Паршина Любовь: другие произведения.

Сломанный крест 1. Объект - общие сведения

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Возможно, прошлое ближе и живее, чем мы думаем? У подполковника ФСБ Андрея Кречетова нет времени на долгую скорбь по погибшему сыну. Он получает от начальства крайне необычное задание и его ждет встреча с гостем с того света...


Любовь {Leo} Паршина

Сломанный крест

      -- 1. Объект: общие сведения.
  
   Время как будто замерло. Даже погода в эти дни стояла одна и та же.
   Он неизменно вставал в одно и то же время, шел на кухню. Жена молча подавала завтрак и уходила в их спальню, где сейчас спала одна. После завтрака он не шел на службу, а запирался у себя в кабинете и принимался червем копаться в бумагах. Со службы пока не звонили.
   Три дня спустя ему уже казалось, что прошел месяц. Три дня спустя они с женой решились пойти прогуляться: просто вышли, просто прошлись по двору. Если не считать каких-то бытовых моментов (вопросов вроде "ужинать будешь?" и ответов "да" или "нет"), за последние дни они не сказали друг другу ни слова.
   Три дня прошло после похорон, уже начала испаряться водка в рюмке перед фотографией сына.
   Один раз позвонила дочь - пока не спешила уезжать обратно в Петербург - спросила, не нужно ли чего. Невестка не звонила.
   И вот, три дня спустя, сидя с женой на лавочке во дворе дома, он вдруг вспомнил, что им обоим по сорок восемь. И отчего-то подумалось, что они оба - одинокие старики. Да, они есть друг у друга, у них взрослая дочь, но именно рождение сына - тогда, когда обоим было по восемнадцать - превратило их в отца и мать, превратило их в семью. Теперь приходилось заново вспоминать, кто они и зачем живут.
   Ему было легче, чем ей - у него была служба.
   И служба напомнила о себе на исходе третьего дня - безвременье оборвалось с телефонным звонком, и новый отсчет времени пошел с наступившей за тихим вечером ночи.
  
   ***
   Генерал ФСБ Кротов приходил в себя после тяжелого инсульта. Его выписали домой под присмотр сиделки, круглосуточные услуги которой оплачивало государство. Семьи или родственников, которые могли бы заботиться о нем, у Кротова не было. Он жил совершенно один в четырех комнатах со множеством книг, множеством дорогих, антикварных вещей - со множеством тайн своей долгой, непростой жизни.
   Генерал теперь совсем не ходил и едва мог говорить, ворочая одной половиной рта.
   Поскольку доктора не прогнозировали улучшения, он вызвал к себе подполковника Кречетова. Тот явился меньше чем через полчаса и к инвалидному креслу больного подошел без тени скрытой тревоги, неловкости или жалости к старому генералу.
   Просто два сослуживца встретились по делу, не важно, что один из них инвалид, а другой недавно потерял сына. Кречетов прекрасно владел собой.
   "Беда не приходит одна, - думал Кротов, глядя подполковнику в глаза. - Как же не вовремя все случается!.. Он слишком хороший человек. Честный, порядочный. Зря я выбрал его. Но теперь уже поздно что-либо менять..."
   - У меня и у высшего руководства к вам очень серьезное поручение, Кречетов, - говорил генерал мучительно медленно. - Вы имеете право отказаться, но тогда... - он перевел дыхание, - тогда крайне важный проект будет заморожен на длительное время. Или ликвидирован...
   - Я готов, - спокойно ответил Кречетов. Ответил без боязни, без раздумий, без патетики. Действительно готов служить, несмотря ни на что? Или ему теперь просто все равно?..
   Генерал вздохнул и повел скрюченной рукой (махнуть не получилось).
   - Выслушайте. Пути назад не будет. Вел проект я. Знают о нем очень-очень немногие. А полной информацией владеем только я и президент. Если вы согласитесь, то впервые в истории России о нем будут знать не двое, а трое живущих. Я уже не в состоянии... Но если вам понадобится совет при работе с... - генерал вновь умолк, тяжело, прерывисто дыша. - Проект давний и очень сложный. Надо постоянно курировать "объект". Объект тяжелый, я с ним подорвал здоровье... Откройте сейф. Там, за картиной, между окнами.
   Кречетов подошел к репродукции простенького натюрморта, снял ее с крючка и набрал названный генералом шифр. Сейф оказался маленьким, но с толстыми стенками и даже собственным, внутренним освещением в виде двух светодиодных лампочек.
   В сейфе лежала большая, толстая папка, запечатанная тремя сургучными печатями.
   - Этот архив не был оцифрован, - прохрипел Кротов. - Единственные копии хранятся у президента.
   - Что это за проект, о котором знают лишь двое? - спросил Кречетов, касаясь кончиками пальцев гладкого сургуча и шероховатой, теплой бумаги.
   Лицо парализованного перекосилось и не сразу стало понятно, что он усмехается.
   - Этот проект... сам знает о себе.
   - Хотелось бы располагать более полной информацией.
   - Этот объект... Это... самостоятельное существо. Очень необычный агент. Большего вы узнать не можете, пока не распечатаете пакет. Если сделаете это, в отставку уйдете только ногами вперед. Или как я... Вот вам и полная информация. - Генерал помолчал. - Жаль взваливать это на вас, но другого найти не успеем. Нет времени для проверок. Нельзя надолго оставлять объект без наблюдения...
   Андрей Павлович Кречетов размышлял недолго. У него была служба. Об отставке он не мог и думать - о пустых, страшных часах и днях с остановившимся временем.
   - Я готов, товарищ генерал.
   - Ну, с Богом, - пробормотал, наконец Кротов. - В папке три раздела. Возьмете первый, выучите наизусть, затем возьмете второй, затем третий. Вы должны изучить объект так, чтобы больше не возвращаться к бумагам. Потом вновь запечатаете пакет.
   - Вас понял.
   - И еще... Загляните в верхний ящик моего стола.
   Кречетов выдвинул ящик письменного стола. В глубине на ровном, светлом дереве лежал ежедневник в обложке из темной кожи, а на нем - нижняя половинка старинного креста. Крест был простой, медный, позеленевший от времени даже на сломе - видно, очень давнишнем.
   - Возьмите крест, - проговорил генерал, немного хрипя. Старик устал. - Вторая часть у объекта.
   - Как мне его найти?
   - Он сам вас найдет. Скоро. Я сообщу ему о вас. И - последнее... - Кротов сделал паузу, отдышался. - Он - тварь! Мерзость. Не подпускайте его к себе и к своей семье. Он - объект, который можно и нужно эффективно использовать. Не подпускайте...
   Генерал резко умолк - последнее предостережение отняло у него последние силы. Собрав волю в кулак, он пробормотал:
   - Можете быть свободны.
  
