Васильев Александр Валентинович: другие произведения.

О ложной личности

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


  • Аннотация:
    Этот небольшой религиозно-философский трактат рассчитан отнюдь не на любителей лёгкого чтения. Он требует от своего читателя достаточно высокого образовательного уровня, способности ориентироваться в мире идей высокой метафизики, а также вдумчивого, неторопливого и серьёзного подхода к излагаемым там идеям. Идеи же, обретающиеся в рамках этого текста, относятся к области так сказать основополагающих идей теософии и мистического богословия, хотя они и не являются выхолощенными теоретическими спекуляциями, а имеют самое непосредственное отношение именно к практике ежедневного бытия всякой человеческой личности. Ибо именно вопрос существования и качества этой самой личности и является той стержневой темой, ради которой этот трактат и был, собственно, написан. Хотя доказательно-аргументивная база этого трактата достаточно узка, и жёстко ограничена рамками Небесного Учения Веры, переданного человечеству нашему через Эммануила Сведенборга, тем не менее, автор совершенно уверен что прочтение его может показаться достаточно любопытным также и всякому серьёзному взыскателю духовных истин, обитающему вне круга этого учения.


О ЛОЖНОЙ ЛИЧНОСТИ

   Один Бог, и, следовательно, один Господь, есть сама Любовь, ибо Он - Сама Жизнь; Ангелы же и Человеки только восприемники жизни. Господь, Который есть Бог Вселенной, Несотворен и Бесконечен, человек же и ангел сотворен и конечен; и как Господь Несотворен и Бесконечен, то Он - Само Бытие, именуемое Иегова, и Сама Жизнь, или Жизнь в Себе. Из Несотворенного, Бесконечного, Самого Бытия и Самой Жизни не может никто быть непосредственно сотворен, потому что Божественное - едино и неделимо, и сотворение кого-либо возможно лишь из сотворенного и конечного, так образованных, чтобы Божественное могло быть в них присуще; а как человеки и ангелы таковы, то они только восприемники жизни: поэтому, если кто-нибудь попустит себе увлечься какою-либо мыслью до того мнения, что он не восприемник жизни, но жизнь, то он не будет в состоянии не увлечься и другою мыслию, что он Бог. Что человек чувствует, и потому думает, как будто он сама жизнь, - это от обманчивости, в следствие того именно, что в причине инструментальной причина главная ощущается как одно с нею. Что Господь есть Жизнь Сама в Себе, этому поучает Он Сам у Иоанна: "Как Отец имеет Жизнь в Самом Себе, так дал Он и Сыну жизнь иметь в Самом Себе", (5; 26), и, что Он Сама Жизнь, (Иоан. 11; 25. 14; 6). А как жизнь и любовь одно, то и следует, что Господь, как Сама Жизнь, есть также и Сама Любовь.
   Э. Сведенборг, Ангельская Премудрость о Божественной Любви и Божественной Мудрости н. 301
   Так как Господь есть жизнь, то из этого следует что в Нём мы живём, движемся и существуем.
   Э. Сведенборг Апокалипсис истолкованный н. 1120
   Одним из наиболее твёрдо укоренных в сознании человечества нашего стереотипов является то, что всякий человек, сам по себе есть как бы некая автономная личность, которая рождается в мiре, живёт в нём, и, затем, рано или поздно, в мiре и умирает. Все наши страхи, надежды, боязни, ужасы и ожидания, все наши расчёты, представления, действия и стремления, все они основываются исключительно на этой господствующей парадигме сознания нашего, доминирующей составляющей которой является идея реального бытия нашей индивидуальной личности.
   На этой парадигме, как на своём фундаменте и зиждется затем всё то, что составляет собою самую суть существования как каждого отдельного человека, так и всего нашего социума в целом. Любое наше действие, любое наше решение, любые наши оценки, а также осмысление даже самых наималейших событий и обстоятельств жизни нашей - все они базируются исключительно на представлениях ума, вытекающих из такого нашего предзаданного мiровосприятия. Оно, это мiровосприятие, и составляет тот общий фундамент, тот краеугольный камень, тот главный каркас, на котором возведено было всё здание нашей цивилизации, и любое, хоть сколь-нибудь существенное движение жизни в ней, как общественное, так и индивидуальное, всегда исходило от мiровосприятия этого, как следствие от своей причины.
   За примерами далеко ходить не надо. Всякий раз, когда мы пытаемся осмыслить жизнь или судьбу какого-либо отдельного человека, то мы думаем, при этом, о нём не иначе, чем как о некоем совершенно автономном бытии некоей индивидуальной личности, или же как о некоем реальном и единичном в своей цельности субъекте, являющимся, для себя самого, неким абсолютным центром бытия, чья жизнь соприкасается с жизнью других подобных же субъектов исключительно посредством неких внешних контактов, взаимоотношений и взаимовлияний.
   Внутренней составляющей такого субъекта, с подобной точки зрения, является собственно человек в абсолюте (что бы, при этом, под понятием человек не подразумевалось), который существует, во внутреннем своём мiре, абсолютно дискретно от остальных людей (и от остальной вселенной, с Создателем, или же без Такового - безразлично), и чьё совершенно уникальное и автономное бытие, поэтому, хотя бы теоретически, способно длиться беспрепятственно, даже если вся остальная вселенная вдруг провалилась бы в тартары, оставив ему лишь пустую, но пригодную для жизни планету, готовую удовлетворять все внешние потребности его тела. В любой религиозной системе, кроме всего прочего, такому индивидуальному человеческому субъекту ещё и приписывается способность длить свою индивидуальность до бесконечности в целую вечность (что бы под этой вечностью, опять же, не подразумевалось бы), каковая способность называется тогда личным бессмертием.
