Абвалов В: другие произведения.

1. Академия

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  Академия
  
  Ким впервые входил в здание академии. Сам учебный процесс проходил в так называемых филиалах, поэтому слушатели редко посещали парадное здание, но видимо это и было предусмотрено с самого начала. Не к чему превращать 'святое место' всего флота в 'проходной двор', каждый входящий сюда должен был чувствовать торжественность момента. Название архитектурной фирмы со временем затерялось, да и никому до нее не было никакого дела, но творение ее красовалось вот уже полтора века. Именно красовалось. Нынешний конструктивизм, несомненно, был функционален и не лишен некоторого шарма, но ни у одного архитектора не могло уложиться в голове занятие пустым украшательством, все должно было быть необходимо и стильно. Как получилось, что архитектура разделилась на чистое искусство и конструктивный функционал, никто так и не понял, но факт остался фактом, не было сооружений в этом мире кроме здания академии несущей функционал и искусство. Сначала ему пришлось подняться по неприлично широкой лестнице на первую площадку, где была установлена скульптура древнего рыцаря закованного в железные доспехи, в руках у него был меч и огромный щит, на котором на древнем языке был выгравирован девиз - 'Служить и защищать'. Говорят, что в глубокой древности такие рыцари были носителями веры и чести, но по историческим реконструкциям Ким прекрасно знал, что на самом деле это было далеко не так - не более чем легенда. В вопросах веры они, конечно, были крепки, но не всегда последовательны, а вот что касается чести, то она проявлялась весьма своеобразно, когда было необходимо, честь была превыше всего, но стоило повеять выгодой и сразу находились оправдания, которые разрешали любые действия. Но легенды о древних рыцарях, совершавших подвиги во имя добра и справедливости, живы как никогда и достаточно привлекательны, а в целях воспитания нового поколения просто необходимы.
  По краям площадки, с обеих сторон, чуть наклоняясь к центру, стояли двенадцать отполированных стел, из кафианского черного абсидана, с глубоко вырезанными в камне именами выпускников академии которыми она могла гордиться. На этих стелах, не высекалось прижизненных имен, поэтому все они были связаны с легендой. Ким подолгу останавливался возле каждой стелы и смотрел на высеченные там имена. В свое время ему посчастливилось подробно изучить жизненный путь этих людей, и конечно по многим до сих пор шли споры среди историков, но они оставили заметный след в истории миров и поэтому их имена по праву были увековечены в иссиня черном камне.
   Делер Да Перега - выпускник академии, находившейся еще в метрополии, именно он оказался на острие атаки флота антарской империи, у него не было шансов выиграть битву, он мог с остатками своего соединения покинуть систему и тем самым сохранить свою жизнь. Но он выбрал другой путь - через транзитную тыловую систему ринулся в атаку на транспортные корабли новой империи, в жаркой схватке погибли все корабли Делера, но транспорт был по большей части уничтожен, этим он лишил флот империи стратегической инициативы, ограничив его маневренность и огневую мощь. В то время это был единственный шанс спасти свой мир и адмирал им воспользовался.
  Ванер - тоже выпускник, но это имя вызвало ожесточенные споры, когда принималось решение о внесении его в список легенд. Военный талант полководца никем не оспаривался, но применен он был против непокорных миров пожелавших отделиться от метрополии. Флот под его командой называли кровавым, и было за что - слишком часто он не принимал капитуляций, уничтожая обескровленного противника полностью. В нынешнее время его бы, безусловно, ждал международный трибунал, и именно благодаря такой жестокости популярность службы во флоте метрополии снизилась до такого уровня, что пришлось на пять лет вводить обязательный призыв, для пополнения флота личным составом.
  Де Кольц - легендарный адмирал, не выигравший ни одной битвы, так распорядилась судьба, что при жизни его военный талант востребован не был, а может именно благодаря этому таланту, метрополия долго не решалась проводить активных военных действий против молодых миров, провозгласивших независимость. Только когда адмирала не стало, метрополия решилась на ведение боевых действий, считая, что сравнительно немногочисленный молодой флот непокорных миров не сможет оказать достойного сопротивления. Но это была серьезная ошибка. Поколение командиров воспитанное Де Кольцом продемонстрировало невиданную до этого выучку и стойкость, одержав победу занявшую достойное место в учебной программе академии.
   На второй площадке, на облицованных белым мрамором стенах, с надписями выполненными золотом были установлены небольшие голографии лучших выпускников академии. Здесь уже Ким знал не многих, лучшие выпускники могли и не прославиться в последствии, хорошая учеба вовсе не гарантировала выдающихся деяний в будущем, в высшие командные структуры проходили лишь пять процентов выпускников, остальные оседали в штабах и практически ничем не выделялись среди остального офицерского состава. Ким прекрасно осознавал, что и сам после окончания учебы может попасть в один из штабов содружества, а там уж не до романтики космических баталий, стратегия спешки не любит. Он прошел вдоль стены 'золотой книги', внимательно вглядываясь в лица лучших выпускников, и неожиданно остановился, с одной из голографий на Кима с задором смотрел сам адмирал Павод.
  
