которой собирались молодые, вновь обучаемые воеводой, воины, а так же уже опытные, решившие поразмяться или усовершенствовать свое умение, бойцы.

Подходя к месту Турн уже издали услыхал раскатистый смех доносившийся от группы собравшихся, а увидев знакомую рыжую шевелюру довольно подумал:

- Ага, вот и "рыжий баламут".

- О, здорово Турн! – заорал Сиги, протискиваясь сквозь группу воинов, - Ну что закончил Хогвальд работу? Показывай меч!

Турн достал свой новый клинок и собравшиеся обступили его. На некоторое время все погрузились в обсуждение новой работы мастера кузнечных дел. Воины одобрительно кивали головами, обсуждая качество ковки, остроту лезвия и изящество отделки гарды и рукояти. Но, в конце концов, один из них сказал:

- Турн, вещь конечно знатная, спору нет, но твой меч больше напоминает кинжал-переросток. Как же ты думаешь удержать таким клинком нормальный меч?

Все замолкли и всеобщее внимание обратилось на хозяина нового клинка. Явно эта мысль, хоть и высказанная только одним из них, промелькнула у каждого.

- "Кинжал-переросток" говоришь? – вдруг раздался из заднего ряда веселый голос Галарда.

Когда воевода успел подойти к собравшимся, никто за общими разговорами не заметил.

- Ну что ж, можно посмотреть, на что способен этот "кинжал-переросток". Если хозяин позволит, конечно, - и Галард улыбнувшись и слегка склонив голову, повернулся в сторону Турна.

Все выжидающе глядели на Турна. Тот взял меч и, развернув рукоятью вперед, протянул Галарду, тоже почтительно слегка склонив голову.

- А ну-ка, дайте-ка нам место! - попробовав баланс меча, и удовлетворенно улыбаясь, сказал воевода и поманил к себе рукой одного из воинов.

- Начнем, – надевая шлем и защитные рукавицы, просто сказал он, и поединщики начали двигаться по кругу, осторожно сближаясь.

Противник Галарда, внезапно прыгнув, ударил первым, целясь наискось в основание шеи. Видно было, что он просто хочет, отбив своим более тяжелым мечом клинок Галарда, сразу прорвать оборону воеводы и приблизиться вплотную для решающего удара. Но Галард, вместо того чтобы жестко парировать удар, в момент соприкосновения мечей поймал замах оружия противника и, одновременно отступая на полшага, продолжил траекторию сильным движением вниз и в сторону. Не ожидавший этого воин, потеряв равновесие, чуть не ткнулся носом в землю, а когда, все-таки устояв, начал выпрямляться, воевода быстрым выпадом приставил клинок ему к горлу. Все одобрительно загудели, видно было, что при должном умении "кинжал-переросток" был опасным оружием.

Еще несколько раз Галард вызывал желающих, и собравшиеся воины вдоволь насмотрелись на то, что можно сделать таким мечом. Были и необычные защитные приемы с одновременным уходом с линии атаки, при которых оружие противника, проскальзывая по клинку в руках воеводы, пролетало мимо цели. Были и уходы за счет ловкости и быстроты движения, при которых Галард, крутясь вокруг нападающего, в момент удара внезапно оказывался за его спиной. Были и особенно понравившиеся зрителям ошеломляющие атаки, при которых воевода, пользуясь легкостью своего оружия, наносил перетекающие один в другой удары с такой быстротой, что противник, под хохот собравшихся, мог только бегать по площадке, неловко пытаясь защищаться своим клинком.

Наконец все желающие насмотрелись и напробовались вдоволь и Галард подойдя к Турну вернул ему меч. При этом в глазах последнего стояла просьба настолько явно видная, что воевода расхохотался и, хлопнув по плечу, сказал:

- Конечно, научу!

Но на чей-то вопрос, где он так научился обращению с подобным оружием, почему-то помрачнел и внезапно, прицепившись к одному из стоявших молодых воинов, стал распекать его за якобы недостаточно ухоженное оружие.

Завидев такой оборот, остальные быстро разошлись по площадке и, разбившись на пары, стали отрабатывать различные удары. Походив еще немного между парами воинов, Галард подошел к Сигги и Турну и стал показывать последнему несколько защитных движений с последующим переходом в удар.

Наконец, когда получаться у Турна стало вполне сносно, и в очередной раз прошел успешный выпад, он бросил деревянную копию меча, применявшуюся для обучения, достал из ножен свой новый клинок и, подняв меч вверх двумя руками, как это делал остроухий воин на холме, радостно издал победный клич.

Подобное действие получило неожиданное и странное продолжение – по рукам Турна прокатилась теплая волна, которая спустившись до плеч, затем поднялась сзади вдоль шеи и вновь ушла вверх. Озадаченно он сначала уставился на свой клинок, а затем поднял взгляд на своего товарища и хотел сказать, что на сегодня, пожалуй, хватит. Как вдруг фигура Сигги, площадка с воинами, и остальной городище с обступающим его лесом стали закручиваться перед его глазами, а сам Турн, к удивлению своего напарника, бессознательно свалился на землю…


- Что это еще за муть красная перед глазами? – подумал Турн.

Он лежал на чем-то твердом, в ушах шумел ветер и пахло лесной поляной. Постепенно сквозь шум стало слышно, как кто-то тихонько ходит мимо него взад-вперед и чем-то шуршит. Когда этот кто-то проходил мимо, в глазах на время становилось темнее, а потом опять возвращалась красная муть. Шум потихоньку утихал.

- Да я просто лежу с закрытыми глазами, а шумит в голове, - догадался Турн и попытался открыть глаза.

С третьей попытки это удалось и, немного поморгав, он увидел, что лежит на лавке в избе. Рядом ходил молодой парень и перекладывал различные засушенные травы лежащие на столе. Впрочем, пучками трав были обвешаны и стены избы, и как раз все эти припасы и издавали запах разнотравья на поляне в лесу.

Из окна падал яркий солнечный луч, в котором плавали пылинки, похоже, день был в самом разгаре. Приглядевшись, Турн узнал в парне молодого помощника Ительги, кажется, его звали Страй.

- Похоже я у друида в избе, с чего бы это?...

- Страй! – позвал Турн парня.

Вернее хотел позвать, а получился хриплый негромкий шепот. Впрочем, тот все же услышал и со словами:

- Ага, очнулся, - взял со стола кружку с каким-то сильно пахнущим настоем, помог Турну приподняться и заставил его выпить.

- Лежи, не вставай, - поставив опустевшую кружку назад, сказал он и вышел из избы.

Несмотря на довольно отвратительный вкус настоя, тот оказал на Турна благотворное воздействие - в голове после него почти не шумело, глаза закрываться сами собой перестали, а горло больше не пересыхало.

Вскоре дверь опять открылась, и Страй вернулся уже в сопровождении Ительги. Друид подошел к лежащему и принялся молча его рассматривать, прикрывая по своему странному обыкновению то один, то другой глаз.

- Как себя чувствуешь? – спросил он.

- В голове шумит, спать охота. И пить тоже.

- Угу, - хмыкнул друид, - а звать тебя как?

- Как это как? – оторопел Турн, - Турн конечно же.

- Угу, - опять хмыкнул старик, - а меня как звать?

- Ительга, - ничего не понимая ответил Турн.

Он уже начинал подозревать, что старый друид стал страдать потерей памяти или перепил вчера медовухи. Хотя тот вроде вообще не пил…

- Ну ладно, лежи, отдыхай пока, - сказал Ительга удовлетворенный ответами на свои нехитрые вопросы и, повернувшись к Страю, стал рассказывать и показывать какими настоями и когда поить своего постояльца.

Постепенно его монотонный голос вновь убаюкал Турна.

В другой раз Турн проснулся уже утром следующего дня. Помотав головой, он сел на лавке и хотел уже вставать и искать одежду. Но бдительный Страй опять не дал ему встать. Объявившись в дверях он мягко, но настойчиво вновь уложил своего подопечного.

- Ительга велел пока не позволять тебе вставать, - сказал он, - И вообще, тут к тебе гость наведался.

- Караулить он меня поставлен что ли, - недовольно подумал Турн.

Впрочем, в следующий момент его настроение улучшилось – в дверях показалась знакомая рыжая шевелюра.

- Будь здоров, Турн, – приветствовал лежащего Сигги, кидая выразительные взгляды на Страя.

Тот страдальчески закатил глаза демонстрируя свое отношение ко всем тем таинственным разговорам, которые несомненно собирался вести Сигги, но все-таки из избы вышел. Дождавшись пока хлопнет наружная дверь, Сигги подошел и сел рядом с Турном.

- Да-а-а, - насмешливо протянул он. - Ну и наделал ты переполоху дружище.

- Да что случилось-то, Сигги?

- Тебе вкратце рассказать или поподробней? Про все что было, пока ты две недели валялся? – прищурился рыжеволосый.

- Две недели? – ошарашено переспросил Турн и откинулся на лавке.

Некоторое время он ничего не говоря смотрел в потолок.

- Давай поподробней, - наконец произнес он...


...Когда Турн свалился после окончания учебного поединка, обалдевший Сигги, явно не ожидавший от своего товарища подобных выходок, крикнул Галарда. Тот подойдя и подумав сначала, что это Сигги огрел Турна по голове, хотел было дать нагоняй рыжему обалдую, за то, что тот не контролирует себя во время обучения. Но после того как осмотрел Турна, а Сигги рассказал, как было дело, велел немедленно бежать и привести друида, даже если того придется тащить волоком.

Впрочем, Ительга не заставил себя долго ждать и появился незамедлительно в сопровождении Страя. Быстро осмотрев лежащего и выслушав рассказ о случившемся, старый друид взглянул на меч и, завернув его в холстину, передал своему помощнику, а затем приказал немедленно нести Турна к себе в избу. Сигги на пару еще с одним молодым воином выполнили распоряжение Ительги, после чего были вытолканы из избы друидом не внимавшим никаким доводам.

Но не в характере Сигги было так просто пропускать подобные приключения, поэтому он затаился возле избы, и стал наблюдать и слушать в оба уха, ожидая развития событий.

Сказать, что конунг Ларн вбежал в избу друида мрачный как грозовая туча, значит не сказать ничего. Ларн влетел в избу подобно морскому шквалу и с ходу потребовал у Ительги объяснений. Тот вкратце рассказал о происшествии и сказал, что, по его мнению, на сына конунга воздействовала какая-то сила, пробудившаяся из камня в навершии меча. Если вернее, то камень подействовал своеобразным сигнальным костром, пробудившись под воздействием силы самого Турна. А уже потом эта сила камня подала знак еще какой-то древней силе, природу которой Ительга и сам до конца не понимает.

Следующая язвительная тирада конунга напомнила друиду, что тот вроде бы в свое время утверждал, что магия, помещенная в камень, слаба и не враждебна. Но результат ее воздействия как-то не позволяет поверить этим словам, и не будет ли теперь многоуважаемый Ительга добр, и не прояснит ли, чего еще собственно следует ожидать?

Не поддавшись вспыльчивости Ларна, друид холодно сказал, что да, в свое время он это утверждал, и так оно и было на самом деле. Кстати и сейчас камень опять стал таким, как прежде. И сейчас он также не реагирует на воздействия Ительги, как не прореагировал и в тот раз. И вообще непонятно, каким образом Турну удалось пробудить эту вещь. Что же насчет следующих действий, то Турн останется под присмотром друида, как впрочем, и меч. А что будет дальше – будет зависеть от милости богов.

- Знаешь, я не все понял, о чем они там говорили, - прервался Сигги,

ухмыльнувшись, - но, похоже, вся эта история очень разозлила конунга. Бушевал он, будь здоров.

Следующие пять дней Сигги вертелся у дома Ительги, всяческими путями пытаясь вызнать новости. У Турна же начались периодически повторяющиеся приступы жара и друиды, сменяя друг друга, отпаивали его различными настоями. Периодически жар сменялся бредом и тогда Турн начинал произносить слова на непонятном никому наречии. Конунг же Ларн после каждого визита к Ительге становился все мрачнее.

- В общем друид начал подозревать, что в тебя вселился какой-то чужой дух и он всерьез поднимал вопрос, что делать с тобой, если после твоего выздоровления это окажется правдой. Если конечно само выздоровление наступило бы, - вновь прервался рыжеволосый, радуясь неизвестно чему.

- Ага, а тебя кажется такой оборот повеселил бы, да? – съязвил Турн.

- Нет, меня веселит то, что такой оборот не произошел, - жизнерадостно отозвался Сигги и продолжил рассказ.

Через пять дней приступы прекратились, и самочувствие Турна начало улучшаться. Сигги даже разрешили появляться в избе и помогать Страю присматривать за больным. Постепенно тому становилось все лучше, и вот вчера Ительга сообщил Ларну, что его сын пришел в себя и что вроде бы Турн – это сам Турн. По крайней мере, он узнает всех и помнит себя.

Из событий жизни всего городища Сигги упомянул лишь слухи, которые стали бродить в это время среди охотников. Некоторые из них, по возвращении из леса, делились странными рассказами, что, дескать, стали встречать в окрестных лесах странных призрачных существ. Эти существа ни на кого не реагировали, а лишь сидели в одиночестве или в небольшой группке себе подобных и играли на каких-нибудь музыкальных инструментах: маленьких флейтах или глухозвонных лютнях.

По описанию эти существа были очень похожи на остроухих знакомых Турна. Поэтому Сигги в свое время навострил уши в одной такой компании рассказчиков и услышал, как старики стали рассказывать совсем уж древние предания, в которых подобные существа, правда из плоти и крови, назывались альвингами и которых можно было повстречать в окрестных лесах когда люди в эти места только-только стали наведыватся.

И еще, некоторое время назад, небольшая группа воинов отозвалась на призыв вождя одного из соседних кланов и присоединилась к нему в набеге на города, находящиеся далеко на юге.

Рыжеволосый окончил рассказ и замолчал, нерешительно глядя на своего товарища.

- Ну, что еще? – заметив взгляд Сигги, отозвался тот.

- Ну, в общем тебе лучше самому увидеть, - с этими словами Сигги взял со стола друида полированное бронзовое зеркало и протянул его Турну.

- Ну и… - начал было тот и замолчал, уткнувшись взглядом в зеркало.

Оттуда на него смотрел Турн. Только вот волосы у того, в зеркале, были белые.

- Как это? – пересохшими губами спросил он у Сигги и провел рукой по волосам.

Отражение послушно повторило жест.

- Никто не знает, - почему-то немного виновато ответил Сигги, - Толи из-за отваров друида, толи из-за той магии, толи из-за болезни. А может из-за всего вместе…

Товарищ его лишь молчал и разглядывал потолок. Впечатлений на сегодняшний день было с избытком…


***

Толчок в плечо оказался весьма чувствительным, да еще и совершенно внезапным. Мерк, преспокойно дремавший на самом последнем месте в длинном ряду сидений, от неожиданности вздрогнул и рывком открыл глаза. Вагон монорельса начинал плавно притормаживать, а за запотевшим стеклом показались очертания перрона какой-то остановки.

- Второй энергетический комплекс мегаполиса Шимаве, - раздался из динамиков мелодичный голос кибер-проводника.

- Тьфу ты, чуть не проспал! Моя же… - парень опрометью бросился к дверям и, оглядев напоследок почти пустой вагон, выскочил на перрон.

- Кто же все-таки меня толкнул? - проводил он внимательным взглядом отъезжающий вагон.

Кроме самого Мерка в нем ехало только пять человек, и никто из них его явно разбудить не мог, все они сидели достаточно далеко.

Легкая усмешка проскользнула по губам молодого человека и, достав из кармана потрепанный плеер, он нажал на клавишу воспроизведения и вставил в уши горошины наушников. Жесткие гитарные рифы "альтернативы" быстро отрезвили мозги, напрочь вышибая из них последние остатки дремоты. Подняв повыше воротник кожаной куртки и хрустя жесткими подошвами армейских ботинок по тонкому льду мелких осенних лужиц Мерк отправился к энергокомплексу.

Вообще-то для большинства жителей Шимаве день сегодня был нерабочий, но энергослужба работала без оглядок на праздники и выходные и то, что остальные отдыхали, на ее дежурного не распространялось.

До начала смены было еще достаточно времени и можно было особо не торопиться. Дорога вела мимо заброшенных корпусов оборонных предприятий расформированных согласно "Договору о разоружении", и вид темных и мрачно-тихих цеховых ангаров невольно направил мысли молодого человека на события более чем двенадцатилетней давности.

Именно тогда последний Протектор объявил, что дальнейшее противостояние между Суттокским Протекторатом и Енисольской Конфедерацией только подрывает экономику страны, тормозит ее развитие в целом и нагнетает всеобщую напряженность, и именно поэтому правительством страны решено начать переговоры о заключении мирных соглашений и о последующем сокращении вооруженных сил противостоящих сторон.

Ничего удивительного, что население восприняло это известие с большим энтузиазмом. Абсолютному большинству уже порядком надоело практически осадное положение Протектората, при котором львиная доля ресурсов страны уходила в разбухший, как насосавшаяся крови пиявка, военно-промышленный комплекс. В итоге границы оказались открыты чуть ли не настежь, и из-за них началось широкое проникновение экономического, культурного и идеологического влияния других стран, большинство из которых ранее вовсе и не числилось в доброжелателях.

В этом водовороте перемен, с головой захлестнувшем Протекторат, руководство страны оказалось совершенно не способно управлять ситуацией и либо делало хорошую мину при плохой игре, либо просто молчаливо от всего дистанцировалось. Результат не заставил себя ждать слишком долго и через пять лет страну потряс экономический и политический кризис. Итог этого был печален - Протекторат раскололся на несколько территориальных областей, незамедлительно провозгласивших себя независимыми государствами.

Суттокская Метрополия, в административном подчинении которой находился мегаполис Шимаве, в котором и жил Мерк, была преобразована в Суттокскую Федерацию, на которую с какого-то кондачка и навешали большинство обязательств и долгов, оставшихся после распада Протектората. Тем не менее, Федерации удалось кое-как удержаться на плаву и бултыхаться еще около семи лет, торгуя энергоносителями и природными ресурсами и беря у Транснационального Экономического Союза финансовые кредиты.

Но год назад резкое падение мировых цен на энергоносители вызвало критическую недостачу бюджета и одновременно с этим обнаружилось, что кредиты Транснационального Союза, оказывается, странным образом испарились в неизвестном направлении.

По усиленно ходившим слухам падение цен было спровоцировано сговором нескольких самых крупных энергодобывающих компаний, чьи позиции на мировом рынке в последнее время сильно подрывались торговой политикой Федерации, однако они так и остались слухами, которые никто не подтвердил, но, впрочем, и не опроверг тоже. Правительство же и Президент Федерации в свете всего этого только и смогли, что сделать удивленные глаза и суматошно написать несколько грозных указов об отставках кого-то-там, что, в общем-то, на ситуацию уже никак не влияло. В результате разразился новый экономический и политический кризис.

Впрочем, Мерка, учившегося в то время в Технической Академии Шимаве, все это тогда не особо занимало. Гораздо больше его интересовало то, что в Академии нашлись и другие любители "альтернативной" музыки. Поэтому он достаточно быстро нашел с ними общий язык и, поскольку само обучение какого-либо особого напряжения у него не вызывало, львиную долю времени проводил разумеется именно в их круге...

Невеселые времена настали во время последних месяцев учебы, которые как раз и пришлись на кризис годичной давности. Предприятия тогда закрывались пачками, а количество рабочих мест стремительно сокращалось. Неуверенность в завтрашнем дне сквозила почти в каждом взгляде. И именно в такое время Мерк и покинул стены альма-матер с дипломом в кармане, без единой протекции и без какого-либо финансового источника для дальнейшего существования. Последние остатки системы, ранее исправно востребовавшей выпускников Академии, были раздавлены навалившимся кризисом и то, что ему тогда удалось устроиться на энергетический комплекс мегаполиса, сам Мерк иначе, как подарком судьбы, не называл. А то, что с дипломом Академии удалось получить только место дежурного по обслуживанию оборудования, в расчет уже даже и не принималось.

Сунув свой электронный пропуск в считывающее устройство сканера-идентификатора и криво улыбнувшись подозрительно оглядевшему его охраннику, молодой человек миновал проходную и направился на свой этаж к помещению дежурной службы.

"Альтернатива" как неотъемлемая часть субкультуры существовала уже больше семи лет, но на молодых людей в черных кожаных куртках или другой необычной черной одежде, в высоких ботинках и с крашенными в экстравагантные цвета волосами до сих пор смотрели косо. Вспомнив ошалелое выражение лица какой-то тетки, ехавшей с ним сегодня в монорельсе, Мерк не удержался от улыбки. И это притом, что после поступления на энергокомплекс он даже перестал красить волосы. Впрочем, сейчас еще более-менее попривыкли, а поначалу "альтернативу" объявляли чуть ли не главным фактором подрывающим патриотическое настроение у молодежи Федерации.

- Да уж… А то, что весь бывший Протекторат теперь живет по образу и подобию своего прежнего соперника, патриотизма конечно нисколько не подрывает. Окончательно побежденный противник это тот, кто даже думать стал точно так же как победитель, - хмыкнул Мерк и, нажав на кнопку плеера, толкнул дверь в дежурку.

Голос вокалиста в наушниках умолк и он, пожав руки двум сменщикам, стал в пол-уха выслушивать рассказ о состоянии контролируемого оборудования.

Все было спокойно, выходной день не сулил каких-либо серьезных работ. Попрощавшись с дежурными, чья смена закончилась, молодой человек подошел к окну и, глядя на раскинувшиеся вдали цеха, абсолютное большинство которых стояло, навсегда замерев, стал припоминать необычный сон увиденный в вагоне монорельса.

- Ну надо же, - хмыкнул он, перебирая в памяти запомнившиеся картинки сновидения, - Очень, очень любопытно...

Трель коммуникатора прямой связи с помещением главного пульта энергокомплекса прервала его размышления. Пробормотав невразумительное ругательство, молодой дежурный нажал на кнопку, ожидая услышать какую-нибудь очередную гадость вроде известия о вышедшем из строя генераторе охлаждения и необходимости его срочной починки.

- Привет, Мерк, - на небольшом дисплее коммуникатора показалась физиономия явно скучающего Артана, его непосредственного начальника, - Все в порядке?

- Да… - озадаченно отозвался молодой дежурный.

Настроение патрона явно указывало на то, что ничего критического не случилось, а дергать подчиненных для проформы было вообще-то не в его привычках.

- Хорошо. Сейчас к тебе подойдет парень, его назначили вторым дежурным в твою смену. Дашь ему ключи от дежурки и от шкафа с персональным инструментом, ну и будешь понемногу вводить в курс дела.

- Ладно, - ответил Мерк, вновь немного удивляясь тому, что первый рабочий день нового дежурного приходится на выходной, - Ты объяснил ему как дойти?

- Да. Жди, - и Артан разъединил связь.

С начальником молодому дежурному тоже, можно сказать, повезло. Артан Фумол был одним из тех немногих людей, с которыми можно было нормально поговорить на предмет еще одного сильного увлечения Мерка - Энергетических Искусств. Артан, который сам активно ни одно из Искусств не практиковал, был человеком с большим кругозором и представление о многих из них имел. И именно в его руках Мерк увидел книгу об одном из таких Искусств, которая во многом и определила то, что происходило с ним в последние несколько месяцев.

Дисплей коммуникатора потух, а молодой человек налил воды в чайник и, заварив свежего чая, стал ожидать новичка. Через десяток минут раздался стук в дверь и на пороге появился его новый напарник – улыбающийся темноволосый парень.

- Ирган Жоне, - протянул он руку, - Можно просто Ирган.

- Не "альтернативщик", - подумал Мерк, окинув взглядом вошедшего, и, пожав протянутую ладонь, сказал, - Мерк. Мерк Гемжинес. Можно просто Мерк.

Отдав Иргану полагающийся комплект ключей, он уселся за стол и принялся допивать чай, попутно присматриваясь к новому напарнику и сканируя осторожными импульсами его биоэнергетическую оболочку. Новый дежурный оказался довольно общительным парнем и к тому же, судя по его реакциям на манипуляции Мерка, толи обладал от природы повышенной сенситивностью, толи каким-то способом ее наработал.

- Надо будет его как-нибудь потом расспросить, может он что знает об Искусствах, - подумал Мерк и обратился к Иргану, закончившему разбираться с вещами и подсевшему к столу, - Ладно, вроде сегодня все спокойно, так что я пока посплю. Что случится - сразу буди, а пока, если хочешь, можешь чаю попить, там еще осталось…

Улегшись на кушетку, он решил особо не мудрствовать, а просто отдохнуть, и скоро словно провалился в глубокий омут.

Примерно через час Мерк проснулся с острым чувством того, что в дежурке происходит что-то явно необычное. Открыв глаза, он настороженно прислушался, но все было спокойно.

- Пожалуй, слишком спокойно… - промелькнула мысль.

И вдруг молодой человек понял, что совершенно не улавливает присутствия своего нового напарника. Рывком поднявшись, он повернулся в сторону стола. Нет, парень был на месте. Он читал какую-то книгу, и был настолько увлечен ею, что все его внимание было предельно сконцентрировано на предмете чтения.

- Поэтому-то я его и не почувствовал… - скользнула рассеянная мысль, - Можно сказать, что он практически "выпал" из общего поля дежурки… Интересная должно быть книга…

Потянувшись Мерк встал и подсел к столу. Ирган моргнул и перевел взгляд на новый объект, появившийся в поле зрения.

- Хорошо спалось? - спросил он.

- Нормально… - безразличным тоном ответил Мерк и, как само собой разумеющееся, спокойно взял со стола книгу и взглянул на вытесненные на обложке буквы.

"Древние ритуалы практической Белой Магии" - гласило название.

- Ничего себе! - удивленно присвистнул про себя Мерк, - А напарничек то у меня еще тот тип…

- Ты что, веришь во все эти штуки? - таким же безразличным тоном спросил он у Иргана и положил книгу на место.

- Да! - ответил тот и с некоторым вызовом посмотрел на своего напарника.

За последние лет двести цивилизация на планете окончательно помешалась на технократических достижениях, в жертву которым шла львиная доля интеллектуальных ресурсов планеты. Туда же отправлялось и большинство природных ресурсов, перерабатываемых с такой безудержной интенсивностью, что живой биосферы на данный период оставалось уже меньше трети от первоначальной численности. В этих условиях абсолютное большинство населения признавало лишь то, что можно было пощупать руками, увидеть глазами или зафиксировать какими-либо приборами, а все старинные легенды и предания объявляло вымыслами и художественными преувеличениями. Поэтому тех, кто проявлял хоть какой-то интерес к древним ритуалам и различным "околонаучным теориям", в лучшем случае считали наивными мечтателями. Неудивительно, что и отношение к таковым людям было по большей части насмешливо-снисходительным. И, похоже, Иргану уже доводилось сталкиваться именно с таким к себе отношением.

- Ну-ну… А про Энергетические Искусства доводилось слышать? - и Мерк начал понемногу развивать разговор.

- Это что-то связанное с энергоснабжением? - восприняв вопрос как смену темы, успокоился его новый напарник.

- Нет. Это что-то связанное с энергетическими полями биологических объектов… - последовал очередной пробный камешек.

- Ну, про биоэнергетику я немного знаю, - тут же заинтересовался Ирган, - А что еще за Искусства такие?

- Вообще, начало истории Искусств теряется в очень древних временах, но основная их суть с течением времени не меняется. Для удобства их последователей меняется только используемая терминология. За основу же Искусств взят тезис, что все объекты во Вселенной, и в этом мире в частности, живые и имеют свои энергетические поля. Особенно пластичные они у биологически активных объектов, ну там у животных, у людей, у растений. Правда у последних они не столь пластичны… - начал рассказывать Мерк наливая себе в кружку едва теплого чая, - Под всеми же воздействиями растений, животных и людей друг на друга, которые внешне проявляются совершенно по-разному, лежит энергетическая подоплека. То есть, в первую очередь это воздействие друг на друга энергий их биополей.

Короче, различные Искусства учат различным способам манипуляций с такими полями. Вот. Ну а что касается магии… Поскольку всякая магия - это в принципе тоже воздействие биоэнергетического поля какого-либо одного существа на других, то и в основе нее, - он кивнул на книгу, - соответственно лежит искусство управления энергетическими полями. А всякие там амулеты, заклинания, отвары, ритуальные действия - это просто своеобразные "костыли", которые применяют, если не хватает способностей оперировать с голыми энергиями.

- То есть высший пилотаж магии - это работа напрямую с энергиями?… Не знаю почему, но мне кажется что ты говоришь дело… - откинувшись на спинку стула и задумчиво глядя в потолок резюмировал Ирган, - Ты сказал, что эти Искусства бывают разные… А каким ты занимаешься?

- Если серьезно, то мне кажется что самым перспективным, - без тени улыбки сказал Мерк, - Но чтобы понять ее основные моменты, нужно знать структуру биоэнергетического строения человека…

- Ну, кое-что я знаю. Например то, что физическое тело человека окружено энергетической оболочкой немного похожей на сферу, - перебил его напарник, нетерпеливо ожидая продолжения, - Что внутри этой сферы имеется несколько слоев, вроде луковицы. Что в ней есть своеобразные воронки, через которые можно втягивать энергию из окружающего пространства. И вроде есть еще какие-то нитевидные каналы, которые пронизывают и физическое тело человека и его энергосферу, а так же тянутся от одного существа к другому, но точно не помню... Ну и еще кое-какие мелочи, или этого хватит?

- В принципе, для начала хватит… - ответил Мерк, немного удивляясь тому, что Ирган с ходу высказал именно то, что действительно было необходимо для дальнейшего разговора, - Похоже интуитивное восприятие у парня на высоте и что является самым главным он чует. Это хорошо, - мимоходом мелькнула мысль.

- Так вот, - помолчав продолжил он, - основная фишка заключается в следующем очень интересном, на мой взгляд, моменте. Практикующие это Искусство говорят, что когда новая Сущность, приходя в этот мир, получает физическое воплощение, то картина этого выглядит следующим образом: Сущность, путешествующая от одного мира к другому, представляет собой объект похожий на сферу, заполненную однородным энергетическим полем. При этом внутри нее еще нет никаких слоев, воронок и каналов. А вот когда такая сфера приближается к какому-либо миру, то она может быть захвачена общим полем пары занимающейся тем славным делом, которое способствует рождению новых детей. Ну а затем эта Сущность, соответственно, воплотится в новом теле, - усмехнулся Мерк.

- А почему именно общим полем пары? - не удержался от вопроса Ирган.

- Нет, в принципе конечно можно и в одиночку притянуть какую-либо Сущность, но что толку? В одиночку ты ей новое тело не дашь, а в поле планеты втянешь, но тогда кто его знает, сколько ей придется болтаться, ожидая своего воплощения…

- То есть, если Сущность была втянута в поле какого-либо мира, то покинуть его она может только после того, как получит воплощение и проживет в этом мире хотя бы одну жизнь? - перебил Ирган, явно попутно о чем-то размышляя.

- Вообще да, по наблюдениям практикующих именно так, - отозвался Мерк, с любопытством взглянув на него и пытаясь угадать, что же вдруг так овладело мыслями нового дежурного, - Но вообще-то я не окончил. Таким образом, после своего рождения ребенок тоже представляет собой практически закрытую энергосферу. И лишь после того, как он начинает двигаться и вообще активно проявляться, внутри этой сферы образовываются те самые слои, воронки и каналы. Человек как бы начинает "вживаться" в ткань мира, учится управляться с различными энергиями, которые свойственны этой планете и в результате между ним и этим миром налаживается энергетический взаимообмен.

- То есть энергетика планеты неоднородна, так что ли? – задумчиво прищурился Ирган и тут же добавил, - Хотя, если внутри энергосферы взрослого человека есть различные слои, то вряд ли стоит удивляться что и в энергосфере планеты тоже есть различные слои…

- Ну да. Что-то типа того, - улыбнулся Мерк и продолжил, - По мере своего развития и все более активного проявления в мире, человек подключается ко все большему числу различных слоев энергетики планеты и внутри его сферы образуется все больше каналов. И вот тут мы подходим к самому интересному.

Он глотнул совсем остывшего чая, поморщился и открыв окно выплеснул его.

- Во-первых, разные путешествующие Сущности несут в себе совершенно разную энергию. Во-вторых, тот запас энергии, который они принесли с собой в мир и в котором содержится основной результат их прошлых воплощений, они хранят в центре груди, возле сердца. В-третьих, канал, выходящий из макушки головы, соответствует интуитивному способу восприятия мира, или как это еще называют - интуиции. То есть, это когда человек, что называется, "седьмым чувством" понимает, что ему надо делать. И если суметь настроить канал в районе макушки в резонанс с областью сердца…

- В резонанс?! - перебил Ирган, удивленно вскинув брови.

- Да. Все биоэнергетические структуры постоянно вибрируют. Соответственно у них есть частота колебания, как, к примеру, у электромагнитных полей. Так вот, если же настроить этот канал в резонанс с запасом, хранящимся возле сердца, то человек подключится этим каналом к тому слою энергетики планеты, который наиболее соответствует уровню развития его истинной Сущности. Соответственно тогда он будет интуитивно знать, чем ему стоит заниматься в этом мире для того, чтобы его жизнь прошла без лишних ошибок и с максимальной пользой для раскрытия его различных способностей. Как вполне обычных, так и способностей по манипуляциям с биоэнергетикой, которые в определенных кругах принято называть "магическими". Причем продолжит он при этом с той же ступени развития, которой достиг в прошлом воплощении.

- То есть это что получается? Ускоренная эволюция? - слегка ошалев от такой новости, воззрился Ирган на своего напарника, - И кем же ты станешь в результате?!!

- Да, это ускоренная эволюция. Это - на твой первый вопрос, - усмехнулся в ответ Мерк, - А в результате ты сильно поменяешься. Как минимум, ты станешь совершенно по-иному воспринимать окружающий мир. Короче - ты станешь другим.

- Лучше или хуже?

- Понятие "лучше", как и понятие "хуже", может быть применено к какому-то человеку только в совокупности с целью, в перспективе достижения которой ты оцениваешь какие-либо качества этого человека, - тут же отбарабанил Мерк на одном дыхании.

- Чего-чего? – удивленно уставился на него новый дежурный.

- Ну, например, хочешь ты девицу в постель затащить, то тогда оцениваешь ее с точки зрения сентиментальности чувств и рациональности мышления, - устало вздохнул Мерк, - Если в ее образе восприятия окружающего мира сентиментальность превалирует над рациональностью, то она для тебя "лучше", так как навешав ей на уши всякую романтическую лапшу, ты вполне можешь достичь своей цели. Если же наоборот, то у тебя, скорее всего, ничего не получится. Ну, разве что если ей от тебя нужно то же самое. Конечно, это так, грубо…

- Зато понятно, - помолчав ответил Ирган, - Ты это сам придумал?

- Не совсем, - расплылся в довольной улыбке Мерк, - Это, так сказать, вольная интерпретация на основании наблюдений описанных другими практикующими.

Он встал и, подойдя к компьютерам, просмотрел показания на контрольных мониторах. По-прежнему все было спокойно, тем не менее, пора было сделать ежедневный визуальный осмотр оборудования. Предупредив Артана о том, что покидают свою комнату, и надев пояса с фонариками, инструментами и рациями, двое дежурных отправились по техническим коридорам энергокомплекса осматривать силовые магистрали и коммуникационные линии управления.

- Слушай, а почему ты постоянно говоришь, что это "на основании наблюдений"? - шагая по длинным гулким тоннелям, продолжил начатую тему Ирган.

- Потому что каждое из Искусств - это своеобразный сплав из двух основных компонентов. Первый - это описания результатов наблюдений за энергетической "изнанкой" мира, которую абсолютное большинство людей даже не осознают. Те, кто практикует Искусства, постоянно обмениваются такими описаниями в виде личных рассказов или в виде целых книг. Второй - это описания некоторых действий, которые нужно выполнять, чтобы развить определенные навыки способствующие в наблюдении за той самой "изнанкой". Если нет какого-либо одного из компонентов, то тогда это не Искусство, а просто чушь какая-то, - Мерк открыл дверь в помещение агрегатов обеспечивающих вентиляцию энергокомплекса и, включив вместо тускло горевшего дежурного освещения основное, принялся за осмотр.

- Ладно, с этим вроде понятно, - обдумав услышанное, вновь начал его напарник, - Тогда, раз уж мы подняли всю эту тему, то меня интересует еще такой момент: Как ты, как практикующий Искусство, относишься к традиционным религиям? И как ты относишься к таким заявлениям, как о Сотворении и Единой Высшей Силе?

- Ну, с первым дело обстоит так. Практикующие называют религии "застывшими Искусствами". Смысл этого в том, что периодически в мир приходила и воплощалась какая-нибудь достаточно сильно "продвинутая" Сущность, которая, используя опыт и знания, наработанные до воплощения в этом мире, а так же полученные уже непосредственно в этом мире, увлекала за собой большое количество народа. При этом эта Сущность давала своим последователям наиболее удачное на тот момент описание энергетической "изнанки" мира, а так же законов, придерживаясь которых можно было успешно развиваться в существовавших тогда условиях. Но с "застывшими Искусствами" есть серьезная проблема. И даже не одна. Во-первых, зачастую ото всех, кроме особо приближенных, почему-то скрывались методы развития тех способностей, которые позволяют наблюдать "изнанку" мира. Поэтому "застывшие Искусства" заранее были обречены на статичное существование. Во-вторых, сами люди всю историю этого мира старались вывернуть переданную им информацию так, что бы не их действия соответствовали новым знаниям, а наоборот - новые знания обслуживали их прежние желания и устремления. В итоге это выливалось в то, что "застывшие Искусства" вообще вырождались и становились некими подобиями политических игрищ. И в-третьих, мир не стоит на месте, он постоянно изменяется, как и меняются наши знания о нем. Соответственно и те представления об обустройстве мира, которые "продвинутые" древних времен передали своим последователям, тоже должны как-то соотноситься с новыми знаниями и дополняться ими. А как раз до этого-то последователи "застывших Искусств" додуматься и не могут. Да они, кажется, вообще думать не умеют, - Мерк презрительно сплюнул, - Так что, не думаю что будущее за ортодоксами. Насчет же Сотворения, практикующие считают, что имеет место эволюция, а не акт творения с заранее разработанным планом и каким-то абсолютно точно известным финалом. Но причинами эволюции считают совершенно другие факторы, чем к примеру те, о которых говорит официальная наука. Для практикующих такие факторы - Высшие Силы, работа которых проявляется как воздействие соответствующих потоков энергий.

- То есть энергии и есть Высшие Силы? - недоверчиво перебил Ирган.

- Нет. Высшие Силы - они личностны. То есть, это тоже некие Сущности, которые передают, или можно еще сказать "перекачивают", по Вселенной потоки соответствующих энергий, - ответил Мерк, попутно обходя консоли всех двигателей, - Таким образом эволюция для практикующих - это постоянно продолжающийся акт творения-разрушения под воздействием Высших Сил. И можно либо содействовать в нем и идти вперед, не сбрасывая со счетов и свои личные силы, либо как тупой баран ползти в общем стаде.

- Это что, такой плевок в сторону Пастуха Небес? - широко улыбнулся Ирган, - Не жалуешь ты его, как я посмотрю.

- Точно! - рассмеялся Мерк, снимая вентиляционную нагрузку с электродвигателя, предназначенного для завтрашнего ремонта, вводя вместо него в работу резервный и задавая на его консоли рабочие параметры, - Хотя, если уж быть более точным, то не его лично, а тех, кто на основании того, что он говорил, соорудил свою религию. Слишком уж мало было им сказано и, по-моему, как-то уж слишком невнятно для того, чтобы строить по таким изречениям свою жизнь. Я бы например свою по ним строить не стал… И не строю…

Со странным чувством того, что чего-то не хватает, он еще раз обошел помещение и опять подошел к только что включенному двигателю. Повинуясь смутному наитию, Мерк открыл панель силовых коммутационных контакторов и несколько секунд смотрел на нее, а потом тихо выругался и попросил Иргана выключить основное освещение.

- Что там? - полюбопытствовал тот.

- Иди сюда, только аккуратно, - отозвался Мерк, - Смотри, - указал он, когда его напарник подошел поближе.

При тусклом дежурном освещении было хорошо заметно, как один из контактов начинал потихоньку нагреваться и уже светился темно-багровым светом...

- И чем бы это могло кончиться? - задумчиво поинтересовался Ирган когда они уже сообщили о неполадке Артану и, введя назад в работу прежний агрегат, продолжили свой путь по пустым коридорам.

- Ну, в лучшем случае сработало бы автоматическое отключение и аварийная сигнализация. Двигатель бы отключился, а Артан погнал бы нас разбираться, в чем дело, и снова подключать движок, который до этого отключали. В худшем случае, - Мерк состроил жуткую рожу и заговорил замогильным голосом, - что-нибудь бы не сработало и тогда начался бы пожар с задымлением вентиляционных систем. А потом огонь охватил бы большую часть энергокомплекса. И при этом половина его персонала задохнулась бы в дыму. А оставшаяся половина погибла в огне пожара и при последовавшем взрыве реакторных котлов, - не выдержав, он рассмеялся.

- Ну-ну… - недоверчиво улыбнулся Ирган.

- Кроме шуток. В самом худшем случае так бы и было, - становясь совершенно серьезным сказал Мерк, - Правда там несколько уровней защиты и контроля, так что самый страшный случай маловероятен.

- А как ты догадался проверить? - поинтересовался новый дежурный.

- Понятия не имею! - радостно откликнулся его напарник и подмигнув добавил, - Интуиция в действии!


***

На следующий день аудиенции у Властителя Мира высокому послу д`хагонов пришлось ждать не столь долго, как в первый раз. Еще до полудня Властитель Эллаль пригласил его к себе.

Поскольку вчерашняя помпезность явно не произвела на Джах Х`вея никакого впечатления, то на этот раз было решено обойтись без нее и провести встречу в более приватной обстановке, в одном из дальних уютных уголков дворцового сада, куда слуги заранее принесли все необходимое. Да и вопросы, которые предполагалось затронуть, лучше было обсуждать без излишнего внимания.

Не забыл Эллаль исполнить и свое обещание в отношении брата. Властитель Срединных Земель Нидуммунд так же был заранее поставлен в известность относительно деталей назначенной аудиенции. Таким образом, к моменту встречи оба Властителя были уже на месте и когда появился д`хагон, сопровождаемый отправленным за ним посыльным, можно было, не теряя времени, сразу переходить к делу.

- Доброго дня тебе, Джах Х`вей, - приветливо обратился к послу Властитель Мира, и они вместе с братом поднялись со своих мест ему навстречу, - Позволь представить тебе моего брата Нидуммунда, Властителя Срединных Земель. Он будет присутствовать на нашей сегодняшней встрече. Если ты не возражаешь, конечно.

- Свидетельствую вам мое почтение, Властители, - произнес посол д`хагонов свое обычное приветствие, - Никаких возражений конечно же.

- Замечательно, - доброжелательно улыбнулся Эллаль, - В таком случае, прошу, присаживайся, и обсудим наши дела.

- Итак, - начал он, когда все заняли свои места, - Сперва хочу сразу сказать, что вопрос об оказании тебе содействия в поисках разрешился положительно.

- Превосходно, Властитель, превосходно, - тут же откликнулся д`хагон и закивал головой с таким видом, словно он и не сомневался в подобном исходе.

- В качестве же ответной услуги, возможность которой ты сам нам и предложил, - продолжал тем временем Властитель Мира, немного поражаясь такой уверенности своего гостя, - я бы хотел выслушать твое мнение по поводу одного вопроса, касающегося... э-э-э... некоторого затруднения, с которым мы периодически сталкиваемся в процессе освоения этого мира.

- Очень хорошо, Властитель, очень хорошо. Я с радостью выскажу свои соображения по интересующему тебя вопросу, - Джах Х`вей слегка склонил голову и сложил руки в уже знакомом согласном жесте, - Возможность сразу расплатиться за твои услуги меня воодушевляет, поскольку нет ничего хуже висящих на тебе долгов. В связи с какими же именно проблемами ты хочешь, чтобы я предоставил свои суждения?

- О, уважаемый Джах Х`вей, к чему нам излишняя спешка? Я нисколько не сомневаюсь в твоих способностях и в широте твоих познаний, но любое разбирательство требует точности в деталях, поэтому дай мне немного времени, чтобы собраться с мыслями и ничего не упустить. Пока же, прошу тебя, угощайся, - и Властитель Мира сделал радушный жест в сторону стоявшего перед собеседниками низкого столика с установленными на нем тремя изящно отделанными кубками и широким блюдом до краев наполненным различными фруктами.

- Да-а-а, кстати! - внезапно весело воскликнул он, словно вспомнил забавный казус, - А вот у моего брата, когда он узнал о том, что ты прибыл в этот мир в одиночестве, зародились некоторые сомнения в отношении прославленной мудрости д`хагонов. Он считает, что такой шаг был не совсем благоразумен. Дескать, твое дело не из тех, с которым можно управиться в одиночку.

С трудом удержавшись от того, чтобы на его лице не отразилось возмущение от такого бессовестного передергивания фактов, Нидуммунд развел руками и изобразил немного виноватую улыбку, мол, ну да, такой вот я недоверчивый, что уж тут поделать.

На чешуйчатой же физиономии д`хагона не проявилось совершенно никакой эмоции. С невозмутимым видом он взял с блюда один из сочных плодов и, откусив от него, стал спокойно жевать. Причем, был ли этот фрукт ему действительно по вкусу, или ел он его только потому, что так предложил ему Властитель Мира, было тоже совершенно не понятно. Особенно учитывая то, что согласно преданиям д`хагоны предпочитали совершенно другую пищу.

- Должен высказать свое признание твоей проницательности, Властитель Нидуммунд, - наконец произнес он, неторопливо покончив с плодом, - Действительно, возникшие предо мной препятствия явились неожиданностью, и столкнуться с таковыми я не рассчитывал. Прибыл же я к пределам этого мира отнюдь не в одиночестве.

Только отчаянным усилием воли обоим правителям удалось не выдать того, какие эмоции разбудило в них это заявление.

- Джах Х`вей, я не хочу показаться грубым, но к чему тогда тебе наше содействие? И не изволишь ли ты скрывать что-то от нас? - вымолвил Властитель Эллаль, невольно переходя при этом на уже гораздо менее добродушные интонации.

- Если у тебя, Властитель Мира, сложилось впечатление, что я пытаюсь просто использовать вас как инструмент для осуществления неких неблаговидных намерений, то должен такое предположение незамедлительно опровергнуть, - тут же поспешно откликнулся д`хагон, - Прошу заметить, что я сказал "к пределам этого мира". Дело здесь в том, что, приблизившись к этому миру и понаблюдав за ним некоторое время с расстояния, мы обнаружили в нем наличествующие признаки цивилизации. А как я уже сообщал, ранее д`хагоны посылали в этот мир своих представителей, и до не столь давнего времени связи с ними не были утеряны.

Эти два нюанса заставили нас предположить, что обнаруженная цивилизация есть цивилизация, возникшая при содействии именно тех самых наших представителей. Затем, как это совершенно обоснованно, возник вопрос и о возможной причине утраты контактов с ними. И здесь наиболее вероятными версиями произошедшего нам представились две - болезнь, против которой у них не нашлось противодействия, или силовой конфликт с коренным населением, в процессе которого они были истреблены.

Выяснить это более точно с расстояния уже не представлялось никакой возможности, и, как это совершенно очевидно, именно поэтому мы сейчас с вами, Властители, и разговариваем, - витиевато закончил он свое повествование.

- И все-таки, уважаемый посол, - вступил в разговор Нидуммунд, - Твой рассказ отнюдь не прояснил почему, выражаясь твоими словами, в пределах данного мира ты все-таки один.

На пару мгновений д`хагон остановил на Властителе Срединных Земель свой долгий взгляд с таким видом, будто тот его чем-то очень сильно разочаровал, а затем произнес:

- Прошу прощения, Властитель, но неужели это не ясно? Если в этом мире представителям моего вида угрожает какая-то опасность, то не лучше ли для поиска задействовать только одного? Ведь в этом случае риск потерь сводится к допустимому минимуму.

Невольно проникшись уважением к тому спокойствию, с каким посол д`хагонов практически заявил о том, что он не исключает возможности не вернуться из своей миссии, Нидуммунд скользнул взглядом по лицу брата и понял, что тот вполне был склонен поверить этому рассказу. Все изложенные соображения по поводу "допустимых потерь" всецело укладывались в то, что было известно из хроник и преданий о способе рассмотрения д`хагонами подобной ситуации. Жизни представителей своего народа д`хагоны ценили всегда и рисковали ими только в случае крайней необходимости. Что, впрочем, отнюдь не распространялось на их отношение к жизням представителей других рас.

- Что ж, уважаемый Джах Х`вей, мотивы которыми руководствовались те, кто тебя сюда направил, понятны мне всецело, - подытожил Эллаль, - Однако не понятно то, почему бы им самим не оказать тебе непосредственное содействие?

На мгновение показалось, что по лицу д`хагона промелькнуло выражение крайней усталости, какое иногда бывает у отчаявшегося что-либо объяснить безнадежному глупцу. Впрочем, ответил он с неизменной спокойной вежливостью:

- Но ведь есть возможность воспользоваться вашим содействием, Властитель. Причем, как ты сам и указал, вы уже давно закрепились и хорошо освоились в здешнем мире.

Рассеяно потерев висок Властитель Мира глубоко вздохнул и усмехнувшись произнес:

- Что ж, почтенный посол, должен признать, что вовремя заметить удачно подворачивающиеся возможности и воспользоваться ими ты умеешь... Впрочем, мы кажется сильно отвлеклись от нашего первоначального вопроса.

- Да, Властитель Эллаль, если не ошибаюсь, ты собирался сообщить о некоторых затруднениях, с которыми вам довелось столкнуться, - охотно подтвердил д`хагон, - А так же пожелал выслушать мои соображения по поводу возможных причин их возникновения.

- Совершенно верно, Джах Х`вей, совершенно верно... Вот только никак не пойму, с чего же мне лучше начать? - с задумчивым видом принялся рассуждать правитель, - Дело то не такое уж и простое...

- Непростые дела, как мне представляется, лучше всего рассматривать с самого начала, Властитель Мира, - тактично прервал его д`хагон, - Или, по крайней мере, с того, что кажется началом.

- Ну-у-у, в таком случае придется рассказывать прямо с того дня, когда мы прибыли в этот мир, - широко улыбнулся на это Нидуммунд, - Или даже, скорее всего, с последних дней нашего пребывания в прежнем мире...


***

…Подойдя к воротам городища, Турн махнул рукой, поприветствовав стражу, и нагнулся, отряхивая снег и отвязывая снегоступы. Хвала Иллю и Скадди, охота вышла удачной - на поясе болтались четыре куропатки. Особенно принимая во внимание то, что городище в последнее время принялись осаждать группы волков, выживающие охотников из ближайшего леса и сами изничтожающие всю добычу в округе.

- А Сигги вчера принес только двух, - довольно подумал он, - Вообще если так пойдет, то поблизости скоро никакой добычи не останется. Придется уходить дальше, и не в одиночку, как сейчас.

- Поберегись! - раздался сзади зычный окрик и топот скачущих лошадей.

Турн поспешно отошел в сторону. Мимо него, разбрасывая снег из-под лошадиных копыт, проскакали три седока. Стража при их приближении немедленно открыла ворота и приехавшие не задерживаясь направились к дому Ительги.

- Вот это дела – три друида, - провожая гостей озадаченным взглядом, подумал Турн, - Впрочем, один из них - это Страй, которого восемь дней назад куда-то отправил Ительга. Похоже, что-то будет… - и, миновав стражников на воротах, Турн направился к себе...


Разобравшись с добычей и охотничьим снаряжением, молодой человек решил обсудить с отцом увиденное.

- Отец, к нам гости пожаловали. Два друида. Не знаешь зачем? – и Турн сел рядом с конунгом за стол.

- Знаю. Их позвал Ительга, он решил с их помощью еще раз проверить твой меч. Не дает он ему покоя. Похоже он считает, что все эти последние дела – духи эти в лесах, волки, да и внезапная непоседливость наших воинов, как-то связаны с твоим мечом, вернее с тем древним камнем. Перед тем как Страя отправить, он мне все это объяснял, и еще какую-то друидовскую заумь – что-то там про возмущение магических высей, недовольство божественных сил и тому подобное. Кстати, это по его просьбе я тебя попросил без особой надобности меч не таскать. А то… вроде как… мелкими неприятностями не отделаемся… Ну да ладно. В общем, скорее всего, к вечеру надо будет ждать гостей, - и Ларн хлопнул ладонью по темным доскам стола.

Однако конунг ошибся – гости появились только на следующий день после обеда. Когда по наставлению отца, переданному Дальвигом, Турн немедленно явился в дом, вся троица друидов была уже там.

- Ордан – глава Совета друидов кланов нордлингов и Бьоригон – один из лучших в своем искусстве среди окрестных кланов, - представил прибывших Ительга.

- Турн – мой сын, и, скорее всего, мой приемник. Только ему, кажется, больше нравится шататься по лесам и лазить по окрестным фьордам, – в свою очередь сказал Ларн.

- Опять он за старое, хоть бы не при посторонних, - недовольно подумал Турн, вежливо склоняя голову в сторону седобородых, но крепких друидов.

- Ну что же вот и познакомились, а теперь давайте не будем тянуть и перейдем к делу, - произнес Ордан.

Голос у него оказался густым и низким, аж мурашки пробегали.

- Мы уже знаем твою историю Турн, так что пересказывать ее еще раз нет надобности. Лучше я расскажу другую историю, о которой не многие знают и которая немного прольет свет на твою странную находку.

- Интересно, есть ли в округе хоть кто-нибудь, кто еще не знает о моей странной находке? - ехидно подумал Турн.

Ордан взглянул на молодого человека и, словно в ответ на его мысли, слегка усмехнулся, но тут же спрятал усмешку и начал рассказ.

- Это история о наших богах и зарождении народа нордлингов. Но эта - не из тех, которые любят рассказывать скальды о могучих Всевышних, наставляющих героев на подвиги. Так вот, в очень давние времена, этими краями владел один странный народ – если верить преданиям, то они называли себя альвингами. Я не стану их описывать. Видение, которое посетило тебя, Турн, на холме, было весьма четким, так что ты и сам знаешь, как они выглядели. Жили они преимущественно в больших лесных поселениях, доступ в которые для чужаков был очень сильно ограничен, или в небольших укрепленных замках в горах. Зачем некоторые из них жили в таких замках, наши предания не рассказывают. Во времена, когда предки нордлингов впервые повстречали народ альвингов, в здешних местах совершенно не было ничего такого, чего последним стоило хоть сколько-нибудь опасаться. Хотя возможно так было не всегда, и некоторые из них просто привыкли к подобному образу жизни.

Говорится, что народ этот достиг очень больших высот, как в различных ремеслах и искусствах, так и в познании мира и овладении тайными знаниями. Наши же племена в то далекое время еще только-только научились обращаться с огнем и с кое-какими орудиями. Ну и оружием, конечно же. Легенды говорят, что альвинги в те времена уходили из этих земель и готовились оставить их совсем. Причина этого не уточняется, возможно, она была не понятна тогда нашим предкам. Но дело в другом: говорится, что альвинги были очень опечалены тем, что большая часть из того, что они познали и достигли, остается непонятной и недоступной тем, кто останется наследовать эти земли. И тут небеса улыбнулись народу альвингов, а особенно - нашим предкам.

Предание говорит, что случилось настоящее чудо – небо открылось и по радужному мосту в этот мир, Ирд как стали называть его в последствии нордлинги, пришел один немногочисленный род. Они были людьми, как и наши предки, но превосходили их во всем. Сами они называли себя эйсары. Они то и положили начало народу нордлингов, как народу. И именно они стали в последствии нашими богами.

При этих словах конунг Ларн вскинул голову и удивленно посмотрел на Ордана.

- Да, конунг Ларн, именно так, - улыбнувшись сказал друид, - и не удивляйся. И ты, если когда-нибудь сможешь воспитать целый народ и научишь его жить и удачно противостоять всем трудностям, обязательно станешь для него богом. И обретешь бессмертие до тех пор, пока этот народ будет существовать, и будет тебя помнить и почитать. Но продолжим рассказ.

Одним из пришедших был сын мудрого эйсара Водуана. Сын Водуана первым и сумел найти общий язык с тогдашними хозяевами наших земель, и именно его мы знаем под именем Хэйимдаль. Это имя, кстати, было дано ему альвингами. Настоящего же его имени не знает никто из нордлингов. По крайней мере, никто из живущих. Впрочем, вы и сами знаете, что тем, кто отличившись в бою, погиб за свой народ, или тем, кто принес ему нескончаемую славу, Хэйимдаль после смерти открывает свое настоящее имя и освобождает от последующих перерождений. По крайней мере, до тех пор, пока не придет время Последней Битвы. Битвы богов с порождениями нижних миров, желающими захватить наш мир и подчинить его своим законам.

Так вот, именно Хэйимдаль, которого нордлинги называют своим отцом, и пришедшие с ним, взяли под своё управление наших предков. Их работа продолжалась достаточно долгое время, но впрочем эйсары уже тогда были практически бессмертны, и не страшились времени. В это же время альвинги постепенно покидали наши края, уплывая на своих кораблях куда-то за море.

Тут уже Турн навострил уши и внимательно посмотрел на Ордана, ожидая продолжения. Друид вновь спрятал усмешку и не заставил себя долго ждать.

- После того, как нордлинги научились жить в соответствии с обычаями и законами, данными им богами, и не враждовать по пустякам хотя бы между собой, последние из уплывающих альвингов выбрали из каждого клана по одному человеку. Это были люди наиболее способные к познанию магии и им были переданы некоторые из тайных знаний этого мира. Так было положено начало тому, что известно как чародейство друидов. Альвинги передавали друидам знания о свойствах трав, камней и деревьев, о лечении болезней, о путешествиях в мирах бестелесных духов и об общении с животными. Но никогда и ничего не говорили о способах войны. "Этому вы и сами научитесь", - говорили они. И действительно, этому люди научились сами, причем довольно быстро.

Впрочем, я немного отвлекся, - вновь улыбнувшись и обводя взглядом собравшихся, сказал Ордан.

- Что же касается твоей находки Турн, то похоже один из числа уходящего народа не захотел покидать этот замечательный мир. По крайней мере, покидать навсегда. Что ж, это вряд ли может быть удивительным. Поэтому он оставил то, что оставил, и вложил в это часть своей силы, и возможно значительную часть. Эту-то силу, по мнению Ительги, и пробудил ты, Турн, своей силой.

- Но, почтенный Ордан, откуда у меня какая-то сила? Я никогда не был сведущ в друидовском чародействе! – не удержавшись воскликнул сын конунга.

- У каждого человека от рождения есть некоторый запас силы, который он расходует в течение всей жизни, причем не важно, на повседневные дела или на чародейство – это зависит только от врожденных склонностей. Или же он может разом выплеснуть всю свою силу в каком-то одном мощном действии. В твоем случае это был именно мощный выплеск. Обычно если такой выплеск направлен на совершенно не нужное никому, кроме самого человека, дело, то он потом быстро чахнет и в скорости умирает. Но твой случай, похоже, был иной. И кто-то из Высших дал тебе еще один запас силы.

Друид на время умолк, потер виски и вновь продолжил:

- Не знаю, почему именно тебе выпала такая судьба и почему именно от твоего прикосновения просыпается камень, а ко всем остальным остается глух. Но мы собрались здесь не для того, чтобы выяснять это.

Ительга сказал нам, что, по его наблюдениям, каждый раз, когда камень в твоем мече находится при тебе, он наблюдает необычные возмущения небес и при этом ощущает недовольство наших богов. Как раз для этого мы и собрались здесь – чтобы попытаться определить причину их недовольства и понять, что же делать дальше.

Ордан замолк и выжидающе поглядел на Турна и конунга.

- И? – вопросительно протянул Ларн, приглашая друида продолжать и чувствуя, что сейчас тот скажет главное.

- Мы хотим провести ритуал и Турн должен принять в нем участие, поскольку его находка больше ни на кого не реагирует, – прямо ответил глава Совета друидов.

- И это опасно, да? – полуутверждающе произнес конунг.

- Возможно, поскольку Турн не обучен путешествовать в мире духов. Но поскольку он будет не один, опасность не будет особенно велика. Но она все же есть.

После этих слов всеобщее внимание обратилось на сына конунга.

- Ну и каша заварилась. Вмешательство высших сил, недовольство богов и наследие альвингов. И похоже от всего этого будет зависеть судьба клана, – думал Турн, скользя взглядом по изгибам древесных линий на крышке стола.

- Я приму участие в ритуале, – произнес он, поднимая голову.

- Хорошо, начнем сегодняшним вечером, как стемнеет, в доме Ительги. И не забудь меч, - одобрительно кивнул Ордан и трое друидов, попрощавшись, вышли из избы.

Конунг проводил их, а затем подошел к окошку и немного постоял, глядя вслед уходящим. Потом отвернулся от окна, похлопал Турна по плечу, и тоже вышел из избы, направляясь куда-то по своим делам. Чувствовалось, что уверения главы Совета друидов не смогли изгнать его опасений.


Как только стемнело, Турн взял меч и вскоре уже стучался в дверь дома Ительги. Дверь отворили и он вошел внутрь, пройдя в основную комнату. Внутри избы горела только одна свеча и царил полумрак. Сразу бросились в глаза изменения – в избе было почти пусто. Исчезли охапки трав, ранее развешанные по стенам, не было стола, скамья была только одна. На нее то и усадили пришедшего, пока остальные проводили подготовку к ритуалу.

Вскоре на стены были развешаны какие-то амулеты из друидовских запасов, горевшая до этого свеча была погашена, а по углам были зажжены четыре другие. Затем была принесена чаша с каким-то горячим и пахучим настоем. Турна посадили на пол в центр, лицом к одной из свечей. Друиды же встали между свечами с разных сторон от сидящего, Ордан и Бьоригон – спереди, а Ительга и Страй – сзади. Затем была произнесена молитва Хэйимдалю и Водуану, сразу по окончании которой Бьоригон сунул в руки Турну чашу и велел выпить настой. В несколько глотков молодой воин осушил чашу и все замерли в молчании. Немного погодя Турн почувствовал, как по телу расползается теплая волна, и его стало клонить в сон. Заметив это, Ордан велел ему по возможности не напрягать мускулов, не закрывать глаза и смотреть на него и Бьоригона. Одновременно с этим стаявшие сзади Страй и Ительга стали читать какие-то заклинания в своей обычной напевной манере.

Смотреть сразу на двух друидов стоящих с разных сторон оказалось весьма непростой задачей. Да еще и свет свечи, стоящей спереди, стал вдруг нестерпимо ярким и постепенно начал заполнять весь обзор. Так, некоторое время, Турн пытался привыкнуть к ставшему необычно ярким свету и старался не упускать из виду обоих друидов.

Внезапно он понял, что уже некоторый отрезок времени не видит перед собой ни свечи, ни друидов, ни самой избы. Вместо этого все заполнял мягкий красновато-золотистый свет, каким иногда бывает солнце летом на закате. И еще в этом свете угадывались какие-то нити из оранжевого света, создававшие впечатление более плотных и весомых. Потом среди этого света появился какой-то размытый и переливающийся силуэт, который поставил перед Турном его меч острием вниз и свел его руки на рукояти.

- Кто-то из друидов, - догадался он, и перевел взгляд на меч.

А посмотреть было на что: Снизу от земли через острие меча и через тело Турна потек поток медово-желтого света, чуть более тусклого, чем рассеянный вокруг, но тем не менее, тоже приятного на вид. Этот поток доходил до самоцвета в навершии меча, в который, в свою очередь, сверху спускался луч яркого серебристого света. Такой имела бы, наверное, луна, если бы ей довелось стать такой же яркой как солнце. Оба этих потока немыслимым образом соединялись в камне и расходились из него в разные стороны золотистыми лучами, еще более яркими, чем свет разлитый вокруг.

Турн некоторое время зачарованно любовался необычной картиной. Затем он заметил, что кроме этого, к камню идут еще и несколько тоненьких оранжевых нитей и еще одна гораздо более толстая, становившаяся постепенно все толще и толще. Оторвав свой взгляд от меча, воин принялся осматриваться вокруг. И вдруг далеко, почти на грани видимости, шевельнулась какая-то блеклая темная тень. Внезапно Турн ощутил на себе пристальное внимание этой твари, и даже показалось, что расслышал радостное утробное рычание. По спине пробежал отвратительный мороз, а блеклая тварь вдруг стала приближаться с пугающей скоростью.

В следующий момент он почувствовал сильный удар в плечо и очнулся в доме у Ительги. Страй тут же выхватил меч из рук и зажал ему рот, а Ордан приложив палец к губам призвал к молчанию и спокойствию. Некоторое время друиды молча напряженно стояли, словно прислушиваясь к каким-то отзвукам. Затем Ордан расслабился, сделал знак отпустить Турна и подать ему очередную чашу с напитком.

- Что это за… тварь? Была? - пытаясь унять дрожь в руках произнес тот в промежутках между глотками.

- Извини, Турн, но это тот случай, когда чем меньше знаешь, тем лучше спишь, - сказал в ответ старший друид.

- Спать, кстати, ты сегодня останешься здесь, - как бы между прочим добавил он, но возражать почему-то совершенно не хотелось.

Тем более, что у Турна опять стали слипаться глаза. Впрочем, на этот раз уснуть ему никто не мешал, наоборот – помогли лечь на лавку и укрыли меховым одеялом.


На следующее утро молодой человек проснулся с головой на удивление ясной. Друиды уже успели восстановить знакомую обстановку, и сидели за столом снова прихлебывая какой-то травяной настой. Поприветствовав сидящих Турн вышел на улицу и сунул голову в сугроб. Затем он с довольным рычанием потряс волосами, отряхивая снег, и вернулся в избу. Видя его довольное лицо друиды дружно рассмеялись, а Страй достал еще одну чашу и сделал приглашающий жест.

Когда Турн уселся за стол и получил свою долю напитка, Ордан сказал:

- Ну что, похоже все прошло удачно. Теперь пусть каждый расскажет, как он видел происшедшее.

Первым, конечно, предложили начать Турну, а затем каждый из друидов изложил то, что видел он. В основных чертах все рассказы были очень похожи. Только по словам друидов выходило, что все вокруг не было залито золотистым светом, а шар такого света окутывал самого Турна. И уже из этого шара периодически вырывались прерывистые лучи. Также все друиды увидели нити, тянувшиеся к самоцвету, но только трое из них видели их все, а Страй видел только одну – самую толстую. Что же касается твари, то первым ее разглядел Ительга. Он же сразу и ударил Турна по плечу, приводя его в обычное сознание. Ордан и Бьоригон за этот короткий отрезок времени успели уловить лишь отзвук ее присутствия, а Страй же вообще ничего не успел почувствовать, но, тем не менее, на знак своего наставника среагировал мгновенно, выхватив меч у Турна и закрыв тому рот.

- Что ж, вот значит как… Значит не зря мы все здесь собирались. Теперь совершенно ясно, что нашему другу Ительге все это не пригрезилось, - подал голос Бьоригон.

- Да, совершенно ясно… - задумчиво протянул Ордан, - Остается решить, что нам теперь делать.

- Может, зарыть этот камень обратно? - робко спросил Страй.

- Вряд ли стоит это делать, неспроста же он объявился, столько времени спустя, - тут же откликнулся Бьоригон.

- Но и оставлять его в клане нельзя, это будет постоянно притягивать к нам нежелательное внимание, - немедленно высказал свое мнение Ительга.

- Да, это тоже верно. Все походит на то, что какие-то силы в этом мире стали заинтересованы в том, что осталось от наследства альвингов. И они прямо-таки тянут этот камень к себе, раскачивая небеса и нарушая их равновесие к недовольству наших богов, – продолжая сидеть с задумчивым видом, вновь подал голос Ордан, - Кстати, кажется все заметили ту нить, самую толстую, которая тянулась от самоцвета?

Тут же остальные трое друидов замолкли и повернули головы в сторону побережья.

- Все верно, она уходит куда-то туда, за море, в сторону заходящего солнца.

Внезапно ладони у Турна вспотели. Он уже понял, кому доведется отправиться в сторону заката. Подняв голову, он посмотрел в лицо Ордану. Тот чуть прикрыл глаза и лишь слегка кивнул головой. Все становилось на свои места.

- Глава Ордан, я хочу услышать ответ еще на один вопрос. Что это за твари кидаются на камень? И откуда взялись призраки альвингов в наших лесах, если все они покинули этот мир? – пристально продолжая глядеть на главу друидов, спросил Турн.

- Вообще-то это два вопроса, - не торопясь откликнулся тот, и шевельнул пальцем, явно на что-то намекая Бьорнингу.

- Что ж, - незамедлительно сказал тот, вставая из-за стола, - сегодня же к вечеру мы уезжаем. Страй помоги мне подготовить коней, - с этими словами Бьорнинг направился на выход.

На лице младшего из друидов отчетливо отразилось недоумение. Но после того, как и Ительга встал со словами:

- Пожалуй, я вам тоже помогу, - и тоже отправился на выход, Страй не решился сказать хоть слово возражения и послушно отправился следом.

Как только за вышедшими закрылась дверь, Ордан внимательно посмотрел на Турна и заговорил:

- То, что ты сейчас услышишь, знают даже не все из друидов, только те из них, кто входит в Совет. Остальным же из нордлингов вообще подобные предания неизвестны. Видишь ли, Турн, с исходом альвингов было не все так гладко, как в тех преданиях, которые обычно поют скальды.

Был один из кланов альвингов именуемый Уэнанны. Во главе него стояла Гэльвейг. У альвингов такое бывало, чтобы во главе клана стояла женщина. Она была очень умелой в тайных искусствах, но превыше ее мастерства была ее властность. И она не захотела покидать этот мир, оставляя его во владение низшим существам, какими она считала тогдашних нордлингов, и неведомо откуда заявившимся выскочкам, каковыми называла эйсаров. Гэльвейг пришла к нашим богам и потребовала, чтобы они передали племена нордлингов под ее управление. Вышла очень серьезная размолвка, вылившаяся в столкновение клана Уэнаннов и сородичей Хэйимдаля. Во время боя были потери и с той и с другой стороны. Самой Гэльвейг несколько раз наносили серьезные раны, но она излечивала их буквально на глазах, черпая силы прямо из магической ткани небес.

И это не обошлось без последствий – далеко на востоке от наших земель вырвались на свободу выходцы нижних миров. Это были существа огромного роста, еще меньше напоминающие людей, чем альвинги. Некоторые из них были уродливы на вид, но некоторые отличались и необычной красотой. О них ты должен был слышать от скальдов – это эйтоны. Вторгшиеся тоже были искуссны в магии, но их искусство было другого рода. Они могли легко повелевать всеми стихиями враждебными людям. Также они могли буквально вытянуть из противника огонь жизни. Наши предки говорили, что человек при этом впадал ступор, какой бывает, когда охотник замерзает в лесу, и помочь ему после этого не могло ничего.

Когда вести об этом докатились до сражавшихся, то немедленно было установлено примирение. И теперь эйсарам пришлось усмирять незваных гостей. В итоге, равновесие все-таки было установлено, новые пришельцы больше не появлялись, а альвинги продолжили исход. После ухода альвингов эйсары постарались закрыть магические пределы от возможных вторжений и занялись уже только нордлингами. Гэльвейг же по одним легендам ушла одной из последних, по другим - осталась навсегда в этом мире блуждать призраком, как и погибшие в последних войнах альвинги или те из них, кто не успел уйти к назначенному сроку.

Ордан замолчал и, коротко взглянув в окно, продолжил:

- Турн, я хочу попросить, что бы то, что я тебе рассказал, никто из твоих уст никогда не услышал. Альвинги сделали нам гораздо больше хорошего, чем доставили неприятностей. Нет надобности лишний раз наводить тень на память ушедшего народа.

Ну, как мне кажется, с призраками мы разобрались. Что же касается той тени, то, по-моему, это дух одного из эйтонов. Некоторые из них тоже навсегда остались блуждать в этом мире в бесплотном виде.

- А теперь давай отправимся к твоему отцу. Нужно обсудить с ним предстоящие задачи, - после короткой паузы добавил друид.


Вот уже некоторое время конунг Ларн хранил молчание и подавленно сидел, упершись взглядом в ладони. Только что Ордан сообщил ему последние новости. На Ларна они произвели ошеломляющее впечатление. Конунг, несмотря на свой солидный возраст, всегда остававшийся крепким и статным, вдруг как-то сразу постарел и плечи его опустились.

Наконец, он собрал волю и, подняв голову, произнес:

- Быть посему! – твердость вернулась в его взгляд, и голос опять преисполнилась силы.

- Молодец, отец. Вождь, он всегда вождь! – одобрительно подумал Турн, глубоким вдохом пытаясь удержать охватившую его дрожь, и стараясь, чтобы присутствующие не заметили, как предательски намокли глаза.

Вдруг дверь широко распахнулась, и в комнату ворвался Сигги.

- Он… Я… Это… Он никуда без меня не отправится! – наконец выпалил он, тыча пальцем в своего товарища.

- Стоим под дверью и подслушиваем разговоры старейшин? Выйди отсюда вон, - ровным голосом сказал Ларн, не глядя в его сторону.

- Конунг Ларн! Я поплыву с Турном! - взвился Сигги.

- Поплывешь. А сейчас - выйди, - таким же ровным голосом ответил Ларн.

Рыжеволосый тут же осекся и шагнул за порог, аккуратно прикрыв за собой дверь.

- Ну вот и порешили, - подал голос Ордан, - Мы сегодня отправляемся назад, а вы начинайте приготовления к отплытию. Когда все будет готово, Ительга пришлет Страя с вестью, и я еще раз наведаюсь к вам.

С этими словами он встал из-за стола и, попрощавшись, вышел.

- Знаешь, Турн, я давно ждал чего-то подобного. Когда твоя мать, да не забудут о ней Хэйимдаль и Вэндис, родила тебя, колдунья-повитуха сказала, что ты покинешь нас гораздо раньше, чем я могу предполагать. Так что, остается только благодарить богов, что ты покидаешь нас живым и идешь на важное дело, – задумчиво произнес конунг, глядя по своему обыкновению в окно вослед уходящему.

После этих слов он улыбнулся и показал пальцем в окно. На улице возле крыльца нервно расхаживал Сигги.

- Хороший парень этот Сигги. В свое время, когда я был еще молод и отправился в свой первый набег, его отец заслонил меня от копья стражника одного из торговых кораблей. Его мать, узнав о гибели своего мужа, бросилась со скалы в море. После этого твой дед взял Сигги в наш дом и уже на смертном ложе велел мне проследить, чтобы приемыша воспитали достойно. Не как сына конунга конечно, но все-таки… Эх, пусть боги будут благосклонны к ушедшим, – вздохнул Ларн, помолчал и продолжил, – Ну, да ладно, хватит старых историй. Отправляйся к Галарду и передай ему мой наказ: Пусть он выжмет из тебя и твоего рыжего друга все соки, но к отплытию вы должны быть в состоянии потягаться с любым бывалым воином нашего клана. А я займусь приготовлениями драккара.

Дальнейшие дни слились в одну однообразную полосу. Галард каждый день спускал по семь шкур со своих подопечных, заставляя их учиться нападению и обороне с мечом, копьем или кинжалом, при щите или без такового, а так же борьбе вообще безо всякого оружия. Конунг же организовывал постройку нового драккара и его снаряжение к плаванью, а так же рассылал гонцов по окрестным кланам и принимал откликнувшихся на весть о наборе дружины.


К началу мореходного сезона все было готово. И вот в избе конунга за столом вновь сидели Ларн, Турн и Ордан с Ительгой.

Ордан достал скатанную трубочкой выделанную овечью кожу и развернул ее на столе. Вдруг он повернул голову к двери и к удивлению присутствующих сказал:

- Лучше чтобы на этот раз ты был с этой стороны двери.

После этих слов дверь приоткрылась и в проем просунулась знакомая всем рыжая голова.

- Ну надо же! - разведя руками с усмешкой сказал конунг, - Ладно уж, заходи, лишним ты не будешь.

Сигги прошел и, покраснев, присел на край лавки около стола.

- Что это ты сегодня такой скромный? – не удержавшись, съязвил Ларн, чем еще больше вогнал того в краску.

- Это карта нашего мира, - Ордан перевел всеобщее внимание на шкуру, что была расстелена на столе, – Она досталась друидам от альвингов. Это единственная такая карта. Уже много лет мы храним ее, перерисовывая один в один по мере того, как старая приходит в негодность. Но радоваться рано – берега в наши дни сильно отличаются от тех, что нарисованы на карте.

- Ну-ка, где тут наше побережье? – оживился конунг, пододвигаясь к ней поближе.

- Вот, здесь, - ткнул пальцем Ордан.

Некоторое время Ларн разглядывал извилистые линии, затем произнес:

- Что-то в некоторых местах берега очень сильно отличаются… Вот этих больших островов, например, я вообще не знаю… А тут, дальше на юг, если мне не изменяет память, нет вот этого огромного мыса. Вместо него большущий пролив между островами и побережьем.

- Да, верно. Как я и сказал, берега сильно изменились, особенно после последней войны эйтонов и богов. Тогда были сильные потрясения на земле и на небесах. Вообще предания о том, как под конец войны боги затопили мир в крови эйтонов, и из них спаслись единицы, а среди летнего дня наступила ночь, а затем и зима, длившаяся два месяца, вы должны были слышать.

Все дружно закивали головами в знак согласия.

- Но как бы то ни было, другой карты, дающей хотя бы некоторое представление о землях за морем, у нас нет.

- А это что такое, - осмелев сказал Сигги и указал на странный знак в углу карты напоминавший вытянутую снежинку с восемью лучами.

- Таким знаком альвинги обозначали направление на звезду на носу Звездного Бера. Впрочем, можешь забыть о нем, в наше время он тоже неверен, – откликнулся Ордан, - Ну что, вот вроде и все. Эта карта – для вас, Турн. Да не гляди так, для себя мы сделали еще одну. Что теперь? Проводы и пир?

Конунг посмотрел на молодых людей, те разом погрустнели.

- Что-то не хочется никаких пиров, - ответил Турн.

Сигги кивнул в знак согласия.

- Как знаете. Мы же с Орданом в любом случае сегодняшнюю ночь проведем в молитвах за успешный исход вашего странствия, - впервые за весь разговор подал голос Ительга.


И вот драккар, идя под парусом и на веслах, уходил все дальше и дальше от родных берегов. Турн отвернулся от скал за кормой и принялся рассматривать свою команду. Всего в отряд вместе с Сигги и Турном набралось пятнадцать человек.

Фэйлар, Тальфиг, Эйлим и Даньги. Четверо молодых воинов пришедших из соседних кланов – такие же непоседы как Сигги. Вон они уже опять оживились и треплют с ним какие-то байки.

- Интересно их родичи-то хоть знают, куда подались отпрыски? – подумалось Турну, глядя на них.

Асгар, Эмеральд и Эттинг. Трое уже бывалых воинов и опытных мореходов. Пришли из какого-то дальнего клана. Суровые и замкнутые люди. По тому немногому, что удалось о них вызнать, каждый из них потерял всех родных при набеге на их городище какого-то полудикого племени. Похоже, щадить себя в будущем походе они не собирались.

- Впрочем, на обезумевших берсерков они не похожи, и это к лучшему. Вряд ли нам потребуются бойцы, сметающие всех без разбору на своем пути в пылу схватки, – и молодой ярл перевел взгляд на пятерку воинов, что сидели за своими веслами в полном молчании, спокойно и равномерно погружая их в зеленоватые волны.

Гвенблэй, Мьюндэль, Бельгемир, Фрэккинг и Даргин. Из всех прибывших именно они удивили Турна больше всего.

Однажды, когда Турн и Сигги под наблюдением Галарда закрепляли полученные уроки, к площадке для тренировок подошла пятерка воинов. Все они были одеты в одинаковые безрукавки из волчьих шкур, и у каждого за спиной висели меч и щит. Понаблюдав некоторое время за поединком двух молодых воинов, один из пришедших привлек к себе внимание Турна, и завел разговор:

- Хэйа! Молодой воин-волк, это ты собираешь отряд для исполнения воли богов?

- Вообще, да, отряд набирается, - ответил, немного удивленный Турн, – но почему ты меня так назвал?

Вместо ответа пришелец скользнул недоверчивым взглядом по волчьим хвостам на куртке Турна и, помолчав, спросил:

- Скажи, молодой воин, кто научил тебя такому бою?

- Наш воевода, - ответил Турн, поворачиваясь в сторону Галарда.

К его удивлению, воевода сидел на корточках под деревом, на ствол которого он еще совсем недавно небрежно опирался спиной, наблюдая за своими молодыми подопечными. И его поза уже не была расслабленной и небрежной, а взгляд выдавал крайнюю степень собранности.

Несколько мгновений пришелец и Галард пытливо разглядывали друг друга. После чего воин в волчьей безрукавке приложил правую руку к левой стороне груди, а затем поднял ее вверх открытой ладонью в сторону Галарда. После такого странного приветствия пришелец вновь обратился к Турну:

- Меня зовут Гвенблэй. Я и пришедшие со мной хотели бы присоединиться к твоему отряду.

- Хорошо. Тогда сейчас идите к вождю клана Ларну и обсудите с ним детали, - ответил тот, указывая путь к дому конунга.

- А ведь никому из приглашенных еще не было сказано, что отряд отправляется выполнять волю богов… - промелькнула мысль, когда вновь прибывшие повернулись чтобы уходить.

- Гвенблэй, откуда ты знаешь про волю богов? Тебя прислал кто-то из друидов? – задал Турн вопрос вдогонку уходящему.

- Нет. До нас вести доходят другими тропами, – полуобернувшись, коротко ответил воин.

Проводив пришельцев взглядом, Галард подошел к Турну и Сигги и задумчиво сказал:

- Ну, друзья мои, вам или очень повезло, или очень не повезло… - после чего тоже направился к дому Ларна.

Больше тогда Галард не сказал про этих людей ни слова.

А вот и последний из набранного отряда. Он не прибыл последним, но вплоть до дня отплытия конунг Ларн и Турн ломали головы, стоит ли брать его в отряд. Звали этого парня Брэгги, и он, видите ли, был скальдом. Впрочем, боги не обделили Брэгги силой, а Галард, погоняв его по тренировочной площадке, остался вполне доволен. Но решающее слово в отношении молодого скальда сказал, как это не удивительно, сам Ордан. Оказалось, что он и Брэгги были уже давно каким-то образом знакомы. И глава друидов, немного удивившись встретив того в клане Свергардов, настоятельно посоветовал Турну взять Брэгги с собой.

- Впрочем, этот Брэгги кажется все равно, как все скальды, немного не от мира сего. Вон опять чего-то крутит головой и разглядывает облака и волны…

- Эй, Брэгги, - окликнул певца Турн, - может, споешь чего-нибудь?

- Да, давай, Брэгги! - откликнулось еще пара голосов.

Скальд улыбнулся, и, не выпуская весла, запел. Сильный и ровный голос поплыл над волнами:


Берег родной за кормой,

Снова мы в море уходим

Что там нас ждет

К чему приведет

Владыка морской

Нэйодор.


Ветер соленый в парус

Весла в крепкие руки

Лучше чем старость

Яростный бой

Так завещал нам

Доннер


Но тех, кто остался, помни

Так говорил Хэйимдаль нам

В сердце своем

Ты их храни

О роде всегда

Помни


- Возможно, мы его действительно взяли не зря, - подумал Турн, глядя на лица своей дружины, слушавшей песню…


***

Сменяя друг друга, прошла пара рабочих недель, за которые двое напарников успели стать хорошими друзьями. Мерк узнал, что его новый товарищ к моменту их знакомства успел окончить технический колледж, в настоящее время попутно с работой обучался в "Академии социальных взаимоотношений" и, в отличии от Мерка, уже успел жениться. Необычное же его увлечение всякими магическими заморочками обуславливалось в большой степени тем, что в глубокой древности в его роду многие из мужчин были весьма сильными и уважаемыми знахарями.

Затем в одну из смен, которая приходилась на выходной день, сразу же после того как за предыдущими дежурными закрылась дверь, Ирган заявил, что ему пришлись по нраву идеи Искусства, практикуемого Мерком. Что он тоже хотел бы изучить методы, которые оно предлагает для ускорения развития способностей своих последователей. И что начать он хотел бы прямо сегодня.

- Ну что ж, - ответил его напарник, - Тогда для начала хочу тебе сказать, что это вряд ли сделает тебя каким-то Супер Крутым, Супер Великим и Супер Могучим мира сего. Но при этом, как минимум, твоя жизнь станет более разнообразной, чем у абсолютного большинства людей. И еще, - Мерк внимательно посмотрел на товарища, - Я тебе уже говорил, что практики этого Искусства запускают процесс ускоренной эволюции? В первую очередь это проявится в том, как ты будешь воспринимать окружающий мир. Поэтому со временем может оказаться, что тебе стало просто не о чем общаться с очень многими прежними знакомыми. Их стиль жизни, их традиции, интересы и сам образ их мыслей могут стать для тебя скучными и чуждыми. Конечно, это произойдет не сразу и не в один миг, а постепенно. Но чем дальше ты будешь практиковать развивающие методы, предлагаемые этим Искусством, тем больше будешь ощущать свое отличие от окружающих. Так что советую еще раз все обдумать.

- Ну, ты прямо будто запугать меня решил, - напряженно рассмеялся Ирган.

- Нет. Просто взвесь еще раз, насколько тебе нравится твоя теперешняя жизнь, и действительно ли ты хочешь ее изменить, - улыбнулся в ответ Мерк, и сделав страшные глаза заговорщицки продолжил, - Кстати, советую тебе припомнить, что в древности считалось, что если колдун или маг не оставил после себя хотя бы одного ученика, то он не найдет успокоения и после смерти.

- Да, а кстати, почему? - заинтересовался Ирган.

- Не знаю, - задумчиво потер переносицу его товарищ, - Возможно, это из-за того, что все взаимодействие в мире основано на принципе передачи энергии от одного объекта к другому. Поэтому, если маг не передал свой опыт хотя бы одному человеку, то тем самым он как-то нарушил этот закон… Другой ответ мне на ум пока не приходит…

На некоторое время в помещении дежурки повисла тишина. Ирган продолжал раздумывать, а Мерк отошел в сторону и, чтобы не мешать ему, молча смотрел в окно.

- Хорошо, я все-таки не меняю своего решения, - наконец услышал он за своей спиной, - Я хочу начать.

Мерк не торопясь обернулся:

- Ну что же, если действительно хочешь, значит надо начинать. Самой первой задачей для начинающего является выработка навыков по установке "внутренней тишины". Смысл этого в следующем: для начала представь себе постоянно работающий насос с множеством подключенных шлангов, все ресурсы которого при этом задействованы целиком и полностью.

- Ну, представил, - немного иронично усмехнулся Ирган.

- Так вот, этот насос – человек, который, как ты и сам знаешь, в своем обычном состоянии связан с окружающим миром различными каналами, проходящими через его энергосферу. По этим каналам, или в данной аналогии – по этим шлангам, он постоянно обменивается энергетикой с окружающим миром. Причем не важно, для обмена с кем его ресурсы задействованы и насколько человек вообще осознает, на что они расходуются. Установка же "внутренней тишины" как раз и является первым шагом по обучению умению отслеживать, на что затрачены твои ресурсы. Следующим шагом будет отключение от тех объектов и структур, которые тебе в принципе уже не интересны, и подключение за счет высвободившегося резерва к тем, которые тебе интересны.

- Подожди, подожди, - остановил его товарищ, - Поподробней насчет задействованности всех ресурсов человека и насчет каких-то там структур можешь?

- Легко. После рождения ты начинаешь вплетаться в мир. У тебя налаживаются те самые каналы связей с родителями, друзьями, женщинами, корпорацией, страной и еще много там с кем. Посредством этих каналов происходит обмен энергией между тобой и кем-то-там-еще, за счет чего ты либо чему-то учишься и получаешь какой-то опыт, либо попусту перекачиваешь энергетику туда-сюда. Кстати, если не уметь контролировать такие связи, то они могут существовать очень долго…

- То есть такие ненужные связи постоянно откачивают мою энергию? – тут же возмутился Ирган.

- Ну, это не совсем верно, - усмехнулся в ответ Мерк, - Конечно, при определенных условиях, ты можешь тратить энергии больше чем получаешь, но обычно сколько ты получаешь ровно столько же и тратишь. Поэтому, правильней будет сказать что ты вынужден отдавать то, что мог бы потратить с большей пользой, а взамен - получать то, что тебе не интересно и не способствует развитию и постижению чего-то нового.

- Что-то не понял. Ну-ка объясни…

- Хорошо, объясняю: Внутри твоей энергосферы есть каналы, через которые ты с кем-либо обмениваешься энергией, и есть несколько воронок, через которые ты при соответствующих умениях можешь собирать ее непосредственно из энергослоев планеты. Каждая из воронок внутри твоей энергосферы отвечает за взаимодействие с соответствующим таким слоем. А каждый такой слой – за различные способы которыми можно воспринимать окружающий мир. Но это ты должен по идее и сам знать…

- Да-да, это я знаю, - тут же подтвердил Ирган, - Ну там, один слой - за эмоциональное восприятие, другой – за ментальное, еще один – за инстинктивное, ну и так далее… Вроде считается, что всего их семь, но про все надеюсь рассказывать незачем?

- Кому? Мне? Мне точно незачем, - расплылся в довольной улыбке Мерк и вновь став серьезным продолжил, - Так вот. Для создания каналов связей человек может затрачивать либо тот запас внутренней энергетики, который он принес в этот мир с собой, либо тот, который ему удалось собрать за счет приобретенных умений. Умение же собирать энергию несколькими самыми простыми способами у человека имеется уже на инстинктивном уровне, не нужно даже особо напрягаться, чтобы их задействовать. Соответственно и определенным излишком ресурсов он уже может запастись.

Дальше же, можно либо затратить свои ресурсы на создание таких каналов-связей, посредством которых ты научишься взаимодействовать с уровнем ментального способа восприятия окружающего мира, или даже с более тонким уровнем – интуитивного способа восприятия, либо можно остановиться на каналах-связях соответствующих уровням инстинктивного или эмоционального восприятия. Что кстати большинство обычно и делает.

Так что, к некоторому времени человек оказывается обремененным огромным набором как раз таких связей, которые в принципе-то вовсе и не являются необходимостью. Причем, учиться каким-либо новым способам собирать энергию непосредственно из окружающего мира, или хотя бы учиться разумно расходовать то, что уже есть, вовсе никто не торопится. Соответственно, после определенного момента в жизни человека, на создание каких-либо новых связей его уже не хватает. И естественно, ни о каком-либо дальнейшем развитии и обучении другим способам восприятия мира говорить уже и не приходится.

- Вот, дерьмо! - выругался в сердцах его напарник, - Ну да ладно. Значит, человек – он как насос. Он может перекачивать энергетику либо непосредственно между собой и различными существами, либо через общие для них энергетические слои планеты. И может при желании и соответствующем умении эти свои шланги отключать от одних объектов и подключать к другим. Верно понял?

- В общих чертах, да.

- Хорошо, насчет связей между людьми вроде все понятно, - после некоторого молчания объявил Ирган, - Но как там насчет связей с корпорацией и страной? Да, и насчет каких-то структур тоже?

- Один из уровней, по которому осуществляется обмен энергетикой, это ментальный уровень или мысли, - опять пустился в объяснения Мерк, - Поэтому когда несколько людей думают об одном и том же, например, о том, что они служащие какой-то корпорации, то энергетические сгустки их мыслей переплетаясь образуют новую структуру. Такую структуру принято называть энергоинформационной и через нее между этими людьми происходит обмен соответствующей энергетикой. Так что, если ты к примеру считаешь, что твоя корпорация способствует удовлетворению всех твоих интересов - нет проблем, можешь, что называется, продаться ей целиком и полностью, со всеми мыслями и потрохами. Если же нет – просто отрабатывай получаемую тобой зарплату, выполняя действия предусмотренные заключенным тобой контрактом. Потому что в противном случае, при постоянной озабоченности какой-либо темой, связанной с работой, на это задействуется весьма не хилая доля твоих личных ресурсов.

Так что, умение контролировать то, на создание каких связей распределены твои ресурсы, штука весьма полезная, - подытожил он, похлопав своего друга по плечу.

- Однако к самой твоей работе советую отнестись весьма и весьма внимательно, - серьезно добавил он, и, рассмеявшись, пояснил, - А то, на хрен, взлетим тут чего доброго на воздух по твоей милости!

- Да, вот еще что… - Мерк крутанул в воздухе пальцами, словно ловя ускользающую мысль, - Подобные же структуры могут образовываться и общими эмоциями, и общими желаниями, но современный человек привык действовать в мире полагаясь в основном на свой ум. Поэтому-то установление "внутренней тишины" начинают с установления "мысленной тишины" и данное Искусство придает этому умению особое значение.

Ирган некоторое время молчал и "переваривал" услышанное.

- Ну хорошо, - наконец сказал он, - С теорией вроде все понятно. А что там насчет практики?

Мерк сосредоточился и, стараясь ничего не упустить, стал рассказывать:

- Первым делом тебе необходимо удобно сесть, желательно с прямой спиной и максимально расслабить все мышцы. Причем именно все, включая те, которые двигают глазами и управляют мимикой лица. Дальше нужно успокоить свои эмоции и свое дыхание. Дыхание твое должно быть тихим, самопроизвольным, и совершенно свободным, без какого-либо малейшего напряжения. После того, как только тебе удастся успокоить свое дыхание, необходимо перестать думать.

- Я не шучу. В прямом смысле, - добавил он, заметив удивленный взгляд своего товарища, - Большую часть времени внимание человека полностью захвачено мыслями, крутящимися в его голове. Чтобы в область твоего внимания попало что-то действительно новое, оно должно перестать сосредотачиваться на той мысленной мешанине, которой постоянно заняты твои мозги. А чтобы в его область попало именно то, что действительно является основой твоей Сущности, оно вообще должно максимально освободиться от всего внешнего, а затем уже переключиться на то, что находится внутри тебя.

- Внутри, это около сердца? - уточнил Ирган.

- Именно там, - подтвердил Мерк, довольно отмечая что прежние разговоры не канули в пустоту, - Но я бы тебе посоветовал, пока не научишься останавливать мысли, сосредотачивать внимание на дыхании. Сосредотачиваться в области сердца будешь потом. Запомнил, что надо делать?

- Ну, запомнил… - неуверенно протянул его напарник, - А вообще, у меня может не получиться?

- Не гони, давай-ка. Понял? - Мерк пристально поглядел ему в глаза, - Во-первых, ты физически здоровый человек, если бы было не так, то все было бы гораздо сложнее. А во-вторых, у тех, кто читает такие странные книги, какие читаешь ты, не получаться не должно.

- То есть надо в себя поверить, так? – тут же подтянулся Ирган

- Все достижения в Искусствах это не результат веры или неверия, это результат приложения усилия и выбора способа, которым ты действуешь. И не морочь себе голову, если ты действительно сумеешь расслабиться физически и сосредоточить все свое внимание на плавности и спокойствии дыхания, то мысли постепенно сами отключаться. Это в большой степени просто вопрос времени и терпения. Главное – чтобы на дыхании было сконцентрировано действительно все твое внимание, и чтобы оно ни на что больше не отвлекалось.

Все, я пошел к Артану на пульт, если что случиться - вызовешь по коммуникатору. Так что садись и начинай практиковаться, - и Мерк, насвистывая как ни в чем не бывало, вышел из дежурной комнаты прихватив с собой рацию.

Весь день он просидел в помещении главного пульта, болтая с Артаном о всяких жизненных мелочах, а когда смена через пару часов уже должна была закончиться, попрощался с начальником и направился к себе.

Зайдя в комнату дежурной службы Мерк не удержался от улыбки. Ирган сидел на стуле с закрытыми глазами, а на его физиономии царило выражение полного покоя и отрешенности.

- Почувствует или нет? - подумал Мерк и уловив сферическую границу энергооболочки своего товарища "толкнул" ее уплотненным энергоимпульсом.

Тот вздрогнул и открыл глаза.

- С приземлением, - усмехаясь поприветствовал его напарник, - Как самочувствие?

- Круто! - расплылся в улыбке Ирган, - Такое ощущение, как после месяца отпуска. Причем будто весь месяц спал сладким сном. Особенно здорово было когда после полного успокоения погружаешься внутрь себя, а потом будто уплываешь куда-то высоко вверх…

- Я вообще-то просил тебя пока воздержаться от концентрации внимания на области сердца, - внимательно поглядел на своего друга Мерк.

- Ну, я, в общем, и не старался это делать, - немного растерялся тот, - Как-то само собой получилось…

- Ну-ну. Может ты у нас какой-нибудь особо одаренный, а? - не удержался от иронии Мерк, и после паузы добавил, - Вообще, говорят, что после того как кому-то одному удалось достичь определенного опыта, остальным он дается гораздо легче. Что ж, возможно, это действительно так…

- Кто говорит? - полюбопытствовал Ирган.

- Практикующие, конечно же, кто же еще…

Передав дежурство следующей смене, друзья вышли из здания энергокомплекса и отправились к остановке монорельса. Ирган хоть и вышел из состояния "внутренней тишины", но мысли его оставались тихими, плавными и неторопливыми. Глядя на ясное осеннее небо, он без всякой суеты вспоминал все, что было сегодня сказано его товарищем.

- Слушай, а почему ты не хотел, чтобы я начинал сразу сосредотачиваться на сердце? - спросил он Мерка.

- Потому что, очень грубо говоря, то о чем ты думаешь большую часть времени, является для тебя самым настоящим "богом", которому ты поклоняешься и которому отдаешь все что получаешь от окружающего мира. А задействовав тот запас энергетики, что обычно хранится возле сердца, и будучи при этом по-прежнему мысленно подключенным к какой-нибудь отстойной структуре ты мог бы запросто подарить этот запас не тому "богу". Или попросту просрать то, что является основой твоей Сущности, - не церемонясь в выражениях объяснил тот, - Именно поэтому практики достижения "внутренней тишины" рекомендуется поначалу, пока ты не научился устанавливать полную "тишину", чередовать с чтением книг каких-нибудь продвинутых практикующих. Считается, что в этом случае хотя бы поделишься своим запасом с единомышленниками. А так остается только надеяться, что большую часть своих мыслей ты до сегодняшнего дня посвящал чему-то дельному.

Ирган ничего не ответил. Он почему-то ни на секунду не сомневался, что этот свой запас он сегодня не "просрал", как изволил выразиться его напарник.

- Ну вот, - сказал Мерк когда они стояли на остановке, - теперь можешь оттачивать это состояние. Когда оно полностью заполнит тебя от макушки до пяток и ты почувствуешь, что твое внимание уже не уносится вверх, поговорим о следующем шаге.

- Слушай, а откуда ты все это знаешь? Обо всей этой биоэнергетической кухне? - задумчиво глядя на тянущееся вдаль полотно монорельсовой дороги, спросил Ирган, - И сколько ты сам уже идешь по пути, предложенному этим Искусством?

- "Идешь по пути", это ты интересно назвал… - рассеяно откликнулся его товарищ, и добавил с ироничным пафосом, - Идущий по Пути - это звучит гордо!

- Занимаюсь я этим в принципе недолго - девятый месяц. Кстати, того эффекта, который ты сегодня получил, я добивался гораздо дольше. И у меня "соскальзывание" вверх, в отличие от тебя, не было самопроизвольным. Пришлось потрудиться для его получения… Но сначала все равно была остановка мыслей, - продолжил Мерк уже более серьезно, - А откуда знаю… Сначала я просто увлекся книгами в которых рассказывалось о необычных состояниях, переживаемых при взаимодействии с различными слоями биоэнергетики. Эти книги были написаны как последователями Искусств, так и просто людьми, стихийно пережившими подобные состояния.

Сейчас трудно сказать из-за чего это началось, может от скуки, не знаю… Затем были всякие небольшие опыты по работе с биоэнергетикой… Но вообще-то, поначалу все это больше напоминало перемешанные кусочки головоломки. А потом я увидел у Артана книгу, в которой рассказывалось как раз об этом Искусстве. И как только прочел ее первые страницы, буквально спинным мозгом понял, что это "оно" - то, что по-настоящему оживит мою жизнь, - Мерк улыбнулся и подмигнув добавил, - Ну а в определенный момент, после достижения "внутренней тишины", все эти перемешанные кусочки будто по чьему-то магическому повелению легли в весьма четкую картину.

- Ну хорошо, скука скукой, и возможно занятие каким-нибудь из Искусств действительно способно ее развеять. Но ведь и кроме Искусств есть чем развлечься, - не удовлетворился таким объяснением Ирган, - И к тому же, ты ведь сам сказал, что даже среди Искусств есть разные направления. Тогда, почему именно это? Почему именно эволюция и ее ускорение?

- Да как тебе сказать… - пожал плечами его напарник, - Никогда не приходила в голову мысль, что люди, в абсолютном своем большинстве, никогда не задумываются над тем, зачем они делают именно то, что они делают?

- То есть? – Ирган в недоумении уставился на товарища, - Я прекрасно знаю зачем я что-то делаю.

- Серьезно? – усмехнулся тот в ответ, - Ну тогда смотри: Каждый человек участвует в деятельности какой-то подструктуры общества и, участвуя в ее деятельности, получает источник для личного пропитания. Все эти подструктуры в целом составляют весь общественно-государственный механизм. Но вот результатов конечной деятельности всего этого механизма абсолютное большинство ныне живущих людей не увидит. Просто по той причине, что не доживет до того дня, когда результат будет достигнут. Это, конечно, если он вообще еще будет достигнут. К тому же, как уже неоднократно показывала история, абсолютному большинству народа в действительности совершенно наплевать на любые идеи, которые декларируются государством как конечные. И, тем не менее, все они продолжают участвовать в деятельности этой грандиозной машины. По какой причине? Только для того, чтобы иметь кусок хлеба?

- Ну как же? Не только. Еще кусок масла к нему в придачу, - насмешливо отозвался Ирган.

- Ага. Но ведь тогда, если рассматривать существующее положение дел с такой точки зрения, то никакой другою деятельностью, имеющей какую-либо иную цель помимо добычи еды и охраны добытого, человек в своей жизни заниматься даже и не должен.

Так что, если рассуждать здраво, то например лично мне, или лично тебе, или еще какой-либо отдельной личности, в принципе не должно быть никакого дела до чего-либо не касающегося проблемы пропитания и выживания, - прокомментировал это заявление Мерк, - И тем не менее, это не так. Люди продолжают заниматься и такими делами, которые не имеют ничего общего с их насущными проблемами. Не все конечно, и даже не большинство, но тем не менее есть и такие. Почему же так происходит?

- Единственный вывод, напрашивающийся из твоих рассуждений - что существуют какие-то причины, побуждающие их к такой деятельности, - после небольшого раздумья сказал Ирган, - И что, вдобавок ко всему, поскольку люди не могут точно сказать, что же является такими причинами, они обычно остаются за пределами человеческого внимания и восприятия.

- Точно, - согласно кивнул его друг, - А о возможных таких причинах упоминается либо в религиях, либо как раз в Искусствах. Из религий лично меня ни одна не прельстила. Наверное склад ума не тот, не могу я тупо верить в те рассказы которые даже проверить никак не возможно. Так что, одно из Искусств как раз поэтому - потому, что в отличие от какой-либо религии, они предлагают конкретные действия. И результаты таких действий практикующий может ощутить еще при жизни, на собственном опыте. А там уж сам может решать, надо ли ему это.

- Ну а именно это-то Искусство почему? Почему ускорение эволюции? – продолжал настаивать Ирган.

- Именно это… Потому что именно оно, с моей точки зрения, предлагало наиболее удобоваримый для интересов отдельной личности смысл существования в этом мире – познание устройства окружающего мира, а так же раскрытие и совершенствование личных способностей, то есть – эволюционное развитие. Ну и конечно ускорение его посредством нетрадиционных способов, - Мерк вздохнув посмотрел на показавшуюся вдали монорельсовую сцепку, - Должен же быть хоть какой-то смысл в твоем существовании помимо жратвы и размножения. И должна же быть хоть какая-то цель в жизни, если уж те, которые декларируются обществом и государственным аппаратом как главные, при более жестком рассмотрении не выдерживают никакой проверки.

- Так значит, сначала это тоже была в некотором роде вера?– Ирган вопросительно глянул на товарища, - И она тоже сыграла свою роль?

- Не знаю… Можно, наверное, называть это и "верой"… Но я все-таки предпочитаю называть это "интуицией". Иногда еще практикующие называют это "безмолвным знанием". Но если бы я не стал выполнять описанные тем человеком практики, то вся эта вера ничего бы не стоила. Вслед за верой должно следовать действие, так что - действуй! – и Мерк, хлопнув своего друга по плечу, шагнул в открывшиеся двери подъехавшего вагона.

- Надо будет обязательно попросить у Артана эту книгу… - думал Ирган, провожая его взглядом и оставаясь ждать своего маршрута…


…Миновали два последних тягучих месяца осени. Дни потихоньку сменяли друг друга. Жизнь у двух друзей шла своим чередом, а работа своим. В течение этого времени Ирган, как только у него выдавались свободные часы, постоянно отрабатывал умение входить в состояние "внутренней тишины".

Попутно со своими упражнениями Ирган читал подряд все попадавшиеся ему книги о биоэнергетике, Искусствах, древних учениях и даже о традиционных религиях. При этом он засыпал Мерка кучей всевозможных вопросов постоянно требуя, чтобы тот высказал свою точку зрения по тому или иному поводу. Напарник его в таких случаях всегда сперва предлагал ему самому подумать и оформить собственную формулировку ответа, и только если у того ничего не выходило или выходила очень неуклюжая трактовка, сам брался за дело. При этом он обычно еще и делал вид, что чрезвычайно огорчен непонятливостью своего друга и вздыхал так горестно, будто всерьез сомневался в наличии у того хоть каких-то зачатков интеллекта. Впрочем, делал он это явно в шутку и на вопросы Иргана старался отвечать максимально подробно и точно. А если по какой-то теме ничего сказать не мог, то, не тушуясь, так и говорил.

Вообще, все трактовки Мерка отличались четкостью, прагматичностью и даже какой-то суховатостью. По сравнению с книгами или рассказами многих других практикующих его объяснения вообще напоминали скорее инструкции по применению, чем вольное описание своих переживаний и наблюдений. Как объяснял это сам Мерк, в этом наверняка отразился способ мышления который выработался у него при обучении в Академии, поскольку информация, получаемая человеком от любых энергоинформационных структур, неизбежно преломляется через призму его индивидуального восприятия.

Вдобавок к этому, Мерк еще и специально старался избавиться в своих трактовках от личных эмоциональных впечатлений. Поскольку он придерживался взгляда, что за всеми внешними проявлениями стоят взаимодействия энергетических потоков, то считал, что и описывать происходящее необходимо исключительно в терминах биоэнергетики.

Наконец Ирган до максимума отточил свое умение полного расслабления и вхождения в состояние "мысленной тишины". Одновременно с этим бесконтрольные соскальзывания сознания куда-то вверх стали постепенно прекращаться. Гораздо чаще вместо этого он, после остановки мысленной мешанины и приближения к состоянию полной "внутренней тишины", продолжал оставаться внутри своей энергетической сферы. И при этом стал ощущать некоторые интересные подробности этой практики, которые до того ускользали от его внимания.

Оказывается, что все то время, пока он сидит в таком состоянии, на него сверху, из области находящейся примерно в метре над головой, стекает мягкий энергетический поток, который затем опускается сзади вдоль позвоночника, держась при этом примерно на расстоянии в полметра от спины. И чем сильнее была его сосредоточенность на этом месте вверху над головой, и чем более его состояние приближалось к состоянию полной "внутренней тишины", тем более интенсивным было течение этого потока.

Это было в точности так, как описывалось во многих рассказах других практикующих. Кроме того, этот нисходящий поток постепенно проникал в его энергосферу, до предела раздвигая ее границы и попутно растворяя внутри нее какие-то уплотнения из более темной биоэнергетики. Причем от большинства этих самых плотных сгустков куда-то вдаль тянулись энергетические нити различной толщины. По мере того, как темные сгустки размягчались под воздействием нисходящего потока энергии, уходившие от них нити утягивали их за собой и они терялись где-то в непонятных пределах, а освобождающиеся места заполняла энергетика нисходящего потока. И что самое удивительное – Ирган все это видел!

- Так это наверное и есть те самые каналы, о которых говорилось! – ошарашено подумал он когда увидал все это впервые.

Причем сам тот факт, что он видит свою энергосферу изнутри и под каким-то совершенно странным ракурсом, словно наблюдает ее находясь чуть позади своего тела, причем именно видит, ошарашил его ничуть не меньше. В тот раз он даже от удивления сразу же выпал из состояния "внутренней тишины" и немедленно отправился искать своего товарища.

- И чем ты собственно так впечатлен? – хладнокровно спросил его Мерк, в тот день с самого утра возившийся с упрямой автоматикой освещения одного из этажей и по причине этого пребывавший не в лучшем настроении, - Ты же в принципе знал о существовании этих каналов, а теперь увидел. Вот и всех дел-то.

- Ну… Просто это так неожиданно, - немного растерялся от такого приема Ирган, - К тому же, почему же я их раньше совсем не видел?

- Значит, совсем не видел, да? А слабо вспомнить, кто-нибудь из практикующих что-нибудь об этом упоминал?- не отрываясь от своего занятия поинтересовался его напарник.

Ирган замолчал, практически сразу войдя в состояние "мысленной тишины", и в следующий же миг выдал пришедшее на ум воспоминание о том, что:

- "Первоначально подобный опыт очень часто происходит неосознанно и лишь затем, с каждым повторением, удается все более подробно пронаблюдать все происходящее". Вот, точно как и было сказано! – довольно прокомментировал он и продолжил, - Это из-за того что… Как же там было написано… "Та часть нашего ума, которой мы привыкли пользоваться в своей жизни, пребывая в обычном бодрствующем состоянии, весьма ограниченна и инертна. Она не может сразу и целиком переключиться на постижение того, что поначалу нам удается зацепить только самым краешком внимания."

- Ну-ну, молодец. Так что утверждать, что ты их совсем не видел, вряд ли можно. Кто его знает, что ты вообще видал в своих неконтролируемых "соскальзываниях" и о чем просто не помнишь, - глубокомысленно изрек его друг, продолжая заниматься своим делом, - Что еще сможешь вспомнить по данному поводу?

- Кажется, есть что-то насчет того, что возможность видеть энергию появляется при обретении внутреннего равновесия… Или при нахождении внутри своей энергосферы такой точки, в которой энергии уравновешены?... Нет, точно не помню. Мысль крутится, а уловить не могу, - поморщился Ирган.

- Ладно, не парься, потом припомнишь, - улыбнулся Мерк, отрываясь от щита с установленной в нем электроникой, - Кстати, я когда увидел, как выглядит одна из тех самых воронок в энергосфере, был удивлен ничуть не меньше, чем ты сейчас.

- И как она выглядит? – с искренним любопытством уставился на него Ирган.

- Как воронка конечно же! – весело рассмеялся тот в ответ, - Ну примерно такая же, как водоворот в воде или смерч. Только там внутри одного широкого еще несколько поменьше. И по смерчикам этим еще светящиеся искры проскальзывают. Вообще это видеть надо, зрелище еще то…

- Вот значит как… Все-таки как-то все это очень странно… - задумался Ирган пытаясь представить себе картинку описанную его другом.

- Говорю же тебе, не парься, - и Мерк кинул Иргану пару микросхемных сборок, - Принеси лучше такие же, только рабочие. Должна же быть от тебя польза, раз пришел…

Вскоре после этого события умение наблюдать энергетические поля стало для Иргана привычным делом. Отследить свои энергетические каналы связи или оценить эмоциональное состояние какого-либо человека по цвету ореола вокруг его энергосферы стало для молодого человека проще простого.

Одновременно с этим Ирган заметил, что если сосредоточиться на обдумывании какого-либо предстоящего события, а потом перейти в состояние "внутренней тишины", то можно уловить тянущийся куда-то вверх тоненький нитевидный энергетический канал. Проследив же вниманием вдоль такой нити, которую он для себя стал называть нитью вероятностного развития события, можно было предвидеть, как будут разворачиваться те или иные дела.

Это умение давалось ему уже гораздо сложнее, удавалось оценить только незначительные события личного характера. Но Ирган не расстраивался, надеясь, что в будущем и эта магическая способность разовьется, а так же проявятся и еще какие-нибудь.

Вообще, по мере все большего совершенствования способностей по наблюдению за тонкими энергиями, Ирган стал замечать, что многие из окружающих людей достаточно часто оказывают друг на друга какие-либо биоэнергетические воздействия. Это было тем более странно, что некоторые из тех, за кем было замечено такое свойство, уж точно совершенно не интересовались ни каким-либо Искусством, ни вообще чем-либо имеющим отношение к работе с биоэнергетикой. Этот факт приводил молодого человека в настоящее смятение очень долгое время и не давал покоя до тех пор, пока наконец в одной из книг ему не встретилось заявление о том, что очень часто какой-либо человек может совершенно неосознанно с легкостью пользоваться теми способностями, которые он наработал в предыдущих воплощениях. Утверждение сие показалось Иргану более-менее достоверным и, поскольку ничего лучшего ему так и не встретилось, поначалу было им принято как аксиоматическое.

Впрочем, Мерк постоянно остужал восторги своего товарища, связанные с раскрытиями каких-либо таких способностей, и частенько обзывал их детскими играми и чушью. Мотивировал он подобные высказывания тем, что все эти способности не представляли по своей сути ничего нового, и что у Идущих, как друзья теперь называли всякого, пытавшегося развить в себе способности к манипуляциям с биоэнергетикой, уже давно имелся достаточный опыт по работе с ними. Что впрочем, никогда и ничего не меняло в положении вещей, существующем в этом мире. По-настоящему же продвинутым Мерк считал такого Идущего, который применяя результаты достигнутые своими предшественниками, находил на своем Пути что-либо новое, что остальные ранее не встречали.

Наконец в один прекрасный день Ирган обнаружил, что он при вхождении в состояние "внутренней тишины" уже больше никуда не "соскальзывает" и что энергетический поток сверху тоже потерял свою интенсивность и стал напоминать маленький ручеек. Когда он рассказал об этом Мерку, тот удовлетворенно кивнул и для начала потребовал от своего товарища объяснить, как он понимает данное событие.

Ирган надолго умолк и уставился куда-то в окно. Потом наконец стряхнул с себя оцепенение и серьезно заявил:

- Считаю, что я максимально устранил больше не интересующие меня энергетические связи. Что запас моей внутренней энергетики настроился в резонанс с какой-то энергоинформационной структурой этого мира, и от нее я получил какие-то знания. Какие, я пока понять не могу, возможно, просто пока не встречал того, что в этом мире им соответствует.

- Любопытная трактовка, - немного удивленно ответил его напарник, - Ну да ладно, все равно неплохо... Кстати, сейчас ты наверняка чувствуешь себя очень легким и этаким "воздушным"?

- Ну да, точно. А что, это плохо? – искренне удивился Ирган.

- Да. Это плохо, - совершенно серьезно ответил Мерк, - Потому что именно сейчас ты уязвим для любого постороннего вмешательства, как дружелюбного, так и агрессивного. Сейчас тебе необходимо, не теряя настройки на этот новый для тебя энергопоток, нагружать свое физическое тело. Хотя бы просто интенсивной ходьбой. Вообще-то лучше конечно бегом, но бегать в загазованном мегаполисе может оказаться себе дороже.

Подобная нагрузка поможет тебе для начала собрать в более плотный сферический комок полученную энергетику. Если это получится, то возможно тебя ожидает один любопытный эффект. Какой, я тебе пока не скажу, а то ты будешь постоянно гадать: получится или не получится?

После этого разговора их обсуждения прекратились примерно на пару недель. В течение них Ирган в свободное время добросовестно наматывал круги по улицам мегаполиса, стремясь держаться подальше от особо оживленных проспектов и пытаясь не терять концентрации на вновь обретенном внутреннем состоянии. Да и вообще стараясь оставаться в это время по отношению ко всей окружающей его эмоциональной суете индифферентным наблюдателем. И все это в свою очередь также принесло несколько любопытных результатов.

Одним из наиболее интересных было то, что в один прекрасный день он обнаружил, как по мере увеличения физической нагрузки, его тело без всяких сознательных усилий со стороны своего хозяина начинало стягивать почти такую же энергетику как та, что до этого стекала на него сверху при проработке состояния "внутренней тишины". Только эта была немного плотнее. Причем на этот раз направление течения энергии было другим – воронки в нижней части его энергосферы интенсивно вкачивали ее из окружающего пространства и направляли вверх вдоль позвоночника. Это способствовало полному заполнению энергетической сферы Иргана этой новой энергетикой и действительно постепенно делало ее все более плотной.

Другим было примечательное наблюдение одной из сцен, произошедшей на улицах Шимаве. В тот день Ирган пребывал в состоянии близком к своему внутреннему энергетическому равновесию. Он стоял на одной из остановок подземки набитой пассажирами и вместе с другими ждал своего маршрута. Через несколько минут двое из ожидающих что-то не поделили и сцепились друг с другом в словесной перепалке. В чем именно была причина скандала Иргану было совершенно до фонаря и он поначалу хотел было вообще уйти на противоположный конец перрона и не обращать на поднявшуюся возню никакого внимания. Но, поскольку его состояние было практически оптимальным для наблюдения за биоэнергетикой, он все-таки решил встать чуть в стороне и поглядеть на развитие событий на энергетическом плане. В этот день он по-настоящему убедился в том, что биоэнергетические объекты вибрируют.

По началу энергосферы каждого из спорщиков отличались по цветовому ореолу и препирались они исключительно друг с другом. Но постепенно оба они все больше заводились, втягивались в ссору, и время от времени между ними стало промелькивать что-то грязно-мутное, словно от одного к другому перебрасывались какие-то клочки. Чем больше их внимание затягивалось перепалкой, тем все более одинаковыми становились и цвета их энергосфер. В один из моментов они стали практически идентичными, и Ирган вдруг заметил, что обоих скандалистов совершенно одинаково в буквальном смысле слова трясет от злости.

- Как два камертона вибрирующих в унисон, - мгновенно проскользнула мысль.

Не менее любопытным было то, что как только те двое попали в этот своеобразный резонанс, они тотчас стали "цеплять" тех, кто стоял от них в непосредственной близи. Это выглядело так, будто двое склочников образовали свою, замкнутую друг на друга систему, с мощностью более сильной, чем у одного человека, и теперь довольно легко могли изменять частоту колебания энергосфер тех своих соседей, которые попадали в их зону влияния. Причем получалось это у них весьма удачно. Буквально через пару минут часть пассажиров стоявших на остановке включилась в эту перебранку, а другая часть, хоть и продолжала молчать, но точно так же тряслась от негодования.

Даже Ирган, хоть и старался оставаться безучастным ко всей этой ерунде, время от времени чувствовал, как на него накатывает волна грубой и жесткой энергии, от которой его начинало потряхивать в прямом смысле слова. На энергетическом же плане это все выглядело настолько отвратно, что он вскоре счел за благо вообще ретироваться.

- Две человеческие энергосистемы, внимание которых нацелено на третью энергосистему с общей для них вибрацией, могут войти в резонанс, в результате чего становится возможным их взаимное проникновение, - пульсировала в его голове странная мысль, когда он в спешном порядке покидал перрон остановки.

Впрочем, большую часть времени в эти дни он продолжал чувствовать себя бодро и жизнерадостно, был полон свежих сил и энтузиазма. А вот потом, в один прекрасный день, притащился на работу с неожиданно повысившейся температурой и ломотой в суставах.

- Это и есть тот самый любопытный эффект о котором я тебе как-то упоминал, - резюмировал глядя на него Мерк.

- Ну и что это за эффект такой? Очень хреновый надо сказать эффект… Такое чувство, будто что-то сжигается непосредственно внутри клеток моего тела… - без всякого былого воодушевления спросил его друг.

- Просто если раньше на тот, новый для тебя, энергопоток была настроена только твоя энергетическая составляющая, то теперь и твоя физика на него настраивается. Соответственно, этот самый, новый для тебя, вид энергетики, на который ты настроился, трансформирует твое физическое тело, - последовал ответ, - Можешь особо не переживать, довольно скоро твоя физика приспособится, и неприятные ощущения пройдут. У меня это длилось дней десять, если я не ошибаюсь. Главное особо не напрягайся из-за этого и не препятствуй процессу.

- Ну-ну, надеюсь, хвост или шерсть у меня не вырастут из-за этой трансформации, - нашел в себе силы пошутить Ирган, - И как, кстати, мне не препятствовать процессу?

- Нет, ничего нового у тебя не вырастет, и ничего из того, что уже есть, не отпадет, - рассмеялся в ответ его товарищ, - просто твоя физика будет более динамичной, восприимчивой, и в дальнейшем будет лучше подстраиваться под различные энергетические потоки. И, как бы это поточнее сказать, будет лучше помнить уже пережитые состояния, так что ли.

- И что, этот эффект обязателен?

- Ну, вообще-то от него никуда не деться. Единственно, что может его облегчить, так это не загонять коней с целью получения результата как можно скорее. Степень же неприятных ощущений будет зависеть от того, насколько ты успел отравить свое тело всякой синтетической хренотенью, которую имеет обыкновение потреблять житель мегаполиса, - немного подумав, ответил Мерк, - Сейчас же тебе лучше всего просто лечь и поспать, как раз так ты и будешь меньше всего препятствовать процессу. И воды пей побольше, а я сегодня постараюсь обойтись без тебя.

- И вообще лучше бы тебе эти дни дома побыть, - добавил он, глядя, как Ирган понуро поплелся к кушетке...


***

- ...Как мне ни горько это признавать, но мир, в котором мы жили в то время, был совершенно доведен до крайности. И так уже очень долгое время он своими конвульсиями напоминал раненного, бьющегося в предсмертной агонии, а в последние дни нашего в нем пребывания, похоже, и вовсе вплотную приблизился к сумасшествию. Несколько десятков неимоверно разросшихся и переполненных городов-государств, в которых царили невероятные смрад и грязь, постоянные смуты и мятежи населения, с трудом подавляемые правителями кланов, а так же непрекращающиеся войны между последними и практически полное истощение всех ресурсов планеты - вот, пожалуй, что в первую очередь бросилось бы тебе в глаза, Джах Х`вей, если бы тебе представилась возможность взглянуть на него, - Эллаль слегка усмехнулся, - Впрочем, вероятно ты думаешь, что я все преувеличил, и что мы тогда просто оказались в самом неудачном месте того мира? - он бросил ироничный взгляд на собеседника.

- Мир, который был с радостью кем-то оставлен при малейшей возможности, вряд ли вообще можно считать удачным местом, Властитель, - покачал головой д`хагон, явно пока уклоняясь от каких-либо выводов.

- Ну что ж, в таком случае, пожалуй, продолжим, - и Властитель Мира, слегка улыбнувшись такой осторожности, вернулся к повествованию, - Непосредственно же для нашего клана все тогда началось с того, что наш с Нидуммундом отец однажды обрел способность слышать голос бога...


... Заходящее светило, заглянувшее в узкие окна цитадели правителей, бросило свои багровые отсветы на лица молчаливо сидевших братьев. Уже практически всю вторую половину сегодняшнего дня они ожидали, когда им будет позволено увидеться с отцом, но долгожданный момент все откладывался и откладывался. Как только лекари клана позволяли тому принять очередного посетителя, немедленно приглашался кто-нибудь из наиболее преданных правителю регулярных военачальников или членов правления.

Уже все из таковых побывали в апартаментах правителя и лишь двоих его сыновей по-прежнему держали за дверями.

- И все-таки, как ты считаешь? Насколько ползущие по двору слухи могут соответствовать действительности? - произнес младший, обращаясь к своему брату.

- Какие именно? - последовал встречный ироничный вопрос, - Те, которые говорят, что в результате контузии у отца стало не все в порядке с мозгами? Или те, что утверждают, что произошло чудо, и спасся он только благодаря вмешательству одного из богов-Властителей?

В ответ раздалось лишь невразумительное бормотание, и старший сын правителя невесело усмехнулся.

В нынешние времена уже очень многие всерьез не верили в то, что боги-Властители далекой древности действительно существовали, что они и в самом деле когда-то непосредственно обращались к людям и вмешивались в их дела. По большей части все, что как-либо было с ними связано, давно уже выродилось в обычный символизм, широко используемый в повседневном обиходе. Да и сами правители кланов, постоянно воюющие друг с другом из-за остатков ресурсов, предпочитали, чтобы их подданные поклонялись им самим и посвящали все свое время и все свои усилия их целям, нежели действительно беспокоились о каких-то там богах. В лучшем случае те немногие, кто еще действительно верил в их существование, считали, что древние боги-Властители разочаровались во всех своих последователях и просто предпочитают в их дела больше не ввязываться.

Сам же он ранее никогда не лез в какие-либо споры, связанные с подобными проблемами, а предпочитал лучше сосредоточить свои силы на изучении того, что могло в будущем послужить на благо его родного клана. Но в любом случае, спешить с какими-либо выводами относительно всего произошедшего не стоило до тех пор, пока они сами лично не повидаются с правителем.

- А покушавшийся действительно был всего один? - вновь не выдержал младший.

- Исполнитель был один, в этом все уверены абсолютно, - подтвердил его брат и добавил, - А вот откуда у него такая хорошая осведомленность и подготовленность, это вопрос еще тот...

- Н-да... Исполнитель один, выживший тоже только один. И тот благодаря невероятнейшей случайности, - тихо пробормотал он, припоминая все подробности, поведанные ему с глазу на глаз одним из офицеров службы безопасности, - Или все-таки не случайности? – вновь проскользнула настойчивая мысль и он, взглянув в сторону соседнего кресла, поймал в глазах своего брата точно такой же невысказанный вопрос.

Тихо скрипнули тяжелые двери, и в приемной апартаментов правителя показался очередной только что покинувший его военачальник. Вид у вышедшего был настолько потерянный, что братья немедленно подскочили и усадили его в одно из кресел. Впрочем, уже у многих, ранее выходивших сегодня из этого кабинета, вид был далеко не восторженный.

- Да что там, в конце концов, происходит? - невольно вырвалось у старшего, - Что с вами со всеми?

- А как бы ты себя чувствовал, молодой человек, если бы тебе только что сообщили, что красное на самом деле вовсе не красное, и если и не синее, то, по крайней мере желтое, - с прежним потерянным видом невнятно пояснил старый служака и, похлопав его по плечу, встал и тяжелым шагом направился прочь.

Вновь приоткрылись двери, и в них показался какой-то прежде незнакомый сыновьям правителя человек с эмблемой службы медиков на рукаве. Скупым жестом он наконец-то пригласил их обоих пройти к отцу и, спешно одернув мундиры, братья поторопились за ним.

Правитель, откинувшись на подложенную под забинтованную голову подушку и придерживая загипсованную руку, полулежал на узком диванчике стоявшем в его деловом кабинете. Весь вид его говорил за то, что вообще-то лучше бы ему сегодня было находиться в более комфортных условиях и воздерживаться от ведения каких-либо государственных дел. И, тем не менее, почти весь сегодняшний день от него выходили исключительно такие посетители, которые вряд ли были здесь только для того, чтобы просто пожелать скорейшего выздоровления.

Коротко глянув в их сторону, главный из трех дежуривших в кабинете докторов сделал им знак подойти и оба брата, приблизившись, отсалютовали правителю своего клана.

- Дети мои, сегодняшний день принес нам неутешительные известия. Наше противостояние с прочими кланами обречено на поражение. И дело здесь естественно не в том, что наши воины недостаточно доблестны или наши военачальники недостаточно способны. Дело совсем не в этом. В этой войне победителей не будет вообще, - тихим, но, тем не менее, твердым голосом произнес их отец, - Вы безусловно знаете, что обычаями, укрепившимися среди всех кланов нашего мира, регламентировано, что воины во главе с правителем, в обязанности которым вменяется защита имеющихся территорий и захват новых жизненных пространств, считаются наиважнейшей и вышестоящей кастой клана, а те касты, чьей единственной целью является обеспечение жизнедеятельности ранее указанных - более низкими по рангу.

Также вы прекрасно осведомлены, какие в результате таких обычаев отношения сложились в кланах между представителями различных каст. К примеру, членов низших каст вообще зачастую держат на положении рабочей скотины, которая должна быть счастлива, если попросту во время уберется с чужой дороги.

Все это привело к тому, что подавляющее большинство членов низких по рангу каст совершенно равнодушно относится к противостояниям между своими правителями. Они поддерживают руководящую касту и воинов только тогда, когда есть тот, кто осуществляет за ними непосредственный надзор, и не оказывают никакого самостоятельного сопротивления захватчику, если его войска избегают неоправданной жестокости, бессмысленных разрушений и мародерства. И такое отношение можно понять, потому как если человек самим фактом своего рождения навсегда поставлен в условия не оставляющие ему реального шанса на просвет в его судьбе, то для него любые высокие слова о чести клана и верности его идеалам превращаются в пустые сотрясения воздуха, и для него нет совершенно никакой разницы кто им правит. Особенно это хорошо заметно на тех наших территориях, которые уже по несколько раз переходили от одного противника к другому и обратно, и где в результате этого среди членов низших каст перемешались представители обоих противостоящих кланов.