   Если пытаются определить сущность такого субъективного существования более научно, то его определяют, по преимуществу, как некое индивидуальное, личностное сознание, или же как некую монаду сознания, совершенно отдельную от монад других подобных же сознаний. Причём, при этом, под определяющим атрибутом такой монады молчаливо предполагается её самодостаточность, то есть способность извлекать бытие своё из самоей себя, или же существовать независимо от всего остального во вселенной лишь посредством личностного, заключённого исключительно в ней самоей бытия.
   И в результате, жизнь человеческая мыслиться не иначе, чем как некое поле определённых взаимодействий между этими монадами, совершающихся посредством внешних атрибутов проявления их индивидуальной жизни в предметном мiре (что бы, под этим, опять же, не понималось бы). Соответственно, поэтому, и под словом индивидуальная жизнь понимают тогда ничто иное, как лишь способность монады такой поддерживать эту свою деятельность, или же истечение личностного бытия своего, в мiр внешних феноменов, беспрепятственно и непрерывно (или же, как сейчас модно говорить, способность её самовыражаться), а под словом личное счастье - возможность монаде этой проводить деятельность такую сугубо в желательном (для монады этой) направлении.
   Соответственно таким понятиям формируются также и представления о том, какова должна быть структура социальных групп и их внутренних взаимоотношений, (от семьи до государства, и, даже, как это вошло сейчас в моду говорить, до мiрового сообщества), под каковой структурой неизменно подразумевается та или иная организация монад этих, для их совместного (или же индивидуального) процветания.
   Представления такие, во всей совокупности их, разумеется, не только формируются, но и реализуются в конкретные повседневные деяния, охватывающие собою всю общность поступков человеческих, как индивидуальных, так и коллективных. И, разумеется, все такие действия есть лишь внешней формой реализации представлений этих в мiре материальных феноменов.
   И подобное мiровосприятие одинаково свойственно практически всякому из населяющих нашу планету людей, безразлично - верующему ли, агностику ли, атеисту ли, образованному или же простецу. Поэтому-то мiровосприятие это одинаково свойственно как академикам, так и ворам, как священникам, так и комиссарам, как монахам, так и профессиональным шулерам, как домохозяйкам, так и поэтам, в общем - почти что всем вообще, и всякому в отдельности, за, разве что, весьма и весьма редкими исключениями.
   Короче говоря, нет ничего более устоявшегося, более фундаментального, более традиционного, более исторически укоренившегося многовековым существованием своим в понятиях ума исключительного большинства на планете нашей, чем этот становой хребет, эта корневая жила нашего главнейшего представления о той реальности, в которой, как нам кажется, мы все актуально живём и существуем.
   И, тем не менее, нет более ошибочной, нет более эфемерной и ложной идеи, во всём арсенале основополагающих идей мышления человеческого, чем эта главнейшая и базовая идея всех наших наиболее актуальных уморасположений. По сравнению с ней, даже идея о том, что земля есть тот центр вселенной, вокруг которой вращаются все остальные тела, к ней относящиеся, включая сюда даже Солнце со всеми звёздами, сколько их там ни есть на небе, так вот, даже эта идея выглядит, в сравнении с вышеизложенной, совершенно непогрешимой истиной, с кристальной адекватностью отражающей подлинную астрономическую реальность.
   Другое дело, что опровергнуть подобное мiровосприятие, доказать всю его ложность, и, более того, его смертельную вредность для духовного благополучия сознания нашего, и, через это, даже для нашего благополучия вечного, будет, пожалуй, на бесконечное число порядков сложнее, чем, в своё время, Галилею было доказывать ошибочность геоцентрической астрономии вступившему с ним в научный диспут суду святейшей инквизиции. И это невзирая даже на то, что мiровосприятие такое, хотя и являлось оно доминирующим чуть ли не всю историю человечества нашего, бывало, однако же, отдельными людьми и, даже целыми сообществами, не раз и не два подвергаемо серьёзному сомнению и практическому пересмотру.
   И это потому так, что предрассудки, впитанные, что называется, вместе с молоком матери (а, тем более, впечатлённые в человека в самый момент зачатия его), и составляющие, так сказать, самый скелет его бытия, на котором, затем, и нарастает вся остальная плоть его мышления, предрассудки такие искоренены из человека могут быть лишь посредством полного и бескомпромиссного уничтожения всех самых базовых представлений сознания его, за чем неизбежно следуют, для сознания этого, смерть, распад и полное рассеяние всей его прежней индивидуальности. А кто с охотой пойдёт на такой неизбежный распад и уничтожение самой своей (как ему кажется) сути, пусть даже и ради подлинной Истины?
   И, тем не менее, истина, подлинная истина, истина, как она есть, всегда стоит той цены, которую нам за неё, порою, приходится платить, пусть даже, как нам кажется часто, и переплачивая, при этом. Ибо, как сказал Господь: если пребудете в слове Моем, что значит - возжелаете войти в подлинно духовное постижение всего сущего, - то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными (Иоан. 8, 31, 32). Познать истину - здесь значит обрести возможность видеть и понимать всё сущее в подлинном, или же в духовном свете, а также и жить, затем, по пониманию этому. Жизнь же, просветлённая подлинным духовным пониманием, укореняет в человеке духовное Царствие Господне, и делает его свободным от всех нечистых плотских побуждений, а также и свойственных им заблуждений ума, и вводит в него, затем, подлинную и чистую духовную Любовь, которой Сам Господь в человеке, после этого, и обитает.
   Вообще говоря, уразумение всей эфемерности, и полной ложности того представления о личности человеческой, которая рождается в понимании, созерцающем и познающем мiр исключительно телесно, или же лишь посредством пяти внешних чувств, и лишённого, поэтому, малейшего духовного наития, уразумение таковое сформировалось, в человечестве нашем, преимущественно на востоке, уже достаточно давно.