  ****
  
  - Господа офицеры. - Последовала команда, и в аудиторию зашел адмирал Келлер.
  Он сел в свое кресло взял в руки планшет и внимательно посмотрел на слушателей:
  - Садитесь господа. Я адмирал Келлер буду вести вашу группу по нескольким дисциплинам военной науки, это и методики оценки боеспособности флота, и искусство тактических операций, и история развития флота. В академии эти дисциплины являются самыми важными на сегодняшний день, поэтому относиться к ним надо соответственно. К вашему большому сожалению, - при этом Келлер посмотрел на слушателей как кот на сметану, - лично я являюсь представителем обленившейся части преподавательского состава, сам я редко читаю лекции, за меня это делают сами слушатели. Такую практику мне пришлось ввести уже лет пятнадцать назад, дабы приучить вас к творческой, самостоятельной работе. Все, безусловно, побывают в роли преподавателя, а в конце каждого занятия слушатели должны дать ему оценку, но берегитесь, хорошо оценивая преподавателя, вы автоматически снижаете свои оценки. Обычно первую лекцию провожу я сам, но сегодня у меня появилась возможность сделать исключение, среди нас находится один молодой человек, который уже имеет опыт преподавания по этим дисциплинам, он и станет у нас первым лектором. Надеюсь, Вы готовы, старший лейтенант Томов.
  Ким вскочил, предварительной договоренности с Келлероми не было, но это нисколько его не смутило, предмет был хорошо ему знаком:
  - Да, господин адмирал.
  - Тогда прошу. - И адмирал указал на кафедру.
  Ким поднялся, взял планшет, посмотрел тему, прикинул объем и плотность материала, потом обратился к адмиралу:
  - На какой темп рассчитать, два или три часа?
  - А с каким темпом велись занятия на Аффене?
  - В одно полуторачасовое занятие.
  - Вот давайте и попробуем уложиться в это время, надеюсь, наши слушатели не хуже, неопытных офицеров того мира, - при этих словах Келлер вопросительно взглянул в зал, желая убедиться в готовности слушателей воспринять материал.
  Ким кивнул, выдержал пятисекундную паузу, отделяя временной промежуток, и отложив в сторону планшет, принялся излагать учебный материал. Адмирал сначала скептически отнесся к идее впихнуть трехчасовой материал в полтора часа, но с первых слов Кима он понял, что такое действительно возможно. Нет, он не частил, стараясь донести как можно больше информации в ограниченное время, его речь была нетороплива, и говорил даже с некоторой ленцой, но по какой-то совершенно непонятной причине, ему удавалось сказать гораздо больше. Фразы были построены таким образом, что доносили самую суть, не распыляясь, в никчемных междометиях и в тоже время язык не был языком фактов, он был живым, объемным. Адмирал сам не заметил, как залюбовался изложением учебного материала в исполнении Кима:
  - Надо же, - думал он, - даже завидно. А ведь я столько лет стремился так же легко и доступно доносить материал, но так и не смог достичь подобного. А парень как будто с детства занимался этим. А какая память, он и в планшет заглядывает лишь для того, чтобы вывести наглядные схемы на демонстрационный экран. А ведь еще немного, и я стал бы тем идиотом, который из-за своих амбиций не пустил его в академию. Стыдно.
  А Ким продолжал, схемы менялись, он легко препарировал их, и даже пускал шутки по поводу ситуаций, которые могли произойти в тот или иной момент, проводя аналогии из обычной жизни, и от того бесчисленные схемы легко западали в память слушателя. Иногда он приводил высказывания какого-нибудь полководца, закрепляющее изложенный материал, и тут же опровергал их и от этого материал закреплялся в памяти еще прочнее. Но вот Ким добрался до последней схемы, и как в других случаях описав ее в двух - трех фразах, закончил:
  - Данный материал является вступительным и запоминается относительно легко, но в дальнейшем для закрепления потребуются обязательный самостоятельный анализ. На этом все.
  И Ким вопросительно взглянул на адмирала. Келлер посмотрел на часы, лекция длилась ровно полтора часа, он поднялся, и несколько раз хлопнул в ладоши, слушатели в аудитории тут же подхватили его инициативу, и дружно захлопали Киму. Потом адмирал поднял руку, призывая к тишине:
  - Сегодня старший лейтенант превосходно изложил нам учебный материал, поэтому я не вижу возможности выполнить свое обещание и заставить вас оценивать лектора, иначе потом мне придется выставить слишком много низких оценок, сейчас я все-таки опять сделаю исключение. Но не будем это превращать в правило. Спасибо господин лейтенант за великолепную лекцию, занимайте свое место...
  