   ***
   Часто решения, принятые нами в экстремальных или просто непривычных обстоятельствах, потом удивляют нас самих. Как я мог согласиться? Почему я вдруг не отказал?
   Сидя в такси, Андрей Кречетов вдруг почувствовал, что возвращается в привычную жизнь - возвращается из безвременья, из квартиры больного генерала, с пакетом таинственных документов в чужом портфеле, с чужим сломанным крестом, который до сих пор сжимал в руке.
   Была четверть двенадцатого. Марина, жена, встретила его на пороге. Конечно, его не в первый раз вызывали на ночь глядя, но ей так хотелось представить, будто хоть что-то в простой жизни еще тревожит ее...
   - Ну как там? Что случилось?
   - Кротов...
   - Что он опять?!.
   - Лежит с инсультом.
   - Ой, прости Господи!
   - Передал мне кое-какие дела, бедняга.
   Марина закивала, помогла снять куртку. Да, сейчас Кротов бедняга. А раньше, бывало, его в этом доме называли иначе. Правда, редко и сгоряча.
   Пока жена разогревала поздний ужин, Андрей Павлович удалился в свой кабинете и положил половинку креста в свет настольной лампы. Отверстие для шнурка было пробито не ровно посередине, а чуть сбоку, в углу широкой медной полоски. Хотя трудно было представить, что кто-то решил повесить себе на шею чужой сломанный крест - скорее всего, его носили на запястье или вовсе убирали на тайную полку после встречи с "объектом".
   - Во что я ввязался? - спросил подполковник у крестика, осторожно трогая его пальцем. Крест был еще теплый, пропитанный живым теплом его ладони. - Осталось только связаться с твоим объектом... Что ж, будем зубрить бумаги и ждать его появления.
  