   Свойственная востоку традиция глубоких внутренних медитаций, которые позволяют сознанию воспарить на природными чувствами тела, приводила многих, не позволявших сознанию своему затемняться иррациональностями чувственных представлений, к осознанию композитности и вторичности той составляющей сознания человеческого, которую принято называть индивидуальной личностью, а также и к пониманию того, что композитность эта формируется, на самом нижнем уровне сознания нашего, исключительно из субстанций мёртвых, инертных и природно-чувтвенных. Как неизбежное заключение, из созерцаний этих последовал тот вывод, что всё личностное в любом человеке - это вторичная, иллюзорная, или же ложная реальность, а подлинная и абсолютная Реальность существует вне ограничений любого индивидуального сознания, которое и само также лишь есть формой отражения этой абсолютной Реальности в Самой Себе. И это потому так, что эта абсолютная Реальность, по причине абсолютности Своей, единственна и едина в Себе Самой, и, поэтому, исключает даже наималейшую возможность существования хоть чего-быто ни было другого, кроме Самой Себя.
   Отсюда они сделали то заключение, что индивидуальное сознание человеческое является не более, чем просто ложным восприятием абсолютной Реальности этой внутри Самоей же Себя, или же неким случайным бликом несовершенства на зеркально чистой поверхности совершенного в самом себе Абсолюта. Откуда воспоследовало, что собственно ограниченность индивидуальности и есть той самой ложностью восприятия, и что когда она, эта индивидуальная ограниченность, или же личностность, вместе со всеми свойственными ей заблужденьями ограниченного в своей индивидуальности бытия, уходит, то, затем, эта единая, абсолютная Реальность и воссиевает, просвечивает, в сознании человеческом, в Своей подлинной, и уже ничем не ограниченной и незамутнённой чистоте.
   Были разногласия, и очень принципиальные, относительно качеств, или же атрибутов бытия этого Абсолюта, нисходящего в сознание человеческое после его просветления, (как бы он, при этом, спорящими не назывался - Брахман, Паранирвана, Атмо, Будда, Шуньятта, или же как-нибудь ещё). Пожалуй, наиболее существенным здесь был вопрос о его человечности. В смысле - личностен ли он, Абсолют этот, или же безличностен (пусть даже и НАДличностен). Основой этого разногласия, в конце концов, была та же, вечная как мiр, проблема сущности Божией - человечен Бог, или же нет? Ибо если Он не человечен, то Он, собственно, уже и не бог, а нечто совершенно непостижимое, исключительно чуждое всякой человечности восприятия своего и, более того, нечто, в высшем смысле этого слова, бесчеловечное (со всеми вытекающими из заключения такого следствиями).
   Но каковы бы ни были, при этом, отдельные частности вышеописанного мiроввосприятия, оно, тем не менее, было гораздо ближе к истинному состоянию дел в сотворённой вселенной, чем то, на котором базировалось неизменно сознание принадлежавших как к иудейской, так и, впоследствии, к христианской церквам, чему многочисленные доказательства можно без особого труда отыскать даже в букве Господнего Слова Небесного Учения Веры (Небесное Учение Веры - это самоназвание совокупности духовного Учения, изложенного в книгах Э. Сведенборга), ибо там духовные истины, отражающие, в своём собственном свете, подлинную реальность бытия просвечивают даже сквозь его смысл буквальный.
   Утверждение такое выглядит несколько парадоксальным, и, тем не менее, и иудеи, и христиане, даже невзирая на то, что они обладали Словом Божьим, и что именно из них Господом составляема была Его подлинная церковь на земле нашей, так вот, невзирая на всё это они, тем не менее, пребывали, относительно восприятия ума своего, исключительно в плотных тучах наиболее густых и непроницаемых заблуждений. И не только относительно восприятия самого Господнего Слова, но, также, и относительно восприятия качества своего собственного бытия (что, вообще говоря, строго взаимосвязано, ибо Слово, в сути своей, - это и есть качество внутреннего человеческого бытия).
   Но, на самом деле, никакого парадокса здесь нет. Суть вопроса заключается в том, что именно, и исключительно потому, что иудеи, равно с христианами, были настолько тупы духовно, Провидению Господню и было угодно, на их тупых головах, утвердить Своё Слово. Ибо, исключительно благодаря тупости этой своей, они, единственные в этом мiре, не в состоянии были возвысится до его внутренних, более возвышенных понятий, и, тем самым, осквернить их и опрелюбодействовать, что непременно сделал бы со Словом Господним в ту эпоху всякий другой народ.
   В то время, до свершения суда над внутренними началами человечества нашего, и до их полного преобразования, Господь вынужден был скрывать духовное постижение Своего Слова от понимания человеческого, ибо если бы оно было бы усмотрено там, то не было бы принято; потому что еще не был совершен Последний Суд; до него же Адское могущество превышало Небесное могущество, а Человек пребывает в средине между Небом и Адом, поэтому, если бы было прежде усмотрено, то Дьявол, то есть, Ад, исторг бы из их сердец, и даже осквернил бы. (Э. Сведенборг, Учение Нового Иерусалима о Священном Писании н. 61)
   Сейчас же, в наше время, ситуация уже совершенно иная, потому, что: это состояние Адского могущества совершенно сокрушенно Последним Судом, ныне совершенным; после него, поэтому, ныне всякий человек, может, если только захочет, быть в озарении и сделаться мудрым. (Э. Сведенборг, Учение Нового Иерусалима о Священном Писании н. 61)
   И по этой то причине, именно сейчас человеку, причисляющему себя к подлинным последователям Небесного Учения Веры, не только позволено, но даже и повелено, если только хочет он войти в подлинное, истинно духовное восприятие Слова Божьего, возвышать сознание своё над видимостями пространства, времени и, особенно, личностности, если только хочет он возвысить понимание своё до постижения ангельского, единственно открытого непосредственному наитию Господнему, ибо: Все помышления человеческие неотделимы от пространства, времени, личностности и материальности, поэтому таковые помышления, а также и все идеи помышлений этих, исключительно ограничены и скованы, и поэтому, грубы, и могут быть названы материальными. Но помышления ангелов среднего неба совершенно лишены понятия пространства, времени, личностности и материальности, и поэтому они совершенно безграничны и открыты. Объекты мышления их столь же духовны, как и само мышление, и по этой причине они постигают объекты эти не природно, но исключительно духовно. (Э. Сведенборг, De verbo н. 8)
   Понятие личностности, или, точнее, заблуждение ума человеческого, на понятии этом основанное, вносит, пожалуй, наиболее существенную лепту в замкнутость и ограниченность помышлений наших, а жизнь в соответствии с заблуждением этим - есть мать и корень всех наших человеческих грехов, откуда они, по преимуществу, и произрастают.
