Олег Верещагин, Алексей Ефимов: другие произведения.

Хрустальное яблоко

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.26*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Этот роман сюжетно примыкает к "Мир вашему дому!" Мы выкладываем только начало - в изданиии заинтересовано ЭКСМО, где-то в марте станет ясно, выложим ли мы и остальное - или уберём и это, а читатели будут покупать бумажный вариант...

  

Олег Верещагин,

Алексей Ефимов

  

ХРУСТАЛЬНОЕ ЯБЛОКО

  
  
   Перегреется танк - заведу звездолёт,
   Назову его "Драккар" - и в небо уйду!

Алькор.

  
  

Предварение

Оригинальные слова песни принадлежат офицеру Советской Армии Игорю Макарову,

воевавшему в одном из локальных конфликтов ХХ века.

Данный вариант был популярен среди бойцов последних лет I Галактической Войны.

   Пять мальчуганов жили тут в тиши, веселье, мире...
   Но с неба сторки сорвались - и их
   Уже четыре.
  
   Мальчишки вчетвером пошли в десант для мести, боя -
   И Землю от Чужих спасли - но их
   Осталось трое.
  
   Трое мальчишек шли в песках, плелись едва-едва...
   Один растяжку прозевал - и их
   Осталось два.
  
   Двое мальчишек слышат крик, решают: "Поглядим!"
   Там был скиутский штурмовик - и их
   Уже один.
  
   Один вернулся - и ему молиться бы судьбе,
   Но в ликования дыму не нужен стал - себе.
   Он, в прошлом коротая дни, прожёг себя дотла - и...
   Снова встретились они. Такие вот дела...
  

ЧТО БЫЛО . . .

   Ядерная война ...-х годов ХХI века фактически уничтожила земную цивилизацию, изменив не только природу и погоду, но во многом и саму географию Земли. Все прежние силы - государства, церкви, корпорации, преступные синдикаты - исчезли. Под покровом атомной зимы воцарился мрачный холодный хаос, в котором остатки людей, не выкошенные радиацией, болезнями, голодом, сцепились в бесконечных междуусобных войнах, больше похожих то ли на феодальные схватки, то ли на стычки бандитских группировок. Наступили времена Безвременья...
   В этих условиях центрами притяжения тех, кто не поддался всеобщему одичанию, стали две организации: контролировавшая значительную часть Сибири и Севера бывшей России славянская "РА" и действовавшая на берегах Гудзонова Залива англосаксонская "Фирд". Тоталитарные и глубоко военизированные, они начали "умиротворение" окружающих земель, действуя во имя благой цели возрождения цивилизации с не меньшей жестокостью, чем их противники - банды людоедов и работорговцев. Серые Войны - так позднее назвали учёные этот период в истории Земли из-за того, что ожесточённые бои шли в мире, скрытом пологами бушующих туч. Во главе обоих организаций стояли кланы (или классы) воинского дворянства, возродившегося на благодатной почве бесконечного конфликта, продолжавшегося почти тридцать лет.
   Ушла в прошлое зима. Снова светило солнце. Земля с трудом возрождалась из пепла. Но это было уже совершенно новое общество. После долгих лет битв Планета оказалась фактически поделена между двумя суперэтносами, к которым присоединились остатки некоторых существовавших ранее других народов (большинство их погибло). Русская и Англо-Саксонская Империи, сотрудничая и соперничая, сумели построить мир, в котором при минимуме законов и очень суровом управлении люди обладали огромным чувством собственного достоинства и действительно доверяли своим властям, где в конце концов за счёт нравственного и физического совершенствования и воспитания человека были побеждены болезни, голод, преступность, эгоизм и многое другое - именно то, что и привело к краху предыдущей цивилизации. Отброшены были догмы демократии, причинившие человечеству так много бед. Две нации воинов и тружеников решительно вышли в космос и раздвинули границы обитаемого мира человека до пределов Солнечной Системы, освоив практически все мало-мальски пригодные для жизни планеты. Так окончились пятьдесят лет Реконкисты.
   На довольно долгое время (примерно на тридцать лет, этот период был назван Промежутком) порыв экспансии был погашен отсутствием средств передвижения, которые могли бы позволить людям достичь звёзд. Человечество обустраивало свой новый мир. Но вызов, брошенный Вселенной, не умолкал. Труды учёных и объективные законы развития Галактики привели к тому, что в России был создан и введён в действие аппарат, позволявший осуществлять то, что в доядерной фантастической литературе называлось "гиперпереход" - мгновенный прыжок через пространство.
   Перед охваченными эйфорией первооткрывательства землянами распахнул ворота Великий Космос. Бешеными темпами росло население. Были забыты старые обиды и конфликты, так как устранилась причина их - нехватка территории. Соперничающие нации поклялись больше никогда не браться за оружие для разрешения споров между собой. На протяжении нескольких лет земляне осваивали планету за планетой, среди которых были и пригодные для жизни, и просто голые Луны, служившие для добычи сырья. В этот период окончательно оформилась пирамидальная структура общества свободных людей, где каждый, приложив усилия, доказав свои способности, мог подняться к вершине - но и не помышлял о возможности это место наверху "купить" или "получить". Дворянские кланы, постоянно растущие в числе за счёт притока свежей, энергичной крови, руководили отважным людским племенем сурово, справедливо и мудро, подавая пример остальным жертвенностью и мужеством.
   Но мирная жизнь продолжалась, пока не сбылась великая мечта человечества - и оно не вступило в контакт с инопланетным разумом. Это произошло на 5-й год Экспансии, когда Русской и Англо-Саксонской Империям уже принадлежали соответственно одна и две планеты земного типа с собственной разумной жизнью, четыре и три планеты земного типа, но без аборигенов, а так же 28 и 31 Луна.
   К сожалению, вдохновенные и светлые мечты талантливого древнего писателя и незаурядного учёного Ефремова о братстве разумных существ в Космосе оказались несбыточными. Освоенную часть Галактики - десятки рас, сотни солнц, тысячи планет, десятки тысяч Лун - раздирали зависть, жестокость, войны и восстания, а объединяла безжалостная власть дюжины наиболее могущественных звёздных рас. Свободному человечеству с его возрождёнными с таким трудом идеями всеобщей справедливости и личного достоинства в этом мире не было места - и при первых же контактах его представителям на это указали прямо.
   Люди готовы были прекратить экспансию в "заблокированных" агрессорами направлении, справедливо считая, что космос велик и бессмысленно сражаться за него. Но самозваным повелителям Галактики этого показалось мало. Существование независимой расы, да ещё основанной на таких принципах, которыми руководствовалось Человечество, угрожало их миропорядку, было вызовом системе и примером для тех, кто не желал смириться с рабством. Поэтому Земле была объявлена война - именно она позже получила название Первой Галактической. Её начали Чужие - так возродился фантастический термин давно забытого Голливуда.
   Очень быстро самозваные властители убедились, что имеют дело со страшным противником. Неукротимое свободолюбие, безоглядная отвага, всеобщая спайка землян компенсировали их частую отсталость в вооружении и технике и гораздо меньшую общую численность. Искусно играя на заранее выявленных противоречиях и старых счётах врагов, созданный для борьбы за будущее Большой Круг Объединённой Земли не только успешно оборонялся, но и развернул наступление. Десанты землян высаживались на одну планету за другой. В тылу врага вспыхивали умело подготовленные восстания. Часть противников Земли начала подумывать о мире, а то и о переходе на её сторону...
   Но на исходе второго десятилетия войны четыре наиболее активных противника Земли, собрав все силы, начали планомерное контрнаступление, беспощадно давя любые попытки подать голос в защиту мира в своих рядах. Они угрозами и посулами увлекли за собой остальных. Земля начала терпеть поражения. Огрызаясь, отбиваясь, откатывались её войска и звёздные флоты. В решающих битвах человечество ждала неудача - слишком огромен был перевес противника.
   Оттеснённые фактически в границы Солнечной Системы, потерявшие 9/10 военного флота и почти всю армию, люди приготовились к обороне на пороге родного дома. На планете, названной землянами Сельговия в честь могучей крепости древних времён Земли, Чужие заложили огромные склады и собирали десантную армию, угрожая Земле оккупацией. Впрочем, "почетная" капитуляция тоже была предложена. Она означала (...) превращение Земли в вассала врага, отказ от самостоятельного развития и выдачу множества заложников.
   Истощённая, полуголодная, уже целое поколение живущая в бешеном, тяжёлом ритме военного завода и армейского лагеря Земля затихла. (...) Большой Круг объявил землянам условия, на которых будет заключён предложенный мир и предложил альтернативу - собрать все силы, поставить под ружьё пятнадцатилетних, призвать добровольцами женщин и тех, кому исполнилось тринадцать, отказаться от нормальных условий жизни окончательно - и захватом Сельговии с её глобальными запасами выиграть время, чтобы ещё раз попытаться переломить ход войны. Вопрос - "похабный мир" или "тотальная война" - был поставлен на Голосование Человечества.
   С подавляющим перевесом голосов оно - вопреки тому, что враги называли "здравым смыслом"! - выбрало тотальную войну.
   И - победило.
   Так наступила Галактическая Эра.
   Выдержка из предисловия к научно-популярной
   электронной книге для детей П.С. Охтина
   "Первая Галактическая Война".
   Издание 156 г. Галактической Эры.
   Земля. Русская Империя. Великий Новгород.
  

КНИГА ПЕРВАЯ

ПЕСНЬ ЗЕМЛЯН

Земля:

Общество:

   ...Будучи энергичными и экспансионистски настроенными, земляне обладают нестандартным мышлением и всегда жаждут попробовать что-то новое. Превыше всего они ценят свободу и личную независимость, но при этом мгновенно организуются для отпора врагу или решения каких-то глобальных проблем...

Англичане:

   Англичане хладнокровны, уравновешенны и целеустремленны как в торговле, так и в битвах. Они не поддаются как моральному, так и физическому давлению, что помогает им в сражениях и других тяжелых ситуациях. Англичане также одни из лучших звездолётчиков в Местной Зоне галактики. Их ярко выраженные экспансионистские устремления (...) сочетаются (...) с не менее ярко выраженной ксенофобией (как правило, неагрессивной) - в какой-то степени даже по отношению к "соседям по планете" - русским. Англичанину нелегко на что-то решиться, но, решившись, он не отступает, пока не добьётся цели...
   Мужчины: немногословны, выдержанны, упорны, замкнуты, кажутся тяжеловесными в мыслях и суждениях. Храбры и ироничны. Они отличные работники и талантливые учёные, но им часто не хватает порыва духа для того, чтобы найти нестандартные решения...
   Женщины: красивы, но очень холодны в отношении даже близких людей. Англичанки - прекрасные домохозяйки, но в то же время очень самостоятельны в суждениях; среди них самый большой процент из женщин всех народов Земли занимается "неженскими делами". Хотя, как правило, особыми талантами они не обладают...

Русские:

   Добродушны и степенны в обычной обстановке, задумчивы и любопытны. Русские подвержены порывам вспыльчивости - редким, но заставляющим их временами совершать невероятные вещи. Они великолепные работники, но могут применить свои качества в любой профессии только при условии, если серьезно возьмутся за дело. Русские - лучшие воины в Местной Зоне. Они крайне чутко реагируют на несправедливость даже в отношении чужих рас Галактики, и не раз подвигали всю Землю выступать на их стороне. К другим народам относятся с добродушной иронией, по словам одного писателя, "как к большим детям"...
   Мужчины: азартны и амбициозны, очень открыты и щедры. Они часто поступают самоуверенно, не просчитывая последствий своих действий, но в любой критической ситуации проявляют чудеса организованности и храбрости...
   Женщины: красивые, спокойные и добрые, энергичные, общительные и веселые. Они ценят уверенность в себе и часто обладают творческим началом и изобретательностью. Большинство русских женщин - истинные "правительницы дома". Но среди русских женщин также очень много учёных...
   Выдержка из электронного издания
   "Расы Местной Зоны.
   Справочник для учебных заведений не-людей."
   Издание 200 г. Галактической Эры.
   Луна. Русская Империя. Звёздный Порт.
  

Пролог.

Сражение в Танна-Моо.

204-й год Галактической Эры, через два века после I Галактической Войны.

   Двести сверкающих защитным покрытием кораблей вышли из гиперпространства на краю системы Танна-Моо. Лишь истинно сторкское высокомерие объясняло использование столь малых сил. Никто не ожидал сопротивления.
   Для сторков это должно было стать великим днем. Это возобновило бы веру в Возвышение, веру, очень необходимую Империи. В течение многих недель давались обещания сокрушить гордыню мьюри. Коммуникационные сети наводнялись пропагандой, напоминавшей сторкам, что они - избранники Сил, полноправные хозяева всех миров.
   Танна-Моо не была центром Федерации Йэнно Мьюри. Но в этой пограничной системе находилось крупнейшее из известных сторкам месторождений редкоземельных элементов, жизненно необходимых для изготовления гипердвигателей и гравиприводов. Именно поэтому Сторкад выбрал ее для демонстрации старым врагам подавляющего превосходства своего нового оружия, хотя пока что им была оснащена всего лишь одна эскадра - сила, даже не сопоставимая с размерами Флота Империи. Не сопоставимая по количеству кораблей, но теперь вполне сопоставимая по мощи...
   Но мьюри всегда помнили, что самое ценное из возможных преимуществ - это информация. Колоссальный размах их торговли, превосходная электроника и деньги позволили им создать крупнейшую в Галактике разведывательную сеть, проросшую во внутренние структуры большинства государств. Каждый разработанный сторками план доставлялся мьюри едва ли не прежде, чем его получало само имперское командование. Это позволило им заранее узнать о нападении сторков на одну из их собственных систем - Танна-Моо - и принять все возможные меры по ее защите.
   Эскадра вторжения включала в себя новейшие модели линейных кораблей и крейсеров, оснащенных последним достижением технологий Сторкада: лазерными пушками. Эти новые суда были неповоротливыми и медленными, но недостаток маневренности с лихвой восполнялся разрушительной мощью лазерных батарей. Боевое построение тоже было новым для флота сторков - ступенчатая линия, разработанная для максимизации ужасного эффекта лазерного огня по фронту противника. Это был день Сторкада; это было тем, ради чего они жили.
   И вот первый лазерный залп хлынул от "Всеужасающего". Его турели вздрогнули единым порывом, дотянулись своими невидимыми в пустоте лучами до ближайшего крейсера мьюри и превратили его в ослепительное солнце, которое тут же угасло, рассеявшись пылью среди вражеского флота.
   Битва началась.
   Фаланга фрегатов мьюри тут же распались на мелкие звенья, каждое по пять кораблей. С пугающим ускорением они врезались в строй нападавших. Крейсеры сторков, оснащенные старыми плазменными орудиями, отлично подходившими для ближнего боя, вышли на перехват, но атакующие фрегаты мьюри накатывались волна за волной и набрасывались на них, будто разъяренные стаи волков, отступая и перестраиваясь, сполна используя свое превосходство в маневренности. Сторки упрямо проламывались вперёд - плотной фалангой.
   А затем случилось ЭТО. Тысячетонные, летевшие со скоростью семьсот километров в секунду снаряды проломили защитные экраны... и флагман сторков вспух огромной огненной горой. Еще один залп ударил долю секунды спустя, и уничтожил целое звено фрегатов, превратив их в рой ослепительных вспышек, тут же мгновенно угасших в пустоте.
   Сторки не ожидали такого. Их жесткая командная структура запрещала разговоры в эфире во время боя, и капитаны кораблей не могли понять, что происходит. Нехватка согласованности и гибкости в тактике привела к тому, что они не справились с внезапным появлением этого нового врага.
   Это был супердредноут Йэнно Мьюри.
   Нападения фрегатов вызывали все больше и больше беспорядка. В конце концов общая координация окончательно рухнула. Но военная доктрина сторков строилась на жертвенности, их Флот просто не мог отступить. Капитаны и их команды отважно отдавали свои жизни Империи, уверенные, что они, избранники Сил, обязаны победить. Те, кто отступят с поля боя, будут обвинены в трусости, их семьи будут проданы в рабство, а Дома распущены.
   В течение многих часов взрывы гибнущих кораблей освещали систему, юркие фрегаты мьюри раз за разом врывались во флот сторков, их крейсера с дальних дистанций поддерживали их лазерным огнем и вспухали разрыв за разрывом залпы супердредноута, стрелявшего с чудовищной дистанции и созданного специально для этого сражения. Крейсеры, удерживая линию обороны, не давали сторкам достаточно сблизиться с ним для стрельбы в их чудовище, оставляя их флот совершенно беззащитным перед нападением.
   Линкор за линкором распускался огромными огненными цветами под ударами чудовищных снарядов. Впервые со времен Первой Галактической Войны сторки оказались в таком положении. Но тогда земляне по крайней мере били их предков благодаря подлым хитростям и уловкам - они не демонстрировали столь ужасающего технического превосходства (в этом был уверен любой сторк...)! И что им оставалось делать, кроме как нажимать на гашетки и умирать?
   Много часов спустя система Танна-Моо переполнилась обломками корпусов, дрейфующих в космической пустоте. Мьюри выиграли первое сражение этой войны: почти вся эскадра сторков была уничтожена, в то время как они сами потеряли только треть кораблей.
   Империя Сторкад знала, что ответ должен быть быстр и сокрушителен. Руководство Флота было публично обвинено в трусости при штурме Танна-Моо - несмотря на чудовищные потери эскадры. В результате даже капитаны, отдавшие для Империи свои жизни без малейшей мысли об отступлении, были посмертно уволены из Флота, их репутации были разрушены, а семьи опозорены.
   Был отдан приказ собрать весь Большой Флот для подготовки к общему нападению на мьюри. Но они тоже не сидели сложа руки - и, когда сторки оценили созданные ими армады, то поняли, что породили силу, с которой уже никто не сможет справиться.
   И эта сила теперь хотела большего. Она хотела получить всё.

