Венцимеров Семен Михайлович: другие произведения.

Давид Степановский. Репортаж из прошлого века

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Этот очерк я написал десять лет назад -- осенью 1997 года

  
  Следами давних впечатлений многие годы во мне оставалось о нем воспоминание, как о знаменитом певце. Знаменитом по крайней мере в Черновцах, городе, который некогда был для меня всей Вселенной. Хотя, как выяснилось, когда я видел его на эстраде и по телевтдению, ему и было-то всего лет восемнадцать.
   Перед появлениемв ью-Йорке тридцать с лишним лет я жил в Москве, Новосибирске - не в Черновцах. Но, когда приехав в Нью-Йорк, я услышал от родителей о Давиде Степановском, певце, который разучивал с телезрителями еврейские песни, я его сразу вспомнил. Вспормнил таким, каким когда-то видел на концертах: юным, стройным и гибким, пластичным, с сияющей улыбкой и чудесным, наполненным чувствами, голосом. Как правило, я видел его на концертах на сцене актовчого зала университета, который располагался в здании, где раньше выступал еврейский театр, а также и в клубе "Шепетовка" -- он размещался в бывшем еврейском культурном центре.
   Когда я объявил дома, что к нам в гости придет певец Давид Степановский, мои родители разволновались.
   - Такого человека надо встретить, как полагается.
   Отец застеснялся, сказал, что уйдет из дома, чтоб не мешать моей беседе с таким человеком. Мама решила к его приходу испечь свой фирменный пирог. Я отсюда заключил, что жизнь и творчество Давида в Нью-Йорке составляют в глазах эмигрантов определенную духовную ценность.
   Он появился в нашей квартире со скрипкой под мышкой, с чемоданом на тележке, в котором, как выяснилось, лежали ноты. Приехал после занятий в Манхеттенской музыкальной школе, в которой учил американцев - детей и взрослых, петь песни на идиш.
   Мои родители стали извиняться зща нашу простецкую обстановку.
   -- Что вы извиняетесь - разве я не так же живу? Вся обстановка из универмага "гарбидж", то есть, с мусорки.
   -- Вы знаете, когда вы разучивали песни по телевидению, я всегда пел вместе с вами, смущаясь, сказал отенц. - Это была большая радость для меня.
   - Для того и задумывалась та музыкальная програама... Вы смотрите на меня, как следователь КГБ, -- это он уже мне сказал.
   -- Просто я пытаюсь совместить ваш нынешний облик с образом того паренька на эстраде, который сохранился в моей памяти.
   -- Что, сильно постарел?
   -- Вы сейчас в расцвете творческих сил.
   -- В действительности уже многое пережито. В моей жизни были и звездные часы и потери.
   Он родился в Печорском лагере смерти в августе 1944 года. Родители его из Липкан, что в Бессарабии. Скорбный путь Холокоста семья прошла, теряя дедушек, бабушек, племянников и кузенов по обочинам молдавских и украинских дорог, в лагеряхз Молдавии и Винницкой области. Лагерь в Пекчоре должен был стать последним перед вознесением на небеса пунктом для остатков этой семьи, как и для многих других узников.
   -- Саустя много лет, уже в Израиле, мой дядя написал книгу об этом лагере, -- рассказывает Давид. - По его словам через этот лагеро прошло 25 тысяч евреев. В живых осталось 308 человек. Был близок уже и конец моей семьи. Но доносились уже и звуки артиллерийской канонады с откатывавшейся на запад линии фронта. Эти звуки сильно нервировали эсесовцев, охранявших лагерь. И однажды комендант, будучи в сильном подпитии, выстроив оставшихся в живых евреев, сказал им, что этой ночью ворота лагеря будут открыты. И те, кто выжил, ночью из лагеря ушли, укрылись в лесах, где дождались освобождения...
   -- У моего отца, Семена Аккермана, -- продолжает Давид свой рассказ, -- в лагере погибла вся семья. До войны он проходил службу в румынской кавалерии. После освобождения из лагеря добровольно вступил в Советскую армию. Служил в конной разведке. Мама долго хранила его единственное письмо, в котором он писал.: "Извини за плохой почерк. Пишу, сидя верхом на коне..." Из этого рейда разведки он не вернулся...
   Моя мама вышла замуж за фронтовика Арона Степановского. Он меня усыновил и был мне настоящим отцом. Сейчас он вместе с двумя моими братьями по матери живет в Израиле. Первая семья моего отчима погибла в Бабьем Яре. Но есть надежда, что не полностью. Когда по телевизору показывали вывод советских войск из Афганистана, в один момент вся наша семья замерла и неотрывно смотрела на экран. На экране был генерал Степановский из советского генштаба. Внешне - мой отчим, один к одному. Мы не пытались вступить с ним в контакт, но надеемся: может быть это сын моего отчима? Может быть он был спасен добрыми людьми в Киеве от неминуемой гибели? А потом - Суворовское училище, военная карьера... Впрочем, может быть, это всего лишь выдать желаемое за действительное...
  