   И так как Небесное Учение Веры изначально ниспослано было относящимся к старому христианству, то многие обороты смысла буквального этого Слова также были вполне приспособлены для этого её заблудшего восприятия, ибо иначе Слово это не было бы ни принято, ни понято ими. Именно поэтому там можно встретить немало мест, которые изъясняются вполне в духе превалирующего в современном нам человечестве мiровосприятия, базирующегося исключительно на незыблемом утверждении реальности существования множественности личностей во вселенной. Но, с другой стороны, там достаточно чётко и последовательно проводится линия, совершенно перечёркивающая всё находящиеся там видимости эти, и перекодирующая их в совершенно иной, принципиально отличный от этого первого смысл.
   Вообще-то, если говориться о личности, то имеется ввиду, прежде всего, личность какого-либо человека, как некоей личности среди личностей. Даже Господь Бог, в обычном общехристианском понятии, это также всего лишь личность среди личностей, пусть и Самая Первая, Высшая и Могущественнейшая Личность. Отсюда и рождается свойственное всем нам представление о множественности людей, эдаких индивидуальных и самодостаточных в себе сознаний, наполняющих собою сотворённую вселенную.
   Так вот, Слово Небесного Учения Веры прежде всего хоронит, решительно и бесповоротно, именно эту нашу основополагающую идею о множественности человеческих личностей во вселенной. Ибо там однозначно сказано, что: Только внутренний человек Господа, или же Иегова, называется человеком, ибо лишь Иегова Единый есть человек, так как человек в смысле общем, означает ту сущность, по которой человек существует. Та же сущность, по которой человек является человеком, есть Само Божественное, или же небесное и духовное начало. Без этого Божественного небесного и духовного начала, в человеке нет и не может быть ничего человеческого, а лишь исключительно животная природа, такая же, каковая есть и у животных. Каждый человек есть человеком лишь по этой Сущности Иеговы, или же Господа, и лишь поэтому он и называется человеком. Небесное начало, по которому человек есть человеком, присутствует в нём лишь настолько, насколько он пребывает в любви к Господу и в любви к ближнему, и только в этом случае он - человек, ибо лишь тогда он есть образом Господним, и пребывает в этом от Самого Господа, а иначе - он не более, чем дикое животное. (Э. Сведенборг, Тайны Небесные н. 1894)
   Человек есть не более чем лишь восприемником жизни, а не собственно жизнью в себе. Ибо если бы человек был бы собственно жизнью в себе, тогда он сам был бы Богом. По этой причине человек есть также лишь восприемником блага, ибо благо относится к жизни, так как любовь и мудрость есть собственно жизнью, благо же тут принадлежит к любви, а истина - к мудрости. Жизнь эта, не может быть, также впечатлена в человека как его собственная, ибо человек сотворён и конечен. К тому же, Господь не может сотворить и заключить Себя в кого-либо другого, ибо, в таком случае, Он не смог бы тогда существовать Сам, а всё человечество, в подобном случае, как в целом, так и каждый его член по отдельности, стало бы Богом, что полагать возможным было бы не только безумием, но и гнусностью. Подобная идея, относительно Бога и человека, в мiре духовном источает трупное зловоние. (Э. Сведенборг, Учение о Благостыне н. 201)
   Итак, самое первое заключение, которое следует из вышеприведенных мест из Небесного Учения Веры, таково, что во всей сотворённой вселенной есть только один Человек, и этот Человек - Сам Господь Бог. Человек же с маленькой буквы - это, по сути, никакой не человек, то есть никакое не самостоятельное и самодостаточное бытие, но всего лишь пассивный восприемник Бытия Господнего и Его Божественной Человечности. Более того, Божественная Человечность, даже и воспринятая им, не становится, затем, его собственной человечностью, или же его собственной личностью, но лишь реализует через него Самое Себя, или же Свою Собственную Человечность, и Свою Собственную Личность, и реализует их исключительно по качеству его, человека, как Своего восприемника. Откуда следует, что человек, сам по себе, это нечто безжизненное, инертное, мёртвое, инструментальное, короче говоря, не сама жизнь, а лишь орган жизни, а живёт в нём, по качеству этого самого органа, исключительно Сам же Господь Бог, и, при этом, живёт СКВОЗЬ него, с ним не соединяясь и не смешиваясь, а лишь изменяясь, относительно служений этой Своей Жизни, в соответствии с качеством восприятия Её органом этих служений. Как сказано было в Слове Господнем Нового Завета: И свет во тьме светит, и тьма не объяла его. (Иоан. 1; 5)
   Откуда и следует тот вывод, что то, что мы обычно называем человеком, по сути, совсем никакой не человек, ибо: Каждый человек есть человеком лишь по этой Сущности Иеговы, или же Господа, и лишь поэтому он и называется человеком, а лишь некий мираж, отражение образа человеческого в преломляющих гранях видимостей сотворённой вселенной, то есть, по большому счёту, собственно также не более, чем просто некая видимость. Тут можно провести сравнение со свечёй, внесённой в комнату со стенами, покрытыми, в изломах, множеством зеркал. Вся комната, сразу же, как бы заполняется бильярдами свечей, убегающих, со скоростью света, всё дальше и дальше в бесконечность, и тем не менее - в комнате реально есть всего лишь одна свеча, которая как была одна, так одна и осталась. Всё же остальное многообразие свечей - это лишь так - иллюзия, игра зеркал и воображения зрителя.