1. ИМПЕРАТОР ВСЕЯ РУСИ

   В полночь на Святой Софии вразмах и наперебой, но в то же время слитно-слаженно ударили, запели звонкой медью древние колокола - и император проснулся.
   Последнюю неделю он спал по три-четыре часа в сутки, и это уже начало доставлять некоторое неудобство, особенно с трёх до пяти утра. Но сегодня, скорей всего, последняя ночь. Можно и потерпеть ещё.
   Не вставая из-за рабочего стола, он сильно потянулся всем телом. Запрокинул голову. Кабинет мерцал - голографическая карта так и не была выключена, и звёзды неспешно совершали вечный полет прямо вдоль золотых с белым стен, над тяжёлой мебелью чёрного дерева. Забавляясь, как мальчишка, император протянул руку - и система Полызмея послушно прыгнула на ладонь, увеличилась, обросла шариками планет, россыпями астероидов. Вспомнился дурацкий памятник, который хотели ставить на Амбрии - он стоит, держа в руке модель Галактики. Вассальные власти переборщили. Памятник был как будто со школьного конкурса, причём из аутсайдеров. Он никогда не любил памятников самому себе, потому что твёрдо знал, что не совершил ничего такого, за что заслужил бы памятник. Император - просто слуга своего народа. Он - не его дед Василий VI, выведший русских к звёздам и погибший среди этих звёзд, когда не стало возможности победить. Не отец Александр IV, работавший в Большом Круге как проклятый, герой победного сражения той войны. Он - просто Император. Интересно, понял ли это растерянный и смущённый посол амбриан? Едва ли, ведь его народ искренне хотел угодить властелину. До чего это сложно. Признаться, психология многих рас была для Императора загадкой, ещё в лицее ему не нравилась эта наука. Но император обязан понимать всех своих подданных.
   Памятник памятником, однако это его развлекало. Он коснулся пальцем Сумерлы. Планета приблизилась, оттеснив остальную систему. На миг императору стало смешно. На Земле, в столице Русской Империи, сидел в кабинете дворцового комплекса немолодой уже даже по нынешним меркам стопятидесятилетнего среднего срока жизни человек и играл со звёздной картой. В тысячный раз.
   Право, смешно.
   Память подсказала меню; император шевельнул пальцами и увидел лицо генерал-губернатора планеты. Самого молодого в империи. История прошлого года - вся, как есть, круговерть с торговой компанией, с агентурой фоморов - помнилась хорошо. (1.)
  
   1.См. : Олег Верещагин. Чужая земля. СПб. Лениздат. 2009 год; Олег Верещагин. Новая родина. СПб. Лениздат. 2010 год.
  
   Фоморы.
   Император нахмурился и движением руки убрал карту.
   Теперь не до фоморов. Такие опасные вчера, сегодня они казались почти что мелким недоразумением. Как же быстро Галактика подгоняет Человечество... У людей, у Человечества, хватит сил для этой гонки. Но хватит ли сил, а главное - разума и знаний - у их вождей?
   Он встал из-за стола и усилием воли стёр не прошедшую после короткого сна усталость. Колокола на Софии продолжали отбивать древний ритм. Императору нравилась колокольная музыка...
   Его личный спикер-компьютер Нестор поинтересовался:
   - Ваше Величество не будет больше работать здесь?
   - Нет, пока не буду. Я прогуляюсь.
   - Системы оповещены, Ваше Величество.
   - Да, спасибо, - кивнул машинально император. Нестор был везде и нигде. Собственно, им был весь дворцовый комплекс.
   Сразу за порогом бесшумно открывшейся двери начинался Зелёный Коридор. Он был на самом деле зелёным - летний сад, соединявший кабинет императора и вообще личные комнаты с деловой частью. По размерам помещение на коридор похоже не было ничуть. Где-то в зелени журчали искусственные каскады, рождая неожиданную и очень красивую музыку. Этой музыкой и лунным светом через невидимые крышу и стены был наполнен весь коридор.
   Император бесшумно шёл по серо-жёлтой - похожей на песчаную, но на деле из каменные плиток - дорожке, временами отводя склонившиеся ветки. (Садовник работал так, чтобы его работа была заметна как можно меньше и не нарушала впечатления дикого уголка.) Высокий человек в гвардейской форме в Зелёном Коридоре казался то ли ночной тенью, то ли лесным видением из каких-то далёких времён.
   В стороне от дорожки, на каменных постаментах - кругах из чёрного гранита - стояли через каждые десять шагов телохранители лейб-гвардии. Двухметровые великаны в дворцовой форме - чёрных с золотом плащах на левом плече, белых с чёрно-золотой вышивкой рубахах, белых шароварах и чёрных сапогах, с мечами на широких поясах из золотых пластин - они были лишь данью традиции и символом величия Империи. Ничто не грозило и не могло грозить императору не только здесь, но и, пожалуй, на всей Земле. Даже у англосаксов...
   Внезапно императору вспомнилось, как два месяца назад он виделся с Эдуардом XI. Император англосаксов был моложе. Но, как каждый раз при этой встрече, властитель Русской Империи ощущал, что это, пожалуй, единственный человек в немалой части Галактики, с которым можно разговаривать без напряжения. Это было даже странно. Что-то вроде детской встречи - ему было восемь лет? Да, восемь, и он гостил дома на каникулах... - с младшим сыном сторкадского Главы Совета Родов, фактического правителя Империи Сторкад. Тогда был один из редких, чуть ли не последний, визит сторков на Землю. Отец ввёл в их с братом детскую мальчишку в незнакомом наследнику узком оранжево-сине-серебряном мундирчике с широкими тяжёлыми обшлагами и сказал коротко: "Займи гостя." И вышел. Наследник дружелюбно смотрел на молчащего мальчика несколько секунд, думая, с чего начать разговор - и вдруг понял, что это не человек, а сторк. Их трудно различить, очень - но можно, если всмотреться - по тому, как складываются черты лица. Сторк смотрел зелёными широко посаженными глазищами - угрюмо и сердито. И явно не знал, что сказать и надо ли вообще что-то говорить...
   ...Странно, но через полчаса они, растянувшись на ковре, рассматривали альбом по истории флота Империи. И сторк, мешая русские исковерканные слова и хрипловато-придыхающие свои, доказывал, что в "ту войну" Сторкад сражался отважней всех, его просто предали трусливые союзники, а иначе Земля непременно потерпела бы поражение. Мальчишки немного подрались, потом помирились и досмотрели альбом. Наследник неожиданно огорчился, когда выяснилось, что нежданному гостю пора уходить, проводил его до главных ворот и даже помахал вслед. И долго размышлял потом, до чего это обидно - что с Даг Фарт не получится дружить.
   Дико и кощунственно смешно... Он уже почти все решил, когда узнал, что его короткий знакомец - кстати, владелец крупнейших в Сторкаде рабских латифундий - капитан фламанского линкора, тоже погиб во время битвы при Танна-Моо, последнего, самого крупного и самого неудачного нападения сторков на Йэнно Мьюри.
   И эта война уже не казалась чужой. Как будто от рук врага погиб - ну не то что друг, но хороший старый знакомый.
   Честное слово. Хотя голография в дайджесте новостей ничего общего не имела с тем мальчишкой. Даже глаза - по-прежнему большие и зелёные - изменились, в них не было ни сердитости, ни искреннего веселья. Только надменный холод освещённого снаружи изумруда.
   Интересно, вспоминал ли Даг Фарт кен ло Фарт ап мид Фарт о русском мальчишке?
   - Ваше Величество, - голос Нестора раздался как будто из воздуха, - прибыл полковник Белозерский. Он ждёт в Знамённом Зале.
   Император кивнул и чуть ускорил шаг. Он ждал этого визита с того самого момента, когда отодвинул бумаги и задремал за рабочим столом. Чтобы не встречать Илью с совсем уж сонной физиономией...
   ...Гвардии полковник Илья Аскольдович Белозерский прохаживался по отражавшему свет луны паркету в затемнённом зале - и тень двигалась за ним в паркете. Знамёна гвардейских полков мерно покачивались вдоль стен. В детстве император побаивался этого зала именно из-за вот такого ритмичного и непонятного шевеления, постоянного и таинственного. Позже, когда он подрос, казалось, что в зале собираются тени гвардейцев, павших в войнах империи - преображенцы, семёновцы, измайловцы, Макаровцы, дроздовцы, алексеевцы, все-все...
   Сейчас императору этого уже не казалось.
   Сейчас он был в этом уверен.
   Белозерский обернулся с улыбкой - молча. Пожал протянутую руку - без церемоний. Им, лицейским товарищам, не было нужды говорить вслух, поэтому для стороннего наблюдателя, незнакомого с дворянством Земли, дальнейшая беседа выглядела бы странновато. Двое мужчин просто двигались туда-сюда по залу, как посетители музея, опасающиеся нарушить суровое торжественное молчание реликвий. На самом же деле между императором Русской Империи и его Чрезвычайным Послом сразу же начался оживлённый "разговор".
   Ну, как прошел визит, Илья Аскольдович?
   Белозерский отмахнулся.
   Пожалуйста без чинов, а, Вячеслав? Мы же давно знаем друг друга... Да нормально все прошло. Переговоры, приемы, то, се... Обычная кутерьма. Неинтересная, в общем. Меня подарками завалили, словно девицу. А все равно - вспоминаю амбриан. Странно, - Белозерский вдруг рассмеялся - негромко, но искренне, и император удивлённо посмотрел на него. - Знаешь, что меня больше всего тогда удивило? Кристаллы, - пояснил полковник. - Амбриане в знак дружбы послали самые первые свои кристаллы кварца... Ну, ты знаешь - памятные кристаллы, мнемозаписи... Они ещё не умели делать их сами, не то что искусственные, даже обтачивать природные не умели из-за их твёрдости. И искали в реках хрустальные яблоки.
   Лицо императора сделалось изумлённым:
   Хрустальные яблоки? - эхом откликнулся он и улыбнулся вдруг. Белозерский кивнул:
   Хрустальные яблоки. Ты помнишь?
   Император задумчиво кивнул. Его глаза сделались отсутствующими, ушли куда-то в прошлое - но улыбка не сходила с губ...
   ...Когда-то давно два мальчика - Славка и Илюшка - жили себе в Вишерском Императорском лицее. И дружили. Дружили так крепко, что даже по общим меркам было завидно.
   В тамошних речках нет-нет, да и попадались хрустальные яблоки - окатанные водой и песком до идеального шара разноцветные куски горного хрусталя. Заиметь такое яблоко было мечтой любого лицейского мальчишки. Но они встречались редко и попадались чаще всего на перекатах, где вода легко могла разбить даже опытного пловца.
   И вот однажды утром Илюшка вошёл в комнату к Славке. Он был в одних трусах, с пристегнутым к ноге ножом, мокрый - и с правого плеча, глубоко распоротого, из рваной раны, текла кровь. Но глаза Илюшки сияли, как две звезды. И так же в свете зажёгшейся лампы - синим и золотым - сверкали на протянутых к другу мокрых ладонях мальчишки два тяжёлых шара величиной с мужской кулак. Славка, севший в кровати, изумлённо смотрел на друга. А тот сказал: "Вот, это тебе, выбирай!"
   Илюшка нырял за хрустальными яблоками в Ермаков Котёл. Куда не мог нырнуть никто. И на дне ему под обе руки попались сразу два яблока. Но об этом Славка узнал потом. А тогда он соскочил с кровати, подбежал к другу и, не глядя на яблоки, тревожно спросил: "Ты же ранен! Больно?! Погоди, я сейчас, я быстро помогу!"
   А Илюшка замотал головой. Он был счастлив. И вовсе не потому, что Вячеслав Романов был Его Высочество Цесаревич. Он был просто СЛАВКА - лучший в мире друг...
   ...Потом, сидя на кровати, они разыграли яблоки. Чтобы не было обидно. И Славке досталось синее - синее, как его глаза. А Илюшке - золотистое, как весёлые искры в его серых...
   Им было тогда по двенадцать лет. А через два года Славка подарил то яблоко на балу одной девчонке. И признался в этом Илюшке, мучаясь от стыда, не смея поднять глаз и тяжело глотая слюну отвращения к самому себе. И добавил: "Я сказал... что я сам... нырял..."
   Илюшка пошатнулся. Посмотрел неверяще. И молча пошёл прочь, разодрав высокий ворот парадного мундира - так, что со стуком отлетели по полу орлёные золотые пуговицы...
   ...Они не разговаривали полгода. Пока девчонка, которую тогда еще не титуловали Её Величество, не свела их вместе буквально за руки и не рассказала Илюшке, что Славка признался в обмане на следующий же день. И что яблоко всё равно останется и его тоже, потому что - они уже решили...
   Хватит ходить кругами, Илья, - сказал император. - Выкладывай, как у нас дела.
   Белозерский повернулся к нему. Лицо у него было холодное, как полная луна.
   Плохо, Вячеслав. Очень плохо. Нет, нет, - торопливо пояснил он, заметив, что император встревожился. - Сейчас нам совершенно ничего не угрожает. Но потенциально... потенциально это катастрофа.
   Император кивнул. Он понял это уже тогда - когда чрезвычайный посланник сторков потребовал личной встречи с Его Величеством, категорически отказавшись назвать суть дела. Это было против всех правил - но император согласился его принять, он уже чувствовал, что причина была очень серьезной. Нет, не "очень серьёзной". Из ряда вон выходящей.
   И он не ошибся. До сих пор перед глазами стояло мертвое, словно промороженное лицо сторка, его деревянный, неживой голос - Сторкад никогда и никого не просил о помощи, сама мысль об этом казалась невозможной. Сторкад до сих пор считал себя победителем в Первой Галактической - вопреки истине, вопреки рассудку; там учили детей, что лишь трусость и некомпетентность "предателей-союзников" не позволили одолеть землян. И вот... Император сразу понял, что новости будут скверными. Но все оказалось еще хуже, чем он мог представить.
   ...По глупости... а точнее - по надменности своих суровых владык, Сторкад оказался втянут в войну с могущественной, технически развитой расой, доселе очень слабо известной землянам - её владения располагались там, куда упрямо расширял свою зону влияния Сторкад, вдали от земных колоний и трасс земных звездолётов. Инопланетяне-мьюри ещё в годы Первой Галактической нарочито-неактивно, но всё же интересовались делами воюющих сторон, продавая и меняя и тем и другим то одно, то другое, по мелочи, хотя и интересные вещи, но ни с кем даже не пытаясь вступить в союз. Хладнокровное уничтожение флота вторжения сторков не впечатлило императора - сторки напали первыми... но их противник не потрудился подобрать спасшихся с подбитых кораблей. Теперь всё шло к большой войне - а у жестоко битого мьюри Стокада уже просто не осталось сил, чтобы противостоять нападению. Само их обращение за помощью - конечно, вслух не говорилось ничего такого, речь шла лишь о помощи в расследовании инцидента, не больше - выглядело не более чем изощренной провокацией, попыткой столкнуть лбами старых и новых врагов. Так ее и восприняли все... кроме Вячеслава Романова. Мотив Его Величества был сугубо личным - но он принял просьбу, изрядно, надо сказать, удивив этим посланника. Но лишь теперь он начал понимать, насколько ему повезло. Повезло всей Империи. Ведь если бы...
   Император нахмурился. Да. Мьюри... Торговцы. Точнее - торгаши.
   В первые годы Галактической Эры к Земле прибывали в немалых количествах посланцы самых разных цивилизаций. Порой - очень странных и по внешности, и по взглядам на жизнь. Но, увы, почти всех в конечном счёте интересовало, что тут плохо лежит и нельзя ли тут чем-то поживиться (землян буквально поразило такое приземлено-убогое крохоборчество большинства визитёров, дико не сочетавшееся с их звездолётами). Убедившись, что всё лежит хорошо, кое-что на всякий случай привинчено шурупами, а на концессии с грабительскими условиями земляне не соглашаются (хотите разрабатывать луну N? Мы не против - но на равных и без какой-либо самостоятельной политики с вашей стороны, только деловые отношения!), незваные гости убирались так же быстро, как и появлялись. Мьюри тут в целом не составляли исключения.
   Первоначально. Разве что они вызвали всплеск интереса тем же, чем сторки - внешним видом.
   Но в самые черные, самые страшные годы Первой Галактической они появились вновь. С неотразимым, казалось бы, предложением: Земле нужны боевые корабли? Мы можем продать - лучше, чем есть у Чужих. Даже лучше ваших, мы их знаем (откуда они их знали, чёрт побери - не иначе как выменивали у тех же Чужих трофеи...) Сколько? За сколько заплатите, у нас их много. Да, конечно же, недешево, хотя сторков мы не любим, да и остальные - наши старые конкуренты. Чем платить? Нет, золото нам не подойдет, у нас самих, знаете, хватает Лун. Что нам нужно? Да сущий пустяк. Дети - по пять тысяч за крейсер. За линкор - больше, за эсминец - соответственно, меньше. Зачем они нам нужны? Ну вы же все взрослые люди, вы же понимаете... мы даем вам шанс спасти миллиарды, неужели вы не пожертвуете таким пустяком, чтобы спасти всю планету?.. ВСЕХ её детей - частью?
   Самым поганым было то, что дети нашлись бы. Добровольцы, согласные даже на ЭТО - лишь бы жил их мир и их родители. Вот только воевать тогда - было бы не за что. Сразу не за что. И всё тут.
   Все не могут быть больше, чем часть. Верней, людей просто не делят так. Или мы ВМЕСТЕ ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ - или нас просто нет, и зачем тогда линкоры и крейсера?..
   ...Гости, кажется, очень удивились, когда им предложили убираться из системы на максимально возможной скорости и выделили в конвой целую эскадру - "чтобы никуда не завернули по пути, мать их!" (именно так сказал тогдашний Председатель Большого Круга). И, видимо, так и не поняли - почему, искренне не поняли. С тех пор въезд мьюри в Империю был запрещен под страхом смерти, про них почти не писали в школьном курсе ксенологии, да и вообще, старались не упоминать без крайней на то нужды - слишком уж все это было мерзко. Так, наверное, в давние времена старались не упоминать имя дьявола, чтобы не призывать его.
   Да, более расы землян и мьюри не встречались - территория мьюри лежала далеко за враждебной обоим Империей Сторкад, потом - за "ничейными" системами... да и расстояние было слишком уж большим, чтобы пересечь его без промежуточных баз. Но теперь...
   ...Они хотя бы извинились? - спросил Император.
   Белозерский покачал головой. Он понял, о чём идёт речь - сразу понял.
   Нет. За что - с их точки зрения? Они и не помнят про ту историю. Все участники этого дела и так давным-давно мертвы, их компания - обанкротилась и ликвидирована. Это их обычный трюк - если какую-то из их фирм уличают в бесчестности, она просто исчезает, и ее заменяет новая, их корпорации меняют "дочек" так же легко, как мы меняем носки... и вони от них куда больше. Зато если сами мьюри решают, что с ними играют нечестно - они возвращаются с войсками и заставляют обидчиков горько пожалеть. Даже фоморы для них - не враги, а просто помеха бизнесу. Не будь те такими иррациональными ксенофобами - мьюри бы торговали и с ними.
   Император глубоко вздохнул.
   Жить только ради денег... нет, я просто не могу понять этого. Неужели там никому не знакомо понятие Честь? Такого просто быть не может, иначе Йэнно Мьюри развалилась бы еще давным-давно.
   В том-то и беда, Вячеслав, что есть и такие - и даже довольно много. Есть даже те, кто призывает к возрождению их древней Империи. Просто они не представляют, что можно жить как-то по-другому.
 Император вдруг усмехнулся.
   Ну вот как раз это мы вполне можем им показать!.. В ногах правды нет, - сказал он Белозерскому. - Пошли в кабинет. Доложишь по всей форме.