  ****
  
  Учеба в академии для Кима была не в тягость, ему не приходилось зубрить как остальным слушателям, то, что давалось другим с большим боем и напряжением, для него проскальзывало вообще незаметно. В самом начале преподаватели не верили в его способности запоминать весь материал одним взглядом с фотографической точностью и постоянно обвиняли его в применении различных технических устройств. Но со временем они убедились в его способностях и стали сами иногда просить его почитать лекции, чтобы перенять опыт построения учебного процесса - реклама Келлера заинтриговала многих. А немного позже по настоятельной просьбе Теца, сотрудники одной из лабораторий при академии заинтересовались его программой анализа тактических операций. Поначалу в лаборатории отнеслись скептически к идеям Кима, но когда вникли в предложенную методику, отношение резко изменилось, и к слушателю академии отрядили специалиста:
  - Почему Вы применили в этом случае билиарную функцию, не проще ли применить матрицу весовых коэффициентов.
  Отвечать на такие вопросы было легко, ведь Ким довольно много времени затратил на всесторонний анализ программы:
  - Конечно, применение весовых коэффициентов позволит нам несколько повысить точность вычислений, но многократно увеличит время анализа, за счет составления матрицы, за это время динамическая составляющая изменит свое значение, и погрешность может оказаться даже большей.
  - Понятно именно по этой причине Вы видимо отказались и от разложения в ряды, применив нелинейное транспонирование.
  - Совершенно верно. А для повышения точности применяю поправочную функцию, составленную на основе вычислений Гаплинга по критичным значениям. Таким образом, это позволяет нам строить модель боя в реальном времени, и получать прогнозные оценки со временем достаточным для реакции противодействия.
  - А вы уже испытывали свою программу?
  Ким пожал плечами, этот вопрос он никак не ожидал услышать от этого человека, между теорией и практикой огромная пропасть:
  - Программа проходила тестирование, но для того чтобы оценить качество работы ее надо оснастить интерфейсом, а это уже мне никак не потянуть, здесь работа для целой группы.
  - Не скрою, Ваша идея мне очень понравилась, - продолжал специалист, - но пока я еще не готов дать заключения по ней. Надо еще кое-что проверить, но если все окажется в норме, я думаю, мы сумеем найти ресурсы для ее воплощения. Вы давно занимаетесь этой тематикой?
  - Около года.
  - С кем работали?
  - Ни с кем.
  - Так это полностью Ваш самостоятельный проект?
  - Да. Но знаком со всеми доступными проектами в этом направлении.
  - Так может Вам перейти в группу аналитики и прогноза? Все данные для этого у Вас есть.
  - Понимаете. Для меня сейчас это творчество, а после перехода это превратится в обязанность и убьет полет мысли, а у меня совершенно другие интересы, математика для меня только средство.
  - Но у Вас чувствуются глубокие познания в данной дисциплине. Наверное, раньше принимали участие в математических конкурсах.
  - Было дело. Даже предлагали Горджим.
  - Знаменитый университет. И все-таки подумайте, таким талантом не принято бросаться.
  - А чем принято? - вздохнул Ким - Всегда приходится чем-то поступаться, всегда приходится выбирать. Извините. У меня через семь минут лекция, мне надо идти.
  - Хорошо идите. О результатах я Вас оповещу.
  Да, учеба ему давалась очень легко, но радости это как-то совсем не приносило, огромной проблемой для него здесь стало нормальное человеческое общение. Как положено, по правилам, состав слушателей академии состоял в основном из офицеров среднего командного звена, имеющих за плечами немалый боевой опыт, то есть, все были значительно старше Кима, и хотя они достаточно доброжелательно относились к нему, но все же не настолько, чтобы свободно делиться своими горестями и радостями. Киму ничего не оставалось делать, как с еще большим рвением взяться за учебу, приводя в ужас преподавателей академии своими 'невинными' вопросами.
  
