Аннотация: - Я себе свои кроссовки не такими представляла!
Обожаю статьи, начинающиеся с чего-нибудь вроде: "в наши дни" - и далее, обязательно, про засилие интернетов и сотовой связи, от которых все беды.
К искренней своей радости, я получила наконец-то возможность начать статью так же.
В наши дни, полные интернетов, никого не удивишь доступностью информации. Её моря. Её океаны. При надлежащем старании можно прочесть что угодно и о чём угодно. Понятие авторского права приобретает невероятную размытость. Вот, к примеру, мне недавно жаловалась знакомая на писателя N, который запретил выкладывать свои книги в свободный доступ. Он считает, очевидно, свой труд неприкосновенным, заявляет, наглец такой, о праве собственности и желает иметь со своего интеллектуального труда денег. Знакомая моя, в свою очередь, денег платить не хотела. Даже не то чтобы не хотела - до книжного пилить долго.
Как вы думаете, сколько времени мне понадобилось, чтобы найти нужную книгу нужного писателя на нужной бесплатной Интернет-библиотеке?
Истинные цифры имеют не такое большое значение; просто поверьте мне - я её нашла.
Речь пойдёт не о моральных качествах тех, кто книгу таки выложил, и - тем более - не о моральных качествах тех, кто этим воспользовался. Данный пример должен был проиллюстрировать первый аспект проблемы - доступность информации.
Второй аспект - количество доступной информации. Бога ради, оставьте эти ваши бредни с тремя, семью, двадцатью, стапятидесятью и j в i-той степени Самыми Распространёнными Сюжетами; я говорю о конкретных, уже написанных, уже, случается, даже отредактированных текстах, имеющих конкретного автора. Их сотни и тысячи - и их крадут и пересказывают люди, которые меньше всего думают о всяких там колёсах сюжетов, подобных часам для вычисления времени оккультных операций.
Кража сюжетов, героев, да и попросту текстов, подвергающихся в дальнейшем минимальной переработке - если подвергающихся - это, можно сказать, традиционный промысел. Говорят, даже Мольер крал у Лопе де Веги. А с другой стороны - много людей сейчас помнит о Лопе де Веге? Кто-нибудь вообще помнит о нём что-нибудь кроме того, что по его пьесе "Собака на сене" снят в советском союзе фильм с прекрасной Маргаритой Тереховой? Нет, никто не помнит де Вегу. Не о нём писал книгу М.А. Булгаков, не его пьесы до сих пор идут в театрах моего города, нет, никому не нужен бедненький обиженный Лопе наш де Вега. Так можем ли мы обвинить Мольера в краже? Не пошло ли сюжету на пользу то, что он был украден?
В литературном воровстве в своё время были уличены такие монстры, как Агата Кристи и сам Уильям Шекспир. Если судить о степени преступности второго представляется задачей весьма и весьма проблематичной, ввиду неясности личности самого писателя, то в первом случае мы имеем ту же диллему, с которой столкнулись при обсуждении творчества Мольера. Несомненно, тому автору, которому идея принадлежала изначально, должно быть обидно. Но. В ситуации Агаты Кристи украден был сам Эркюль Пуаро, герой бесконечного в своей занимательности, да и просто почти бесконечного цикла. В то время как прародитель сей колоритнейшей личности накропал не так много, и в большую печать так и не попал. Попрание авторских прав? Несомненно. Надругательство над личностью? Очень может быть. Засилье престижных и именитых, которые не дают пробиться молодым и безвестным? Бога ради. А теперь давайте-ка отберём у любителей детективного жанра Эркюля Пуаро, отберём книги, отберём фильмы, прикажем забыть и отречься, а взамен предложим порыться по каким-то там сусекам и найти вышедшую крохотным тиражом повестушку никому не ведомого автора.
Тут уместным представляется вспомнить о постмодернизме в литературе. Особая прелесть данного течения, на мой взгляд, заключается в том, что речь, опять же, не идёт о каких-то там "избранных сюжетах"; речь идёт о том, что все тексты уже написаны. Красота, правда? Все тексты уже созданы, не просто нет ничего нового - его не может быть. Все тексты созданы, любой последующий текст будет все-то эдакой нарезкой кадров, коллажом, компиляцией. Таким образом, мастерство автора определяется умением составить грамотный список ссылок так, чтобы они вызвали у читателя этого списка определённые ассоциации.
И всё было бы неплохо, если бы не: постмодернист Умберто Эко читается взахлёб. И ссылки хороши, и ассоциации вызываются, но, боже, боже, "Остров накануне". О! Ссылки - это великолепно, чрезстрочное чтение добавляет красоты невероятной, и книга подобна плоду с неисчислимым количеством вкусов; и каждый раз вкус полнее и пленительней. Но - о! Главный герой сражается с Иудой за то, чтобы Христос был распят; потому что если Его не распнут - мир не будет спасён. Иуда же борется с главным героем, защищая жизнь Христа, потому что, если Он выживет - мир падёт. О! Ссылки ссылками, ассоциации ассоциациями, но, увы, далеко не каждый сумеет подставить свои ссылки в такую комбинацию.