   Но то что здесь, выше, названо было по большому счёту, так это также по счёту собственно Господа от вечности, для Которого и в Котором действительно нет ничего, кроме Его же Собственного многообразия, пребывающего в Нём в раздельном единстве. Ибо то, что мы называем Творением, пребывает отнюдь не в Господе Боге от вечности, а всё оно, уже само по себе, есть также лишь некий род иллюзии, игры Божественного Воображения, или же некое взирание Его на Своё и на Себя Самого извне как Себя, так и Своего Собственного. Иллюзия же это потому, что для Господа Бога от вечности, как Абсолюта, быть вне Себя и Своего Собственного есть нечто принципиально невозможное, так как вне абсолютных бытия и существования никакие иные бытие и существование попросту невозможны. И поэтому, когда Слово говорит нам, что Господь от вечности, Который есть Иегова, сотворил Вселенную и всё в ней из Самого Себя (Э. Сведенборг, Ангельская Премудрость о Божественной Любви и Божественной Мудрости н. 282), первый же вопрос, который у нас, при этом, возникает, звучит примерно так - а где же именно Он сотворил её?
   Тут, заметьте, сказано, что Он сотворил её НЕ В СЕБЕ, а ИЗ СЕБЯ, и это весьма существенная разница. Ибо в Нём Самом всё уже Есть, и то, чего нет того и быть не может. Ибо Он Сам просто Есть, и в вечности нет и не может быть ни был, ни будет - это всё атрибуты времени, в вечности же времени нет. Соответственно Он должен был бы сотворить вселенную не в Себе Самом, а где-то в другом месте. Но нет, и быть совершенно не может никакого такого другого места, вне Его, в котором Он мог бы творить, нет такого СУЩЕСТВУЮЩЕГО места. Для творения Ему место, прежде всего, нужно создать и создать не в себе, а ИЗ СЕБЯ, ибо сотворенная Вселенная не сама есть Бог-Человек, а только существует от него (Э. Сведенборг, Ангельская Премудрость о Божественной Любви и Божественной Мудрости н 52)
   И вот тут, если вы чувствуете это, у любого рационального мышления человеческого, что называется, ум начинает заходить за разум. Дабы увидеть это, КАК ОНО ЕСТЬ, надо быть, естественно, Самим Господом, но, в принципе, соответствующая истинному положению вещей идея может быть впечатлена, по соответствиям, не только в духовное постижение ангелов, но, также, и в просветлённое рациональное постижение человеческое, каковое впечатлевается в человека (с маленькой буквы) лишь Самим Господом, когда Он Нисходит в него, наитием Своим, из Своего Блага посредством Своей Истины.
   Но, впрочем, не суть. В данном случае я вовсе не намерен углубляться далее в дебри этого вопроса, а хочу лишь подчеркнуть, что, хотя с точки Господа Бога от вечности, творение и есть чистейшая иллюзия, лишённая даже наималейшего САМОСТОЯТЕЛЬНОГО бытия, некоторое ОТНОСИТЕЛЬНОЕ бытие, с этой Его точки зрения, оно, всё же иметь должно. Не хочу сейчас уходить глубоко в тонкости взаимоотношения абсолютного и относительного существований, но замечу только, для примера, что хотя геоцентрическая система восприятия движения солнца вокруг земли, и является, сама в себе, совершенным нонсенсом и несуществующей иллюзией, тем не менее, с точки зрения обитателя подлунного мiра (а также и для любого другого, взирающего на реальность вселенной ЧЕРЕЗ эту точку зрения, или же добровольно себя ею ограничивающего), иллюзия эта, всё же, обладает неким достаточно актуальным бытием (пусть и ограниченным в своей актуальности), воспринимаемым, в рамках ограниченности этой, со всей достоверностью положительного существования.
   Если в нашем примере со свечами зеркала, в отличие от изображений, всё же составляют некую предметную реальность, отличную от реальности и свечи, и наблюдателя, то в случае с отражением Господней Человечности в сотворённой Им вселенной, Он Сам есть и Свет, Он же - и Наблюдатель, Он же - и система отражений. И, что гораздо интереснее, Он, в то же время, и ничто из всего этого, ибо Он, по сути Своей, совершенно вне этой предметной иллюзорности.
   Вообще-то, можно было бы сказать, что Господь в творении и есть собственно Наблюдатель, то есть, что во всей этой системе есть некий реально существующий элемент, но то, чем Господь присутствует в творении, или же Его Божественное Начало в нём, оно же и Солнце мiра духовного, тем не менее не есть Сам Господь, а лишь Его первое исходящее начало. Господь же вне творения, Господь от вечности, или же Иегова, хотя и есть сутью, жизнью и существованием этого Наблюдателя, тем не менее, всё же, не есть сам этот Наблюдатель (по крайней мере, не есть им ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО в сотворённой вселенной).
   И вот здесь мы имеем на подходе совершенно новую проблему, или же проблему Господа в творении и Господа от вечности. Проблему эту я, опять же, сейчас не намерен поднимать хоть сколь-нибудь серьезно, но просто хочу, пока что, лишь отметить её для дальнейшего изложения.