Таким образом, все ведущиеся вооруженные конфликты уже давно превратились в дело исключительно правителей и воинов, а окончательно выиграть войну, когда значительная часть представителей твоего клана не слита с остальными в единый монолитный кулак, попросту нельзя. Поэтому все наши войны уже давно ведут лишь к пустым растратам имеющихся ресурсов и потерям людских сил. К тому же, поскольку преимущества в видах вооружений на данный момент не имеет ни одна из противоборствующих сторон, а сдача на милость победителя ничего хорошего не сулит, то и выхода из сложившейся ситуации не предвидится. И все это будет продолжаться до тех пор, пока в итоге противники просто окончательно не обескровят друг друга.

Правитель умолк и тотчас к нему подскочили все три эскулапа, принявшись вытирать испарину со лба, проверять пульс и производить еще какие-то манипуляции со своими приборами. Наконец, немного отдохнув и собравшись с силами, он вновь продолжил:

- И, тем не менее, выход у нас все-таки есть. В результате сегодняшнего покушения, которое стоило жизни многим достойным людям из моей охраны, я получил не только все эти досадные неприятности, - он, поморщившись, тронул рукой повязки, - Мне было откровение. Именно в нем мне были открыты глаза на наше удручающее положение, а также указано на единственно возможный способ, с помощью которого мы можем спасти наш клан.

Все сегодняшние дела были посвящены как раз отдаче соответствующих новых указов и распоряжений, поскольку медлить мы не имеем права. Обо всех них вам пока знать не обязательно, но про один я должен вас предупредить заранее. Этим указом устанавливается, что отныне все касты нашего клана имеют равную значимость и что ценность каждого члена клана и его положение на иерархической лестнице касты, к которой он принадлежит, будет обуславливаться только личными способностями и добросовестным исполнением своих обязанностей на благо общего дела. Поэтому я хочу, чтобы вы, мои сыновья, были примером таких новых отношений между представителями нашего клана и отныне вели себя в полном соответствии с обозначенным указом.

Я надеюсь, что вы отнесетесь к моим словам со всем должным вниманием и не заставите меня устыдиться. Теперь же ступайте, день выдался нелегкий и нам всем надо отдохнуть.

В полном молчании братья отсалютовали и, дружно развернувшись, направились к выходу, а правителя вновь обступили представители медицинской службы. Едва позади сомкнулись створки двери, как младший растеряно спросил:

- Это, что? Я теперь должен буду с каждым мусорщиком и уборщиком раскланиваться? Так что ли?...


- ...Да-а-а, - усмехнулся Эллаль, - Если даже нам было поначалу не просто воспринять ту мысль, что отец и впрямь обрел способность воспринимать одного из богов, то чего уж говорить об остальных. Тем более что все боги-Властители, которых когда-либо знал наш мир, были хорошо известны и все они имели свои облики и свои имена, а у этого, со слов отца, не было никакого имени и облик его он описать не мог. Он просто каким-то образом воспринимал его указания и все.

Предпринятые же им в дальнейшем действия были совершенно беспримерны и разительно отличались от традиционных деяний всех правителей и в отношении методов взаимодействия со своими подданными, и в отношении всей стратегии правления. Но все они, как ни парадоксально, принесли положительные результаты. Вот. Это то, что касается нашей предыстории, - Властитель Мира взял со столика свой кубок и промочил пересохшее горло.

- Прежде чем ты продолжишь, Властитель, могу ли я спросить тебя: Неужели все такие новшества были восприняты без осложнений? - воспользовавшись паузой тут же задал вопрос посол д`хагонов, - А также хочу попросить тебя сделать небольшие уточнения касательно тех действий, что были предприняты вашим отцом в качестве правителя своего клана. И которые, как ты утверждаешь, были восприняты как беспрецедентные.

- О! Конечно без проблем не обошлось! - не утерпев воскликнул Властитель Нидуммунд и, тоже присоединившись к разговору, принялся объяснять, - Поначалу, особенно среди членов так называемой потомственной воинской знати, подобные новшества были восприняты весьма и весьма недоброжелательно. Но надо честно сказать, что большинство из них были еще те паразиты! Такие получили свои привилегии по наследству, и бесспорно, давным-давно кто-то из их предков действительно отличился в боях, но сами они были полные бездарности и даже в непосредственной близи от настоящих битв ни разу не были.

Да уж, с такими проблемы действительно были! - Властитель Срединных Земель недобро усмехнулся каким-то воспоминаниям, - Но после того, как отец вышвырнул за пределы своих владений нескольких таких знатных мерзавцев, дело пошло на лад. Особенно после того, как его полностью поддержали военачальники регулярных действующих частей. Те, конечно, тоже не сразу согласились с тем, что низшие касты во многом уравняли с ними в правах, но новые распоряжения если и не всем, то, по крайней мере, очень многим из них, открывали новые возможности в продвижении по службе.

Полуприкрыв глаза, посол с невозмутимым видом покивал головой толи, давая понять, что он полностью понимает необходимость подобных шагов, толи, что он полностью согласен с такими методами, а Властитель Мира тем временем вернул кубок на место и, откидываясь на спинку кресла, вновь взял нить рассказа в свои руки:

- Общей целью своего правления отец обозначил вовсе не захват территорий и городов-государств остальных кланов, как то было у всех прежних владык. Наоборот, он заявил, что наш клан больше не будет вмешиваться в дела других кланов и не будет больше вести завоевательных войн, а, в противоположность этому, сосредоточится на охране уже имеющихся у нас территорий и на выполнении задачи определенной для нас тем богом-Властителем, который взял наш клан под свое покровительство. Задача же эта, по его словам, включала в себя ни много, ни мало как переселение нашего клана в другой мир. Да еще и обретение нами положения Властителей того мира. И, как ты понимаешь, Джах Х`вей, речь шла об этом мире.

Такой поворот, разумеется, был встречен с еще большим недоверием. В преданиях, ходивших среди нашего народа, конечно же указывалось, что первые боги-Властители сами пришли к нам из другого мира. Но был ли где-нибудь в пределах нашей досягаемости такой мир, в условиях которого мы смогли бы жить? Причем не просто существовать на каких-то незавидных правах, а еще и действительно занять место Властителей? И отец утверждал, что голос бога наличие такого мира ему подтвердил.

Однако, первые же шаги, предпринятые им по продвижению к указанной цели, потребовали весьма значительных усилий. Дело в том, что издревле весь жизненный уклад нашего мира вращался вокруг врученного нам старыми богами-Властителями представления о том, что жизнь - это постоянная вселенская битва за существование и за господствующее положение. В частности, например, это вылилось в то, что многие сферы тех знаний, которые не касались непосредственно военных вопросов или методик поддержания лояльности среди населения, находились в глубоком упадке и забвении, и развивать их пришлось практически с пустого места. А на развитие всего нового, как известно, требуются затраты. Все это потребовало введения строжайшей экономии всех ресурсов, еще остававшихся на тот момент в нашем распоряжении, разработки и внедрения технологий переработки вторичного сырья, а так же принятия всеми кастами и всеми сословиями нашего клана идеологии сознательного и самостоятельного ограничения своих потребностей и отказа от излишеств. Только после этого дело действительно сдвинулось с места, и сначала порядок воцарился во владениях нашего клана, а затем и еще несколько городов-государств постепенно выказали свое желание встать под его управление.

И это уже было совершенно невообразимо, ибо в истории нашего прежнего мира, насколько она нам известна, не было такого случая, чтобы кто-то из правителей добровольно передал свою власть другому. В результате поражения перед лицом более сильного противника - да, и сколько угодно, но добровольно - это случилось впервые.

Но как бы то ни было, в целом начатое дело принесло должные плоды. И, как это совершенно очевидно, именно поэтому мы сейчас с тобой, Джах Х`вей, и разговариваем, - широко улыбнулся Эллаль.

По малоподвижному лицу д`хагона вообще было весьма не просто определить его реакцию на какие-либо слова собеседников, но та едва заметная усмешка, которая проскользнула по его физиономии сейчас, похоже означала, что он оценил своеобразную шутку, которой Властитель Мира окончил очередной этап своего рассказа. Тот же тем временем решил, что пора бы переходить и непосредственно к делам, касающимся нынешних проблем:

- После того, как на сателлите этого мира нами была устроена промежуточная база, где наш отец расположил свою временную резиденцию и где оставался основной транспортный корабль, в чью задачу входило переселение тех из нашего клана, кто еще оставался в прежнем мире, а на поверхности этого мира была основана первая колония, началась уже наша новая история.

Перво-наперво мы к немалому своему удивлению и радости обнаружили, что в пределах нового мира у нас нет совершенно никаких соперников, которые могли бы представлять собой потенциальную угрозу. Те представители более-менее разумных существ, которых мы повстречали, кроме того, что вообще не отличались излишне воинственным нравом, так еще и значительно уступали нам по уровню развития и попросту не смогли бы нам в чем-либо воспрепятствовать. Таким образом, и второе обещание, данное нашему отцу неведомым богом, было выполнено.

Впрочем, мы и не горели особым желанием вмешиваться в грубую и примитивную жизнь тех существ. Перед нами стояла более важная задача - как можно скорее обследовать новые земли и обустроить их для переселения остатков нашего клана, а так же изыскать новые источники ресурсов, необходимых для проведения этой акции.

Здесь должен заметить, что первые же результаты осмотра земель, пригодных для расселения, преподнесли нам неожиданные и необычные сюрпризы. В очень многих местах нами были обнаружены самые настоящие города. Кто их выстроил и почему покинул, было совершенно не понятно, но определенно это сделали не представители встречавшихся нам полудиких племен. Большинство из найденных городов представляли лишь развалины, но несколько были в настолько хорошем состоянии, что нам оставалось лишь немного их подновить, и после этого их можно было сразу использовать в своих целях...

Властитель Мира замолк и с удивлением взглянул на посла д`хагонов издавшего какое-то невразумительное восклицание. Обычно спокойный и невозмутимый тот почему-то пришел в крайнюю степень нервозности и даже не сразу смог совладать с собой.

- Вы действительно поселились в тех старых городах?! - с изумлением произнес он наконец, - Крайняя, крайняя степень неосмотрительности, Властитель! Я считаю, что это, по крайней мере, одна из причин преследующих вас неприятностей!

Оба правителя с недоумением переглянулись между собой:

- Но, собственно, почему? И в чем же тут дело? - практически одновременно раздались их вопросы.

- Властители, всякий город создается с целью сосредоточения в одном месте средств и ресурсов, и по началу это способствует выполнению той задачи, которую ставит перед собой его основавший. В дальнейшем, в независимости от того, достиг ли он своей цели, и в особенности, если он ее не достиг, сам город попросту превращается в место скопления всевозможных бестелесных существ. И чем старее город, тем большее скопище таковых существ находится на месте его расположения...

- Прости, Джах Х`вей, но ты говоришь какие-то странные вещи, - не утерпев прервал д`хагона Эллаль, - С чего бы это ради этим самым существам скапливаться в таких местах? Лично мне не известно ни о каких-либо причинах для этого, ни о самом факте подобного явления.

Мгновение тот пристально смотрел на недоверчиво улыбающегося Властителя Мира, а затем с неожиданной напористостью произнес:

- Правитель, поверь, если бы тебе действительно было об этом известно, то ты предпочел бы своими собственными руками выстроить совершенно новый город для себя и своих подданных, нежели поселиться в одном из тех, о которых ты упомянул!

- Ну хорошо, уважаемый посол, - с примирительной интонацией поспешил обратиться к нему Нидуммунд, - В таком случае, может ты объяснишь нам, в чем по-твоему кроется причина упомянутого тобой явления и, соответственно, в чем заключается суть нашей ошибки?

- Всякое существо, Властители, каковым бы оно ни было, для выполнения своей деятельности нуждается в источнике Пыли Жизни. Пыль Жизни есть разновидность мельчайших частиц такого вселенского вещества, которое играет для всех живых существ без исключения роль неизмеримо более важную, чем та, которую, к примеру, для нас с вами играет воздух. Пыль Жизни содержится буквально во всем, что нас окружает, и добывать ее существа могут также различными способами. К примеру, один из способов, о котором вы наверняка имеете представление, это путем поглощения той части Пыли Жизни, что содержится непосредственно в плоти другого существа. Безусловно, есть и иные способы. В частности, некоторые из существ овладевают умением собирать Пыль Жизни приходящую в их Мир из-за его пределов. Но, каковы бы не были подобные умения, существо является зависимым от своего источника Пыли Жизни. И, в отличие от существ телесных, существа бестелесные от своего источника зависимы всецело.

Д`хагон вновь умолк и опять с каким-то не совсем понятным выражением на своей чешуйчатой физиономии пристально уставился на своих собеседников. На несколько долгих мгновений повисло напряженное молчание, но он продолжал хранить спокойствие, словно подталкивая правителей самим сделать должные выводы из изложенных им сведений. Наконец Властитель Срединных Земель не выдержал и, слегка кашлянув, словно прочищая горло, промолвил:

- Джах Х`вей, не хочешь ли ты сказать, что те города, которые мы заняли, являлись для этих бестелесных существ такими источниками этой самой Пыли Жизни, и что, заняв их, мы, если можно так выразиться, нарушили их охотничьи владения и каким-то образом лишили их доли добычи?

- Хе-хе-хе, Властитель. "Охотничьи владения"! Да, да, именно "охотничьи владения" будет наиболее подходяще, - внезапно развеселился д`хагон рассмеявшись при этом каким-то сухим кашляющим смехом, - Только ты ошибся, решив, что вы лишили их части добычи. Наоборот, вы увеличили количество их добычи. Вы сами стали ею.

- Что-о-о-о?!! - невольно протянул Властитель Эллаль, явно уже воспринимавший все с гораздо большей долей серьезности, нежели то было вначале, - Каким образом?!

- Некоторые бестелесные существа своими источниками Пыли Жизни имеют прочих существ. Телесных существ, если быть точнее. А если еще точнее, то тех из них, с которыми они могут войти в соприкосновение, - вновь возвращаясь к прежнему состоянию холодного спокойствия, ответил посол.

На сей раз пауза затянулась надолго. В целом воззрения, изложенные д`хагоном, не явились ни для одного из братьев чем-то совершенно неизвестным. Как представители правящей верхушки своего клана они в свое время получили достаточно разностороннее образование, включавшее в себя множество разнообразнейшей информации, сохранившейся в традициях их народа. В молодости им иногда даже казалось, что такое количество сведений попросту излишне. Ну, казалось бы, зачем собственно было изучать историю культов древних богов-Властителей? Или порядок проведения церемоний ритуальных поклонений тем же самым богам? Тем более что сами такие обряды уже давным-давно никто не проводил. Однако, благодаря именно этим знаниям оба правителя теперь имели хотя бы некоторое представление о предмете разговора.

И все-таки, кое-что во всем этом оставалось непонятным.

- Джах Х`вей, - вновь обратился к д`хагону Нидуммунд, - Хорошо. Не знаю как Властитель Эллаль, а лично я готов допустить, что твои соображения касательно повадок таких бестелесных существ и, соответственно, выводы о нашей досадной ошибке имеют под собой достаточное обоснование. Я только не пойму, каким же образом мы умудрились войти с ними в соприкосновение? Ведь, насколько мне известно, никто из нас даже и не пытался устанавливать с ними какой-либо контакт?

- Находясь в тех городах, видели ли вы то, что построили их создатели? - произнес посол таким тоном, словно подтверждал сей факт одним своим вопросом.

- Разумеется, - кивнул Властитель Срединных Земель.

- И то, что вы видели, не оставляло вас равнодушными?

- Кое-что из построенного действительно заслуживало восхищения, - неохотно подтвердил и Властитель Мира.

- Властители, этого было достаточно, - прозвучала подводящая итог реплика, - Это и явилось точкой соприкосновения.

Последовала очередная затянувшаяся пауза, в течение которой оба правителя тягостно размышляли над превратностями судьбы и над тем, как иногда неосторожный, да и, казалось бы, попросту пустяковый шаг может все серьезно осложнить. Наконец Властитель Эллаль тяжело вздохнул и произнес:

- Что ж, по крайней мере, причина теперь известна...

- Прости, Властитель, - тут же откликнулся д`хагон, - но я вынужден тебя огорчить. Если бы это был единственный просчет, то последствия его проявились бы всего лишь в том, что твои подданные по истечении некоторого времени стали бы чувствовать упадок сил и нежелание трудиться. Но это было бы явлением постоянным, а возможно и постепенно усиливающимся, но никоем образом не периодически повторяющимся. А насколько я помню, Властитель, ты упоминал, что преследующие вас неприятности носят именно периодический характер.

- Упадок сил и нежелание трудиться? - с интересом переспросил Властитель Срединных Земель и, быстро глянув на брата, поймал его выразительный взгляд, - Хм-м-м...

- Что ж, в таком случае мне ничего не остается, как продолжить свой рассказ, - промолвил Эллаль и, помолчав еще мгновение, заговорил:

- Итак, авангард нашего клана, состоявший из его членов признанных наиболее подходящими для этой задачи, переселился в новый мир. Поначалу все шло достаточно гладко - мы постепенно осваивались на новых местах, подновляли найденные нами города и стали закладывать глобальную оросительную систему для нужд земледелия. Работа в этом отношении предстояла немалая и нелегкая, но поначалу никто из тех, кто был в ней задействован, не забывал, что еще предстоит новый этап переселения и вновь прибывших тоже будет необходимо чем-то кормить.

Однако чем дальше, тем все чаще среди членов бывших "низших" каст стали раздаваться недовольные голоса. Мол, пока они с утра до ночи не разгибаясь вкалывают на полях и на строительствах, представители воинской касты попросту бездельничают. Ведь ни воевать с кем-нибудь, ни охранять остальных от кого-либо им не надо. Да и правящая верхушка, дескать, вообще-то тоже не сильно напрягается.

Когда подобные явления начали принимать массовый характер, только путем долгих уговоров и взывания к их чувству долга и ответственности перед теми из нашего клана, кто до сих пор продолжал прозябать в прежнем мире, удалось более-менее унять распоясавшихся. Но неприятный прецедент, тем не менее, имелся. И если раньше таких недовольных можно было запросто выдворить за пределы наших владений, что в условиях постоянной вражды между соседними кланами явно не сулило ничего хорошего, а на их место набрать других, благо что для выполнения работы представителя "низшей" касты особых умений не требовалось, то в новом мире такие решения явно не подходили. Угроза выдворения определенно больше не была действенным фактором, а рабочих рук и так не хватало.

В итоге пришлось в срочном порядке одну часть представителей нашей воинской касты кое-как переучивать для выполнения работ, более-менее их достойных, а другую, тех, кто был с подобным изменением категорически не согласен, спешно, пусть даже в большей степени для видимости, занять тщательным обследованием и изучением всех тех земель, которые мы в потенциале могли бы использовать для своих нужд. Таким образом, недовольные больше не мозолили друг другу глаза, и на некоторое время все успокоилось. Однако, как оказалось в дальнейшем, это было лишь затишье перед очередной бурей.

Примерно года через полтора от очередного поискового отряда поступило необычное сообщение. Остановившись во время своих розысков на ночлег в пределах поселения одного из местных племен, от его представителей они узнали о некоей особенной находившейся неподалеку пещере, в которой в свое время довелось побывать одной из женщин этого племени. Старейшинами того племени на посещение данной пещеры было наложено строжайшее табу и, дабы попусту не вызывать раздражения местных жителей и не портить с ними отношений, наши воины туда также решили сгоряча не соваться.

Однако оставить сей необычный факт вообще без какого-либо внимания, главе отряда не позволило врожденное чувство долга и сознание невыполненной задачи, и поэтому он решил хоть что-то расспросить о предмете своего интереса у той самой женщины. После того, как он узнал от нее о подробностях находки, решение немедленно довести новости до вышестоящего начальства и получить заключение по поводу дальнейших действий в данной ситуации, было единственно разумным.

Но, впрочем, о последовавших вслед за этим событиях лучше, пожалуй, расскажет Нидуммунд. Поскольку именно ему приходилось в то время исполнять обязанности Властителя Мира, и именно ему довелось поучаствовать в них непосредственно.

Эллаль сделал приглашающий жест в сторону брата и тот, согласно кивнув, начал свою часть повествования...


***

...Медленно взмахивая веслами, драккар продолжал тащиться вдоль довольно пологих берегов в сторону юга.

- И здесь тоже ничего! Это уже приводит в ярость, - Турн, скрипнув зубами, отвернулся от берега и стал смотреть в сторону открытого моря, - Даже переход через него прошел гораздо удачней. А здесь все через пень-колоду!

Действительно пятидесятидневный переход через Западное море прошел достаточно гладко. Пара штормов и одно небольшое приключение. Вспомнив о нем, беловолосый ярл не удержался от улыбки, с удовольствием припоминая подробности.

На сорок второй день плавания драккар попал в полосу тумана, настолько густого, что на расстоянии в десять шагов уже ничего нельзя было разглядеть. Вдобавок к этому повисла какая-то очень плотная тишина. Некоторое время плыли, вглядываясь в туман по разные стороны от драккара и негромко переговариваясь. Внезапно Гвенблэй резко вскинул руку и громким шепотом сказал всем заткнуться. Чуть погодя все услышали как кто-то, фыркая и шлепая по воде, двигался в тумане, огибая драккар. Постепенно звуки становились всё ближе и громче. И вдруг прямо перед драккаром из тумана вынырнула отвратительная морда чудовища на длинной змеиной шее. Приблизив свою морду к резной драконьей голове на носу драккара тварь уставилась на нее и с громким пыхтением несколько раз втянула воздух. Затем, опустив голову, чудовище поплыло вдоль борта, то поднимая ее над щитами, закрепленными вдоль бортов, то почти погружая в воду.

- Ирдгардорм ! – громко прошептал Брэгги с широко открытыми глазами глядя на огромную тушу.

Остальные предпочли ничего не говорить, и укрылись за щитами со страхом и отвращением глядя на незваного гостя. Змей неторопливо проплыл сначала вдоль одного, а затем вдоль другого борта. Длиной он превышал драккар где-то раза в полтора. Разглядеть его можно было хорошо, и сразу стало понятно, что это не совсем змей. Длинной шеей и не менее длинным хвостом тварь действительно походила на змею. Туловище же больше походило на китовое, причем на нем были еще и четыре лапы похожие на тюленьи. Обогнув драккар, змей еще раз обнюхал драконью голову на носу, а затем вновь пропал в тумане, откуда через некоторое время донесся его удаляющийся рев. Еще некоторое время все молчали, а затем Гвенблэй преувеличенно спокойно сказал:

- Ирдгардорм, ну ты Брэгги ляпнешь тоже. Ирдгардорм, насколько известно, обвивает весь мир, а эта тварь хоть и здоровая, но не настолько же… Ох уж мне эти скальды!

- А чего это он наш драккар обнюхивал? – все еще глядя в сторону, куда скрылось чудовище, подал голос Эйлим.

- А ты что не понял? Он просто принял его за возможную подружку, а потом понял, что ему не светит, и обиделся! - насмешливо откликнулся Сигги, - Хотя если учесть, как от него воняет, то чего уж тут обижаться.

В следующее мгновение драккар сотрясся от дружного хохота.

Да, переход прошел удачно, а вот потом, по прибытии к побережью, боги словно отвернулись от них. Берег встретил дружину полным безлюдьем и теперь, в течение десяти дней, болтаясь в прибрежных штормах, драккар тащился вдоль него в южном направлении. Выбрано оно было по простой причине - дружина вышла к берегу гораздо севернее, чем рассчитывала. И идти дальше на север не имело смысла. Становилось настолько холодно, что благоразумные люди просто не должны были бы селиться в тех местах. Вот и пошли на юг, периодически заходя во впадающие в море реки. А теперь, вдобавок ко всему, после десятидневной болтанки, вчера попали в более серьезный шторм, который унес еще дальше в южную сторону. Хорошо хоть после того как море утихло, берег был опять виден.

- Ни малейшего признака людей! Да кому здесь мог понадобиться этот камень?! И вчера еще потрепало так, что теперь нужно высаживаться на берег и чинить борта, - раздражение молодого ярла не утихало.

- Асгар! - крикнул он своему компаньону, стоящему впереди около головы дракона, - Ищи место, где можно пристать и вытащить драккар, а заодно набрать воды.

Незадолго после полудня Асгар наконец дал знать, что впереди показалось устье какой-то реки. Поднявшись вверх по течению и отыскав пологий откос, дружина пристала к берегу. Драккар вытащили на берег и Эттинг вместе с Асгаром взялись организовывать его починку.

- Турн! - окликнул своего ярла Сигги, - Мы с Эйлимом и Даньги пойдем, попробуем поохотиться.

- Хорошо, идите, - не оборачиваясь, откликнулся тот, отряжая кому из дружины чем заняться.

- Турн, пусть вооружаться получше. Все-таки места незнакомые, всякое может случиться, - раздался из-за плеча Турна негромкий голос Гвенблэя.

- Но в доспехе и с мечами не особо поохотишься, - обернулся к нему ярл.

- Тогда пусть возьмут с собой еще пару человек в боевом вооружении.

- Это мысль, - рассматривая троицу, берущую с собой только луки и длинные кинжалы, согласился Турн.

- Эй! Сигги! Мьюндэль и Даргин пойдут с вами! – крикнул он своему рыжему товарищу. И добавил негромко, - Так, на всякий случай. А то ты у нас известный баламут, еще и в этих землях умудришься во что-нибудь вляпаться.

Впрочем, Сигги все равно услышал и состроил в ответ гримасу оскорбленной добродетели. Стоявшие поблизости воины посмеялись и стали расходиться, принимаясь за починку корабля, сбор дров и разведение огня. Решено было остаток дня и ночь провести на твердой земле.

Мьюндэль и Даргин быстро облачились в проклепанные кожаные доспехи и, повесив щиты за спины, присоединились к охотникам. Покончив со сборами, пятерка, пробираясь сквозь траву доходящую до пояса, двинулась к темневшей в отдалении границе леса.

Вскоре на берегу, стреляя искрами, уже плясал небольшой костерок. Турн сидел возле него и задумчиво смотрел на пламя, тянущее вверх яркие рыжие языки.

- О чем загрустил, ярл? – подходя к костру и сбрасывая с плеч вязанку хвороста спросил Гвенблэй.

- Пытаюсь понять, что же делать дальше. Друид Ордан говорил, что кто-то здесь очень ждет нас. Но вот уже сколько дней мы плывем вдоль берегов, но даже признаков людских поселений нигде не видно, - рассеянно переломив и бросив в костер веточку, которую крутил в руках, Турн продолжил, - Мне вот что пришло в голову. А что если здешние люди вообще не селятся вблизи побережья? Как же мы их тогда найдем, а?

- Я думаю, мы их все равно найдем. Ведь мы пришли сюда не просто так, а по воле богов. И они должны нам помочь, - раздался сзади голос Брэгги.

Скальд тоже притащил свою вязанку и уже уселся на нее верхом. Затем с чувством выполненного долга он достал из-за пазухи свою дудочку и принялся наигрывать какой-то незамысловатый мотив.

- И почему я не скальд, - с внезапной горечью подумал Турн, глядя на Брэгги, которому уже не было дела ни до чего, кроме его музыки, - Пиликал бы сейчас в свое удовольствие. А голова бы у других болела…

- Не тревожься понапрасну, Турн. Вот вернутся наши с охоты, может, какие следы встретят, - и Гвенблэй уселся с другой стороны костра.

- Ну и жара все-таки в этих местах, - с недовольным ворчанием добавил он, стягивая с себя безрукавку и заваливаясь на спину.

- Да уж, все здесь по-другому. Берега пологие, никаких тебе утесов и фьордов. Ни сосен, ни елей. Неизвестно еще, водиться ли в этом чахлом лесу хоть что-нибудь съедобное… - тоже ложась на спину возле костра, не отказал себе в удовольствии поворчать Турн.

- И только облака такие же, как дома, - немного помолчав, подумал он.

Хорошо было так лежать, ни о чем не думая и глядя в небо. Брэгги не переставая все наигрывал какие-то простенькие мотивы и легко было представить что ты никуда не уплывал, а лежишь где-нибудь на вершине утеса в окрестностях родного городища. И что вот сейчас Брэгги закончит играть, и ты встанешь и пойдешь к себе домой…


- К оружию!

Резкий крик заставил всех вскочить на ноги и обратить взгляды на Бельгемира, чья очередь была стоять в карауле.

- Надо же, задремать успел, - встрепенувшись, подумал Турн.

Крик караульного вдребезги разнес сладкие видения родной стороны, как тяжелый булыжник разбивает тонкий осенний ледок на речках. И было даже немного жаль. Но, мотнув головой и разогнав остатки дремы, Турн побежал к Бельгемиру и уже стоящему рядом с ним Гвенблэю.

Тот не отрываясь смотрел в сторону леса и при приближении Турна рукой указал ему направление. А там, около леса, творилось что-то действительно странное.

Пятерка, ушедшая на охоту, со всей возможной скоростью пробираясь через травяные заросли, бежала к своим. Впрочем, они не неслись в панике сломя голову. Нет, они слаженно отступали. Впереди бежал Сигги, и видно было, что бежать ему тяжело, и что он что-то тащит на плечах, но что, пока разобрать было невозможно. Сзади него, шагах в двадцати, разбившись подвое, отходили остальные четверо. Каждый лучник был в паре с вооруженным воином. Сначала одна пара занимала оборонительную позицию и лучник, прикрываемый воином со щитом, принимался обстреливать каких-то людей преследовавших отступающих. Затем, когда другая пара занимала позицию шагах в десяти позади первой и в свою очередь принималась за оборону, первые двое отступали за спины своих товарищей. Так постепенно пятерка охотников приближалась к расположившимся на берегу нордлингам.

- Хорошо отходят. Молодцы, однако, - тихо пробормотал Гвенблэй.

- Да, хорошо... Ты как в гадательную чашу друида глядел. Не пойди они впятером, сейчас бы отходили вовсе не так хорошо, - ответил Турн и закричал оборачиваясь к своим воинам, - К обороне!

Слава богам, никто не терял времени даром, и почти все уже успели вооружиться. Турн тоже надел свой доспех и повесил меч в ножнах за спину.

- Ярл, дай я покомандую, у меня все-таки опыта побольше, - опять негромко сказал Гвенблэй.

Турн глянул ему в глаза и коротко кивнул.

- Так, семеро со щитами встали полукругом спиной к берегу. Я, Турн и скальд встанем с луками внутри. Все колчаны давайте нам. Остальным особо не геройствовать и без нужды вперед не лезть. Для начала будете просто прикрывать нас от их стрел, или что там у них будет. А мы постараемся выбить у них побольше народу пока не успели сойтись на мечах, - сразу принялся за дело Гвенблэй.

Воины быстро выстроились и теперь напряженно ожидали приближения своих товарищей и их преследователей.

- Похоже, Сигги человека тащит, - внезапно сказал Брэгги.

Чуть погодя Гвенблэй ахнул и воскликнул:

- Человека! Бабу он тащит! Вот рыжий змей, не спели приплыть, а он уже местных баб ворует!

Вскоре можно было уже лучше разглядеть преследовавших нордлингов людей. Было их около тридцати, черноволосых и смуглых кожей, даже с какой-то краснотой. Вооружены они были короткими легкими копьями, которых имели по пучку в своеобразных колчанах за спинами и кои метали в преследуемых. Кроме того, у каждого был легкий прямоугольный щит и либо шипастая булава, либо небольшой боевой топор с двумя лезвиями, располагавшимися противоположно друг другу и с острым шипом на оголовке. Защитных доспехов, как таковых, на них не было, если конечно своеобразные разукрашенные кожаные безрукавки не являлись каким-нибудь видом легкой брони.

Пятеро горе-охотников припустили напоследок изо всех сил, проскочив между щитами своих товарищей, вбежали внутрь полукруга и, переводя дыхание, попадали на землю позади лучников.

- Сомкнуть щиты! – заорал Гвенблэй, одновременно принимаясь выпускать стрелу за стрелой в незваных гостей.

Турн и Брэгги последовали его примеру и вынудили смуглокожих прекратить атаку и отступить.

- Надо отдать им должное, умудрились обойтись только двумя ранеными. Однако более легкое вооружение дает им выигрыш в скорости и маневре. Хотя и щиты у них не такие хлипкие, как кажется на первый взгляд, - натянув тетиву и, наблюдая за перемещениями атакующих, думал Турн.

Остановившись на некотором отдалении, те рассыпались цепью и теперь принялись метать свои копья в воинов, укрывшихся за щитами. Впрочем, это не принесло нападавшим особого успеха. Стрелы нордлингов летели дальше и не давали приблизиться для удачных бросков, и хоть некоторые из копий попадали в щиты, пробить их они уже не могли.

Вскоре один из смуглокожих воинов, вооруженный только одним топором и в необычного вида кожаном шлеме, украшенном разноцветными перьями какой-то птицы, видя безрезультатность действий своих соратников, дал им знак остановиться.

Пользуясь передышкой, Турн решил прояснить ситуацию:

- Сигги, тебя вроде на охоту посылали? А ты что притащил?

- Дичь, - все еще с трудом дыша, ответил рыжеволосый.

- Дичь?! Сиги, ты что ополоумел? Какую дичь? Это же женщина…– недоуменно переспросил Турн.

- Их дичь, - мотнул головой в сторону нападавших Сигги, - Они на нее охотились.

- Охотились? Ты ничего не напутал?

- Нет. Они ее гнали и выгнали прямо на нас. То есть сначала она на меня выскочила. А за ней следом выскочил какой-то мужик с топором, из этих, и с ходу на меня, – постепенно восстанавливая дыхание, говорил Сигги, - Ну, я ему быстренько брюхо и вспорол. А оказалось, что он не один, и за ним остальные с двух сторон посыпались. Ну, тут уж нам пришлось убегать.

- Внимание! – громко сказал Гвенблэй.

Турн вернулся на свое место и взял лук наизготовку. Тут же рядом встали еще двое лучников только что присоединившихся к отряду. Тем временем гости сменили манеру нападения и вновь решили попытать счастья. Примерно половина из них взяла в руки копья и выстроилась вогнутым полумесяцем напротив нордлингов. Другая же половина вооружилась топорами и сосредоточилась в центре полукруга.

"Оперенный" вождь издал резкий гортанный выкрик, и смуглокожие воины с яростными завываниями бегом рванули к своим противникам. Быстро сокращая расстояние, задний их ряд принялся забрасывать нордлингов метательными копьями, а сосредоточившиеся в центре на бегу образовывали ударный клин с вождем в центре.

На этот раз избранная тактика принесла больше успеха. Копья уже перелетали через ряд щитовиков и не позволяли лучникам нордлингов спокойно выбирать свои цели. И вот уже передний ряд атакуюших прорвался к укрывшимся за щитами. Тут же выяснилось, что мечи нордлингов, немного более длинные, чем топоры нападающих, дают своим хозяевам некоторое преимущество. Впрочем, оказалось, что и смуглокожие тоже умеют преподносить неприятные неожиданности.

Внезапно один из них, размахнувшись, метнул свой топор и попал им Эттингу в голову. Воин тут же стал оседать на землю, а несколько нападавших издав леденящий кровь вопль, устремились к бреши, образовавшейся в стене щитов. Турн бросил лук на землю и, потянув из-за спины меч, хотел уже рвануться им навстречу, но резкий окрик Гвенблэя остановил его. Вместо этого из-за спины Турна выскочили Мьюндэль и Даргин. Первый подхватил под руки упавшего Эттинга и потащил его за спины лучников, а другой, прыгнув в образовавшийся проем, первым же ударом огрел не в меру ретивого смуглокожего воина мечом по голове, а вторым ударом сильным пинком в живот отправил его же под ноги набегающим.

Атака захлебнулась, и нападающих вновь вынудили отойти на приличное отдаление, оставляя пятерых человек в прибрежной траве. И еще семеро смуглокожих отошли в задние ряды, зажимая легкие раны.

- Как наши дела? – хрипло дыша, спросил Гвенблэй, ни к кому конкретно не обращаясь.

Оказалось, что Эттинг в относительном порядке, удар пришелся вскользь, да и шлем выдержал. У Фейлара топор вражеского воина прорубил щит и рассек до кости руку, а у Даньги метательным копьем порвало мышцы на плече. Убитых, слава Доннеру, не было.

- Что у нас со стрелами? – последовал следующий вопрос.

- Не густо, на следующую подобную атаку не хватит, - мрачно отозвался Эйлим.

- А у них, что лучников вообще не было? – спросил кто-то из воинов.

- Было. Четверо, кажется. Там где-то, в поле остались, - коротко ответил Даргин.

- Что ж, в следующий раз нас луки не выручат. Лучников теперь, пожалуй, хватит двух, остальные берите щиты и становитесь в общий строй. И надо придумать что-нибудь другое, - Гвенблэй, прищурившись, посмотрел в сторону противника, - Ну, поскольку клин клином вышибают, сделаем, пожалуй, так…

И он стал объяснять свою задумку.


- Всем внимание! Они опять пошли! – вновь раздался окрик Гвенблэя, впрочем, на этот раз все и так были настороже, - Турн, целимся точнее, не трать оставшиеся стрелы задаром! – добавил он.

Незваные гости опять избрали ту же тактику нападения, что и до этого. При этом они явно были рады тому, что стрел на них сыплется гораздо меньше.

- Так, хорошо! Стоим, ребятки! Ждем. Еще… еще… - Приговаривал Гвенблэй, наблюдая за набегающими все ближе и ближе воинами.

Тем временем первый ряд клина атакующих, издающих так любимые ими боевые завывания, сблизился до расстояния в пять шагов.

- Давай!!! – во весь голос заорал Гвенблэй.

- Ха-а-а! – с дружным яростным воплем, из строя щитовиков вырвались Бельгемир и Фрэккинг, стоявшие до этого рядом друг с другом.

В два прыжка они достигли атакующих и с ходу смяли передних из них, а затем стали прорубаться к "пернатому" вождю. Следом за ними, отставая на пару шагов, следовали Мьюндэль и Даргин. Они еще больше расширяли проход, образовывающийся за двумя смельчаками.

Заметив, что битва приняла неожиданный поворот, задние ряды смуглокожих перестали метать свои копья и, взявшись за топоры, стали обтекать с двух сторон застопорившийся клин своих соратников, что бы отрезать четверку нордлингов от основного строя. Увидев это, Гвенблэй выдвинул им навстречу оба фланга щитовиков, и две волны бойцов сшиблись в ближнем бою.

Тем временем до вождя нападавших оставалось совсем немного, но отчаянный бросок четырех нордлингов увяз в не менее отчаянном сопротивлении их противников, уже оправившихся от неожиданности и начавших сжимать небольшой клин, врезавшийся в их ряды.

- Сигги!!! Давай! Немедленно!!! – вновь заорал Гвенблэй, с ожесточением продолжая выпускать стрелы.

- Ы-а-а-у-у!!! – с диким ревом, достойным самого безумного берсерка, Сигги, до этого державшийся позади всех, бросился вперед и, крутя над головой секиру, рванул к "оперенному" смуглокожему воину.

- Хо! – вырвался у Турна возглас изумления, когда Сигги, останавливаясь на мгновение, одним ударом проломил щит, а за одно и череп одному из воинов, бросившихся ему на перерез, а потом, отбив секирой топор, брошенный в него другим противником, продолжил прорываться к своей цели, - Не остановят! – с внутренним ликованием подумал он.

Но вражеский вождь, увидев рвущегося к нему противника, почему-то не выказал особого замешательства или растерянности. Вместо этого он с хладнокровием, достойным уважения, сунул свой топор в петлю на поясе и повернулся лицом к приближающемуся Сигги. Подняв руки к небу, он выкрикнул несколько гортанных слов, а после этого свел руки перед собой, как будто что-то сгребал в комок, и с резким яростным криком выкинул этот комок в сторону Сигги.

Высокий рыжеволосый нордлинг тут же переломился в поясе, словно кто-то огромным кулаком изо всех сил саданул ему под ребра. Зашатавшись, он схватился за живот и выронил свое оружие, а его противник с прежней невозмутимостью потянул свой топор из поясной петли, явно намереваясь навсегда покончить с возникшей угрозой.

- Сто-о-о-й! – отчаянно закричал Турн и опрометью бросился к Сигги, бросая лук и на бегу выхватывая меч.

Холодный пот прошиб его от осознания того, что сейчас может произойти, и что он никак не успевает этому помешать. "Пернатый" вождь поднял голову и холодно оглядел бегущего к нему с мечом ярла. Внезапно в его глазах проскользнула какая-то тень толи сомнения, толи неуверенности. Он опустил руку с топором и поднял другую ладонью в сторону Турна, как бы призывая остановиться, одновременно отступая на пару шагов от Сигги. При этом он выкрикнул несколько команд своим людям, и те неожиданно прекратили сражение, отступая на несколько шагов от нордлингов, но по-прежнему внимательно наблюдая за каждым их движением.

Вождь же их, внимательно разглядывая Турна тоже остановившегося в свою очередь, принялся что-то настойчиво спрашивать у него, указывая рукой куда-то в сторону моря и часто вставляя фразу:

- Уль Вотан?

Турн, абсолютно не понимая, что у него спрашивают, оглянулся и поискал глазами Гвенблэя. Тот, оказалось, уже стоял в нескольких шагах позади, но на вопросительные взгляды Турна лишь пожал плечами и сказал:

- Ярл, моя задача - бой, а тут уже какие-то переговоры начались. Так что теперь дело за тобой.

- Еще бы знать, в чем дело, - хмыкнул Турн, снова поворачиваясь к ожидающему ответа вождю.

Он уже хотел было развести руками и дать понять вождю, что никак не поймет, чего тот хочет добиться, но в этот момент откуда-то сзади раздался громкий женский голос. Это "дичь", которую притащил Сигги, самым наглым образом распихивая воинов пробиралась к месту где напротив друг друга стояли вождь смуглокожих бойцов и Турн. Добравшись до ярла и встав около него, она принялась так же громко что-то доказывать "пернатому" махая то в сторону неба, то в сторону моря рукой с зажатым в ней кинжалом и тоже постоянно поминая какого-то "Вотана".

Вождь недовольно морщился в ответ и делал жесты, явно указывающие на то, что он не глухой и не зачем так орать, но, тем не менее, терпеливо продолжал слушать и не выказывал пока никаких враждебных намерений.

- Что-то какой-то очень знакомый у нее кинжал. Интересно, кто это ей его дал… - вполголоса проговорил Гвенблэй из-за плеча Турна и подозрительно покосился на Сигги.

Тот, все еще сидя на земле и держась за живот, только что-то пробурчал в ответ, отводя глаза.

- Ну-ну, - язвительно усмехнулся Гвенблэй, и так же в полголоса добавил пару нелестных фраз в отношении столь голосистой девахи которая вдобавок еще и хватает в руки чужое оружие.

Покончив со своим выступлением "добыча" Сигги гордо развернулась спиной к своему "оперенному" соплеменнику и, сделав пару шагов, встала позади Турна, с важным видом скрестив руки на груди. Растрепанная, черноволосая, как все ее соплеменники, скуластая и с немного раскосыми карими глазами, всем своим видом она очень напоминала рассерженную осу, способную очень больно ужалить, если ее неосторожно схватить.

Вождь же смуглокожих некоторое время задумчиво разглядывал нордлингов, затем сделал пару примирительных жестов и, повернув голову к своим воинам, выкрикнул несколько команд. Те тотчас стали отходить на свои отдаленные позиции, помогая тем, кто не мог идти сам и, унося с собой тех, кто будет ходить уже только в следующем перерождении.

Турн со своими соратниками тоже отошли к своему месту на берегу и опять хотели было встать строем, но смуглокожая деваха что-то залопотала на своем языке махая рукой в сторону бывших противников нордлингов.

- По-моему она хочет сказать, что нападения можно больше не опасаться, - выразил свое мнение Гвенблэй.

- По-моему тоже, - ответил Турн, - но на всякий случай доспехов снимать не будем.

- Ничего не имею против, – и Гвенблэй сделал знак воинам оставить строй.

Сигги тотчас снова сел на землю и опять взялся за живот, а его новая знакомая села напротив него и, приложив ладошки к щекам, принялась что-то по-своему приговаривать, покачивая головой и периодически кидая насупленные взгляды в сторону лагеря своих соплеменников.

- Ишь ты, костерит наверно "пернатого" за то, что он так отделал ее героя-спасителя, - не удержался от улыбки Гвенблэй.

- Да, интересно, а что это было?

- Это-то? Боевая магия…

- Ну да? - недоверчиво протянул Турн, - Ты тоже так умеешь?

- Нет, - ответил Гвенблэй, продолжая улыбаться и наблюдать за Сигги и его приятельницей, - Мы предпочитаем не полагаться в бою на магию. Но распознавать ее умеем.

- Очень интересно было бы узнать, кто же такие эти "мы", Гвенблэй, и в каких таких делах на магию вы все-таки полагаетесь, - подумал Турн, но вслух спросил только, - Что дальше будем делать?

- Не знаю, ярл, похоже, что-то изменилось в планах этих ребят. Убивать нас они больше не торопятся. По крайней мере, пока. Кстати, я вижу, они занялись своими ранеными, нам бы не мешало последовать их примеру.

- Даргин, что с нашими людьми? – окликнул он одного из своих "волчьих" воинов.

Когда Даргин, обойдя всех, доложил о раненых и о состоянии каждого из них, на лице Гвенблэя отразилось неподдельное изумление.

- Ну, ярл, - сказал он, – я начинаю думать, что боги сегодня не сводят с нас своего благосклонного взгляда. Это же надо, ни одного убитого… Трое со сломанными костями, один с распоротым боком, один получил сильный удар по голове и семеро, можно сказать, с различными царапинами.

- Ничего себе царапины! – не выдержал Турн.

- Скажу тебе честно, ярл, я думал, что, по крайней мере, треть из нас вообще больше не покинет этого берега. И, пожалуй, затянись вся эта заварушка подольше, так бы и было. А тут – ни одного убитого! – Гвенблэй стянул с головы шлем и посмотрел в сторону недавних противников.

Видно было, что тем повезло гораздо меньше. Четверо из них были мертвы и несколько воинов уже ходили за дровами и начинали поодаль устраивать погребальный костер.

Еще трое из смуглокожих, по всей видимости, были очень тяжело ранены. Когда вождь подошел к этим троим, воин сидевший около них и периодически дававший им воды, поднялся и покачал головой. Вождь кивнул ему в ответ и сделал знак отойти. Затем, достав кинжал с необычным лезвием из странного желтого материала, просвечивающего на солнце, он поочередно подошел к каждому из них. При этом, опустившись на колени рядом с лежащим, он произносил несколько фраз, заканчивающихся одним и тем же вопросом:

- К`юн баскит`са, ет`ли?

В ответ раненый, помолчав, и видимо собравшись с мужеством, утвердительно отвечал:

- К`юн баскит`са, тэкки.

После чего вождь клал руку раненому на голову и, видимо, призвав своих богов принять этого достойного воина в свою обитель, быстро наносил удар своим кинжалом ему в сердце.

- Удар милосердия… Это мне понятно… - промолвил Гвенблэй, - А вот что это за кинжал у него такой интересно?

Тем временем Даргин, который, как оказалось, был среди своей пятерки еще и кем-то вроде лекаря, продолжал помогать раненым вправляя кости и накладывая повязки с какими-то травами. В этом деле, к немалому удивлению Турна, ему помогал Брэгги, и, похоже, если судить по улыбке Даргина, помогал весьма успешно.

Постепенно стала приближаться ночь. Когда сгустились первые легкие сумерки, оставшиеся в живых смуглокожие воины собрались около сложенных дров, которым суждено было стать погребальным костром для их менее удачливых товарищей. Вождь произнес то ли прощальную речь, то ли погребальную молитву, а может то и другое одновременно, и вскоре огонь уже пожирал тела павших.

Завидев это деваха, которую притащил Сигги, оторвалась-таки от своего спасителя и, встав, стала тоже тихонечко нашептывать какие-то слова. Нордлинги тоже последовали ее примеру и встали, отдавая дань уважения павшим бойцам.

- Ну вот, теперь бы еще узнать из-за чего вся заваруха… - глядя на освещенные пламенем лица тех, с кем еще недавно бился насмерть, тихо произнес Турн.


***

- Ну как, понравилось? – поинтересовался Мерк у своего друга, когда они вышли из клуба на ночные улицы мегаполиса.

- Ты знаешь, некоторые вещи по-настоящему хороши. Но у большинства других слишком уж жесткий звук. С непривычки аж уши режет, - высказал свое мнение Ирган, наблюдая, как с темного ночного неба падают крупные, искрящиеся в желтом свете фонарей, хлопья снега.

- А, слабак! – весело рассмеялся Мерк от души хлопнув его по спине и подталкивая в сторону от дверей, через которые начала вываливаться толпа посетителей.

Сегодня был третий день после того, как Ирган, провалявшись неделю дома, наконец полностью пришел в себя. Выждав этот промежуток и убедившись, что рецидивов не намечается, он вызвал по мобильному коммуникатору своего друга и предложил увидеться, чтобы обсудить кое-какие непонятные моменты. Мерк согласился и назначил встречу в одном из центральных кварталов Шимаве, в развлекательном клубе, где сегодня выступала одна из "альтернативных" музыкальных команд. Предложение Ирганом было одобрено, и в результате он имел удовольствие наблюдать довольно экстравагантное зрелище красочной тусовки поклонников этого музыкального направления. Впрочем, сама музыка оставила у него достаточно благоприятное впечатление.

Наблюдая, как молодые люди с необычными прическами и одетые преимущественно в черное, вываливаясь из здания, растекаются в разные стороны по улице, Ирган не удержался от вопроса который вертелся у него в голове с того момента как они вошли в клуб:

- Мерк, как ты думаешь, у кого больше потенциал стать Идущим, у нормального человека или вот у таких?

- Это каких это "таких"? Ты что это хочешь сказать, что "альтернативщики" какие-то ненормальные? Полудурки что ли? Фильтруйте речи, уважаемый! – расхохотался его товарищ, изобразив сперва оскорбленное недоумение.

- Да нет, я не то хотел сказать, - тут же принялся объяснять свою мысль Ирган, - Понимаешь, большинство людей живут так, как им живется. Жизнь с ними просто "происходит". В смысле они просто плывут по течению туда, куда их вынесет. А этим вроде хочется чего-то иного... Большего что ли…

- Ага, это типа неосознанная память о прошлых воплощениях дает себя знать, заставляет их желать чего-то лучшего и исподволь побуждает к дальнейшей самореализации. Так по-твоему, да? – не понятно толи в шутку толи всерьез спросил Мерк, и продолжил уже более обычным тоном, - Слыхал я уже такие идеи. Но все это не имеет совершенно никакого значения. Возможно, отчасти это и правда. И то, что делает их такими, это действительно какой-то потенциал остающийся нереализованным. Но потенциал это, в конце концов, всего лишь потенциал. Чтобы он превратился в какие-либо достижения, необходимы действия, а уж их успешность будет зависеть от того, насколько верный способ для своих действий ты выбрал. А вот именно действий-то, направленных на достижения своих целей, у большинства из них, как это ни печально, не наблюдается. Почему-то они считают, что то, что они слушают, и то, как они выглядят, уже им что-то гарантирует. К сожалению, жизненная реальность показывает другое - абсолютное большинство из них в итоге с успехом становятся "нормальными" обывателями.

- Ты так уверенно говоришь… - растеряно откликнулся Ирган, глядя как последние "альтернативщики" покидают клуб.

- У меня было время понаблюдать, я достаточно долго среди них вращался, - спокойно ответил Мерк, - Пойдем, вроде больше никто не будет путаться под ногами.

Некоторое время друзья молча шли, держа путь к подземной остановке монорельса. Улица, по которой они шли, постепенно вывела их на проспект неподалеку от центра города.

- Хм, должен сказать, что за те полтора года пока я не показывался в центре Шимаве, он сильно изменился, - оглядываясь по сторонам резюмировал Мерк, - И в лучшую сторону.

- Ну да. Говорят, Федерация начинает выходить из кризиса, - подтвердил его товарищ.

- Не знаю, если судить по нашему мегаполису, то выходит из кризиса исключительно центр, а на окраинах такая же помойка как была, - тяжело вздохнул Мерк, - Ну да ладно, ты лучше рассказывай, что хотел спросить.

- Да, действительно. Ну так вот, - начал Ирган, - понимаешь, после того как эта трансформация закончилась, ничего не происходит. Да, изменения в структуре моей энергетики существенные. Она действительно стала какой-то прозрачной и... Гибкой, что ли... А до этого была будто из ваты. В результате я теперь воспринимаю людей такими, какие они в действительности, а не такими, какими они хотят казаться. Словно непосредственно ощущаю их Сущности. И физика у меня стала более выносливая. И из мозгов моих будто вытряхнули песок, и многое я теперь понимаю, что называется, на раз, что здорово облегчило мою учебу в Академии. Да и до этого полезные моменты тоже были - кое-какие магические фишки раскрутились, что тоже неплохо. Но! Дальнейшего продвижения нет! Ни новой информации, ни выхода на какие-либо новые энергетические потоки, ни дальнейшего раскрытия способностей. Ни-че-го! Что это все значит? И что мне делать дальше? Ты чего? – осекся он, заметив, что его товарищ отстал и, остановившись около какого-то небольшого кафе, задумчиво смотрит на дверь.

- Зайдем, - и Мерк поднявшись на крыльцо толкнул дверь.

Внутри кафе царил мягкий полумрак. Без какой-либо системы были расставлены несколько круглых столиков темного дерева, а за невысокой стойкой бара, явно скучая, сидела симпатичная женщина средних лет, обладательница больших голубых глаз и темных волос подстриженных в короткое каре. Посетителей было мало: две любезничающие друг с другом парочки и один пожилой мужчина, неторопливо потягивающий содержимое своего высокого стакана и молча наблюдающий за падающими за окном хлопьями.

Отряхнув со своей кожанки снег, Мерк повесил ее на вешалку у входа и, кивком указав другу на самый дальний столик, направился к стойке. Ирган тоже снял куртку, отряхнул ботинки и, пройдя вперед, занял указанное место с любопытством оглядываясь вокруг.

Товарищ его тем временем расплатился за две заказанные бутылки легкого пива и о чем-то говорил с хозяйкой заведения, указывая на мультимедийный центр, стоящий в углу барной стойки. Та улыбнулась, отыскала какой-то блестящий диск и, вставив его в деку, коснулась сенсорной кнопки. По кафе негромко поплыл светлый вибрирующий звук электрогитары, а чуть позже, переплетаясь с ним, вступило чистое женское сопрано, выводящее какую-то балладу на манер древних сказаний. Мерк расплылся в благодарственной улыбке и забрав свои бутылки с надетыми на них стаканами направился к занятому Ирганом столику.

- А ты что, думал я музыку исключительно зубодробительную слушаю? – усмехнулся он, встретив удивленный взгляд своего друга, и поставил пиво на столик.

- Приятно все-таки, что некоторые хорошие места остаются прежними, - довольно заявил Мерк, глотнув прямо из бутылки, и кивнул Иргану, - На чем мы там остановились?

- На том, почему у меня не наблюдается прогресса и что мне делать дальше.

- Что тебе делать дальше, я понятия не имею, - с ходу огорошил его Мерк, - Видишь ли, на этом этапе тот Путь, который был проложен до нас и который мы с тобой по сути повторили, кончается. Ну, или почти кончается. Человек, который проложил его, краеугольным камнем своего Пути сделал трансформацию физического тела. В перспективе вообще-то то, к чему он стремился, предполагало очень интересные и значительные изменения во всем мире, но для этого должна была набраться некая критическая масса людей, подвергшихся подобной трансформации. Так что даже не знаю, что тебе посоветовать… - Мерк умолк и долго смотрел на падающий за окном снег, - Разве только, будь теперь повнимательней в отношении своих снов. Новая информация, если не хватает непосредственных знаний, часто приходит через образы сновидений. Так же ты можешь и просто во время нормального бодрствования при соприкосновении с чем-то, что имеет отношение к этим новым знаниям, почувствовать своеобразный "толчок", после которого ты странным образом понимаешь: это – "оно"!

- Это как у тебя было с книгой, взятой у Артана?

- Ну да, - улыбнулся Мерк своим воспоминаниям.

Друзья умолкли и потихоньку допивали пиво, думая каждый о чем-то своем.

- А какие еще есть варианты, по которым можно пойти? – вновь подал голос Ирган.

- Еще можно собрать группу единомышленников и взаимодействовать с ними… Или самим присоединиться к какой-нибудь уже существующей группе… Но оба варианта лично мне одинаково не нравятся, - без энтузиазма откликнулся его друг, - Любая организованная группа, занятая каким-то одним делом, образует свою энергоструктуру, а любая такая структура штука инертная. И чем больше народа в нее включено, тем больше ее инертность. Конечно, это с одной стороны делает ее защищенной, но с другой - невосприимчивой к необходимости перемен.

- Кстати, Мерк, ты почему-то не говоришь, куда решил направить свой Путь?

- А потому что я, между прочим, в таком же тупике как и ты. До твоего появления у меня была абсолютная уверенность, что я обязательно встречу кого-нибудь, кому передам все, что удастся к тому времени нарыть. Ну вот, все что мне удалось до этого момента сделать, ты в принципе повторил. Так что теперь мне тоже надо думать, что же делать дальше… - и он после короткой паузы с усмешкой продекламировал строчки, слышанные на сегодняшнем концерте:


Охотничьей тропой

Средь сумеречных лиц

Туда, ушедших где теряются следы

Беги, надеясь лишь на силу лап

На чуткость слуха и на крепость хватки


Следов цепочка в даль тебя ведет

Назад не возвращаться дан зарок

Оборван поводок

Звезда за горизонт манит

И в неизвестность ее свет зовет


Среди всех тех, кто волю позабыл

Кто с отведенной долею смирился

Один остаться ты рискуешь.

Ну и пусть.

Оставь минувший день, беги

Судьбы своей ищи …


- Так-то вот… - задумчиво закончил Мерк и внезапно вновь оживился, - В принципе я тут нашел в одной библиотеке в Сети кое-что любопытное. Легенды о так называемых Лисах Радуги. Считалось, что это самые лучшие воины, которые заслужили себе право на равных находиться среди богов, и что в новом воплощении в этом мире они появляются только тогда, когда серьезная опасность угрожает самому его существованию. Если хочешь, могу принести на работу, ознакомишься.

- Приноси конечно. Всяко хоть что-то новое… - рассеяно откликнулся Ирган.

Так, не проронив больше ни слова, они покончили со своим заказом, оделись и покинули заведение, благодарно кивнув на прощанье его хозяйке.

Когда друзья очутились на улице и продолжили неторопливо шагать к центру, Ирган от нечего делать стал разглядывать встречных прохожих, торопливо бредущих по своим делам. Никому из них определенно не было никакого дела ни до Искусств, ни до какой-то там эволюции. И вообще абсолютное большинство не обеспокоило бы ничего такого, что не явилось бы непосредственной угрозой для их блеклого, но относительно спокойного и сытого существования.

- Прямо какие-то функциональные придатки к общественному механизму и не больше. Этот механизм обеспечивает им сравнительно благополучную жизнь, но взамен все больше замыкает их внутри своей среды, ограничивает в интересах и в вариантах возможных действий, - горько думал он, - И нет уже больше по-настоящему выдающихся людей, способных всерьез что-либо изменить в этом механизме. Ни талантливых правителей, ни великих воинов, ни серьезных магов, как то было в древности. Это не мир уже, это какой-то суетливый отстойник… Но куда же все делось? Словно кто-то высасывает из него все силы…

Не выдержав, он с запалом высказал все это своему другу.

Мерк поднял повыше воротник и некоторое время только молча шел, глядя себе под ноги и поскрипывая ботинками по снегу. Наконец он вздохнул и сказал:

- Если ты в духе, присущем каким-нибудь там религиозным фанатикам, хочешь сказать, что имеются какие-то темные твари изо всех сил мешающие благостной жизни людей по причине собственной злобности, то я могу тебе сказать только следующее: Насчет Темных Сил, Идущим по Пути этого Искусства, известно, что они действительно есть. Считается, что это энергоинформационные структуры планеты, эволюционный уровень развития которых соответствует простейшим инстинктивным проявлениям. В принципе ты уже должен был об этом где-нибудь прочесть, но у тебя, похоже, это пролетело мимо ушей.

- Подожди, - не удержался Ирган, - тогда получается, что какая-то часть этих темных сил есть в каждом, и в нас в том числе.

- Обалде-е-еть! - откровенно издеваясь, развеселился его товарищ, - А ты что, думал? Что ты - белый и пушистый?! Этакий чистенький и светленький благодетель?! Спешу тебя тогда обрадовать, что если бы в тебе не было этой части темных сил, то ты был бы нежизнеспособен. Как минимум ты не смог бы ничего противопоставить чужой агрессии. Так что эти силы есть. А что нужно не допускать их неконтролируемых проявлений, так это уже другой разговор.

- А вот почему наш мир с течением времени все больше хиреет, и почему последнее время эти силы все активней проявляются, это мне не понятно. И даже намека на достойный ответ на этот вопрос я не встречал, - уже серьезно закончил он.

Тем временем друзья приблизились к спуску ведущему на подземную остановку монорельсовой дороги и, увидав впереди подсвеченный указатель, Мерк согнулся пополам от хохота. Наконец он просмеялся и, простирая вперед руку, объявил с нарочитой торжественностью:

- Вперед, белый и пушистый! Пора нам спускаться в нижние круги этого мира!

Но не успели они сделать несколько шагов вниз по ступеням, как позади, со стороны проспекта, раздался резкий визг тормозов. Невольно оглянувшись, друзья увидели, что, нарушая все правила, на тротуар по ту сторону улицы въехал ярко окрашенный автомобиль последней модной модели и теперь елозит поперек него, не давая проходу каким-то двум девицам, а заодно и еще десятку прохожих. Наконец машина замерла и из-за опустившегося затемненного стекла высунулась холеная физиономия молодого лоботряса тут же принявшегося вешать лапшу на уши объектов своего назойливого внимания. Судя по тому, как стража мегаполиса предпочла сделать вид, что машину она в упор не видит, вероятно это было мающееся от безделья чадо кого-то из местных бонз.

- У каждого, как говорится, свои развлечения, но вот кому уж точно на хер не нужны никакие Искусства и никакие Пути… И без того есть чем поиграться, - Мерк сплюнул под ноги и развернувшись пошел вниз...


***

- ...Значит, это здесь, - проронил Нидуммунд, с интересом разглядывая темный проем в склоне горы, добраться до которого из-за окружающих его зарослей оказалось не так-то легко.

- Да, Властитель, субъект, о которой сообщается в моем донесении, подтверждает это, - заявил начальник отряда, вытягиваясь в струнку и буквально поедая глазами своего повелителя.

Покосившись на "субъект", стоявшую на значительном отдалении от обоих их отрядов в компании двух охотников из числа своих соплеменников, которых после долгих уговоров и задабриваний подарками предводителей племени им удалось заполучить в качестве провожатых, Властитель Мира невольно улыбнулся.

Судя по полученному донесению, в том, что старейшины племени наложили на посещение данного места запрет, нет ничего удивительного. Необычное строение и два больших каменных ящика, в одном из которых точно находятся какие-то останки - есть от чего счесть пещеру ритуальным захоронением и побеспокоиться о том, чтобы покой умерших никем не нарушался.

- И все-таки, что ее сюда занесло? - продолжая рассматривать темнеющий вход, спросил он, - В твоем донесении об этом не было сказано.

- Хищник, Властитель. Женщина убегала от одного из местных хищников и укрылась в этой пещере. Зверь, по ее словам, потом где-то в пещере заблудился и потерял ее след, так как после некоторого времени она обнаружила, что за ней далее никто не идет, - отрапортовал командир отряда, - К сожалению, я упустил это обстоятельство в своем докладе, - добавил он с немного виноватым видом.

- Хищник. Ничего удивительного. Вполне понятно, что благоразумные аборигены по доброй воле в подобные места не суются. Это вы у меня в каждую такую дырку вынуждены лезть, - подумал Нидуммунд и произнес, - Это обстоятельство особой значимости не представляет. В остальном же твое донесение достойно всяческих похвал.

После этих слов лицо начальника поискового отряда буквально просияло, а вытянулся он так, что казалось форменная туника на нем вот-вот треснет. Понимая, что этому служаке, естественно, не часто доводится лицезреть свое самое высокое начальство, да еще и получать от него одобрения, Властитель Мира мгновенно стер улыбку, зародившуюся было его на лице при виде такого усердия, и совершенно серьезным голосом сказал:

- Спроси у своего "субъекта", покажет ли она нам дорогу далее, в пещере? Или старейшины племени и на этот раз запретили им вступать в нее?

- Прошу прощения, Властитель, но она при всем желании не сможет этого сделать, - последовал незамедлительный ответ, - В тот раз продвигаться в пещере ей приходилось на ощупь, так как огня у нее при себе не было. К тому же страх. Сначала из-за гнавшегося за ней животного, а затем из-за того, что может не найти выхода. Поэтому дорогу она просто не запомнила. Она и внутреннюю-то пещеру исследовала тоже на ощупь, просто провела в ней много времени и поэтому хорошо изучила.

- О-о-о! - невольно вырвалось у Властителя Мира, понявшего что задержка из-за этого предстоит значительная, - В таком случае организовывайте поиски пути, Харранг, - произнес он, выудив наконец из памяти имя, которым было подписано так заинтересовавшее его донесение, чем вызвал радостную улыбку на лице его составителя.

Лишь практически к вечеру из темнеющего входа показался гонец, доложивший, что путь в конце концов найден, и что объект их поисков обнаружен. Не теряя времени Властитель Мира и сопровождавшие его представители медицинской и инженерной служб поспешили за ним. Проход хотя и был достаточно широким, но оказался весьма извилистым и протяженным, и к тому же местами свод его обрушился, и периодически приходилось перелазить через нагромождения каменных обломков. Факелы, похоже, поисковая команда при этом экономила предельно. Расставлены они были так, что иногда лишь тонкий веревочный трос, протянутый вдоль всего пути следования, позволял удостовериться, что с пути они не сбились. Наконец вдали забрезжил яркий свет, явно обозначавший окончание их путешествия и, невольно прибавив шагу, Нидуммунд вскоре шагнул под высокие своды найденной пещеры.

Попав в нее из плотного сумрака прохода, Властитель Мира невольно зажмурился. Похоже было на то, что здесь на освещение поисковики определенно не поскупились. Но когда глаза немного попривыкли, он понял, что причина столь яркого света была вовсе не в изобилии принесенных факелов, а в пламени горевших светильников, которые члены отряда обнаружили в пещере и теперь расставили повсюду.

Следующее, что тут же захватило его внимание, было довольно большим строением, располагавшимся у противоположной стены огромного каменного зала и выстроенным из блоков полированного черного камня. Даже и без пояснений инженеров было понятно, что возвели его все те же неведомые творцы найденных ими городов.

- Итак, какие будут соображения? - обратился Нидуммунд к своим сопровождающим, руки у которых, похоже, чесались уже самым натуральным образом, а броситься вперед не позволяло лишь чувство уважения к Властителю Мира.

- Сооружение без всяких сомнений построено представителями той же самой расы, что создала обнаруженные ранее города. Судя по наблюдающимся разрушениям, пострадало оно от сильного землетрясения, приключившегося в этих местах. На это же косвенно указывают ранее встреченные нами в проходе обрушения свода и сдвиги скальной породы. Для более подробных заключений необходимо провести осмотр внутри самого дома, - прокомментировал первые впечатления Наринох, главный среди команды инженеров, - И я ничуть не сомневаюсь, что вон те два объекта будут представлять собой главный интерес, - заключил он, показав рукой в строну стоявших у входа в дом длинных и вытесанных из такого же камня, что и само найденное сооружение, ящиков, на которые уже явно нацелились представители медиков.

Подойдя поближе, Властитель с интересом осмотрел оба "объекта". Качество шлифовки закрывавших их крышек было превосходным, поверхность, уже заботливо очищенная от пыли кем-то из поискового отряда, была отполирована до зеркального блеска и, кроме того, вкраплениями из блестящего желтого металла на ней было изображено нечто, что, по его мнению, было весьма похоже на изображения звездных скоплений. Впрочем, окончательное заключение по этому вопросу Нидуммунд решил предоставить людям в таких делах более сведущим.

Как и было указано в донесении Харонга, один из ящиков был расколот пополам, а крышка его разломилась и провалилась внутрь. В образовавшихся же при этом щелях действительно виднелись какие-то кости. Что ж, так привлекшая правителя возможность прояснить, наконец, что представляли собой существа неведомой расы, была вполне осуществима.

- Пожалуй, можно приступать, - спокойно произнес он и немного отошел в сторону, дабы не мешать своим спецам и представителям поискового отряда, которые принялись сначала за извлечение крышки из уже поврежденной усыпальницы.

Прохаживаясь вдоль треснувшей в нескольких местах стены дома, Властитель Мира озадаченно раздумывал, кем же должны были быть эти двое, чтобы для них построили такое необычное место захоронения, сооружение которого определенно потребовало значительных усилий. Хотя, что он вообще знал об обычаях этой расы? Может, для них это было вполне рядовое явление...

Доносившиеся же тем временем возбужденные голоса его людей известили, что обломки крышки из первого ящика были извлечены и в нем, судя по сохранившимся одежде и украшениям, оказались останки женщины. Немного погодя принялись за крышку и на втором "объекте".

В нем, что почему-то Властителя совершенно не удивило, обнаружили тело представителя мужской половины этой расы. На некоторое время от группы собравшихся вокруг него медиков доносились лишь негромкие отрывочные переговоры, а затем один из них быстро направился к Властителю Мира.

- Что, зовете меня взглянуть на нашего покойника? - с улыбкой встретил его Нидуммунд.

- Э-э-э, видите ли, Властитель... Это не совсем покойник, - с озадаченным видом ответствовал ему представитель медицины.

- Как это, "не совсем"? - ошарашено спросил Властитель Мира, всегда считавший, что существо бывает либо живо, либо мертво, и никогда не предполагавший, что можно быть "не совсем покойником"...


- ...В общем, они мне заявили, что в его теле продолжают наблюдаться очень и очень замедленные жизненные процессы, и что по сути-то он вовсе и не мертв, а пребывает в некоем состоянии стаза, - проговорил Нидуммунд, улыбаясь своим воспоминаниям, - Мне до сих пор непонятно благодаря чему в действительности, толи мастерству медиков обоих наших отрядов, которые пару дней буквально не отходили от него ни на шаг, толи тому, что это вообще являлось для него вполне естественным делом, но по истечении некоторого времени найденный пришел-таки в себя. Еще примерно через десяток дней он уже мог самостоятельно питаться очень легкой пищей, а еще через некоторое время - передвигаться. Впоследствии же, когда мы нашли способ более-менее понятно изъясняться друг с другом, он нам поведал свою историю.

Оказалось, что, действительно, именно его расе в прежние времена удалось обойти всех своих соперников, занять в этом мире доминирующее положение и затем долгое время наслаждаться достигнутым процветанием. В своем развитии они сделали ставку не на технологию, как мы, а на путь познания внутренней сущности природы всего живого и на поиски способов изменения ее в соответствии со своими целями. Некоторые из подобных знаний имелись и у нас, но, судя по его рассказу, их раса во многих областях, касающихся данного направления, достигла гораздо более значительных высот.

И что лично для меня явилось очень необычным, так это то, что у их народа не было централизованного военного руководства. У них имелись лишь какие-то подобия сил самообороны и правительство из представителей сословий к военному ремеслу не имевших никакого отношения. Вообще особняком при этом стояли служители их богов, указаниям которых при обустройстве повседневной жизни населения правители придавали очень большое значение. Каким образом при таком раскладе им удалось занять лидирующие позиции в борьбе со всеми своими соперникам, лично я не представляю до сих пор.

И все вроде бы у них шло чинно и спокойно, но однажды служители богов, к которым, кстати, относился и найденный нами мужчина, получили предзнаменование, что на их мир надвигается великая опасность. Ему угрожает неизбежное столкновение с приближавшейся к нему бродячей планетой, и поэтому желающим уцелеть необходимо срочно принять меры по подготовке к этой неприятной встрече.

Однако данное известие с должным вниманием восприняли далеко не все. Очень уж многим не верилось, что после долгих лет благополучной жизни, к тому же, как постоянно утверждалось, в полном согласии с волей богов, все должно было закончиться. Многие продолжали его игнорировать вплоть до той поры, когда приближающуюся гостью уже можно было различить в специальные оптические приборы. Только тогда действительно начали предприниматься активные действия по подготовке. Но к этому времени все те, кто с самого начала отнесся всерьез к предупреждению служителей богов, да и они сами тоже, уже подготовили для себя убежища в глубоких подземных пещерах и поспешили в них укрыться для того, чтобы погрузиться в то состояние своеобразной спячки, в котором мы его обнаружили.

Поэтому скольким еще из представителей его расы удалось уцелеть, да и удалось ли вообще, он сказать не мог. А то, что катастрофическое столкновение действительно имело место, в этом он не сомневался хотя бы потому, что окружающие земли стали совершенно неузнаваемы.

После того, как этот служитель богов рассказал нам, о местонахождении нескольких наиболее глубоких и удобных пещер, в которых предполагалось обустроить убежища, а так же о некоторых местах, в которых располагались уже готовые укрытия, остававшиеся с каких-то совсем уж незапамятных времен, мы решили попробовать отыскать и их. Сам он не изъявил никакого желания поучаствовать в данном мероприятии, но и отговаривать нас естественно не стал. Отправиться с нами в резиденцию Властителя он тоже не пожелал, а предпочел остаться в поселении.

Большую часть из указанных нам убежищ обнаружить не удалось, перемещения поверхностных слоев планеты навсегда погребли их под собой без всякой надежды на отыскание. В тех же, добраться до которых мы смогли, успешно перенести состояние длительного стаза посчастливилось тоже далеко не всем. В общем, можно было смело сказать, что как великого народа их больше не существовало. Было лишь несколько не слишком многочисленных и разрозненных групп уцелевших.

На этом Властитель Нидуммунд глубоко вздохнул, развел руками, словно немного извиняясь, и сказал:

- Здесь я, пожалуй, должен остановиться, поскольку вскоре после этих событий из резиденции нашего отца, Властителя Небес, поступило для меня распоряжение о немедленном снятии с себя обязанностей Властителя Мира и передаче их Эллалю. О причинах такого своего постановления отец ничего не указал, но, судя по тому, что последовало через не такой уж долгий период времени, решения мои о проведении поисков убежищ и о вызволении находящихся в них, действительно были ошибочны, и вызвано оно было именно этим.

- Прости Властитель, но в этом я пожалуй не стану придерживаться такого же мнения, - произнес Джах Х`вей воспроизводя жест явно означавший несогласие, - Если я верно представляю ситуацию, то Властитель Небес вряд ли руководствовался идеей наказания за опрометчивые решения. Скорее это была забота о том, что после общения с упомянутым тобой служителем богов тот вполне мог получить какую-либо возможность воздействовать на тебя с помощью своих умений и, соответственно, на твое управление подданными.

С трудом спрятав предательскую усмешку, Эллаль поспешил взять с блюда новый плод и вгрызться в его сочную мякоть:

- Это что, такая попытка лести? - подумал он, - Д`хагон решил позабрасывать наживку? Очень интересно...

Не спеша покончив с едой и вновь обретя состояние прежнего спокойствия, он обратился к ожидавшим продолжения собеседникам:

- Поначалу наше совместное взаимодействие с вызволенными представителями прежних хозяев этого мира приносило только положительные результаты. Повели они себя весьма доброжелательно, агрессивности не проявляли никакой и, по большей части, занимались лишь своими необычными ритуалами поклонения солнцу.

Мы им на первых порах поставляли продовольствие, а в ответ они не отказывали в помощи нашим строителям и земледельцам, что в принципе, при их физических данных, было для них делом не особенно обременительным.

Кроме того, наши медики весьма заинтересовались некоторыми необычными умениями служителей богов этой расы и с интересом пытались разобраться во всем, что касалось их знаний. Впрочем, должен признать, что в этом направлении они продвинулись не слишком. То ли по какой-либо причине не смогли, то ли те попросту не пожелали раскрывать своих истинных секретов. Я, например, сегодня более склоняюсь ко второму.

В общем, такая видимая идиллия продолжалась еще некоторое время, а потом, совершенно неожиданно для нас, истинная суть наших новых знакомых проявила себя в полной мере.

Как оказалось, работая в тесном сотрудничестве с нашими людьми, времени они даром не теряли. Рассказы о том, как была прекрасна их жизнь в прежние времена, под заботливым руководством мудрых и дальновидных служителей чутких и добрых богов, сыпались из них как крупа из дырявого мешка. И уж конечно она, эта прекрасная жизнь, никоим образом не напоминала жизнь наших несчастных подданных, которых мы вынуждаем вкалывать как проклятых.

Короче говоря, не успели мы и ахнуть, как зерна подобных разговоров дали такие всходы, что все прежние возмущения, которые нам приходилось улаживать ранее, показались детскими играми...


...От толпы, собравшейся перед воротами резиденции, долетел новый дружный вопль негодования и Властитель Эллаль невольно поморщился, но от окна все-таки не отошел. Вряд ли эта вспышка ярости вызвана тем, что бунтовщики заметили его с такого расстояния, скорее всего кто-то из них опять принялся мусолить басни о медово-сладостном правлении во времена расцвета древней расы и о нынешнем "жестоком кровопийце". Уже подходит к концу третий день, как эта орава только и занимается тем, что жжет костры перед дворцом Властителя Мира и пытается сформулировать хоть какие-то разумные претензии и требования.

Раздраженно втянув воздух, Эллаль круто развернулся и подошел к своему рабочему столу. Лежавшие на нем донесения сообщали, что новый бунт был практически всеобщим и чрезвычайно разрушительным по своим последствиям. Чего стоило одно только то, что взбунтовавшиеся уничтожили практически все механизмы, которые они использовали в своей работе, и количество которых и так было чрезвычайно мало.

- Причем последствия этого их совершенно не заботят. Дескать, вон наши новые знакомые в своей деятельности вообще обходились безо всякой техники, - раздосадовано думал Эллаль, - И при этом понимание того, что сами то они без этих машин обходиться не умеют, до их сознания почему-то не пробивается. Глупцы.

Да, надо честно признать, что зрелище распаленной толпы перед воротами резиденции доставило ему в эти дни много неприятных минут. Искушение уподобиться какому-нибудь из правителей кланов, прославившихся в его прежнем мире благодаря своим жестоким и беспрекословным действиям, и потопить бунтовщиков в их собственной крови было очень и очень велико.

Громкий стук в дверь отвлек его от невеселых мыслей и, разрешив стучавшему войти, Властитель увидал на пороге своего дворцового распорядителя.

- Властитель Мира, все Властители земель, за которыми вы посылали, собрались в главном зале, - последовал его доклад, - И еще. От бунтовщиков принесли вот это, - пройдя вперед, он положил на стол перед Эллалем свернутый пергамент, - Кажется, они, в конце концов, все-таки изложили свои требования.

- Ну наконец-то хоть что-то! - правитель схватил документ и принялся разбирать написанное, - Каких-либо неприятностей при проезде у прибывших не возникало? - поинтересовался он, вновь поднимая взгляд на распорядителя.

- Обошлось, - последовал короткий ответ.

- Хорошо. Ступай и передай, что я скоро буду...

Четко отсалютовав, тот развернулся и тихой тенью исчез за порогом. Порадовавшись тому, что хоть кто-то еще добросовестно исполняет свои обязанности, Властитель Мира принялся готовиться к встрече и через небольшой отрезок времени уже приветствовал всех своих приглашенных.

- В общем, на этот раз недовольные наотрез отказываются впредь выполнять какую-либо тяжелую или монотонную работу, - резюмировал Эллаль, рассказав им о присланном пергаменте, - Как вы понимаете, ситуация из-за этого складывается в высшей степени критическая, поскольку работать теперь попросту некому.

Тихий шорох вздохов прошелся по ряду собравшихся, выдавая их и без того унылое настроение. Словно в насмешку, одновременно с этим в укутанный сумерками зал влетел порыв холодного ветра и под его напором огни на и без того немногочисленных светильниках принялись отчаянно трепетать, ежесекундно грозя потухнуть.

- А что, представители тех племен, что мы повстречали в этом мире самыми первыми, для замены совсем не подходят? - кажется, раздавшийся голос принадлежал Джештиннин.

- К сожалению, нет. Они не обладают должными живостью ума и ловкостью рук, а без этого выполнение необходимых работ представляется делом весьма затруднительным, - произнесла Ниенмах, отвечая на обращенные в ее сторону вопросительные взоры, - При имеющихся условиях все это в лучшем случае будет похоже на езду на квадратных колесах. Хотя в принципе, это единственный их недостаток, не позволяющий им стать идеальными претендентами для замены, поскольку они вполне покладисты и достаточно любопытны.

Властитель Эллаль только горько усмехнулся, заслышав все эти разговоры. Еще во время самых первых проявлений неповиновения они с братом уже обсуждали возможность подобной замены, и пришли к точно таким же выводам. К счастью, в тот раз ситуацию удалось разрешить, а нынче все обстоит гораздо хуже.

- Властительница Ниенмах, в свое время мои люди должны были передать тебе результаты некоторых исследований, касавшихся методов, применявшихся древней расой этого мира как раз в целях изменения живых существ и развития у них необходимых качеств, - необычное спокойствие в голосе Властителя Срединных Земель явно указывало на то, что вопрос свой он задал неспроста.

- Нидуммунд, может, ты оставишь свою манеру говорить загадками? Согласись, для упражнений в догадливости момент неподходящий, - супруга Эллаля недовольно поморщилась, - Если тебе есть что предложить, то, будь добр, скажи нам об этом прямо.

В ответ Властитель Нидуммунд легко усмехнулся и заявил:

- Я предлагаю создать новую расу разумных существ. Существ более совершенных, чем представители упоминавшихся племен. И уже на этих существ затем и возложить обязанности по выполнению всех необходимых работ.

Дружный вздох изумления, вырвавшийся у собравшихся правителей, однозначно указал на то, что подобный вариант никому из них до сей поры в голову точно не приходил. С проснувшейся надеждой все устремили свои взгляды на Властительницу Ниенмах

- Нидуммунд, ты хоть сам-то отчеты своих медиков читал? - скептично усмехнулась та, - Требовались годы, а часто многие годы, для того, чтобы получился необходимый результат. У нас нет столько времени.

- Зато у нас есть опыт наших медиков. И есть оборудование, которого не было у них, - не сдавался Властитель Срединных Земель, - В общем, я предлагаю взять представителей двух рас и путем смешения тех ключевых элементов, из которых составлены мельчайшие частицы их тел, создать новое существо. А на сколько моя идея выполнима, решать вам, Ниенмах. Тебе и твоим людям. В любом случае, более лучшего решения я не вижу.

- Нибетхет, ты что скажешь? - супруга Властителя Мира вопросительно взглянула на свою непосредственную заместительницу, также присутствовавшую среди приглашенных.

- С технической стороны, я в этом не вижу ничего сложного. Имеющегося у нас оборудования достаточно, - стала размышлять та, - Единственное, что никакого опыта в делах подобного рода у нас нет. И к тому же, живое существо это ведь не только тело из плоти и костей...

- Короче, что все это значит? - не вытерпел Властитель Эллаль.

- Это значит, что нам потребуется претендент на роль жертвы, - поспешила прийти на выручку своей помощнице Ниенмах, - Ты сможешь выбрать такого?

При этих словах Властитель Мира недобро усмехнулся:

- Представителя от нашей расы, необходимого для проведения данного смешения, пускай выбирают из своих рядов те, кто сейчас собрался перед моим дворцом. В конце концов, это они не согласны больше заниматься своими работами, и это они желают переложить свои обязанности на другие плечи.

С этими словами он развернулся и направился в сторону выхода, намереваясь самостоятельно сообщить бунтовщикам о решении, позволявшем освободить их от выполнения ненавистных работ.

Через некоторое время оставшиеся в зале услышали, как со стороны ворот, перед которыми обосновались недовольные, раздался новый дружный вопль, но на этот раз уже с нотками ликования. Видимо решение, предложенное Властителем Мира, пришлось им по нраву. Еще некоторое время раздавались лишь отдельные громкие, но неразборчивые выкрики, а затем и вовсе все прекратилось.

Когда Властитель Эллаль вновь появился перед собравшимися правителями, губы его невольно кривила недобрая усмешка:

- Как удивительны иногда повороты судьбы, - произнес он, обведя взглядом приглашенных.

- В качестве такого представителя бунтовщики выбрали наиболее рьяного из тех зачинщиков беспорядка, что не желали идти ни на какие уступки, - последовал после паузы поясняющий комментарий.


- ...Таким образом, выход из кризиса был найден, - подвел итог очередному этапу своего рассказа Эллаль, - Однако, на время, потребовавшееся нам для осуществления данного плана, практически все работы оказались парализованы. Естественно Властителя Небес данный факт совершенно не обрадовал, особенно учитывая также и то, что при этом зачастили поступления сообщений из прежнего мира о случаях неповиновения, которые вновь стали возникать там во владениях нашего клана.

Но к счастью, предпринятое нами смелое мероприятие в конце концов увенчалось успехом, и спустя не столь длительное время все работы были возобновлены. Представители вновь получившейся расы по своим способностям вышли вполне удачным результатом. Разве что продолжительность их жизни получилась гораздо меньшей, чем у нас. Но над этим вопросом мы планировали поработать уже позже, если конечно наши новые подопечные действительно оправдали бы все возлагаемые на них надежды. Тем же из нашего клана, кто не пожелал более исполнять свои обязанности, как впрочем, и всем подстрекавшим их к бунту, было объявлено, что мы в их услугах более не нуждаемся, и все они были удалены далеко за пределы наших владений с категорическим запретом на возвращение.

Теперь все указывало на то, что наше дело встало-таки на прямой путь. Обучение представителей новой расы, а соответственно и повышение объемов проводимых ими работ, шло увеличивающимися темпами, и наконец-то было похоже на то, что следующий этап переселения уже не за горами. Что же касается тех немногих из прежних владетелей этого мира, кто участия в бунте не принимал и кому было позволено остаться в непосредственной близости от наших владений, то хотя они и высказывали при каждом удобном случае свое недовольство действующими методами правления, но ни на какое обострение ситуации больше уже не шли. Даже их служители богов, и те сами постоянно стали советовать им впредь прекратить всякие враждебные выступления, не пытаться захватить власть, а лучше уделить свое тепло и любовь тем из наших подданных, кто в них нуждается, и которые мы, их правители, уделить им, видимо, не в состоянии в силу черствости своих сердец.

Конечно, нас немного задевали столь бесцеремонные обвинения, не можем же мы постоянно бегать и утешать каждого, кто по какой-либо причине удручен. Но да ладно, все равно довольных нашими порядками было гораздо больше и такое положение вещей нас вполне устраивало. Сами же они, похоже, в конце концов смирились с тем, что утратили свое главенствующее положение и каждый из них, подыскав себе из пару из тех самых нуждавшихся в утешении, успокоился и осел в каких-нибудь приглянувшихся местах. Что ж, как говорится, каждому свое. Наши же дела тем временем развивались настолько стремительно, что после смены нескольких поколений этой новой расы, мы стали опасаться, как бы их ход вообще не вышел из-под контроля.

И, действительно, еще через несколько их поколений стало понятно, что наши опасения были небезосновательны. Если первые представители новой расы во всех своих начинаниях обязательно испрашивали нашего совета и дозволения, то чем дальше, тем все чаще стало случаться так, что в своих делах они следовали каким-либо собственным представлениям и замыслам, а наши задачи и указания исполняли только постольку поскольку. Вкупе с их поразительной плодовитостью, которой мы поначалу были так довольны, это вообще грозило серьезными неприятностями. Спустя еще несколько десятков лет тех, кто действительно оставался нам верен целиком и полностью, казалось можно было пересчитать по пальцам. И это было тем более досадно, учитывая, что для завершения подготовки к новому этапу переселения оставалось сделать не так уж много.

Одновременно с этим вновь дали о себе знать наши старые знакомые из числа прежних хозяев мира. Те немногочисленные служители их богов, которые еще оставались в живых, стали объявляться в различных городах и принялись изрекать мрачные пророчества о новом грозящем миру катастрофическом столкновении. Естественно, при этом они не забывали упомянуть также и о том, что надвигается оно из-за недовольства богов нашим неправильным управлением.

Учитывая то, что предыдущее предсказанное ими столкновение, и в самом деле имело место, отбросить все подобные толки мы просто так не могли. И, действительно, после непродолжительных поисков в звездных пределах был обнаружен приближающийся к этому миру объект, который вполне мог явиться потенциальной опасностью. Подробное изучение его траектории перемещения показывало, что вероятность столкновения, как такового, хоть и мала, но, тем не менее, пройти мимо он должен был в опасной близости, и вызвать неприятные последствия мог вполне. Разумеется, выяснив это, мы предпочли не дожидаться, пока неприятности начнут стучаться к нам в двери, а решили заблаговременно переместиться на нашу промежуточную базу и переждать некоторое время там.

Что же касается наших вышедших из подчинения подопечных, то лично я в то время предпочитал, чтобы надвигающаяся катастрофа стерла их с лица этого мира, и стоял за то, чтобы предоставить судьбе самой решить их участь. В ту пору они стали совершенно невыносимы и дела по разрешению возникавших среди них противоречий были настолько многочисленны и запутаны, что мое правление мне ничего кроме головной боли не приносило. Вдобавок ко всему, после того как они узнали от служителей богов старой расы о близящейся беде, большинство из них вообще перестало нас слушать, а, следуя указаниям этих служителей, принялось за строительство грандиозных храмов, которые должны был каким-то образом, в то время для нас совершенно непонятным, уберечь их от окончательного низвержения в небытие. В общем, как это ни жестоко звучит, но я ратовал за их уничтожение. Тем более что судьбой нам предоставлялся такой великолепный шанс, при котором нам самим для этого вообще ничего не нужно было делать.

Однако на очередном совете Нидуммунд сумел убедить остальных, что тотальное уничтожение новой расы для нас тоже не выгодно, поскольку в таком случае мы останемся полностью без рабочих рук. В результате этого, после напряженных переговоров, было решено, используя некоторые косвенные методы воздействия все-таки сделать предостережение для тех из них, кто еще прислушивался к нашим словам и одновременно дать им рекомендации по возможным приготовлениям в свете грозящей опасности.

Про само это событие могу лишь сказать, что ничего настолько внушительного и ошеломляющего мне, да и, пожалуй, всем нам, видеть никогда не приходилось. И если впредь больше никогда не придется, то жалеть об этом я не стану. Последствия от прохождения в непосредственной близости от этого мира огромной блуждающей каменной глыбы превзошли все наши предположения. И самое странное заключалось в том, что прошла она гораздо ближе, чем показывали все предварительные расчеты, словно кто-то еще и специально подтянул ее поближе. Это повлекло за собой возникновение в океанах настолько огромных волн, что наибольшие из них вызвали основательные сдвиги в самой тверди этого мира, а так же несколько раз обогнули его и повсеместно произвели колоссальные опустошения.

После того же, как мы вновь прибыли на места своих владений, было совершенно неясно, стоит ли нам радоваться или же наоборот стоит скорбеть. Ото всех, прежде противившихся нашему правлению, мир был очищен. Но и практически все наши достижения пошли прахом, и теперь было необходимо все начинать заново. Казалось, даже предложенный моим братом шаг и тот не увенчался успехом, поскольку на первых порах мы нигде не могли обнаружить следов уцелевших представителей созданной нами расы.

Понятно, что и новый этап переселения теперь откладывался на неопределенный срок. Поэтому, когда я, доложив Властителю Небес о текущем состоянии дел, ожидал от него новых распоряжений, то более всего предполагал, что от меня потребуется всеми силами ускорить начало очередного этапа работ. Естественно, что первостепенным шагом в данном направлении было бы создание новой рабочей силы, и, соответственно, именно этим мы и не преминули заняться в первую очередь.

Однако, в поступивших из резиденции Властителя Небес указаниях сообщалось, что поскольку всякие уведомления из нашего прежнего мира о каких-либо возникающих в нем беспорядках прекратились еще после того, как нами была создана новая раса этого мира, а наоборот, даже стали поступать донесения о какой-то необычной всеобщей успокоенности, то в излишней форсированности событий необходимости нет. На данном же этапе нам стоило уделить более пристальное внимание тому, чтобы вновь создаваемое нами сообщество не оставляло недовольных среди тех, кто в него включен. И одновременно с этим до меня дошли сведения, что нашей службе смотрителей все-таки удалось отыскать жалкую уцелевшую горстку тех, кто принадлежал к той расе, что была создана нами ранее.

Такое необычное стечение обстоятельств, а так же то, что уцелевшие, как один, утверждали, что спаслись они только благодаря тому, что продолжали внимать своим настоящим богам, то есть нам, конечно же, и поэтому не пропустили предупреждение великого бога Нидуммунда, сыграло свою роль. Все работы по созданию новой рабочей расы, а к тому моменту уже имелась первая пара ее представителей, были немедленно прекращены, и мы обратили свои усилия на исполнение последних указаний Властителя Небес.

Двое же представителей вновь созданной расы были нами изолированы от всяких контактов с представителями расы уже существовавшей и взяты под наблюдение с целью выяснить, насколько удачным результатом они получились с точки зрения продолжительности их жизни.


Властитель Мира замолчал, и некоторое время оставался погруженным в себя, словно еще раз заново переживая все эти события. Наконец он промолвил:

- На сегодняшний день мы уже восстановили большинство основных структур своего общества и наша жизнь постепенно входит в нормальное русло. Но как ты понимаешь, Джах Х`вей, сталкиваться еще раз с повторением прежних неприятностей не хочется никому. А трижды столкнуться с практически одинаковыми случаями проявления неповиновения, это очень сильно напоминает именно такое повторение. И вот как раз по поводу возможных причин их возникновения нам с Нидуммундом и хотелось бы узнать твое мнение.

Долго ждать себя д`хагон не заставил и, как только Эллаль умолк, практически без промедления принялся излагать свою точку зрения:

- Для того, чтобы вы, Властители, могли полностью разобраться в моих соображениях, касающихся возможной причины всех этих событий, мне сначала придется немного ознакомить вас с тем, как д`хагоны видят обустройство Миров, - и, предвосхищая еще невысказанный вопрос Властителя Мира, заметил, - Это касается не только обустройства нашего или данного конкретного Мира, но и обустройства всякого из них, в котором наличествует жизнь существ из плоти...


***

- Это же не земля, это какая-то парилка под открытым небом! – вновь, в который раз уже за время путешествия, бурно выразил свое неудовольствие Сиги.

Вот уже девятый день отряд из оставшихся боеспособными смуглокожих воинов, пятерых нордлингов, и девицы, которую принес Сигги, тащился в глубь от побережья через постепенно повышающиеся холмы, поросшие редкими клочками рощиц. На нордлингов, привыкших к более прохладному климату, сильная жара действовала просто изнуряюще и настроение своего рыжеволосого товарища они разделяли целиком и полностью. Тем не менее отряд продвигался вперед без каких-либо проволочек и с минимальными передышками.

За это время Турн и его соратники кое-что узнали о своих новоявленных знакомых. Оказалось, что смуглокожие именуют себя "навваэль", правда, пока оставалось неясным, название это клана или всего местного народа. Что "оперенного" вождя зовут Тоэльт`син и что он является для своих воинов каким-то "тэкки", что после некоторых размышлений было соотнесено титулу ярла. И, наконец, что девушку зовут Ай`игель.

На второй день путешествия отряд побывал в большом городище навваэлей располагавшемся в относительной близости от побережья, который Тоэльт`син назвал Аль-Те-Хинн и в котором его отряд оставил своих раненых. Там же выяснились и некоторые интересные подробности относительно Ай`игель, да и самого Тоэльт`сина тоже. Оказалось, что девушка являлась не какой-то там замухрышкой, а одной из дочерей самого важного навваэля в Аль-Те-Хинне. По крайней мере, все окружающие относились к нему с большим почтением, а жил тот в самом большом доме в поселении. И что совершенно повергло в изумление Сигги и Турна, так это то, что этот здоровенный домина целиком был сложен из обтесанных прямоугольных каменных глыб. На Гвенблэя, Мьюндэля и Брэгги это, впрочем, не произвело никакого впечатления, похоже было, что такие строения для них не были в диковину. Что же касается Тоэльт`сина, то к нему даже сам отец Ай`игель относился с большой предупредительностью и почтением, не взирая на то, что по возрасту вождь был немногим старше Турна. Исходя из чего, ярл сделал вывод, что "пернатый" оказался птицей очень высокого полета.

И, наконец, в Аль-Те-Хинне в каком-то небольшом храме Тоэльт`син после странного непродолжительного ритуала представил Турна одному старому жрецу. Тот был одет в просторную белую рубаху и плащ изукрашенный по краям орнаментом из переплетающихся змей и трав. Ремешком с таким же узором были перехвачены его длинные, прямые и почти полностью седые волосы. Зачем понадобилось данное действо Турн так и не понял, поскольку на всем его протяжении старик, не обращая никакого внимания на недоуменные вопросы ярла, лишь внимательно смотрел, а затем утвердительно кивнул Тоэльт`сину и на этом аудиенция закончилась.

К вечеру того же дня Тоэльт`син с помощью знаков для Турна и остальных нордлингов и с помощью слов для Ай`игель и её отца объяснил, что им предложено продолжить путь дальше, вглубь от побережья, к месту именуемому Те-Ти-Улькан. Услыхав это название Ай`игель и ее отец, соединив запястья и раскрыв ладони, протянули руки в почтительном жесте в сторону солнца, что после некоторых раздумий нордлингами было истолковано как то, что их приглашают в какое-то очень особое место, возможно даже священное.

И вот теперь Турн с компаньонами, договорившись о снабжении продовольствием своих десятерых соратников остававшихся стоять лагерем около вытащенного на берег драккара, с максимальной поспешностью продолжали путь в компании воинов Тоэльт`сина по практически безлесной местности. И по-прежнему оставалось непонятным, что явилось причиной столь странного происшествия в прибрежном лесу и как вообще Ай`игель в нем оказалась.

- Тоэльт`син! - окрикнул вождя навваэлей Турн, - Сколько нам еще идти?

В ответ тот только покачал головой в знак того, что не понимает.

- Ах, ну да. Как же тебе объяснить... Смотри, мы - здесь, - и ярл обведя рукой окрестные холмы, присев, обозначил пальцем точку в пыли дороги, - Аль-Те-Хинн – здесь, - еще одна точка украсила дорожную пыль.

- Пока мы шли от Аль-Те-Хинна досюда, солнце пересекло небо из края в край семь раз, - тщательно подбирая слова и помогая себе жестами, соединив две точки, продолжал Турн.

- Те-Ти-Улькан – здесь, - третья точка украсила незамысловатый рисунок - Сколько раз солнце пересечет небо от края до края, пока мы идем отсюда до Те-Ти-Улькана?

- Фу, интересно понял ты меня или нет? – добавил Турн негромко, явно не ожидая ответа на этот свой вопрос.

Но его усилия оказались не напрасными и Тоэльт`син, кивнув головой, улыбнулся и показал три пальца.

- Будем надеяться, что он действительно понял и это означает всего три дня. А то я скоро вообще изжарюсь, – обгоняя Турна и мимоходом хлопнув его по плечу, произнес Сигги и, направляясь дальше по дороге уходящей в сторону солнца уже начинавшего постепенно сменять раскаленный жар на мягкое красное золото заката добавил, оборачиваясь на ходу, - А вообще, вечерами здесь весьма недурно...


Оказалось, что Тоэльт`син действительно верно понял объяснения Турна и к исходу третьего дня, перевалив через хребет между двумя высокими холмами, путники увидели, как дальше дорога спускается к огромному городу, расположившемуся вблизи подножья трех больших гор.

- Те-Ти-Улькан! – радостно сказал Тоэльт`син.

- Те-Ти-Улькан! – почти в один голос откликнулись его воины и протянули руки к городу, повторяя жест который до этого нордлингам уже приходилось видеть в исполнении Ай`игель и ее отца.

- Не слабенькое поселение, - сглотнув внезапно пересохшим горлом, только и вымолвил Брэгги.

Остальные его товарищи ничего не ответили и молча последовали за отрядом навваэлей начавшим спускаться в долину.

По мере того, как все меньше становилось расстояние между городом и путниками, все больше становилось изумление и невольное восхищение нордлингов. Все мало-мальски значимые здания города, за исключением небольших, вероятно хозяйственных, построек, были сделаны из монолитных каменных глыб. Улицы были идеально ровные, будто его строители предварительно нарисовали на земле, как будет выглядеть их творение, а потом уже поставили каждое из зданий на свое место, сразу и навсегда.

Но наибольшее потрясение гости испытали, когда по мере приближения поняли, что три выложенных разукрашенными каменными плитами, как им показалось вначале, холма посреди города, являются на самом деле гигантскими рукотворными строениями. Каждое из них, как удалось убедиться в последствии, имело четыре грани уходящие огромными, постепенно сужающимися, уступами высоко в небо и лестницу со ступенями под шаг человека с одной из сторон.

Когда солнце уже почти скрылось за горами, отряд подошел к одному из домов, располагавшихся недалеко от центра города. Тоэльт`син что-то сказал одному из своих людей и тот быстро убежал выполнять приказание, а сам вождь зашел внутрь и жестом поманил за собой Турна и его спутников.

- Турн чокуль, – обводя помещение рукой сказал он, а затем сложил обе руки ладонями друг к другу и приложил их к уху, сделав жест изображающий спящего человека, и, развернувшись, вышел, уводя с собой Ай`игель.

Сигги вначале было дернулся за ними, но поскольку девушка не противилась, передумал и вернулся к своим.

Чуть погодя дверь открылась и воин, ранее отправленный куда-то Тоэльт`сином, вошел в сопровождении двух своих соплеменников, груженных едой и водой.

- Ну что, ярл, похоже, спать сегодня мы будем здесь, - сказал Гвенблэй, когда дверь за посетителями закрылась, - а что будет завтра, это будет ясно уже только завтра.

- Нас оставляют так просто, без присмотра, вооруженными? Посреди города, наверняка являющегося если не священным, то, по крайней мере, очень важным для этих людей? А что если мы убьем здесь кого-нибудь? Или оскверним какое-нибудь святилище? А потом убежим? – недоуменно оглядывался Брэгги.

- Убежать далеко мы вряд ли сможем, особенно учитывая то, что совсем не знаем здешних мест, - откликнулся Турн, продолжая разглядывать предоставленный им дом, - А что касается возможного осквернения, то тогда, боюсь, "кровавый орел" по сравнению с возможными последствиями покажется тебе, Брэгги, детской забавой. Просто эти ребята у себя дома и уверены в своей силе. И, видев их город, я думаю, у них есть на то причины.

- Если это они построили такие громадины, то такие причины у них точно есть. Интересно сколько драккаров нужно поставить вертикально один на другой что бы они достали до вершины этой ступенчатой горы? – не унимался скальд.

- Если ты имеешь в виду самую высокую из этих трех, и если ты имеешь в виду наш драккар, то я думаю около четырех или пяти. А вообще, это не важно. Давайте лучше есть да спать, - и Гвенблэй, выбрав себе из принесенной корзины кусок мяса и лепешку, принялся за дело.

Утром следующего дня Тоэльт`син пришел в дом, где оставил на ночлег своих гостей, и пригласил Турна следовать за собой. При этом он вежливо, но твердо отклонил попытки других нордлингов последовать за своим ярлом. Был молодой вождь на этот раз без шлема и кожаных доспехов, но в просторной рубахе-безрукавке, изукрашенной по краям уже знакомым Турну орнаментом. Волосы его были собраны на затылке в пучок, в который было воткнуто длинное цветастое перо, а руки повыше локтей перехвачены плетеными кожаными браслетами, в которые тоже были вплетены небольшие и мягкие разноцветные перышки. На ногах у него были какие-то подобия невысоких сапог со шнуровкой, сделанных из мягкой кожи и разукрашенных узорчатым шитьем. Теперь уже явно было видно, что Тоэльт`син принадлежит к какому-то знатному роду.

Следуя за своим провожатым Турн пришел к подножью меньшего из рукотворных холмов. Там его спутник подошел к лестнице ведущей наверх и со словами:

- Кош-Чалан-Таг-Чокуль! – опустился на колени и, простершись ниц, коснулся руками подножья лестницы.

Затем он поднялся и сказав:

- Килу! - сделал жест приглашающий начать подъем на вершину. Сам же он остался у подножья.

Потея и отдуваясь Турн одолел последнюю ступеньку и оглянулся вниз на раскинувшийся под ним Те-Ти-Улькан.

Улицы города, ровные как стрела, замощенные камнем и пересекающиеся под абсолютно прямыми углами, его огромные священные ступенчатые холмы, его каменные здания, построенные ровными рядами и разукрашенные в яркие цвета, его пышные сады, многие из которых были разбиты прямо внутри обширных дворов позади домов. Все это поражало своей грандиозностью, и некоторое время молодой ярл был буквально зачарован увиденной панорамой.

Однако, вспомнив, что он здесь не для того чтобы любоваться видами, Турн обернулся и осмотрел храм, венчающий вершину холма. Тот представлял собой прямоугольное приземистое строение с плоской крышей, целиком построенное из гладкого белого камня. Стены храма были изукрашены резьбой с уже знакомым узором из переплетающихся немыслимым образом змей и трав, раскрашенных в яркие цвета. Кроме того, в стенах были сделаны ниши, из которых на ярла глядели каменные головы, напоминающие змеиные. Головы были с клыками, загнутыми книзу, и с небольшими волнистыми усами, тянущимися вдоль пасти от носа в сторону затылка. Глаза же, в которые создатели умудрились вмуровать прозрачные желтые переливающиеся на ярком солнце камни, хоть и были с вертикальными зрачками, располагались не по бокам, как обычно у змей, а на передней части головы, как у человека. Такие же две головы располагались по обе стороны от прямоугольного прохода ведущего внутрь храма.

Поразмыслив немного, ярл пробормотал себе под нос:

- Наверняка, мне туда, - и шагнул в прямоугольный проем прохода.

В храме оказалось довольно светло, по стенам его украшали росписи каких-то событий изображавших, к удивлению Турна, светлокожих людей, очень похожих на нордлингов, в компании с навваэлями. Среди этих людей, изображенных при различных обстоятельствах, постоянно присутствовал один высокий и уже не молодой человек с лицом властным и уверенным.

В глубине стоял постамент с уже знакомой змеиной головой. Только здесь она была раза в два больше, а в глаза ей были вставлены ограненные самоцветы, переливающиеся в свете двух огней, горевших в больших медных чашах, которые стояли по обе стороны от статуи. Перед головой, судя по всему, был жертвенный алтарь, на котором лежало большое золотое блюдо с подношениями. К алтарю вели три небольшие ступени и на нижней из них сидел человек.

Когда Турн сделал несколько шагов в сторону алтаря, брови его невольно поползли вверх от удивления – там сидел старый жрец, которого он уже видел в оставшемся давно позади Аль-Те-Хинне. Увидев изумленное лицо молодого нордлинга старик хитро улыбнулся и сказал:

- Привет тебе, Турн.

В следующее мгновение ярл понял, что стоит с открытым ртом и c видом полного дурака…


- …Сначала говорим о Вотане. Дело старое, говорить надо долго, но время есть, - старик прикрыл глаза и замолчал, похоже, собираясь с мыслями.

Говорил он на языке нордлингов так, как сейчас среди народа Турна говорили только самые древние старики. И хотя свою речь ему приходилось подкреплять изрядной долей жестов, заменяя слова, которые видимо уже давно позабылись, а также иногда перемежать наречие нордлингов словами из местного языка, но, тем не менее, понять его можно было вполне.

После того, как жрец наконец приготовился, он наполовину приоткрыл глаза и, глядя прямо перед собой немигающим взглядом, начал повествование:

- Сначала наши предки жили спокойно и хорошо. Этой землей правили боги, и они бывали среди людей. Им повиновались даже могучие исполины, которых они вырубили в пещерах из скал.

Потом однажды исполины отказались работать и переломали свои орудия. Но боги были милостивы и не стали лить их кровь. Они стали учить людей жить в городах и помогать богам. Но исполины пожелали сами править людьми и стали наставлять их против богов. И многие люди пошли за ними. Тогда боги прогневались на жителей земли. Звезды взбесились и покинули свои места, катясь по небосклону так, как им вздумается. Земля дрожала в гневе и ходила ходуном, от чего горы становились то выше, то ниже, а некоторые из них лопались и плевались огнем. После этого пришла большая вода и затопила многие земли, и многие твари живые утонули, спаслись только убежавшие в горы. И после того, как вода ушла, те, кто вернулся с гор, увидели, что закон пал. Тогда они лишились разума и стали множить пролитую кровь и смерть. Всякое зло надолго подняло голову и брат убивал брата, а сын – отца. И многие люди тогда стали поедать друг друга.

И вот, в те темные времена, на эти земли пришел Вотан. Старые истории говорят, что он и его воины вышли на берег моря в землях далеко на юге от этого места. И что вышли они прямо из пены волн. Они прошли через все земли с юга на север и потом пришли сюда. И везде Вотан и его воины несли закон и порядок. Он был человеком чести и великим чародеем и, может быть, одним из богов. Хотя те, кто видел его, рассказали, что про себя он говорил только, что послан Небесным Змеем. Вотан и его воины заново отстраивали города в течение ночи, и те, кто осмелились смотреть за их работой, говорили, что огромные камни у них сами летали по воздуху. А далеко в южных землях они делали дороги в непроходимых горах и огромные скалы рушились по их повелению. И потом некоторое время Вотан правил этими землями и жил в Те-Ти-Улькане. Он никогда не сражался ни с кем, но умел защитить себя. По его повелению с небес нисходил огонь, под которым те, кто на него нападал, корчились от сильной боли.

Но однажды в Те-Ти-Улькан пришел Пулут-К`йозг. Он был богом войны и потребовал отдать людей под его власть. Вотан и Пулут-К`йозг долго сражались на вершине К`юн-Таг-Чокуль и все небо было затянуто тучами и сверкали молнии. И Пулут-К`йозг победил, а Вотан спустился с вершины К`юн-Таг-Чокуль. Потом он собрал своих воинов и ушел на берег моря. Там они зашли на плот из блестевшей кожи и уплыли в открытое море. Но перед этим он обещал людям, которые провожали его на берегу, что однажды вернется. Так рассказали те, кто видел ушедшие времена.

При этих словах старик вздрогнул и, наконец, перевел свой взгляд на Турна.

- Когда Тоэльт`син увидел твоих людей в лесу он подумал, что Вотан и его люди вернулись. Но вы стали убивать его воинов. Вотан и его люди так никогда не делали. Поэтому был бой.

- Но скажи, может мы действительно какие-то потомки Вотана? Ведь у нас светлая кожа, да и язык наш ты знаешь, - вставил наконец Турн мучавший его вопрос.

- В самых старых храмах на наших землях есть изображения людей со светлой кожей за какими-то делами. Но это не люди Вотана. И еще в таких храмах есть изображения людей с черной кожей, а таких навваэли не видали вовсе. Поэтому кожа в этих делах мало что значит, и я не могу дать ответ на твой вопрос, – с этими словами жрец встал, потянулся, разминая ноги, и поманив рукой, пошел к выходу. Турн поднялся с пола и последовал за ним к выходу.

На площадке перед храмом старик некоторое время с улыбкой разглядывал город, потом показал на самый большой ступенчатый холм и сказал:

- Это - К`юн-Таг-Чокуль, Дом Солнца, хранящего жизнь на земле. На нем спорили боги, - затем указал на второй по величине, - Это – Ай`ю-Таг-Чокуль, Дом Луны, к которой уходят отдыхать духи предков. Тот где мы стоим…

- Кош-Чалан-Таг-Чокуль! – не утерпел ярл.

- Верно, - усмехнулся жрец, - Дом Небесного Змея, с него правил Вотан, пока был в Те-Ти-Улькане.

- А скажи, это Вотан построил Те-Ти-Улькан? А ты? Ты что шел в Те-Ти-Улькан прямо за нами следом? И расскажи наконец, что за история такая с Ай`игель?

- Об этом всем – потом. Слишком ты быстрый. Даже голова уже белая, а еще молодой, - и старый жрец негромко засмеялся, проводя рукой по своим волосам.

- У нас есть дело, у тебя и меня. Завтра мы уходим далеко, идти столько дней, - добавил он, показав четыре пальца. – Вернуться мы должны до того как Улуг-К`юн-Тэкки придет в Те-Ти-Улькан.

Поняв, что на сегодня время вопросов вышло, Турн склонил голову в поклоне и начал спускаться вниз. Спустившись на пару ступенек, молодой воин хлопнул себя по лбу:

- Ох! Совсем забыл спросить, как его зовут!

- Вспомнил, однако, - раздался сзади слегка насмешливый голос, - Меня зовут Аак-Чалан.


Костерок на небольшой поляне потрескивал редкими искрами и уже совсем не разгонял густую черноту, обступившую двух людей возле него. Подходил к исходу третий день их путешествия. Все это время Аак-Чалан без устали вел молодого ярла какими-то уж совсем еле заметными тропами то через холмистые горы, поросшие густыми зарослями, то через практически безлесные плато. Прекращал он эту гонку только тогда, когда начинали сгущаться первые сумерки, и уже тогда объявлял остановку на еду и ночлег. Вот и сейчас Турн проглотил свою долю припасов и лежал, глядя в ночное небо. И вновь минувшие события проходили перед его глазами и уплывали в безбрежные звездные просторы.

Надо сказать, что его воины совсем не выказали радости по поводу того, что их ярл исчезает неизвестно куда, с практически неизвестным человеком, и на столько времени. Очень почему-то насторожился Гвенблэй, и особенно после того, как воочию увидел старого жреца. Но вслух все-таки своих мыслей не высказал, только спросил, твердо ли Турн решил. Брэгги же, в полную противоположность ему, был как обычно абсолютно уверен в воле богов и недовольство выказал только из-за того, что Аак-Чалан отказался взять его с собой.

- Аак-Чалан… - перескочили мысли на старого жреца, - И чего он так торопится, будто за ним собаки гонятся? И толком не объяснил, только все про какого-то Улуг-К`юн-Тэкки поминает… Ну "тэкки" это на их наречии вождь или военачальник, а "к`юн" означает солнце. Что же это за "солнцеподобный вождь" такой? И что же это за игру затеял старик?

Турн посмотрел на Аак-Чалана. Тот сидел с закрытыми глазами и предавался своему странному занятию – втягивал ртом дым из выдолбленного куска корня, в котором, в специально устроенном с одной стороны углублении, тлели листья какой-то местной травы. Молодой воин скривился от отвращения, вспоминая, как однажды он попробовал последовать примеру старого жреца. Тогда легкие у него свело судорогой, и он долго потом плевался и откашливался.

Внезапно Аак-Чалан улыбнулся и открыл глаза, глядя прямо на Турна, и ярл готов был поклясться, что старик и с закрытыми глазами прекрасно видел его перекошенное гримасой лицо.

- Глядишь на звезды? Хочу рассказать тебе одну старую историю. Это история о том, как родились звезды, и не только об этом. Она очень странная, ее как-то рассказал Вотан. Потом жрецы навваэлей передавали ее от одного к другому, - жрец замолчал, полуприкрыл глаза и, глотнув еще дыма, принялся за рассказ, - Очень давно, когда не родилось даже само время, все духи сущего были заняты постоянной войной друг с другом. Целью такой войны был лепесток волшебного пламени, который находился в личный собственности каждого духа, был для всякого из них источником могущества, и который доставался победителю. Но однажды несколько не самых сильных духов вместо вражды смогли договориться. Они соединились, стали сообща отражать нападки всех прочих и стали делиться между собой огнем, добытым у побежденных. Постепенно эти духи смогли скопить столь много личного огня, что стали духами чистого света и огня. Все же прочие стали духами тьмы и холода.

Сила накопленная духами света была настолько велика, что духи тьмы даже не рисковали нападать на них. Они продолжали воевать между собой, тогда как духи света отгородились от происходящего и в их войну не вмешивались. Однако случилось так, что самый могучий из духов тьмы победил остальных, и подчинил их себе. Не с кем ему стало сражаться, и ничего уже не веселило его. И тогда внимание этого духа обратилось на духов света, отгородившихся от остальных. Собрав всю свою силу, он напал на них и из-за его натиска некоторые из духов света оказались оторваны от своих. Прочие же духи тьмы воспользовались случаем и накинулись на тех, кому не повезло, что бы их заморозить, а затем и уничтожить. И тогда некоторые из духов света были ими побеждены и превратились в холодные куски камня, те же, кто был достаточно силен, и смог противостоять натиску, стали звездами. Но были и третьи, которых хоть и закидали шкурами погибших духов тьмы и немного остудили, но внутри которых еще сохранялся огонь. И тогда главный дух света создал богов, которые должны заботиться об этих замерзших. Боги же создали разных смертных существ, которые внутри себя носят по очень маленькой искре волшебного пламени, и затем поселили их на спинах замерзших духов света, чтобы обогревать тех.

С этими словами Аак-Чалан умолк и вновь открыл глаза.

- Ну, ладно, - не утерпев, заговорил Турн, - про звезды я понял, они там, очень высоко, они из огня и это те духи света, которых не победили. Но ты что, хочешь сказать, что в нас частицы звездного огня и что мы живем на спине уснувшего духа света?

- Да. И я не собираюсь с тобой спорить, - добавил жрец, видя, что ярл сделал ироничную мину и собирается выдать какую-то скоропалительную речь, - Эту историю рассказал Вотан, а он знал столько, сколько и тебе и мне никогда не узнать.

И старик вновь закрыл глаза и принялся глотать дым.

- "Не собираюсь спорить", - мысленно передразнил Аак-Чалана Турн, - Ну и не надо!

Он завернулся в плащ и, отвернувшись от костра, попытался уснуть. Но сон не шел, и ярл продолжал ворочаться с боку на бок, иногда кидая взгляд из-под прикрытых век на старого жреца. Тот продолжал сидеть с закрытыми глазами и, как ни в чем не бывало, пускал клубы дыма. Но Турн готов был дать руку на отсечение, что хитрый старик каким-то образом видел его и про себя посмеивался над молодым нордлингом.

- Очень плохо ложиться спать беспокойным, - внезапно сказал Аак Чалан, не открывая глаз, - Это делает тебя беззащитным перед голодными темными духами. Лучше я тебе расскажу еще одну историю.

- Тоже Вотан рассказал? – хмуро спросил Турн.

- Нет. Это еще более старая история. Она про Те-Ти-Улькан.

Не сумев скрыть своего любопытства, Турн сел и подвинулся поближе к костру. Жрец улыбнулся краешком губ и заговорил, пуская клубы дыма:

- Те-Ти-Улькан – очень старый город. Вотан не построил его, он и его люди только отстроили его после темных времен. Но и до того, как боги спустились с небес и стали ходить среди людей, Те-Ти-Улькан уже был. Даже самые старые истории смутно говорят о тех, кто его построил. Известно только, что однажды была большая война могучих народов. Наши предки сами тогда не были великим народом. И они прятались в пещерах гор, и мало что знали о той войне. После того, как война окончилась, в живых осталось очень мало из сражавшихся. Но оставшиеся собрались в одном месте, построили город и стали жить в нем. Их правителям были ведомы многие тайны мира и многие чудесные вещи происходили в их городе. Но постепенно его жители куда-то исчезали, а потом город опустел совсем. Когда наши предки отважились войти в этот город, в нем не было никого - ни живых людей, ни мертвых тел. Жители ушли из него неизвестно куда. Тогда навваэли не нашли в себе храбрости остаться в этом городе. Они покинули его, назвав Те-Ти-Улькан, что на твоем языке значит "Город тех, кто ушел". Долго еще Те-Ти-Улькан стоял пустым и лишь очень редко, со стороны моря, в него приходили группы странных высоких людей. По ночам, когда луна становилась круглой, они шли, закутавшись в свои плащи. Навваэли называли их "витсэли" потому что в бою они двигались также быстро, как взмахи крыльев этой птицы. Но и эти воины не долго оставались в Те-Ти-Улькане. Той ночью, когда они приходили в город, на вершине К`юн-Таг-Чокуль вспыхивал очень яркий огонь, который было видно издалека. Но на следующий день смельчаки, отважившиеся прийти в город, вновь находили его пустым. Ну а потом на эти земли спустились боги и стали жить в Те-Ти-Улькане и во многих других старых городах.

- Аак-Чалан, я чего-то не пойму, - спросил Турн, глаза которого уже начинали слипаться, - Ты говоришь, что построившие Те-Ти-Улькан были тоже могучими и много знали, и никто не видел, чтобы они умерли. Тогда почему же они не были богами?

Старый жрец на время умолк и лишь пускал дым, а потом сказал:

- Тот, кто раньше был главным жрецом, как-то сказал, что раньше люди были другими. И уже наши боги сделали их такими, как сейчас. И не спрашивай, что это значит, у меня нет на это ответа.

Но молодой нордлинг уже и не думал спорить. Он лишь кивнул головой и, зевнув во весь рот, получше завернулся в плащ, укладываясь спать.

- Те-Ти-Улькан.… Оказывается за этим городом целая бездна времени … - шевельнулась в голове засыпающего ярла вялая мысль...


На следующее утро Аак-Чалан разбудил своего спутника немного позднее, чем обычно. Когда Турн открыл глаза, по траве уже бегали яркие блики солнца просвечивающего сквозь листву деревьев.

- Ты вчера уснул поздно. Сегодня нам идти меньше и я разбудил тебя позже, - ответил жрец на вопрос ярла, - Но все-таки поторопись.

И начался новый день, один в один напоминающий три предыдущих – быстрый переход через заросшие лесом горы по еле заметной тропе, практически в полном молчании.

Однако, идти на сегодня оказалось действительно меньше. Когда солнце почти поднялось к зениту путники внезапно вышли из зеленых зарослей на хорошо утоптанную дорогу, которая вела к городу расположенному на склоне одной из невысоких гор.

- Че-Те-Каль, - объявил Аак-Чалан, протянув руку в сторону города.

- Даже не буду спрашивать как это по-нашему, - подумал Турн, - а то еще какую-нибудь заумную историю придется слушать. У старика их, похоже, навалом. А тут, что ни город, то обязательно что-нибудь эдакое, да еще с богами связанное. Надо будет, сам расскажет…

Вместо этого он, попинав сапогом утоптанную землю, спросил:

- А по этой дороге дойти было нельзя? Глядишь, и ноги бы ломать не пришлось.

- Можно, но идти в два раза дольше. Это дорога для торговых отрядов, а им по нашей тропе не пройти, - и старый жрец, не оборачиваясь, зашагал по дороге к городу.

- А, ну да, у нас что-то там с этим... как его... с Улуг-К`юн-Тэкки. И мы, видите ли, торопимся. Знать бы еще зачем… - и ярл, поправив поклажу, последовал за своим спутником.

Че-Те-Каль оказался гораздо меньшим по размерам, чем Те-Ти-Улькан, но был более укреплен, и, благодаря своему расположению, более неприступен. В целом он производил впечатление города, в котором правитель сможет укрыться, если какие-либо обстоятельства вынудят его покинуть постоянную резиденцию.

Аак-Чалан в сопровождении Турна не задерживаясь прошел через город и поднялся на самую вершину горы. Там, на вершине, на абсолютно ровной площадке стояла сильно уменьшенная копия ступенчатых холмов Те-Ти-Улькана, или, как их называли навваэли, таг-чокуль. Четыре уступа таг-чокуля были выложены резными каменными плитами, среди прочего изображавшими, по всей видимости, извивающуюся змею. Голова рептилии сильно смахивала на уже виденные в святилище Кош-Чалана изваяния, и поэтому когда жрец повернулся к Турну и хотел что-то сказать тот только покивал со словами:

- Понял, понял. Кош-Чалан.

Старик укоризненно покачал головой и взмахом руки поманил молодого ярла за собой. Пройдя за таг-чокуль, жрец стал спускаться по тропинке на обратную сторону горы. Однако далеко идти не пришлось. Пройдя шагов тридцать, спутники вышли на расчищенную площадку перед входом в пещеру, в который и повел своего спутника Аак-Чалан. Оказалось, что за входом тянется тоннель, пробитый в скале. Тьма в нем стояла совершенно непроглядная, благо хоть его создатели не оставили под ногами никаких камней о которые можно было бы споткнуться. Аак-Чалан же, похоже, бывал здесь не раз и точно знал, куда идет - несколько раз проход разветвлялся, и жрец за несколько шагов до развилки предупреждал ярла о повороте. Вскоре тоннель привел спутников в небольшую пещеру под горой. Аак-Чалан взял из ниши неподалеку от входа в пещеру огниво и факел, зажег огонь и шагнул вперед.

Пещера имела куполообразные стены и узкую вертикальную квадратную шахту, которая уходила далеко вверх и выходила на поверхность, как понял ярл, точно на вершине таг-чокуля. По стенам же пещеры тянулись какие-то вырезанные прямо в скале изображения различных существ.

Жрец поджег четыре светильника, стоявших в разных местах на полу и пламя, ярко вспыхнув, осветило изображения на стенах, до этого прятавшихся в густом сумраке.

- Это история этого мира, - заговорил Аак-Чалан, пока Турн разглядывал вырезанные в скале рисунки, - Три раза этот мир почти умирал и потом возрождался. В первый раз он погиб от огня, который затопил его из-под земли, и огня, который пришел с неба. Во второй раз мир свернул со своей привычной дороги, и тогда все надолго покрылось льдом. В третий раз мир был почти полностью поглощен великой водой. Нынешний мир – четвертый. И боги сказали, что судьба его зависит от того, насколько его обитатели будут следовать их законам. В самом плохом случае - он сгорит, как и первый. Кто населял первый мир – это глубокая тайна тех далеких времен. Во времена второго мира в нем правили исполины, которые спрятались в глубоких пещерах когда пришел большой лед. Во времена третьего мира с небес спустились боги, но об этом мире ты уже слышал.

- А кто нарисовал эту историю? – разглядывая очень странные и завораживающие, но зачастую совершенно не знакомые изображения различных существ, спросил ярл.

- Это место возродил Вотан, и он создал эти рисунки изображающие историю нашего мира.

Помолчав, жрец добавил:

- Но иногда и в развалинах самых старых храмов и дворцов на этих землях встречаются некоторые из таких изображений. Поэтому те, кто вхож в это место, считают, что и Вотан своими глазами не видел всех тех времен. Он только нарисовал то, что было до прихода в этот мир богов, и что он сам узнал откуда-то.

- А зачем это ему понадобилось?

- Он говорил, что те, кто не помнят своего прошлого, обречены повторять его снова и снова, - ответил Аак-Чалан.

- Что-то я тогда не понимаю, а почему здесь? Нарисовал бы свои рисунки где-нибудь в другом месте, где бы их видели все, - задумчиво потер лоб молодой ярл.

- Это место предназначено для обучения жрецов. Им предстоит знать всю историю мира, чтобы верно воплощать волю своих богов. Какая разница, будет ли знать историю мира тот, кто возделывает землю? Он все равно не оказывает влияния на его судьбу.

В зачарованном молчании ярл продолжал рассматривать тянущиеся единым полотном искусно вырезанные фигуры тех, кто когда-то населял его мир.

- Что это за камни? – указал он на два вмурованных над рисунками самоцвета.

- Они - символы ушедших солнц, когда-то освещавших своими лучами эти земли. Говорят, что Вотан принес их из святилищ в очень дальних землях. Каждое из них во время периода своего солнца было главным.

Первый мир был целиком сожжен огнем, и от него ничего не осталось, поэтому первого камня здесь нет. Поскольку четвертый мир еще жив, то четвертого камня, конечно, нет тоже, - добавил старый жрец после короткого размышления о чем-то, - Нет на стенах и истории этого мира, но кто знает, может когда-то Вотан дорисует и ее. Место еще есть…

Затем, дав Турну вдоволь налюбоваться изображениями, Аак-Чалан сказал:

- Сейчас я хочу показать тебе то, что может убедить тебя в правдивости истории Вотана. Той, что я рассказал в лесу. Но ты должен делать то, что я тебе говорю. Особенно важно тебе - не быть торопливым.

- Ничего не пойму, что он мне хочет показать? – припоминая подробности услышанной истории, недоуменно пожал плечами Турн.

- Смотри! – внезапно сказал старый жрец, разворачивая ярла лицом в сторону центра пещеры.

Удержаться от восхищенного возгласа молодой нордлинг не смог. Сверху, прямо посередине пещеры, упал ровный вертикальный столб яркого золотистого солнечного света.

- Середина дня, мы успели вовремя, – довольно проговорил старик.

Достав чашу и налив в нее какого-то зелья, Аак-Чалан протянул ее Турну сказав только:

- Пей!

Тот без промедлений покончил с напитком и вернул чашу жрецу. Аак-Чалан погасил светильники и сказал:

- Теперь дело за тобой. Ты должен встать под этот свет, и стоять, пока я не дам тебе знак. Стоять надо спокойно и молча, с закрытыми глазами, и слушать это место. И старайся не обращать внимания на свои мысли, просто слушай это место.

- Что значит - слушай это место? Здесь же полная тишина? Или я что-то должен буду услышать?