   -- В годы моего детства, -- рассказывает Давид, -- Черновцы были еврейским городом. Еврейская речь звучала на улицах, во дворах. Каждый третий Черновчанин был евреем. Во многих семьях говорили только на идиш. Я и сам до пятилетнего возраста по-русски не говорил вообще. Русский начал осваивать только в детском саду. Мама до войны жила в Липканах - маленьком еврейском местечке в Бессарабии. Мама была активисткой сионистской организации "Поалей Цион". Эта организация устраивала концерты и театральные представления. Мама пела и играла в театре. Рядом с ее домом жил богатый еврей, обучавший своего сына играть на скрипке. И мама решила: если у нее будут сын, тоже будет учить его играть на скрипке...
  
   Музыкальные способности Давида проявились рано. Он, можно сказать, раньше начал петь, а потом лишь говорить. В пять лет стал заниматься под руководством известного в городе музыканта Михаила Исаковича Лазарева, готовясь к поступлению в музыкальную школу.
   Был вступительный конкурс. Давид играл подготовленные с Лазаревым мелодии " Не летай, соловей", "Савка и Гришка", этюд. Он видел, как один из членов жюри ставил ему в таблицу экзаменационной ведомости отличяные оценки. Но в музыкальную школу его не приняли. Из-за национальности. Впоследствии подобное с ним случалось еще много раз.
   -- Так я в музыкальную шклу и не попал, не учился в ней. Мое музыкальноевоспитание я получил от мамы. Она была портнихой. Шила - и пела еврейские песни. Я до сих пор пою мои песни на идиш так, как мама пела. Иногда я в сборниках нахожу ту или иную песню, вижу: слова чуть чуть изменены. И всегда пою мамин вариант.
  
  
   Во Дворце пионеров был детский духовой оркестр. Давид стал в нем играть. Кажды год в Черновцах проходили городские олимпиады художественной самодеятельности. Давид в них участвовал. Был в Черновцах знаменитый клуб работников местной промышленности на Шепетовской улицы. Его хозяевами были артели - своеобразные кооперативы 50-х годов. Держали их предприимчивые люди с еще довоенным, румынским, опытом коммерческой деятельности. Артели были богатыми. Свой клуб, называемый в народе попросту "Шепетовкой", финансировали щедро.
  
   -- С пятнадцати лет я начал играть в этом клубе на танцах и петь в концертах. Директором клубав был некто Лилов, известный тем, что ему отдавило ногу при строительстве Мавзолея Ленина - он хромал.
   Еще до этого, когда я выступал на школьных олимпиадах, пиджак для выступлений мне одалживал учитель физики Яков Александрович Крачек, своего не было. А когда начал выступать в "Шепетовке", швейники сшили мне роскошный белый смокинг, купили для меня первый в городе саксофон-сопрано. Я был на седьмом небе от счастья.
  