   ***
   До рассвета просидел Кречетов над папкой из портфеля генерала. Он то отбрасывал вскрытый раздел в сторону, то с трудом сдерживался, чтобы не распечатать следующие, вопреки рекомендациям Кротова.
   "Старик помешался на старости лет! - в сердцах думал он, перелистывая страницы. - Такого просто не бывает..."
   Но чем дальше он читал, тем яснее сознавал реальность всех этих скользких предостережений и оговорок старого генерала, оценивать вероятность того, что напечатано и написано от руки на листах из папки. Листы были явно из разного времени - старые, пожелтевшие, годов шестидесятых, и недавние, на хорошей бумаге и с минимумом информации. Были, правда, и другие "новые" - перепечатанные снимки совсем старых бумаг и документов - таких в первом разделе попалось листа три или четыре, а один среди них был вообще с дореволюционной грамматикой.
   Вздохнув, Кречетов вернулся к началу. Первый раздел имел заголовок: "Общие сведения о физических свойствах и возможностях объекта".
   "Это все теория, подготовительный этап для создания проекта? Или непосредственная практика?.. Но тогда я совсем ничего не понимаю. Что же, от идеи генетически совершенного сверхчеловека перешли к экспериментам? Бред!". Кречетов чувствовал себя растерянным, озадаченным и от этого - весьма раздраженным.
   "Объект сам вас найдет"... Даже после беглого ознакомления с материалом папки как-то не хотелось, чтобы объект "находил его сам".
   И только утром, с первыми лучами рассвета, Андрея Кречетова будто озарило: да ведь это же проверка! Правда, подобных проверок не случалось за все годы службы, но это может быть единственным разумным объяснением странного поручения генерала. Да еще в такой момент... Возможно, руководство хочет убедиться в его адекватности, в способности к несению дальнейшей службы?
   Облегченно вздохнув, подполковник убрал листы первого раздела в папку и сунул в портфель. Разумеется, ничего учить не нужно. Но просмотреть все же стоит - там может содержаться ключ к тому, как лучше пройти тест руководства. Затейники!
   - Конечно, проверка. Сдавать стал, раз сразу не догадался.
   Но крест он решил держать при себе, вдруг понадобится...
   Пока он оставил крест на письменном столе, в лучах уже рассвета, а не лампы, а сам пошел вздремнуть оставшуюся пару часов перед службой.
  
   ***
   Два дня спустя, под вечер, наконец, приехала невестка с внуками. Старшего, шестилетнего Артема, Андрей Павлович в последний раз видел полгода назад, когда сын был еще жив.
   Трехмесячная Ульяна была на руках у матери в день похорон, замершая, как восковая кукла, не проронив ни звука, будто чувствовала общее горе.
   - Лида позвонила, и я велела ей обязательно приехать вместе с детьми, - говорила Марина, ставя на стол тарелку и прибор для мужа.
   Андрей Павлович кивнул. Конечно, все правильно.
   Он оглянулся через плечо на Артема, сидящего в гостиной у телевизора. С дедом мальчуган поздоровался быстро, испуганно и сразу прилип к телевизору, где шел какой-то мультфильм. "Надо будет с ним поговорить, - решил Кречетов. - Только как, о чем?"
   А пока говорили с Лидой о всяких бытовых мелочах - как-то механически, неестественно. Она то и дело возвращалась к теме уборки - к вещам мужа, к его коллекции кассет Талькова, которого он обожал, и которого она сама никогда не любила, но теперь не смела выбросить. Лиду словно зациклило на быту. Так, наверное, мозг спасался от ноши непосильных чувств и переживаний.
   Андрею Павловичу было жаль невестку - она выглядела ужасно и была совершенно растерянной. Еще бы - вот так, вдруг, остаться одной, с двумя детьми... У нее, конечно, есть работа, помогут и родители, и они с Мариной, но весь страх в том, что она осталась одна, а Артем остался без папы. От них всех - ото всех! - откололся кусок .
   Наконец, оставив женщин за столом, Андрей Павлович перебрался к внуку на диван. Тот даже не взглянул в его сторону, только весь напрягся, как струнка.
   - Что смотришь? - спросил Андрей Павлович, не рискуя пока погладить мальчика по голове.
   - Мультик, - пробормотал тот. Подумав, добавил: - Аладдина...
   - Как в школе дела?
   Снова мучительно долгая пауза.
   - Я в школу не хожу.
   - С каких это пор?
   Уже не пауза - молчание. С тех самых...
   Чуть позже, когда Лида собралась уходить, а с внуком напоследок говорила Марина, Андрей Павлович решил высказать невестке свои соображения по этому поводу. Заговорил напрямую:
   - Когда Артем пойдет в школу?
   Лида от вопроса смутилась - отвела взор, поджала губы.
   - Да, понимаю, что уже надо... Просто я отчего-то боялась его отпускать. И хотелось, чтобы он вначале все это пережил...
   - Он еще очень долго будет это переживать. Но нельзя ребенку слишком долго прятаться - надо возвращаться в жизнь.
   Лида кивала, словно соглашаясь, но глаз на свёкра не поднимала.
   "Надо будет позвонить, проконтролировать, - подумал было Андрей Павлович, но тут же одернул себя: - Успокойся со своим контролем, ты не на службе".
  