* * *

Сторкад:

Общество:

   Полное человекоподобие!..
   Сторкад - самая большая империя среди соседей Земли. Это ритуалистическое, авторитарное государство, фактически, империя, но император носит звание Главы Совета Родов, из числа которых он избирается. Он объединяет в своем лице законодательную и исполнительную власть, но она сильно ограничена бюрократической системой сторкадского правительства, через которую проходят все издаваемые им законы. Сторки - глубоко религиозные люди, всегда серьезно относящиеся к злу и добру (в их понимании, конечно), религия очень много значит для них. После первого конфликта с мьюри они быстро оправились и начали расширять свою империю за счет соседних государств. Нации, которые они побеждали, порабощались - практика, оправданная их религией, замешанной на мессианстве и чувстве собственного превосходства. Сейчас большая часть сторкадского общества состоит из рабов когда-то порабощенных наций и рас. Это, конечно, испортило их отношения с другими расами, особенно со свободолюбивыми землянами...
   Сторки были первый расой в Местной Зоне, которая открыла технологию гипердрайва. Ещё более двух тысяч (...) лет назад они начали полеты к ближайшим солнечным системам, медленно создавая свою империю. На своём пути они встретили двенадцать инопланетных рас, которые были порабощены намного превосходящей их численно, мощной и хорошо организованной империей Сторкад. Однако еще в самом начале сторки получили и отпор. Им встретилась Федерация Йэнно Мьюри. Хотя она была тогда намного меньше империи Сторкад, но превосходила сторков в экономическом и военном плане. Сторки же, строящие свои боевые действия на жёстком и тщательном планировании, оказались не готовы к "быстрой войне"...
   Намного позже сторкам встретились земляне, и все попытки империи поработить их или хотя бы вытеснить из освоенных районов (Первая Галактическая Война) закончились ещё одним поражением - на этот раз поражением оскорбительным, так как сторки сражались в составе большого союза, а земляне явно уступали им по уровню развития. Положение сторков добавочно ухудшили столетиями притеснявшиеся скиутты, не упустившие возможность начать войну против своих старых врагов. Начиная с этих роковых событий два столетия назад, сторки повсюду постоянно получают отпор. Это отрицательно сказалось на расширении их владений и отношениях с другими расами, но они все еще считают себя самой мощной расой в Местной Зоне, ссылаясь на большие размеры своей империи, хотя сейчас она включает всего 40% солнечных систем, входивших в нее когда-то...

Народ:

   Сторки произошли от полулегендарной этнической группы данвэ. Высокомерные и надменные, очень преданные своим традициям, они чтят культ предков. Сторки - рьяные ксенофобы и националисты. Даже Безродные сторки ощущают себя выше любого инопланетянина и всячески это показывают при малейшей возможности...
   Мужчины: смелы, надменны, жестоки и непреклонны в отношении их превосходства. Это придает им решительности и целеустремленности, но порой с ними сложно общаться...
   Женщины: ведут себя официально в отношениях с другими. У них сильны семейные узы. По этой причине могут быть очень мстительны, если кто-то причиняет зло их близким - их злопамятность может не угасать на протяжении многих поколений. В прежние времена именно женщины чаще всего были вдохновительницами многочисленных межродовых войн...
   Выдержка из электронного издания
   "Расы Местной Зоны.
   Справочник для учебных заведений не-людей."
   Издание 200 г. Галактической Эры.
   Луна. Русская Империя. Звёздный Порт.

* * *

   С голоэкрана на Его Величество смотрело полдюжины парней и девушек в довольно легкомысленной, надо сказать, одежде - должно быть, фотография из какого-то журнала. Внешне мьюри почти ничем не отличались от землян - рослые, отлично сложенные, с широко расставленными синими глазами. Вьющиеся крупными кольцами черные волосы и золотистый цвет кожи издали придавали им вид давно вымерших на Земле восточных азиатов, но черты лиц были совсем другими, не похожими ни на одну земную расу.
   Я уже и забыл, какие они, давно не интересовался... - Император с интересом рассматривал экран. - Очень похожая на нас раса, ещё одна после сторков... Согласись, пожалуй, тут поневоле станешь апологетом Кирьякова и Ванагаса с их теориями... (1.) Тебе не кажется, что мьюри похожи на потомков Рейнджеров, хотя и сильно измененных?
  
   1. Кирьяков Эдуард Фёдорович и Ванагас Марюс Сябринас - известные ксенологи Русской Империи. Ещё в годы, предшествовавшие Первой Галактической Войне, они предположили и подкрепили множеством доказательств разной степени достоверности (мощнейшим доводом была находка известным космонавтом эпохи Промежутка Петром Владиславовичем Крапивиным первого города расы Рейнджеров на Плутоне), что Homo Sapiens Galaktis и Stork Sapiens Galaktis - ветви одной древней пра-расы. В годы войны по понятным причинам эта теория подверглась не всегда научной обструкции, но во времена Галактической Эры, вновь начала набирать силу, причём, что интересно, не только на Земле, но и на Сторкаде. Неизвестно, насколько достоверна теория, но фактом остаётся то, что города Рейнджеров найдены на многих планетах, сами Рейнджеры внешне были неотличимы от людей, а люди - единственная раса, имеющая "двойников": на данный момент - строков и йэннимурцев, а - позже - джангри, данвэ и аниу.
  
   Я тоже читал про это, - усмехнулся Белозерский. - Мы ещё не разобрались с фоморами, и, кстати, конца этой истории не видно. А тут новый сюрприз.
   Планета Йэнно Мьюри, - Император переключил изображение. - Восемь миллиардов населения на ней самой, столько же - в колониях.. Технократическая цивилизация с тупиковым социальным строем... Но при этом - техника мощнейшая, мощней, чем у нас или фоморов.
   А значит - самая мощная в известной нам части Галактики, - дополнил Белозерский. Император наклонил голову:
   Семнадцать колоний с собственной разумной жизнью, тридцать две - с пригодными для неё биосферами, но без автохтонов... Больше шестисот Лун. Восемь рас-союзников. Да... Впечатляет...
   Социальный тупик, - задумчиво повторил Белозерский. - По образцу Сторкада?
   Нет. Строки не в тупике, они просто остановились. В феодализме. И развили его в космическую систему. А тут всё гораздо хуже. Это не остановка, это извращение развития... Они живут, чтобы потреблять. И открывают, чтобы потреблять. И в нас будут видеть конкурентов не во власти, не в науке, не в культуре, а именно в потреблении... Странно, - голос Императора вдруг стал искренне недоумённым - Мы думали, что навсегда покончили со всем этим. Ладно. Что тебе удалось выяснить?
   Белозерский вздохнул.
   Их экономика на порядок мощней нашей - я имею в виду всю Землю. Очень высокий жизненный уровень - конечно, не для всех... Высокоразвитая наука - их экономикой заправляют восемь крупнейших корпораций, и каждая лезет из кожи вон, чтобы обогнать конкурентов. Флот... До трехсот линейных кораблей, до пяти тысяч крейсеров, около пятидесяти тысяч фрегатов и другой мелочи. Впрочем, это все неважно... Мьюри начали строительство супердредноутов, сторки их называют - Имид Хубрау, или "Чудовище Небес", есть в их мифологии такой персонаж. Длина каждого из этих монстров достигает восьми километров, они являются самыми большими, из когда-либо построенных кораблей, нам на такие не хватит ни техники, ни ресурсов... ни знаний, Вячеслав. Сейчас в их флот входят всего три, но их заложено двадцать, а мьюри - отличные кораблестроители. Пожалуй, лучшие, чем англосаксы...Их опасность невозможно переоценить. Одним своим появлением супердредноуты ломают весь баланс сил. Кроме огромного количества оружия и многометровой брони они имеют ещё один козырь - гравитационное защитное поле. Генераторы суперднедноута настолько сильно искажают вокруг него пространство, что никакие материальные снаряды не могут его поразить. Конечно, такая защита не спасает от лазеров и излучения близких ядерных взрывов, но от них супердредноут и так отлично защищен броней.
   Понятно, - ответил император. - Каковы же тогда будут наши шансы, ЕСЛИ?..
   Белозерский прямо посмотрел на него.
   Никаких. Если дело дойдет до войны - по расчетам аналитиков, мы выбьем у них тридцать процентов флота, - а они нас просто уничтожат. Их главный козырь - это лазерное оружие. Оно с легкостью режет броню, а силовые поля просто не замечает. Если мы сможем добыть у них или у сторков эту технологию, то сможем хотя бы побороться за свое будущее - и вот тогда с неплохими шансами на победу...
   Я поручу ООСЕИВК (1.) заняться этим, - тихо сказал император. - Но тут придется действовать крайне осторожно - провал сразу приведет к войне, а ее мы пока должны избежать любой ценой. В любом случае, на перевооружение Флота нужны многие годы. А некоторые типы кораблей просто невозможно перевооружить...Ну так как всё же прошли переговоры? Они предъявили нам какие-то претензии?хотя бы что-то формальное?
  
   1.Особый Отдел Собственной Его Императорского Величества Канцелярии - спецслужба, подчинённая лично Императору. Другое название - неофициальное - Чёрная Сотня.
  