   Вот примерно с этого момента я и помню юного певца Давида Степановского.
  
   Теперь я желаю воздать должное актовому залу Черновицкого университета. Это, собственно, был не зал, а многоярусный дворец искусств. После войны здесь размещался еврейский театр. Но этого я не помню.
   Высоченный зал с несколькими ярусами зрительских мест обладал прекрасной удобной сценой. В зале перед началом киносеансов плавно убиралось освещение... Первые в жизни зрительские впечатления я получал именно здесь. Я жил поблизости от этого дворца - в начале Киевской улицы. Строгие контролеры не всегда пропускали нас с мамой на концерт или киносеанс. И лишь иногда, раздобрившись, комендант здания дядя Миша, разрешал нам, терпеливо ожидавшим снаружи у входа, подняться на верхотуру и оттуда слушать и смотреть.
   Правда, в день выборов в зал пропускали всех желающих. Там бывали хорошие концерты. В них участвовали артисты театра имени Ольги Кобылянской, студенты музыкального училища, самодеятельны коллективы города. Вот в таком концерте, помнится, я и услышал впервые Давида.
  
  Купите фиалки,
  Вот букетик лиловый...
  
  Выводил он "сладкую" переводную песню, наполняя чувством ее бесхитростные слова - и трогая сердца молодых и пожилых. Это было талантливо и искренне. Настолько, что я, бывавший на концертах многих прославленных певцов - от Магомаева до Павлиашвили, все же слышу внутри себя тот, тридцатипятилетней давности концерт и голос юного Давида.
  
   -- Оркестром в клубе "Шепетовка" руководил тогда - студент, а сейчас - профессор Черновицкого университета Леонид Косиченко. В своей родной альма-матер он тоже организовал бэнд, куда пригласил классных музыкантов. Я играл на саксофоне и пел. Я играл на саксофоне и пел. На трубе - Абрам Фельдер, сейчас - "Золотая труба Израиля", великолепный музыкант. Влился в нашу компанию Толик Евдокименко, будущий муж Софии Ротару. Несколько раз и она выступала с университетским оркестром - пела молдавские народные песни.
   Вот такой была моя музыкальная жизнь в самый ее розовый период. Чувствовал: могу, видел - людям нравилось, верил - стану настоящим певцом.... -
   Тем временем Додик Степановский окончил школу. Стал поступать в музыкальное училище по классу скрипки. На экзамене предложили спеть.
   -- Спел "Вернись в Сорренто"... После того, как объявили, что в класс скрипки я не прошед, сказали: "вам рекомендуем поступать на дирижерско хоровое отделение"... Послушался, сдал экзамены. Не приняли. -
  
   Да, вот так совершенно откровенно издевались над еврейскими детьми на приемных экзаменах в черновицких учебных заведениях. Что-то подобное и я мог бы рассказать о моей попытке поступить в Черновицкий строительный техникум.
   Однако студентом музыкального училища Давид все-таки стал.
  
   -- Начальником управления культуры работал тогда некдо Дидык. Ранее был он первым секретарем Черновицкого обкома партии и дружил с начальником политуправления 18 армии Леонидом Ильичом Брежневым. Штаб армии вместе с политуправлением после войны дислоцировался в Черновцах. Брежнев с Дидыком были инициаторами открытия в Черновцах одного из самых первых в Советском Союзе памятника Победы. Памятник на Советской площади был открыт еще в 1946 году. . Дидык, как и другие чиновники, был депутатом, ездил в районы области с отчетами перед избирателями, докладами. Как правило такие встречи сопровождались концертами. Для участия в таких концертах Дидык постоянно приглашал меня. Я записался к нему на прием. Когда меня пригласили в кабинет, сказал.
   -- Оказывается, я достаточно талантлив, чтобы выступать в ваших концертах, но недостаточно хорош, чтобы учиться в музыкальном училище... -
   Выслушав подробности о моих попытках поступления, он твердо сказал:
   -- Успокойся. Будешь учиться! -
  
   Через несколько дней Додик уже сидел на занятиях в одном из классов большого светлого здания, что располагалось поблизости от памятника Победы... Он учился любимому делу жадно, он хотел взять от своих учителей все, что они способны были дать. В частности, он добился разрешения одновременно с занятиями вокалом учиться и в классе альта.
   А еще ему повезло с учителями. Его преподавателем по классу альта был заслуженный артист Украины Юрий Николаевич Гина.
  