- Если будет только тишина, то будешь слушать только тишину. И не забивай голову вопросами. Сейчас этому не время. Сейчас ты ни о чем не должен заботится, - отрезал старый жрец и жестом пригласил Турна встать под поток света.

Немного поколебавшись, ярл шагнул вперед и закрыл глаза. Сразу через макушку вниз к ногам потекло блаженное тепло. Когда поток тепла опустился до пят, все тело как будто стали покалывать множеством маленьких иголочек. Одновременно с этим Турн почувствовал, что он словно раздается вширь и даже каким-то образом начинает ощущать холод стен пещеры и присутствие Аак-Чалана отступившего в глубину прохода.

- Помнится ощущение такого потока уже было… Только тогда он был в обратную сторону – вверх… И было это во время того поединка с Сигги… Интересно, с чего бы такие похожие ощущения… Тогда было вмешательство кого-то из Высших, а сейчас просто солнечный свет… - потекли вялые мысли.

- Ну-ка, ну-ка, - одернул сам себя молодой ярл, - старик сказал ни о чем не думать и не о чем не беспокоиться, а просто "слушать это место"…

Турн весь обратился в слух и стал ожидать хоть какого-нибудь развития событий.

Но время шло, а царящая тишина не нарушалась ни единым звуком. Постепенно она становилась все более плотной и весомой, и вскоре ярл почувствовал себя кем-то маленьким-маленьким, вокруг которого был накручен огромный и мягкий клубок тишины, в которую вдруг превратился весь существующий мир. Но это ощущение не было ни давящим, ни тревожащим, наоборот оно принесло с собой полный покой и защищенность. Потом очень медленно этот клубок растаял, и ярл внезапно ощутил пространство вокруг себя каким-то очень "прозрачным". Он понял, что каким-то непостижимым образом слышит множество звуков вокруг, и даже не самих звуков, а их "теней". А их было совершенно невообразимое количество: звуки, которые издавали животные, копошащиеся на поверхности горы и внутри нее, отзвуки голосов тех, кто когда-то посещал это место, и даже какой-то непонятный гул периодически доносящийся откуда-то из-под земли.

В следующий момент Турн почувствовал легкий толчок и открыл глаза. Напротив него, на расстоянии в несколько шагов, стоял Аак-Чалан. С помощью жестов старый жрец призвал ярла к молчанию, а затем поманил за собой. Ярл последовал за ним на выход из пещеры, по пути, совершенно без эмоций, отметив, что темнота прохода, раньше казавшаяся абсолютно черной, теперь больше походит на серые сумерки и дорога находится теперь гораздо проще. Задержавшись недалеко от выхода, и дав глазам привыкнуть к дневному свету, ярл с провожатым поднялись назад на вершину.

Там они взошли на таг-чокуль, и Аак-Чалан присел на верхнюю ступень лестницы, пригласив Турна занять место рядом. Некоторое время они сидели и молча разглядывали окрестности. Молодой ярл никак не мог отделаться от ощущения какой-то нереальности происходящего – цвета окружавшего пейзажа казались слишком яркими, а воздух неестественно прозрачным и при этом каким-то тягучим. Периодически краем глаза ярл ловил мимолетные движения полупрозрачных теней. И все это казалось медленно, очень медленно, перетекающим друг в друга.

Склоны окрестных гор утопали в сочной зелени лесов, вершины уходящей в даль горной цепи были подернуты прозрачной голубой дымкой, а далеко внизу, у подножья горы, на которой расположился город, лежало небольшое бирюзовое озерцо.

- Да, кем бы ни были строители этих городов, они умели находить для них красивые места, - подумал ярл, почему-то испытывая непонятную гордость за неведомых ему зодчих.

- Там, - внезапно привлек его внимание Аак-Чалан и указал рукой направление.

Внизу, чуть поодаль от подножия таг-чокуля, шли два человека, судя по одежде и амуниции – воины городской стражи. Один рассказывал другому какую-то байку и оба периодически взрывались дружным смехом. Но удивительным было другое, каждый из них был окружен еле заметным шаром желтоватого света, который становился ярко золотистым, когда они начинали смеяться. Будто при этом что-то изнутри подсвечивало обоих.

- Ох ты! А ведь наверняка, точно так видели меня друиды тогда, еще дома, во время ритуала, - внезапно осенило Турна, и он сбивчиво принялся пересказывать старому жрецу основные моменты того события.

- Да, верно так и было, - внимательно выслушав рассказ, сказал Аак-Чалан, - Значит и вас есть умелые чародеи.… Впрочем, это неудивительно. Но ты забыл, что тебе надо быть спокойным. Как ты сейчас видишь то, что вокруг тебя?

Оглядевшись вокруг, ярл разочаровано понял, что необычное видение мира пропало, и все стало таким же, как прежде.

- Этот золотой свет помогает делать человеку много необычных вещей. Но часто он не может удержать внутри себя достаточно этого света и быстро становится тусклым. Ты вот долго набирал его там, в пещере, но долго удержать не сумел. А можно с помощью него, например, видеть скрытую сторону мира, как это только что делал ты. Или разбудить какого-нибудь бога, как это сделал Тоэльт`син когда атаковал твоего красноволосого друга, - продолжил жрец чуть прищурившись, глядя на вершины дальних гор и явно любуясь открывающимся видом.

- Ну-ка, ну-ка, как это? – и Турн с искренним интересом уставился на спутника.

- На словах это просто. Тоэльт`син сжал тот свет который был внутри него в плотный комок и обратился к Тесктлипоке. Когда же тот откликнулся, Тоэльт`син взял взаймы силу бога войны, разогрел ее с помощью своего света и кинул в твоего друга. Поскольку Пулут-К`йозг – яростный бог войны, то его взгляд видит яростных и его сила поражает таких же.

Сложно другое. Пулут-К`йозг, будучи пробужденным, не успокоится до тех пор, пока не вернет назад ровно столько силы, сколько у него взял Тоэльт`син, - и Аак-Чалан недовольно покачал головой.

- То есть, потом этот долг придется непременно возвращать?

- Да, - хмуро кивнул жрец и поднялся на ноги, - каким-либо образом, но долг этот будет возмещен обязательно.

- А что это я пил из твоей чаши? - никак не мог унять любопытство молодой ярл.

- Это чтобы твои мысли не скакали как перепуганные мыши. К сожалению, это помогло не надолго.

Старик встал и, широко открыв руки, повернулся в сторону уходящих вдаль горных пиков. Затем он глубоко вдохнул и одновременно свел руки перед собой, сложив ладони в пригоршню, будто что-то поймав. Следующим движением он поднес сложенные ладони к груди и с силой выдохнул, словно вкладывая что-то внутрь себя.

- Если ты хочешь навсегда запомнить что-то или кого-то, то можешь сделать так, как только что сделал я, - пояснил Турну жрец, - Ты ловишь кончиками пальцев ощущение, которое у тебя вызывает то, что ты хочешь запомнить, затем собираешь его в ладони и помещаешь его внутрь себя - около сердца. Так ты навсегда запомнишь то место или того человека, которого не желаешь забыть никогда. Никто, даже боги, не смогут забрать у тебя эти воспоминания силой, только если ты сам отдашь их. Даже в следующих воплощениях ты сможешь узнать то место или того человека, что запомнил таким образом.

- Да, еще из того золотого света, что ты видел, можно сделать точное подобие своего тела и быстро путешествовать в нем на большие расстояния, - как бы, между прочим, добавил Аак-Чалан и стал спускаться по лестнице.

- Хочешь сказать, что ты так путешествовал в Аль-Те-Хинн?! – озаренный догадкой выпалил ему вослед Турн.

- Иногда ты бываешь сообразительным, - останавливаясь, усмехнулся старик, - Но таким путешествиям долго учатся, и ты не сможешь это сейчас проделать.

- Мы возвращаемся назад, в Те-Ти-Улькан, - добавил он и пошел дальше...


***

"….Лис Радуги – Воин, который приходит в Мир, чтобы исполнить Команду Солнечного Лиса - Духа-Правителя этого Мира. Выполнить полученную Команду - главная задача Лиса Радуги.

Путь Лиса Радуги, проходящий через этот Мир, в неизбежном итоге приводит к смерти. Единственное право, которое Правитель Мира дает ему, это право выбрать вариант такого пути. Воин-Лис знает это и не занимается самообманом.

Воин-Лис оставляет за собой привилегию проигнорировать требования и мнения людей, строящих свою жизнь на основании самостоятельно выдуманных прав и живущих так, словно их жизнь бесконечна и представляет собой самозначную ценность. Как и принимает ответственность за последствия такого поступка.

Лис Радуги знает, что в этом Мире нет ничего по-настоящему принадлежащего ему. Даже к возникающим у него мыслям, эмоциям и желаниям он относится с подозрительностью ожидающего нападения.

Лис Радуги способен в любой момент отбросить все, что не является действительно необходимым. Он не навязывает свое общество окружающим и не обременяет себя бесплодными переживаниями и пустыми привязанностями.

Поле битвы Воина-Лиса – окружающий его Мир, поэтому он постоянно расширяет свои познания об этом Мире. Верное знание о поле битвы дает ему стратегическое преимущество.

Лис Радуги является Воином, посланным Духом-Правителем, его боевой единицей, а не солдатом, охраняющим покой людских правителей. Это ведет к тому, что оружия солдата в его руках может и не быть, и, кроме того, Воин-Лис знает, что лучшее оружие - такое, которое всегда будет при нем.

Ласковость, хитрость, наблюдательность и терпеливость являются для него не менее эффективным оружием. Ласковость размягчает противника, это делает его податливым. Хитрость делает ум спонтанным и гибким, это помогает оценить ситуацию с точки зрения несвойственной складу ума противника. Наблюдательность помогает выявить все силы, задействованные в ситуации и использовать те, которые противником не учтены. Терпеливость помогает оставаться бдительным и сосредоточенным на выбранной цели, это позволяет вовремя уловить момент, подходящий для выполнения своей задачи.

Терпеливому и подготовленному Воину удача улыбается особенно благосклонно.

Жизнь каждый день подкидывает Воину маленькие поединки. Их он использует для совершенствования уже имеющихся навыков и обретения новых. Так же Воин-Лис может сам устраивать такие поединки, стремясь посредством их достичь самостоятельно выбранной цели.

Цели, которых стремится достичь, Лис Радуги выбирает по велению сердца или по интуитивному вдохновению. Мнение окружающих при выборе цели значения не имеет.

Если Воин-Лис не достиг выбранной цели, он не впадает в уныние. То, что цель осталась недостигнутой, говорит только о неверности выбранной стратегии и недостаточном совершенстве примененных навыков. Сделать еще одну попытку или уйти Воин решает самостоятельно.

Выбранной цели проще достигать при поддержке союзников, чем в одиночку. Настоящим союзником Лис Радуги может считать только того, кто в итоге стремиться к такой же цели, что и он. Как только союзники решают, что их пути расходятся, они прощаются без каких-либо претензий.

Воин-Лис не должен увлекаться своими поединками. Путь маленьких ежедневных битв - всего лишь подготовка к выполнению Команды Духа. Об этом необходимо помнить всегда.

Самый главный и самый опасный враг Лиса Радуги это его собственная глупость. Она постоянно завлекает его в ловушку иллюзии собственной значительности или удовлетворенности очередной маленькой победой и отвлекает от главной задачи.

Всех внешних противников, встречаемых на своем пути, Воин-Лис в первую очередь рассматривает как зеркала, в которых он может разглядеть то, какую форму его глупость приняла на этот раз.

Страх это маленькая смерть. Наилучшим способом избавиться от собственной глупости и испытать свое мастерство для Воина-Лиса является шаг навстречу собственному страху.

Получение Воином-Лисом Команды от Духа-Правителя - дело сугубо личное. Посредников при этом между Лисом Радуги и Солнечным Лисом нет и, во избежание переложения ответственности на другого из-за возможного искаженного толкования, быть не может.

Получив Команду Духа-Правителя, Воин-Лис не раздумывая и не теряя времени, сосредотачивает все свои усилия на ее выполнении, безжалостно оставляя в стороне все остальное, вплоть до собственного "я".

Битва, в которую включается Лис Радуги, получив Команду Солнечного Лиса, это Игра, устроенная Духом-Правителем. Поскольку Воин не знает всех нюансов Игры, то, приложив максимум усилий для выполнения полученной Команды, он не оценивает полученный результат, а принимает его таким, каков он есть.

Единственная истинная награда для Воина-Лиса - прийти к смерти, выполнив Команду Духа-Правителя. В этом случае его дальнейший путь полностью зависит от собственной воли".

Ирган закончил читать принесенный Мерком файл и, привычно закинув руки за голову и покачиваясь на стуле, уставился в потолок, ожидая напарника.

- Знаешь, вообще мне понравилось то, что ты принес, - заявил он, как только тот появился на пороге, - Особенно тот момент, где сказано, что единственное право у Воина в этом Мире – выбрать путь к своей смерти. По сути, ведь это действительно единственное право, которое у нас у всех есть … А все остальные права - не больше чем результат каких-либо договоренностей между различными группами людей… И то, что все этот факт игнорируют, это тоже правда. А потом еще чего-то удивляются и обижаются когда кто-то начинает не соблюдать какие-либо договоры и подобные права спускает в сортир… И вообще, ведь в действительности все эти придуманные права не имеют под собой никакой гарантированной и незыблемой основы. На фиг! Да если у тебя нет силы, с помощью которой их можно было бы подтвердить, то все они не весомее чем листья, попусту гоняемые ветром!

- Ага, мне тоже понравилось, - спокойно откликнулся его товарищ, продолжая вытаскивать из кармана обломки случайно раздавленного во время работы датчика интенсивности радиационного излучения, - Только вот я совсем не понял, как это может быть, что мои мысли мне не принадлежат…

- Не знаю… - продолжая раскачиваться взад-вперед, задумчиво отозвался Ирган, - Вообще, это все конечно интересно, а что-нибудь насчет их практик есть? Ты же сам говорил, что если в Искусстве нет одной из составляющих, то это не Искуство, а фигня какая-то.

- Чушь… - пробормотал его напарник, печально глядя на прибор отныне явно не поддающийся восстановлению.

- Чего? – удивленно перевел на него взгляд Ирган.

- "Чушь", говорю. Вообще-то я говорил "чушь какая-то"… - пояснил Мерк, - А насчет практик, кое-что вроде есть. Но вообще, по-моему, стоящей информации обо всем этом маловато. И как сам понимаешь, я эти практики еще не выполнял, так что если ты хочешь их попробовать, то действовать будешь на свой страх и риск.

- Ладно, ладно. Уже боюсь… - отмахнулся Ирган, - Рассказывай, давай, что там у тебя еще есть.

- Да чего там рассказывать, сам прочтешь, - и его напарник направился к своему шкафу.

Выудив из кармана висевшей в нем куртки небольшой пенал с мобильным модулем накопителя информации, он повернулся и, внезапно крикнув:

- Лови! – кинул его Иргану.

Тот, по-прежнему глазевший в потолок и качавшийся на стуле, нелепо взмахнул руками и, едва-едва успев вскочить, подхватил модуль почти у самого пола.

- Помни, о Идущий! Воин должен быть наблюдательным и никогда не должен терять бдительности! – довольно посмеиваясь и наставив палец в потолок, с поучающим видом изрек Мерк.

- Дурак! – обиженно откликнулся его напарник, - А если бы он разбился? Вся информация насмарку!

- Ирган, вообще-то эти модули как таковые не бьются. Разбиться может только корпус пенала. На информации это нисколько бы не отразилось, - снисходительно посмотрел на него Мерк.

- Ну что ж, Воин должен постоянно расширять свои познания об этом Мире. Теперь мои познания о нем больше, значит я на правильном Пути! - напустив на себя величественный вид, торжественно заявил Ирган и повернулся к компьютеру.

- О, Великий, стоящий на правильном Пути! Когда ты наберешься правильности по самую макушку, будь добр, не забудь иногда стряхивать эту правильность с ушей, – снова начал развлекаться Мерк, - А то как иначе ты услышишь нас, менее правильных, тщетно взывающих к тебе с просьбой поделиться своей мудростью!

Ирган ничего не ответил, посмеиваясь вставил модуль в компьютер, и раскрыл один из содержащихся на нем файлов:

"Великая Охота.

Этот Мир – поле Великой Охоты. В нем все тварные существа охотятся за Силой Творения. Она является тем, что заставляет этот Мир двигаться и изменяться.

Самые глупые охотники охотятся за номинальными проявлениями Силы: знаки преклонения, деньги, атрибуты, демонстрирующие превосходство над другими. Все это охотник может получить в свое распоряжение с помощью сознательного использования Силы Творения отпущенной ему Духом-Правителем. Но сами эти вещи не содержат в себе Силы Творения. Глупцы же наивно полагают, что именно эти вещи и есть Сила.

Более хитрые охотятся за тем, в чем есть частицы Силы Творения: страсти, чувственные эмоции, молитвенные взывания. Во все это тварные существа вкладывают частицу отпущенной им Силы Творения. Пока глупые охотники тратят частицы отпущенной им Силы на различные безделицы, хитрые собирают такие растрачиваемые частицы и используют их для достижения своих целей.

Умный охотник в поиске Силы Творения обращается к тому, кто наделяет ею всех тварных существ – к Духу-Правителю. Если охотник действует по подобию Лиса Радуги и берется за поручение, отданное ему Правителем Мира, то он получает долю Силы Творения. Такая доля является вполне достаточной для выполнения полученного поручения. Чем более удачными были стратегия, выбранная охотником, и методы, им примененные, тем большая часть полученной доли Силы может оказаться сохраненной. Эту сохраненную долю охотник может использовать на свое усмотрение.

Для того, чтобы после передачи Команды привести охотника к месту ее исполнения, Дух-Правитель оставляет Следы. След Духа – событие, действие или явление, случающееся неожиданно и прерывающее череду будничных событий, традиционных для человека повседневных поступков или свойственное ему течение мыслей. В процессе чтения Следов Духа охотник должен быть бдительным и не должен допускать вмешательства личных пристрастностей, дабы не вкралась ошибка.

В целом пребывание на поле Великой Охоты является для Лиса Радуги великолепным способом проверить свое охотничье мастерство. Заранее разглядеть ловушку, установленную другим охотником, избежать ее, и затем заманить в нее ее же хозяина – высший признак мастерства для Воина-Лиса".

На этом первый файл заканчивался.

- Ну-ну, - подумал Ирган, открывая следующий, - Все это конечно весьма красиво, но все-таки, по большей мере, это пока только слова…

"Оружие.

Учась искусству владения каким-либо оружием, в первую очередь следует помнить, что лучшее оружие – то которое всегда при тебе.

Помимо тактического оружия - ласковости, хитрости, наблюдательности и терпеливости, у Воина-Лиса есть еще одно великолепное оружие – его тело. Лис Радуги должен сделать свое тело послушным и должен уметь владеть этим оружием с максимально доступным ему совершенством.

Все, что нас окружает, есть Силы Творения различной интенсивности, которые сжаты в разной степени. Все тварные существа также представляют собой несколько слоев сжатой и скрученной в волокна Силы. Каждый такой слой Силы внутри существа способствует его взаимодействию с соответствующим слоем Силы Творения внутри Мира. Самый плотно сжатый слой Силы Творения образует физическое тело существа.

Чем плотнее сжат слой Силы Творения, тем он менее динамичен и менее охотно поддается изменению. Воин должен уметь использовать это свойство для взаимодействия с теми слоями Силы Мира, которые ему интересны или необходимы. Само физическое тело тварного существа имеет свойство запоминать. Умение пользоваться этим свойством дает ему прекрасные шансы для игры с Силами Творения.

Для того, чтобы тварное существо могло манипулировать со слоями Силы Творения внутри Мира, у него есть три центра внимания.

Первый – центр считывающего внимания. Он избирателен и склонен ограничивать восприятие тварного существа, выбирая из множества слоев Силы те, взаимодействие с которыми для него благоприятно.

Второй – центр устремленного внимания. Он способен надолго задерживаться на привлекшем его объекте из-за того, что свойственный ему слой Силы инертен, тягуч и прилипчив.

Третий центр внимания принадлежит Духу-Правителю. Воин-Лис никогда не посвящает третий центр своего внимания кому-либо иному…"

- Опаньки! – тихо прошептал молодой человек, и, повернувшись к своему товарищу, взволнованно спросил, - Мерк, а тебе не кажется, что это что-то очень знакомое?

- Не кажется. Это действительно знакомое, - равнодушно ответил тот, - Сильно напоминает описание биоэнергетического устройства человека, которое на данный момент особенно распространено среди Идущих. А что ты собственно хотел? Строение человека не меняется уже сотни тысячелетий. По крайней мере, строение его физической формы - точно. И, скорее всего, энергетической тоже. Так что, чего удивляться, что описания похожи? Сравнивай с тем, что уже знаешь и проводи соответствующие аналогии, все и станет более-менее понятно. По-моему так…

- Какие мы однако умные и спокойные, и ни фига то нас ничем не удивишь, - недовольно отвернулся Ирган, но через пару секунд вновь позвал, - Мерк! Кстати, хотел тебя еще кое о чем спросить. Мне тут попадались рассказы, в которых говорится, что во снах может всплывать информация о прошлых воплощениях. Ты что-нибудь об этом можешь рассказать?

- Вообще да, бывает. Более того, некоторые из Искусств специально занимаются тем, что отрабатывают методики, в результате которых во снах или всплывают глубинные слои собственных воспоминаний или ты попадаешь в поле чужих воспоминаний и наблюдаешь их.

- Ну-ка, ну-ка, что-то новенькое. Это как это? - Ирган вновь обернувшись с любопытством воззрился на своего товарища.

- Как-как? Каком кверху! - передразнил его Мерк, - Всех тонкостей я вообще не знаю, потому как серьезно по их методам не работал. Единственное что могу сказать, все эти воспоминания все равно преломляются через призму твоего теперешнего сознания, и некоторые моменты вообще могут им просто не отфиксироваться. Кроме того, как мне кажется, не важно чужие они или твои, нужно не просто восторгаться этими сновидениями, а проецировать их на свою теперешнюю жизнь и выявлять ошибки, допущенные в свое время хозяином воспоминаний, чтобы не повторять их самому.

Мерк умолк на пару секунд, раздумывая о чем-то, а затем добавил:

- Но бывает, что и без всяких методик у Идущего начинают спонтанно всплывать такие сновидения.

- И, как? Тебе что-нибудь такое снилось? - с не утихающим интересом продолжал настаивать его напарник.

- Периодически бывает. Очень странные сновидения. Не знаю, моя это память или не моя, не важно. Хуже что они то очень яркие, то совсем смутные. Не совсем понятно, в чем там дело, - ответил он, - Потом как-нибудь расскажу, сейчас лучше вон, файлы читай. А если действительно интересно узнать про работу со сновидениями, то можешь поискать в Сетевых библиотеках. Что-нибудь про это точно найдешь…

Впрочем, несколько остававшихся файлов из тех, что принес Мерк, были, по мнению Иргана, сродни красочным художественным описаниям личных опытов какого-либо практикующего и ничего, подходящего для непосредственного применения, в себе не содержали. Тем не менее, такая интерпретация восприятия окружающего мира ему по-прежнему была симпатична. Поэтому следующий месяц у друзей был посвящен поиску соответствующей информации, а так же выяснению того, какие методы и правила применялись этими странными Лисами Радуги при взаимодействиях со всей полнотой Мира, и что подразумевалось под тем или иным термином, используемом ими при описании своего "поля битвы".

И здесь неожиданным сюрпризом для друзей явилось то, что легенды о Воинах-Лисах оказались достаточно популярны. После весьма непродолжительных поисков в Информационной Сети нашлось немало ресурсов каким-либо образом касавшихся данной темы. Вот только содержание таких легенд их поклонники всегда истолковывали каждый немного по-своему. Что в общем-то было вполне понятно.

Через некоторое время Ирган и Мерк решили, что уже в достаточной мере поднабрались разнообразнейших сведений касавшихся этого вопроса и, рассмотрев их с позиций уже имеющегося опыта, решили заняться предметом своего любопытства более тщательно.

Самым первым делом друзья принялись за центр считывающего внимания. Судя по имевшимся указаниям, он взаимодействовал с той областью тела, что располагалась в районе головы, возле основания черепа. Кроме того, через эту же область проходили несколько достаточно ясно определяемых энергетических каналов, которые на уровне физического тела вплотную соприкасались с органами слуха, зрения и обоняния. И, как удалось проследить в ходе дальнейших наблюдений, по какой-то не вполне понятной причине в этой же области, ближе к затылку, скапливался сгусток достаточно плотной энергетики.

Таким образом, складывалось впечатление, словно центр считывающего внимания постоянно сканировал информацию обо всем, что попадало в область его восприятия. Причем вся подобная информация о каких-либо объектах или явлениях воспринималась человеком, как на уровне физических органов чувств, так и на уровне энергетической составляющей. Ко всему прочему, происходило это совершенно независимо от того, осознавал ли он сам, что весь этот процесс имеет место, или не осознавал, и желал ли он этого или нет.

Впрочем, если человек, пребывая в состоянии покоя, мог без напряжения и на длительное время зафиксировать восприятие соответствующих своих физических органов исключительно на каком-либо одном объекте, то данный центр внимания постепенно сосредотачивался на восприятии такого вида энергетики, который соответствовал именно этому объекту.

Кроме того, другие наблюдения позволили выявить существование еще одного интересного явления: При оказании каким-либо одним человеком побудительного воздействия на другого, со стороны первого происходил выброс жестко скомпонованного импульса энергетики и, если оказанное влияние было достаточно сильным, то у второго зачастую происходил своеобразный эффект "впечатывания". При этом в энергосфере человека, подвергшегося воздействию, образовывались две специфические области "зажимов". Первая создавалась в районе центра считывающего внимания. Здесь формировался "зажим" от которого шла энергетическая нить тянувшаяся до той энергоструктуры, или как теперь друзья предпочитали говорить – до того слоя Силы, в резонанс с которым тот, кто подвергся воздействию, оказался настроен в результате такого акта. Вторая создавалась в том районе его энергосферы, куда внедрился сгусток попавшего в него импульса. Нить от "зажима", формировавшегося здесь, тянулась либо непосредственно до того, кто произвел такой импульс, либо до слоя Силы со схожей энергетикой.

Соответственно, если в дальнейшем в область восприятия человека, подвергшегося подобному влиянию, попадал кто-либо имеющий схожую энергетику с тем, кто оказал подобное "впечатавшееся" воздействие, то первоначальная его реакция всегда была обусловлена тем, насколько приятен или неприятен был пережитый ранее опыт.

- Нет, ну ты оценил, а? - с искренним удивленным вопрошал Мерк у своего друга после того, как в первый раз удалось наиболее подробно пронаблюдать такое явление и более-менее разобраться в его механизме, - Получается, что если твои первоначальные реакции при столкновении с кем-то или чем-то обусловлены памятью об опыте взаимодействия с подобным же человеком или явлением, или отсутствием таковой, то твоя модель поведения формируется именно за счет таких "впечатываний" которые образовались в процессе воспитания или просто в ходе общения? Что эта самая модель - всего лишь определенный набор таких "зажимов"?

- В общем, ты прав. В принципе, то что человек, как личность, по большей части является продуктом воздействия своего окружения, это достаточно признанный факт. Ну, то есть "личность" это как бы своеобразная маска, помогающая тебе приспособиться в твоем кругу общения и не более, - согласно подтвердил Ирган его размышления, - Но ведь кроме личности, сформировавшейся под действием внешнего влияния, есть еще и то, что принадлежит исключительно твоей Сущности. Например, никто же из моего окружения не "впечатывал" в меня интерес к тому, что имеет отношение к магии или биоэнергетике. Да и в тебя, насколько мне известно, тоже?

- Да, верно… Все это как-то само потянуло к себе… - кивнул Мерк.

- И к тому же ты верно говорил, что при продвижении по Пути я сильно поменяюсь. Наверное в немалой степени здесь сыграло роль как раз то, что при выполнении тех практик устранялись такие "впечатывания". Ну если не все, то большинство точно, - добавил Ирган чуть погодя.

Таким образом, вопрос с центром считывающего внимания был в основном прояснен и теперь очередь стояла уже за центром устремленного внимания. Сведения, имевшиеся о нем, указывали, что область тела, с которой он взаимодействовал, должна была находиться на вертикальной осевой линии тела человека, где-то в районе низа живота. И в итоге, после очередного разбирательства, друзья поняли, что имеют дело с уже достаточно знакомой им областью. Как раз отсюда начинались энергетические каналы-связи, соответствующие инстинктивному способу взаимодействия с окружающим миром. Именно эти связи отличались склонностью к особенно длительному существованию и настырной способностью бесконтрольно цепляться за различные объекты. И именно их при отработке состояния "внутренней тишины" нисходящий поток энергии растворял особенно долго.

Когда до Иргана и Мерка наконец-то дошел смысл того, что центр устремленного внимания соответствует области инстинктивного взаимодействия с окружающим миром, изумлению их не было предела. В принципе, то, что внимание, в самом примитивном его понимании, означает просто способность "зацепиться" восприятием за какой-либо объект, было бесспорно. Но каким образом столь очевидный факт до этого момента оставался незамеченным, было по меньшей мере непонятно. Тем не менее, опыт в том, как избавляться от инстинктивных каналов-связей, друзья к этому времени уже имели. И кажется, теперь оставалось научиться тому, как такие связи можно было образовывать по своему желанию.

Но как оказалось, с этим делом все было не так просто. Если настроенность центра считывающего внимания на тот или иной слой Силы можно было изменять с помощью фиксации, соответственно, органов зрения, слуха или обоняния на каком-нибудь подобающем объекте, то центр устремленного внимания такой особенности не имел. С помощью чего можно было менять настроенность этого центра внимания, было совершенно не понятно. И совсем неожиданно подсказку отыскал Ирган.

С некоторых пор он, как и его товарищ, завел привычку при нехватке соответствующей информации перво-наперво искать ее в Сети. С одной стороны эта копилка всевозможных сведений была хороша тем, что там можно было найти почти все, но с другой – там же было предостаточно и просто откровенного информационного мусора и на поиск интересовавших тебя данных могло уйти очень много времени. Однако в тот раз Иргану повезло – заниматься долгим разгребанием информационных залежей ему не пришлось, и он практически сразу повстречал то, что касалось интересовавшей его темы.

На одном из сетевых порталов, часть ресурсов которого была посвящена как раз легендам о Лисах Радуги и обсуждению всего сопутствующего данной теме, Ирган наткнулся на весьма любопытное повествование. В нем один из практикующих рассказывал как раз о способе, с помощью которого, по его утверждению, можно было изменять настроенность центра устремленного внимания на тот или иной слой Силы.

Согласно этому необычному описанию, все живые существа этого мира были похожи на несколько вложенных друг в дуга сферических оболочек-коконов пространство между которыми было заполнено разряженной энергетикой разного рода. Такие оболочки, однако, вовсе не были наглухо закрыты - посредством тонких энергетических каналов, пронизывавших все физическое тело существа, они могли обмениваться энергетикой как с внешним миром, так и межу собой. Кроме того, все существа постоянно "дышали", или точнее - постоянно то втягивали энергетику внутрь себя, то выбрасывали ее наружу. Однако вовсе не все существа "дышали" одинаковой энергетикой, кто-то из них нуждался в одном ее виде, кто-то - в другом. Но самым любопытным было то, как в перспективе всего этого описывались манипуляции с центрами внимания.

По утверждению практикующего, предоставившего в распоряжение посетителей портала эти результаты своих наблюдений, точно так же, как у человека в районе затылка формировался сгусток плотной энергетики, так же подобный сгусток скапливался и спереди его тела, в районе находящемся немного ниже пупка. Именно из этой скапливавшейся энергетики и образовывались те самые энергетические каналы-связи, соответствовавшие инстинктивному способу восприятия окружающего мира. Для того же, чтобы научиться "зацепляться" такими каналами за какой-либо привлекательный слой Силы по личному выбору, рекомендовалось сперва освоить некоторые манипуляции.

Во-первых, желающему попробовать свои силы в этой практике для начала следовало обязательно освоить какой-либо способ вхождения в состояние "внутренней тишины", или как это поэтично называлось в данном описании - "погружаться во внутреннее безмолвие". Во-вторых, ему нужно было научиться сосредотачивать свое внимание в области поясницы. В-третьих, как он обычно помещал точку, из которой обозревал мир, в место позади основания черепа, точно так же следовало научиться помещать ее в место позади поясницы. И только после того, как практикующий овладевал этими навыками, он мог переходить уже непосредственно к изменению настроенности своих центров внимания на какой-нибудь слой Силы.

Само же изменение настройки собственно сводилось к нескольким, вроде бы достаточно простым по своему принципу, действиям:

Сперва выполняющий практику должен был усесться с прямой спиной, войти в состояние "внутреннего безмолвия" и настроить на привлекательный для него слой Силы свой центр считывающего внимания.

Для этого ему перво-наперво нужно было подыскать соответствующий объект, чья энергетика была бы идентична энергетике заинтересовавшего его слоя Силы. Затем он должен был сначала выдохнуть и закрепить на выбранном объекте восприятие своих соответствующих физических органов чувств, а после того, как почувствует потребность сделать новый вдох, не торопясь начинать вдыхать, не теряя при этом того ощущения, которое у него вызывает именно данный объект.

Таким образом, как утверждало найденное Ирганом описание, центр считывающего внимания практикующего получал "образец" энергии, соответствующей нужному ему слою Силы, и затем понемногу привыкал "дышать" строго определенным видом энергии, а по истечении некоторого времени между ним и соответствующим слоем Силы устанавливался устойчивый канал энергетической связи.

Все эти шаги следовало проводить без торопливости и лишнего напряжения, а единственное, на чем заострялось внимание, это чтобы практикующий обязательно тщательно концентрировал свое внимание на том, какую энергетику он вдыхает, а к тому, куда энергетика утекает на выдохе, оставался совершенно незаинтересованным.

И только после того, как восприятие центра считывающего внимания наконец-то надежно "зацеплялось" за необходимый слой Силы, следовало переходить уже непосредственно к настройке центра устремленного внимания.

Для этого практикующему сначала следовало переместить точку, из которой он обозревал мир, в область позади поясницы и, ловя при этом соответствующее ощущение, попробовать отследить ранее установленный канал уже оттуда. Если же получался и данный этап, и ему удавалось из центра устремленного внимания пронаблюдать этот канал энергетической связи с необходимым ему слоем Силы, то за счет этого информация о соответствующем виде энергетики попадала уже в сам центр устремленного внимания. Затем, учитывая рекомендации по настройке центра считывающего внимания, надлежало точно также научить "дышать" данным видом энергетики и центр устремленного внимания.

Но здесь был один важный момент, который оговаривался особо и который отличал рекомендации по манипуляциям с данным центром внимания. После того, как восприятие центра устремленного внимания тоже достаточно прочно "зацеплялось" за необходимый слой Силы, было необходимо выполнить одну обязательную процедуру: Сперва нужно было сделать глубокий выдох. Потом следовало немного повернуть в сторону верхнюю часть корпуса, скручивая при этом позвоночник в области поясницы так, чтобы ощущалось небольшое напряжение мышц живота в районе пупка и не торопясь "вдохнуть" энергетику соответствующую данному слою Силы. Затем же, с одновременным усилением скручивания и сжатия мышц, с усилием "выдохнуть" эту энергетику в область напряжения. Таким выдохом энергия соответствующего слоя Силы словно проталкивалась глубоко внутрь тела. Действие это, судя по имевшимся указаниям, позволяло более жестко, прямо на уровне физического тела, зафиксировать вновь обретенную настройку и его надлежало повторить несколько раз, без спешки, без чрезмерного напряжения, и с поочередным скручиванием позвоночника вправо и влево.

Вдобавок ко всему, в этом рассказе откопанном Ирганом в недрах Сети утверждалось, что подобным же способом можно было поменять настроенность на нужный слой Силы практически любого энергетического канала, проходящего через тело человека. Как говорилось, единственное неудобство, которое могло при этом возникнуть, это то, что для пересечения в одной точке настраиваемого канала и канала, идущего через центр считывающего внимания, потребовалось бы принимать не слишком комфортные позы.

Вообще, все это описание энергетического строения живого существа показалось Иргану подозрительно напоминающим все то, с чем молодые люди имели дело еще в самом начале своего Пути. И именно поэтому данная информация сразу же зацепила его внимание и заставила приглядеться к ней с большим интересом.

- Ну смотри сам, - принялся доказывать он своему другу на следующий же день буквально как только показался на пороге, - вон сколько схожих моментов. Так что я считаю, что это дельные сведения. И не знаю как ты, а я буду пробовать все это обязательно.

Но к его удивлению Мерк, обычно достаточно придирчиво относившийся к различным данным из Сети, касавшимся каких-либо результатов работы с биоэнергетикой, на этот раз даже и не думал возражать. Вместо этого он, прочитав принесенные Ирганом материалы, о чем-то надолго задумался и казалось даже не слушал настойчивых восклицаний товарища.

- Знаешь, - наконец-то обратился он к своему напарнику, - похоже, это действительно что-то стоящее. И то, что все это похоже на описание, с которым мы уже имели дело, это одно. Но есть еще один момент. В общем, в свое время, еще задолго до того как я увидал у Артана ту самую известную тебе книгу, мне в руки попадалась другая. Та тоже была о работе с бионергетикой, но вот все то, что в ней рекомендовалось, лично у меня совершенно "не пошло". А были в той книге, помимо весьма скудного и достаточно странного теоретического обоснования, многочисленные описания различных статических и динамических упражнений, сопровождающихся дыханием по строго оговоренной методике. В общем, для выполнения многих из них действительно приходилось принимать достаточно необычные позы и утверждалось, что с помощью таких упражнений можно достигать очень значительных воздействий на свою биоэнергетику и физику. Но, честно говоря, лично я, попробовав их выполнять, никакого особого эффекта не ощутил и вскоре все это дело забросил…

- Так наверное не стоило так быстро сдаваться? – нетерпеливо перебил его Ирган, - И наверное нужно было просто затратить побольше времени и приложить побольше усилий?

- Нет, скорее дело было в другом, - Мерк отрицательно мотнул головой, - Если судить по тому описанию, которое ты сегодня принес, то очень важную роль, если вообще не основную, играет настройка центров внимания на какой-либо слой Силы. Там, кстати, кажется, тоже был какой-то подобный момент, но вот он-то как раз тогда и остался мною совершенно не понят и, как я думаю, ничего не получилось именно из-за этого. Из-за того, что ускользнула весьма важная часть методики.

- Понятно… Значит и у тебя бывают проколы, - усмехнулся его напарник, - Ну так как? Принимаем принесенные мною данные ко вниманию и будем пробовать?

- Пробовать будем, - согласно кивнул Мерк, - А что до проколов… То конечно бывают, и возможно будут еще. Не ошибается лишь ничего не делающий. Важнее не повторять одних и тех же ошибок дважды.

Разумеется после этого разговора в течение следующей пары месяцев все усилия двух друзей были направлены на овладение предложенным методом.

С предварительной настройкой центра считывающего внимания особых сложностей не возникло – вхождение в состояние "внутренней тишины" и последующее созерцание какого-либо объекта с благоприятным биоэнергетическим фоном было уже достаточно привычным делом. Впрочем и здесь, по мере наработки соответствующих навыков, обнаруживались некоторые моменты не оговоренные в принесенных Ирганом файлах и поначалу не замеченные и самими друзьями. Так, например, оказалось, что очень часто не получается сделать вдох обеими легкими одинаково равномерно. И поэтому приходилось либо очень тщательно контролировать дыхание, либо поочередно делать вдохи то одним легким, то другим, причем стараться, чтобы они были равноценны как по настроенности на выбранный слой Силы, так и просто по объему вдыхаемого воздуха.

Когда это было замечено, Ирган даже сперва хотел вновь забраться на тот портал в Сети, где он нашел столь заинтересовавшее его описание, и указать его посетителям на допущенные автором неточности. Но потом, после того как оказалось, что для получения более оптимального эффекта в процессе настройки центра считывающего внимания, Мерку, например, лучше было втягивать, или "вдыхать", энергию в себя из области локализующейся перед переносицей, а ему самому - через подобные области перед двумя точками под глазами, все же решил этого не делать. Все-таки наблюдения всего двух человек, да еще и не достаточно систематические, вряд ли могли так смело претендовать на включение в чужую теорию. Тем более, что в том моменте, что "выдыхать", например, лучше было не куда-либо и как попало, а так, словно разом и одновременно во все стороны от себя, они с Мерком оказались опять одинаково согласны.

Гораздо дольше пришлось возиться с последующими этапами предложенной практики. Выражение "поместить точку, из которой обозреваешь мир, в место позади поясницы" очень долго представляло собой полнейшую абракадабру. И уж совершенно не ясно было то, каким образом можно выполнить подобное указание. И с этим моментом больше повезло уже Мерку.

В тот день он ехал в вагоне монорельса возвращаясь к себе домой после очередной смены. В отношении работы день выдался весьма напряженный и потому, чтобы просто побыстрее скинуть усталость, молодой человек воспользовался тем, что пассажиров почему-то было немного, и, закрыв глаза, пытался расслабиться и приблизиться к состоянию "внутренней тишины". Иногда это ему удавалось и в такие моменты Мерк почти полностью отключался от восприятия окружающей обстановки.

К тому же, как раз буквально накануне окончания смены, они с Ирганом в очередной раз пытались разобраться с этой поставившей их в тупик загадочной формулировкой, и поэтому внимание его было невольно обращено как раз на указанную область спины. Вероятно, совокупность всех этих факторов и сыграла свою роль, и в результате этого в одну из таких своих "отключек" Мерк внезапно осознал, что единственные воспринимаемые им в тот миг ощущения были ощущениями физического тела в районе поясницы.

Продолжив концентрировать все свое внимание на данной области, молодой человек постепенно почувствовал себя так, словно все его существо "перетекло" именно в эту точку и теперь принимает приходящую информацию, находясь как раз в месте позади поясницы. Правда "обозревания мира" почему-то явно не наблюдалось, а отмечалось лишь отслеживание ощущений физического тела, и, тем не менее, это уже был шаг вперед.

На следующий день все свое свободное время Мерк естественно посвятил попыткам дальнейшего продвижения в освоении этой методики. После вхождения в состояние "внутренней тишины", настройки своего центра считывающего внимания на один из объектов с привлекательной энергетикой, и последующего достаточно непродолжительного сосредоточения внимания на ощущениях в области поясницы, повторить вчерашний эффект удалось достаточно легко. Он вновь "стек" вниз вдоль позвоночника и теперь опять всем своим существом находился в той самой точке. Впрочем, никакого "обозревания мира" не было и на этот раз.

Состояние, в котором пребывал Мерк, можно было сравнить с тем, как если бы он находился посреди полосы сильного тумана. Однако, заострять свое внимание на данном факте молодой человек не стал, поскольку в его планы входило вовсе не заниматься "обозреванием мира", а отыскать тот самый канал, тянувшийся от центра его считывающего внимания до интересующего его слоя Силы. Последовала еще одна длительная череда безуспешных попыток отыскать интересовавший его объект, пока Мерк наконец не обратил внимание на то, что ощущения в точке на переносице и в какой-либо другой точке тела весьма значительно разняться.

В следующий же момент он вывалился из состояния "внутренней тишины" и от души хлопнул себя по лбу. Ведь именно через точку вблизи переносицы он и "вдыхал" энергетику при предварительной настройке своего центра считывающего внимания! И естественно, что канал установившийся за счет этого должен был проходить где-то там же! Неожиданное осознание этого простого факта надолго вывело молодого человека из себя и вновь подойти к продолжению своей практики он смог еще не скоро. Тем не менее, в итоге он все-таки успокоился и опять последовательно принялся за выполнение тех же самых действий.

И приложенные усилия в конце концов увенчались успехом – через некоторое время сознание Мерка вновь переместилось в область позади поясницы и вскоре он уже оттуда "обозревал", или вернее сказать, "принимал те ощущения", которые приходили из области переносицы. В принципе, это было похоже на то, как до этого устанавливался канал между его центром считывающего внимания и внешним объектом с привлекательной энергетикой, только на этот раз роль такого объекта играла та область в его собственной энергосфере, которая располагалась на некотором расстоянии перед переносицей.

Затратив еще некоторое время на "обозревание" канала, который был установлен между его центром считывающего внимания и внешним объектом, Мерк заметил, что ощущения в области центра устремленного внимания стали практически идентичны ощущениям в точке на переносице. Таким образом, образец энергетики того слоя Силы, на который Мерк хотел настроиться, теперь имелся в его центре устремленного внимания и дальше оставалось только научить "дышать" этот центр внимания тем, чем нужно, а затем зафиксировать полученную настройку, проведя манипуляции рекомендованные к выполнению по окончании практики.

На следующий же день Ирган также был поставлен в известность относительно этих полученных результатов и дальнейшие опыты по настройке на различные слои Силы по личному выбору друзья проводили уже совместно. Дела шли не особенно резво и с переменным успехом. На какие-то из слоев Силы настройка давалась легко, можно даже сказать, что практически "на автомате", а на какие-то - с очень большими затруднениями. Так же в дальнейшем удалось найти необычное применение для практики пересечения в одной точке энергетических каналов от двух центров внимания. Как оказалось, если такую точку удавалось локализовать внутри своего физического тела или на задней поверхности энергосферы, то практикующий словно накрывался защитным коконом, или отгораживался от окружающего мира своеобразной стеной, и его восприятие в значительной мере ограничивалось только работой физических органов чувств.

В целом же итоги этой их деятельности оказались весьма странными и необычными. При изменении настройки центров внимания на разные слои Силы и их последующей долговременной фиксации постепенно изменялось практически все состояние – эмоциональное настроение, физическое самочувствие и даже сам образ мышления. В общей сложности впечатление от этого создавалось такое, что человек был подобен радиоприемнику - на какую станцию была настройка, то через него и транслировалось.

- Вообще, я не нахожу это странным. Биоэнергетические объекты вибрируют и радиоволны тоже разновидность колебаний, так что принцип схож и здесь по-моему все более менее понятно, - заявил как-то Ирган своему товарищу в ходе одного из совместных обсуждений, - По-моему интересней кое-что другое. Ты заметил, что все, чем мы занимались ранее, это по идее тоже способ настройки с последующей ее фиксацией? Даже еще тогда, в самом начале Пути, уже когда мы еще просто думали обо всем этом – это уже была своеобразная настройка центра считывающего внимания. Ну а под конец, при помощи интенсивной нагрузки ходьбой, происходила фиксация настройки на некую энергоструктуру уже на физическом уровне, за счет "впечатывания" энергетики соответствующего типа прямо в клетки тела. Мы делали практически то же самое, что сейчас, только другим способом, и настраивались только на одну предложенную энергоструктуру, а не выбирали какую-либо по своему желанию.

- Ну молодец, наконец-то! А я-то все думаю, заметишь ты это или нет, – расхохотался в ответ Мерк, - Естественно это сходно по своему принципу. Строение то человеческого тела сколько уже времени не изменяется? Так что, что у того, чьим рекомендациям мы следовали в самом начале, что у того, чьими наработками пользовались нынче, тела по всем своим основным характеристикам были одинаковы. Соответственно и инструмент, или оружие, это уж как тебе больше нравиться, у них были практически идентичными и правила пользования таковыми, разумеется, тоже похожи.

- А чего молчал? – недовольно буркнул Ирган, - Мог бы и раньше обратить на это мое внимание.

- А тебе самому голова на что? Чтобы информацию анализировать или чтобы в нее есть? – отмахнулся его товарищ, - Ну а уж если тебе так нужно, то обрати лучше свое внимание на тот факт, что все, с чем ты сталкиваешься в своей повседневной жизни внутри общества, по большому счету тоже попытки "впечатывания".

Ирган недоверчиво усмехнулся и задумался, пытаясь понять, что же подразумевал его друг.

- Слу-у-у-шай, - наконец удивленно протянул он, - Получается, что так и есть. И причем роль при этом играет абсолютно все – то, что человек видит, слышит, чувствует, и какие эмоции при этом переживает. Чем сильнее, громче, ярче внешнее воздействие, чем дольше его продолжительность, тем, соответственно, и глубже первоначальное "впечатывание". А если вслед за этим последует еще и интенсивная нагрузка, то "впечатывание" закрепится уже на физическом уровне.

- Вот дерьмо! Ведь мне постоянно пытаются что-нибудь эдакое "впечатать"! По-сто-ян-но!!! – продолжал Ирган внезапно разозлившись, - Что есть, что пить, что носить, что слушать и смотреть, с кем общаться и какие идеи исповедовать! Причем зачастую сначала приманить, завлечь внимание, а потом именно впечатать, навязать, вдолбить в мозги! Но за каким хреном им все это нужно?! Ну ладно, когда мне пытаются впарить что есть, что носить или что слушать, это я еще могу понять. Те, кто в этом заинтересован, имеют с этого деньги. Но кому какое дело, в какие идеи я буду верить?!

- Этот Мир – поле Великой Охоты. Охоты за Силой Творения. Не забыл случаем? – усмехнувшись поинтересовался у него Мерк, процитировав хорошо известное им обоим высказывание, - А ты говорил, что это только красивые слова…

- Ладно, это не только красивые слова. Меня действительно постоянно приманивают с какой-либо целью и охотятся за чем-то, что у меня есть. В самом простом случае – за моими деньгами, - согласился тот, - Но тогда что стоит за этими словами о Силе Творения? Это ты можешь сказать?

- Ну вот, начинается, - развел руками Мерк, - Я что по-твоему, все на свете знаю? Будем искать, раз уж действительно так интересно.

Однако на этом продвижение застопорилось. Сколько друзья не пытались определить, что подразумевается под "Силой Творения", все было безуспешно. Также оставалось неясным и то, в каком же месте у человека локализуется третий центр внимания, который Воин-Лис не должен был посвящать никому кроме Духа-Правителя. Но и без этого уже было чем заняться, поэтому было решено особо не упорствовать и пока использовать те результаты, что уже есть.

Практики по изменению своей настройки на ту или иную энергоструктуру по своему выбору особенно понравились Мерку. В последствии он частенько пользовался ими для того, чтобы немного скорректировать собственное энергетическое состояние в сторону настроя на слой Силы наиболее привлекательный для своего собеседника.

Иргана же заинтересовало кое-что другое - сведения о том, что центр считывающего внимания, которым человек в основном и пользуется в привычном для себя состоянии, способен воспринимать лишь малую часть из всех тех слоев Силы, которые вообще существуют в этом Мире…


***

- ...В целом, каждый такой Мир есть совокупность трех обязательных составляющих: Мер, Кха и Бхоа. Кха представляет собой то, что есть суть каждого такого Мира - сгусток излучающего вещества. Это есть истинная сущность такого Мира. Мер - это особая оболочка, которая окружает Мир и не дает ему понапрасну утрачивать излучение его Кха. И, наконец, Бхоа. Бхоа есть твердь Мира, его тело. Оно представляет собой образование, возникшее в результате непосредственного соприкосновения Мер и Кха и их взаимопроникновения. Если все эти три составляющих находятся в должным образом сбалансированном состоянии, то в таком Мире могут жить и развиваться существа из плоти.

- Прости, что прерываю тебя, Джах Х`вей, - предупреждающе поднял ладонь Эллаль, призывая собеседника остановиться, - Но если, допустим, с твердью Мира или с его сущностью, которая есть излучающее вещество, все более-менее понятно, то с этим самым Мер - не совсем. Что за оболочка такая? – и он недоуменно развел руками.

На мгновение д`хагон замер, задумавшись, а потом встрепенулся и обратился к братьям:

- Властители, если я верно понял из всего того, что ранее было между нами сказано, то в традициях вашего народа понятие "бестелесных существ" наличествует?

- Совершенно верно, - подтвердил Нидуммунд, - Правда, таковые у нас именуются несколько иначе, но я думаю, мы говорим о явлении одного порядка.

- Хорошо. В таком случае для вас не будет трудностью воспринять то, что бестелесное существо - это такое, которое лишилось своего тела, или своего Бхоа. А в результате от него осталось только Мер. Еще у него остается и какая-то часть Кха, но в большинстве случаев таковая весьма и весьма незначительна.

После некоторого размышления над таким своеобразным объяснением оба правителя все-таки выразили свое понимание и посол д`хагонов вновь принялся за свое повествование:

- Обустройство же сообщества живых существ внутри такого Мира, в целом лучше всего будет уподобить дереву. Д`хагоны так и называют его - Древо Жизни. Древо Жизни каждого Мира само по себе не является однородным образованием, а может быть сравнено с несколькими переплетенными и проросшими друг в друга Древами различных видов существ. И это не только Древа всевозможных подвижных живых существ, но также и Древа растений. Источником питания для семени Древа Жизни какого-либо Мира является Пыль Жизни, которая суть излучение Кха такого Мира, а ветви Древа плодоносят плодами знания, которыми питается тот, кто является его хозяином и хранителем, - Тиран Мира. Основной же задачей Тирана Мира является сбор силы, которую заключает в себе Пыль Жизни, содержащаяся в плодах Древа Жизни, и использование этой силы на содействие тем существам, которые наиболее удачно содействуют его устремлениям.

Для нас с вами, Властители, пожалуй, полезней всего будет подробно остановиться на Древе подвижных живых существ. Насколько известно д`хагонам, в целом, по мере своего возрастания, оно способно приносить плоды знания семи видов. Сами же такие плоды есть, прежде всего, действительно знания. Знания о том, что должно обрести живым существам для того, чтобы их действия соответствовали устремлениям Тирана Мира. Но так же такие плоды есть и сами действия, которые в дальнейшем совершаются существами под влиянием таких знаний.

Первый вид плода есть плод знания о форме. Той форме, которую необходимо принять телу живого существа для того, чтобы оно наиболее удачно способствовало исполнению устремлений Тирана Мира. Той форме, которая необходима для успешного выживания и действия в условиях именно данного Мира, и которая сочетает в себе в должной мере гибкость и твердость, упорство и податливость, подвижность и инертность.

После обретения существом своей формы, оно получает возможность постичь плоды знания второго вида и обрести осведомленность об основной разновидности воли Тирана Мира. Второй вид плода есть плод влечения. Влечение есть основной и наиболее сильный из побуждающих факторов в арсенале Тирана Мира. Оно помогает подвигнуть живое существо на достижение целей, кажущихся ему притягательными, и в целом - на проявление активных действий.

Третий плод - плод способности к накоплению. Для того чтобы успешно содействовать Тирану своего Мира, существо должно научиться умению каким-либо способом самостоятельно собирать и накапливать силу, содержащуюся в плодах Древа Жизни. Только после того, как существо научится самостоятельно собирать Пыль Жизни, оно действительно становится способным содействовать выполнению всех тех задач, что стоят перед Тираном Мира, и из которых самой первоочередной является задача рождения новых существ, которые в дальнейшем в свою очередь будут приносить Тирану новые плоды.

После того, как существо научится самостоятельно собирать Пыль Жизни, оно получает возможность научиться приносить плоды четвертого вида. Четвертый плод есть плод эмоций. Существо, постигнувшее плод этого вида, сможет более чутко ощущать волю Тирана Мира, а также может обучиться такому способу воздействия на прочих существ, подобным которому на них воздействует сам Тиран Мира.

В том случае, если действия существа перестают соответствовать воле Тирана, то большая часть эмоций, испытываемых им в его повседневной жизни, не будет из числа приятных.

Если же быть достаточно наблюдательным, то можно понять, что Тиран Мира сам не воздействует на живых существ путем грубого физического влияния. В каждое свое действие, которое существа совершают под влиянием ранее достигнутых плодов знания, они вкладывают некоторую долю собранной ими Пыли Жизни. Если таковое действие не является целенаправленно сконцентрированным, то часть вложенной в него Пыли Жизни оказывается рассеянной и вот в том, чтобы эта часть не была утрачена безвозвратно, как раз и состоит основная задача Тирана Мира. В дальнейшем часть собранной им Пыли Жизни Тиран передает тем существам, что действуют в соответствии с его устремлениями. И уже таковые существа, имея в своем распоряжении избыток Пыли Жизни, будут более деятельны чем те, кто просто занимается сбором Пыли Жизни, и смогут в дальнейшем воздействовать на последних, побуждая их к каким-либо действиям.

Пятый плод есть плод выраженного знания. Существо, научившееся воспринимать волю Тирана с помощью плода четвертого вида, также может научиться доводить соответствующие сведения и до других существ. Это может осуществляться как посредством разнообразного осмысленного чередования звуков, так и обыгрыванием цветовой гаммы изображения, или приданием какой-либо формы окружающим предметам. В дальнейшем такая способность может распространяться и на умение выполнять теоретические или конструктивные построения с помощью мысленных образов и абстрактных терминов.

Шестой - плод образной памяти. Он содержит в себе память обо всем, с чем сталкивается существо в своей жизни, в виде того или иного рода образов. При этом совершенно не обязательно, чтобы такие образы имели характер визуального отображения, хотя таковые и представляют для существ, похожих на нас с вами, Властители, большую часть. Тем не менее, все, что однажды как-то вывело существо из состояния привычного для него равновесия, обязательно запоминается.

И, наконец, последний, седьмой, есть плод высшего невыраженного знания. Все, чем мы руководствуемся в своей деятельности, есть знания, память о пережитом опыте. Это может являться непосредственно нашей личной памятью о том, с чем мы соприкоснулись в своей жизни, или это может являться опытом, переданным путем непосредственного обучения нас нашими предшественниками, и, тем не менее, это все-таки память. Но наши знания, наша память, не могут включать в себя абсолютно все знания о том Мире, в котором мы существуем, всю память о том, с чем он когда-либо соприкасался. Все знания о каком-либо Мире заключает в себя только память Тирана такого Мира. Его память и есть высшее невыраженное знание.

Посол д`хагонов замолчал и сделал странный жест, толи демонстрируя полное преклонение перед неведомым Тираном Мира, толи выказывая неподдельное уважение ему же. На некоторое время воцарилось молчание. Оба Властителя пытались осмыслить озвученное и хоть каким-то образом соотнести все сказанное с привычными для себя познаниями, а д`хагон просто ждал их откликов на свой рассказ.

- Но почему такое знание именно невыраженное? Потому что Тиран Мира не может с помощью какого-либо способа поведать нам о нем? - наконец обратился к нему Властитель Нидуммунд, с задумчивым видом потирая подбородок, - Но тогда мы можем сделать вывод, что это некое знание Тирана Мира будет для нас бесполезно. Ведь мы же просто не сможем им воспользоваться.

- То, что знание Тирана Мира названо невыраженным, означает лишь тот факт, что он не может вам о нем поведать, используя характерные для вас способы взаимодействия. Но знание, и особенно знание Тирана Мира, не может быть бесполезным, - неожиданно твердо заявил посол, - Особенно это важно для вас, потому что вы не есть плод этого Мира.

- Что ты хочешь сказать этим, Джах Х`вей? - и Властитель Срединных Земель заинтересованно вскинул взгляд на собеседника.

- Действовать в соответствии с устремлениями Тирана какого-либо Мира - это единственный способ занять достойное положение в таком Мире. Поскольку же вы не есть плод Мира этого, то между вами и Тираном этого Мира прямых точек соприкосновения, скорее всего, нет, и единственный способ для вас узнать его устремления - наблюдать за существами населяющими его владения, пытаясь распознать среди них тех, что действуют в соответствии с его устремлениями наиболее удачно.

- Действия тех из них, кто жив, его устремлениям не противоречат. Те же из них, чьи действия наиболее полно отвечают его устремлениям, по отношению к остальным занимают доминирующее положение, - добавил д`хагон предвосхищая очередной вопрос.

Найдя такое утверждение несколько сомнительным, Властитель Мира с недоверием усмехнулся и несколько раз покачал головой, а затем вдруг неожиданно рассмеялся и спросил:

- Джах Х`вей, но ведь если д`хагонов в этом Мире постигла, скажем так, печальная участь, то, следуя твоим умозаключениям, это означает, что их действия стали противоречить устремлениям Тирана этого Мира?

Посол тотчас воспроизвел очередной согласный жест и одобрительно кивнул, отдавая должное сообразительности правителя:

- И потому разобраться с тем, что здесь произошло, для нас особенно важно, - заявил он, - Неудачный опыт - тоже опыт.

- Хорошо, Джах Х`вей. Понятно, что интересы д`хагонов относительно судьбы, постигшей их посланников в этом мире, вполне обоснованы. И описания Древа Жизни и всевозможных его плодов, признаю, тоже небезынтересны. Но давайте все-таки вернемся к непосредственно нашим интересам в этом мире, - произнес Властитель Нидумунд, решив вернуть разговор в прежнее русло.

- Конечно, Властители, конечно, - незамедлительно откликнулся тот, - Как мы уже выяснили, начало преследующей вас череде неприятностей положило то, что вы поселились в городах, принадлежавших представителям расы прежних хозяев этого Мира. При этом вы вошли в соприкосновение с теми бестелесными существами, которые ранее были ни кем иным, как жителями этих самых городов, и для которых указанные места ныне были источником Пыли Жизни. Этот ваш неосторожный шаг привел к тому, что произошло оживление всей совокупности Мер-Кха-Бхоа этой древней расы.

Да, не стоит так удивляться. Как и весь Мир в целом, обустройство каждого из сообществ существ его населяющих представляет собой подобную же совокупность - совокупность Мер, Кха и Бхоа, за исключением того, что все три части совокупности Мер-Кха-Бхоа какого-либо сообщества распределены между каждым из включенных в него существ. Но, разумеется, распределены они между ними не в одинаковой степени. Если же быть еще более точным, то Мер, присущая в целом Миру, распределена вообще между всеми существами населяющими Мир.

Тем не менее, суть от этого не меняется. Так, например, некоторые бестелесные существа, которые Бхоа лишены вовсе, точно так же как и живые могут собирать Пыль Жизни и передавать ее своим наместникам и, соответственно, посредством их - Тирану Мира...

- Что еще за наместники? - заинтересованно встрепенулся Властитель Мира, - Ранее ты о них не упоминал!

- Совершенно верно, Властитель, но просто в том не было никакой необходимости, - не моргнув глазом, откликнулся д`хагон, - Наместники Тирана есть у каждого из сообществ отдельных видов существ, их можно сравнить с представителями Тирана Мира, назначенными им для управления каким-то определенным сообществом. Сам же наместник есть такой представитель соответствующего сообщества, который первым смог познать плод Древа Жизни такого вида, который другие существа этого сообщества до него не пробовали. Наместник действует исключительно в интересах своего сообщества и остается наместником ровно до тех пор, пока какое-либо из существ данного сообщества не познает плод более труднодоступный, плод более совершенного вида.

- Залезет по Древу Жизни повыше? Поближе к Тирану Мира? Так что ли? - и Эллаль от души расхохотался.

- Можно выразиться и так, - не стал возражать посол и тут же вновь вернулся к оставленной теме, - Таким образом, как если бы по засыхающей ветви неожиданно вновь потекли питающие соки, так и от сообщества этой древней расы к Тирану Мира стала поступать Пыль Жизни. Это позволило данной расе избегнуть участи одной из тех многих ветвей, что за долгое время бытия этого Мира были позаброшены его Тираном и стали окончательно засохшими. А поскольку раса данных существ, как вы и сами признавали, достигла весьма высокого уровня развития, то Тиран Мира не преминул вновь поставить их себе на службу и предоставил ее представителям возможность активного действия.

Теперь поговорим относительно того, почему же у вас с ними не наладились отношения. Как я считаю, здесь все дело в том, что как представители своего старого Мира вы явились носителями разновидности Мер совершенно чуждой для Мира этого. Или, если выразиться немного иначе, ваше появление в пределах этого Мира явилось для него неким подобием вирусного вторжения.

Да, Властитель, именно так. Если конечно вам это не по нраву, то все можно представить и в том виде, что вы явились не чем иным, как передовым отрядом Тирана своего старого Мира в деле завоевания им новых владений, - словно откликаясь на восклицание Властителя Эллаля, явно оставшегося недовольным предыдущим утверждением, произнес д`хагон, - И хотя вашим солдатам воевать здесь ни с кем не пришлось, тем не менее, в этот Мир войну вы все-таки принесли. К тому же ваше вторжение носило весьма резкий характер. Вы немедленно принялись перекраивать имеющийся в этом Мире порядок под свои вкусы.

И естественно, что Тиран этого Мира свои владения стал защищать. Первым из его действий в данном направлении я усматриваю, безусловно, то, что представители прежде господствовавшей расы стали способствовать срывам в работах, проводимых вашими подданными, а так же сами попытались взять их под свое управление. Если бы этот ход удался, то он в дальнейшем вполне воспрепятствовал бы активному проникновению в пределы его владений новых носителей чуждого Мер.

Но это тоже был весьма грубый ход и ничего странного, что он сразу привел к серьезным осложнениям. В дальнейшем же соперники, здесь я подразумеваю, конечно, Тиранов обоих Миров, перешли к более изощренным действиям.

Таковым действием со стороны Тирана вашего старого Мира явилось, несомненно, побуждение вас, Властители, к созданию новой расы. Расы, в которой разновидности Мер обоих Миров оказались смешаны. Это позволило ему получать Пыль Жизни из пределов данного Мира и непосредственно от таких существ, что являются частью этого Мира. Причем связь его с этим Миром, полученная таким образом, оказалась самой крепкой из всех возможных, поскольку является связью основанной на узах крови.

- Подожди, Джах Х`вей, ты утверждаешь, что идея о создании новой расы возникла у нас благодаря воздействию Тирана нашего прежнего Мира, которому ее представители были необходимы как источник Пыли Жизни? - вновь прервал посла Властитель Срединных Земель, - Но какой в этом смысл? Ведь в этом Мире уже были мы. И, следуя твоему описанию обустройства Миров, мы сами и являлись для него поставщиками Пыли Жизни?

- Но вы не являлись частью Мира этого. Поэтому, если бы Тиран этого Мира нашел способ от вас избавиться, то он бы это сделал совершено безболезненно для себя, - невозмутимо отпарировал дхагон, - А при ныне сложившихся обстоятельствах новая раса может являться, и является, поставщиком Пыли Жизни сразу для обоих Тиранов, и Тирану Мира этого, пожелай он избавиться от своего соперника, придется избавляться от тех, кто поставляет Пыль Жизни и ему самому.

- И все-таки я не понимаю. Ведь до того, как представители созданной нами расы стали превалировать среди разумных существ этого Мира, в нем были широко распространены представители совершенно других племен, а на данный момент их число весьма незначительно. Не кажется ли тебе, что весьма неразумно позволять занимать доминирующее положение тем, кто, образно говоря, работает не только на тебя, но и на твоего соперника? - и Нидуммунд вопросительно приподнял брови.

- Властитель, такое существо, как Тиран Мира в своих действиях не руководствуется соображениями стратегии. Для осуществления своей деятельности Тирану Мира необходима Пыль Жизни, и чем больше ее в его распоряжении может оказаться, тем для него лучше. Определенная часть живых существ есть вообще просто публика, которая содержится Тираном исключительно для того, что бы в необходимый момент посредством какого-либо воздействия он мог изъять у них ту часть Пыли Жизни, которую они скопили в своем личном запасе, и использовать ее для своих неотложных потребностей.

Судя же по вашему описанию, созданные вами существа к подобным воздействиям оказались гораздо более восприимчивы, нежели те разумные, что прежде доминировали в этом мире. Другими словами, вы сделали их более уязвимыми для влияния Тирана Мира, впрочем, как и для влияния вообще любой бестелесной сущности, а сам Тиран этого Мира в свою очередь соблазнился более доступным источником Пыли Жизни...

- Джах Х`вей, ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет! - недовольно воскликнул Эллаль, от души хлопнув себя по колену, - Ты что хочешь сказать, что мы своим вмешательством попросту испортили представителей прежнего вида разумных существ?

- Прости, Властитель, но причем здесь какие-то ворота? - с неподдельным недоумением уставился на него д`хагон.

- Брат хотел сказать, Джах Х`вей, что он считает высказанное тобой обвинение необоснованным, - поспешил с пояснением Властитель Срединных Земель.

- Еще раз прошу прощения, Властители, но я совершенно не собирался высказывать никаких обвинений, поскольку не пытаюсь рассматривать сложившуюся ситуацию с позиции поиска виновных или установления некоей справедливости. Я лишь стараюсь определить то, к каким последствиям привели те или иные действия, - произнес посол после некоторого замешательства, - С этой же точки зрения все выглядит следующим образом: Физическое тело существа, действующего в пределах какого-либо Мира, в процессе становления представителей соответствующего вида, формируется так, чтобы в должной мере сочетать в себе сопротивляемость и податливость внешним воздействиям. Существа же, созданные вами, по сравнению с теми, что доминировали прежде, обладают большей сообразительностью и большей ловкостью, что также указывает на более чувствительную нервную систему и, как следствие, - на большую восприимчивость к любым внешним воздействиям.

С легкими затруднениями "переварив" эту очередную тираду д`хагона, Властитель Мира хмыкнул себе под нос и, вновь найдя ее для себя небезосновательной, попросил того продолжать.

- Ответным ходом со стороны Тирана Мира этого, - вновь принялся излагать свои соображения посол, - явилось без сомнения то, что и некоторые представители расы, господствовавшей в этом Мире в древние времена, поспешили заручиться расположением отдельных представителей расы новой и связали себя с ними узами крови. Естественно, дополнительного источника Пыли Жизни Тирану Мира это не принесло, здесь дело несколько в ином - этим действием представители древней расы придали устремлениям ваших подопечных то же самое направление, что было присуще их собственному сообществу.

До того, как был сделан этот ход, существа новой расы, будучи представителями такого типа существ, деятельность которых во многом, если не во всем, зависит от памяти наличествующей в их распоряжении, были в этом отношении всецело зависимы от вас. Можно даже сказать, что разумом ваших подопечных был разум вашей собственной расы. После того же, как древняя раса этого Мира связалась с ними узами крови, у них появилась возможность выбора. И как вы понимаете, даже если бы вы после этого физически уничтожили всех представителей той древней расы, положения бы это не исправило, поскольку таким действием вы всего лишь изменили бы форму их существования - сделали бы из них бестелесных существ. Однако это отнюдь не лишило бы их потенциальной возможности воздействия на ваших подопечных.

В этих условиях большую часть Пыли Жизни, собираемой существами новой расы, будет получать уже тот из Тиранов, чьи представители будут предоставлять им такие советы, которые будут отвечать их непосредственным насущным запросам. Иными словами, к кому они чаще станут склонять свое внимание - тот и будет в выигрыше.

Ваши же советы, Властители, при всем к вам уважении, в первую очередь преследуют соблюдение интересов вашей собственной расы, а так же, соответственно, интересов Тирана вашего прежнего Мира. Интересы же представителей созданной вами расы вы стараетесь соблюсти только в том случае, если дела их сопутствуют вашим собственным.

И здесь вы сталкиваетесь с очень неприятным для вас моментом: Для того, чтобы действия представителей созданной вами расы отвечали и вашим интересам тоже, им приходится выполнять такие виды работ, которые на данный момент не представляют для них никакой непосредственной надобности. Нет особой необходимости пояснять, что выполнение ими таких работ будет вестись только при условиях, если во взаимодействии с вами у них есть значительная заинтересованность. Если же такой заинтересованности нет, другими словами, если они могут получать то, что им необходимо, к примеру те же самые советы, откуда-либо со стороны, то и заинтересованность во взаимодействии с вами у них заметно снижается.

Д`хагон вновь умолк и спокойно смотрел на Властителей, словно в очередной раз предлагая им сделать соответствующие выводы. Судя же по лицам братьев, нарисованная картина их вовсе не обрадовала. Совершенно не нужно было быть исключительным мыслителем, чтобы понять, что над создаваемой ими системой правления нависла серьезная угроза. Задача постоянного контроля и опеки, постоянного удачного разрешения всех возникающих у их подопечных проблем, а также полного удовлетворения всех их запросов и потребностей представлялась просто-напросто малореальной. А без этого представители расы, взятой ими под попечительство, рано или поздно, но обязательно опять попадут под влияние их соперников. Пусть даже последние и пребывают ныне в несколько необычной форме существования.

Да уж, внезапно оказалось, что вся грандиозная машина их государства, словно колосс на глиняных ногах, опирается на весьма шаткое основание. Надежда же на создание сообщества, не оставляющего внутри себя недовольных, а также на успешное завершение начатого ими дела, вообще терялась где-то в призрачной дали.

- Что ж, Джах Х`вей, надо признать, что твои соображения относительно всех поднятых вопросов явились весьма и весьма небезынтересными, - подвел итог Властитель Эллаль, - Хотя один момент лично для меня все-таки остается неясен. Если представители созданной нами расы все равно рано или поздно попали бы под влияние наших соперников, то почему Тиран этого Мира все-таки пошел на их уничтожение? Ведь, так или иначе, попав под влияние древней расы этого Мира, они, без всякого сомнения, стали бы действовать в его интересах?

Остановив на правителе внимательный взгляд, посол достаточно долго ничего не говорил, а потом с заметным интересном спросил:

- Почему, Властитель, ты считаешь, что события, повлекшие за собой уничтожение почти всей созданной вами расы, были вызваны волей Тирана этого Мира?

- В своем рассказе, Джах Х`вей, я упоминал, что каменная глыба, принесенная к пределам этого Мира из глубин вселенной, прошла мимо гораздо ближе, чем показывали все предварительные расчеты. Словно при приближении кто-то намеренно подтянул ее поближе. А какая иная сила, как не Тиран этого Мира, способна осуществить подобное?

Удивленно покачав головой, и выдержав длительную молчаливую паузу, видимо затронутый момент являлся для него не столь очевидным, как те, что упоминались ранее, посол д`хагонов произнес:

- Властитель, как ты понимаешь, мне непросто рассуждать о том, что побудило такое существо, как Тиран Мира, к тем или иным действиям. Но если мои соображения по данному поводу верны, то причина здесь в том, что влияние, оказываемое представителями древней расы на ваших подопечных, воспринялось последними с искажением. И вследствие этого действия их повлекли за собой нарушение соотношения сил, существующего в этом Мире, в такую сторону, что его Тирану была неугодна. Потому последовавшие события и приняли известный вам оборот.

- Значит, если следовать твоим рассуждениям, есть еще и некая причина, по которой подобное влияние может подвергаться искажениям? - подвел итог его тираде Властитель Эллаль, - И что же это может быть? – и он с любопытством взглянул на собеседника.

В ответ д`хагон лишь изобразил жест недоумения:

- Подобные причины, к сожалению, характерны в первую очередь тем, что могут очень сильно отличаться для каждого конкретного случая.

На этой ноте разговор как-то внезапно себя исчерпал. День уже изрядно перевалил за полдень, и все трое заметно утомились беседой. Изложив послу некоторые подробности, касавшиеся обещанного сотрудничества, Властитель Мира звоном колокольчика подозвал ожидавшего поодаль слугу и наказал тому сопроводить высокого гостя в предоставленные апартаменты.

Отвесив напоследок обоим Властителям по легкому поклону, д`хагон направился было за своим провожатым и, вдруг обернувшись, сказал:

- Властитель, прежде чем я покину вас, мне бы хотелось задать еще один вопрос. Те древние боги-Властители, о которых было упомянуто в твоем рассказе о вашем старом Мире, не являлись ли они случайно д`хагонами?

Замерев в каком-то нехорошем предчувствии, Властитель Мира с совершенно спокойным лицом, на котором не отразилось ни малейшей эмоции, спросил:

- Что заставляет тебя так думать, Джах Х`вей?

- Я усматриваю в последовательности ваших действий некоторые весьма характерные особенности. Таковые свойственны именно д`хагонам, и вполне могли быть позаимствованы у них теми, кто идет по их стопам, - ответил посол и, не дожидаясь ни опровержения, ни подтверждения своих слов, развернулся и направился дальше.

- Наше преимущество только что разлетелось вдребезги, - холодно сообщил Эллаль брату, когда их собеседник удалился на достаточное расстояние, - Теперь он знает, что доверять ему мы не будем.

- Или, по крайней мере, догадывается, - подтвердил Властитель Срединных Земель.

Сцепив пальцы в замок, он с удовольствием потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы, и спросил:

- Ну и как тебе умозаключения нашего гостя?

- Ход мысли д`хагона причудлив не меньше, чем изгибы змеиного танца, - усмехнувшись отозвался Властитель Эллаль, похоже процитировав какую-то старинную поговорку.

- Не знаю... Изъясняется он конечно достаточно вычурно и непривычно, - не согласился Нидуммунд, - Но, на мой взгляд, ничего слишком из ряда вон выходящего в его соображениях нет. К примеру, этот Тиран Мира - в принципе ничем не отличается от обыкновенного здравомыслящего правителя. Также собирает с подданных дань и также использует собранное для поддержки тех, кто своими действиями способствует достижению его целей. Ну, разве что руководствоваться ему при этом кроме как своим личным опытом, похоже, нечем.

- Да уж, весьма складный у него рассказ получился, - без особого энтузиазма подтвердил Властитель Мира, направляясь по дорожке ведущей ко дворцу и жестом приглашая брата проследовать вместе с ним, - Вот и думай теперь, то ли этот д`хагон нас попросту вокруг пальца водит, то ли у этого Тирана Мира действительно все устроено на тех же принципах, что и у обычных правителей.

- К тому же, насчет целей то этого Тирана Мира наш посол ни словом и не обмолвился, - задумчиво добавил он мгновение спустя, - Дескать, действуйте в соответствии с его устремлениями, и все.

- Ну, как минимум, жить то все хотят, - тихо проронил Властитель Срединных Земель.

- Да, кстати, я решил поручить тебе и твоим людям заниматься делами содействия этому д`хагону, - внезапно останавливаясь на одном из перекрестков и поворачиваясь к брату, сообщил Эллаль. И, завидев появившуюся на его лице легкую тень недовольства, пояснил, - Раз уж, как ты сам утверждаешь, ты так хорошо понимаешь ход его мыслей, то кому, как не тебе за ним приглядывать? Врага надо понимать.

- А он уже враг? - мрачно поинтересовался Нидуммунд.

- Посмотрим, - последовал короткий ответ и Властитель Мира, развернувшись и махнув на прощание рукой, отправился к своей резиденции.

Выбрав одну из других тропинок, что вела в обход дворца и шла практически через весь сад, Властитель Срединных Земель в раздумьях направился по ней. Сегодняшний день разбудил в его памяти очень многие воспоминания. И в том числе, отнюдь не самые приятные.

- Как же все-таки много уже прошло времени. Как же долго мы уже находимся в этом Мире, - внезапно всплыла в его голове неожиданно безрадостная мысль, и он глубоко вздохнул.

Разогретые горячим солнцем заросли парили приятным ароматом, и он с наслаждением еще несколько раз глубоко вздохнул полной грудью, с удивлением отметив, что почему-то буквально минуту назад совершенно не замечал всего этого богатства запахов.

- Так долго, что уже, похоже, попросту привыкли и перестали на все это обращать внимание, - подумал он, вспоминая о том, как в первый раз ступив на твердь этого Мира, он точно также приходил в восхищение буквально ото всего, с чем довелось соприкоснуться...


Поздний вечер следующего дня Властитель Срединных Земель встречал уже в степи, далеко от стен столичной резиденции своего брата. Несмотря на то, что уходить было решено только после того, как спадет полуденная жара, за остаток дня его отряд преодолел довольно значительный отрезок пути.

Сидя перед своим походным шатром возле небольшого костра, разведенного специально для властвующей четы и посла д`хагонов, что позволило бы им, не опасаясь ненужных ушей, совершенно свободно обсуждать любые вопросы, Нидуммунд невольно вспоминал все события произошедшие за сегодня.

В противоположность прибытию, исход Властителя Срединных Земель из столицы привлек к себе куда как большее внимание. Мало того, что уходивший отряд за счет возглавлявшихся Энубишаем представителей службы смотрителей вырос без малого вдвое, так еще и решение выдвигаться во второй половине дня повлекло за собой изрядное увеличение рядов зевак. Значительное их скопление следовало за процессией на всем протяжении дороги к городским воротам и своими восторженными криками и благоговейными перешептываниями вперемешку с назойливыми разглядываниями вызывало у Властителя изрядное недовольство.

Еще в те времена, когда он был просто сыном правителя своего клана, уже тогда Нидуммунду никогда не нравилось чувствовать себя неким ожившим идолом, всякое появление которого воспринималось как повод для обязательного и само собой разумеющегося преклонения. Хуже на его взгляд, наверное, могло быть лишь то, когда тебя воспринимают так, словно ты представляешь собой некую необычную и потешную диковину.

Впрочем, претендент на роль такой диковины у них в отряде тоже имелся и, видя какие бурные эмоции вызывает у окружающих присутствие Джах Х`вея, Властитель Срединных Земель испытывал перед послом легкое неудобство. Но как раз д`хагону-то было, похоже, совершенно все равно, в каком качестве его воспринимают. С совершенно равнодушным видом он скользил своим взглядом по гудящей толпе зевак, и на его физиономии как обычно практически ничего не отражалось.

Единственное обстоятельство, при котором он проявил хоть какую-то заинтересованность окружающей обстановкой, было когда отряд проезжал мимо основного храма столицы. Тогда главный служитель культа, некогда зародившегося среди подданных Властителей и впоследствии ими одобренного, вместе со своими помощниками встретил процессию и обратился к Нидуммунду и Ниннурсах с просьбой принять участие в церемонии вознесения молитвы к Энну, верховному богу Небес и отцу-Властителю всех богов. На такую просьбу, хоть она и влекла за собой неминуемую задержку, чета властвующих супругов ответить отказом, разумеется, не могла.

Именно во время присутствия на этой церемонии в поведении д`хагона и возникло некое оживление. С заметным интересом он смотрел на разворачивающееся действо, а когда служители храма, взывая к верховному богу Небес, слаженным и раскатистым хором пробирающих до мурашек голосов затянули:

- Са-а-а-ат! Са-а-а-ат! Са-а-а-ат, Энну! - посол д`хагонов вообще вздрогнул так, словно его неожиданно ткнули раскаленной иглой, и сделал было быстрый шаг в сторону Нидуммунда с явным намерением толи что-то тому сообщить, толи наоборот чем-то у него поинтересоваться. Впрочем, в следующее же мгновение Джах Х`вей кажется осознал, что он все-таки присутствует на культовой церемонии, и, обуздав свой неожиданный пыл, также быстро вернулся на свое место.

За всеми произошедшими впоследствии событиями Властитель Срединных Земель как-то подзабыл об этом кратком, но, тем не менее, весьма любопытном моменте, и сейчас, после того как он вновь всплыл в его памяти, ему вдруг очень захотелось выяснить, что же в проводившейся церемонии так привлекло внимание посла.

- Джах Х`вей, - обратился он к д`хагону, - Сегодня, во время церемонии в храме, ты кажется хотел о чем-то у меня поинтересоваться? К сожалению, для разговоров момент тогда был не слишком подходящий, но зато сейчас мое внимание полностью в твоем распоряжении.

- Хе-хе-хе, Властитель, ты все-таки не упустил из виду мою невольную поспешность, - рассмеялся тот своим обычным сухим смехом, - Что ж, должен признаться, что сегодняшнее действо сумело произвести на меня впечатление.

- Правда? - с удивленной улыбкой спросил Властитель Срединных Земель, - И чем же именно?

- Обряды и церемонии, подобные данной, вообще способны весьма хорошо указать на то, что лежит у истоков культуры какого-либо сообщества. Именно по этой причине они могут оказаться весьма небезынтересны для того, кто путешествует с целью аналогичной моей, - принялся за разъяснения посол, - Когда же я сегодня услыхал, каким именно образом служители культа стали взывать к верховному божеству, то первой моей мыслью было, что следы колонии д`хагонов обнаружились гораздо раньше, чем я мог себе вообразить.

Впрочем, в следующий момент я вспомнил, что представители этой расы никогда не встречали д`хагонов, но зато д`хагоны успели оставить свой след в истории вашей цивилизации, Властитель, и, конечно же, сразу понял, что моя радость оказалась преждевременна.

- А что, собственно, было особенного в их молитве? - не понял Нидуммунд, недоумевая, при чем тут вообще древние д`хагоны его старого мира.

- Насколько мне известно, Властитель, язык, на котором говорят ваши подданные, складывался в основном из наречия той расы, что послужила их корнями. Также ими были позаимствованы и некоторые из понятий присущих языку вашей собственной расы, - начал откуда-то издалека Джах Х`вей, - Поэтому вы, наверное, знаете, что в дословном смысле означают все те прозвания и имена, с которыми ваши подданные к вам обращаются?

- Конечно знаем. Как я понимаю, в данном случае тебя интересует непосредственно те, что упоминались сегодня жрецами в ходе церемонии? Что ж, в частности имя "Энну" означает "спускающийся с небес на землю", - по-прежнему не понимая к чему ведет его собеседник, ответил Нидуммунд, - Как мне кажется, такое имя возникло по вполне понятной причине. Дело в том, что Властитель Небес дал клятву, что сам он окончательно поселится в этом мире только после того, как в него переселятся последние члены нашего клана. Поэтому он только два раза ступал на его твердь - вместе с первым отрядом и тогда, когда пожелал взглянуть на новую расу. Но в тот, во второй раз, когда он к нам наведался, его встреча была обставлена с большим размахом и, естественно, наши новые подданные тоже на ней присутствовали. Ну а поскольку того, что сами мы, их непосредственные правители, так же являемся "спустившимися с небес", они не знали, то и присвоили такое имя только ему, а по соответствующему размаху приема решили, что этот бог является верховным. Впрочем, здесь они не были далеки от истины. Но я все-таки не улавливаю, к чему все эти твои вопросы?

- В их взываниях к верховному богу упоминалось еще кое-что, - с невозмутимым видом проронил посол.

- Саат? Саат это свет любви и заботы, который верховный бог проливает на своих подданных. По крайней мере, именно так я понял их истолкование, - ответил ему Нидуммунд и заметил, - И все-таки я не понимаю, к чему ты ведешь?

Выражение, появившееся на физиономии д`хагона после такого объяснения, назвать иначе, как недоумением, было нельзя. Впрочем, и голос его, насколько Властитель Срединных Земель научился различать оттенки настроения своего собеседника, выдал изрядное недоверие:

- Ты хочешь сказать, что понятие "Саат" не было ими позаимствовано у вас?

- Ничего подобного, это плод их собственных измышлений, - твердо возразил Нидуммунд, - Наверное, это слово из их собственного наречия.

- Поразительно... И при всем этом д`хагонов они ни разу не встречали...

Несколько мгновений посол явно пытался уложить данное известие в какую-либо стройную систему умозаключений, но потом все-таки сдался и, видимо, решив отложить этот вопрос до лучших времен, с обычной для него сухой усмешкой произнес:

- Властитель, похоже, в этом Мире обитают загадки.

- О да, можешь мне об этом не рассказывать. Уж я то имею представление о том, какие здесь бывают загадки, - саркастично подумал Нидуммунд, а вслух спросил, - Так все-таки, Саат, это действительно "свет любви и заботы, проливаемый верховным богом на подданных" или это нечто другое?

- Саат есть первосущность всего. Следы Саат присутствуют во всем, что нас окружает. Как считают д`хагоны, Саат был таким до того, как окружающее нас бытие приняло нынешнюю форму, Саат такой же в текущую эпоху, и Саат останется таким же после того, как все изменится...

- Подожди, - не удержавшись прервал посла Властитель, - Кажется нечто подобное звучало и тогда, когда ты говорил о Пыли Жизни? Пыль Жизни это Саат?

- Пыль Жизни это Саат, - согласно кивнул д`хагон и добавил мгновение спустя, - Но Саат это не Пыль Жизни.

- О-о-о, - с преувеличенным отчаянием покачал головой Нидуммунд, - Тебя иногда не легко понять, Джах Х`вей!

- Прошу прощения, Властитель, мне следовало выразиться более ясно, - усмехнувшись согласился тот, - Видишь ли, Саат, покидая свой источник, по мере продвижения теряет силу, присущую ему изначально, и постепенно превращается в Пыль Жизни... - и д`хагон принялся увлеченно разъяснять собеседнику все подробности, касающиеся данного обстоятельства, в итоге затратив на это довольно много времени.

- Таким образом, Властитель, живое существо, при определенных условиях испытавшее на себе воздействие Саат, субъективно воспринимает его именно как свет. Свет и мягкую опеку, - подытожил он свой рассказ.

- Забавно, - промолвил на это Властитель Срединных Земель, - Оказывается, свежий взгляд может обнаружить нечто весьма странное даже среди тех вещей, которые для других кажутся вполне обыденными.

- И что же ты такое обнаружил?

Вкрадчивый голос Ниннурсах, внезапно раздавшийся за плечом, заставил Властителя от неожиданности подскочить в буквальном смысле слова.

- Радость моя, тебе никто не говорил, что по умению незаметно подкрадываться ты вполне можешь потягаться с нашими лучшими разведчиками? - с легким укором поинтересовался Нидуммунд у незаметно подошедшей супруги.

- Ты первый. Хотя прочие, возможно, просто не решались, - с легким оттенком удовольствия в голосе ответила та, выходя из темноты и присаживаясь перед костром, - Так что же такое ты все-таки обнаружил? Я, разумеется, кое-что слышала из вашей беседы, но, судя по всему, это было уже только окончание долгого рассказа.

- Вообще-то это обнаружил не я, а наш гость, - и Властитель сделал вежливый жест, указующий на д`хагона, - Это касается некоторых деталей той церемонии, в которой мы сегодня принимали участие. Если тебе интересно, то я могу попробовать вкратце разъяснить, что тут к чему и...

- Нидуммунд, конечно мне это интересно, - мягко, но настойчиво прервала мужа Ниннурсах, - Потому что относительно тех вещей, которые непосредственно касаются нашего правления, мне интересно все.


***

- ...Нет, Турн, определенно их Вотан – это наш Водуан, а их исполины – это наши эйтоны. Они же тоже большие и с богами тоже воевали, - расхаживая из угла в угол, твердил Брэгги.

Некоторое время назад Турн в сопровождении Аак-Чалана вернулся в Те-Ти-Улькан и в выделенном им доме обнаружил только Брэгги. Скальд по своему обыкновению что-то наигрывал на своей излюбленной дудочке и пребывал в отличном расположении духа. Остальные же, по его словам, сегодня, впрочем как и обычно во все прежние дни, пропадали в обществе Тоэльт`сина в каком-то местном тренировочном лагере воинов. Вернуться они должны были еще не скоро и, пользуясь этим, Брэгги как клещ вцепился в своего ярла, потребовав рассказа о его похождениях. Естественно Турну ничего не оставалось как пересказывать скальду все истории рассказанные Аак-Чаланом и подробности путешествия.

- Брэгги, прекрати мотаться туда сюда и размахивать своим хвостом как жеребец, - не выдержал Турн, - И вообще, какая разница наш или не наш! У нас сейчас есть более важное дело, чем обсуждение древних преданий!

Скальд, волосы которого действительно были стянуты на затылке в длинный хвост наподобие лошадиного, смутился и, прекратив нервно мерить шагами жилище, сел на один из лежаков.

- Да, извини, сейчас надо думать о другом…

После этого он умолк и погрузился в свои мысли. Но, похоже, думал он все-таки о чем-то своем.

- Скоро они заявятся? – первым не выдержал молчания Турн.

- Уже скоро должны… - встрепенулся Брэгги, глянув в окно, - Знаешь, вообще этот Тоэльт`син оказался важной птицей – младший сын Улуг-К`юн-Тэкки, начальник дворцовой стражи и вдобавок заменяющий военного главу в Те-Ти-Улькане, пока сам Улуг-Кьюн-Тэкки со старшим сыном не вернутся с очередной военной заварухи со своими соседями маджарами.

- А вернуться они когда? И кто такой этот Улуг-К`юн-Тэкки? – поднял голову ярл, - Со слов Аак-Чалана я понял, что это кто-то очень важный, но старик толком не объяснил.

- Их возвращения ожидают буквально на днях. Улуг-Кьюн-Тэкки же дословно звучит как "Величайший вождь, чей лик подобен солнцу", - торжественно проговорил Брэгги.

- Сам придумал или кто поумнее подсказал? – не удержался от иронии Турн.

- Да ну тебя, - обиделся скальд, - Между прочим, я тоже бывал в том лагере, и хочу тебе сказать, что те ребята, с которыми мы сошлись на берегу, были всего лишь отрядом из дворцовой стражи. И амуниция у них была скорее церемониальная, чем настоящая боевая. Правда Тоэльт`син и стражников своих гоняет будь здоров. Это так, к слову. Может это поможет тебе в принятии решения…

- Да уж, умеешь ты ободрить, - пробурчал ярл, вновь погружаясь в невеселые раздумья.

- И, кстати, жеребцов у них здесь нет. Ни жеребцов, ни лошадей, – не известно к чему добавил Брэгги и тоже замолк.

Наконец, когда уже стало понемногу смеркаться, снаружи послышались шаги и знакомые голоса. Затем дверь отворилась и в дом зашли трое отсутствовавших нордлингов в сопровождении Тоэльт`сина и еще трех воинов-навваэлей. Все были в приподнятом настроении и оживленно разговаривали на жуткой смеси языков навваэлей и нордлингов.

- О, Турн! – заорал обрадованный Сигги, который похоже вовсе не умел спокойно выражать свои эмоции. В следующий момент он бросился к своему ярлу и облапил его в объятиях, мало чем уступавших медвежьим.

- Подожди, Сигги, - высвобождаясь из крепких рук своего рыжего товарища, сказал Турн, - Очень хорошо, что и Тоэльт`син здесь, надо обсудить одно дело.

Веселость Сигги мгновенно поутихла, и он недовольно отошел в сторону.

- Какое еще дело, ярл? – сразу подобрался Гвенблэй.

- Насчет Ай`игель, - ответил тот и выжидающе посмотрел на вождя навваэлей.

Сиги, и без того огорошенный холодным приемом со стороны своего старого друга, при этих словах еще больше упал духом.

- Тоэльт`син, а что насчет Ай`игель? – растерянно спросил он и как-то беспомощно взглянул на молодого начальника дворцовой стражи.

Тот тяжело вздохнул, и с трудом подбирая слова начал рассказ.

А дело обстояло совсем не важно. По законам, которым подчинялись навваэли, любой из них при достижении возраста совершеннолетия должен был определиться с делом, которому он посвятит свою жизнь, и пройти соответствующее посвящение. Разумеется, различия по полу и по положению в обществе накладывали отпечаток на выбор, но суть от этого не менялась. Тот же, кто не смог сделать никакого выбора или не смог пройти посвящения немедленно приносился в жертву Пулут-К`йозгу одним из именований которого было "Тот, в чьем праве дарить и отнимать жизни".

С Ай`игель же дело обстояло необычно: Еще в очень юном возрасте она повстречалась со старой отшельницей, которая наворожила вмешательство в жизнь девушки воли Кош-Чалана, после которого судьба ее совершенно изменится и будет сильно отличаться от обычного пути всех женщин навваэлей. Эта встреча произвела неизгладимое впечатление на Ай`игель и по достижении возраста выбора она все еще ожидала обещанного вмешательства бога и отказывалась определиться с дальнейшей судьбой. Поэтому-то отец Тоэльт`сина и отправил его в Аль-Те-Хинн, чтобы эту упрямицу доставили на суд жрецов и правителя.

Когда же Тоэльт`син со своими людьми добрался до места, оказалось что девушка каким-то образом узнала о прибытии отряда, который должен переправить ее в столицу и не долго думая подалась в бега. Четыре дня ей непостижимым образом удавалось ускользать от воинов Тоэльт`сина, пока не произошло памятное для присутствующих столкновение на берегу.

В заключение своего повествования Тоэльт`син добавил, что лично он склоняется к тому, что какое-то вмешательство Высших во все эти дела все же было. Но, к сожалению, его слово мало что будет весить на будущем совете главных жрецов и верховного правителя навваэлей.

Ярл кивнул головой:

- Да, все так, - в последнюю ночь перед возвращением Аак-Чалан поведал ему все это почти в тех же самых словах, - И что теперь?

- Теперь – ждать Улуг-К`юн-Тэкки, только так. Вам опасность не грозит. А судьба Ай`игель – в руках Высших, - ответил сын правителя навваэлей.

- Ну и попали же мы. А особенно ты, дружище, - украдкой глянув на понуро сидящего Сигги, подумал Турн.

Повисло напряженное молчание. Разговор больше не клеился, и навваэли стали было прощаться, собираясь к себе. Но тут с улицы донеслись шаги бегущего человека, затем дверь распахнулась и на пороге появился воин из отряда дворцовой стражи, подчинявшейся Тоэльт`сину.

- Тэкки! Теллиме Улуг-К`юн-Тэкки! – запыхавшись, радостно выпалил он, - Тэкки, маджари хиккери! Б`юлассак итсеги!

- Правитель с войсками на подходе. Я должен идти, - выслушав вестника сказал Тоэльт`син и, коротко попрощавшись, вышел, знаком показав своим людям следовать за ним.

Дверь за уходящими закрылась и вновь повисла молчаливая пауза.

- Ярл, я предлагаю быть спокойными и не делать неосмотрительных поступков, - подал голос Гвенблэй, - И не советую никому геройствовать, - добавил он, покосившись на Сигги, - В данной ситуации нам остается только ждать завтрашнего дня.

- Быть спокойными… Ждать…, - зло проговорил Сигги, ложась на свое место и отворачиваясь к стене, - Что-то я стал очень не любить эти слова.


Турн стоял перед советом жрецов и правителя и чувствовал, как, несмотря на жару, по спине стекали капельки холодного пота. Собственно весь этот совет состоял из трех человек: Аак-Чалана, как верховного жреца Кош-Чалана, Тескат-Т`юха, как верховного жреца Пулут-К`йозга, и Улуг-К`юн-Тэкки, как верховного правителя. Остальные присутствующие жрецы, военачальники и представители знати сейчас голоса не имели.

Верховный жрец Тескат-Т`юх оказался моложе Аак-Чалана. Был он высоким и худощавым человеком с мрачным лицом, на котором горели черные пронизывающие глаза, и с голым, странной, вытянутой вверх формы черепом. Турн был настолько поражен, увидев форму головы жреца, что дал себе зарок расспросить Аак-Чалан, каким образом главный жрец Пулут-К`йозга заполучил такой, явно не естественной формы, череп.

Верховный же правитель, "чей лик подобен солнцу", произвел на ярла куда как более приятное впечатление. Видно было, что Улуг-К`юн-Тэкки был в прошлом сильным воином и великим вождем и, наверняка, одним из самых выдающихся сынов своего народа, и хотя сейчас он сильно постарел, его внимательный и живой взгляд и уверенная манера разговора все равно сразу вызывали уважение.

Уже были выслушаны рассказы Тоэльт`сина, Ай`игель и Турна, и каждый из жрецов высказал свои соображения правителю. Аак-Чалан усиленно убеждал, что нордлинги являются очень дальними потомками Вотана, которых воля Кош-Чалана привела в эти земли дабы не допустить жертвоприношения Ай`игель, которая вероятно ему зачем-то нужна. И поэтому, чтобы не вызвать гнева божества, нужно отпустить девушку к отцу, а нордлингов - восвояси. Тескат-Т`юх же заявил, что поскольку даже потомки Вотана берут в руки оружие, то Кош-Чалан больше не имеет силы и власти в этих местах. И поэтому жизнь девушки должна быть отдана Пулут-К`йозгу, чтобы закон был соблюден и другим было неповадно, а нордлинги должны доказать свое право на жизнь в поединках один на один с воинами навваэлей. И вот теперь все ожидали решающего слова Улуг-К`ьюн-Тэкки, от которого должен был зависеть итог всего запутанного дела.

Молчание затягивалось, верховный правитель сидел и спокойно разглядывал представших перед ним людей. Даже малейшая тень эмоции не набегала на его бесстрастное лицо и от этого Турну становилось все более не по себе. Наконец Улуг-К`юн-Тэкки встал, поднял руку, призывая всех к вниманию, и заговорил. Аак-Чалан тотчас подошел и, встав за плечом Турна, негромко стал переводить ему слова вождя:

- Мы не станем посягать на жизни людей из рода Вотана. В далекие темные времена Вотан многое сделал для народа навваэлей и мы будем благодарны. Его потомки уйдут свободно, но им не стоит долго задерживаться, чтобы не разгневать Пулут-К`йозга. Если же девушка действительно настолько важна для Кош-Чалана, что он из-за моря привел за ней потомков своего верного служителя, то пусть она уходит за море вместе с ними. Все остальные, в том числе и все ее родственники, после того как Ай`игель уйдет за море, должны считать ее мертвой и им запрещается любое упоминание о ней. А чтобы Пулут-К`йозг был уверен в том, что навваэли продолжают должно почитать его, ему будут отданы жизни всех плененных маджарских воинов. Таково мое решение, - объявил верховный правитель и опустился на место.

- Другими словами нас выгоняют, а Ай`игель придется навсегда проститься со всей прежней жизнью. Но все-таки все остаются живы. Или вернее, все свои остаются живы. Что ж, не самое плохое решение, - подумал ярл.

- Скорее даже наоборот – хорошее, - усмехнулся он про себя, увидев, как и без того не отличающееся приветливостью лицо Тескат-Т`юха стало мрачнее тучи.

Улуг-К`юн-Тэкки небрежным жестом дал всем понять, что на этом церемония окончена, и отвешивая правителю учтивые поклоны, все присутствующие стали покидать церемониальный зал и расходиться в разные стороны.

На выходе Аак-Чалан придержал Турна за локоть и сказал:

- Улуг-К`юн-Тэкки велел передать, что будет рад если ты со своими людьми окажите ему честь и будете присутствовать на пиру в честь славной победы воинов навваэлей над маджарами.

Заметив, что молодой нордлинг заколебался, он сухо добавил:

- Не вздумай отказаться, это вам оказана большая честь. Отказавшись, ты рискуешь потерять благосклонность правителя.

- Хорошо, Аак-Чалан, хорошо. Мы будем. Но скажи мне другое, - быстро оглянувшись в сторону уходящего Тескат-Т`юха, зашептал Турн, - Каким образом этот человек заполучил такую голову?

- В жрецы Пулут-К`йозга посвящают еще в младенчестве. Тогда выбранным детям накладывают на голову сдавливающие повязки. В последствии из-за них кости головы принимают соответствующую форму. Это позволяет жрецам лучше выполнять свои обязанности, но отнимает у них некоторые другие способности. У жрецов разного положения разная форма головы. Кстати, тебе еще доведется поглазеть на этих кривоголовых, - усмехнулся Аак-Чалан, - Как вождь своих воинов ты должен будешь присутствовать на церемонии жертвоприношения богу Пулут-К`йозгу.


…Ярл сидел привалившись спиной к своему драккару и смотрел на оживление царящее на берегу.

Сегодня пятеро нордлингов вернулись к тому памятному месту на берегу, с которого началось их путешествие вглубь страны навваэлей. Все, в конце концов, закончилось вполне благополучно и утром этого дня пятерка Турна в сопровождении Ай`игель, Тоэльт`сина и еще трех воинов из отряда дворцовой стражи, в чьи обязанности входило проверить исполнение воли Улуг-К`юн-Тэкки, встретилась со своими компаньонами.

Все собрались вокруг весело трещавшего костра, Сигги и Брэгги вовсю расписывали своим товарищам Те-Ти-Улькан, придворных верховного правителя и тамошние обычаи, Гвенблэй же и Мьюндэль, как люди более практичные, делились с остальными сведениями о вооружении навваэлей и их способах боя. Одним словом, не было никаких поводов для беспокойства, и все-таки что-то не давало ярлу покоя. Но поймать ускользающий хвост тревожащей его мысли Турн никак не мог.

- Ярл, - окликнул его Гвенблэй подходя в сопровождении Даргина,- Послушай-ка, у Даргина есть любопытная история.

- Ну не знаю уж, насколько любопытная, - почему-то немного смущаясь, сказал тот, - В общем, на третий день, после того как вы ушли, мне стал постоянно снится какой-то старик-навваэль с длинными седыми волосами и в белой рубахе, расшитой какими-то змеями, что ли.

- Короче, я просил Даргина описать его лицо - это твой старый приятель-жрец, - не утерпел Гвенблэй.

- Ну вот, мне снилось, что этот старик водит меня по местному лесу и, показывая различные травы, рассказывает, как можно с их помощью быстро вылечить наши раны. Причем я отлично понимал все, что он говорил, хотя не знаю их языка, - продолжил Даргин, - Я сначала даже не знал что подумать. Бывают, конечно, всякие непонятные сны, но когда этот старик приснился мне четвертую ночь подряд я подумал, что или сделаю как он говорит, или точно сойду с ума. Ну, пошел я, набрал тех трав которые старик показывал, и сделал все как он велел. Знаете, они здорово помогли нашим парням.

- А? Ну, каково тебе это, Турн? Присниться другому человеку, да еще по своему желанию, вот это да! – восхищенно сказал Гвенблэй.

- Ну и что? Аак-Чалан все-таки верховный жрец как-никак. Между прочим, я его видел в Аль-Те-Хинне в самом начале нашего путешествия, а по прибытии нас в Те-Ти-Улькан он уже давно был в нем. Тоже не слабо, да? - без всякого энтузиазма отмахнулся ярл.

- Ну знаешь ли, Турн, тебя что, ничем теперь не пронять? Ты похоже просто объедался чудесами в этой стране, пока мы торчали в Те-Ти-Улькане, - недовольно проворчал Гвенблэй.

- "Объедался чудесами", - тяжело вздохнув, подумал Турн, - Может быть, может быть... Если уж не чудесами, то самой этой страной "наелся" вполне. Будет ли еще что-нибудь, столь же интересное?

- Да ладно, вам, - примирительно сказал он, - Вон Брэгги вроде петь собирается, пойдем лучше, послушаем.

Брэгги действительно затянул песню. Это была та же самая песня, что он пел на пиру во дворце Улуг-К`юн-Текки. Но поскольку сочинил он ее совсем недавно и кроме путешествовавших в Те-Ти-Улькан никто ее не слышал, то всеобщее внимание скальду было гарантировано. Даже те из нордлингов, кто присутствовал на пиру, устроенном после церемонии жертвоприношения в честь Пулут-К`йозга, и то внимательно ловили каждое слово.

Когда мысли Турна перескочили на церемонию жертвоприношения, он судорожно сглотнул подступивший к горлу комок, невольно припоминая подробности того события.

В жертву кровожадному божеству было разом принесено пятьдесятчетыре воина-маджара. Пленники, построенные в цепочку по одному, постепенно поднимались на вершину К`юн-Таг-Чокуля и попадали в руки Тескат-Т`юха и других кривоголовых жрецов. Двое из жрецов хватали очередного пленного воина за руки и тащили к жертвенному алтарю, устроенному внутри храма на вершине таг-чокуля. Там еще двое из них хватали жертву за ноги и вчетвером они бросали её на алтарь. Пока четверо помощников Тескат-Т`юха растягивали обреченного на алтарном камне, сам главный жрец, воздев руки к небесам, хриплым голосом выкрикивал призывы к Пулут-К`йозгу. Как только пленник был надежно притянут за руки и за ноги младшими жрецами, Тескат-Т`юх молниеносным ударом вскрывал ему грудь с помощью специального жертвенного ножа из прозрачного желтого камня. Затем, погрузив руку между ребрами еще живой жертвы, он вырывал ей сердце и, еще бьющееся, бросал его на блюдо для подношений Пулут-К`йозгу. После этого главный жрец перерезал горло жертвы и его помощники, дождавшись пока вытечет вся кровь, сбрасывали тело вниз.

Под конец церемонии кровь с вершины таг-чокуля уже ручейками стекала вниз по ступеням, а Тескат-Т`юх руки которого были по плечи в крови, напоминал упившегося ненормального. Даже на лице Тоэльт`сина по окончании церемонии проступила гримаса презрения, когда он смотрел вослед удаляющимся жрецам.

Помотав головой, ярл разогнал навязчивые воспоминания и сосредоточился на песне Брэгги:


Гребни седые волн

Зелень прибрежных скал

Настал долгожданный миг

Мы к дому ведем свой драккар

Туда, где живет наш народ

Где ждали так долго нас

Будем мы славить богов

Будет эйсарам наш дар!


Для многих нити судьбы

Дорога сплела в одну

Мы сделали все, что смогли

И мы не пошли ко дну

И после долгого дня

Выйдет на берег наш ярл

И глядя, как гаснет закат

Скажет: Все было не зря!


- Хорошая песня. Отцу тоже понравилась. Твой друг - настоящий воин, - обращаясь к Турну, уважительно произнес подошедший к нему Тоэльт`син.

- Да что ты, какой он воин, - добродушно усмехнулся ярл, поглядывая на Брэгги, довольно внимавшего похвале своих слушателей и улыбавшегося чуть ли не до ушей, - Он – скальд. Конечно, он и с мечом кое-что может, но лучше всего у него получается дудочкой и песней.

- Истинный воин одними мечом и стрелами не воюет. Он так же воюет и словом, и разумом, и магией. А если воин достиг совершенства, он становится подобен радуге. В нем есть все, и он одинаково хорошо пользуется любым из способов. Каждый наш воин должен стремиться к совершенству и должен стать подобным радуге. Так говорит закон, который дал Пулут-К`йозг воинам навваэлей. Но у нас стали забывать это. Отец стареет, не может за всем уследить. А моего брата веселит только война ради войны и слушает он только Тескат-Т`юха, - Тоэльт`син умолк и горько поджав губы смотрел на видневшееся в отдалении море. Вокруг рта у него вдруг пролегли глубокие морщины, разом сделавшие молодого начальника дворцовой стражи на десяток лет старше.

- Мне совсем не нравится нынешний главный жрец Пулут-К`йозга. Он требует все больше жертв и часто пользуется силой бога лишь для увеличения своего влияния на придворных. Боюсь, он нас всех погубит. Но у меня нет достаточно сил, чтобы противостоять ему. Даже у Аак-Чалана последнее время их не хватает. Поклонение Небесному Змею приходит в упадок,- горько добавил он.

- А почему вы просто не отказались от покровительства Пулут-К`йозга, он ведь все-таки не отличается милосердием? – не найдя ничего лучшего, спросил Турн.

- Когда Вотан покинул эти земли, власть Кош-Чалана на них стала проникать очень слабо. Только очень искусные жрецы могли слышать его советы и указания. Повеления Пулут-К`йозга наоборот были очень хорошо слышны жрецам, с ним было проще. Совсем же без указаний богов мы обходиться не можем. Я знаю, что Аак-Чалан показывал тебе пещеру, в которой изображена история мира. И ты знаешь, что судьба четвертого мира зависит от того, как люди будут выполнять законы богов. А чтобы Пулут-К`йозг продолжал давать свои советы, ему нужны жертвы.

Оба воина умолкли, и некоторое время просто продолжали смотреть на белесые пенные гребни волн, гулявших по видневшемуся вдалеке морю. Потом Тоэльт`син вновь заговорил:

- Есть еще одно старое предание… В нем говорится, что если отыскать камень-солнце четвертого мира и принести его в Че-Те-Каль, в святилище под горой, то тогда Кош-Чалан усилит свою власть над этими землями, и мы не будем настолько зависеть от благосклонности Пулут-К`йозга. Некоторое время назад Аак-Чалан с помощью своей магии искал этот камень-солнце. А потом началась вся эта история с Ай`игель и стало не до этого…

Внезапная догадка молнией сверкнула в голове Турна. Он молча поднялся и пошел к драккару. Найдя среди поклажи свой меч, он так же молча вернулся к своему собеседнику и, показав на красный самоцвет в навершии рукояти, спросил:

- Этот камень может быть тем камнем-солнцем, который он искал?

- Может.

- Держи, - не колеблясь ни секунды, Турн протянул свой клинок молодому вождю навваэлей, - Почему было просто не сказать, что так, мол, и так – это, возможно, то, что мы ищем, и все такое? – после короткой паузы добавил он.

- Аак-Чалан запретил говорить прямо. Он считает, что если вас действительно привела воля Кош-Чалана, то ты обязательно должен был догадаться, что к чему.

Тоэльт`син бережно взял меч из рук Турна. Улыбка заиграла на его губах:

- Возможно, это действительно тот самый камень-солнце. Или он каким-то образом с ним связан. Но точно скажет только сам Аак-Чалан.

- Ну вот, теперь наше путешествие точно подошло к своему концу, - возвращаясь к костру вместе с Тоэльт`сином думал Турн.


Драккар уже спустили на воду и отплывающие нордлинги заняли свои места на скамьях. Не было на местах только ярла, его давнего друга и Даргина.

- Ты точно решил, Сигги? – на всякий случай еще раз спросил Турн, уже заранее зная, каким будет ответ.

- Да, дружище, я остаюсь.

Ветер изо всех сил трепал рыжую шевелюру на опущенной голове Сигги, но голос его оставался твердым и не давал повода усомниться в принятом им решении.

Сегодня утром Сигги огорошил своего ярла заявлением, что они вместе с Ай`игель остаются на этих землях. Они решили податься к кочевым племенам, которые жили где-то далеко на север от страны навваэлей. Впрочем, похоже это их решение оказалось неожиданностью только для Турна и нордлингов. Судя же по лицам воинов-навваэлей, тех оно врасплох не застало. И самое странное, что Тоэльт`син и его воины никак не возражали на такое вопиющее нарушение воли Улуг-К`юн-Тэкки. Наоборот, двое воинов, из числа сопровождающих Тоэльт`сина, уходили вместе с этой парочкой. И что еще больше удивило Турна, так это то, что Даргин, который и в Те-Ти-Улькане то не был, тоже собрался с ними. Причем он так внятно и не объяснил, зачем это ему надо. Но поскольку даже Гвенблэй ни единым словом не стал возражать против выбора своего компаньона, Турн только махнул рукой и кивнул в знак своего согласия.

- Ну что же, прощай.

Впервые медвежьи объятия Сигги не показались Турну излишне крепкими. Сказать было больше нечего. Хлопнув по плечу своего старого друга, которого он, несомненно, больше никогда не увидит, ярл развернулся и, спустившись с берега, дошел до покачивающегося на воде драккара. Эйлим и Гвенблэй подхватили его за руки и помогли перебраться через борт.

- Весла на воду. Мы идем домой! – сказал Турн и повернувшись к берегу поднял руку прощаясь с остающимися.

Семеро человек на берегу дружно замахали в ответ. Тоэльт`син же широко распахнул руки вслед уплывающему драккару, а затем сведя их вместе приложил к груди.

- "Если ты хочешь навсегда запомнить что-то или кого-то…", - всплыли в памяти ярла слова Аак-Чалана, сказанные в Че-Те-Каль.

- Да, хочу, – подумал он, отвечая стоящим на берегу точно таким же жестом.

Драккар продолжал уплывать вниз по течению, и семь фигур постепенно становились все меньше и меньше.

- Ставим парус, - обернувшись к своим компаньонам, сказал Турн.

- Как думаешь, ярл, чем теперь займется твой старый друг? – спросил Гвенблэй, встав рядом с Турном у борта и не приняв участие в поднятии паруса.

- Ну чем… Доберется вместе с Ай`игель до тех кочевников. Потом присоединятся к ним и будут себе спокойно жить-поживать, - ответил ярл, заслонив глаза рукой от солнца и продолжая смотреть на удаляющийся берег.

- Ничего подобного, - усмехнулся Гвенблэй, - Я тут сегодня ночью случайно услышал их разговоры. Ну, Сигги и Тоэльт`сина. Так вот, младший сын верховного правителя, оказывается, сильно озабочен тем, как бы после смерти отца власть не попала в руки к этому лысому жрецу. Ну, ты его видел.

- Тескат-Т`юх, что ли? И что? – заинтересованно повернулся ярл к своему компаньону.

- А то. Велика возможность того, что власть вроде бы перейдя к старшему сыну, на самом деле окажется в руках у этого Тескат-как-его-там. Так вот наши парни успели спеться и Тоэльт`син, вместо того чтобы отправить твоего рыжего дружка и его подругу за море с глаз долой, отправил его к северным кочевникам, - Гвенблэй довольно рассмеялся, - И отправил их не одних. Где-то по дороге к ним присоединится еще группа. Сигги, в случае удачи, должен объединить племена кочевников и при необходимости сколотить из них войско для Тоэльт`сина. Каково тебе это, а?

- Ты шутишь?! – ошарашено спросил Турн, - Это же настоящий заговор!

- Точно, ярл! Даже немного жаль, что мы уплываем и, может быть, пропускаем самое интересное! Не удивлюсь, если этому рыжему баламуту удастся в последствии стать каким-нибудь "Великим Огненным Змеем"! – от души веселился Гвенблэй.

Турн озадаченно взъерошил свою белую гриву и вновь повернулся к берегу за кормой. Уже смутно виднелись на нем семь темных точек, означавших провожающих. Даже отличить, кто из них кто, было не возможно.

- Нет, Гвенблэй, наше дело закончено, мы возвращаемся домой, - сказал он.

Внезапно ветер резко утих, и парус обвис на рее. Все дружно обернулись и озадаченно уставились на поникшее полотнище.

- И что бы это значило? - раздался недоуменный голос Брэгги.

В следующий момент сильный порыв ветра вновь до отказа натянул парус и вдохнул в него свою мощь.

- Будем надеяться, что ничего не значило, - тихо пробормотал Турн.


***

Упоминание о том, что в процессе сновидений человек может воспринимать информацию и от таких слоев Силы, которые в привычном состоянии им не воспринимаются, в первый раз попалось Иргану на глаза тогда, когда он искал в Сети данные по центру устремленного внимания. Поскольку тема сновидений уже и раньше привлекала молодого человека, то естественно он не пропустил все это мимо себя. К тому же, на его удачу, разнообразнейших данных про изучение посредством сновидений той части окружающего мира, которую люди обычно не воспринимают, оказалось предостаточно и в Информационной Сети и среди обычных книг. И хотя предлагаемые методики и предполагали использование всевозможных разнообразнейших приемов и упражнений, но, как оказалось при ближайшем рассмотрении, общим для большинства из них моментом был тезис о том, что человек ночью во время сна отправляется в путешествие по различным областям Мироздания. Где и восполняет запас тех сил и энергий, которые сильно расходует за день.

Поэтому, во-первых практикующему совершенно не рекомендовалось заниматься сновидческими экспериментами в утомленном состоянии, а во-вторых в течение дня ему регламентировалось оставаться спокойным и очень экономно расходовать свою энергию. Другим важным моментом, о котором непременно заявлялось, было погружение в сон при полном расслаблении и успокоенности мыслей и желаний, потому что в противном случае практикующий "не отправлялся в исследование неизвестных ему ранее областей, а рисковал стать жертвой сети собственных иллюзий и нереализованных устремлений". Для того же, чтобы этого избежать, рекомендовалось наблюдать сам процесс засыпания, воздерживаясь при этом от какого-либо физического напряжения, а также по возможности оставаясь в ясном сознании и концентрируя внимание на солнечном сплетении.

Разумеется Ирган, ознакомившись со всем этими рекомендациями теоретически, не преминул попробовать их на практике. И почти первые же попытки по отслеживаемому погружению в состояние сновидения привели молодого человека к достаточно странным наблюдениям. По его ощущениям, при расслаблении и переходе к состоянию полного покоя вся энергия содержавшаяся в его энергосфере начинала скапливаться около передней стенки живота, а затем быстро утекала в какую-то область впереди. Обычно в этот момент происходило полное отключение сознания и засыпание. Все это очень сильно напоминало уже знакомое Иргану "соскальзывание", которое ему доводилось наблюдать ранее, при отработках состояния "внутренней тишины". Удивленный, и немного ободренный тем, что встретился с чем-то уже более-менее знакомым, он решил непременно продолжать эти практики.

После достаточно продолжительных и однообразных попыток сохранить бодрствование сознания в момент перехода к полному засыпанию Ирган начал замечать, что качество его сновидений постепенно меняется. Нерегулярные, тусклые и очень отрывочные сны, запечатлевавшиеся в памяти только благодаря какому-либо необычному сюжету, все чаще уступали место более ярким переживаниям. Все чаще он просыпался с отчетливым ощущением того, что во сне погружался в какой-то совершенно необычный и многомерный мир.

Все эти неисчислимые многомерные переплетения казалось плотной пеленой окутывали обычный физический мир, который Ирган до этого привык считать единственным и истинным местом своей жизни и деятельности. Самым же странным было то, что похоже эти самые переплетения каким-то образом умудрялись оказывать влияние на судьбу своего физического соседа и в том числе - на личную судьбу самого Иргана. Вот только когда молодой человек пытался припомнить все подробности таких своих сновидений, то оказывалось, что полное полотно событий ему по-прежнему сложить не удается.

В целом же, по тем ощущениям, которые ему удавалось отследить, подобные перемещения между разными слоями переплетений до подозрительности смахивали на перенастройку с одного слоя Силы на другой, отрабатывавшуюся им ранее в состоянии полного сознания. Причем, подобные перенастройки в сновидении получались не в пример гораздо "мягче", но однако, в противоположность перенастройкам при полном сознании, они не оказывали никакого воздействия на его физическое тело.

Однажды, после очередной попытки сознательного погружения в сон, Ирган получил еще одно совершенно необычное переживание. Вместо того, чтобы традиционно "вырубиться" и наблюдать какое-нибудь новое сновидение, он в момент засыпания очень сильно вздрогнул и неожиданно для себя "соскользнул" в ту самую область впереди себя, куда обычно утекала его энергетика. В следующее же мгновение он совершенно ясно ощутил себя зависшим над кроватью, а потом почувствовал, как какая-то неведомая сила подхватила его и быстро потянула куда-то за собой. Следующее, что отложилось в памяти молодого человека, было уже то, как всю ночь перед его взором с невероятной динамичностью разворачивались какие-то события и действия отличавшиеся по его субъективным впечатлениям поразительной интенсивностью и каким-то невыразимо глубоким смыслом.

Кроме того, он и сам тоже принимал в них участие, но самым необычным было то, как это происходило. В течение всего сновидения он в какой-либо один его момент был целиком захвачен происходящим действием, а затем, в другой - внезапно оказывался вне водоворота событий и спокойно наблюдал за каким-то подобием самого себя принимающим в них непосредственное и весьма деятельное участие.

Поскольку все это очень сильно походило на то, о чем гораздо раньше уже упоминал Мерк, то естественно Ирган не преминул на следующий же день выплеснуть на товарища все свои впечатления по поводу столь необычных наблюдений.

- Хм, ну и каким образом это твое сновидение связано с твоей теперешней жизнью? – поинтересовался Мерк когда бурный поток эмоций его напарника наконец-то иссяк.

- Ну, каким… ну… не знаю, - тут же задумался тот, - Я по большому счету запомнил только эту необычность пережитых ощущений, а из происходящих событий в памяти удержать удалось только наиболее яркие обрывки. Так что, разумеется о том, каким образом все это имеет отношение к моей жизни, я понятия не имею.

- То есть, по сути, толку от твоих сновидческих приключений – ноль, - кивая с печальным видом головой резюмировал Мерк, - Да ладно, чего ты! – рассмеялся он, глядя на мгновенно погрустневшую физиономию друга, - На самом деле, все то, что ты хоть как-то смог это пронаблюдать, это уже здорово. Но умение понимать значения таких переживаний, оно по-моему гораздо важнее, чем их простое наличие. Важно не просто что-то увидеть, а еще и понять, что же ты собственно такое увидел.

- И ты умеешь? – сухо поинтересовался Ирган, явно не разделивший столь прагматичного отношения к своим опытам.

- Отчасти, - коротко ответил его товарищ, - Но поскольку в моих интерпретациях сновидений отражается именно мой способ восприятия окружающего мира, то сомневаюсь, что тебе они сильно помогут. Так что, придется тебе самому научиться расшифровывать значения своих снов.

- Кстати, про то, что находясь в сновидении человек пребывает в энергетическом теле, в точности дублирующем физическое, тебе упоминания уже встречались? – поинтересовался он через пару секунд.

- Встречались, - кивнул Ирган и одновременно в памяти всплыло то самое ощущение "зависания" над кроватью, - И, похоже, не только упоминания, - подумал он про себя.

- А про то, что сновидение - это бессознательное путешествие в таком теле и про случаи совершенно осознанных таких перемещений? – не отставал Мерк.

- Угу, - вновь подтвердил его напарник.

- Вот. По-моему именно такие, совершенно осознанные, перемещения в таком энергетическом теле сновидения и должны являться тем, к чему нужно стремиться в подобных практиках, если уж ты ими занимаешься, - подытожил Мерк менторским тоном.

- И как у тебя с такими путешествиями? - скупо спросил Ирган, - Получаются?

- Ни фига! – непонятно чему обрадовавшись расхохотался его друг, - Сколько не парился – никак. Хотя, если честно признаться, не особо и старался. Так что придется тебе самому разбираться со всеми этими вопросами.

Впрочем, как выяснилось в дальнейшем, научиться запоминать события своих переживаний в сновидениях и, особенно, понимать их значение, оказалось делом весьма непростым. Для начала, Ирган совершенно точно убедился в том, что в абсолютном большинстве случаев после пробуждения в его памяти оставался крутиться только последний эпизод сна и что если сразу же встать и заняться каким-либо делом, то этот хвост сновидения навсегда ускользал из рук. Впрочем, после того, как он решил поискать в Сети советов по поводу возможных действий в этих обстоятельствах, оказалось, что и об этом случае также уже упоминалось у многих любителей сновидческих путешествий. Для того же, чтобы события сновидения не оказывались утерянными навсегда, практикующему сразу после пробуждения рекомендовалось не менять свою позу, а, оставаясь совершенно спокойным, начинать разматывать ниточку своих ночных воспоминаний и наблюдать запомнившиеся события от конца к началу.

После очередной череды попыток молодой человек выяснил, что такой, столь до странности простой на первый взгляд, совет оказался вполне действенным. Все чаще ему после пробуждения удавалось размотать все более и более длинную нить своего сновидения. Причем при этом он убедился, что сновидческие воспоминания действительно нужно сперва именно наблюдать, так как при малейшей попытке какой-либо их попутной интерпретации вся картинка перед внутренним взором тут же мутнела и смазывалась.

Само же толкование значения какого-либо сновидения и выяснение того, как оно было связано с теперешним воплощением Иргана, вообще представляло собой отдельную проблему. Мало того, что язык сновидений сам по себе всегда являлся весьма образным и символичным способом получения информации, так еще оказалось, что значение имели очень многие факторы. Цвета и их яркость, динамичность событий и их сюжетная линия – все это представлялось настоящим неизвестным языком, и даже несколькими такими языками, которые нужно было научиться хоть каким-то образом понимать.

Тем не менее, Ирган с удовольствием занимался подобными сновидческими опытами, особенно учитывая то, что события в таких путешествиях зачастую оставляли четкое ощущение совершенно реальных и бесконечно более значимых по сравнению с теми, которыми была наполнена его повседневная жизнь. И конечно же он не переставал пересказывать своему другу все наиболее понравившиеся и запомнившиеся. Мерк однако по-прежнему достаточно скептично относился к таким историям и единственный рассказ, которым он заинтересовался всерьез, был про то, как Ирган путешествовал по мегаполису, являвшемуся каким-то призрачным двойником Шимаве.

В отличие от множества других сновидческих переживаний, в этом поначалу не было ничего необычного. Приснившийся мегаполис почти ничем не отличался от настоящего и Ирган, сперва вовсе и не сообразив, что он находится в сновидении, вдруг с чего-то решил, что опаздывает на работу, и заторопился по направлению к подземной остановке монорельса соответствующего маршрута. Странной особенностью Шимаве-призрака было лишь то, что некоторые места в нем имели какое-то поистине нереальное свечение, совершенно не свойственное нормальной физической действительности и оставлявшее четкое ощущение чего-то живого. Именно одно из таких мест, попав в сновидении в поле зрения Иргана, и явилось своеобразным спусковым механизмом, который дал понять молодому человеку, что этот город – именно сон. В следующий же момент он ощутил, как город-призрак словно отделился от него прозрачной стеной и все события, происходившие в нем в дальнейшем, стали оставлять странное впечатление какой-то искусственности.

Постепенно Ирган набрал достаточно солидную коллекцию разнообразных снов-путешествий, но одновременно с этим стал замечать, что его сновидения стали терять былое очарование. Все чаще они были совершенно обыденными и уже не приносили прежнего удовлетворения. В течение некоторого времени он пытался каким-либо образом поправить такую ситуацию и пробовал применять различные советы, которыми практикующие сновидческие путешествия делились со своими единомышленниками. Но это совершенно не принесло никакого положительного результата и однажды утром, придя на работу, Мерк застал своего товарища смотрящим в окно с совершенно безучастным видом.

- Слушай, а может все эти сновидения, "соскальзывания" эти, это просто фантазии и галлюцинации? – тоскливо спросил Ирган увидав своего напарника, - Ведь существуют же и такие мнения… Или что все это просто результаты каких-то там химических реакций в организме… Ну да, кому-то все эти вещи придавали уверенности в жизни, кому-то помогали преодолеть какие-то неприятности… Ну и что? Может это действительно такой своеобразный результат самовнушения?

Пару секунд Мерк молча смотрел на него, а потом подошел и щелкнул его по мочке уха.

- Ты чего, больно же? – недовольно воззрился на него товарищ.

- И то, что тебе больно, это не результат самовнушения? – внимательно глядя на него поинтересовался Мерк.

- Да какое уж тут самовнушение, - проворчал Ирган потирая покрасневшее ухо, - Стопроцентный результат внешнего воздействия.

