# Всадник Мёртвой Луны 17 ("Первый день в Башне")

Александр Валентинович Васильев

Описывающая обустройство Владиславом на месте своей неожиданно обретённой должности.

Первый день в Башне


Страшный, завораживающий рёв труб и тяжёлая барабанная дробь где-то там, за дверью, в далёком коридоре вырвали его из чёрного марева беспробудного как смерть сна. Покрывая все звуки равномерно бил гонг где-то на верхних этажах башни. Первое мгновение он никак не мог собрать расколотое в чёрные куски сознание и сообразить - где же он, и что с ним происходит. Спать хотелось смертельно. Над сознанием господствовало только одно страстное желание - отключиться от всего, повернуться на живот, закрыть голову подушкой и снова провалиться в блаженную темень беспробудного сна. Потом - он внезапно всё вспомнил. Вспомнил, что он теперь полноправный гвардеец на службе у Чёрной крепости. И - снова подивился произошедшему вчера как совершенно невероятному, немыслимому чуду. Чуду, в которое разум его всё ещё отказывался окончательно поверить. Но - надо было вставать, и - как можно быстрее. Кто знает, как его новый начальник отнесётся к запоздалой пробудке? Поэтому он пружинисто соскочил с кровати, стряхивая с себя остатки сна, сунул под неё руку, и к своему удивлению не обнаружил под нею ночного горшка.

Быстро накинув на голое тело дорожный плащ, он, плохо ещё определяясь в полной темноте (ночник видимо полностью выгорел ночью) и тыкаясь с тихим и злобным шипением в какие-то многочисленные острые углы меблировки, нащупал наконец ручку двери, потянул её вниз, и хлопая глазами как сова высунул голову в ярко освещённую предверную залу. Ладненький, уже полностью одетый, и что-то приготовляющий на круглом столике возле камина вопросительно уставился на него.

- Я.. Я тут хотел спросить где это.. Ну, ночной горшок. Мой. Со сна мысли у Владислава в голове путались, и никак не могли сложится в стройный вопрос.

- Так ведь у вас там отхожее место есть же! - Отозвался Ладненький, отрываясь от (как теперь Владислав разглядел) закипающего над маленькой жаровней серебряного кофейника с высоким, изящно загнутым как лебединая шея носиком. - А! Так я вам не показал-то вчерась! - Искренне огорчился он. - Так вот же оно, идёмте, увидите сами!

Метнув быстрый тревожный взгляд на кофейник, который даже ещё не начал урчать, он схватил со стола один из двух трёхсвечников и метнулся к двери. Владислав быстро посторонился, Ладненький заскочил внутрь комнаты и распахнул слева, у самого входа небольшую одностворчатую дверцу, которую Владислав вчера принял за встроенный стенной рундук. Всучив ему трёхсвечник, и буркнув полувопросительно: "..сами разберётесь?" он так же стремительно вернулся назад, где уже послышались ему первые звуки закипания.

Захлопнув за ним двери комнаты, Владислав протиснулся в небольшую нишу. Там, справа, действительно была воронка отхожего места с фаянсовыми выступами для ступней, а рядом - за небольшой раздвижной деревянной ширмой, из тонких, лакированных чёрным лаком дощечек - помывочная, с уже знакомой ему трубой с раструбом. Ниша была полностью выложена серой гранитной плиткой, на специальной полочке лежал непочатый кусок мыла, и на вешке ряом весели несколько великолепных белоснежных полотенец. От такой роскоши Владислав только глаза в изумлении вытаращил.

Быстро ополоснувшись под ледяной водой (мыться он со вчерашнего даже и не стал), Владислав облачился в форму, и вышел в общую залу. Кофейника и жаровенки на столе уже не было, а Ладненький крутился что-то там начищая тряпочкой. Он поднял голову и указал на дверь приёмной:

- Его превосходительство велели вашему благородию стразу же к нему зайтить, как оправку закончите!

Постучав в дверь приёмной, и услышав утвердительный ответ, Владислав проскользнул в приёмный покой.

Тайновед стоял за конторкой, на широкой доске которой перед ним были разложены пергаменты, свитки и листы бумаги. Увидев Владислава он быстро набросил на всё это поверху большой чёрный плат, и сделал приглашающий жест к столу, на котором стоял кофейник на чуть тлеющей жаровенке и несколько чашек на подносе, рядом с крохотным бочоночком мёда и изящной тарелочкой со сладостями.

Усевшись за стол рядом, и дождавшись, пока Владислав нальёт себе кофею (свою чашку, уже наполовину пустую он захватил с собою от конторки) Тайновед без всякого предварения, тут же перешёл к делу:

- Минут через десять мы пойдём к завтраку в командирской трапезной, на нашем этаже башни. Вся свита начальника гвардии питается здесь, отдельно от общевойсковой трапезной для командирства, находящейся на втором этаже. Иногда его высокопревосходительство и сами возглавляют трапезу, но в основном за столом председательствует его старший помощник. Там я тебя и представлю нашему обществу. Ребята из нашей команды тоже живут здесь же, но у них отдельное помещение при входе, там где обитают все низшие чины свиты из свиты. Там же у них и своя трапезная для нижних чинов. С ними я тебя познакомлю после завтрака. Сразу же после этого побежишь получать форму, коня и прочее обеспечение. Ладненький тебе всё подробно растолкует. Думаю, что письменные отношения к этому времени уже прибудут из снабженческого приказа. Времени на раскачку у тебя не будет вообще. У нас сейчас горячая пора. Война может начаться в любой момент, а уж нам задания поступают вообще без остановки. Так что к обеду ты должен быть полностью обмундирован, олошаден, и готов выступать в поход немедленно. Полного доспеха тебе получать не нужно, мы - не строевой отряд, и берём не боевой мощью. У нас у всех здесь лишь облегчённая экипировка - наша сила в ловкости, быстроте и скрытности. Но об этом - уже по ходу. Из своего хлама можешь разве что лук со стрелами захватить - я успел заметить что он у тебя просто отличный. Таких и у нас в крепости немного. Как экипируешься - подтягивайся сюда. Если успеешь до обеда - ожидай у себя в комнате. Можешь даже поспать впрок. Я не поручусь, что нас не дёрнут сегодня же в ночь. Так - вопросы есть?

- Ну, вроде пока нет, - растерянный от такого напора отозвался неопределенно Владислав.

- Нужно отвечать "Никак нет!" строго заметил ему Тайновед. Со мной-то формальностей особо не требуется, у нас тут свои порядки. Но если подвернёшься с таким мямленьем тому же господину помощнику предводителя гвардии - то могут и через плети пропустить. Ну да ладно - будешь на ходу осваивать всю эту строевую премудрость. По хорошему тебя бы следовало сначала сразу же послать на краткосрочную подготовку для младших командиров, которая при строевой гвардии действует. Но, боюсь, времени на это у нас уже не будет.

Тут где-то вверху снова ударил гонг.

- О! Это уже к завтраку! Пошли! - Быстро встал Тайновед. - Туда опаздывать не рекомендуется. Ты, кстати, уже понял, что тут трапезы оповещаются гонгом? Не спутаешь?

- Так точно ваше превосходительство! - Залихватски отозвался Владислав вскакивая, и салютуя ему гвардейским приветствием

Тайновед быстро взглянул на него, довольно хмыкнул, и похлопал по плечу. А Владислав подумал про себя, что всё же чтение исторических книжек вполне может оказаться и полезным в некоторых обстоятельствах. Всё-таки новый Черноград во многом копировал тот, старый, так замечательно и с подробностями описанный в древней книге о его падении.

- Да, вот ещё. Эти обноски пока что пойдут для трапезы. Но значка у тебя нету, а без него тут расхаживать не рекомендуется. Вот, - тут он быстро пошарил в недрах конторки, - возьми, остался от твоего предшественника. Он его с собой в поход разумеется не взял. Значки правда номерные. Но для похода в трапезную сойдёт, а как получишь свой - сразу же сменишь. И - вот ещё, возьми перевязь с его повседневными мечом и кинжалом. Невооружённым комсоставу в башне ходить неприлично.

И он протянул Владиславу знак, похожий на тот, что был у него самого на груди, но из серебра, и с затейливой, хорошо начищенной бронзовой окантовкой. В центре значка тускло блеснул чёрный камень. Значок был на прикрутке, и Владислав несколько повозился, пока закрепил его на куртке, над эмблемой гвардии. Тайновед терпеливо ждал.

Перепоясавшись перевязью, на которой висели в чёрных ножнах длинный кинжал, и такой же, как у Тайноведа узкий прямой меч, он кивком головы сообщил, что готов следовать за ним. Когда они вышли в общую комнату Ладненький уже стоял на стрёме у дверей, но не уходил - ждал пока начальство появится. Затем они, все вместе, пройдя несколько комнат, вышли в центральный коридор. Там они повернули налево, но очень скоро Тайновед открыл одну из дверей слева, и они, миновав небольшую караульную комнату, наконец попали в трапезную. Ладненький за ними не последовал, а пошёл дальше по коридору.

Трапезная поразила Владислава размерами, суровым, и, в то же время, кричащим своим богатством оформлением, где строгость серых гранитных панелей с большим вкусом разнообразилась обилием позолоты на кованных украшениях стен, люстрах, и обрамлениях как всегда пылающих каминов. Ровно посреди трапезной стоял небольшой, узкий стол, покрытый белоснежной скатертью, и заставленный с двух сторон стульями чёрного дуба с высокими резными спинками. У дальнего конца стола, обращённого к чёрным бархатным занавесям, очевидно скрывавшим окна, стояло такое же чёрное кресло, такое же строгое, но затянутое чёрным бархатом, и с более высокой спинкой.

Три огромных позолоченных люстры заливали трапезную морем огня от бесчисленных свечей. По всему её пространству небольшим группками рассыпались люди в гвардейских мундирах, о чём-то между собой тихо переговариваясь. Их было числом человек с двадцать - аж никак не больше, и они совершенно терялись в этой огромной зале с высоким потолком.

Тайновед стремительно пробрался меж стоящими к самому столу. Владислав последовал за ним, поймав на себе несколько мимолётных, но не очень любопытных взглядов. У ближайшего ко входу конца стола, у которого на торце не было никакого стула, он остановился, и показав Владиславу третье слева от начала кресло тихо сказал: "Запомни - вот твоё место. Будешь здесь всегда сидеть. Очень важно не спутать, и занимать именно своё место за столом - это имеет большое значение". После этого он покинул Владислава, и отправился к одной из групп беседующих, сразу же живо вклинившись в разговор.

Оставшись мыкаться у своего кресла Владислав потихоньку начал оглядывать окружающих. Он узнал среди них и того, кто первым встретил его у ворот, и доставившего его, и дежурившего в приёмной у Предводителя гвардии. Те его, очевидно, тоже узнали, но не проявили к нему ни малейшего интереса.

Тут в зал почти вбежал невысокого роста человечек, очень гибкий, подвижный, плотненький, с простым золотым знаком на куртке, в центре которого сверкал огромный рубин. Он появился из-за небольшой дверцы в левой от входа стене, расположеной почти у противоположной входу стены с окнами. Присутствующие в трапезной дружно повернулись к нему, и вскинули руки в приветствии. Небрежно махнув им всем рукой в ответ человечек занял место за стоявшим у торца стола креслом. Остальные чётко, без малейшего замешательства, заняли каждый своё место. Справа от Владислава оказался тот самый порученец, который его вчера доставил в башню. Человек слева был ему совершенно незнаком.