   По странному стечению обстоятельств в этот же вечер его самому позвонил старый друг - священник отец Александр. В последний месяц он был в отъезде, где-то в глубинке, и о смерти сына давнего товарища ничего не знал.
   Андрей Павлович рассказал ему обо всем сразу же, хоть и через силу. "Сколько же еще мне придется это говорить? Будто куски мяса из себя вырезаю... А ведь только семь дней прошло - только неделя, как его нет". Еще тяжелее становилось оттого, что фотография сына стояла прямо перед ним на письменном столе - простая и такая живая, в отличие от официальной и строгой, той, что была теперь в гостиной, перевязанная черной лентой. Как взглянул, так и не мог больше отвести взгляда. И на него в ответ смотрел из-за холодного стеклышка высокий, крепкий молодой мужчина в военной форме - светловолосый, с очень простым и открытым лицом.
   - Страшно, - вздохнул отец Александр. Голос его не дрогнул от жалости. - Прими соболезнования. Отпели?
   - Конечно. Все, как надо... Отец Александр?
   - Да?
   - А вот скажи мне - почему такое случается? Пути Господни неисповедимы, так что ли?
   Отец Александр вздохнул.
   - Мы ведь и вправду не знаем промысла Божьего. Кого и для чего он в мир приводит? Кого и для чего забирает... Я Гену знал - хороший был человек, жил по-честному. Таких мало сейчас. А вам, живым, сейчас нужно его помянуть, а друг за друга держаться крепче прежнего. У тебя жена, дочь, внуки... Надо же Лиде помочь. Ей детей, твоих внуков, поднимать.
   - Внуков... Я как с Артемом говорить не знаю. Понимаю, что теперь я ему вдвойне нужнее, а не знаю, как...
   - Как не знаешь? Что ж тебе, внуки - не дети?
   - Да дети, конечно.
   - И я вот еще что скажу - перед Христом мы все братья и сестры. А дети - это души, которые нам вверяются для воспитания. И в испытание. Тяжело. Но такой вот крест тебе достался...
   Тут Кречетова кольнуло свежее тревожное воспоминание.
   - Крест, - протянул он. - А скажи мне, отец, что значит сломанный крест?
   - Сломанный? - переспросил настороженно отец Александр. - У тебя сломался?..
   - Нет-нет! Ни у кого не сломался. Просто ко мне попал - уже сломанный, старинный. Нижняя половина, если быть точным.
   - Зачем это тебе? Ты же никогда антиквариатом не занимался.
   - Да я и не из интереса к антиквариату. Он, я думаю, и ценности большой не представляет.
   - В церковь его отнеси или в музей. Лучше не держи у себя такую вещь. Особенно сейчас. Чужой, сломанный крест! Господи...
   - Хорошо, спасибо за совет. Жути нагнал...
   - Я не для жути. Но такое и вправду не к добру. Нехорошая, думается мне, вещь...
   Кречетов кивнул, переводя взор с фотографии сына на лежащий рядом крест - избавиться от которого он не имел ни права, ни желания.
  
   ***
   В ночь с субботы на воскресенье (на девятый день) Андрея Павловича разбудил телефонный звонок. Было только двенадцать, он лег полчаса назад, но уснул очень крепко и поначалу принял звонок за будильник.
   Звонил капитан Владимир Савин и, судя по голосу и сбивчивой речи, был очень взволнован.
   - Простите, что разбудил, Андрей Павлович. Но дело крайне... невероятное. Это важно!
   - Говори, что стряслось.
   - Спиридович...
   - Есть новая информация?
   - Да, Андрей Павлович, он мертв. И вся банда. Убиты в его особняке. Одним разом...
   Кречетов вскочил с постели, чуть не врезавшись в стеллаж с книгами - забыл, что все еще ночует в кабинете.
   В последние полгода Спиридович был как бельмо на глазу - дважды попался на попытке сбыта краденных ценностей за границу, но оба раза выкрутился, во многом благодаря высокопоставленным друзьям. Из достоверных источников было известно, что он имел отношение к торговле наркотиками и даже людьми. Но взять эту гадину с поличным никак не удавалось. И тут вдруг - вся банда положена под чистую, все подельники.
   - Черт знает что... - пробормотал Андрей Павлович. И, не сдержавшись, добавил: - Новый Год-то вроде не скоро.
   - Происшествие очень нестандартное, Андрей Павлович. В МВД уже головы ломают...
   - Так, Володя, езжай туда, я скоро буду.
   - Есть, Андрей Павлович.
   Кречетов мигом оделся, но прежде чем он успел выйти в коридор, какое-то чутье подсказало ему взять с собой медный крестик. К чему? Дело Спиридовича старое, к "проекту" Кротова отношения не имеющее. Но с чутьем Андрей Павлович спорить не стал - и для верности повесил медный на одну цепочку со своим, золотым и целым.
   В дверях спальни уже стояла, набросив шаль, Марина. За ее спиной в комнате на телевизионном экране мерцала какая-то полуночная образовательная программа.
   - Вызывают?
   - Да, прости, Мариша, служба. Ложись спать, не жди.
   Но Марина и сама все понимала.
   - Беги...
  