  ****
  
  В этот день в зале собрался весь преподавательский состав, каждые полгода они собирались для обсуждения проблем академии. Данное собрание было достаточно демократичным, на обсуждение разрешалось выносить любые вопросы, даже самые неудобные и без предварительного оповещения, однако хорошим тоном все-таки считалось предварительно записать их и выставить в сеть для того, чтобы все желающие могли подготовиться к обсуждению. Председателем на таком собрании, опять же по традиции, мог быть только один из действующих преподавателей, что соблюдалось всегда неукоснительно. Как-то само собой получалось, что подобной чести удостаивался самый старший по возрасту преподаватель, и на сегодняшний день им был адмирал Канион. На следующий год он планировал уйти на заслуженный отдых, но сейчас в результате единогласного решения занимал почетное место председателя:
  - Господа. Сегодняшнее наше заседание по традиции посвящается рассмотрению проблем академии в организации учебного процесса. У меня в списке внесено несколько вопросов, но есть один вопрос, о котором вы все не можете не знать. Суть этого вопроса состоит в том, что полгода назад в виде исключения приемная комиссия разрешила принять слушателем академии старшего лейтенанта Кима Томова. Как показали дальнейшие события, комиссия приняла абсолютно верное решение, старший лейтенант оказался не просто хорошим слушателем, он оказался лучшим в первом курсе за всю историю академии. Однако именно в этом и кроется теперь наша проблема. Его способность усваивать учебный материал с потрясающей скоростью привела к тому, что на сегодняшний день мы просто тормозим его обучение. Лично я считаю это совершенно недопустимым, но как решить эту проблему не знаю. Может, у кого есть предложения по этому поводу?
  В зале возникло легкое движение, один из преподавателей сразу предложил:
  - Дать ему разрешение, опять в виде исключения, перейти на следующий курс.
  Ему возразили:
  - Что-то слишком много исключений мы допускаем по отношению к Томову, при досрочном переходе на следующий курс ему придется догонять программу, он может не справиться.
  - Кто? Томов? Это мы можем не справиться, а он по некоторым вопросам уже может сдавать выпускные экзамены. Спросите адмирала Келлера, они с Томовым уже заканчивают разработку новой программы обучения за третий курс.
  - Правильно. Адмирал его принял пусть и отвечает. - Пошутил кто-то из зала.
  Раздался сдержанный смех.
  - А я готов ответить. - Встрепенулся Келлер - Со всей ответственностью заявляю, что ни на первом, ни на втором курсе Томову делать нечего. Однако, учитывая, что учебный процесс разорвать нельзя, предлагаю перевести его слушателем на второй курс, к его окончанию он вполне успеет освоить весь материал. А для того чтобы убедить скептиков соберем их в комиссию, и пусть сами экзаменуют Томова.
  - Предложение дельное. - Заявил председатель - Есть другое мнение?
  - А может нам все же не торопиться?
  - Можем и не торопиться. Но в свое время против принятия Томова в академию активно выступал адмирал Келлер, и поэтому именно ему было поручено принятие окончательного решения, что потом произошло, вы все хорошо знаете. Давайте и сейчас поступим так же. Господин майор Вам предоставляется уникальная возможность 'завалить' Томова, если не получится по программе первого курса, то по программе первой половины второго.
  - Разрешите отказаться господин адмирал. К моему большому сожалению... или к радости, - при этих словах майор сделал вид что смутился, чем вызвал снисходительную улыбку окружающих, - должен сообщить, что я не сомневаюсь в способностях старшего лейтенанта. Его знания больше чем соответствуют нашим требованиям, вопрос не в теоретических, а в практических занятиях, как бы человек не был силен в теории, в вопросах практики главное временная составляющая. А второй курс значительно насыщен практическими занятиями, именно это я и имел ввиду.
  За Кима снова вступился Келлер:
  - Насчет практики, возможно, вы и правы. Только, вот ведь какая закавыка. На сегодняшний день нашей аналитической группой принято решение о создании новой мощной программы анализа тактических операций, которая будет проводить анализ в реальном времени боя. Создание такой программы может сильно изменить управление боем, даже трудно делать прогнозы в таких изменениях, а решение этой проблемы предложил именно Томов. А теперь скажите мне, может ли, кто-нибудь сделать такое предложение, не освоив полностью всех премудростей боевых действий? Я считаю, что если у кого есть сомнения, то надо обязательно познакомиться с Томовым и особенно с его способностью практически мгновенно находить решения в казалось бы в безнадежных ситуациях. Однако меня беспокоит совершенно другое, конечно, на сегодня Томов вполне адекватно реагирует на все наши решения, разбираясь в проблемах ничуть не хуже нас, у него нет амбиций, его просто невозможно обидеть, это в нем привлекает, но и огорчает. Он не стремится к цели, все, что он делает, делает исключительно из собственного интереса, он как вода, стоит перекрыть ей одно направление, как она тут же найдет совершенно другое. Но если соорудить большую запруду, вода остановится в движении, зарастет и покроется тиной, давайте все-таки не будем теми бобрами, которые ради своего спокойствия готовы погубить любой ручеек и превратить его в болото.
  - Благодарю адмирала Келлера за живой пример из животного мира - Пошутил председатель - Однако перейдем к практическому решению. Майор, насколько я понял, вы отказываетесь самостоятельно принимать решение по Томову? В таком случае назначаю тайное голосование по предложению о досрочном переводе Томова слушателем второго курса. В случае если двадцать процентов голосующих выскажется отрицательно, то решение принято не будет.
  Все сидящие в зале потянулись за своими планшетами. Спустя две минуты председатель взглянул на результаты, и его брови поползли вверх:
  - Господа, рад сообщить, что голосование закончено, решение принято положительное, однако не могу не озвучить результатов, против не подано ни одного голоса. Господин майор, а как же Ваши возражения?
  Майор приподнялся и, разведя руками, произнес:
  - Сегодня адмирал Келлер выглядел столь убедительным ...
  Зал взорвался хохотом.
  