Председательствующий снова вскинул руку, и громко провозгласил:

- Владыке Среднеземья, Повелителю всего и вечному нашему Господину - от нас всегда высший почёт и неизменная верность!

Всё общество в ответ также дружно вскинуло руки в приветствии и хором прокричало:

- Всегда почёт, и неизменная верность!

После этого заместитель начальника Гвардии снял свой берет, и повесил его справа, на спинку кресла, на одну из венчающих его острых шишечек, и уселся в кресло. Все последовали его примеру. Слуги в ливреях начали разносить тарелки с горячей овсяной кашей, приправленной мёдом, орехами и фруктами.

Владислав почувствовал, что он зверски оголодал со вчерашнего дня. Моментально прикончив кашу он успел ещё подхватить с блюда кусок холодного мясного пирога из баранины с луком, запить это всё несколькими стаканами сока - судя по всему яблочного, и проглотить ещё кусок хлеба с мясной копчёной нарезкой. Впрочем, его соседи тоже от него не очень отставали. Смысл такой поспешности Владислав понял тогда, когда все немедленно вскочили, как только из-за стола встал председательствующий. Даже что-то недоевшие не посмели задержаться за столом и лишнего мгновения. Тут председательствующий сделал знак, и Тайновед, сидевший справа от него вышел, и стал у того за креслом. Наступила тишина. Председательствующий, ни на кого не глядя, негромко, как сплюнув, сказал:

- У нас в свите его высокопревосходительства господина начальника Гвардии появилось новое лицо. Начальник тайной службы вам его сейчас представит.

Он чуть отступил в сторону, и Тайновед зычно заговорил у него из-за спины.

- Должен вам с прискорбием сообщить, что мой порученец, выполняя ответственное задание в недавнем рейде, героически погиб в стычке с врагом. Его место займёт вот этот достойный молодой человек, тут он поднял руку и указал на Владислава. Вчера он был принят в гвардию в чине младшего командира второго ранга. Прошу любить и жаловать вашего нового соратника!

Владислав зарделся от смущения. Прежде всего его поразило, что Тайновед в своей речи совершенно проигнорировал его происхождение, род и прочее, что в кругу западников было вещью немыслимой. Потом он уловил несколько взглядов, равнодушно брошенных а его сторону, в которых не было ни симпатии, ни доброжелательства, а лишь мелькали нескрываемое пренебрежение и, как ему показалось, не очень скрытая издевательская усмешечка. Словно они уже заранее определились в своём к нему отношении. Не именно вот к нему, а к занимаемому им в свите положению. Никакой словесной реакции на представление Тайноведа со стороны присутствующих не последовало, да он её видимо, и не ожидал.

Председательствующий снова небрежно махнул рукой, ни на кого не глядя, и получив в ответ дружное приветствие тут же удалился туда, откуда и появился в трапезной. Публика немедленно, по деловому, но не толкаясь, и соблюдая чинопочитание начала вытекать во входную дверь. Тайновед дожидался Владислава в коридоре, и они вернулись в общую комнату его апартаментов, где их уже стоя поджидали, вольно расположившись небольшой группой, Ладненький, и шестеро нижних чинов в чёрных суконных куртках.

Если Ладненький явно происходил откуда-то с южных земель империи, то вот воины отряда тайной службы Владислава попросту поразили. Тут был и явный имперец с дальнего севера - огромный, кряжистый мужик с белыми, льняными волосами, и такого же цвета патлатой, круглой бородищей на грубом, сдобныйм блином, и при этом - совершенно рябом лице с очень наглыми, безжалостными голубыми глазищами, затем - два ускоглазых, низких кочевника откуда-то из юго-воточных ханств с длинными чёрными волосами и гладко выбритые, также два совершенных восточняка, живо напомнивших Владиславу Кима, и - он чуть не протёр себе глаза, огромный круглоголовый чёрный человек с короткими курчавыми волосами под гвардейским беретом, и выпуклыми, чувственными, ярко-красными губами, из-под которых щерились в глуповатой, но добродушной усмешке совершенно молочные зубы, а также весёлыми глазами навыкате и небольшой клочковатой бородкой, покрывавшей пушком его округлую челюсть.

Когда они подошли, весело о чём-то болтавшая группа вытянулась в линию, дружно отсалютовала, и даже несколько подтянулась, хотя позы всё равно оставались достаточно вольными.

- Итак, - начал их представлять друг другу Тайновед, - ребята, это - мой новый ординарец. Только что вчера прибыл в крепость, и - тут же был принят на должность в младший комсостав. Будет служить вместо нашего несчастного Добробрата. - Тут Владислав отметил, что служивые между собой как-то странно и быстро переглянулись. - Звать его будем - Счастливчик Влад. - Тайновед чему-то своему весело ухмыльнулся.

- Теперь, - он повернулся к Владиславу, - весьма рад рекомендовать тебе старшину первой статьи Весельчака Младогора, или - попросту Весельчака, а также старшин второй статьи Тихого и Карапута, - тут он указал на степняков, Тигру и Заднепята - тут он указал на восточняков, - и - особенно, нашего товарища с жаркого юга - Вырвиглаза. Парни все лихие, опытные, дело своё знают, и спуску врагам не дают.

Владислав тут же отметил про себя, что в отряде совершенно не было рядовых. Даже Ладненький носил на рукаве две остроугольных, словно чикнутая на бумаге птичка нашивки из бронзы - судя по всему был приказным второй статьи. Остальные же, со своими серебряными нашивками, оказались все как на подбор старшинами, что наверняка говорило об опыте, положении в гвардии, и - кстати, солидном денежном содержании. У всех у них на груди были начищенные бронзовые круглые значки с чёрным агатом - видимо, отличительным знаком отряда. В общем - явно не простое подразделение, соображал про себя Владислав. Да и то сказать - тайная служба при самом Предводителе Гвардии! Тут же Владислав, также про себя, отметил, что все они, пожалуй за исключением Тайноведа, были из народов младшей ветви. До этого момента ему представлялось, что все гвардейцы должны быть непременно западниками. Здесь он кстати и припомнил, что некоторые лица в трапезной, как ему показалось, тоже носили на себе печать явно отличающую их от наследников запада.

- Ты, Счастливчик, по чинопочитанию имеешь более высокое звание, - продолжал Тайновед обращаться к Владиславу, и в публичных отношениях всё будет происходить согласно твоему чину, безусловно. Но у нас в отряде, заметь себе, отношения особые. Вне службы, и в походе мы - скорее равноправные меж собой воины, и подчинение идёт лишь согласно месту каждого в боевом задании. Поэтому ты с ребятами не чинись - они тебя и опытнее, и старше. Тем более, что и ты, и они напрямую подчиняетесь только мне одному. Они тебя будут наставлять во многом попервах, и помогать если что, коли отношения сложатся, так что ты к ним прислушивайся. Это будет полезно и для тебя, и для нашей общей службы. Ты, Весельчак, вообще возьми над ним наставничество для начала. Покажи что да как в Башне, в общем - введи во все тонкости и порядки нашей жизни здесь. Впрочем, до обеда он будет бегать по обеспечению, а после - можешь сразу и приступать к вышколке, коли будет охота.

- Для вас всех у Ладненького на сегодня для увольнительные лежат, - снова обратился он ко всему отряду, - но - только по внутреннему двору Цитадели. И - куда бы ни пойдёте, а Ладненький должен знать, где вас можно немедленно отыскать в случае чего! - строго добавил он.

Те дружно и согласно кивнули в ответ. Солдатня, в общем, весело скалилась Владиславу, дружелюбно поглядывали. Тот лишь поддакивал им по ходу разговора. Выглядело всё так, что взаимоотношения, вроде, как-то налаживались.

- Кстати - а отношения для него уже принесли? - обратился Тайновед к Ладненькому.

- Так точно, вашпревосходительство! Сразу после завтрака посыльный из приказа и приволок!

- Хорошо, тогда все могут идти по своим делам. Мне тоже есть чем заняться - отчёт о походе писать, и всякое такое. - Махнул тот рукой, повернулся, и исчез за дверью приемной.

Разобрав увольнительные, солдатня, весело перегикиваясь и шуточно толкаясь, высыпала за двери. Только Весельчак, перед уходом, грубо, но дружелюбно толкнув Владислава в плечо, и - подмигнув ему своим наглым глазом, сообщил - "после обеда, если дела кончишь, мы с тобою мож малость и покучкуемся, прошвырнёмся по питейному, а мож и куда повеселее ещё заглянём"!

Получив от Ладненького пергаменты с печатями, и инструкции, куда их отнести, Владислав, пройдя по привычному уже коридору, спустился на первый этаж. Пропуск он, по всеобщему примеру повесил себе на шею - и не напрасно. Караулы стояли на каждом шагу, и пропуск проверяли не для одного виду ради. Внизу он, пройдя запомнившийся ему ещё со вчерашней ночи общий коридор первого этажа, достиг выхода из башни. Но открыв дверь, и высунувшись наружу, он был просто поражён полумраком, встретившим его снаружи. Задрав голову, он с изумлением увидел, что верхушка башни была вся укутана чёрным туманом, сквозь который еле просвечивало молочным свечением солнце, которое должно было уже стоять достаточно высоко. Судя по всему туман укутывал не только башню, а распространял свои крылья достаточно далеко по сторонам, потому что за высокими стенами цитадели не проглядывало ни клочка свободного неба.

На улице было сыро, и промозгло холодно. Владислав успел пожалеть, что не захватил с собой дорожный плащ, хотя ещё неизвестно было, как бы к такому неуставному предмету отнеслись бы окружающие - форменного плаща у него пока что ещё не было. Свернув от входа направо, по указаниям Ладненького, и пересекя весьма обширное пустое пространство Владислав подошёл к ряду двухэтажных зданий, составлявших здесь службы довольствия гвардии с их бесчисленными складскими амбарами.

В центре этого ряда, у самой стены Цитадели, располагалось огромное овальное здание манежа, с конюшнями по бокам. На вторых этажах конюшен и находились собственно многочисленные службы приказа имущественного обеспечения. Прежде всего Владислав нашёл комнаты управления главного конюшнего. Здесь, изучив бумагу, ему дали в сопровождение посыльного, который и доставил его к дежурным конюхам, занятым на манеже объездкой лошадей. Один из них, крепкий, кряжестый мужик в солдатской суконной куртке, шерстяном вязаном берете, и с серебряными нашивками старшины первой статьи на рукаве занялся ими непосредственно.

- Вот, господин старшина первой статьи, - отрапортовался посыльный, - его благородие будет порученцем при его превосходительстве начальнике тайной службы господина Предводителя Гвардии, так что - приказано дать объезженного коня, пригодного для тайных операций, быстрого, но при этом не чересчур норовистого - так как господин порученец вряд ли будет в схватках участие принимать. Ну, в общем - где-то так.

- Понимаю, - сурово сдвинув кустистые брови отозвался конюх, и на какое-то время задумался. Потом он махнул рукой, - Да что тут долго гадать! Возьмёшь коня своего предшественника на службе! Хорошо, ваши его с собой назад доставили! Добрый конь, и уже в деле был не раз. Пойдём, познакомлю.