  
  
   ***
   Дом, полный мертвых хозяев, ожил от присутствия полиции и спецслужб, как мертвец - от гальванического тока.
   Савин встретил командира у самых ворот. Глаза прятал, не зная, как выразить соболезнования, которые крутились на языке. К счастью, не стал говорить ничего. Правильно, на службе - только по делу.
   - Вы "Пятницу Тринадцатое" смотрели? - спросил неожиданно Савин.
   - Чего-чего?
   - Фильм ужасов такой давний.
   - Нет, я ужасы не смотрю. Мне в жизни хватает.
   - Ну... Того, что здесь натворили, реально может хватить на всю оставшуюся жизнь. Я, как увидел, сразу "Пятницу Тринадцатое" вспомнил. Пойдемте. Лучше на задний двор: там все начиналось.
  
   Началось все с трех мертвых ротвейлеров. Двоим свернули шеи, третьего ударили о дерево с такой силой, что он почти обмотался вокруг ствола.
   - Не слабо? - кивнул в сторону туши Савин. - Дальше бандиты пойдут - в такой же кондиции.
   Здоровенный бугай, телохранитель Спиридовича, был убит в гараже лопатой - практически разрублен ею пополам.
   Единственная женщина из всей банды - немолодая мадам, набиравшая девушек для продажи в бордели и гаремы - была повешена в бильярдной на вентиляторе под самым потолком. Вентилятор всё еще вращался вместе с ней.
   "Ханурика" - убийцу и насильника, пожалуй, самого гнусного типа из всех, убитых этим вечером - оглушили, а после запихнули целиком в итальянский жарочный шкаф.
   Бухгалтер банды лежал в кабинете, раздавленный полутонным сейфом, вынутым из стены.
   Еще трем людям - средним "браткам" - попросту свернули шеи.
   Два последних трупа обнаружили в хозяйской комнате. Это были черноволосый молодой человек и сам хозяин, Спиридович. Последнего опознали только по перстням на руках и татуировкам, потому как лицо было практически полностью уничтожено.
   - На голову натянули два плотных мусорных мешка, а затем раздавили, - нехотя рассказывал Савин.
   Кречетов почувствовал, как тошнота подходит к горлу: под темным полиэтиленом угадывался бесформенный ком с разинутым, сломанным ртом.
   - Размозжили чем-то?
   - Нет. Эксперты утверждают, что именно раздавили.
   - Как?
   - Неизвестно. Один сказал, что похоже, будто двумя колесами от Камаза долго-долго мяли.
   - Собаке - собачья смерть. А с этим что? - Андрей Павлович кивнул в сторону парня в кресле у двери.
   - Два сквозных огнестрельных ранения в брюшную полость. Чудесная, легкая смерть, - сообщил Савин и тут же смутился, испугавшись, что сболтнул лишнего.
   - Кто он?
   - Неизвестно. В данный момент устанавливаем личность. Но он не из банды - это точно. Застрелил его сам Спиридович из своего пистолета. Похоже, видел, как его подельников убирали одного за другим, и засел у себя в комнате. Этот парень вошел как раз, когда он был на взводе и...
   - Попал под горячую руку.
   - Под горячий пистолет.
   - Бедолага... Савин, приведи-ка сюда одного из судмедэкспертов. Хочу услышать его мнение об этом ужастике.
   Савин кивнул и поспешил на первый этаж, а Андрей Павлович подошел к молодому человеку в кресле.
   "Ведь года на три младше моего Гены", - подумал он с искренней, глубокой жалостью.
   Парень действительно был очень молодой, лет двадцати пяти, с тугими черными кудрями, угольно-черными бровями и ресницами. Кречетов заметил шрамы на бледном лице - один, перебивший соболиную бровь, как от сорванного пирсинга, только глубже и грубее, и другой, на нижней губе, будто от случайного пореза ножом или бритвой. Парень был красив, но не идеальной правильностью черт, а удивительным, поистине евразийским, их сочетанием.
   Одет парень был достаточно просто - узкие брюки, белая рубашка, кожаные ботинки. То ли мажор, то ли обычный студент. Лишь маленькие золотые серьги-колечки не вписывались в общий "среднестатистический" образ.
   Что же привело этого странного мальчишку сюда? Отчаяние, перспектива "нужного" знакомства?..
   Вдруг от сквозняка всколыхнулась ткань рубашки на груди парня, и Андрею Павловичу померещилось, что тот вздохнул. Он шарахнулся прочь от этого наваждения и решил от греха подальше закрыть распахнутое настежь окно.
   Под стенами особняка Спиридовича отцветал сад, шикарный, словно сказочный - дизайнерский шедевр с горками, арками, беседкой и прудом, в котором плавали растревоженные к ночи утки.