  ****
  
  Асамблея была назначена и главы великих семей стали прибывать на Озилис, обычно она длилась около двенадцати оборотов планеты, но нынешнее положение дел обещало долгое разбирательство в делах клана, и поэтому никто не мог сказать, как долго все это будет происходить. Первый сбор проводился лишь для того, чтобы ознакомить все великие семьи с теми проблемами, которые нужно было обсудить. На последующих сборах происходили долгие прения, на которых проблемы обсуждались и уже потом, когда становилось известно мнение всех великих семей клана, происходил великий сбор, на котором принимались окончательные решения. Горфон заранее расписал время встреч с главами великих семей, с одной стороны он был не обязан наносить визиты почтения, все знали о его огромной занятости, но с другой просто необходимо было такие визиты нанести. Горфон считал себя мудрым воином, он никогда не принимал чьей-либо стороны и никогда не просил поддержки ни у одной семьи клана, все вопросы которые он обсуждал, никогда не носили семейный характер. Такая политика позволяла ему отрешиться от между семейной борьбы и стоять на защите интересов клана, но не факт, что на этот раз ему удастся обойтись без поддержки. Первый свой визит Горфон посвятил Сарафону, эта семья была не столь влиятельна до настоящего времени, но ее мощь стремительно нарастала, и Горфон подсчитал, что уже после этой ассамблеи они поднимутся в иерархии клана, и выйдут на первые роли.
  - Приветствую тебя опекающий семейный дом, пусть вечно процветают твои потомки. - Горфон низко склонил голову.
  - И мы приносим свое почтение великому воину, защитнику нашего будущего. - Сарафон также склонил голову и слегка завел лапы назад, выражая свое почтение. - Наша семья польщена, что такой великий воин оказал нам большую честь.
  При этих словах глава семьи четко обозначил, насколько он польщен таким вниманием, но Горфон имел большой жизненный опыт и от него не укрылись нотки озабоченности. Эту семью редко баловали своим вниманием великие воины, а когда к ним обращались, то это почти всегда заканчивалось большими проблемами.
  - Не тревожься досточтимый Сарафон, я не буду тебя обременять просьбами, я пришел к тебе за советом, у меня настали трудные времена, а я не умудрен в семейных делах.
  - Дела настолько плохи, что великий воин готов выслушать совет семьи, которая даже не удостоилась чести предстать в первом круге?
  Горфон задумался, Сарафон оказался не так прост, как ему казалось раньше. Видимо то, что его раньше не принимали всерьез, позволило ему нарастить резервы и претендовать на более высокое положение. Ну что ж, может это и к лучшему, проще будет согласовать свои позиции, однако немного тонкой лести не повредит:
  - Не надо принижать свои достоинства Сарафон, я знаю, к кому пришел. Твоя семья вполне достойна первого круга, и думаю, на ассамблее ты займешь достойное место.
  Но глава семьи легко разгадал его демарш:
  - Давно ли великий воин опустился до лести, я действительно уважаю тебя Горфон, мне нравится, что ты не принадлежишь ни одной семье и нам нужно, чтобы ты оставался таким же независимым. Но видимо проблемы, ради которых мы здесь собрались, слишком серьезны, если ты пришел ко мне за советом.
  - Проблемы действительно серьезные, тяжело вздохнул воин, - и потребуют от клана значительных сил. Возможно, настолько больших, чтобы это может серьезно отразится на состоянии семей.
  - Если великий сможет поделиться со мной сейчас своей печалью, то возможно мне будет легче дать ему совет.
  Горфон слегка мотнул загривком, что выражало знак согласия, и поведал о событиях. Когда он закончил Сарафон надолго задумался, он жестом пригласил воина отведать палтоки - традиционного блюда приветствия, и снова погрузился в раздумья.
  - Не буду от тебя скрывать Горфон, ты сделал великое дело для Корвиа, но ты подвел свой клан, и это меня тревожит. На прошлой ассамблее твое положение было прочным, но сейчас у семьи Алзай есть свой великий воин, ты знаешь его, и они захотят, чтобы он занял твое место. И они обязательно используют это в своих интересах, есть и еще четыре семьи, которые будут тоже не против твоего устранения. Если ты боишься, что великий воин семьи Алзай может не справиться, то мне нечем тебя успокоить, вероятность решения в его пользу очень велика.
  - Если ты говорил об Олголое, то я действительно боюсь, что он не справится. Он молод, поэтому станет искать славы, а крахты сегодня сильны как никогда, мы не можем, позволить себе, проводить бои одним флотом, а Олголой непременно начнет наступление и погубит флот.
  Глава семьи, мотнул головой в знак согласия:
  - Я понимаю твою тревогу, но мы не воины и не можем знать, что будет делать воин ради Корвиа, не требуй от нас того, чего мы не можем понять. Я сказал тебе, что может произойти и по всей вероятности произойдет, прими это сердцем и найди успокоение в мудрости клана. Если ты попробуешь договориться с другими семьями, я не буду против этого, но считаю, что ради своей славы они не прислушаются к твоим советам, но что касается моей семьи, ты всегда можешь надеяться на нашу поддержку.
  - Благодарю тебя Сарафон, мудрость твоя действительно не знает границ, и я рад, что не ошибся в тебе. В любом случае я служу великому клану великой Корвиа и каково бы не было решение, свой опыт и знания я отдам без остатка.
  