   Итак, каждый человек в отдельности - это лишь тот орган, посредством которого Господь живёт в творении. Здесь, кстати, отметим интересную деталь. Господь Бог от вечности, или же Иегова (Сущий) - это Само Бытие, Само Существование и Сама Жизнь, в своих, так сказать, извечных началах, Господь же в творении - ЖИВЁТ (т.е. как-то видоизменяется в творении согласованно времени и пространству). И живёт Он там не где-нибудь, а именно на небесах (т.е. исключительно в нематериальной составляющей сотворённой вселенной). Собственно, даже более того: Небо, в своей совокупности есть Господь, ибо оно есть Его Божественное исходящее (начало). И ангелы там - это лишь как органические субстанции в Божественном Теле, которое называется Небом. (Э. Сведенборг, Апокалипсис Истолкованный н 1166)
   Откуда следует, что небо - это и есть Тело Господне, или же Его Божественное Тело в творении. Именно в этом теле Господь Бог от вечности и обитает в сотворённой вселенной. И, так как нет некоего отдельного Господа в творении, но Господь от вечности, или же Иегова, Сам живёт в творении, но живёт в нём посредственно, посредством Своего Божественного Тела, то Господь, даже и в творении, не собственно само это Тело, которое есть лишь Его составной частью в творении, а именно тот Дух, который тело это животворит. Ибо, как говорит нам Слово: Жизнь Господа втекает во всё, пребывающее во вселенной, так как это всё составляет собою Величайшее Тело. Небо, совместно с небом духов, (составляет) Его Тело, живущее Им так же, как человек живёт своим духом, т.е. Господом через дух, ибо любой орган (в человеке), до наималейшей частности своей, может жить исключительно и единственно от Него. (Э. Сведенборг, Духовный Дневник н 1710)
   Поэтому, когда Небесное Учение Веры говорит нам о том, что Отец и Сын - это как дух и тело в человеке, то оно имеет ввиду, что дух - это Господь Бог от вечности (Он же и Иегова), Сын же - это Господь в творении. Причём, разумеется, нет никаких двух отдельных Господов, а есть лишь один Господь от вечности, обитающий в творении посредством своего Божественного Тела, или же Большого Человека Неба, и Господь от вечности присутствует в Своём Божественном начале в творении, которое есть его тело в сотворённой вселенной, исключительно посредством Своих Божественных соответствий. Как это определено было в Слове Нового Завета: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Бог был Слово. Оно было в начале у Бога. Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. (Иоан. 1; 1)
   Здесь Слово - это Господь в Своём Божественном исходящем начале, или же Господь в творении, а Бог - это Господь от вечности, или же Иегова. Откуда видно, что Слово - это присутствие Господне в совокупности Своего Творения, или же Его Божественная жизнь в Большом Человеке неба, и, что не менее важно, частное присутствие Слова этого в каждом единичном органе этого Божественного Тела, есть индивидуальное Учение Веры из Слова в своей актуальной жизненной реализации, или же особое, личностное, присутствие Господне в каждом конкретном ангеле Своём.
   Но если ангелы, в совокупности своей - это Господне тело, где каждый Ангел не есть собственно личностью, а есть лишь проявлением Личности Господней, отражением, рефлексией Её, осуществляемой в нём, как в зеркале, по качеству собственно этого восприемника, или же ангела, или же, если каждый ангел, это лишь единичный ОРГАН жизни Господней, и единичное вместилище духа Его, такое же, как у человека какая-нибудь клетка его тела, то что же тогда есть сам человек?
   Небесное Учение Веры говорит нам, что Церковь Господня - это Небеса Господни в мiре. Соответственно этому, человек церкви - это ангел во плоти. И, отсюда, совокупность относящихся к Церкви Господней (имеется ввиду церковь не частная, а всеобщая) составляет собою последние начала тела Господнего, которыми Он пребывает в последних же началах Своего творения, или же в мiре природном. Поэтому также и всякий человек есть лишь рефлексией природной степени Господней жизни, или же личности Господней в природном мiре. Отсюда и та иллюзия личностности, которая столь присуща всякому человеку в мiре. На самом деле - это присутствует в человеке, как в органе, Личность Господня, одна и та же личность во всяком из нас, или, точнее, отражение одной и той же личности, каковое отражение индивидуальность свою извлекает исключительно по качеству отражателя, или же зеркала.
   По аналогии с зеркальной комнатой, можно сказать также, что каждый сегмент зеркала если он отполирован по разному, будет отражать как бы совершенно иную свечу, с той или иной степенью чистоты и яркости пламени этой отражённой свечи. Если же сегмент ещё и покрыт грязью, то он может и вообще ничего не отражать, а лишь нагреваться от падающего на него света, от какового нагревания грязь его будет бродить, кипеть, пучиться, а также испускать вторичное нечистое тепло и исключительное зловоние.
   Интересно то, что до Господнего воплощения в мiре природном личностью Иисуса Христа, Господь от вечности был душою лишь Небес, но отнюдь не Церкви, с которой он соединялся исключительно посредственно, через соответствия, отвечающие небесам в богослужебной обрядовости церкви. Относительно этого Сведенборгу: было сказано с Неба, что в Господе от вечности, который есть Иегова, до принятия Им в Мiре Человечности, две первые степени пребывали в действительности (in actu), а третья Степень пребывала у Него в возможности (in potentia); как это существует также и у Ангелов; но что по принятии Им Человечности в Мiре, Он облекся также и третьею Степенью, которая называется Природной, и что таким образом Он стал Человеком, подобно человекам в Мiре, с той только разницей, что в Нем эта Степень, как и две Первые, Бесконечна и Несотворённа, в Ангеле же и в человеке они конечны и сотворены. С тем вместе произошло и то, что Божественное, наполнявшее все пространства без пространства, проникло до Самого последнего начала в Природе; до принятия же Человечности, Божественное влияние простиралось на Природную Степень только через посредство Небес Ангельских, а после принятия стало происходить непосредственно от Самого Божественного. (Э. Сведенборг, Ангельская Премудрость о Божественной Любви и Божественной Мудрости н 233)
   Отсюда следует, что, до Господнего воплощения, на земле нашей жили, в определённом смысле, лишь стада полулюдей-полуживотных, в которых (если, разумеется, исключить древнейшую церковь) полу-человеческое было навязываемо с небес, а полу-животное было их подлинной натурой. Соответственно, в них не было и никакого отражения и присутствия Его Личности, а лишь изображение, по соответствиям, этого отражения и присутствия на небесах. Поэтому, кстати, вопрос личностности в древнем мiре и не стоял так остро, как в наши дни, ибо иллюзия эта тогда была гораздо слабее.