   Андрей Павлович на несколько секунд задержал взгляд на подсвеченных верхушках декоративных деревьев, сделал глубокий вдох и затворил окно. И - то ли холодный воздух был виноват, то ли пыльца растений - но в носу защекотало, и он чихнул.
   - Будьте здоровы! - пожелал ему приятный, чуть вкрадчивый и насмешливый мужской голос.
   Кречетов обернулся, но обнаружил, что в комнату никто не заходил. В окружающей обстановке ничего не изменилось, за исключением единственной детали - глаза молодого симпатичного трупа, сидящего в кресле у двери, были открыты. "Просто сокращение мышц, - объяснил себе Андрей Павлович, - такое часто случается". Но нет - эти ярко-голубые, бирюзовые глаза смотрели прямо на него, и смотрели внимательно.
   - Ну как вам, Андрей Павлович?
   - Что?..
   - Спрашиваю - как вам все это. Я не переборщил? Просто с таким отребьем церемониться неохота. А хотелось сделать вам приятное - подарок к началу сотрудничества...
   Кречетов зажмурил глаза и с силой провел ладонью по лицу.
   - Не волнуйтесь так, Андрей Палыч! Вы же подполковник - вам не идет. Ну... Подойдите. Ближе, ближе...
   Труп выпрямился в кресле и улыбнулся, протягивая Кречетову руку. Тот подошел, взялся за нее - холодную, но гибкую. Парень, улыбаясь, уже почти смеясь, сжал его ладонь, покачал, будто здоровался с ребенком.
   - Вот. Другое дело! Андрей Павлович Кречетов, подполковник ФСБ, сорок восемь лет, - принялся перечислять парень, словно отвечая урок, - женат, двое детей... Ой, нет! Одна дочь. Сын погиб при исполнении воинского долга на Северном Кавказе. Всё верно?
   - Всё, - выдохнул Андрей Павлович. - Кто ты такой?
   Парень отпустил его руку и потянулся было к своему воротнику, но тут на лестнице раздались шаги. Парень подмигнул Андрею Павловичу и снова превратился в безмятежный труп.
   - Я ж вам все уже рассказал, - ворчал, протискиваясь наверх, полный пожилой судмедэксперт. Увидев Кречетова, он замолчал и, нервно пожевав губами, представился:
   - Олег Юрьевич.
   - Андрей Павлович Кречетов.
   - Так вот, Андрей Павлович, я вашему капитану уже обо всем рассказал. Тут все просто, - он махнул рукой на покойника в кресле, - два пулевых. Прошли навылет, пули в косяке.
   - А с остальными - непросто?
   - С остальными чёрт знает что. Хотя, думаю, наркоман какой-то поработал или сумасшедший. Кого-то они сильно обидели.
   - Эти много кого обидели.
   - Я не первый год работаю, но не видел ни разу такой...
   - Жестокости?
   - Силы, Андрей Павлович! Жестокости, изощренности я насмотрелся. Но тут... Я видел, как насмерть забивают лопатой, но чтобы такого лося фактически разрубить - с одного удара! Поэтому говорю, сделал это кто-то "на колесах" или псих.
   - Этот мог? - Андрей Павлович указал на тихий черноволосый труп.
   - Товарищ подполковник, вы что? Во-первых, он в любом случае по комплекции не подходит. Наркота-наркотой, но убийца должен быть крупнее, сильнее физически. И потом, Спиридович его застрелил, но кто же его самого так уделал? Я подобные травмы видел только, когда два мужика спьяну чего-то не поделили и один на другом ногами прыгал. Но тут кости и ткани раздавлены одним махом.
   - Чем?
   - Ну, если бы у нас по улицам бегали терминаторы и железные дровосеки, я бы сказал, что руками. Может быть, после вскрытия обнаружатся новые сведения.
   - Я свяжусь с вами, - кивнул Савин.
   - Давайте, - вздохнул эксперт. - Теперь я, с вашего разрешения...
   - Да, спасибо. Всего доброго...
   Судмедэксперт также пробубнил что-то на прощание и поспешил покинуть комнату.
   Савин принялся что-то рассказывать и о том, как мало пока удалось найти в доме бумаг и документов, которые можно приобщить к делу, и о том, что нельзя уступать это дело МВД. Кречетов слушал, понимал, анализировал информацию - на автомате. Но одна главная мысль сейчас владела им. С этой мыслью всё вставало на свои места - с ног на голову...
   Когда Савин уже исчез в деревянном колодце винтовой лестницы, ведущей из спальни вниз, Андрей Павлович подошел к парню в кресле, торопливо и аккуратно расстегнул его воротник, потянул за кожаный шнурок на холодной шее... и вытянул верхнюю половину сломанного медного креста.
   Парень не шевелился - мертвее мертвого, херувимчик новопреставленный...
   - Андрей Павлович, - позвал снизу Савин. - Что-то случилось?
   - Нет. Просто кое-что в голову пришло... Иду.
  