  Первый сбор открылся торжественно, главы великих семей оказали честь старейшему провести сбор. После процедуры представления семей в круг воззвали Горфона. Гофрфон не стал приукрашивать положение флота клана и не стал отрицать своей вины, в передачи воинов дружественных кланов бездарному полководцу, единственно, что он привел в свое оправдание это то, что до этого момента Кабирай считался одним из самых удачливых великих воинов, а интересы великой Корвиа требовали принятия именно такого решения. Теперь семьи должны были понести дополнительные траты для восстановления военной мощи клана. После отчета Горфона внешне ничего не изменилось, задавались только уточняющие вопросы, но по едва заметному возбуждению было ясно, что новость стала значимой, и главы семей стремились поскорее решить второстепенные вопросы, что бы после сбора приступить к изучению полученной информации.
  Последующие сборы полностью подтвердили предположение Сарафона, несколько семей обвинили Горфона в недальновидности и предложили на его место кандидатуру Олголоя. Положение командарма могло быть еще хуже, но как он и предполагал, в первый круг была введена новая великая семья Сарафона, а тот выполнил свое обещание и достаточно аргументировано поддержал Горфона. К последнему великому сбору ассамблеи клана вопрос окончательного решения оставался неясен, и мнение могло склониться в любую сторону. Первый круг высказал свое мнение относительно смены полководца, и решение принято не было, теперь дальнейшую судьбу клана должны были решать семьи второго круга. Но Горфон не стал выносить вопрос на второй круг, хотя его шансы в этом случае были более предпочтительны, и принял непростое для себя решение готовиться к уходу в почетный контон:
  - Видимо пришло мое время - Сказал он на сборе - Пусть более молодые великие воины понесут честь и славу нашего великого клана, а я хочу пройти свой последний почетный путь воина.
  Его добровольный отказ оказался полной неожиданностью для многих семей, в том числе и для тех, кто стремился поставить на его место Олголоя, все-таки полководческий талант Горфона позволял долгое время процветать клану, но теперь во главе флота становился новый полководец, а это вселяло большую тревогу.
  С согласия старейшего в круг вошел Сарафон:
  - Сегодня наш великий воин решил уйти из клана в последний путь, и он действительно достоин этого. Он много сделал для великих семей, он много сделал для великой Корвиа, вряд ли могут найтись воины, которые могут сказать, что сделали больше. Но может ли клан отпустить Горфона? - Сарафон сделал небольшую паузу, обводя взглядом круг - Я долго думал об этом и понял, что для блага клана нам нужно просить великого воина пока не покидать нас. Последние годы наш клан потерял многих воинов, молодые воины пришли им на смену они тоже имеют отвагу в сердце, но не имеют опыта, вот и сейчас мы вынуждены снова призывать молодых воинов, но они будут неопытны и не будет времени этот опыт получить. Горфон имеет этот опыт, он умеет хорошо сражаться, и молодым воинам есть чему поучиться у него. Крахты хитры, изворотливы, они никогда не стремятся принять открытый прямой бой, и тут нам недостаточно просто быть отважным, как это ни больно будет признать, пора бить крахтов их же хитростью.
  Сбор зашумел, высказанная мысль была ненова, но ее никогда не высказывали в слух, считая проявлением слабости. Но вот все-таки нашелся такой глава великой семьи, который не побоялся признаться в своей слабости, и признал проявление хитрости одной из сторон доблести. Тогда в круг вошел глава другой семьи:
  - Могли ли мы подумать, что когда-нибудь услышим такое? За многие века существования нашего великого клана никто даже не смел допустить в мысли, что воины станут вести себя подобно циелям. Тем и сильны воины, что несут достоинство чести, тем и сильны, что всегда выполняют свой долг. Да, крахты хитры, но мы не должны становиться такими же, стойкость и доблесть позволит нам выстоять в борьбе с ними и воспитать настоящих воинов. Пусть лучше Олголой поведает нам, как нужно защищать честь клана.
  Желание прозвучало, и никто не возразил, поэтому старейший кивнул Олголою. Олголой медленно вышел в круг, он не был готов к обсуждению этого вопроса. С одной стороны если бы флот полностью выполнял условия чести, то от него на сегодня не осталось бы и следа, с другой его воспитание не позволяло отказаться от того, чему он поклонялся всю свою жизнь.
   - Все знают меня, я всегда старался превозносить честь клана и честь моей великой семьи. - Начал он. - И все знают, что означает честь для воина, но иногда в интересах великой Корвиа приходится поступать не так, как велят законы чести. Однако это не должно быть всегда, мы не должны становиться циелями, для которых нет чести и нет достоинства. Теперь пусть Горфон поведает нам о своих мыслях.
  Горфон принял вызов и тоже вышел в круг:
  - У меня нет сомнения в доблести Олголоя, но должен напомнить, что ни у кого не было сомнения и в доблести Кабирая, однако Кабирая нет с нами, как нет и воинов, которые не раз прославляли наш великий клан, крахты отправили их в вечность хитростью. Мы привыкли относиться к крахтам как к циелям, но это не так. Крахты всегда стараются нас обмануть, и избегают боя, когда мы имеем преимущество, но они отважны и если они хотят чего-то достигнуть, то не уступают в доблести нашим воинам. Я не призываю полностью перенимать хитрость крахтов, но знать их мы должны, чтобы не повторилась история с Кабираем.
  Итог подвел старейший:
  - Мы внимательно слушали глав великих семей, доблестного Олголоя, мудрого Горфона, но решение принято Горфоном, и пока нет основания, пересматривать его. И все-таки, Горфон важен для нас, для нашего будущего. От себя, старейшего клана, я просил бы его пока не уходить в почетный контон, а принять участие в обучении молодых воинов. Если есть семья, изменившая свое мнение, она в последний раз может донести до всех о своем решении.
  Ответом было молчание. На этом великий сбор был закончен и все решения обратились в обязательства.
  