На манеже, среди выгуливаемых лошадей - всех сполешь чёрных, одной вороной масти, он выбрал небольшого, поджарого коня, с очень тонкими изящными пропорциями тела. Конь был под седлом, и беспокойно пофыркивал, когда конюх вывел его из общего стоя под уздечку.

- Эх, всё ещё приживает животина, не может успокоится после потери хозяина! - Сочувственно ,успокаивающе похлопал он коня по шее, и передал уздечку Владиславу.

Увидев, как неуверенно тот пытается удержать забеспокоившееся животное, он спросил: "Что, видать невелик опыт-то у вас с верховой ездой? Не особо-то я вижу умеете ладить с лошадями?" Тут он достал из кармана плотный белый комок чего-то и предал Владиславу в свободную руку: "А нукось угостите его вашблагородие, налаживайте-то отношения".

Владислав, став сбоку, у морды, и внимательно взглянув в умные, печальные глаза протянут коню это подношение. Тот деликатно, мягкими губами взял комочек каши, и проглотил его.

- Ну что, брат, доля у нас такая - вместе служить будем, - обратился к нему Владислав. Что делать, жаль мне твоего прежнего друга, да нету его уже. Надо нам теперь как-то меж собой обываться!

- Как звать-то его? - обратился он к конюху.

- Вертоставом кликать, - отозвался тот.

- Ну что, Ветроставчик, - ласково похлопал коня по морде Владислав, будем дружить?

Конь смотрел на него недоверчиво, и всё так же утомлённо-печально. Но уже не бился беспокойно в узде.

- Дай-кось я вашблагородию стремя-то подержу, сунулся конюх, - попробуйте сеть на него и проехать-то кружок-другой. Посмотрим - как оно пойдёть то.

Неуверенным, но быстрым и умелым движением Владислав рискнул вскочить в седло. Всё-таки долгая дорога прежних месяцев с его погибшим другом не прошла для него даром. Конь дернулся беспокойно, но в общем принял его достаточно покорно. Конюх довольно похлопал коня по загривку -

- Знает службу, недаром в гвардейских конюшнях-то овёс свой ест!

Где-то час ушёл у Владислава на то, чтобы более-менее свыкнуться со своим новым другом. Конь был послушен, действительно неноровист, и явно умел оценить те ласку и деликатность в обращении у своего нового хозяина, которыми его, здесь, очевидно никогда не баловали. Через час гарцовки они уже вполне свыклись друг с другом.

Возвращая его конюху, Владислав получил от того указания, где именно, в каком стойле он всегда сможет отыскать для себя Ветростава.

- Там ваше имя и должность будуть выбиты. На табличке бронзовой. Седьмая конюшня, стойло пятнадцать. Номера над всем дверями и стойлами выбиты, так что в случае чего и сами найдёте без труда. Хотя обычно коня по запросу выводят конюхи во двор. Но - мало ли что.. Тут он как-то неопределённо покосился на верхушку башни, скрытую в чёрном тумане.

Изрядно употевший, промёрзший и утомившийся Владислав затем последовал в оружейную. Там с него, взяв пергамент, сняли мерку, и здесь же, из огромного склада заранее заготовленной амуниции, подобрали кольчугу, шлем - довольно необычный, круглый со стальным гребнем, украшенным вороньими перьями, поножи, набедренники, наручники, лосины грубой кожи, замшевую и льняную рубахи под доспех, кожаные, со стальными вставками перчатки, и тут же на месте кузнец склепал дня его из заготовок и подогнал лёгкий пластинчатый панцирь. Перевязь с мечом и кинжалом предшественника просто переписали на него. Доспехи предложили с собой не брать, а обещали немедленно же доставить в его комнату в башне.

После оружейной он пошёл в одёжные мастерские. Там ему вместо тряпья выдали совершено новое командирское обмундирование. Тоже сняв мерку, и - видимо из сшитого заранее, со склада. Дали ещё несколько смен белья, суконный плащ на меховой подкладке, в который он тут же с удовольствием закутался, и всякую иную полевую амуницию. Лишнее любезно предложили также с курьером доставить к нему в башню.

Под конец он посетил и денежный приказ. Там его записали на всякое довольствие, и выдали жалованье вперёд за неделю - семьдесят империалов. Тут же ему вручили и личный командирский номерной знак, с соответствующей грамотой, удостоверяющей его чин, куда номер знака был тщательно вписан. Знак несчастного Добробрата у него отобрали, выдав на то расписку - для отчёта перед Тайноведом.

По завершении всех хлопот ему посоветовали как можно скорее возвращаться к себе в башню, так как вот-вот ударит гонг на обед. Владислав еле успел заскочить по лестнице на свой этаж, как действительно - где-то там, в вышине, ударил гонг.

На этот раз он поспел в трапезную чуть ли ни одним из первых. Но поскольку к беседе его никто не приглашал, то ему опять пришлось мыкаться у своего кресла в одиночестве, лишь обменявшись дружелюбным кивком с Тайноведом, впрочем, занятым своей собственной беседой с двумя представительными командирами, значки которых - золотые, с серебряной окантовкой, и какими-то яркими камнями по центру Владиславу, впрочем, ничего не сказали.

Обед был отменным - густой овощной суп на телятине с рисом, жаркое из баранины с овощами, неизменные мясные пироги, какие-то рыбные блюда, на десерт - несколько видов фруктов, включая сюда виноград и апельсины. Алкоголя, впрочем, не подали ни капли и сейчас. Видимо - в служебное время не полагалось.

После обеда Тайновед не пошёл с ним в свои комнаты, но лишь торопливо махнув ему рукой умчался по коридору к лестнице. Проводив его взглядом Владислав увидел, что он по ней начал подниматься - видимо его вызвали куда-то на верхние этажи башни.

После еды на Владислава навалилось ощущение сытой усталости. Он ещё не пришёл в себя от событий прошлого дня, да что там - всей прошлой недели, а сейчас, после не очень длинного сна снова намотался по приказам, да и хорошо выложился на манеже. Единственное, чего ему хотелось - это поскорее добраться до своей кровати, упасть на неё, и провалиться в дрёму до самого ужина - благо на послеобеденное время Тайноведу, судя по всему, будет не до него.

Но в общей комнате его ждал сюрприз. За тем круглым столиком, где с утра кипятился кофейник, на низких, трехногих табуретах простой выделки сидели Ладненький с Весельчаком, и азартно стучали по столешнице костяшками какой-то игры. По всему столу блестели золотом кучки империалов. Судя по тому, как медоточиво щёрился Ладненьки, и бешено и злобно скалился, выкатывая глаза, Весельчак - догадаться кому в игре сопутствовала удача было несложно. Ладненький, увидев Владислава, тут же сунул костяшки из горсти в карман, буркнул Весельчаку - "щас вернусь, погодь!", и подскочил с табурета со словами: "..вашблогородь! Тут во время обеду посыльные вашу рухлядишку приносили, я уж всё по рундукам разложил, идёмте - покажу где что!". Открыв дверь он пропустил Владислава в его комнату, вежливо проскользнул вслед, и начал показывать ему, в стенных рундуках, куда значится, пошло бельишко, куда одёжка какая, и куда амуниция.

Тут же в комнату бесцеремонно вломился и Весельчак. Еле дождавшись пока Ладненький не закончил толковать, он панибратски хлопнул Владислава по плечу, от чего того внутри аж перекосило - он такого панибратство и от равных по положению всегда терпеть не мог.

- Вашблагородь, вижу прибарахлились! - Начал он громко - аж под потолком звенело, буквально наваливаясь на Владислава и жарко дыша ему прямо в шею весьма несвежим запахом жареного луку и чесноку (видимо нижних чинов кормили хоть и сытно, но явно попроще, чем комсостав), - и жалованье небось отгребли-то на неделю вперёд? А первое-то жалованье, по нашему неписанному закону нужно непременно пропить с сотоврарищи! - Хитро оскалился он. - И не боись - тут же успокоительно добавил, заметив как Владислав болезненно дернулся при таком намёке (ведь он только более-менее почувствовал себя человеком с денежной заначкой в кармане, а тут из него всю получку явно пытались вытрясти), - в Цитадели деньги тебе всё равно ни к чему будут, а уж если в поход двинем - то там они уж точно без всякой надобности. В походе всё что нужно мы или задаром берём, или начальство оплачивает! - И он весело заржал при этом. - Да и через неделю новые денежки натекут. В общем - не жмись! Не надо. Деньги что - сор, мусор. Ветер всегда наметает!

- Мы счас с вами в питейную завалимся, а потом - и в весёлый дом при ней! Вот там мы и славно позабавимся! Мож и кое-кто из наших парней подвалит чуть попозже. Всё прогудим за вечер! Коль не хватит - я добавлю! И ребятки подсыплють. У нас ведь после походу денег куры не клюють - ещё ничего пропить не успели! Собралось жалованья за всё время отсутствия, да ещё и с полевыми и премиальными! В общем - пошли! Неча время-то терять - и он, грубо схватив Владислава за рукав, потащил его вон из комнаты.

Тот лишь вяло сопротивлялся. Судя по всему с мечтами посопеть тихо до ужина приходилось попрощаться. Ладненький последовал за ними, аккуратно прикрыв двери комнаты.

- Так что, доигрывать-то как партию будем? - Вкрадчиво спросил он Весельчака.

Тот только рукой махнул раздражённо.

- Ты уже и так меня как липку ободрал! Хватит! Вишь, его благородие по распоряжению командира веду с бытом нашим знакомить! Забирай, что успел слупить, и - до завтра!

И прихватив со стола малую толику денег, видимо стоявшую на кону в последней игре, и не обращая никакого внимания на досадливые порывы и ужимки Ладненького, он поволок Владислава дальше.

Но как только они вышли в коридор, поведение Весельчака моментально изменилось. Он занял место чуть сади, за правым плечом Владислава, и лишь тихо подсказывало ему, куда следует идти. Салютуя встречным офицерами, и принимая салюты от нижних чинов, они вновь спустились на первый этаж, и покинули башню через главный вход.

Владислав, собственно, по чтению старой книги, хорошо представлял себе, где именно располагается и питейня, и весёлый дом, и что именно и как там происходит. Пересекя весь двор по направлению к главному въезду в Цитадель, он действительно нашёл всё точно так, как и было когда-то описано в книге о древнем Чернограде.

В питейне народу было - просто дым стоял коромыслом. Они еле отыскали место на двоих за одним из столов, для чего им пришлось насильно втиснутся меж двух чужих компаний, что тех явно не обрадовало. Весельчак, взяв денег у Владислава, смотался за пивом, и вместе с оным приволок также копчёной и солёной рыбы в глиняных мисках. Пиво было отменным, и рыба, что та, что другая, весьма вкусной. Владислав махнул уже на всё рукой и решил наслаждаться жизнью вовсю, раз уж так пошло. Даже сонливость с усталостью как-то отступили.

Разговаривать было тяжело - со всех сторон летели пьяные вопли, соседи постоянно подскакивали, орали, толкали их в бока. Пиво от этих толчков время ото времени выплёскивалось на стол и куртку. Владислав с грустью думал о новенькой, только что свежеполученной одёжке. Плащ он всё же оставил на плечах - хотя вокруг было и душно, но по зале носились от постоянно открытых дверей и окон злобные сквозняки, а он и так хорошо намёрзся утром, на манеже.