А, между прочим, какая-нибудь унылая фантасня с религиозным конфликтом в центре повествования, мне не интересна в принципе. Дело вкуса, конечно, но как почитаю я про Бога Кровавой Планеты А"ахтуунга, которому, значится, должна посвятить себя Принцесса Жрица К"аа"кейотам, и, значит, там ещё Джайнизм на горизонте...скучно. Даже у Саймака такое скучно, что уж говорить про птиц полётом ниже.
Я к тому, что постмодерн, внезапно, тоже оказывается искусством: красть чужие тексты, очевидно, надобно умеючи. Что-то мне подсказывает, что Умберто Эко и жестокий реализм писал бы хорошо, а Вася Пупкин - и постмодерн плохо.
Вот мне, например, встретился давеча рассказ. Чернуха такая чернуха. И мужики на лавочке - такие мужики. И псевдо-разговорная речь. И всё как надо, только смотрю - ах, да это же Шолохов. Но, боже ты мой, что с ним сделали. Исковеркали, переврали, сочинение на ему - только вот Шолохов сам был, как бы, мужик, а перевратель - не то девка-соплюха, не то мальчик-сопливчик. Лучше, наверное, девка - нам можно, нам по полу положено тянуться к сильным эмоциям не особо заморачиваясь на смысловое содержание.
Напоследок стоит упомянуть про ещё одно явление, которое имело место и ранее, но сейчас как бы обнажилось; Изида как бы откинула свою вуаль и показала нам спитое своё развесёлое лицо. Речь пойдёт о фанфикшене. Тут правильный читатель должен скривиться презрительно и сказать фу. Нашла о чём писать. Это всё для малолеток и девок-геелюбок.
Вкрадчиво и нежно спрошу я такого читателя, кто - глаза не отводить! - кто зачитывался творчеством Ника Перумова? Кто покупал его книги? Кто брал их в школе у знакомых и читал под партой? Не брал и не читал? И фэнтези не читал? Никакого? И нигде в прочитанном не было орков? Или, может, не было ни одного фэнтези, где эльфы - высокие, да статные, да певцы? Что, везде-везде были уродливые карлики из скандинавских мифов? И полуросликов/низушков/приземликов нигде-нигде не было у любимых авторов?
А теперь, пожалуйста, предоставьте мне хоть одну фэнтезийную книгу до-Толкиенистского периода, где они были бы. Так что речь идёт, увы, не про архетип - речь идёт про литературное заимствование.
Замечу, что в последнее время мы имеем некоторый спад активности заимствований именно у Дж.Р.Толкиена. Ему на смену пришли другие имена и другие жанры. Из моего любимого - опубликованный, что меня особенно радует, труд С.А. Кима про чужую жизнь. Автор даже не пытается никого обмануть, и сам честно называет своё творение фанфиком. Но! Нашлось же издательство, которое это издало, извиняюсь за тафтологию? Может, мы на пороге новой эры? Может, скоро мы получим в книжных магазинах не такие трусливые потуги скрыть любовь к чужим мирам и персонажам, как какая-нибудь "Таня и Гроттер и что-там-пришло-в-голову", а смелые и искренние "Приключения сына Гарри Поттера"? Или, даже, "Гарри Поттер. Неизданное"? Или, возможно, опубликуют моё любимое "Я, Таня и Наташа в гостях в Наруто"?
Если честно, вспоминая беспредельный сериал про Конана, к которому руку не приложил только ленивый - очень сомневаюсь. Кража идей, кража уже готовых текстов или незаконное - а то и узаконенное - их использование давным-давно стало нормой. Некоторые тексты, как, например, "Алиса в зазеркалье" и "Алиса в стране чудес" уже и авторскими-то, собственно, считаться не могут - они превратились в своеобразный информационный пласт, фольклор, и заимствование из них признаётся за использование в произведении мотивов народного творчества, но никак не за нарушение авторских прав. Эпоха Интернета отличается от всех предыдущих разве что доступностью текстов, вот этим единым информационным полем, подобным сияющему кристаллу бюрократии - где в каждом узле кристаллической решётки находится какой-то подвижный элемент, при замене которого меняется вся структура, изворачивается, сияет, слепит блеском. И из каждого такого угла структура представляется иной, и из каждого угла, пытаешься ли ты поменять паспорт или читаешь книжку, ты кажешься себе единственно правым, пока не вообразишь себе всю систему и не поймёшь, насколько малый интерес ты лично представляешь для её функционирования.