   После же Господнего Воскресенья, Его Божественная Человечность уже в состоянии присутствовать даже и в самых последних началах мiра природного, и, поэтому, ныне всякий человек, если только очищен он будет, сможет отражать Божественную Личность Господню во всей Её полноте и во всём Её Божественном величии.
   Отсюда, кстати, как антитеза, ведёт своё начало и гуманизм, как величайшее заблуждение нашей эпохи, ибо теперь, когда присутствие Божественной Личности в своих приемниках стало столь сильным и непосредственным, непросветлённому разуму человеческому, склонному присваивать все проявления Божественности в себе, как нечто его собственное, теперь исключительно легко можно впасть в отвратительности внутреннего языческого культа почитания тех личностных качеств, в которые окрашивается Божественное начало, при проявлении в человеке, как в органе жизни своей в мiре, как реальной и самодостостаточной личности.
   Культ такой исключительно опасен тем, что иллюзия тогда объявляется реальностью, отражение - оригиналом, человек - богом, а жизнь похотей его - абсолютной ценностью бытия. И культ этот, затем, вытесняет, из внутреннего души человеческой, всякое подлинное Учение Веры из Слова, и обращает человека в дьявола, а жизнь его - в ад, искажая и уничтожая, таким образом, любое наималейшее восприятие Образа Господнего в нём, и превращая его из органа жизни духовной во вместилище духовной смерти, в уздилище, в котором Господь, в творении своём, пытаем, попираем, убиваем и распинаем , и в котором, вместо того чтобы жить, в творении Своём, Он в нём непрестанно умирает.
   Естественно, затем, что Господь из такого уздилища адского, из этого дома ужаса и смерти, уйдёт немедленно, как только это для Него возможным станет, и тогда такой орган смерти духовной, или же орган духовного распада, обречён быть, рано или поздно, совершенно низвергнутым из Божественного Тела Господнего, низвергнутым таким же образом, каким природное тело человеческое низвергает из себя нечистоты кишечника своего, в обитель вечного безличностья, где орган этот, уже почти вне всякой личностности, будет существовать лишь как духовный труп.
   Но, как бы то ни было, в ангеле ли, или же в демоне во плоти, но человечность их, или же их личностность, воспринятая ими, с той или же иной степенью искажения от Господа, она, человечность эта, на самом деле, есть ничем иным, как собственно Божественной Человечностью Господа, которая одна лишь живёт, страдает, любит, верит, оживает и умирает в каждом из них, как в своём приемнике, соответственно качеству приемника этого.
   Вышесказанное, разумеется, неочевидно. Особенно если пытаться втиснуть все вышеизложенные идеи в сознание не очищенное и не просветлённое Господом. Но это, тем не менее, есть истина, такая же истина, как и то, что всё же Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот, сколь бы ни казалась, умам непросвещённым, ОЧЕВИДНОЙ именно последняя гипотеза.
   Правда также, что, даже если, посредством рационального восприятия доводов, приведенных выше, и утвердят многие из вас истину эту в уме своём как некий научный факт веры, всё же, для большинства из вас истина эта так и останется навсегда лишь просто неким теоретическим знанием, совершенно не связанным с вашей практической жизнью. Как, скажем, для большинства обитателей нашей планеты, даже если они знают и почитают за непреложную истину факт обращения Земли вокруг Солнца, сам этот факт остаётся, для них, всё же отвлечённым знанием, никак не связанным с их повседневной жизнью. И в непрерывной суете своей обычной жизни они не только будут мыслить исключительно понятиями типа солнце встало - солнце село, они также будут ЖИТЬ этими понятиями во всех чувствах, ощущениях и постижениях сознания своего, ибо для них Солнце ДЕЙСТВИТЕЛЬНО и ОСЯЗАЕМО встаёт и садиться, что бы там не бубнили зануды-астрономы.
   Этот научный факт обретает плоть повседневной реальности исключительно лишь для выходящих за пределы подлунного мiра, скажем - для космонавтов, и, скорее всего, даже не для тех из них, кто крутится лишь на орбите Земли (хотя и для этих он уже гораздо более актуальная реальность, чем для оставшихся внизу), а для тех из них, кто полетит к другим планетам солнечной системы, или же к другим мiрам. Ну и, разумеется, он также весьма реален для астрономов, астрофизиков и всяческих других исследователей внеземных объектов, хотя для этих он, всё же, также составляет лишь очень специфическую часть их жизни, весьма отделённую от основного, или же повседневного их существования.
   Так и с этой духовной истиной. Всем вам её рекомендуется знать, и вспоминать о ней, время ото времени, дабы не утверждаться сознанием своим в видимостях ваших природных чувств, которыми оно непрестанно у вас формируемо практически всякую долю мгновения, относящегося к вашей повседневной жизни. Для тех же из вас, кто рискнет попробовать возвысится над материальной сферой бытия своего, и войти в подлинные духовные прозрения, а также и в подлинно духовную жизнь, прозрениям этим соответствующую, истина эта (наряду с другими, не менее важными) может сослужить исключительно полезную практическую службу, ибо она даст вам те ориентиры, которые помогут вам не заблудиться, и не сгинуть бесследно в необозримых просторах духовного космоса.
   Кроме всего прочего, именно в том, совершенно ложном мiровосприятии, которое порождаемо, в уме нашем, иллюзиями реальности бытия индивидуальной человеческой личности, и сосредоточены, как змеи в своём кодле, все самые отвратительнейшие побуждения и похоти, относящиеся в человеке к любви мiра и своей соби. И до тех пор, пока человек не выкорчует радикально самого корня заблуждения этого из сознания своего, он всё ещё будет стоять лишь в самом преддверии Небесного Учения Веры, или же в его самом внешнем, природном круге, и искушениям его несть числа. Лишь только когда человек вырвет корень этот, искоренит его из сознания своего полностью, лишь затем он может вступить беспрепятственно в тот самый седьмой день своей жизни, или же в вечную Господню Субботу, где никакие искушения, связанные с любовью к соби и к мiру, его уже настичь будут не в состоянии.