   -- Гина стал готовить меня к Всеукраинскому конкурсу молодых исполнителей во Львове. Когда конкурс прошел, мы с моим учителем горевали: во Львове некому было конкурировать со мной. Но руководство училища не пожелало меня, еврея, допустить к конкурсу.
   Моим преподавателем по вокалу был Иван Николаевич Любинецкий. Он уверенно владел вокальной техникой бельканто. Учился этому у итальянского певца, которого превратности судьбы забросили в Новосибирск. Сам Иван Николаевич был из репрессированной семьи - вот почему оказался в Сибири. Всем, что я умею в вокале, я обязан ему. Бывает так:учитель находит ученика, а ученик - учителя - и жизнь каждого из них обретает смысл. Наверное так передаются из поколения в поколение секреты восточных единоборств. Кстати, Иван Николаевич запретил мне обучать кого бы то ни было его вокальным приемам.
   -- Тебя обязательно будут спрашивать, как ты переходишь из высокого регистра в низкий и наоборот. Никому не рассказывай, пока я не разрешу, -- строго предупредил Любинецкий.
   Четверокурсеика музучилища Степановского пригласили в эстрадный коллектив Черновицкой филармонии "Буковина". Гастролировали по области, по городам Украины. Запонились успешные выступления в Одессе и Харькове...
   Подрабатывал, ыступая перед сеансами в Черновицких кинотеатрах..
  
   Когда Давид упомянул об этом, из глубин памяти вынырнула песенка, которой обычно завершалась концертная программа в кинотеатре "Жовтень" (теперь - "Чернiвцi"). Кинотеатр размещается в здании, где до войны была синагога, одна из крупнейших и красивейших в Европе. Замечу, что на синагогу не покушались даже антисемиты из своры Антонеску. А вот советско власти она помешала. Ее попытались взорвать, но стены выдержали, лишь крыша разрушилась. Примерно два десятилетия вот так она и стояла полуразрушенной, потом ее кое-как подремонтировали, превратив в кинотеатр. Перед началом сеансов в фойе устраивали небольшие концерты, завершающим номером в которых была песенка:
  
  Бажаем, бажаем
  Подывтыся добре кино...
  
  Я спонтанно пропел эти две строчки. Давид тут же подхватил:
  
  Бажаем, бажаем,
  Цоб сподобалось всим вам воно...
  
   Постепенно сформировалось творческое амплуа Давида - песни народов мира. Пел неаполитанские песни, "Девойку малу", позаимствованную у Джордже Марьяновича...
  
   В его репертуаре был "гвоздь" имевший бешеный успех, если в аудитории было хотя бы несколько евреев. Куплеты Мэкки ножа из "Трехгрошовой оперы" композитору Курта Вайля он пел на идиш. Перед последним куплетом выходил поближе к рампе и доверительно обращаясь к публике, пел:
  
  Зол плацн ал\ соним,
  Лебт ун фройт зих,
  Гнуг цу вэйнен.
  Абы гезунт нор, абы гезунт нор,
  Кэн мэн, бридер, гликлих зайн.
  
   Смысл: пусть сгинут все враги, живите и радуйтесь, довольно слез, было бы лишь здоровье - и можно быть счастливыми.
  