  ****
  
  Советник шел с заседания в подавленном настроении, он был настолько погружен в свои переживания, что даже не обращал внимания на встречавшихся ему на пути знакомых сотрудников. Еще бы: - группировка адмирала Теца внесла на рассмотрение финансовый проект, в котором рекомендовалось закрытие части проектов, которые советник курировал лично. Если на самом деле эти проекты будут так или иначе закрыты, то на его карьере можно будет поставить жирный крест, необходимо было срочно предпринимать какие-нибудь меры. Только вот какие? И главное, он сейчас никак не мог рассчитывать на помощь службы безопасности, кредит доверия ему был исчерпан, и если раньше он вполне мог изображать независимого политика, то теперь ему придется идти с поклоном и становиться в полную зависимость. А что значит стать полностью зависимым от СБ? Это стать безвольной марионеткой в их руках, разменной монетой, которую сбудут в любой момент, как только в этом возникнет необходимость. Лучше уж тогда действительно уйти в отставку. У него даже перехватило дыхание от последствий такого решения, и советник невольно замедлил шаг. Нет, надо бороться. Надо попытаться снова использовать все связи и если не удастся отстоять финансирование своих проектов, нужно срочно заняться подготовкой новой перспективы.
  Как рассуждал советник, для начала следовало немного ослабить группировку Теца, сделать это было очень сложно, но возможно и для этого необходимо было поступиться частью своей команды. Выбить несколько значимых фигур из окружения адмирала можно было только перемещением их на более высокие посты и желательно подальше от центра. Пока еще такой возможностью советник обладал, следующим логичным шагом было не допустить прихода в команду Теца других значимых фигур, и желательно было бы еще сформировать ему некоторую оппозицию в штабе и тем самым отвлечь часть его сил на внутреннюю борьбу. Но это только начало, далее следовало каким-то образом подобрать хороший значимый инцидент и соответствующим образом обыграть его, чтобы всем стало ясно, к чему может привести закрытие курируемых им проектов. А вот здесь уже невозможно обойтись без помощи некоторых представителей службы безопасности и, следовательно, теперь надо их суметь заинтересовать, тем более что кое-что можно было предложить.
  Настроение стало выходить из крутого пике, появились проблески надежды, а это подтолкнуло к немедленным действиям. Советник взялся за свое расписание, необходимо было срочно его перекроить таким образом, чтобы встретиться с нужными людьми.
  
  - Добрый день, господин советник. Приятная неожиданность увидеть Вас здесь. Почему-то меня не предупредили о вашем присутствии, надо будет устроить своему секретарю приличную головомойку.
  Перед советником стоял полковник Теллем - глава службы безопасности восьмого сектора. То, что для полковника эта встреча являлась приятной неожиданностью - ложь, приятной эта встреча никак не могла быть, и уж тем более неожиданной. Советник прекрасно осознавал, что о каждом его шаге полковнику доносили немедленно, но необходимый эффект был достигнут и глава службы правильно понял смысл изменения расписания советника.
  - А день действительно добрый, - расплылся в улыбке советник, - мне тоже очень приятно увидеть Вас, тем более, что и о Вашем нахождении здесь я тоже не был предупрежден заранее.
  - У нас не принято заранее афишировать о своем присутствии на подобных мероприятиях, - с притворным огорчением произнес полковник, - но, тем не менее, думаю, будет большой ошибкой не воспользоваться таким случаем. Как вы считаете?
  - Безусловно, господин полковник, нам будет очень полезно обсудить некоторые вопросы.
  - Вот и прекрасно. У меня здесь есть одно местечко на примете, можем пока расположиться там. Прошу. - Легким движением руки полковник обозначил направление.
  Советник незаметно перевел дух, пока все шло по плану, безусловно, в службе прекрасно были осведомлены о его проблемах, но видимо своими действиями он сумел в достаточной степени заинтриговать их, и это давало уверенность в положительном решении его проблем в дальнейшем.
  - На днях мне сообщили, что по некоторым курируемым Вами проектам возникли серьезные затруднения, - начал полковник, когда они расположились в уютном кабинете, - для нас это тоже явилось неприятным сюрпризом. Наша служба была в некоторой степени заинтересована в результатах. Неужели нельзя каким-то образом повлиять на развитие ситуации в необходимом нам направлении?
  - Ах, вы об этом. - Советник слегка улыбнулся, и потянулся к столику с напитками, - не скрою, мне действительно жаль, ЕСЛИ будет принято отрицательное решение по финансированию моих проектов. Но, думаю, достаточно внимательно присмотреться, каким образом развиваются события, и можно увидеть, что это только маленькая часть проблемы. На самом деле нетрудно спрогнозировать к чему это все приведет в дальнейшем.
  - Вот как? - приподнял бровь полковник, - Вы хотите сказать, что это может как-то в будущем задеть наши интересы?
  - Господин полковник, - советник посмотрел на него укоризненно, - у вашей службы уже определенные проблемы с финансированием, и если группа Теца продолжит свою работу в том же направлении, то мои сегодняшние затруднения покажутся лишь мимолетным недоразумением.
  Полковник откинулся на спинку кресла и задумчиво пригубил напиток из бокала:
  - Согласен. Вы правы. С группой Теца у нас действительно назревают большие проблемы. Но его влияние растет, и тут мы ничего не можем поделать. Все наши попытки хоть как-то нейтрализовать его инициативы не имеют успеха. Он непрерывно нападает, мы просто не сможем долго держать оборону.
  - Вот именно, Вы уловили самую суть, мы все время находимся в обороне, а тот, кто обороняется, изначально ставит себя в невыгодное положение. Пора бы несколько изменить тактику наших взаимоотношений с Тецом.
  Полковник напрягся и наклонился чуть ближе к советнику:
  - Возможно, у Вас есть совершенно определенные планы, на сей счет, которые не будут противоречить росту военной мощи содружества?
  Советник сразу изобразил легкую обиду такими некорректными с его точки зрения допущениями:
  - Я никогда бы не стал предлагать таких планов, которые хоть в малейшей степени могли бы нанести вред содружеству, возможно, претворение в жизнь таких планов наоборот поспособствует укреплению мощи нашего флота.
  - В таком случае я хотел бы услышать Ваши предложения.
  