- Ты, вашблагородь - ужо давай будем на ты, у нас так в отряде принято, мы даже с командиром все на ты, не в строевых отношениях - понятно, я слышал только вот в крепость прибыл?

Владислав что-то невразумительно пробурчал в ответ.

- Да знаю, я знаю. По тебе видать, что ты тут только первый день ошиваешься. Меня вот что удивляет - как тебя, свеженького, и так сразу к нам, да ещё на такую ответственную должность? К нам, знаешь ли, брат, с кондачка не попадают. Ведь тебя же и в гвардию-то только вчерась приняли - вон, лишь сегодня оперяться начал! И - сразу к нам! А мы - не хухры-мухры. Мы, брат, тайная служба при самом его высокопревосходительстве! А он - второй человек в башне, между прочем! После самого Командующего крепостью!

- Да у меня письмо с собой было, - почувствовал настоятельную необходимость как-то развеять недоумение сослуживца Владислав. Рекомендательное.

- Да? И к кому же, коли не большой секрет?

- Да собственно к его высокопревосходительству и было. К Предводителю Гвардии.

- Ну да?! - Аж выпучил глаза Весельчак, - Вона оно што! И что - письмо-то, служебное небось?

- Да нет, так, сугубо личное, - начал мямлить Владислав, уже жалея, что вдался в такую откровенность.

- Ну - даже и не знаю. - Скептически посмотрел ему прямо в глаза Весельчак, пытаясь уловить что-то сокрытое. - Ну, я понимаю, попросили пристроить по родственному, ведь ты ему родственная душа, что ль?

- Да нет, так от старого друга письмо было. - Начал отнекиваться Владислав. Ну, в общем - личная история.

- Нда.. - Снова скептически настроился его собеседник, - если как по родственному порадеть, то - не знаю.. Не знаю.. Не то место, если человеку по родственному счастья желаешь. Что бы там ни было.

- А что так-то? Насторожился Владислав.

- Ну.. Так. - Уклончиво опустил глаза Весельчак. - В общем - если б о тебе радели, нашли бы местечко и потеплее. И.. Побезопаснее.. - Он снова сквозь усы чуть лукаво улыбнулся.

- Безопаснее.. Я конечно понимаю - у вас служба того, тайна и - опасна.

- Да я не совсем о том, - снова чуть улыбнулся Весельчак, - но в общем - не бери себе в голову. Тут важно то, что на такое место по протекции на кондачка не попадают. Вон, твой предшественник - он ведь к нам из приказа внутренней безопасности переведён был. Прямым распоряжением командующего крепостью - первого после Высочайшего. - Четвёртая кружка пива видимо уже чуть развязала язык у старого вояки. - А ты.. Ты ведь только что в крепость попал, да ещё и по частной рекомендации, и - раз! На тебе! Нет, брат, тут что-то не то. Темнишь, ты брат, темнишь!

- Да ничего я не темню! - Отбивался вяло Владислав. - Поверь, я и сам этим огорошен до крайности! Вышел ко мне ваш командир в приёмную, где я ответа на письмо дожидался, испытал кое в чём, и - сказал: "будешь у меня порученцем!". Вот и весь разговор. Да чем угодно клянусь, что так и было!

- Ну-ну, - снова скептически глянул на него собеседник. А впрочем, - тут же спохватился он, - не моё это брат дело. В конце-то концов. Если был чересчур прилипчив - уж извини. Не прими за злонамеренное любопытство. Но уж больно любопытно. И - хочется всё же разуметь того, с кем в поход идти придётся может уже завтра!

- А, - поспешил сменить тему Владислав, - предшественник то мой на месте этом. С ним-то что стало?

- Что стало, что стало! - Досадливо отмахнулся Весельчак, - не поберёгся он, и - упал с плота в воду. Как был в броне, так и плюхнулся, камнем под воду ушёл. Глубоко там было - не достать. Ну, скажем так - досадная случайность. - И он снова искоса, серьёзно посмотрел на Владислава. - Я, брат, вдаваться в детали не буду - и тебе ни к чему, и меня по головке не погладят в случае чего. Но - скажу тебе только одно. Вредная для здоровья она, эта твоя должность. Слишком много знаешь, слишком много слышишь, слишком много видишь. А это, я тебе так скажу, в нашем деле быват очень, очень опасно! И тут он с нажимом, весьма многозначительно посмотрел на Владислава.

Тому вся эта история весьма, весьма не понравилась. И намёки эти.. Тут вокруг и так подозрительность и настороженность просто в воздухе разлиты. А порученец - это да, это ты постоянно что-то возле командира слышишь, что-то видишь, наверняка сообщения тайные туда-сюда возишь. Берегись не берегись, а куда ж ты от прямых своих обязанностей убережёшься! Да и по службе куда расти будешь? Командир в стою - понятно, сегодня десятник, завтра сотник, а там глядишь и до тысячника дорастает. Даже если порученец при строевом командире - тот по службе растет, и тебя с собой тащит. А тут - что? Начальника тайной службы вряд ли так уж с миром отпустят с должности. Куда ему расти? Звание может и повысят, но должность такая - почитай что навсегда при Предводителе Гвардии будет. Доверенным лицом. А ординарец-то что при нём? Он ведь личность, по правде говоря, для Тайноведа случайная. А уж для Предводителя - и подавно.

Вчера у него попросту возможности задуматься о происходящем не было. Как захватил поток событий с момента его извлечения из привратного укрепления, так и не давал возможности ни остановиться, ни особо задуматься. Да и что там думать - был ли у него вообще какой выбор? То, что его рекомендательное письмо вряд ли Предводителю гвардии было ценнее, чем полушка в базарный день - это он хорошо осознавал. Тут он не обманывался. Ну, мог наверное рассчитывать на место рядового самого нижнего чина - это в лучшем-то случае. А тут - сразу в тайный отряд, да на должность младшего командирского чина! И действительно - с чего бы это? Вон, Весельчаку эта история полной фантазией кажется, а ведь он-то в местных раскладах уж точно не одну собаку съел! Ну, допустим, если подумать, то Тайноведу, возможно, срочно нужно было ординарца найти. На замену. Но - что, в крепости ординарцев нету, что ли? Да пруд пруди, дважды не гадай! Дёрнули бы из того же приказа, что и предыдущего. Так нет же! Совершенно случайного человека - и на такую должность! Что-то за всем этим стоять должно! Не зря же Тайновед его Счастливчиком кликнул! Только вот знать бы, отчего оно - такое счастье, и чем оно ещё обернуться может в самом недалёком будущем!

- Ну ты, брат, совсем уж закручинился! - толкнул его в плечо, аж пиво из кружки расплескалось, Весельчак, - Да не бери ты это всё в голову! Есть день - есть и пища. И завтра само о себе позаботится!

И правда - подумал Владислав. Чего себе сейчас голову крутить! Что будет - то будет. Жив, пристроен, вопреки всему. В конце-концов он ведь мог с жизнью еще вчера проститься. Как пить дать. Так что - счастье вывезло вчера, может вывезет и завтра!

- А тот, мой предшественник, он что - с вами с самого начала службы в отряде был? - поинтересовался он у Весельчака. Небось ведь грустите о нём по товарищески?

- Да нет, куда там! Почти что перед последним походом и пришёл. Мы с ним разве пару раз поразвлечься тутоньки и успели перед походом. Куда и зачем ходили - даже не пытай. Не скажу, и оно тебе и не нужно. Даже пожалуй и вредно будет знать. Для здоровья. Тут он снова улыбнулся в бороду. - А тот, что до него был - тот спьяну из окна весёлых комнат, тут, сверху выпал. Да так удачно - шею свернул и помер. Тот да - тот подоле был.

- В смысле - с самого начала отряда?

- Да нет, какого там с самого! Отряду-то почитай уже лет пять будет. А за это время восемь порученцев поменялось у командира. Эх - вредная, вредная у вашего брата должность, - снова вылыбился он. - У нас самый долгожитель - это Ладненький. Вот он командиру от прежнего отряду только и достался. У Ладненького - самая спокойная должность в отряде. В походы не ходит, а если и ходит, то только те, где стычек уж никак не ожидается. Следит за имуществом, холит командира, когда тот в башне. Вот, и порученцев тоже обхаживает. Правда - и денежный доход у него поменее нашего будет. Куда как поменее. По крайней мере - тот который по ведомостям проходит.- Тут он снова как-то криво усмехнулся. В общем - при Ладненьком будь аккуратней в разговоре - совет тебе по приятельски даю. В крепости и вообще надо за языком следить ну ооочень тщательно. А при Ладненьком - и подавно. Доказать тебе ничего не смогу, но - чуйка меня в таких делах ещё никогда не подводила.

Владислав всё это выслушивал мрачнея всё более и более. Но он даже и не стал уточнять, все ли его предшественники покинули этот мир тем или иным "случайным" образом. Судя по всему - и уточнять смысла не имело. Поэтому он решил попробовать сменить пугающую его всё более тему:

- А ты сам когда в отряд-то пришёл?

- Так мы все вместе и пришли. Пять лет тому назад. Предыдущий отряд весь целиком тогда в походе за реку сгинул. Ну, Тайноведу и поручено было отряд заново образовать. Где уж он служил до этого не знаю, и тебе интересоваться не порекомендую. Даже если командир сам захочет рассказать - лучше попробуй сменить разговор. Спокойнее будет. Нас-то он всех лично отбирал. В строевых частях, из следопытов-пластунов. И - хороший оказался командир, я тебе так скажу. За пять-то энтих лет - и в каких брат мы переделках не побывали только! Вспомнить к ночи - страшно будет! А вот - за все пять лет только одного человека и потеряли в отряде. Мой был товарищ, вместе пришли сюда из Империи. - Тут Весельчак помрачнел, и замолк на минуту, закручинился, свесив взгляд в почти пустую кружку.

- Да, вот вместо него Вырвиглаз и пришёл. Как он в крепость-то попал со своего юга - мож когда тебе и сам расскажет. Занимательная история. Да.. Уж с два года как нету моего Расстегайчика, - снова вздохнул он. Но Вырвиглаз тоже оказался великолепным бойцом, да и добрым товарищем. Нраву он весёлого, незлобивого. Прост, с врагами не церемонится, и соратников в бою не подводит. А чего ещё в нашем деле надобно-то?

Тут Владислав снова мрачно про себя подумал, что при таком постоянстве общего состава отряда "текучка" среди порученцев уж точно ни в каких дополнительных пояснениях совершенно не нуждается.

- Командир-то у нас замечательный, - продолжил Весельчак, - и везенье у него есть, и, главное - чуйка. Я тебе так скажу - чуйка в нашем деле самое главное. Она поможет там, где ни опыт, а опыт у него немалый значится, ни везение не выведут. Я тебе мог бы таких историй порассказывать, если б можно было! Ахнул бы! Только и делал бы, что охал да стонал бы - из каких, брат, переделок мы ноги уносили! Сто раз уже костьми могли за рекой лечь. Но - пока судьба миловала. И - всё благодаря капитану нашему!

- Эээ! Да ты, я смотрю, брат, вашблагородие, совсем помрачнел, чтоль? Наговорил я тебе с лишнего, вишь. Слабость у меня на алкоголь. Сурьёзного не выболтаю, но лишнего могу наговорить. Да не бери ты себе этого всего в голову! Чичас вот дососём по кружечке - и наверх поднимемся. До девок. Ты как - по весёлым домам шляться привычный-то?