   Анти-антисемитский вызов этих строк легко доходил до каждого еврея. Песню приходилось повторять на бис, евреи реагировали всегда бурно.
   На воре шапка горит. Однажды приходит к Давиду за кулисы директор филармонии Климчук.
   -- На каком языке вы поете куплеты Мэкки Ножа?
   -- Н идиш.
   -- Почему, поете на идиш?
   -- Потому что пока не видел в городе плакатов со свастикой и лозунгом "Бей жидов". Как только появятся, прекращу.
   -- Нет, вы прекратите это немедленно.
   -- Почему вы не запрещаете мне петь песни на итальянском, сербо-хорватском, румынском, а только на идиш?
   -- У нас есть еврейский коллектив Сиди Таль -- там поют на идиш. А в "Буковине". Больше на идиш петь не будете. Разговор этот состоялся за минуту до того, как Давиду предстояло выйти на сцену. В этот вечер он уже не пел куплеты Мэкки Ножа.
  
   -- Я понял: мне пора из "Буковины" уходить Начал переговоры с заместителем директора филармонии, гениальным администратором Пинхусом Абрамовичем Фаликом, супругом Сидим Таль о переходе в ее коллектив. Тем временем случилось ЧП. Я в это время учился заочно в Казанской консерватории. Когда я был на сессии в Казани, у меня украли пальто, я сильно простыл. Вернувшись в Черновцы больным, не поехал на гастроли с "Буковиной". Воспользовавшись этим поводом, Климчук уволил меня "за невыхорд на работу"... --
  
   Давид начал работать во второй музыкальной школе преподавателем по классу скрипки. В этой же школе заведующей фортепианным отделением работала жена Давида Людмила. Так по воле антисемита Давид на несколько лет оказался оторванным от активной творческой деятельности. Тем временем в филармонии появилась "Червона рута" с Анатолием Евдлкименко и Софией Ротару. Начала выступления "Смеричка" с Назарием Яремчуком и Василем Зинкевичем....
  
   -- Вдруг вызывает Фалик. Предложил поехать со "Смеричкой" на декаду украинского искусства в Эстонию. Я согласился. По присланной из Таллина плохонькой фонограмме подготовил песню Арэ Ойта "Старая мелодия". Руководитель ансамбля композитор Гамма (Сейчас он пишет музыку в Голливуде) сделал очень интересную аранжировку... Я разучил песню... Но ведь произношение....
   Приехав в Эстонию, ходил по улицам, вслушивался в речь прохожих. Кое что уловил... Спел в концерте так успешно, что песню в моем исполнении вузяли в фонд Эстонского радио...
   На обратном пути из Таллина "Смеричка" дала концерт во Дворце спорта "Сокольники". Звукорежиссеры дворца весь этот концерт записали. У Давида была песня "Русская раздольная". Спустя несколько месяцев известный фигурист Овчинников, выступая под эту песню в исполнении Давида, стал чемпионом мира.
   Надо сказать, что я, тогда студент журфака МГУ, видел в Москве афишу этого концерта, хотел на него попасть, но не сумел, по обстоятельствам, связанным с учебой. До сих пор сожалею об этом. Но, надеюсь, послужил землякам, отправив заметку о концерте на Черновицкое ради. В ответ мне прислали гонорар - полтора рубля... Впрочем, вернемся к воспоминаниям Давида.
  
   -- С этой песней связано еще одно интересное воспоминание. Пелл ее в концерте, проходившем в зале Львовского оперного театра. Обычно слушатели вовлекались в ритм песни, начинали прихлопывать. Здесь - напряженная тишина. Лишь один мужчина в первом ряду с орденскими планками хлопает в такт. Поднимается она женщина, подходит к мужчине, складываеи ему руки, чтобы не хлопал...
   Кстати, после концерта в столице в "Вечерней Москые" появилась моя фотографияю После этого я стал уже врагом номер один для Назария Яремчука. И мое сотрудничество с "Смеричкой" вскоре прервалось...
   Прошло еще несколько лет. Я отдыхал в Залещиках в санатории. Приезжает администратор изщ филармонии - Фалик вызывает. Оказалось солист ансамбля "Червона рута" как-то нехоррошо себя повел по отношению к Софии Ротару. Его поперли. Был объявлен творческий конкурс на замещение должности солиста "Червоной руты" Среди участников конкурса был и нынешний народный артист Украины вдовиченко. Я победил в конкурсе и уже на следующий день оказался... опять в "Смеричке". Причина? Василь Зинкевич круто поссорился с Яремчуком и ушел из ансамбля. Так мне и не случилось сотрудничать с Софией Ротару...
   Годы в "Смеричке" были для Давида радостными, но с большой оскоминой. Вначале он пел репертуар Василя Зинкевича. Но репертуар нужно обновлять. А каомпозиторы Левко Дудковский и Владимир Ивасюк еврейскому певцу песен не давали. Давид сам стал искать себе авторов, писавших ему русские и украинские тексты.
  