  На следующий день от плохого настроения у советника не осталось и следа, встреча с главой службы безопасности вселила в него уверенность в удачном осуществлении предстоящей комбинации. Зайдя к себе в кабинет, он сразу вызвал своего помощника, надо было приступать к практической реализации своих планов.
  Помощник как всегда оказался на высоте, он сходу вник в суть предложений советника и мгновенно выдал несколько вариантов многоходовых перемещений, которые могли более эффективно решить проблемы, а под конец обсуждения дополнил:
  - Господин советник, я бы хотел обратить Ваше внимание на один момент, который, по моему мнению, нуждается в решении.
  - Да? - Насторожился советник.
  - Через месяц ожидается очередной выпуск слушателей академии. Может, Вы помните мою докладную записку по поводу одного молодого человека, который как раз и будет в этом выпуске?
  - Да, я помню. Томов, кажется его фамилия.
  - Вы правы.
  - И что?
  - Дело в том, что по всей вероятности Томов станет лучшим выпускником академии за всю историю ее существования, - попытался помощник намекнуть советнику, на существование проблемы. - Но самое интересное, что Томова приняли по рекомендации адмирала Теца.
  - Это не может повредить нам.
  - Поверьте, может, - при этом помощник слегка виновато улыбнулся, как будто непонятливость шефа была целиком его виной. - Пока преподавательский состав академии находится в неявной оппозиции к Тецу, считая его практиком и бОльшая часть преподавателей настороженно относится к инициативам Теца, не понимая его действий. Но в настоящее время адмирал подал заявку на Томова и усиленно продвигает ее по инстанциям, если его заявка будет удовлетворена, то, возможно, это станет неким связующим звеном между группой Теца и преподавательским составом академии. А в таком случае сами понимаете ...
  - Даже так?
  Советник задумался, перспектива налаживания отношений между группой Теца и академией не очень радовала его, но и особой тревоги не вызывала:
  - А что, этот Томов настолько хорош?
  - Смею предположить, что в его лице Тец может в будущем получить весьма перспективного члена своей команды, через которого может привлечь на свою сторону дополнительные силы.
  - Значит надо нам заранее увести его из-под влияния Теца, отправив куда подальше. Кто у нас есть на примете?
  - Большим весом в настоящее время обладает адмирал Шеллок, если он подаст заявку на слушателя академии, то велика вероятность, что выбор падет именно на Томова. А в будущем, возможно, он останется в нашей команде, не стоит разбрасываться такими кадрами.
  - Шеллок? Но он откровенный фигляр. Стоит ли ему поручать такое дело? Я уже в свое время имел опыт общения с ним, и могу прямо сказать, мне это не доставило особого удовольствия.
  Помощник немного поморщился:
  - Если Томов не попадет к Шеллоку, то можно с полной уверенностью сказать, что он окажется в команде Теца, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
  Советник, как и любой другой руководитель, всегда стремился показать самостоятельность в решениях, но пока в рассуждениях помощника он не мог найти малейших изъянов, и как ни прискорбно было это признать, он был прав:
  - Хорошо свяжитесь с Шеллоком и организуйте заявку на Томова.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"