   Белозерский сухо засмеялся.
   Нет, Вячеслав, что ты! Они были само дружелюбие. Дипломатические отношения, торговый обмен, тары-бары... Это тебе не фоморы, которые тупо убивают всех, кто непохож на них и надеются, что когда-нибудь в светлом будущем смогут убить всех. Эти - нет. Они говорили интересные вещи... Да, конечно, у нас ужасно отсталый общественный строй, они рады бы помочь нам в становлении демократии и все такое... тебе это ничего не напоминает?
   Америку до Серых Войн, - лицо императора стало брезгливым. - Воистину, история любит повторяться...
   Я думаю, теперь ты понял, зачем они нацелились на сторков, - сказал Белозерский. - Рабовладельческий строй для них - как красная тряпка для быка. Конечно, и для нас тоже - но если сторков сомнут, мы просто станем следующими. А если они сомнут Землю - это будет уже неостановимо, ты понимаешь меня? Остальных они задавят поодиночке или запугают до одури. Или просто купят. А потом... сожрут.
   Сожрут? - как эхо переспросил император.
   Ты не видел их заводов, - ответил Белозерский. - Один мьюри потребляет на два порядка больше ресурсов, чем такой же средний землянин - но боги, на что они тратятся! Флаеры, отделанные палладием и никому не нужным золотом. Космические яхты, обшитые чистым серебром! Ты знаешь, что происходит, когда мьюри удается открыть или захватить Луну, богатую ресурсами? Используя многотысячный флот кораблей... англосаксы видели их в деле и окрестили харвестерами... так вот, они за несколько десятилетий полностью истощают ее и уходят, оставляя за собой тектонический ад, бушующий на поверхности. И они не остановятся, пока черт знает на сколько световых лет вокруг не останется ничего. А потом, когда все это, наконец, развалится, уже никто и никогда не будет летать между звезд. Разве что фоморы, если они окажутся достаточно умны и терпеливы. В чём я сомневаюсь. И что останется тогда? Пустыня?
   Не пугай, и без того тошно, - угрюмо сказал император. Ситуация до странного напоминала сложившуюся перед самыми Серыми Войнами - и это совсем ему не нравилось. - Я же вижу, что у тебя уже готов план действий.
   Белозерский помолчал, барабаня пальцами по столешнице.
   План... Да, Вячеслав, у меня ЕСТЬ план. Остановить мьюри силой мы не сможем - не стоит даже и пробовать. Но я видел, КАК живут они - и знаю, КАК живём мы. И я думаю, мы сумеем доказать им, что жизнь людей - лучше жизни стаи обезумевших от жадности крыс. Даже если крысы живут на забитом продуктами складе.
   Император помолчал.
   Неужели ты веришь, что у нас получится? - наконец сказал он. - Это невозможно!
   Белозерский вдруг усмехнулся.
   Вячеслав, помнишь лицейский лозунг? "Если делать - то невозможное!" До Третьей Мировой тоже твердили, что капитализм - это высшее достижение человечества, что он на века и что человек навсегда останется алчным скотом. Они все ошибались, как ты видишь. Ты живешь в этой невозможности - зачем же отрицать другую?
   И что же ты предлагаешь? - спросил император. - Устроить там социальную революцию, как красноармеец Гусев на Марсе? Помнишь эту книжку? Смешная, интересная... Но ведь ты не хуже меня знаешь, куда идут и куда зачастую ведут все навязанные высокоразвитым цивилизациям извне рецепты. Заставить мьюри измениться мы не сможем. У них не тот уровень техники.
   Не сможем, - легко согласился Белозерский. - Измениться мьюри могут только сами. Но вот заставить их захотеть этого - вполне в наших силах.
   Как? - император уже ухватил суть и теперь желал понять детали. - Да, образ жизни землян прельщает очень многих - взять тех же амбриан! - но кто нам позволит демонстрировать его?
   Уже позволили, - засмеялся Белозерский. - Нас, в смысле, Землю, пригласили на Большую Ярмарку. Ты знаешь, что это такое?
   Что-то вроде Олимпийских Игр в Древней Греции, - пробормотал император. - Ты же знаешь, что Земля никогда не участвовала в них - сразу после Войны познакомились с условиями и решили не принимать участия.
   А вот они собираются принять, как я понял. В будущем году Ярмарка пройдет на Йэнно Мьюри. Приглашены все, даже сторки. И каждый - каждый, Вячеслав! - постарается доказать там, что он - самый лучший. Не особенно стесняясь в средствах. Ты знаешь, что на Ярмарках разрешены гладиаторские бои? Рукопашные схватки? Формально - это просто развлечение, неформально... проигравшая раса теряет престиж, влияние, на нее могут просто напасть соседи, потому что слабых не принято уважать. У нас есть очень хороший шанс показать йэннимурцам и их союзникам, что с нами стоит считаться. Я уже не говорю о том, что Ярмарка - это просто рай для сбора информации, для переговоров, для торговли...
   Ну так в чем же дело? - удивился император. - Собирай делегацию, подбери бойцов, если надо - и вперед, как мы говорили в своё время!
   Белозерский помолчал.
   Вячеслав, не все так просто. Делегацию - учёных, плановиков, экономистов, техников - я могу подобрать какую угодно, но вот в боях - в показательных рукопашных боях могут участвовать только военные.
   А что, могло быть иначе? - император не понимал, о чём беспокоится старый друг. - Прошерсти пластунов, вообще все силовые службы, англосаксы дадут своих рейдеров, вот и наберётся группа, которую не стыдно будет показать. Ты же сам знаешь, что рукопашная у нас на Земле - на высоте, это признают все.
   Вячеслав... - Белозерский помедлил, вздохнул. - Мьюри выставят очень юных бойцов. Подростков. "Наше будущее", как они выразились. И нам придется взять с собой таких же - тридцать человек не старше четырнадцати лет.
   Впервые за много лет Император Всероссийский выругался - длинно и грубо.
  

2. КАДЕТ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА

   Лестница из чёрного диабаза, украшенная на площадках между пролётами фигурами распростёрших крылья орлов (разинутые клювы грозных голов на вытянутых и угрожающе опущенных шеях, казалось, издают воинственный клёкот) спускалась прямо в озёрную воду. В прохладном утреннем безветрии над водой плавал длинными рваными полосами голубоватый туман, и звуки идущего на пастбище за озером и полосой леса стада казались близкими, словно коровы шли под балконом. Левее - там, где из озера вытекала прячущаяся в тростниках и уходившая в лесные топи речушка - туман превращался в сплошную пелену, и над нею, и над верхушками деревьев, поднимались словно бы из ниоткуда решётчатые мачты линии струнника. По ним - жик! - размытой тенью проскочил каплеобразный рейсовый вагончик.
   Слева от последних ступенек лестницы - как у причала - стояло несколько лодок, обычных весельных плоскодонок, даже без уключин - такими правят, стоя в рост и "ерша" по бортам единственным веслом, иначе не пройти по многочисленным лесным протокам. Лодки казались извечно архаичными рядом с чёрным обтекаемым гидроциклом и золотисто-серо-жемчужной дельта-амфибией. В одной из лодок - на белом носу алыми буквами было написано -

П Р О Й Д О Х А

   - сидел мальчик.
   Поставив на носовую скамейку ноги, он склонился над книгой - обычной бумажной книгой - так, что видно было только коротко подстриженную светло-русую пушистую макушку, на которой задумчиво колыхалась мягкая метёлка вставших торчком волос. Кроме белых спортивных трусов с красными полосками-лампасами на мальчишке была только небрежно накинутая на плечи куртка той же расцветки - из тонкой кожи. Новенький комбрас торчал из кармана куртки. К правому бедру мальчишки - точно под опущенную руку - был пристёгнут полевой нож с простой коричневой рукоятью, в дереве которой серебром мерцали врезанные тройные молнии.
   В тишине с её ненавязчивыми утренними звуками вдруг осатанело грохнул по воде жерех. Мальчишка быстро закрыл книгу, поднял голову и встал - всё это за долю секунды: вот - сидел и читал, вот - стоит на ногах и смотрит на воду, никаких промежуточных движений.
   Звук не повторился, и мальчик, вздохнув, улыбнулся чему-то. Высокий, узкобёдрый, плечистый (только неистребимо выпирающие ключицы указывали, что лет мальчишке маловато), оснащённый (именно это слово и лезло на язык при первом взгляде) длинными сильными ногами и стройной крепкой шеей, мальчишка выглядел совершенно беспечным. Большие серо-зелёные глаза смотрели на мир из-под высоко распахнутых длинных ресниц весело и немного наивно, с хорошим ожиданием - и даже на искристом их донце не было ни опаски, ни хмурости. Чуточку курносый нос, чуточку широкий рот, чуточку пухлые губы - и уже заметная на округлом, мягком пока ещё подбородке ямочка.
   - Ох достану я тебя, - сказал мальчишка в пространство и, снова вздохнув, медленно сел, продолжая разглядывать воду. Поднял книгу, раскрыл, обложкой вверх положил на колено. На обложке - простой, тёмно-коричневой - желтело: "Алексей Николаев. Аварийный отсек." Мальчик постучал пальцами по обложке, с сомнением посмотрел на надпись, вздохнул, перевернул, полистал книгу. Но, как видно, настроение читать было сбито полностью, он решительно закрыл её, положил на куртку, свёрнутую на скамье, вылез из трусов и бесшумно перевалился за борт, тут же ушёл на глубину.
   Его не было на поверхности минуты три. Собственно, беспокоиться особо было некому, засекать время - тоже, да ныряльщика это интересовало меньше всего. Ныряние в число его талантов никогда не входило, он мог пробыть под водой не больше пяти минут при лицейском рекорде в тринадцать сорок две. Если бы кто-то спросил тринадцатилетнего Игоря Сурядова, что в жизни его интересует - он ответил бы, что вообще-то всё, но - если брать по шкале приоритетов со снижением - то это рукопашный бой, сверхпроводимость материалов, ксенопсихология, педагогика, аквастрой и вождение универсальной бронетехники.
   Впрочем, отсутствие особых успехов в нырянии не помешало мальчишке всплыть посередине озера через эти самые три минуты. Он выпустил из кулака ошалелую плотвичку, перевернулся на спину и, пошевеливая ногами, лениво поплыл к берегу, но потом не выдержал, крутнулся на грудь и перешёл на тихий боевой брасс, каким в полном снаряжении подбираются к врагам вплавь. Лицо плывущего мальчишки стало внимательным и суровым - конечно, он играл в атаку на вражеский берег и сейчас стремился только к тому, чтобы его не заметили часовые или сенсоры. Со стороны и правда могло показаться, что к ступеням приближается что-то вроде плавучей кочки. Но кочки редко - почти никогда - улыбаются. А Игорь вдруг заулыбался, глядя куда-то вверх.
   Там, где лестница выходила - двумя ответвлениями - на полукруглый балкон, на укреплённом на перилах белом с алой окантовкой французском щите пикировал за добычей всё тот же орёл. Дворянский герб Сурядовых в Империи был хорошо известен. А выше лестница продолжалась - уже лёгкая, ажурная, из серебристого металла, с широкими ступенями и плавно изгибающимися перилами, она легко взбегала наискось и вверх по стене, словно бы сложенной из непрозрачных кубиков матового-чёрного и тёмно-синего оргалитового стекла.
   Сурядовы не были сторонниками того большинства среди дворянства, которое предпочитало отстраивать дома либо в стиле европейских замков, либо под глубокую славянскую старину, вплоть до частоколов с черепами. Их имение, отстроенное заново после большой реконструкции ещё век назад именно в таком виде, в виде устремлённого в небо жилого комплекса "звездолётных", "космических" очертаний, как бы подчёркивало, что вот уже несколько веков, практически со времён ещё начала Реконкисты, все мужчины семьи связывают судьбу со звездами. Даже лифтовые шахты по углам здания были сделаны в виде массивных безекторных колонн примитивного, грозного и прекрасного звездолёта начала Галактической Эры. Игорь рассматривал дом с обычным восхищённым удовольствием. Его было видно издалека. Возвращаясь на каникулы, он не пользовался самолётами и даже нарочно сходил со струнника на одну станцию дальше - там можно было спуститься к озеру по тропинке косогором и вдоволь налюбоваться поместьем... Когда он видел дом - он каждый раз пытался представить себе ИХ. Предков. Яростных, грубых, непреклонных, отважных, скорых на дружбу и гнев, но великодушных... В такие минуты ему казалось, что он - очень маленький - робко и восторженно смотрит снизу вверх на замершие в полутьме фигуры титанов. И вместо глаз у них сияют звёзды, и лежат на широких плечах эполеты облаков... Никому он не рассказывал об этих мыслях. Не потому, что боялся насмешек. Просто... кто же говорит о ТАКОМ?..
   Мама, что это за горы -
   Там, на горизонте?
   Я хочу туда домчаться,
   Посмотреть с кручи...
   Тихо я пойду - чтоб не спугнуть
   Сон тех,
   Кто при жизни был сильнее скал,
   Круче...
   ...И тут со ступеней стремительно метнулась и вошла в воду без единого всплеска золотисто-бело-алая торпеда. Игорь подпрыгнул и закрутился в воде, не без оснований предполагая... ага! Он нырнул и перевернулся под водой, ускользнув от вытянутых рук стремительно надвигающейся стилем "дельфин" полупризрачной неуловимой тени. Сам цапнул, но промазал - и на несколько минут в воде закрутилась бешеная круговерть - пловцы пытались схватить друг друга. Наконец рядом с вынырнувшим в очередной раз Игорем выскочила на поверхность голова, а потом - плечи, обтянутые купальником. Это была женщина - сдувая с носа капли, она смеялась.
   - Молодец!
   - Доброе утро, мам, - сказал Игорь. Мать и сын поплыли к ступеням. Игорь хотел было галантно помочь матери выбраться из воды, но она сделала одно-единственное движение - и оказалась на суше, а в следующий миг сильным рывком за руки выдернула из воды несолидно ойкнувшего и брыкнувшего ногами сына. Деликатно отвернулась, сделав вид, будто что-то рассматривает в тумане - когда мальчишка вроде бы равнодушно, но очень быстро цапнул трусы (женщина скрыла усмешку - наверное, на занятиях по анатомии и по эротике он не такой стеснительный...) и позволила Игорю одеться.
   Женщина и мальчик уселись рядом - молча, чтобы просто обсохнуть под лучами только-только появившегося солнца. Игорь косился на мать - почти против воли любуясь ею. Он гордился матерью и любил её, как только можно любить и гордиться в тринадцать лет.
   Велина Целимировна была типичной русской дворянкой - рослая, "заморозившая время" сероглазая красавица, золотисто-русые волосы которой были собраны в тугую "корону", а фигура - широкобёдрая, с тонкой талией и высокой крепкой грудью - ничуть не пострадала после трёх родов. Величаво-медлительная, она могла становиться стремительной, как молния, в чём только что убедился средний сын. В юности очень неплохой учёный-химик и биолог, она и сейчас иногда публиковала небольшие работы, но в основном отдавала время управлению поместьем. Говорили - сама Велина Целимировна об этом не распространялась - что девочкой она служила в Круге Мораны (1.), и Игорь этим не раз козырял в мальчишеских разговорах: "У меня не только отец - у меня и мать!.." По правде сказать, он не помнил, чтобы мать в его детстве выразила по отношению к нему чувств больше, чем считала приличным. Даже когда он был маленьким и возвращался из Лицея, то получал всего лишь короткое объятие и поцелуй. Но он уже тогда умел читать чувства и выражение глаз - и не обижался. А последние год-полтора отношение матери изменилось, потеплело, и не только потому, что погиб отец - Игорь ощутил, что она видит в нём - как и в старшем брате - не столько уже детей, которых можно "разбаловать", сколько друзей и единомышленников. Но Роман уже давно не жил дома и даже наезжал редко - когда его эсминец оказывался на Луне, а это было нечасто. Даже отпуск последний не взял, и это было понятно - старший Сурядов был настроен стать капитаном корабля в кратчайшие сроки... Как отец. Отец, погибший в пограничной стычке с фоморами четыре года назад.
  
   1.В Русской Империи - система боевой добровольческой подготовки девочек-дворянок 9-15 лет. Включает не только обучение, но и "практику" в условиях колониальных войн и региональных конфликтов. В Англо-Саксонской Империи аналогом является "Двор Валькирий". Обе организации, созданные ещё во времена Безвременья, имеют и взрослых членов и играют немалую роль в регулировании общественной морали - в том числе и весьма суровыми методами. Это не очень актуально для Галактической Эры, но в более беспокойные прошлые времена женщины из Круга Мораны и их англо-саксонские сёстры - по некоторым серьёзным подозрениям, недоказуемым, впрочем - не останавливались перед безжалостной и эффективной ликвидацией растлителей, извращенцев, похитителей детей и вообще всех, кто так или иначе покушался на безопасность детства и достоинство женщин. Кто именно из женщин состоит в этих организациях - не знают зачастую даже Императоры.
  