- Владислав скривился, и как-то неопределённо замотал головой, совершенно видимо зардевшись.

- Как! - Встрепенулся Весельчак, - да ты словно девица в краску-то при одном упоминании! Неужто с декой-то ещё и не забавлялся! В твои-то годы!

Владислав закрутил головой под нагло-пытливой усмешечкой в его взгляде, и промычал что-то неопределённое.

- Ну брат! Сразу видать - из благородного семейства! Да ещё и западник небось! Знаю - у вас там особо не забалуешь. Нравы - как в купеческом домашнем девичнике под плёткой! - Засмеялся он.

- У нас, брат, тут с девками стать особая, - продолжил он, аж засопев, так видимо ему тема по душе была, - девки у нас - привозные, пленённые. С ними шо хош, то и делай. Хош - просто балуйся. Хош - придуши, хошь - хоть на ремни режь. В общем - всё себе в полное удовольствие. Одним словом - расходный матерьял. И - на любой вкус. Счас - правда, со вкусом сложно. Все бабы в основном простые - хуторяночки, да всё эдакое в таком же роде. Благородных - нетути! - Тут он шумно и печально вздохнул, - Мож для высшхих-то командиров и есть, а вот для нас - что попроще. Их сейчас в основном орки ловят на севере. Через реку-то ходу в нижнем течении сейчас нет и для них. Ну - а там, на севере, попроще. Там по лесам хуторов одиноких - море. С набегов добыча у них бывает часто. Что-то им самим на поживу идёт - они, брат, страсть как любят над человеками поизмываться, да так, что кровь стынет в жилах. А что-то и в крепость продают. Золото - оно и им тоже нравиться. - ухмыльнулся он. Мы-то так, за рекой иногда бываем, - он хитро усмехнулся, - по роду службы своей. Но - дела-то тайные, с населением баловать нельзя, с этим - строго. Да и то, сами понимаем - коль засветишься, потом ног не унесёшь! Эх - скорей бы уж война! Вот там-то натешимся! Особенно - если Белгород возьмём. Уж там-то благородных барышень, да и мамашек ихних высокородных на всех хватит с избытком!

Владислав слушал внимательно, хмуро глядел в кружку. Сама мысль о том, чтобы насильничать женщину у него никогда не вызывала одобрения. Он, всё-таки, привык к женщинам относится с определённым возвышенным обожанием. Для него девушки всегда были - как дуновение сладкого ветра любви из неведомых горних просторов. Его и забавы-то Кима просто из себя выводили, от отвращения. Он привык думать о девушках с возвышенным почитанием. Даже о простолюдинках. А уж так - чтоб измываться над ними?! Пытать, как татей в застенке? И - низачем, просто из какого-то совершенно зверского удовольствия?! Но - в то же время и нечто было в этом всём разговоре и притягательное для него, тем не менее. Какое-то мутное, тёмное чувство - чувство обретения полного господства над чужим телом, над чужой жизнью. Чувство тайной жажды безраздельной власти над болью, над сломленной женской душой. Хмель туманил его голову, хмель - и это мутное, какое-то совершенно звериное желание, прежде ему неведомое, от которого его всего сейчас трясло как в лихорадке, по мере того как он всё дальше слушал заливающегося соловьём Весельчака.

- Да, вашблагородь, твой-то предшественник, Добробратец, в этом толк знал! Уж так знал! Ничего не скажешь. Мы - солдаты, люди грубые, но простые. Ну сомнёшь её, ну поломаешь, ну - изобьешь, случается, что и до смерти. Ну укусишь - или откусишь там что, как разойдёшьси. Ну, прирежешь под настроение, в конце-то концов. Кровушку пустишь, так чтоб на все стены хлестало. Чего там - всяко бывает. Но вот он - такой вашблагородие затейник был, что ну просто диву даёшься! Скажем, бывало навалиться сзади, а у самого меж зубами ножичек такой, скорняжный, махонькой. И, в самый момент - бысто так чик-чик, полосочку-то на спине надрежет, зубами хватит, и потянул на себя - на всю длину со спины сдирает! А она-то как тот недорезанный поросёнок - завизжит! А ему - в хохот! И - дальше в забаву! Уж не знаю, где он такой вырос и воспитался, но - знаток такого роду увеселений был, хоть куда! Я бывало специально с ним вместе шёл - только на его забавы полюбоваться! И ему нравилось, и мне - в такое удовольствие! И самому уже ничего делать не надобно - только смотреть. Уж как я надивился-то, насмеялси! Эх! Никогда уже такого снова не будет! - Погрустнел тут он.

Владислава от этих подробностей аж передёрнуло. А вот сочувствия к судьбе предшественника в его сознании, почему-то, тут же существенно поубавилось. Но увлёкшийся живописаниями Весельчак смены его настроения не почувствовал.

- Знаешь, вашблагородие, а возьмём-ка мы с тобой девку одну на двоих! - Вдохновился он внезапно пришедшей мыслью. - Тебе, как из комсоставу, может что выбьем, что почище и поблагороднее, коли есть. Я страсть как люблю, вашблагородие, таких барышень, чтоб свежие и воспитания домашнего, из порядочсной семьи. Чтоб куксилась, и дичилась, как козочка на волка. Вы-то по незнанке по настоящему с ней не сможете обойтись как следует - чую. Ну, позабавитесь, как сможете, поначалу, по своему - уж как пойдёт, а потом я дело уж в свои руки возьму, посмотрите - как по нашенски, по гвардейски с ними обходится надобно, чтобы всё возможное удовольствие для себя из неё выдоить-то!

Он возбужденно слетал к стойке, и тут же вернулся с двумя новыми глиняными кружками, полными крепкого, золотистого пива.

- Давай-ко, ещё по кружечке - и усё. А то как накачаемся, то уж на ногах-то стоять не сможем, не то чтобы там развлечься по настоящему. Тут с умом надо делать, чуток выпивши - но в меру. Чтобы из удовольствия-то ни малости не упустить - с налитыми-то шарами!

Тут он вдруг поднял глаза - и аж подскочил от радостного возбуждения.

- О! Всё-таки ребята подтягиваются наконец-то! - Радостно заорал он совершенно покрывая шум, наполняющий распивочную, - А то я уж и всякую надежду потерял! А ты чего один-то? А где ж остальные?

Владислав поднял от кружки слега туманящийся от выпивки, и какой-то тёмной дрожи нечистого предвкушения взгляд, и по другую сторону стола, прямо перед собою, увидел, в неверном свете факелов, поверх тёмных голов тесно сидящей на противоположном конце стола развесёлой братвы плоское, узкоглазое лицо Карапуты, с небольшими свисающими чёрными усиками над плотно сжатым ниточкой ртом. Карапута молча, непроницаемо глядел на них, не проявляя никакого восторга от встречи.

- Подсаживайся, братан! Щас ещё пива приволоку! - продолжал радостно вопить Весельчак, и начал было уже поспешно выпазить из-за столешницы.

Но Карапута, не меняя выражения лица, лишь отрицательно помахал головой, и затем дёрнул ею, приглашающее, куда-то по направлению к выходу.

- Ага! Вот значит - как то?.. - моментально помрачнел Весельчак, и с раздражением саданул тяжёлой кружкой по доскам стола, так что аж гул пошёл, а соседи недоумённо повернулись, и уставились на него. - Да, вашблагородь - закукливайтесь! Кончилось значит наше веселье сегодня! Повеселились значит - и будя! - Он повернулся к Владиславу, и уже тише хмуро бросил, - У нас там, видимо, срочный сбор, и будь я трижды проклят, если нас сегодня же в ночь не погонят в дорогу! Ну да уж - ладно! Пошли уж ваше благородие, что ещё делать-то? Эх! В другой раз догуляем. Если - если конечно целыми возвернёмся. - И он смачно и зло сплюнул на пол.

Впрочем, вылезая вслед за ним из-за стола Владислав, при всех этих раскладах, испытал всё же лишь чувство огромного внутреннего облегчения. Что бы там ни ждало их дальше, но, с очевидностью, его более тесное знакомство с нравами гвардейских "развлечений" откладывалось на весьма неопределённый срок. А он, всё-таки, чувствовал себя совершенно, совершенно не готовым внутренне к такого рода "увеселениям" Что бы там ни было - а совершенно не готовым.

Слегка пошатываясь, они с Весельчаком протолкались через кисло вонявшую пивным перегаром плотную толпу развлекающихся, и вывалились в ледяную темень раннего вечера, который как-то незаметно уже успел опуститься на и так вечно тёмный двор Цитадели, где их уже нетерпеливо поджидал Карапута.


Рабочая комната Командующего крепости была полностью - от пола до потолка, выложена чёрным, с фиолетовым отливом, хорошо полированным камнем, декорированным простыми, тонких, плавных линий серебряными окантовками. Здесь не было ни кусочка иных металлов - везде только матовый, ровный, спокойный тон полированного, никогда не тускнеющего эльфийского серебра. Мебель в комнате тоже была простых, но очень изящных линий - чёрного дуба, без всякой резьбы, без острых углов - вся в каких-то плавных изгибах и переплетениях.

Слева от входа пылал неизменный в Башне камин. Возле противоположной входу стены, с занавешенными чёрными, тяжёлыми, бархатными, с серебряными кистями занавесями окнами располагался монументальный рабочий стол хозяина, с письменным серебряным прибором, выполненым в виде макета Цитадели, с двумя горящими пятисвечниками по краям, весь уложенный пергаментами, свитками и разного рода совершенно пугающей формы магическими предметами и оберегами. Прямо посреди комнаты, под огромной, серебряной люстрой, выполненной в форме виноградной лозы, где держаки свечей были оформлены как многочисленные гроздья, стоял небольшой, квадратный столик, выстеленный картами. Поверх остальных карт был сейчас наброшен подробный чертёж земель, простирающихся к северу от Пепельных гор.

В рабочей комнате сейчас находился сам хозяин, вольно стоявший с той стороны столика с картами, который был обращён к большому рабочему столу, и вытянувшиеся в струнку с противоположной стоны столика два человека в гвардейских мундирах и один орк в живописной рванине. Хозяин комнаты был облачён в широкую шерстяную хламиду совершенно чёрного цвета, с серебряными зигзагами стилизованных молний в пелицах, а также и в узкие, крепкого, дорого чёрного сукна, штаны для верховой езды, и мягкой кожи черные полусапожки. На голове его была небольшая чёрного бархата шапочка полукруглой формы, с маленькой серебряной кисточкой сверху.

Перед ним, навытяжку, предстояли с непроницаемо-каменными, напряжёнными лицами Предводитель гвардии, Тайновед, и - начальник личного тайного отряда Командующего Черноградом - Гришнак. Глаза их ели лицо Командующего. Командующий был высок, худ, но, при этом, невероятно жилист. Его костлявое, несколько бесформенное лицо с голубыми глазами навыкате поражало какой-то розоватой припухлостью, словно кожа там изнутри была наполнена серовато-розовым гноем, и на лице этом всегда господствовало выражение совершенно нескрываемой полуисторической злобы, и явно выраженного, совершенно нескрываемого гневного презрения к окружающим.