- Тогда, наверное, это все те ощущения, что ты наблюдал при отработке состояний "внутренней тишины" и осознанного засыпания, это они результаты самовнушения? Наверное это ты заранее сам себе придумал, что все должно быть именно так? – продолжил его друг прежним вежливым тоном сильно граничащим с издевательством.

- Да ну конечно! Скажешь тоже! Я их конкретно чувствовал, даже своим физическим телом. Причем некоторые были совершенно неожиданны! – горячо запротестовал Ирган, припоминая свои опыты, - Другое дело, что большинство из них в обычном состоянии по своему воздействию почти не ощущаемы, и для того чтобы их почувствовать, нужны спокойствие и сосредоточенность.

- Вот то-то, - усмехнулся в ответ Мерк, - И вообще, что за бред ты такой несешь?! Какое такое "самовнушение"? Возьми вон человека с улицы и пусть он попробует себе чего-то там "самовнушить". Он что, действительно сильно изменится от какого-то там словесного уговаривания самого себя в чем-то? В лучшем случае он на некоторое время поймает эмоциональную настройку на более привлекательный слой Силы. Да и то, продержится она у него только до тех пор, пока внешние обстоятельства его опять с этой настройки не выбьют.

- Ладно, убедил, - согласно кивнул его товарищ, - Но почему тогда у меня какая-то ерунда происходит?

- Если тебе интересно мое мнение, то это потому что ты слишком увлекся своими путешествиями в сновидениях. Потому что ты все больше начал уходить в те миры из этого. А я сильно сомневаюсь в том, что в этом мире ты появился только для того, чтобы всю свою здешнюю жизнь провести ради снов. Вот, именно такое объяснение мне первым приходит в голову. Конечно если оно тебя устроит.

- Знаешь, кажется ты прав, - после короткого молчания произнес Ирган, - Последнее время я действительно больше стал думать о том, что же мне приснится в следующий раз, чем о том, что меня окружает. Но как же тогда с использованием сновидений в целях продвижения по Пути?

- Да фиг его знает! Ты же в курсе, что у меня осознанные путешествия в теле сна не получаются. Как только пытаюсь что-то подобное сделать, то все время куда-то вышвыривает, после чего вообще никаких воспоминаний не остается, - Мерк скептически поджал губы и пожал плечами, - А о том, приснится мне что-нибудь знаковое или нет, я не особо парюсь. Когда сниться какой-то действительно значащий сон, то как-то сразу понимаешь, что это не спроста. В таком случае остается только в последующие дни быть повнимательней к окружающим событиям и своим мыслям, чтобы разобраться что к чему.

- И знаешь еще что, - добавил он, немного помолчав, - Мне как-то раз на глаза попалось заявление о том, что эти призрачные миры сотканы из воспоминаний и нереализованных желаний умерших людей. Так вот, я не могу тебе толком объяснить почему, но мне кажется, что хоть это мнение и не стопроцентная истина, но что-то стоящее в нем есть. И, честно говоря, это меня почему-то изрядно настораживает.

- Слушай, а ведь это может быть проблемой, – Ирган задумавшись вновь уставился в окно, - Если это так, то обитатели подобных миров должны быть зациклены на выполнении своих несбывшихся устремлений. И из-за того, что зациклены они каждый на чем-то своем, такие миры по идее должны быть обособленными друг от друга…

- Словно разные страницы… Вроде бы все они и принадлежат к одной и той же книге, но в то же время каждая из них отдельна от других и в лучшем случае соприкасается лишь с двумя соседними... Ну-ну, продолжай, - заинтересовался Мерк.

- Но ведь действительно, все те наблюдения, которые у меня были, показывали очень сильно отличающиеся миры, живущие совершенно различной жизнью, - принялся объяснять его товарищ, - Причем в некоторые из них я попадал по несколько раз, но, по-моему, они даже не менялись. Может такие миры и впрямь заключали в себе Сущности тех умерших, которые при жизни были зациклены на какой-то одной цели? Ну и смысл тогда от путешествий по подобным мирам? Ведь если их обитатели зациклены на чем-то своем, то они вряд ли осознают что-то кроме того, что связано с их устремлениями. А что касается их целей, то мне-то до них какое дело? – закончил он недоуменно.

- Не знаю, - развел руками Мерк, - Может есть способ как-то различать те из таких миров, в общении с которыми смысл все-таки есть?

Тут же начавшееся бурное обсуждение всевозможных сюжетов сновидений стало постепенно затягиваться и, к сожалению, ни к чему не вело. Заметив это, друзья предпочли вовремя остановиться, и не дать перерасти разговору в совсем уж банальную болтовню. Ободренный Ирган решил в будущем поумерить свой пыл в отношении сновидческих путешествий и впредь стал большую часть времени посвящать более прозаическим вещам.

Тем не менее, еще достаточно долго сны его по-прежнему были какие-то ускользающие и рваные. И хотя он постоянно просыпался с отчетливым ощущением того, что в них было что-то очень важное, запомнить ему удавалось крайне мало. В основном в памяти оставались лишь какие-то непонятные туннели по которым он туда-сюда болтался и какие-то существа которые имели очень смутные фигуры и лица, и с которыми он периодически о чем-то разговаривал.

Так же молодому человеку совершенно не попадалось ничего такого, что можно было бы интерпретировать как "след Духа" и что дало бы дальнейший толчок его продвижению по Пути. С каждым днем такое положение дел все больше заставляло Иргана нервничать и он даже как-то раз не выдержал и посетовал на это своему другу. Мерк в ответ, явно его подкалывая, с преувеличенно серьезным видом прочитал длинную лекцию с примерами о том, что многим Идущим потребовалась вся их жизнь для того, чтобы встретить этот самый знак, а Ирган еще достаточно молод и впереди у него еще достаточно времени, так что беспокоиться ему вообще не о чем.

Впрочем, в конце своей нудной речи он все-таки напомнил товарищу о том, что в рекомендациях для любителей сновидческих путешествий указано, что практикующему вообще-то не рекомендуется заниматься подобными опытами в уставшем состоянии, а также разбазаривать свою энергию на бесполезные переживания или сожаления.

По всей видимости, такое напоминание вполне известных постулатов подействовало, так как примерно через пару недель Ирган завалился в служебную комнату дежурных, улыбаясь от уха до уха. С торжествующим видом он бухнул на стол перед Мерком какую-то книгу и стал взахлеб рассказывать о привидевшемся ему сновидении. В нем Ирган увидал какой-то мир с довольно странной цивилизацией, по всей видимости, являющейся плодом взаимодействия двух человекоподобных рас. Одна из этих рас была очень малочисленна, но при этом высокоразвита, другая наоборот, многочисленна, но находилась на первоначальных ступенях общественного развития. Располагалась эта цивилизация в жарком влажном климате среди плодородных земель сплошь покрытых сочной растительностью.

- И что было особенно интересно, среди их строений часто встречались вот такие, - при этих словах он кивнул на обложку принесенной книги, и, покачав головой, добавил, - Некоторые были весьма и весьма немаленькие.

Мерк открыл первые страницы и бегло прочел аннотацию. Книга была про известные всему миру грандиозные сооружения иджифетского "Храма Огня Сокрытого в Сердцевине". Но в отличие от других книг про эти конструкции, уже встречавшихся ему в разное время, эта была написана каким-то энтузиастом теоретической физики, который рассматривал влияние строений такой формы на электромагнитные поля окружающего пространства.

- Ты что, нашел себе новое развлекательное чтиво? А мозги не сломаешь? - с ехидной учтивостью поинтересовался Мерк у товарища.

- Да ладно тебе, - отмахнулся тот, - В общем, вчерашней ночью мне приснился этот сон, а потом, днем, я болтался с разными делами по улицам Шимаве. И вот, иду я бодренько мимо одного книжного магазина, а на его витрине весит реклама с изображением обложки этой книги. Типа там, круто, классно, бла-бла-бла и все такое. Но представляешь, я сперва даже никак не отреагировал, как шел, так и прошел мимо. А потом, шагов через десяток, как по голове стукнуло - ведь эти штуки мне сегодня снились! И я этак на полушаге разворачиваюсь в прямо противоположном направлении и точно также бодренько топаю назад. У народа аж челюсти поотваливались от такого маневра, ты бы их видел! – продолжал веселиться Ирган, вспоминая происшедшее.

- Ну хорошо. И что, ты считаешь что это тебе приснился Иджифет? - спросил Мерк своего друга, когда тот наконец успокоился.

- Честно говоря, не уверен. Там где Иджифет, если мне не изменяет память, сухие степи и полупустыни. И вообще, то, что там есть, совсем не похоже на то, что я видел, - ответил Ирган, - Но ведь по какой-то причине мне все это приснилось, да и на эту книгу я наткнулся сразу же на следующий день. Что-то же все это значит. Так что надо ее почитать, тем более ты сам говорил, что между электромагнитными и биоэнергетическими полями много общего.

- Ну что ж, читай, потом и мне расскажешь, что нашел интересного. В любом случае, для общего развития тебе это не повредит, - недоверчиво хмыкнув выразил свое мнение Мерк.

- И я так думаю, - жизнерадостно откликнулся его напарник.

После этого дня примерно полторы недели Ирган в свободное время брался за купленную книгу и изучал соображения, изложенные ее автором. Некоторые моменты давались ему достаточно просто, но попадались и такие, которые требовали чисто специфических знаний и поэтому воспринимались с трудом.

Молодой человек сначала честно пытался разобраться во всех нюансах, но часть вопросов так и осталась для него неясной. В результате он просто стал внимательно и методично прочитывать страницу за страницей, пока не почувствовал, что в его мозги уже больше вообще ничего не влезает. После этого он отложил книгу и настроился на состояние "внутреннего молчания" надеясь таким образом просто побыстрее отдохнуть. Но это неожиданно принесло любопытный эффект: его сознание отключилось от восприятия окружающей реальности и "соскользнуло" в область какой-то совершенно незнакомой до того энергоинформационной структуры.

Некоторое время Ирган ощущал себя висящим в неограниченном пространстве, где кроме него никого не было, а перед ним, будто в смоделированной компьютером пространственной иллюзии, прокручивались все те завихрения и передвижения силовых линий, о которых рассказывалось на прочитанных страницах. Затем, вынырнув из этого состояния и вновь ощутив себя в привычной обстановке, он не теряя времени стал зарисовывать все, что удалось пронаблюдать.

После того, как Ирган проработал таким образом всю книгу, он рассказал о своих наблюдениях товарищу и для большей наглядности представил ему свои записи и рисунки.

Мерк с неподдельным удивлением выслушал его, а затем внимательно просмотрел полученные результаты. Вкратце получалось, что конструкция, которую имели сооружения Храма, обладала способностью стягивать энергетику окружающего пространства и направлять ее вверх узким концентрированным пучком. При этом внутри нее энергетические потоки закручивались вокруг центральной оси, а на разной высоте вдоль нее имелись участки, в которых эти эффекты проявлялись с особой силой.

Изложив все это своему напарнику, Ирган по-настоящему загорелся идеей сделать модель, подходящую для индивидуальных наблюдений одного человека, и опробовать все это, что называется, на своей шкуре.

Друг его, впрочем, поначалу отнюдь не воспылал энтузиазмом. Мерк по-прежнему придерживался мнения, что Идущий должен стремиться к тому, чтобы полагаться только на свои умения, которые в отличие от каких-либо подручных средств в любом случае всегда и везде будут при нем. Тем не менее, после некоторых колебаний, он все-таки согласился помочь Иргану, объяснив это тем, что в конце концов у каждого Идущего свой Путь и каждый волен сам выбирать средства, которыми он будет на этом Пути пользоваться. Так что вскоре одно из пустующих и редко навещаемых складских помещений энергокомплекса украсилось моделью выполненной в соответствующих пропорциях.

Затем, в ближайшее из дежурств приходившихся на нерабочий день, когда свободного времени было более чем достаточно, Ирган засел в свою модель и просидел там почти всю смену. Перед этим Мерк тоже некоторое время посидел внутри, отметив, что поле внутри этого сооружения сжимало его энергетическую сферу, а так же сильно облегчало "соскальзывание" внимания в верхние слои всеобщей энергоструктуры планеты. Впрочем, долго он задерживаться не стал и предоставил законное поле деятельности своему другу, с некоторым любопытством ожидая, каких результатов тот получит на этот раз.

После первого же дня наблюдений Ирган заметил, что сооруженная модель, несмотря на свои весьма малые, по сравнению с оригиналом, размеры, оказывает достаточно сильное влияние на находящегося внутри нее человека. И одновременно понял, что он уже когда-то вновь успел обзавестись целой кучей ненужных каналов-связей. Когда эффект, оказываемый моделью на энергетические поля окружающего пространства, стал воздействовать на биоэнергетику самого Иргана, тот сразу почувствовал себя подобием куска резины растягиваемого в противоположные стороны. С одной стороны - узконаправленный вверх пучок внешнего поля пытался утянуть за собой энергосферу Иргана, а с другой – энергетические каналы-связи, которыми он успел обрасти, якорями тянули его к себе. Так что, пришлось молодому человеку для начала припомнить старую добрую практику по избавлению от бесполезных энергетических связей и уже потом вновь приниматься за свои опыты.

Наблюдения, последовавшие в несколько последующих дней, показали, что применение конструкции, которую соорудили они с Мерком, здорово облегчало и последующее заполнение энергосферы новой энергетикой и ее уплотнение и "соскальзывания" куда-то высоко вверх. Но все эти эффекты Иргану были уже знакомы и раньше. Применение модели всего лишь помогало достичь того же самого более легким способом, ничего же действительно нового он при этих своих опытах так и не замечал. Тем не менее, у него все больше крепла какая-то непонятная уверенность в том, что что-то важное ускользает от его внимания. Поэтому, в ближайший же удобный день, молодой человек с утра пораньше засел в свое сооружение с твердым намерением найти ту причину, по которой его Путь вышел на всю эту информацию.

Успокоив мысли и эмоции и максимально расслабившись Ирган стал понемногу погружаться в состояние "внутренней тишины" и наблюдать за своими ощущениями. Кроме того, что от земли вертикально вверх поднимался поток понемногу заполняющий его энергосферу, довольно долгое время ничего не происходило. Но постепенно потоки энергий внутри энергосферы молодого человека уравновесились и его внимание переключилось на ее сферические границы. Еще какое-то время Ирган продолжал сидеть в состоянии полного успокоения мыслей и эмоций, а затем вдруг почувствовал, как эти границы попросту растворились! Тут же перед глазами всплыла какая-то светящаяся надпись из совершенно незнакомых пиктограмм, а в мозгу прозвучал тихий голос возвестивший в лучших традициях идиотских виртуальных игр:

- Новый этап.

- Что за бред?! - проскользнула в голове Иргана ленивая тень мысли и в следующий миг его сознание полностью отключилось...


...Когда Мерк перед окончанием смены зашел в служебную комнату дежурных, его друг тоже был уже там. Он сидел очень тихо и с совершенно отсутствующим видом пялился в окно. На то, что Ирган впал в уныние из-за какого-либо нового затруднения в процессе своих практик, было не похоже. Тем не менее, столь до подозрительности задумчивое состояние ему было вовсе не свойственно.

- Ты чего какой-то странный? – с ходу поинтересовался его напарник.

- Скажи, тебе не приходила в голову мысль, что может, мы вообще-то ерундой занимаемся? – по-прежнему большей частью витая где-то в своих мыслях спросил Ирган.

- Не понял, - Мерк удивленно воззрился на товарища, - Знаешь, если бы все, чем я занимаюсь, не приносило никакого результата, то в таком случае я бы наверняка решил, что занимаюсь ерундой и глупостью. А так – нет.

- Нет, я про другое, - принялся объяснять Ирган свои соображения, - Вот смотри. Ведь сколько уже в истории человечества было всяких людей занимавшихся подобными вещами? Многие из них достигали по-настоящему потрясающих результатов и наши с тобой в сравнении с ними просто мелочь какая-то. И, тем не менее, все те, кто чего-то достиг, - они со временем умерли, а в основной своей массе все остается по-прежнему. Люди остаются все такими же уже много сотен, а может и тысяч лет, и по сути - ничего не меняется. Почему? Может эволюция это не овладение какими-то выдающимися способностями или магическими фишками? Или может дело не только в этом?

- Вообще, у меня нет какого-либо точного ответа на такой вопрос, - заявил Мерк после продолжительного молчания, - Сразу мне на ум приходят только соображения касающиеся двух моментов. Первый – это тот, что бытует среди Идущих. Он говорит, что человечество, как единая энергоструктура, подбирает наиболее верную модель видения окружающего мира. И пока такая модель не будет найдена, ничего не изменится. Второй – он более свойственен традиционной науке. Насколько я помню, ею утверждается, что полученный опыт закрепляется среди некоей группы живых существ только после того, как его переживет определенная их часть, так называемая критическая масса. И вот только после этого данная группа выходит на какой-либо новый этап своего существования. Как видишь, этот момент некоторым образом пересекается с тем Путем, с которого мы начинали. Другое дело, что мало кого из людей все это вообще интересует, а большинству кроме как пожрать и развлечься больше на хрен ничего не нужно. Так что я начинаю всерьез сомневаться, что такая критическая масса вообще сможет когда-нибудь набраться и что что-либо вообще сможет измениться. Что? – прервался он, заметив, что Ирган хочет что-то сказать.

- Слушай, вот если твоя настройка на какую-либо энергоструктуру мира, являющуюся для тебя более привлекательной и благоприятной, закрепляется трансформацией в клетках твоего тела, то влияет ли это на твою генетическую наследственность? – спросил тот.

- Ну-у-у зна-а-а-ешь... Я тебе не какой-нибудь там генетик или микробиолог - после очередной долгой паузы наконец тяжело вздохнул Мерк, - Но то, что существует так называемая плохая генетическая наследственность, динамика которой от поколения к поколению ухудшается, этого они вроде не отрицают. Почему бы тогда в принципе не возникать и положительной наследственности?

- То есть, твоя настройка на какую-либо энергоструктуру мира, отражающая тот уровень развития, которого ты достиг, закрепляется трансформацией в клетках твоего тела. И в принципе генетически это должно передаваться твоим детям, облегчая им их будущее развитие, так? – продолжал развивать тему его товарищ.

- Слушай, ты что хочешь сказать, что эволюция это не только твое личное развитие и овладение какими-либо возможностями, но и передача таковых генетическим путем твоим потомкам? Ну не знаю… Я же сказал, что не специалист в этой самой генетике! - не выдержал Мерк, - И кстати никто из Идущих вопрос таким образом кажется тоже еще не ставил. Но чисто интуитивно, я не вижу ничего такого, что говорило бы о том, что ты не прав. А к чему ты вообще все это?

- Просто с недавних пор у меня в голове назойливо крутится идея, что надо бы нам с женой завести ребенка, - прояснил наконец Ирган, - Причем это явно не спровоцировано каким-то сексуальным влечением или эмоциональными сантиментами. Может это и есть Команда Духа-Правителя?

- Ну тут я тебе вообще ничего подсказать не могу, - искренне растерялся Мерк, - Это тебе придется решать исключительно самостоятельно.

- Верно… - задумчиво подтвердил его товарищ, - Получение Команды от Духа-Правителя - дело сугубо личное…


***

...Не отводя взгляда от пляшущих языков пламени, Ниннурсах зябко передернула плечами. Быстро остывающая ночная степь была ли причиной пробежавшего по спине мороза или в том был повинен рассказ Нидуммунда? Пожалуй, точно об этом не сказала бы и сама Властительница.

- Так под чьим же влиянием тогда у них появились подобные идеи? - тихо произнесла она.

- Увы, дорогая, перед этой загадкой спасовал даже наш уважаемый посол, - невесело усмехнулся Нидуммунд.

Искоса бросив на д`хагона быстрый взгляд, Властительница помолчала еще некоторое время, а затем обратилась к нему:

- Почтенный Джах Х`вей, быть может, ты поведаешь нам еще о каких-нибудь обстоятельствах, которые могут оказаться для нас важными или небезынтересными?

Было явно заметно, что д`хагон на несколько мгновений заколебался. Он словно никак не мог принять какое-либо конкретное решение, а затем, наконец, вымолвил:

- Прошу прощения, Властительница, но мне весьма затруднительно решить, что же может представлять интерес для вас. По той причине, что для этого мне сначала необходимо определиться с тем, с какой точки зрения рассматривать имеющиеся на данный момент сведения. Поэтому постарайся хотя бы обозначить интересующий тебя вопрос.

Пожав плечами в ответ на такое заявление, супруга Властителя Срединных Земель поплотнее закуталась в плащ и произнесла:

- Что ж, к примеру, ты уже в курсе относительно противостояния, возникшего между нами и прежними хозяевами этого мира, и нашего противоборства с ними из-за влияния на представителей молодой расы. Поэтому можешь рассматривать ситуацию с позиции этого самого противостояния.

- Кстати, за одно, может, прояснишь мне и свое высказывание относительно того, что "представители древней расы придали устремлениям наших подопечных то же самое направление, что было присуще им самим"? - добавила Ниннурсах и, недовольно взглянув на мужа, сказала, - А то Нидуммунд, пересказывая мне вашу беседу, толком ничего про это объяснить не смог. Ни о том, что это обозначает, ни о том, каким образом это возможно проделать.

- Да, Джах Х`вей, это было бы неплохо, - подтвердил и Властитель Срединных Земель, - А то когда ты рассказывал все это нам с Эллалем, никаких вопросов этот момент даже и не вызвал. Словно мы с ним точно знали, что это действительно так, и ни на мгновение не усомнились в твоих словах. А вот потом, когда я пытался объяснить все это супруге - увы, - и он смущенно развел руками.

По усмешке, промелькнувшей на физиономии д`хагона, было очевидно, что ситуация эта его почему-то откровенно позабавила. Однако, разрастись короткой гримасе до откровенной широкой ухмылки, посол не позволил и, вновь вернув себе невозмутимый вид, произнес:

- Да, Властитель, иногда так случается, что что-то в нас настолько знает суть вопроса, что мы действительно не нуждаемся ни в каких дополнительных объяснениях. Однако это и в самом деле не помогает нам донести смысл до кого-либо иного.

- В таком случае, уважаемый посол, будь так добр, донеси, наконец, до меня смысл этого вопроса, - с легким нажимом и прорезавшимся недовольством в голосе промолвила Ниннурсах.

- Непременно, Властительница, непременно, - и д`хагон отвесил ей легкий поклон, - Но, к моему сожалению, начать придется несколько издалека.

- О, Джах Х`вей, начинай откуда хочешь! - небрежно отмахнулась правительница, которую все эти непонятные недомолвки стали уже изрядно раздражать.

Изобразив еще один вежливый поклон и, как показалось Властителю Срединных Земель, спрятав при этом еще одну легкую усмешку, посол начал свое повествование.

- Смею ли я считать, Властительница, что в отличие от вопроса, который ты попросила меня прояснить, понимание принципа совокупности Мер-Кха-Бхоа затруднений у тебя не вызвало? - первым делом поинтересовался он и, получив утвердительный ответ, продолжил, - В таком случае хочу лишь напомнить, что источником питания для корней Древа Жизни того Мира, в котором наличествуют существа из плоти, является Пыль Жизни, которая суть излучение Кха такого Мира. То есть, изначально источником Пыли Жизни, так необходимой для активной деятельности существ, является Кха их Мира. В том же случае, если бы они запас Кха своего Мира исчерпали, то и их деятельность в нем попросту бы прекратилась.

Но, как это обычно бывает в случае тех Миров, в которых жизнь существ из плоти все-таки сумела закрепиться, неподалеку обнаруживается и другой источник такого, необходимого им, излучения. Поэтому постепенно все существа, обитающие в пределах такого Мира, делятся на три вида: одни овладевают умением улавливать Пыль Жизни приходящую в пределы их Мира от стороннего источника, вторые - умением заполучить ее от других существ, и третьи - по-прежнему ограничиваются той долей Пыли Жизни, которая достается им от Кха их Мира.

При этом, как это становится очевидно, Кха самого Мира для обеспечения жизнедеятельности большинства существ, его населяющих, уже не задействуется, и гораздо большее значение приобретает следующая образовывающаяся цепочка: одни существа собирают Пыль Жизни приходящую в их Мир от стороннего источника, другие получают ее непосредственно от первых, а остальные получают свою долю Пыли Жизни исключительно от вторых. Существа первого вида принадлежат, как это понятно, к сообществу растений, существа второго вида - травоядные, и, соответственно, существа третьего вида есть хищники.

Бесспорно и то, что обозначенная мною картина является достаточно приблизительным отображением взаимоотношений внутри Мира, - посол развел руками, словно призывая слушающую его чету властвующих супругов сделать ему некоторое снисхождение, - Тем не менее, для рассмотрения основных интересующих нас моментов она подходяща в достаточной мере.

Замолчав, он несколько раз перевел свой взгляд с правителя на его жену и обратно, словно прежде чем продолжить дальше, желал узнать, не оставило ли что-либо из изложенного им какого-либо недопонимания.

- Пока все твои утверждения достаточно понятны, Джах Х`вей, - заметив это, откликнулась Ниннурсах, - Ты можешь продолжать.

Дважды упрашивать д`хагона не пришлось, и он незамедлительно возобновил рассказ:

- Скорее всего, Властительница Ниннурсах, твой супруг, Властитель Нидуммунд, уже упоминал об этом, пересказывая тебе беседу, состоявшуюся между мной, им и Властителем Мира, но все-таки я повторюсь, что самый примитивный способ заполучить долю чужой Пыли Жизни - это поглотить ту ее часть, которая содержится в волокнах плоти другого существа, в его Бхоа. Но такой способ не является ни единственным, ни обязательным, и даже не самым удачным, поскольку, разрушив Бхоа какого-либо существа, тот, кто сделал это, навсегда теряет для себя данный источник Пыли Жизни. Поэтому в истории Мира неизбежно наступает и такой момент, когда кто-либо из существ, его населяющих, осознает, что для получения так необходимой ему доли Пыли Жизни совершенно необязательно наносить непоправимые разрушения Бхоа других существ.

После того же, как такое существо овладеет соответствующими навыками получения Пыли Жизни, риск потерять свой источник для него сводится к минимуму и в дальнейшем оно вполне может позволить себе обходиться без своего Бхоа. Если же оно при этом еще и сумеет осознать, что существ, которые служат ему источником Пыли Жизни, нужно не просто использовать, а лучше еще и защищать, то оно становится Тираном Мира...

- Прости, что прерываю твой рассказ, Джах Х`вей, - внезапно обратился к д`хагону Властитель Нидумунд, явно озадаченный какой-то неожиданно пришедшей ему на ум мыслью, - Но тогда получается, что такое существо непременно должно быть из породы хищников? - и добавил, повернувшись к Ниннурсах, - Видишь ли, дорогая, ведь для растений вероятность остаться без своего источника Пыли Жизни очень мала, а существа травоядные редко наносят тем, кто является их источником, такие повреждения, что вызовут неминуемую гибель последних. И лишь над хищником угроза остаться без необходимого ему источника Пыли Жизни будет довлеть постоянно, и именно он будет озабочен тем, чтобы найти какой-то иной способ получения Пыли Жизни.

То, как незамедлительно отреагировал на эти выводы Властителя Срединных Земель д`хагон, ясно дало понять, что чем-то они его весьма обеспокоили. Его лицевые мускулы внезапно одеревенели, а сузившиеся зрачки настороженно впились в лицо правителя. Несколько очень долгих мгновений посол не отрывал от него своего напряженного взгляда, но, наконец, немного расслабился и, глубоко вздохнув, с заметной неохотой произнес:

- Как ты понимаешь, Властитель, всеми нами в первую очередь движет необходимость. Поэтому, может, и имеются Миры, в которых Тираны такие существа, что по своей природе хищниками не являются, но по сию пору д`хагонам таковые ни разу не встречались. Так что, как мне представляется, это твое заключение совершенно верно.

- Но почему же тогда, Джах Х`вей, мои слова тебя так разволновали? - осторожно поинтересовался Нидуммунд, в свою очередь не сводя со своего собеседника внимательного взгляда.

Ответил на это посол не сразу. Все-таки затронутая тема чем-то явно была ему не по нутру:

- Все дело в том, Властитель, что достигнутое единожды может быть достигнуто снова. И, конечно же, находятся и другие хищники, способные овладеть необходимыми навыками, - произнес он с таким видом, словно правитель заставил его жевать невыносимую кислятину, - И, как ты понимаешь, с этого момента начинается долгое и неизбежное соперничество между Тираном Мира и всевозможными новоявленными претендентами.

В последствии, с течением времени, многие из подобных претендентов свои притязания все-таки снимают. Они становятся на сторону Тирана и за некоторую долю плодов с Древа Жизни также занимаются его охраной и взращиванием. Таковы, к примеру, те, о ком я упоминал, как о наместниках Тирана. Но остается немало и таких, что по своим повадкам не лучше самых бессовестных воров только и поджидающих момента, чтобы присвоить себе часть тех плодов, к выращиванию которых сами не приложили ни малейших усилий.

Как раз таковые хищники и пытаются всевозможными способами войти в соприкосновение с теми существами, у которых они могут урвать часть из их личного запаса Пыли Жизни, или на которых они могут оказать подчиняющее воздействие. Но как раз о таковых не стоит лишний раз даже упоминать.

- Так ты счел, что мои выводы явились результатом какого-то такого соприкосновения? - догадавшись, улыбнулся Властитель Срединных Земель и, покачав головой, твердо произнес, - Смею тебя заверить, что ничего подобного не было.

- К сожалению, никто из нас не может утверждать подобного с полной уверенностью, - не согласился с его заявлением д`хагон.

- Что означает это твое высказывание, Джах Х`вей? - тут же не замедлила поинтересоваться Ниннурсах, во взгляде которой интерес к затронутой теме читался гораздо яснее, чем ко всему предыдущему рассказу посла, в течение которого правительница, подуставшая за время сегодняшнего путешествия, даже несколько раз украдкой зевнула.

И вновь во всем облике д`хагона отчетливо отразилось недовольство обсуждаемым. Похоже, что уже только вежливость не позволяла ему безоговорочно оборвать весь этот разговор или хотя бы перевести его в другое русло. Но как бы то ни было, на вопрос он все-таки ответил:

- Властительница Ниннурсах, это означает всего лишь то, что почти все мы время от времени неизбежно вступаем в соприкосновения и взаимодействия с таковыми существами. Самым простым и самым прямым мостом к началу такого взаимодействия может послужить, к примеру, чувство голода. Оно заставляет нас искать источник пищи, а таковые существа очень охотно откликаются на подобного рода поиски и предоставляют свое содействие. Потому что это единственное, что они умеют хорошо - охотиться, искать способы, как заполучить добычу.

Единожды же вступив во взаимодействие с подобными союзниками, в дальнейшем весьма непросто избавиться от их влияния. Обычно существо, попавшее под такое влияние, озабоченность поисками того или иного рода добычи не покидает никогда, и его разум становится разумом голодного хищника.

Должен признать, что окончательно освободиться от их влияния вообще не возможно, возможно лишь осмыслить его наличие и ослабить оказываемое воздействие. Именно по этой причине, Властительница, я считаю, что лучше не усугублять имеющееся положение и вообще поменьше даже упоминать о существах подобного рода, - закончил посол тоном настолько категоричным, что стало совершенно очевидно, что дальше углубляться в эту тему он не намерен.

Пожав плечами Ниннурсах скорчила в ответ неопределенную гримаску, мол, не очень то и хотелось, и, с трудом подавив очередной зевок, с довольным видом произнесла:

- В таком случае нам остается лишь порадоваться, что мы не поощряем охотничьи традиции среди своих подданных, а вместо этого стремимся приучить их к разведению домашнего скота. Нечего шляться где попало и попадать под неизвестно чье влияние.

- Вынужден тебя огорчить, Властительница, но пастух это тот же хищник, просто чуть более дальновидный и приучивший свою добычу себя не бояться, - не замедлил сообщить ей д`хагон, - Впрочем, я вижу, что наша беседа тебя утомила, поэтому предлагаю отложить ее до лучшей поры, поскольку нам предстоит коснуться еще многих подробностей и времени она займет немало.

Получив в ответ от правительницы согласие, подтвержденное и Нидуммундом, посол тотчас не замедлил удалиться в сторону предоставленного ему шатра. Ниннурсах же некоторое время молча глядела на пламя костра, а затем недовольно процедила:

- Этот Джах Х`вей своим самодовольством действует мне на нервы. "Пастух это тот же хищник". Что за ерунда?! Пастух ведь ни за кем не охотится! Чего явно не скажешь о хищнике!

- Прости, дорогая, но если имеется в виду случай такого пастуха, который держит скот ради мяса, то тогда это высказывание верно, - спокойно не согласился с супругой Властитель Нидуммунд, - Ведь ни хищник, ни пастух не интересуются мнением того, кого убивают. А поскольку вы обсуждали, что же лучше, охота или разведение скота, то придется признать, что подразумевался как раз такой случай. И, следовательно, здесь д`хагон прав.

- Нидуммунд, а тебе не кажется, что последнее время ты слишком часто признаешь его утверждения верными? И тебе случаем не приходила в голову мысль, что он сам тоже вполне может стремиться к тому, чтобы придать твоим устремлениям такое же направление, что присуще ему самому? - с избытком добавив в голос язвительности, спросила Властительница, - Ну и чему ты так обрадовался?! Чего я такого смешного сказала?!! - внезапно вскипела она, увидав, как муж ее вместо ответа стал тихонько посмеиваться.

- Ниннурсах, прости, но совсем недавно ты заявляла, что понятия не имеешь о том, что обозначают эти слова. А теперь совершенно уверенно их используешь. Согласись, это несколько необычно, - и Властитель Срединных Земель, безуспешно пытаясь стереть улыбку со своего лица, примирительно поднял руки, призывая супругу поумерить свой пыл.

Озадаченная таким поворотом разговора, правительница несколько мгновений молча смотрела на него, а затем сконфуженно побормотала:

- Не знаю почему, но, как мне кажется, сейчас я действительно понимаю, что они означают, - и, еще немного помолчав, тихо добавила, - Нидуммунд, неужели в нас действительно есть что-то, что знает гораздо больше, чем мы сами в состоянии объяснить?

- Кто знает, дорогая, кто знает, - неопределенно отозвался Властитель Срединных Земель, - Пойдем лучше спать. Завтра у нас новый день и новый переход.

Поднявшись со своего места, он подал жене руку и помог ей встать, а затем обернулся в сторону второго костра, разложенного поодаль. Тот, гораздо больший, был устроен для всех остальных членов их отряда и с его стороны, не смотря на уже глубокую ночь, до сих пор доносились отрывки каких-то оживленных разговоров и периодические раскаты громкого хохота. Не удержавшись, Нидуммунд недовольно вздохнул и покачал головой.

- Что-то не так? - поинтересовалась Ниннурсах от которой не укрылся невольный жест супруга.

- Приходиться признать, что на наших воинов этот мир действует не самым лучшим образом, - отозвался тот, - Что-то они стали слишком уж беспечными.

- О, Нидуммунд! - с притворным изумлением уставилась на него Властительница, - Оказывается, на самом то деле тебе больше нравилось сидеть за толстыми стенами цитаделей в нашем старом мире? Ничего, дорогой, так уж и быть, одну такую, специально для тебя, мы построим.

И, с наигранно успокаивающим видом погладив мужа по руке, она рассмеялась и повлекла его за собой...


...Кто бы ни утверждал обратное, но в путешествиях через безграничные степные просторы есть свое очарование. Нескончаемая зеленеющая даль, на которой взгляду до самого горизонта не за что зацепиться, и плавное покачивание в седле под неспешный топот копыт, который как-то сам собой настраивает путника на умиротворенный лад, все это было хорошо знакомо Властителю Срединных Земель, и подобные переходы после себя всегда оставляли у него чувство отдохновения. Даже Властительница Ниннурсах, которой больше была по нраву бесконечная морская гладь, и та, как правило, достаточно охотно сопровождала мужа в таких странствиях.

Но на этот раз от спокойного настроения, к которому обычно располагало их неспешное продвижение, не осталось и следа. Уже с самого раннего утра правителю не терпелось вернуться к обсуждению тех моментов, что были затронуты во вчерашнем разговоре. Поэтому-то сегодня Нидуммунд и предпочел продолжение состоявшейся накануне беседы тому занятию, которому обычно предавался во время таких путешествий - молчаливому созерцанию нескончаемой степи.

Как только их отряд, покончив со всеми сборами, выдвинулся с места стоянки, и переход втянулся в свое нормальное русло, Властитель поспешил направиться к д`хагону. Поскольку последний в верховой езде никаких навыков не имел, то волей-неволей был вынужден путешествовать в компании одного из сопровождавших их отряд смотрителей, который и вел его лошадь в поводу. Поравнявшись с ними, и сделав человеку Эннубиаша знак оставить их с послом наедине, Нидумунд принял из его рук поводья лошади д`хагона и, подождав, пока тот удалится на достаточное расстояние, спросил:

- Джах Х`вей, а скажи, может ли случиться так, чтобы кто-нибудь из тех претендентов, с которыми приходится сталкиваться Тирану Мира, все-таки одержал верх? И сам стал Тираном?

Издав вместо ответа какой-то невнятный хмыкающий звук, д`хагон ничего не ответил. Вместо этого он лишь принялся крутить головой, по всей видимости, кого-то выискивая взглядом, а, увидав, наконец, Ниннурсах, явно занятую сегодня какими-то собственными мыслями, и по этой причине ехавшую немного поодаль от прочих своих попутчиков, вновь повернулся к Нидуммунду и произнес:

- Властитель, пожалуй, нам стоит пригласить твою супругу присоединиться к нашему разговору. Поскольку твой вопрос отчасти соприкасается и с тем вопросом Властительницы, что был задан ею еще вчера.

Пожав плечами, Властитель Срединных Земель окликнул все того же смотрителя, что ранее сопровождал посла, и который все еще продолжал ехать неподалеку от них, и, поскольку ничего против высказанного д`хагоном не имел, отправил его передать Ниннурсах предложение примкнуть к нему и послу для продолжения вчерашней беседы.

Спустя некоторое время Властительница, предпочитавшая сегодня передвигаться чуть в стороне от основной группы отряда, уже ехала рядом, а после того, как Нидуммунд поведал ей о вновь возникшем вопросе, слово взял Джах Х`вей:

- Для начала хочу сказать, что вопрос твой, Властитель, хотя ты наверняка и не отдаешь себе в том отчета, является очень хорошим примером, показывающим то, в каких отношениях Тиран Мира находится с прочими живыми существами своих владений, - заявил он в первую очередь, - В каждом действии таковых существ можно заметить повелительное указание Тирана их Мира, его побуждающее воздействие, которым он заставляет их поступки так или иначе соответствовать своим устремлениям.

Без всякого сомнения, что разговор, состоявшийся вчера между нами и к тому же оставшийся неоконченным, был способен породить великое множество мыслей и вопросов. И наверняка так и было. Но что при всем этом мы видим? - д`хагон вопросительно поглядел на обоих собеседников.

В ответ Нидуммунд, который уже стал привыкать к тому, что их собеседник частенько задает вопросы лишь для того, чтобы самому на них же и отвечать, преспокойно пожал плечами. Ниннурсах же, судя по ее виду, вообще предпочитала сегодня не вступать в разговор, а оставаться молчаливой слушательницей.

- Мы видим то, что первый же вопрос, который прозвучал из твоих уст, Властитель, был о том, при каких условиях можно занять место Тирана Мира, - после многозначительной паузы пояснил посол и добавил, - А если мы теперь вспомним, что Тиран вашего прежнего Мира воспринимает Мир этот не чем иным, как своим вероятным новым владением, в котором в первую очередь нужно свергнуть прежнего правителя, то станет понятно, насколько этот твой вопрос является действительно удачным примером.

После этого он на некоторое время вновь умолк и замер, полуприкрыв глаза, а затем неожиданно, без каких-либо отступлений, совершенно прямо заявил:

- Что же касательно того, может ли Тиран Мира быть низвергнут каким-либо из претендентов на его место, то - да, Властитель, такое случается. Интересующее тебя событие может свершиться в двух случаях.

Первый случай свойственен естественному ходу событий, происходящему в каждом из Миров. Как уже было упомянуто, Тиран Мира для осуществления своей деятельности нуждается в Пыли Жизни, которую он забирает из личных запасов существ, населяющих его мир. И, разумеется, Тиран не дает совершенно никаких обязательств, что таковое изъятие случится гладко и безболезненно. Поэтому, если кто-то из претендентов на место Тирана сумеет изыскать такую форму для данного действия, которая будет для обоих из сторон, и забирающей и отдающей, более приемлема, чем форма, предлагаемая старым Тираном, то последний вынужден будет уйти в тень…

- Что вынужден будет сделать? - внезапно раздался настороженный вопрос Ниннурсах.

С удивлением обратив взор на супругу, которая вплоть до настоящего момента всем своим видом демонстрировала явное нежелание поддерживать ведущуюся беседу, Нидуммунд встретился с ее не на шутку встревоженным взглядом. И тут же в его памяти всплыли кое-какие из легенд их прошлого мира, которые, если верить историческим хроникам, имели широкое хождение во времена, последовавшие непосредственно за крахом правящего дома д`хагонов.

Они, эти предания, утверждали, что последние из властвующих д`хагонов в своих деяниях склонились к Тьме и Злу, и именно это способствовало быстрому закату их правления. Передававшиеся поначалу шепотком и исключительно в разговорах с глазу на глаз, эти толки внезапно стали обретать все большую силу и вскоре уже, став распространяться с быстротой степного пожара, сумели собрать изрядную жатву среди умов и, по сути, стали превращаться в новый культ.

Ничего удивительного, что подобные разговоры выливались в нешуточные, часто заканчивающиеся многочисленными жертвами с обеих сторон, столкновения между их последователями и приверженцами старых богов-Властителей. Лишь ценой огромных усилий правителям кланов в те времена удалось переломить ситуацию. Только после того, как был наложен жесткий запрет на широкое освещение церемоний обоих культов, а также на их публичную пропаганду и на вербовку в общественных местах их сторонниками новых приверженцев в свои ряды, а во главу общественного сознания была поставлена идея верности своему клану, правителям удалось, наконец, добиться от своих подданных какого-никакого порядка.

- Тень... Тьма... Неужели и впрямь?... Хм, любопытно... - и Властитель Срединных Земель повернулся к Джах Х`вею, с изрядным интересом ожидая его ответа.

- Старый Тиран Мира вынужден будет уйти в тень, Властительница, - вежливо повторил д`хагон и добавил, объясняя свои слова, - Если претендент на место Тирана действительно сумеет предложить существам, служащим источником Пыли Жизни, более подходящую форму взаимодействия, то последние естественно предпочтут иметь дело с ним. А поскольку старому Тирану Пыли Жизни уже будет не доставать, то в результате его сила влияния на прочих существ будет уменьшаться, а его деятельность будет все менее заметна.

- Ага. Вот значит как? - не отводя от него внимательного взгляда, переспросила Ниннурсах.

- Да, - с едва заметным легким поклоном невозмутимо подтвердил посол.

Повисла неприятная пауза, по которой властитель Срединных Земель легко догадался, что Ниннурсах явно ожидала услышать нечто иное, а такое объяснение ее никоем образом не устроило. Д`хагон же в свою очередь вдаваться в какие-либо иные разъяснения вовсе не торопился, и потому затянувшееся молчание становилось все напряженней.

- Джах Х`вей, - поспешил нарушить его Нидуммунд, - А какой второй случай? Ты же упоминал что их два?

- Совершенно верно, Властитель, именно так я и говорил, - спокойно подтвердил посол и продолжил, сделав при этом такой вид, будто он вовсе и не прерывался, - Что касается второго случая, то он может произойти исключительно в таком Мире, в котором в естественный ход смены Тиранов произошло вмешательство извне.

При обычном течении событий до тех пор, пока существа, населяющие какой-либо Мир, не овладеют способом собирать Пыль Жизни, приходящую в их Мир от стороннего источника, и Древо Жизни не закрепится своими корнями, все они живут за счет того, что отбирают Пыль Жизни друг у друга. При этом те из них, кому не повезло, переходят в форму бестелесных существ, а набирается их весьма значительное количество. Если же существо перешло в число бестелесных до того, как оно обрело возможность получать Пыль Жизни от источника, находящегося вне пределов Мира, или до того, как оно, подобно Тирану, научилось изымать ее у телесных существ, обитающих в пределах Мира, то дальнейшая его участь будет заключаться в простом ожидании, пока Тиран Мира, или один из его наместников, не обратит на него своего внимания и не выделит ему долю Пыли Жизни с тем, чтобы данное существо исполнило какое-либо его указание.

- Здесь, Властитель, - внезапно прервал свое размеренное повествование Джах Х`вей, - мне хотелось бы немного отвлечься и попросить тебя вспомнить наш разговор, в котором было упомянуто о том, как Саат теряет свою силу и интенсивность по мере превращения его в Пыль Жизни. Это поможет более ясно понять то, о чем будет сказано в дальнейшем.

Дождавшись, пока Нидуммунд сделал знак подтверждающий, что он действительно припомнил подробности упомянутой беседы, д`хагон вновь продолжил:

- Итак, как уже сказано, те из существ, кому не повезло в соперничестве за долю Пыли Жизни, просто пребывают в состоянии ожидания, пока на них обратится благосклонное внимание Тирана Мира или одного из наместников.

Но если случиться так, что кто-то иной станет поставлять в их распоряжение Пыль Жизни, то таковые существа, непременно обратятся к тому, кто подобный источник им предоставил. А поскольку таких существ за время становления Мира скапливается весьма значительное количество, то для того, кто осведомлен об особенностях, свойственных их повадкам, они, при умелом обращении, могут представлять собой полезный и внушительный по своим возможностям инструмент.

В том же случае, если такое событие действительно произойдет, очень важное значение будут иметь две особенности: Первая - это насколько интенсивность источника Пыли Жизни, поставляемой бестелесным существам, ранее пребывавшим в ожидании милости Тирана, сопоставима с интенсивностью источников, имеющихся в распоряжении самого Тирана Мира и его наместников. Вторая, которая по своей значимости, пожалуй, даже превосходит первую, - насколько сам жизненный опыт того, кто такой источник предоставил, сопоставим с опытом Тирана Мира.

Если интенсивность источника Пыли Жизни, имеющегося в распоряжении претендента на место Тирана Мира, меньше, чем и у самого Тирана, то первый из них не имеет никаких шансов занять главенствующее положение и неизменно уйдет в тень. При этом возможность возвращения он будет иметь только тогда, если его личный опыт превосходит опыт Тирана. В этом случае, если Тиран Мира когда-либо окажется в обстоятельствах, при которых он будет заинтересован в опыте бывшего претендента, то он естественно обратит на него свое внимание, выделит ему долю Пыли Жизни и предоставит возможность вновь действовать. Разумеется, попытавшись при этом устроить так, чтобы тот действовал уже в интересах самого Тирана...

- Джах Х`вей, я, конечно, прошу прощения, что вынужден тебя прервать, но кое-что в твоих словах требует немедленного прояснения, - внезапно промолвил Властитель Срединных Земель, обращаясь к д`хагону, - Судя по тому, что ты уже как-то говорил, память Тирана Мира, а соответственно и его опыт, заключают в себе абсолютно все знание о том, с чем его Мир соприкасался. Но как тогда опыт кого-либо из претендентов может превосходить его опыт? Я нахожу это попросту невозможным.

- О, Властитель, будь уверен, в том, что ты меня прерываешь, нет ничего предосудительного. Самое меньшее, это означает, что я не теряю попусту времени, и что ты меня действительно слушаешь, - с довольной усмешкой отозвался посол, - Что же касается твоего недоумения, то позволю себе напомнить, что я упомянул о том, что речь пойдет о таком случае, при котором в ход смены Тиранов произошло вмешательство извне. Возможно, действительно я был при этом не достаточно точен, но, как ты понимаешь, претендент, пришедший в какой-либо Мир из-за его пределов, вполне может обладать опытом, превосходящим опыт Тирана такого Мира.

После этих слов он неожиданно замолк и после довольно продолжительного раздумья заявил:

- Впрочем, Властитель, мне хочется внести еще одно уточнение, чтобы ты окончательно мог все для себя прояснить в этом вопросе. Тиран Мира занимает свое место исключительно потому, что он научился собирать Пыль Жизни с телесных существ и научился делать это более удачным способом, чем все прочие его предшественники. Поэтому, по большей части, его опыт касается лишь того, какими способами можно заполучить себе долю Пыли Жизни. Но в этом отношении его опыт действительно есть весь опыт его Мира. Того же, что для этого ему самому действительно довелось соприкоснуться со всеми многочисленными формами той всевозможной деятельности, которой при обустройстве своей жизни вынуждены заниматься существа из плоти, это вовсе не означает.

- И, тем не менее, память Тирана Мира это память обо всем, с чем его Мир когда-либо соприкасался? Прости, Джах Х`вей, но я по-прежнему ничего не понимаю, - тяжело вздохнул Нидуммунд.

- Властитель, конечно, я рискую показаться несколько назойливым, но все же напомню тебе, что все те существа, которые в течение своей телесной жизни пользовались каким-либо источником Пыли Жизни, располагавшимся в пределах их Мира, в этом Мире и остались. Поскольку все существа являются зависимыми от своего источника, - спокойно отозвался на это посол, - А почти у всех событий, когда-либо происходивших в Мире, и самое меньшее, у всех значительных событий, были свои очевидцы. Поэтому в случае необходимости Тирану Мира достаточно лишь отыскать среди таких, ушедших в тень, существ очевидца интересующего события и воспользоваться его памятью.

- Джах Х`вей, я хоть и с трудом но, как мне кажется, действительно начинаю улавливать ход твоих умозаключений. Но неужели то, о чем ты только что нам рассказал, и впрямь возможно? - недоверчиво покачал головой Властитель Срединных Земель, выслушав такое объяснение.

- Это возможно. И более того, это так и происходит, - холодно заявил в ответ д`хагон, - И это вовсе не мои умозаключения, - добавил он с едва различимой ноткой недовольства.

После этого заявления посол умолк на весьма длительный период и Нидуммунд уже начал беспокоиться, что каким-то образом невольно задел самолюбие этой рептилии и так оценивающей все происходящее по весьма странным канонам, и теперь может не получить столь интересующие его ответы, но внезапно д`хагон вновь заговорил:

- Кстати, Властитель, хотя это ты вполне можешь осознать и сам, но все-таки я укажу тебе на то, что в отношении бывших претендентов на место Тирана Мира и в отношении бывших Тиранов все обстоит гораздо сложнее.

- Никто не жалует бывших противников, пусть даже и побежденных? Не так ли? - после короткого размышления понимающе усмехнулся Нидуммунд.

- Бесспорно. Но не только. Помимо этого, если в распоряжении потерпевшего неудачу претендента или в распоряжении утратившего свое положение Тирана останется какой-либо источник Пыли Жизни, пусть и не столь значительный, как у самого Тирана Мира, то они не будут настолько зависимы от последнего, чтобы непременно подчиниться его воле и действовать в соответствии с его устремлениями.

- Хм. Что ж, в таком случае они достаточно долго смогут удерживать те позиции, на которых сумели закрепиться, потерпев поражение. По крайней мере, ровно столько, сколько будет существовать тот источник Пыли Жизни, который они сумели заполучить, - задумчиво подытожил Властитель Срединных Земель, - Но достаточно долго для чего, Джах Х`вей? Или действительно просто до тех пор, пока не иссякнет тот самый источник?

- В худшем случае потерпевший поражение действительно будет удерживать свои позиции до тех самых пор, о которых ты сказал, Властитель, - согласно кивнул д`хагон, - В лучшем же - до тех пор, пока ему все-таки не удастся воспользоваться сложившимися обстоятельствами так, чтобы каким-либо образом улучшить свое положение.

На этом он вновь умолк и, издав какой-то невразумительный звук, несколько раз покачал головой. Подождав немного пояснения этому не совсем уместному жесту, которое, впрочем, так и не последовало, Нидуммунд не выдержал и спросил:

- Джах Х`вей, ты хотел что-то еще сказать?

- О, прости, Властитель, это я отвлекся на свои мысли, - тотчас откликнулся посол и, видя, что правитель продолжает ожидать пояснений, промолвил, - Дело в том, что в способе, каким каждый из нас описывает все вокруг него происходящее, неизменно отражается то, в каких традициях он был воспитан, и то, какой деятельностью ему приходится заниматься. В частности ты, Властитель, взращен в воинских традициях, а деятельность твоя - деятельность вождя, от которого зависят чужие судьбы. Поэтому термины, тобой употребляемые, естественно есть термины ведения войны и стратегической оценки. И я хоть и не в первый раз сталкиваюсь с этой особенностью, но никогда не перестаю удивляться тому, насколько неизменно она всегда дает о себе знать.

Молча усмехнувшись в ответ, Властитель Срединных Земель уже хотел было в свою очередь тоже поинтересоваться тем, в каких же традициях взращен его уважаемый собеседник, однако оживление, внезапно образовавшееся в передних рядах их отряда, не дало осуществиться его намерению.

- Кажется, нам опять придется прерваться, - указывая на направлявшегося оттуда к ним Эннубиаша, заметил и Джах Х`вей.

Передав Ниннурсах поводья д`хагоновой лошади, и решив не дожидаться, пока начальник смотрителей доберется до них, Нидуммунд сам поторопился тому навстречу...


***

- ...Нэйодор, неужели ты нас оставил? – тупо пульсировал в раскалывающейся голове единственный вопрос.

На дальнейшие размышления сил у Турна уже не оставалось. Вот уже третий день как у них кончились последние запасы воды. Провизия кончилась еще неделей раньше, но к тому времени нордлинги уже поняли, что совершенно сбились с пути и морские ветры отнесли их драккар гораздо южнее от того пути, которым они намеревались возвращаться.

Теперь каждый из них по очереди высматривал, не покажется ли среди темно-синих морских волн хоть какой-нибудь корабль, но до сей поры, удача не порадовала никого. Вот и Турн сейчас сидел, привалившись к мачте и глядя из-под воспаленных век на бегущие вдаль волны. Солнце палило вовсю и яркие блики радостно плясали на водных гребнях. Уж им-то совершенно не было никакого дела до изнывающих от жажды нордлингов.

С трудом подняв закрывающиеся веки, ярл несколько раз моргнул, пытаясь избавится от очередного мутного цветного пятна из числа тех, что время от времени принимались плавать перед его взором. Поначалу он принимал их за корабли, движущиеся вдали, но, обманувшись так несколько раз, перестал поднимать своих людей. Но на этот раз пятно упрямо отказывалось исчезать, и Турн, протерев глаза, стал более пристально присматриваться к нему.

- Корабль! – хрипло прошептал он, словно боясь спугнуть удачу.

- Фейлар, корабль! Корабль!– и ярл принялся тормошить ближайшего воина.

Фейлар очнулся от забытья и тяжелым взглядом уставился в направлении указанном Турном. Внезапно лицо его просветлело:

- Корабль! Эй, поднимайтесь! Корабль! – и молодой воин, вскочив, принялся расталкивать своих компаньонов.

Вскоре нордлинги стояли вдоль борта, махали руками, и орали насколько хватало сил у их пересохших глоток.

- Не дай им уйти, Нэйодор, не дай! – изо всех сил взмолился Турн к владыке морей.

- Хэй! Заметили! – вырвался радостный вопль у нескольких воинов.

Встретившийся корабль действительно сменил направление движения и теперь быстро приближался к драккару нордлингов.

- Кринейцы! Кринейский каггор! – вглядевшись в приближающееся судно, воскликнул Асгар.

- И что? Это хорошо или плохо? – вяло спросил Турн, на которого вдруг накатила прямо-таки свинцовая усталость.

- Вообще-то кринейцы на таких кораблях занимаются торговлей, - откликнулся Гвенблэй, - Но каггоры в одиночку не ходят, и это странно…

- Ясно, что ничего не понятно… – подумал Турн, присаживаясь около мачты и внезапно проваливаясь в забытье.

Очнулся он оттого, что кто-то потряс его за плечо и стал лить в полуоткрытый рот чистую и свежую воду. Ярл тотчас как величайшее сокровище схватил обеими руками бурдюк с водой и стал пить большими и жадными глотками. Наконец напившись, он оторвался от бурдюка и поднял голову. Драккар дрейфовал борт о борт с каггором, на котором в окружении своих людей, сложив руки на груди, стоял плотно сбитый кринеец с окладистой черной бородой и с немалым интересом разглядывал Турна.

- Это Рейнос, купец, он главный на этом каггоре, - представил бородача Гвенблэй.

- Турн, - встретившись глазами с кринейцем, ярл назвал свое имя.

Тот наклонил голову в знак уважения.

- Ярл, мы уже успели перекинуться парой слов с Рейносом, - начал тем временем Гвенблэй, - Кринейцы потеряли корабль своих компаньонов в схватке с местными морскими налетчиками. И они готовы разделить с нами свои запасы провизии и воды в обмен на охрану и сопровождение их корабля до Иджифета…

- Успели перекинуться парой слов? Почтенный Рейнос знает наш язык? – перебил его Турн, взглянув на торговца.

- Тот, кто торгует во многих местах, должен уметь говорить на многих языках, - расплывшись в улыбке, сказал Рейнос, - Раз уж у нас нет одного.

- Понятно. Надеюсь, уважаемый, ты не будешь в обиде, если мы с Гвенблэем кое-что обсудим с глазу на глаз.

Кринеец только улыбнулся еще шире и развел руками, давая понять, что он ничуть не против.

- Послушай, а если мы не захотим их сопровождать? Что тогда? – спросил Турн своего компаньона, отведя его к другому борту.

- Тогда они дадут нам пару бурдюков с водой и укажут путь до ближайшего берега. При условии, что вновь не собьемся с пути, и самом бережливом расходовании нам их хватит дотянуть до суши.

Оба воина замолчали и некоторое время разглядывали каггор. Корабль торговца был в отличном состоянии, да и сами кринейцы не выглядели ни усталыми, ни подавленными потерей своих компаньонов.

- Нет, ярл, этот Рейнос умеет торговаться. Он понимает, что у нас просто не хватит сил отобрать у них то, что нам нужно, - добавил Гвенблэй, - Поэтому он нас не боится. Тем не менее, сделку он предлагает честную и за охрану готов заплатить.

- А этот Иджифет, это что и где находится? – после некоторого раздумья спросил Турн.

- Вообще Иджифет - это страна. Говорят большая. Но я бывал только в одном их городе – Керриафе. Так себе, небольшой городок на побережье, да и там я был уже давненько. Кстати, кажется туда и направляются кринейцы в первую очередь, - последовал ответ, - А, сколько до него добираться, это надо спросить у нашего нового знакомого.

- Хорошо.

Турн подошел к кринейцу, продолжавшему стоять с невозмутимой улыбкой на лице.

- Рейнос, далеко ли еще до Иджифета? – задал он вопрос, и после паузы добавил, - И не знаешь, далеко ли отсюда до земель нордлингов?

- До Иджифета осталось плыть дней двадцать. До земель же, где живет ваш народ, отсюда около тридцати. Это все при благоволении богов, конечно, - ответил купец.

- Хорошо, мы поплывем с вами, - сказал Турн, - Кто-нибудь против? – обратился он к своим воинам.

Никто из нордлингов возражать не стал. Ударили по рукам и с корабля Рейноса на драккар перебросили несколько мешков с провизией и бурдюков с водой.

Вскоре, после того как команда Турна утолила голод, оба корабля уже плыли бок о бок, держа курс на юго-восток.

- Гвенблэй! - позвал Турн своего воина, - Ты сказал, что бывал в Иджифете, а язык их знаешь?

- Есть немного, - отозвался тот, - А зачем тебе? Или собираешься там задерживаться?

- Надолго не собираюсь, но по городу пройтись хотелось бы. Так что хоть немного, но неплохо бы было говорить на их языке.

- Ну, хорошо, научу тебя тому, что знаю, - сказал Гвенблэй, - может действительно пригодиться.


…Турн стоял на носу и глядел на раскинувшийся на побережье город. Настроение было прекрасным. Восемнадцать дней совместного плавания прошли в полном спокойствии. Ветер был почти всегда попутный, а не один из кораблей морских головорезов, появлявшихся вдали, даже и не рискнул приблизиться к двум новоявленным попутчикам.

- Так это и есть тот небольшой прибрежный городок, в котором ты бывал, Гвенблэй? – насмешливо окликнул Бельгемир своего товарища.

- Н-да-а-а, - протянул тот, смущенно почесав бороду, - должен сказать, что этот городок немного разросся. Раз эдак в пять.

Остальные нордлинги добродушно рассмеялись. Город действительно был внушительных размеров, похоже, со времени последнего посещения его Гвенблэем, он успел превратиться в крупный торговый центр широко известный на всем Иджифетском побережье.

- Все это конечно интересно, но где же мы здесь пристанем? – недоуменно сказал Турн, рассматривая столпотворение всевозможных кораблей, одни из которых разгружались у причалов или наоборот принимали на борт различные товары, а другие стояли на якоре в прибрежных водах, ожидая своей очереди.

- Ярл, я думаю это не наша забота, - отозвался Эттинг, показывая на каггор Рейноса.

К кораблю торговца тем временем приблизилась большая шестивесельная лодка с каким-то смуглым и лысым уроженцем Иджифета на борту. Одет иджифетец был в вызывающе яркое одеяние, напоминавшее что-то среднее между просторной рубахой и плащом одновременно, и сшитое с нелепой претензией на изысканность. На пальцах его красовались большие золотые перстни, а ноги были обуты в открытые сандалии со шнуровкой до колен. Штанов иджифетцы, как и большинство южных народов не признавали. Главными же достопримечательностями лысого были просто огромное брюхо и выражение крайне высокомерного самодовольства на лице.

- Как только его лодка держит, - подумал Турн, - И кто это? – спросил он Эттинга.

- Наверняка это один из тех, кто определяет очередность, по которой корабли походят к причалам, - ответил тот, - И сейчас, если наш кринейский друг не хочет простоять здесь до Последней Битвы, ему придется договориться с этим толстобрюхим.

Тем временем иджифетцу с помощью кринейцев и своих гребцов удалось-таки забраться на борт каггора, и вся дружина Турна с любопытством стала ожидать развития событий. Последовавшее представление не обмануло их ожидания. Между Рейносом и прибывшим толстяком завязалась оживленная беседа с размахиванием руками, взыванием к небесам и терзанием себя за волосы. В последнем, впрочем, преуспел купец, по причине отсутствия таковых у его собеседника.

Насколько хватило познаний нордлингов в языке иджифетцев, то толстобрюхий клялся здоровьем всех своих родных и близких, что мест у причалов нет и в обозримом будущем не предвидится, так как очередь расписана если и не до самой Последней Битвы, то не на много меньше. В ответ же Рейнос поведал трогательную историю о том, что дома его ждут многочисленные отпрыски, которые живут впроголодь уже почти полгода и если он не вернется в ближайшее время, то все они точно умрут от голода. При этом он пригрозил что смерть их будет на совести толстяка и не найдя посмертного успокоения все они обязательно будут каждую ночь его навещать. Иджифетец в ответ сделал вид, что очень сильно тронут трагедией родственников кринейского купца, и что он рад бы помочь, но, разумеется, все это потребует неимоверных усилий, и неплохо бы было его за эти усилия хоть как-то отблагодарить.

В конце концов, в результате всей этой болтовни из-за пазухи Рейноса к лысому толстяку перекочевал объемистый кошель, который торговец передавал с таким видом, будто отрезал у себя самую важную часть тела. Наверняка ту, из-за которой появились на свет все его многочисленные отпрыски. Иджифетец же, заполучив кошель, покровительственно похлопал Рейноса по плечу и сделал упомянутые "неимоверные усилия", указав на один из причалов, возле которого погрузка уже подходила к концу, после чего перебрался на свою посудину и, вальяжно помахав кринейцу рукой, отправился восвояси. Рейнос с улыбкой величайшей признательности тоже помахал рукой толстобрюхому в ответ, не преминув, однако, плюнуть вослед, когда тот отвернулся.

- Хорошо, что это не мне пришлось вести эти переговоры, - подал голос Даньги, - боюсь, у меня не хватило бы никакого терпения, и я просто бы перерезал глотку этой жирной образине.

- Да уж, хорошо, что не тебе, - откликнулся Гвенблэй, - а то пришлось бы нам познакомиться с иджифетскими галерами.

- Ладно, всем на весла, - отдал распоряжение Турн, - следуем за Рейносом.

Вскоре кринейский корабль занял место у указанного причала, а драккар нордлингов пришвартовался у борта каггора. Рейнос перепрыгнул на драккар и довольно хлопнул Турна по плечу:

- Ну что, ярл, хорошо добрались. Будто все боги нам помогали. Вот обещанная плата, - и он подал Турну кошель, - Не смотри, что он такой же как тот, что унес этот жирный прохиндей. Поверь этот – гораздо лучше.

Ярл взял кошель, мимолетно удивившись его тяжести, и развязав ремешки, заглянул внутрь.

- Золото, - подумал он, увидев тускло блеснувшие желтые монеты.

- К вечеру мы хотим сбыть часть товара, кое-что закупить и отправиться дальше, - продолжал Рейнос, - Если вы вновь к нам присоединитесь, я буду только рад. Похоже, боги не зря пометили тебя ярл. Они благоволят тебе и твоим людям, - взглянув на волосы Турна, усмехнулся кринеец.

- Я подумаю, - ответил тот.

- Ну, думай, ярл, думай. А пока, если собираешься погулять по Керриафу, то не советую ходить без оружия и носить все деньги при себе - воры, знаешь ли. Здесь их столько же, сколько крыс, если не больше, - сказал Рейнос, перебираясь назад на каггор, - И еще, если захотите посидеть в корчме, то лучше идите в "Северный ветер". Там хозяин – выходец из каких-то дальних земель близких к нордлингам. Он всегда рад путешественникам с севера.

- Гвенблэй, Асгар, Эттинг, - обернулся Турн, показывая плату купца, - Это много?

Трое воинов подошли и заглянули в кошель.

- Не мало. Это уж точно, - после дружного молчания, сказал Асгар.

- Хотел бы я знать, чем это таким собрался торговать здесь Рейнос. Может и мне чем-нибудь подобным же заняться, - добавил Эттинг.

- Хм, воры… Гвенблэй, а в Те-Ти-Улькане воры были? – спросил Турн, продолжая смотреть на кошель.

- Да ты что, какие там воры? Там веселый парень Тескат-Т`юх быстренько бы отправил такого к Пулут-К`йозгу. Причем каким-нибудь таким способом, что отучил бы от воровства на несколько перерождений вперед и его, и всех тех, кто случился бы поблизости, - усмехнувшись, ответил тот.

- Я думаю надо раздать каждому его долю, а там уж пусть каждый сам решает, как ему поступать с деньгами, - отрывая взор от монет, сказал Турн, - И пусть те, кто пойдет в город, по одиночке не ходят.

- Разумно…


…Увернувшись от двух, чуть не сбивших его с ног, пьяных и качающихся из стороны в сторону иджифетцев, Турн подумал, что корчма, в которой все нордлинги договорились собраться ближе к вечеру, наверняка уже близко.

- Пошли, Брэгги, похоже, мы идем правильно и "Северный ветер" уже рядом, - обернулся он к своему спутнику.

- Да уж, пора бы, наконец. Сколько же можно топать? - пробормотал тот.

Находившись за день по городу, два молодых воина уже никак не могли дождаться, когда же появится объект их поиска.

Наконец они увидели вывеску, на которой было нарисовано суровое лицо какого-то существа изо всех сил дующего в парус корабля плывущего по бурному морю. Вывеска висела над приземистым крепким строением, неподалеку от входа в которое, прямо на дороге валялся еще один житель Керриафа. Судя по тому, как от него пахло, пал он не жертвой разбойного нападения, а жертвой того, что пил. Обойдя мертвецки пьяного керриафанца, Турн и Брэгги вошли в корчму.

- О! А вот и запропавшие! – тотчас раздался радостный возглас от стола, за которым сидели кринейцы Рейноса и нордлинги дружины Турна.

- Ну что, ярл, как тебе Керриаф? – спросил кто-то из них.

- По сравнению с Те-Ти-Ульканом и Че-Те-Калем, даже близко не стоит, - недовольно проворчал Турн, тяжело опускаясь на скамью за столом, - Тесно, грязно, многолюдно. Жители какие-то дикие, или шарахаются от тебя как от злющего эйтона или наоборот тащатся по пятам и пялятся во все глаза. Ни один навваэль себе такого не позволял.

- Да ладно, будет тебе, Турн, - сказал Брэгги, тоже садясь за стол, - Навваэли раньше нордлингов вообще не видели. А у нас там Сигги был рыжий, Гвенблэй и Мьюндэль – черноволосые, я – светлый, а ты - вообще с белыми волосами. Может, они думали, что у нордлингов может быть любой цвет волос. А здешние постоянно видят различных иноземцев. Ну и знают, что у человека просто так белых волос не бывает.

- К тому же Те-Ти-Улькан и Че-Те-Каль – это главные города у навваэлей. По крайней мере, Те-Ти-Улькан точно. А Керриаф по сути просто большое скопище пристаней и торговых лавок, - добавил Мьюндэль.

- Ах, благодарствую, успокоили несчастного ярла! – съязвил в ответ Турн, не выдержав утешительного тона своих компаньонов, чем вызвал довольный смех всей своей дружины.

- Принесите лучше медовухи ярлу! – весело воскликнул Гвенблэй, - Не поверишь, здешний хозяин делает медовуху! Почти такую же хорошую как делают у нас, - добавил он, обращаясь к Турну.

Бельгемир кивнул головой и встал из-за стола, направляясь в сторону хозяина корчмы.

- Бельгемир! И скажи, чтоб принесли чего-нибудь поесть, а то у нас с Брэгги уже животы к спине прилипают, - попросил Турн вдогонку.

Тот еще раз кивнул и пошел дальше.

Тем временем дверь корчмы открылась, и на пороге показался очередной посетитель – высокий и жилистый молодой иджифетец с бритой наголо головой. Одет он был в странного вида одеяние красного цвета длиной до колен с широким вырезом ворота и столь же просторными разрезами вместо рукавов.

- Эретликош, - сказал один из людей Рейноса кивнув на вошедшего.

- Что, твой приятель? – взглянул на него ярл.

- Нет, эретликош они…, как это…, - кринеец замялся и покрутил в воздухе пальцами, подыскивая подходящее слово, - Кто служит богам…

- Друиды, что ли? – подсказал Турн, с любопытством приглядываясь к новому посетителю.

- Вроде того.

В талии парня перетягивал веревочный пояс, украшений ни на одежде, ни на нем самом не было. Если конечно не считать широкого ожерелья из разноцветных пластин висящего на шее и плотно облегающего плечи. Впрочем, ожерелье совсем не походило на украшение, скорее всего, это был знак, по которому можно было узнать эретликошей.

Обведя мрачным взглядом посетителей, многие из которых уже пребывали в состоянии изрядного подпития, иджифетец пробурчал себе под нос что-то явно нелестное в их отношении, и направился к хозяину корчмы, которому Бельгемир в это время пытался объяснить, чего хотят заказать нордлинги. Наконец корчмарь радостно закивал головой, давая знак, что все понял и Бельгемир облегченно вздохнул, собравшись вернуться к своему столу.

Шагнув назад и развернувшись нордлинг налетел плечом на подошедшего тем временем эретликоша. Это явно не понравилось бритоголовому парню, и он громко изрыгнул какую-то гневную тираду. В ответ Бельгемир, который не особо интересовался изучением иджифетского языка и знал, наверное, не больше десятка слов, только равнодушно пожал плечами и, сделав шаг в сторону, собрался спокойно обойти бритоголового. Но почему-то такой оборот не устроил парня и он, схватив воина за плечо, принялся что-то ему не менее громко и недовольно объяснять. Видя, что все его словопрения пропадают без толку, эретликош еще больше распалился и другой рукой изо всех сил толкнул нордлинга в грудь.

Если бы иджефетец постарался толкнуть кого-нибудь другого, действие это, наверное, увенчалось бы успехом. Но к несчастью для бритоголового толкнуть он постарался не кого-нибудь, а именно Бельгемира. Нордлинг не стал дергаться и вырываться из руки, державшей его за плечо, он просто немного сдвинулся в сторону и, одновременно с этим скрутившись в бедрах, отвел свободное плечо назад. Вторая рука парня, чуть задев Бельгемира, пролетела мимо, а сам он, не устояв на месте, отправился вслед за ней, едва удержав равновесие.

В корчме тут же началось оживление. Часть посетителей, в основном иджифетцы, вскочили со своих мест и поторопились скрыться за дверью. Другие наоборот, принялись криками подзадоривать парня и делать ставки на исход заварухи.

- Может остановить их? – встревожено спросил Асгар, приподнимаясь с лавки.

- Да нет, не стоит, - спокойно прихлебывая из своей кружки, ответил Гвенблэй, - За Бельгемира то уж точно беспокоиться незачем.

Двое из кринейцев все-таки недовольно покачали головами и поторопились тоже исчезнуть за дверями.

- Как знаешь, - сказал Турн, наблюдая за развитием событий.

Тем временем молодой эретликош раздосадованный своей неудачей и подначиваемый криками собравшихся уже несколько раз пытался либо снова схватить Бельгемира, либо достать его ударом кулака. Но нордлинг всякий раз чуть отступал назад или, крутясь вокруг противника, уходил в сторону, в результате чего все попытки иджифетца пропадали втуне. В итоге своих безрезультатных и суетливых перемещений парень уже успел налететь на пару столов, свалил несколько скамей, порядком вымотался и дышал как загнанная лошадь.

- Ну что? Хорош, наверно? – снисходительно спросил его Бельгемир и, не получив ответа, развернулся чтобы уйти.

Но видимо задетое самолюбие не позволило иджифетцу просто так оставить эту склоку. Подскочив сзади к нордлингу, он обхватил одной рукой его за шею и резко притянул его голову к поясу, одновременно хватая другой своей рукой запястье первой и тем самым еще больше усиливая давление на шею противника.

Среди посетителей корчмы послышались оживленные выкрики, видимо ставки на иджифетца резко подскочили. Однако Бельгемир не растерялся и, схватив обеими руками за кисть руки обхватывающей его за шею, резко повернул ее, скрутив в запястье. Эретликош вскрикнул и ослабил силу захвата, чем тут же воспользовался его противник, чтобы высвободить свою голову из навязчивых объятий. Но на этот раз Бельгемир не остановился на достигнутом. Не отпуская захваченной руки, он закрутил ее парню за спину и вверх, заставив того прогнуться в спине и, приподнявшись на носках, замычать от боли. В следующее мгновение нордлинг подхватил противника ладонью под подбородок и резко дернул его голову назад к полу. Остаться на ногах после этого у эретликоша не было никаких шансов, и в следующее мгновение его зад и затылок со всего размаху повстречались с грязным полом корчмы.

Видимо столкновение это не было из числа приятных событий. Тяжело поднявшись и усевшись прямо на пол, иджифетец несколько раз помотал головой. После того как окружающее немного прояснилось перед его глазами, парень несколько раз осторожно ощупал пол. Словно никак не мог понять, как то, на чем он стоял, так быстро стало, тем, на чем он теперь сидел, или будто никак не мог поверить, что пол бывает таким твердым. Выражение лица его при этом было настолько растерянным и недоуменным, что все присутствовавшие разразились безудержным смехом. Даже Бельгемир не удержался от улыбки.

- Хорош ржать над парнем! Как кони, право слово, - с этими словами Эттинг подошел к сидящему на полу эретликошу.

На пару с Бельгемиром они подхватили под руки неудачливого вояку и, поставив на неслушающиеся его ноги, подвели к столу нордлингов.

- Держи, великий кулачный боец! – утирая выступившие от смеха слезы, сказал Гвенблэй и протянул севшему за стол кружку с медовухой.

Еще не до конца придя в себя, эретликош сделал пару больших глотков, как вдруг оторвался от кружки, поставил ее на стол и отчаянно замахал руками, твердя что-то про запрет.

- А! Им же нельзя пить! – хлопнув себя рукой по лбу, сказал кринеец, узнавший в молодом иджифетце служителя богов.

- Ну, нельзя так нельзя, - сказал Турн, отодвигая кружку от нового знакомого.

- Есть то будешь? – спросил он парня по-иджифетски.

Тот улыбнулся и кивнул головой.

- Ну и хорошо. Вот только интересно, где наша еда? – добавил ярл, поднимая голову в сторону корчмаря.

- Нет, ну что ли опять идти? – проворчал Бельгемир, поворачиваясь в ту же сторону и вызывая очередной взрыв веселья...


...Взбивая сандалиями клубы пыли, и бормоча под нос проклятья Рейнос что было сил бежал к "Северному ветру".

- Неотесанные болваны! Это же надо было догадаться сцепиться с эретликошем! Теперь если стража Керриафа успела раньше меня, то точно остался я без охранников. А если еще и моих недоумков вместе с ними загребут, то и без части команды. Ну моих-то обалдуев кто дернул остаться! Ведь они-то знают, чем это грозит!

Выругавшись от отчаяния и сплюнув на дорогу, кринеец поднажал еще сильнее.

- Вот эта дерьмовая корчма! Наконец-то! – рванув на себя дверь и влетев с размаху внутрь, Рейнос остолбенел.

Взору его предстала, чуть ли не идиллическая картина: за столом мирно сидели нордлинги, кринейцы его команды и молодой парень с ожерельем эретликоша. И еще добрая половина посетителей корчмы собралась за соседними столами. Молодой светловолосый нордлинг с волосами, стянутыми на затылке в хвост, увлеченно расписывал всем слушающим про какую-то страну за морем, в которой он побывал со своими компаньонами, один из кринейцев переводил рассказ, а остальные нордлинги ограничивались тем, что время от времени вставляли кое-какие уточнения. Судя по лицам слушателей, история была действительно занимательная. Молодой эретликош вообще время от времени забывал жевать и застывал с задумчивым видом.

Ничего не понимая, Рейнос подошел к столу и тоже опустился на лавку. Беловолосый ярл нордлингов, увлеченно объедавший ногу жареного барана, поднял глаза на запыхавшегося купца, не отрываясь от своего занятия, кивнул кринейцу и подвинул ему кружку с элем.

- Странно… Вроде все обошлось… - подумал Рейнос и в несколько глотков покончил с напитком.

- Турн, - позвал он беловолосого, вопросительно приподнимая брови и кивком головы указывая на парня с ожерельем.

- Хетош. Неплохой парень, вспыльчив, правда, излишне, – и ярл в нескольких словах поведал о происшествии, - Он, кажется, что-то вроде младшего друида, - добавил он.

- Да это-то я знаю, - подумал Рейнос, наливая себе еще эля и оборачиваясь на звук открывающейся двери.

На этот раз посетителей было семеро – шестеро стражников Керриафа и один в одеянии эретликоша и с соответствующим ожерельем.

- А вот и старший пожаловал, - сказал Рейнос и быстро проглотил свой эль, - Значит так, Турн, нападение на эретликоша – серьезнейшее преступление по здешним законам. Редко когда в итоге преступник остается в живых. Вы не вмешивайтесь, а я постараюсь все уладить.

- Да мы вроде и не нападали. И вообще, они что, вшестером хотят нас взять?

- Это не важно, может их за дверями еще человек сто. В общем, предоставь это дело мне, - и Рейнос встав из-за стола, направился к вошедшему эреликошу, улыбаясь ему как лучшему другу.

Никто так и не узнал, что кринеец говорил Реджишу, старшему эретликошу, отведя того немного в сторону от воинов стражи. Но когда иджифетцы спокойно ушли, забрав с собой Хетоша, купец, как ни в чем не бывало, сел за стол и невозмутимо сказал, что он только что договорился о новом фрахте.

Как оказалось, караван эреликошей прибыл в Керриаф для закупок каких-то благовоний и ценных пород чужеземной древесины для своих храмов в Иджиссе. Вот для доставки то этого груза и удалось подрядиться Рейносу, поэтому уже на следующий день два корабля быстро продвигались вдоль иджифетского побережья к устью реки, по которой потом предстояло подняться до Иджисса...


...Ветер был попутным и весьма сильным, поэтому грести-то даже и не требовалось, но и кринейцы и нордлинги были рады возможности развеяться и под подзадоривающие крики время от времени принимались изо всех сил работать веслами, соревнуясь в скорости. Турн, как и большинство его воинов, сменивший по причине жары свою любимую кожаную куртку с волчьими хвостами на просторную рубаху-безрукавку, купленную в Керриафе, стоял на корме драккара. Опершись на борт, ярл подставлял лицо освежающему ветру и соленым брызгам, срывающимся с весел и, улыбаясь, наблюдал за своей дружиной.

- Давай, Хетош, давай! Поднажми! – время от времени весело подбадривал молодого эретликоша стоявший на носу Асгар.

- Неплохо гребет, сноровки правда не хватает, - подумал ярл, глядя на парня, - Хорошо, что все обошлось. Рейнос, вот кого точно боги наделили даром убеждать. Ох, Хэйимдаль, право, гораздо лучше, что все уладилось мирно, - и Турн вздохнул с облегчением.

- Хетош! – позвал он иджифетца, - Иджисс большой город? Больше Керриафа?

- О, да! Иджисс – великий город Са-Реев, наших правителей! Боги не сводят с него своего взора! – живо откликнулся тот, - Он понравится тебе! Вот увидишь! – и парень загадочно улыбнулся.

- Ох уж эти друиды, жрецы, эретликоши… Вечно у них какие-то загадки и тайны, - хмыкнул про себя Турн, - Этот вон еще молодой, даже моложе меня, а уже чем-то напоминает и Аак-Чалана и Ордана.

Хетош, которому удалось уговорить Реджиша провести этот переход на драккаре нордлингов, явно был рад компании северян. Он с удовольствием исполнял свою роль корабела, а каждый свободный момент клещами вцеплялся в Брэгги, заставляя его рассказывать различные предания, саги или просто истории про земли нордлингов и навваэлей. Поскольку скальд знал таковых великое множество, то и трепались они почти целыми днями. А так как понимали они друг друга не слишком хорошо, то зачастую в их болтовню шумно включалась, чуть ли не вся дружина, пытаясь разъяснить эретликошу ту или иную байку. Под конец трехдневного перехода Турн уже просто не выдержал и стал сажать одного из них за весло поблизости от носа, а другого - от кормы.

Но все, в конце концов, кончается, подошел к концу и этот переход. Примерно к середине третьего дня Хетош стал ерзать на своей скамье так, будто ему в зад заноза попала. Он постоянно оглядывался через плечо в сторону носа, и время от времени вставал, пытаясь разглядеть что-то по ходу движения. Наконец он в очередной раз вскочил и воскликнул:

- Турн! Смотри! Там! – и вытянул руку вдаль.

Ярл заслонил глаза рукой от солнца и стал смотреть в указанном направлении. Впрочем, и остальные нордлинги побросали весла и принялись смотреть туда, куда указывал эретликош.

Берега вдоль реки были пологие, и местность просматривалась достаточно далеко.

- Что-то блестит вроде. Во-о-он там! – после короткого молчания протянул Эйлим.

- Да. Точно. Будто солнце от чего-то отражается, - добавил Бельгемир.

- Хетош, что это? – напряженно вглядываясь вдаль, спросил Турн.

- Там – Иджисс, город Са-Реев! - с гордым видом ответил тот.

- А что это блестит?

- Увидите, - эретликош умолк и уселся на скамью, напустив на себя важный и таинственный вид.

- Так. Ладно, за весла! Чем быстрее будем грести, тем быстрее увидим, - и ярл махнул рукой, призывая дружину занять свои места, - Что за дурацкая манера у всех этих служителей богов - напускать туману! Может долбануть этому эретликошу по бритой башке? - раздраженно подумал он.

Некоторое время все только молчали и старательно работали веслами.

- Еще одна блестящая точка появилась, - спустя еще некоторое время сообщил Турн, продолжавший смотреть вперед в указанном направлении.

В ответ нордлинги только стали сильнее грести. И опять потянулось напряженное молчание, нарушаемое только скрипом весел и плеском воды. Чувствовалось, что всем не терпелось поскорее разобраться, от чего же там отражается солнце.

Внезапно Турн ошеломленно воскликнул:

- О боги! – и перебежал на нос драккара, весь, буквально вытянувшись в сторону, которую ранее указывал Хетош.

Воины его дружины побросали весла и повскакивали на скамьи, тоже впиваясь глазами в даль. Там, становясь все более отчетливым по мере приближения, виднелось то, что так поразило ярла нордлингов.

- Турн, это что, таг-чокули?! Как в Те-Ти-Улькане? – наконец оторвался от увиденного Гвенблэй.

- Но эти не ступенчатые, а совершенно гладкие, и к тому же блестят! – взволнованно прошептал Брэгги.

Если другие нордлинги были просто впечатлены необычным зрелищем, то эти двое, да еще Мьюндэль, как бывавшие в городе верховного правителя навваэлей, были по настоящему ошарашены. Встретить нечто подобное же, но в такой дали от Те-Ти-Улькана! Это просто не поддавалось объяснению.

- И к тому же эти, кажется, побольше будут, - задумчиво добавил ярл, поворачиваясь к Хетошу, - И что это такое? – спросил он.

Иджифетец весь буквально светился от удовольствия, радуясь произведенному впечатлению:

- Я знал, тебе понравится! Это – энкурры. Самый большой – это Рей-энкурр. Он - дорога для Са-Реев, по которой они спускаются со звезд, а по завершении своих земных дел уходят к богам. Два других, - парень на мгновение замялся, – они для служения эретликошей богам.

- Так! – палец ярла уперся в Хетоша, - Потом будешь все рассказывать, я просто так не отстану. Все хватит глазеть! – добавил он, обращаясь к остальным, - До них еще плыть и плыть, и нечего расслабляться.


***

Выйдя из лифта, Ирган кинул взгляд по сторонам и направился к квартире под номером, указанным Мерком. Подойдя к двери, ничем не выделявшейся среди других таких же в меру обшарпанных, он коснулся сенсора сигнала и прислушался.

Судя по отсутствию каких-либо звуков, с той стороны не происходило никакого шевеления. Недоумевая Ирган коснулся сенсора еще раз, а потом на всякий случай несколько раз подолбил кулаком в дверь. Результат был нулевой.

- Вот на фиг, - немного раздраженно подумал он, - А говорил, что днем будет дома.

Не теряя сил на дальнейший штурм двери, Ирган потянулся к запястью и набрал на своем коммуникаторе номер Мерка. Раздался писк сигнала наладившейся связи, и в его наушнике послышался знакомый голос.

- Ты где? - не рассыпаясь в приветствиях, с ходу спросил Ирган.

- Дома, - последовал такой же лаконичный ответ.

- Да ну-у-у! Очень интересно! Я вообще-то уже все кулаки отбил об твою дверь, - едко заметил Ирган, - У тебя что, уши чем-то забиты? Поди, опять наушниками с "альтернативой"?

В коммуникаторе послышался довольный смех, а затем голос Мерка сказал:

- Так, сейчас садись в лифт и езжай на последний этаж, как поднимешься, свяжешься со мной опять, и я тебе скажу, что делать дальше.

Связь прервалась и Ирган поджав губы несколько секунд недовольно смотрел на замолкший коммуникатор.

- Тоже мне сотрудник секретных спецслужб нашелся! Шифруется чего-то, туману нагоняет! - хмыкнул он, заходя в лифт и касаясь сенсора.

Шагнув на площадку последнего этажа, молодой человек с любопытством огляделся. На этот этаж выходили двери служебных помещений в которых было установлено различное оборудование, отвечавшее за водоснабжение, вентиляцию и лифтовое хозяйство высотки. Озадачившись еще больше, он вновь набрал номер Мерка.

- Ну и? - спросил Ирган сразу же, как только установилась связь.

- Направо от лифта - дверь в помещение насосного оборудования, - посыпались из коммуникатора инструкции, - Войдешь туда, затем пройдешь через него прямо до конца и повернешь у стены еще раз направо. Там, шагах в пяти от тебя, будет дверь, ведущая на крышу. Выйдешь на крышу - увидишь меня. Все, давай, - и его друг снова отключился.

Подойдя к указанной двери, которая по всем канонам должна была быть обязательно заперта, и, прочитав написанное на ней предупреждение, грозившее всякому постороннему за проникновение в скрывавшуюся за нею комнату жуткими карами, Ирган усмехнулся и дернул за ручку.

Тяжелая дверь доброжелательно распахнулась, приглашая незваного гостя, и он прошел в широкое помещение с низким потолком. Большую часть его занимали трубопроводы и здоровенные электромоторы, приводившие в движение насосы, а чуть в стороне от входа стояла панель с сигнальной аппаратурой и консолями управления. Судя по слою пыли, покрывавшему все оборудование, дежурные, следившие за его состоянием, появлялись здесь очень и очень нечасто. Даже управляющая панель была покрыта ровным серым налетом в полпальца толщиной.

Увидав в тусклом свете цепочку одиноких следов, отпечатавшихся в пыли на полу, и справедливо решив, что кроме Мерка их оставить было некому, Ирган направился в том же направлении. Добравшись до двери у которой следы обрывались он толкнул ее и, шагнув вперед, оказался на крыше высотки.

- Привет! - раздался откуда-то сбоку и чуть сверху голос Мерка.

Ирган повернулся на звук и сразу же зажмурился от ударившего ему в глаза яркого солнца, а когда, наконец, попривык к свету, то увидел того сидящим на надстройке воздухозаборника. Мерк сидел на пятках, спиной к солнцу, и, положив руки на колени и полуприкрыв глаза, смотрел куда-то вдаль над расстилавшимися внизу кварталами. Вид при этом у него был подозрительно довольнехонький.

Из-за того, что высотка, в которой жил Мерк, находилась на небольшой возвышенности по сравнению с другими близлежащими зданиями мегаполиса, обзор с нее открывался весьма просторный. С высоты крыши панорама Шимаве представлялась довольно благоприятным зрелищем. Особенно если учесть то, что отсюда не было заметно мусора на улицах, не чувствовалось вони отработанного двигателями машин горючего, и практически не отвлекал шум снизу.

Жилые кварталы, состоявшие преимущественно из одинаковых высотных зданий, расстилались ровными уходящими вдаль рядами, и их геометрический порядок нарушался лишь более высокими административными и деловыми центрами, ультрамодными супервысотками или пробелами площадей и широких проспектов. В целом же мегаполис с такой точки обозрения воспринимался как некая однородная живая субстанция с весьма своеобразным биоэнергетическим фоном.

- Ну и что ты тут забыл? - оторвался наконец от панорамы внизу Ирган.

- Проверяю одну фишку, о которой рассказали сегодня в Сети, - последовал ответ, - Типа, хитрая практика, с помощью которой последователи одного древнего учения улучшали свое энергетическое состояние.

- Ладно, заинтриговал… - и молодой человек полез на воздухозаборник, - Рассказывай, - сказал он, очутившись рядом с Мерком.

- Садись как я, - начал тот, - Да немного подальше от меня. Шагах в четырех, пожалуй…

Ирган немного сдвинулся и подобрал ноги под себя, так же садясь на пятки.

- Теперь: глаза чуть-чуть к переносице скоси и зафиксируй взгляд в одной точке, а затем постарайся расслабить глазные мышцы. После того, как тебе это удастся, без напряжения и, по-прежнему не изменяя положения глаз, устреми линию своего внимания в точку чуть повыше горизонта, - последовало следующее указание.

- Не фига себе задание! - хмыкнул Ирган, пытаясь приноровиться и смотреть соответствующим образом.

- Можешь для начала попробовать поставить палец немного впереди своей переносицы и взгляд сперва на нем остановить, а уже после этого все остальное проделать, - промолвил Мерк в ответ на его мучения, и добавил с легкой усмешкой, - Только потом палец убрать не забудь...

К некоторому удивлению Иргана после этого небольшого ухищрения выполнить все указанное удалось гораздо проще, чем он ожидал. Вскоре словно что-то из его глаз протянулось вперед, расстилаясь над зданиями, и потерялось где-то в сизо-сиреневой дымке висевшей над дальними кварталами.

- Теперь: Улавливаешь энергетический фон над Шимаве? Не самого мегаполиса, а того потока, который спускается сверху? – поинтересовался у него Мерк.

- Ты меня что, совсем за тупого держишь? Конечно, улавливаю…

- Ну и хорошо. Теперь с глазами и направлением взгляда все оставь без изменений, а переключи внимание на ощущения своего тела. Почувствуй, как точно такой же поток спускается на тебя сверху, обтекает твою энергосферу сзади, по самому ее краю, и, спустившись до самого низа, поднимается вверх вдоль передней стороны позвоночника.

- Вроде бы есть, - сообщил Ирган, как только сконцентрировал свое внимание так, как было сказано, и поймал течение энергии.

- Хорошо. Теперь, стараясь до максимума снизить напряжение мышц, дыши спокойно и медленно, выдыхая через точку меж бровями в сторону горизонта, а вдыхая из того столба, который поднимается по позвоночнику. И старайся при этом, чтобы внимание твое не коем образом не уползало за пределы твоей энергосферы, - закончил объяснения Мерк.

Успокоив дыхание и приноровившись к ритму, Ирган постарался максимально расслабить все свои мышцы и по прошествии некоторого времени стал понемногу буквально растворяться в текущем через него потоке энергетики. Ощущение было великолепное, сразу стало понятно, почему его товарищ выглядел таким довольным.

- Ну и в чем фишка? - спросил он через некоторое время.

- Да вроде в том, что тот поток, который опускается сверху на город, является наиболее подходящим для его жителей, но большинство из них хватают не его, а то, что подвернется под руку. И ты, кстати, тоже, болтаясь по мегаполису периодически впопыхах набираешься чего попало. А таким вот образом можно заменить то, что нахватал, на кое-что более оптимальное, - продолжая сидеть прикрыв глаза рассказал Мерк, - Не знаю, может правда, может нет, но ощущения все равно классные.

- Это что получается, ты скидываешь на окружающих всякую муть, а набираешься чего получше?! – не понятно почему вдруг возмутился Ирган.

- Сейчас расплачусь от угрызений совести, - по-прежнему не отрываясь от своего занятия, преспокойно ответствовал его товарищ, - Во-первых, им тоже никто не запрещает набирать чего получше, а то что не умеют, так это их проблема. Во-вторых, то, что я скидываю, на самом деле принадлежит кому-то в мегаполисе. А если это принадлежит не мне, и мне лично не нужно, то на фига я буду это у себя держать? А в-третьих, то, что я скидываю, уже частично перемешано с благоприятным потоком. Так что мне еще спасибо сказать надо.

Ирган удивленно умолк. Посмотреть на это с такой точки зрения ему как-то и в голову не пришло.

- Действительно, чего это я? Поток свободно доступен, платить за него никому не надо… Все дело в умении, а его вполне можно натренировать… - думал он глядя сверху на мегаполис, - Ну ладно, все это конечно здорово, но давай все-таки о том, зачем я пришел, а? - попросил он немного погодя.

- Ну и зачем же ты пришел? - последовал после паузы ленивый вопрос.

- Видишь ли, после того как сын родился, я выжат словно лимон… - вздохнув начал Ирган.

- По тебе заметно. Было, - прокомментировал Мерк, скосив глаза на своего друга, - Но сейчас-то вроде получше?

- Не язви, комик-самоучка, - горько усмехнулся тот, - Сейчас-то получше, но все это ненадолго. Никакая новая настройка не держится больше чем десяток минут, а потом я снова возвращаюсь к прежнему выжатому виду. Словно что-то внутри меня разучилось запоминать испытанные состояния. К тому же, чем дальше, тем такое состояние, похоже, только усугубляется.

Мерк озадаченно молчал. То, о чем только что рассказал Ирган, не вписывалось ни в какие рамки. Ничего подобного с ним самим еще никогда не случалось. Он встал, разминая ноги, и спрыгнув с воздухозаборника стал расхаживать взад-вперед по крыше пытаясь припомнить хоть что-нибудь, что могло прояснить ситуацию.

Вообще то, что человек отдает своему ребенку часть имеющегося у него запаса энергетики среди Идущих не являлось секретом. Но энергосфера его друга действительно была похожа на выжатый лимон, особенно когда тот только появился на крыше. И если эти потерянные силы он передал своему сыну, что в принципе и неизбежно, то почему так много? И почему он не может сменить фиксацию своей настройки? Ответов на эти вопросы не находилось. Но все равно нужно было что-то предпринимать.

- Ты в ближайшие дней пять что делаешь? - наконец спросил он.

- Не знаю, - пожал плечами Ирган, - Я в отпуске... Так что, наверное, дома чем-нибудь буду заниматься.

- Тогда так. Договаривайся со своими домашними, завтра мы с тобой уезжаем из Шимаве, - без лишних обиняков решительно заявил Мерк.

- А ты? Ты же вроде работаешь? И куда уезжаем? - удивленно воззрился на него товарищ.

- С работой я разберусь. А поедем на запад от Шимаве, к Эссемскому хребту. Есть там места, в которых, скажем так, лучше думается, - Мерк хитро улыбнулся, - А сейчас пойдем, выдам тебе кое-что, - и он направился к двери ведущей в насосную.

Очутившись в квартире друга, Ирган с любопытством огляделся. За все время их знакомства он в первый раз бывал в мерковом логове. В принципе это был стандартный, ничем особым не выделяющийся, жилой модуль, рассчитанный на одного хозяина. Единственно, что было не вполне обычно - в квартире был минимум мебели, зато на кухне был полный набор предназначенной для нее электроники, а в углу основной комнаты приютились дисплей и компьютерная консоль с изрядно потертой клавиатурой.

Хозяин квартиры явно не любил возиться с долгой и сложной готовкой, но зато любил полазить по Всемирной Информационной Сети.

- Информация, вот что в наше время правит миром, - мысленно с ехидцей процитировал Ирган фрагмент из запомнившейся рекламы, а в слух спросил, - Ты здесь что, один живешь?

- В основном, - туманно ответил Мерк, выгребая из стенного шкафа в прихожей какие-то вещи.

- Опять чего-то таинственности подпускает, - недовольно подумал Ирган, проходя в комнату и оглядывая ее, - У тебя что, даже телевидения нет?

- Кому нужен этот продавшийся корпорациям источник помоев… Если мне нужны новости или информация, я их найду в Сети. А заливать в свои мозги всякую хренотень из сериалов и рекламных роликов… Нет уж, увольте, - бурчал Мерк вытаскивая из кучи на полу какие-то свертки, - Иди сюда, - наконец позвал он друга.

Протянутый им сверток при ближайшем рассмотрении оказался большим потрепанным экспедиционным рюкзаком. Чуть позже, в придачу к нему, из того же шкафа был выужен такой же потертый термоизоляционный спальный мешок. Поворошив еще немного кучу вещей и отобрав из нее различное снаряжение предназначенное для передвижения и пребывания вдали от благ цивилизации, Мерк принялся укладывать ненужные обратно в шкаф.

С удивлением разглядывая ворох, оставшийся на полу, Ирган вдруг понял, что он, на самом-то деле, не так уж и хорошо знает своего друга, как ему до сегодняшнего дня казалось. В частности он совсем не представлял, зачем Мерку могло понадобиться все это снаряжение, имевшее весьма бывалый вид, да и вообще, что тот мог пользоваться чем-то подобным.

- А почему у тебя рюкзак почти новый, а меня такое старье? - ни с того ни с сего вдруг недовольно заявил он.

- А тебе не все ли равно?! - Мерк вытаращился на него удивленно изогнув брови и язвительно сообщил, - И вообще, не "старье", а можно сказать ценная и даже раритетная вещь. По пройденному расстоянию тебе с этим рюкзаком еще долго не сравняться. Так что гордиться должен, что он у тебя за плечами будет!

- Ладно, хватит поэзии. В общем, тебе надо взять с собой только соответствующую одежду и еду в расчете на одного. Все остальное я возьму сам, - уже более деловым тоном продолжил он, - Завтра с утра я буду тебя ждать на станции монорельсов дальнего следования. Узнаешь в справочной службе, когда отправляется первая сцепка, на которой можно добраться до Эссемского хребта, к этому времени и подходи. Если не договоришься дома, свяжешься со мной вечером и предупредишь.

Ирган согласно кивнул и, попрощавшись с другом, направился домой упаковывать свой "раритет".

- Слушай, - внезапно обернулся он на пороге, - это вообще как? Ничего что я тебя напрягаю со всем этим?

- Ничего, ничего, - разуверил его Мерк, всем видом напоминавший возбужденного хищника почуявшего добычу, - Наоборот хорошо, а то я уже от скуки и бездеятельности стал паутиной зарастать.


На утро следующего дня Ирган уже за час до отправления болтался по перрону и ждал Мерка. Тот появился примерно еще через полчаса в униформе армейского образца, в неизменных высоких ботинках и с набитым до предела рюкзаком, высящимся над головой. Еще издалека он начал иронично улыбаться, глядя на упакованный Ирганом "раритет", на его обувь и одежду. Наконец он подошел и, скинув на землю свою ношу, пожал товарищу руку:

- Ну ладно, положим ни на ноги обуть, ни на самого себя одеть, у тебя действительно ничего более подходящего не нашлось. Но как ты умудрился так криво сложить свой рюкзак, я просто ума не приложу.

И Мерк не вслушиваясь в путаные объяснения друга начал вытряхивать из его рюкзака вещи. Когда, наконец, все было переложено заново, тот оказался почти на четверть свободен. Еще раз окинув его критическим взглядом Мерк не долго думая распаковал свой и стал перекладывать из него часть вещей в рюкзак Иргана.

- Должна же быть от тебя хоть какая-то польза в нашем предприятии, - нагло заявил он в ответ на возмущенное восклицание товарища и, заставив того надеть "раритет", принялся подтягивать регулировочные ремни.

Когда все было подогнано как надо, Ирган подергал плечами и даже несколько раз слегка подпрыгнул, с удивлением ощущая, что в спину ему больше ничего жестко не давит, а сам рюкзак сидит плотно и не болтается из стороны в сторону. И тут к перрону подкатила сцепка из нескольких монорельсовых вагонов, отправлявшихся в западном направлении.

Заняв два места, стоявших последними в ряду, друзья упихали свою поклажу на багажную полку, и бухнулись в кресла, с удовольствием вытянув ноги. Через пару минут вагоны тронулись, и Ирган встал, решив немного приоткрыть окно.

- Лучше погоди немного, потом откроешь, - сказал Мерк, наблюдая за его действиями.

- Да ладно, на улице тепло, не простудишься, - отшутился его товарищ, продолжив свое занятие.

- Ну как знаешь, - Мерк спокойно пожал плечами и откинулся на спинку кресла прикрыв глаза.

Не прошло и десяти минут, как Ирган понял причину такой покладистости. За это время монорельс миновал внешнюю границу Шимаве и добрался до места, откуда начиналась прямо-таки колоссальная свалка, на которую вывозили мусор и отходы, остававшиеся после жизнедеятельности мегаполиса. Хотя сама свалка и не подходила близко к полотну дороги, но первый же порыв ветра, ворвавшийся в открытое окно, принес с собой такой букет ароматов, что Ирган тут же подскочил как ошпаренный, и судорожно принялся закрывать окно.

- Ты что, ни разу не бывал в этих местах? - удивленно поглядел на него Мерк.

Ирган ничего не ответил и только, что-то бормоча себе под нос, мрачно смотрел на унылый пейзаж из мусорных куч. Ему действительно до сегодняшнего дня не приходилось сталкиваться со столь ярко выраженным результатом того, во что выливается пользование жителями их мегаполиса всеми теми достижениями цивилизации, к которым они привыкли. Мерк же тем временем выставил на своем коммуникаторе время будильника и развалился в кресле, явно намереваясь поспать.

Часа через четыре запищал резкий прерывистый сигнал и Мерк мгновенно вскочил на ноги. Быстро глянув на видневшиеся за окнами невысокие горы, он растолкал своего друга, велел ему доставать рюкзаки, а сам пошел к кнопке заказа остановок по требованию.

Не прошло и пятнадцати минут, как монорельс притормозил у одной из остановок, выпустил двоих из своих пассажиров, а затем умчался дальше по своему маршруту.

- Эссем! - довольно потянувшись объявил Мерк, - Ну и как тебе?

- Что именно? Как доехали что ли? - озираясь вокруг, спросил Ирган.

- Да кому какое дело, удобно ли тебе спалось в вагоне или нет?! Вокруг лучше оглянись! - не выдержал его товарищ, - Ладно уж, потопали, - и он закинул за плечи рюкзак.

Спустившись с перрона, молодые люди вышли на небольшую лесную дорогу и направились прочь от монорельсового полотна. Удалившись метров на двести вглубь леса Мерк неожиданно остановился на небольшой поляне и, скинув рюкзак, объявил:

- Так, все. Теперь ты должен найти с этими местами общий язык или, говоря более прагматично, установить с ними энергоинформационный взаимообмен. Если Эссем тебя не примет, то толку от нашего приезда — ноль. Можно будет с порога заворачиваться и топать куда-нибудь еще.

- И как ты это предлагаешь сделать? - полюбопытствовал его товарищ.

- Я не знаю, как это будет конкретно у тебя. У всех это происходит как-то по-своему, это достаточно личный момент. Хотя по моим ощущениям это немного похоже на то, что ты делал на крыше. Но в том-то и дело, что только немного, - последовало невнятное объяснение, - В общем, не буду тебе мешать, пробуй, - и Мерк сойдя с дороги удалился в лес.

- Не буду мешать, ну надо же… Какой ты добрый, однако… Поди туда, непонятно куда, и сделай то, сам не знаю что. А то, что я на минимальном пределе своих возможностей ты случайно не забыл? - лениво думал Ирган, прикидывая с какого краю подойти к выполнению этой странной задачи.

Сначала он попробовал было поступить точно так же, как делал на крыше, но из этого ничего не вышло. Полог леса сам прекрасно впитывал энергетический поток, опускающийся сверху, и не нуждался ни в каких посторонних проводниках, тем более затерявшихся где-то внутри него.

Ирган совсем было отчаялся, но потом внезапно вспомнил, что в любом подобном деле самый первый шаг - это установка "внутренней тишины". Немного воодушевившись, он добился максимального отсутствия мыслей и стал просто сидеть с закрытыми глазами и слушать, как гуляет ветер в кронах деревьев. Внезапно он осознал, что чувствует лес вокруг себя настолько отчетливо, словно тот отделен от него лишь очень тонкой пленкой.

В следующий момент Ирган, словно подчиняясь какому-то неясному зову, сделал глубокий плавный вдох, поднял руки к вершинам величественных сосен на противоположном краю поляны и, собрав остатки всех своих радостных эмоций, с силой выдохнул их к деревьям. Опустив руки, он обнаружил, что мысли теперь у него отсутствовали напрочь, впрочем, как и какие-либо эмоции. Правда, почему-то его это больше не волновало, хотелось только так и сидеть внутри своей тонкой оболочки и слушать звуки леса. Но постепенно в нескольких местах эта пленка стала еще больше истончаться и затем стала словно пористая. Сразу же вслед за этим Ирган почувствовал, как через эти места потек едва-едва ощутимый поток энергии, сначала на выдохе от него к лесу, а затем, на вдохе, - наоборот. Постепенно его внутренний взгляд поднялся над вершинами деревьев и стал скользить вдаль по поверхности лесного покрова. Одновременно появилось необычное и приятное чувство, что он может таким образом заглянуть далеко-далеко, чуть ли не за самый горизонт.

Но тут в нескольких шагах за спиной неожиданно хрустнула ветка и молодой человек, вздрогнув от неожиданности, открыл глаза. То, что это был Мерк, он понял даже и не оглядываясь.

- Ага, как я вижу, у тебя что-то все-таки получилось, - удовлетворенно кивнул его друг.

Не тратя больше слов на пустые разговоры, спутники вновь взвалили на себя рюкзаки и отправились дальше. Оглядываясь на ходу по сторонам, Ирган постепенно начинал понимать, почему Мерк так неравнодушен к этому месту.

Действительно посмотреть было на что. Эссемский хребет хоть и не был самым высоким горным массивом, но уж точно был одним из самых живописных. Лесной ковер, покрывавший его склоны, был по большей части смешанным, и зрелище высоких темно-зеленых сосен, перемешанных с уже позолотевшими березами, было, пожалуй, одним из самых удивительных. Когда же они, переваливая через седловину между двумя горушками и устроив небольшую передышку, налегке прошлись до лысой вершины ближайшей из них, Ирган долго не мог оторваться от грандиозной панорамы волнами уходящего во все стороны зеленого покрывала и самых высоких гор хребта, чьи видневшиеся поодаль верхушки были затянуты бледно-голубой туманной дымкой.

Наконец, когда друзья спустившись с перевала добрались до густого ельника, один только сумрачно-тихий вид которого сразу вызывал чувство неясного уважения, Мерк свернул на едва заметную тропку. Попетляв немного среди деревьев он вскоре вывел своего товарища к полянке на берегу небольшой каменистой речушки.

- Здесь и встанем, - объявил он, скидывая рюкзак и с наслаждением разминая затекшие плечи.

- И что это за место такое? Это в нем думается хорошо? – тут же принялся оглядываться вокруг Ирган.

- Ага, - усмехнулся Мерк, заваливаясь в траву, - Но сначала для информации: Ты сейчас находишься на территории Эссемского национального парка, пребывание на которой без оплаченного разрешения и вне строго оговоренных мест вообще-то запрещено. Так что, если на нас наткнется патруль, могут быть проблемы.

- Ладно, я испугался, - спокойно откликнулся Ирган, в свою очередь избавляясь от рюкзака, - Что дальше?

- Ну а дальше… - рассмеялся его друг, поднимаясь с земли, - Дальше давай распаковываться. Остальное потом, - и Мерк расстегнув свой рюкзак принялся вытряхивать уложенные в него вещи и снаряжение.

Поняв, что товарищ его в очередной раз уперся и больше из него слова не вытянешь, Ирган вздохнул и принялся доставать свои припасы и одежду.

Вскоре на полянке уже красовалась небольшая купольная палатка, укрытая водонепроницаемым тентом под который друзья скидали свои вещи, а неподалеку от нее, на месте уже бывшего на этой полянке маленького старого костровища, горел костерок разведенный Мерком. Впрочем, готовить обед он стал вовсе не на костре, который был скорее номинальным, а на прихваченной с собой горелке, объяснив это тем, что сушняка в этих местах почему-то практически нет, а того, что есть, скорее всего не хватит и кружку вскипятить.

Поглядев на все эти манипуляции, и недоверчиво покачав головой, Ирган убедился, что индикатор на его коммуникаторе показывает зону уверенной связи, и отправился побродить вдоль речного берега, справедливо рассудив, что когда еда будет готова, товарищ его вызовет. Неторопливо шагая по едва-едва заметной тропинке, он направился вверх по течению и, пройдя с десяток минут, набрел на место, где русло делало крутой изгиб, а один из берегов повышался, образовывая небольшой обрыв. Место Иргану понравилось и он, усевшись под одной из сосен, росшей практически на самом краю, облокотился на нее спиной и, свесив вниз ноги, стал смотреть на текущую воду.

Неспешное журчание реки по камням, сопровождавшееся шелестом ветра гуляющего в темных кронах деревьев и невнятными шорохами в густом подлеске, приводило в умиротворенное состояние. Постепенно из всех этих звуков даже стал складываться какой-то незамысловатый плавный мотив…


Время течет неспешной рекою

Знаешь ли ты, в каком направлении?

Есть ли другое? Лучше, красивее…

Нет никого, кто просто укажет тебе.


Люди, как лодки, плывут вместе с временем,

Не прекословят, не спорят с течением…

Одно лишь доступно им направление:

Обрыв,

водопад,

омут безвременья…


- Фу, что за ерунда?! Какой еще водопад? – вынырнув из забытья, встряхнулся Ирган.

Он по-прежнему сидел на краю речного обрыва и не покидал своего места. Но в то же время он был готов поклясться, что несколькими мгновениями раньше действительно стоял на берегу совершенно другой реки. Поток, образованный ее водами, широким водопадом низвергался в какой-то, казавшийся совершенно бездонным, водоем с бурлящей в нем мутно-грязной жижей. И лишь малая часть этого потока превращалась в мельчайшие искрящиеся брызги, которые разлетались куда-то в разные стороны.

Молодой человек удивленно почесал затылок и вдруг осознал, что на коммуникаторе, укрепленном на его запястье, уже давно попискивает сигнал вызова. Как только связь наладилась, он тут же услышал язвительную тираду Мерка:

- Ваше высочество, кушать подано, идите уже жрать! Чем ты там занят, в конце-то концов? Передергиваешь что ли? Я уже минут пять пытаюсь с тобой связаться.

- Все, все. Уже иду, - заторопился Ирган, поднимаясь с земли.

Незамысловатая каша, приправленная различными вкусовыми концентратами и терпкий чай с какими-то травяными добавками оказались на удивление кстати. То ли Мерк приловчился так подбирать соответствующее соотношение приправ, что аж слюнки текли, то ли просто молодые люди за день нагуляли изрядный аппетит, как бы то ни было, свой поздний обед они сметали за милую душу. Теперь же довольные и разморенные приятели сидели посреди погружающегося в сумерки леса, неспешно потягивали чай и глядели на пляшущее пламя костерка.

- Ну что? Сейчас-то то самое "потом" наступило? Ты расскажешь, в конце концов, что обещал? - вспомнил внезапно о несостоявшемся днем разговоре Ирган.

- Расскажу, расскажу. Самое время, - усмехнулся его друг и не спеша стал объяснять, - В общем, есть мнение, что горы способны хранить память о тех событиях, при которых они зарождались. Да и о тех, что происходили в их окрестностях в дальнейшем, тоже. Эссемский хребет - это самые старые горы этого мира, так что, по идее, они очень много чего должны помнить, - продолжил Мерк, подбрасывая между делом в костер несколько тоненьких сухих веточек, - А если тебе интересно, не фуфло ли все это, то могу только сказать, что это очень странный горный массив. Во-первых, он не слишком-то доброжелателен к чужакам. Бывало, что люди ходили здесь кругами по несколько суток, хотя территория национального парка не такая уж и большая. Во-вторых, здесь периодически видят каких-то смутных призраков, высоких и словно запахнутых в серые плащи. А в-третьих, одна из местных вершин с языка коренных племен переводится как "Лунный жертвенник". Занимательно, не правда ли? Ну и, наконец, некоторым здесь просто сняться интересные и необычные сны.

- И как? Тебе снились? – тут же навострил уши Ирган.

- Снились. Но о чем, я тебе все равно не расскажу. Так что смирись с этим, - рассмеялся в ответ его товарищ, - Но мне, например, более интересны те призрачные ребята, что появляются в этих местах время от времени. Кстати, жаль, что не ты и не я не поем, а то почему-то бытует устойчивое мнение, что они очень неравнодушны к хорошей песне. Может, могли бы и в гости наведаться.

На этом разговор как-то сам собой иссяк. Приятели молча сидели перед костерком и смотрели на пляшущий лоскуток пламени. Было совершенно спокойно, словно больше и не было тех проблем, что привели их в этот лес. Удивительно, но впервые для вхождения в состояние, практически идентичное так пришедшейся им обоим по вкусу "внутренней тишине", не пришлось прикладывать никаких особенных усилий.

Тени между деревьями понемногу становились все темнее, а веки у двух друзей - постепенно все тяжелее. Костерок почти догорел и решив, что пора бы уже и ложиться спать, Мерк поднял взгляд на сидевшего напротив Иргана.

- Эй, ты чего? - удивленно спросил он товарища.

Тот сидел, как-то неестественно выпрямившись, и вовсю смотрел на что-то, что находилось где-то позади его друга. Скосив глаза Мерк стал осторожно поворачивать голову, чтобы тоже увидать, что же это в конце концов такое творится за его спиной. Когда в поле зрения наконец появилось зрелище, на которое во все глаза пялился Ирган, он сам едва удержал возглас восхищенного удивления.

На противоположном конце поляны стояли двое тех самых полупризрачных типов, о которых он совсем недавно разглагольствовал. Они стояли метрах в четырех друг от друга и словно держали вертикально натянутую блестящую пленку, которая переливалась всеми цветами радуги. Постепенно эта пленка становилась все более прозрачной, и через некоторое время позади нее стали проступать силуэты еще трех существ.

Они чем-то неуловимо напоминали две стоявшие на поляне фигуры, но в отличие от них, явно были плотными, хотя переливающаяся пленка и не давала четко рассмотреть их черты. Потом один из них, тот, который стоял в центре, поднял руку и взмахом сделал жест, определенно приглашающий подойти поближе.

- Это он кому? - шепотом спросил Мерк.

- А что, кроме нас здесь еще кто-то есть? - так же тихо отозвался Ирган.

- Пошли тогда что ли?

Поднявшись со своих мест, молодые люди медленно пересекли поляну и вплотную подошли к странной едва-едва колыхавшейся границе. Два призрачных серых стража продолжали неподвижно стоять по обе ее стороны и никак не отреагировали на приближение друзей. А тот, который стоял в центре троицы по ту сторону полупрозрачного барьера, еще раз приветственно поднял руку и вновь сделал приглашающий жест. За пленкой смутно угадывалась другая лесная поляна. Там был день и утопавшие в ярком солнечном свете густые заросли с какими-то голубовато-зелеными листьями.

- Он что, хочет чтобы мы пошли туда, к ним? - продолжая глядеть во все глаза по-прежнему шепотом спросил Мерк.

- А у них там ничего… симпатично… - последовал вместо ответа рассеянный комментарий его товарища, - Так что? Идем?

И в следующий миг друзья как по команде шагнули вперед...


***

- Я вижу, Властительница, что ты сегодня весьма неохотно принимаешь участие в нашей беседе. Могу ли я поинтересоваться причиной этого? - внезапно раздался невозмутимый голос д`хагона.

Оторвавшись от созерцания удалявшейся спины Нидуммунда, Ниннурсах повернулась к послу. Поджав губы, она несколько долгих мгновений смотрела в его почти никак не отражающее эмоций чешуйчатое лицо, а затем, отвернувшись, сухо промолвила:

- По-моему ты недостаточно откровенен с нами, уважаемый Джах Х`вей. Это не позволяет мне относится к твоим словам, как к заслуживающим внимания.

- Что же заставляет тебя так считать, Властительница? - незамедлительно поинтересовался д`хагон с ничуть не изменившейся учтивой интонацией.

- Что заставляет меня так считать? - едко усмехнулась Ниннурсах, - Видишь ли, досточтимый посол, тот Мир, который мы были вынуждены оставить, хранил в себе очень небезынтересные истории. В частности, некоторые из них говорили о том, что судьба правивших в нем д`хагонов была именно такова, поскольку они погрязли в делах Тьмы. А о чем же в конечном итоге, скажи на милость уважаемый Джах Х`вей, эти твои рассказы? Обо всех этих бестелесных существах, что потерпели неудачу в соперничестве с другими существами и лишились своей доли Пыли Жизни? Той самой Пыли Жизни, которая, по твоим же словам, есть мельчайшие частицы вещества излучаемого, к примеру, Кха этого Мира? Или может, возьмем другой, более наглядный излучающий источник?! - и Властительница с возрастающим негодованием ткнула пальцем, указуя на поднимавшееся в зенит светило, - И после этого ты будешь утверждать, что все это скопище бестелесных существ, ожидающих милости своего Тирана, не есть та самая Тьма?! Или ты считаешь нас полными дикарями и невеждами, которые за всю свою историю научились лишь проламывать друг другу черепа, и которые вовсе не способны понять, что к чему?!

Однако, в противоположность ожиданиям Ниннурсах, эта ее эмоциональная тирада д`хагона нисколько не обескуражила и в какое-либо замешательство не ввела. Ни один мускул так и не дрогнул на его лице, а голос остался по-прежнему спокоен:

- Вещи и явления, Властительница, мы можем обозначать совершенно любыми названиями, - как-то даже равнодушно начал он, - Сами такие вещи и явления от этого никак не изменяются. Однако это может отражаться на нашем к ним отношении.

Как уже звучало в нашей беседе ранее, в процессе становления Мира в нем скапливается значительное количество тех самых бестелесных существ, о которых ты только что упомянула. Если можно так выразиться, то это своеобразный мусор, неизбежно остающийся после деятельности Тирана в процессе взращивания им Древа Жизни своего Мира. И это действительно неизбежно, Властительница.

Но если существование такого мусора неизбежно, то делать вид, что его нет, есть разновидность наихудшего заблуждения. И уж тем хуже умножать его число своими собственными действиями. А таковое вполне возможно, если не иметь представления о том, откуда весь подобный мусор берется.

К сожалению, употребление обозначений, подразумевающих под собой устоявшееся отношение, зачастую влечет и вполне однозначную реакцию. Возможно, поэтому лучше все-таки придерживаться не столь одиозных названий, - сухо подытожил д`хагон.

- Он определенно не в первый раз отвечает на подобные вопросы, - поняла Ниннурсах, не сводя пристального взгляда с посла, продолжавшего покачиваться в седле со скучающим видом.

- Так ты что хочешь сказать, что скопище тех самых существ это никакая не Тьма? - наконец спросила она.

- Я хочу сказать, что определенные объекты требуют соответствующих правил обращения с таковыми, - холодно проронил Джах Х`вей.

Еще некоторое расстояние было преодолено в полном совместном молчании. Ожидая, что д`хагон вновь обратится к ней первым, Властительница время от времени искоса кидала на него короткий взгляд, но тот, судя по всему, относился к такому числу существ, что предпочитают вообще не вести каких-либо разговоров, если собеседник не выказывает стремления понять то, что ему излагается.

Тем временем взбиравшееся все выше и выше солнце пригревало все жарче, а их отряд наоборот стал плестись все медленнее и медленнее. К тому же легкий утренний ветерок сменился полным безветрием, что вкупе с повисшей тишиной, лишь изредка нарушаемой позвякиванием сбруи на каком-нибудь из животных, вообще создавало впечатление, что все вот-вот уснут. Наконец Ниннурсах не выдержала:

- Что ж, Джах Х`вей, если ты предлагаешь не употреблять подобных терминов, то пожалуй, так и сделаем. А пока, поскольку нам все равно больше нечем заняться, то может, ты все-таки расскажешь мне о том, каким же образом представителям древней расы этого Мира удалось придать устремлениям тех, кто был создан нашими усилиями, то же самое направление, что было присуще им самим?

- Но, Властительница... А как же Властитель Нидуммунд? - не поворачивая головы неуверенно отозвался д`хагон, - Ведь, по его уверениям, этот вопрос представлял интерес и для него тоже.

- Не беспокойся. Все, что Нидуммунд пропустит, я ему потом сама расскажу. Тем более что, по его уверениям, на самом-то деле он каким-то образом знает, что это действительно возможно. Объяснить только не может.

Пожав в ответ плечами, мол, в таком случае - как пожелаешь, посол заявил:

- Тогда, Властительница, для начала нам опять придется вернуться все к тем же бестелесным существам. И если я теперь скажу тебе, что вся та масса таких существ, которая наличествует в пределах этого Мира, в совокупности своей является ничем иным, как его Мер, то что ты скажешь мне в ответ? - и он выжидающе уставился на Ниннурсах.

Со спокойным достоинством выдержав его немигающий взгляд, правительница отвернулась и призадумалась. Ей, ранее весьма смело заявившей о том, что невеждами ее раса не является, теперь предстояло это доказать, и либо согласиться с заявлением д`хагона, либо опровергнуть его, подкрепив свое решение какими-либо доводами.

- Ну, если принимать во внимание твои утверждения о том, что Мер это некая оболочка вокруг Мира, которая не дает ему понапрасну утрачивать излучение его Кха... И если учитывать, что бестелесные существа, нуждаясь в источнике Пыли Жизни, будут как раз стремиться к тому, чтобы занять все доступные излучающие источники в пределах своего Мира... - наконец вымолвила она, и вновь обратив свой взгляд на собеседника, подытожила, - Что ж, при таком раскладе ты прав, и они действительно будут окружать свой Мир своеобразным коконом.

- Ну вот, я уже как Нидумунд начинаю во всем с ним соглашаться, - недовольно подумала Властительница, наблюдая как д`хагон одобрительным кивком выразил свое удовлетворение.

- Теперь позволь мне напомнить тебе, - продолжал тот тем временем, - что обустройство каждого из сообществ существ, населяющих Мир, представляет собой совокупность Мер, Кха и Бхоа, являющуюся подобием точно такой же совокупности самого их Мира...

- Да, да. И точно такой же совокупностью является и каждое из существ в отдельности, - вздохнув пробормотала Ниннурсах, всем своим видом демонстрируя, что все это талдыченье про Мер, Кха и Бхоа ей за последние дни уже изрядно поднадоело.

- Очень рад, что ты этого не забыла, Властительница, - чрезвычайно серьезным тоном, казалось, так и граничащим с издевательством, тут же объявил ей посол.

Нервно вздрогнув и невольно дернув при этом за поводья, отчего ее лошадь, всхрапнув, недовольно мотнула головой, Ниннурсах вперила разъяренный взгляд в д`хагона и собралась, наконец, немедленно выдать этому Джах Х`вею все, что она думает по поводу его самодовольства и наглости. Однако весь вид последнего вроде бы совершенно недвусмысленно говорил за то, что выданная им фраза вовсе не являлась каким-либо нахальным намеком, и, соответственно, никакого очевидного повода предъявлять претензии не было.

Закусив от досады губу и в сердцах прокляв про себя эту, временами весьма неудобную, особенность д`хагона излагать свои умозаключения так, что становилось совершенно непонятно, в действительности ли он имеет в виду лишь то, что было сказано вслух, Властительница сердито отвернулась и вновь принялась слушать.

- ...Но даже между теми из существ, что являются представителями сообщества одного вида, соответствующие составляющие Мер, Кха и Бхоа распределяются не в равной степени. Самые крайние случаи будут, конечно же, представлять те из существ, что потеряли либо практически все свое Кха, либо практически все свое Мер. Кто есть первые из таковых существ, мы уже обсуждали. Вторыми же являются сам наместник Тирана, а так же те из существ такого сообщества, что познали наиболее труднодоступные плоды Древа Жизни и наиболее удачно исполняют волю Тирана Мира. Разумеется, такие существа вполне могут позволить себе обходиться без Бхоа, и, как минимум, они могут это себе позволить до тех пор, пока живы те представители сообщества, находящегося на их попечении, которые посредством их передают Тирану Мира часть Пыли Жизни, находящейся в их личных запасах...

- Джах Х`вей, ты меня извини, но все, что ты только что мне рассказал, я уже практически один в один слышала в изложении моего мужа, - решительным тоном оборвала посла правительница, - Что касается всех подробностей беседы, состоявшейся во дворце у Эллаля между вами тремя, то ты можешь быть совершенно твердо уверен в том, что он весьма полно их мне передал. Потому, что у него очень хорошая память и ничего важного он никогда не забывает.

И я тоже, - с легким нажимом добавила она и, выразительно взглянув на д`хагона, закончила, - Поэтому, хотя нам, конечно, ехать еще достаточно далеко и долго, но может ты все-таки будешь рассказывать что-нибудь такое, чего я еще не знаю?

Поджав свои и без того тонкие губы, посол на одно долгое мгновение остановил на ней внимательный взгляд, а затем, выдав один из традиционных согласных жестов, произнес:

- Если, Властительница, ты в том действительно так убеждена, то тогда конечно, мне нет никакой необходимости повторяться.

Что же касательно того, о чем еще и впрямь не упоминалось, то: Если правление наместника Тирана является воистину успешным, то тогда в совокупности Мер-Кха-Бхоа сообщества, находящегося под его опекой, доля существ, полностью утративших все свое Кха, весьма мала.

Другими словами, хотя мы и договорились не употреблять определенных терминов, - по физиономии д`хагона проскользнула едва заметная сухая усмешка, - но если Мер это и Тьма, то в составе такого сообщества эта Тьма не беспросветна. Впрочем, все то же самое относится и ко всей совокупности Мер-Кха-Бхоа, находящейся во власти самого Тирана Мира.

Разумеется, как и сам Тиран Мира, так и любой из его наместников над каким-либо видом существ, будут заинтересованы в том, чтобы в совокупности Мер-Кха-Бхоа, находящейся на его попечении, доля Мер не была довлеющей и не представляла собой Тьму беспросветную совершенно. И некоторое средство для выполнения такой задачи у них имеется, Властительница, - д`хагон замолк и уставился на Ниннурсах одним из тех своих выразительных взглядов, которыми обычно подчеркивал, что собирается сказать нечто, по его мнению, весьма значительное.

- Ну и что же это за средство такое? - устало вздохнула правительница.

- Женщина, Властительница. Женщина есть врата. Врата, ведущие в Мер того сообщества, к которому она принадлежит, - тихим шелестящим голосом сообщил посол, - Посредством этих врат получают новый шанс те из бестелесных существ, на которых пало благосклонное внимание Тирана или его наместника над данным сообществом.

И тем большее число существ сможет получить свой шанс, чем больше Пыли Жизни может оказаться в распоряжении Тирана. В свою очередь, после того как эти существа также станут приносить свои плоды Тирану Мира, количество Пыли Жизни, имеющейся в распоряжении последнего, опять же увеличивается.

Поэтому любая сила, заинтересованная в рождении новых телесных существ, будет стремиться к тому, чтобы заручиться сотрудничеством женщины и привлечь ее на свою сторону.

- Прямо-таки любая? - недоверчиво улыбнулась Ниннурсах.