   ***
   В эту ночь Андрей Павлович вновь не сомкнул глаз до рассвета. Он заперся в своем кабинете, вновь перечитал первый раздел, принялся читать второй - пытался маниакально зубрить, как и было изначально приказано. Затем Кречетов открыл третий раздел, но читать уже не смог - мозг отказывался воспринимать информацию. Набор слов - бессмысленный по форме и жуткий по сути - роился перед глазами, как в ночь перед экзаменом.
   И никак не шло из головы бледное лицо с двумя тонкими шрамами и ярко-голубыми глазами.
   Или он умом тронулся с горя?..
   "А ведь уже девятый день..." - подумал Андрей Павлович вдруг, мигом остыв от лихорадочного состояния, в котором пребывал последние несколько часов.
   Решив, что надо поспать хоть немного, Андрей Павлович вновь лег в кабинете, заперев дверь.
  
   На девятый день собралась семья: Лида, уже без детей, и Аня, сестра Гены. Приехал и отец Александр.
   Марина, приготовив скромную закуску, сама накрыла на стол, сама встречала всех. Андрей Павлович вышел в последний момент, обнялся с дочерью, с отцом Александром, спросил Лиду про детей.
   - Всё хорошо? - тихо и быстро спросила его жена, когда уже садились за стол.
   Андрей Павлович кивнул. "Хорошо, - только и подумал он. - Когда тебе подмигивают посторонние покойники, это ведь к удаче?.."
   Налили всем по стопке, подняли, не чокаясь. Андрей Павлович посмотрел на фотографию Гены и только поднес рюмку к губам, как в дверь позвонили. Он хотел сначала выпить, а потом открыть, но звонок не утихал.
   - Да кто же там? - раздосадовано ахнула Марина.
   Андрей Павлович поставил рюмку на стол и пошел открывать. "Наверняка, какая-нибудь дурная соседка, старушка, которой недостает внимания", - подумал он с неожиданной злостью.
   Но за дверью стоял вчерашний покойник. Увидев Кречетова, он улыбнулся и отпустил кнопку звонка.
   - Здравы будьте, Андрей Палыч...
   Тот же голос, та же улыбка - только губы заметно порозовели и короткая чёрточка шрама проступила чётче. Теперь и одет парень был просто и небрежно: кеды, джинсы, свободная черная футболка с мордой озверевшего волка, потертая кожаная куртка и бесформенный рюкзак. Эта одежда казалась наброшенной на его тело, будто тряпье - соблюдает он эти ваши приличия и отвяжитесь.
   - Подумал, что надо бы заглянуть, поговорить, но... Я, вижу, не вовремя.
   Парень умолк, глядя на Андрея Павловича - мол, прогонишь или нет?
   - Это... По работе, срочно! - крикнул Кречетов обернувшись на приоткрытую дверь гостиной. Затем он оттолкнул парня от порога и процедил сквозь зубы: - Только быстро.
   - А, вы таинственную папочку Кротова читали? Тогда быстро поговорим... - засмеялся парень. - Пойдемте, у лифта покурим.
   Они вышли в холодный, просвистанный сквозняками тамбур между квартирами, лифтами и лестницей.
   Парень взъерошил свои густые, непослушные волосы, оказавшиеся внутри, у самой головы влажными, - Андрей Павлович даже почувствовал запах шампуня.
   - Только из морга - в душ, и к начальству! - улыбнулся парень, сверкнув жемчужными зубами. - Представляете лица патологоанатомов: "Мы его потеряли!"?
   Парень закурил длинную черную сигарету и Кречетов разглядел кольца на его руках. На левой - серебряное, с оскалившейся не то пёсьей, не то волчьей мордой; на правой - два золотых: на большом современное, гибкое, как ремешок от часов, а на мизинце - старинный, маленький, будто женский, перстенёк с изумрудом.
   В ушах у него по-прежнему были серьги-колечки, но в левом прибавилось еще два золотых "гвоздика".
   - Что, нравлюсь? - уже зло и холодно ухмыльнулся он. - Ну же, выкладывайте, что читали.
   - Объект, - произнес Андрей Павлович. - Существо, обладающее аномальной силой, выносливостью, живучестью.
   - Ага... Именно оно.
   - Легко входит в доверие к людям, однако эмоционально нестабилен, вспыльчив, мстителен.
   - Старый Крот так написал? Вот мудак!
   - Генерал Кротов вообще не слишком лестно о тебе отозвался. Я продолжу, если позволишь?
   Парень легонько хлопнул себя по губам.
   - Конечно-конечно!
   - ...Изобретателен, умен, жесток. Моральные принципы практически отсутствуют. Сексуально неразборчив.
   Парень загнулся от приступа хохота.
   - Крот с Милоновым консультировался!
   - ...Рекомендуется максимально использовать, как положительные, так и отрицательные свойства объекта. Не допускается эмоциональный контакт куратора проекта с объектом.
   - За первый раздел вам пятерка, Андрей Палыч! А второй штудировали?