   -- Мы гастролировали в Киеве. Я в это время уже был во главе 2Смерички". Левко Дудковский к тому времени уже поссорился со всеми в ансамбле. Он пришел ко мне в номер гостиницы и слезно просил уговорить "Смеричку" записать его авторский диск. Пообещал мне своб песню "Окна". Я поговорил с каждым, всех уговорил. Все согласились. Поехали ночью на студию, записывали...
   Когда диск вышел, давид ощутил будто бы плевок в лицо: на той стороне пластинки, где должна была быть кго песня, не было ничего...
   У "Смерички" были гастроли в Германии, Чехословакии, Румынии. В Румынии Назарий пел песню на Румынском, в Чекхословакии Давид - на чешском - песню из репертуара Карела Готта...
  
  Гдэ вшудэ ходиш, ласко...
  
   Давид запел - и поразил меня, что называется, прямо в печенку: я уцчил в МГУ, а потом и преподавал чешский язык. Как специалист скажу: ни малейшего изъяна не было в чегском произношении Давида...
  
  
   У него была высшая всесоюзная исполнительская категория. И в том, что его стали выталкивать из "Смерички", причииа все та же - ползучий антисемитизм. Он пытался барахтаться, сопротивляться, ходил жаловаться в обком партии...
   В обкоме ему сказали:
   -- подумайте о дочери... -
  
   То есть, сделали мафиозное предложение от которого он не мог отказаться. Внял предупреждению - и поступил на работу в ресторан "Черновчанка"...
   -- Были предложения от "Ленконцерта", еврейского камерного ансамибля. Но я потерял интерес ко всему кроме семьи. Дочь Виктория окончила музыкальное училище, поступила в университет. Я пел в ресторане, на еврейских свадьбах. Возникла идея сделать современные аранжировки еврейских песен. Десять черновицких предпринимателей спонсировали эту работу. Вместе с композитором Леонидом Затуловским мы выполняли ее в течение года. Создали новые аранжировки для трех десяток еврейских песен. Новое музыкальное решение позволило лучше выразить содержание каждого куплета. Таких аранжировок раньше не было. Леонид Затуловский был композитором в коллективе Гениальной Сиди Таль.
   Два концерта еврейской песни стали моим прощанием с Черновцами. Один из них был посвящен трехтысячелетию Иерусалима. В концерте участвовали симфонический, камерный. Духовой оркестры, Буковинский ансамбль песни и танца... На концерт приехал израильский вице-консул...
  
   И вот Давид в Израиле. Живет один, без семьи.Виктория, дочь, живет в Пенсильвании, знакомит детей с бальными танцами, сама учится на музыкально-0педагогическом факультете филадельфийского университета. Жену и мать давид похоронил с разницей в четыре месяца.
   В Америке у певца словно бы открылось второе дыхание.
   -- Когда я проходил в НАЯНЕ "курс молодого эмигранта", счастливая судьба свела меня с сотрудницей этой организации и прекрасной пианисткой Евгенией Палей. Женя вселила в меня веру в то, что мое искусство здесь кому-то нужно. Она стала моим аккомпаниатором. Затем познакомила с композитором Залманом Млотеком. Он включил мое выступление в программу еврейского фестиваля. Здесь произошла встреча с Клэр Берри (одной из знаменитых сестер Бэрри). Ей уже за семьдесят, но она в отличной творческой форме. Только артист, только певец оценит ее поступок. Она уступила мне право петь в концерте ее "коронку" -- " А идише мамэ"... -
  