   Игоря иногда забавляло и удивляло, что у не-дворян отношения в семьях были несколько иными. Семьи очень прочно держались на любви родителей друг к другу и детям и любви детей к родителям, да и дети как правило искали и находили работу или службу поближе к родителям, отчего не редкостью были целые населённые пункты-"семьи". Дворянские роды скрепляла ясно и деловито осознанная и пронизывавшая всю их жизнь служба общности интересов Империи - в каком бы краю освоенной Галактики не находился сын или дочь любой из семей...
   ... - Мам, - спросил Игорь неожиданно для самого себя, - ты любила отца?
   - Я его любила, - казалось, Велина Целимировна ждала этого вопроса. - Вернее - полюбила. Семьям нужно было упрочить союз. Мы встретились - и всё. Так было нужно. Но потом... - она улыбнулась.
   - А я похож на него? - Игорь подтянулся. Мать мягко улыбнулась:
   - Вы все трое похожи на него и на меня. Даже Надюша.
   - Ну вот, ответила, - надулся Игорь и встал. - Я пойду, я голодный. Тётя Аня спит ещё?
   - Спит... Игорёк, принеси мне тоже чего-нибудь поесть.
   - Ма... - сделавший уже несколько шагов по лестнице Игорь оглянулся. Медленно шагнул обратно на пару ступенек, спросил. - Ма, ты где ночью-то была? Ты ж не спала, я вижу теперь.
   - Ну не спала, - слегка смущённо отозвалась Велина Целимировна. - Попросили помочь на ферме с синтезатором, - она кивнула за озеро. Игорь сделал суровое лицо, женщина - покаянное.
   - Я принесу поесть, - наконец кивнул мальчишка.
   - И попить! - крикнула ему вслед мать. - И ещё комбрас принеси, он на входе! И ещё... - она махнула рукой, потому что Игорь был уже на самом верху лестницы (последним пролётом пользоваться он счёл ниже своего достоинства и, с разбегу подпрыгнув, ухватился за перила балкона, подтянулся и оказался там). - Ну ладно...
   ...В большой, казавшейся совершенно прозрачной из-за сплошного остекления (и притом матово-чёрной снаружи) кухне было на самом деле пусто. При появлении молодого хозяина из "норок" показались два робота-уборщика; если бы они обладали хоть каплей индивидуальности - можно было бы сказать, что на блестящих туповатых носах отражалось нетерпеливое ожидание.
   - Брысь! - Игорь топнул ногой, и роботы исчезли. Мальчишка довольно усмехнулся. Ещё три года он втихую перепрограммировал уборщиков именно на это слово и движение - кстати, никто в доме больше об этом не знал, и все частенько удивлялись, почему это довольно назойливая и очень хлопотливая, готовая утащить на секунду отставленный в сторону стакан буквально из-под пальцев, домашняя техника боится Игоря, как огня? Сестричка Надька, уже тогда, в семилетнем возрасте, отличавшаяся повышенным ехидством, заметила, что это, наверное, потому, что роботов страшит мысль об уборке в том свинарнике, который называется "комнатой Игоря". После этого замечания, высказанного за обедом и слишком громко, Надька впервые в жизни близко познакомилась с тем, что такое настоящий свинарник, отработав там по приказу Велины Целимировны целую неделю по четыре часа в день - и это в каникулы...
   Сунув два стакана под автомат и скомандовав: "29-19, лимонный сок, пожалуйста!", Игорь открыл духовку и довольно улыбнулся. Тётя Аня, конечно, спала. Но она не была бы сама собой, если бы не оставила с вечера на мааааленьком подогреве великолепный ростбиф в коричневой корочке, уже нарезанный солидными кусками, нежно-розовыми внутри.
   - Вы золото, тёть Ань, - пробормотал Игорь, улыбаясь. Вспомнил, как года в четыре, когда тётя Аня в очередной раз отмыла их с Пашкой - своим младшим - после того, как они почти пять суток "шлындрали" по лесу и лугам, носа не показывая домой и питаясь подножным кормом - а потом усадила за стол и положила по куску горячего, просто-таки "дышащего" пирога с земляникой, а в глиняные кружки-самоделки (гончарное дело было для её мужа, инженера-гидротехника, работавшего на ферме за озером, отдыхом) налила холодного молока - так вот, тогда он, Игорь, восторженно булькая молоком, прямо заявил: "Хочу, чтоб ты была моей мамой!" Пашка заявил, что тётя Аня его мама, и он её никому не отдаст. А тётя Аня неожиданно строго сказала, что мама у Игоря одна - и лучшей ему и не надо желать, и говорить так нельзя, и даже думать.
   Мама любила готовить шарлотку с яблоками. Очень вкусную. Но делала её редко-редко... так редко, что каждый подобный случай был маленьким праздником.
   - Игорёк, сок готов, - дружелюбный баритон спикера, казалось, принадлежал живому и разумному человеку.
   - 29-19, спасибо, - Игорь, обжигаясь, взялся было за блюдо, потом хмыкнул и толчком пальцев перебросил его по воздуху точно в центр стола. На ходу подхватил оба стакана, открыл хлебницу. Он любил подовый хлеб, большие полукруглые буханки, а мама - ржаной "бородинский". При слове "бородинский" Игорю неизменно представлялось поле, застилающие солнце пороховые дымы, сшибающиеся конные лавы, дробный гром больших барабанов и зоркий взгляд единственного глаза имперского полководца - такой неподходящий к смешному грузному телу и старческому, чуть задыхающемуся, голосу. Проще говоря, представлялись кадры из фильма "Слава нашего оружия", серия 217-я, "Бородино". Это заставляло относиться к "бородинскому" с уважением, но на вкус он Игорю не очень нравился.
   Напевая довольно громко воинственный мотив из вспомнившейся серии, Игорь расположил на столе хлеб, переложил двойные ломти кусками ростбифа, приготовленный для мамы посыпал нарезанной зеленью (скукоженные мёрзлые и непривлекательные опилки из пакетика на воздухе тут же превратились в свежие), а свой мазнул горчицей. От её запаха наконец-то полностью очнулся, проснулся организм - и есть захотелось так, что мальчишка уже собирался вцепиться в один из двух своих бутербродов, а уж потом нести остальное наружу, но...
   - Игорёк, к тебе визит, - сообщил спикер.
   - Ууууу! - мальчишка от разочарования даже взвыл, отложил бутерброд и крикнул: - 29-19, сюда давай, кто там ещё-о... О?!?!?!
   Капитан-преображенец - в парадном мундире - появившийся над пластиной связи, не выказал ни малейшего удивления по поводу ещё не вполне обсохшего персонажа в трусах, который стоял у кухонного стола.
   - Сурядов Игорь Викторович? - как ни в чём не бывало, осведомился офицер.
   - Это я, - Игорь кивнул. - С кем имею честь?
   - Капитан гвардии Дорошевич, личный секретарь Его Императорского Величества, - Игорь снова кивнул - точнее, уже поклонился, хотя ещё ничего не понимал и не ощущал, кроме изумления. - Игорь Викторович, мы понимаем, что вы находитесь на каникулах, но, может быть, вы сочтёте возможным выполнить просьбу Его Императорского Величества и сегодня к вечеру прибыть в столицу? В случае вашего согласия собирайтесь - в течение двух минут за вами будет выслан лёгкий самолёт дворцового аэропарка. Итак, Игорь Викторович?
  

3. Л У Ч Ш И Е

   Самолёт оказался двухместным реактивным "лучом" цветов Дома - алый, с личными императорскими гербами на коротких, загнутых на концах кверху крыльях и разнесённом двойном хвосте: золотая рысь замахивалась серебряной секирой в правой лапе. "Луч" сидел в положении "на взлёт", опираясь о землю посадочной площадки имения выпущенными передними опорами и почти уткнувшись в гладкое покрытие дюзами двигателей. Стоявший рядом пилот - в обычной форме ВВС с погонами штабс-капитана - издалека смотрел на идущего мальчика, и ни во взгляде, ни в позе не было нетерпения.
   Игорь оделся в лицейскую форму и нёс маленькую сумку, с которой обычно уезжал на занятия. Возить с собой много вещей давно не было необходимости, по крайней мере, на Земле и в "старых" колониях - где бы человек ни оказался, к его услугам был максимум удобств, нередко - бесплатных. Лицо мальчишки было тоже совершенно непроницаемым, как будто вызов к Императору он получал по меньшей мере раз в месяц. Провожать себя он никому не позволил - да никто и не настаивал, хорошо зная характер среднего Сурядова. Велина Целимировна проводила сына дальше всех - на крыльцо. Остановив, внимательно осмотрела взглядом скорей унтер-офицера, чем матери, одобрительно кивнула. Помедлив - Игорь выжидающе не сводил с неё глаз - негромко сказала:
   - Я чувствую - тут что-то важное.
   - Думаю, что для неважных дел Его Величество вызвал бы кого-нибудь из ближнего окружения, - серьёзно сказал Игорь. Велина Целимировна слегка ткнула сына пальцем в лоб, улыбнулась, но лишь на миг - улыбка тут же пропала:
   - Не шути, Игорёк. Если я ещё не растеряла своих навыков - я могу сказать: дело, для которого тебя вызывают - дело важное, очень важное, и... - она помедлила. - И опасное.
   - Что ж, - Игорь сделал усилие и остался совершенно непроницаем, хотя внутри опять радостно и торжественно запели серебряные трубы, как в тот момент, когда капитан Дорошевич передал ему просьбу Императора, - разве мы живём не для таких дел?
   Велина Целимировна немного склонила голову:
   - Да, это так. Я ничего не буду тебе говорить особо - ты мой сын и ты кровь рода Сурядовых. Иди и сделай то, что тебе прикажет Его Величество. Если выполнение его приказа добавит России славы - это будет и наша слава. Если ради славы России ты будешь должен отдать свою жизнь - это тоже будет наша слава... - она подняла руку отталкивающим жестом и сказала повелительно: - Иди, мой второй сын. Твой отец гордится тобой...
   ...Сбежав по лестнице в сторону тропинки к посадочной площадке, Игорь не выдержал - обернулся. Велина Целимировна стояла в дверях. Увидев, что сын оглянулся, она шагнула вперёд, раскидывая руки - Игорю на миг показалось, что это... орлиные крылья. А потом - донёсся её голос, и мальчик слышал его даже когда уже подходил к "лучу". Мать пела...
   - Вера моя - воля,
   Лики озер - мои образа,
   Певчие-ветры в поле,
   Сила моя - гроза!..
   ... - Я готов, - кивнул в ответ на молчаливый вопрос пилота Игорь. И принял поданный шлем, нахлобучил, закрыл замок под подбородком.
   В кабине пилот подал ему маленькую "памятку" и суховатым голосом, в котором выразительности было не больше, чем в звуке сыплющегося песка, предложил - без даже оттенка приказа, но странным образом непреклонно - ознакомиться с материалами. Игорь кивнул, прищёлкнул "памятку" в комбрас и, включив в шлеме проектор, уже на автомате зафиксировал себя ремнями в мягком глубоком кресле. И вдруг подумал - а точнее, ясно понял - что не удастся слетать в Декан к лучшему другу Мишке - а ведь обещал, что прилетит через две недели, и Мишка будет ждать, и ничего не объяснишь ему, обидится он... а сам Игорь - где он будет через две недели?
   Правота матери и её неясные слова о важном обрели плоть вместе со щелчком фиксаторов ремней. Игорь стал не вполне обычным человеком - скорей безошибочным автоматом с натренированным человеческим мозгом, автоматом, готовым ко всему...
   ..."Луч" прыгнул в небо, в первую секунду "выдав" перегрузку в 9g, чтобы почти тут же выметнуться в стратосферу и набрать скорость более десяти тысяч километров в час. Но Игорь - честное слово - почти не заметил перегрузки, удивлённый разворачивавшейся перед ним информацией. Такого он не читал никогда и нигде! Если честно, даже не мог себе представить, что описываемые вещи могут быть сколь-либо реальны...

Йэнно Мьюри:

Народ:

   Полное человекоподобие!
   Жесткая, сугубо деловая раса мьюри - целеустремленные и независимые люди. Их родная планета - естественный рай, хотя столетия эксплуатации оставили на ней свой отпечаток. Сострадание не чуждо мьюри, но их черта смотреть на все вокруг, тонко просчитывая всевозможные исходы событий, заставляет их слишком часто жертвовать милосердием в угоду долгосрочной "прибыли".
   В прошлом они были настоящими демонами войны, но современные мьюри, выросшие в роскошной и склонной к гедонизму культуре, прежде всего пытаются распропагандировать, а не убить врага. Но, если эта тактика терпит неудачу, противник просто истребляется. Стирается даже его след, причем переход от уговоров к убийствам происходит у мьюри совершенно внезапно и с поразительной легкостью. Тем не менее, они не выносят жестокостей, и, как правило, совершают их лишь если не смогут увидеть последствий.
   Мужчины: бдительны и полны решимости. Они властны, упорны и эгоцентричны, готовы многим пожертвовать ради высокого социального положения.
   Женщины: в какой-то мере противоположность мужчин, чутки и осмотрительны, известны умением распутывать даже самые острые конфликты. Они привлекательны, но воспринимают мир реалистично, таким, какой он есть.

Общество:

   Формально Федерация Йэнно Мьюри представляет собой последнюю в Местной Зоне "классическую" демократию. Фактически же - это государство, построенное на диком капитализме, оно управляется восемью мега-корпорациями. Каждая состоит из тысяч более маленьких компаний, от юридических фирм до индустриальных концернов. Вся земля и недвижимость принадлежат этим компаниям, они, в свою очередь, сдают их в аренду гражданам и правительству. Охраной Федерации тоже занимаются независимые военные компании. Однако, мега-корпорации доверяют друг другу с большими оговорками, у каждой есть собственные вооруженные силы для защиты их собственности.
   Хотя всё это дает корпорациям неограниченные полномочия, они, в то же время, скованы таможней и законами Федерации. Постоянная, иной раз даже жестокая конкуренция между ними способствует быстрому росту научной и экономической мощи расы мьюри, но разрушает ее социальную структуру беспощадной "отбраковкой" "неуспешных" людей. Попыток воспитания народа в целом мьюри практически не делают, профессия педагога у них считается профессией аутсайдера.
   Так как в Федерации торговлей занимаются компании, а не государство, это сдерживает развитие политических отношений с другими империями. Если компания виновна в неэтичных деловых отношениях, она просто исчезает, и вскоре ее место занимает другая. Но если компании угрожает чужая корпорация или даже государство, то мьюри применяют силу почти без раздумий.
   Общество мьюри имеет богатые военные традиции. Когда-то они вели жестокую и затяжную войну со своими колониями, ныне известными, как Союз Аниу. Именно тогда корпорации утвердились как движущая сила в создании и развитии нового государства - Федерации. Сейчас, несмотря на давно царящий мир, мьюри все равно стремятся быть первыми в военных технологиях, хотя до сих пор уступают в этом Аниу и другим расам Верхнего Края.
   Чтобы выплёскивать свою агрессивность, мьюри активно участвуют в различных спортивных состязаниях. Многие из них кровавы, подобно гладиаторским боям. Помимо спорта мьюри любят азартные игры, они создали целую игровую индустрию в государстве.
   Помимо самих мьюри в Федерацию входят еще три расы. Считается, что до контакта с ней они находились на примитивном уровне развития, а под покровительством мьюри развились и стали полноправными членами Федерации - однако на самом деле это не совсем так.
   Аниу первоначально были лишь политическим движением, но из-за все возрастающих разногласий и вражды с остальными мьюри им пришлось искать новые системы и создать там свое государство. Какое-то время эти две части их расы воевали, но так как никто не смог одержать победы, они заключили мир.
   Сейчас на планетах Федерации живет множество выходцев из других рас - большинство их покинули родину по политическим или идеологическим причинам или прилетели просто в поисках счастья - Федерация создала своим гражданам лучшие в Местной Зоне, но в то же время ограниченные условия жизни. В ней можно жить довольно хорошо и красиво - но лишь строго соблюдая ее законы, как писаные, так и неписанные. Жизнь их нарушителя быстро становиться невыносимой. Такие мьюри теряют все: уважение, семью, статус, работу и единственный выбор для них - изгнание или самоубийство.
   Мьюри допускают в свое общество инопланетян, но лишь тех, кто придерживаются их правил. Вхождение в состав их цивилизации предполагает фактически полный отказ от самоидентификации любой расы.
   Общество мьюри контрастно. Большинство богачей Местной Зоны живут именно на Йэнно Мьюри - они создают постоянный спрос на предметы роскоши и известны самыми дорогими космическими яхтами и особняками.
   Но сотни миллионов мьюри ужасающе, постыдно бедны, потому что либеральная рыночная экономика и свобода прав человека дают каждому шанс не только подняться к вершинам общества, но и обеспечивают риск неожиданно и алогично потерять все из-за принципиально нерассчитываемых "конъюнктур рынка". У мьюри нет правильного понимания экономики, они считают её саморегулирующимся механизмом, доведя это заблуждение до совершенства и превратив в одну из основ своей жизни.
   Для многих Федерация - это "Обетованная Земля", где любая мечта может стать реальностью. Мечты же многих существ, вызванные к жизни абсолютным отсутствием воспитания, поощряемым обществом Йенно Мьюри - ужасны. Такое общество не только отвратительно, оно еще и буквально пожирает себя изнутри. Со стороны может показаться, что Федерация Йэнно Мьюри - монолитное, цельное государство. Так - отчасти - было в прошлом, но теперь даже сами мьюри понимают, что дальше так жить нельзя. Восемь крупнейших мегакорпораций преследуют каждая свои цели, цинично пренебрегая интересами общества и буквально рвут Федерацию на части.
   Сейчас вокруг различных идеологий, главным образом в отношении внешней политики, сформировались три группы - кое-кто из них даже призывает к революции! Эти новые радикальные веяния пока не могут перевернуть внутреннюю политику мьюри, но могут сильно повлиять на их отношения с другими империями.
   Историки мьюри обеспокоены этим, они проводят параллели со временем начала Великой Гражданской войны - ситуация в точности повторяет те страшные времена. Тогда мегакорпорации раскололись на два лагеря, одни настаивали на мирных переговорах с Аниу, а другие хотели войны. Конфликт был решён с помощью ряда заказных убийств. Все лидеры миролюбиво настроенных корпораций были уничтожены, а сами они поделены между милитаристами и втянуты в войну.
   Сейчас Федерация не ведёт войн, но политическая ситуация в ней очень нестабильна, многие опасаются, что время Второй Гражданской уже не за горами. Пока мы не можем сказать, какая из трёх противоборствующих группировок одержит верх, их силы практически равны. Во главе каждой из фракций стоит мегакорпорация, и её поддерживают корпорации поменьше.
   Первую фракцию, "Практиков", как они сами себя называют, возглавляет мега-корпорация "Амфатара" или просто "Амфа".
   "Амфатара" - одна из крупнейших корпораций мьюри, по размеру она сопоставима только с "Сурнимайа Корп". Она является крупнейшим игроком на рынке недвижимости. Ей и подвластным ей компаниям принадлежит почти 40% всех земель в мирах Федерации.
   "Амфатара" славится своими неэтичными, зачастую безжалостными методами ведения дел. Она почти не заботится даже о своих друзьях и повинна в большей части конфликтов Федерации с другими империями.
   Ее главные союзники - "Траде Корп" и "Нихель Корп". Все три корпорации известны циничным пренебрежением к этике и связью с организованными преступными сообществами. Для них весь остальной мир - лишь средство обогащения, с которым не стоит считаться.
   "Траде Корп" - один из крупнейших экспортеров и импортеров в Федерации. Она контролирует многочисленные торговые маршруты, далекие и близкие, постоянно перевозя огромные объемы товаров - в том числе контрабанду, включая рабов и наркотики. Это торгаши до мозга костей, их главный тезис: нельзя всем заработать, кто-то обязательно будет разорён.
   "Нихель Корп" - единственная мега-корпорация мьюри, работающая в индустрии развлечений и контролирующая ее почти полностью. Она готова производить все: от дешевого порно до великолепных гиперпространственных яхт, лишь бы удовлетворить все прихоти клиентов. "НХ", как ее обычно называют, известна своими прочными связями с преступным миром - большая часть ее бизнеса прямо связана с этой "аудиторией", да и сама компания часто преступает закон. Для "НХ" главное - это прибыль, на пути к ней ее владельцы не остановятся ни перед чем, пойдут не только на убийство, но и на любое злодейство, которое только в состоянии представить их крайне извращенная и, к сожалению, чрезвыйчайно богатая фантазия. "НХ" не брезговала даже торговлей человеческим мясом - закупленными у Чужих в период войны трупами землян и даже пленёнными, выкупленными и убитыми землянами.
   Вторая фракция - "Либералы", их позиция внешне полностью противоположена "Практикам". Они призывают к открытой и честной торговле, к уважительному отношению к другим империям, уверяя, что только взаимовыгодное сотрудничество ведёт к процветающему мирному будущему - но на самом деле они выступают лишь против барьеров на пути свободного распространения их товаров и ищут пути захвата колоний, альтернативные военному вмешательству. Они всецело поддерживают наведение контактов с Землей, так как видят в ней гаранта свободной торговли и мирного развития отношений с соседями. Этот блок состоит из двух мега-корпораций - "Иривана" и "Найравана". Из числа их союзников особый интерес представляет компания "Варп Дайнемикс".