- Властительница, в этом отношении все обстоит в точности, как я сказал, - совершенно серьезно подтвердил д`хагон, - И любая подобная сила будет оказывать ей всякое возможное содействие. Но нет силы без изъяна, а в каждом преимуществе кроется уязвимость.

Рассеянная улыбка, продолжавшая играть на губах правительницы, мгновенно застыла:

- Что это значит?

- Вся наша деятельность основывается на памяти, на личном или заимствованном опыте. И чем он больше, тем к большему числу препятствий, которые еще могут нам встретиться, мы оказываемся подготовлены. Особенно сильный след в памяти полученный опыт оставляет в том случае, если для его приобретения прикладывались значительные усилия.

При подобном же сотрудничестве двух сторон, та из них, которая по опыту или могуществу во многом превосходит другую, принимает на себя часть работы заведомо большую. Соответственно, для второй стороны происходящие события и совершающиеся действия проходят без всякой истинной пользы, поскольку работы она при этом почти не совершает. И если наступает момент, когда данное сотрудничество прекращается, то такая сторона, поставленная перед необходимостью действовать самостоятельно, зачастую оказывается совершенно беспомощной.

- Хм, кажется, мне действительно известны подобные случаи... - вполголоса пробормотала Ниннурсах, и, постаравшись прибавить своему голосу властных и суровых интонаций, добавила, - И все-таки, Джах Х`вей, я что-то не замечаю, чтобы мы приближались к раскрытию заинтересовавшего меня вопроса.

- На самом деле, Властительница, мы приблизились к нему уже очень близко. Ближе просто не бывает, - с довольным видом откликнулся д`хагон, - Мы уже осведомлены о том, что бестелесные существа нуждаются в Пыли Жизни, а так же знаем и о вратах, посредством которых мы можем войти в соприкосновение с некоторыми из них. Если же теперь мы еще немного поразмышляем над данным вопросом, то обязательно придем к выводу, что на такой источник Пыли Жизни, интенсивность которого будет превосходить интенсивность того, что доступен им обычно, эти существа свое внимание обратят непременно.

Так что все, что нам остается, это заполучить в свое распоряжение именно такой источник Пыли Жизни, а затем отыскать способ, с помощью которого мы смогли бы их заинтересовать и связать с этим источником.

- Ну да, Джах Х`вей, всего-то ничего. Действительно, ни о какой более простой задаче я даже и не слыхала, - язвительно хмыкнула Властительница, - И все-таки, можно чуть-чуть поподробнее, каким же образом все это было проделано?

На этот раз, похоже, сарказм правительницы вывел-таки посла из обычного для него состояния спокойствия. С громким свистящим звуком он раздраженно втянул в себя воздух, на мгновение задержал его, а затем выдохнул так резко, что испуганные лошади разом шарахнулись в стороны. Отчаянным усилием Властительница Срединных Земель успела вцепиться в поводья обоих животных и громкими криками принялась призывать того смотрителя, что ранее сопровождал д`хагона, и что, так и не получив другого распоряжения, до сих пор продолжал свое путешествие невдалеке от них. Лишь ценой значительных совместных усилий им все-таки удалось удержать лошадей и не дать тем вырваться и разбежаться.

- Властительница Ниннурсах, - с подчеркнутой вежливостью обратился к ней д`хагон, когда все наконец-то успокоилось, - если ты потрудишься вспомнить то, какое направление для своих действий избрали представители древней расы этого Мира после того, как потерпели неудачу с организацией открытого мятежа, то ты непременно поймешь, каким именно способом можно выполнить подобную задачу. Поскольку те существа провели данный маневр с совершенством воистину исключительным.

- Да никакого направления они не выбирали. Разбрелись, да и... – отмахнувшись, начала было Ниннурсах, и вдруг осеклась, - О-о-о-о! Неужели? - тихо протянула она, поднимая на посла удивленный взгляд.

Подчеркнуто холодное молчание последнего послужило более чем красноречивым ответом.

- Но почему ты утверждаешь, что этим они придали устремлениям наших подопечных единственное и вполне определенное направление? Почему именно то, которое было свойственно их собственной расе, а не какое-либо другое? - не обращая никакого внимания на его недовольство, продолжала наседать Ниннурсах.

Выдержав подчеркнуто длительную паузу и нарочито тяжело вздохнув д`хагон заявил:

- Это было предопределено. Предопределено самим строением их тел, - и, помолчав еще немного, пустился в новое объяснение, - Как уже не раз прозвучало, бестелесные существа, утратившие свою долю Пыли Жизни, будут стремиться к любому доступному ее источнику. Таким образом, единственное истинное устремление, присущее какому-либо сообществу существ, будет определяться направлением от тех существ, что составляют его Мер, к тем из такого сообщества, в чьем распоряжении находится наиболее интенсивный ее источник, и далее - к такому источнику. При этом самый интенсивный источник, имеющийся в пределах какого-либо Мира, будет находиться, конечно же, в распоряжении Тирана такого Мира.

Представитель же какого-либо сообщества взаимодействует с Тираном своего Мира обычно тем способом, к которому предрасполагает устройство его физического тела. Разумеется, в большинстве случаев данное взаимодействие происходит не напрямую, а через наместника Тирана и тех существ данного сообщества, что познали наиболее труднодоступные плоды Древа Жизни. То есть, таковые выступают как промежуточное и связующее звено.

Представители же вашей подопечной расы и представители древней расы этого Мира относились к существам с практически одинаковым типом физического строения. Соответственно их взаимодействие с Тираном Мира осуществлялось схожим образом. И единственное, что изменилось в отношении ваших подопечных, после вмешательства представителей древней расы, так это то, что после этого связующим звеном между ними и Тираном Мира стали наместник и наиболее совершенные существа той самой, древней расы этого Мира.

- И что же теперь?

- Я считаю, что теперь тебе, Властительница, остается определить, каков тот наиболее интенсивный источник, который может заполучить себе Тиран вашего старого Мира, и сравнить его интенсивность с тем наиболее интенсивным источником, который может заполучить в свое распоряжение Тиран Мира этого. В чью пользу будет такое сравнение, тот и выиграет в итоге возникшее противостояние, - подытожил посол, поглядев на Ниннурсах с таким видом, словно лично для него в этом моменте не было ничего такого, что требовало бы какого-то дополнительного определения.

- И если предположим, что интенсивность такого источника окажется меньше, чем интенсивность того, что может заполучить Тиран этого Мира, - осторожно начала та, - То, что тогда? У нас что, в таком случае не останется никакого способа сохранить преимущественное влияние на своих подопечных?

- Один, пожалуй, есть. Но для этого вам сначала придется уничтожить почти всех представителей созданной вами расы. Исключение следует сделать лишь для тех из них, кто настолько мал, что практически не осознает происходящих вокруг него событий.

Не поверив своим ушам, Ниннурсах ошеломленно уставилась д`хагона. Мысль, что это существо, не так давно излагавшее столь глубокомысленные и изощренные теории, касавшиеся достаточно непростых для понимания вещей, только что, и глазом не моргнув, предложило ей перебить огромное количество других живых и разумных существ, попросту не укладывалась в ее голове.

- Что ж, я вижу, что недаром даже время не смогло стереть сомнительную славу д`хагоновских методов по разрешению кризисных ситуаций, - наконец процедила она, поджав губы и окаменев лицом.

- Властительница, такие действия не являются какой-либо бессмысленной прихотью, - постаравшись добавить своему голосу убедительности, принялся настойчиво втолковывать ей посол, - Ты же знаешь, что древняя раса этого Мира сумела придать устремлениям ваших подопечных вполне определенное направление, а также стала их указующим звеном на пути такого устремления.

После осуществления подобного ухищрения для представителей молодой расы следовать в данном направлении и совершать при этом точной такие же шаги, какие делали прежние хозяева этого Мира, стало делом совершенно не требующим особых усилий и, даже можно сказать, делом естественным. И если Тиран вашего прежнего Мира действительно не имеет в своем распоряжении более интенсивного источника Пыли Жизни, то изменить все это вы будете не в состоянии.

Поэтому единственный шанс для вас сохранить влияние на созданную вами расу, это воспользоваться тем, что помимо подобного устремления всякому сообществу существ приходится подбирать и соответствующий ему уклад своей жизнедеятельности. Вам не дано изменить содержание, но изменить форму вы можете вполне. И можете сами стать таким указующим звеном.

Но внутри вашего сообщества уже наличествует устоявшийся порядок взаимоотношений и почти у каждого из включенных в него существ имеется укоренившееся представление о том, какой именно должна быть их жизнь. Этот уклад и эти представления, хотите ли вы того или нет, сложились не только под воздействием представителей вашей собственной расы, но так же и под воздействием древней расы этого Мира, поскольку если ваши подопечные, попадая в какую-либо затруднительную ситуацию, не получали советов непосредственно от вас, то их устремления в поисках ответов по ее разрешению немедленно принимали вполне однозначное направление.

В конечном итоге вы получили такое сообщество, в котором структурами, созданными непосредственно под вашим влиянием, являются лишь те, что напрямую отвечают выполнению ваших собственных задач. И это означает, что влияние древней расы на ваших подопечных все-таки перевесило ваше собственное, и что линия, по которой пойдет судьба созданной вами расы, с течением времени будет все больше склоняться к пути прежних хозяев этого Мира.

- И в каком же месте, позволь тебя спросить, уважаемый Джах Х`вей, все тобой сказанное объясняет то, что мы должны их всех перебить? - сухо поинтересовалась Властительница в ответ на его разъяснения, - Или ты никогда не слыхал, что разумные существа вообще-то обучаемы?

- Но я вовсе не предлагал уничтожать их всех, – недоуменно развел руками д`хагон.

- Ах да. Всех, кроме самых малолетних. Несомненно, это многое меняет, - с неприкрытой издевкой усмехнулась Ниннурсах.

- Но ведь это действительно так! – воскликнул посол, глядя на нее с откровенным недоумением.

Видимо он и впрямь не мог даже предположить, что кто-то может не понимать совершенно очевидной правильности предложенного им действия. Довольно долго он не мигая таращился на правительницу, а затем отвернулся и, пожав плечами, видимо в ответ самому себе на какие-то свои мысли, заговорил:

- Суть здесь в том, что после того, как существо укореняется в каких-либо представлениях относительно окружающего и относительно самого себя, по-настоящему изменить его не способно никакое обучение. Обучаемым оно будет исключительно в тех границах, что очерчены теми самыми укоренившимися представлениями и соответствующими им привычками и повадками.

Вам же, пожелай вы создать такое сообщество, в котором выполнению ваших замыслов отвечали бы все существующие структуры, придется иметь дело с последствиями как раз таких, давно устоявшихся, взглядов и привычек. И такое положение вещей создает непреодолимые затруднения, поскольку в нынешних условиях нет никакого очевидного обстоятельства, которое говорило бы за то, что в сложившуюся структуру сообщества необходимо привносить значительные изменения. Поэтому пожелай вы что-либо поменять, вы в лучшем случае не получите от своих подопечных никакой поддержки и затеянное окончится ничем, в худшем - столкнетесь с изрядным сопротивлением…

- Не сомневаюсь, Джах Х`вей, что ты действительно сможешь подыскать подходящее обоснование для любого из своих заявлений, - холодно прервала его Ниннурсах.

Поперхнувшись на очередном слове д`хагон замолк, а мгновение спустя недовольно промолвил:

- В таком случае вам лучше сразу же позабыть о всяких своих намерениях касающихся этих существ…

- Достаточно, досточтимый посол. Я более не желаю продолжать наш разговор, - вновь отрезала Властительница Срединных Земель, - И я надеюсь, что мы не опустимся до подобных методов. Хоть вся наша история и представляла собой одно нескончаемое кровопролитие, но мы раса воинов, а не мясников. И я надеюсь, что Властитель Мира будет так же против озвученного тобой способа и оставит его безо всякого внимания.

- Однако, насколько мне известно, в не таком уж далеком прошлом против того, чтобы какие-либо иные силы устранили с его пути всех неугодных, Властитель Мира вовсе не возражал…

- Посол, я сказала: Достаточно!

Не на шутку разозлившаяся правительница бросила поводья его лошади и, оставив д`хагона одного, галопом поскакала в ту сторону, куда ранее направился Властитель Срединных Земель.

Добравшись до передних рядов отряда и резко осадив разгоряченное животное возле ехавших рядом друг с другом Нидуммунда и Эннубиаша, Ниннурсах проигнорировала их удивленные взгляды и коротко поинтересовалась:

- Что у вас здесь?

- Властительница, наш разведывательный отряд принес известия, что тот источник, к которому мы направлялись, облюбовало для водопоя большое стадо животных, - вежливо склонил голову предводитель отряда смотрителей,- Поэтому мы были вынуждены разослать еще две разведывательные группы к двум другим источникам, и сейчас ожидаем их возвращения.

- Понятно.

- Дорогая, а на кого ты оставила Джах Х`вея? – глядя на мрачное лицо супруги, тактично поинтересовался Властитель Срединных Земель.

- На кого! - недовольно фыркнула та, - Не на кого! Я его просто оставила!

- Просто оставила? А как же этикет и законы гостеприимства?

- Нидуммунд, раз для тебя так важен этот самый этикет, то поезжай и сам этим д`хагоном занимайся, - не поворачивая головы в его сторону, упрямо заявила правительница.

Поняв, что толку из подобного разговора не выйдет, Властитель велел Эннубиашу дожидаться разведчиков и, как только те появятся, немедленно поставить его в известность, а сам и впрямь направился к послу.

Приблизившись на достаточное расстояние, Нидуммунд с усмешкой отметил, что поводья лошади д`хагона находятся в руках самого Джах Х`вея. Без всякого сомнения, тот вполне мог бы окликнуть кого-нибудь из смотрителей и обратиться к такому за помощью, несколько из них как раз ехали не так уж и далеко. Однако посол почему-то предпочел действовать самостоятельно, и оставалось лишь поблагодарить судьбу, что лошадь ему попалась довольно покладистая.

Поравнявшись с д`хагоном, Властитель Срединных Земель развернулся и поехал рядом.

- Джах Х`вей, я хочу принести тебе извинения за то, что Властительница Ниннурсах столь поспешно лишила тебя своего общества, - произнес он после некоторого молчания, - Но не мог бы ты прояснить мне, что ее подвигло на это?

- Мы разошлись во мнениях относительно способов разрешения некоторой затруднительной ситуации, - последовало спокойное объяснение.

- И что за ситуация? – не преминул полюбопытствовать Нидуммунд.

- Властитель, мне не хотелось бы заново пересказывать тебе содержание нашей беседы, - уклонился от объяснений д`хагон, - К тому же Властительница Ниннурсах обещала, что она сама сделает это.

- Даже вот как? - удивленно подумал правитель.

- Что ж, может, тогда продолжим наш разговор о Тиранах Миров? - спросил он после длительной молчаливой паузы.

- Да, лучше продолжим наш разговор о Тиранах, - с крайне серьезным видом кивнул посол, - Если ты помнишь, Властитель, мы были вынуждены прерваться сразу, как только затронули случай тех бывших Тиранов или тех потерпевших поражение претендентов, которым удалось сохранить в своем распоряжении какой-либо из источников Пыли Жизни.

Этот случай может в последствии свести течение событий к таким обстоятельствам, при которых позиции Тирана Мира могут быть вновь подвергнуты испытанию на прочность. Но это может произойти исключительно тогда, когда опыт потерпевшего неудачу, но сумевшего сохранить за собой какой-либо источник Пыли Жизни, будет превосходить опыт Тирана Мира.

Обуславливается это исключительно тем, что в процессе обустройства своей жизни телесные существа сталкиваются со многими трудностями и вынуждены искать способы по преодолению таковых. И если такой способ не сможет им предложить Тиран Мира, то их устремления, конечно же, обратятся к тому, кто будет в состоянии это сделать.

В нашем случае это будет как раз тот, кто ранее потерпел неудачу в своей борьбе за место Тирана, но кто сумел сохранить за собой какой-то из источников Пыли Жизни и чей опыт превосходит опыт самого Тирана Мира. Но даже в этом случае очень редко когда такому претенденту удается сполна воспользоваться вновь представившимся шансом и занять столь вожделенное для него место Тирана.

Причина этого кроется в том, что взаимодействие с подобным бывшим претендентом связано со значительными затруднениями, а стремление обременять себя таковыми телесным существам вовсе не свойственно. Поэтому едва события, вызвавшие обращение устремлений телесных существ к бывшему претенденту, остаются позади, как все сразу же возвращается в прежнее русло, предопределенное волей Тирана Мира…

- Что-то мне все это напоминает, - внезапно понял Нидуммунд, одновременно пытаясь осознать, что же именно, - А! Сказка! Та, что Ниннурсах рассказывала. Неужели в этом мире кто-то уже сталкивался с подобным явлением?! Хотя если учесть, какие сюрпризы он способен подкидывать…

Д`хагон же тем временем замолк и в очередной раз уставился вдаль неподвижным и ничего не выражающим взглядом. Прошло довольно много времени, но он, словно зачарованный чем-то, расположенным где-то у самого горизонта, продолжал смотреть вперед и не произносил ни слова. Наконец Властителю Срединных Земель это надоело, и он решил прервать затянувшуюся паузу:

- Джах Х`вей, это что, все?

- Извини, но ты прервался как-то слишком внезапно, - пояснил он, когда посол повернул свою голову и уставился на него с точно таким же выражением, с каким до этого пялился на бесконечные степные просторы.

- Да, это все. Мы сполна обсудили оба случая, которые могут привести к смещению Тирана Мира, - заявил д`хагон и, моргнув, вновь отвернулся, - Теперь, Властитель Нидуммунд, при возникновении соответствующего желания ты можешь поискать, каким именно способом Тиран вашего прежнего Мира может сместить Тирана Мира этого.

- Но ты как будто подобных поисков не одобряешь? – правитель с любопытством покосился на д`хагона, уловив, как ему показалось, легкое недовольство в голосе последнего.

- Мое одобрение или неодобрение в этом вопросе никакого значения не представляет. Если Тиран того Мира, откуда вы пришли, будет заинтересован в том, чтобы такой способ был найден, то твои действия, Властитель, непременно будут способствовать таким поискам. Даже если сам ты так считать не будешь, а в твоих действиях ничто не будет служить признаком подобных поисков.

На этом словоохотливость д`хагона окончательно иссякла, и он вновь замер в седле, направив свой взгляд в сторону горизонта.

- И все-таки что-то в возможности подобных поисков нашего гостя явно отталкивает. Но что? При том, что обо всем, касающемся особенностей, свойственных отношениям между всеми этими Тиранами, их наместниками и всякими там претендентами, он рассказал достаточно подробно и весьма охотно, - думал Властитель Срединных Земель, в очередной раз озадаченный неожиданной переменой в настроении посла, - Сказал не все, что, как это утверждают, всегда было свойственно д`хагонам? Или просто так уверен в том, что мы данного мероприятия не сможем осуществить ни при каких условиях? А может его вообще нельзя воплотить в жизнь?

- Интересно, а пытались ли сами д`хагоны провернуть нечто подобное? - Нидумунд невольно покосился на своего спутника, - Скорее всего, пытались. Слишком уж последовательным выглядит все то, о чем он рассказывал, для того, чтобы быть исключительно умственными упражнениями.

- Неужели на чем-то серьезно обожглись? Но как это выяснить? В самом деле, не устраивать же ему допроса! – и Властитель недовольно поерзал в седле, понемногу начиная разделять то раздражение своей супруги, что вызывал у нее посол...


***

- Я что-то не понял, Са-Рей он кто, в конце концов, человек или бог? – ярл в отчаянии взъерошил обеими руками свои волосы.

Он и скальд сидели в корчме неподалеку от причалов Иджисса и пытались разобраться во всем скопище иджифетских богов, о которых рассказывал им Хетош. Все остальные нордлинги уже не выдержали этого повествования и под различными предлогами разошлись кто куда. За разговором Турн и Брээгги успели опустошить кувшин какой-то местной разновидности эля и теперь ярл начинал думать что этот кувшин в разговоре явно был лишним.

- Са-Рей – он не человек. Он – полубог-получеловек. В нем божественное Кха, оно с далеких звезд, - оглянувшись по сторонам, тихо начал разъяснять эретликош, - Оно проникает в Рей-Итту когда она зачинает наследника престола. В последствии у нее рождается будущий Са-Рей, к которому перейдет власть, когда тому Са-Рею, что правит сейчас, придет время уйти на небо к Энну и тоже стать одним из богов – Реем.

- Так, так! То есть Кха - это частица звездного огня? - внезапно понял Турн, одновременно припоминая истории Аак-Чалана.

- Да. И не ори так, это не для всяких ушей. Но у Са-Рея, в отличие от других, она особая – со звезд точно указанных богами, - еще больше понизив голос, сказал Хетош.

- Ладно, ладно, с этим разобрались, - вмешался Брэгги, - Теперь повтори про ваших богов, только не про всех, а про основных. А то их у вас столько, что я уже в одних именах и то заблудился.

- Ну, самый первый - это Энну – он верховный владыка на небесах. Даже когда боги жили в наших землях, он очень редко покидал небеса и спускался к нам, - вздохнув начал эретликош, - У него есть жена – Сах-Наммун, она всегда с ним. У них есть два сына – Нидуммунд и Эллаль. Когда боги еще не ушли жить на небо, Эллаль был главным среди богов на земле, он следил за исполнением распоряжений Энну. У него есть жена, Ниенмах, она – главная целительница богов. Нидуммунд – великий мудрец и самый хитроумный из богов. Его жена – Ниннурсах, она покровительница плодородия, мореплавания и семейной верности. Нидуммунд вместе с Ниенмах и Ниннурсах создали человека...

- Стоп, а раньше что, людей не было вообще? – внезапно заинтересовался Турн, - А кто тогда был до этого?

- Давай об этом потом, - не стал отвлекаться Хетош, - не то мы так никогда не закончим. Ну вот, с тех пор Нидуммунд - главный заступник за людей перед Энну. Эти боги – главные, но есть еще особо почитаемые.

Ниенгирш – сын Эллаля. Когда боги ходили по земле, он был искусным земледельцем и следил за порядком на полях и каналах, он же научил людей возделывать земли. Но он и великий воин, которому мало кто осмеливался противостоять. Потом Эннубиаш, он - покровитель умерших и помогает им добраться до Дуата, места, где после суда Энну они ожидают следующего воплощения. Затем Эннунит – богиня плотской любви и битв. Ее так же называют "правосудие" или Шаттор, потому что она несет неминуемое наказание нарушителям закона...

- Богиня любви и войны, как-то это не вяжется между собой, - пробормотал под нос Брэгги, - Все, все, молчу, продолжай, - добавил он, увидев, что Хетош недовольно поджал губы и хочет сказать что-то явно нелестное в отношении скальда.

- Еще есть Джештиннин – богиня-провидица, - продолжил иджифетец, - Она - хранительница тайных знаний и искусства письма. Ну и, само собой, Рей – это отец правящего на земле Са-Рея, который занял свое место среди богов и с небес помогает Са-Рею в управлении страной.

- То есть Рей – он постоянно меняется, так что ли? – озадаченно спросил Турн.

- Да. После того как Са-Рей станет очередным Реем, прежний Рей уходит к звездам, с которых пришло его Кха, чтобы там насладиться заслуженным покоем, - объяснил эретликош, - Постоянно управлять Иджифетом – это тяжелая работа. Только боги, которые основали нашу страну, в состоянии с ней справляться, - добавил он после паузы.

- Слушай, Хетош, ты так много знаешь обо всех этих ваших богах. У тебя голова от этого не болит? – улыбнувшись краешком губ, спросил ярл.

- Она у тебя от этого болит, - и иджифетец, не поняв шутки, постучал по опустошенному кувшину, - Ладно, я пошел. Завтра ближе к полудню я вас здесь встречу и пойдем смотреть на энкурры.

Попрощавшись с Хетошем, Турн и Брэгги расплатились и, покинув корчму, направились к дому, с хозяином которого нордлинги договорились о постое. Поскольку Иджисс был крупным городом с весьма строгими порядками, то о том, чтобы разбить лагерь на берегу реки не могло даже идти речи.

- Да уж, это точно не "Турн чокуль", как в Те-Ти-Улькане, - подойдя к новому прибежищу и критически оглядев его, заявил Брэгги.

- Что поделать… Был бы Хетош сыном правителя, вроде Тоэльт`сина – ночевали бы в каком-нибудь месте получше, - откликнулся ярл и толкнул дверь, заходя внутрь.

На утро следующего дня, забрав у Рейноса оплату за переход в Иджисс и узнав, что купец собирается задержаться в городе на несколько дней, Турн решил тоже не торопиться, чтобы не возвращаться к побережью без кринейцев. Он объявил о решении дружине и сказал, что каждый волен заниматься тем, чем ему вздумается.

- Это не значит, что можно разносить здесь все в щепки, а то ведь Рейноса может рядом и не оказаться, - добавил он после паузы под усмешки своих воинов, - И держитесь на всякий случай подальше от эретликошей.

Постепенно все кроме Турна и Брэгги, у которых была назначена встреча с молодым иджифетцем, разошлись. В ожидании нужного времени Брэгги, по своему обыкновению, принялся наигрывать какие-то мелодии. При этом он временами словно засыпал с открытыми глазами и совершенно выпадал в какие-то сферы, видимые только ему одному.

- Что-то он, сидя вот так, сильно напоминает Аак-Чалана, когда тот рассказывал мне свои истории, - думал ярл, валяясь на своей лежанке и наблюдая за скальдом, - Наверно все-таки хорошие скальды чем-то сродни друидам, только предназначение у них не такое, как у служителей богов.

От нечего делать Турн достал шкуру с картой альвингов, которой его снарядил Ордан, и принялся ее разглядывать. Некоторое время он озадаченно вертел ее и так и эдак, но то, что было изображено на карте, никак не укладывалось в голове.

- Что нашел? – внезапно спросил Брэгги, перестав играть и уставившись на ярла.

- Скорее, чего не нашел… Судя по этой карте, моря, по которому мы приплыли в Иджифет - нет. Земли нордлингов – есть, земли навваэлей – тоже есть, хотя и с очень сильно изменившимися берегами, - начал объяснять Турн, указывая на карте, - А вот где здешние земли – совершенно не понятно. Либо эта карта не полная, либо здешнего моря раньше вообще не было.

- Н-да-а, странно… - протянул скальд, следя за разъяснениями, - Может, стоит спросить у Хетоша?

- Может быть… Кстати, пора бы нам в корчму.


- ...Да, о великом наводнении, когда все наши земли были скрыты водой, у нас предания есть, - ответил Хетош, пробираясь через толпу горожан, - Тогда спасся лишь Кшисутрош, со своей семьей. Его предупредил Нидуммунд и от него пошел весь наш народ.

- А про эйтонов? - не унимался скальд, - Ну такие, высокие и страшные, на людей очень мало походят? Я тебе рассказывал, когда на драккаре плыли.

- Нет, про таких ничего нет.

- Странно. А как тогда у вас, из-за чего произошло это великое наводнение?

- Когда боги создали людей, они дали им законы, которым люди должны были постоянно следовать в своих делах. Следуя этим законам, люди быстро достигли процветания, но при этом стали гордыми и самонадеянными, - продолжал рассказывать эретликош, ведя нордлингов через город по направлению к энкуррам, - Они перестали соблюдать данные им законы, перестали почитать богов и погрязли в раздорах. Тогда боги прогневались, и Эллаль потребовал у Энну послать на них великое наводнение, чтобы очистить землю от нечестивцев. Нидуммунд же предупредил только одного человека - того, который продолжал чтить богов.

Турн шел немного позади Брэгги и Хетоша и предпочитал не вмешиваться в разговор этих двух помешанных на древних легендах. Вместо этого он разглядывал Иджисс и сравнивал его с Те-Ти-Ульканом. Пока выиграть ни один из городов в этом сравнении не смог. Иджисс был построен в более жарких землях, и поэтому, по мнению ярла, ему явно не помешало бы больше деревьев на улицах. Но зато вдоль главных улиц города были проложены водные каналы, от которых веяло приятной прохладой, что отнюдь не было лишним. И еще в Иджиссе встречались небольшие рукотворные пруды, понравившиеся Турну. Они были облицованы обтесанными каменными плитами, и устройство этих прудов было таково, что вода в них постоянно находилась в движении и не застаивалась. Дома же в городе были построены или из глиняных кирпичей, или из каменных блоков, но гораздо меньших по размерам, чем в столице навваэлей. Такие вполне могли передвигать и сами люди. Так что, поразмыслив, Турн решил, что в основном столица Иджифета была отстроена людьми самостоятельно.

Внезапно он вспомнил об одном вопросе, который ему хотелось прояснить.

- Хетош! – позвал он, - Ты говорил, что людей создали Нидуммунд, Ниннурсах и Ниенмах. А что, раньше людей не было вообще? И вообще, зачем богам понадобилось создавать людей?

- Да, раньше людей не было. В те времена Эллаль подчинил себе всех младших богов, и они занимались тем трудом, который сейчас выполняют люди, - охотно принялся за новое повествование иджифетец.

Чувствовалось, что парень очень доволен тем, что наконец-то нашел благодарных слушателей и теперь, пользуясь случаем, может пересказывать день и ночь напролет все предания и сказания своей родины.

- Младшие боги трудились день за днем, прокапывая каналы для орошения и благоустраивая земли и города. Но потом они пришли в изнеможение, отказались работать и устроили мятеж, - продолжал тем временем Хетош, - Тогда на совете Энну, Нидуммунда и Эллаля было решено освободить их от возложенного труда. А чтобы было, кому возделывать землю, Нидуммунд предложил создать человека.

- Мятеж, говоришь? – переглянувшись с не менее удивленным Брэгги, переспросил ярл, - И что потом стало с мятежниками?

- После того, как порядок был восстановлен, Энну приказал раскидать их по разным концам земли. А потом, после потопа, о них никто ничего не слышал, - внезапно эретликош остановился, - Дальше можно не идти, к самим энкуррам стража нас все равно не пустит. Пойдем лучше вон туда, - и он повел своих спутников на небольшой холмик, который был совсем близко от их цели.

Обзор с него был хороший, и северяне принялись разглядывать громадины энкурров и более мелкие храмовые постройки непосредственно возле них. Оказалось, что поверхности энкурров были выложены полированными плитами из огромных блоков какого-то белого камня. От них-то и отражалось яркое солнце, из-за чего три величественных сооружения можно было заметить с очень большого расстояния. Несмотря на размеры блоков, которыми были облицованы энкурры, подогнаны они были друг к другу с потрясающей точностью, нордлинги нигде не замечали ни щелей между блоками, ни каких-либо выступов, которые бы нарушали гладкость боковых поверхностей.

- Нет, - думал Турн, - хоть большую часть своей столицы иджифетцы построили сами, это они точно сами построить не могли.

Внезапно двери храма, от которого к Рей-энкурру вела длинная закрытая галерея, открылись. В окружении немногочисленных сопровождающих из них вышла высокая женщина с красивыми тонкими чертами лица и черными, как смоль, волосами до пояса. На ней было длинное чисто-белое платье с ниспадающими просторными рукавами до локтей, плечи ее облегало ожерелье, подобное тем, что носили местные служители богов, но более изящное и выполненное из золота, а на голове был надет золотой обруч с каким-то непонятным украшением впереди.

- Рей-Итта! – восторженно прошептал Хетош, - Солнцеподобная Хашесут!

- Хм… - в замешательстве покосился на эретликоша Турн, - Ну да… Красивая…

По знаку руки одного из стражников к группе, вышедшей из храма, подбежали восемь человек несших на плечах странное сооружение, похожее на высокий резной стул, укрепленный на длинных горизонтальных шестах.

Трое из этой восьмерки заметно отличались от остальных и, увидав их, Турн с Брэгги озадачено переглянулись, а ярл поинтересовался у иджифетца:

- Э-э-э… Хетош, вон те, трое, которые тащат эту штуку на плечах, они что, выкрасились чем-то?

- Нет, это нуи-тши, они как родятся, всегда такие… Эти трое – рабы. Хотя, как рабы, они вообще почти ни на что не годятся. Глупые, никакой сложной работы доверить нельзя. Да и ленивые к тому же... Хуже них только тшу-тха-тши, те вдобавок ко всему еще и упертые, самодовольные и изворотливые…

- Турн, - негромко промолвил скальд, - Так значит это правда, черные люди тоже есть. Неужели все, что рассказывал Аак-Чалан, - чистая правда?

- Похоже, что так, Брэгги…

Тем временем рабы подняли севшую на поднесенное к ней сооружение Рей-Итту, и она вместе с сопровождающими ее стражниками и придворными отправилась по своим делам. На месте, отделившись от группы, остался только какой-то один, еще совсем не старый эретликош с довольно крепким для служителя богов телосложением.

Увидав его, Хетош с лютой злобой прошипел:

- Ашарситх!

Нордлинги удивленно уставились на своего спутника. Некоторое время, молодой служитель богов, нервно сжимая кулаки и играя желваками, напряженно смотрел то вослед удаляющейся Рей-Итте с придворными, то на оставшегося возле ворот храма, а потом сказал:

- Походите пока без меня, потом вечером встретимся в той же корчме, - и быстрым шагом отправился куда-то вглубь города.

- Ну и как это понимать? – почесал за ухом скальд, глядя на удаляющуюся спину их провожатого.

- Похоже, у нашего иджифетского друга имеется большой зуб на этого Ашарситха, - ответил не менее удивленный Турн, - Ну да ладно, пойдем, посмотрим город что ли…


Вдоволь наболтавшись по городским улицам, побывав на местном рынке, перекусив в какой-то корчме, поглазев издалека на дворец Са-Рея, и даже забредя на поля на окраине города, на которых местные земледельцы что-то выращивали, нордлинги вновь вернулись почти на тоже место вблизи центра города. Уже было ясно, что в центре Иджисса все строения или были каким-то образом связаны с нуждами правителей и эретликошей, или были храмами. Остановившись возле одного такого храма, спутники некоторое время молча разглядывали его. Как и все подобные сооружения Иджисса храм был высок и массивен, что сразу создавало впечатление величия и основательности. Но в отличие от остальных, уже виденных, у этого не было дверей, которые могли бы преградить дорогу желающим в него войти.

- Зайдем, поглядим? – спросил Брэгги ярла, который, глядя на храм, ломал голову, для чего его создатели сделали такие маленькие и узкие вертикальные окна, да еще на самом верху стен.

- Ну, раз дверей нет, либо входить не возбраняется, либо непрошеным сюда вообще не ходят, и все об этом знают, - оторвался от разглядывания стен Турн.

- Ну, так входим или нет? – нетерпеливо переспросил его скальд.

- Брэгги, ты иногда бываешь таким нудным! – и Турн устало вздохнул.

- Да! Все скальды либо нудные, либо наглые! – непонятно чем гордясь, объявил тот.

- Ну, пойдем уже, пойдем!

Шагнув в высокий проход, ведущий в храм, Турн сразу поежился от нахлынувшего на него ощущения. Неизвестному зодчему удалось так подобрать соотношение ширины и высоты входного коридора, что у идущего по нему сразу появлялось впечатление своей незначительности перед лицом того, кому было посвящено это место.

Стуча сапогами по каменным плитам, он и скальд поскорее миновали коридор, и шагнули под высокие своды внутреннего помещения, тут же поглотившего все звуки. И сразу же стало понятно, зачем создатели сделали своему творению такие окна.

Узкие прорези, находившиеся где-то под самым потолком, пропускали очень мало света. Таким образом, внутри храма даже в самый яркий солнечный день царил плотный сумрак, и только где-то высоко вверху перекрещивались узкие и блеклые солнечные лучи. Внутри свод подпирали девять квадратных колон с четырех сторон каждой из которых на длинных цепях, свешивающихся откуда-то из-под потолка, висели небольшие и тускло горящие светильники. Сами же стены были расписаны какими-то картинами, но что именно на них изображалось, из-за темноты разглядеть было уже почти не возможно. Вдобавок ко всему из-за толщины стен совершенно не было слышно звуков улицы.

- Темно и глухо, как в могиле, - шепотом заявил Брэгги, сообщая свое впечатление от данного места.

Эретликош, разливавший масло в светильники, висевшие около колон, оглянулся на звук шепота. Увидев двух чужеземцев, он удивленно приподнял брови, но все же ничего не сказал и, закончив свою работу, не спеша удалился в проход сбоку от алтаря.

Кроме этого служителя и двух нордлингов в храме было еще только два жителя Иджисса. Один из них зашел сразу же после Турна и Брэгги и теперь обходил все девять колонн храма, останавливаясь по очереди перед каждой из четырех их сторон и тихо читая нараспев молитвы.

Подойдя к одной колонне, ярл увидел, что колеблющееся неяркое пламя светильника высвечивает знаки, вырезанные в ее камне. Этими символами была покрыта вся поверхность колонны с четырех сторон и снизу доверху, насколько позволял разглядеть свет от светильников. Решив не дожидаться, пока этот иджифетец обойдет все колонны и прочитает все долженствующие молитвы Турн и Брэгги направились прямиком к главному алтарю, к которому уже направлялся второй посетитель храма.

В отличие от колонн, алтарь не был освещен совсем. К тому же выполнен он был целиком из полированного черного камня, и только подойдя к нему поближе, нордлинги смогли, наконец, разглядеть, что же скрывалось в самой глубине сумрачного храма.

На постаменте стояла вытесанная из камня длинная и узкая лодка, нос которой смотрел в глубину совершенно темного прохода, ведущего куда-то в совсем уже непонятную даль. По обе стороны от нее стояли величественные фигуры двух существ с человеческими телами, но с остроухими головами толи собак, толи волков. Каждая из них была высотой в два человеческих роста и стояла со скрещенными на груди руками. Холодный блеск черного камня, от поверхности которого маленькими красными светлячками отражались огни светильников, создавал жутковатое, но в тоже время какое-то печально-торжественное настроение.

Едва Турн подошел к алтарю и встал перед ним, как ему показалось, что фигуры двух божеств одновременно скосили свои глаза и их внимательные взоры скрестились точно на нем. От внезапной и четкой отчетливости возникшего впечатления его тотчас прошиб холодный пот, а по спине побежали мурашки.

Тем временем иджифетец опустился перед алтарем на колени и, сложив руки так же, как это изображали две статуи, склонил голову и начал негромко произносить слова молитвы. Сделав еще полшага вперед, ярл стал внимательно ловить звуки, слетающие с губ этого человека, пытаясь разобраться, с чем же он обращается к этим двум странным божествам.

- Ваппуатх, тот, кто не боится бесконечной пустоты… тот, кто ищет пути в неведомом… - упали подобные тихому ветру первые слова воззвания, - тебя зову… отыщи дорогу… Эннубиаш, тот, кто заботится об ушедших… тот, кто помогает дойти до Дуата…тебя зову… Великие Проводники… не оставьте отца…

- Эннубиаш! – молнией сверкнуло в голове Турна, - Бог-покровитель умерших!

За плечом ярла раздался невнятный булькающий звук, будто Брегги чем-то умудрился поперхнуться. Обернувшись и поймав выражение глаз скальда, Турн резко развернулся и быстро пошел к выходу. Попав на улицу, Брэгги не останавливаясь быстрым шагом дошел до ближайшего из каналов с водой и по плечи сунул в него голову.

- Ну и дела, - криво улыбнулся он, вынырнув из канала, - В этом городе столько храмов, а мы умудрились попасть в посвященный тем, кто имеет дело с мертвецами…

- Ага, можно подумать тебя кто-то туда силком тянул, - отозвался Турн, наблюдая, как по побледневшему лицу скальда стекают крупные капли, - Ну, зато теперь понятно, почему не было дверей…Ладно, пошли дальше. Как водичка кстати? – добавил он усмехнувшись.

- Освежает. Можешь тоже искупаться, если хочешь, - недовольно пробурчал певец.

- В другой раз…

Никуда не торопясь, нордлинги медленно пошли из центра Иджисса по направлению к городским пристаням, у которых стоял их драккар. И сразу же, как только центральная часть города осталась позади, они вновь попали в оживленную толпу. Груженые повозки, группы носильщиков с тюками, уличные торговцы и просто горожане, спешащие по своим делам, все это создавало шумный и постоянно двигающийся поток. Пробираясь через него и глядя на все это, Турн по достоинству оценил запрет на посещение центра Иджисса по каким-либо делам, не касающимся эретликошей или правителей Иджифета.

- Да, все верно, непросто было бы решать государственные дела, не говоря уже о делах богов, если бы к примеру у тебя под окнами орал вон тот зверь, - думал он, глядя как погонщик пытается сдвинуть с места заупрямившееся животное.

Зверь, напоминавший небольшую лошадь с непомерно длинными ушами, непонятно чем вдруг стал недоволен и уселся прямо посреди улицы. Это сразу вызвало бурю негодования у следовавших позади повозки и на ее неудачливого хозяина посыпались упреки и оскорбления. Бедняга принялся нахлестывать свое животное вожжами, а затем вовсе соскочил с повозки и, схватив за упряжь, принялся тянуть его вперед. Но упрямая тварь продолжала упираться изо всех сил и только издавала истошные трубные вопли.

Глядя на все это, молодой ярл только покачал головой, и усиленно работая локтями, стал прокладывать себе путь через образовавшуюся толпу. Наконец затор остался позади и, выдернув из него, застрявшего было, Брэгги, Турн поспешил подальше от этого шумного сборища.

Постепенно удаляясь все дальше от самых оживленных улиц, спутники прошли еще пару кварталов, как вдруг из-за угла одного дома прямо под ноги ярлу выскочил удивительный зверек и принялся прятаться за сапогами Турна от девушки, появившейся следом за ним и с азартом принявшейся его ловить.

Маленький зверь очень напоминал линксов, водившихся в родных лесах нордлингов, только был он с очень короткой шерстью, полностью черный и раза в два поменьше.

- Хотя, может это еще детеныш, - подумал Турн, наблюдая за возней разыгравшейся у его ног.

Наконец маленький упрямец был изловлен и незнакомка, подхватив его на сгиб руки, звонко рассмеялась и, выпрямившись, подняла взгляд на нордлингов.

- О-о-о! – произнесла она, переводя удивленный взгляд с одного на другого, - Вы не здешние?

- Да, мы это… из дальних земель… на севере, – глядя в карие миндалевидные глаза девушки и почему-то запинаясь, пробормотал ярл.

- Меня зовут Дхари, - заявила она, - Как ты все-таки смешно говоришь, - и прыснула в ладошку.

- Я – Турн, а он – Брэгги, - кивнул в сторону скальда Турн.

Брэгги слегка наклонил голову в знак почтения и, как бы, между прочим, отступил на полшага назад, явно предлагая ярлу самому вести дальнейший разговор.

- А это кто? – указал на маленького зверя Турн.

- Это – Читтах, - ответила девушка, - Он – мауш, священный зверь.

- Да? Ты священный зверь? – спросила Дхари своего маленького любимца, заглядывая в его желто-зеленые глаза с вертикальными зрачками.

Священный зверь, конечно же, ничего не ответил и только довольно сожмурил свои круглые глаза и растопырил усы.

- Маушов сделали боги из настоящих читтахов, поэтому они священные, - продолжила девушка, чмокнув зверька в нос, - Настоящие читтахи очень сильные и большие. Вот такие, - и она указала расстояние от земли до середины бедра, - Но мой Читтах мне нравится больше.

- А зачем боги сделали маушов?

- Чтобы маушы охотились на этих маленьких мерзких серых тварей с длинными отвратительными голыми хвостами, - и Дхари передернула плечами, сморщив носик от отвращения.

- На мышей, или на крыс, - улыбаясь, догадался Турн.

- Ну да, я их терпеть не могу, - тоже улыбнулась в ответ девушка, и, сунув Читтаха в руки ярлу, сказала - Подержи-ка его.

Турн подхватил зверька и попробовал придерживать его согнутой рукой, как до этого делала его хозяйка, но видимо, немного не рассчитал свои силы и слишком сильно прижал Читтаха. Маленький священный привереда тут же недовольно взвыл и, зашипев, больно цапнул Турна за руку своими маленькими клыками, а затем принялся отчаянно царапаться и вырываться.

- Ну-ну, не так сильно, ему же больно, - укоризненно сказала Дхари, принимаясь утешать своего любимца, почесывая ему за ушами.

- Ну… я… Да как… - беспомощно забормотал ярл оглядываясь на Брэгги и пытаясь найти у него поддержку. Но скальд только иронично улыбнулся и развел руками.

Тем временем девушка все-таки успокоила Читтаха, а затем достала из-за широкого пояса, которым было подпоясано ее светло-зеленое платье, маленькое бронзовое зеркальце и костяной гребешок, и принялась поправлять прическу, которая растрепалась, пока она ловила своего любимца. Лицо же ее при этом выражало такую сосредоточенность, а действия были настолько тщательны, что Турн, глядя на нее, никак не мог удержаться от того, чтобы не расплываться все шире и шире в улыбке. Наконец ее длинные, вьющиеся волосы были аккуратно уложены, и Читтах перебрался на руки к собравшейся уходить хозяйке.

- А ты не боишься так ходить, совсем одна, вдруг кто-нибудь пристанет? – неожиданно для самого себя ляпнул Турн.

- Ко мне?! Да ты что? – и Дхари изумленно уставилась на ярла широко раскрытыми глазами, - Я же Аах богини Баштис!

- А-а-а… - тупо протянул Турн, отчаянно перебирая в уме все сведения, полученные от Хетоша, и понимая, что не имеет ни малейшего понятия не о чем подобном.

- А, ну да, вы же не здешние, - сжалилась девушка, глядя на его растерянное лицо, - Ну ладно, проводишь меня в храм, я тебе обо всем по дороге расскажу.

Обрадованный ярл обернулся и наткнулся на смеющийся взгляд Брэгги, явно от души веселившегося над происходившим разговором.

- Ну, Турн, - сказал скальд, улыбаясь во весь рот, - Настолько глупый и в тоже время довольный вид имел только Сигги, когда Аак-Чалан сказал ему, что Ай`игель теперь его жена.

Нет, нет, я с вами не пойду, - добавил он, махнув рукой, - Опять куда-то тащиться через полгорода, избавьте боги!


- …Ну вот, это и есть храм, посвященный Баштис – богини радости и веселья, - указала Дхари на сооружение, к которому они подходили по длинной тенистой аллее.

Храм Баштис определенно радовал глаз гораздо больше, чем храм двух богов-Проводников, впрочем, как и положено храму, посвященному богине радости. Был он не такой высокий, но зато со всех сторон его окружала зелень сада. Вдоль аллеи стояли раскидистые деревья, меж которых порхали какие-то мелкие голосистые птахи, а по обеим сторонам от нее за деревьями прятались два больших пруда, облицованных зеленоватым обтесанным камнем и почти сплошь заросших белыми и желтыми кувшинками. Сад время от времени пересекали заботливо посыпанные песком аккуратные тропинки, петлявшие между невысокими кустами. Вдобавок ко всему день уже клонился к вечеру, и вся зелень вокруг начала приобретать какой-то едва заметный золотистый оттенок.

- Красиво, прямо на сердце легче становится…, - думал Турн, шагая по похрустывающему под сапогами песку к входу в храм.

- Послушай, - обратился он к девушке, - ты так и не сказала, что значит "Аах".

- Ну, Аах – это человек, через которого богиня может напрямую общаться с другими людьми, - ответила та.

- То есть Аах это как эретликош?

- Нет, эретликош сначала слушает богов, а потом рассказывает другим о том, что услышал, - сказала Дхари, - а в Аах соответствующий бог или богиня могут поселяться целиком.

- Это как это?! – немного ошалел от такой новости ярл.

- Ну, чаще всего, Баштис как бы занимает часть моего тела и что-то говорит моими устами, - отбирая у расшалившегося Читтаха локон волос ответила девушка, - А я в это время как бы стою чуть в стороне и наблюдаю. Но иногда она занимает мое тело целиком, и тогда я как будто засыпаю на время, а то, что происходило, помню как смутный сон.

- Чудно… - только и вымолвил Турн.

- Ну, вот мы и пришли, - сказала Дхари, когда они миновали два высоких четырехгранных обелиска, и подошли к дверям храма, - Зайдешь внутрь?

- А можно?

- Можно. Пойдем! – и она толкнула входную дверь.

Внутри храм Баштис оказался гораздо просторнее, по сравнению с храмом Эннубиаша и Ваппуатха. Широченный зал с двумя рядами круглых колонн мог легко вместить множество народа, которое наверняка приходило сюда по празднествам, чтобы поклониться богине радости. Яркие мозаики и фрески с насыщенными цветами, среди которых преобладали золотой, голубой и зеленый, изображали именно такие поклонения людей, на которые благосклонно взирала богиня в сопровождении маушов. Сам зал был буквально залит золотыми лучами заходящего солнца, что делало зрелище еще более великолепным.

Стараясь громко не стучать каблуками сапог, как будто боясь вспугнуть разлитое по храму очарование, ярл осторожно приблизился к главному алтарю. Статуя богини изображала сидящую на троне с высокой спинкой женщину с головой мауша и великолепной стройной фигурой. В руках она держала какой-то струнный музыкальный инструмент, а подле ее ног расположились два, вытесанных из монолитных черных каменных глыб сидящих мауша, на головах у которых были закреплены широкие позолоченные чаши-светильники с горящим маслом. Сама же статуя богини была выполнена почти целиком из светло-зеленого камня, и только ее голова была из точно такого же камня, как и мауши, а на ее шее и на руках были застегнуты тонкие изящные украшения из золота.

Подойдя совсем близко, Турн заметил, что, оказывается, глаза Баштис выполнены совершенно из других камней, нежели вся статуя. Приглядевшись попристальней, он понял, что глаза богини были настоящим шедевром зодческого искусства. Каждый из них был выполнен из прозрачного зеленого камня, но, кроме того, сами зрачки глаз были сделаны из какого-то другого черного камня. Сначала ярл подумал, что это такой же материал, из которого выполнена вся голова, но когда луч солнечного света упал прямо на глаза богини, и они словно засветились изнутри, стало совершенно ясно, что черные камни зрачков тоже прозрачные и взгляд смотрящего буквально затягивается внутрь них.

- Ого! Ничего себе! – восхищенно воскликнул про себя Турн.

Внезапно сильный порыв ветра ворвался в храм и пронесся по залу, заставив отчаянно затрепетать огни в чашах.

- Богиня Баштис обратила на тебя свое внимание чужеземец, - тихо проговорила стоящая за его плечом Дхари, - Ты ей тоже понравился.

Несколько секунд висела тишина, затем ярл почувствовал, как руки Дхари обвили его за талию, а сама она прижалась к его спине и положила голову ему на плечо.

- Ты пришел издалека, странник с севера, - сказала девушка бархатным глубоким голосом, совершенно не похожим на тот которым она говорила прежде, - и твой путь еще долго не кончится. Я чувствую, как на тебе сошлось внимание многих богов этого мира. И скоро они вмешаются в твою жизнь, но прежде тебе надо отдохнуть.

С этими словами она потянула его за руку, призывая следовать за собой. Немного озадаченный таким развитием событий, Турн попытался было что-то сказать, но девушка приложила к его губам палец, призывая к молчанию, и вновь настойчиво повлекла за собой в коридор, ведущий к внутреннему двору храма…


***

Когда перед глазами немного прояснилось, Мерк с удивлением огляделся. Вокруг был бесконечный полумрак странного красноватого оттенка. Позади него, прямо посреди пустоты, висела полупрозрачная арка, проход в которую был подернут голубоватой дымкой и за которой угадывалась выложенная каменными плитами и залитая золотистым светом площадка. А прямо перед ним из-под ног далеко вперед уходила узкая, дугой выгнувшаяся вверх, туманная полоса дороги.

- Тропа Междумирья, - всплыло в голове необычное название.

От неожиданного понимания того, где он сейчас, по всей видимости, находится, в глазах Мерка помутилось, и окружающее стало расплываться. Однако, сосредоточив все свое внимание на том, что было непосредственно под его ногами, молодой человек шагнул вперед и пошел по дороге. Постепенно она обретала все более четкие очертания и с каждым шагом все больше стала напоминать обычный выгнувшийся дугой каменный мост. Вот только ни над одним обычным мостом не висело сияния, переливающегося всеми цветами радуги.

- Это что? Радужный мост? - иронично хмыкнул Мерк, - Как однако восприятие играет… Ну прямо как в древних легендах, чтоб я сдох.

И в следующий момент где-то далеко под мостом раздалось глухое раскатистое ворчание, от звука которого волосы зашевелились от ужаса, а спина мгновенно взмокла от холодного пота.

- Поосторожнее с пожеланиями, молодой человек, - прозвучал в голове чей-то недовольный голос, и тут же этот кто-то, словно рукой схватил его за пояс и дернул, таща вперед по мосту. Да с такой силой, что перед глазами замелькали цветные вспышки.

Следующим что Мерк осознал, было уже то, как он стоит на той самой поляне к которой они с Ирганом шагнули и жмурится от яркого света. Товарищ его находился рядом, с любопытством разглядывая тех троих, что стояли напротив, и лес, посреди которого они очутились. И то и другое зрелища были, без всякого сомнения, весьма примечательными, но трое представителей этого мира все-таки выигрывали.

- А на Тропе Междумирья Иргана рядом не было, это точно… Получается, сюда он добирался какой-то другой Тропой, так что ли? – недоумевал Мерк постепенно приходя в себя и тоже начиная присматриваться к окружающему.

Стоявший в центре был мужчиной в летах с серьезным и спокойным взглядом и с длинными, тронутыми сединой и гладко зачесанными назад волосами. Лицо его было обрамлено аккуратно подстриженной бородкой, а из-под волос, к немалому удивлению Мерка, выглядывали заостренные кончики ушей. Манерой держаться он чем-то неуловимо напоминал и преподавателя Академии и крупного администратора в одном лице. Одет он был в светло-бежевые узкие брюки и такого же цвета длиннополую рубаху с воротником-стойкой. На плечи, поверх рубахи, у него было наброшено странное и явно не предназначенное для прогулок по лесу одеяние – длинная с широкими разрезами вместо рукавов ярко-синяя накидка, на лацканах которой виднелся хитросплетенный узор из переливающихся фиолетовых нитей.

Двое же его спутников были гораздо моложе, даже моложе Мерка и Иргана. Оба они стояли с выражением спокойной невозмутимости на лицах и, сложив руки на груди, смотрели прямо перед собой, поглядывая на двух друзей только краешками глаз. И тот и другой были облачены в одинаковые коричневые безрукавки из материала напоминающего кожу, в такие же брюки, заправленные в высокие мягкие сапоги со шнуровкой, и в длинные зеленовато-коричневые плащи с наброшенными на головы капюшонами.

- Альвинги что ли?! Ничего себе… – только и успел ошарашено подумать Мерк.

Мужчина в центре тем временем приложил руку к груди и произнес:

- Лиард.

Друзья переглянулись и Мерк слегка наклонив голову к Иргану тихо спросил:

- Как по-твоему, это его имя или нет?

- По-моему, да… - неуверенно ответил тот.

- Имя, - тут же раздался прямо в их головах подтверждающий и словно улыбающийся голос.

Быстро взглянув на "академика", стоявшего в центре троицы, Мерк заметил как уголки губ у того действительно слегка дрогнули в короткой улыбке.

- Телепатия?! Безмолвная речь! Вот это да! - взбалмошным мотыльком трепыхнулась мысль, - А дядя-то крут…

- Ирган, - товарищ его тем временем сделал такой же жест и назвал себя.

Мерк спохватился и тоже приложил руку к груди называя свое имя.

Трое новых странных знакомых вежливо наклонили головы в знак приветствия, а затем Лиард что-то сказал своим спутникам. Те сразу как-то расслабились и откинули капюшоны своих плащей. У одного из них волосы оказались черные, а у другого - светло-пшеничные, причем у обоих они были зачесаны назад на такой же манер, как и у их старшего спутника. Оба подошли поближе к Лиарду и светловолосый стал о чем-то с ним разговаривать, а темноволосый стоял рядом, и делал вид что слушает. На самом же деле он все время косился в сторону Мерка и с неподдельным любопытством разглядывал его камуфлированную униформу.

- А ведь эти парни на самом то деле очень молоды, - внезапно промелькнула у того яркая догадка, - По-нашему им где-то лет шестнадцать-восемнадцать наверно…

Словно услышав его мысль, а может и в самом деле услышав, черноволосый поднял глаза и, глядя на Мерка, сверкнул задорной улыбкой. Товарищ его тем временем, перекинувшись десятком фраз с Лиардом, направился к кромке леса и, полуобернувшись, коротким восклицанием позвал зазевавшегося друга. На краю поляны они оба остановились, оборачиваясь к остающимся, прощаясь молча подняли руки, а затем нырнули в густые заросли. По прошествии буквально нескольких секунд их уже было не видно и не слышно.

- Идемте. Не будем терять времени, - снова на безмолвной речи обратился к Мерку и Иргану Лиард.

- А мы как… Лучше говорить или можно просто думать? - с трудом пытаясь выразить свою мысль спросил Ирган.

- Лучше говорите. Но не быстро. Сопутствующая мысль так тоже получается понятней, - улыбнулся "академик" и жестом пригласил друзей следовать за собой.

Шагнув вслед за Лиардом с поляны в объятия голубовато-зеленых зарослей, товарищи обнаружили под ногами тоненькую тропку, по которой и продолжился дальнейший путь. Провожатый их, несмотря на свое странное одеяние и солидный возраст, шел ходко и уверенно, и Мерку с Ирганом только и оставалось, что увертываться от цепляющихся веток и прибавлять шагу. Наконец, примерно минут через десять лес внезапно расступился, и трое путников оказались на обочине дороги, где стояло необычное транспортное средство, напоминавшее сильно сплюснутую и немного вытянутую каплю.

На то, что средство это явно транспортное, бесспорно указывали колеса едва видневшиеся из-под обшивки борта. По кочкам и буеракам на таком определенно было не поездить, но и дорога, у обочины которой оно стояло, своей гладкостью больше была похожа на поверхность стола. Ровностью напоминавшая прямоту лазерного луча она далеко уходила в обе стороны, в зависимости от ландшафта изменяя только свой уровень.

Немного переведя дух молодые люди и их сопровождающий заняли места на сидениях этой машины и вскоре уже катили вперед.

- Куда мы направляемся? – задал наконец давно вертевшийся на языке вопрос Ирган.

- В Тэллироун, - тотчас прозвучало в его голове, - Это город неподалеку. Там сегодня отмечают праздник. Вам будет интересно посмотреть. Возможно, получите ответы на беспокоящие вопросы.

- Откуда Вы знаете что нас что-то беспокоит? – и Ирган с безграничным удивлением уставился на спутника.

- Наши дальние родичи в вашем мире обратили на вас внимание. Наверное, у них есть на то причины. Они и сказали, и попросили помочь, - последовал невозмутимый ответ.

Странным образом, но с каждой фразой общаться с Лиардом становилось все проще и почему-то это совершенно не вызывало какого-либо недоумения. Какая-то часть сознания словно совершенно самостоятельно подбирала соответствующие мыслеобразы и "спотыкалась" только на совершенно незнакомых понятиях.

- Родичи? – с трудом сдерживая нетерпение встрепенулся Мерк, - Эти полупрозрачные ребята - Ваши родичи? И что значит "попросили"? Вы хотите сказать, что они по-настоящему живые? Все осознают и могут влиять на окружающее?

- Молодой человек, - покосился на него Лиард, - С каких это пор одно только то, что у существа нет тела из плотного органического материала, причисляет его к бессознательным и к не воздействующим на окружающее?

Мерк сконфуженно замолчал и уставился в сторону. Действительно, уже одно то, что в это место он попал не без участия тех самых эссемских призраков, могло служить подтверждением слов "академика".

- А почему только мы поехали, а те двое остались? – поспешил прервать повисшую паузу его товарищ, - И кто они такие?

- Это ученики. Они помогали мне проложить Тропу, по которой вы пришли, - в своей прежней невозмутимой манере ответил Лиард, - А остались, потому что так захотели.

- Ваши ученики? – на всякий случай решил уточнить Ирган.

- Не мои. Просто ученики. Эти двое сейчас наблюдают за состоянием данного лесного массива. Одновременно изучают свойства тонких энергий и отрабатывают навыки взаимодействия с отдельными биологическими объектами и биосферой в целом.

Друзья озадаченно переглянулись и вовсе притихли. То, что такие, по меркам их мира, зеленые пацаны, да еще и просто ученики, уже вовсю работают с биоэнергетикой, причем на таком уровне и практически самостоятельно, повергло их в легкий шок.

Машина тем временем набрала скорость, и скоро стала двигаться настолько быстро, что деревья по обе стороны от нее сливались в сплошную темно-зеленую полосу. Причем, хотя некое подобие рулевого устройства у нее и имелось, двигалась она без всякого видимого участия со стороны Лиарда. В ответ на недоуменный вопрос Иргана о способе, которым управляется это транспортное средство, собеседник честно попытался разъяснить его принципы. На двух друзей полился настоящий поток мыслеобразов перемешанных с неизвестными названиями, но объяснение оказалось сильно перегруженным техническими подробностями и непривычными терминами. Единственное, что молодые люди уяснили, так это то, что у машины имеется что-то вроде бортового компьютера, в память которого заложена программа, в соответствии с которой она и выдерживает свой курс. И правильность выполнения которой вдобавок еще проверяется по контрольным устройствам, расположенным в определенных точках вдоль дорожного полотна.

Примерно через пару десятков минут машина с тремя спутниками на борту начала плавно сбрасывать скорость и к моменту, когда впереди над дорогой показалась высокая арка с тянувшимися по ней причудливыми завитушками надписи, двигалась она уже не быстрее бегущего человека.

- Граница города, - пояснил Лиард и, коснувшись каких-то сенсоров на приборной панели, взял управление в свои руки.

Молодые люди тут же принялись вертеть головами, но к их удивлению по обе стороны от дороги продолжали выситься лишь лесные заросли. Впрочем, с каждой сотней метров, подлесок становился все менее густым, а сам лес все сильнее напоминал большой парк, который чем дальше, тем становился все светлее и ухоженнее.

- Мы едем через городской парк? – не выдержав решил проверить свои догадки Мерк.

- Нет, это сам город, - тут же развенчал его соображения Лиард, - Большинство наших городов выглядит именно так.

Друзья коротко переглянулись и только тяжело вздохнули, вспоминая мегаполисы своего мира.

Машина с тремя спутниками тем временем не торопясь катила вглубь города. От основной дороги все чаще начинали убегать в стороны менее широкие ответвления, ведущие к видневшимся за деревьями городским строениям, а невысокие, небольшие и выглядевшие сравнительно новыми дома, по мере продвижения по дороге сменялись все более старыми зданиями. Построенные на значительном удалении друг от друга, те были уже гораздо выше. Величественные и основательные стены самых старых из них даже были выложены из блоков настоящего природного камня. Причем почти каждое из таких зданий имело свой особенный архитектурный облик, а некоторые вообще вызывали чувство настоящего восхищения.

- О! Смотри, - и Мерк толкнул локтем друга указывая на очередное строение, возвышавшееся над кронами деревьев, - Вот в таком бы жить, вон там, на самом верху. Здорово, да?

- У нас в зданиях, располагающихся близко к центру города, не живут, - тут же раздался в голове голос Лиарда расцвеченный "улыбчатой" эмоцией, - В них находятся службы административных и социальных подразделений. Живут ближе к границе города и в его пригородах. Кстати, нам как раз к этому зданию. Там оставим транспорт, - и, свернув на одну из ответвляющихся дорог, Лиард направил машину к указанному строению.

- Здесь находится представительство Департамента Образования, - объявил он, когда машина остановилась, - Хотите взглянуть на город сверху?

- Да! Конечно хотим! – немедленно оживились друзья.

- А Лиард-то похоже действительно какой-то академик, или что-то типа того… - мысленно усмехнулся Мерк, вспоминая свое первое впечатление от их знакомства.

Пройдя через просторный вестибюль Департамента все трое подошли к лифту и на нем поднялись на верхний этаж. Затем Лирад провел своих спутников к винтовой лестнице находившейся в центральной, самой высокой, части здания и уже по ней вывел их на самый верх, где находилась удобная обзорная площадка. Дальше подниматься было некуда. Выше был только длинный шпиль, на боках которого пристроилась ажурная вязь множества каких-то антенн.

С этой площадки сразу было заметно, что Департамент Образования был не самым высоким строением в городе. Во многих местах над покрывалом сочной, с непривычным голубоватым оттенком, зелени возвышались куда как большие громадины. Хотя, вообще зданий в районе городского центра было немного, гораздо большее их количество располагалось на весьма значительном удалении. Но то уже были небольшие малоэтажные дома протяженным, равнораспределенным и практически непрерывным кольцом опоясывавшие весь Тэллироун. Как пояснил Лиард, именно в них и селились его жители. Большинство же населения, по его словам, вообще предпочитало жить в пригородах.

Когда первые восторги прошли и Ирган с Мерком вдоволь нагляделись на открывавшиеся со всех сторон виды, они облокотились на перила и долго смотрели на один, особенно понравившийся. Отсюда был виден большой искрящийся под солнцем фонтан на площади в самом центре города. Именно к этой площади лучами сходились несколько широких дорог, по одной из которых они и приехали вместе с Лиардом. И именно на ней виднелись крохотные точки, по всей видимости - фигурки горожан, число которых понемногу увеличивалось.

- Красиво, - вздохнув сказал Ирган, - и почему у нас не так?

- Или почему мы живем не здесь? – тем же тоном добавил Мерк.

- У нас тоже не сразу так было, - тут же прокомментировал эти соображения их спутник, - Уже достаточно давно наши города были сильно похожи на ваши. Особенно большой скученность населения была пока стояла проблема транспорта и коммуникаций связи. Потом они как таковые отпали и некоторое время прежний уклад жизни сохранялся просто в силу привычки. Ну а потом уже необходимость заставила отказаться и от ненужных привычек, - не вполне понятно закончил Лиард.

- Да уж, бесполезные привычки это полная глупость, - пробормотал себе под нос Ирган, чувствуя, что их новый знакомый в силу каких-то соображений что-то определенно не договаривает.

- А насчет того, почему вы живете не здесь, а в своем мире, то у нас бытует суждение, что, в конце концов, Вселенная каждого помещает туда, где он принесет как можно меньше вреда и может принести как можно больше пользы, - явно для Мерка добавил Лиард.

- Э-э-э… Да? Ну… наверно, – только и смог сказать тот в ответ на такое изречение, и с непонятным упрямством добавил, - Но "может принести" ведь еще не означает "обязательно принесет"?

- Тоже верно, - как-то странно усмехнулся Лиард, икоса бросив быстрый взгляд на своего собеседника.

- Скажите, Лиард, - почему-то немного тушуясь вновь обратился к нему Мерк, - а альвинги, это не вы? Ну… Не ваш народ?…

- Нет. Так называли тех самых наших родичей из вашего мира. Наш народ именует себя фйорринами, - с некоторым любопытством посмотрел на него "академик", – Пойдемте, пора спускаться вниз, праздник скоро начнется, - добавил он после короткой паузы.

Выйдя из здания Департамента и оказавшись на улицах города, трое спутников не спеша направились по одной из узких петляющих дорожек, ведущих к центру. Чем дальше они продвигались к своей цели, тем все чаще попадались им на пути жители города. И к некоторому удивлению двух друзей, среди встречных были не только представители народа фйорринов, причем попадались такие достаточно часто.

- Это кажется вам странным? Почему? Мы не ставим для себя целью отгородиться от окружающего мира. Никто не может существовать полностью обособленно, а уж тем более развиваться, - заметил на это их спутник, - Тем не менее, безоглядно открываться любому стороннему воздействию, особенно если ты не в состоянии его контролировать, есть, по меньшей мере, верх неосторожности. Поэтому мы в обязательном порядке ограничиваем степень проникновения в нашу среду представителей других народов. Как и всего того, что они с собой привносят.

Так что, если кто-то хочет посмотреть на то, как мы живем, что ж, это не возбраняется, - и Лиард развел руками в приглашающем жесте, - Но в институты, составляющие костяк государства, допускается только тот, кто или воспитан в соответствии с обычаями фйорринов с детства, или безоговорочно доказал свое намерение присоединиться к нашему народу.

- И каким же образом? – не преминул полюбопытствовать Мерк.

- Форма доказательства может быть разной, - ответил Лиард, - Принцип же полного присоединения один - отдать все, чем ты распоряжаешься, и выполнять порученное дело ровно столько, сколько оговорено.

- Хм… - кашлянул Ирган, привлекая к себе внимание, - А это не слишком круто?

- Нет. Иначе фйоррины, как самобытный народ, могут попросту прекратить свое существование, а этого мы просто не желаем, - последовал спокойный ответ, - Конечно, когда-нибудь мы все-таки исчезнем с лица этого мира. Но как говорили наши предки: Каков бы мир не был, ничего в нем не случается без причины и никто в нем не появляется просто так. А если кто-то банально растворился в небытии, то это значит, что он оказался неспособен к выполнению серьезных дел и стал впредь для данного мира бесполезен.

- А если наоборот? Если кто-то захочет уйти? - тут же высказал Мерк пришедшую ему мысль и с интересом взглянул на "академика".

- Насильно мы никого не удерживаем. Но тот, кто захочет уйти, должен помнить, что после ухода путь для него в институты нашего государства, особенно управляющие, будет закрыт, - так же спокойно ответил Лиард.

Возразить было нечего. Уж кто-кто, а Мерк и Ирган имели прекрасную возможность убедиться в том, каковы бывают, например, последствия неспособности государства контролировать внешнее проникновение. Жалкие обломки Протектората, народ которого полностью утратил какую-либо реальную самостоятельность и действительную самобытность, служили тому красноречивым подтверждением.

- Вот так-то… А эти фйоррины оказывается весьма серьезные ребята. Всякие сентиментальные сопли им определенно не свойственны… - думал Мерк глядя себе под ноги, - И по сути-то они правы. Ведь, к примеру, если существо становится неспособным противостоять различным внешним воздействиям, неважно явно видимому нападению или незаметному глазом заражению, то как итог - оно прекращает свою активную физическую деятельность. Для того же чтобы успешно противодействовать внешнему воздействию, изменения которого в любом случае неизбежны, существо тоже должно постоянно изменять свои поведенческие повадки. Либо сам его организм должен изменяться и приспосабливаться.

Несколько десятков шагов были пройдены в полном молчании. Тени уже стали понемногу сгущаться, и все больше горожан выходило на дорожку, по которой неторопливо шли трое собеседников. И, судя по тому, как каждый встречный вежливым жестом обязательно выказывал Лиарду свое расположение, "академик" явно был известен. При встрече с ним все вели себя с почтительным уважением, но впрочем, без какого-либо заискивания или подобострастия.

Разумеется, часть внимания обращалась и на молодых спутников Лиарда. К ним тоже обращались взгляды, любопытные и веселые. И им тоже адресовались вежливые жесты уважения. Но совершенно непостижимым образом жителям города удавалось вложить в них легкую долю иронии и ясно дать понять, что эти жесты именно вежливость, а настоящее уважение простым присутствием возле Лиарда нисколько не гарантируется.

- А каких еще правил придерживаются фйоррины в своей жизни? – подал голос Ирган после того как они разминулись с очередной группкой горожан.

- Различных. Есть правила для взаимоотношений с представителями чужих народов. Есть правила регламентирующие внутренние взаимоотношения. Есть и такие, которые установлены для взаимоотношений с представителями Высших Сил. Все они прошли свою проверку временем, и хотя некоторые из них в настоящих условиях может кому-то и кажутся слишком жесткими, своей официальной силы они не потеряли, - ответил ему Лиард и добавил после короткой паузы, - Вообще же наш народ при обустройстве многих сторон своей жизни присматривается к окружающей живой природе. Законы и правила, каковы бы хороши они не были, вводятся искусственно и лишь обозначают ограничивающие пределы, а правят в конечном итоге, конечно же, не законы - правит необходимость. Взаимодействие же всей биологической системы приводилось к своей наилучшей модели долгими тысячелетиями существования и не обращать никакого внимания на такие вещи было бы неразумно.

Мерк вздрогнул от пробежавшего по спине легкого озноба. "Академик" практически подтвердил то, о чем он думал пару минут назад. Словно сам Тэллироун, этот странный город-парк, придавал соответствующий тон размышлениям.

- И все-таки, - не унимался тем временем Ирган, - какие же это правила?

- Терпение, терпение, - широко улыбнулся Лиард, - Например такие, - и он принялся перечислять:

- В жизни иди путем постижения и достижения. Это единственно достойный путь для существа, наделенного волей и разумом.

- Не игнорируй непонятных, непознанных и неприятных явлений и проявлений. Отвергая само их существование, однажды можешь оказаться смят теми Силами, которые за ними стоят.

- Не отказывайся от истории своего народа и не отвергай ошибок предков. Отвергая их ошибки, отвергаешь и их достижения.

- Точно! Ошибки совершает любой! Утверждающий обратное либо лжец, либо полный бездельник! – тут же горячо воскликнул Ирган, перебив собеседника, - Хм… Извините… - смутившись добавил он, заметив взгляд, искоса брошенный на него Лиардом.

Тот кивнул и продолжил:

- Того, кто покушается на твою жизнь в пределах принадлежащей тебе территории, имеешь право уничтожить без промедления.

- Того, кто пытается создать угрозу для твоей жизни или для твоего выбора, пытаясь манипулировать неочевидными обстоятельствами, имеешь право считать очевидным врагом и можешь бороться с ним либо подобными же методами, либо более изощренными.

- На чужую территорию без приглашения не ходи, а будучи приглашенным или выказывай уважение обычаям хозяев или уходи немедля.

- Никогда не решай проблем чужака вместо него. Если ты бывал в подобной ситуации – можешь дать совет, но не делай его работу непосредственно вместо него.

- Не давай непрошеных советов и не высказывай своего мнения о том, в чем ты некомпетентен.

- К собственности другого относись уважительно – он вложил в нее свои силы. Если же ты нуждаешься в чем-то - иди к тому, у кого этого много, и кому может быть интересно что-то, что есть у тебя.

- Не делай очевидных или завуалированных предложений сексуального характера по отношению к тому, кто не подает предрасполагающего знака.

- Не причиняй преднамеренного и очевидного вреда тому, кто заведомо слабее. Исключением может быть лишь тот случай, когда ты вынужден защищаться.

На этом Лиард умолк.

- Это все? – спросил его Ирган после некоторой паузы, когда продолжения так и не последовало.

- В основном. Большинство остальных касаются наших взаимоотношений с Высшими. Их я пропущу, поскольку Высшие Силы, которые курируют наш народ, к вам непосредственного отношения не имеют.

- Курируют? – оба товарища удивленно взглянули на своего собеседника.

- Именно так, - последовал подтверждающий ответ, - Как вы знаете, мы придерживаемся правила никогда не делать вместо кого-либо его работу и не решать его проблем вместо него. Разве что можем дать совет. Такие же отношения у нас и с Высшими. При необходимости мы можем попросить у них соответствующих пояснений или совета, но просить сделать что-либо вместо нас мы не будем.

- Действительно, при таких обычаях Высшие у фйорринов скорее именно кураторы, - молча согласился Ирган и подумал с неожиданным раздражением, - Да уж, это определенно не обычаи нашего мира. У нас Высшие почему-то считаются какими-то няньками, у которых можно постоянно попрошайничать. По крайней мере, большинством тех, кто вообще признает их существование.

Фйоррины же, облаченные по знаменательному случаю в праздничные одежды, тем временем все прибывали. Для двух друзей наряды их представляли непривычный и удивительный, но в то же время странно завораживающий вид. Как это неизбежно бывает, одеждам жителей большого города всегда присуща некая стандартность. Но здесь, почти у каждого горожанина, ее украшали причудливые орнаментные мотивы, придававшие ей собственную неповторимую индивидуальность.

Переплетение красочных извилистых линий, стилизованных изображений зверей и птиц неизбежно привлекало взор и затягивало внимание. Вполне возможно, что их владельцы еще и сознательно добивались такого эффекта, специально предлагая поломать голову, угадывая мотив очередного хитроумного рисунка.

Так Мерк, случайно заглядевшись на один такой орнамент и пытаясь разобрать, что же на нем собственно изображено, совершенно неожиданно для себя обнаружил, как уже с десяток шагов идет за какой-то молодой женщиной. Причем не просто идет, а практически ходит вокруг нее кругами и зачарованно разглядывает все детали, из которых складывается узор ее платья. К своему немалому смущению, понял он это только тогда, когда хозяйка платья остановилась и, явно развлекаясь, в свою очередь с преувеличенным интересом принялась изучать камуфляжные пятна на его униформе.

Хотя, попадались среди жителей города и такие, кто вовсе не добавлял на свою одежду никаких излишеств.

Сумерки продолжали сгущаться на удивление быстро. Когда молодые люди и "академик" находились уже невдалеке от центральной площади города, зажглось уличное освещение и иллюминация. Яркие большие фонари стояли только вдоль главных городских улиц и до небольшой дорожки, по которой шли Мерк, Ирган и Лиард их свет практически не доставал. Здесь среди деревьев веселыми россыпями прятались маленькие цветные огоньки, которые придавали царившей вокруг атмосфере настроение легкой волшебной таинственности. К тому же, со стороны центра города, послышались первые звуки музыки. Они переплетались и сливались между собой столь же причудливо, как и линии на одежде горожан, и в свою очередь изящно дополняли царившее вокруг очарование.

Наконец трое спутников вышли к краю центральной площади. Оказалось, что с крыши здания представительства Департамента Образования просто невозможно было представить ее настоящие размеры. Главная городская площадь была очень велика. И вся была заполнена жителями, явившимися на праздник.

Возле подсвеченного фонтана в центре площади была устроена большая сцена и по старой привычке Мерк и Ирган сразу вознамерились было подобраться к ней поближе. Но Лиард удержал их, вместо этого он направился вдоль края площади, держась позади последних рядов зрителей, и поманил двух друзей за собой. Здесь он гораздо реже попадался на глаза гуляющим и, по всей видимости, именно этого и хотел. Похоже было, что в его планы вовсе не входило отвлекать своих сограждан на неминуемые знаки внимания.

Так они и шли, понемногу огибая площадь по ее внешнему краю и наблюдая за развлекающимися горожанами и представлением, разворачивающимся на сцене. Судя по всему, это была щедро приправленная музыкальным сопровождением грандиозная театрализованная постановка по мотивам каких-то всем известных событий из истории народа фйорринов. И хотя разыгрывавшихся на сцене эпизодов двум друзьям почти не было видно, искусство местных музыкантов и певцов они оценили в полной мере. Никакого слушателя просто не мог оставить равнодушным этот невероятный калейдоскоп сменяющихся ритмов, музыкальных наслоений и умопомрачительных вокальных партий.

- Кстати, Лиард, Вы ведь так и не сказали, что это за праздник, - внезапно оторвался от зрелища Ирган.

- Верно, теперь давайте поговорим и об этом, - и "академик" свернув на одну из дорожек, не торопясь направился прочь от площади, - Народ фйорринов является дальними потомками одной из рас Древних. История Вселенной знает не так уж много примеров, когда кому-либо из Древних удалось обеспечить свое выживание. И особенно мало таких примеров, когда Древней расе удалось сохранить свою экспансивность и стать родоначальницей других, более молодых народов.

- Вашим-то предкам, судя по всему, это удалось? Каким же образом?– тут же заинтересовавшись взглянул в его сторону Мерк.

- Да, нашим предкам это удалось, хотя им и пришлось столкнуться с немалыми сложностями, - кивнул Лиард, - К счастью для их потомков, и для фйорринов в том числе, опыт, получаемый ими при этом, не пропадал зря. Он всегда подвергался подробному анализу и сохранению, и особенно тщательному изучению подвергались ошибки и промахи.

В результате всего этого постепенно вырабатывались принципы наиболее гармоничного взаимодействия с окружающим миром. Абсолютное большинство таких принципов сумели выдержать серьезную проверку временем. Самый же важный можно озвучить так, - он внезапно широко улыбнулся, а в головах друзей раздалось, - Чем сидеть и ждать, пока Вселенная даст тебе пинка, лучше двигаться вперед самому. Пусть даже это будут маленькие шаги.

- Ну, хорошо… - произнес Мерк, тоже невольно улыбаясь и понимая, что такая формулировка выбрана "академиком" специально для них, - И все-таки, что насчет праздника?

- Да. Причем здесь этот праздник? – внимательно поглядывая на рассказчика спросил и Ирган.

- Терпение, молодые люди, все будет ясно по ходу нашего разговора, - и Лиард поднял руку в успокаивающем жесте, - В соответствии с этим правилом сперва наши предки, а потом и большинство их потомков, выбрали тактику постепенного кочевания.

Все дело в том, что любой живой мир с одной стороны стремится к равновесию, а с другой – нуждается в периодическом обновлении. К сожалению, обычно биологическим существам свойственна инертность мышления и замкнутость внимания на самих себя, что отнюдь не способствует привнесению в их мир чего-то нового. Зачастую, чтобы вывести представителей какого-либо мира из такого состояния, должно случиться что-то совершенно неординарное, - "академик" вздохнул, и некоторое время молча шагал, о чем-то задумавшись.

Друзья переглянулись между собой, но на этот раз предпочли не нарушать повисшую паузу. Наконец их собеседник поднял голову и продолжил:

- В свое время нашим предкам едва-едва удалось избежать такого события, сама возможность которого совершенно выходила за рамки их тогдашних представлений о законах, по которым живет Вселенная. С тех-то пор в качестве образа жизни ими было выбрано постепенное перемещение от одного мира к другому. Это позволяет сохранять жизненную силу нашей расы, поддерживать экспансивность, а также увеличивать наш опыт и расширять познания о Вселенной.

"Академик" опять ненадолго умолк погрузившись в свои мысли. Он словно прикидывал, что именно стоит рассказывать своим спутникам.

- Как я уже сказал, каждый живой мир нуждается в периодическом обновлении, а инертность мышления и замкнутость внимания существ, его населяющих, сильно препятствует такому процессу. Высшие же Силы, в чьи обязанности входит кураторство над каким-либо миром, совершенно не заинтересованы в таком положении дел. Поэтому, если сложившийся образ жизнедеятельности биологически активных существ начинает препятствовать необходимому изменению их мира, и если они оставляют без внимания все знаки указывающие на недовольство Высших таким положением дел, то в результате могут быть попросту лишены возможности активного воздействия на процессы в окружающем их мире, - Лиард, пряча усмешку, взглянул на двух товарищей, но те лишь молча слушали, навострив свои уши, и он, кивнув каким-то своим мыслям, продолжил, - Вот и для народа фйорринов наступают времена, когда нам тоже пора подумать о том, чтобы отправиться к другим мирам. Какую форму это примет и куда именно пойдет наша дорога, этого никто из нас еще точно не знает. Но первые признаки того, что этот мир приближается к состоянию гармоничного равновесия и что скоро нам не к чему будет применить в нем свой опыт, уже постепенно проявляются. А вот теперь речь пойдет уже непосредственно о том, что это за праздник.

Он вновь замолк, кинув быстрый взгляд на своих слушателей, а по его губам вновь скользнула немного ироничная улыбка. Но молодые люди твердо решили не поддаваться на провокации и продолжали терпеливо хранить молчание.

- Для того чтобы наш уход был планомерным, чтобы не метаться и не кидаться из стороны в сторону в последний момент, была разработана определенная стратегия и предприняты соответствующие шаги по ее реализации, - продолжил Лиард после минутного молчания, - Как вы уже слышали, одно из наших правил - не соваться к кому-либо без приглашения. Поэтому мы ищем такой мир, которому мы будем нужны. Мир, в котором будет уместно наше вмешательство, и в котором будут востребованы наши знания и опыт. Для этого нами приглашаются эмиссары – представители именно таких, потенциально возможных миров.

- Это случайно не те чужаки, кто сегодня попадался нам среди гуляющих? – как бы мимоходом решил уточнить Мерк.

- Нет, - с совершенно серьезным видом отрицательно покачал головой "академик", – Если среди тех из них, кого вы сегодня могли встретить на празднике, и есть эмиссары из других миров, то они не из числа приглашенных нами. Тут все обстоит немного не так, как вы, похоже, думаете.

Видите ли, эмиссар другого мира приходит в виде существа без физического тела и на это, разумеется, есть свои причины. Во-первых, не всякая раса достигла того уровня развития, когда найден способ путешествовать непосредственно от одного плотного физического мира Вселенной до другого, к тому же такие путешествия достаточно опасны. Во-вторых, представители двух различных миров, встретившиеся непосредственно в своих физических телах, могут попросту не договориться в силу различного способа восприятия и осознания окружающего мира. А в-третьих, перемещения представителей какого-либо мира прямо в присущих им органических телах, особенно массовые, могут серьезно нарушить равновесный баланс Сил во Вселенной.

Именно поэтому эмиссары приходят без органических тел, и уже потом должны получить физическое воплощение.

- И за счет чего же может произойти нарушение… - начал было Мерк, но был тут же бесцеремонно прерван Ирганом:

- Послушайте, но ведь это значит, что эмиссару придется родиться в теле фйоррина?

"Академик" вопросительно посмотрел сначала на одного молодого человека, а затем на другого, словно предлагая им выбрать, на чей вопрос он будет отвечать. Мерк вздохнул и махнув рукой уступил товарищу, в конце концов именно из-за него началось это их приключение. Лиард согласно кивнул и продолжил разговор:

- Да, верно подмечено. Эмиссару придется воплотиться, родиться и вырасти среди нас, а уже затем, при помощи специально отработанных методов, вспомнить тот мир, откуда он пришел. Преимущество такого подхода, например в том, что в этом случае воспоминания эмиссара будут адаптированы к нашему способу восприятия Мироздания…

- А недостатки? - каким-то бесцветным голосом перебил его Ирган.

Мерк удивленно поглядел на своего друга. Тот шел, уставившись прямо перед собой с совершенно отсутствующим видом.

- Так, так… Интересно, тебе что-то пришло в голову или как? - с интересом подумал он.

Лиард же тем временем сделал вид, что не обратил внимания на столь бесцеремонное вмешательство в его рассказ и продолжал:

- Основной же недостаток в том, что при путешествии таким способом эмиссар пребывает в виде очень разряженной энергии. Естественно, после физического воплощения ему будет нужно восполнить свой запас плотной энергетики из той, что присуща биосфере этой планеты, поскольку достаточное количество такой плотной энергетики, является для существа с биологическим телом по-настоящему необходимым. Ведь именно оно, как минимум, наделяет его жизнеспособностью. Но сложность в том, что вновь воплотившийся идет самым коротким путем и восполняет свой запас за счет наиболее доступного источника - за счет биоэнергетического запаса своих родителей. Это сильно опустошает последних, поскольку даже запас двоих родителей с трудом может восполнить потребность вновь воплощенного эмиссара.

- Кажется я начинаю понимать что к чему… - тихо промолвил Мерк, - Этот праздник как-то связан с тем, как можно эту сложность обойти?

- Скорее с тем, как можно облегчить последствия. Потому что, как ее совсем обойти, мы, увы, не нашли, - развел руками "академик", - Такой праздник принято проводить ежегодно. Проводиться он специально для тех, кто двумя годами раньше помог воплотиться очередному эмиссару и хотя особого акцента на этом не делается, все конечно же об этом знают.

Сам праздник дает хороший импульс, позволяющий родителям нового эмиссара частично восполнить затраченный запас энергии. Именно же праздник, необходим потому, что на следующий день после него родители передают попечение над ребенком представителям своего клана, а сами отправляются жить и работать в другие города и то, при каком внутреннем состоянии они расстанутся, имеет очень большое значение.

Впоследствии, в процессе общения, при соблюдении соответствующей дисциплины и при соответствующем обращении с энергиями, они постепенно в достаточной мере восстановят свое энергетическое состояние.

Внезапно он остановился и Мерк вдруг заметил, что они уже когда-то успели сойти с мощеной дорожки по которой ушли с площади. Теперь они стояли где-то посреди города-парка фйорринов, на небольшой поляне со всех сторон окруженной раскидистыми деревьями.

- Это значит, что уехать на время, будет лучшим выходом? - все тем же отсутствующим голосом спросил Ирган, который по-прежнему был погружен в какие-то свои раздумья и похоже даже не заметил того, что пейзаж вокруг него изменился.

- Вы знаете, как поступаем мы. Как поступить Вам, будете решать только Вы, - спокойно и серьезно посмотрел на него Лиард.

Ирган кивнул все с тем же видом и ничего не ответил.

Мерк вздохнул и поднял взгляд вверх. Там, высоко в темном небе, висели россыпи мерцающих звезд и куда-то туда намеревались устремить свой путь фйоррины.

- А вообще, не жаль будет покидать свой мир? - обратился он к "академику".

- "Свой мир"? Вряд ли можно заявлять права собственности на целый мир, - усмехнулся тот, - В свое время он дал приют и место для дальнейшего развития тем, от кого пошел наш народ, и мы ему, конечно же, благодарны. Но этот мир скоро будет нуждаться в обновлении и необходимо освободить в нем немного места для прихода новых действующих Сил. К тому же, того, кто непременно захочет остаться, неволить никто не будет. Так всегда бывает.

- Как насчет нашего мира? Случаем у фйорринов нет желания направиться туда? – Мерк перевел взгляд на "академика".

- Нет. Там нет свободного места для новой действующей Силы, - последовал лаконичный и не вдающийся в подробности ответ.

- Что ж, как я понимаю, основные интересующие вас ответы прозвучали, - добавил Лиард после короткой паузы, - Пришло время прощаться, - и он, повернувшись к двум друзьям, поднял руку в характерном жесте...


Ирган открыл глаза и, морщась, поднялся с земли. Он был на поляне в Эссеме. В голове стоял странный отзвук, как будто кто-то громко хлопнул в ладоши прямо над самым ухом, было зябко, а мышцы неприятно онемели. В нескольких шагах от него у костровища сидел Мерк и трясущимися от холода руками пытался развести огонь. Бледное осеннее солнышко совсем недавно осветило утренний лес и теплом еще не баловало.

Поприседав немного, чтобы разогнать кровь и согреться, Ирган направился к товарищу, сумевшему наконец-то зажечь костер.

- Как по-твоему, что это все-таки было? – спросил тот, после того как закончились первые восторженные эмоции по поводу столь яркого и необычного приключения, - Мы действительно были в этом самом Тэллироуне? Прямо в своих физических телах? Или все-таки это было "соскальзывание" в энергетических телах? И вообще… Может, мы просто уснули, и это был сон?

- Мерк, ты меня удивляешь, честное слово. Сам же прекрасно знаешь, что сон – практически такое же "соскальзывание", только неосознаваемое, - ответил Ирган, продолжая греть озябшие руки над невысоким пламенем, - Да и так ли важно, какую именно форму это приняло? Информация получена, а то, каким образом, роли, по-моему, не играет. Сейчас стоит подумать над тем, что с ней делать.

- Да ладно тебе… Вообще-то конечно знаю… Но что-то голова заторможено работает, наверно мозги замерзли, - слегка улыбнулся Мерк и прищурившись глянул на товарища, - И кстати, может пояснишь, чего это ты так в ступор впал, когда разговор зашел об эмиссарах? Ты что, сделал что-то подобное?

- Да уж… Это вопрос интересный… - задумавшись вздохнул тот, - Видишь ли, мы с женой самого начала настраивались на то, что Сущность, которая воплотится с нашей помощью, будет во всех отношениях более продвинутой чем мы. И в плане обычных способностей и в плане возможностей по работе с энергетикой. Не знаю уж, эмиссар ли это какого-либо мира или нет, но то, что это кто-то потенциально весьма способный, я уверен точно.

- Объясни, - тут же попросил Мерк.

- Ну, это не так просто… Понимаешь, я же не знал толком, кого конкретно ищу и на что мне настраиваться, - развел руками Ирган, - Поэтому я сначала долгое время просто сидел в состоянии "внутренней тишины" и сосредотачивался на той идее, что я ищу кого-то, кто по своим способностям будет лучше меня и кто захочет воплотиться в этом мире. Постепенно я стал замечать, что образовалась какая-то очень тоненькая ниточка, тянувшаяся настолько далеко вверх, что у меня не хватало вообще никаких способностей понять куда именно. Но одновременно с этим я стал замечать, что откуда-то знаю все то, что мне предстоит делать дальше, - отогревшись, он встал и с удовольствием потянулся.

- Ты не отвлекайся, давай-ка, - заявил Мерк продолжая внимательно его слушать.

- Дальше мы с женой старались не терять благоприятного для нас эмоционального настроения, стали очень экономно относится к энергетике находившейся в нашем распоряжении, и стремились по пустякам ее не разбазаривать. Попутно я наладил несколько каналов-связей с различными энергоинформационными структурами объединяющими тех Идущих, которые занимаются отработкой наиболее перспективных, на мой взгляд, способов манипуляций с биоэнергетикой, и, кстати, с некоторыми религиозными тоже, - Ирган усмехнувшись глянул на друга.

- Ну-ну, - скептически хмыкнул тот, - ближе к делу, пожалуйста.

- Что, со всеми подробностями? - Ирган иронично приподнял брови.

- Ладно уж, самые интимные можешь оставить себе, - и Мерк, тоже распрямившись, с нарочито покровительственным видом похлопал его по плечу.

- Ну, тогда вообще-то в принципе все, - пожал плечами его товарищ, - Могу только добавить, что на энергетическом плане в итоге это все выглядело так, словно мы попали в какой-то мощный вихрь, зародившийся где-то высоко вверху и затем вошедший в мою жену. Причем, попутно он утянул часть энергетики с тех энергостурктур, с которыми я наладил связи, да и львиную долю моей собственной тоже.

- Да уж, нифига себе у вас развлечения, молодой человек... - удивленно покачал головой Мерк, - Что ж, как известно, результат во многом определяется поставленной целью... Так как ты теперь думаешь поступить?

- Не знаю, - тяжело вздохнул Ирган, - Надо бы сосредоточиться и попробовать просмотреть варианты развития событий, но что-то никак не получается. Такое чувство, будто каждый шорох в этом лесу во мне отдается. Отвлекает постоянно… Сейчас бы в какое-нибудь другое место, где шевелений не так много.

Несколько мгновений Мерк молча глядел на него, а затем со словами:

- Набери воды и залей костер. Мы уходим, - сунул в руки котелок из-под каши, после чего, не тратясь на дальнейшие пояснения, залез в палатку и принялся выкидывать из нее вещи.

Через десяток минут рюкзаки были уже упакованы и молодые люди отправились в обратный путь к платформе монорельсовой дороги. Лишь только остававшаяся примятой трава и засыпанное мокрой землей костровище указывали на то, что этой ночью на поляне кто-то останавливался.

К вечеру того же дня они без проблем добрались до большого озера, которое, по словам Мерка, называлось Лоти-Деш. С одного берега к нему прилепился небольшой курортный городок, принадлежавший одной из корпораций, а с других сторон значительная часть озера и прибрежного леса приходились на территорию национального парка.

Сунув одному из работников курорта несколько купюр и получив взамен во временное пользование одну из прогулочных лодок, Ирган и Мерк направились к самому крупному из островов видневшихся на темной водной глади. На нем и было решено провести три свободных дня, остававшихся в их распоряжении.

В эти дни друзья общались только когда готовили пищу и пока ее потом ели. Остальное время и Мерк и Ирган с общего согласия в одиночестве бродили по острову и "переваривали" вновь полученную информацию. Каждый из них работал с биоэнергетикой самостоятельно и без просьбы не лез к другому ни с вопросами, ни с советами.

Вот и теперь, к вечеру третьего дня, Ирган пропадал где-то в глубине острова, а Мерк валялся возле палатки на берегу заткнув уши наушниками плеера и, глядя на озеро, предавался своим невеселым размышлениям.

В первый же день пребывания на этом месте он погрузился в состояние "внутренней тишины" и долго перебирал события последних месяцев, пытаясь уловить такой знаковый момент, который помог бы ему понять, куда направить свой Путь в дальнейшем.

Судя по всему, ему стоило предпринять нечто похожее на то, что было сделано Ирганом. Но для мероприятия подобного рода сначала предстояло найти такую девушку, которая была бы не чужда хоть каких-то манипуляций с биоэнергетикой, и наладить с ней постоянные отношения. А уж если все склеится, то впоследствии, вместе с ней, можно было и попробовать помочь воплотиться новой Сущности. Однако среди тех, с кем он на данный момент общался, не было такой особы, которая была бы заинтересована в чем-то подобном, что и приводило молодого человека в некоторое замешательство.

Так он и болтался в эти дни от одного берега острова до другого и маялся от неопределенности, пока, наконец, к окончанию третьего дня такое состояние его совершенно не достало и, не найдя ничего лучшего, он решил ожидать появления "следа Духа".

В отличие от него, Ирган похоже подошел к делу более серьезно. Он целыми днями где-то подолгу пропадал и Мерк иногда натыкаясь на своего друга видел, как тот или сидит погрузившись в состояние "внутренней тишины" или выполняет какие-то одному ему понятные манипуляции. Но вот, наконец, и он вышел к берегу и, подойдя к палатке, сел рядом с лежавшим возле нее Мерком.

Бесцеремонно выдернув из уха своего товарища один наушник, Ирган воткнул его в свое.

- А, опять "альтернатива"… Чего от тебя еще ожидать… - прокомментировал он, услышав лихие гитарные "запилы" и дробные раскаты ритм-секции, - Вообще, от вас, "альтернативщиков", скоро уже деваться некуда будет. Вон, в отпуск когда уходил, на работе какая-то особа объявилась, тоже вечно вся в черном ходит… Тоже поди "альтернативщица"…

Мерк коротко усмехнулся и ничего не ответил. Пауза затягивалась.

- Ну что? Ты что-нибудь решил? Что делать-то будешь? – наконец спросил он приятеля после молчания.

- До сих пор точно не знаю… По всем признакам действительно надо уезжать. Но вот куда? Что-то никак понять не могу … Наверное скоро должен появиться "след Духа". Не пропустить бы, - откликнулся Ирган возвращая ему наушник и принимаясь лениво кидать шишки в ближайшую сосну.

- Ну надо же, - расплываясь в улыбке подумал Мерк, - Что-то очень знакомые мысли…


***

Летательное средство, на котором прибыл посол д`хагонов, по-прежнему пребывало там же, где тот его и посадил - на самой границе огромной болотистой равнины лежащей на значительном удалении от обитаемых районов. Впрочем, если судить по состоянию аппарата, то "посадил", это было громко сказано. Больше бы подошло "продержал в воздухе ровно столько, чтобы упасть на твердую почву, а не в это самое болото".

- Странно, неужели досточтимый посол, ну или кто там еще подготавливал его посадку, настолько просчитался в своих расчетах? – удивленно осматривал Властитель Срединных Земель корпус необычного аппарата накренившегося под откровенно неестественным углом.

Определить, сможет ли теперь это устройство подняться в воздух, по внешнему виду было совершенно невозможно.

Нидуммунд перевел взгляд на сидящего в сторонке Джах Х`вея. По внешнему виду д`хагона было также непонятно, огорчен ли тот состоянием своей посудины или в принципе-то с той все в порядке. Впрочем, по его внешнему виду вообще редко когда можно было что-либо определить с достаточной долей уверенности.

Но одно, пожалуй, утверждать было можно. То, что посол так смело оставил свой аппарат под присмотром людей Главы Смотрителей, и впрямь могло косвенно подтверждать то, что он посчитал тех, кого встретил, за представителей цивилизации возникшей в этом мире при содействии разыскиваемых им д`хагонов.

- Хотя нет, вряд ли он в порядке, - еще раз взглянул на черную поверхность корпуса Властитель, - Не стал бы тогда посол просить о другом средстве для своего перемещения. О содействии в поисках или об охране - может быть, но не о другом транспорте.

- Джах Х`вей, похоже, твое приземление было не из мягких? – больше приличия ради, поскольку любому разбирающемуся это и так было понятно с первого взгляда, поинтересовался он, подходя к д`хагону.

- Совершенно так, Властитель. В исходной информации определенно не хватало сведений оказавшихся впоследствии весьма существенными, - равнодушно согласился тот.

- Но ты как будто не слишком опечален его судьбой? – указав на аппарат, черневший около границы болота, усмехнулся Нидуммунд, - Наверное, ты из тех, кто как, к примеру, и Властительница Ниннурсах, считает, что не стоит переносить на механические устройства ту эмоциональную привязанность, с которой мы относимся к существам живым? Мол, это неизбежно завлекает нас в ловушку таких отношений, когда уже и живых начинают оценивать по меркам, предназначенным для механизмов.

- Чрезмерное использование технических приспособлений действительно способно увлечь в весьма опасных направлениях, - с важным видом покивал д`хагон, - И им действительно присущ серьезный недостаток.

- Что-то я не понял хода твоих мыслей, Джах Х`вей, - озадаченно посмотрел на него правитель.

- Они способны одинаково успешно выполнять свои функции как для того, кто совершенно отчетливо понимает и принципы их действия и последствия применения, так и для того, кто лишь научился воспроизведению некоторых манипуляций с целью получения соответствующего результата. Поэтому на них воистину не стоит излишне полагаться…

- О-о-о! - тяжело вздохнув подумал Властитель Срединных Земель, - Похоже мы просто говорим о разных вещах, - однако не стал пускаться в разъяснения, а, прикрыв ладонью глаза от солнца, еще раз осмотрел горизонт.

Сегодня Эллаль должен был прислать "Буревестник", один из тех вооруженных десантно-транспортных аппаратов, применение которых в этом мире так и не потребовалось, но который по указанию Властителя Небес был оставлен в личное распоряжение Властителя Мира.

То есть на данный момент – в личное распоряжение самого Эллаля.

Так что именно на "Буревестнике" д`хагону и выделенным для его сопровождения людям после прояснения последних деталей предстоящей операции наконец-то предстояло отправиться на свои поиски. Но для начала послу понадобилось забрать какое-то оборудование еще остававшееся в его корабле и именно поэтому место для рандеву пришлось назначить возле этого самого болота.

В очередной раз отмахнувшись от назойливых насекомых, так и норовивших сегодня поживиться за его счет, Властитель Срединных Земель бросил озадаченный взгляд на тех смотрителей, которые караулили здесь д`хагоновский аппарат с самого дня приземления. Эти четверо представителей молодой расы, той самой, что была создана благодаря столь памятному предложению Нидуммунда, преспокойно сидели возле своего костра и готовили какую-то незамысловатую похлебку, и их, казалось, местные кровососы игнорировали абсолютно. Удивленно пожав плечами, Властитель вновь обратился к послу:

- Джах Х`вей, кстати Ниннурсах поведала мне подробности состоявшегося между вами разговора. И в связи с этим мне хотелось бы задать тебе кое-какие вопросы.

- Властитель тоже считает, что озвученный мною метод является чрезмерным по своей жестокости и потому неприемлем? - холодно поинтересовался тот.

- Данный аспект мне бы сейчас обсуждать не хотелось, - уклонился от ответа Нидуммунд, - Меня больше интересует твое мнение вот в связи с чем:

В вашем разговоре с Властительницей ты упомянул, что устремление, служащее истинной подоплекой для всех деяний живых существ, создает такое основополагающее направление, которое будет вести их от тех, кому не хватает Пыли Жизни, к тем, в чьем распоряжении окажется наиболее интенсивный ее источник.

Означает ли это, что если два сообщества существ оказываются связаны узами крови, то указующим звеном обязательно становится то из них, в распоряжении которого оказывается более интенсивный источник Пыли Жизни, а у второго не остается иного выбора, кроме как последовать по пути первого?

Медленно повернув голову в сторону Властителя Срединных Земель и не торопясь, словно пытаясь угадать, чем вызван такой интерес, посол д`хагонов окинул его внимательным взглядом и произнес:

- Подобное устремление действительно создает предопределенность. Но действенная сила таковой не всегда является неоспоримой.

- О, Джах Х`вей! Можно ли как-нибудь более предметно? - недовольно поморщился Нидуммунд.

- Догматичность воззрений, разделяемых представителями второго из упомянутых тобой сообществ, Властитель, вполне может послужить препятствующим обстоятельством. Иногда данное обстоятельство способно полностью свести на нет возникшую предопределенность и, соответственно, при этом второе сообщество не последует по пути первого.

- Ага. Значит в таком случае оно будет балластом болтаться у него на хвосте… Причем в нашем случае такой балласт это конечно же мы, - пробурчал Нидуммунд, и с недовольным видом принялся расхаживать взад-вперед по поляне.

- Балласт это груз не имеющий ценности. От него избавляются сразу, как только принимают груз полезный, - бросил он в ответ на непонимающий взгляд посла, - А вообще тебя послушать, досточтимый Джах Х`вей, так наше присутствие в этом Мире есть вообще одна сплошная неприятность. И что бы мы ни сделали, так это лишь усугубляет ситуацию!

Д`хагон, на которого недовольство собеседника как обычно не произвело особого впечатления, довольно длительное время молча смотрел на его перемещения, а потом поинтересовался:

- Как я понимаю, Властитель, твой интерес вызван тревогой за будущее своего собственного народа? – и, не дожидаясь подтверждения, заявил, - Подобная обеспокоенность достойна одобрения, но не стоит воспринимать все сказанное мною столь болезненно. Мироздание знает гораздо, гораздо более непривлекательные примеры сообществ живых существ. В частности среди них имеются и такие, которые в своем образе жизни опустились до самых настоящих паразитических повадок. И хотя доведись тебе самому лицезреть их, ты вряд ли смог бы определить это с первого взгляда. Их технология весьма развита, они овладели способами межзвездных странствований, а внутреннее обустройство их сообщества практически бесконфликтно. И, тем не менее, это все-таки паразиты.

Их образ существования строится на том, что они, перебираясь от одного Мира к другому, подыскивают такой, который придется им по нраву, а затем связывают себя с кем-либо из его обитателей узами крови. Поскольку свой родной Мир они уже давно привели к гибели и потеряли, то их Тиран, конечно же, перемещается вместе с ними, а его источником Пыли Жизни служит всякий встречный Мир, к которому они сумеют привязаться. К несчастью для обитателей такого Мира сами принципы, на которых основывается жизнедеятельность сообщества этих существ, таковы, что, следуя им, они постепенно и очередной Мир доводят до полного истощения, и вновь оказываются перед необходимостью отправляться на поиски нового.

В самом начале подобного образа своей жизни, они еще имели глупость требовать от коренного населения какого-либо встречного Мира, чтобы те приняли их своими правителями, но в последствии, похоже, просто решили, что иного способа существования для них нет…

- Но почему, Джах Х`вей? Почему ты считаешь, что потребовать подчинения от населяющих какой-либо Мир было бы глупостью? – перебил посла Властитель Срединных Земель, чье внимание невольно оказалось захвачено новым рассказом, - Требуют же подобного те, кто ведет захватнические войны. И порой не без успеха.

- Ни один Тиран Мира добровольно не сдаст своих позиций, Властитель, поскольку его Мир это его источник Пыли Жизни, и к этому источнику он привязан.

Он обязательно будет сопротивляться всякому, чьи действия смогут лишить его этого источника, и единственное, что может изменяться, это форма возникающего сопротивления. Но как бы не велась завязывающаяся при этом война, количеством применяемых хитростей и уловок, или количеством открыто противостоящих друг другу особей, вестись она будет всегда и продолжаться будет до последнего. А поскольку все существа, принадлежащие какому-либо Миру, в той или иной степени подвластны Тирану такого Мира, то среди них всегда найдутся и такие, которые ни при каких условиях не согласятся добровольно принять власть любых новоявленных претендентов.

Прими же противостояние форму открытого столкновения, ни о каком добровольном принятии после этого вообще нельзя будет вести никакой речи. К тому же это неминуемо повлечет за собой жертвы. А здесь начинает сказываться то, что Тиран упомянутого мною сообщества существ путешествует вместе с самим этим сообществом. Это означает, что он очень зависим от этих существ, поскольку они являются для него единственными непосредственными поставщиками Пыли Жизни, и каждая особь будет для него обладать очень большой ценностью. Другими словами, он просто не может себе позволить терять их без крайней необходимости.

Так что, как ты понимаешь, Властитель, открытая борьба за власть над очередным Миром - не для него. А при таких условиях требовать подчинения от любого встречного Мира есть действительно глупость. Любыми неочевидными манипуляциями возможно лишь осуществить необходимые приготовления, самого же истинного захвата власти без открытого столкновения не бывает. Поэтому все, что он может себе позволить, это по мере возможности вытягивать из него то, что ему необходимо, и в первую очередь, конечно же, вытягивать из него Пыль Жизни.

- Да уж, прямо кровопийцы какие-то, - усмехнулся Нидуммунд, ловким хлопком прибив очередное насекомое вздумавшее расположиться на обед на его шее, - Должно быть таких существ весьма и весьма не жалуют и теплых чувств к ним не испытывают?

- К паразиту можно испытывать какие угодно чувства, ему самому это совершенно безразлично. Он просто существует за счет жизненной силы того, в чье тело сумел внедриться, не выполняя при этом для носителя никакой полезной функции. И единственное, что его, пожалуй, способно по-настоящему обеспокоить, так это окончательная гибель последнего, - спокойно заметил на это д`хагон, - Именно поэтому, как только эти существа замечают первые признаки того, что очередной Мир истощен, они устремляются к новому. К сожалению, для Мира покинутого ими это облегчения не приносит.

- То есть, как? – удивленно вскинул брови правитель, - Как же может не приносить облегчения избавление от паразита?

- В этом случае все вовсе не так просто как в случае с обычным паразитом, Властитель. Ты наверняка помнишь, что всякое сообщество существ, помимо пребывающих в телесной форме и представляющих собой его активно действующую часть, включает в себя также и таковых, что пребывают в бестелесной форме и что заинтересованы в любом доступном источнике Пыли Жизни.

Поэтому в то время когда существа, представляющие собой активную часть этого сообщества, вместе со своим Тираном отправляются к следующему Миру, другая их часть, те, что пребывают в бестелесной форме, не спешат покидать прежний Мир до тех пор, пока могут урвать из него хоть какую-то часть Пыли Жизни.

Помимо прочего, после них в наследство обитателям покинутого Мира остается соответствующая система жизненного уклада, сложившаяся под влиянием именно этих существ. А все подобные системы в первую очередь выполняют те задачи, которые отвечают интересам их создавшего. В данном случае первоочередная задача такой системы - поставлять Пыль Жизни Тирану этих существ. И в большинстве случаев она продолжает выполняться до тех пор, пока они не сумеют привязаться к очередному приглянувшемуся им Миру.

- Н-да, весьма неприятные твари... Даже не просто кровопийцы, а что-то гораздо более худшее. Не хотелось бы с такими повстречаться, - задумчиво промолвил Властитель Срединных Земель, и вдруг неожиданная мысль молнией сверкнула в его голове, - Интересно только, откуда наш уважаемый посол столько про них знает?!

А не о своих ли это родственничках он рассказывает? Уж не они ли это выродились до подобного образа жизни? - подозрительно покосился он на д`хагона, - Ведь если верить словам этого Джах Х`вея, то где-то поблизости обретаются и другие д`хагоны, вместе с которыми он "прибыл к пределам этого Мира". Но почему-то в сами "пределы этого Мира" из них спустился только вот он один. В принципе как раз походит на случай жертвы, принесенной из-за крайней необходимости…

Или просто д`хагоны нашли, как даже таких существ можно использовать в своих интересах? Или… Или еще что-то? – Нидуммунд устало вздохнул, - Нет, я с этой ящерицей себе точно все мозги сломаю… Ну, Эллаль, ну удружил!

- ...Так что, Властитель, как ты можешь заметить, представители вашего сообщества в свете всего сказанного выглядят куда как более привлекательно, поскольку вы пытаетесь привить своим подданным в действительности полезные навыки, - подытожил тем временем Джах Х`вей, - Те же существа не имеют вообще никаких шансов выбраться из той западни, в которую сами себя загнали. Связываясь с каждым новым Миром узами крови и впоследствии доводя его до истощения, они лишь увеличивают то количество существ, что, оставаясь после гибели такого Мира, переходят в число бестелесных, и что огромным хвостом тянутся за ними через всю вселенную.

Что же касается непосредственно вашего будущего, то, не учитывая того, что для этого Мира ваше появление воистину является чужеродным вмешательством, вы не сможете выстроить какой-либо выигрышной стратегии.

- Ничего. По крайней мере, мы то, в отличие от наших противников, можем воздействовать на ситуацию более непосредственно. И еще можем поискать, как нам нейтрализовать это созданное ими устремление, - ответил Нидуммунд и, бросив на него еще один косой взгляд, упрямо повторил, - Ничего, еще посмотрим! При любой войне историю пишут победители!

Однако посол оказался не вполне согласен с таким заявлением.

- Не менее часто оказывается и так, что в конечном результате историю пишут те, кто понес наименьшие потери. Или вовсе те, кого просто больше уцелело, - покачал он головой, - Именно таковые оказываются на первых ролях после того, как прослушав восторженные речи в свою честь, победители удаляются зализывать полученные раны…

Внезапно свистящий звук бичом ударил по перепонкам и, вынырнув из-за ближайшего холма, над ними на бреющем полете пронесся давно ожидаемый "Буревестник". Развернув буквально "на пятке" проскочившую чуть дальше машину, пилот сбавил тягу двигателей и, выпустив посадочные опоры, быстро пошел на снижение по направлению к поляне. Едва аппарат мягко коснулся земли, тут же смолкли турбины и машина, чуть покачнувшись, замерла как вкопанная. В повисшей тишине открылся бортовой люк, и оттуда один за другим выпрыгнули Эннубиаш и еще один представитель руководства службы смотрителей. Оба дружно отсалютовали Властителю Срединных Земель и с довольными лицами вытянулись, словно на параде.

- Позеры, - усмехнулся про себя Нидуммунд.

Действия, продемонстрированные прибывшим "Буревестником", являлись ни чем иным как классическим заходом на цель на сверхнизких высотах для последующей высадки боевой группы. Маневр этот являлся академическим, а чистота его исполнения оценивалась во время выпускных экзаменов для всех пилотов. Нынче же все это, по всей видимости, должно было в первую очередь продемонстрировать, что управлявший аппаратом экипаж, не смотря на то, что вылеты теперь производились чрезвычайно редко, по-прежнему не утратил своей сноровки.

- Что ж, досточтимый посол, - обернулся Властитель к д`хагону, - Можно загружать необходимое оборудование. Понадобится ли тебе наше содействие?

- Такой надобности нет, - быстро откликнулся тот и направился к своему аппарату.

Ничего особенного д`хагон вроде бы не сделал. Ничего не нажимал, ничего не касался и не произносил каких-либо кодовых фраз. Но едва он вплотную приблизился к корпусу, как в поверхности последнего образовалось круглое отверстие вполне подходящее по размеру для того, чтобы посол мог спокойно проникнуть внутрь.

Покосившись на только что прибывших смотрителей, правитель отметил на лицах обоих напряженное любопытство.

- Что ребятки, тоже хорошая демонстрация? - мысленно с ехидцей поинтересовался у них Нидуммунд, - Вот вам и лишний повод подумать, чего стоит наша машинерия против их.

Тем временем д`хагон уже покинул свой аппарат, неся в руках небольшой металлический по виду ящичек, а входное отверстие в корпусе сомкнулось позади него так, словно его никогда и не было.

- Джах Х`вей, это и есть твое оборудование? - с неприкрытым сомнением поинтересовался Властитель у приближающегося посла.

- Все, что необходимо, - с серьезным видом подтвердил тот.

- И можно взглянуть?

Мгновение поколебавшись, д`хагон раскрыл свой ящик и Нидуммунд увидел внутри него семь закрепленных в специальных пазах кристаллов.

- И как же действует подобное оборудование? - спросил он, немного помолчав.

- Властитель, принципы его действия несколько сложны. Их пояснение потребует значительного времени. А мне не хотелось бы заставлять твоих подданных попусту тратить время в ожиданиях, - изображая предупредительно вежливый жест отказа, отозвался посол, - Возможно, мы обратимся к данному вопросу в другой раз и в более подходящей обстановке?

- Как пожелаешь, Джах Х`вей, как пожелаешь... - скользнул по нему испытующим взглядом Властитель и, обернувшись к ожидавшим смотрителям, отдал распоряжение к отлету.

Проследив, как стремительно набравший скорость "Буревестник" превратился в едва заметную точку, вскоре вообще растворившуюся вдали, он повернулся к своим сопровождающим, замершим в ожидании дальнейших распоряжений.

В принципе необходимости дольше задерживаться в этом месте не было. Тем более что ему еще предстояло составить отчет о прошедших событиях для Властителя Мира. И с этим делом, пожалуй, затягивать не стоило.

Но для начала очень хотелось привести свои мысли в порядок и отобрать из всей имевшейся на данный момент информации самое главное.

Сделав ожидающим указаний знак, пока не торопиться с отбытием, Нидуммунд дошел до ближайшего невысокого пригорка и поднялся по его склону. Открывшегося вида вполне хватало, чтобы оценить размеры раскинувшегося впереди болота.

Вообще, существование болота столь большого и настолько насыщенного влагой было для данных мест явлением не вполне обычным. Его возникновение, скорее всего, было одним из последствий тех самых, произошедших не столь давно, катастрофических событий. Со временем ему конечно же суждено было исчезнуть, но сейчас равнинная поверхность с ковром сочной зелени и проглядывавшими кое-где блюдцами открытой воды простиралась, казалось, до самого горизонта.

Оторвавшись, наконец, от лицезрения пейзажей, правитель уселся прямо на землю и погрузился в размышления:

- Итак, что же в конечном итоге удалось разузнать от этого д`хагона и что мы с этого имеем?

Перво-наперво, это конечно то, что он обозначает как Тиранов Миров. Некоего особого рода существа, или силы, властвующие над Мирами, причем, каждый – над своим, и имеющие возможность влиять на действия каждого существа в пределах своих владений. А так же нуждающиеся для своей деятельности в некоем специфическом веществе, обозначенном как Пыль Жизни.

Отсюда вытекает следующее: если Тиран нашего старого Мира стал заинтересован в том, чтобы заполучить новые владения, то это значит, что в его прежних владениях для источника этой самой Пыли Жизни возникла реальная угроза. Соответствует ли это действительности?

Так. Что служит таким источником? Тиран есть существо, являющееся хищником по своей сути, и как для всякого хищника источником Пыли Жизни для него будут прочие живые существа. Но с этим в нашем старом Мире, хотя подавляющее число таковых и представляли сами люди, в принципе-то проблем не было. Тогда почему?

Ага, но у нас были проблемы кое с чем другим. У нас были проблемы с растительной составляющей Мира. Долговременные боевые действия и безудержная разработка ресурсов, необходимых для их ведения, все это действительно нанесло непоправимый урон данной части того Мира. А вот те живые существа, которые служат источником Пыли Жизни для хищников, получают свою долю Пыли Жизни как раз таки от растений... Да. Либо в силу своих особенностей вынуждены целиком получать ее от растений, либо, как мы сами, являющиеся универсальными по своему способу питания, могут получать от них некую ее часть.

Получается, что источником Пыли Жизни для Тирана нашего старого Мира в основном являлись мы сами... для нас же... Для нас, по всей видимости, таковым источником в основном являлась пища. Поскольку уж, в отличие от прежних хозяев этого Мира, мы не практиковали какие-либо иные способы для получения этой самой Пыли Жизни... Но вот содержала ли наша пища ее в должной мере?

Без сомнения, что и в растениях, выросших в естественных для себя условиях, и в животных, питающихся кормом из таковых растений, содержание Пыли Жизни будет наличествовать в достаточной степени. Но у нас натуральная пища составляла рацион лишь у самых привилегированных. Для прочих же возникающие затруднения вполне разрешала замена аналогами, синтезированными в искусственных условиях. И получается, что хотя с едой, как таковой, особых проблем не было, но Пыли Жизни в ней почти и не содержалось.

- Что ж, картина вырисовывается достаточно правдоподобная. Вполне понятно, что при таких условиях Тирана нашего старого Мира привлек более заманчивый источник Пыли Жизни, - удовлетворенно подытожил Властитель Срединных Земель, - Интересно вот только, почему такой привлекательной целью стал именно этот Мир…?

- Кстати об этом Мире. Какое же положение вещей мы имеем в нем?

Значит, на данный момент раса существ, созданных нашими усилиями, является основным поставщиком Пыли Жизни для Тирана нашего старого Мира.

Означает ли это возможность того, что мы сами особенной ценности для него больше не представляем, и что при необходимости он вполне может себе позволить бросить нас на произвол судьбы?

Что ж, вряд ли д`хагоны называют Тирана Мира именно Тираном исключительно ради впечатляющего словца. Придется принять во внимание и такую возможность.

Чем же вообще существа плотские, или телесные, как говорил этот Джах Х`вей, ценны для Тирана?

Первое, это конечно же как источник Пыли Жизни. На этих позициях мы в проигрыше, и приходится это признать. Существа новой расы, в отличие от нас, действительно часть Мира этого, они с ним повязаны и, соответственно, для Тирана нашего старого Мира предпочтительнее, чем мы.

Что второе? Второе, пожалуй, то, что существа плотские для Тирана есть средство для регулирования соотношения Мер-Кха-Бхоа в подвластном ему сообществе. Но для этого такие существа должны в первую очередь размножаться. Только в этом случае будет уменьшаться доля Мер, составляемая бестелесными существами утратившими свое Кха, и будет увеличиваться доля телесных существ, поставляющих Пыль Жизни своему Тирану.

Да уж, опять мы не в выигрыше... – Властитель Срединных Земель удрученно вздохнул, - Эти существа помимо того, что вообще плодятся воистину невероятными темпами, так еще и, в отличие от нас, не имеют в этом отношении никаких ограничений, вызванных моральными обычаями или принятыми законами.

Стоп. А не поэтому ли так резко прекратились беспорядки в нашем старом Мире после того, как нами была создана эта новая раса? Неужели просто потому, что его Тиран получил возможность переводить подвластных ему существ из числа существ бестелесных в число существ плотских более простым путем? То есть - задействуя их, и минуя нас. И в результате нас самих просто оставил в покое?

Хм, оставил в покое... Оставил в покое по причине ненужности?! - от столь неожиданного вывода у правителя на мгновение перехватило дыхание, - Мы что, собственноручно создали тех, из-за кого теперь сами остаемся не у дел?! А что будет затем? Ведь все, что более бесполезно, отмирает!

Проклятье! И подумать только, ведь это я сам и предложил их создать! - и он похолодев скрипнул зубами от отчаяния, - А ведь какой удачной находкой это казалось на тот момент! Сколько проблем сразу решало...

- Так, спокойней, спокойней, - и Нидуммунд несколько раз глубоко вздохнул, стараясь унять свои тревожные мысли, - Неужели совсем нельзя ни на чем сыграть? Что еще может представлять ценность для Тирана Мира?

Значит, Тираны у нас занимаются взращиванием Древа Жизни... Пусть даже в случае нашего Тирана это новое Древо в условиях чужого Мира...

И при этом он естественно сталкивается с трудностями... При успешном же преодолении этих самых трудностей его Древо Жизни будет расти и развиваться, а история всего этого процесса будет отражена в памяти Тирана, в его опыте...

Вот оно! Опыт. Вот что еще будет представлять ценность. Гораздо проще взращивать что-либо при содействии тех, кто уже имеет некоторое представление и о необходимом результате и о возможных трудностях. Так что, при нашем непосредственном содействии молодая раса сможет избежать очень многих неприятностей, а Тиран, соответственно, будет при этом использовать получаемые ресурсы более целесообразно.

Значит, пока их опыт не сравняется с нашим, мы ценность все-таки представляем и совсем без поддержки Тиран нас оставить не должен.

Вот только это самое "пока"... Звучит как-то не слишком обнадеживающе…

Ну что же, значит, нам есть, о чем всерьез побеспокоиться. Значит нужно успеть найти выход из этой ситуации до тех пор, пока Тиран нашего старого Мира совсем не утратил к нам интереса. Как там выразился этот д`хагон? "Выстроить выигрышную стратегию"? Вот именно этим нам и надо заняться.

Поднявшись, Властитель Срединных Земель отряхнул одежду и не спеша направился к ожидавшему его эскорту. Перспективы вырисовывались далеко не радужные. Предстояло разрешить весьма серьезную проблему: с одной стороны содействие новой расе отныне было бесспорной необходимостью, но с другой – это содействие нужно было каким-то образом обернуть на пользу своему собственному народу, и к тому же – успеть уложиться в срок.

Но для начала надлежало в обязательном порядке устранить влияние оказываемое на их новых подданных прежними хозяевами этого Мира, и прежде всего – нейтрализовать так успешно созданное теми устремление.

- Что ж, такое влияние, которое древняя раса способна оказывать на них на данный момент, имеет значительный недостаток. Указания, получаемые при непосредственном общении, и которые как раз и можем давать им мы, имеют несоизмеримо большую четкость и ясность, - продолжал размышлять на ходу правитель, - Так что, не захотят следовать нашим указаниям – пусть попробуют действовать самостоятельно, на основании советов старых хозяев этого Мира. Посмотрим, насколько верно они смогут понимать их и насколько их действия станут соответствовать устремлениям их Тирана. В конце концов, мы им подавать все на блюде не обязаны, а они, по всей видимости, один раз уже в этом не преуспели...

Подойдя поближе к поляне он с легким неудовольствием отметил, что почти все его люди сидят перед костром вместе с присматривавшими за д`хагоновским аппаратом смотрителями, а некоторые, видно чтобы не терять времени даром, еще и угощаются уже приготовленным варевом.

Нет, решив не повторять заново прежней истории и не делать из своих новых подданных очередную "низшую касту", Властители Земель конечно же старались, чтобы отношение к тем было соответствующее, но и возникновение эдаких панибратских отношений между его людьми и представителями молодой расы Нидуммунду тоже почему-то не особенно нравилось.

Завидев своего правителя люди, составлявшие эскорт Властителя, повскакивали с мест и, получив соответствующие указания, стали готовиться к отъезду. Четверо же караульных, хоть и не принявшие участия в поднявшемся оживлении, также почтительно поднялись при его приближении и продолжали стоять, внимательно на него посматривая. Объявив им, что они остаются на этом месте и продолжают исполнять распоряжения, полученные от Главы Смотрителей, Нидуммунд отпустил их. Тут же вернувшиеся к своему костру смотрители спокойно продолжили трапезу, а Властитель Срединных Земель принялся осторожно за ними наблюдать.

- А ведь в них должно быть что-то такое, что роднит их с нами. Ведь, в конце то концов, они в некоторой степени тоже являются частью того Мира, откуда пришли мы. Как-то же это должно проявляться… Но почему же я не чувствую в них чего-либо близкого? Или может, та часть, которая делает их родственными нам, не столь и велика? И что это вообще за часть?

- Хотя, пожалуй, здесь все достаточно просто, - тут же улыбнулся он своей догадке, - Если для Тирана нашего старого Мира эти существа являются таким орудием, посредством которого он получает необходимую ему Пыль Жизни и уменьшает долю Мер в подвластном ему сообществе, тогда и роднить их с тем Миром будет это самое Мер. Ведь Пыль Жизни-то они собирают в этом Мире…

- Мер… - словно внезапно споткнувшись остановился ход его мыслей. И немедленно переключился в иное русло, - То самое Мер, которое состоит из бестелесных существ, потерпевших неудачу в соперничестве за долю Пыли Жизни!

Уж не в этом ли корень того, что они всякий раз, едва почувствовав себя достаточно уверенно, так упрямо отказывались следовать нашим указаниям и с такой готовностью следовали словам служителей богов древней расы? И чем сильнее мы на них давили, тем больше они упорствовали. Неужели это в них говорит некое стремление взять над нами реванш? Неужели, потерпев неудачу в нашем старом Мире и получив новый шанс в Мире этом, они сами теперь стремятся занять главенствующее положение?

Но действительно ли то, кем они были до того, как влились в это самое Мер способно давать себя знать ныне? А насколько сильно? Пожалуй, этот вопрос заслуживает обязательного и пристального рассмотрения…

- Властитель! Властитель! - вдруг пробился до его сознания настойчивый голос начальника эскорта, - Прошу прощения...

- Да? - Нидуммунд встрепенулся и обернулся к говорившему, одновременно понимая, что слишком сильно погрузился в собственные мысли и уже достаточно долго и неотрывно в упор разглядывает тех, кто явился объектом его размышлений.

- Все готово, Властитель.

Коротким взмахом руки Нидуммунд подал знак выдвигаться и, уже будучи в седле, не удержался и обернулся, чтобы бросить еще один взгляд на четверых смотрителей остающихся караулить д`хагоновский аппарат.

Весьма необычно было воспринимать тех в свете недавно полученных знаний. Ведь теперь было ясно, насколько непростыми существами их новые подданные являются на самом деле. Не просто несколько измененные представители прежнего вида разумных, а нечто большее. Образование, порожденное ни много, ни мало сплетением двух различных Миров, и к тому же, если так можно было выразиться, поле, на котором столкнулись интересы Тиранов этих Миров.

- В забавной, однако, они ситуации оказались. Ведь теперь в том, чтобы перетянуть их на свою сторону, заинтересованы Тираны обоих Миров.

Будут ли при этом Тираны им потакать? Пожалуй что будут... - правитель едва заметно усмехнулся, - Должно быть благоволение столь значительных сил могло бы поспособствовать достижению поразительных высот. Конечно, если суметь таковым воспользоваться.