   Фестивальный концерт в престижном зале "Эвери Фишер холл" с оркестром НПЯНЫ... Концерт в синагоге Квинса с камерным трио.... Фильм "Таксмэн" о жизни русских вАмерике, в котором Давид снялся в роли раввина... Выступления на встречах русско-еврейских эмигрантов, повод которых чаще всего трагический - память о Холокосте... Песни на встречах черновчан... Многое из этого осуществилось благодаря Евгении Палей, чье заинтересованное участие в жизни Давида так значимо для него...
  
  
   -- Женя меня познакомила с культуртрегершей нашей общины Мариной Ковыалевой, которая вывела меня в телевизионный эфир "RTN", где у нас была программа "Пойте с нами". Мы знакомили с историей создания еврейских песен, рассказывали об их авторах, разучивали слова, пели вместе с телезрителями.
   И еще одна женщина, еврейская поэтесса Раиса Ходорова сыграла определенную роль в моей судьбе. Познакомившись с ее прекрасными стихами, я написал две песни на ее слова: "Ойфн велд" ("На кладбище") и "Бармицва"... -
   Концерты в Америке обогатили его новым знанием о еврейской песне. Нередко на концертах подходячт к нему незнакомые люди, благодарят за епесню, которую, как выясняется сочинил кто-то из их близких. Так он познакомился с потомками Германа Яблокова, автора песни "Купите папиросы". Эта песня, оказывается. Написана по воспоминаниям о Первой мировой войне.
   В Нью-Йорке Давид начал учиться на кантора - новый поворот в судьбе. Новый мощный пласт еврейской жизни, погружение в который требует огромной работы души...
  
   Еврейский певец Давид Степановский... Человек, дарящий людям радость освобождения души. Песня - душа народа. Эта мудрость по отношению к евреям верна так же. Как и по отношению к другим народам.
   Он живет рядом с нами... Поет нам о горе и счастье, тревоге и любви, о маме и городе детства...
   Певцы дарят величие народу, а народ дарит величие певцам...
  
   -- А на прощание я вам сыграю, -- сказал Давид моим родителям плсле чаепития с маминым фирменным пирогом. Он взял скрипку, заиграл... Лица моих стариков просветлелои. К глазам подступили слезы...
  
  PS. Этот очерк, как я предупредил вначале, был написан десять лет назад, вскоре после моего приезда в Америку и предназначался для одной нью-йоркской газеты, где я опубликовал ряд "разворотов". Однако вскоре я с газетой, точнее с ее владельцем рассорился. (Так же я, а потом и мой, позднее эмигрировавший сын, рассоривался со всеми "русскими" владельцами бизнесов - кидалами, включая и других владельцев русских газет). И в газеты перестал писать. Начал писать стихи, издавать книги. Но этот очерк хранил, чувствуя, что я в долгу, перед Давидом Степановским. Сегодня я публикую его в том виде, в котором он был написан, хотя эти демять лет, разумеется внесли определенные перемены в жизнь моего героя. Также, как и в мою. Но очерк помимо прочего отражает мои первые впечатления о жизни в Америке, поэтому я оставляю его неизменным, прошу лишь читателя иметь в виду, что это - репортаж из девяностых, репортаж из прошлого века. Собираюсь постепенно выставить и другие "Репортажи из прошлого века"...
  
   Семен Венцимеров
  
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Гринберга "Невеста для герцога"(Любовное фэнтези) K.Sveshnikov "Oммо. Начало"(Киберпанк) В.Каг "Операция "Удержать Ветер""(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) М.Торвус "Путь долгой смерти"(Уся (Wuxia)) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) Е.Кариди "Одна ошибка"(Любовное фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"