"Найравана"

   "Найравана" - одна из немногих корпораций, основанных на Йэнно Мьюри в Индустриальный Век, вскоре после первого контакта со сторками и переживших войну с Аниу. Долгое время она была самой слабой из мега-корпораций, но мир с Аниу изменил ситуацию. "Найравана" первой начала торговать с ними и получила от них технологию гравипривода, принесшую ей миллиарды прибылей, прежде чем другие компании спохватились. Она до сих пор пожинает плоды хороших отношений с Аниу и обладает самыми продвинутыми технологиями за пределами их пространства.
   Крупнейшая инвестиционная компания в Федерации, "Найравана" - прогрессивная корпорация, готовая вкладывать средства в рискованные предприятия. Она помогла многим перспективным компаниям вырваться за пределы Федерации и выйти на новые рынки, она также серьезно вовлечена в зарубежные инвестиции, особенно в Империи Джаго.

"Иривана"

   "Иривана" - редкий пример того, как компания-аутсайдер смогла захватить лидерство в Федерации. В прошлом подпольное содружество контрабандистов, "Иривана" отреклась от прошлых деяний, чтобы получить признание в обществе. После великого исхода - Бегства Аниу - когда половина расы покинула родную планету, новую державу надо было поднять из руин в кратчайшие сроки. "Иривана" была одной из компаний, совершивших этот великий рывок, и до сих пор она живет на дивиденды от своих прошлых свершений. Она уже не так активна в мире большой политики, но еще сохраняет на руках некоторые очень ценные карты.
   В пору расцвета "Иривану" прославляли, как новую великую надежду Федерации, но в последние несколько десятилетий компания переживает упадок. Консервативная и осторожная, она придерживается старой поговорки мьюри: "Выживают только параноики" и всей своей деятельностью соответствуте этим словам.
   "Варп Дайнемикс" - мелкая исследовательская фирма, основанная эксцентричным Огро Варатасом, первым мьюри, перенесшим свой разум в машину. "ВД" с момента возникновения находится на переднем крае исследований в биохимии и наномеханике, а ее штаб-квартиру проще описать как сочетание лаборатории безумного ученого и тропического зоопарка. Она создала первый действующий гипердвигатель для коротких внутрисистемных прыжков. И пусть "ВД" не оправдала возлагавшихся на нее надежд, она всегда удивляла новаторским и интересным подходом к своим разработкам и сделала свой вклад в развитие двигателестроения.
   Третья фракция заботиться о том, какое место занимает Йэнно Мьюри в отношениях с другими империями, как в военном, так и в экономическом аспекте. Они называются "Патриотами", фракция состоит из "Сурнимайа Корп" и ее союзников.
   "Патриоты" берегут историческое наследие планеты и взывают к возрождению Империи. Самые фанатичные из них призывают к войне со Сторкадом, но пока они в меньшинстве. Большинство желает добиться военного господства для Йэнно Мьюри и как следствие экономического доминирования. Они уверены что, достигнув военного преимущества над всеми соседями, они смогут диктовать свои условия и внутри самой Федерации.

"Сурнимайа Корп"

   Создана в годы войны с Аниу как основа военной машины Федерации. После войны интересы ее сильно сместились, но военное кораблестроение до сих пор остается гордостью компании. Она строит немало кораблей на заказ.
   Крупнейшая мега-корпорация мьюри, "Сурни", как ее обычно называют, имеет свой интерес почти везде. Они производители и исследователи, да и в политике у "СК" сильные позиции. Их главным соперником и в бизнесе и в политике является корпорация "Амфатара".
   Корпорация до сих пор принадлежит семье Сурнимайа, ее основателям, известным своей честью и надежностью.

"Махион Корп"

   Создана мега-корпорацией "Сурнимайа" как прямой ответ "Нихель Корп". Хотя "НК" удерживает наибольшую долю рынка развлечений, "Махион Корп" умудряется блистать и на таком невыгодном фоне, и ее продукция приобретает все большую популярность - многие считают ее единственным противовесом насаждаемой "Нихель корп" аморальности.
   "Минералик Корп"
   Основана группой независимых шахтеров. История "Минералик" началась в годы войны с Аниу, с флотского отряда особого назначения, который начинял астероиды взрывчаткой, делая из них мины-ловушки. После войны личный состав отряда создал компанию и применил свои особые знания для скорейшего продвижения к вершинам добывающей индустрии. С тех пор компания расцвела буйным цветом, и темпы ее роста - одни из высочайших в пространстве мьюри. Также фирма известна как производитель жилых отсеков и систем жизнеобеспечения для космических кораблей и станций. У нее энергичная программа исследований, ее технологические достижения заставляют нервничать даже великую "Найравану".
   "Минералик" до сих пор с особенной охотой принимает на службу бывших военных, а ее военные силы считаются одними из лучших и не уступают силам крупнейших мега-корпораций. Считается, что большинство якобы пиратских нападений на корабли "Амфатары" и ее союзников совершается именно рейдерами "Минералик" и что официальная деятельность компании служит лишь прикрытием для создания сети нелегальных поселений, которые служат базами для разного рода экстремистских организаций, ставящих своей целью радикальное изменение всего общества мьюри.
   На первый взгляд мьюри могут показаться никчемными созданиями, увлеченными одной лишь погоней за удовольствиями. Тем не менее, всё, что у них есть, они создали сами и никому не следует забывать этого факта.

Из личного отчёта ООСЕИВК Его Величеству.

* * *

   - "Памятку" возьмите, пожалуйста, - дождавшись, пока "луч" прочно встанет на опоры, Игорь протянул пилоту блок. Тот покачал головой, не поворачиваясь:
   - Оставьте себе и выходите - вас ждут... - затем всё-таки повернулся. В глазах пилота были симпатия и немного - почему-то - зависть. - Ты там не подкачай, парень, - сказал он. И, видя, что Игорь настойчиво открывает рот, чтобы снова задать вопрос, снова вернулся к совершенно безразличному тону. - Невежливо заставлять ждать хозяина дома. Выходите.
   - Хозяина дома? - до обалдевшего от прочитанного Игоря не сразу дошёл смысл этих слов. А когда дошёл, то он промахнулся мимо ремня сумки, подхватил её только со второй попытки и, выбравшись из кабины, увидел, как к пустому пятачку посадочной площадки, расположенному посреди соснового леса (сосны были гигантскими, краснокорыми, у их корней пушился белый мягкий мох...) идёт по узкой тропинке человек в гвардейском мундире преображенцев. Полковничьем, это было видно издалека. Но в мире был только один полковник Его Величества Лейб-гвардии Преображенского полка... только один человек, который имел право на этот мундир... Игорь понял всё по форме раньше, чем разглядел лицо "хозяина дома". Но в следующий миг его внимание оказалось отвлечено - рядом с Императором возникла и поплыла голограмма. Мальчишка узнал запись событий двухмесячной давности, Общеимперский Чемпионат боевых искусств среди юниоров, группа 13-15 лет... его бой - финальный бой с Джерри Карнеги... вот! Рыжий веснушчатый крепыш на полтора года старше Игоря получает неотразимый удар ногой в живот, отлетает, даже не пытается подняться - без сознания! Восторженный вой трибун - чуть ли не громче, чем тогда ему показался на самом деле, особенно если учесть гул, стоявший в тот миг в голове после стремительного и беспощадного свинга в ухо... Зачем Императору эта запись? Что в ней особенного-то?
   Император подошёл вплотную, голограмма - лицо Игоря и вскинутые руки - уплыла куда-то в сторону. Мальчик тут же слегка склонился - церемониально:
   - Ваше Величество, Игорь Сурядов из рода Сурядовых, второй сын...
   - И первый рукопашник Человечества среди тех, кому ещё не исполнилось четырнадцать, - прервал его Вячеслав.
   - Мне исполняется четырнадцать через месяц, - уточнил Игорь - просто чтобы сказать, не молчать. - Я получил вашу... просьбу, Ваше Величество, и счёл за высочайшую честь исполнить её тут же.
   - Скажите, Игорь, - с искренним интересом спросил вдруг Император, - вы всерьёз считаете, что разобрались в причинах конфликта скиуттских кланов на Варрохе?
   Вопрос был неожиданным. Но Игорь тут же вспыхнул - от удовольствия (Император читал его работу в дайджесте "Лицеи Империи"?!) и сердитости (конечно, он не верит, что в двенадцать лет можно разобраться в клановой стычке скиуттов, о которой они сами толком ничего не могли сказать!) и сказал быстро:
   - Да, я так всерьёз считаю.
   - Гм... - Император уже шёл обратно, и так получилось, что Игорь шагал рядом с ним, лишь на полшага позади. - Гм. Я не ксенолог, мне никогда не нравилась ксенология. Не могли бы вы меня несколько... просветить на этот счёт? Насколько я помню, двое наших дипломатических офицеров были внезапно обезоружены и вежливейшим образом посажены под арест, чтобы не мешали этому малопонятному конфликту...
   - Да он малопонятен только с точки зрения семейного общества, каковым является наше! - Игорь стремительно воодушевился. - Если экстраполировать действия скиуттов на модели земных клановых систем - всё становится более чем ясным...
   ...За разговором - говорил Игорь, Его Величество время от времени задавал вопросы - они дошли до поворота в известный всему человечеству "Уголок жизни". На нескольких гектарах сложные автоматы поддерживали множество "климатических уголков", каждый из которых являл собой небольшой кусочек одного из освоенных русскими миров. "Уголок жизни" всегда был открыт для посетителей - экскурсий, туристов, просто любопытных - и пользовался даже большей популярностью, чем Космозоо в Петрограде.
   Издалека Игорь, как ни был увлечён разговором, увидел, что у главных ворот стоят с десяток мальчишек - примерно его возраста, одетые в форму разных Лицеев. Некоторые оживлённо разговаривали друг с другом, другие просто осматривались, кто-то читал с комбраса или висящего перед лицом голографического экрана. Когда же Император и мальчишка подошли ближе, Игорь с удивлением понял, что знает почти всех... да нет, всех остальных парней. Ну, не всех - лично, но - знает. Это были победители самых разных соревнований по рукопашке. Насчёт некоторых Игорь удивлялся - почему в финал вышел он, а не они. Кое-кого он знал ещё и по научным и исследовательским работам - весьма многообещающим. Кстати, и на него тоже уже смотрели, и кто-то сказал довольно громко:
   - Сурядов идёт, - а кто-то ещё окликнул:
   - Игорь, привет!
   Игорь сбивчиво свернул горячее объяснение и посмотрел на Императора - с некоторой долей требовательности. Ответом был строгий взгляд и лёгкий толчок в спину:
   - Идите. Немного подождите, я должен встретить ещё троих.
   И, повернувшись, Император зашагал обратно. Игорь немного проводил его глазами, потом вздохнул и уже быстрым шагом подошёл к ожидающим его мальчишкам. В сущности, представляться не было нужды, он легко вспоминал имена, отчества и фамилии даже тех, кого и видел-то только на экране. Мальчишки с прибытием новенького начали опять строить догадки на тему, зачем их сюда собрали. При этом все дружно выказывали вслух недовольство прерванными в самом начале каникулами - и столь же дружно ощущалась в воздухе атмосфера неуёмного ожидания и любопытства.
   - Древние Боги наконец-то проснулись и потребовали Жертвы, - не поймёшь, серьёзно или в шутку предположил мрачным тоном рыжеволосый плечистый Тиудир (с фамилией фон Лютциг), с которым Игорь встречался в поединках пару раз. Кроме того, трудно было не зачитаться его "Историей тевтонов", которую печатал их лицейский альманах - работа мальчишки походила на мальчишескую же песню, вдохновенную, в которую вложена вся душа, и от того почти не замечаются огрехи, ошибки и неточности исполнения. - Нас всех отвезут в Аркаим (1.) и торжественно сожгут в Равноденствие. Как лучших из лучших, - добавил он беззастенчиво (но в общем-то справедливо).
  
   1.Древний город ариев на р.Синташта в Сибири. Некоторые считают, что это был культовый центр арийской общности до её переселения в Европу (в этой книге восстановленный Аркаим играет такую же роль - правда, без религиозного оттенка). Но один из авторов (О.Верещагин) придерживается прозаической теории, что весь комплекс Аркаим представлял собой просто-напросто завод по постройке колесниц всё для того же переселения.
  
   Мальчишки примолкли. Потом зеленоглазый, веснушчатый Славка Макаров, известный пирокинетик (1.), не без успеха пытавшийся учить этому младших, тряхнул головой и сказал серьёзно:
  
   1.Умение управлять пламенем и даже производить его ресурсами организма.
  
   - Если бы по правде так было нужно для Родины - я бы пусть... Разве мало наших на самом деле за Родину... сожгли?
   - И совсем даже не торжественно, - добавил его тёзка (и троюродный брат Игоря) Славка Данич. Каждый из мальчишек понял, что имел в виду хорват, они опять примолкли, поглядывая вокруг рассеянно и нетерпеливо, хотя это нетерпение невозможно было ощутить ни в одном движении.
   Игорь снова внимательно оглядел всех мальчишек. Слова Тиудира о жертве не шли из головы. Нет, это была, конечно, шутка. Но и что-то от правды в ней ощущалось тоже.
   Ему очень захотелось домой. Это было странное и непривычное желание. Секунду анализировав его, Игорь понял, что это - обычный страх. Страх перед неизвестностью, перед загадочной темнотой вне освещённого круга возле уютной, обжитой пещеры.
   И упрямо наклонил голову, заставляя страх отступить.