   - Читал.
   - Интересно?
   - Это правда? То, что там написано.
   - Больше скажу - стараниями Крота, там, в его папочке, не вся правда.
   - А про эксперименты над добровольцами и заключенными?
   - По большей части над заключенными. Да, было дело.
   - И про аналогичные эксперименты за рубежом?
   - Правда.
   - А о твоих пристрастиях?
   - Эротических?
   - Гастрономических.
   - Это, дорогой Андрей Палыч, не пристрастия, а суровая жизненная необходимость.
   - Это болезнь?
   - Своего рода.
   - Лекарства нет?
   - Не нашли. И не думаю, что усиленно ищут. Если лишусь своей болезни - лишусь и силы, и выносливости.
   - Другие такие есть?
   - Не знаком.
   - А питаться можно только таким странным способом? Иначе никак?
   - Увы! Впрочем, кровь ведь не противнее паленой водки. Как мне думается.
   - У Спиридовича дома тоже к кому-нибудь приложился?
   - Фу на вас, Андрей Палыч! Смерти моей хотите безвременной? Те люди давно испортились! - парень заглянул за угол и выбросил окурок в мусоропровод. - Что ж, Андрей Палыч, а как вам третий раздел? Его хорошенько проштудировали?
   - Не успел. У меня было мало времени. Имя будет в конце?
   - Какое имя?
   - Твое. Его я пока не нашел.
   - Ну так придумайте. Имя или кличку. Со всеми этими легендами, прикрытиями - да зачем мне имя?
   - Как твой командир, я приказываю назвать имя.
   - Официально вы не командир, вы - куратор проекта. Официально меня настоящего вообще не существует. Называйте, как хотите. Крот обычно начинал разговор со слов: "Есть дело".
   Парень достал из кармана мобильный, набрал какой-то номер и стал просто смотреть на экран, слушая гудки.
   - Это я вам звоню. Сохраните номер, вызывайте, когда понадоблюсь. Звоните, пишите - как удобно.
   - И когда ты можешь мне понадобиться?
   - Да когда угодно. Кого-то соблазнить, кому-то оторвать голову... Не беспокойтесь, теперь у вас появится много интересных дел.
   - И как мне записать тебя в адресной книге?
   - "Объект"! А как еще? Честное слово, не обижусь, не стану проявлять свою мстительность и жестокость. А что касается сексуальной неразборчивости... мне как раз пора. Пойду, как говорится, бесов потешу. Если у вас, конечно, нет ко мне вопросов и предложений.
   - Нет.
   - Тогда читайте дальше инструкцию по эксплуатации. И, пожалуйста, Андрей Павлович, вызовите меня через месяц. Будет дело, не будет - не важно.
   - Зачем?
   Парень криво усмехнулся.
   - Кротов, как самый одаренный, поместил этот пункт в последний раздел. Читайте, Андрей Палыч. До встречи.
   "Объект" шутливо козырнул и исчез за дверью черной лестницы.
   "Он - тварь!" - вспомнился Андрею Павловичу судорожный хрип Кротова. Но ведь твари не бывают так похожи на людей...
   - Андрей, - раздался в общем коридоре голос жены. - Тебе на мобильный звонили. Что-то случилось?
   - Нет. Прости, Мариша, иду!
   Кречетов вернулся в гостиную, сел на свое место, взял отставленную рюмку - будто и не уходил никуда, а просто жизнь на паузу поставил. Но лица и взгляды окружающих выдавали реальность его отсутствия. Дочь и отец Александр были искренне встревожены, Лида - почти обижена. Марина умело делала хорошую мину при плохой игре - о чем вы, дорогие гости, все хорошо!
   Только взгляд Гены на фотографии не изменился.
   Андрей Павлович, глядя на него, приподнял рюмку, выпил, наконец, вслед за остальными.
   - Простите, служба. Лида, как у Артема дела в школе?
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

[1]

  
  
  
  

Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург"(Киберпанк) У.Михаил "Знак Харона"(ЛитРПГ) В.Казначеев "Искин. Игрушка"(Киберпанк) А.Емельянов "Последняя петля"(ЛитРПГ) В.Василенко "Стальные псы 4: Белый тигр"(ЛитРПГ) А.Орехова "Осторожно, Врата закрываются"(Научная фантастика) В.Старский "S-T-I-K-S Змей"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Последняя петля 2"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Демьянов "Долгая дорога домой. Книга Вторая"(Боевая фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru Песнь Кобальта. Маргарита ДюжеваОсвободительный поход. Александр МихайловскийКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаПроклятье княжества Райохан, или Чужая невеста. ИрунаОфсайд. Часть 2. Алекс ДВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеОтборные невесты для Властелина. Эрато Нуар��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная Катерина
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"