А может быть и нет здесь ничего забавного. Как нет ничего забавного в том, когда двое не ладящих друг с другом родителей стремятся перетянуть каждый на себя общего ребенка. Для последнего итоги подобного зачастую оказываются плачевны...

И если результат благоволения Тиранов может вознести на небывалые высоты, то во что же может вылиться результат гнева Тиранов? Особенно в случае гнева обоих?

Поворотив застоявшегося и уже начинавшего бить копытом скакуна, Нидуммунд резко выкрикнул и послал того вперед. Доклад для Властителя Мира обещал получиться содержательным...


***

На следующее утро Турн встал вместе с первыми лучами солнца. Чувствовал он себя так, будто и не было ни длительного перехода на драккаре, ни мотания в течение целого дня по городу. Стараясь не потревожить свернувшуюся калачиком Дхари, ярл поднялся с ложа. Некоторое время он любовался спящей хозяйкой, а затем, найдя свою одежду, пошел во двор храма, мимоходом почесав за ухом лежавшего в ее ногах Читтаха. Священный зверь приоткрыл один глаз, проводил ярла внимательным взглядом до выхода, а затем, зевнув во всю пасть, закрыл глаз и, прикрыв нос хвостом, вновь уснул.

Во внутреннем дворе храма еще никого не было и Турн, подойдя к устроенному в его центре искусственному источнику в виде невысокого каменного цветка с широкими лепестками, с которых в пруд стекали журчащие струи воды, первым делом ополоснулся по пояс. Затем, от нечего делать, он стал выполнять упражнения, которым его с Сигги обучал еще Галард в родном городище.

Тогда ни Турн ни Сигги никак не могли понять, зачем воевода уделял столько внимания этим вроде бы простым движениям, и почему он очень строго требовал собранности и предельной тщательности при их выполнении. Но сейчас будто какая-то пелена упала с сознания, и он с удивлением чувствовал, как при каждом его движении через мускулы текут непонятные силы, с каждым повторением делающие его все более гибким и подвижным. Полностью захваченный новыми ощущениями Турн повторял свои упражнения раз за разом, совершенно не обращая внимания, как служительницы храма, начавшие уже просыпаться и выходившие из своих опочивален во двор, с удивлением и интересом наблюдают за ним.

- Эй! Турн! – внезапно вырвал его из странного состояния голос Хетоша.

Остановившись и повернувшись в ту сторону, откуда, как ему показалось, послышалось восклицание, ярл с некоторым удивлением действительно увидел молодого эретликоша. Иджифетец торопливым шагом направлялся к нему, на ходу отвешивая в знак уважения небольшие поклоны служительницам Баштис.

- Турн, - взволнованным шепотом начал он приблизившись, - пойдем быстрее со мной. Мне нужна твоя помощь, это очень важно.

-Ну ты так сразу… Не могу же я так просто уйти… - в замешательстве начал ярл оглядываясь в сторону покоев Дхари и встречаясь взглядом с их хозяйкой, которая оказывается уже тоже проснулась и сейчас стояла на пороге.

Увидев, что внимание молодых людей обратилось на нее, Дхари не заставила себя долго ждать и направилась к ним.

- Мое почтение, госпожа Аах, - сказал Хетош, низко склоняясь при ее приближении.

- Приветствую тебя, служитель Нирриаха, что привело тебя сюда? – ответствовала Дхари, движением руки призывая его выпрямиться.

- Госпожа Аах, мне бы очень хотелось, чтобы ваш гость уделил мне некоторое внимание и желательно некоторое время. Как мне представляется, дело очень важное и не терпит промедления, - произнес эретликош выпрямляясь, но продолжая стоять с почтительно склоненной головой.

Турн подошел к девушке и пожал плечами, давая понять, что он представления не имеет в чем тут дело. Та грустно улыбнулась и погладила его по щеке:

- Я знала, что ты скоро уйдешь. Я слышала, что сказала тебе богиня вчера, перед алтарем.

- Я постараюсь вернуться, как только смогу, - тихо сказал ярл, заглядывая в ее повлажневшие глаза, - Сегодняшняя ночь... - начал было он, но Дхари, быстро приложив палец к его губам, вновь, как тогда, в храме, заставила его замолчать.

- К сожалению, я почти не помню сегодняшней ночи, - еще более грустно ответила она и, отвернувшись, пошла к себе.


Погрузившись в собственные мысли, ярл шел по аллее прочь от храма Баштис, совершенно не реагируя на то, что Хетош отчаянно пытается привлечь его внимание, и в нетерпении даже время от времени дергает его за рубаху. Внезапно он остановился и, уставившись тяжелым взглядом на эретликоша, спросил:

- Слушай, это что, если этой Баштис захочется поразвлечься с мужиком, она так вот запросто берет и вселяется в Дхари без всякого разрешения?

На пару мгновений Хетош буквально остолбенел, а потом уткнув палец в лицо Турну и буквально задыхаясь от гнева и обиды выпалил:

- Слушай ты, северянин!!! Ты что, думаешь, что великая богиня Баштис это какая-то портовая девка?!! Что она каждый день кидается на кого ни попадя?!! Да за всю жизнь Аах богиня только один раз пользуется ее телом для такой цели!! А бывает что и вообще ни разу! Я тебе прощаю эти мысли только потому, что ты мой друг!!!

- Ну ладно, ладно, - и Турн с просветлевшим лицом примирительно поднял ладони, - Рассказывай давай, что у тебя за дело!

- И, между прочим, боги делают Аах только того, кого без этого все равно ожидала бы ранняя смерть, - буркнул эретликош.

Дернув плечом, Хетош резко отвернулся и зашагал вперед по аллее, но все же через некоторое время успокоился и начал свой рассказ:

- Для начала я должен рассказать тебе об очень старых временах. Это очень странные истории об очень запутанных делах между богами. Даже не все эретликоши посвящены в них, только старшие из нас.

- Понятненько, кажется у всех богов есть какой-нибудь мусор под половиками, - ехидно подумал Турн, а в слух спросил, - А ты-то тогда откуда о них знаешь?

- Это тоже часть того, о чем я хочу рассказать, - нисколько не смутившись продолжил Хетош, - Помнишь, я рассказывал о великом наводнении? Ну так вот, до того, как оно случилось, великих энкурров еще не было, боги построили их уже после того как ушла вода. А вскоре, после того как энкурры были построены, между богами произошла серьезная размолвка, а потом и большая война в которой два брата Эллаль и Нидуммунд бились как заклятые враги. Из-за чего все это было, ни одно предание толком не говорит, но почти все главные боги разделились на две враждующие стороны: с одной были Эллаль, Ниенгирш, Эннунит, а с другой – Нидуммунд, Ниннурсах, Эннубиаш и Нирриах.

- Нирриах, тоже был главным богом? Ты что-то об этом раньше не упоминал. Он вообще бог чего? - удивленно вставил ярл.

- Нет, Нирриах никогда не был главным богом. Вообще он бог-врачеватель. И еще, как это называют, бог Темных Вод Познания, которые обязательно поглотят Са-Рея если тот будет руководствоваться не указаниями богов, а собственными амбициями, - после мгновенного раздумья ответил эретликош, похоже он сам был немного удивлен возникшим вопросом, - Что это значит, сейчас, кажется, не знают даже самые главные настоятели, так что теперь эретликоши храма Нирриаха тоже просто лекари. Но вот в тех событиях Нирриах почему-то постоянно упоминается.

Ну так вот, у Эллаля было больше сторонников и подчиненных, но боги во главе с Нидуммундом укрылись в укреплениях, устроенных вокруг Рей-энкурра, и до них было не добраться. Поэтому война довольно долго ничем не кончалась. Но в результате укрепившимся вокруг Рей-энкурра стало просто нечего есть и они вынуждены были выйти из своих убежищ. Поскольку их уходу никто не препятствовал, а после того, как Ниенгирш побывал в Рей-энкурре, вход в него был запечатан, то я думаю, что война была именно из-за владения Рей-энкурром. Или из-за того, что в нем было.

- Вход в Рей-энкурр был запечатан самими богами? Как же вы потом посмели открыть его, да и как смогли? – не поверил своим ушам Турн.

- Это уже было гораздо позже, после того как был построен Иджисс, а до этого окрестности Рей-энкурра были почти необитаемы. Про войну же говорится, что вскоре после нее боги покинули наши земли, после них осталась править династия полубогов. Они правили в течение долгих лет, научили наш народ многим премудростям строительства, наблюдений за звездами и лекарского дела, определили места для всех основных городов и всех главных храмов. Но затем, по совершенно неясным причинам, их правление прервалось, и некоторое время в Иджифете царил настоящий хаос. В течение этого периода власть перешла к самим людям, а затем то и дело попадала из рук одного рода к другому.

- Я что-то ничего не слышу о Рей-энкурре… - не выдержал ярл.

- Да скоро уже, скоро! – недовольно воскликнул Хетош и продолжил, - Два поколения назад власть перешла в руки теперешней династии Са-Реев, а затем начались большие перемены. Начались они с того, что однажды к прежнему главному жрецу храма Нирриаха - Джетхутту, когда тот был еще очень молод, во сне пришло видение. В этом видении он пришел к окрестностям Рей-энкурра, и встретил там большого степного волка. Этот волк, похоже, ожидал там именно Джетхутта, поскольку, завидев его, немедленно подбежал к энкурру и превратился в Великого Проводника - бога Ваппуатха, который и показал Джетхутту, как открыть проход вглубь Рей-энкурра.

На следующий вечер Джетхутт пошел к указанному ему месту и действительно сумел открыть проход. Ночь он провел внутри энкурра, где ему в видениях явились наши боги и поведали скрытые до той поры от людей знания. Он узнал, что Рей-энкурр – мост, соединяющий наши земли с далекими звездами, что в недалеком будущем звезды примут определенное положение, и дорога через них будет открыта для того, чтобы по ней в наш мир пришло Кха величайшего правителя. Этому правителю будет по силам объединить все племена и народы этих земель, а возможно и всего мира, но для того, чтобы ему не пришлось начинать на пустом месте, к его приходу Иджифет должен стать очень сильным и богатым. И эту задачу боги возложили на плечи Са-Реев нынешней династии.

- Ну ладно, все это любопытно, - сказал Турн, отнюдь не проявляя никакого интереса ко всем проблемам правителей Иджифета, - но причем здесь я, и причем здесь твое дело? И вообще, ты то откуда все это знаешь?

- Откуда я это знаю? Просто я был писцом при Джетхутте, пока он был еще жив, и он по какой-то причине почти ничего от меня не скрывал, - ответил Хетош. На несколько мгновений он умолк, предаваясь воспоминаниям, а потом продолжил, - Джетхутт умер как-то очень внезапно, хотя и не был еще слишком стар. Вместо него главным стал Ашарситх, а он выходец из рода, которому власть принадлежала до того как перешла к нынешней династии.

- А сейчас ты в храме кто? – хитро прищурился ярл.

- Сейчас я помощник Реджиша. Он заведует хозяйственными делами храма. И мое прежнее положение нравилось мне больше, если ты об этом, - стараясь говорить спокойно и бесстрастно, ответил Хетош.

Несколько шагов было сделано в полном молчании, затем эретликош продолжил:

- Ну вот, а вскоре после Джетхутта умер Хаурон. Он-то и начал все те великие преобразования, о которых говорили боги, и он, кстати, отец нынешнего Са-Рея. Все считают, что его на охоте укусил жалохвост, но почему-то лечить Хаурона Ашарситх взялся лично, а других к нему даже и не подпускал. Все это было три года назад, а вчера я узнал, что нынешнего Са-Рея два дня назад нашли в дворцовом саду в бесчувственном состоянии. Лекари, осматривавшие его, решили, что молодой Са-Рей съел в саду что-то не то, отравился и покинул свое тело, - молодой эретликош умолк и многозначительно посмотрел на Турна.

- Ну и? Ну отравился и что? – не выдержал ярл затягивавшейся паузы.

- Ну и что, ну и что, – передразнил его Хетош, - Ты думаешь, правители Иджисса такие глупцы, что будут разводить в своем саду всякую гадость, от которой можно отравиться?

- Ну не знаю, чем-то же он отравился…

- Да, чем-то отравился. И теперь нынешняя династия, на которую боги возложили свои задачи, может прерваться, - эретликош опять умолк и ускорил шаг, продолжая идти дальше.

- Да уж, не повезло… - подумал Турн, начиная отставать. И вдруг до него дошло, - Эй, ну-ка стой! Что значит "может прерваться"? Ты же сказал, что он отравился. Это значит, что он умер, не так ли? И что династия уже прервалась?

Хетош остановился и обернулся с довольной усмешкой:

- Не обязательно. Видишь ли, человек состоит из Кха, Мер и Бхоа. Что такое Кха ты и сам знаешь. Бхоа, это просто, это твое тело. А Мер – это такая сила, оболочка из которой удерживает Кха внутри тела.

- Не по-о-нял, ну-ка разъясни-ка - с вежливым ехидством протянул ярл, пристально глядя в лицо молодого эретликоша.

- Ну, Кха - оно внутри, это понятно?

- Понятно, и что? – начиная потихоньку раздражаться, но так же вежливо сказал Турн.

- А Мер – оно как некая одежда. Оно обволакивает все тело и не дает Кха покинуть тело. Мер, оно, как и обычная одежда, может рваться. Тогда человек начинает болеть из-за того, что Кха из него утекает. И его так же можно залатать, как и одежду, - торопливо начал объяснять Хетош, с опаской поглядывая на сузившиеся глаза и напрягшиеся желваки своего спутника.

Некоторое время Турн осмысливал услышанное, а потом недоверчиво спросил:

- Ты что, хочешь залатать Са-Рею это самое Мер?

- Нет. Видишь ли, лекари объявили что Са-Рей "покинул свое тело", - сделавшись очень серьезным, сказал Хетош, - Это значит, что есть только один шанс: иногда у человека настолько сильное Мер, что оно продолжает обволакивать Кха, покинувшее тело, даже некоторое время спустя, не давая ему при этом рассеиваться. Главное при этом, что бы в момент покидания тела человек изо всех сил сосредоточился на Кха, находящемся внутри него.

- И ты думаешь, что есть такой шанс?

- Да, - кивнул эретликош, - Все-таки Са-Реи – это не обычные люди. Они пришли выполнять особую волю богов.

- Ладно, пошли дальше, а то торчим тут как столбы. На нас уже оглядываются, - сказал Турн, подталкивая своего спутника вперед.

Некоторое время они шли молча, а затем ярл спросил:

- А что тебе говорят твои боги?

- Боги молчат, - недовольно поджал губы Хетош, - Такое случается, если то, как дальше пойдут события, зависит только от людей. Да и что они могут сказать? То, что Иджифет должен стать великой державой они уже сказали. И то, что это должна сделать нынешняя династия - тоже.

- Ну ладно, а я то здесь причем? – искоса поглядев на эретликоша, спросил ярл совершенно будничным тоном.

- Для того, что бы найти Са-Рея придется путешествовать по дороге ведущей в Дуат. Для этого нужны двое – пока один будет искать, другой будет караулить его тело. Затем, пока второй будет выводить Са-Рея из мира мертвых, первый будет караулить уже его тело, - объяснил эретликош, - Я знаю, что ты уже совершал подобные путешествия, Брэгги рассказывал, - и, взглянув коротко на ярла, добавил потерянно, - И мне больше не к кому обратиться…

- Вернусь, надо будет скальду в лоб дать, чтобы не рассказывал что ни попадя, - мрачно подумал Турн и, поглядев на Хетоша, сказал, - Ладно…


Следуя за своим проводником, ярл все глубже спускался в подвалы храма Нирриаха. В холодном полутемном коридоре, которым вел его Хетош, стояла закладывающая уши тишина лишь изредка нарушаемая треском фитилей светильников укрепленных на стенах.

- Ну вот, а так все хорошо начиналось, - поеживаясь от озноба, думал Турн, - Такой вполне приветливый снаружи храм. Чем-то на невысокий таг-чокуль похож. И сделан из камня такого, вполне симпатичного, розовато-красного с золотистыми блестками. Жаль этот обалдуй меня к главному алтарю не повел. Потащил какими-то закоулками через внутренние помещения. А там, на стенах, сплошняком только какие-то узорчатые линии, да изображения змея какого-то иногда.

- Слышь, Хетош! – окликнул вполголоса своего напарника Турн, - Как хоть у вас главный алтарь этого самого Нирриаха выглядит?

- Ну, там постамент такой, невысокий, из такого же камня как стены, - не оборачиваясь стал на ходу рассказывать эретликош, - На нем статуя крылатой кобры. Кобра - это змея такая. У нас на рынке они на потеху толпе под дудку заклинателей змей танцуют…

- Видел, видел. Дальше рассказывай, - откликнулся ярл.

- Ну вот, эта статуя примерно в два человеческих роста, сделана из золота. Стоит она на хвосте и пристально на тебя смотрит, а в глазах у нее зеленые алмазы. Ну а перед ней блюдо для жертвоприношений, тоже золотое.

- Что за алмазы? – не понял Турн.

- Это камни такие самоцветные. Самые твердые камни какие можно найти и очень дорогие, - пояснил эретликош, поправляя висящую на плече сумку.

- И что, статуя целиком из золота?

- Ага! А ты что, думаешь кто-то жалеет на пожертвования богу-целителю? – весело откликнулся Хетош.

- Ну да. То-то и видать, что ты сам чуть ли не в дранье каком-то ходишь, - усмехнулся ярл.

- Так то же не мне пожертвования, а Нирриаху, - нисколько не переживая по этому поводу ответил эретликош.

- Ну-ну… Слушай, а вот все ваши боги, алтари которых я до этого видел, выглядят как человек с головой животного, - внезапно заинтересовался Турн, - А Нирриах, как ты говоришь, изображен как змей. Да еще и с крыльями. Это с чего так?

- Правда, я изображений богов-то видел только три, - подумал ярл, мысленно прикусив язык.

Но к его удивлению Хетош остановился и обернувшись с изумлением воззрился на него.

- Не знаю, - с искренним удивлением ответил эретликош, - И ведь правда, только у Нирриаха целиком нечеловеческое изображение. И как мне это раньше в голову не приходило?

- Ладно, ладно, потом будешь думать, почему Нирриах так выглядит. Тебе сейчас надо думать о том, как выглядит дорога в Дуат, - и ярл, усмехаясь про себя, похлопал по плечу Хетоша, наблюдая как у того при этих словах вытянулось лицо.

Молча пройдя еще с десяток шагов спутники подошли к массивной двери.

- Мы пришли. В этом месте тела умерших готовят к погребению, - сказал Хетош и взялся за кольцо в двери.

Шагнув внутрь достаточно ярко освещенного помещения и закрыв за собой дверь, Турн огляделся. Помещение, в котором они находились, не отличалось большими размерами, в нем было всего шагов восемь в длину и в ширину. Стены его были сплошь из обычного камня, без всяких украшений, и похоже, что оно было целиком высечено в скале, находившейся под храмом. Единственное, чем было примечательно данное помещение, это потолком правильной куполообразной формы. Вдоль стен, на узких столах, стояли горшки различной формы с изображенными на них знаками и рисунками, абсолютно ничего не говорящими Турну, а рядом с ними лежали всевозможных видов ножи, щипцы и заостренные штыри. Некоторые из них были настолько жуткого вида, что Турн решил, что для его же желудка будет лучше, если он останется в неведении относительно их назначения. Прямо же посередине квадратной комнаты стоял широкий стол, на котором лежало тело юного Са-Рея, облаченного в длинную белую рубаху.

Тем временем Хетош не терял времени даром и, вытряхнув содержимое своей сумки на один из столов, начал приготовления к ритуалу. Первым делом была разожжена стоявшая здесь же маленькая жаровня. Затем из принесенных вещей были извлечены и расставлены по углам четыре небольших изваяния бога Нирриаха выглядевших, если верить Хетошу, почти также как главный алтарь храма.

Выполнив все это, молодой эретликош встал, скрестив руки на груди, с одной стороны от тела Са-Рея, а ярлу указал занять место с другой стороны, скрестить также руки, и некоторое время хранить полное молчание и не шевелиться. После этого, склонив голову, он начал негромким шепотом длинную молитву в которой обращался к Нирриаху. Причем, насколько мог судить Турн по улавливаемым словам, молитва эта велась вовсе не на иджифетском, а на каком-то другом языке, хотя некоторые слова и были похожи.

Покончив с воззванием к своему богу, молодой эретликош взял две плоские и широкие бронзовые чаши, щипцами бросил в каждую из них несколько угольков и сверху насыпал порошок из каких-то сушеных трав или листьев. Одну из них Хетош оставил себе, а вторую подал Турну, наказав в точности повторять его действия.

- Хм, надо будет ему рассказать про способ Аак-Чалана, - подумал ярл, глядя, как эретликош, наклоняясь над чашей, принялся, глубоко дыша, втягивать в себя поднимающийся от травы дым, - Ну ладно, пора действовать, - и он тоже принялся вдыхать в себя ароматный дым.

Через некоторое время Турн почувствовал, как в голове повисла звенящая пустота и как веки его медленно, но верно, начали закрываться. Глянув на Хетоша и увидев, что тот уже стоит с закрытыми глазами, ярл решил не сопротивляться своему желанию и тоже смежил веки. Как только Турн закрыл глаза, то сразу поймал уже знакомое ощущение, как будто он немного раздался вширь и стал "прозрачным".

Только он хотел было начать прислушиваться к окружающим отзвукам, как Хетош принялся громким голосом читать молитву. Внимание ярла было сразу захвачено словами незнакомой речи, он только и успел, что подивиться странной гулкости голоса молодого эретликоша.

- Ваппуатх! Эстумо! Эннумине кайто! Аллове кельяро пратто! Токкама! Кельямэ дихайо! Актомо! Актомо торрамэ! Эктумме дельярро десатто! Эксати! Эксамо катто! Окоме! Окоме патьорре! Керрито тэ эньяхо! Эссойя!

- Эннубиаш! Эннумине тохха эллойо! Кворри та кенно! Асайо! Та те пратти! Квентати эскомма! Аллиме! Эксамо пратто! Квенти ка эльярро! Эсхумо та эквенто!

Возможно, Хетош говорил что-то еще, но внутреннему взору Турна вдруг явился бог-Проводник с волчьей головой, который неожиданно подмигнул ему и усмехнулся самой нахальной ухмылкой, которую только могла изобразить его волчья пасть. И сразу же сознание Турна словно подхватило водоворотом и куда-то понесло. Затем кто-то вдруг несильно хлопнул его по спине, и ярл, рывком открыв глаза, увидел очень странную картину.

Он и Хетош сидели на какой-то каменистой площадке, а между ними лежало тело Са-Рея. Вокруг расстилались темно-серые лохмотья сумерек, через которые откуда-то сверху едва-едва пробивались тусклые лучи серо-стального света. Обведя взглядом вокруг и почувствовав легкое головокружение от вида постоянно перетекающих сумеречных клочков и от какого-то тихого свистящего гула в ушах, Турн поспешил сосредоточить внимание на эретликоше и увидел, что тот тоже открыл глаза.

- Пора приниматься за дело. Пора искать Кха этого парнишки, - подумал ярл и посмотрел на лежащее посреди площадки тело, - Только как же его найти?

Он попробовал встать и вдруг почувствовал, что совершенно не чувствует своих ног, а кроме того, больше не видит и своих рук. Но тем не менее, передвигаться ему как-то удавалось, правда подняться высоко от земли не получалось и передвижение напоминало скорее плавное скольжение, чем ходьбу.

- Ну и ладно, будем ходить так, - с неожиданным равнодушием к столь странному факту подумал Турн и принялся двигаться вокруг лежащего посреди площадки тела пристально к нему приглядываясь.

Через несколько мгновений он рассмотрел очень тоненький серебристый волосок, тянувшийся от объекта его внимания куда-то вверх и в сторону.

- Ага, мне – туда, - непонятно откуда понимание этого пришло мгновенно.

Турн подошел к неподвижно сидевшему и наблюдавшему за его действиями эретликошу и, подмигнув ему, ободряюще улыбнулся. Мол, все нормально, нашел. Но к его удивлению реакция Хетоша оказалась довольно странной – глаза его округлились, и он судорожно сглотнул. Ничего не поняв, ярл подошел назад к найденному волоску и, задумчиво разглядывая его, спросил сам себя:

- Ну и как мне теперь идти дальше?

И опять понимание пришло тут же и без всяких слов.

- Ваппуатх! – изо всех сил рявкнул Турн.

И тотчас же клочки серых сумерек принялись расступаться, а между ними проявилось что-то наподобие каменистой тропинки, ярко освещенной серо-стальными лучами и ступеньками уходящей вверх. Довольно улыбнувшись, ярл направился по ней, стараясь не смотреть по сторонам и не обращать внимания на свист в ушах. Пройдя уже довольно значительное расстояние он заметил впереди яркое сияние, наподобие лунного, и подгоняемый непонятной уверенностью поспешил к нему. Подойдя поближе, Турн понял, что его поиски увенчались успехом.

Взору его предстало нечто совершенно удивительное: сидевший на тропинке молодой Са-Рей был целиком из очень яркого серебристо-лунного света. Сидел он на корточках, обхватив колени руками и прижав к груди голову, но кроме этого, внутри него словно пульсировала светящаяся белая искра. Подойдя еще ближе, ярл увидел, что вокруг Са-Рея колыхаясь висели несколько особо крупных серых клочьев тумана и эти клочки, как живые, время от времени пытались легкими прикосновениями вывести Са-Рея из состояния оцепенения.

- А вот этого делать не надо! - с внезапной злостью понял Турн и поспешил к сидящему на тропинке парнишке.

Серые клочья, словно почуяв его ярость, немедленно разлетелись как вспугнутые птицы, и ярл остался наедине со своим подопечным. Некоторое время он рассматривал необычное зрелище, которое представлял собой Са-Рей, а затем подумал:

- Ну и как мне его теперь вести назад? – и опять тут же понял, что это уже не его задача.

Развернувшись, Турн быстро добрался до каменистой площадки, на которой его поджидал Хетош, и как прежде расположился напротив эретликоша. Тут же опять появилось ощущение тела и он, опустив глаза, увидел свои руки и скрещенные ноги. Подняв взор, Турн встретил выжидательный взгляд Хетоша и кивнул ему, давая понять, что все в порядке.

Эретликош приподнялся от земли, явно собираясь встать на ноги, но то, что произошло вслед за этим, поразило ярла своей необычностью и привело в восторженно-изумленное состояние. Тело Хетоша потеряло четкие очертания, и пару мгновений он представлял собой светящийся шар золотого света с ярким изумрудным оттенком, а затем этот шар плавно перетек в фигуру крупного поджарого волка, причем шкура его светилась ореолом точно такого же золотисто-изумрудного оттенка.

- Ну и дела! - проскользнула в голове восхищенная мысль, следом за которой перед глазами промелькнуло видение оскалившегося в усмешке Ваппуатха, и Турн понял, что некоторое время назад и сам представлял собой подобное зрелище.

Тем временем волк-Хетош мотнул головой и направился к уходящей вверх тропинке, которая по-прежнему виднелась среди серых туманных клочьев, и на которой четко были видны серебристые отпечатки следов волка-Турна. Опустив голову и словно принюхиваясь к ним, Хетош отправился по тропинке, вскоре исчезнув из вида. Довольно долгое время не происходило ничего. Турн уже начал беспокоиться и хотел было направиться вслед за эретликошем, но вовремя вспомнил, что один из них обязательно должен оставаться на месте. Наконец на тропинке появились отблески знакомого света, и ярл увидел очередное изумительное зрелище.

Очень медленно по каменным ступенькам спускался Хетош в облике волка, а сзади него, держась за его хвост, шел Са-Рей. Причем шел он с закрытыми глазами, а серебристый волосок, тянувшийся от него к телу, лежащему на площадке, по мере приближения становился все толще. Под конец это был уже не волосок, а настоящий шнур в палец толщиной, который, завибрировав, буквально втянул Са-Рея внутрь его тела. Тотчас же Хетош быстро занял свое место и Турн почувствовал новый толчок в спину, после которого очнулся сидя на полу в том же самом помещении, где начинался ритуал. И почти сразу же открыл глаза и Хетош. Пошатываясь он подошел к Са-Рею и принялся проверять его состояние.

- О, Нирриах! Он опять уходит! Помоги мне! – издав невнятное рычание вскричал он и сразу вслед за этим сгреб что-то из воздуха и с резким выкриком вогнал этот комок в центр груди Са-Рея.

- Совсем как Тоэльт`син… - пронеслось в голове Турна, - Он что, его убить хочет?

Но, к удивлению ярла, действия Хетоша наоборот имели благоприятные для его подопечного последствия. Тот сильно вздрогнул и, открыв глаза, с хрипом втянул воздух. Тотчас эретликош схватил из принесенных припасов какое-то снадобье и принялся поить им Са-Рея.

Все, что вскоре последовало за этим, совершенно не произвело на Турна какого-либо вдохновляющего впечатления, так как все необычное закончилось, и началась простая работа лекаря. На протяжении достаточно долгого времени парнишку тошнило и рвало, а эретликош отпаивал его различными снадобьями и отварами, как из числа принесенных с собой, так и из тех, что стояли в здешних горшках. Причем ярлу пришлось помогать Хетошу и утешать себя оставалось лишь обрадованными объяснениями эретликоша, что это из тела Са-Рея исторгается яд, которым тот отравился.


***

Изредка поддавая ногой камешки и глядя, как они шлепаются в темную воду, Мерк плелся вдоль дамбы водохранилища держась возле самого уреза воды. Этот водоем предназначался для водоснабжения Шимаве и был сооружен уже очень давно, в те времена в водохранилище, говорят, даже водилась рыба. Но постепенно все больше разрастающийся мегаполис практически вплотную стиснул его. Неконтролируемые стоки с городских улиц стали неизбежно проникать и в само водохранилище и в грунтовые воды вокруг него, при этом медленно, но верно истребляя в нем всю живность за исключением каких-то совсем мелких водорослей. Через сколько фильтрующих устройств теперь проходила вода прежде чем попасть в систему водоснабжения, знали только боги и техники водозаборных сооружений мегаполиса. Но все равно, ни один здравомыслящий житель Шимаве не рисковал пить воду из водопровода напрямую, без дополнительной очистки.

Зрелище мрачноватого и холодного водоема отнюдь не поднимало Мерку настроения. После того, как они с Ирганом вернулись из памятной поездки к Эссемскому хребту, прошло почти шесть месяцев. Тогда, буквально на выходе из вагона монорельса, его друг наткнулся на рекламу одной из компаний, занимавшейся вербовкой рабочего персонала. То пафосное заявление звучало не иначе как: "Если Вы нуждаетесь в изменении своей жизни в лучшую сторону, то у нас найдется то, что Вам нужно!" и, невольно заинтересовавшись таким странным совпадением, он решил побывать в их офисе. Один вариант, и он же единственный, у представителей компании для Иргана действительно нашелся и, как ни странно, он предполагал отъезд из Шимаве в область, управлявшуюся совершенно другим мегаполисом. Повинуясь необъяснимому наитию, молодой человек счел такое стечение обстоятельств именно тем, что он искал. Не вдаваясь особо в разъяснения своих действий и не слушая чьих-либо отговорок, он затратил пару недель на увольнение с энергокомплекса и оформление необходимых документов и теперь уже более четырех месяцев как пребывал где-то на строительных объектах одной из корпораций специализирующейся на добыче энергоресурсов.

Все это время Мерк приглядывался к девушке о которой его друг упомянул на озере Лоти-Деш, и чем больше проходило времени, тем больше он понимал, что попал в тупик. Она совершенно не проявляла каких-нибудь магических способностей. По крайней мере так, как это делали Ирган и он сам. Кроме того, периодически за ее плечом промелькивало что-то такое, что ввергало Мерка в самую настоящую оторопь. С какой такой стати Ирган вообще упомянул о ней, не поддавалось никакому осмыслению.

Отчаянно поддев ботинком очередной камешек Мерк поднял голову и посмотрел вдоль берега. Он никак не мог понять, что его сегодня дернуло потащиться практически на противоположный конец мегаполиса.

Немного поодаль, у самой кромки воды, виднелась чья-то одинокая фигура. Недоумевая, кому еще могло прийти в голову полюбоваться этим унылым пейзажем, он невольно прибавил ходу. Через несколько минут Мерк наконец-то разглядел того, кто это был и от удивления даже опешил. Встретить здесь девушку с мольбертом художника было почти столь же невероятно, как выловить из этого водохранилища рыбу. И, тем не менее, перед ним была именно художница, увлеченная своим делом, и совершенно не обращающая внимания на подходящего молодого человека. Осторожно, стараясь ее не отвлекать, Мерк поднялся чуть выше по дамбе, чтобы из-за ее плеча взглянуть на получающийся рисунок. Подойдя поближе и бросив взгляд на полотно, он по-настоящему обалдел.

На холсте не было водохранилища. И зданий мегаполиса, видневшихся на противоположном берегу, там не было тоже. Зато там был скалистый берег моря, бушующего и катящего свинцовые валы волн. А на берегу были двое - мужчина и женщина. У женщины, сидевшей на камне, собранные в толстую длинную косу волосы открывали уши с заостренными кончиками.

- Похоже, из Древних, - тотчас молнией промелькнула мысль.

Кем же был мужчина, из-за его распущенных и развивающихся волос понять было нельзя. Он стоял позади своей спутницы, кутавшейся в подбитый мехом плащ, и слегка приобнимал ее за плечи. Они смотрели в сторону далекого горизонта, и их лиц не было видно. Поодаль, в стороне от них, высились тонкие шпили замковых башен нацелившихся в бледное пятно солнца едва-едва проглядывавшего из-за плотных туч.

Несмотря на то, что картина была еще далека от завершения, в Мерке она тотчас вызвала острое ощущение глухой тоски, одиночества и неизбежной потери чего-то…

- Что это? - непроизвольно вырвалось из его пересохшего горла.

- Этот мир именуется Н`йиверун. Когда-то он был очень хорош. Радостен и приветлив. А однажды в нем неизвестно откуда появились чужаки, которых раньше никто и никогда не встречал, - заговорила девушка плавным и каким-то отсутствующим голосом, - Их было немного, и они были разбиты и измождены. Хозяева мира разрешили им остаться, и предоставили земли, где можно было поселиться. Но со временем пришельцы окрепли, и их число стало разрастаться с неимоверной скоростью. Они с каждым годом вели себя все наглее и стали хищнически захватывать новые земли вокруг себя, устанавливая на них свои порядки. Сначала они гордо и насмешливо игнорировали требования исконных обитателей того мира и изгоняли их с законных земель. А затем и вовсе развязали войну и стали уничтожать всех, кто осмеливался противостоять их интересам. Это переполнило чашу терпения последних правителей исконной расы. Ценой больших усилий им удалось объединить остатки своего народа и уничтожить чужаков всех до единого. Но с победой пришло и поражение оттуда, откуда никто не ждал. Остатки непокорившихся заметили, что их раса стала очень быстро вымирать, словно сам мир предал их. Может, стоило убивать не всех, как ты думаешь? Я хочу назвать эту картину "Ошибка", как ты думаешь, такое название подойдет?

- А?… - Мерк очнулся от оцепенения, в которое его погрузил голос девушки и невнятно забормотал, - Да, да… Наверно…

В следующую секунду он почувствовал, как ему чуть пониже затылка словно воткнулась ледяная игла, и резко обернулся, перекрываясь коконом энергозащиты.

На гребне дамбы стоял высокий скуластый парень в черном длиннополом плаще, с волосами, стянутыми на затылке в хвост, и с выбритыми висками. Определенно, этот тип был из кругов близких "альтернативе".

Обернувшись и увидев его, девушка улыбнулась и помахала рукой. Черты лица "хвостатого" смягчились и Мерк тут же почувствовал как давление на него исчезло. Стоявший наверху парень еще раз внимательно оглядел его, махнул рукой, приглашая подняться к нему, и исчез из виду. Художница же откинула со лба длинную прядь волос, почему-то выкрашенную в фиолетовый цвет, и снова погрузилась в свою работу. Не решаясь больше ее отвлекать Мерк стал взбираться по склону дамбы.

Поднявшись на гребень, он чуть поодаль увидел пригласившего его парня. Тот сидел на бетонном булыжнике возле маленького костерка, и что-то разливал в две кружки из термоса. Рядом стояли два рюкзака армейского образца выкрашенные в черный цвет и явно принадлежавшие ему и его спутнице, а возле костра лежала кучка небольших досок. Где обладатель бритых висков умудрился их здесь раздобыть, было совершенно непонятно.

- Науриэль, - парень коротко взглянул на подошедшего к нему Мерка и подал руку.

Тот пожал ее и, назвав в ответ свое имя, принял протянутую ему кружку.

- Извини, но, Науриэль, это что, твое настоящее имя? – не удержавшись спросил Мерк, осторожно понюхав содержимое кружки.

Кружка пахла кофе, и ее содержимое, как он тут же убедился, им и оказалось.

Парень в ответ широко улыбнулся и спросил:

- Что значит "настоящее"? Это имя, которым мне нравится называться. Почему оно менее настоящее, чем данное при рождении? Тем более, что мне совершенно не известны мотивы, по которым мне дали то, прежнее.

Отпив немного кофе и обдумав это заявление Мерк нашел его в какой-то мере справедливым и задал следующий вопрос:

- Ты Идущий?

- Кто? – удивленно вскинул брови Науриэль, - Какой еще "идущий"?

- Ну это тот, кто с биоэнергетикой умеет работать, - и Мерк коротко объяснил возникновение такого названия.

- А, вот оно что. Тогда можно сказать и так, - согласно кивнул собеседник, - Ты, кстати, неплохо прикрылся там, на берегу…

- А что практикуешь? – тут же заинтересовался Мерк.

- Я-то? – парень иронично улыбнулся и заявил, - Некромантию.

- Чего?! – Мерк чуть не выронил кружку от удивления, - Это что, оживление мертвецов, ритуальные жертвоприношения и прочая подобная фигня? Ты что, серьезно?

- В некотором смысле именно так, - от души расхохотался Науриэль, глядя на его растерянное лицо, - Но давай я тебе сначала расскажу одну легенду, а потом немного поясню, что к чему.

Он глотнул из своей кружки, некоторое время молча посидел, глядя на огонь, а потом неспешно стал рассказывать:

- В давние времена где-то на просторах Вселенной существовал мир, и как в большинстве остальных миров до поры до времени все силы в нем были уравновешены, и все было достаточно благополучно. Но постепенно боги этого мира стали замечать, что равновесие в нем медленно, но неуклонно начинает нарушаться и он начинает умирать. Со своих высот они не могли разглядеть причину этого непонятного нарушения и поэтому стали один за другим спускаться на землю своего мира, чтобы уже на месте найти и устранить ее. Но все они словно канули в небытие, ни один из них так и не вернулся назад.

Тогда последний из них спустился в свой мир и прошел его из края в край, ища лучших представителей из каждого живущего в нем народа. И он связал их с собой узами любви и ненависти, дружбы и обиды, боли и наслаждения. Он не выбирал способов, он заботился лишь о крепости этих уз. Да, многие не одобряли его действий, но это его не волновало. Он был богом и был последним богом своего мира. А боги, если они конечно действительно боги, всегда чувствуют ответственность за тех, кто им доверился. И он знал, что если мир перейдет роковую черту, отделяющую его от Смерти, раньше, чем он успеет его покинуть, забрав с собой как можно больше существ, то тогда участь и его и всех кто остался, будет самой незавидной во Вселенной.

Поэтому, когда подошел срок, он протянул нить до Центра Мироздания и, поклявшись когда-нибудь взыскать с тех, кто явился причиной гибели его мира, начал свое Путешествие, скользя на этой нити от мира к миру над Великой Пустотой в поисках нового дома для себя и для тех, кого забрал с собой. Долго длилось их Путешествие. В некоторых мирах их принимали без враждебности, но отводили весьма посредственную участь, а если они не соглашались на таковую, то старались побыстрее от них избавиться. Но гораздо чаще правители очередного встречного мира вообще не были им рады, и приходилось соглашаться на вселение в практически нежизнеспособные тела.

Так и начались истоки учения, ныне носящего это самое название, и этот-то бог и стал первым некромантом. Постепенно путешествующие с ним разделялись. Кто-то из них смирялся и оставался в одном из встречных миров, принимая его условия. Другие же обучались этому искусству, постепенно оттачивали свои навыки, и потом сами стали вытаскивать из встреченных миров тех, кто был ими недоволен и стремился их покинуть.

Ну вот. Такая вот легенда, - окончил свой рассказ Науриэль, - Этим мы, вкратце, и занимаемся.

- Н-да-а, интересно, - протянул Мерк не спеша допивая остатки кофе, - А в терминах биоэнергетики сможешь объяснить, что все это значит?

- В терминах биоэнергетики… - парень усмехнувшись потер бритый висок и задумался.

- Ну, например, насчет жертвоприношений это просто, - наконец ответил он, - Одно из занятий некроманта - собирать жизненную силу тех, кто ее неэкономно разбазаривает, а затем обменивать ее на знания у мертвых Мастеров. Это и есть, своеобразная жертва. Тут главное не облажаться и иметь дело действительно с Мастерами, чьи знания чего-то стоят, а не со всяким мертвым сбродом. С одной стороны это гораздо лучше, чем иметь дело с живыми, потому что мертвым нужна только твоя жизненная сила. А живым… Им постоянно чего-то недостает, причем чего, они и сами зачастую не в состоянии разобрать. С другой же стороны, мертвые не испытывают никакой почтительности к живым и важно вовремя остановиться, чтобы обмен не превратился в банальную дойку.

- Слушай, что-то все это как-то слишком опасно звучит… - не удержался Мерк.

- А что ты хотел? Некромант, он на то и некромант, чтобы играть в прятки со Смертью, - усмехнулся Науриэль и, пристально поглядев на своего собеседника, добавил, - Кстати, если ты еще не знаешь, все люди играют в подобную игру. Но только в отличие от нас, они это делают полностью бессознательно, и поэтому игра идет совершенно не в их пользу.

- Ну ладно, - тотчас быстро продолжил он, не дав Мерку осмыслить сказанное, - Теперь насчет оживления мертвых. Совсем мертвых никто из нас конечно не оживляет. Потому как считает, что если посмотреть трезво и отбросив всякую излишнюю сентиментальность, то в действительности это на фиг никому не нужно. Поэтому тот, кто полагает, что в достаточной степени отточил свои навыки, ищет себе спутника противоположного пола из тех, кому этот мир не пришелся по нраву, с тем, чтобы в последствии протянуть нить до другого мира и отправиться в свое Путешествие. Ну а поскольку таким людям не нравится этот мир, то они неосознанно стремятся побыстрее уйти из него, и неосознанно же призывают того, кого в этом случае нельзя миновать - Смерть. Поэтому Смерть буквально преследует таких людей по пятам и караулит каждую их ошибку, безо всякой жалости отнимая у них жизненные силы всякий раз, как только они приоткроют свою защиту. Нет нужды говорить, что в результате такие люди очень мало отличаются от мертвых. В свете всего этого задача некроманта - отвлечь внимание своего компаньона от взывания к Смерти и впоследствии замкнуть его нити привязанностей… - Науриэль на секунду запнулся, - Э-э-э… Понятно о чем это я?

- Да, вполне, - подтвердил Мерк, - Я не понял другое, ты хочешь сказать, что Смерть это такая вполне реальная фигура?

- Да, - серьезно кивнул парень, - Смерть это реальная фигура, которая однажды навещает каждого. Если тебя интересует, что это значит в терминах биоэнергетики, то это сущности без биологического тела. Они пребывают в телах сплетенных только из тонких энергий, и им позволено отнимать жизненную силу у тех, кто стал этому миру неинтересен. Ну, как бы, работа у них такая.

- Так вот, - вернулся он к оставленной теме, - В последствии некромант должен замкнуть нити привязанностей своего компаньона на себя и на цель их путешествия. Но предварительно они оба должны оставить в этом мире все, что он им навязал. Ну вот, в самом основном это все.

На некоторое время оба умолкли. Пока Науриэль подкидывал в пощелкивающий костерок маленькие щепочки Мерк обдумывал все услышанное. Ничего из сказанного его собеседником, в принципе, не противоречило тому, что он уже знал.

- Значит, это она и есть твой компаньон? - кивнул он в сторону берега, - А кто она?

- Ярна? Да, она мой компаньон. Она художница, хотя это ты наверняка и сам понял, - усмехнулся Науриэль, - Когда я ее встретил Смерть буквально дышала ей в затылок. Ты ее картины не видел…

- Кое-что уже видел, - зябко поежился Мерк.

- Ну, сейчас это уже более-менее. А тогда от одного взгляда на них хотелось забиться в какой-нибудь дальний угол и сдохнуть тихо поскуливая…

- Ну да? Настолько серьезно? - не поверил своим ушам Мерк, - А с чего собственно?

- С ней вообще очень странная история и достаточно необычная… - Науриэль обхватил голову руками и, закрыв глаза, долго молчал. А затем, выпрямившись, с усилием выдохнул и пару раз помотал головой из стороны в сторону, словно отметая волну внезапно нахлынувших воспоминаний. Наконец он успокоился и стал рассказывать дальше, - Видишь ли, как выяснилось в итоге, когда ее мать была беременна, то родители ее долго раздумывали, стоит ли им вообще заводить ребенка или нет. Соответственно Смерть все это время находилась рядом и ожидала окончательного решения. Все это, как я уже сказал, длилось довольно долго, а после определенного времени дети, даже еще не родившись, уже вполне осознанно начинают воспринимать мир вокруг себя. Поэтому ощущение от близкого присутствия Смерти Ярне впечаталось в память уже тогда, причем чуть ли не на рефлекторном уровне. Ничего удивительного, что потом эти воспоминания периодически всплывали и выливались в то, что она рисовала. Ну и, конечно же, при каждом таком случае она обязательно начинала искать, что же это вызывает такие ощущения. Чем это было чревато, надеюсь объяснять не надо?

- Нет. Не надо, - отрицательно покачал головой Мерк, - А что она делает со своими картинами?

- Как что? Продает, конечно же. Как ни странно, покупают их в основном всякие очень богатенькие типы. Наверно им настолько скучно, что они хотят таким образом пощекотать свои заплывшие жиром нервишки и получить острых ощущений, - иронично улыбнулся его собеседник.

- Слушай, но ведь на них даже смотреть опасно, не говоря уже о том, чтобы дома держать!

- Твоя забота о самочувствии этих глупцов поистине умилительна! Еще бы они были так же заботливы о тебе, - от души расхохотался скуластый, хлопая себя по коленям, - Да ладно, не переживай так сильно. Сейчас в ее картинах больше не встречаются отзвуки присутствия Смерти. Сейчас в них в основном встречаются отзвуки воспоминаний тех, кому не повезло с уходом.

- Что значит "не повезло с уходом"? - непроизвольно насторожился Мерк.

- Ну, видишь ли, когда ты покидаешь свое физическое тело навсегда, в смысле умираешь, то энергетический настрой, в котором ты пребываешь в тот момент, имеет очень большое значение, - терпеливо начал разъяснять Науриэль, - Это обусловлено тем, что после смерти ты словно покидаешь причал и отправляешься в плавание на корабле без парусов и весел. А поток энергии, который тебя подхватит, и берег к которому он тебя доставит, во многом будут определяться именно тем настроением, в котором ты пребывал, делая последний вдох в прежнем мире. Так что, если ты не некромант, умеющий протягивать нити Путешествия, и если настроение твое в этот момент было не слишком удачным, то и следующее воплощение будет так себе. Таких неудачников, кстати, болтается предостаточно в различных гиблых мирах, да и между ними тоже. Ни один более-менее благополучный мир их к себе не берет.

- Этот берет, - добавил он после короткой паузы, - Но все теплые места в нем уже давно разобраны и за то, что бы стать кем-то большим, чем простое говорящее животное, он берет недешево.

- Так значит, твоя компаньон ловит воспоминания таких неудачников, а взамен отдает свою жизненную энергию? - задумался Мерк, глядя на пламя костра, - И как обмен? Справедлив?

- Вполне, - тут же последовал ответ, - Как только она напишет новую картину, контакт ей становится неинтересен, а силы, пока ты жив, вполне можно восполнить. Да и я тоже наблюдаю, чтобы она особо не увлекалась. Главное, что она больше не зовет ту, которая с рождения висела у нее за плечами.

- Н-да-а-а… Интересно, чьи это воспоминания она поймала на этот раз? - поежился Мерк вспоминая неоконченную картину.

- Может, твои? - и Науриэль уставился на него совершенно серьезным взглядом, - Шучу! Ты же еще живой! - рассмеялся он в следующий миг, глядя на побледневшую физиономию собеседника.

Внезапно со стороны откоса послышался звук осыпавшихся под чьими-то ногами камешков и Науриэль быстро наклонившись к Мерку тихо сказал:

- Не вздумай при Ярне трепаться про все то, о чем мы здесь говорили. Голову откушу.

Заявление это шуткой не отдавало совершенно и его нарушение явно повлекло бы за собой неблагоприятные последствия. Выяснять, какие именно, Мерку почему-то совершенно не захотелось и он ограничился тем, что обернувшись стал ждать, пока появится поднимающийся по насыпи человек.

Это действительно оказалась Ярна. Художница подошла к костру, положила ящик мольберта и, не говоря ни слова, протянула своему компаньону свернутое полотно. Получив от него горячий кофе, девушка все так же молча присела возле огня и стала поочередно протягивать к нему руки, одновременно отпивая из кружки. Похоже, у воды особенно чувствовалось, что на дворе отнюдь не лето, да и день уже клонился к вечеру. Науриэль тем временем развернул холст и повернул его так, чтобы было видно и его собеседнику. От одного взгляда на законченную картину у Мерка мгновенно перехватило горло, да так, что он едва смог сделать следующий вздох.

С художественной точки зрения полотно было просто великолепным, но то ощущение тоски, недоумения и острой обиды, которым от него веяло, резало по нервам как зазубренной бритвой. Судя по тому, как Науриэль осторожно сглотнул и, свернув холст, аккуратно, словно змею, убрал его в рюкзак, на него картина тоже произвела неслабое впечатление.

Некоторое время все трое просто сидели и молча смотрели на костер. Наконец Ярна допила свой кофе, подошла к своему другу и, сев ему на колено, стала улыбаясь что-то шептать на ухо. Мерк, почувствовав себя явно лишним, не стал затягивать и, попрощавшись, направился в обратный путь.

- Странная пара, - думал он, уходя все дальше по насыпи, - И все же они куда как интереснее, чем большинство жителей Шимаве.

Молодой человек на ходу оглянулся в сторону покинутого костра и увидел, что Науриэль и Ярна тоже смотрят ему вслед. Не удержавшись, он поднял руку вверх, прощаясь еще раз, и, улыбнувшись, увидел, как ребята тоже помахали ему в ответ.

- Ладно, с завтрашнего дня надо браться за дело всерьез, - решил он, зашагав дальше, - Пора, наконец, выяснить, во что я вляпался.


***

...Солнце уже почти наполовину скрылось за горизонтом, когда Нидуммунд наконец-то выбрался из седла и, передав поводья прислуге, поспешил во дворец.

Сегодня еще до полудня его нагнал посланник от Эннубиаша и передал, что д`хагон и группа смотрителей, сопровождавших того в поисках, вернулись в резиденцию Властителя Срединных Земель. После этого известия первым же желанием правителя было бросить все и завернуться с полдороги назад, однако как раз сегодня он направлялся на встречу с Ниенгиршем для совместной плановой инспекции некоторых из дальних поселений. Так что пришлось волей-неволей укротить свое нетерпение и любопытство и уделить государственным делам надлежащее внимание.

Как обычно, не обошлось без затянутых торжественных словоизлияний, разбирательств тяжб между недовольными, да и просто различных задерживающих неувязок. Одним словом, настоящая рутина во всей своей красе. Все это вызывало неминуемое тягостное промедление и, хотя служба смотрителей и доставляла Властителю периодические отчеты о действиях посла д`хагонов, стремление как можно скорее услышать о результатах поисков из первых уст неотступно преследовало его весь сегодняшний день.

Оставив позади "Буревестник", едва уместившийся во внутреннем дворе резиденции и выглядевший посреди его опрятности и благоустроенности совершенно неуместно, Нидуммунд вошел в свои апартаменты.

Выслушивая на ходу торопливый доклад своего дворцового распорядителя, он быстрым шагом миновал несколько проходных залов и с нетерпением распахнул двери в покои, обычно предназначавшиеся для высоких визитеров, а ныне предоставленные Джах Х`вею на то время, пока тот пользовался гостеприимством Властителя Срединных Земель.

Однако, вопреки ожиданиям, самого посла в них не оказалось. Вместо него там обнаружились Эннубиаш и Ваппуатх - те самые двое представителей от высшего руководства смотрителей, что начальствовали над группой, сопровождавшей д`хагона в поисках. Завидев правителя, оба мгновенно прервали свою весьма оживленную беседу и, вскочив, вытянулись со странно сконфуженным видом, словно их застали за каким-то неподобающим занятием.

- Ну? И чего замолкли? – оглядел обоих Нидуммунд и, выдержав паузу, подчеркнуто нейтральным тоном поинтересовался, - Или вы тут захват власти замышляете?

Оба смотрителя сначала оторопело уставились на него, затем друг на друга, а потом наперебой принялись горячо уверять, что ничего подобного они не замышляли.

- Ладно, ладно. Разошлись… - усмехнулся Властитель Срединных Земель и взмахом руки прервал поток заверений в абсолютной преданности, - Так что же явилось предметом столь горячего обсуждения?

- Достаточно отвлеченная теория, Властитель, - от чего-то по-прежнему смущаясь, ответил ему Эннубиаш.

- Да. Сами придумали, - вполголоса добавил Ваппуатх.

- И в чем суть?

- Если коротко, то в следующем, Властитель, - и Эннубиаш собравшись с духом начал объяснять, - Прежде чем стать Тираном Мира, существо, претендующее на данное место, непременно должно было само побегать в телесном виде. Потому что только так оно смогло бы овладеть столь необходимым ему источником Пыли Жизни, находящимся в пределах его Мира. И только после всего этого оно было бы в состоянии позволить себе бестелесное существование. Таким образом, как Тиран нынешний, так и все его предшественники, обязательно должны были иметь какую-либо физическую форму. Вот мы и пытались разобраться, как же должен был выглядеть самый первый Тиран Мира…

У Нидуммунда, никогда не предполагавшего наличия у своих военных склонности к построению подобных абстрактных концепций, от изумления брови полезли на лоб.

- И каковы успехи? - поинтересовался он после короткого замешательства.

- Пока склоняемся к тому, что это был кто-то вроде большой медузы.

- Медузы? – недоверчиво переспросил Властитель Срединных Земель, переводя взгляд с одного смотрителя на другого, - Большой?

- Да. Поскольку формы живых существ в процессе жизни Мира изменяются от простых к более сложным, то мы решили идти в обратном направлении. И пока никакого хищника примитивнее медуз не припомнили, - храбро выступил вперед Ваппуатх, решив видать поддержать приятеля.

- А почему большой-то? – по-прежнему не понимая, спросил правитель.

- Ну… Все-таки Тиран целого Мира… - тут же смешался тот, видимо до настоящего момента такое объяснение данного тезиса для обоих смотрителей являлось исчерпывающим и подвергать его сомнению им просто не приходило в голову.

Повисла общая молчаливая пауза.

- Глупая, наверное, теория, да? - наконец пробормотал Эннубиаш, вопросительно глядя на Нидуммунда.

- Ладно, развлекайтесь дальше, - махнул тот рукой, - Так где же все-таки посол д`хагонов?

- Джах Х`вей испросил разрешения у Властительницы Ниннурсах побыть в саду вашей резиденции, Властитель, и в одиночестве полюбоваться закатом, - тотчас сообщил Эннубиаш явно ободренный переменой темы, - Ему это было дозволено и сейчас он наверняка где-то там. Где именно, быть может, знает Ваша супруга.

Кивнув в ответ, Нидуммунд собрался было отправиться дальше, как заметил странную гримасу на лице второго смотрителя, и невольно остановился.

- Что-то не так? – повернулся он к Ваппуатху.

- Прошу прощения, Властитель, быть может мне стоит придержать свое мнение при себе, - не сразу отозвался тот, - но когда этого д`хагона называют послом, то это режет мои уши как ножом.

- С чего это вдруг? – и Нидуммунд, заинтересовавшись таким заявлением, весь обратился во внимание.

- Многие поколения предков этого существа воспринимали все, происходившее в окружавшем их мироздании, исключительно как войну за выживание и подчинение более слабых. И я не думаю, Властитель, что нынешние д`хагоны смогли изменить этой привычке. Возможно, они действительно стали не столь прямолинейны в своих поступках, но я не считаю, что изменение формы действия повлекло за собой и изменение сути их устремлений.

Поэтому я еще могу воспринимать его как лазутчика, или как диверсанта, или пусть даже как инспектирующего, отправленного решить проблемы какой-то там их колонии, но как посла – исключительно в самую последнюю очередь. Хотя, возможно он и впрямь наделен полномочиями говорить от имени их правителя.

- Что ж, очень хорошо, что моих людей не расслабляет внешняя безобидность этого Джах Х`вея. В конце концов, мы ведь так и не знаем, чего от него можно ожидать. Интересно только, чего больше в этих выводах: просто врожденной подозрительности или все-таки результатов конкретных наблюдений за этим д`хагоном? - думал Нидуммунд, слушая Ваппуатха, - Другими словами, ты ему не доверяешь, так? - подвел он итог его объяснениям.

- Да, Властитель, не доверяю, - твердо ответил смотритель, глядя ему прямо в глаза, и осторожно поинтересовался, - А мой правитель ему доверяет?

- Нет, - не отводя взгляда, спокойно ответил Властитель Срединных Земель и развернувшись пошел к выходу, - Тем не менее, придется твоим ушам потерпеть, - заметил он Ваппуатху будучи уже в дверях.

Ниннурсах тоже удалось найти не сразу, в своих покоях Властительницы не оказалось. Лишь четвертая из повстречавшихся правителю служанок, что зажигали светильники на половине правительницы, смогла сообщить ему, что недавно относила своей госпоже жаровню, и что та расположилась на дальнем краю дворцового парка. Недовольно посетовав на то, что сегодня всем не сидится на своем месте, Нидуммунд отправился в указанном направлении.

Заходящее солнце уже почти скрылось за горизонтом, и лишь малый край его диска все еще продолжал посылать на землю свои золотисто-красные лучи. Войдя под кроны деревьев и проследовав в сторону, соответствующую полученным сведениям, Властитель Срединных Земель действительно обнаружил Ниннурсах на указанном месте. Здесь парк обрывался и начинался длинный пологий склон, над которым не возвышался ни один более-менее высокий кустик, благодаря чему и панорама для обзора с этого места открывалась широкая.

Правительница, запахнувшись в плащ, сидела в глубоком кресле и, протянув ноги к установленной на низком треножнике жаровне, неотрывно смотрела вниз по склону холма. Подойдя и встав позади кресла, Нидуммунд рассеянно положил руки ей на плечи и проследил за направлением ее взгляда. Далеко внизу на склоне виднелась одинокая фигурка посла д`хагонов.

- Давно он там? - поинтересовался правитель.

- Как только солнце начало уходить за горизонт.

- И что делает?

- Если судить по внешним признакам, то ничего. Сидит, молчит, смотрит на солнце, - пожала плечами Ниннурсах, - Иногда кажется, головой покачивает из стороны в сторону. А иногда начинает сам слегка покачиваться.

- Странно… - проронил Нидуммунд, приглядываясь к неподвижной фигуре посла, - Знаешь, что мне вдруг пришло в голову? - с внезапно возросшей тревогой обратился он к супруге.

- Догадываюсь, - согласно кивнула та, - Те немногие уцелевшие из числа старых хозяев этого Мира, которых мы вызволили из найденных убежищ, тоже часто вот так вот сидели и пялились либо на заходящее солнце, либо на восходящее. Только неподвижными они при этом не были.

- Верно… Интересно, зачем же д`хагону понадобились подобные действия?

- Вот и я сижу здесь, и об этом же думаю, - сообщила Ниннурсах подозрительным тоном.

- А ты не считаешь, что это несколько неправильно? Эннубиаш мне сказал, что посол вообще-то хотел полюбоваться закатом в одиночестве.

- Полюбоваться… - недовольно пробурчала Властительница и категорично отрезала, давая понять, что обсуждать свои действия не намерена, - Ничего, жалоб не поступало!

Не желая раздувать дискуссию по данному вопросу, Нидуммунд смолчал и лишь подумал, что своими недоверием и подозрительностью Ниннурсах вполне могла бы потягаться с Ваппуатхом.

- Впрочем, любой из нас не предрасположен к открытости в отношении этого Джах Х`вея, - заметил он себе, - Слишком уж часто д`хагоны использовали наши проблемы для того, чтобы нашими руками загребать жар для своей пользы.

- Кстати, нашел он то, что искал? – вновь обратился Властитель Срединных Земель к супруге.

- Судя по его оживленному состоянию на момент возвращения, что-то найти удалось. Но о подробностях я не расспрашивала.

Последние лучи скользнули по небосводу, и светило окончательно исчезло из виду. И сразу же посол д`хагонов поднялся на ноги и стал подниматься вверх по склону.

- Если даже конкретно этот д`хагон и в конкретном данном случае не имеет никакого намерения извлечь какую-либо собственную выгоду за наш счет, последствия деяний его предков еще долго будут ему откликаться из прошлого, - неожиданно подумалось Нидуммунду при взгляде на приближающуюся фигуру.

Посол же между тем подошел на достаточно близкое расстояние и, выдав свой традиционный приветственный жест, скользнул быстрым взглядом по сидевшей в кресле Ниннурсах. Несомненно, о том, что правительница уже давно находилась здесь и наблюдала за ним, Джах Х`вей догадался, но если и был этим недоволен, то виду не подал и лишь заметил, что сумерки сгущаются довольно быстро, и было бы неплохо вернуться во дворец до наступления полной темноты.

- Так каковы же итоги проделанных поисков, Джах Х`вей? – задал, наконец, своему гостю так давно вертевшийся на его языке вопрос Властитель Срединных Земель, когда они уже расположились в зале с ярко горевшим камином, а слуги принесли для припозднившегося правителя легкий ужин, - Удалось ли обнаружить интересовавшие тебя следы д`хагонов?

- Да, Властитель, удалось, - довольно склонил голову посол, - Хотя, признаюсь, полученные результаты сумели меня изрядно удивить.

- О, даже так? Я заинтригован! – и Нидуммунд дружелюбно рассмеялся, - Прошу, продолжай скорее.

- Следы д`хагонов в действительности удалось обнаружить, Властитель, но таковые оказались вовсе не столь очевидными, как я себе представлял изначально. В частности мне не удалось обнаружить никаких уцелевших строений или развалин таковых, форма которых явилась бы хоть сколько-нибудь привычной для моего глаза, и каковые могли бы послужить указанием на местоположение разыскиваемой колонии. Впрочем, Властитель Мира с самого начала указывал на это.

- Верно, Эллаль действительно сообщил об этом еще на той памятной аудиенции, - подтвердил Властитель Срединных Земель, на мгновение отрываясь от своей трапезы.

- И это лишний раз подтверждает, что обследования, проведенные вашими людьми ранее, действительно являлись подробными и исчерпывающими, - согласно покивал Джах Х`вей, - Поэтому для разрешения возникшей задачи требовался несколько иной подход.

Посол взял со стола свой кубок и, промочив горло, поинтересовался:

- Властитель, ты наверняка помнишь мой интерес, вызванный церемонией, на которой нам довелось побывать в тот день, когда мы покидали столицу?

Нидумунд подтверждающе кивнул:

- Ты тогда еще заметил, что подобные мероприятия могут являться небезынтересными для того, кто преследует цель, сходную с твоей. Дескать, они способны указать на то, что лежит у истоков образования соответствующего сообщества.

- Совершенно верно. Таким образом, если бы имелось некое сообщество существ, у истоков которого лежало формирующее воздействие д`хагонов, то и культовые церемониалы этого сообщества непременно бы содержали их прославление и почитание, а само описание мироздания, используемое данным сообществом, представляло бы их как одну из первостепенных сил этого самого мироздания.

Но здесь не менее важно было принимать во внимание и другую возможную вероятность развития событий – противоположную. Ту, при которой подобное воздействие было встречено с сопротивлением и оказало не формирующее влияние, а разрушающее. Разумеется в этом случае, если следы подобного воздействия и сохраняются в истории такого сообщества, то ни малейшего прославления или почитания в них нет.

Отодвинув свою тарелку и напрочь позабыв об остывающем жарком, Властитель Срединных Земель с интересом слушал посла. В отчетах, предоставлявшихся смотрителями, много раз встречались сообщения о просьбах д`хагона организовать наблюдения за проведением ритуальных церемоний у различных племен аборигенов, более-менее выделявшихся на фоне других своими организованностью и развитым жизненным укладом. Сообщалось, что при помощи приборов дистанционного слежения Джах Х`вей очень внимательно изучал подробности подобных действий и явно выискивал в них какие-то особенности. Так же достаточно часто после таких наблюдений по его просьбе организовывались похищения отдельных указанных им представителей таких племен с проведением расспросов на, казалось бы, совершенно отвлеченные темы как то: представления последних об устройстве окружающего их мира и о действующих в нем силах.

Нидуммунд едва удержался от улыбки, вспомнив сколько неудовольствия сквозило в поступавших отчетах после каждой такой акции. Мало, что сам посол вообще не особенно утруждал себя какими-либо объяснениями того, зачем ему все это нужно, так еще и вся подготовительная и организационная работа, необходимая для проведения подобных операций, ложилась конечно же не на него, а на плечи его сопровождающих. Чего, по их словам, порой стоила одна проблема простого установления взаимопонимания с такими похищенными...

Что ж, по крайней мере, теперь можно было при случае сообщить Эннубиашу, что кажущаяся бессмысленность их действий была обусловлена вовсе не сумасбродством этой рептилии, и не тем, что Джах Х`вей не имел хоть сколько-нибудь четкого плана действий.

- …Но и материалы, собранные в результате подобного подхода, также оказались весьма необычны, - рассказывал тем временем посол, - И самым странным в них явилось то, что отметины, сходные с интересовавшими меня, хотя и присутствовали во многих из них, но носили очень поверхностный характер. Словно таковые были оставлены или случайно, или очень и очень давно.

Разумеется, меня это не устраивало, поскольку те наши представители, что были посланы для основания колонии, подобные следы оставить просто не могли. Связи с ними были утрачены не настолько давно, чтобы воспоминания о них стерлись столь сильно, а уж о каких-либо случайностях и вовсе не могло идти речи. Только не в этом случае.

- Действительно. Если уж д`хагоны за кого всерьез и берутся, то отмечаются они при этом по полной... - невольно помрачнел Нидуммунд, памятуя историю собственного мира.

- После некоторых размышлений над этими странностями я все-таки решил, не взирая на кажущуюся давность полученных данных, отобрать из них такие, в которых интересующие меня отметины были бы особенно сильны. И затем уделить им более пристальное внимание, - продолжал свое повествование Джах Х`вей, явно не заметив ухудшившегося настроения правителя, - После тщательного отбора таковых осталось три. Все они относились к различным сообществам здешних аборигенов, а так же отличались различным отношением к таким существам, которых можно было бы со значительной долей уверенности соотнести с д`хагонами.

- Далее, Властитель, если ты не против, то я пожалуй опущу подробности своих последующих изысканий и расскажу лишь об их конечных результатах, - и посол, явно не намереваясь продолжать, выжидающе уставился на правителя.

Понимая, что подробного рассказа, действительно включающего в себя все детали предпринятых поисков, от этого Джах Х`вея все равно добром не добиться, Нидуммунд изобразил кивок, выражающий согласие, и д`хагон тотчас продолжил:

- Как оказалось, колонию, основанную нашими представителями, действительно постигла печальная участь. И более того, эта колония даже не успела закрепиться в этом Мире в достаточной степени.

В обычных случаях подобный процесс осуществляется следующим образом: Представители, посланные д`хагонами, выбирают в качестве области для своей деятельности одно из племен туземцев, обычно уже несколько выдающееся в развитии по отношению к остальным представителям своего вида, и при помощи совокупности специальных методов вовлекают его в область своего внимания. Затем они придают их устремлениям направление выгодное для нашего сообщества, а так же предоставляют им соответствующие знания и прививают такие навыки, которые будут наиболее подходящими для того, чтобы в процессе дальнейшего формирования в их Мире разнообразных отношений между различными сообществами существ, они смогли занять среди всех прочих доминирующее положение. Так что в конечном итоге подобное взаимодействие оказывается выгодно и для самих этих туземцев...

- А сами д`хагоны будут конечно же занимать еще более доминирующее положение? - не удержался от реплики Нидуммунд, внимательно глядя на увлеченного своим рассказом Джах Х`вей.

На мгновение посол запнулся, недоуменно уставившись на него, а затем произнес:

- Разумеется. Неужели ты считаешь, Властитель, что действительно можно отыскать того, кто по своей воле станет создавать такую систему отношений, в которой сам он будет занимать подчиненное положение?

- По своей – вряд ли. Но у тех же самых туземцев, которые становятся объектом заинтересованности ваших представителей, выбора, похоже, не остается, не так ли? И почему вы вообще так уверены, что направление, в котором подталкивают их д`хагоны будет для них лучшим?

- Потому что в противоположном случае их выбор однозначен – долгая и непрерывная борьба. Борьба и за само существование и за все то же главенствующее положение.

На самом деле этот процесс неизбежен и более того, он наличествует всегда. Меняются лишь его формы, но не суть. Так не лучше ли им быть в подчинении у тех, кто прекрасно осведомлен и о самом таком процессе, и о тех законах, по которым он проходит, нежели растрачивать свои силы в постижении тех же самых законов методом проб и ошибок?

Властитель Срединных Земель в задумчивости подперев бородок, молча поковырялся в тарелке:

- Значит, Ваппуатх был прав, они действительно не меняются. И по-прежнему повсюду видят соперничество и стремятся подчинять других.

- Что ж, Джах Х`вей, - наконец произнес он, - поскольку, как я вижу, ты совершенно уверен в правильности вашей стратегии, то в обсуждении данного момента смысла нет. Пожалуй, лучше нам вернуться к твоему рассказу о поисках.

Согласно наклонив голову и помолчав несколько мгновений, словно собираясь с мыслями, посол продолжил:

- В отличие от типичного случая на этот раз все пошло не так складно. Наши представители как всегда избрали одно из племен и принялись проводить стандартную программу воздействия. Они явились пред туземцами как высшие существа-покровители, обладающие могуществом силы и знаний. Они дали им такие законы и наладили внутри их сообщества такую систему отношений, которые бы способствовали установлению максимальной организованности и четкой иерархии, снижению уровня внутренних конфликтов, а так же способствовали бы простому численному увеличению представителей данного племени.

После того, как данный этап был завершен, дальнейшее развитие ситуации потребовало уже выхода на новый, при котором требуется значительное территориальное расширение области влияния. Но едва они принялись за его осуществление, как их деятельность получила внезапное и очень жесткое сопротивление.

Здесь стоит отметить, что области, граничившие с той территорией, что контролировали аборигены, взятые под покровительство д`хагонами, занимало множество немногочисленных и плохо организованных племен. По всем признакам оказать хоть сколько-нибудь достойное сопротивление они были не должны. Но оказали.

И единственное предположение, которое после этого могло возникнуть, что нашелся кто-то, кто им оказал в этом содействие.

- Что ж, весьма закономерное предположение, - сухо усмехнулся Властитель Срединных Земель, - И, похоже, тебе известно о тех, кто им такое содействие оказал?

- О, да!

Нидуммунд почти был готов поклясться, что эта непонятная гримаса появившаяся на физиономии посла д`хагонов, означала широкую улыбку. Настолько сильно Джах Х`вей прямо-таки излучал довольство.

- И тебе, Властитель, о них известно тоже, - добавил тот после паузы и, в ответ на удивленный взгляд собеседника, пояснил, - Это были представители все тех же древних хозяев этого Мира, с которыми вам в последствии тоже довелось повстречаться.

Некоторым из них удалось покинуть свои пещерные убежища еще задолго до вашего, столь памятного тебе, вмешательства, Властитель Нидуммунд. И именно их непосредственное содействие помогло объединиться разобщенным соседям наших подопечных и сначала организовать совместный отпор, а в последствии и вовсе низвергнуть зарождавшееся государство.

- Он что, пытается подвести меня к тому, что враг моего врага - мой друг? - подозрительно покосился на посла Нидуммунд, а в слух поинтересовался, - А что же попечительство д`хагонов-покровителей? Неужели ваши представители не оказали своим подданным никакой поддержки? Ведь как минимум техническое то превосходство в возникшем конфликте должно было быть на их стороне?

- Одной из задач дхагонов-покровителей, как ты их назвал, Властитель, является формирование из взятого под контроль племени туземцев такого сообщества, которое бы успешно и самостоятельно противостояло возможным агрессивным воздействиям. Это необходимо для того, чтобы в дальнейшем сами д`хагоны могли спокойно заниматься своими собственными делами, а не тратили время на постоянное нянченье со своими подданными.

Соответственно покровители не строят своих планов в расчете на технологические достижения сообщества д`хагонов. Вместо этого они исходят из того, какие ресурсы могут оказаться в непосредственном распоряжении их подопечных. Риск в результате такого подхода, несомненно, присутствует. Но обычно тщательный предварительный анализ сводит таковой до ничтожной величины...

Время от времени бросая короткие взгляды на довольно повествующего посла, Властитель Срединных Земель не мог не признать, что последнему, пожалуй, и впрямь есть чем гордиться. То, о чем шел рассказ, было далеко не тем оголтелым деспотизмом, за счет которого столь печально прославились д`хагоны, в глубокой древности заправлявшие в Мире Нидуммунда. Нет, это была тонкая и далеко идущая стратегия, и поневоле приходилось признавать, что она имела значительные шансы на успех.

Но хотя возможность подобного покровительства и впрямь могла бы показаться для кого-то привлекательной, у самого правителя идея быть марионеткой, за которую заранее предопределили всю ее будущую судьбу, по какой-то непонятной причине вызывала глубочайшее отвращение.

- И все-таки на этот раз вас постигла неудача, - подытожил он, - Но как же тогда насчет Тирана этого Мира? Ведь ты упоминал, что занять доминирующее положение в каком-либо Мире, можно только учитывая его цели и выстраивая свою деятельность в соответствии с его устремлениями. И, стало быть, сами д`хагоны просто не могли этого не принимать во внимание.

Так почему же события повернулись столь неблагоприятным для ваших представителей образом? В чем причина возникновения конфликта? Тем более что и действия древней расы этого Мира, как существ к нему принадлежащих, также должны были отвечать устремлениям его Тирана.

- Исходя из того, что мне известно на данный момент, я считаю, что причина была в рабстве, - недовольно поморщившись ответил Джах Х`вей.

- В чем? – даже не пытаясь скрыть своего непонимания, уставился на него Нидуммунд, - В рабстве?

- Да. Рабство, поставленное в качестве основного движущего фактора внутренней жизни какого-либо сообщества, совершенно неэффективно в перспективе. И вне зависимости от своей формы оно неизменно остается неэффективным.

Если это открытая форма, при которой высшие иерархические слои принуждают низшие к обслуживанию своих потребностей методом силы и устрашения, то неэффективность становится очевидной почти тотчас. Ведь поскольку никаких иных причин для выполнения своей деятельности, кроме как угроза смерти или страх перед наказанием, у раба нет, то и работает он только при непосредственном наличии соответствующего принуждающего фактора, но даже и в его присутствии всегда постарается не усердствовать. Кроме того, со временем у раба вырабатывается невосприимчивость даже к самому страху, причем такая, что и смерть больше не является для него пугающей, поскольку означает лишь окончание однообразной череды тягот.

Если же это менее очевидная форма, при которой низшие иерархические слои побуждаются к обслуживанию высших путем различных замаскированных ухищрений, то неэффективность проявляется постепенно и усиливается с течением времени. Но происходит это в любом случае, поскольку приманки, являющиеся для представителей низшей иерархии мотивирующими причинами, всегда остаются гораздо менее значимыми в сравнении с теми результатами их деятельности, что достаются представителям высших иерархических слоев. Со временем такое положение вещей становится все более заметным, и ценность приманок становится уже не настолько привлекательной, чтобы из-за обладания ими затрачивались прежние усилия. Ситуацию не меняет даже применение все более изощренных уловок и заманчивых приманок. Это всего лишь позволяет получить временную отсрочку.

Таким образом, использование каким-либо сообществом рабства приводит к тому, что движущие факторы, эксплуатируемые при этом, неизменно вырождаются и теряют свою первоначальную силу.

- Ну хорошо, это все понятно. Но при чем здесь Тиран Мира? – недоуменно развел руками властитель Срединных Земель, - И при чем здесь д`хагоны-покровители? Ведь они то уж должны были знать о подобных вещах?

- Разумеется. Они были об этом прекрасно осведомлены. Но позволю себе напомнить тебе, Властитель, что наши посланники занимались построением такого сообщества, при котором туземцы, взятые ими под покровительство, должны были в первую очередь выполнять некоторые необходимые д`хагонам функции. А для этого было необходимо сначала надежно вовлечь этих существ в такое движение, которое в дальнейшем привело бы их к цепи закономерных событий и в последствии - к необходимому результату.

И в этих условиях метод принуждения, применяемый на ранних стадиях, является таким, что позволяет достичь необходимого результата наиболее быстро, поскольку поначалу представители того сообщества, которому оказывается покровительство, не настолько дальновидны, чтобы добровольно разделять устремления д`хагонов. После того же, как они втягиваются в необходимый процесс, принуждающие факторы постепенно заменяются на факторы завлекающие, а в последствии и вовсе начинает работать просто сила привычки.

- Но, Джах Х`вей... Ведь это ничем не отличается от того же самого рабства, о котором ты говорил, и которое, как ты сам и утверждал, неэффективно?!

- Это не отличается внешними признаками. Но отличается внутренним содержанием.

В первом случае единственное стремление, которым руководствуются те, кто сумел занять верхние ступени иерархии, это затратить как можно меньше собственных усилий, но получить при этом как можно больше личной выгоды. Самое худшее в этих обстоятельствах то, что для них это является весьма привлекательным положением вещей и в его изменении они нисколько не заинтересованы. Вместо того, чтобы, почувствовав приближение кризиса наличествующей системы, уменьшить затраты на свое собственное содержание, а за счет высвободившихся ресурсов попытаться соорудить действительно эффективно работающую систему, они в лучшем случае в очередной раз постараются придать рабству какую-либо менее очевидную форму. Но ни в коем случае не пожелают убрать его вовсе.

Второй же случай продиктован исключительно стремлением скорейшего достижения результата при наиболее рациональном расходовании ресурсов. Отличается он от первого тем, что высшие иерархические слои четко представляют себе то, какие цели должны быть достигнуты в первую очередь, каким образом наиболее целесообразно применять тот или иной инструмент на каком-либо очередном этапе, и когда он себя исчерпал и нуждается в ликвидации и замене другим. Это приводит к тому, что к завершению процесса построения сообщества необходимой структуры, и со всеми соответствующими ему функциональными атрибутами, в нашем распоряжении остается как можно больше свободных ресурсов, которые в свою очередь могут быть пущены на такие цели, которые сочтутся необходимыми.

- Что же касательно Тирана Мира, то здесь дело обстоит следующим образом, - продолжил посол д`хагонов после короткой паузы, - Та разновидность системы рабства, что складывается стихийно, в конечном итоге приводит лишь к бездарной растрате имеющихся в Мире ресурсов. И в конечном итоге – к тому, что сам Тиран такого Мира начинает испытывать нехватку Пыли Жизни.

Это почти то же самое, как существа телесные начинают чувствовать голод, что, конечно же, весьма неприятно. Поэтому Тиран Мира, если ему один раз довелось попасть в подобную ситуацию и все-таки ее преодолеть, впредь обязательно постарается избавиться от любого фактора, вызывающего нарушение равновесного баланса сил существующих в этом Мире, и грозящего направить течение событий по прежнему руслу.

Деятельность же д`хагонов-покровителей на своем начальном этапе очень напоминала такой фактор, и в том случае, если Тиран Мира в своем прошлом и впрямь сталкивался с подобной ситуацией и ее преодолел, то данная деятельность просто не могла не вызвать соответствующего его противодействия.

А то, что это действительно случалось, сейчас можно утверждать с достаточно большой долей уверенности. Произошло же это, по моему мнению, тогда, когда в этом Мире главенствовала та самая древняя раса, с которой не удалось поладить ни нам, ни вам, Властитель Нидуммунд. Именно им довелось преодолевать кризис, к которому их привело безотчетное применение рабства в качестве системы общественного порядка, и именно поэтому они явились столь непримиримыми по отношению к другой системе с похожим внутренним укладом…

- Правильность выводов, к которым ты пришел, Джах Х`вей, представляется мне весьма сомнительной, - вдруг раздался спокойный голос Ниннурсах, в котором Нидуммунд уловил едва различимые нотки холодного торжества, - Та раса, о которой ты сейчас упомянул, не преодолела возникшего внутри нее кризиса. И у меня есть основательная причина утверждать это: внутренняя организация их государства оставалась кастовой вплоть до самого момента настигшей их катастрофы.

Правительница, по-прежнему чуть ли не демонстративно избегавшая принимать участие в беседах своего мужа с послом д`хагонов, отказалась садиться за общий стол, а устроилась в кресле возле камина. И даже сейчас она говорила не поворачивая головы в их сторону.

Заявление же ее определенно повергло Джах Х`вея в сильное замешательство, он даже не сразу нашелся что сказать.

- Должно быть, ты ошибаешься, Властительница, - наконец после длительной паузы прозвучал его вежливый ответ, - Потому что в этом случае у Тирана Мира нет совершенно никакой причины для столь жесткого воспрепятствования деятельности наших посланников.

- Нет, Джах Х`вей, в этом вопросе Ниннурсах осведомлена, наверное, лучше нас всех. Ведь именно она отвечала у нас за изучение всего того, что нам удавалось разузнать об истории той расы, - поспешил возразить Нидуммунд и сухо усмехнулся, - Подобным же вещам мы всегда старались уделять значительное внимание, поскольку врага вообще полагается знать.

- А не так давно моей супруге даже довелось руководить нашими исследованиями того города, что согласно имеющимся у нас данным, был столицей древних хозяев этого Мира. Так что если кто-то и может утверждать подобные вещи, то это именно Ниннурсах, - добавил он, подытоживая свое заявление и поглядывая на посла, который, казалось, вновь неожиданно впал в одно из своих состояний полной отрешенности от окружающего мира.

Впрочем, на этот раз подобная прострация у него длилась не долго и внезапно д`хагон вновь оживился:

- Властитель, возможно ли устроить так, чтобы я своими глазами смог взглянуть на упомянутый тобой город?

- Не думаю, чтобы тому могли возникнуть какие-то препятствия, - спокойно пожал плечами правитель, - Но не прямо же сейчас, Джах Х`вей? - добавил он, недоуменно уставившись на резво вскочившего со своего места посла, - Ночь ведь на дворе.

Тот немедленно поспешил вернуться за стол и, взяв свой кубок, сделал несколько быстрых глотков. Казалось, он по-настоящему был раздосадован своим проявлением несдержанности.

- И вообще, ты действительно так хочешь увидеть этот город? Добираться туда достаточно долго, да и непросто, поскольку на сегодняшний день местность вокруг него труднодоступна, а никакого более-менее достопримечательного зрелища он собой не представляет. Вот в прежние времена, судя по имеющимся сведениям, да, его здания были основательны и сплошь изукрашены золотом, а под самим городом и в горах вокруг него был устроен протяженный и хитроумный лабиринт. Нынче же он почти сплошь превращен в руины, а подземный лабиринт разрушен настолько сильно, что мы, даже отыскав несколько входов в него, так и не смогли продвинуться вглубь более чем на пару сотен шагов...

Но казалось, что указанные детали лишь укрепили посла в его стремлении, и он решительным жестом подтвердил твердость своих намерений.

- Что ж, как пожелаешь, - развел в ответ руками Властитель Срединных Земель, - Но в любом случае, утра придется дождаться.

- Кстати, Джах Х`вей, - внезапно вспомнил правитель, - Ты говорил, что среди здешнего населения тебе удалось обнаружить три сообщества, которые носили интересовавшие тебя отметины. Но до сих пор ты упомянул только о двух. А что же насчет третьего?

- Отношение аборигенов из третьего сообщества к существам, которых можно было бы соотнести с д`хагонами, не отличаются ни особым благоговением, ни особым неприятием. Для них они есть просто одна из многих действующих вокруг них сил, - откликнулся посол, - Вероятно д`хагоны-покровители ввели их в область своего внимания незадолго до того, как упоминавшийся мною конфликт набрал силу. Поэтому эти туземцы еще не успели ощутить какой-либо очевидной выгоды от данного шага и, хотя некоторые связи их с д`хагонами и наблюдаются, но какого-либо исключительного положения д`хагоны в их мировоззрении не занимают.

Хотя и эти существа также внесли свой вклад в общую картину сложившейся ситуации… - закончил он с равнодушным видом.

Поняв, что посол полностью утратил интерес к своему повествованию и уже целиком переключился мыслями на предстоящее путешествие, правитель отправил того ночевать в полагавшиеся ему апартаменты, а сам встал и, прихватив со стола свой кубок, подошел поближе к камину. Весело потрескивающие поленья и радостно пляшущие на них языки пламени резко контрастировали с мрачными мыслями в его голове.

- Значит, сохраненность кастовой системы как признак непреодоленного кризиса? - произнес он, глядя на огонь, и, повернувшись к супруге, поинтересовался, - Как же ты пришла к такому выводу?

- Нидуммунд, нам ли не знать чем на самом деле является подобная система? - невесело усмехнулась та, - Для большинства включенных в нее это самое настоящее рабство, форма которого определяется самим фактом твоего рождения, и которое продолжается до самой твоей смерти.

Даже твой отец полностью не отменил ее, а лишь ввел возможность занимать уровни внутрикастовой иерархии не по праву рождения, а в соответствии с личными способностями. Точно как и указывал этот д`хагон: не убрать полностью, а лишь придать менее очевидную форму.

Насколько же они хорошо знают, как эта система работает! - продолжала кривить губы в горькой усмешке Властительница, - Ничего удивительного и в том, что они могут прогнозировать варианты действий тех, кто в нее включен...

- Хм. Считаешь, что они и в отношении нас проводили эту свою стратегию? - с сомнением поинтересовался у нее правитель.

- Вряд ли. Возможно, позднее их стремление подобрать наиболее успешный вариант для линии своих действий и впрямь вылилось в настоящую стратегию, но в те времена их, по-моему, интересовало только одно: заполучить тех, кто будет их кормить и обслуживать, и поддерживать такое положение вещей как можно дольше.

- А теми, кого им удалось заполучить, как раз и оказались мы... Причем кормить их мы, похоже, продолжали и после того, как они перешли в бестелесное состояние… Да уж... Вот так-то, "источник Пыли Жизни", - и Нидуммунд, подняв кубок на уровень глаз, невесело усмехнулся своему отражению на его блестящей поверхности, - И вдобавок ко всему мы еще и сами очень заботливо поддерживали сложившийся для этой цели порядок…

Долг перед кланом... Верность памяти предков… Неужели все это было только уловками использованными элитарными верхушками для сохранения этой сложившейся системы, при которой они сами продолжали бы занимать свое избранное положение?!

- Нет, не только, - неожиданно очень просто разрешил он свои затруднения, - По крайней мере, для нашего клана. Большая часть этой самой нашей элиты до сих пор продолжает находиться в прежнем Мире вместе со всеми ожидающими следующей волны переселения. И если бы само переселение предназначалось исключительно для избранных, то тогда это и впрямь были бы пустые слова и уловки...

Да и изыскание ресурсов для его подготовки мы начинали с себя, а не выжимали их из тех, кто был нам подчинен…


***

- Ну и сколько он так может болтаться? – валяясь на охапке сена, наблюдал за Хетошем Турн.

Уже почти полдня, как они сидели в этом каменном мешке, а эретликош все никак не уставал мотаться от одной стены к другой. При этом он на ходу бурчал себе под нос всевозможные проклятия в адрес стражников, тупых настоятелей своего храма и особенно Ашарситха. А если принимать во внимание то, что тюрьма-колодец имела четыре шага в поперечнике, то его мелькания уже изрядно набили ярлу оскомину.

- Не надоело еще? – наконец спросил он тоном не сулящим Хетошу ничего хорошего.

Вместо ответа эретилкош задрал голову к дыре, через которую их спихнули в эту клетку, и изо всех сил заорал:

- Сыны кемлоша! Чтоб вы, сдохнув, остались без покровительства Эннубиаша! И чтоб псы безродные брехали над той помойной ямой, которая будет вам могилой!

Покончив со своей тирадой, он некоторое время постоял, ожидая ответа. Но видимо стражникам приходилось выслушивать и не такое, и ожидания Хетоша не увенчались успехом.

- Надоело, - устало сказал он, опуская взор на ярла, и сел рядом свесив голову.

Да уж, все пошло совсем не так, как ожидалось. Когда Хетош и Турн вывели пошатывающегося Са-Рея из подземелья храма, первый же попавшийся им служитель Нирриаха на несколько мгновений буквально остолбенел, а затем побежал вглубь храма громкими криками призывая кого-то. Не успели молодые люди и глазом моргнуть, как вокруг собралась целая толпа эретликошей, которые склоняя спины в поклонах пытались коснуться кого-нибудь из них. Однако почти сразу же появившийся отряд стражи сноровисто растолкал служителей храма и, встав кольцом вокруг Са-Рея и его спутников, направился с ними во дворец.

Когда "солнцеподобная" Хашесут увидела молодого Са-Рея, ее будто ветром сдуло с трона. Схватив его в объятия, Рей-Итта чуть ли не шипела подобно маушу на своих придворных, которые со всех сторон подобострастно бросились к ней выражать свои восторги. Впрочем, начальник дворцовой стражи оказался парнем расторопным и его воины быстро оцепили Хашесут с сыном и, не особенно церемонясь, древками копий отгоняли всех любопытных.

Постепенно порядок был восстановлен и Рей-Итта, заняв свое место на троне, принялась распрашивать Са-Рея а о том, что с ним случилось. Но тот был еще очень слаб, рассказ давался ему с трудом, и вдобавок ко всеобщему удивлению оказалось что он практически ничего не помнил из того, что с ним приключилось. Единственное что Са-Рей помнил отчетливо, это как он очнулся в каком-то мрачном месте и как какой-то эретликош отпаивал его различными снадобьями.

Услышав эти слова, Хетош приосанился и засиял как золотая монета, явно ожидая, что сейчас на него будет обращено благосклонное внимание. Но его надеждам не суждено было оправдаться. Внезапно во дворец вбежал главный настоятель храма Нирриаха.

- О, хвала Энну! Я молился день и ночь напролет и мои молитвы были услышаны! Мы снова имеем счастье лицезреть вернувшегося к нам Са-Рея в полном здравии! – воздев руки к небесам возопил Ашарситх.

Тотчас же все придворные стали почтительно расступаться перед ним, расчищая проход к трону.

Первое мгновение у Хетоша просто челюсть отвисла от такой наглости, а затем он яростно зарычал:

- Ах ты, пожиратель навоза! Значит, твоими молитвами! – и рванулся через толпу к объекту своей давней ненависти с твердым намерением вцепиться тому в глотку.

Но и на этот раз судьба обманула его ожидания. Когда до шеи Ашарситха оставалось не больше локтя, двоим подоспевшим стражникам удалось-таки перехватить Хетоша и не особо церемонясь они стали закручивать ему руки за спину.

- Какого… - выругался Турн, - Не того вяжете, дурни! – и он стал пробираться к месту свалки бесцеремонно расталкивая сбившихся в кучу придворных.

Впрочем, и ему тоже не удалось добраться до своей цели. Внезапный удар по голове погрузил ярла в полную темноту и очнулся он уже в этом каменном мешке.

Поморщившись, Турн осторожно потрогал внушительную шишку на затылке и посмотрел на Хетоша. Молодой эретликош сидел, обхватив колени руками и опустив на них голову.

- Да ладно, не унывай, - ехидно сказал ярл, - Даже если тебя и казнят за нападение на Ашарситха, как выглядит дорога в Дуат ты уже знаешь. Не пропадешь!

Вместо ответа Хетош вдруг мелко захихикал, а затем сквозь смех произнес:

- Турн, а ты, если не хочешь распугать всех тамошних обитателей, то лучше не улыбайся им.

- Не понял… - подозрительно покосился на эретликоша Турн.

В ответ тот рассказал, что оказывается, когда ярл попытался встать, то неожиданно даже для самого Хетоша обрел вид здоровенного волка. Причем не обычного, а с сияющей голубовато-серебристым светом шкурой. А когда он "ободряюще улыбнулся", то этот волчара оскалил пасть от уха до уха, продемонстрировав великолепный набор острейших зубов между которыми пробивались отблески алого света.

Немного удивленный таким описанием своего вида, Турн не остался в долгу и в ответ рассказал о том, как выглядел в том мире сам Хетош, и о том, как он вел Са-Рея держащегося за его хвост.

- И все-таки мы смогли! Мы выташили оттуда Джехтеммиша! – с повеселевшим видом заявил Хетош.

- Какого Джехтеммиша? – не понял Турн.

- Ну как, какого? – недоуменно поднял на него глаза эретликош, - Са-Рея так зовут – Джехтеммиш.

- А-а-а… Ну да, здорово, - отозвался ярл, и язвительно добавил, обводя глазами стены, - Особенно впечатляет полученная нами награда.

Вместо ответа Хетош что-то невнятно буркнул, но спорить не стал.

От нечего делать Турн решил вздремнуть и поворочавшись нашел-таки позу в которой голова не так сильно гудела. Вскоре он уже забылся тяжелым сном…


Проснулся ярл уже когда стемнело. Хетош продолжал сидеть, погруженный в какие-то размышления. Похоже он так и не закрывал глаз.

- Нет, я не понял, - сказал ярл, обращаясь к нему, - Боги Иджифета думают нас отсюда вытаскивать, или как?

- Турн, ну откуда мне знать? – устало откликнулся эретликош, - Может, как раз сейчас сюда послан вестник с приказом Рей-Итты освободить нас.

- Ага, а может, он несет приказ казнить нас завтрашним утром.

- Слушай! Твое дурное настроение нам не поможет! – взвился Хетош и, вскочив, опять забегал от одной стены к другой, - Что ты, вообще, от меня то хочешь? Чтобы я хлопнул в ладоши, и освобождение сверху упало? Ну вот, хлопаю!

И он, остановившись в центре, действительно хлопнул два раза и поднял вверх руки с подставленными ладонями. Вдруг наверху раздался какой-то сильный шум и оттуда, разматываясь на лету, упала толстая веревка и повисла прямо перед носом эретликоша.

Несколько мгновений молодые люди обалдев от таких дел смотрели на свешивающуюся сверху веревку, а затем Хетош недоверчиво несколько раз дернул ее. Веревка была настоящая, и привязана была крепко.

- Ну вот, - ухмыляясь повернулся он к Турну, - Прошу!

- Эй, вы! – раздался сверху знакомый шепот, - Хорош копаться. Вылазьте быстрее.

- Гвенблэй! – узнал Турн и, вскочив, стал первым корабкаться наверх.

Когда ярл выбрался из каменного колодца, взгляд его сразу уткнулся в двоих стражников Иджисса. Один из них, уже мертвый, скрючившись лежал у стены, прижав руки к широкой рубленой ране в боку. Другой, у которого под ключицей торчала рукоятка кинжала, был еще жив и еле-еле судорожно дышал. Но, судя по кровавой пене на губах, и ему скоро суждено было искать покровительства Эннубиаша и Ваппуатха, чтобы отправиться через сумеречные земли в Дуат.

- Ярл, я что-то не пойму, - привлек внимание Турна голос Гвенблэя, - Сам говоришь, что надо держаться подальше от эретликошей и не лезть в неприятности, и сам же свои распоряжения нарушаешь.

- Я иногда такой тупой, что сам своих слов не слушаю, - и Турн обнял Гвенблэя и стоявшего рядом Мьюндэля.

Тем временем над краем дыры появилась рука Хетоша и Мьюндэль стал помогать ему выбраться. Когда эретликош выбравшись, увидел тела двух стражников, лицо его побледнело, он явно не ожидал, что его освобождение потребует такой платы.

- Видишь ли, парень, - негромко сказал Гвенблэй, глядя ему в глаза, - Они очень сильно возражали против того, чтобы вы покинули эту яму.

Вместо ответа Хетош только судорожно сглотнул и молча кивнул.

- А как вы вообще нас нашли? – вмешался Турн.

- Да сегодня, уже ближе к вечеру, заявилась к нам девица одна. Красивая, и сразу видно, что знатная особа, хотя сверху плащ этакий простой, поношенный накинула, - начал Гвенблэй, - Прибежала, а сама бледная и перепуганная. Как увидела нашего Брэгги, так сразу в него вцепилась и давай по-ихнему тараторить, еле-еле разобрали, чего она хочет рассказать. А история такая, что по всему городу ходит молва, дескать, сегодня во дворце был раскрыт заговор. Какой-то эретликош, - Гвенблэй покосился на Хетоша, - похитил часть сокровищ своего храма и с помощью них подкупил чужеземцев, чтобы те помогли ему убить главного настоятеля и самому занять его место. Но, дескать, заговор сорвался, и скоро преступников казнят. Ну а поскольку у главного чужеземного воина, оказывается, были необычные белые волосы, то как говориться, к друиду гадать не ходи, и так совершенно ясно какой такой чужеземец погулял сегодня во дворце, - и Гвенблэй, преувеличенно горестно вздохнув, уставился на ярла.

- Да ладно, - насупившись пробурчал Турн, - Лучше скажи, где девушка.

- Нормально все с ней. Я наказал Брэгги и Бельгемиру, чтобы они проводили ее туда, куда она укажет, - ответил воин. И не удержавшись иронично добавил - Хотя я бы, например, не прочь узнать, чем это ты так ей приглянулся, что она на ночь глядя притащилась на самую окраину города.

Вместо ответа Турн вполголоса пробормотал что-то насчет вреда излишнего любопытства и сказал:

- Что делать-то будем? Если по уму, так нам надо прямо сейчас драть из города. Причем не на драккаре, так как стража наверняка все чужеземные корабли станет перехватывать и проверять.

- Верно мыслишь ярл, - одобрительно сказал Гвенблэй, - Поэтому я собрал самые необходимые наши вещи и неподалеку нас ждет с ними Фрэккинг. Давайте, кстати, двигаться к нему, а то мы уже и так слишком задерживаемся.

Выскользнув из здания, где держали узников, нордлинги и Хетош, растянувшись цепочкой и стараясь не шуметь, побежали вдоль стен домов, держась в их тени. Миновав что-то около пяти домов, Гвенблэй свернул в узкий переулок и остановился. Здесь их и ожидал Фрэккинг у ног которого лежали сложенная амуниция и еще какие-то припасы. Оглядев всех четверых и, остановив свой взгляд на Хетоше, он сурово сказал:

- Ага, а вот и эретликош. Сокровища храма принес?

Тот от такого приветствия в буквальном смысле слова остолбенел и потерял дар речи. Но в следующее мгновение по лицу Фрэккинга расплылась довольная улыбка, а Гвенблэй и Мьюндэль схватившись за бока тихо застонали от смеха. Сразу стало ясно, что эта троица заранее договорилась пошутить таким образом.

- Хорош веселиться, - решил вступиться за парня Турн, - давайте лучше решать, что дальше делать будем. Хетош, если добираться до Керриафа по суше, верхом, сколько это займет дней?

- Около двенадцати-пятнадцати дней, - ответил оправившийся эретликош.

- Я предлагаю, чтобы драккар немедленно уходил в Керриаф и там дожидался нас. А мы отправимся верхом и постараемся избегать ненужных встреч, - объявил Турн, - Затем уже в Керриафе, в зависимости от новостей, решим, что делать дальше.

- Хетош, а ты путь-то по суше знаешь? – сразу став серьезным спросил Гвенблэй.

- Только один раз с караваном ходил, - честно ответил тот, - Но это было совсем недавно, когда вас встретили. Думаю, не потеряю дорогу.

- Хорошо, - после короткого молчания сказал Турн, - Тогда сейчас Фрэккинг отправляется к причалам и драккар, как только будет готов к отплытию, немедленно должен уходить в Керриаф.

Воин не тратя попусту слов кивнул и, забрав свою часть поклажи, исчез в темноте.

- Так, а нам сейчас надо где-то раздобыть лошадей, - продолжил ярл.

- Лучше кемлошей, - подал голос Хетош, - Они более выносливы и неприхотливы. Для долгих переходов через засушливые степи и пустоши – то что надо.

- Кемлошей? Это те самые, сыны которых… - заинтересованно начал было Турн, делая неопределенный жест в сторону покинутого узилища, но вовремя спохватился, что мертвых лучше лишний раз не тревожить худым словом, и только сказал, - Ладно, покажешь. Все. Веди туда где можно найти этих, как ты их там назвал… И постарайся не тащить нас через весь город.

И снова четверка беглецов быстрыми перебежками потекла по ночным улицам Иджисса…


***

- …Ну так вот, - продолжил Мерк свой рассказ, - Первым делом я поменял свою энергетическую настройку на такой слой Силы, который был для нее привлекателен. Это оказалось в принципе не сложно, соответствующие навыки уже были. Как только необходимое изменение было произведено, ее энергосфера стала более проницаема для моего возможного воздействия.

- Ну понятно, две энергоструктуры вошли в резонанс. В результате могут взаимодействовать… - не удержался от рассеянного комментария его товарищ.

- Верно. В результате этого стало возможным с помощью жестко скомпонованных энергоимпульсов немного поменять настройку уже ее энергетики. Как я это делал, надеюсь объяснять не надо?

Ирган только махнул рукой, давая понять что это вообще давно отработанный и пройденный этап.

- Дальше, как только я увидел, что мои действия имеют результат, то решил что пора действовать более прямо и перешел к непосредственному общению, - продолжил его друг, - И хотя сперва все пошло хорошо и контакт завязался очень легко, постепенно началась какая-то настоящая фигня…

- Подожди, - вновь прервал рассказ Ирган, - А зачем было вообще такие маневры устраивать? Можно ведь было сначала начать обычное общение, а какое-либо биоэнергетическое взаимодействие осуществлять уже потом.

- Понимаешь, не уверен я был что твои слова были "Следом Духа", в первый раз ведь решил так сыграть, - поморщился Мерк, - Поэтому и решил сначала попробовать и посмотреть будет ли соответствующая поддержка.

- Ну и как? Была? – с любопытством поглядел на него товарищ.

- А как по-твоему? Когда все предпринятые тобой действия получаются тут же, словно кто-то подсказывает наиболее верный способ? Когда энергетики в твоем распоряжении внезапно становится гораздо больше, чем обычно было до этого? Как это называется? – Мерк невесело усмехнулся, - Да и особа та действительно оказалась не чужда "альтернативе"…

- Н-да, какое-то вмешательство определенно присутствовало. Многовато для простого совпадения, - Ирган задумчиво почесал за ухом, - Ну и что же дальше?

- А дальше, как я уже сказал, началась настоящая фигня, - Мерк поднялся и молча ушел к месту стоянки.

Ирган встал и приблизился к самому краю узкой и вытянутой скальной площадки. Вид открывался великолепный. Прямо перед ним возвышалась вершина соседней горы, увенчанная раздвоенным каменным гребнем, а чуть левее нее из-за верхушек желтеющих берез выглядывал край небольшого озерного зеркала с отражавшимися в нем темными облаками. Сама же площадка, на которой они разговаривали, обрывалась вниз практически ровной отвесной стеной, а верхушки росших под обрывом сосен сливались в начинающийся почти под его ногами плотный темно-зеленый ковер.

- И как только Мерк на такие места выходит… - удивленно думал он глядя на то, как изредка налетавшие порывы резкого ветра гоняли волны по лесному покрывалу.

Две недели назад Ирган вернулся в Шимаве и в тот же день отправился к своему другу. С первого же взгляда на товарища он понял, что тот попал в какую-то конкретную задницу. Даже выжатый лимон, который год назад напоминал сам Ирган, по сравнению с Мерком в его теперешнем состоянии выглядел куда как симпатичней. Поэтому, когда тот через пару дней заявил, что мегаполис его уже основательно задолбал и что ему позарез надо выбраться куда-нибудь за его пределы, Ирган конечно же возражать не стал и присоединился. В результате сегодняшнее утро он встретил на небольшой каменистой террасе с видом на озеро Ессе-Лэм. Плохо было лишь одно - то, что свободного времени на этот раз в их распоряжении было очень мало. Добравшиеся вчера до места стоянки уже в сумерках, друзья сегодняшним вечером должны были возвращаться назад.

Наконец Мерк вернулся и стал жадно глотать из пластиковой бутылки с минерализованной водой протянув еще одну такую же другу.

- Это уже вторая, что ты пьешь за время нашего разговора, - покосился на него Ирган.

- Знаю, но пить охота просто жуть, - пожал плечами Мерк и продолжил свою историю, - Ну так вот. Фигня заключалась в том, что совершенно неожиданно, даже для меня самого, между нашими энергосферами образовалось несколько мощных каналов. Через них энергетика потекла настолько интенсивно, что процесс некоторое время совершенно не поддавался контролю, только и оставалось что наблюдать за ходом развития событий, - он вновь сделал несколько больших глотков и продолжил, - Вот… А это самое развитие событий приняло вообще непонятный оборот. Мало того, что я словно превратился в некое подобие трубы между этой девушкой и привлекательным для нее слоем Силы и был захвачен этим потоком почти целиком. Так еще и оказалось, что ей, по ее же заявлению, совершенно не нужно ничего из того, что связано с Искусствами, да и я сам ей вообще-то тоже не нужен. Вот этот-то оборот по-настоящему выбил меня из колеи.

- С чего это собственно ради? – Ирган удивленно взглянул на своего друга.

- Да нет, ты не так понял, - недовольно скривился тот, присев на корточки и принимаясь кидать мелкие камешки с обрыва, - То, что я оказался ни к месту, это ладно. Это еще куда ни шло. Но если ей не интересны Искусства, то почему была такая активная поддержка моим действиям? И откуда такое внезапное привлечение Силы?

- Да уж, это очень любопытно… – Ирган задумчиво потер подбородок, - Ладно, давай пока рассказывай, что было дальше.

- Дальше, поскольку я оказался не при делах, а Искусства оказались вообще не в тему, то было совершенно непонятно, зачем эта ситуация могла понадобиться Духу-Правителю. В общем, я достаточно долго прикидывал различные варианты и пытался понять, в чем тут причина, но большому счету только потерял время. У меня ничего так и не вышло. Тогда в результате я решил, что в таком случае пора мне вообще отпустить эту ситуацию, и тут же обнаружил еще один сюрприз, - Мерк подкинул на ладони еще один камешек и отправил вслед за предыдущими, – И весьма неприятный. Оказалось, что я никак не могу избавиться от каналов-связей образовавшихся между нашими энергосферами. Хотя раньше подобное никогда не вызывало особых проблем.

- Ну-ну? И что ты сделал? – спросил Ирган уже более нетерпеливо.

- Разыграл шоу в котором предстал полным ничтожеством, а потом, немного погодя, просто перестал с ней контактировать, - с равнодушным видом ответил Мерк и поднявшись в несколько глотков опустошил бутылку.

- Так-так… Рассчитывал, что поскольку ничтожества никому не интересны, то она сама отпустит нити привязанности, раз уж это не удалось тебе? – с любопытством посмотрел на него товарищ, - Но судя по твоему виду, ты упустил то, что большинство людей вообще то даже и не осознают функционирования своего центра устремленного внимания. Не говоря уже о том, чтобы самим контролировать создание или нейтрализацию нитей привязанностей.

- Совершенно точно… Это как-то напрочь выпало из памяти…Ну и конечно дело осложнилось следующим: Когда я решил выйти из этой ситуации, то естественно сбил настройку с прежнего слоя Силы и соответствующий вид энергии заново уже больше не поступал. А поскольку от образовавшихся каналов избавиться не удалось, то та энергетика, что оставалась в моем распоряжении, продолжала по этим самым каналам понемногу уходить. Ну и поскольку до этого моя энергосфера была заполнена преимущественно именно ей, то результат ты можешь увидеть и сам…

- Да уж, вижу… - невесело рассмеялся Ирган и после длительной паузы добавил, - Ну что можно сказать… Решив сыграть по правилам Лиса Радуги ты нарушил минимум два из них: получив Команду Духа - не колебаться, и принимать результат таким, каким он придет.

- Спасибо за диагноз, доктор, - мрачно ухмыльнулся в ответ Мерк, - А что-нибудь по существу?

- Что тут посоветуешь, - пожал плечами его друг, - Совершенно ясно, что твоя ситуация напоминает мою, только в более усугубленном варианте. Если же ты хочешь последовать примеру фйорринов, то, как было сказано: "Иди к тому, у кого много того, что нужно тебе, и кому может быть интересно что-то, что есть у тебя". Кстати, почему ты решил ехать сюда, а не в тот же Эссем к примеру? Сюда добираться и то в два раза дальше.

- Ирган, ну ты же сам сказал, что ситуация напоминает твою, и соответственно что нужно делать, мы в принципе знаем. Ну и смысл тогда соваться к фйорринам? Думаешь, они смогут выдать более четкие инструкции? Дескать езжай туда-то, встречай того-то и скажи то-то, так что ли? – пробурчал Мерк с трудом скрывая раздражение, - Неужели ты думаешь что они вообще станут впутываться в эту ситуацию которая чем дальше, тем становится лишь непонятнее?

Чувствовалось, что на самом то деле он совершенно не прочь получить именно такие инструкции. Но Ирган и сам понимал, что ни призрачные альвинги Эссема, ни их далекие родичи фйоррины, не станут решать за молодых людей их проблемы. Совет - да, прямое вмешательство - нет, этот принцип они соблюдали неукоснительно и соответственно выход из ситуации придется искать самим.

- Ладно, не кипятись, - примирительно сказал он, - Все-таки, как ты вышел на это место?

- Ничего необычного, - уже более спокойным тоном ответил Мерк, - В Сети набрел на несколько снимков видов на Ессе-Лэм, которые вон с той горы открываются. Мне они и понравились, - он махнул рукой в сторону раздвоенной вершины, и, улыбнувшись, добавил, - Скажу сразу, о том, чтобы в здешних местах случалось что-нибудь необычное, никто не писал.

- Да? Ну и ладно… - Ирган поднял взгляд в сторону горы, - Наверх-то сходим?

- Конечно сходим. Судя по снимкам, оттуда вид еще более впечатляет, - согласно кивнул его товарищ, - А пока может, расскажешь, что было с тобой, пока отсутствовал?

- Да в принципе ничего особенного, - Ирган пожал плечами, - Понемногу собирал излишки такой чужой энергетики, которая была для меня привлекательна, и старался то, что собрал, особо не разбазаривать. Благо контингент, с которым общался, был подходящий. Да и работа постоянно все внимание занимала, что тоже способствовало…

- Хотя, может вот что тебе будет интересно, - добавил он немного погодя, - Я раньше как-то особо не обращал внимания, может, потому что не было особой нужды, но как оказалось, как раз такая энергетика, какую я накапливал пока отсутствовал, образует своеобразную прокладку между внешней стенкой энергосферы и внутренним запасом, хранящим основу Сущности…

- Ну вообще-то я в курсе, - без энтузиазма перебил его Мерк, - Как и то, что эта прокладка, как ты ее назвал, служит защитным слоем от внешних нежелательных энергетических воздействий…

- Да, это верно. Чужие импульсы словно вязнут в ней, а чем она тоньше или разреженней, тем ты более уязвим для чужого воздействия. Я в этом убедился. А то, что из этой энергетики формируется запас необходимый для манипуляций с центрами внимания? - Ирган вопросительно глянул на друга.

- Не понял, ну-ка поясни? - тут же заинтересовался тот.

- Честно говоря, всех подробностей того, за счет чего именно это происходит, мне понять не удалось, - Ирган разочарованно развел руками, - Но знаю точно, что после того как я набрал определенный запас нужной мне энергии, то обнаружил, что изменение настройки на какой-либо слой Силы по своему личному выбору вновь стало возможным.

- Любопытное наблюдение… - задумчиво прокомментировал Мерк и полуутверждающе поинтересовался, - Значит сейчас у тебя все в порядке?

- Ну, более или менее. По крайней мере, теперь я точно знаю, зачем фйорринами был придуман именно праздник, - вздохнул его товарищ почему-то с не особо радостным видом, - Как оказалось, то эмоциональное состояние, в котором ты находишься, когда уезжаешь, действительно имеет очень важное значение. Потому что когда ты не можешь менять настройку на слой Силы по своему выбору, то поначалу накапливаешь именно тот вид энергетики, импульс которой ты получил на прощанье.

- И в чем проблема? – осторожно поинтересовался Мерк глядя на друга.

- А в том, что у нас общество руководствуется совершенно другими обычаями. Причем люди почему-то считают, что ты в любом случае должен поступать исключительно таким образом, к которому все привыкли. А если вдруг поступаешь как-то по-другому, то воспринимаешься чуть ли не настоящим врагом… - Ирган умолк и вновь поднял взгляд на раздвоенный гребень вершины.

- Понятно, - хмыкнул его товарищ, - Ну это вполне обычная стереотипная реакция: Сдохни, но от нас ни шагу. А поскольку тот, кто не с нами, непременно будет против нас, то отошедший подлежит уничтожению. Так, на всякий случай…

- Да ладно, чего языками то попусту трепать, положение вещей от этого все равно не изменится… - недовольно прервал Ирган приятеля и добавил, - На гору то пойдем?

- Конечно. Но только после того как пожуем, - и Мерк направился в сторону их лагеря, прихватив с собой допитую бутылку.

Сразу после обеда с затянутого облаками неба стал накрапывать холодный моросящий дождик, но друзья все-таки решили не откладывать задуманное в долгий ящик. Необходимые вещи были собраны, костер притушен, и вскоре они уже двигались по тропинке уводящей в сторону намеченной цели.

- Слушай, Мерк, - топая позади товарища, позвал Ирган, - А кроме этого энергетического опустошения вся эта твоя заварушка хоть чего-нибудь дала? Ну не знаю… Опыт какой-нибудь там новый, или информацию? Ну, или хоть эмоции, в конце концов, ощущения какие-нибудь, подогрела?

- Дала, - не оборачиваясь ответил тот, - Эмоции они и есть эмоции, а мои ощущения ты вместо меня не попробуешь. Довольствуйся лучше информацией. Вот до вершины доберемся, там и расскажу.

Ирган молча улыбнулся. Кое-что в характере Мерка не менялось, не смотря ни на что. Как и раньше из его друга невозможно было что-нибудь вытянуть до тех пор, пока он сам не решит об этом рассказать.

Наконец тропка привела к подножью скального гребня расположившегося на самой вершине, и молодые люди направились вдоль него. Противное водяное крошево как раз перестало сыпаться с неба, и можно было подыскивать место, подходящее для того, чтобы взобраться до самого верха. Найдя, в конце концов, маршрут для более-менее удобного подъема, и ежесекундно рискуя поскользнуться на мокрых камнях, друзья начали карабкаться наверх.

- Уф! Ну вот мы и на вершине… - облегченно вздохнул Ирган когда они все-таки добрались до цели и глянув назад добавил, - О том, как мы отсюда слазить будем, я даже думать не хочу…

- Фигня. Смотри лучше туда, - и Мерк протянул руку, указывая в противоположную сторону.

С той, другой стороны, скала уходила далеко вниз таким отвесным обрывом, что дух захватывало. Тот, которым обрывалась площадка, на которой друзья разговаривали сегодня утром, по сравнению с открывающимся отсюда, выглядел просто бледной пародией.

Пригибаясь, чтобы случайно не свалило вниз резким порывом гуляющего здесь ветра, молодые люди осторожно прошлись по гребню и, отыскав небольшое углубление в скале, укрылись в нем. Наконец уже можно было передохнуть и поговорить более спокойно.

- Итак? - Ирган вопросительно глянул на товарища, уже достаточно долго ничего не говорящего и лишь смотрящего на открывавшийся внизу вид долины с блюдцами небольших озер, - Чего дала твоя заварушка?

- Чего дала… Кое-чего точно дала… Ладно, слушай, но постарайся особо не перебивать, чтобы ход мыслей не потерялся, - с задумчивым видом откликнулся тот несколько секунд спустя, - Значит так, различные Сущности, приходящие в этот мир извне, как ты и сам уже давно знаешь, имеют вид сфер наполненных энергией различного типа. Основная задача, которая у них есть - это после физического воплощения растратить принесенный с собой запас, а затем покинуть этот мир. Вообще, по сути, это единственная задача по которой мы все здесь присутствуем. Вот только растратить свой запас можно по-разному. Можно, например, просто непосредственно растворить его в общей энергосфере планеты, а можно и опосредованно, в частности задействовав для выполнения кое-какого более интересного дела. Пока понятно?

- Ну, насчет растворить непосредственно, это понятно, - кивнул Ирган, - Это значит произвести энергообмен, например вот с этим местом, примерно так, как это было у меня тогда, в Эссеме. А что за "более интересное дело"?

- А дело такое… - Мерк поежился от залетевшего в их укрытие холодного порыва ветра и собравшись с мыслями начал объяснять, - Этот запас биоэнергетики, это не просто голая энергия, это еще и информация, память о наиболее ярких переживаниях из прошлого воплощения. Поэтому более интересным делом будет реализовать его и использовать эти воспоминания, применяя удачные находки и по возможности не допуская прежних ошибок.

- Вполне логично, - охотно подтвердил его товарищ, - И как же, по-твоему, это сделать?

- Хорошо, теперь давай понемногу про то, как это можно сделать. Обычно, получив физическое рождение в этом мире, Сущность начинает реализацию своего запаса путем взаимодействия со многими другими Сущностями, как воплощенными, так и невоплощенными. Причем самое интересное, что взаимодействие с невоплощенными Сущностями происходит в любом случае, хочешь ты того или нет. И самое странное, что в абсолютном большинстве случаев это происходит совершенно неосознанно.

- Вот тут ты не прав! - принялся горячо возражать Ирган, - Раньше, в совсем древние времена, люди прекрасно знали, что мир полон духов или, как ты их называешь, невоплощенных Сущностей. Они так же знали и о том, как их можно увидеть, и способы, с помощью которых или можно с ними взаимодействовать, или наоборот – противодействовать им. Это сейчас чисто: Мы владыки этого мира и мы в нем самые крутые и могучие, а мир этот состоит только из того, что мы видим перед своим носом!

- Ну ладно, чего ты взвился? Мы же обсуждаем как это происходит именно сейчас, - удивленно посмотрел на своего друга Мерк, - Поехали лучше дальше. Так вот, реализовать принесенный с собой энергозапас можно только наладив обмен энергетикой с какой-нибудь другой Сущностью. Но память о чем-то, что не касается непосредственно жизни окружающих тебя людей, может проснуться только в том случае, если это энергообмен с невоплощенной Сущностью.

- Подожди, ничего не понял, - Ирган поднял ладонь, призывая собеседника остановиться, - Для начала, что значит "проснуться"?

- Понимаешь, я не могу тебе этого достаточно пунктуально объяснить, - развел тот руками, - Скажу только, что по моим наблюдениям энергия воплощенной Сущности выглядела более яркой. Особенно яркой выглядела энергия только что воплощенной Сущности. В принципе, это было очень похоже на концентрированный свет какого-либо оттенка. Энергия же невоплощенной Сущности по сравнению с ней выглядела более тусклой…

- И эта светящаяся энергия воплощенного смешиваясь с энергией невоплощенного пробуждает его?– догадавшись перебил его Ирган, - Словно разогревает?

- Да. И при этом между ними происходит взаимный обмен энергетикой, который длится до тех пор, пока светимость обоих не станет одинаковой, или, другими словами, пока между ними не наступит равновесие. В общем, в результате ты становишься как бы немножко им, а он - немножко тобой, - подытожил это свое заявление Мерк,- А если во время происходившего взаимообмена твое внимание было обращено на поток энергии, образовавшийся при этом между вами, то ты можешь при соответствующем умении проследить, как раскручиваются энергоинформационные сгустки из ваших запасов и считать эту информацию. Ну и конечно сделать соответствующие выводы, подобрав на основе этого вариант своих действий.

Так вот это и можно сделать. Правда вот того, от чего зависит та форма, в которой будет приходить подобная информация, я не понял.

- Наверное, от настройки соответствующего канала, - негромко обронил Ирган, погруженный в "переваривание" полученных сведений.

- Чего ты только что сказал? – удивленно воззрился на него приятель.

- Ну есть же в твоей энергосфере каналы, которые соприкасаются с ушами там, с глазами и тому подобное. Какой из них окажется настроен в резонанс в процессе такого взаимообмена, такую форму и будет иметь полученная информация, - отмахнулся Ирган, - По-моему, так…

Пару секунд Мерк обалдело смотрел на него, а потом с нарочито серьезным видом сообщил:

- Слу-у-ушай, в твоей голове еще появляются хорошие идеи.

- Да-а-а… Я крут! - усмехнулся Ирган и резюмировал итоги своих размышлений, - Немного чудно все это, но вроде я понял, То есть, контакт именно с невоплощенной Сущностью интересен по той причине, что если мое внимание будет сосредоточено на чем-то, что связано с окружающими меня людьми, то и информация будет всплывать соответствующая. Но собственно новой она не будет. А вот если в сферу моего внимания попадает Сущность, не включенная в окружающее меня сообщество, то и всплыть может кое-что поинтересней… Так?

- Да. Примерно так, - подтвердил Мерк.

- Действительно, "более интересное дело"… Но подожди! Ведь получается, именно это мы и делали с самого начала - обменивались с кем-то энергией! - вдруг озадаченно воскликнул его товарищ, - Получается, что каждый из нас при этом взаимодействовал с какой-то такой Сущностью? Почему же в той книге, с которой мы начинали, ничего не было сказано ни о каком взаимодействии с невоплощенными Сущностями, а только об энергоинформационных структурах планеты?

- Я думаю потому, что тот, кто ее написал, был очень и очень умен, - Мерк слегка улыбнулся, - Вот скажи, если бы ты знал, что это ты обмениваешься энергией с какой-то Сущностью, не возникло бы у тебя желания войти в контакт с какой-нибудь ну очень крутой из них? Прикинь сколько, наверное, можно было бы информации, соответствующих знаний и умений черпануть?

- Ну да, ниче наверное так… Неслабо... – усмехнувшись в ответ, призадумался Ирган.

- Ага. Только теперь вспомни, что мертвые не испытывают никакого почтения к живым и поэтому всегда стараются использовать их в своих интересах.

- А, это как сказал тот парень, о котором ты рассказывал? Ну этот, который некромант… - Ирган неопределенно взмахнул рукой, - Что ж ему об этом наверное лучше знать… Только вот любопытно, какие интересы могут быть у мертвых? Они же мертвы, есть-пить, вроде бы, не просят…

- Чуть позже об их интересах, ладно? – вопросительно взглянул на него Мерк и, увидев согласный кивок, продолжил, - Ну вот, а так, в принципе не зная, что взаимодействуешь с невоплощенной Сущностью, ты интуитивно подбираешь себе такую из них, взаимодействие с которой будет соответствовать именно твоему уровню способностей. К тому же, не зная об этом, ты не зацикливаешься исключительно на какой-либо одной взаимодействующей с тобой Сущности, а можешь при необходимости поменять этого своеобразного союзника. Или можешь вообще отказаться от подобной помощи и действовать в дальнейшем только на основании приобретенного опыта.

И кстати энергетические структуры планеты образовываются как раз за счет различных воплощенных и невоплощенных Сущностей, которые связанны между собой нитями привязанностей. Что, по-твоему, есть тот же Эссем? Большая энергоинформационная структура, в которой переплетены Сущности деревьев, животных и наших серых знакомых. Так что, все было написано верно, только без пристального внимания к мелким деталям. И это, скорее всего, было правильно. Возражения есть?

- Ну… В общем, нет… Наверное так действительно было лучше, - пожал плечами Ирган, - Тогда что там об интересах невоплощенных?

- Основная задача Сущности получившей физическое воплощение - растратить весь принесенный с собой энергозапас, - вновь начал его друг, - И пока такая Сущность не растратит этот свой запас, мир, эта планета, ее не отпустит. Но растворять непосредственно в общей энергосфере планеты не все умеют, поэтому в основном его тратят посредством взаимодействия с различными другими Сущностями, частично с воплощенными и частично с невоплощенными. И те, и другие в результате делятся с тобой своей энергией и опытом, на котором ты можешь либо чему-то учиться, либо можешь совершенно не принимать его во внимание. Только для того чтобы чему-то учиться непосредственно у невоплощенных нужно пользоваться специальными методами.

- Ты повторяешься… - заметил на это Ирган.

- Да? Ну и что. Иногда не вредно… - Мерк равнодушно зевнул и спокойно продолжил, - Кроме того, здесь есть определенные проблемы и таких, как мне кажется, минимум три. Во-первых: те, кому в действительности удалось покинуть этот мир, и чей опыт был бы наиболее интересен, как раз ничего рассказать и не могут. Именно по той простой причине, что они покинули этот мир, и их здесь просто нет.

- Ничего себе! Это что, получается, здесь скопились одни неудачники? Так что ли? – Ирган удивленно уставился на товарища.

- Ну… В некотором роде так… Конечно, если ты считаешь удачей полную реализацию своего потенциала, завершение дел, начатых тобою в этом мире и уход дальше, за его пределы.

- Хорошо, насчет того, что это можно принять за удачу, я в принципе с тобой согласен, - Ирган кивнул головой и выдал следующий вопрос, - Вот только бы еще определиться с тем, посредством каких дел стоит реализовывать свой потенциал?

- Честно говоря, тут ничего умнее как "по велению сердца или по интуитивному вдохновению" мне пока в голову не приходит, - рассмеялся в ответ Мерк, - В любом случае, тратить время и силы на достижение чего-то только потому, что так диктует какая-либо устоявшаяся привычка или чье-либо мнение, заявленное как авторитетное, лично мне представляется глупым.

- Понятно, - Иган понимающе улыбнулся, - Опять правила Лиса Радуги.

- Можешь предложить что-нибудь получше? Неужели что-нибудь наподобие, - Мерк величественным жестом простер руки вперед и театрально возвестил, - "Хочу заработать все деньги мира! А потом построить на них золотой склеп в котором будут покоиться мои останки!" или "Хочу стать самым великим и ужасным и чтобы все мне поклонялись и ползали предо мной в пыли!", или "Хочу перетрахать всех баб в радиусе тысячи километров!"

- Да, шикарные достижения… Они тебе точно многое дадут… Особенно последнее… - покатываясь со смеху, подтвердил Ирган

- Ну да ладно, слушай дальше… - подождав пока его друг насмеется вдоволь заявил Мерк, - Во-вторых: наиболее далеко продвинуться по пути, ведущему за пределы этого мира удалось тем Сущностям, которые максимально растратили принесенный с собой запас энергетики. Контакт как раз с какой-нибудь такой Сущностью был бы наиболее интересен. Но именно с такой Сущностью установить взаимодействие весьма сложно. Просто по причине того, что от нее мало что осталось и в силу этого воздействие, которое она может на тебя оказать, сравнимо в лучшем случае с легким дуновением ветра.

- И чтобы уловить это воздействие, как раз и необходимо то самое максимальное успокоение мыслей и эмоций и сосредоточение внимания, которые мы усиленно практиковали в самом начале Пути?

- Верно.

- То-то я смотрю что все, что ты рассказываешь, как-то до странности знакомо… Нет, ну как все-таки все одно за другое цепляется! – Ирган звонко щелкнул пальцами и довольно рассмеялся, - Хотя знаешь, вообще все это описываемое тобой взаимодействие с такими невоплощенными Сущностями-помощниками очень похоже на довольно распространенную в большинстве религий идею о том, что за человеком при жизни присматривает добрый Светлый Дух. Правда, кажется, где-то должен быть еще и Темный Дух, который постоянно поджидает, когда Светлый зазевается. Типа один побуждает делать добро, а другой побуждает делать зло.

- Слушай, ты же знаешь, что я не люблю подобные базары ни о чем, - Мерк недовольно скривился, - При более пристальном рассмотрении становится совершенно ясно, что добро и зло понятия весьма субъективные и относительные. Так что давай не будем отвлекаться на подобную чушь.

- Ну да, немного сладкого - хорошо, много - зубы испортятся и жопа слипнется. И что для одного хорошо, то для другого - смерть. Пример субъективности и относительности налицо, - недовольно пробурчал Ирган немного задетый таким тоном своего товарища, - Хорошо, что там в-третьих?

- То, что в-третьих, как раз непосредственно и касается интересов невоплощенных. В принципе основной интерес каждой такой невоплощенной Сущности довольно прост – если не удалось растратить свой запас и уйти за пределы этого мира, то на время пребывания в нем в невоплощенном виде, быть задействованной в каком-либо процессе энергоинформационного обмена с воплощенными Сущностями. И особенно с теми Сущностями, которые впервые воплощаются в этом мире. Почему, пояснять надо? – Мерк вопросительно глянул на друга.