* * *

   На экране десять мальчишек покачивались в открытом вагончике, везущем их на дворцовый лунадром. Ветер играл с короткими стрижками, мальчишки весело глазели по сторонам. Больше всего мальчишку угнетает неподвижность, пусть сколь угодно комфортабельная - больше всего бодрит движение, пусть сколь угодно трудное...
   - Это они и есть?
   Его Высочество Цесаревич, скрестив руки на груди, смотрел на экран поверх отцовского плеча. Василий Вячеславович был очень похож на отца, только был одет не в парадный мундир гвардии, а в довольно скромную повседневную форму звездолётчиков со знаками различия капитана второго ранга военно-космических сил.
   Император кивнул, не оборачиваясь:
   - Это они и есть.
   Цесаревич покачал головой:
   - Не перемудрил ли дядя Илья со своим планом? Все привезут показывать достижения своей техники, а мы...
   - Технику мы везём тоже, и лучшую, которая есть, ты это отлично знаешь, - ответил Император. - Но многих на этом сборище техникой не удивишь. Никакой, даже самой изощрённой. Разве наша техника заставила два с лишним века назад развалиться альянс Чужих?
   - Но мальчишки... - Василий Вячеславович вздохнул. - Можно было бы отказаться от участия в рукопашных боях. Это, в конце концов, всего лишь один из многих видов соревнований.
   - Слушай, Васька, - отец наконец обернулся к сыну, - мне кажется, что это ты мой отец, а не я твой! Вспомни-ка себя лет сорок назад. Выпади тебе такое - неужели ты стал бы прикидывать, рассчитывать и думать?! Или вцепился бы руками и ногами в такой шанс с криком: "Моё, не отдам"!"?!
   Засмеявшись, Цесаревич поднял руки в шутливом жесте сдачи.
   - То-то же, - наставительно сказал ему отец. И оба они вновь повернулись к экрану - вагончик сворачивал на поле, и мальчишки, повскакав с мест, разглядывали императорскую яхту, которая должна была доставить их на базу "витязей" РА.
   Все десять мальчишек.
   - Белозерский Андрей.
   - Беляев Дмитрий.
   - Вайрау Раймар фон.
   - Валишевич Антон.
   - Вихорев Андрей.
   - Вишневский Мариан.
   - Волохов Фёдор.
   - Ворожеев Андрей.
   - Данич-Горват Мирослав.
   - Залов Данчо.
   - Лютциг Тиудир фон.
   - Макаров Святослав.
   - Немиров Владимир.
   - Сурядов Игорь
   - Шомберк Яромир.
   ... - Не подведите, ребята, - тихо сказал Император. - И возвращайтесь живыми.
  

4. НА ПАЛУБЕ - СЛУШАТЬ!

   - Вот это да! Игорь, смотри! - Андрюшка Ворожеев так пихнул Игоря в бок, что тот скривился. Но ничем не ответил - было не до этого.
   Призыв был зряшным. К иллюминаторам шаттла прилипли все пятнадцать лицеистов - расплющивая о стекло носы и даже отпихивая друг друга. Не потому, что не хватало места - просто от волнения, словно место у иллюминатора как-то приближало смотрящего к этому - этому, к чему неуклонно приближался шаттл. И до мальчишек постепенно начинало доходить, что вот это - это и для них тоже, они летят туда! Кто-то, окончательно обалдев от счастья, выкрикивал:
   - "Разящий"! "Решительный"! "Полтава"! "Грозный"! "Верный"! А вон англосаксы! "Хенгист"! "Вюрсгеорт"! Смотрите, сколько их!
   Они смотрели. Они смотрели во все глаза...
   ...Там, где за орбитой Плутона Ближний Космос словно бы обрывается в чёрную бездну - оттолкнись от Солнца, шаг - и упадёшь в ничто, в то ничто, которое так долго когда-то прятало от землян звёзды - там, где кончались огни поселений и станций, там - в неправдоподобно чётком строю - гигантской, раскинувшейся на несколько десятков километров буквой W - сияли в пустоте походными огнями корпуса множества кораблей. Их было... Игорь попытался сосчитать, хотя точно знал, что их сорок (авианосец, два линкора, четыре крейсера, десять эсминцев и три вспомогательных судна от каждой из Империй) и знал все корабли по именам. Но сейчас просто разбегались глаза. И те проблемы, сомнения и тревоги, которые - никуда от них не деться - приходили к каждому из мальчишек по ночам, казались смешными и ничтожными перед лицом такого воплощения Силы Человечества.
   Не отлипая от иллюминаторов, мальчишки начинали переглядываться. В глазах у них появлялась смесь гордости и тревоги. Они - пятнадцать юных воинов Русской Империи и пятнадцать летящих сейчас где-то воинов Империи Англо-Саксонской, их ровесников - они лишь маленькое звёнышко в защищающей Землю кольчуге. Вот она, сияющая и грозная броня Человечества. Её мощь наглядна и неоспорима. Там - тысячи людей. Тысячи лучших звездоплавателей, и среди них - Его Высочество Цесаревич. Пилотов. Учёных. Разведчиков. Контактёров. Инженеров. Техников. И многих, многих других - взрослых людей, которые могут и умеют ВСЁ. Но... но ведь даже крохотного ослабевшего звена достаточно, чтобы вражеское копьё вошло в бок, чтобы пробила грудь бойца свистящая стрела... И ведь ждут сейчас где-то - совсем далеко - другие. Ждут, охваченные той же самой страстью, одной мыслью - победить. Победить - их, землян. Ждут - такие, как в фильмах, которые показывали на базе РА на Острове Буян (1.) Ждут - привыкшие давить весом, числом и мощью своих жутких кораблей, грозой своих невыдуманных побед, памятью о непобедимости своих предков, опрокинувших чёрт те сколько миров... Ждут.
   И они, пятнадцать человек - они летят. Не на экскурсию. Даже не на соревнования. Они летят в бой. На равных со взрослыми. Как в годы Той Войны.
  
   1.В нашей пространственно-временной реальности - о.Рюген.
  
   А если... если я...
   Дальше не думалось. Дальше не хотелось думать. Игорь, глядя, как из подплывающего борта линкора "Полтава", окутываясь облачками вымерзающего воздуха, выпрыгивают гибкие щупальца захватов, подумал - не за других, за себя и только за себя: "Ну что ж. Если я чего-то не смогу - лучше пусть умру, пытаясь смочь. И всё."
   И пришло спокойствие.
   "Шатлл" медленно, в полной тишине, потеряв собственный ход, плыл, подчиняясь захватам, к открывающемуся створу ангарной палубы линкора - сравнительно с кораблём - небольшой совсем. Наверху нависал, делаясь огромным, острый нос ходовой рубки. Почти физически ощущались взгляды - оттуда, сверху, из-за толстых плит прозрачной брони - там взрослые люди, офицеры, смотрели на "шаттл", хорошо зная, кто это летит. А мальчишки не спешили рассаживаться по креслам, хотя этого и требовала посадочная инструкция. И избегали глядеть друг на друга. Но за последний месяц они отлично изучили и лица, и привычки своих товарищей - пятнадцати лучших дворян-лицеистов в возрасте 13-14 лет, которых только могла выставить Русская Империя. И не требовалось глядеть друг другу в лицо или что-то говорить - мысли и чувства читались и так, читались, как крупный текст на белом листе.
   - Парни, - сказал, берясь обеими руками за спинку кресла, Яромир. На него посмотрели разом все. - Парни, давайте... только - не вслух. Не надо трепать слова. Давайте каждый... сам про себя. Ну, вы понимаете. Скажем - и сделаем, как сказали.
   И чуть наклонил голову.
   Они понимали. Всё понимали...
   ...Игорь не пытался прочесть мысли или хотя бы чувства остальных. Зачем, и так ясно. Он не знал точно, что именно сейчас они повторяют про себя. Но был уверен - смысл сказанного в тишине такой же, как у него. А он всего лишь повторил кусочек из Клятвы Огня - слова, которые говорят вслух один раз в жизни, но помнят - всю жизнь. Короткую или длинную - не важно.
   ...и когда прах мой станет пламенем, каким была при жизни моя душа - пусть даже враги мои не смогут найти недоброго слова о том, как я жил - если есть у них хоть капля чести. Так я сказал, так я поклялся, так буду жить я - я, Игорь сын Викторов Сурядовых рода, русский дворянин и слуга народа русского, плоть от плоти, кровь от крови, дыхание от дыхания...
   Игорь сел в кресло и прикрыл глаза. Ему вспоминалось сейчас удивление, охватившее их всех на базе РА, когда им полностью - обстоятельно и подробно - объяснили предстоящую миссию. Игорь знал, что в последнее десятилетие космические просторы стали доступны, как никогда ранее. Между почти всеми империями установился пусть хрупкий, но мир - и они бросили все силы на открытие новых космических маршрутов, что превратило Галактику в рай для исследователей и колонизаторов. Чуть ли не ежедневно у границ изученного пространства открывались новые планеты, непокоренные миры ждали своих первопроходцев. Все Империи поощряли и поддерживали частные компании, которые занимались освоением недавно открытых планет. Рост темпов экспансии позволял Империям расширяться, а исследователям давал приличный доход. Эти компании получали от своих правительств самые широкие полномочия, военную и финансовую поддержку - и в свою очередь, головой отвечали за успешную реализацию своих амбициозных проектов. Несколько таких частных компаний создало и правительство Йэнно Мьюри. Они работали успешно и стали очень известны - их именами были названы открытые ими планеты и даже целые звездные системы, которыми они фактически управляли. Странный мир... но это была гонка за лучшее будущее и в ней участвовали все.
   Удивление, восторг, нетерпение - естественные чувства любого мальчишки, которому предложили увидеть новое и испытать свои силы. Поэтому на предложение подумать и упоминание возможности отказаться последовала лишь изумлённая тишина, нарушенная парой тихих "пфы..." Потом были два месяца тренировок. В общем-то не таких уж сложных и тяжёлых, ребята, привыкшие к нешуточным лицейским нагрузкам, быстро приспособились к новым требованиям. Скорей удивляли немалые массивы открывавшейся им новой информации. Оказывается, Человечество знало и умело несколько больше того, что было общеизвестно.
   Их навещал Император. Не то чтобы каждый день, но раз десять за эти месяцы - прилетал. Именно он объяснил, что надо будет сказать родителям и друзьям - да фактически правду, умолчав лишь о парочке нюансов, вроде вполне реальной опасности не вернуться. Велина Целимировна выслушала сына с каменным лицом, лишь в глазах Игорь различил зажёгшийся огонёк гордости и азарта...
   ... - На выход, давайте на выход! - окликнули мальчишек из отъехавшей в сторону двери пилотской кабины.

* * *

   Форма лицеев, в которых учились ребята, была оставлена ещё на Земле. Мальчишки переоделись в обычную армейскую парадную форму Русской Империи. В обычных условиях любой из них скорей сдох бы, чем отказался от ношения лицейского обмундирования на мероприятии такого ранга - но условия были НЕ обычные, и это понимали все.
   Лететь предстояло на линкоре, поэтому вес личных вещей был строго лимитирован. Эта традиция сохранилась ещё с давних времён и, видимо, торчала в инструкциях неизменной, всеми забытой и уже просто никому не интересной - впрочем, Игорь немало посмеялся вместе с другими ребятами, читая про "не более 25 кг. личных вещей на человека". Их "личные вещи" были представлены в основном комбрасами, редко у кого имелось что-то иное, хотя гитары взяли аж трое. И, конечно, каждый тащил объёмистую сумку с вещами "неличными". Но такое проходило под разделом "предметы служебного пользования" и не лимитировалось.
   Конечно, каждый из них был - и не по разу - на борту военных кораблей, и все хорошо представляли себе жилые места для временных пассажиров. Это просто помещение - не важно, большое или маленькое - по обе стороны которого (а иногда ещё и в середине двойной полосой) идут нары, разделённые бортиками, в головах у каждых нар - шкафчик для вещей и лампа направленного света, в ногах - откидная скамейка, рядом с входной дверью - визитёр и другая необходимая аппаратура, в торцевой стене - входы в тесноватые душ и туалет - вот и всё. На линкорах, правда, не доводилось быть ещё никому (кроме музея на земной орбите - линкора "Отвага" времён Первой Галактической Войны - но это и был именно музей). Впрочем, с чего тут выйдет иначе? Поэтому мальчишки удивились, узнав, что за ними зарезервированы каюты офицеров-стажёров на центральной жилой палубе: небольшие, конечно, зато каждая с душем и туалетом, с визитёром и удобным столом. Без иллюминатора - но какие иллюминаторы в жилых помещениях военного корабля? Их тут вообще нигде нет, кроме рубок, да обзорной палубы... Даже в предоставленном ребятам для отдыха и тренировок зале не было и намёка на настоящий иллюминатор - только обычное голографическое окно, позволявшее, однако, моделировать пейзажи на любом уровне реальности, доступном земной науке и технике.
   Правда, зал этот Игорь увидел потом. Он еле успел снять полётный комбинезон, тщательно осмотреть и как следует оправить форму - ведущий группы, полковник Андрей Данилович Макаров, появился с визитом на экране и коротко приказал явиться в стыковочный модуль. Игорь отсалютовал, громко ответил "есть!"... и как раз в этот момент ощутил короткий, но мощный толчок - линкор с кем-то состыковался всем корпусом.
   Расположение стыковочной палубы Игорь знал наизусть, как и лифтовых шахт, ведущих к ней. Обычно звездолётчики боевых частей живут рядом со своими постами, давно нет такого понятия, как "единая жилая палуба", жилые помещения самым причудливым образом перемежаются с боевыми постами - по тревоге не побежишь четверть километра и, как бы совершенны не были лифты, в один миг не взлетишь (или не спустишься) на высоту двадцатиэтажного дома. Да и от борта к борту линкор не один десяток метров... (Во флоте ходили полуанекдоты про офицеров, которые служили по пять лет, но не знали в лицо капитана корабля, или про матросов, которые ухитрялись дезертировать, не покидая пределов своего судна; про то, что на некоторых кораблях склонных к гигантомании джаго о начале Первой Галактической узнали через месяц после того, как корабль вступал в бой - от усталых путников из других отсеков...) Но про пассажиров, конечно, никто особо не думал, и стыковочный модуль - здоровенное выдвижное помещение, похожее на ангар (да и служившее в этой роли сплошь и рядом) был далеко, пришлось добираться вместе с остальными - молчащими и изо всех сил делающими вид, что ничего не происходит - мальчишками довольно долго...
   На самом деле каждый из них ощущал - как в тот день возле "Уголка жизни" - что сейчас произойдёт нечто очень и очень важное. Будет пройдена ещё какая-то веха на пути - пути ещё даже не к цели, пути к тому Полю Чести, на котором и развернётся борьба за эту цель. Нет - Цель.
   И они не ошиблись...
   ...Две застывшие в десяти шагах друг против друга шеренги лицеистов были похожи полной неподвижностью и неправдоподобной чёткостью - казалось, какой-то мальчишка тщательно расставил своих солдатиков на полу большой комнаты. Зелёно-чёрно-красная шеренга русских - красно-сине-золото-белая шеренга англосаксов. Из-под козырьков форсисто примятых "на центр" русских фуражек-"Макаровок" и переднего края надетых косо к правой брови английских пилоток-глэнгэри смотрели бесстрастные мальчишеские лица - в общем-то похожие, многие можно было поменять местами, не опасаясь что-либо нарушить. Хотя "подкладка" русых волос, пухлых губ и куроносых носопырок с одной - и каштановых волос да резких подбородков с большими глазами с другой стороны указывала достаточно чётко, кто есть где даже без формы.
   На стене палубы тяжело обвисали расправленные парадными складками большие флаги военно-космических сил. Слева - чёрный с Андреевским золотом русский. Слева - тёмно-синий с серебряной восьмиконечной звездой и Юнион Джеком в крыже англосаксонский. В складках одинаково таилась суровая темнота.
   Звуки марша грянули из невидимых динамиков неожиданно - но не от этой неожиданности по шеренгам прошло еле уловимое шевеление. Это был не "О, Россия!" и не "Правь, Британия!". Палубу заполнили звуки "Песни землян". Её пели в обеих империях, но никогда - вместе.
   Никогда - с поры Первой Галактической.
   - Смирно! На палубе - слушать!
   - Смирно! На палубе - слушать!
   Адмиралов было двое. Оба командующих эскадрами Человечества, отправленными на Йенно Мьюри. Чёрно-золото-белый русский, сине-золото-белый англосакс - сияли эполеты, ремни и перевязи тяжёлых палашей. Пройдя - со вскинутыми к фуражкам ладонями в белых перчатках - между шеренгами лицеистов, они синхронно развернулись каждый под своим флагом.
   Музыка смолкла.
   - Вольно, - не скомандовал, просто сказал, русский.
   - Вольно, - повторил англосакс.
   Оба строя коротко пошевелились: почти неуловимо - расслабившие одно колено русские, синхронно и ясно - заложившие руки за спину и расставившие ноги англосаксы. Адмиралов - и своего и чужого - знали в строю все, хотя далеко не все собирались связать близкое уже будущее с космосом. Если только это было возможно - жить на Земле и не быть связанным с Космосом...
   - Ребята, - почти по-домашнему сказал русский. Говорил он тоже по-русски. - Русские, англичане... все, кто сейчас тут стоит. Я видел, вы все были удивлены, когда услышали нашу песню. Я говорю - нашу, потому что она наша. Всех землян. И за последние два века она ни разу не звучала вот так - для всех... Все вы знаете, зачем мы летим на Йэнно Мьюри. МЫ летим, ребята. Не англичане, не русские. Мы летим. Земляне. Мы собрали вас здесь, чтобы сказать то, что вы все, надеюсь, и так понимаете. Космос велик и равнодушен к слабым. Мы летим туда доказывать, что мы сильны. Так получилось, что нашим народам есть в чём обвинять друг друга... Но теперь представьте, с каким удовольствием вцепятся в нашу слабость наши враги. Как будут разочарованы друзья. Как будут испуганы те, кто за щитом Земли нашёл себе спасение от хищников со злым и мощным разумом - все вы знаете этих хищников в лицо и по именам... - адмирал перевёл дыхание. - Мы летим туда воевать. Это будет особая война. Война без объявления, война с улыбками и рукопожатиями, со словами о мире и разуме. Но в ней любой из нас может погибнуть. И проигрыш на её полях будет, пожалуй, страшнее проигрыша в схватке космических эскадр. Так пусть же не будет меж нами розни! - он медленно вытянул из ножен златоустовский палаш и, держа его на руках, как ребёнка, чётко повернулся к англосаксу. - Я, флота русского воинского адмирал и Империи Русской дворянин Ознобишин Виктор Егорович, на этом клинке честью своей клянусь, что не изменю ни в мыслях, ни в делах матери нашей - Земле! И в том присягаю и вручаю клинок и присягу брату моему...
   Среди лицеистов побежал изумлённый шёпот - англосакс потянул из ножен шеффилдский клинок...Почти такой же, как у русского, тяжёлый и прямой, только увенчанный головой льва, а не медведя...
   ...Игорь встретился взглядом со стоящим чуть наискось слева англосаксом. Мальчишки как сцепились взглядами. И родилось тихое-тихое касание, при котором не важно - знаешь ты язык или нет, потому что все на свете воины думают и понимают одинаково...
   "Ну?"
   "А ты?"
   "Ага, и я."
   "Идёшь?"
   "Иду!"...
   ...Мальчишки шагнули друг другу навстречу одновременно, доставая из прилегающих к бедру парадных ножен ножи - Игорь свою полёвку, англичанин - длинный обоюдоострый дирк. И голоса их зазвучали синхронно... и тут же утонули в голосах других ребят...
  