- Итак, - начал он тихим, но всё время балансирующим на грани внезапного истерического срыва голосом, - сообщаю вам, что наши птички на хвосте принесли новость совершенно исключительной важности. Отряд, за которым мы охотимся уже несколько месяцев, и который ускользнул от нас недавно, таки покинул наконец заколдованный лес.

- А что, он мог там остаться навсегда, что ли? - Недоумённо переспросил Предводитель гвардии.

- Ну, варианты возможны были всякие, - хмуро ответил Командующий, - и притом самые для нашего дела неприятные. Всё-таки в этом лесу обитает та последняя сила в Среднеземье, которая ещё может на равных противостоять Высочайшему. И.. В общем - с чем те вошли туда, с тем и вышли. Это, пожалуй, для нас вторая самая важная новость.

- Третья же, не менее важная, заключается в том, что отряд окончательно потерял своего ведущего, и наиболее опасного своего участника. Судя по всему, путешествие в Норах всё же нанесло им огромный урон. В общем - Сероборода с ними больше нет.

При этом известии на лицах всех стоящих перед ним промелькнуло явное облегчение.

- Что, - спросил Предводитель гвардии, - неужели же эта тварь таки сгинула в Норах навсегда?

- Ну, - скептически хмыкнул Командующий, мы на это НАДЕЕМСЯ. Очень сильно надеемся. Но.. Окончательные выводы делать пока что рано. Это отнюдь не то существо от которого можно отделаться так просто. Впрочем - то, что его в данный момент нету с отрядом, это конечно же облегчает нашу задачу неизмеримо. А задача, между тем, остаётся прежней. Кое-кого из отряда пленить, кое-кого - уничтожить. Впрочем, без Сероборода в отряде с головой никого почитай что и не осталось. Там есть несколько великолепных бойцов, конечно же, но - ничего сверхъестественного. Просто - острые мечи и искусные руки. И - не более. Во всяком случае трюков вроде их неожиданного исчезновения в Норах уже можно не опасаться.

- Согласно поступившим сведениям, - продолжил он, отряд вышел в путь на трёх лодках, которыми их снабдили в заколдованном лесу. И - скорее всего, их снабдили не только лодками. А как вы понимаете, из этого леса можно ожидать любых пакостей.

- А куда они собственно плывут, случаем неведомо? - задал наводящий вопрос Предводитель гвардии.

- Нет. - с сожалением отозвался командующий. - Собственно, теперь им только одна дорога - в Белгород. Но мне представляется, что на лодках они туда вряд ли доберутся. Думаю, водопада им на них не пройти в любом случае. Значит - где-то они должны будут лодки покинуть, и высадиться на берег. И - понятно, что на тот берег, а не на наш. Вот наша задача и заключатся в том, чтобы предугадать их дальнейшие действия , и - перехватить их в пункте высадки.

- То есть мы должны будем снова переправляться на противоположный берег? - почтительно спросил Тайновед.

- Возможно. Хотя на том берегу их уже отслеживает достаточная сила. Из Нор вышли наши парни, да и наш союзник из Железотверди тоже обещал присоединиться к охоте.

- Да, я понимаю ваши сомнения, - отреагировал он увидев промелькнувшую на лице Тайноведа кислую гримасу. Кстати - хочу особо поблагодарить вас лично, от имени Высочайшего, за сведения, доставленные о нашем, так сказать, "союзничке" из последнего похода, и доложенные мне вашим начальником. В этой истории вы проявили себя искусным дознатцем. В отметку ваших заслуг вам положен меч славы второй степени, с большим рубином и десять тысяч империалов с благодарственной грамотой.

Тайновед молча низко поклонился Командующему, сняв с головы берет, и пометя им чуть ли не по полу. Потом выпрямился, и отрапортовал положенное по уставу - "моя честь, моя верность и моя вечная служба - всё Высочайшему!". Предводитель гвардии кинул на него благосклонный, поощрительный взгляд, и даже лицо Командующего мимолётно перекосила лёгкая, небрежная усмешка. И только Гришнак искоса, волком глянул ему в затылок.

Гришнак, при этом, угрюмо думал, что вот его заслуги даже не упомянули, а ведь он тоже исполнил своё дело на юге безупречно. Правда, само дело было не ахти какое. Даже непонятно, с чего это именно его послали. Могли бы ограничится и его помощником. А так- наоборот. Того послали на ответственейшее задание, с лучшей частью его, Гришнака отряда! А самого Гришнака ну явно же загнали в бутылку!!! Не доверяют, значит. Ну ладно!.. И вообще - что такое творится? Поналезло этих людишек - доброму гоблину уже плюнуть некуда! Куда мы катимся! В славные, старые времена Великой Осады эти недоноски у них, гоблинов, на побегушках были. А в основном - в котёл шли. На пропитание. А теперь - совсем обнаглели! Всем в крепости заправляют, а гоблины у них - куда пошлют! И о чём только Высочайший думает! Нет, так долго продолжаться не может! Ну никак не может! Он аж заворчал тихо от таких размышлений.

Командующий кинул на него косой, хорошо понимающий, издевательский взгляд и продолжил:

- Итак - с той стороны нашу цель будет отслеживать достаточно мощная сила. Ну, или, по крайней мере, достаточно многочисленная. Если б задача стояла лишь в том, чтобы прихлопнуть их как муху, я думаю, что сейчас это бы осуществилось бы даже и без вашего участия. - Он взглянул по очереди на Тайноведа и Гришнака. - Но у нас задание сейчас совершенно иное. И - веры здесь никому нет, и быть не может! - Тут он бросил гневный взгляд уже на всех троих стоящих перед ним, - Наша цель - это нечто, чем владеет один маленький вор в этом отряде. И мы должны получить в крепость, лично к Высочашему - замете себе, именно лично к нему, и в совершенно нетронутом виде, этого самого вора. Можно - с его товарищами. Всех вместе.

- Поэтому довожу до вашего сведения ориентировку задания. Прежде всего - категорический, замете - совершенно КАТЕГОРИЧЕСКИЙ приказ Высочайшего. В этом отряде идут четыре полурослика. Так вот - порурослики должны попасть в Башню живыми и невредимыми. Ещё раз подчёркиваю - живыми и невредимыми! Более того - категорически запрещается их не только обирать, но даже, даже - просто обыскивать! При пленении - спеленать как баранов, опечатать путы, и немедленно, именно - НЕМЕДЛЕННО доставить мне лично в башню. Кто такие полурослики, надеюсь, вы оба знаете? - поглядел он на Тайноведа и Гришнака.

- Да, помню ещё, - хмуро отозвался Гришнак первым. Обитала, помниться, такая мелкота на берегах реки, давным-давно. Но - сейчас их там уж давно и след простыл. Даже и не знал, что они ещё на свете существуют.

- Существуют, - усмехнулся Тайновед. - Я, по одному заданьицу, пару лет тому назад путешествовал на север, к западу от Туманных гор. Там, далеко на севере и наткнулся на некий такой себе забавный городишко. Очень, очень древний. Вот в нём живут и люди, и полурослики. Собираются в местной трактирчике каждый вечер. Я там провёл дня с три, и уж насмотрелся на них, и наслушался. Забавно было, поверьте.

- Ладно, - отмахнулся Командующий - значит с гномами не спутаете. В этом отряде, кстати, есть и один гном, так что важно, чтобы вы различали кто есть кто. В отряде сейчас, собственно, кроме четырёх полуросликов и этого гнома, из северных, от Одинокой горы, если знаете что это такое, есть также два человека, не самых ординарных, и - один эльф. Из тех же краёв, что и гном.

При упоминании об эльфе Гришнак дёрнулся, и тихо рыкнул. Командующий покосился на него, и продолжил:

- Люди там вообще, можно сказать - сливки из сливок. Один из них - предводитель северных лесных крыс, остатков народа давно уж исчезнувших северных княжеств. Которые нам столько неприятностей доставляли и доставляют там, на севере. А второй - старший сын и наследник нынешнего управителя нашего всегдашнего главного врага - Южного королевства. Как видите - голова каждого из них весит немало. Да и эльф этот, по сведениям, вроде бы один из сыновей короля лесных эльфов. Но, - поставил ударение он на этом "но" - ещё раз подчёркиваю - наша главная и ПЕРВЕЙШАЯ задача, это вор из полуросликов.

- А который из них вором-то будет? Как его различить-то? - задал вопрос Гришнак. - И полурослики эти, что тоже из ихних знатных людей будут? Сыновья князя там, али короля туземного?

- У полуросликов знати нету, - вклинился Тайновед, решив блеснуть своей осведомлённостью, - они живут как суслики в поле - каждый сам по себе, в своей норке.

- Да, подтвердил командующий, эти полурослики так - совершенно случайные и ничем не примечательные. Просто один из них от своего родственничка унаследовал одну когда-то украденную у Высочайшего вещицу, чего я, на его месте, ни в коем случае делать не стал бы, - мрачно усмехнулся он. - И - этим самым стал ЛИЧНЫМ врагом Высочайшего. Потому что эта набольшая вещица, это небольшое, слабенькое колечко ему, Высочайшему, дорого как память. Память о древних днях. И - как то, что свяжет величие его древней славы с могуществом его грядущего владычества. В общем - где-то так. Поэтому вы понимаете, как его опечалила и взбесила эта гнусная кража! А тут ещё враги его решили использовать эту дорогую ему вещицу ему же во вред. И - взяли полурослика под свою опеку. В общем - связывают с нею какие-то свои гнусные планы. Перехватили его, когда он сдуру выбрался попутешествовать за пределы своей земли. И - теперь крепко "пасут" его, и волокут туда, куда им нужно. Видимо - аж в Белгород, где у них есть на это колечко какие-то особые планы. Отсюда и вся эта чехарда. Так бы этих четырёх крысёнышей - с ним сдуру его приятели вышли попутешествовать, посланные Высочайшим слуги уже бы давно приволокли в Крепость, вместе с украденным, и тут бы с ними уж разобрались бы. По нашенски.

В продолжении всей этой своей тирады Командующий цепко и внимательно всматривался по очереди в глаза стоявшей перед ним троицы. Но у тех во взглядах стояла лишь напряжённая предупредительная внимательность ко всему произносимому, и полное, показательное доверие к выслушиваемому.

- Вопросы будут? - наконец спросил он.

- А.. А чего тогда они у него это самое колечко попросту не отобрали сразу же? - недоуменно отозвался Гришнак. Чего этих крысёнышей с собой волочь-то? Только лишняя обуза ведь?..

- Ну, - задумчиво протянул командующий, - я так полагаю, что там каждый не прочь эту реликвию попросту присвоить. Как это в обычаях у этой неорганизованной, лишённой всякого чинопочитания и властного порядку банде. Поэтому, видимо, решено было до самого последнего момента оставить его полурослику. Как самому безвредному и ни на что не претендующему носителю. Потому что пока оно у него, никто одноособно не может наложить на эту реликвию свою грязную лапу. Думаю - что так. А эта, как её, лесная властительница, видимо такой ерундой попросту не заинтересовалась. Решила, наверное, что мелкую пакость они могут разыгрывать и без её участия. - тут он утвердительно махнул рукой. - Опять же говорю, сила этой вещи лишь в личной памятной привязанности к ней Высочайшего. И - не более того. Но - тому кто ему вернёт эту дорогую его сердцу вещицу, - поднял он наставительно палец, - для такого верного слуги у Высочайшего не будет предела для выражения его сердечной благодарности. Он для Высочайшего навсегда станет лучшим другом, и Высочайший его никогда не забудет!