- Нет, - после нескольких секунд раздумья сказал тот, - Потому что именно такие привносят в энергоструктуру планеты что-то новое. И взаимообмен именно с такими будет для невоплощенных особо выгоден с точки зрения поиска способа выхода на новый виток развития, или как мы привыкли говорить – способа продолжения Пути. Ну и конечно же в итоге – поиска способа ухода к следующему миру. Верно?

- Верно. А теперь то, почему, как мне кажется, мнение о том, что мертвые не имеют никакого почтения к живым, имеет право на существование, - объявил Мерк продолжая разговор, - Невоплощенные Сущности без постоянного обмена со своими воплощенными компаньонами той самой светящейся энергией имеют свойство тускнеть и впадать в какое-то странное состояние, очень похожее на спячку. Вот и скажи, если тебе не удалось покинуть пределы этого мира, и если ты застрял в нем в качестве невоплощенной Сущности, станешь ли ты стремиться к новому воплощению, при условии, что никто из тех, кто уже воплощен в физических телах, не нашел ни способа выхода на новый этап развития, ни способа покинуть пределы данного мира?

- Честно говоря, лично я пожалуй не торопился бы до тех пор, пока у меня есть тот, кто состоит со мной в энергетическом взаимообмене, и пока мне не грозит ситуация остаться без этого источника нужной мне энергетики. Особенно если учесть то, что при новом воплощении остаются только самые яркие воспоминания прошлого воплощения, а большая часть памяти теряется и приходится заново вспоминать достигнутый ранее опыт. И еще не факт что удастся… - начал рассуждать Ирган и вдруг резко замолчал уставившись на своего друга, - Ох ты! Мерк! Я же только что сказал, что мертвые все-таки нуждаются в еде! Только еда у них не такая как у живых. С ума сойти можно!

- Вот именно. Я пришел к такому же выводу, - кивнул тот, - Другой интерес невоплощенной Сущности вытекает из только что упомянутого. Если ей по какой-либо причине светит выпадение из процесса обмена энергетикой, то ей нужно подобрать того, кто поможет получить тело для нового воплощения. И затем соответственно нужно попробовать еще раз отыскать способ, с помощью которого можно покинуть пределы этого мира. Или как вариант - опять включиться в упоминавшийся процесс.

На несколько минут повисло молчание. Мерк закончил излагать свои наблюдения и просто любовался суровым осенним пейзажем долины. Товарищ же его тем временем прокручивал в уме полученную информацию и обдумывал ее соответствие всему тому, с чем самому уже доводилось встречаться.

- Ну что могу сказать, - наконец заявил он, - Вообще интересно… Кое-что конечно не ново, нечто подобное уже было и в других источниках. Согласись, это так. И кое-что из этого я и сам наблюдал. Тем не менее, некоторые моменты лично я, определенно, слышу впервые. Да и сама трактовка любопытная.

- На счет "не ново"… Сомневаюсь, чтобы для этого мира вообще хоть что-то было в принципе новым… Как говориться: Все новое - это хорошо забытое старое, - Мерк слегка усмехнулся, - Ты кстати как? Не устал? Дальше рассказывать?

- А это что, еще не все?! - удивленно вскинул брови Ирган, - Ну я смотрю, время у тебя без толку не проходило.

- Да… Как-то уж так вышло...

Мерк умолк и поднял руку раскрытой ладонью вверх.

- Опять пошел… - недовольно посмотрел он на упавшие на нее несколько капель.

Буквально через несколько секунд дождь зарядил изо всех сил. Окружающее мгновенно скрылось за шипящей стеной мелких, но льющихся плотным потоком, капель. Изредка налетавшие порывы ветра принимались рвать это полотно и забрасывать его брызги в укрытие друзей.

- Может попробуем найти другое, поглубже? - спросил Ирган морщась от периодически летевшей в лицо холодной воды.

- Ты так уверен, что здесь поблизости есть еще одно? - скептически глянул на него Мерк поднимая повыше воротник и пытаясь поплотнее вжаться в скалу, - Сиди лучше тут, а то еще вниз навернешься, вообще собирать нечего будет.

Побурчав немного по поводу столь несвоевременно испортившейся погоды, Ирган молча согласился, что прыгать по мокрым камням, да еще при резком ветре, занятие не самое благоразумное. Так же натянув практически до ушей воротник и устроившись поудобнее он произнес:

- Ну, тогда давай рассказывай дальше. Все равно других вариантов нет...


***

Дворец персональной резиденции Властителя Мира словно вымер. Даже слуги и те, казалось, не рисковали попадаться лишний раз на глаза. После того, как они развели огонь, и принесли прибывшим сухую одежду, ни один из них больше не появился. Остальные, похоже, вообще просто проигнорировали прибытие Властителя Срединных Земель. Ни сам Эллаль, ни кто-либо из его приближенных к ним так и не вышел.

Устало вздохнув, Нидуммунд оторвался от вида за окном и, подойдя к очагу, протянул над пламенем до сих пор не согревшиеся ладони. К буре, застигнувшей их в дороге, они оказались совершенно не готовы, слишком уж поспешно пришлось собираться и выдвигаться в путь.

- И ведь второй раз так… - внезапно пришла в голову странная мысль.

Действительно, уже второй раз гонец от смотрителей приносит такие известия, после которых Властителю Срединных Земель приходится бросать все и, ограничившись предельно малым эскортом, нестись вперед сломя голову.

На этот раз сообщение от Эннубиаша было устным и предельно кратким: "Направляемся в личную резиденцию Властителя Мира. Поведение посла странным образом изменилось". Больше, как утверждал посланник, Эннубиаш не передал ни слова, а сам он, кроме того, что весть была послана из столицы, ничего добавить не смог.

- Вероятно они рассчитывали найти Эллаля в столице, а когда его там не обнаружили, то направились в его личную резиденцию… И, похоже, весьма торопились, раз Эннубиаш успел передать только несколько слов, - продолжал свои размышления Нидуммунд наслаждаясь исходившим от огня теплом, - Наверняка просто поймал первого попавшегося рядового смотрителя, и наказал тому передать послание, а дальше налаженный механизм службы смотрителей уже сделал свое дело.

Торопиться же они могли только с подачи д`хагона, поскольку получили указания оказывать ему всяческое содействие. Но почему его поведение "странным образом изменилось"? Или эта неуемная рептилия, в конце концов, действительно докопалась до чего-то, что позволило ему чувствовать себя гораздо уверенней?

Негромкий стук прервал череду мыслей правителя. Заинтересованно обратив свой взгляд в сторону двери, он приказал стучавшему войти.

К немалой его радости в распахнувшемся проеме показался никто иной, как Ваппуатх. Смотритель быстро шагнул через порог и, прикрыв за собой двери, отсалютовал Властителю традиционным жестом.

- Наконец-то объявился хоть кто-то, кто, наверное, сможет прояснить ситуацию, - прокомментировал его появление Нидуммунд, - Где Эллаль? Где Эннубиаш? Где вообще хоть кто-нибудь? Куда все подевались?

- Властитель Мира Эллаль, его сын Ниенгирш, а так же его племянница Эннунит в сопровождении большей части приближенных вылетели на встречу с послом д`хагонов. Эннубиаш отправился с ними в качестве указующего направление. Властительница Ниенмах, насколько мне известно, сейчас находится неподалеку отсюда, в своем медицинском центре. С ней же отправилась меньшая часть свиты, в основном те, кто подчинялся непосредственно ей и помогал в исследованиях.

- Что значит: вылетели на встречу с послом д`хагонов? – удивленно воззрился на смотрителя Властитель Срединных Земель, - Судя по донесению, доставленному мне от Эннубиаша, наоборот - посол д`хагонов собирался прибыть на встречу к Эллалю в эту самую резиденцию.

- Так оно и было, Властитель. Д`хагон побывал здесь и встречался с Властителем Мира, - невозмутимо подтвердил Ваппуатх, - Но впоследствии здесь произошли еще некоторые события, и сейчас посол находится возле того аппарата, на котором он прибыл в этот Мир, а Властитель Эллаль направляется на "Буревестнике" к нему навстречу.

- Хотя возможно Властитель Мира уже и добрался, - добавил он спустя пару мгновений, видимо прикинув время, прошедшее с момента вылета.

Внезапно почувствовав, что за всеми этими перемещениями скрывается нечто очень тревожное, Нидуммунд приказал людям из своего сопровождения немедленно оставить их одних и, когда в помещении остались только он, Ниннурсах и Ваппуатх, велел тому максимально подробно изложить произошедшие события.

- Посещение столицы можешь пропустить, - добавил он, обращаясь к смотрителю, - Начни с момента вашего прибытия в здешнюю резиденцию…


…Не рискуя лишний раз привлекать к себе внимание ненужными телодвижениями, Ваппуатх и Эннубиаш неподвижно замерли возле дверей и лишь изредка бросали друг на друга короткие выразительные взгляды. То, что и Джах Х`вей, и Властитель Эллаль об их присутствии, похоже, совершенно позабыли, обоих смотрителей вполне устраивало. Не каждый день все-таки доводится присутствовать при аудиенции, на которой поднимаются столь необычные темы, подобные которой посол д`хагонов на данный момент излагал Властителю Мира.

- Все молодые расы тварных существ на заре своей истории ведут совершенно идентичный образ существования, - рассказывал между тем Джах Х`вей, сидевший напротив правителя за длинным столом, предназначенным для проведения общих собраний всех Властителей земель, - Постоянная борьба, поглощающая все силы и время. Борьба за само существование и за главенствующее положение…


…И в этом отношении д`хагоны не являлись исключением. Все это было им хорошо знакомо.

Но было и одно существенное отличие. Как определили д`хагоны уже гораздо, гораздо позднее, оказалось, что они несли в себе опечаток оставленный теми, кого сами они стали называть Сотворителями Мироздания. Лишь по очень смутным признакам удалось сделать вывод об их вмешательстве в судьбу д`хагонов, а всех нюансов того, кем они были, и по какой причине ими были избраны именно д`хагоны, прояснить не удалось и по настоящее время.

Однако выбор этот давал последним настолько огромное преимущество перед всеми другими существами, населявшими их Мир, что оценить его просто не представляется возможным. Сравнить таковое возможно лишь с неожиданно попавшим в руки ключом от двери, за которой хранится безотказный источник ответов на множество вопросов, тайн и загадок вселенной.

Но д`хагонов древности не интересовали какие-либо отвлеченные тайны и абстрактные загадки. Они являлись хищниками по своей природе и как у всякого хищника вопросы, возникавшие у них, были чрезвычайно целеустремленны. В первую очередь они касались, конечно же, поисков добычи и борьбы с прочими претендентами на таковую. Для обеспечения соответствующих устремлений и использовались получаемые ими ответы.

В результате д`хагоны сначала путем жестоких междоусобных столкновений установили твердый иерархический порядок внутри собственного сообщества, а затем, поскольку хорошо организованный соперник всегда сильнее, достаточно быстро добились возвышения среди прочих тварных существ своего Мира. После этого их господствующее положение упрочилось на долгие-долгие времена. Тысячелетия друг за другом сменялись в их родном Мире, но они неизменно оставались в нем главенствующей расой. Постепенно д`хагоны полностью изменили его в соответствии со своими вкусами и наслаждались полученным результатом.

Тем не менее, довольство их хоть и было долгим, но все же оказалось не бесконечным. Постепенно в их Мире стали проявляться тревожащие признаки: земли все больше истощались, животные, предназначавшиеся в пищу, плодились все хуже, а существа, служившие рабами, с каждым новым поколением становились все глупее и ленивее. Одним словом - Мир их, словно стареющее тварное существо, становился все менее насыщен жизненными силами.

Естественно, это вызвало у д`хагонов древности серьезную озабоченность. Влачить жалкое существование в умирающем Мире им не хотелось совершенно. И совершенно естественно, что вопрос, возникший в результате подобной озабоченности, касался поисков того, как этот Мир можно покинуть. И вновь им удалось получить ответ.

В результате д`хагоны отыскали способ отправиться к другим Мирам с целью отвоевания нового жизненного пространства. Очень немногие из таковых, оказавшихся в пределах их досягаемости, смогли дать достойный отпор вторжению. Были и такие, в которых вялотекущее сопротивление продолжалось довольно долго, и было немало. Но гораздо большая часть Миров вообще ничего не смогла противопоставить расе существ, имевших за собой столь значительный опыт, и, конечно же, у таковых не осталось иного выбора, как последовать по колее проложенной для них захватчиками.

Впрочем, к другим Мирам отправились вовсе не все д`хагоны. Завоевывать обитаемые Миры, оказавшиеся в пределах их досягаемости, пустились те из них, кому это полагалось по статусу – каста воинов. Большая же часть д`хагонов после того, как вторжение закончилось успехом, а необходимые ресурсы стали поставляться в их родной Мир из других, вообще предпочла его не покидать. За очень долгое время он был превосходно обустроен ими для собственных потребностей, и идея перебираться в другие Миры, где, помимо непривычных, а зачастую и весьма неблагоприятных, природных условий, наличествовало еще и весьма недоброжелательное по отношению к агрессорам население, не выглядела привлекательной.

Тем не менее ситуация критической быть перестала и течение их жизни вновь приняло упорядоченный характер. Налаженные обильные поставки ресурсов из новых источников, опустошение которых ожидалось еще не скоро, заметно ослабили напряжение и подозрительное недоверие, всегда существовавшее между самими д`хагонами. Да и вообще казалось, что подобная проблема исчерпала себя раз и навсегда. Ведь отныне их сообщество становилось настоящей многопланетной империей, которой только и оставалось, что дальше подчинять своему влиянию более слабые Миры, изменять их, обустраивать по своему вкусу, и переселяться в них, по мере того как какой-либо исчерпавший себя старый Мир приходил бы в полную негодность. Казалось, все было предопределено раз и не навсегда.

Времена благополучия и обеспеченности впервые привели к тому, что можно было направить свои устремления на что-либо отличное от постоянных забот о судьбе дня грядущего. Что д`хагоны и не замедлили сделать. Одни из них бросились утолять свою жажду развлечений, другие – посвятили свои усилия попыткам возвысить свой иерархический статус за счет деятельности в новых колониях, но были и такие кого привлекли новые познания, возможности для которых открыло распространение области влияния д`хагонов за пределы их родного Мира. И неожиданным образом это повлекло за собой новые тревожащие вести.

Как оказалось, в опасной близости от той части вселенной, которую охватила собой империя д`хагонов, расположилось светило, в поведении которого все чаще стали прослеживаться весьма пугающие тенденции. На тот момент, когда это было замечено, д`хагоны уже имели достаточно наблюдений за небесными телами для того, чтобы знать, что подобные особенности в поведении звезды в дальнейшем чреваты ее взрывом. Да таким, от последствий которого уберечь все множество колоний попросту не представлялось возможным.

Такие новости, если бы в обществе возникло серьезное к ним отношение, неминуемо вызвали бы настоящий хаос, что иерархической верхушке, поскольку эвакуировать на безопасное расстояние все население империи все равно было нельзя, конечно же, было совершенно ни к чему. Поэтому ими было решено всеми возможными способами дискредитировать подобные сведения, а самим тем временем с предельно возможной поспешностью готовиться к эвакуации.

В результате в один прекрасный день верхушка д`хагоновской империи, вместе с самим правителем, объявив, что отправляются в длительное путешествие по своим колониям, покинули столичный Мир, а в конечную точку просто-напросто не прибыли. Вместо этого, собрав максимально доступное число воинских соединений, они устремились прочь во вселенную, намереваясь убраться от опасного светила на предельно возможное расстояние.

Стоит заметить, что среди самой воинской касты подобный демарш какого-либо протеста вовсе не вызвал. Ее члены и так уже практически в открытую высказывали свое недовольство тем, что в то время как гарнизоны в большинстве колоний по-прежнему вынуждены существовать в суровых и едва приспособленных для жизни условиях, население столичного Мира спускает достающиеся ресурсы в бездумных развлечениях и бессмысленных растратах. Поэтому такой оборот событий подавляющим ее большинством трактовался как своеобразное проявление справедливости, а отчасти был даже воспринят с некоторой затаенной радостью.

В дальнейшем же события покатились по уже знакомой колее. Правители д`хагонов хотя и организовывали свою эвакуацию в условиях крайней поспешности, вовсе не были такими глупцами, чтобы направляться навстречу полной неизвестности. Та область вселенной, в которую они устремились, была ими предварительно изучена, и направлялись они туда именно потому, что обнаружили там несколько Миров с условиями в принципе вполне подходящими для их жизни. Так что, когда они прибыли к своей цели, многочисленные представители воинской касты оказались весьма кстати, и единственное отличие от традиционного сценария было на этот раз в том, что им пришлось разделиться для вторжения сразу в несколько Миров.

В части из них захватить власть д`хагонам вновь удалось, но и понесенные при этом потери оказались весьма существенными. После этого, ни о какой многопланетной империи уже не могло быть и речи, на это просто не хватало ресурсов. И в результате судьба тех д`хагонов, что покинули свой родной Мир, надолго разделилась на несколько самостоятельных линий.

Все это время колонии, основанные ими на захваченных Мирах, были вынуждены вести совершенно обособленное существование и к тому моменту, когда сообщение между ними вновь стало возможным, почти все они достигли примерно одинакового уровня развития и вооружения. У д`хагонов же верховной властью всегда обладал наиболее сильный и потому неудивительно, что когда этот вопрос вновь поднялся, ни одна из колоний не пожелала уступить ее какой-либо другой.

Но на некоторых соседних планетах, так и оставшихся незахваченными, продолжало находиться население, которое в потенциале тоже могло овладеть способами межзвездных перемещений и в дальнейшем могло само наведаться к незваным гостям. Принимая во внимание такое положение вещей, а также еще и то, что в долговременной перспективе пред ними по-прежнему маячила необходимость захвата новых Миров, разделяться и распылять свои силы было бы не самым лучшим решением. Тот факт, что хорошо сплоченный и организованный соперник всегда сильнее, д`хагоны усвоили еще в самом начале своего становления.

Поэтому в итоге они заключили конфедеративный союз своих Миров, базировавшийся исключительно на военных задачах. Во всем же остальном вступившие в него колонии оставались совершенно самостоятельными…


- … И все-таки недолюбливают они друг друга, недолюбливают... Похоже, как и вообще все большие хищники, - усмехнулся про себя Нидуммунд и поинтересовался, - Так к чему же в итоге был весь этот его рассказ, Ваппуатх?

Как не постарался смотритель стереть улыбку, невольно появившуюся при этой реплике у него на губах, ему это не удалось.

- Примерно на этом же месте Властитель Мира прервал д`хагона и поинтересовался для чего столь долгое и обстоятельное повествование, - пояснил он в ответ на удивленно-вопросительный взгляд правителя.

- Хм, и что же ответил ему посол?

- Он ответил, Властитель, что запутанные дела лучше всего рассматривать постепенно и с самого начала. Или, по крайней мере, с того, что кажется началом.

- Да, такая привычка за ним и вправду водится… - медленно кивнул Властитель Срединных Земель припоминая, и согласился, - Что ж, тогда давай все по порядку…


***

Наконец иджифетские берега остались далеко позади. Можно было перестать кутаться с головой в плащ и спокойно пройтись по палубе, чем Турн и не преминул воспользоваться. Солнце уже почти село и ярлу, выбравшемуся из трюма диггора, оставалось лишь проводить взглядом край багряного диска быстро исчезнувшего за горизонтом. Почти сразу же окружающее море слилось с быстро потемневшим небом превратившись в единое безбрежное пространство. И только высыпавшая россыпь звезд и узкий серп луны давали знать в какую сторону нужно вести корабль. Кринейские мореходы тотчас стали готовиться ко сну, оставив бодрствовать лишь рулевого. Ярл же с наслаждением вдыхая прохладный морской воздух неторопливо пошел вдоль борта к носу судна на котором виднелся чей-то силуэт.


О, клык безжалостный луны

Зачем ты сердце мне терзаешь

Лишь ты, соленая вода

Лишь ты мою печаль глотаешь


В твоей бездонной глубине

Исчезнет горечь расставания

Прощай, великий Иджифет

Остались лишь воспоминания


Увижу ли когда-нибудь

Твой гордый лик, страна-избранник?

Увы, на долгие года ты далека

Я - лишь изгнанник


Куда погонит плеть судьбы?

Все скрыто. Как в туман Дуата

Иду вперед, не зная сна

Иду, чтоб позабыть утрату


Удивленный Турн замер буквально в трех шагах, стараясь не потревожить не замечающего его молодого иджифетца.

- Надо же, никогда бы не подумал, - думал ярл, слушая, как тот тихо читает рифмованные строчки.

- Что с ним? – раздался из-за плеча едва слышный голос.

Вздрогнув от неожиданности Турн оглянулся и увидел незаметно подошедшего Гвенблэя. Знаком поманив воина за собой, ярл направился в сторону кормы. Отойдя на достаточное расстояние он облокотился на борт и глядя в темную воду по которой скользил корабль тихо сказал:

- Паршиво ему, как я думаю. А что ты хочешь? Все что было ему дорого теперь далеко. Впереди неизвестно что, денег нет, знакомцев кроме нас тоже нет…

- Ничего, оклемается понемногу, - вздохнул Гвенблэй, - Мы с тобой, кстати, тоже не как сыр в масле катаемся. После платы купцу из денег у нас остались только те, что удалось выручить у хозяина "Северного ветра" за этих уродливых кемлошей.

- Да уж, - усмехнулся ярл, и добавил, - Значит, корчмарь со слов Фрэккинга передал, что тот из-за иджифетских галер не смог задерживаться дольше и повел драккар к берегам Кринеи?

- Верно. Вот только, на сколько мне известно, Фрэккинг ни разу не бывал в Кринее. Привести драккар к кринейскому побережью он, конечно, приведет. Но вот куда именно… - Гвенблэй ожесточенно поскреб бороду, - Вот ведь незадача! Как бы с ним не разминуться.

- Ладно, дней через семь все будет более или менее ясно. Купец сказал, что если все будет хорошо, то кринейские берега мы должны увидеть к середине седьмого дня.

- Ну тогда давай на боковую, что ли? – и воин потянулся, зевнув во весь рот.

- Гвенблэй, слушай, в мире есть вообще такая вещь, которая способна не дать тебе спокойно дрыхнуть? – с некоторым любопытством посмотрел на него ярл.

- А какой толк от бесполезных тревожных раздумий? Лучше уж спать пока есть возможность, - разведя руками ответил тот, - Или уж как наш иджифетский друг… - непонятно закончил он, взглянув в сторону носа, и отправился к своему лежаку…


Через обещанный кринейцами срок на горизонте показалась узкая полоска невысоких гор и обрывистых, сильно изъеденных прибоем, прибрежных скал их родного берега. Вскоре после полудня беглецы уже попрощались с немногословным хозяином диггора, согласившимся увезти их из Иджифета, и сошли на бревенчатый настил причала.

После короткого обсуждения решено было отправиться за новостями в расположившуюся недалеко от берега корчму, именуемую "Тихой гаванью", в которой ярл со спутниками и проторчали до позднего вечера, понемногу цедя взятый эль и распрашивая всех, кто мог хоть что-то знать о корабле нордлингов.

- Что-то не видал здесь никто нашего драккара, - разглядывая дно своей кружки, удрученно сообщил ему Турн, - И как мы теперь его искать будем? – и он, подняв голову, оглядел своих компаньонов.

- Ярл, я предлагаю сделать так, - после продолжительной паузы наконец сказал Гвенблэй, - На деньги, из тех что остались у нас, купим двух лошадей и завтра я и Мьюндэль отправимся в разные стороны вдоль побережья. Так у нас больше шансов, чем сидя на одном месте. На поиски мы возьмем, ну скажем, дней шесть, Если хоть что-то узнаем – хорошо, если же нет, - воин огорченно вздохнув развел руками, - тогда похоже мы застряли здесь надолго.

Ничего лучшего никто придумать не смог, поэтому уже на следующий день Турн и Хетош, попрощавшись рано утром с ускакавшими в разные стороны Гвенблэем и Мьюндэлем, остались одни. На удивление легко им удалось договориться с хозяином корчмы, согласившимся на то, чтобы молодые люди вместо платы деньгами помогали ему в некоторых хозяйственных делах, и вскоре Хетош, научившийся у местных ребятишек рыбной ловле, стал частенько пропадать на небольшой речке, протекавшей неподалеку, а Турн, который терпеть не мог целыми днями сидеть за рыболовными снастями, предпочитал ходить с луком в горы. Бывало, что и тот и другой приходили назад не с пустыми руками. Больше же заняться в этом прибрежном городишке им было нечем.

Так и тянулись длинные и однообразные дни ожидания, пока на пятый день отсутствия двух нордлингов, ускакавших на поиски, их череда не была прервана самым неожиданным образом.

Ближе к вечеру, возвращаясь совершенно безо всякой добычи и по причине этого пребывая не в лучшем настроении, Турн увидел несколько привязанных около корчмы коней.

- Кого это еще принесло? – насторожился он, оглядывая хорошо подогнанную упряжь на сытых и ладных животных, и прислушиваясь к странно оживленным голосам, доносящимся с постоялого двора.

Войдя в ворота, ярл увидел, что его смутные опасения подтвердились. Во дворе у "Тихой гавани" остановился небольшой отряд из семи человек. Все они были светлокожие и русоволосые, немного похожие на нордлингов, но переговаривавшиеся на незнакомом Турну наречии. И все бы ничего, но с одним из них напротив друг друга стоял Хетош, и вид у него при этом был весьма раздраженный.

Здоровенный детина, на голову выше иджифетца и в полтора раз шире в плечах, лениво перекидывался со своими соплеменниками короткими фразами, вызывавшими оживленные усмешки. Хетош же, как и Турн, ничего не понимал из его разговора, но похоже принимал их на свой счет, из-за чего злился с каждой репликой все сильнее.

- Вот принесла нелегкая, - в сердцах подумал ярл, - Он же его сомнет и не заметит.

Напустив на себя равнодушно-самоуверенный вид, Турн подошел и встал рядом с иджифетцем.

- Что за дела? – смерив верзилу нарочито спокойным взглядом, обратился он к Хетошу, - Что ему надо?

- Не знаю, - не сводя со здоровяка разъяренного взгляда ответил тот, - Ни слова не пойму из того, что он говорит. А он не понимает меня. Но кажется он хочет меня оскорбить.

- Здорово, сосед, - вдруг сказал один из новоприбывших постояльцев, подходя к ним и обращаясь к ярлу на ломаном, но вполне понятном, языке нордлингов.

- Сосед? – вопросительно приподнял брови Турн, оглядываясь на явно бывалого бородатого воина, чьи длинные курчавые волосы были перехвачены узким кожаным ремешком.

- Нордлинг? – в свою очередь полуутверждающе спросил тот.

- Нордлинг…

- Мы – тмегане. Наш народ граничит с вашими восточными землями, - заявил русоволосый, - А мое имя – Вольх.

- Ясно. Я – Турн, из западных нордлингов, - ответил ярл, с интересом оглядывая никогда ранее не встречавшихся ему восточных соседей, и добавил, указывая на иджифетца, – Он - Хетош, из Иджифета.

- А зачем надо было голову моему товарищу морочить? – добавил Турн, вновь обращаясь к Вольху, - Ты же понимаешь, что я говорю.

- Тебя-то я понимаю, а вот он без тебя какую-то тарабарщину нес…

На пару мгновений ярл задумался, а потом повернулся к Хетошу:

- Ты тут без меня на каком языке говорил?

- На своем, на иджифетском, - смешавшись, ответил тот.

- О, боги! – горестно вздохнул Турн, поднимая глаза к небу, - Ну ладно, что твой парень хотел-то? – спросил он у Вольха.

- Бхима хотел пошутить и спросил твоего друга, как он, такой щуплый, донес так много рыбы, - улыбнувшись ответил тот.

Посмотрев туда, куда указывал взгляд тмеганина, ярл увидел сиротливо стоявшее в стороне ведро, которым обычно носили воду из колодца, и которое было до краев полно крупных рыбин.

- Ты что ли наловил? – недоуменно спросил Турн у Хетоша, довольно кивнувшего в ответ, - Силен … – покачал он головой с удивлением глядя на повеселевшего компаньона.

- Ну что, по мировой тогда? – вновь обратил на себя внимание Вольх, и подмигнув многозначительно посмотрел на дверь корчмы.

- Ухи свежей хочешь? – в свою очередь спросил Турн чтобы закрепить наладившиеся было отношения.

- Лады! – расплылся в улыбке Вольх и, сказав что-то остальным тмеганам, подхватил ведро с рыбой и вместе с Турном и Хетошем направился в корчму.

Вскоре по всей корчме уже плавал аромат наваристой ухи, которую Турн, Хетош и их новый знакомый с удовольствием ели под завистливыми взглядами других посетителей и попутно прихлебывали эль, который оплатил Вольх.

Постепенно стали заходить и другие воины-тмегане. Подходя к Вольху, который судя по всему и командовал отрядом, они перекидывались с ним парой фраз и без особого шума рассаживались за другие столы.

- Что же они здесь делают? – думал Турн поглядывая на то, как воины Вольха одетые в куртки-безрукавки из толстой дубленой кожи, которые при случае вполне могли бы сойти и за легкие доспехи, обстоятельно и не торопясь принимаются за заказанную еду, кладя мечи рядом с собой на лавки и не особо налегая на эль.

- Вольх, а что вы делаете в Кринее? – не удержавшись спросил он.

- Мы-то? – тмеганин оторвался от ухи, - Гуляем мы здесь, - и он широко улыбнулся.

- А, ну да, гуляете… - понизив голос сказал Турн, - А потом возвращаетесь к своим и рассказываете в каких хороших местах гуляли. А те приходят в такие места и говорят тамошним: "Хорошие у вас тут места. Пожалуй, мы тут останемся. Вы не против?" И при этом мечами эдак выразительно поигрывают, - и, подмигнув, добавил, - Знаем мы про такие прогулки. Впрочем, это ваши дела, не наши.

Вольх рассмеялся в ответ:

- Ишь ты! – и погрозил Турну пальцем, - А сами-то вы что здесь делаете?

- Ну, это длинная история, - неохотно отозвался Хетош.

- А я и не тороплюсь. Сегодня вечером – точно не тороплюсь, - и он долил эля в кружки.

Чуть погодя молодые люди все же разговорились и стали рассказывать о своих приключениях, а Вольх увлеченно слушал, покачивая головой от изумления, и лишь иногда принимался в свою очередь рассказывать предания о не менее загадочных делах творившихся в родных лесах тмеган. Так за занятными историями и просидели до глубокого вечера, пока уже не стали клевать носами.

Решив перед сном освежиться, все трое направились на выход и уже прямо в дверях столкнулись с еще одним припозднившимся посетителем. Это оказался не шибко высокий и неширокий в кости мужчина, явно уже приближавшийся к шестому десятку лет. Он определенно не принадлежал ни к одному из знакомых Турну народов, да и одет вошедший был в высшей степени необычно – в длиннополую куртку из светло-синего сукна с широкими обшлагами длинных рукавов, перепоясанную широким поясом оранжевой материи и украшенную по краю замысловатым узорчатым орнаментом из такого же оранжевого нитяного шитья. На ногах у него были такие же светло-синие широкие шаровары и сапоги из мягкой черной кожи с невысокими голенищами. На голове же его красовалась невысокая круглая шапочка со странным шариком наверху, из-под которой сзади до пояса свешивалась толстая коса черных, уже тронутых сединой, волос.

Едва не столкнувшись с ним, Вольх тут же подобрался и, придержав за плечо шедшего рядом с ним Хетоша, сделал шаг в сторону сам и сдвинул иджифетца. Странный посетитель в свою очередь тоже сделал шаг в сторону и, обменявшись с тмеганином парой вежливых фраз, из которых ярл ровным счетом ничего не понял, прошел дальше. Проводив его удивленным взглядом, Турн поспешил за Хетошем и Вольхом уже скрывшимися за дверями.

- Вольх, это кто такой? – спросил он догоняя их.

- Какой-то ру-ямец, - ответил тот направляясь к колодцу.

- Ру-ямец? Это еще кто? И что ты так от него отскочил?

- Ру-ямец – это тот, кто из Ру-Яма. Это такая страна, достаточно далеко на восток отсюда, - неторопливо пояснил Вольх и, прогоняя лишний хмель, вылил себе на голову ведро воды и, отфыркиваясь, продолжил, - Где-то на их землях есть несколько храмов, в которых готовят уй-синов. Это очень хорошие бойцы, а вдобавок еще и служители каких-то древних богов, - следующий поток воды полился уже на Хетоша, - Не знаю, кто такой именно этот ру-ямец, может он ничего особого и не представляет, но я не буду рисковать. Сейчас не время, - и еще одно ведро было опрокинуто на голову Турна, после чего Вольх пожелал друзьям доброй ночи и ушел, пообещав назавтра еще свидеться.


Следующий день выдался пасмурным и ветреным. Уйдя к берегу моря и сидя на плоском валуне над скалистым обрывом, Турн глядел на серые гребни волн и пытался разобраться в своих мыслях.

Утро принесло ему несколько не очень приятных сюрпризов. Во-первых, проснувшись и отправившись завтракать, ярл встретил в корчме уже вставших Хетоша и Вольха, беседовавших о чем-то с тем самым ру-ямцем, которого повстречали предыдущим вечером. Оказалось, что Хетошу запали в голову вчерашние слова тмеганина о ру-ямских храмах, в которых готовят уй-синов, и теперь иджифетец пытался разузнать, знает ли этот человек об этих храмах и сможет ли он указать туда дорогу. Ру-ямец, которого, как выяснилось, звали Унь Лэй, утверждал, что он знает об одном таком храме и вполне может сопроводить туда молодого иджифетца, если тот пожелает. Разумеется Хетош, который не забыл, как запросто его скрутили стражники Рей-Итты, пожелал, и теперь выяснялся вопрос о том сколько займет путешествие и сколько потребует Унь Лэй за свои услуги. Во-вторых, вернулся Гвенблэй, которому не удалось ни встретить каких-либо следов драккара, ни выведать из рассказов местных каких-нибудь деталей, которые бы указывали на его пребывание в здешних водах. И, в-третьих, с некоторым раздражением Турн обнаружил, что сам не может понять, чего он собственно хочет больше – найти свой драккар и уплыть домой, или отправиться с Хетошем в далекие восточные земли в неведомый храм.

За спиной под чьими-то ногами захрустели мелкие камни и, обернувшись на звук, ярл увидел взбирающегося по откосу Гвенблэя.

- Что, Мьюндэль приехал? – спросил он воина приветственно поднявшего руку.

- Нет, его еще нет, - ответил тот, поднимаясь на гребень обрыва, - Унь Лэй со своим караваном уходит сегодня после полудня, Хетош тоже решил отправиться с ними. Тмегане тоже уходят, они нанялись охранять караван пока их пути будут совпадать… А что решил ты, ярл? – добавил он после короткого молчания, - Что-то ты себе места не находишь.

- Не знаю… Домой хочется… И в Иджисс хочется… А если Хетош не вернется в Иджисс и не добьется оправдания, то уж точно не видать мне… - Турн запнулся и неловко умолк.

- Не пойму я все-таки тебя, - произнес Гвенблэй, глядя в сторону горизонта, за которым скрывалось побережье Иджифета, - Что мешает просто как-нибудь пробраться за стены Иджисса и увезти ее?

- Захочет ли? – тяжело вздохнул Турн, - Да к тому же у нее какие-то особые отношения с ее богиней. Без покровительства Баштис она может долго и не прожить… А без надлежащего дозволения Рей-Итты я и сам в Иджессе могу не долго протянуть.

- Да и на восток тоже что-то тянет. Даже сам не пойму что! - в сердцах закончил он.

- Может это кто-то из Высших снова подталкивает тебя? – задумчиво сказал Гвенблэй, - К тому же где-то там земли в которых впервые объявились эйтоны…

- Кто-то из Высших меня подталкивает? Что, снова?- и Турн невольно расплылся в улыбке, – Скажешь тоже… Ну прям какой-то избранный Высшими!

- Ты улыбаться то не торопись, - охладил его Гвенблэй, - Высшие, они, знаешь ли, обычно не для безмятежной жизни выбирают.

Ярл немного удивленно посмотрел на него и не удержавшись спросил:

- Гвенблэй, кто вы в конце концов? Ты и те, кто пришли с тобой?

- В те времена, когда друидам нордлингов были переданы основные чародейские знания, была выбрана и другая группа людей. Они хорошо чувствовали проявления магических сил, но им самим эти силы почти не подчинялись. Так вот странно распорядилась судьба, - усмехнулся в ответ воин, - Их обучали другим вещам – в основном неразглашаемым воинским приемам и особым способам наблюдения за магическими сферами. На них была возложена задача поддержания равновесия между властью конунгов и влиянием друидов. Неудивительно, что ни те, ни другие, хотя временами и сами прибегали к их помощи, особо их не жаловали, примерно так же как скотопасы не жалуют волков.

Поэтому эти люди, передавая свои знания из поколения в поколение, старались не слишком-то оглашать свою деятельность. Лишь по какой-нибудь вещи из шкуры волка, которую было принято надевать в тех случаях, когда, действуя по воле богов, они были вынуждены находиться в чужих местах, те, кому следует, могли узнать их и могли оказать какую-либо посильную помощь.

- Вот оно значит как… - промолвил Турн, припомнив их первую встречу, и, обведя взглядом затянутое плотными облаками небо, подумал, - Так куда же все-таки направиться?

- Ты что-нибудь решил? – словно вторя его мыслям, спросил Гвенблэй, – Хочу тебя заранее предупредить: Унь Лэй сказал Хетошу, что если того возьмут в храм, то провести он там должен будет как минимум два года.

- А, была-небыла! Я отправляюсь на восток, – решился наконец ярл, - Когда отыщите драккар ты отведешь его к нашим берегам?

- Слово! – Гвенблэй протянул руку, и добавил, – А через два года я буду ждать тебя здесь. По крайней мере, до тех пор, пока не кончится лето.

- Решено, - и Турн, пожав протянутую ему руку, развернулся и стал спускаться по тропинке...


***

Дождь, явно не собиравшийся заканчиваться, продолжал свое убаюкивающее нашептывание, и стоило определенных трудов, чтобы не задремать и не упускать из внимания нить рассказа Мерка:

- Каждый биологический вид живых существ образует свою энергоинформационную структуру, являющуюся своеобразной связкой из различных воплощенных и невоплощенных Сущностей одного вида скрепленных между собой нитями привязанностей…

- Ты уже это говорил, - встрепенулся Ирган.

- Ничего, повторить не помешает. Ладно, поехали дальше… - небрежно отмахнулся его товарищ, - Каждая такая структура является, помимо всего прочего, своеобразным накопителем информации и содержит суммарный опыт Сущностей, воплощавшихся когда-либо в биологическом теле соответствующего вида. Этот накопитель содержит в себе образец такой модели взаимодействия с окружающим миром, которая помогает наиболее успешно реализовывать свой потенциал. И чем такая модель совершенней, тем более доминирующее положение данный биологический вид занимает среди других. Понятно?

- Да, вполне понятно…

- А теперь слушай внимательней, - Мерк пощелкал пальцами призывая своего друга сосредоточиться и выразительно заговорил, - В целом каждый отдельный представитель вида является чем-то вроде проекции, или матричного отпечатка, со своей общевидовой энергоструктуры. У каждого из нас общий ограниченный шаблонный набор инстинктивных и эмоциональных реакций на воздействия со стороны внешнего окружения. Этот шаблонный набор подбирался многими тысячелетиями эволюционного развития как наиболее совершенный для взаимодействия с окружающей средой. Довеском к этому набору идет перечень правил, которых принято придерживаться в общении с членами своего социума для совместного успешного выживания и развития. И лишь тот энергоинформационный запас, который мы принесли с собой из-за пределов этого мира и который содержит опыт нашего прошлого воплощения, у каждого свой.

- Словно каждого вновь воплощающегося заливают в заготовку определенной формы и при этом получается соответствующий этой форме слепок с одинаковым внешним видом, но с различной начинкой? - усмехнувшись каким-то своим мыслям переспросил Ирган.

- Да, верно. Примерно так.

- Хорошо… А то, посредством какой общевидовой структуры вновь воплощенный получает свою физическую форму, зависит от уровня развития в предыдущем воплощении? Соответственно от форм простейших к более сложным? - продолжая о чем-то раздумывать, вновь спросил Ирган и тут же отмахнулся, заметив как товарищ согласно кивнул и собрался что-то объяснять, - Ладно можешь даже не подтверждать. Я и сам это уже достаточно давно где-то читал, еще когда только начинал всем этим заниматься. Только там другими словами было написано… Но честно говоря, я не уверен, что это всегда так... Впрочем, что дальше? - обратился он к Мерку.

- Ну так вот, этот шаблонный набор помогает приспособиться к жизни внутри своего социума и развить основные навыки необходимые для совместного выживания. Но он помогает подняться в развитии только до определенного среднестатистического уровня. А вот что бы развиваться и реализовываться дальше, необходимо сделать уже больше, чем делает обычный представитель своего вида, - продолжил тот, - Ну, больше, чем просто родиться, научиться добывать пропитание в этом мире и потом произвести потомство. Все это делали и до тебя, миллионы существ и бесконечное множество раз, и исключительно повторение точно того же не сдвинет тебя вперед ни на шаг. Дальнейшее же развитие дает толковая реализация опыта предыдущего воплощения. Того опыта, который содержит в себе энергозапас, принесенный с собой и составляющий основу Сущности. Но ведь этот запас надо вообще-то уметь правильно задействовать, а не разбазарить абы как.

- То есть получается, что в итоге модель какой-либо общевидовой структуры будет выглядеть как пирамида, где такой среднестатистический представитель вида где-то посередине, а на вершине - наиболее реализовавший свой потенциал и, как следствие, наиболее продвинутый? Так что ли? - Ирган вопросительно взглянул на товарища.

- Нет, пожалуй такие параллели проводить нельзя, - отрицательно мотнул головой Мерк, - А то можно дорассуждаться до того, что самый лучший представитель вида на вершине, и он может быть только один, а чем ниже, тем хуже. Те же, которые в самом низу, и которых как раз будет большинство, вообще полные ничтожества и годятся они только на то, чтобы лизать жопу тому, кто на верхушке, и валяться перед ним в пыли.

Не находишь, что биологический вид, полностью отвечающий подобной пирамидальной модели, как раз и будет находиться под угрозой?

- Действительно… - немного подумав согласился Ирган - Любая структура, чье успешное существование или дальнейшее развитие зависит только от одного ее исключительно продвинутого представителя, будет весьма уязвима…

- А уж если проводить какие-либо аналогии, то, пожалуй, не с пирамидой, а с деревом. Кто-то цепляется за землю, а кто-то - тянется вверх.

- Тогда получается, что самые верхние ветки этого дерева - это те невоплощенные Сущности, которые уже максимально реализовали свой потенциал в этом мире, и которые затем продвинулись дальше всех по пути, ведущему за его пределы, - резюмировал Ирган и тут же заявил, - Но тогда вряд ли можно считать, что в целом для мира они важнее чем те, которые образуют корни. Скорее они что-то вроде указателей, показывающих направление?

- Что-то вроде того, - согласно подтвердил Мерк.

- Но тогда, по идее, в потенциале каждый должен быть в состоянии достичь того уровня развития, которого достиг наиболее продвинутый? Надо только следовать той же схеме продвижения, которой следовал добравшийся до самой верхушки? И причем совместный уровень развития общевидовой энергоструктуры такими наиболее продвинутыми вовсе не обуславливается…

- Получается так. Обуславливается он действительно уровнем развития критической массы представителей такой структуры. А насчет схемы, по-моему, ты особенно прав. Схема она и есть всего лишь схема, а не подробная карта. И если помнишь, то самые продвинутые из Идущих всегда утверждали, что у каждого в конце концов свой Путь, - Мерк поежился от очередного порыва ветра залетевшего в их укрытие и поплотнее запахнулся в куртку, - Но мне сейчас более интересно кое-что другое. Вот смотри, если каждый отдельный представитель вида является своеобразной проекцией с общевидовой энергоструктуры, а сама общевидовая энергоструктура в свою очередь тоже является некоим подобием наиболее удачливого ее представителя…

- Идеально удачливым по-прежнему считаем того, который реализовал потенциал всего своего принесенного с собой энергозапаса и затем покинул пределы этого мира? – решив уточнить, перебил его Ирган.

- Верно, - подтвердил Мерк, - Ну так вот значит. Сама человеческая общевидовая энергоструктура является подобием наиболее удачливого ее представителя, а как мы знаем, ни один ее отдельный представитель, в конце концов, не покидал этот мир, будучи физически живым. Все они, так или иначе, сначала приходили к своей смерти...

- Ну и что?! Собственно это даже и хорошо! - с жаром вновь оборвал Ирган друга, - Ну посмотри на нынешнего человека. Что он будет делать, если вдруг обретет физическое бессмертие или навыки межмировых путешествий? Ну чему такому посвящена его жизнь? К чему такому он стремится? Да ни к чему особенному. Жратвы и зрелищ! И побольше, побольше! Да если люди вдруг найдут способ стать бессмертными или способ добраться до других миров, подходящих для их существования, то они сначала сожрут все что только можно на этой планете, а потом полезут жрать еще куда-нибудь! Тебе охота бы было иметь дело с такими бессмертными? Ну уж на фиг!

- Ты совершенно прав, и все обстоит именно так, как ты сказал, - согласно кивнул Мерк, - Но вот только всем тем, про кого ты только что так распалялся, на твои словопрения совершенно по фигу, поэтому я предлагаю тебе взглянуть на рассматриваемую тему спокойно. Без особых эмоций и пока на чисто теоретическом уровне.

Ну так вот, если каждый отдельный представитель общечеловеческой энергоструктуры в конце концов приходит к своей физической смерти, то может ли тогда человек, как весь вид, целиком, тоже прийти к своей смерти?

- Хм, если учитывать то, что сама энергоструктура является подобием наиболее удачливого своего представителя… Даже не знаю... Сюда бы этого твоего некроманта. Он, как спец по таким вопросам, может быть что и подсказал... - Ирган пожал плечами, - А так пппппппока только гадать остается.

- Вот именно. Остается только гадать, - подтвердил его товарищ, - И также остается только гадать, может ли человек, как весь вид, прийти к своей смерти? И тоже не добровольной? А если может, то при каких условиях такое событие будет иметь место быть?

Неожиданно дождь как по команде прекратился. Выглянув из своего убежища друзья оглянулись и, оценив обстановку, решили переждать пока ветер немного не обсушит мокрые скалы. Ирган, выслушавший последние соображения своего товарища, продолжал молча глядеть на ползущие над головой серые тучи и думал:

- Да-а-а, ну и разговорчики у нас сегодня всплывают… Или это у "продвижения по Пути" такие своеобразные издержки? Интересно, сколько народу вообще хоть иногда задумывается о чем-то подобном? И при всем при этом все люди потенциально одинаковы… Не знаю… Кажется, все-таки чего-то тут не хватает…

- Знаешь, что-то мы сегодня слишком часто твоего знакомого поминаем… - наконец произнес он, - Ну этого, который себя некромантом называл…

- Науриэля? И что?

- Он, кажется, говорил, что Смерть висит на плечах у того, кто стал этому миру неинтересен?

- Да, как-то так он и говорил, - Мерк заинтересованно повернулся к другу, ожидая продолжения.

- Получается, что какой-то вид придет к встрече со своей Смертью в том случае, если он станет этому миру неинтересен, - сообщил тот свою мысль.

- Ну и ну! Слушай, ты давно такой умный стал? - с удивленным любопытством поглядел Мерк на приятеля, - Тогда уже хочется узнать, при каких таких условиях человек, как вид, может стать этому миру неинтересен!

- Фу-у-у! Не-е-ет… Хорош на сегодня! А то у меня уже мозги начинают плавиться… И ноги совсем затекли…

Ирган, улыбнувшись, встал и потянулся, разминая мышцы.

- Как ты думаешь, сколько до этого озерца топать? - спросил он, указав на Ессе-Лэм, расположившийся казалось буквально у подножия гребня на котором они сидели.

- Ну спуститься с горы… Обогнуть… Да там еще немного… Минут пять-десять, не больше… - не вставая лениво отозвался Мерк, - Что, хочешь сходить?

- Да. Вон, до того заливчика…

- Ну, как знаешь, иди. Смотри только, на камнях поосторожней… Я потом подойду, а пока еще здесь побуду…

Ирган еще раз потянулся и направился к тому месту где они залезли наверх, но пройдя несколько шагов вдруг остановился и обернувшись окликнул друга:

- Мерк, помнишь, как-то давно, еще когда только-только узнали о Лисах Радуги, ты сказал что не понял, почему было сказано, что твои мысли, эмоции и желания тебе не принадлежат?

- И? – вопросительно изогнул бровь тот.

- Я тут подумал, что если воплощенная Сущность взаимодействует с некоей Сущностью-помощником, то может это поэтому? Потому что в таком случае возникающие у тебя мысли и эмоции именно не твои собственные, а результат энергетического взаимообмена с Сущностью которая тебе помогает.

- Ну что могу сказать? – слегка усмехнувшись покачал головой Мерк, - Только то, что ты продолжаешь меня сегодня удивлять. Наверное, ты не безнадежен. Радуйся этому…

Товарищ его лишь отмахнулся в ответ на такое заявление и пошел дальше, пригибаясь от налетающих порывов ветра.

Мерк же отвернулся и рассеяно стал смотреть на ближнее из лежащих внизу озер. За время их с Ирганом разговора к нему откуда-то прилетела пара коршунов, и теперь они неторопливо кружили высоко над водой. Время от времени один из них камнем падал вниз и, поднявшись уже с серебристой рыбой в когтях, уносил куда-то свою добычу, а через некоторое время возвращался обратно.

- При каких таких условиях человек, как вид, станет этому миру не интересен… Ну допустим, даже найдем мы при каких условиях и что… Бежать что ли, чего-то кому-то объяснять? Типа, кого-то спасать и все такое прочее?… Честно говоря, совсем не тянет. Да и чего ради? - плавали в его голове ленивые мысли, пока он наблюдал за охотой пернатых хищников, - Тошнит уже ото всех этих мегаполисов… От этих помоек сраных вокруг них… Не в восторге я от всего этого, не в восторге… Ну что за цивилизация такая дурацкая, которая только и может, что изничтожать все вокруг себя?… А все туда же, типа прогрессивно развивающаяся и все такое… А то, что большинство достижений этого "прогресса" используется только для бездумного развлечения самого же человека, это как, ничего? Ну и чего стоят все эти железки по сравнению хотя бы вот с такой птицей?… Ведь ничего, что по-настоящему способно с ней сравниться, человек сделать не может. А сколько подобных существ было уничтожено лишь для того, чтобы в итоге этот "прогресс" произвел какую-нибудь очередную сложную игрушку… И вообще скоро от биосферы одни лохмотья останутся. Вот что стоит внимания, и вот для кого действительно стоило бы что-нибудь сделать... Но как?… Эх! И что же в конце концов мне-то делать? Как же восстановить свое прежнее состояние?

Молодой человек прислонился лбом к холодному камню, и устало прикрыл глаза. Никакого варианта по выходу из данной ситуации не предвиделось. От этого неожиданно навалилось полнейшее безразличие и холодное равнодушие ко всему, а оцепеневшее сознание стало понемногу соскальзывать в какой-то глубокий омут.

Сколько он так просидел, Мерк не понял совершенно. Вырвало же его из этого состояния хлопанье крыльев, внезапно раздавшееся поблизости. Открыв глаза, он осторожно повернул голову.

Прямо напротив него на камнях сидел один из коршунов охотившихся над озером.

- Ух ты! Не спугнуть бы… - тут же заметалась в голове Мерка единственная мысль, ему впервые довелось видеть такую птицу столь близко.

Коршун же в свою очередь, похоже, ничуть не опасался сидевшего перед ним человека. Чуть склонив голову, пернатый уставился на его с очень спокойным видом. Словно разглядывая что-то такое, что было видно только ему, и чуть поворачивая голову, он внимательно разглядывал замершего парня, кося на него то одним темным глазом, то другим. Затем, смешно переваливаясь с боку на бок, он несколько раз проскакал по площадке из стороны в сторону и, издав на прощанье гортанный выкрик, взлетел, резко захлопав крыльями.

- Куда это он интересно … - подумал Мерк, глядя как странный гость набирая высоту быстро полетел прочь.

С трудом поднявшись и распрямив окончательно затекшие конечности, он посмотрел на озеро. Пора уже было спускаться с этой горы вниз и найти на его берегу Иргана…


Когда молодой человек выходил к заливу, то первым, что он услышал, были громкие и отборные ругательства, извергаемые его товарищем. Скупо усмехнувшись и отметив про себя, что за время годового отсутствия его друг сильно расширил свои познания в данной области, Мерк вышел на берег.

Ирган ходил по большой поляне на которой повсюду виднелись следы, взрытые широкими колесами нескольких машин повышенной проходимости, и собирал разбросанную пластиковую посуду и разорванные упаковки от пищевых полуфабрикатов.

- Хм. Похоже кто-то весело провел время на пикничке, - с одного взгляда оценив ситуацию ехидно прокомментировал Мерк.

- Похоже кто-то нагадил как потерявшая всякий страх тварь! – разъяренно отозвался его товарищ, бросая собранную кучу на большое выжженное костровище, - А ведь и тачки такие стоят немало, и пока сюда доберешься, горючки сожжешь до фига, неужели столько времени и денег надо было затратить только для того, чтобы в результате попросту засрать еще одно из тех немногих мест, которые пока никто не тронул?!

- Улучшающееся благосостояние человека способствует повышению его самооценки, расширению его кругозора, приобщению к прекрасному и, как следствие всего этого, - его общему развитию, - издевающимся тоном сообщил ему Мерк.

- Улучшающееся благосостояние человека в первую очередь почему-то способствует расширению территории, которую он загаживает, а так же увеличению количества природных ресурсов, которые он в процессе повышения своей самооценки и поиска способов развлечения обязательно превращает в отходы, - в том же духе отпарировал Ирган, принося последний мусор, - Как паразиты какие-то, честное слово, - добавил он поджигая кучу.

Пластик вспыхнул яркими языками пламени и шипя стал быстро оседать. Понаблюдав немного за результатами своих трудов, Ирган обратился к товарищу:

- Слушай, Мерк, не пойми меня неправильно, но я тут вспомнил один момент, который хочу тебе рассказать. Когда я работал в строительной бригаде, то слышал, как один из наших работников рассказывал историю о том, как в период бурной молодости ему довелось заглотнуть слишком большую дозу наркоты. В общем типу тогда крупно повезло и друзья его откачали собственными силами, но это все банальность, такое редкостью не является.

Любопытно же здесь другое - рассказ этого чувака про состояние, в котором он пребывал после того как его привели в себя. С его слов, чувствовал он себя при этом так, будто его треснули по голове дубинкой, а потом сразу же обкололи сильным обезболивающим. То есть: в голове какая-то ватная тишина и ощущение полнейшего отсутствия всяких мыслей и эмоций…

- Любопытный эффект… Напоминает своеобразное состояние "внутренней тишины", только искусственно вызванное, - прокомментировал Мерк, наблюдавший за плавящимся мусором, и, ожидая продолжения, повернулся к Иргану, - Ну?

- Не нукай, не запряг, - не преминул съязвить тот, - Так вот, после того как этот тип пришел в сознание и обнаружил, что пребывает в таком весьма необычном состоянии, у него началось постепенное оцепенение тела, начавшееся от ступней и довольно быстро поднимавшееся все выше. И когда его граница достигла уровня солнечного сплетения, то чувак услышал, как какой-то ехидный голосок прошептал ему прямо на ухо: "Если это доберется до твоего сердца, то ты умрешь".

- Судя по тому, что ты рассказываешь мне эту историю, ему опять-таки повезло? – сухо усмехнувшись отозвался Мерк.

- Да. На этом уровне онемение остановилось и к вечеру того дня он уже смог передвигаться, - согласно кивнул его друг, - Как побочный эффект этого случая - то что чувак этот в последствии от всякой наркоты и тому подобного стал шарахаться как от огня. Но вообще это тебе как, ничего не напоминает? По-моему, в принципе очень похоже на сильное энергетическое опустошение, еще сильнее, чем было у меня или чем у тебя теперь.

- Ну, вообще-то похоже… И что?

- Да как тебе сказать… - осторожно начал Ирган, - Насколько я понимаю, от установившихся каналов ты до конца так и не избавился и потеря энергетики понемногу продолжается?

На несколько секунд над поляной повисла тишина. Слышался только шум ветра путающегося в ветвях деревьев да ленивое шлепанье волн о берег озера. Мерк, присев перед костровищем в котором догорали остатки пластиковой кучи, некоторое время молча глядел на пламя, а затем протянул:

- Н-да-а-а, Ирган… Умеешь ты поднять настроение, ничего не скажешь…

- Ну я же как лучше хочу, - принялся было оправдываться его товарищ.

- Да понял я тебя, понял, - прервал его Мерк.

Остатки мусора вспыхнули напоследок яркими синеватыми огоньками и прогорели дотла. Молодой человек поднялся и еще раз осмотрел берег. Теперь о пребывании на нем неизвестной развлекавшейся кампании напоминали лишь глубокие следы шин, изуродовавших траву, да черное пятно костровища. Но все-таки, это было уже лучше, чем помойка из практически не разлагавшихся в обычных условиях пластиковых упаковок.

- Нет. Вот уж уход в таком состоянии мне точно не нужен, - подумал он, направляясь к самой кромке воды, - Надо что-то предпринимать.

- Послушай, и все-таки я никак не понимаю, для каких целей могла понадобиться вся эта заваруха Духу-Правителю? - вновь позвал его Ирган, - Ведь очевидных результатов - ноль, ну кроме твоего личного опыта, конечно. Как по-твоему, зачем? Или может, ты ошибся, и это была не его команда?

- Зачем это было нужно Духу-Правителю, я тоже не понимаю. Так что, остается утешить себя постулатом, что Воин-Лис все равно не знает всех нюансов Игры, - рассеяно откликнулся Мерк, - Насчет же возможной ошибки… Мне все-таки так не кажется. В конце концов, я ведь, прежде всего, искал продолжения Пути. Ну и, в общем-то, нашел. А то, что это приняло столь странную форму… Что ж, Дух-Правитель действует посредством людей и различных невоплощенных Сущностей, а у тех, в свою очередь, тоже имеются личные устремления, что вполне способно привнести свою лепту, и порой весьма значительную. А что я уж точно не буду отрицать, так это то, что факт этот явился для меня неожиданностью, и что из-за этого отнестись к результату спокойно у меня не получилось…

Затянутое низкими облаками небо уже понемногу стало приобретать свинцовый окрас. Еще раз окинув на прощанье взглядом берега озера Ессе-Лэм, друзья направились к месту своей стоянки. Короткий осенний день близился к завершению, а им сегодня еще предстояло добираться до платформы монорельсовой дороги.


***

- …Все, что было сказано, Властитель, являлось совершенно необходимым. Поскольку сейчас ты имеешь представление о том, что было у истоков, и соответственно, сможешь наиболее полно осмыслить то, что сложилось к данному моменту. И я надеюсь, что это поможет принять тебе верное решение в дальнейшем.

Д`хагон замолк и, выжидая, пристально уставился на Властителя Мира. Эллаль, не отводя своего взгляда, выдержал длительную паузу и, кивнув, поинтересовался:

- Так что же такого сложилось к данному моменту, Джах Х`вей?

- Властитель, как тебе уже известно, судьбы Миров, в которых обосновались д`хагоны после Исхода, шли по практически независящим друг от друга линиям, которые соприкасались исключительно в военных вопросах. Так же ты знаешь и том образе жизнедеятельности, который был присущ сообществу д`хагонов во времена жизни в родном Мире, - вновь начал рассказывать посол…


…Несмотря на полную обособленность друг от друга вновь основанных колоний, развитие их, тем не менее, пошло по весьма схожим сценариям. Все они с незначительными вариациями повторяли тот путь, по которому шло сообщество д`хагонов до Исхода из родного Мира. Вскрылся этот несколько необычный факт уже только после того, как колонии вновь вышли из вынужденной изоляции, но самих д`хагонов он, в общем-то, нисколько не удивил.

Если прежняя схема действий себя оправдывает, то естественно, что она будет повторяться. А прежний сценарий, казалось, оправдывал себя и на этот раз, и уже несколько колоний сполна воздали ему дань.

Каждая из таковых, оставив позади по одному умершему Миру, переселилась в следующий. Причем, поскольку теперь правители д`хагонов имели некоторое представление о том, что их ожидает в будущем и четко расставляли приоритеты своей деятельности, то к моменту, когда подходило время покидать прежний Мир, у них все было полностью готово для захвата следующего. В дальнейшем правители колонии, нуждавшейся в переселении, просто обращались к своим союзникам по конфедерации и, заручившись необходимой поддержкой, вторгались во вновь выбранный Мир. Шансов устоять перед объединенной мощью у последнего при этом не было обычно никаких.

Конечно подобная помощь соседями по конфедерации оказывалась далеко не безвозмездно, да и сами военные действия вообще являлись делом не из дешевых, но все затруднения связанные с этим вопросом в конце-концов все-таки разрешались успешно. И здесь особенно хорошо проявляло себя то, насколько удачной была форма стратегии, выбранной д`хагонами на этот раз.

Стремясь в первую очередь к тому, чтобы в захваченном Мире обязательно были сформированы механизмы и структуры, само наличие которых обязательно потребуется им для дальнейшей деятельности, д`хагоны даже не старались установить тотальный контроль над каждым шагом порабощенного ими населения и не стремились непременно обеспечить их абсолютное подчинение. И как показывали дальнейшие события, они вполне могли себе это позволить - владения ключевыми звеньями общественного механизма оказывалось вполне достаточно.

Как только большинство коренного населения какого-либо из таких Миров убеждалось в том, что их Мир и впрямь подошел к своей гибели, манера их поведения менялась коренным образом. Больше уже д`хагонам не приходилось использовать принуждение или заманивание для того, чтобы были выполнены необходимые им работы, да и сами такие работы больше не выполнялись абы как. Не говоря уже о том, что напрочь оставлялись всякие попытки выйти из подчинения.

Нет. Только лишь те, кому уж совершенно нечего было терять, не стремились заручиться благосклонностью своих хозяев и не старались заполучить себе место на каком-либо из уходящих транспортов. Все же остальные начинали выполнять вмененные им обязанности с многократно возраставшими усилиями. Причем при этом те, кому в силу их значительного общественно положения, пришлось бы потерять особенно много, тиранили своих менее удачливых соплеменников с таким усердием, что диву давались даже сами д`хагоны.

Разумеется это вело к значительному увеличению производительности, что самих д`хагонов конечно же устраивало, и потому распространению сведений о том, что всех покорных и ревностно трудящихся эвакуируют, они всячески потворствовали. Хотя часть своих рабов они и впрямь забирали, ведь в таком случае в очередной Мир они приходили уже имея при себе вышколенную рабочую силу и им не приходилось начинать на голом месте.

Но случались просчеты и у д`хагонов…


- …Там большинство коренного населения отказалось признавать утверждение о том, что Мирам свойственно умирать так же, как и обычным тварным существам, и что их Мир как раз и приблизился к стадии своего умирания.

В результате, вместо того чтобы следовать врученным им предписаниям и добросовестно пытаться снискать право на эвакуацию, они принялись разрабатывать концепцию о том, что это д`хагоны, все больше изменяя их Мир и приспосабливая его для свойственного им образа жизнедеятельности, попросту резко нарушили естественный для него баланс сил. То есть – чрезмерно истощили одни ресурсы, как наиболее потребляемые, и попутно истребили другие - те, что были им не интересны и о сохранности которых они соответственно не заботились. Причем последнее, естественно, особенно касалось растительной части Мира.

Как следствие же такого нарушения сбалансированности - внутри самого Мира условия жизни становились все более неприемлемы для большинства тех видов существ, что были приспособлены к совершенно другим - тем, что царили ранее.

Резко оборвав свой рассказ, посол несколько мгновений помолчал и, пару раз тяжело вздохнув, толи по поводу неосмотрительности действий своих соплеменников, толи по поводу непредвиденного упрямства аборигенов того Мира, возобновил свое повествование:

- Сами д`хагоны, узнав о распространении подобных идей, поначалу не обратили на них особого внимания и не восприняли как хоть сколько-нибудь серьезную опасность для своих планов. Ведь уже не одно поколение строило свою жизнь по той доктрине, что Миры умирают также как и прочие живые существа, и это себя вполне оправдывало. А у их рабов, казалось, выбора не было в любом случае – слишком уж необратима была истощенность ресурсов в данном конкретном Мире для того, чтобы те могли проверить в нем свою теорию.

Однако события повернулись совершенно неожиданным образом. Используя те знания и технологии, которые стали им доступны в результате влияния на их Мир д`хагонов, тем существам удалось создать поистине удивительные машины – они почти смогли заменить для их Мира утраченные растительные ресурсы...

- Почему "почти"? - внезапно перебил д`хагона Властитель Мира, до настоящего момента слушавший с молчаливым вниманием.

Помолчав некоторое время с откровенно недовольным видом, посол опять тяжело вздохнул и нехотя отозвался:

- Та часть Мира, что образована тварными существами, и та его часть, что образована растениями, являются дополняющими друг друга звеньями. Тела первых, в конечном итоге, становятся частью того, без чего невозможна жизнь вторых. А плоды и тела вторых есть то, без чего невозможна жизнь для части из первых. Машины не имеют подобного свойства и это главное, из-за чего они именно почти смогли стать заменой.

Но это не главное в моем рассказе, Властитель, - и он пристально уставился на правителя, словно призывая его не отвлекаться более на незначительные детали.

- Что ж, Джах Х`вей, прошу, продолжай, - невозмутимо отозвался Эллаль, легким кивком отмечая свое согласие.

- Такой оборот дел явился для тех д`хагонов настоящим потрясением и совершенно расстроил их замыслы.

Считая, что все равно у их рабов нет иного выбора, кроме как смириться, они уже начали вторжение в новый Мир. А поскольку коренное население на покидаемой планете совершенно вышло из подчинения и вместо производства стратегической продукции, столь необходимой для ведения войны, направило свои усилия на строительство своих экспериментальных машин, то и поставки для воюющих соединений, разумеется, тоже прекратились.

Кроме того, д`хагоны начали свое вторжение с расчетом на поддержку своих союзников по конфедерации. Последние же, перестав получать оговоренное вознаграждение и проанализировав ситуацию, возникшую в покидаемом Мире, напрочь отказались от участия в дальнейших боевых действиях.

Все это привело к тому, что вторжение окончательно захлебнулось…


- …Они застряли! – внезапно понял Властитель Срединных Земель, слушая пересказ Ваппуатха, - Д`хагоны того клана, ну или как там это у них называется, что решили переселиться, словно застряли меж двух Миров! На старый влияние утратили, а на новый так и не добились!

Но нельзя же просто повиснуть меж двух Миров. Любопытно, что же они предприняли?...


…После утраты влияния на Мир, служивший для них источником ресурсов, перед потерпевшими неудачу всерьез встал вопрос о дальнейшей судьбе. Самой очевидной перспективой было - утратить себя как единое сообщество и расползтись мелкими группками по союзным Мирам конфедерации в надежде на более-менее приемлемую участь.

Это был болезненный удар по самолюбию.

Но еще более сокрушительный удар был нанесен тем фактом, что планы их были сорваны существами, которых они всегда и во всем ставили ниже себя. Теми, кого они считали неспособными превзойти их по самой своей природе, и которым отводили один единственный удел - быть их рабами.

Однако, поскольку рабы все же переиграли своих хозяев, получалось, что они их все-таки превзошли, и что им было доступно даже большее знание, чем было доступно самим д`хагонам.

Но подобное д`хагоны отказывались допустить даже в мыслях.

Потому единственное, с чем они смогли согласиться, это с тем, что по какой-то причине сведения, за счет которых их рабам удалось-таки сломать налаженную систему подчинения, были ими упущены из виду. И, скорее всего, только из-за того, что были основательно подзабыты.

С преумноженными усилиями д`хагоны принялись пересматривать все свои хроники и источники знаний, пытаясь отыскать в них хотя бы отдаленно похожие данные, и, в конце концов, действительно таковые отыскали. И уж совсем неожиданно для них эти поиски привели к временам предшествовавшим Исходу.

Именно тогда среди д`хагонов впервые прозвучали идеи о субстанции, которую в дальнейшем они стали называть Пылью Жизни, о ее необходимости для жизнедеятельности различных существ, а также о том, что из-за разрушения во множестве захваченных д`хагонами Миров традиционных путей, по которым следовала Пыль Жизни, надвигавшаяся катастрофа была неминуема.

В те времена подобные теории правителями всячески дискредитировались, и в широком распространении им естественно отказывалось. Изменить-то ситуации они все равно уже не могли, а признание их небезосновательными неминуемо посеяло бы в обществе смятение и панику. Сами же правители имели представление о них лишь в самых общих чертах, а в дальнейшем и вовсе не уделяли им какого-либо внимания…


- …Так и получилось, что из всего того знания, известного уже в столь далекую эпоху, уцелели лишь малые отрывочные сведения, - подытожил Джах Х`вей, - И хотя для д`хагонов тех времен оно никакой пользы уже принести не смогло, для проигравших вторжение оно означало возможный шанс на восстановление утраченных позиций. Ведь сосредоточенное приложение даже не очень значительных сил в точно рассчитанную точку порой приносит более существенный результат, чем применение усилий гораздо больших, но менее упорядоченных…


…Еще раз оценив ситуацию, сложившуюся после провала вторжения, правители неудачливой колонии пришли к выводу, что рассеяния среди прочих Миров конфедерации, пусть даже и временного, избежать все-таки не удастся.

Во-первых, требовалось время для более тщательного изучения всех деталей вновь обозначившейся области знаний, а во-вторых, даже проведение тонко спланированного и тщательно просчитанного вторжения все равно потребовало бы вложения ресурсов. Величина же таковых на тот момент в их распоряжении была чрезвычайно мала.

Но пересмотр старых знаний позволял извлечь пользу уже и на данном этапе:

Тем д`хагонам, что предстояло отправиться в рассеяние, согласно принятым в Мирах конфедерации обычаям, предстояло занять лишь низшие слои иерархической структуры сообществ. Однако, основываясь на вновь обретенных сведениях, правители потерпевших неудачу смогли разработать для них такую жизненную стратегию, придерживаясь которой, они даже в столь незавидном положении смогли бы обеспечить себе вполне достойное существование. После того же, как последовавшие предложенным правилам действительно смогли добиться улучшения своего положения, утратившие свою колонию д`хагоны вновь почувствовали доверие к прежним правителям и, как следствие, стали оказывать им поддержку в претворении в жизнь и всех дальнейших планов.

Тем не менее, на подготовку следующей попытки реванша потребовались еще долгие-долгие годы. За это время правители д`хагонов, отправившихся в рассеяние по Мирам союзников, благодаря вновь обретенным знаниям разработали совершенно новую, требовавшую гораздо меньших жертв и затрат, стратегию по захвату Миров. А затем, предлагая услуги по ее осуществлению правящим домам конфедерации, а так же услуги и по осуществлению некоторых менее значительных проектов, позволявших тем укрепить свою власть над подданными, смогли и добиться влияния на правительства союзных Миров, и значительно преумножить имеющиеся в их распоряжении ресурсы.

Но одного им добиться так и не удалось. Правители всех прочих колоний, хотя и оценили выгоду от их предложений и охотно пользовались их услугами, не скупясь при этом на вознаграждения, ни под каким предлогом не позволяли им завладеть земельными владениями в пределах своих Миров. Земля каждого Мира принадлежала исключительно тому клану д`хагонов, который им правил, и это положение изменению или обсуждению не подлежало ни при каких условиях.

Получалось, что даже добившись значительного влияния, состоятельности, и внешней значимости, д`хагоны, утратившие свой Мир, по сути оставались лишь прислугой для своих более удачливых соплеменников, поскольку правители любого из Миров конфедерации, едва почувствовав угрозу своему влиянию на подданных, в любой момент могли выдворить их из своих владений, и никто из союзников возражений бы на такие действия не выказал.

Разумеется, больше, чем того требовала подготовка новой попытки вторжения, терпеть подобное положение вещей было невозможно…


- ...Для новой попытки было решено выбрать тот же самый Мир, в котором прежнее вторжение успехом не увенчалось.

После стольких лет ожидания взять реванш было весьма заманчивой перспективой. Да и вообще, подходящие для обитания Миры встречались во вселенной не настолько часто, чтобы без всякого спора выпустить из своих рук один из них.

Однако чем закончилась она, Властитель, ты уже осведомлен, - и посол д`хагонов развел руками, демонстрируя жест обычно изображаемый человеком, заявляющим, что у него что-то уплыло буквально из рук.

- И откуда только понахватался? - удивленно подумал Эллаль, наблюдая за этими движениями.

- Подобный оборот вновь не вписывался ни в какие известные каноны. Во всех прочих имевшихся случаях примененная стратегия себя оправдала целиком и полностью. Но поскольку прецедент все-таки имелся, представлялось чрезвычайно важным делом выяснить то, в чем действительно была причина такой неудачи: В неточности самих новых взглядов на принципы построения окружающего мироздания, на которых и базировалась разработанная стратегия, или все же в том, что в этом конкретном Мире наблюдалось какое-либо отклонение от типичного положения вещей…

- И поэтому, Джах Х`вей, ты здесь, - согласно покачав головой, резюмировал Властитель Мира, - А раз уж ты столь решительно потребовал незамедлительной аудиенции, то надо думать, что ты наконец-таки нашел эту причину? - и он поудобней оперся на подлокотник, с возросшим интересом ожидая продолжения.

- Совершенно так. Шанс очень быстро и окончательно прояснить все вопросы появился, когда Властитель Нидуммунд упомянул о столице древней расы этого Мира, - при этих словах д`хагон невольно поморщился, - Весьма рискованный способ, но, похоже, другого просто не оставалось. Слишком уж запутанной стала к тому моменту общая картина происходящего…

- Однако теперь все в значительной степени разъяснилось. И теперь же, Властитель, ты сможешь понять, для чего мне понадобилось столь длительное повествование, - продолжил он, чуть погодя, - Как я уже рассказал, однажды д`хагоны были вынуждены покинуть Мир, в котором произошло их становление как сообщества разумных существ. Вынуждены они были это сделать, спасаясь от грозящей тому катастрофы, и при этом повезло далеко не всем - эвакуация затронула лишь очень малую часть населения.

Так вот, Властитель, этот Мир – тот самый. И он только кажется молодым, но на самом деле это не так, у него очень древняя история.

Резко замолчав, посол подался вперед и пристальным немигающим взглядом уставился на Властителя Мира, ожидая его реакции.

- Должен сказать, что это очень смелое заявление, Джах Х`вей, - после короткого замешательства отозвался немало удивленный таким поворотом Эллаль, - Но что ты сможешь предоставить в его подтверждение?

- В одной из наших бесед, Властитель, уже заходила речь о том, что всякий город создается с целью сосредоточения в одном месте средств и ресурсов, необходимых для выполнения той задачи, которую поставил перед собой его основавший. Так же мною уже упоминалось и о том, что в последствии всякий город неизбежно превращается в место скопления бестелесных существ, которые в основной своей массе ранее были его обитателями и которые просто привыкли получать на этом месте свою долю Пыли Жизни.

Город же, о котором зашла речь, являлся ничем иным как столицей, причем столицей расы в прежние времена доминировавшей в этом Мире. А поскольку занять столь достойное положение возможно только действуя в соответствии с устремлениями Тирана своего Мира, то среди бестелесных существ, ныне обитающих на месте данного города, вполне могли обнаружиться таковые, что имели со своим Тираном самые непосредственные связи.

Исходя из этого, Властитель, способ, с помощью которого я собирался прояснить накопившиеся у меня вопросы, заключался в том, чтобы ввести себя в соприкосновение с бестелесными существами, обитающими на месте расположения того города, и постараться отыскать среди них как раз таких, которые могли бы вывести меня непосредственно к Тирану этого Мира. А уж с помощью его памяти возможно отыскать ответы на любой существенный вопрос касающийся данного Мира.

- Хм… Весьма необычный способ, Джах Х`вей, даже и не представляю себе как таковое вообще возможно проделать… - удивленно покачал головой Властитель Мира, - Но все-таки, что же такого ты отыскал, что дало тебе повод сделать свое смелое утверждение?

- Как я упоминал, Властитель, познания, ставшие основой нынешнего мировоззрения д`хагонов, обнаруживали себя еще во времена, предшествовавшие Исходу, - еще раз напомнил ему посол и, выдержав подчеркнутую паузу, закончил, - И, похоже, кто-то из д`хагонов тех времен сумел должным образом использовать эти сведения.

Пару мгновений Эллаль пытался осознать, что же тот хотел этим сказать, а затем, совершенно огорошенный пришедшей догадкой, воскликнул:

- Ты хочешь сказать, что одному из тех, кого оставили в этом Мире, каким-то образом удалось стать его Тираном?!

- В точности так. И соответственно, будучи Тираном этого Мира, он всячески препятствовал нашим действиям, поскольку их внешние проявления схожи с такими событиями, которые однажды уже ввели этот Мир в колею впоследствии приведшую к весьма печальным результатам.

Тишина повисла в зале. Властитель Мира надолго погрузился в размышления, и лишь время от времени слегка усмехался каким-то своим мыслям. Наконец он вновь поднял голову и, устремив на посла д`хагонов внимательный взгляд, произнес:

- Что ж, Джах Х`вей, значит теперь ты знаешь и то, что случилось с вашими посланниками в этом Мире, и по какой причине. Но для чего ты рассказал все это мне? Ведь наверняка не для простого умножения моих познаний?

- Позволь напомнить тебе, Властитель, что последнее вмешательство д`хагонов в дела этого Мира преследовало целью обретение собственных земельных владений. И хотя предпринятая попытка успехом не увенчалась, данная цель по-прежнему представляет для нас интерес. К нашему сожалению, дело серьезно осложняется тем, что вложенные в затеянное предприятие ресурсы себя не окупили, и для осуществления новой подобной попытки нам придется выждать, пока мы их вновь накопим. А на это может уйти значительное время.

Перед вашим же сообществом, насколько мне известно, стоит схожая цель, и вы также весьма ограничены в ресурсах имеющихся в вашем распоряжении.

Вследствие этого я хочу предложить вам организовать альянс для совместного достижения данной цели. У вас, как ты утверждал, уже есть практически сформированный общественный механизм, деятельность которого позволит направлять течение событий по необходимому руслу, у нас же – опыт и знания, с помощью которых возможно скорректировать такие действия в соответствии с устремлениями Тирана этого Мира и, соответственно, избежать его противодействия и безрезультатного расходования ресурсов.

- И можешь не сомневаться, Властитель, для заключения подобного союза у меня есть все соответствующие полномочия, - добавил посол, видя что Эллаль не торопится с ответом.

- В твоих полномочиях я и не сомневаюсь, Джах Х`вей, - не сразу отозвался Властитель Мира, - Но скажи мне: Какую роль в этом союзе будут играть д`хагоны, а на какую сможем рассчитывать мы?

- Положение всякого члена подобного сообщества определяется значимостью той функции, которую он выполняет в общественном механизме, и возможностью замены его на данном месте другим членом этого сообщества, - на одном дыхании, словно давно затверженную истину, выдал посол д`хагонов.

- Что ж, именно так я и предполагал, - кивнул Эллаль, - И в таком случае, раз уж д`хагоны собираются осуществлять в данном союзе направляющую и корректирующую функцию, то получается, что вы и будете в нем подлинными правителями. Ну а мы, как я понимаю, в лучшем случае будем вашим инструментом. В худшем же, если вы так и не сумеете найти подход к Тирану этого Мира, - вашим пушечным мясом.

Нет, досточтимый Джах Х`вей, я не стану принимать такого предложения. Один раз д`хагоны уже были нашими правителями, и ни к чему хорошему это не привело. На сей раз мы будем действовать сами и обойдемся без ваших указаний.

На мгновение показалось, что посол лишился дара речи. Похоже, ему еще не доводилось получать столь прямолинейного и безоговорочного отказа.

- Напомню тебе, Властитель Эллаль, что, согласно твоим же словам, свой прежний Мир вы привели в полную негодность, - наконец вновь промолвил он, - И ты считаешь, что после этого вы достойны править этим Миром? Что вы сможете?

- Напомню тебе, Джах Х`вей, что, согласно твоим же словам, д`хагоны привели в негодность много больше, чем один Мир. И после этого ты считаешь, что вы более достойны?

- Не забывай, Властитель, что Тиран этого Мира гораздо ближе к нам, чем к вам. И зная об этом ты по-прежнему отказываешься от нашего предложения? Не боишься, что у тебя не получиться постигнуть его устремления и ты потратишь впустую время и силы?

- Я предпочту иметь дело с одним давно умершим представителем расы д`хагонов, чем с целой их компанией желающей обстряпать свои дела за наш счет.

- Ты, кажется, не полностью осознаешь всей серьезности ситуации, Властитель! - со зловещей угрозой прошипел окончательно раздраженный посол, - Мы вложили в свои попытки слишком много усилий и слишком сильно связаны с этим Миром для того, чтобы позволить вам привести его к гибели вашим правлением. Своим отказом ты не оставляешь нам иного выбора кроме как принудить вас следовать в необходимом направлении.

- Принудить? - легко усмехнулся в ответ Властитель Мира, - По-моему, ты тоже кое-чего не осознаешь, Джах Х`вей.

Тебе не приходило в голову, что все ваши неудачи в этом Мире связаны вовсе не с ошибками в стратегии, а с тем, что Тиран этого Мира попросту ненавидит своих соплеменников? Как всех тех, кто своими бездумными поступками однажды уже привел данный Мир к катастрофе, так и тех, кто бросил его погибать в умиравшем Мире, а сам сбежал?

Или, если так тебе будет понятней: С тем, что само любое появление и активное проявление д`хагонов в пределах его владений уже воспринимается им как фактор, грозящий ввести этот Мир в колею ведущую к краху?

Так что, как я понимаю, Джах Х`вей, - подытожил правитель, с удовлетворенной улыбкой наблюдая за растерянной реакцией посла, - путь вам в этот Мир вообще заказан.

- И вообще, с чего ты решил, что мы своим правлением обязательно приведем этот Мир к гибели? – продолжая улыбаться, поинтересовался он после паузы, - В конце концов, это как раз твои древние сродственники вручили нам такие представления о жизни, из-за следования которым наш старый Мир был приведен в негодность. В этом Мире мы будем обустраиваться в соответствии с другими представлениями. А поведанные тобой знания нам в этом без сомнения пригодятся.

- Невообразимому множеству существ пришлось расстаться со своей жизнью для того, чтобы оставшимися в живых была нащупана тропинка к этим знаниям, - с мрачным удовольствием сообщил посол, глядя ему прямо в глаза, - И ты считаешь, что сможешь вот так взять, оставить это в стороне, и воспользоваться ими просто для того, чтобы обустроить вольготную жизнь своим людям? Что тебе будет позволено?

- Пожалуй, я рискну, - ответил ничуть не потерявший благодушного настроения Эллаль.

Несколько долгих мгновений д`хагон не сводил с него своего тяжелого взгляда, а затем заявил:

- Ты пожалеешь о своем решении, Властитель, - и, поднявшись со своего кресла, быстрым шагом покинул зал.

Эллаль еще некоторое время продолжал оставаться на месте, а затем поднялся и, сцепив руки за спиной, в глубокой задумчивости принялся медленно прохаживаться от одной стены к другой. Наконец и он направился к дверям и, не обратив никакого внимания на замерших возле нее Ваппуатха и Эннубиаша, скрылся за ними.

Оба смотрителя с облегчением перевели дух и почти одновременно посмотрели на стол, сидя за которым, посол д`хагонов вел свою беседу. На самом его краю лежал свернутый в тонкую трубку пергаментный свиток, толи в спешке позабытый Джах Х`веем, толи брошенный им по причине того, что был ему больше не нужен.

Заметив его, Ваппуатх с Эннубиашем коротко переглянулись, и последний вопросительно приподнял одну бровь...


- …Значит, это и есть тот самый Мир, из которого д`хагоны пожаловали в наш? Почему-то я представлял себе его совсем иначе… Впрочем, в те времена он возможно действительно выглядел иначе, - думал Властитель Срединных Земель, подойдя к окну и глядя на открывающийся из него приветливый пейзаж, - А теперь, значит, наоборот – мы сами заявились в этот… Хм, маятник пошел в обратном направлении?...

- Что же было дальше, Ваппутах? – наконец поинтересовался он, вновь оборачиваясь к смотрителю.

- В следующий раз мы увидели д`хагона уже спустя изрядный промежуток времени, - немедленно отозвался тот, - Причем вид у него был еще более решительный и целеустремленный, нежели тогда, когда он требовал аудиенции у Властителя Мира. Посол с ходу потребовал у Эннубиаша, чтобы его доставили к месту, где находился аппарат, на котором он прибыл, а когда они улетали, заявил мне буквально следующее:

Передай своему Властителю, что если он и впрямь хочет править в этом Мире, то договориться со мной ему придется. Иначе д`хагоны будут действовать через других посредников, и дела этого Мира будут осуществляться вообще без его участия.

Когда я передал эти слова Властителю Эллалю, они его сильно обеспокоили. Он немедленно вызвал своих людей и, насколько я понял, поставил перед ними задачу по возможности прояснить все о перемещениях д`хагона до отлета.

Не знаю, чего уж они там разузнали, но переполох поднялся вскоре изрядный. Такой, что не успел "Буревестник" с Эннубиашем вернуться и коснуться земли, как все уже указанные мною персоны тут же погрузились на его борт, и отправились в обратном направлении.

- Ничего не понимаю, неужели все действительно настолько плохо? – и, недоуменно разведя руками, Нидуммунд принялся прохаживаться по комнате, - Да и что вообще такого мог проделать этот д`хагон, чтобы в одночасье все настолько осложнить?

- Муж мой, пытаясь понять, чем же этот д`хагон сумел так встревожить твоего брата, ты, по-моему, упустил одну маленькую деталь, содержавшуюся в сообщенных Ваппуатхом сведениях, - вдруг заявила ему Ниннурсах.

Порывисто развернувшись в ее сторону, Властитель Срединных Земель столкнулся с каким-то неприятно спокойным взглядом супруги. На мгновение повисла напряженная пауза.

- И что за деталь? – наконец с настороженным любопытством поинтересовался он, зная, что обычно подобный вид Ниннурсах сулит действительно серьезные неприятности.

Даже Ваппуатх невольно замер, глядя на Властительницу, и в ожидании ответа весь обратился в слух.

- Такая, что супруга Эллаля с ним не полетела, а с теми, кто обычно помогал ей в исследованиях, сейчас находится в медицинском центре, - заявила та и, немного помедлив, принялась объяснять...


***

Ранняя весна все больше оживляла окрестные леса вокруг храма Чао-Лонг. Первые мелкие птахи уже вовсю радовали слух голосистыми трелями и без всякой боязни скакали даже по внутреннему двору. Радуясь теплому солнцу и успешно проведенному поединку, Турн с улыбкой наблюдал, как один из звонкоголосых певцов опустился на деревянную крышу навеса, под которым сидел чиф-фа Унь Лэй, и принялся выводить свои трели.

В памяти ярла всплыл тот день, когда он и Хетош в сопровождении Унь Лэя впервые вошли в ворота храма. К немалому удивлению молодых людей, все находившиеся во внутреннем дворе, завидев прибывших, немедленно склонились в почтительном поклоне. Это уже потом они узнали, что приведший их к воротам Чао-Лонг ру-ямец, есть ни кто иной, как искусный мастер-учитель или, как называли его сами ру-ямцы, "чиф-фа". Унь Лэй, язык не поворачивался назвать его старым, хотя он давно уже успел разменять пятый десяток, обучил и воспитал многих известных бойцов и был одним из пяти самых уважаемых и почитаемых наставников храма.

Тем не менее, на отношении к Турну и Хетошу со стороны остальных уй-синов это никак не отражалось. Их гоняли точно также, как и остальных новичков попавших в храм, и также допускали к следующей ступени только после освоения предыдущей. Впрочем Турну, имевшему за плечами школу воеводы Галарда, тренировки эти давались гораздо легче, чем его иджифетскому другу. Вот только к царившему в Чао-Лонг укладу жизни ярл, в отличие от Хетоша, выросшего при храме Нирриаха, привыкал тяжелее. Да и почти полное незнание языка давало поначалу себя знать, даром, что Унь Лэй немного обучал их во время путешествия.

Турн перевел внимание на утоптанную тренировочную площадку, на которой как раз вели поединок Хетош и еще один из молодых бойцов. Полтора года, которые два друга уже провели в храме, явно не прошли для иджифетца даром. Ежедневные многочасовые тренировки укрепили его тело, а обязательные для всех учеников храма упражнения по молчаливому созерцанию и успокоению разума, которые уй-сины называли "медитациями", напрочь устранили его прежнюю импульсивность и вспыльчивость. Но это же одновременно чуть не сыграло с Хетошем злую шутку.

После почти пяти месяцев обучения, как только молодой иджифетец научился полностью контролировать свои эмоции, он стал во время поединков впадать в странное состояние, в котором совершенно не воспринимал своего противника как живого человека, который вообще-то тоже может испытывать боль. Турну он в такие моменты напоминал настоящего берсерка, но берсерка совершенно хладнокровного и не теряющего трезвости рассудка, а потому еще более опасного.

Унь Лэй, заметив это, немедленно отстранил Хетоша от тренировок и отправил на полтора месяца заниматься лечением учеников, травмировавшихся во время обучения, и заболевших крестьян, обращавшихся за помощью в Чао-Лонг. Так что пришлось бывшему эретликошу заодно вспоминать премудрости, изученные в свое время при храме Нирриаха.

- Впрочем, сам-то он себя бывшим не считает. Это уж точно, - поправил себя Турн, вспоминая как Хетош упрямо продолжал ходить в сандалиях и одеянии, в котором он покинул Иджисс, до тех пор, пока те не стали разваливаться прямо на нем.

Да и во время персональных медитаций, которые для всех уй-синов и учеников были обязательны наравне с общими, Хетош, как он сам признался Турну, обращался не кому-либо, а к богам Иджифета.

- Эх, в Иджисс хочу! Давненько уже я его не видел, - подумал ярл и тут же одернулся, - Хоть себе-то уж не врал бы. Не Иджисс ты хочешь повидать, а жрицу Баштис, кареглазую Дхари, - и сразу же в его голове всплыл сегодняшний сон, в котором маленький черный Читтах то принимался кругами бегать вокруг него, а то, цапнув его когтями, отбегал и словно манил куда-то за собой.

Тем временем поединок застопорился. Бойцы перешли от обмена ударами к борьбе и старались провести захват с броском или болевой залом. Противнику Хетоша удалось захватить его руку, но поймать момент, чтобы при этом вывести последнего из равновесия для удачного броска через себя, не удалось. В свою очередь иджифетец успел второй рукой обхватить ру-ямца за пояс и не желал его отпускать, чтобы не быть опрокинутым на землю. Так два молодых человека пыхтя и упираясь продолжали топтаться по площадке пока наконец у чиф-фы не кончилось терпенье и он хлопнув в ладоши не приказал окончить поединок.

- Очень глупо, - заявил Унь Лэй, вставая со своего места и подходя к противникам, - Ты, - он указал на молодого ру-ямца, - ты слишком стараешься все сделать правильно. Именно так, как тебе однажды показали. Никакой импровизации, никакой гибкости мышления. А ты, - и чиф-фа уткнул палец в грудь Хетоша, - ты просто испугался упасть. Падение, если твой разум не смят страхом, еще не означает поражения.

Взяв ру-ямца за руку так, как тот только что держал Хетоша и приказав ему обхватить себя за пояс, Унь Лэй немного подергался точно так же, как до этого делали молодые люди, тем самым продемонстрировав всем ученикам, что действительно ситуация для обоих бойцов тупиковая и традиционный бросок не проходит.

Затем чиф-фа одной рукой ухватил кисть молодого бойца, державщую его за пояс, и неожиданно просто-напросто отпустил ту, которую захватил ранее, одновременно с этим делая шаг в сторону и быстро закручиваясь вокруг своей оси. Сразу же, как только он сделал полный оборот и оказался сбоку от своего противника, чиф-фа захватил запястье руки державшей его за пояс второй своей рукой и сделал длинный шаг вперед, одновременно с этим приседая в широкой стойке. Молодому ру-ямцу, перед которым уже не было спины противника, на которой он мог бы повиснуть, чтобы не упасть лицом в землю, ничего не оставалось, как быстро сделать шаг вперед. Про свою руку, которой он до этого держал пояс противника, он вообще при этом и думать забыл, чем чиф-фа и не преминул воспользоваться. Не успела нога его противника коснуться земли, а Унь Лэй уже быстро завел кисть захваченной им руки вверх и на локоть этой же руки надавил своим предплечьем.

Все это произошло настолько стремительно, что его молодой противник даже не сообразил, что попался на традиционный болевой залом и все еще пытался восстановить равновесие и выпрямиться. Только когда чиф-фа надавил уже весьма ощутимо, приложив вдобавок массу своего тела, молодой человек все понял и быстро распластался по площадке, почтя за благо прекратить бессмысленные упирания и избегая тем самым опасного давления на свою руку.

Унь Лэй обменялся со вставшим с земли учеником традиционным поклоном и кивнул поворачиваясь к Хетошу:

- Теперь ты.

Тот, не теряя времени, выполнил скользящий подшаг вперед и, захватив руку чиф-фы, сделал то, что и полагалось – слегка скручиваясь в бедрах, подсел под своего противника и в броске рванул его через себя.

Вроде бы Хетош все выполнил четко и его противник по всем признакам должен был, перелетев через него, мешком шлепнуться с другой стороны. Но у Унь Лэя на этот счет оказались совершенно другие соображения. Что в точности сделал чиф-фа, Турн разглядеть не успел, но странным образом Хетоша вдруг буквально сорвало с места и, разворачивая по дуге, перебросило через падающего Унь Лэя шлепнув о землю с другой стороны от чиф-фы. Сам же Унь Лэй успел сгруппироваться и кувырком прокатился по земле, тут же встав на ноги, а затем сделал длинный скользящий подшаг к своему противнику и коснулся рукой его головы.

Впрочем, все вполне поняли, что в настоящем боевом поединке он мог "коснуться" Хетоша и кулаком, и ногой, и локтем, и коленом, но на данный момент в этом не было никакой необходимости. Дождавшись, пока слегка оглушенный иджифетец поднимется на ноги, и обменявшись с ним традиционным поклоном, чиф-фа вновь повернулся к остальным ученикам и хлопнул в ладоши, давая понять что сегодняшнее занятие окончено, и тоже обменялся с ними поклонами.

- Слушай, как он это сделал? – тотчас спросил Хетош своего друга как только все стали расходиться.

- Я тоже не много понял, но кажется он во время падения прихватил твое плечо, не то через которое ты его бросал, а другое, и рванул его за собой, - припоминая подробности ответил Турн, - Так тебя и развернуло.

- Ага, скажешь тоже, бросал, - возразил иджифетец, - мне так показалось, что я его даже и не бросал, а он сам через меня перелетел.

- То есть, ты хочешь сказать, что он через тебя вроде как кувыркнулся, да еще при этом и сбил с ног, рванув за плечо? А со стороны выглядело будто это ты его бросал. Да уж странно как-то! – покачал головой Турн.

- Ладно, не будем гадать. Наверняка чиф-фа по своему обыкновению скоро будет все это подробно объяснять, - махнул рукой Хетош, - Ну что? Ты на медитацию опять потащишься за тридевять земель к своей сосновой опушке? Тебе там медом намазано?

- Хетош, ты вроде так парень неплохой и довольно сообразительный, но иногда - самый настоящий тупой мужлан, - снисходительно отозвался ярл, - У меня на родине леса почти сплошь из сосен и елей. Я на той опушке хоть и ненадолго, но как дома себя чувствую.

Подбежавший к друзьям один из младших учеников вежливым поклоном прервал их разговор и сообщил, что чиф-фа Унь Лэй вскоре будет ожидать их у подножья лестницы ведущей к резиденции Патриарха. Выразив свои благодарности парнишке, молодые люди удивленно переглянулись и заспешили приводить себя в порядок после тренировочных поединков. Даже уй-сины не часто могли похвастаться приглашением на личную аудиенцию к одному из пятерых старейшин, чего уж говорить об обычных учениках. Тем более не стоило позориться и заставлять чиф-фу ждать, задерживаясь дольше необходимого.

Впрочем, Унь Лэй в ожидании своих учеников как оказалось, не терял времени даром. Когда друзья добрались до означенного места, они застали его за рисованием тушью по холсту натянутому на квадратную доску. Чиф-фа с помощью длинных извилистых линий и мелких коротких штрихов изображал раскинувшееся вдали ущелье и текущую по его дну речку. Осторожно приблизившись и глянув на пергамент, Турн подивился изящности и необычной филигранности получающегося рисунка. Унь Лэй же, заметив друзей, сделал им знак немного обождать, нанес еще несколько штрихов и, придирчиво оглядев результат, отложил кисть.

- Уже не за горами время, когда заканчиваются оговоренные два года, - обратился он к Турну и Хетошу, - После этого срока ученику предлагается выбор. Он либо покидает храм и возвращается в мир, выполнив перед этим одно из заданий данное старейшинами, либо принимает посвящение и становится уй-сином служащим нашим богам. Но в отношении чужестранцев поклоняющихся своим богам у нас есть правило. Если они колеблются, то могут сначала пройти одно испытание. В нем наши боги легким прикосновением на очень короткий срок открывают им внутренне зрение и позволяют увидеть себя. Иногда впрочем, даже такое легкое касание оказывалось для чужака губительным. Но когда я гляжу на вас, то не сомневаюсь, что вы выдержите.

Друзья обменялись короткими взглядами и после непродолжительного молчания кивнули, давая свое согласие на испытание. Унь Лэй, не тратя больше времени на дальнейшие разговоры, тут же освободил их от вечерних занятий и наказал вместо них ждать от него посланца. Затем чиф-фа забрал свой рисунок и кисти и стал подниматься по причудливо изукрашенной лестнице ведущей вверх, туда, где на самом гребне склона прилепилась резиденция Патриарха.

Глядя ему вслед, Турн думал, что к самому Патриарху ему вряд ли когда-нибудь удастся попасть, даже если он пройдет посвящение и станет уй-сином. До сих пор ни ему, ни Хетошу вообще не удавалось увидеть главу всех храмов хотя бы издали. К самому же жилищу Патриарха свободный доступ имели только наставники Чао-Лонг и других храмов. Немного постояв и понаблюдав, как чиф-фа, поднявшись до самого верха, исчез в дверях резиденции, друзья развернулись и пошли к себе, гадая, в чем же собственно будет заключаться обещанное испытание…


В означенное время на пороге жилища учеников появился один из старших уй-синов, посланец чиф-фы, и, не тратя слов, жестом поманил за собой Турна. Выйдя следом за ним за порог, ярл увидал Хетоша, которого уже тоже сопровождал другой уй-син. Сначала все четверо шли по какой-то незнакомой дороге петляющей по склонам окрестных гор, а затем двух друзей разделили и повели по разным тропинкам. В конце концов, молчаливый провожатый увел Турна достаточно далеко в горы, куда он за все время пребывания в храме ни разу не заходил.

Наконец уй-син остановился и, оглядевшись по сторонам, проскользнул в густой кустарник, негромким окликом позвав его за собой. Нырнув вслед за ним, ярл несколько шагов продирался через кусты, а затем внезапно оказался на небольшой полянке перед входом в пещеру. В глубине пещеры, чуть поодаль от входа, путь преграждала кованая дверь с несколькими замками. Отперев их, уй-син толкнул дверь, которая открылась, несмотря на древний вид, на удивление бесшумно. Видимо петли ее время от времени заботливо смазывали маслом. Выбрав из лежавшей позади двери кучи два факела и запалив их, провожатый сунул один Турну и шагнул в темноту прохода, поманив за собой спутника. Некоторое время они шли по пологому спуску вглубь пещеры, а затем остановились перед еще одной такой же дверью.

Открыв ее, уй-син сказал:

- Ты должен остаться за этой дверью и медитировать. Боги должны явить свое присутствие и открыть тебе внутреннее зрение. По истечении нужного времени я вернусь и выведу тебя. Возможно, мне придется вынести только твое тело, но ты предупрежден и дал согласие, поэтому - ступай.

Турн молча кивнул, подтверждая, что он готов, и шагнул за порог. Позади него тут же захлопнулась дверь и звук удара прокатился отражаясь гулким эхом от сводов пещеры. Пройдя немного вперед и подняв повыше факел, ярл разглядел, что стоит в очередном перегороженном отрезке прохода. Подойдя к следующей двери и осмотрев ее, Турн обратил внимание, что замковые запоры на ней затянуты толстым слоем пыльной паутины. Видимо, в отличие от двух других дверей, эту не открывали давным-давно.

Посветив себе под ноги и по сторонам, Турн обнаружил на полу толстую плетеную циновку, а около нее подставку под факел. Определенно он был здесь не первым. Укрепив свой факел и сев на циновку ярл скрестил ноги и принялся за выполнение дыхательных упражнений по успокоению мыслей и эмоций. Сколько так прошло времени, Турн не знал, факел погас, и он давно сидел в полной темноте.

Наконец внутри него повисла полнейшая пустота, и он медленно лег, выпрямившись на циновке. В следующее мгновение в его глазах стало гораздо светлее и он ощутил себя зависшим над полом.

- Ага, а вот это уже знакомо, - мелькнула даже не мысль, а какая-то тень мысли, когда Турн попытался встать и обнаружил себя плавающим где-то посередине между потолком и полом пещеры.

Неторопливо он огляделся вокруг и заметил, как в отверстия для ключей с той стороны двери проникает еле заметное синеватое свечение. Приблизившись к двери, ярл протянул руку к замочной скважине и осторожно коснулся этого странного свечения. Пальцы, не встретив никакого сопротивления, тут же ушли в толщу двери и стало совершенно ясно, что ее метал не мог препятствовать Турну. Осмыслив это, он собрался с духом и шагнул вперед, в следующее мгновение оказавшись по ту сторону двери.

За ней открывался уже целый квадратный зал, вырубленный в скале. Хотя, скорее всего, пещера здесь существовала всегда, а уже затем кому-то понадобилось обтесать ее стены и обработать потолок, придав ему вид стрельчатого купола. Стены и сводчатый потолок пещеры были словно унизаны капельками того самого сияния, которое Турн заметил через замочные скважины. В четырех углах возле стен стояли саркофаги, около шести шагов в длину, сделанные из полированного камня. На них таких капелек было гораздо меньше, из-за чего они темнели в углах пещеры мрачными громадами, а на их крышках виднелись непонятные для Турна надписи, по буквам которых проплывали настоящие клочки непроницаемой тьмы.

После того, как Турн приблизился и остановился в центре зала, эти сгустки начали проскальзывать по саркофагам гораздо чаще, а затем вдоль стен стала подниматься вверх какая-то темная пелена. Внезапно ярл словно очутился под куполом из этой самой пленки и почувствовал, как его разум буквально разрывается на части. К счастью, это длилось недолго, и вскоре окружающий его мир разлетелся на куски, а непроглядная тьма милосердно погасила сознание.

Постепенно мрак рассеялся и Турн обнаружил себя стоящим перед храмом, вход в который охраняли двое воинов в церемониальных панцирях из коричневой дубленой кожи и украшенных золотыми листьями. На плечах у обоих были длинные ниспадающие алые плащи, а на головах островерхие шлемы, украшенные султанами из конских хвостов и наглухо закрывающие верхнюю часть лица и щеки. Окинув взглядом строение, внешне сильно напоминающее усеченный энкурр, ярл прошел мимо стражников и направился внутрь.

Внутри храм представлял собой одно просторное помещение с куполообразным сводом. В центре купола было сделано достаточно большое круглое отверстие из которого падали рассеивающиеся солнечные лучи, а снизу, прямо под ним, стоял алтарь из ограненной глыбы прозрачного камня. Вертикально сверху в камень был воткнут меч, совершенно обычный боевой клинок без каких либо украшений и излишеств. Единственно, что отличало этот клинок от тысяч его собратьев, это навершие, выполненное в виде диска, из центра которого в стороны расходились четыре закручивающиеся по спирали луча.

Это был символ какой-то войны, которую нельзя было прекратить никаким способом. Как и невозможно было вытащить этот меч из камня. Все это Турн знал с абсолютной уверенностью, и хотя ни малейшего понятия об источнике этой своей уверенности не имел, не испытывал по данному поводу никаких сомнений. Не испытывал он ни малейших сомнений и по поводу того, что ему нужно делать дальше.

Пройдя прямо к алтарю, ярл встал на одно колено и склонил голову, в которой тотчас зазвучали слова молитвы на каком-то незнакомом языке, совершенно не похожем ни на что ранее слышанное. Текущие друг за другом слова образовывали причудливое и чарующее сплетение, которое вызывало перед внутренним взором Турна быстро сменяющиеся картины из истории какого-то большого и могущественного государства.

Государство процветало, жизнь в нем кипела ключом, и население его постоянно разрасталось, постепенно покрывая всю территорию многочисленными городами. Вскоре собственных земель им стало не хватать, и небольшие соседние государства были либо подчинены сразу и безоговорочно, либо были постепенно поставлены в такие условия, при которых ничего не оставалось кроме как просить о добровольном присоединении.

Но затем интересы этого государства столкнулись с интересами другого, не уступающего ему в могуществе. В результате начался затяжной вооруженный конфликт, в течение которого боевые действия велись повсеместно и с применением средств поистине ужасающей разрушительной мощи. Самым страшным из них было оружие, вспыхивающее как тысяча солнц и выжигающее далеко все вокруг. У тех же, кому посчастливилось избегнуть испепеляющего пламени, но кто, тем не менее, находился недостаточно далеко от места воздействия такого оружия, по истечении времени начинали выпадать волосы и ногти, а затем их косили неведомые болезни.

Война была прекращена только из-за того, что обоим государствам стала угрожать какая-то не понятая Турном общая для всех опасность и все силы были брошены на создание подземных убежищ, в которых население надеялось ее избежать.

Но больше всего ярла поразило совершенно другое – вид жителей этого государства. Они все как один были очень высокие, и отчего-то Турн совершенно не сомневался, что гораздо выше обычного человека. Головы их были с немного заостренным кверху черепом, а лица были с тонкими носами и губами и обладали каким-то странным и непривычным взору изяществом. Те же, кому не посчастливилось полностью избегнуть последствий применения испепеляющего оружия, но кто, тем не менее, выжил, по прошествии времени превращались в поистине отвратительное зрелище.

Все это промелькнуло перед глазами ярла с поразительной скоростью и, тем не менее, он отчетливо видел каждую малейшую деталь пейзажей встававших перед ним. Единственное, что он не успел разобрать, это перед лицом какой такой опасности непримиримые враги были вынуждены прекратить свое противостояние.

Картина, которую он наблюдал, внезапно начала скручиваться перед его взором в точку, а затем все естество Турна потряс чудовищный удар и он очнулся лежащим в темноте на циновке. Его терзал чудовищный голод, тело окоченело от жуткого холода, а виски разламывались от боли.

- Эйтоны… Это эйтоны… - пульсировала в голове единственная мысль когда он с трудом подтянул ноги к груди и закрыв глаза свернулся в клубок.

Сколько он так пролежал, Турн не знал, но наконец раздался звук открывающейся двери и на его веках заплясали блики от факельного огня. Он почувствовал, как чьи-то руки переворачивают его, проверяют биение сердца и дыхание, а затем услышал, как голос его провожатого сказал с облегчением:

- Живой!...


Наконец, после того как Турн и Хетош, которому его испытание тоже далось не слишком то легко, медленно но верно восстановили свои силы, их навестил Унь Лэй. Когда чиф-фа наконец убедился, что друзья действительно пришли в нормальное состояние он вновь завел разговор о выборе который им предстояло сделать.

- Прежде всего, хочу кое-что вам сказать. Что касается тебя, Хетош, то я не очень хорошо знаю истории твоей страны, и поэтому мои слова будут касаться в основном Турна, - он коротко взглянул на ярла, - но возможно они не будут лишними для вас обоих.

Так вот, я знаю, Турн, что в твоих землях идет не самая лучшая слава о тех, кого тебе удалось повидать в пещере. Тем не менее, они - представители богов, очень давно правивших на этих землях. И сами они в свою очередь потомки еще более древних богов.

Издавна этот мир вращается на ободе Колеса Времени периодически разрушаемый и вновь воссоздаваемый из праха Высшими Силами. И самые лучшие из наших богов выбрали для себя участь хранителей жизни в нем. Именно поэтому они вмешиваются в события мира только тогда, когда ему грозит опасное нарушение равновесия или порабощение враждебными силами. Большую же часть времени их вмешательство не требуется, и они пребывают в великой медитации, узнавая о переменах в мире только с помощью наших молитв обращенных к ним.

Унь Лэй замолк, внимательно глядя на молодых людей и словно предлагая им обдумать услышанное, а потом вновь продолжил:

- Теперь вы имеете возможность взглянуть на все те истории, которые всегда знали, и с другой стороны. Как понимаете, я не буду вас уговаривать или убеждать в правильности действий наших богов. Тем не менее, я сказал о той роли, которую они для себя избрали, и теперь вы знаете, что побудило их к таким действиям. Больше мне особо нечего сказать. Только то же, что и ранее – выбор теперь за вами.

Турн долго молчал, склонив голову и упершись взглядом в доски пола. Непросто было взглянуть на все то, что он считал единственно верным, с точки зрения тех, кого всегда считал старым врагом. И совсем непросто было осознать, что все они отнюдь не были сосредоточием беспросветного зла. Все это совершенно выбивало из колеи и мысли, крутящиеся в голове ярла, напоминали растревоженный улей.

Друг его тоже пребывал в тягостном молчании. С тех пор как Хетош пришел в себя, он вообще ни разу не рассказывал о том, что собственно ему удалось узнать, проходя свое испытание. Но, судя по его виду, и ему открылись кое-какие необычные моменты, по-другому проливающие свет на все то, что он знал.

Наконец Турн собрался с мыслями и заговорил:

- Чиф-фа, обучение в этом храме дало мне очень много, и я благодарен тебе и остальным уй-синам за все полученные уроки. Теперь я знаю, что мир гораздо сложнее, нежели то, как желают представлять это люди. И теперь я знаю, что даже боги могут ошибаться в своих поступках и суждениях. Но я не стану служить вашим богам. Я по-прежнему продолжаю чтить богов моего народа, потому что именно они вложили много своих сил в становление нордлингов. Тем более, что наши боги перво-наперво наказывали нам никогда не отходить от своих дел пока они не завершены, и не пускать их течение на милость судьбы. Но я расскажу обо всем, что мне удалось узнать и повидать, нашим старейшинам, и возможно их удастся убедить, что в издавна тянущейся вражде нет смысла. Если же это удастся, то может быть, тогда найдется и способ, чтобы избежать Последней Битвы.

- Я тоже вернусь к себе на родину, - прокашлявшись, коротко ответил Хетош, - Надеюсь, чиф-фа, вы меня понимаете…

Унь Лэй покачал головой в знак того, что он понимает и принимает решение друзей, а потом стал не спеша рассказывать:

- Замечено, что этот мир последнее время стал очень быстро терять свои силы. И одновременно с этим он начинает терять и свое очарование, а люди его все больше становятся озабочены лишь тем, будет ли у них на обед очередной кусок мяса или нет. Самим людям с их коротким веком, как это не печально, этого не заметно, но богам это видно. Поэтому некоторое время назад в моих медитациях я получил знак отправиться в путешествие-поиск, который возможно поможет найти причину этого.

Пребывая в этом путешествии, я натолкнулся на вас. Тогда с вами был еще один тмеганин и вы были очень странной компанией надо признаться. И вот двое из вас здесь. Возможно, это судьба, но мельницы богов мелют медленно, и последствия нашей встречи могут проявиться еще очень не скоро, - он тяжело вздохнул, - Но как бы то ни было, вы свой выбор сделали. Теперь вам остается выполнить последнее задание храма Чао-Лонг, и если мы еще и увидимся, то, скорее всего, уже только после перерождения.

Чиф-фа встал и, завершив свой визит традиционным поклоном, скрылся за порогом. Турн смотрел вслед ушедшему Унь Лэю и никак не мог понять, почему вокруг вдруг повисла какая-то звенящая и сосущая под ложечкой тишина. Почему-то казалось, что чиф-фа ушел не полностью, а словно оставил после себя часть чего-то, что развернулось в воздухе вокруг него и Хетоша тончайшими искрящимися нитями.

- Ты чего это такой велеречивый стал? – внезапно нарушил молчание нарочито заботливый голос его друга, - Какую речь толкнул, я просто заслушался! Ты там, в пещере, головой не обо что не ударялся?

- Отстань, мужлан иджифетский, - лениво огрызнулся Турн, - Я все-таки ярл…

Ближе к вечеру, когда первые сумерки уже начали скрадывать очертания дальних гор, к друзьям пришел один из старших уй-синов, посланный Унь Лэем. Он принес с собой амуницию и припасы, необходимые для выполнения задания назначенного старейшинами храма, а так же небольшой мешок, который положил на пол.

- Вам предстоит сделать следующее, - начал он объяснения, - В трех днях конного пути отсюда находится резиденция правителя Ачжан Хоана. В свое время ему удалось объединить под своим началом несколько крупных разобщенных областей страны. И храмы помогали ему в этом, предоставляя уй-синов для обучения его воинов и для выполнения некоторых заданий требовавших особых умений.

Но теперь он стал считать себя достаточно сильным, чтобы не считаться с храмами, и даже стал пробовать диктовать нам свои условия. Поэтому наши старейшины решили послать ему небольшое послание, - уй-син слегка пнул ногой мешок, - Ваша задача - пробраться в покои Ачжан Хоана и оставить там этот мешок так, чтобы он непременно попался на глаза правителю…

- Ну и само собой, в ваших же интересах, в отличие от этого мешка, никому на глаза не попадаться, - добавил усмехнувшись посланец, - Если вы при этом никого не убьете, то это будет только к лучшему. Но если возникнет необходимость - вы обучены в достаточной степени.

- Ну и стоило ли помогать этому Хоану? А так бы и неприятностей сейчас не было… - покачал головой Хетош.

- Патриархи всех храмов тогда решили, что стоило, - ответил уй-син, всем своим видом демонстрируя, что, дескать, вообще-то не вашего ума дело обсуждать решения Патриархов, но после паузы снизошел до короткого пояснения, - Для храмов лучше иметь дело с одним упрямым правителем, чем с десятком таких же.

Иджифетец присел около мешка и, развязав затягивающий его ремешок, запустил руку внутрь:

- Это еще что такое? – скривился он, вытаскивая за хвост дохлого хорька, в зубах которого торчал свернутый трубочкой кусок тонкого пергамента.

- Это и есть послание, - последовал ответ, - На записке нашим Патриархом написано: "Я нашел его маленьким и ничтожным. Выкормил и вырастил его. Но он так и не отучился кусать руку кормящую его. В конце концов, мне это надоело".

- Ну-ну, - хмыкнул Турн, разглядывая "послание" болтавшееся в руке Хетоша, - Патриарх что, действительно собственноручно свернул голову этому бедолаге?

- Нет конечно, - усмехнулся уй-син, - Это воришка, повадившийся лазать в нашу кладовую и попавшийся в ловушку.

- Хм, от этого содержание намека становится лишь изощренней, - усмехнулся Турн и, обратив взгляд на посланца Унь Лэя, спросил, - И когда нам отправляться?

- Да хоть сейчас, - откликнулся тот и, развернув один из свертков, вытащил два одинаковых меча, - А это вам подарок лично от Унь Лэя.

Ярл взял один из клинков и оглядел его, пробуя, как тот сбалансирован и как лежит в руке. Меч был безусловно хорош, и к тому же он, как и его близнец, один в один напоминал клинок виденный Турном в видениях, пришедших к нему во время испытания. За исключением того, что на диске навершия было изображено солнце, а не четыре спиральных луча.

- Надо побыстрее отправляться, - заявил Хетош, как только уй-син покинул помещение, - А то, как бы это послание не завоняло, - и он принялся завязывать мешок...


***

Темный зимний вечер полноправно вступил в мегаполис залитый холодным светом мигающих реклам и искусственного освещения. Резкий порывистый ветер без устали гонял по тротуарам колючую поземку и завывал протяжным дурным голосом. Из-за позднего времени и плохой погоды на улицах уже давным-давно не было видно ни одного прохожего и их пустынный покой нарушался лишь очень редкими торопящимися машинами. Полное безлюдье, заупокойный свист ветра и крутящиеся на улицах снежные вихри превращали Шимаве в настоящую материализовавшуюся фантасмагорию.

Оторвавшись от вида за окном, Ирган пересел с подоконника в кресло и еще раз окинул взглядом новое прибежище своего друга. В принципе оно мало отличалось от предыдущего, только отсутствовала почти вся бытовая электроника. За прошедшее время Мерк сменил место проживания и, по его словам, сильно сократил свой прежний круг общения. Кроме того, он, руководствуясь наблюдениями, рассказанными Ирганом, устроился еще на одну работу и теперь был загружен целыми днями. Вот и сегодня он должен был прийти только поздно вечером и Ирган, пересекшийся с ним днем и получивший ключ-карту для доступа в его жилище, вынужден был коротать время в почти пустой квартире, в которой как и прежде единственным потенциальным развлечением была компьютерная консоль. Вот только доступ в нее был закрыт паролем, известным только Мерку, а сообщить его тот конечно не потрудился.

Ход мыслей молодого человека перескочил на его товарища. За последнюю пару месяцев с тем происходило что-то не совсем понятное и, похоже, началось это именно после визита на Ессе-Лэм. Так и не было абсолютно ясно, удалось ли Мерку избавиться от мешавших ему каналов-связей, но постепенная потеря энергетики, неизменно наблюдавшаяся у того прежде, все-таки прекратилась. Тем не менее, его энергетическая сфера по-прежнему напоминала сильно выжатый лимон и тенденции к восстановлению не наблюдалось даже не смотря на то, что он максимально экономно относился к энергетике попадавшей в его распоряжение. Малейший накопленный ее излишек постоянно куда-то исчезал и в распоряжении самого Мерка находился лишь ее предельный минимум. А сомнительное удовольствие убедиться в том, что такое состояние пребывания на "голодном пайке" является отнюдь не самым веселым времяпрепровождением, Ирган уже имел и сам.

Кроме того, сзади на поверхность энергосферы Мерка словно прилипла какая-то тонкая серая пленка, и когда он сосредотачивался в поисках решения какого-либо вопроса, то эта пленка разворачивалась в жутковатое подобие развеваемого ветром плаща. В стороны же от этого колеблющегося полотнища уходили какие-то очень тоненькие энергетические ниточки, само существование которых улавливалось только на предельной грани восприятия. Тем не менее, Иргану однажды удалось-таки зацепиться вниманием за одну такую нитку и его сознание, скользнув вдоль нее, совершило невероятное калейдоскопическое путешествие. Он словно за несколько мгновений с молниеносной скоростью пронесся по множеству различных мест на планете и, мельком взглянув на них, вернулся назад в свой мегаполис. Создавалось впечатление, что эти самые нити соединяли все посещенные места неким подобием паутины, и что самое странное, ни одно из них не было творением человеческих рук. Леса, озера, горы, реки и даже, кажется, какие-то морские берега, но ни одного крупного мегаполиса или более мелкого людского поселения.

Не менее странным было то, что когда Ирган, особо не вдаваясь в подробности, попытался расспросить товарища о его теперешних ощущениях, то оказалось, что тот, по его словам, совершенно не отслеживал ничего подобного. Нет, он конечно чувствовал что-то. Как говорил об этом сам Мерк - какое-то очень странное ощущение вдоль позвоночника, немного похожее на то, когда проглотишь кусок какой-нибудь жесткой пищи и никак не можешь его переварить. Но никакой прилипшей пленки и никаких идущих от нее нитей он тем не менее не ощущал.

Сигнал входного сенсора прозвучал резко и неожиданно. Вздрогнув, Ирган понял, что успел задремать, и, потянувшись, пошел открывать дверь. Это конечно оказался Мерк – замерзший, голодный и в силу всего этого не шибко довольный. Пробурчав приветствие, он избавился от заснеженной куртки и ботинок, сунул своему товарищу пакет с продуктовыми полуфабрикатами и двумя бутылками легкого пива, а сам по его просьбе пошел устанавливать соединение с Информационной Сетью.

Через несколько минут на ожившем дисплее уже мигала эмблема докладывавшая о наладившемся подключении, а на кухне попискивал сигнал возвещавший о том, что очередной замороженный и упакованный в пластик кусок чего-то-там превратился в нечто более-менее съедобное.

Взяв принесенное товарищем пиво, Ирган направился в комнату.

- Это я для тебя взял, раз уж ты просил. Сам не буду, - отказался Мерк едва глянув на протянутую бутылку, - Кстати, на будущее и тебе порекомендовал бы отказаться.

Ирган с удивлением поглядел на приятеля:

- Ты ведь и так принес самый легкий сорт. Его воздействие почти не ощущается. Ну разве что самую малость. Мне, например, и обеих-то бутылок будет больше для ритуала, чем для эффекта, не то что одной.

- Знаешь ли, помимо того, что эта ерунда отрицательно влияет на способность к концентрации, есть… Есть еще кое-какие нюансы… - запнулся тот едва начав что-то объяснять, - В общем, если тебе вдруг понадобятся все твои резервы и будет не хватать именно этой малости, то этот "ритуал" может тебе дорого обойтись.

Мерк определенно в очередной раз что-то не договаривал, но и определенно не шутил. Выругав про себя эту привычку, не так давно появившуюся у приятеля, Ирган со вздохом несколько раз перевел взгляд с одной бутылки на другую и, вернувшись на кухню, поставил одну из них в холодильник.

Наконец друзья поменялись местами и Ирган занял место перед клавиатурой, а Мерк отправился на кухню загружать в свой желудок порцию того, что одна из пищевых корпораций гордо именовала "продуктом по вкусу на 99% идентичным натуральному". Припомнив нарочито глумливый комментарий, отпущенный одним из своих знакомых по поводу умственных способностей тех, кто сначала в погоне за количеством настолько доразвлекался с генетическим модифицированием исходного сырья, что оно даже первоначальный вкус потеряло, а потом опять принялся его модифицировать, чтобы уже этот вкус восстановить, Ирган не удержался от улыбки и откупорил свою бутылку.

В приподнятом настроении он пробежал пальцами по клавиатуре и, развернув программу скольжения по сетевым порталам, из чистого любопытства для начала решил прогуляться по тем из них, которые его товарищ посещал последними. Открыв журнал, регистрировавший все посещения за последнюю неделю, он стал по порядку заходить на те же адреса и бегло знакомиться с их содержимым.

Через десяток минут почти все они был просмотрены и молодой человек в некотором недоумении откинулся на спинку стула. Получалось, что большинство из тех порталов, по которым путешествовал Мерк, являлись либо культурно-историческими ресурсами, на которых были собраны данные по мифологическому и археологическому наследию различных народов, либо научно-популярными, причем в основном касавшимися геологии или астрономии. Учитывая то, что Мерк в Сети обычно искал информацию рассказывавшую о каких-либо способах манипуляций с биоэнергетикой, и, в особенности, его обычно скептическое отношение к традиционной науке, такой выбор порталов был весьма необычным.

Посидев еще немного, Ирган продолжил свое занятие, но на этот раз уже предпочел скольжение по собственному выбору. Неожиданно на дисплее развернулся лист еще одной программы и по нему поползли строчки текста:


Бисер слов, бисер слез, бисер времени

Искры звезд с неба сыплются бисером

Что забыто, что кем-то потеряно

Мимоходом что бисером брошено


Времена серой пылью сквозь пальцы

Жизни, судьбы – бисер, не больше

Среди тех, кто спит в пыли времени

Позабыта блестящая пригоршня


Кто? Зачем кинул здесь эти искры?

Нет ответов. Да их и не ищут

Спят еще одно тысячелетие

Спят и ждут еще одну пригоршню


По всей видимости, это была какая-то резидентная разновидность поискового сканера предназначенная для постоянного розыска на информационных порталах Сети тех данных, которые каким-либо образом касались темы определенной пользователем. Только на что именно Мерк запрограммировал поиск и почему сканер выдал столь необычный результат, было совершенно неясно.

- Слушай, а чего это ты в чтение старинных сказок ударился?– усмехнувшись спросил Ирган, когда за спиной наконец-то послышались звуки шагов друга.

- А собственно, что ты имеешь против сказок? К твоему сведению, люди всегда в своей жизни руководствуются сказками, - Мерк устало опустился в кресло и прикрыл глаза, - Ведь почти никто, за исключением непосредственных участников, на самом деле не знает того, как в действительности когда-либо разворачивались те или иные события. Как действовал какой-нибудь их персонаж, и какие моменты точно соответствуют действительности, какие дошли в сильно искаженном виде, а какие по каким-либо причинам вообще остались за кадром. Вон, даже в наше время, и то историю постоянно норовят переписать так, чтобы это способствовало чьим-либо интересам. И что мы имеем в результате? Самые натуральные сказки, из которых какие-то наиболее достоверны, а какие-то - сплошная пурга. Соответственно, какими из них руководствуешься - такой результат и имеешь. И это, напомню, в наше время. Чего уж говорить о тех временах, когда письменности вообще не было и когда рассказчик для того, чтобы излагаемый им материал хоть как-то застрял в мозгах у слушающих, всячески его приукрашивал?

- Гипербола, метафора и прочая анафема?… – задумчиво пробормотал Ирган, - То есть реальные факты под нагромождением художественных красивостей, раздутостей и искажений? – и он невольно стал припоминать содержимое тех страниц по которым путешествовал его друг, - Ну ладно, а если без философии? Зачем все-таки тебе все это понадобилось?

- Да как тебе сказать… Видишь ли, что-то мне все никак не дает покоя та идея, что мы на Ессе-Лэм коснулись. Ну, про то, может ли человек вообще, как вид, прийти к своей физической смерти. Словно кто-то постоянно меня одергивает и все время стремится вернуть к ней мои мысли.

- И что? – Ирган развернулся к товарищу и с удивлением заметил кристалл, висевший у того на шее, - Ну и дела, определенно какой-то амулет, - отследив энергетичский ореол вещицы, растерянно подумал он, - Как-то все это противоречит его обычным привычкам…

- Да толком-то как раз и ничего… Как оказалось, единственное где упоминается о каких-нибудь событиях грозящих тотальным уничтожением человечества - это совершенно древнючие предания и пророчества. Даже никто из Идущих, не говоря уже об обычных обывателях, ко всем этим историям сейчас всерьез не относится. Еще бы, все они обещали полное изничтожение практически чуть ли не через год после своего провозглашения, а тут столько времени прошло - и ничего не случается, - Мерк невесело усмехнулся и не открывая глаз продолжил, - Я бы наверное тоже почитал все это и забросил, если бы не одно "но". В старинных легендах очень разных народов, которые и живут то практически на противоположных концах мира, с удивительным постоянством встречается один и тот же мотив - о глобальном водном катаклизме который однажды стер с лица планеты практически всех ее обитателей. Догадываешься, о чем речь? – он взглянул на товарища и иронично улыбнулся, - Ты, как одно время с увлечением читавший различные предания популярных религий, догадаться бы должен…

- Ты что, серьезно?!! – через несколько секунд сообразил Ирган, - Но даже я всегда считал, что это у них какая-то там местная заморочка была. Слишком уж несерьезная для чего-то глобального причина указывалась.

- Это точно, причина указывалась несерьезная. Но ты не думал, что это указывалась не причина, а всего лишь одно из последствий? – Мерк не сводил с него взгляда и по-прежнему улыбался до ушей.

- Шутишь что ли? Стану я еще излишне мозги напрягать, раздумывать там о каких-то причинах! – расхохотался в ответ его друг, - Так, прочитал для общего развития и привет, до следующей встречи. Это ты у нас загадки любишь, а не я.

- Ну вот, как раз следующая встреча и случилась, - последовал довольный комментарий, - Зато хоть примерно знаешь, о чем там речь.

- Ладно, примерно-то знаю, - наконец успокоившись сказал Ирган, - А если не примерно?

- А если не примерно… - Мерк зевнул от души, видимо повышенная нагрузка все-таки сказывалась, помотал головой и продолжил, - А если не примерно, то мое мнение тут совпадает с твоим. Та причина, о которой у них указывается, достоверной быть не может. Да и все те, которые упоминаются во многих других легендах – тоже. К тому же, надо учитывать, что легенды говорят языком образов.

Но дыма без огня как известно не бывает, поэтому-то я и полез на порталы научно-популярных ресурсов. Видишь ли, традиционная наука по большей части имеет дело с наблюдениями каких-либо явлений, их последствиями и последующими интерпретациями. Но сами такие явления и, особенно, их последствия - это тебе не видения в "соскальзываниях", которые вполне могут быть искажены призмой твоего личного восприятия, а совершенно конкретные физически наблюдаемые данные. От существования таких данных никто, если он действительно хоть немного умеет анализировать информацию, так просто не отмахнется, не спишет на какие-либо "галлюцинации" или "фантазии".