   До этого же момента, все его любые смирения, все его любые самоуничижения, любые борения и победы над грехом и искушениями своими, все они совершаются человеком всё ещё из своей соби, а не из соби Господней. Ибо можно видеть себя самым грязным, самым греховным, самым смирённым перед Господом грешником, проявить величайшие подвиги и борения в самоочищении своём, даже взойти на духовное небо, и обрести там от Господа спасение своё, и пребыть там впоследствии целую вечность, и, всё же, всё это будет совершаемо человеком исключительно из своей соби.
   Вообще говоря, Господь, конечно, попускает человеку пребывать в его соби, и, даже, посредством соби этой, может вести человека к спасению, и, в результате, спасти его, опять же посредством его соби. Но в духовную Субботу Господню, или же в Его Небесное Царствие может войти только тот, кто не имеет в себе своей соби, но получает небесную собь непрерывно и исключительно от Единого Господа, и кому Господь эту Свою собь Сам непрестанно присваивает. Возможно же это лишь тому, кто сможет очистить ум свой от ложного восприятия личностности в себе, и остановить порочный процесс непрестанного присвоения себе того, что принадлежит в нём исключительно Единому Господу.
   Человек может перейти от состояния борьбы со злами и заблуждениями своими из своей же соби лишь только если в нём исчезнет восприятие себя, как автономной личности, и оно заменится восприятием себя постижением отстранённым, незамутнённым собью, когда взираешь на себя лишь как на поле Господне, в котором нужно растить злаки и выкорчёвывать тернии, и когда исчезает совершенно восприятие личностности в себе, и оно заменяется исключительно восприятием в себе служений. Только лишь после этого в человеке (с маленькой буквы) сможет затем обитать нестеснённо Человек (с большой буквы), и в человеке таком присутствует, после этого, лишь исключительно Собь Господня, Собь чистая и просветленная в Себе, и каковая, тем не менее, действует в человеке этом, как его особенная, личная собь, никогда, тем не менее, в таковую не обращаясь.
   В таком человеке меняется, также, и восприятие других людей. Он уже воспринимает их не как личности, а как служения Господни, провидя в каждом из них присутствие личности лишь Самого Господа, как ближнего, и по качеству присутствия этого определяя в них и качество ближнего, ближнего не как личности, но как комплекса служений в форме личности.
   И такой человек пребывает, затем, в подлинном, духовном смысле Господнего Слова, и, также, в подлинном духовном Учении Веры из Слова, происхождение своё ведущем от Небесного Господнего Начала. Ибо смысл духовный в человеке может пребывать исключительно в духовном же постижении сознания его, происхождение своё ведущем от Небесной Господней Любви, действующей в его возрожденной воле, и обращающейся, посредством этого его духовного постижения, в служения жизни его во внешних его началах.
   Войти же в такое состояние человек может лишь посредством последовательного преобразования постижения ума своего духовными помышлениями, и жизнью в соответствии с ними. Для этого он должен уметь воспринимать личность свою исключительно посредством таковых помышлений, а по духовным помышлениям: человек не есть лицо, но есть действие, ибо идея духовная лишена представления лица, как лишена представления материи, времени и пространства; посему, когда Ангел видит другого Ангела в Небе, то видит его как человека, но мыслит о нём как о действии, и даже Ангел по лицу является соответствующим действию. (Э. Сведенборг, О Божественной Любви. О Божественной Мудрости н XIII)
   Но войти в постижение такое полностью, дабы оно стало не только лишь научным фактом памяти, но также и движущей силой сознания и, оттуда, наималейшего побуждения воли, и, через это, также и всякого поступка, относящегося к жизни его, человек может лишь тогда, когда он приведёт все частности жизни своей, как внешней, так и внутренней, в соответствие с Божественным Порядком Господнего Духовного Царствия, через исполнение, и полное подчинение жизни своей заповедям Божественного Слова, ибо: Божественный порядок есть ничто иное как непрерывная заповедь Божья, и, поэтому, жить по Божественным заповедям, и жить в заповедях Божьих, есть жить в соответствии с Божественным порядком, и в Божественном порядке. (Э. Сведенборг, Тайны Небесные н. 2634)
   И затем лишь, когда жизнь его природная обратится в неразрывную составляющую часть вселенского Божественного порядка, и будет, относительно всякой частности своей, заключена исключительно в Порядок этот, лишь тогда сможет Господь, войдя в волю человека такого Благом Своей Любви, возвысить постижение ума его даже до уровня ангельских, или же духовных идей, ибо только: Из идей Ангельских, в которых отсутствует наималейшее понятие о пространстве, ясно видно, что в сотворенной Вселенной не живет ничто, кроме Одного Бога-Человека, то есть Господа, и что ничто не имеет никакого движения, кроме как только через Жизнь, от Него получаемую, и также что ничто не существует иначе, как лишь через Солнце, от Него происходящее; и что таким образом истинно то, что в Боге мы живем, движемся и существуем. (Э. Сведенборг, Ангельская Премудрость о Божественной Любви и Божественной Мудрости н 301)

25 июля 1999 года



РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | | К.Кострова "Соседи поневоле" (Юмор) | | В.Мельникова "Жених для васконки" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Вторая Книга" (Современный любовный роман) | | Д.Дэвлин "Аркан душ" (Любовное фэнтези) | | М.Кистяева "Кроша. Книга первая" (Современный любовный роман) | | А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | Д.Вознесенская "Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества" (Любовное фэнтези) | | Н.Волгина "Ночной кошмар для Каролины" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"