Тут он снова внимательно впился взглядом в глаза стоящих перед ним. Но у тех на лице было написано лишь живейшее желание верно послужить Властителю, и пунктуально исполнить все его прихоти в отношении такого дорого его сердцу пустячка.

- Да, а как же его, вора этого, отличить-то среди его приятелей? - продолжал доискиваться Гришнак.

- Да никак не надо различать! - нетерпеливо прервал его Командующий. Всех четырёх, не потроша, в Башню. А уж Высочайший будет здесь лично с каждым разбираться. А то ещё доставите не того. А оно вам надо?

- Нда.. Действительно - никому не нужно! - аж поёжился Тайновед.

- Хорошо, господа, теперь давайте прикинем что и как на местности, - и командующий сделал приглашающий жест к столу с картами.

Все четвёро склонились над столом. Тайновед сбегал, и принес от камина горящий пятисвечник, поставив его на край столика. Командующий одобрительно хмыкнул и склонился над большим листом плотной, дорогой, привезенной из дальних восточных пределов бумаги, наброшенным поверх всех остальных чертежей.

- Сейчас они должны находится приблизительно вот здесь, - он повёл пальцем по извивам реки от Чёрных Ворот и ткнул в то место на карте, где в большую реку впадала малая, выходящая из Заколдованного Леса. - Сведения самые свежие - наши соглядатаи всё время отслеживали всю эту местность. И засекли их как только они вышли на большую воду. Там три лодки, в них все, кто нам нужен. Какие будут соображения о том как долго они будут плыть на лодках, и где могут выйти на берег?

Некоторое время все молчали, рассматривая карту.

- Гхм.. - Прокашлялся Тайновед. - Если мне позволено будет высказаться?..

- Давай, валяй, - благосклонно глянул на него Командующий.

- Мне, собственно, однажды пришлось сплавляться по реке. Мы крутились на севере - если помните, собирали древние легенды о гибели второго короля Отщепенцев, потом выясняли подробности прохода в тех краях гномов, когда им удалось выкурить старину Дымка из его логова. Это было ещё до того, как я возглавил тайную службу при Его высокопревосходительстве Предводителе гвардии. Ну - вы должны помнить, - обратился он к командующему, и тот в ответ кивнул головой. - Так вот - наша команда тогда действовала под видом купеческого обоза из Загорска. Всё чин по чину - по хорошо выправленным бумагам переправились на Корабельный остров, там арендовали лодки и проводников, погрузили товары, поднялись вверх по реке до водопадов. Водопады, кстати, вовсе не столь непреодолимы, как вам представляется, ваше высокопревосходительство, - он искоса бросил взгляд на Командующего, - Там существует древняя обходная дорога, по которой можно даже лодки перенести. Так вот, на водопадах, по древней дороге, мы поднялись вверх, там дошли до перекатов, а их обошли по древнему волоку, и затем благополучно достигли Широких земель на севере. Ну а потом, по завершении задания, вернулись назад тем же путём. Всё было чисто - никаких следов. Так что я имел возможность тщательно изучить всё среднее течение реки, и даже составил подробный доклад об этом - он есть в архивах внешней разведки.

- Да, я помню про доклад, потому и вызвал именно тебя на это совещание, - отозвался Командующий. - Отчёты отчётами, но вот непосредственно знакомый с местностью дознатец - это самое лучше, что можно в таком случае придумать. Трем более - такой умелый выведыватель, как ты.

- Так вот, - продолжил явно польщённый отзывом начальства Тайновед, - я думаю, что раз уж они плывут на лодках, то вряд ли собираются с ними быстро расставаться. По крайней мере - до перекатов они доберутся на них вообще без всяких проблем. Смогут ли они протащить свои лодки волоком дальше? Не знаю. Зависит от того, какие там лодки. Если они восьмеро плывут в трёх лодках, то лодки никак могут быть особо большими. От полуросликов толку при перетаскивании не может быть никакого, очевидно. Но оставшиеся четверо, судя по всему, в несколько приёмов и могут переволочь их по волоку. Думаю - могут даже обойти водопады - там лодки ведь нужно будет волочь вниз, а не вверх.

- Если они действительно плывут в Белгород, то на их месте я попробовал бы пройти на лодках всю дорогу. Если сойти на сушу на перекатах, то им придется или идти через болота вот этой реки (тут он указал пальцем на карте), или вот так (он очертил маршрут) её обходить. Оба пути - сложные, опасные и долгие. Вот если их спугнуть, показав раньше времени, что мы их отследили и "пасём", то они и могут попробовать уйти от реки.

- Ну, с той-то стороны их будет ждать несколько сотен наших парней. - Пробурчал Гришнак. Недалеко же они уйдут по суше.

- Наших? - С ироничной усмешкой повернулся к нему Тайновед. - Ты так в этом уверен? У меня от последнего похода остались очень нехорошие впечатления от "парней" этого грязного ведунишки.

- Ну, наших там тоже будет достаточно, - хмуро отозвался орк.

- Может быть. Но в любом случае - я опасаюсь, что там будут большие проблемы с единоначалием. Основываясь на своём собственном недавнем опыте. Твой-то помощник, судя по всему, сгинул на том берегу бесследно, да с наиболее опытными парнями. А те, которые ушли к норам - они, возможно и отменно хороши как боевое подразделение, но вот в такого рода заданиях, я боюсь, они будут совершенно беспомощны. Да и капитан ихний, я думаю, тоже вряд ли опытен в тайном преследовании. А это на деле может отразится самым гибельным образом. Впрочем - конечно, и такая подстраховка на другом берегу конечно же лучше чем ничего, - неожиданно на примирительной ноте закруглил Тайновед.

- В общем - я думаю, что ловить их, пока они плывут по реке, и бесполезно, и даже вредно - только спугнём. Но вот на перекатах можно будет устроить засаду. Вряд ли у них там кто знает хорошо реку, судя по составу этой банды. И проводника местного у них тоже, судя по всему, нету. Так что можно надеяться, что перекаты для них окажутся неприятной неожиданностью. Тогда с ними там может случится что угодно - вплоть до того, что разобьют лодки, перетонут, или их вынесет на берег. Если же я ошибаюсь, и они всё же смогут преодолеть перекаты, то их надо будет ловить уже на водопадах. Как? Ну - тут уж непременно только на том берегу.

- Перекаты? - Склонился над картой командующий? - Где это? А - вот тут. Сколько им понадобится чтобы туда добраться, как ты думаешь?

- Ну, - поморщился Тайновед, - даже если они будут грести изо всех сил - то полагаю, что никак не меньше пяти дней.

- А как скоро вы можете быть у перекатов? - Озабоченно поинтересовался Командующий.

- Ну, - прикинул на карте расстояние Тайновед, - от самой Крепости до перекатов тут будет никак не меньше, чем 500 вёрст. Правда - большая часть пути - это хорошо вымощенные, или набитые прямые дороги. Только вот тут, за холмами, придется оставить дорогу, и идти по целине, но там - ровные голые земли. Тоже не должно быть больших проблем. В общем - это в лучшем случае где-то три-четыре хороших перехода для конных налегке. Думаю, если выехать прямо сейчас, то за трое-четверо суток должны бы поспеть. Но если с пешим сопровождением, - тут он покосился на Гришнака, - то конечно гораздо дольше.

- Мои парни тоже неплохо бегают, пусть и пешие, - хмуро огрызнулся тот.

Командующий выпрямился, скрестил руки, о чём-то задумался минут на пять. Потом опять склонился к карте.

- Так, ты Тайновед, со своим отрядом, выезжаешь немедленно. Налегке. С собой берёте лишь то, без чего обойтись просто невозможно. Ну, там пару часов на сборы - сразу же после ужина, думаю, будет в самый раз. Твоя задача - провести обзор местности, подготовить всё для засады. Парни Гришнака отправятся одновременно с тобой. Он возьмёт с собой всё, что успеет собрать. Но идти туда будете независимо друг от друга. И чтобы никто никого не сдерживал, и - чтобы не создавать излишнего шухеру. Остановки допускаются только на самый необходимый отдых. Так что вам, - тут он посмотрел на орка, - придется побегать и днём тоже.

Тот ответил кислым взглядом, но ничего не возразил.

- За вами в след немедленно отправляется небольшой обоз с плавсредствами. Ну, шатры, еду тоже прихватит. Вот здесь, за болотами, часть обоза обойдёт холмы с юга, и разобьет вспомогательный лагерь возле водопадов. Это будет запасной вариант, если не удастся их перехватить у перекатов. Дать им возможность продолжить путешествие после водопадов мы не должны ни в коем случае. Тут разговоров нет. Высочайший поставил задачу предельно жестко. За успех вы оба отвечаете головами! - И тут он грозно посмотрел на Тайноведа и Гризнака. - Всё поняли?

- Так точно! Хором ответили оба.

- Теперь - связь и разведка. По прибытии на место вас будут там уже ждать пластуны. Они понимают язык птиц и всяких иных тварей. Они будут доводить до вас сведения о местоположении врага, которые они от своих птичек и зверушек регулярно получать будут. Через них же - и связь с Башней. Теперь - дорога на север просто кишит нашими дозорами. Дежурный ординарец выдаст вам обоим по знаку абсолютного подчинения. Можете перехватывать любой дозор, и использовать по надобности. Что-то ещё нуждается в уточнении?

- А.. А кто собственно командует походом? Ну, общее руководство? - вкрадчиво спросил Тайновед.

- Об этом вы узнаете по прибытии на место.

- То есть - через пластунов? - Недоумённо вопросил Тайновед.

- Я же сказал - прибудете туда, и всё узнаете. - Жёстко обрезал командующий. - До того как подойдёт Гришнак с парнями ты там всё равно один распоряжаться будешь, - уже мягче добавил он, - а к их приходу тебе уже всё и так будет ясно. Всё понял?

- Так точно. - Отозвался Тайновед голосом, в котором, впрочем, понимания и уверенности не было и на самую мелкую медную монетку.

- Хорошо. Тогда приступайте немедленно к исполнению. Технические детали оставляю уже на ваше усмотрение - там на месте вам будет виднее. И, - тут он повысил голос, - зарубите себе крепко на носу, и доведите до всех подчинённых - полуросликов ТОЛЬКО живыми, и - непотрошёными. Во всех смыслах. Можете идти!