Что касается истинных причин подобных явлений, то здесь традиционный научный подход вполне может быть ошибочен. И лично я по-прежнему уверен, что он ошибочен. Но вот последствия таких явлений наука научилась отслеживать достаточно четко…

- Ладно, ладно, я прекрасно знаю твое мнение на этот счет, - Ирган с недовольным видом махнул рукой, - Таким образом, тебе понадобились конкретные, физически наблюдаемые данные, которые бы подтверждали то, что такое событие имело место?

- Да.

- Хорошо. Тогда рассказывай о том, что тебе удалось найти про такие данные и про возможную причину такого события.

- Все, что удалось найти насчет наиболее достоверного сценария подобного события, сохранено в соответствующих файлах. Если тебе интересно – потом прочитаешь подробно, - не вдаваясь в подробности отказался Мерк, - Но тут по ходу дела всплыл еще один необычный момент. Как оказалось, в истории цивилизации человечества существовали три культуры после которых сохранились очень любопытные источники.

- Что, неужели-таки прямые указания о причинах этого события? – удивленно уставился на него товарищ.

- Нет конечно. Естественно это тоже мифы и легенды. Но, в отличие от большинства таковых, в этих рассказывается о нескольких таких катаклизмах, с некоторой периодичностью стиравших практически все живое с лица этой планеты.

- Так, так… - в задумчивости покивал головой Ирган и усмехнувшись добавил, - Наверняка ты снова полез в Сеть за поиском каких-либо доказательств?

- Верно, - подтвердил его друг, - Как оказалось, есть косвенные признаки вполне подтверждающие и эти предания тоже. Соответствующие файлы я кстати тоже сохранил, можешь почитать. Правда, тут возникло новое "но".

- Ох, Мерк! Ну хоть что-нибудь у тебя бывает просто, легко и без каких-либо осложнений? – рассмеялся Ирган на такое заявление, - Ладно уж, не тяни, рассказывай дальше…

- Легко только овцы плодятся, - съехидничал тот в ответ, но все-таки продолжил свой рассказ, - Ну так вот, предания, оставшиеся в истории после этих трех культур, объединяет еще и то, что они предвещают гибель и этой цивилизации тоже. Ну и, разумеется, то, что в том случае, если люди будут строго следовать указаниям своих богов, то они этой участи избегнут.

- Н-да… мило… А в чем "но"?

- А "но" в том, что причину, из-за которой погибнет нынешняя цивилизация, все эти предания называют разную.

- То есть, ты зашел в тупик? – после некоторого размышления подытожил Ирган.

- В некотором роде так. Почему все они говорят о разных причинах, совершенно не понятно, - не стал возражать Мерк, - Получается, что человек, как вид, вполне может прийти к своей смерти. Или, как минимум, к очень сильному сокращению своей численности. Прецеденты для этого уже имелись. Но вот то, при каких условиях это событие может произойти, для меня до сих пор остается непонятным.

На этом новости были исчерпаны и Мерк встав подошел к консоли, чтобы показать товарищу где хранятся интересующие того файлы.

- О! Ессе-Лэм, - удивленно прокомментировал он видневшийся на экране снимок, - Что за портал и чего это ты на него залез? Или ностальгия замучила?

- В некотором роде… Красиво там все-таки, - улыбаясь подтвердил Ирган, - Это портал ресурсов посвященных истории нашего мегаполиса и немного об области находящейся в его административном подчинении. Вот здесь, - по экрану промелькнуло несколько страниц, - все что можно найти об Ессе-Лэм и его окрестностях. Вот это – гора, на которой мы были. Узнаешь?

- Ага…

- Кстати… Вот на этом портале есть небольшое прикольное совпадение. Совершенно случайно наткнулся, - Ирган проскользнул по Сети на пару адресов назад, - Видишь?

- Какая-то гора с таким же названием. И в чем прикол? – не понял Мерк.

- Помнишь ты говорил, что никто и никогда не упоминал о том, чтобы в окрестностях Ессе-Лэм случалось что-нибудь необычное? Так вот, в окрестностях этой горы необычное очень даже случалось. Судя по легендам, о которых здесь написано, на ее вершине издревле живет дух какого-то ведуна, давшего клятву охранять сокровища, спрятанные в горе остатками его народа. Причем по некоторым из легенд этот же ведун ту гору и создал.

- Н-да-а… Действительно, любопытное совпадение… Говоришь, ведун? – Мерк удивленно вглядывался в строчки на экране, - Доводилось мне уже как-то пересекаться с теми, кто заявлял о себе как о "наследниках знаний древних ведунов"… - в задумчивости проговорил он.

- И что? – заинтересованно поднял взгляд его товарищ, - Кто такие?

- Да так, одна достаточно многочисленная группа. По их словам, учат людей правильному виденью мира и различным способам работы с биоэнергетикой, Я с ними как-то пересекался, еще до того как с тобой познакомился…

- Чему-чему учат?! – недоверчиво перебил Ирган, - Это каким же это образом?

- Каким-каким? Обычным! Как тебя учат в твоей Академии? Платишь деньги – приобретаешь возможность научиться определенным навыкам, - и Мерк пожав плечами вкратце рассказал об упомянутом процессе.

- Это что, на этом теперь деньги делают?! – по-прежнему недоумевал его друг.

- Ну делают. И что? Сейчас деньги на чем только не делают. И это отнюдь не самый плохой вариант. К тому же, что такого? Люди затратили время и усилия на изучение определенных навыков и овладение ими, и если кто-то хочет получить их помощь в овладении тем же самым, то почему бы ему и не заплатить?

- Н-да? И многому, интересно, ты у них научился? – с любопытством осведомился Ирган.

- Честно говоря, ничему такому особенному. И вообще, не больно-то мне понравилось с ними общаться, - недовольно скривившись отмахнулся Мерк, - Слишком уж как-то все у них, на мой взгляд, помпезно и слащаво. Как бы в самой своей сердцевине эта их деятельность не оказалась банальной "охотой за человеками".

- Ага, и поскольку сам ты тоже "охотник", только немного другого рода, то роль добычи тебе явно претит, - весело рассмеялся Ирган, - Ладно, понятненько. Ну хоть с биоэнергетикой-то они действительно умеют работать?

- Умеют. Этого не отнимешь.

- Тогда может это "След"? Ну то, что они опять всплыли? Может то, что тебе необходимо, как раз у них и найдется?

- Не знаю, может и найдется… Поскольку народу у них немало, то и запас энергетики у их структуры должен быть приличный. В любом случае - терять то нечего, - пожал плечами Мерк, - Тогда надо искать, как на контакт с ними выйти. А действительно ли это "След" или нет, думаю, будет видно по ходу дела.

- А! Да чего тут искать-то, – небрежно отмахнулся его друг, - Вон в Сети полазить, так если они действительно чего-то стоят, то наверняка успели засветиться среди народа и уже имеют какую-либо репутацию. Если это и вправду так, то мы обязательно чего-нибудь найдем.

- Ну тогда вот ты и ищи, а то у меня уже глаза слипаются. Так что, я - спать, - и Мерк выключив освещение занял единственный диван и завалился на боковую.

Ирган усмехнулся и отвернувшись к дисплею запустил поисковый сканер. Через пару секунд поползли первые строчки с указанием адресов возможно подходящих порталов. И только уже молодой человек хотел нырнуть в дебри Информационной Сети, как внезапно вспомнил так удививший его сегодня момент, который, кстати, так и остался не проясненным.

- Мерк, ты спишь? – тихо позвал он.

- Не, не сплю, танцую. Не видно что ли? - раздалось в ответ недовольное ворчание.

- Слушай, а зачем тебе этот кристалл на шее? Как же твои заявления о том, что амулеты и тому подобное, это костыли и нужно обходиться без них?

- Когда, грубо говоря, ноги переломаны, то нечего выпендриваться и нужно брать костыли. Сам же знаешь, что когда у тебя сильное энергетическое опустошение, то гасить чужое враждебное воздействие очень трудно. И как народ у нас всякой энергетической гадостью бесконтрольно в разные стороны плюется, тоже знаешь, - тяжело вздохнул Мерк, - Вот когда буду снова в нормальном состоянии, тогда и амулет будет не нужен. Хотя привыкать к подобным штукам действительно не стоит. Ну все? Доволен?

- Да, да, конечно, - кивнул Ирган, - Спи…

Проведя полночи за клавиатурой, обшарив кучу информационных порталов и переговорив в режиме реального времени с десятком посетителей Сети, он все-таки отыскал именно то, что ему было нужно - прямой адрес "истинных наследников древнего знания". Соответствующее электронное послание было отправлено и, довольный проделанной работой, Ирган отыскал в шкафу у Мерка теплоизоляционный спальный мешок, с которым тот обычно выбирался за пределы мегаполиса, и завалился спать прямо на пол. Теперь оставалось только дождаться ответа.

Однако первое письмо, написанное Ирганом, кануло в небытие. Впрочем как и второе. Неизвестно, какими соображениями руководствовались "современные ведуны", но ответить они соизволили только через пару месяцев на третье послание, когда приятели уже всерьез начали сомневаться насчет целесообразности своей затеи. Но тем не менее, ответ все-таки пришел, хотя какого-либо спешного желания оказать содействие в нем высказано и не было. Единственно, что в нем содержалось действительно полезного, так это рекомендация для начала выйти на контакт с теми последователями этих "ведунов", которые проживали в том же мегаполисе что и Ирган с Мерком. Ну а уж потом, если друзья проявят себя активными действиями среди них и таковыми действиями обратят на себя внимание Высших Сил, то обещались дальнейшее содействие, проведение выездного обучения прямо в Шимаве и прочее и прочее.

- Либо это банальная отписка, либо ребята типа настолько окрутели, что не размениваются на "чиста всякие подобные мелочи", - прокомментировал Мерк пришедший ответ, - Ладно, на контакт этот конечно идти надо, а на счет каких-то там "активных действий" - ну их на фиг. Не знаю как у тебя, а лично у меня, например, каких-либо лишних сил для таких действий нет.

В итоге Ирган и Мерк решили не откладывать дело в долгий ящик и уже к концу недели были знакомы с указанной им группой людей. Как оказалось, за время прошедшее с того момента, когда Мерк последний раз контактировал с представителями современных приверженцев ведунического наследия, деятельность последних приобрела весьма солидный размах. Они уже имели многочисленных последователей своего дела, в различных мегаполисах регулярно проводили для них практические семинары по работе с биоэнергетикой, и к тому же обладали неплохой материальной базой.

Как и предполагалось, никакими особенными действиями приятели так и не "засветились". Поскольку в принципе и не могли. Но даже не смотря на это, у них обоих появилась четкая уверенность в том, что упоминавшееся в пришедшем письме выездное обучение в их мегаполисе все-таки состоится. Что это уже был просто вопрос времени, хотя время-то как раз работало не в их пользу.

Но действительно, не прошло и трех недель, как при очередной встрече со своими новыми знакомыми молодые люди узнали о намечающемся новом семинаре. Причем проводиться, предположительно, он должен был именно в Шимаве, хотя на тот момент это еще точно не определилось. Услыхав сие известие Ирган усмехнулся и украдкой подмигнул товарищу. События наконец-то начинали принимать оживленный оборот и все больше становилось похоже на то, что "След" все-таки оказался верным.


...Постепенно за всеми этими событиями наступила и ранняя весна. Погода, как обычно в это время года, была капризной и переменчивой. То, словно зима никак не желала сдаваться и все небо по нескольку суток оказывалось затянутым мутно-серой пеленой, то солнце, будто вспоминая что уже пришло его время, на целый день выходило из-за туч и безжалостно превращало белый снег в сырые грязные кучи. Как раз в один из таких дней друзья шли по улице мегаполиса, решив прогуляться после окончания случившегося-таки семинара и обсудить полученные впечатления.

Пожалуй единственным моментом, вызвавшим у них настоящее удивление, было то, что проходило данное действие под руководством женщины. И не просто женщины, а молодой девушки, примерно такого же возраста как и сами Ирган с Мерком. Прочие же события, хотя и были весьма масштабны из-за задействованного количества народа, по своему содержанию оказались вполне понятны и отчасти даже привычны.

Активная работа с биоэнергетикой большой группы людей способствовала образованию крупной единой структуры и взаимодействие с ней позволило друзьям значительно улучшить качество своей личной энергетики. Кроме того, руководительница семинара провела для Мерка персональный сеанс корректировки биоэнергетического состояния, в процессе которого она убрала излишки той самой энергетики, что скопилась у молодого человека вдоль позвоночника и уже давно доставляла ему значительные неудобства. Одним словом, прошедшее событие оказалось для обоих товарищей в высшей мере полезным.

- Должен однако заметить, что ты в некоторой степени оказался прав, - заметил Ирган под конец, - Эта присущая им манера излагать вполне обычные вещи с каким-то нарочито загадочным и покровительственным видом изрядно раздражает. Постоянно возникает впечатление того, что тебя за какого-то недалекого придурка держат.

- И это ущемляет твое самолюбие, о великий? – изобразив на лице гримасу величайшей почтительности, поинтересовался его товарищ.

- Да как тебе сказать… Отчасти, да, - Ирган недовольно поморщился, - Потому что подобная манера "обучения" лично у меня постоянно вызывает ощущение того, что что-то от меня скрывается и что-то недоговаривается. А не договариваться что-либо может или потому, что обучающий сам не до конца понимает суть процесса, или потому, что он это делает намеренно. В первом случае, такое обучение может оказаться для тебя чревато из-за недостаточного предвидения того, какие последствия вызовет тот или иной твой шаг. А во втором - это вообще не обучение, а дрессировка какая-то, когда тебя всего лишь приучают к выполнению определенных манипуляций, по какой-либо причине выгодных дрессировщику.

- Складно сказал. Растешь в моих глазах не по дням, а по часам, - ехидно прокомментировал Мерк, - А ты не думал, что эти вещи, о которых ты говоришь, они только для тебя привычны и уже достаточно обыденны, а для других – нет?

- Не умничай, - только и нашелся что ответить Ирган.

Мысль о том, что некоторые из посетивших семинар людей могут вообще быть на подобном действии впервые, а для других все это может являться, например, просто-напросто своеобразным средством развлечения, до сих пор ни разу не приходила ему в голову.

- Н-да, серьезно я видать засел во всех этих Путях и Искусствах, - думал молодой человек, поглядывая на прохожих что попадались навстречу, - То, что кто-то совершенно случайный может иметь к ним хоть какое-то отношение, кажется для меня уже просто каким-то невообразимым. Интересно, а действительно ли вокруг всего этого могут быть совершенно случайные люди?

И вдруг остановился, пораженный очередной мыслью внезапно пришедшей в его голову:

- Мерк, но ведь если такая манера подачи материала вызвана стремлением сыграть на любопытстве слушателя к чему-то необыденному, то это самая натуральная замануха! Самая натуральная "охота за человеками"! А если такая манера вызвана желанием внушить некий заведомый "пиетет" перед излагающим, то это не что иное как промывка мозгов в духе: "Здесь я начальник, а ты – дурак, и поэтому чего бы я ни сказал, твое дело это схавать и делать то, что я тебе указываю". Блин! Может вообще не стоит с ними связываться? Может еще раз хорошенько подумаем?

- Поздно думать, - коротко откликнулся Мерк не сбавляя шага.

- Не по-о-нял, - протянул Ирган удивленно глядя ему вослед, - Что ты имеешь в виду?

- Видишь ли, когда в процессе сеанса корректировки эта девушка убрала излишки той, мешавшей мне, энергетики, то освобожденное место должно было чем-то заполниться, - стал объяснять Мерк, когда товарищ вновь его догнал, - Заполнилось оно, похоже, как это обычно и бывает, из ближайшего доступного источника, каковым на этот раз оказалась она сама. Причем, поскольку это были манипуляции в наиболее плотном слое моей энергосферы, то на данный момент между мной и ею висит весьма прочный канал энергетической связи. Ну а поскольку сама она в свою очередь подключена к энергоструктуре их организации, то, как ты понимаешь, вопрос о том, что связываться с ними или не связываться, уже не стоит.

- Ни фига себе! Как говорится, из огня да в полымя, – присвистнул Ирган, - Не успел от одной головной боли избавиться, как другая навалилась. Ну и стоило ли вообще все это затевать?

- Стоило. Потому что на данный момент мое состояние гораздо лучше чем было. И это однозначно показатель, - уверенно кивнул Мерк, - Самое же странное во всем этом то, что она сделала еще и две намеренные попытки "впечататься". Причем сначала так, чтобы закрепилось благоприятное впечатление, а потом – наоборот. Вот за каким этот маневр понадобился, совершенно не понятно…

- Так может, ей от тебя чего-то очень-очень сильно надо? – с издевательски невинным видом осведомился Ирган у друга.

- Ага, мне вот сейчас только подобных игрищ и не хватает, а то как раз только-только в норму входить стал… А ведь будь я на этом семинаре в своем нормальном энергетическом состоянии, то почти наверняка клюнул бы. Забавно, - Мерк слегка улыбнулся, - Если же серьезно, то полученные уроки надо учитывать. Как например тот, что Дух-Правитель, впрочем как и любой другой дух, действует через различных посредников, умело используя их личные интересы. Так что, что-то надо ей, а что-то - тому, кто стоит за ней. Поэтому нечего ломиться вперед сломя голову. Надо сначала разобраться, что и кому именно надо.

- Точно. Понять, кто именно за ними стоит, не помешало бы. Потому что всякие высокие и красивые слова и большой запас энергетики, это конечно мило, но не хотелось бы оказаться серьезно повязанным с какими-нибудь придурками. Тем более, с понятия не имеющими о том, под какую дудку пляшут, - согласно подтвердил Ирган, - Желание влипнуть в какую-нибудь задницу исключительно из-за чужой глупости лично у меня отсутствует напрочь.

- Между прочим, можно ограничиться и тем, что мы имеем на данный момент. Не самый идеальный вариант конечно… - Мерк равнодушно пожал плечами, - Или можно сделать вид, что мы от них в полном восторге, поднабраться нужной энергетики, а потом потихоньку свалить. Но это как-то слишком грязно…

- Ну ладно, тогда сначала посмотрим, что будет дальше… - отозвался Ирган, - А там уже – по обстоятельствам, - и друзья, попрощавшись на этой ноте, разошлись каждый по своим делам.

Однако дальше в течение нескольких последующих недель не происходило совершенно ничего существенного, если не считать того, что Мерк постоянно ловил себя на все более усиливающемся желании послать подальше и родной мегаполис, и привычную работу, и всех своих друзей и поехать куда-то далеко-далеко. На самом деле, истинная причина такого состояния была всего лишь в том, что проводившая семинар девушка уезжала все дальше от Шимаве и образовавшаяся между нею и Мерком нить энергетической связи тянула молодого человека за собой. И хотя он вполне все это понимал, проще от такого понимания не становилось.

Чувство того, что время зависло большой и тягучей каплей готовой вот-вот сорваться вниз, с каждым днем все более усугублялось. И куда-то эта капля должна была упасть…


***

...Вечер подходил к исходу, за окнами уже почти стемнело, а Нидуммунд все так же продолжал молча сидеть в отведенных ему покоях личной резиденции Властителя Мира и пытался хоть немного разобраться в сложившейся ситуации и спланировать дальнейшие действия.

Незадолго после полудня "Буревестник" с Эллалем и всеми сопровождавшими его лицами вернулся назад, а вместе с ними прибыли и последние известия о развернувшихся событиях.

Как выяснилось, Ниннурсах оказалась права в своих предположениях относительно того, что посол мог попытаться использовать те самые упоминавшиеся им познания в части придания устремлениям прочих тварных существ определенного, и выгодного в первую очередь д`хагонам, направления. И что он мог попытаться оказать соответствующее воздействие на тех двух представителей новой расы, которые были созданы Властителями самыми последними, и которые содержались ими в строгой изоляции от прочего населения.

Действительно, перед отлетом д`хагон побывал на запрещенной для доступа посторонних территории, которая примыкала к управлявшемуся Властительницей Ниенмах медицинскому центру и служила ей своеобразной наблюдательной площадкой в естественных условиях для оценки результатов проводимых экспериментов. И действительно д`хагон вступал в контакт с ныне содержавшейся там парой.

Вот только для того, чтобы он действительно сумел придать устремлениям этих существ необходимое ему направление, в его распоряжении должен был находиться источник Пыли Жизни более интенсивный, чем имелся у Тирана данного Мира. Поскольку в противном случае его воздействие на тех существ было бы нейтрализовано воздействием Тирана и эффекта бы не дало. А действительно ли у него был такой источник, или все, сказанное им Эллалю, было не более чем блефом, ныне выяснить уже не представлялось никакой возможности.

Когда обсуждение возможных вариантов участия д`хагонов в делах обустройства данного Мира, проходившее между Властителем Мира и Джах Х`веем во второй раз, уже непосредственно на месте приземления последнего, вновь зашло в тупик, посол заявил, что больше не желает попусту тратить свое время на столь безмозглое существо, и удаляется восвояси. А если Эллаль так жаждет почувствовать на себе все последствия недоброжелательности д`хагонов, то он такую возможность вскоре получит.

Поле этой нахальной тирады посол немедленно скрылся в своем летательном аппарате и тот, поднявшись в воздух, стал на малой скорости удаляться от места переговоров. Пришедший же в ярость от такой наглой выходки Властитель Мира приказал Ниенгиршу немедленно догнать д`хагона и либо принудить его к посадке, либо вообще уничтожить, если тот не подчинится.

"Буревестник", пилотируемый на пару Ниегиршем и Эннунит, без особого труда нагнал удалявшегося посла и, после нескольких безуспешных попыток заставить того снизиться, сын Властителя Мира был вынужден стрелять на поражение. Когда же корпус сбитого аппарата наконец-то удалось вскрыть, то внутри обнаружили Джах Х`вея, который, не смотря на отсутствие на его теле видимых повреждений, не подавал никаких признаков жизни.

- Невероятно, - устало покачал головой Нидуммунд, - Глядя в прошлый раз на эту машину, я был готов поклясться, что она вообще не оторвется от земли, а она оказалась в полном порядке!

Хотя то странное обстоятельство, что аппарат д`хагона двигался с очень малой скоростью, тоже давало некоторую пищу для размышлений. Возможно, в полном порядке он все-таки не был. Но тогда на что надеялся посол после того, как практически бросил оскорбление в лицо Эллалю? Ведь был и в курсе того, с какой скоростью способен перемещаться "Буревестник", и того, что это боевая машина, а не транспорт для увеселительных прогулок.

- Он что, узнав, что Тираном Мира является один из представителей его расы, совсем уж потерял голову от самодовольства? Или сознательно добивался своего уничтожения? – продолжал ломать голову Властитель, - Но зачем?!

Впрочем, теперь всего этого было не узнать. И только по прошествии времени можно было бы определить, удался ли д`хагону задуманный маневр по созданию из тех существ инструмента для оказания влияния на течение событий в пределах этого Мира.

Но вот было ли в распоряжении Властителей это самое время? В свете возможности обещанных послом "последствий недоброжелательности", а особенно теперь, после уничтожения самого посла, это являлось очень любопытным вопросом.

Взгляд Нидуммунда упал на лежавший перед ним на столе пергамент. Это был тот самый свиток, что посол д`хагонов забыл после аудиенции во дворце Эллаля, и который на всякий случай прихватил с собой Эннубиаш. И внезапно в голове всплыл разговор со смотрителем относительно того, что в нем содержалось.

В ходе проводимых поисков д`хагон вообще не особо утруждал себя какими-либо объяснениями своих действий и разъяснениями полученных результатов, но иногда вытянуть из него информацию все-таки удавалось. И сведения, касавшиеся данного документа, относились как раз к такому, нечастому, случаю. Поясняли же они то, почему д`хагоны не сразу почуяли, что с колонией, основанной их посланниками в этом Мире, приключилось нечто непредвиденное.

Как удалось понять смотрителям из немногословных объяснений посла, будучи весьма поднаторевшими в вопросах того, как происходит течение Пыли Жизни во Вселенной, д`хагоны основывали свое наблюдение за всякой новой колонией именно на этом. А если более конкретно, то принцип подхода к данному вопросу, основывался на узах, существовавших между теми из них, кто был послан для обоснования колонии и теми, кто оставался в исходном Мире.

Само же осуществление наблюдения казалось до смешного простым: В определенные дни, когда между двумя необходимыми небесными телами расстояние снижалось до минимума, проводился ритуал, в ходе которого д`хагоны-покровители провоцировали взятых под свое управление существ на импульсный выброс Пыли Жизни, а затем использовали полученный таким образом излишек на установление более интенсивной связи со своими сородичами, находившимися в исходном Мире.

Разумеется, четкость общения в результате подобного контакта могла оставлять лучшего, но, тем не менее, в целом все это работало достаточно успешно и если в определенные дни ожидаемого усиления интенсивности существовавших связей не происходило, то заключалось, что дела колонии пошли не лучшим образом и требуют более пристального внимания и внешнего вмешательства.

Что же касалось данного конкретного Мира, то здесь случился странный и никем непредвиденный казус:

Д`хагоны-покровители, используя принцип взаимозависимости составляющих частей в совокупности Мер-Кха-Бхоа, всегда старались установить максимально прочные связи с вождями тех существ, которых брали под свое управление. Вплоть до связей основанных на узах крови. Это позволяло д`хагонам оказывать на них более сильное и точное влияние, а через них – и на все подконтрольное сообщество. И этот раз также не явился исключением, но здесь примененный метод сыграл с д`хагонами злую шутку.

Когда едва основанная колония была уничтожена, то д`хагоны-покровители естественно перешли в форму бестелесных существ, и после этого единственные связи, которые они имели с этим Миром – это связи с вождями взятого под свой контроль сообщества существ. Если бы в дальнейшем события пошли своим естественным чередом, то в свое время перешли бы в форму бестелесных существ те вожди, с которыми д`хагоны установили особые связи, затем – их непосредственные потомки по крови, и так далее, и так далее. Все это привело бы к тому, что узы, непосредственно связывающие д`хагонов-покровителей с представителями подконтрольного им сообщества, постепенно все больше бы ослабевали, а их сородичи в исходном Мире неминуемо бы почувствовали происходящую перемену.

Но по какой-то странной прихоти вождей, с которыми д`хагоны установили связи, основанные на взаимозависимости Мер-Кха-Бхоа, их соплеменники не предали земле и не сожгли на ритуальных кострах, как это обычно было принято. Вместо этого их тела были замурованы в одном из грандиозных монументов, оставшихся со времен цивилизации древних хозяев этого Мира. Причем сделано это было так, чтобы еще и всеми возможными способами предохранить их от разложения. В последствии же на том месте был организован целый культ, но почитания уже не д`хагонов, а непосредственно этих вождей, хотя для возникновения последнего без сомнения имелись все предпосылки, поскольку благодаря своим связям с д`хагонами-покровителями те вожди значительно выделялись на фоне всех прочих своих соплеменников.

Для д`хагонов же все это повлекло за собой то, что связи, установленные покровителями с вождями подконтрольного сообщества, после смерти последних в общем-то оставались в целостности, поскольку их тела с течением времени практически не разрушались и та совокупность Мер-Кха-Бхоа, которую представлял из себя каждый из этих вождей, оставалась неизменной. А поскольку культовые церемонии продолжали проводиться, причем, проводиться именно таким образом, как к тому привыкли еще со времени жизни под управлением д`хагонов, то в необходимые дни по-прежнему происходило усиление интенсивности связей образованных между данным Миром и Миром, откуда пришли д`хагоны-покровители. И соответственно, внешне, особенно для находившихся на противоположном конце этой связи, ситуация выглядела вполне нормальной и не дающей поводов для беспокойства.

Нарушилось же такое, вводящее в заблуждение, положение вещей лишь после того, как произошла столь памятная всем Властителям катастрофа с участием огромной каменной глыбы, принесенной к этому Миру из глубин Вселенной. Последствия от ее чрезвычайно близкого прохождения вызвали тогда основательные сдвиги в самой тверди этого Мира, что в свою очередь повлекло за собой изменение ориентации сооружений монумента относительно небесных объектов, из-за чего он и перестал функционировать прежним образом.

А вот это изменение незамеченным д`хагонами уже, разумеется, не прошло. В результате чего посол Джах Х`вей и пожаловал сюда собственной персоной…

Нидуммунд развернул скатанный в трубку пергамент и, поднеся поближе к пламени светильника, еще раз с интересом просмотрел все его содержание: чертежи, изображавшие тот самый монумент с разных ракурсов, координатные привязки по местности и по небесным объектам, и сопровождавшие их поясняющие записки д`хагона. Разумеется, то, что содержалось в строчках причудливых письменных значков, прочитать он не мог, но и в визуальной информации содержалось немало.

- А интересно, если сделать нечто похожее? Подобный же монумент, но использовать вместо тел тех вождей тело самого посла? Вызовет ли это подобное же заблуждение? - внезапно подумал Властитель, - Однако, чтобы все работало как надо, учесть здесь придется многое… Но если это и впрямь удастся, то мы сможем получить тот самый необходимый нам выигрыш во времени. И пусть тогда д`хагоны считают себе, что Джах Х`вею удалось взять ситуацию под свой контроль, а мы тем временем спокойно, без отвлечения на лишние действия, пойдем к своей цели…

За спиной тихо скрипнула дверь и, обернувшись на звук, Властитель увидел вошедшую в покои Ниннурсах.

- Есть новости? - поинтересовался он у супруги.

- Никаких, - отрицательно качнула та головой, - Разве только то, что Эллалю все еще не удается связаться с Властителем Небес…

- Неужели что-то случилось с резиденцией отца? – Нидуммунд встревожено вскочил, - Но что? Обещанные д`хагоном "последствия недоброжелательности"? Так быстро?

Правительница лишь молча пожала плечами и отвела взгляд, в котором отражалась точно такая же тревога.

- А чем занят ты? Что это? - спросила она, подойдя поближе к столу и увидав на нем документ д`хагона, который, когда Нидуммунд выпустил его из своих рук, вновь свернулся в трубку.

Развернув пергамент и продемонстрировав его содержание, Властитель Срединных Земель коротко рассказал супруге о тех соображениях, что посетили его перед ее приходом.

- Вот только не знаю, имеет ли все это смысл теперь? Что если д`хагоны уже в курсе произошедшего, и Эллаль не может связаться с отцом именно из-за этого? Из-за того, что они отыгрались на нашей базе на сателлите? - подытожил он свой рассказ, - Ведь даже если в пределы этого Мира им путь заказан, то резиденция-то Властителя Небес находится как раз вне его, и вполне уязвима.

- Если она действительно разрушена, то мы будем иметь очень большие неприятности, - сухо ответила Ниннурсах, оторвавшись от чертежей, - Поскольку тогда мы утратим как возможность коммуникаций с нашим старым Миром, так и возможность покинуть пределы Мира этого. Иными словами – мы окажемся без всякой активной поддержки и в своих попытках создать из здешних аборигенов цивилизованное сообщество отныне будем предоставлены сами себе.

- А если еще и послу удались его ухищрения, то ты понимаешь, в каком положении мы окажемся тогда?

- Понимаю, дорогой, понимаю. Мы окажемся в положении одновременно воюющего на два фронта: С одной стороны у нас имеется древняя раса этого Мира, представителей которой еще неизвестно сколько осталось в погребенных подземных укрытиях, и чьи тела точно так же представляют собой остающуюся в целостности совокупность Мер-Кха-Бхоа, и с влиянием которых, оказываемым на аборигенов взятого под наше управление сообщества, мы до сих пор так и не разобрались. А с другой - у нас добавятся новые желающие взять здесь все под свой контроль.

- Да-а-а... В таком положении желательно не оказываться, уж мы-то знаем. Если все обернется именно так, то лучше нам просто предоставить этим двум претендующим силам выяснять отношения между собой, а самим от возникнувшего противостояния как-нибудь ускользнуть и в происходящее вообще не вмешиваться.

- Не вмешиваться... - с горькой иронией усмехнулась Ниннурсах, - Помнишь, в тот день, когда ты получил известия о появлении этого д`хагона, я рассказывала тебе сказку? - поинтересовалась она у мужа.

- Конечно помню, дорогая. Но почему ты вспомнила об этом сейчас?

- Хочу рассказать тебе еще одну.

- Тоже сказка из тех земель? - с любопытством поднял взгляд Властитель Срединных Земель.

- Да. Из тех.

- Что ж, я весь внимание, - и Нидуммунд откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее и ожидая повествования.

- Согласно этой их сказке, при рождении того Мира, в котором они живут, все его светлые боги и все его темные демоны собрались вместе и при помощи тысячеглавого змея Ананты выдернули со дна мирового океана огромную гору. Обвив эту гору змеем, и использовав ее в качестве инструмента для пахтания, все собравшиеся принялись взбивать воды мирового океана, чтобы получить напиток бессмертия. Сначала воды океана превратились в молоко, затем - в масло, и, наконец, из него поднялись несколько новых божественных существ, последнее из которых держало в руках чашу с драгоценной влагой, дарующей бессмертие.

Однако боги решили не делиться с демонами совместно добытым напитком. Один из них принял облик красивой и соблазнительной девушки и, зачаровав демонов, отвлек их внимание, а остальные тем временем унесли чашу и принялись вкушать напиток. Когда же демоны пришли в себя и обнаружили обман, они разозлились и, напав на богов, вступили с ними в битву. Но, так как последние были уже бессмертны, то демоны были побеждены и бежали, укрывшись в глубинах земли и на дне океана.

Помолчав немного после того, как Ниннурсах окончила свой рассказ, Властитель Срединных Земель озадаченно поинтересовался:

- Ты хочешь сказать, что посол д`хагонов все-таки ошибся в своих выводах? И его заявления о том, что одному из его древних родственников удалось стать Тираном этого Мира, не имеют под собой основания?

- Нет дорогой, сейчас я хочу сказать другое. Если ты помнишь, то этот Джах Х`вей заявлял, что единственное истинное устремление, присущее какому-либо сообществу существ, будет определяться направлением от тех существ, что составляют его Мер, к тем, в чьем распоряжении находится наиболее интенсивный источник Пыли Жизни.

Или, обозначая эту тенденцию в несколько иных терминах: От его самых темных демонов - к его самым светлым богам. А теперь подумай, к чему может прийти Мир, двигающийся по направлению к тем, кто для достижения своих целей использует ложь и воровство? С каких пор вор стал способен на что-либо отличное от того, чтобы присвоить плоды чужого труда, а затем, бездарно их промотав, вновь остаться ни с чем и вновь искать того, кого он сможет завлечь в свои сети чтобы обдурить или обокрасть?

Так что, боюсь, что совсем устранившись от вмешательства в происходящее и пустив все на самотек, мы либо окажемся перед тем, к чему этот Мир уже приходил - перед какой-нибудь очередной катастрофой, либо опять очутимся в услужении у д`хагонов.

- Что-то чем дальше, тем все хуже и хуже, - мрачно прокомментировал Нидуммунд соображения изложенные супругой, а затем с сомнением пожал плечами, - Но, Ниннурсах, ведь это всего лишь сказка? Стоит ли нам действительно беспокоиться из-за чего-то подобного? - и тут же запнулся, вспомнив как в свое время, во время одной из бесед с Джах Х`веем, рассказанное послом вызвало у него очень четкие параллели с той, первой сказкой.

- Ладно, - продолжил он после некоторого молчания, - лучше вернемся к тому, с чего начали: Стоит ли все-таки затевать возню с этим сооружением? Ведь если д`хагоны уже в курсе произошедшего, то этим мы их все равно не обманем.

- По моему мнению, все же стоит, - заявила Властительница, - В самом лучшем случае, если д`хагонам все-таки еще ничего не известно, и если связаться с резиденцией Властителя Небес не удается вовсе не из-за их вмешательства, то, как ты и указал, построив это сооружение, мы введем их в заблуждение. А соответственно и получим выигрыш во времени, необходимый для выяснения того, добился ли своей цели сам посол.

При менее удачном раскладе мы, конечно, рискуем дать им в руки инструмент для воздействия на этот Мир, но уж лучше пусть они будут заняты хоть чем-то, и пусть пытаются сами организовать подконтрольное сообщество из местных аборигенов, нежели досаждают нам.

Кроме того, если при строительстве нового монумента нам удастся восстановить все те пути течения Пыли Жизни, которые были завязаны на монумент старый, то это тоже будет очень хорошо. Ведь те племена, о которых ты мне рассказал, только использовали уже существовавшее строение, и нам неизвестно кем в действительности и для чего именно он построен, и кто еще кроме д`хагонов был на него завязан. И, соответственно, чьего еще визита можно ожидать после того, как эти пути нарушились.

- Вообще-то я тоже за, - согласно кивнул Властитель, - Надо же нам в конце-концов прояснить, блефовал ли Джах Х`вей или нет. А так все разрешится весьма быстро: Выведем, наконец, ту самую пару из содержания в изоляции и поселим их среди тех племен аборигенов, что будут проживать вблизи нового монумента. Одновременно дадим последним основы наших знаний и нашего мировоззрения, а потом предоставим им самим управлять своим сообществом.

Если после этого в их среде образуется отдельная сплоченная группа, у которой в представлениях об обустройстве окружающего Мира взгляды свойственные д`хагонам начнут интенсивно вытеснять те, которые привили им мы, то вывод будет очевиден.

- Одна-а-а-ко … - с сомнением протянула правительница, - Все это выглядит как весьма рискованная затея. А что если эта группа умудрится вообще выйти из-под нашего контроля и сумеет занять среди всех прочих племен главенствующее положение?

- Значит, надо позаботится о том, чтобы этого не случилось, и предусмотреть такой механизм, который позволил бы нам направлять их необходимым нам курсом при минимальном нашем личном вмешательстве.

- И все-таки, Нидумунд, это все равно остается рискованной затеей.

- Да, - согласно кивнул Властитель и, тяжело вздохнув, добавил, - И боюсь, что Эллалю все это может в принципе не понравиться. Ему по душе более прямолинейные меры.

- Эллалаю вообще-то можно и не говорить. Он все равно никогда особо не интересовался ни тем, что осталось в этом Мире от его древних хозяев, ни тем, что связано с областями чисто технических знаний.

- Но, Ниннурсах, это уже попахивает изменой!

- Причем здесь измена, Нидуммунд? - недоуменно пожала плечами правительница, - Ты же не пытаешься перехватить у него власть. Относись к этому как к эксперименту.

А что касается Эллаля, - хмыкнула она с недовольным видом, - то ему будет лишний повод не терять хватки и не тратить времени на постороннюю ерунду. Мы вообще нынешним положением дел в большой степени обязаны именно ему.

И все-таки было похоже что слова супруги не убедили Властителя Срединных Земель покачавшего головой и с сомнением повторившего:

- Как к эксперименту...

- Хотя, если те племена аборигенов, что будут проживать в районе нового монумента, и впрямь окажутся в центре противостояния упоминавшихся нами сил, то это действительно будет похоже на эксперимент. И я затрудняюсь даже предположить, какое сообщество может сложиться у них в результает совместного влияния всех этих сил, - заметил он в следующий момент, - Вот только становиться объектом подобного эксперимента лично мне бы не хотелось.

Сумрачная тень легла на лицо правительницы.

- Все равно единственное, что мы можем для них сделать, это предостеречь от заведомо неверных действий, - ответила она слегка дрогнувшим голосом, - Ведь даже если мы наложим прямые запреты, то проконтролировать их выполнение будем просто не в состоянии.

- Что ж, значит решено, - тихо подытожил Нидуммунд.

- Тогда единственно, что теперь осталось, - эхом откликнулась Ниннурсах, - это определиться с местом строительства.

- Ну, с этим-то все достаточно просто. Не зря же наша служба смотрителей занималась подробной картографией. О том, как выглядел лик этого Мира до катастрофы, мы имеем достаточное представление. Остается лишь уточнить, в какие именно дни племена, живущие на месте старого монумента, проводили свои ритуальные церемонии, сделать привязки по отношению к внешним небесным объектам, и отследить произошедшие смещения.

- Опять задача для смотрителей?

- Что ж поделать, - и Властитель Срединных Земель со вздохом развел руками, - Заодно может, смогут вызнать еще какие-либо детали относительно этого монумента.

- И неплохо было бы попытаться что-нибудь сделать с верованиями тех туземцев. Пусть бы продолжали свои поклонения, но ведь возможно, наверное, привести их и в более культурную форму, - добавил он, недовольно покачав головой, - Да и вообще оставлять там все совсем без присмотра крайне нежелательно…


***

Драконья голова вынырнула из клочьев густого тумана и драккар, словно приглядываясь, на несколько мгновений замедлил ход. Затем стоявший на его носу Эйлим обрадовано крикнул, узнав местность, и корабль, подгоняемый мощными гребками весел, направился к устью. Ярл немного воспрял духом. Мимо реки ведущей к Иджиссу они в этом тумане все-таки не проскочили, и это немного радовало.

- Хоть какой-то просвет посреди всего этого дерьма, - тяжело подумал он.

После того, как Турн и Хетош, добравшись до кринейского побережья, встретили-таки там приведенный Гвенблэем драккар, казалось что уж теперь-то все должно пойти как по маслу.

Несмотря на то, что почти половина из прежней дружины Турна предпочла на этот раз остаться в родных местах, Гвенблэю удалось набрать новых людей. И эти вновь выбранные были подстать ему и его волчьим воинам. А может, некоторые из них действительно были его старыми знакомыми. Выяснять этот вопрос ярл не стал, это ему было совершенно без надобности. Единственное, что Турна немного огорчило, так это то, что и Брэгги на этот раз тоже не было. Видать новые песни скальда ему теперь доведется послушать еще не скоро.

Поскольку Хетош постоянно настаивал на том, что у него теперь есть то, что заставит правителей прислушаться к его словам, то после того, как то полагается обычаем, была отмечена встреча давних знакомых, с отплытием предпочли не затягивать. На следующий же день драккар вышел в открытое море и, почти сразу, как только кринейский берег скрылся из виду, началась странная полоса неудач не прекращавших преследовать их на протяжении всего плавания к иджифетскому побережью.

В первую же ночь налетел ураганный ветер и гонял драккар по морю так, что все волей-неволей вынуждены были попрощаться со своим пиршественным ужином. Когда же рассвело и море все-таки успокоилось, Хетош не нашел ничего лучшего, как уединиться на носу и погрузиться там в молитвы к своим богам, взывая о помощи. Но похоже и это не привело ни к чему хорошему, так как в скорости он поспешно прекратил свои попытки и в крайнем волнении подошел к Турну, сообщив что в магических пределах над Иджифетом творится что-то непонятное и что им не мешало бы поторопиться в Иджисс. Разумеется, дружина тотчас уселась на весла и принялась за работу, но и это продлилось не долго. Ближе к вечеру драккар на полном ходу вплыл в стену густого, как кисель, тумана и нордлинги совершенно потеряли нужное направление. Впрочем, все это оказалось всего лишь цветочками. На утро следующего дня больше половины команды оказалась неожиданно подкошена непонятной лихорадкой.

Хетош играя желваками заявил, что это уже вне всяких сомнений кто-то намеренно вмешивается, чтобы не дать им добраться к иджифетским берегам. После этого он вытащил из своих вещей два небольших пергаментных свитка на которых все время, пока он и Турн добирались до Кринеи, делал какие-то записи, и поглядывая в них принялся водить руками над больными и издавать странные бормотания. В ответ на удивленный взгляд ярла и недоуменные реплики остальных нордлингов иджифетец объяснил, что поскольку у него с собой нет никаких трав или настоев, то ему ничего не остается, как применить те способы, которые он увидел во время своего испытания в Чао-Лонг, и напрямую извлекать из тел воинов зловредных духов.

Хотя со стороны все эти способы и выглядели довольно странно, но судя по тому, что через три дня почти все из заболевших уже передвигались, а остальные хотя бы пришли в сознание, действенность их была неоспорима. Но и на этом злоключения не окончились. Следующей жертвой непонятных зловредных сил пал уже сам Хетош. Причем пришлось иджифетцу гораздо хуже, чем тем, кому он помогал, и к тому же самому-то ему помочь было совершенно не кому.

- Как он? – Турн повернулся в сторону кормы.

- Все так же, - ответил какой-то воин из вновь набранных.

Ответ этот означал, что его друг валяется в горячем бреду ровно с того момента, как лихорадка свалила его, и ни на мгновение не приходит в сознание. В бессильной злости ярл скрипнул зубами. Ощущение собственной беспомощности было поистине невыносимым, но, к сожалению, оставалось только налегать на весла, и молиться богам, чтобы его товарищ продержался до тех пор, пока не найдется хоть какой-нибудь лекарь.

- Гребите же! Гребите быстрей! – гневно воскликнул Турн и ударил кулаком по борту.

Сидевшие на скамьях воины только тяжело вздохнули и принялись грести еще сильнее, чем заставили ярла устыдиться своей безотчетной вспышки. Они и так уже второй день выпускали весла из рук только для того, чтобы наскоро перекусить да выпить несколько глотков воды.

- Но спешить все-таки надо, - мрачно подумал Турн, запахиваясь в плащ и садясь неподалеку от Хетоша.

Пора было и самому поесть, а то уже живот к спине прилип. Монотонно и совершенно не чувствуя вкуса Турн жевал куски лепешки и рассеянно смотрел вдаль. Постепенно глаза его закрылись и он, сам того не заметив, впал в вязкое забытье.

- Ярл! Проснись! – Гвеблэй бесцеремонно выдернул его из дремоты и тряс за плечи, - Иджифетец очнулся!

Турн поднял тяжелые веки и уставился на него, с трудом стараясь понять, что же собственно случилось. Но в следующий миг сказанное, наконец, пробилось к его оцепеневшему разуму, и он одним прыжком подскочил к своему другу. Хетош действительно пришел в себя, но лучше ему при этом явно не стало. Его продолжал трясти озноб, а дыхание оставалось прерывистым.

- Турн, - прохрипел он, когда его блуждающий взгляд наткнулся на друга.

- Держись, Хетош, мы доплывем, тебя вылечат, - ярл схватил его за руку, краешком сознания поразившись тому, насколько же она горяча.

- Нет… Я ухожу… Проводники… ждут… - и взгляд его уставился куда-то вдаль, он будто уже видел двух идущих к нему волкоголовых богов, - Турн, обещай… отвези свитки… в храм… там поймут…

- Хетош, даже не думай! - стиснул его руку ярл, - Мы доплывем! Мы все равно возьмем все, что нам причитается!

Вместо ответа его друг как-то укоряюще усмехнулся, сделал еще один судорожный глоток воздуха и затих.

- Я что сказал что-то не то? Но что? – недоумевал Турн, закрывая ему глаза и поднимаясь на ноги, - К берегу, - не оборачиваясь, коротко распорядился он, - готовить костер.

Набрать достаточно дров для огненного погребения оказалось не так то просто. Ни одного крупного дерева по берегам вдоль реки не росло, вместо этого лишь изредка, то здесь то там, виднелись клочковатые заросли какого-то корявого кустарника. Но нордлинги далеко разошлись вдоль берега и с завидным упорством вырубали все, что годилось в пищу огню. Не почтить уходившего к богам воина соответствующим погребением было для каждого из них немыслимым делом. В ход пошли даже пустые бочонки из-под воды и дерево припасенное для починок драккара.

Наконец уже ближе к сумеркам из всего этого было подготовлено погребальное ложе и на него уложили тело Хетоша с вложенным в руки мечом, а рядом положили все его вещи за исключением пергаментных свитков, которым было суждено отправиться в храм Нирриаха.

- Ярл, мы не знаем богов Иджифета. Какими молитвами мы будем провожать его? – спросил кто-то из стоящих рядом воинов.

- Не надо, - с отсутствующим видом отозвался Турн, даже не поняв, кому принадлежал спросивший его голос, - Я сам, - и он протянул руку за факелом.

Несколько долгих мгновений он продолжал стоять с горящим факелом. В голове была полная пустота и ни малейшей идеи как позвать двух Проводников в ней не появлялось. Наконец ярл глубоко вздохнул и обратился в своих мыслях к богам:

- Эннубиаш и Ваппуатх, я не знаю, слышите ли вы меня, но лучше бы вам слышать. И прийти сюда за этим достойным сыном своего народа, сделавшим так много для вашего дела. Потому что черная неблагодарность не прощается даже богам, - и он сунул факел в погребальный костер.

И сразу же, как только огонь целиком охватил тело его друга, где-то вдали среди тихой бескрайней степи раздался протяжный волчий вой. От неожиданности Турн вздрогнул, и в его голове всплыла отчетливая картина трех высоких теней удаляющихся в степные просторы.

- Похоже, удалось, - устало подумал он и обратился к своей дружине, - Всем отдыхать, с рассветом уходим в Иджисс.

Когда воины разошлись, ярл поплотнее завернулся в плащ и вдруг ощутив, что ноги его совсем больше не держат, опустился прямо на землю продолжая смотреть на пляшущие огненные языки...


Чуть ближе к полудню третьего дня вдали наконец показались отражавшиеся от стен энкурров солнечные блики.

- Все. Наконец-то это закончится, - думал ярл, - Отдам свитки и сразу в храм Баштис. Если Дхари согласится, увезу с собой, если нет… Что ж, быть посему.

Воины Турна, завидев их, дружно приналегли на весла, видимо всем уже тоже хотелось, чтоб ситуация хоть как-то разрешилась. Бой так бой, смерть так смерть, в конце концов, никто же не ждал, что в этом походе его будут угощать дармовым элем.

Иджисс постепенно приближался. Глядя на становящиеся все больше громады энкурров Турн неторопливо надел доспех, подтянул ремни, несколько мгновений глядел на шлем, затем отложил в сторону, достал меч, подарок Унь Лэя, и повесил его за спину. Остальные воины последовали его примеру и стали тоже постепенно облачаться в боевую амуницию. К моменту подхода к городским пристаням все были готовы к любому повороту событий.

Мрачный и спокойный драккар практически не снижая хода прошел между кораблей стоявших около берега и, оттерев какого-то замешкавшегося торговца, остановился у причала. Турн оглядел затихших жителей, недоуменно разглядывавших столь бесцеремонно вторгшихся гостей, и повернулся к своей дружине.

- Пожалуй, я пойду один, - сказал он, не обращая внимания на возмущенный ропот, прошедшийся среди воинов, - Не стоит давать лишнего повода для резни. Если не вернусь к вечеру – уходите, - и он перепрыгнул через борт на бревна причала.

- Ну ты это, хоть предупреди чтобы вернули твое тело если что-нибудь не заладиться, а то мы ведь сами искать пойдем. И искать очень тщательно будем, каждый камень постараемся перевернуть, чтоб заглянуть под него, - подмигнув ему заявил Гвенблэй.

Турн усмехнулся, махнул рукой и направился вглубь города. Жители Иджисса с удивлением и опаской оборачивались на вооруженного чужака, целеустремленно шагающего к центру города, без лишних проволочек отходили в сторону, уступая дорогу, и негромко перекидывались репликами, глядя вослед.

Несколько кварталов Турн миновали без каких-либо приключений, но затем на пути нордлинга оказался патруль городской стражи Иджисса и, к удивлению ярла, повели они себя в величайшей степени непонятно. Преградив дорогу, стражники некоторое время пристально его разглядывали, а потом старший из них сделал знак остальным и они разошлись, освобождая дорогу, а один из них опрометью бросился по улице, вероятно с донесением кому-то из начальства.

Удивленно пожав плечами, ярл промолчал и направился дальше. Патруль Иджисса впрочем, тоже не остался на месте, а направился следом, держась в нескольких шагах позади. Так они и сопровождали Турна шагающего до границы центрального квартала города и дальше по дороге к храму Нирриаха, пока дорогу ему не преградил уже более многочисленный отряд, возглавлявшийся воином, в котором ярл узнал начальника личной стражи Хашесут.

Тот явно в свою очередь тоже узнал Турна, поднял руку с открытой ладонью, демонстрируя мирные намерения и, сделав своим людям знак, оставаться на местах, подошел к нордлингу.

- Несравненная Рей-Итта ожидает тебя… воин, - немного запнувшись сказал он, определенно не придумав лучшего обращения к северянину.

- Не "повелевает", не "приказывает", а "ожидает". Странно, - подумал Турн, глядя на иджифетцев, и кивнул, - Ладно. Не хорошо как-то заставлять женщину ждать. Тем более несравненную.

Начальник стражи тотчас выкрикнул своим людям команды, и те разошлись, открывая проход, а сам пошел в паре шагов перед нордлингом, направляясь к дворцу.

Сопровождаемый воинами Иджисса, выстроившимися в колонны по обе стороны, Турн неторопясь шел по центральному кварталу вслед за своим провожатым. И чем ближе они подходили к дворцу, тем чаще он с некоторым удивлением подмечал следы разрушений, не встречавшихся ему в первый раз пребывания в городе. Здесь явно случились какие-то непредвиденные события нарушившие царивший ранее распорядок.

Наконец миновав высокие двери резиденции Рей-Итты, нордлинг вместе с начальником стражи вошли в просторный зал, где на троне их и ожидала Хашесут. Молчаливые стражники, цокая подкованными сандалиями по каменному полу, двумя цепочками втекли следом, растянулись вдоль стен и замерли в карауле.

По знаку правительницы ярл и его сопровождающий поднялись по ступеням к трону, затем Турну был подан невысокий резной табурет, на который он и уселся, а начальник стражи встал чуть поодаль за его спиной.

С того самого раза, когда ярл был в этом зале с Хетошем, правительница Хашесут не стала менее красивой. Разве что скулы на ее величественном лице стали проступать более резко, а в глазах иногда промелькивала легкая тень усталости.

- В прошлый раз ты был в этом зале с молодым эретликошем, воин нордлингов, - произнесла Рей-Итта после короткой паузы, - Где он? Я хочу его видеть.

- Турн. Мое имя Турн, Рей-Итта, - спокойно сказал ярл, глядя прямо в лицо правительницы, - Ты не сможешь увидеть Хетоша.

- Что мне может помешать, Турн? – устремляя на него пристальный взгляд и с трудом удерживая разгорающееся недовольство, спросила Хашесут, - Я могу послать в любой уголок мира ровно столько моих воинов, сколько потребуется для того, чтобы ничего не смогло оказать им непреодолимого сопротивления и не дало бы привести ко мне этого человека.

- Если твои воины, правительница, смогут пройти в Дуат, как это сделал когда-то Хетош, и смогут увести человека из-под опеки Эннубиаша и Ваппуатха, как он увел оттуда Джехтеммиша, то тогда конечно, - ответил ярл невесело улыбнувшись.

- В Дуат?… - растерялась Рей-Итта.

- Да, в Дуат. Хетош умер, правительница, - продолжая кривить губы в горькой усмешке, подтвердил Турн, - Люди вообще имеют такое свойство – умирать, не всем же так везет как твоему…

- Перестань! – отчаянно вскричала Хашесут, вскочив с трона и топнув ногой, - Перестань попрекать меня! Откуда я могла знать?! Откуда?!

Не в силах больше выдерживать повисшее напряжение она устало опустилась на трон и, безвольно уронив руки на колени, принялась рассказывать. Рассказывать и о том, как Ашарситх, будучи главным жрецом храма Нирриаха, сговорился со своими именитыми родичами, и о том, как они задумали вернуть трон Иджифета прежней династии, как избавились от Хаурона, отца Джехтеммиша, и как почти избавились от самого Са-Рея. Что год назад к Джехтеммишу постепенно стала постепенно возвращаться память о том, что было до и после отравления, и что Ашарситх со своими родичами, испугавшись разоблачения, решились на открытый мятеж который был с трудом подавлен. И что теперь оказывается, что тот, кто явился спасением правящей династии, был вместо благодарности несправедливо осужден, да к тому же еще и покинул этот мир, не дав ей, правительнице Иджифета, шанса воздать его заслугам.

- Что ж, почтенная Рей-Итта, к сожалению Хетошу уже безразличны всякие награды. Но ты можешь исполнить его последнюю волю и передать это в храм Нирриаха, - ярл достал из-за голенища два свитка передал их правительнице, - А мне нужно закончить последнее дело в этом городе, - и он поднявшись стал спускаться по ступеням.

- Турн, постой, - послышался сзади негромкий голос Хашесут, - Постой… Тебе нет нужды… торопиться…

Похолодев от неясного предчувствия, ярл резко развернулся и пристально уставился в ее лицо:

- Рей-Итта, что это значит, нет нужды торопиться? – настороженно спросил он.

- Аах нашей богини Баштис, известная так же под именем Дхари, найдена мертвой на одной из улиц Иджисса после подавления бунта устроенного Ашарситхом и его сторонниками, - отводя глаза и старательно глядя куда-то в сторону, проговорила Хашесут, - Скорее всего это нелепая и досадная случайность… Мне жаль…

- Где он?! Этот ваш Ашарситх!! – мгновенно наливаясь тяжелым гневом, прошипел Турн.

- Он схвачен. Не беспокойся, он будет казнен, - по-прежнему не решаясь взглянуть ему в лицо, ответила Рей-Итта.

- Приведи его сюда!!! Немедленно!!! – не выдержав заорал ярл, напрочь забывая о всякой почтительности и повернулся спиной к трону с трудом сдерживая захлестывающую волну ненависти.

Видимо Хашесут все-таки подала знак своим стражникам, и двое из них выбежали из дворца, направляясь за бывшим главным настоятелем храма Нирриаха.

По-прежнему стараясь укротить подступающую вспышку злости, Турн непроизвольно принялся дышать по способу, разработанному в Чао-Лонг специально для таких целей. Спустя немного времени, он почувствовал себя совершенно отгороженным от остального мира, с чистым сознанием и горящим внутри ровным пламенем холодной ярости.

Казалось, время превратилось в смолу и текло еле-еле. С окаменевшим лицом Турн молча продолжал ждать возвращения посланных Рей-Иттой людей. Никто из присутствующих тоже не осмеливался нарушить повисшего молчания. Наконец снаружи послышался топот, и двое стражников вошли в зал, толкая перед собой Ашарситха со стянутыми за спиной руками. Проведя его до середины зала, стражники остановились и встали по бокам чуть позади.

Бывший главный настоятель имел весьма помятый вид, но изо всех сил держался высокомерно и гордо. Видно было, что Ашарситх не питает никаких иллюзий насчет своего будущего и теперь просто хочет сохранить достоинство вплоть до неизбежного конца.

- Ну уж нет, паршивая собака, подохнешь скуля, как тебе и положено, - холодно подумал Турн подходя к бывшему эретликошу и останавливаясь от него на расстоянии одного шага.

- А, это ты, дикарь с севера, - презрительно скривил губы Ашарситх, - А где твой дружок? Это безродное ничтожество, вмешавшееся в мои планы…

- Развяжите ему руки, - равнодушно сказал Турн, продолжая с ледяным спокойствием разглядывать этого человека, жить которому оставалось считанные мгновения. Хотя тот об этом еще и не подозревал.

Стражники вопросительно посмотрели в сторону трона и, видимо получив молчаливое согласие правительницы, один из них достал кинжал и коротким взмахом перерезал веревки.

- И что дальше? – продолжая презрительно смотреть на Турна, бывший эретликош демонстративно скрестил на груди руки, - Что ты можешь мне…

Хлесткий удар костяшками тыльной стороны кулака по переносице мгновенно положил конец его самодовольной тираде. Это было хоть и не сильно, но весьма болезненно. Ашарситх взвыл и, согнувшись, схватился за нос ладонями, из-под которых тут же стали падать крупные капли крови. Но все-таки у него еще хватило самообладания выпрямиться, принять прежнюю позу, и, не обращая внимания на текущую кровь, заявить:

- Дикарь. Я не буду с тобой биться. Это не для благородного человека.

- Не бейся, - спокойно ответил ярл, - Тогда я просто забью тебя до состояния скулящей твари. Может, ты и после этого не забудешь про то, что ты, видите ли, благородный. Но очень сомневаюсь, - и он резко и сильно пнул Ашарситха по внешней стороне бедра, целя чуть выше колена.

Боль в результате такого удара была сильнейшей, а нога надолго переставала нормально слушаться хозяина, что и продемонстрировал бывший главный настоятель, упав на одно колено и с воплем хватаясь за свою конечность.

- Как твоя благородность? – с ледяной вежливостью поинтересовался Турн, обходя вокруг него, - Все еще не дает биться?

Судя по тому, как Ашарситх весьма проворно откатился в сторону и, с трудом поднявшись, принялся хромая отходить от ярла, благородность его предпочла уступить место благоразумию. По очередному знаку Хашесут и команде своего начальника стражники быстро замкнули зал в кольцо и бывший эретликош наконец понял, что отсюда ему своими ногами уже не уйти.

Зарычав от злобы он поднял руки в неком подобии боевой стойки и стал прихрамывая приближаться к Турну. Подойдя на достаточное расстояние, он принялся делать беспорядочные и сильные выпады руками, попутно извергая потоки брани в адрес Турна, Хетоша, Хашесут и каких-то других людей, неизвестных ярлу, но видимо изрядно подпортивших планы бывшего главы храма.

Сам Ашарситх был весьма крупным и сильным мужчиной и если бы его удары достигали цели, то Турну пришлось бы несладко. Но двухлетнее пребывание в храме Чао-Лонг не прошло для ярла даром, и все попытки его противника пропадали втуне. Сам же он с успехом ускользал от кулаков бывшего эретликоша и лишь изредка награждал его каким-нибудь болезненным ударом. Наконец, когда Ашарситх, окончательно рассвирепев, кинулся на Турна, намереваясь свалить его и подмять под себя, ярл поднырнул под его руку и локтем врезал под дых.

Бывший глава храма Нирриаха упал на колени и, схватившись обеими руками за живот, принялся судорожно хватать ртом воздух. Решив, что пора завязывать со всем этим делом, ярл подошел к нему сзади, положил руку на затылок и, наклонившись, негромко сказал в самое ухо:

- А сейчас ты сдохнешь. И Проводники не поведут тебя в Дуат. А если тебе и повезет еще раз воплотиться, то только в презренного раба. В какого-нибудь нуи-тша. Или в тшу-тха-тша, - и Турн, положив вторую руку под подбородок своему противнику, резко рванул ее в сторону и вверх, скручивая и ломая шейные позвонки.

Раздался сухой хруст и тело Ашарситха, обмякнув, мешком упало на каменный пол зала.

Без малейшей эмоции ярл поглядел на него и, не замечая ничего вокруг себя, пошел прочь из дворца…


…Далеко над невысокими холмами кружилась птица. Она была первым, что увидел Турн, когда осознал себя сидящим посреди степи далеко за стенами Иджисса.

- Сокол что ли? – мелькнула в голове первая мысль, - Кажется действительно, сокол…

Как он сюда добрался, он совершенно не помнил. Помнил только, что сначала был в храме Баштис, где стоял и долго и тупо смотрел на изваяние богини с головой мауша. И еще как потом вроде бы сидел рядом с Унь Лэем на склоне какой-то горной вершины в Ру-Яме и вместе с чиф-фой молча смотрел на далекий горизонт, где заснеженные хребты сливались с белыми облаками.

- Там, далеко, есть гора, под которой пребывают в медитации наши самые древние боги, - промолвил Унь Лэй после долгого молчания и после еще одной продолжительной паузы добавил, - Ученик, ты ввязался в очень запутанные дела чужих для тебя богов и я мало что могу тебе посоветовать. Только то, что теперь ты должен быть очень осторожен и терпелив.

После этих слов видение ру-ямских гор исчезло, и ярл обнаружил, что сидит где-то в степи. Выпрямив затекшие ноги, и повращав головой, Турн краем зрения зацепил маячившего на отдалении эретликоша, который, заметив, что ярл стал шевелиться, вскочил, явно намереваясь подойти к нему.

- Ну что там еще? – крикнул Турн, взмахом руки приглашая его приблизиться.

- Мое почтение, й-а-арл, - забавно коверкая незнакомое ему слово, тотчас подбежал иджифетец, - Это насчет одного из свитков Хетоша, да будет Энну справедлив к нему. Мы поняли почти все, что он записывал, кроме незначительных деталей, в которых не сомневаемся, что разберемся чуть позже. Но одна фраза по-настоящему поставила нас в тупик.

- И что? Ты думаешь, вы не поняли, а я пойму? С чего бы это вдруг? – усмехнулся Турн, - Ну ладно, что там такое? – добавил он, заметив погрустневшее лицо посланца.

- Дело вот в чем, - заторопился эретликош, объясняя, - В самом конце там написано: "Разные мысли, чувства, и желания человека управляются разными богами, и все они хотят разного. Это делает человека воистину несчастным". На этих словах запись почему-то обрывается. Хетош говорил что-нибудь подробней по поводу этих слов?

- Нет, он вообще не обсуждал со мной эти свои записки, - задумчиво отозвался Турн, одновременно понимая, что каким-то краешком сознания он абсолютно точно знает все то, о чем хотел сказать его друг, но при всем при этом, ни за что на свете не сможет дать необходимые объяснения. Словно в самом этом мире попросту пока еще нет таких слов, которые помогли бы выразить подобные мысли.

- Пойдем-ка лучше назад. Как мне кажется, вам теперь есть над чем серьезно поразмыслить, - добавил он, поднимаясь на ноги, и подумал, - Да и мне, пожалуй, тоже…


***

В очередное приходившееся на нерабочий день дежурство, приняв смену, Мерк уселся перед своим столом и, закинув на него ноги, надолго предался размышлениям. В последние дни постепенно нараставшее состояние нового перепутья стало ощущаемо уже почти физически. Принимая во внимание тот факт, что в плане биоэнергетического состояния он, впрочем как и Ирган, на данный момент чувствовали себя вполне удовлетворительно, можно было считать что постулат "нуждаясь в чем-то - иди к тому, у кого этого много, и кому может быть интересно что-то, что есть у тебя", оправдал себя и на этот раз. И что в отношении двух приятелей этот контакт с современными приверженцами наследия ведунов свою задачу выполнил.

Но что было нужно самим этим последователям ведунов? Возможно конечно, что все было очень просто, и с их стороны интерес действительно заключался всего лишь в деньгах, которые они с Ирганом выложили за проведение этого выездного обучения. И, тем не менее, ведь постаралась же их представительница зачем-то "впечататься". Значит, ей все-таки было нужно что-то еще, а не просто оплата за семинар? Или это у них вообще просто такая традиционная манера воздействия, которая позволяет им держать своих адептов на своеобразном "поводке"? Или все-таки на самом деле что-то было нужно кому-то, кто за ней?

Но ничего такого исключительного, что бы, по мнению Мерка, действительно могло представлять из себя интерес, на данный момент в его распоряжении не имелось. И к тому же, более никаких активных проявлений со стороны этих новых знакомых не наблюдалось. Впрочем, как и вообще каких-либо активных проявлений.

Так что, единственный вариант который маячил где-то впереди, это либо заниматься выяснением того, кому и зачем понадобилась вся эта ситуация, ну и, соответственно, стоит ли в дальнейшем поддерживать какое-либо взаимодействие с данной организацией, либо послать все это далеким посланием и заняться, например, выяснением другого любопытного вопроса. Который, кстати, и так уже достаточно долго висел без продвижения. А конкретно: все-таки попробовать разобраться в том, при каких условиях общечеловеческая энергоструктура может прийти к своей смерти, ну или, по крайней мере, к сильному уменьшению своей численности. А так же в том, какое явление может вызвать подобное событие.

Изрядно утомившись от всех этих мыслей Мерк встал со стула и подошел к открытому окну. По всем признакам весна уже окончательно вошла в свои права. Практически весь снег уже исчез, только кое-где виднелись последние остатки, а там, где его не было, из-под земли даже уже стали пробиваться первые зеленые клочки новой травы. Казалось, само время года так и располагало к сентиментальной рефлексии, но перспектива гоняться за призрачной надеждой объясниться и выяснить, каковы были действительные мотивации предпринятого по отношению к нему воздействия, не прельщала абсолютно.

- На фиг. Бегать никуда не будем. Ибо не фиг, - наконец решил парень и, сплюнув, невесело усмехнулся, - К тому же, люди и сами зачастую не в состоянии разобрать, чего же им действительно недостает и что же ими движет…

После всех этих затяжных раздумий жесткая кушетка показалась мягче пуха. Молодой человек с удовольствием вытянулся на ней и, закрыв глаза, постарался максимально успокоиться.

Вплоть до дня проведения семинара любые усилия Мерка по вхождению в состояние "внутренней тишины" неизменно претерпевали крах. Слишком уж жесткой была та энергетика, что так и неизвестно откуда взялась и ранее пребывала внутри его энергосферы будучи сосредоточенной где-то между лопатками. Внимание неизбежно фокусировалось исключительно на ней, и из-за этого вообще всякая попытка восприятия прочих энергий давалась со значительными затруднениями, не говоря уже о каких-либо действиях требовавших настоящей максимальной сосредоточенности. Теперь-то конечно все обстояло куда как лучше, мешавшей энергетики оставалось гораздо меньше и время от времени даже удавалось поймать привычное внутреннее равновесие. Но опять же, в последнее время все чаще стал давать знать о себе тот самый злополучный канал энергетической связи, заполученный им во время недавних событий.

Вот и сегодня он что-то отвлекал сильнее, чем обычно, и никак не давал добиться необходимой концентрации. Возникавшие нечеткие образы постоянно смазывались и дробились, внимание неизменно куда-то уплывало, а обрести подлинную уравновешенность не получалось.

Неизвестно, сколько времени ушло у Мерка на эти попытки уравновесить отвлекавшее воздействие, и сколько он провел в этом непонятном забытьи граничащим то с вязким сновидением, то с четкой ясностью спонтанного озарения, но вдруг его внутренний взор остановился на какой-то крохотной серебристой искорке где-то глубоко-глубоко внутри него и тотчас словно сама его Сущность свернулась куда-то внутрь самой себя и рванулась прямо к этой искорке, сметая на своем пути последние крохи привычного осознания.

Окружающее мгновенно превратилось в прерывистую череду потрясающе колоритных образов и беспросветно-черных провалов. Подхваченный непонятной силой он стремительно продвигался вперед по закручивающейся извилистой спирали, лишь изредка, на какую-то ничтожную долю секунды, замедляя свою скорость.

В такие моменты замедления его восприятие с фотографической четкостью выхватывало из мелькающей чехарды невообразимые картины вселенской фантасмагории мимо которых он скользил все дальше и дальше, с неизбежным упорством влекомый к какой-то лежащей впереди цели.

Катастрофические столкновения различных космических объектов, взрывы звезд, сметающие в своем пламени близлежащие миры, яркие искры комет в мгновение ока проносящиеся мимо, облака светящегося газа поглощаемые кем-то пульсирующим и абсолютно ничего не отражавшим, колыхающиеся покрывала разноцветных энергетических полей, и нечто настолько совершенно чуждое каким-либо привычным образам, существование чего даже не воспринималось как таковое, а скорее просто угадывалось. Все это, оставалось и оставалось позади, пока наконец впереди не обозначилась стремительно приближающаяся ярко-белая точка. Свет от нее становился все интенсивнее и интенсивнее и вскоре затопил собой все вокруг Мерка, растворив в себе последние остатки его сознания…


Тишина была просто оглушительной. Этот факт был первым, что пробился до оцепеневшего сознания и Мерк вдруг понял, что уже давно лежит с открытыми глазами.

- Судьба каждого смертного повторяет судьбу того бога, советы которого он слушает, - тотчас же всплыла в голове первая мысль.

Мысль эта явно была чужая, сам Мерк никогда не интерпретировал идеи в подобных терминах. От понимания этого молодой человек на несколько мгновений настороженно оцепенел. Однако больше ничего подобного не повторялось и он понемногу расслабился.

- Если возникающие у тебя мысли являются результатом энергетического взаимообмена с какой-либо Сущностью, пребывающей в теле из тонкой энергии, то вполне можно утверждать, что ты слушаешь советы такой Сущности, - тотчас же неудержимо посыпались ментальные выкладки, - Советы же свои она дает на основании личного опыта собранного в процессе своей активной жизни. То есть, собиравшегося ею ровно до того момента, пока она не перешла в разряд невоплощенных и не лишилась возможности самостоятельно воздействовать на процессы происходящие в пределах этого мира. После этого, единственная возможность участвовать в делах мира, которую такая Сущность имеет, это действовать через своих посредников. Конкретно - через тех воплощенных, кто слушает ее советы. Соответственно, если такие посредники ни на секунду не сомневаются в получаемых советах, то сами они в том или ином варианте повторяют ее судьбу.

- Ух ты! И точно! - шумно выдохнул Мерк и, внезапно вспотев, резво вскочил с кушетки, - Вот это номер!

К клавиатуре коммуникатора рука потянулась сама собой.

- Привет! - выпалил он как только услышал голос приятеля, - Надо обязательно встретится когда я освобожусь!

Когда Ирган увидел вышедшего с подземной остановки монорельса и направляющегося к нему друга и по привычке просканировал его биоэнергетику, то тихо обалдел. На энергетическом уровне Мерк выглядел в высшей степени необычно - он был похож на большую переливающуюся ртутную каплю. Никогда еще в своей жизни Иргану не случалось наблюдать ничего подобного ни у одного человека. Да и самого Мерка в настолько приподнятом настроении и оживленном состоянии ему видеть еще тоже не доводилось. Подойдя с довольным видом и от души хлопнув приятеля по протянутой ладони, тот с ходу принялся изливать на него впечатления от пережитого приключения.

- В общем, если принимать все это во внимание, и если я прав, то в преданиях тех самых трех культур, о которых я тебе как-то рассказывал, разные причины гибели нынешней цивилизации называются именно поэтому. Потому что их жрецы пользовались подсказками своих богов, - подытожил Мерк свой несколько сумбурный рассказ.

- Что-то я не до конца тебя понял, - продолжал озадаченно хмуриться Ирган, - Может, прояснишь?

- Видишь ли, похоже, что эти культуры действительно были основаны с подачи каких-то очень продвинутых в развитии Сущностей. И эти самые Сущности имели за своими плечами настолько большой опыт и знания, что даже смогли стать для живших под их управлением людей настоящими Высшими, - тут же с энтузиазмом принялся объяснять его друг, - Естественно, что в поисках помощи или совета сами люди, и особенно служители их религиозных культов, в первую очередь обращались именно к этим Сущностям, пусть даже в последствии и перешедшим в разряд невоплощенных.

- Стоп! Стоп, понял! – довольно воскликнул Ирган и поднял руку, призывая товарища остановиться, - И в этом случае финал развития этих культур был бы таким же, как у культуры тех самых Сущностей, которые стали для них Высшими? И именно это предсказывали провидцы из числа жрецов данных культур?

- Да. Соответственно если покровительствующие им Сущности были разные, то и предсказания, касающиеся наиболее возможной линии развития каждой конкретной культуры, тоже будут разные. Причем повторение прежней линии развития будет особенно вероятным в том случае, если получающие их подсказки не имеют привычки в таковых сомневаться и рассматривать их хоть сколько-нибудь критически.

- Ага, или если получающие подсказки вообще понятия не имеют о природе источника таковых, - подвел итог Ирган, - Ну хорошо, допустим ты прав. И что прикажешь со всем этим теперь делать?

- Что делать? Кажется совсем недавно мы с тобой пересекались с людьми, которые всерьез заявляют о том, что учат людей правильному видению мира? – Мерк расплылся в довольной улыбке, - Не кажется ли тебе что сегодняшние сведения имеют к этой теме самое непосредственное отношение?

- Ну-ну… И что ты предлагаешь? – и Ирган, невольно заражаясь сегодняшним оптимизмом приятеля, тоже широко улыбнулся.

- Предлагаю скинуть им часть имеющейся информации и пронаблюдать их реакцию, - коротко объяснил ему товарищ, - Если будет видно, что эти ведуны вовсе и не ведают, откуда ветер дует и куда их дорожка ведет, то предложить обмен данных сведений на что-нибудь полезное. Ну, к примеру, желание сменить собственное энергетическое состояние на какое-нибудь более оптимальное у тебя присутствует?

- Не помешало бы… - кивнул Ирган.

- Вот и мне бы не помешало, - заявил Мерк и, заметив удивленный взгляд друга, пояснил, - А то нынешнее какое-то уж больно странное. Прямо-таки неестественно оживленное. Так и кажется, что куда-нибудь вверх улетишь.

- Хм-м-м… - Ирган довольно прищурился, - Значит, предлагаешь в свою очередь устроить охоту? – и он, забавляясь, несколько раз втянул воздух, словно принюхивающийся хищник.

- Нет, - рассмеялся в ответ его товарищ, - Предлагаю стремиться именно к обмену. Причем этот нюанс я воспринимаю как Команду.

- Ну так как, ты в Игре? – и Мерк улыбаясь протянул приятелю руку, - Но учти, мое теперешнее состояние, оно определенно долго не продержится. Поэтому нужно потратить имеющийся потенциал с максимальной пользой и действовать придется быстро. Иначе рискуем облажаться и остаться ни с чем.

- Хорошо. Я в Игре. Заодно это будет и проверка того, не загнались ли мы, случаем, со всей этой информацией. И вообще заслуживает ли она доверия, - и Ирган пожал протянутую ему руку, - А что будем делать, если они в курсе того, "откуда ветер дует"?

- Тогда можно будет с ними сотрудничать и в дальнейшем, - спокойно пожал плечами Мерк, - Если будет желание, конечно.

- Кстати, новое послание сообразишь? У тебя вроде прежнее неплохо получилось… - добавил он пару секунд спустя и, получив согласие, повел приятеля к своему дому.

Новое электронное письмо вышло у Иргана куда как более объемистым, чем первые три. Впрочем, и период ответной реакции на него также отличался от аналогичного периода, наблюдавшегося во время первоначального контакта.

В течение пары-тройки недель в лагере последователей ведунов наблюдалось какое-то невнятное оживление, а затем совершенно неожиданно до приятелей довели известие о скором проведении в Шимаве нового выездного обучения. Сообщение это явилось для Мерка и Иргана настоящим сюрпризом. Хотя они и ожидали, что что-то подобное должно было произойти, но вовсе не думали что такое событие будет столь скоро. И уже один этот факт заставлял предположить, что все-таки та информация, на которую они наткнулись, не является пустой безделицей.

Проведение же самого семинара так же не обошлось без странностей, самой меньшей из которых оказалось то, что ни Ирган ни Мерк, по причине загруженности каждого на своей работе, не смогли присутствовать на нем во все дни, в которые проводились занятия. Каждый из друзей смог быть ровно на половине дней обучения, причем каждый в те из них, когда другой был вынужден отсутствовать. Поэтому обоим пришлось действовать совершенно самостоятельно, а итоги довелось подвести только, когда все события остались уже позади.

Когда Ирган, освободившись после своей работы, подходил к переходному мосту на котором была назначена встреча, то еще издали заметил товарища. Видимо обменяться новостями Мерку не терпелось настолько, что он притащился на условленное место задолго до назначенного срока, а теперь откровенно скучал и развлекался достаточно примитивным способом – наметив вдалеке машину, приближавшуюся на большой скорости, плевал вниз с моста с таким расчетом, чтобы попасть в стремительно проскальзывающую под ним жертву.

Поняв это, Ирган не смог удержаться от широкой улыбки. Иметь дело с почти неулавливаемыми проявлениями биоэнергетики, размышлять о достоверности древних легенд и об истории этого мира, и в тоже время выкидывать подобные штуки, в результате которых "добропорядочные обыватели" шарахались прочь как от чумы - все это было вполне в духе Мерка.

Пожав приятелю руку, Ирган облокотился рядом на перила:

- Итак?

- Полный отстой, - недовольно ответствовал тот, резюмируя результаты состоявшегося действа, - Сразу было ясно, что они пожаловали за чем-то, но за чем именно, сами толком не понимали. Ни единого слова, даже намека, по существу поднятого вопроса сказано не было. Вместо этого, мне например, все мозги продолбили диктуя что и каким конкретно способом делать. А спрашивается, за каким хреном я должен прогибаться под их требования и действовать их методами, если мои, во-первых, мне нравятся больше, а во-вторых, так же позволяют достичь результата?

- Та же фигня, - подтвердил Ирган, - Такого давления на себя я давненько не испытывал.

- И что ты предпринял? – Мерк требовательно уставился на него, ожидая продолжения.

- Скажем так, я сыграл в поддавки, - Ирган весело расхохотался и видя непонимание на лице товарища стал объяснять, - Короче говоря, по-моему они просто считают себя самыми типа хитроумными и типа непревзойденными. Просто по определению. Просто потому, что они принадлежат к своей организации, и все. И поэтому плевать они хотели на всякие твои мнения и суждения. И единственное, в чем они заинтересованы, это либо твоя личная энергетика, либо твои деньги.

- Это за каким это им нужна моя энергетика? – недоуменно вскинул брови Мерк, - У них же народу много, значит и энергетики тоже много.

- Мерк, ты чего? Отупел внезапно? – и Ирган уставился на него с не менее удивленным видом, - Кто мне рассказывал о том, как яркая светящаяся энергия воплощенного разогревает тусклую энергию невоплощенного и пробуждает его? А если эти типы и впрямь обращаются к подобным невоплощенным Сущностями для получения совета или содействия в своих делах, то в очередной дозе данной светящейся энергии они должны быть просто кровно заинтересованы.

- Хм-м… - и Мерк несколько раз прокашлялся чтобы скрыть свое замешательство, - Ну хорошо… Так что там про поддавки?

- Да в принципе все просто. Поскольку львиную долю энергетики, имевшейся на тот момент в моем распоряжении, составляли различные энергии присущие именно этому миру, то, на мой взгляд, никакой особой ценности они не представляли. Поэтому я естественно и не стал особо упираться, и попросту растворил их в общей энергоструктуре, образовавшейся во время семинара.

В общем, чтобы отвязались, и чтобы на мозги мне больше не давили, - заключил Ирган и помолчав добавил, - Однако, доложу тебе, испытал я при этом не самое приятное ощущение. Сродни тому, как если бы внезапно попал в комнату с совершенно спертым воздухом и наглотался такового по самые уши.

- Любопытно… А вот у меня никакого такого желания не возникло… - проронил Мерк и метко плюнул в еще одну проскочившую внизу машину, - Никакой подобной мысли… Даже не знаю почему… Может оттого, что если действительно что-то нужно кому-то, кто стоит за ними, а сами они всего лишь посредники, то иметь с ними дело малоперспективно?

- Тогда может, наконец, расскажешь о своих действиях? – не вытерпел Ирган чувствуя, что приятель явно обдумывает, как преподнести результаты каких-то последних событий.

- Да не было в принципе никаких действий. Как мне на мозги не давили, уперся я и все. Не хотите заниматься предложенными вопросами – не будет совместной работы с вашей энергоструктурой. Так, чисто для видимости что-то поделал, да и ушел домой, - отмахнулся тот и, решив, наконец, никак не интерпретировать то, о чем размышлял, стал просто пересказывать пережитое, - Гораздо более странные вещи начались уже вечером, когда спать лег. Сначала возникло четкое ощущение чьего-то постороннего присутствия. Постепенно оно все усиливалось, а затем словно кто-то стал обволакивать меня со всех сторон, причем не грубо, но очень навязчиво.

Тоже, однако, не самое приятное чувство должен сказать. Сродни тому, как если бы тебя заворачивали в плотное мягкое одеяло, через которое ни свет, ни воздух совершенно не проходит и ты все больше начинаешь задыхаться. И с каждой минутой это ощущение становилось все сильнее и сильнее. Под конец уже оставалась только маленькая-маленькая щелочка в этом самом "одеяле", к которой было приковано все мое внимание и через которую я и "дышал".

Мерк на некоторое время замолк, несколько раз глубоко вздохнул и с шумом выдохнув продолжил:

- В общем, и так состояние было не из лучших, так вдобавок к этому я вдруг еще почувствовал как этот "кто-то" словно начинает нащупывать своим вниманием мое. Не знаю, как бы тебе это поточнее объяснить…

- Словно ищет своим взглядом твой? – подсказал Ирган.

- Точно. Так пожалуй вернее всего будет. А ты откуда знаешь? – и Мерк удивленно глянул на товарища.

- Само как-то на ум пришло, - пожал тот плечами.

- Н-да? Ну ладно… Так вот значит. Стараюсь я, стало быть, не пересечься "взглядами" с этим "кем-то", потому как такое у меня ощущение, что явно это пересечение повлечет какие-то не самые хорошие последствия, и вдруг понимаю, что на самом-то деле я просто по какой-то причине боюсь. Что это у меня элементарный страх, хотя этот "кто-то" до сих пор не сделал ничего агрессивного. Весьма навязчиво, конечно, действовал, но не агрессивно. То есть, получается, что это у меня сработала память о таком взаимодействии с кем-то или чем-то подобным, которое было весьма и весьма неприятным.

- Ты что, в такой странной ситуации, требовавшей максимальной сосредоточенности и концентрации внимания, вот так вот подробно успел это все продумать? – не поверил своим ушам Ирган.

- Нет конечно. Знаешь, я, по большому счету, вообще нисколько не раздумывал, - Мерк пожал плечами, - Это было как вспышки озарения. Раз – и я осознаю, что это просто страх, два – что этот страх результат каких-то очень забытых воспоминаний, три – и я пересекаюсь вниманием с этим "кем-то".

- Даже вот как… "Шаг навстречу собственному страху"?

- Да.

- И?

- И все. После этого я полностью вырубился и больше ничего не помню. А сегодня утром встал ни свет ни заря и с тех пор состояние такое, будто моя энергосфера до краев наполнена чем-то вязким и тягучим, что так и тянет к земле, как магнитом, - подытожил Мерк свой рассказ.

- Хм… Первый раз слышу чтобы энергетика имела столь странный характер… И каково оно?

- Да в принципе ничего нового. Так же "разогревается" как и всякая прочая. Единственно, что интенсивность "разогревающего" воздействия поначалу должна быть не слишком интенсивным, а то возможны весьма неприятные искажения.

Немного помолчав, Ирган неожиданно рассмеялся и, хлопнув ладонью по перилам, воскликнул:

- Хотя занятно все это! Опять наши результаты похожи! А я-то еще думаю, чего это мне какая-то странная фигня сегодня приснилась!

- Фигня? – подозрительно покосился на него приятель, - Ну-ка давай, рассказывай! - незамедлительно потребовал он категоричным тоном.

- В общем, приснилось мне, что мы с тобой откуда-то взяли маленький бутылек с совершенно необычной субстанцией. Такой, словно яркий, бело-голубой свет кто-то непонятным образом умудрился превратить в жидкость и в этот самый бутылек ее залил. И вот, идем мы с тобой по какой-то дороге в лесу и несем его с собой. Погода замечательная, лето, солнечно, тепло, дождь видимо недавно прошел, так как на листьях капли крупные искрятся. Одним словом – благодать да и только, - начал повествование Ирган, - Но вот дорога постепенно углубляется в какие-то более густые заросли. Понемногу становится все сумрачнее, капель на листьях – все меньше, а вместо них все чаще сидят какие-то крупные черные пауки. Мы с тобой естественно уже как-то насторожились на все это глядючи, но все равно продолжаем продвигаться дальше.

Прошли наверное еще около десятка шагов, почва при этом под ногами становится все болотистей и болотистей, и вдруг ты указываешь мне вперед и говоришь: Смотри, мол, какая ящерка прикольная. А там, на дороге, действительно лежит какая-то ящерица. Достаточно крупная, причем похоже недавно кого-то заглотила и лежит себе, переваривает.

И тут ты чего-то ради берешь этот бутылек, что с собой таскали, и давай им перед мордой это ящерицы размахивать. Ну и домахался в конце концов до того, что она его схватила и проглотила. И вот тут происходит полный абзац: эта тварь, которая раньше казалась такой небольшой и совсем неопасной, вдруг с молниеносной быстротой, разрастается до огромных, в полнеба, размеров и превращается в настоящего древнего ящера. Естественно, мы с тобой - ноги в руки, и ну ходу оттуда, а эта зверюга вроде как сначала давай за нами ломиться, но потом из-за своих размеров увязла в этом болоте, посреди которого дорога проходила, и отстала.

- Хм… Ну и как, выбралась в итоге или нет? – сдержанно поинтересовался Мерк.

- А вот не знаю, - и Ирган усмехнулся со скупой иронией, - Я после этого момента тоже больше ничего не помню.

- Значит, говоришь, ящер, - не понятно, толи с вопросительной, толи с утверждающей интонацией проронил Мерк после длительной паузы.

- Ага, ящер, - в тон ему отозвался приятель, - Любопытно, да? И тем более любопытно, учитывая какую славу в различных легендах нашего мира имеют всякие рептилии. Ящеры там, или змеи какие-нибудь.

- Точно. Либо больших умников, либо больших пакостников…

- А либо, того и другого вместе. Так что? Означает ли это, что за этими "современными ведунами" стоят какие-то рептилии?

- Думаю, что с ходу такой вывод делать рано, - не стал спешить Мерк, - Возможно, это просто наша активная возня во время последнего семинара кого-то растревожила…

- Ну-ну, - усмехнулся Ирган, который, похоже, вовсе и не сомневался в правильности своих заключений, - А какой тогда вывод делать не рано?

- Например такой, что эти типы соорудили свою собственную структуру, которая достаточно удачно вплелась во всеобщую общественную систему, нашли таких, кто согласился их кормить, и теперь будут снимать сливки со своей непыльной деятельности. И что их структура, как и вообще всякая другая внутриобщественная структура, будет стремиться либо избавиться, либо дистанцироваться от любого фактора, который может хоть как-то нарушить налаженный механизм ее функционирования. Кроме того, как всякая же другая структура, их структура будет заинтересована в сохранении своей "кормушки" и увеличении ее размеров, и будет изо всех сил за нее цепляться. А пока такая "кормушка" будет существовать и будет достаточной величины, они будут себя чувствовать вполне уверено, и им будет совершенно наплевать на любые сторонние мнения.

- "Смелость сытого желудка", - задумчиво пробормотал Ирган и, поясняя удивленно взглянувшему на него товарищу, добавил, - Встречал я уже описания подобного явления. Именно так такое поведение там и называлось.

- Забавное название. Впрочем, весьма точное, - усмехнулся Мерк, - Ведь никто, до тех пор пока всерьез не припечет, по-настоящему не задумывается о том, к чему ведет его деятельность. И не рассматривает и не слушает каких-либо иных точек зрения. Подобный казус в поведении почему-то присущ всем в этом мире, и отдельным людям, и любым организованным ими структурам.

Пока кормушке ничего не угрожает, всем на все плевать, - и он, словно в подтверждение своих слов, равнодушно сплюнул, уже не в какую-либо машину, а просто так, - Хотелось бы, конечно, надеяться, что это не такой случай. И что мы имеем дело не с теми, кто попросту научился красиво и замудренно пудрить чужие мозги, а сам элементарно стремится поменьше напрягаться в этой жизни. Но, по-моему, то, что наличествует на данный момент, говорит об обратном.

- Значит, предлагаешь больше дел с ними не иметь? – Ирган вопросительно взглянул на друга.

- Ну… Для полной ясности, пожалуй можно будет сделать еще попытку, и посмотреть как они будут действовать… - задумавшись о чем-то, не сразу отозвался тот, - Конечно, если будет соответствующий повод. Но особо надеяться, пожалуй, не стоит…

- Ладно, - Ирган согласно кивнул, - А поскольку пока никакого повода не предвидится, то предлагаю в ближайшие дни наведаться, к примеру, на Ессе-Лэм. Надо же мне избавиться от всяких чрезвычайно "полезных" знаний и всякой энергетической гадости, что в меня понапихали, - и он с преувеличенно серьезным лицом стал изображать, как что-то вытряхивает из своих ушей.

- Я смотрю тебе приглянулось это место, - широко улыбнулся Мерк, наблюдая за его дурачеством, - Хорошо, поедем. К тому же, может получится разобраться, что же это за ящер такой нарисовался…


Эпилог


Технология, как и многие другие роды деятельности, тяготеет к избежанию риска для инвесторов. Сомнительное, если возможно, исключается. Капитальные вложения следуют этому правилу, поскольку люди обычно предпочитают предсказуемое.

Немногие распознают, сколь это может быть губительно, как жестко ограничивает изменчивость и, таким образом, делает население целых народов фатально уязвимым перед тем, насколько обескураживающе наше мироздание может метнуть свои кости.

Оценка Икса. Архивы Бене Джессерит


"Еретики Дюны"

Фрэнк Херберт


Жизнь ползет как змея в траве

Пока мы водим хоровод у фонтана


"Трамонтана"

гр.Аквариум


Хорошо заметная тропа вела вниз по склону, то немного отдаляясь от весело бежавшего рядом с ней ручья, то вновь прижимаясь к нему вплотную. Наконец среди высоких сосен показался просвет, и двое приятелей вышли на большую поляну, сплошь заросшую разнотравьем. Мерк тут же объявил привал, скинув рюкзак, положил его под одно из деревьев, росших у края поляны, а сам дошел до ее середины и, завалившись на спину и положив руки под голову, стал молча пялиться в проплывавшие в вышине облака.

В свою очередь избавившись от поклажи, Ирган подошел к ручью и, зачерпнув хрустально-чистой холодной воды, с наслаждением умылся. Выпрямившись и потянув слегка затекшие мышцы плеч, он взглянул в ту сторону, откуда они пришли. Казалось отсюда до безлесной вершины "Лунного жертвенника" было подать рукой. Однако поднатруженные ноги настойчиво рекомендовали не верить столь обманчивому впечатлению, и это не смотря на то, что сегодня их путь лежал под горку. С легкой усмешкой Ирган вспомнил, как шел по этой же тропинке буквально пару дней назад. Вот тогда-то их путь вел как раз в противоположном направлении, и сколько раз за время тогдашнего подъема он спрашивал у себя, когда же наконец эта вершина окажется у него перед носом, молодой человек сейчас сосчитать явно бы затруднился.

Еще раз окинув взглядом склоны покрытые густым лесом, до сих пор из-за необычно теплой осени остававшимся приветливо-зеленым, Ирган подошел к Мерку и сел рядом.

- Ну что, поговорим? - спросил он продолжавшего молчать приятеля.

- О чем? - лениво откликнулся тот.

- Разве не о чем? А о том же ящере?

- Здесь и вправду не о чем больше разговаривать. Кто-то выдернул его из этого мира.

- Выдернул?! Из этого мира?!

- Да. Понимаешь, после того как он объявился, ну после того, случая, о котором я тебе рассказывал, произошедший обмен энергетикой активизировал какие-то его связи, а спустя еще некоторое время кто-то прямо-таки вытянул его за пределы этого мира.

- Ну хорошо, хотя я до конца и не понимаю, как такое можно провернуть, но допустим, - заявил после молчаливой паузы удивленный Ирган,- А причина? Смысл?

Тяжело вздохнув в ответ Мерк довольно долго ничего не отвечал, а потом заговорил:

- Видишь ли... В наших с тобой разговорах довольно часто упоминалась так называемая "критическая масса". Так вот, есть некая эмпирическая закономерность, согласно которой для того, чтобы какое-либо сообщество просто оставалось жизнеспособным, численность тех его представителей, которые своей активной деятельностью только и делают, что поддерживают его жизнеспособное состояние, ко всем прочим его представителям должна находиться в соотношении не менее чем один к четырем. Тогда такое сообщество остается хотя бы "выживающим".

Есть еще и другое наблюдение: мол если к численности тех, кто работает на жизнеспособность системы, добавляется еще десять процентов от общей численности, то тогда она становится не просто "выживающей", а уже "развивающейся". Впрочем, этот момент к теме отношения не имеет...

- Хм, что-то не слыхал о такой закономерности... И что?

- Да то: Живые существа, обитающие в этом Мире, делятся на тех, что своей деятельностью способствуют его жизнеспособности, и тех, что своей жизнедеятельностью его уничтожают. Причем второе характерно разумеется для представителей так называемого "цивилизованного" человечества, а вовсе не представителей "дикой" части этого Мира.

Ну и вот. Мне так и не удалось отыскать статистические данные относительно того, сколько точно на данный момент часть, составляемая "дикой природой", составляет от той величины, которую она представляла до того, как технологический "прогресс", осуществляемый человеком, стал на нее влиять, но явно перевес в этом счете не в пользу "дикой природы". А тот факт, что это существо, этот ящер, предпочел потратить доставшуюся ему энергию исключительно на то, чтобы просто убраться из этого мира, а не попытаться, скажем, захватить лидирующие позиции, или чего-либо еще подобного, вообще заставляет меня сильно насторожиться.

Слегка ошарашенный свалившейся на его голову информацией Ирган растерянно смотрел по сторонам. То, что подобных лесных уголков в этом мире уже оказывается осталось не так уж и много, честно говоря, его совсем не радовало. А с учетом того, что тенденция к их уменьшению продолжала оставаться неизменной, вообще наводило на унылые размышления.

- И ты считаешь, что этой эмпирической закономерности можно верить? - наконец спросил он у приятеля.

- Вообще погрешности присутствуют всегда. И в выводе подобных эмпирических закономерностей тоже, - кивнул Мерк, - Но повторюсь: То, что этот ящер предпочел без лишних маневров убраться из этого мира, заставляет серьезно задуматься о маячащих перед нами перспективах.

- И? Что за перспективы?

- Ну про то, что наш мир, перемещаясь в космическом пространстве, периодически оказывается подвержен воздействию различных энергетических потоков, ты в курсе?

- Да.

- Воздействие таких энергетических потоков также сказывается и на биологически-активных организмах, обитающих на его поверхности. А о том, что различные энергетические потоки способны оказывать также и разное же воздействие на все твое состояние, как на эмоциональное, так и на то же самое физическое, ты уже тоже в курсе?

- Да.

- А теперь думай: Если под воздействием этих энергетических потоков оказывается система, подобная такой, которую представляет собой "дикая природа"? Такой, в которой возможности воздействия каждого ее отдельного представителя на окружающее пространство и прочих представителей такой системы очень сильно ограничиваются возможностями его физического тела? Во что способны вылиться перекосы, возникающие внутри такой системы, при внезапном усилении той или иной энергетической составляющей?

- Если это будет такое воздействие, которое затронет лишь биологических существ, а на стихийные процессы влияния не окажет, то скорее всего, ни во что особенное это не выльется. Возможности воздействия на окружающую среду любого животного не на столько серьезны , чтобы вызывать впечатляющие последствия. Не говоря уже о возможностях растений.

- Вот именно. А если это будет такая система, которую представляет собой человеческое сообщество? Такая, в которой возможности воздействия каждого представителя на все его окружающее многократно усиливаются за счет тех инструментов и механизмов, доступ к которым он имеет? И это при том, что никакого действенного ограничителя против какого-либо нежелательного воздействия в такой системе на самом-то деле и нет, поскольку те же придуманные людьми законы, которым кстати еще и не все следуют, могут только наложить наказание за уже свершенное, но предотвратить ничего не могут?

Чего будет стоить, если к примеру у кого-нибудь на энергокомплексе нашего мегаполиса "съедет крыша" и он даванет на несколько "нужных" кнопок? Да даже если у него просто внезапно ухудшится самочувствие и из-за этого он банально отвлечется и забудет выполнить одну-две операции среди нескольких других? Что, кому-то потом будет сильно легче, даже если виновника накажут?

- Ага. Если вообще еще останется кого наказывать... - Ирган невесело усмехнулся, - Да даже одного придурка на машине просто вышедшего из себя по причине того, что у него, видите ли, сегодня "плохое настроение" и он из-за этого с кем-то там поцапался, и то может оказаться больше чем достаточно.

- Может. Особенно смотря что у него за машина и чего он везет, - согласно подтвердил Мерк, - Так что, как сам видишь, разница между двумя этими системами налицо. А кроме этого есть и еще кое-что...

Помнишь то описание мира, в котором говорилось, что все существа постоянно то втягивают энергетику внутрь себя, то выбрасывают ее наружу, словно "дышат"? Причем "дышат" энергетикой разного вида? Так вот, одна из функций, которую выполняют в этом мире существа, имеющие физические тела, состоит как раз в том, чтобы уравновешивать и перемешивать различные энергетические потоки внутри данного мира. И если система "дикой природы" будучи по-настоящему уравновешенной, вполне самодостаточной, да и, по сути, от системы человеческого сообщества вообще независящей, выполняет такую функцию весьма эффективно, то за человеческой системой подобного не водится.

Ну и что по-твоему будет происходить если в биосфере этого мира, в которую включены обе эти системы, первая из них будет все больше уменьшаться, а вторая, наоборот, все больше довлеть?

- Да понятно что... Уравновешенная составляющая будет истончаться, а как говорится, там где тонко, там и рвется. Со всеми вытекающими...

- Да. Но и это еще не все "прелестные" последствия...

- Мерк! Да мне уже и этого больше чем достаточно! - в сердцах воскликнул Ирган и, вскочив на ноги, с раздосадованным видом принялся нервно расхаживать по поляне.

- Мне тоже достаточно, - спокойно глядя на него согласился товарищ, - Но, к сожалению, это действительно еще не все. А нужно знать, к чему быть готовым, чтобы потом неприятным сюрпризом не оказалось.

Вместо ответа Ирган лишь недовольно скорчил физиономию и махнул рукой, мол, ладно, рассказывай уже.

- Если тенденция, имеющаяся на данный момент, будет продолжаться и дальше, то по мере истончения той системы, которую представляет собой "дикая природа", все сильнее будет прослеживаться другая тенденция - попытаться сделать инструмент столь же эффективный в отношении уравновешивания и перемешивания энергетических потоков внутри мира, но уже из самой системы человеческого сообщества.

Для осуществления же данной затеи, как понимаешь, в обязательном порядке будет необходимым выполнение двух условий: ограничить последствия возможного влияния каждого отдельного члена такой системы на окружающее его пространство, то есть - изъять для этого из его доступа потенциально опасные в этом отношении инструменты и механизмы, и второе - ограничить сферу устремлений каждого члена создаваемой системы, то есть - ввести среди них соответствующую идеологию.

- Понятно, - мрачно кивнул Ирган продолжая ходить туда-сюда, - То есть - постараться опять приравнять их возможности и потребности к возможностям и потребностям животных. Ну что ж, извели зверье - будьте готовы взять их функцию на себя. Разве же это несправедливо?

- Дело не в том, справедливо это или несправедливо. То, что человек понимает под термином "справедливо" это когда все, что с ним происходит, соответствует его представлениям о том, как это должно происходить. А если сами твои представления - полный бред, то можно ли удивляться тому, что все происходящее с тобой почему-то постоянно "несправедливо"? - совершенно равнодушно откликнулся Мерк, - Что же касается данной тенденции, то она просто будет. Поскольку будет работать на самое основное стремление мира в целом - на выживание. Но и эта тенденция в свою очередь способна вылиться в серьезную проблему.

Любая форма организованных людьми сообществ есть в первую очередь результат соглашения. Для выживания в таковых ты вынужден согласиться на выполнение какой-либо роли. И если сообщество существует не в кризисных условиях, то в большинстве случаев у его членов при заключении такого соглашения есть некий выбор в вариантах ролей.

Системы же, которые будут призваны заместить собой систему "дикой природы", характерны в первую очередь тем, что у тебя не будет возможности выбора роли. Ты либо будешь выполнять ту, которую тебе отведут, либо подохнешь, поскольку у всякой такой системы просто нет возможностей содержать тех, кто не выполняет отведенную функцию в деле поддержания ее в жизнеспособном состоянии.

Принимая же во внимание любовь всякого заботливого родителя к своему чаду и неизбывное стремление пристроить таковое на местечко потеплее и пожирнее, можно догадываться и о том, кому какая роль в подобной системе будет светить.

К тому же в условиях системы, находящейся в кризисных обстоятельствах, вообще любой излишне резкий или ранее неизвестный шаг, будучи неверным грозит сильно подорвать стабильное состояние, и потому будет заранее восприниматься как опасность. Да и вообще становится необходимым, чтобы в такой системе было как можно меньше непроверенных шевелений. А это потенциальная закостенелость, если и не навсегда, то очень надолго. Закостенелые же системы способны лишь поддерживать некое определенное состояние, но никак не менять его на какое-либо другое.

- Афигеть! - Ирган резко прекратил свои перемещения и, обернувшись к своему товарищу, спросил, - Помнишь, как я тебе однажды посетовал, что существующая ныне общественная система с одной стороны, обеспечивая людям сравнительно благополучную и сытую жизнь, с другой - все больше замыкает их внутри себя, ограничивает их интересы и варианты возможных действий? Неужели то, о чем ты только что рассказал, уже начинает себя понемногу проявлять?

- Возможно и так, - спокойно пожал плечами Мерк, - В конце концов, ничего не происходит совершенно внезапно, без того чтобы перед этим не сложились соответствующие предпосылки. И возможно такие предпосылки проявляют себя пока не очень интенсивно, но тем не менее...

Усевшись там где остановился, Ирган обхватил голову руками и еще раз тихо повторил:

- А-фи-геть...

Настроение от путешествия по приветливому осеннему лесу окончательно испарилось. Пару минут приятели просидели в полном молчании и наконец Ирган поднял голову и спросил:

- Слушай, Мерк, ну как же так? Ну ладно я, к примеру, до сегодняшнего дня вообще ничего не знал об этой закономерности, что ты упомянул. Да и вообще никогда пристально не рассматривал вопрос о состоянии биосферы нашего мира, не говоря уже о какой-то там связанной с этим статистикой. Но ведь ты же откуда-то все это взял. Причем взял из достаточно обычных источников, а не получил путем какого-то там откровения свыше. Значит, на самом-то деле все это есть, и кто-то этими вещами все же занимается?

Но так почему же подобные вопросы не поднимаются широко и самым серьезном образом? Ведь наша жизнь зависит от этого напрямую? Почему дело обстоит именно так?

Невесело усмехнувшись, тот лишь неопределенно хмыкнул, но затем, после короткой паузы все-таки ответил:

- Ладно, слушай, как я это на данный момент понимаю:

Так случилось, что на протяжении своей истории человечеству довелось несколько раз соприкоснуться с представителями других цивилизаций. Таковые подразделялись на два типа: такие, которые являлись остатками цивилизаций ранее могущественных и потерпевших крах, и которые рассматривали данный мир как площадку для возрождения своего величия, а людей - как инструмент в своих начинаниях, и такие, которые являлись представителями экспансивных цивилизаций, пытавшихся расширить область своего влияния на прочие миры, ну и конкретно - на этот, конечно же. Принципы, на которых представители всех этих цивилизаций осуществляли свое взаимодействие с людьми, не были одинаковы и варьировались в диапазоне от "Поклоняйся мне или умри" до "Живи, как мы тебе говорим, или как сможешь. Но тогда пеняй на себя". Причем особенно усердствовали в продвижении своей линии разумеется представители цивилизаций первого типа, поскольку вот уж им то отступать было точно некуда, в то время как представители второго типа вполне могли уйти туда, откуда пришли, и были в своих действиях не столь настырны.

Не будем сейчас конкретизировать, кем кто из них был и кто какую линию проводил, поскольку гораздо важнее другое:

При попытке распространить свое влияние на этот мир всем из них приходилось заручаться поддержкой людей. Ну а поскольку иметь дело вообще со всеми людьми сразу попросту не представляется возможным, то приходилось заручаться поддержкой хотя бы какой-то группы. А для этого приходилось вступать с таковыми в исключительные отношения.

Подобные отношения приводили к тому, что в распоряжении избранной группы людей оказывалось то, чего не было у других - некоторые знания, технологии, инструменты, как механические, так и социальные, способы работы с биоэнергетикой, и, что чрезвычайно важно, - некоторые методологии по манипулированию устремлениями людей. Короче говоря - все то, что позволяло "избранным" выполнять управляющую функцию по отношению ко всем прочим себе подобным и занимать среди них превосходящее положение. Или еще другими словами - то, что можно обозначить как "механизмы", дававшие им власть над другими людьми. Ну а власть штука весьма привлекательная, поскольку, грубо говоря, дает возможность иметь свою долю от общей добычи, не надрывая при этом спину для ее получения. И, разумеется, за нее, за власть эту, всегда усиленно цепляются, а расставаться с ней не торопятся. Как и не торопятся делиться всеми теми "механизмами", которые позволили бы занять превосходящее положение кому-то другому.

Кроме того, в дальнейшем, имея точки соприкосновения с носителями знаний более высокого порядка, группка "избранных" в последующих своих действиях всегда руководствовалась несколько иными устремлениями, чем руководствовались все прочие их собратья. Устремлениями такими, которые соответствовали и замыслам тех, кто их избрал. В то время как устремления оставшегося большинства людей по-прежнему пребывали на уровне "миска полна, вот и славно".

Все это вместе - действия в соответствии с руслом стратегии, осуществляемой представителями какой-либо сторонней по отношению к человечеству цивилизации, а так же полученные исключительные знания, передаваемые элитарной группой "избранных" из поколения в поколение, добросовестно обеспечивало им превосходящее положение над прочими людьми на протяжении очень длительных периодов.

Но знания, которые имели представители других цивилизаций, позволяли им разрабатывать для достижения своих целей очень долгосрочные проекты. Причем такие, при которых за время выполнения какого-либо очередного этапа могла произойти смена нескольких, а то и нескольких десятков, поколений людей. И это в дальнейшем всегда приводило к следующим осложнениям:

За все это время знания о "механизмах", или их некоторая часть, по какой-либо причине могли быть утрачены, что приводило к искажению изначально задуманной стратегии. Кроме того, "механизмы" так же могли попасть в посторонние руки. При этом то, что предназначалось для выполнения определенных задач, могло быть использовано в совершенно других целях, вплоть до применения в целях по отношению к изначальной стратегии прямо противоположных. А также не раз случалось и так, что сами "избранные" переставали следовать декларируемым ими самими же заявлениям. При этом они уже переставали выполнять те функции, которые были для них предопределены изначально, а попросту паразитировали на людях оказавшихся в их власти, используя доставшиеся им сведения о различных "механизмах" в личных целях.

Из-за всего этого проекты, затеянные представителями сторонних цивилизаций, подвергались стагнации и либо должны были сойти на нет, либо их разработчикам приходилось корректировать свою стратегию и менять группу "избранных". При этом неизбежно происходило и столкновение интересов таких новых "избранных" с прежней элитой. Верх же в подобных столкновениях брал либо тот, кто не церемонился в применении грубой физической силы для устранения своих конкурентов, либо тот, кто мог привлечь на свою сторону подавляющее большинство людей посулив им возможность получить более "полную кормушку" при затрате меньших усилий.

Ну и вдобавок ко всему периодически в этот затянувшийся процесс взятия данного мира под свой контроль включались новые сторонние игроки, которые также отбирали своих "избранных", пытались любыми методами вытеснить влияние предыдущих претендентов, и в целом - стремились повернуть течение происходящих здесь событий в соответствии со своими представлениями о том, как все должно быть устроено.

Все это постоянное "перетягивание одеяла на себя" всевозможными соперничающими конкурентами вело к тому, что такие методологии, технологии, знания и прочие подобные "механизмы", которые действительно вели бы к развитию и усилению, каждый из них стремился приберечь для себя и тщательно от остальных претендентов скрывал, а в среде соперников наоборот - норовил внедрить такие, которые бы их ослабляли.

Последнее, разумеется, было бы устроить совершенно невозможно, если бы внедрение ослабляющих "механизмов" не приносило скорую и значительную персональную выгоду людям непосредственно его осуществлявшим, а также, если бы последствия от их внедрения проявлялись незамедлительно. Но подобные последствия накапливались постепенно, а сказывались всерьез лишь спустя значительный временной промежуток. К тому же времени, как внедрение ослабляющих "механизмов" начинало давать о себе знать в полную силу, те, против кого они применялись, настолько привыкали к самому их существованию, что начинали считать таковые само собой разумеющейся частью своей жизни.

Ну вот, так это в общих чертах, по моему, и работало, - подытожил Мерк, - Причем работало весьма продолжительные времена и продолжает сказываться до сих пор, даже независимо от того, продолжали ли представители сторонних цивилизаций осуществлять свое непосредственное руководство, покидали ли данный мир насовсем, или переходили в невоплощенное состояние. Потому как оставались и различные их "избранные" последователи, и всевозможные привнесенные ими "механизмы".

- Короче говоря, пока все эти цивилизации и всевозможные их "избранные" играли в свои игры, типа там "возродим свое величие любой ценой, а если эти людишки не будут нам покорны - пусть подохнут" или "распространим на человечество благотворное влияние своего знания и поможем им облегчить свою нелегкую участь", подавляющее большинство самих людей играло в свою игру - "как бы извернуться так, чтобы поменьше напрячься, но при этом побольше поиметь"? - задумчиво резюмировал Ирган, - И поскольку по-настоящему полезные "механизмы" ото всех, кроме кругов "избранных", утаивались, а среди широкой публики получала распространение всякая лажа, то поэтому получившаяся в результате таких совместных игр система с одной стороны - очень сильно развита, это я про технологию разумеется, с другой стороны - обеспечивает сытую жизнь при небольших физических затратах тем людям, что ее обслуживают, а с третьей - ведет их же к постепенному самоуничтожению? То есть - в равной степени работает на цели всех трех затеянных игр?

- Да. Ты понял меня правильно.

- Здо-о-орово... - угрюмо протянул молодой человек, - Ладно. Хорошо. Но все это твое описание лишь более-менее поясняет, почему сложившаяся система жизнедеятельности человеческого сообщества носит самоубийственный характер. А почему данного вопроса никто широко не озвучивает? Почему никто не занимается переделкой этой системы? Неужели никто не понимает существующего положения вещей?

- Ну как же, как же... - язвительная ухмылка вновь скользнула по губам Мерка, - Неужели ты ни разу не слышал высокопарных выступлений на тему "Спасем природу, сколько уже можно!"? Или никогда не видал пикетов противников загрязнения окружающей среды и тому подобных акций?

- Слушай, не издевайся, а? - недовольно скривился в ответ его товарищ, - Все подобные акции либо напоминают какие-то детские игры, либо вообще повисают на уровне сплошной говорильни. Тут серьезно и глобально надо подходить. А на таком уровне этим никто не занимается.

Мерк снова легко усмехнулся и после довольно длительного молчания серьезно произнес:

- Ты знаешь, я тоже задавался этим вопросом и пришел к выводу, что кое-кто отчасти все-таки понимает. Но, как мне кажется, тут все дело в том, что для так называемой "элиты", действия которой и способны оказывать серьезное влияние на все происходящее, первоочередной целью по-прежнему остается противоборство за личное превосходящее положение и озабоченность сохранением собственной "элитарности". Эта борьба настолько въелась в мировоззрение привычное для людей той среды, что они, похоже, уже просто не в состоянии от нее отказаться.

При этом на сегодняшний день силовой способ заполучить превосходящее положение не применяется, применяется другой - путем привлечения на свою сторону подавляющего большинства людей.

А поскольку основным мотивирующим принципом для обычного человека по-прежнему остается желание получить быстро и много, затратив при этом как можно меньше усилий, то привлечение людей на свою сторону осуществляется как раз за счет обещания обеспечить им осуществление этого их желания. Обеспечить же подобное осуществление возможно исключительно за счет все большего раскручивания технологизированного процесса добычи ресурсов с их последующей переработкой и потреблением.

А те же мероприятия по очищению и восстановлению биосферы приносить быструю и легкую выгоду не способны. То есть таковыми будет заниматься либо энтузиаст, либо тот, у кого не будет лучшего выбора.

Ну и как, тебе часто приходилось встречать горячих охотников разгребать помойки и проворачивать чужие отбросы? Лично мне - нет. А поскольку подобные мероприятия скорой выгоды не приносят, то что-то мне подсказывает, что и оплата работ по их проведению будет не жирной.

- Короче, вопрос обо всей этой сложившейся ситуации всерьез не поднимают только лишь потому, что этим попросту некому заниматься?! Великолепно! - с наигранной радостью воскликнул Ирган, хлопнув в ладоши, - То есть, даже те из слоев "элиты", кто понимает существующее положение вещей, просто не имеют в своем распоряжении такого способа, который заставил бы людей прилагать свои усилия в данном направлении? В то время как "механизмов" деградационных, то есть в целом разрушающих и ослабляющих, хотя и приносящих значительную выгоду отдельным лицам, - предостаточно?

- Да. Энтузиазм, как известно, быстро проходит. Труд же тех, кто будет этим заниматься из-за отсутствия выбора, неэффективен, как и всякий подневольный труд, и проблему не решит.

Тем более, что любой предпочтет заполучить деньги каким-нибудь иным способом, нежели разгребая дерьмо. Особенно чужое. К тому же и способов такого заполучения на сегодняшний день более чем предостаточно. Причем не особо напряжных.

Неопределенно хмыкнув Ирган умолк и некоторое время пытался понять, насколько сказанное его приятелем соответствует действительности. Однако, как он не пытался отыскать, применением какого из существующих в обществе "механизмов" можно было бы всерьез воздействовать на ситуацию, получалось, что такого действительно не было. По крайней мере, лично он такого, как ни старался, не находил.

- Так что же теперь? - наконец спросил он у Мерка.

- Ничего, - последовал совершенно равнодушный ответ.

- Как ничего?!

- Так ничего. Ты чего вообще дергаешься? Ты кто? Какой-нибудь правитель, от верности действий которого зависит жизнь кучи народа? Или великий духовный наставник, обещавший научить всех правильному образу жизни? Или может вообще бог, защитник и спаситель всего человечества? Не занимайся чужой работой. Занимайся собой. Ну и, пожалуй, теми, кто зависит от тебя. Конечно, если они еще станут тебя слушать. А спасательством всего и вся пусть занимается тот, кто с этого всего и вся больше всех имеет. Или тот, кому это полагается по статусу.

- Но ведь окончательно же доконают здесь все, - не унимался Ирган.

- Вот если все, здесь происходящее, и дальше будет отвечать духу бездумного и необременительного удовлетворения всевозможных возникающих потребностей, то тогда точно доконают. Вопрос времени, не больше.

Да и вообще, ты хоть понимаешь, что для начала человек должен осознать, что вообще с ним такое происходит и почему ему все хуже и сложнее живется? Без этого, даже если и удастся поправить ситуацию, это будет лишь временная мера. И если в следующий раз кто-нибудь изобретет очередной более тонкий и менее заметный деградационный "механизм", то все вновь вернется в ту же колею. Ну и какой тогда смысл вообще что-то затевать? Бессмысленная трата сил и времени.

И опять над поляной повисло тягостное молчание. Поразительное спокойствие, с которым Мерк излагал свои, в принципе-то верные, соображения, поистине добивало наповал. Но в то же время Ирган и сам понимал, что с любой стороны ситуация была действительно тупиковая. Для того же, чтоб она начала меняться, как минимум нужно было сначала просто перестать использовать все те ослабляющие и разрушающие "механизмы", к которым все так привыкли. А насколько велика была инерция подобной привычки - догадаться было совершенно не трудно. Сложившаяся к данному моменту система жизнедеятельности встречала каждого прямо с момента рождения и назойливо сопровождала его до самой смерти, и лишь крайне редко, считанные единицы пробовали взглянуть на все происходящее вокруг них под иным углом восприятия, отличным от того, который был присущ подавляющему большинству.

- Слушай, Мерк, а если все, что мы имеем - это вовсе не результат того, что все запутались и из-за этого применяют для обустройства своей жизни неверные принципы и наносящие вред инструменты? - вновь заговорил Ирган, - Уж больно странно, что у нас их столь много. Словно они внедрялись совершенно преднамеренно. Да, может быть постепенно и очень долго. И тем не менее - целенаправленно.

- Считаешь, что это полностью спланированная и абсолютно сознательная стратегия по захвату власти в этом мире, которая продолжает осуществляться и по сей день? - Мерк с любопытством уставился на товарища, - Стратегия, рассчитанная исключительно на то, чтобы дожать до последнего? Как раз до того момента, когда у мира действительно не останется другого выбора кроме как либо умереть, либо подчиниться и плясать под дудку того, кто все и спланировал? - пару секунд он молчал, а затем резко поднялся и принялся взволнованно ходить по поляне.

Некоторое время он был полностью поглощен какими-то размышлениями, но наконец остановился прямо напротив Иргана и, повернувшись к нему, спокойно сказал:

- Возможно, имели место оба этих фактора – и путаница, и некая планомерно проводимая акция. Но если спланированная акция действительно присутствовала, то для ее удачного завершения на данный момент не хватает всего пары деталей:

Во-первых - дождаться как раз того самого времени, когда из-за применения обществом деградационных "механизмов" ситуация дойдет до самой последней грани и будет грозить тем, что вот-вот и все окончательно пойдет в разнос. А во-вторых - небольшой победоносной войны, поскольку, как показывает история, для того, чтобы захватить власть всерьез и надолго, необходимо обязательно сделать это в войне. Причем обязательно в войне Великого Добра против Великого Зла, ибо только так можно будет объявить причиной всех предыдущих бед побежденное Великое Зло и после этого убедить всех сменить курс на какой-либо другой. Если же подобной войны не наблюдается, то ее обычно провоцируют. Или на худой конец просто выдумывают.

Что касается первого момента, то мы, кажется, уже находимся достаточно близко к такой грани. Если доля "дикой природы" и впрямь станет меньше той самой пресловутой "критической массы", то, скорее всего, этот мир начнет очень быстро превращаться в пустыню, а все последующие попытки поправить ситуацию будут лишь оттягиванием неизбежного. Либо, чтобы этого избежать, в очередной раз должно будет случиться нечто совершенно исключительное, что резко сократит до безопасных пределов долю представляемую человеческим сообществом и прекратит истребление остатков биосферы. Но это одновременно может вернуть людей к уровню пещер и каменных топоров.

Что же касается второго, то, как ты понимаешь, пожелай кто-то на сегодняшний момент привести здесь все в порядок и устранить действия деградационных "механизмов", то ему пришлось бы менять слишком многое и слишком быстро, что без полного понимания имеющейся ситуации неизбежно вызовет неудовольствие и активное сопротивление очень многих. Вызывающий же всеобщее недовольство очень удобен для того, чтобы слепить из него подходящего козла отпущения. Поэтому совершенно незачем бездумно подставляться и делать из себя такого козла.

- То есть и в этом случае твое мнение по-прежнему - не делать ничего?! - недоуменно уставился на Мерка приятель.

Устало вздохнув, тот почесал затылок и сказал:

- Давай тогда вернемся к тому, с чего вообще все для нас начиналось - к биоэнергетике и Искусствам. Вкратце, с их точки зрения, ты - энергетический объект, который пришел в этот мир из какого-то другого будучи заполненным некоторым запасом энергии. И все, что тебе в действительности предстоит здесь сделать, - это потратить данный запас. Ну и, поскольку совсем опустошенным быть невозможно, взамен заполниться другой энергией, из тех, что свойственны этому миру, и постараться уйти к миру следующему.

И все, что ты можешь, это либо пустить этот процесс на самотек и позволить всем кому угодно заманивать тебя в различные ловушки, охотиться за твоей энергией и заполнять тебя чем попало, но тогда уж будь готов принять и ту участь, которую заманивающий тебе уготовил, либо самостоятельно решить, в какую энергоинформационную структуру этого мира тебе вложить принесенный с собой запас энергии и чем заполниться взамен.

Так что, если тебе так хочется чего-то там сделать - сделай именно это. Сделай выбор, на чью поддержку ты станешь тратиться, пока пребываешь в этом мире, на что пойдут твои силы, твое время, энергия, средства, в конце концов. Что же касается тех энергоинформационных структур, деятельности которых по твоему мнению поддерживать не стоит, то постарайся не иметь с ними никаких связей и отношений, а их целеустремленные усилия направленные на то, чтобы вновь вовлечь тебя в круг их манипуляции, - игнорируй.

Ну и, конечно же, прими ответственность за последствия своего выбора. По-моему это лучшее, что ты можешь сделать на данный момент и на том месте, на котором находишься.

- Если бы еще было так просто понять, кого именно стоит поддерживать, - печально покачал головой Ирган.

- Что ж, относительного этого вопроса я, пожалуй, могу дать тебе некоторую информацию для размышления, - и Мерк вновь усмехнулся своим привычным манером, - Если здесь и впрямь проводится такая стратегия, целью которой является ослабление этого мира до предела и его последующее подчинение своей власти, то для ее осуществления должны применяться "механизмы" носящие околопаразитарный характер...

- Какой-какой характер?! - невольно перебил Ирган, глядя на него с неподдельным интересом.

- Околопаразитарный. Понимаешь, у всякого человека есть некие потребности, без удовлетворения которых он просто не сможет существовать, к примеру – та же потребность в еде, или в одежде. С целью облегчить себе удовлетворение таких потребностей люди с течением времени были вынуждены объединяться в сообщества и занимались выполнением необходимых задач уже совместно. Постепенно этот процесс все более усложнялся, изобретались различные приспособления, методы облегчающие труд, и соответственно при этом появлялись виды деятельности требующие неких специальных знаний. Это в свою очередь приводило к возникновению специализации труда и распределению функциональных обязанностей между членами сообщества. Таким образом, со временем весь "механизм" по удовлетворению потребностей членов такого сообщества начинал представлять собой составную конструкцию из некоторого числа более мелких "механизмов", которые добывают различные ресурсы, производят необходимые вспомогательные инструменты и механизмы, оказывают какие-либо необходимые членам данного сообщества услуги, или занимаются организацией какой-либо совместной деятельности. Соответственно, обслуживая подобные составные части всеобщего "механизма", каждый человек, включенный в данное сообщество, получал средства для собственного существования.

Можно, конечно, еще упомянуть и Высших, и добавить, что кроме этого такое сообщество выполняло и те функции, которые они для него предусмотрели. Но это, разумеется, если таковые Высшие имелись, а также имели в отношении данного сообщества какие-то планы.

Теперь дальше: Откровенно паразитарный способ существования это вообще ничего не добывать, не производить, не оказывать никаких необходимых услуг и не организовывать какой-либо деятельности, а получать средства к собственному существованию исключительно присваивая себе часть тех, что добыты и произведены другими членами сообщества. Но если кто-то, не делая совершенно ничего, все равно умудряется откуда-то получать средства для существования, то это поневоле быстро становится очевидным и подозрительным.

Поэтому для построения долговременной ослабляющей стратегии будет просто необходимо использовать "механизмы" носящие околопаразитарный характер. Их способ воздействия строится на том, что ими обслуживаются потребности искусственно создаваемые и человеку вообще-то несвойственные, либо потребности вовсе надуманные. При этом такие "механизмы", внешне вроде бы и обслуживая какие-то потребности членов сообщества, на самом-то деле лишь создают видимость полезной деятельности, а в целом будут приводить исключительно к растрате добываемых ресурсов и к ослаблению.

Так что остается просто взять, посмотреть, в чьих руках подобные механизмы, а также кто и за счет чего получает средства для собственного существования, и сделать соответствующие выводы.

- Да-а-а-а, такой лекции о внутриобщественных взаимоотношениях мне еще никто не читал! - рассмеялся Ирган после того как Мерк закончил свои объяснения, и помолчав, напряженно о чем-то раздумывая, добавил, делаясь совершенно серьезным , - Хотя все это становится вообще несмешным…

Впрочем, чего еще собственно ожидать? Если это действительно серьезная и планомерная стратегия, то и результаты ее проведения будут весьма серьезны по своим последствиям. Интересно только, шанс то выправить всю эту ситуацию вообще хоть есть?

- Да какой уж тут шанс... – Мерк с сомнением пожал плечами, - Самый минимальный. И иллюзий по этому поводу питать не стоит. Представляешь сколько усилий для этого потребуется от всего сообщества? И тут полная аналогия с тем, как физический организм, отягощенный паразитами, не способен справиться с большой нагрузкой.

Но, по крайней мере, ты имеешь другой гораздо больший шанс. Если этот мир и впрямь близок к грани, то тем, кто заправляет процессом, довольно скоро придется начать активно действовать. Поскольку в противном случае победитель рискует заполучить в свои руки пустыню. И поэтому ты имеешь совершенно реальный шанс наконец-то ясно увидеть, кто тут все и устроил.

- А если так и не начнут?

- Ну что ж, паразит переживает своего носителя не намного дольше.

- Да уж... – язвительно буркнул Ирган, - Сознание этого сильно утешает...

- Ага... - согласно усмехнулся Мерк и добавил, невесело покачав головой, - А я-то еще думал, что это у меня утром было мрачное представление о ситуации...

- Ладно, потопали лучше дальше, - хлопнул он по плечу приятеля, - В любом случае ты знаешь достаточно, чтобы решить что-нибудь хотя бы в отношении самого себя...

Подойдя к своему рюкзаку, молодой человек закинул его за плечи и, подтягивая на ходу регулировочные ремни, не торопясь направился к другой стороне поляны, туда, где тропинка вновь ныряла под густые кроны.

Медленно поднявшись на ноги Ирган направился к дереву, под которым они сложили поклажу, тоже подхватил свой и, уже распрямляясь, вдруг встретился взглядом с большим черным вороном, как оказалось, все это время сидевшим практически на самой нижней ветке.

Птица, которую все предыдущие и довольно эмоциональные разговоры и действия двух приятелей явно ничуть не испугали, заметив, что молодой человек теперь смотрит прямо на нее, вдруг забеспокоилась и запереступала лапами.

- Каркнет, или не каркнет? - с любопытством думал Ирган медленно и осторожно продевая руки в наплечные лямки и не сводя с нее своего взгляда.

Но и ворон тоже не торопился с какими-либо действиями и лишь встревожено переступал на своей ветке, словно ожидая, что человек будет делать дальше.

Мерк же, тем временем уже стоявший в тени росших на противоположном краю деревьев и не понимавший причины задержки своего товарища, коротким восклицанием окликнул его.

- Каркнет, или не каркнет? - вновь подумал Ирган и, по прежнему не отводя от ворона своего взгляда, стал понемногу отступать к краю поляны...