Но когда вся троица уже приблизилась к занавеси, за которой скрыта была входная дверь в рабочую комнату - орк впереди, а двое людей чуть сзади, Командующий внезапно окликнул их: "Погодите!". Они остановились, и повернулись к нему. Обойдя стол, тот приблизился к ним почти вплотную. Здесь свет люстры, висящей за его спиною слабел, и поэтому его лицо находилось в полной тени. Помолчав немного, командующий вдруг заговорил каким-то немного приглушенным, слегка задавленным голосом:

- Я.. Да, я вот что ещё хочу вам всем сказать напоследок. Знаете, очень опасно пытаться приблизится к силам и возможностям, до которых вы ещё не доросли. И, скорее всего, никогда не дорастёте. Да.. - тут он помолчал немного. - Знаете, есть такие магические предметы, овладеть которыми сразу же практически невозможно. Нужно долго, долго учится управляться с ними. Требует длительного времени. И то - даже если оно у вас будет, то всё равно - не вы эту силу, а она вас под себя подомнёт. Вот. Кольценосцы. Подумайте хорошо об их судьбе. И - ещё. Кольценосцы - они очень, очень тщательно за СВОИМ приглядывают. Своё - их к себе тянет. Они там, - тут он быстро взглянул в лицо Гришнаку и Тайноведу, в темноте этого не было видно, но чувствовалось, - они там будут всё время рядом с вами. И, не оставят в случае чего никому ни малейшей возможности. Ни единой. Так что - если будет какой соблазн, или что сейчас в голове у кого, допустим вдруг, таится - лучше и не пробовать. Потому что не будет там для этого не единой щёлочки. Ни единой! А стоит ли и рисковать на безнадёжное дело? Я думаю - нет!

Тут он повернулся к ним спиной, и не глядя бросил: "Всё, идите! Удачи! И - жду регулярных докладов. Всё время! Без малейшего перерыва!"

Подавленные этим последним внезапным обращением, они, тяжко задумавшисЬ, вышли за тяжёлые, кованного серебра двери. Пройдя приёмную, в которой ординарец Командующего вручил Тайноведу и Гришнаку заранее заготовленные диски абсолютного подчинения, а затем и ещё несколько комнат, они наконец вышли в общий коридор, также полностью облицованный в чёрное с серебром. Гришнак сразу же ускакал к лестнице, а Тайновед и Предводитель хоть и не медлили, но всё же позволили ему далеко обогнать их.

Уже на лестнице Предводитель, наклонившись к самом уху Тайноведа, шепнул ему еле слышно: "Давай.. Ко мне зайдём. Обсудим.. Рабочие моменты"


Когда они вошли в приёмную перед рабочей комнатой Предводителя, там уже сидело на лавках множество гвардейских командиров. Все встали с их появлением, и дежурный порученец вылез было из-за барьера с докладом. Предводитель остановил его жестом руки.

- Да, я знаю, что всем было назначено. Но - ничего не могу поделать, срочный вызов наверх, и важное совещание. Да и сейчас мне прежде нужно кое о чём переговорить с начальником тайной службы. Так что - ждите пока. - И прикажи-ка нам по быстрому принести два стаканчика лёгкого винца - голо промочить. Только быстро - времени совсем нету. И - обеспечь полную приватность и покой беседы.

Когда они проходили в дверь рабочей комнаты, Тайновед буквально спиной чувствовал множество раздраженных, завистливых, тревожных взглядов, брошенных ему вслед. Но всё это сейчас не имело ровно никакого значения.

Дождавшись слуги с подносом, они наскоро опорожнили стаканы, и - придвинувшись поближе, какое-то время молча глядели друг другу в лицо.

- Ну, и как тебе это всё нравится? - Наконец спросил Предводитель.

- Да совсем не нравится. Особенно это его прощальное "напутствие", - поморщился Тайновед. - Но что делать? Он, конечно же, совершенно прав. Если рядом буду кольценосцы, то..

- Да, я прекрасно всё понимаю. - Ответно поморщился Пердводитель. - Во всяком случае - я на тебя полагаюсь, ты достаточно умён и осторожен, чтобы не поскользнуться, и не упустить в то же время ни малейшей открывшейся возможности в этом раскладце.

- Ладно, что тут говорить, посмотрим. Задачка ещё та. Со слишком многим неизвестным. Во всяком случае - будем на постоянной связи. Ну.. По старым установкам.

- На связи.. Какая там сейчас связь. - махнул рукой Предводитель. - Тут такие силы, такие опасности, такие возможности сейчас в один узел завязаны! Ладно. Как там тебе твой новый порученец, кстати?

- Ну, телёнок конечно же. Молоко ещё на губах не обсохло. Впрочем, в этом походе ему вряд ли представится возможность понюхать боевой стали. Пусть обвыкается. По крайней мере не беду чувствовать постоянного внимательного взгляда у себя за спиной. Как в последнем походе. А и это - сейчас немаловажно.

- Всё-таки твой старый порученец за НАШИМ делом приглядывал. - Опять недовольно поморщился Предводитель. Или - тебя и ЭТО не устраивало?

- Но, только ли за НАШИМ он приглядывал? - Лукаво улыбнулся Тайновед.

- Хорошо, тебе виднее. - Замял тему Предводитель. - В общем я, то есть МЫ, мы все на тебя рассчитываем, - закончил он.

- А как же! - Заверил его Тайновед - Совершенно безусловно, господин Владетель и Страж! Вне всякого сомнения!

Услышав давно уж им забытое титульное обращение, Предводитель вздрогнул, и внимательно заглянул Тайноведу в глаза. Не увидев там, как он опасался, никакой тайной издевки, он раздражённо махнул рукой:

- Ладно, пора тебе собираться. Времени вовсе нету. Ужин на носу, а вы сразу после него уже выезжать должны будете. Ступай! И - удачи!

Тайновед быстро поклонился, отсалютовал, и покинул комнату. Выходя в наружную дверь он услыхал ещё как дежурный ординарец урезонивает встрепенувшуюся было толпу ожидающих - "Господа, господа, по старшинству - и только после доклада!.."


Когда Весельчак с Владиславом, запыхавшись от быстрой пробежки, ввалились в общую комнату, там их уже поджидал весь отряд, во главе с командиром. Тот недовольно принюхался, и бросил с раздражением:

- Ну, нализались на радостях, как я вижу!

- Никак нет! - Выкатив глаза виновато отрапортовал зычным голосом Весельчак. Хоть сейчас готовы в самое пекло!

- В пекло они готовы, видишь ли, герои!- Ещё более раздражённо бросил Тайновед. - Я ведь тебя просил парня подготовить к службе, а не спаивать! Ладно. Вот в дороге и растрясётесь, выпивошники! К сведению всех -мы сразу же после ужина выступаем, так что у вас есть ещё с полчаса подготовится. Потому что после ужина я вас всех жду с дорожными сумками, и в полной походной выправке у конюшен. С собой брать только самое необходимое - оружие, броню, тёплые вещи и смену белья. Уставные значки можете с собой взять, пропуска тоже - мы на вражескую землю в этот раз заходить не будем, а вот форму - не нужно. Ладненький сейчас всё что надобно в походе получит на складе - но, лишь по самой необходимости - ну там лёгкий навес, кошмы - возьмём пару грузовых лошадей с собой. С остальным он прибудет позже, в обозе. Так - немедленно собираться, и сразу же после ужина - жду всех у конюшен. Ладненький распорядится, и лошади будут уже приготовлены. Вольно. Выполнять!

Все толпой тут же ломанулись из комнаты. До ужина оставалось всего ничего, а жертвовать им ради сборов никому не хотелос. Тайновед сразу же удалился к себе, даже не посмотрев на Владислава. Тому же ходить далеко нужды не было. Он ещё прихватил Ладненького у двери и спросил:

- А на ужин можно прямо в амуниции пойти, или как?

- Да нет, что вы, вашблагородь! Тот испугано замахал руками. И не думайте! Вы всё приготовите в комнате, а после ужина сразу же и облачитесь! Ой - извините - мне тоже бежать нужно, всё приготавливать! - И он прожогом выскочил за двери.

Разложив поддоспешную одёжку на кровати, и убедившись, что доспех он сможет извлечь из стенного рундука достаточно быстро, Владислав собрал дорожную сумку со всем необходимым. Наскоро сполоснувшись под ледяным душем, и выгнав из головы остатки хмеля, он вдруг вспомнил, что ведь наверное надо что-то написать деду. В прикроватном шкафчике он обнаружил, в кожаной наплечной сумке, письменные принадлежности, порезанные четвертушки отличной бумаги, и рядом там же лежали кожаные мешочки для почтовых отправлений.

Став за миниатюрную конторку, прикорнувшую в углу у входа, он открыл закупоренную чернильницу, взял в руки стило, и задумался, что же ему написать. Судя по всему - писать излишние подробности не стоило. Да и времени не было - вот-вот мог ударить гонг. Поэтому он лишь быстро чирканул: "Дорогой деда! Здравствовать! Я уже в Чернограде. Принят в Гвардию. На младшую командирскую должность. Так что всё хорошо! Пока что прощай! Даст судьба, буду сообщать об успехах и дальше."

Он только успел сунуть листок в мешочек, и размышлял о том, чем и как его запечатать, как ударил гонг. Оставив письмо на конторке он побежал в трапезную.

После сытного, и изысканного ужина - на этот раз на столе было даже вино в кувшинах, к которому он, естественно, и не притронулся, Владислав как можно скорее вернулся к себе, совлёк гвардейскую форму, и как мог наскоро облачился в доспехи. С непривычки он, впрочем, провозился с ними больше, чем рассчитывал. Командирский знак он перекрутил на замшевую поддоспешную куртку, а пластинку пропуска повесил сверху на панцирь. Уцелевшие от пропойки деньги он решил всё же оставить в комнате, хотя и тщательно их спрятал. С собой захватил лишь десять империалов в кошеле - так, на всякий случай.

Выйдя в общую комнату, он там не обнаружил командира, как ожидал. Но Ладненький уже был на месте.

- Их превосходительство у себя. Сейчас выйдут. - сообщил он.

- Ты что же, и на ужин не ходил, что ли? - Посочувствовал ему Владислав.

- Да ладно, возьму сухим пайком. - Улыбнулся тот. - Но зато для отряда уже всё подготовлено - только вскочить в сёдла, и - отправляться.

- Да, - вдруг вспомнил Владислав. - Я тут письмецо домой накатал, а в Башне почта-то есть?

- Да есть, как ей не быть! Только - ведь вы уже не успеваете, до отбытия-то, - обеспокоился Ладненький. Дайте мне, я отправлю вечером.

- Только мне его запечатать нечем, - подал ему мешочек Владислав.

- Так и не нужно! Всё равно его просматривать перед отправкой будут. Потом сами и запечатают.

- А сколько это стоит? - Владислав даже и не удивился новости о просмотре писем.

- А одну серебряную монету. Осьмушку империала. Если не на тот край земли, конечно же.

- Да нет, мне в Княжество. То, что за Великим Горами. Но.. У меня мелочи нет, самая мелкая монета - золотой полуимпериал, - встревожился Владислав (из взятых у него на пропойку с ходу пяти империалов Весельчак ему сдачи так и не отдал - то ли всё и ушло, то ли он, скорее всего, попросту не озаботился).

- Да не страшно! Как возвернётесь - так я вам сдачу-то и верну. С квитанцией. - Успокоил его Ладненький.

Тут из рабочей комнаты вышел Тайновед, уже в таком же как и у Владислава лёгком доспехе, только перья у него на шлеме были ярко-красного цвета. Цепко бросив взгляд, и увидев в руке у Владислава мешочек, он просил:

- Что, уже весточку домой шлёшь? Это хорошо. Ты там ничего лишнего не написал-то, надеюсь?

- Да нет, что вы!

- Ну и хорошо. Нам потом объяснения с приказом внутренней безопасности вовсе ни к чему - не правда ли?

- Правда.

- Ну тогда побежали.

И, пропустив вперёд командира, Владислав быстро вышел вслед за ним, успев, однако же, махнуть на прощанье рукой расцветшему от этого Ладненькому.