5. ПОЛЕ ЧЕСТИ .

   Ох, как же Игорю не хотелось вставать этим утром...
   Вчера вся флотилия праздновала День Жатвы (1.). Мальчишки выли от восторга - когда ещё увидишь, как капитан линкора копает картошку?! Вообще, конечно, старшему в семье полагалось в этот день жать, но хлеб любого вида отказывался расти при искусственном освещении, как ни изощрялись учёные; картошка оказалась не столь требовательной. А уж что при этом распевали мичмана - это было и вовсе не для женских ушей. Впрочем, на корабле женщин в экипаже не было, поэтому пассажирок ритуально загнали в спешно переоборудованный под гумно отсек для хранения образцов, где вся эта толпа гулко митинговала - вопреки, кстати, правилам, предписывавшим сидеть тихо, чтобы не разгневать ревнивых полевых летуний. Концерт, как и все самодеятельные концерты, тоже был полон бурного энтузиазма. Но и утро вспоминалось, и слова того же капитана - вечные слова про силу золотых колосьев и веру в животворящую Мать-Землю. Игорь знал эти слова наизусть, и всё равно - они каждый раз его волновали. И он видел, что и всех вокруг они волнуют, даже тех, кто прожил на свете уже много десятилетий и видел не один День. Да и как не волноваться - если именно День Жатвы приобрёл почти религиозный (насколько это было применимо к землянам) оттенок - после Безвременья с его, казалось, навечно умершей природой - некогда такой прекрасной? Её возрождение для землян было практически мистическим...
  
   1. 25 августа - в Русской Империи - символический день начала уборки урожая. Праздник в своём начале очень торжественный и даже суровый, но уже с середины дня, как правило, переходящий в полумаскарад. У англосаксов ему соответствует Сайклз Ринг.
  
   Вот только загулялись они, конечно, до тех пор, пока полковник Макаров не начал, густо ругаясь, вылавливать хохочущих лицеистов из самых разных мест корабля при помощи наряда из экипажа. Это так всегда бывает под конец Дня Жатвы - немного дураковатое веселье. Именно оно заставило Даньку Залова и Марьку Вишневского залезть в вентиляционную систему, ползать там и выть задыхающимися от смеха голосами... Их отловили последними и притащили в каюты в завязанных мешках, из которых торчали только головы. Развязывать мешки Андрей Данилович мстительно отказался.
   Игорь улыбнулся в невидимый в темноте потолок, перевернулся на бок и испытал сильнейшее желание поспать ещё - тем более, что общей побудки скорей всего не будет. Это уже освоившийся организм поднял его в обычное время. Но потом мальчишка вспомнил, что они уже вышли из гипера, а на саму Йэнно Мьюри прилетают завтра.
   Завтра!!! Игорь сел, пробормотал ругательство. Хлопнул в ладоши, зажигая свет - в таких помещениях, где постоянных хозяев не было, почти никогда не настраивали голосовые системы. На столе лежал так и неотключенный со вчерашнего аж утра комбрас, в воздухе плавали строчки лекционного материала - Игорь вчитался:

Калмы:

Общество:

   Представители это примитивной расы были завоеваны тысячу лет тому назад империей Сторкад. По сравнению с большинством других порабощенных Империей рас, калмы адаптировались в обществе сторков намного лучше, и сегодня лишь незначительная их часть все еще находится в рабстве. Большинство калмов торговцы и ростовщики - эти занятия, к которым сторки исторически относятся с неодобрением и презрением, все-таки крайне необходимы для их общества. Единственный открытый для калмов путь в продвижении по нелегкой социальной лестнице Сторкада - накопление огромного богатства, которое хотя и не даёт им особых прав, но по крайней мере заставляет считаться с собой, как с грязной, но неотъемлемой частью "механизма". Поэтому для большинства калмов главным кредо является получение выгоды. Для них самое важное в жизни - заботиться о себе и о своей собственности. В то же время скупыми назвать их нельзя.
   Мужчины: пронырливы, хитры и нещепетильны. Они не очень любопытны, стремятся в жизни к стабильности и любят чувствовать себя в безопасности (старая поговорка сторков: "Ну, это калмский воин!" - означает что-то невероятное, небывалое и невстречающееся.)
   Женщины: обладают соблазнительными и очаровательными манерами поведения. Несмотря на их кроткий нрав, женщины калмов так же проворны и хитры, как и мужчины их народа...
   - тычком пальца отключил комбрас, переместился на пол и занялся гимнастикой, поглядывая на экран над дверью.
   Нет, похоже, что сегодня их и правда не станут будить. Захотелось снова прилечь - да что ж такое, он и проспал-то всего три часа! Но Игорь напомнил себе, что от такого недосыпа ещё никто не помер, а вот отсутствие побудки может быть просто-напросто провокацией: ну-ка, кто там решил заняться накоплением жировых отложений? Отмечаем галочками и вечером даём им вместо свободного времени свободный выбор - заниматься рукопашным боем или силовой гимнастикой.
   Нафик-нафик, нефик-нефик. Ищите ленивых добровольцев в других местах, а тут живёт очень собранный и энергичный молодой человек.
   Мальчишка от души скорчил рожу отражению в зеркале - металлическом полированном листе на двери...
   ...Игорь уже принял душ и влезал в спортивный костюм, когда в дверь постучали, и голос Яромира поинтересовался:
   - Спишь?
   - Заходи, - стоя на одной ноге, Игорь затянул захлёст кеда.
   Дверь Яромир открыл, но внутрь не полез, спросил из коридора:
   - Завтракать идёшь?
   - Иду, - проворчал Игорь и тряхнул руку Яромира. С чехом за две недели полёта - пять дней до какой-то сторкадской военной базы, три дня на заправку, проверку и переборку гипердвигателей и еще шесть - полета к самой Йэнно Мьюри - они сдружились крепко. Яромир был большим специалистом по экономике иных миров и обладал инстинктами саблезубого енота с Закатной - то есть, рассматривал всё новое в пределах досягаемости как потенциальную добычу для пытливого ума и крепких лапок и зубок. Но если енот приспосабливал добытое исключительно в желудок, Яромир был озабочен благом Русской Империи. Личность совершенно неромантичная по меркам начала III века Г.Э., чех хорошо дополнял русскую душу Игоря, требовавшую широты и размаха, из-за чего полковник намекал уже, что при подлёте к цели пути их просто сбросят на поверхность как идеальную диверсионную группу - и мьюри головная боль, и Земле какое-никакое, а облегчение... Яромир промолчал, а Игорь не удержался и спросил, дадут ли им скафандры, или всё будет, как обычно, в результате чего провёл целый час личного времени за чисткой этих самых скафандров дезинфектантами. Провёл бы и больше, но после десяти минут одиночества на помощь его паре рук явились ещё четырнадцать, а к концу работы прибежал дежурный офицер отсека - узнать, что случилось в "раздевалке" и откуда такие дикие звуки? На самом деле это всего лишь Антошка Валишевич показывал, как ревёт дюнный рогач с его родной Нова-Гоби... Кто же был виноват, что он ревёт так громко - и - прямо скажем - довольно противно?
   ...В столовой отсека кроме лицеистов никого не было. Из людей - за столиком у экрана сидели и чинно ели двое офицеров-нэрионов, стажировавшихся у артиллеристов линкора. За воротники их мундиров с пышными эполетами были аккуратно заткнуты салфетки. У Игоря всплыли в голове строчки из повторённого как раз позавчера вечером материала -

Нэрионы:

Общество:

   Вот уже два века союзники землян в каждой войне, трёхпалые нэрионы ловки, трудолюбивы и очень ответственны. Из-за полного соответствия темпераменту землян нэрионы часто добиваются руководящих постов как в администрации, так и в военном деле. Очень неохотно воевавшие против Земли в годы П.Г.В. даже в моменты наибольших успехов её врагов, нэрионы массово благодарны землянам за спасение своих планет, которые Чужие собирались "покарать за предательство" (ещё до официального перехода Нэриана на сторону Земли вместе с землянами против Чужих активно сражалось несколько сот тысяч нэрианов - бывших военнопленных, откровенных перебежчиков, жителей колоний...)...
   Мужчины: обычно высокого роста, подтянуты, с лисьими чертами лица и подвижными чуткими ушами. Они пленяют своими отточенными и беспристрастными манерами поведения.
   Женщины: опрятны и сдержаны, обладают мрачным юмором и трезвым взглядом на жизнь.
   Впрочем, о нэрионах он и так знал немало, и не сухих строк пособия - он переписывался с двумя братьями, с которыми познакомился два года назад в пионерском лагере на Океаниде. Правда, Ю-Ас-Су и Та-Ас-Су родились и жили не на Нэриане, а на Атодаке, одной из колоний нэрионов, и в их метрополии не были ни разу. Страстные любители охоты, не обладавшие даже зачатками чего-то хотя бы отдалённо похожего на страх, нэрионы были помешаны вдобавок и на аквастрое, который, к удивлению Игоря, находился на очень богатом водой Атодаке в рудиментарно-смешном состоянии - на этой почве они и сошлись с Игорем и первоначально под его руководством просто разрабатывали проект подводного спорткомплекса. Потом выяснилось, что оба нэриона - на самом деле пионеры (на Нэриане уже давно то тут то там появлялись пионерские отряды), а не просто отдыхают в пионерлагере, потом было приключение во время похода - в подводных лесах на Рогах Дьявола...
   - Ты чего застыл, садись, выбирай, - дёрнул Яромир Игоря и сунул карточку меню.
   - Угу, выбор обалденный, - буркнул Игорь, садясь. - У тебя знакомые нэрионы есть?
   - У отца сослуживцы, - ответил Яромир. - Неинтересные они какие-то. Сами не знают, чего хотят.
   - Зато ты очень интересный, - оскорбился Игорь и в знак протеста выбрал тушёную капусту с сосисками. - Из мешка вылез? - поинтересовался он у Вишневского (Залова не было видно).
   Мариан передёрнул плечами:
   - Не напоминай, это было страшно. Тёмная пустая каюта, я лежу посредине в мешке, совершенно беспомощный, и слышу по углам шорох чудовищ...
   - Это у него опять вентиляция барахлила, - услужливо пояснил Андрюшка Ворожеев. Мариан ухитрился посмотреть на Андрея с высоты пятого этажа - Ворожеев изобразил "а мне наплеватеньки!"
   - А Даньки так и нет, - отметил Игорь.
   - Да был он, - усмехнулся Андрей. - Прибежал, покидал в трюм две нормы и убежал. Ему обещали, что отведут в ходовую рубку, и он почему-то решил, что это экскурсия. По-моему, там просто уборщик понадобился.
   - А неплохо бы всё-таки в иллюминаторы глянуть, - вздохнул Мариан. - Наверное, Таллар уже близко совсем.
   - Газовый гигант, - согласился Яромир. - Должно быть, грандиозное зрелище. Я пробовал экран в зале на внешний обзор перенастроить - глухо, отрубается, и всё тут.
   - Наверное, чтобы мы не отвлекались от процесса подготовки, - предположил Тиудир. - А то будем там дневать и ночевать... Кстати, этот Таллар интереснейшая штука. Первый раз вижу такой фокус: планета-газовый гигант, типа нашего Джупа, у неё обитаемый спутник, и всё это вращается так близко к обычой звезде класса G.
   - Этот Таллар - поменьше нашего Джупа, - напомнил Яромир.
   - Меньше или нет, а поток излучения в его радиационных поясах, я думаю...
   - А не надо думать, возьми и посчитай - ничего особо страшного.
   - А вот сейчас и посчитаю...
   Игорь рассеянно играл вилкой в капусте, вполуха слушая мгновенно завязавшийся спор и разглядывая лица ребят.
   Может быть, они не ощущают того, что я? О чём они говорят? Спектральный класс... гигант... Они и правда не ощущают того, что там - за броневыми стенками - с бешеной скоростью приближается наше Поле Чести - моё и их? Или они ощущают то же, что и я, а все эти разговоры - это просто дежурная маска? А под ней - нетерпение, ожидание, гордость, может быть даже - страх? Просто мы должны быть мужчинами, и мы надели эти маски... Или не только о нас речь, и все - все, все, все! - ощущают то же, что мы мы? Но разве это может быть? Кто мы - и кто - капитан Жаров, кто - Его Высочество?! Как сложно разобраться... Нет, я плохой психолог...Ощущаю себя персонажем интересного кино. Но разве это кино?! Или так всегда бывает, когда происходит что-то на самом деле важное, на самом деле громадное - человек ощущает себя слишком маленьким, и ему легче, если представить себе, что всё это - не настоящее?
   Разве это кино, захотелось крикнуть ему, перестаньте болтать о каких-то глупостях, ну же, хватит! Вы что, правда ничего не понимаете?!
   Он столкнулся взглядом с глазами Андрея. И ощутил, как вздрогнули уголки губ. В глазах Ворожеева были нетерпение, ожидание, гордость...
   Только страха - страха там не было.
   Ни капли.

* * *

   В зале было почти темно, только дежурное освещение над входом горело, да в глубине голографического окна переливались и сплетались в танце серебристые и голубые огненные струи. Макаров, тихонько остановившись, различил своих мальчишек - они сидели кто где, в полной тишине, неподвижные. Слушали, как... кто?.. Димка Беляев, точно - стоя возле стены с заложенными за спину руками, читает стихи. Негромко так, и слова - вспышками в темноте. Как трассирующие пули...
   - ...И поднялись с живыми
   Трупы в единый ряд.
   Мертвые пальцы сдавили
   Верный свой автомат.
  
   Мертвый наводчик ищет
   Цель для гранаты своей.
   Ужасны бесстрастные лица
   Однажды погибших Людей!
  
   И вновь из мертвых восставший
   Смотрел командир, как враг,
   По склону обратно бежавший,
   Не мог одолеть свой страх...
   Эндорфины, подумал полковник. Он знал много таких случаев и знал конкретно этот случай -древнюю "Оборону Мёртвых", когда в одном из пограничных фортов РА во время Серых Войн сражались, не пропуская большую банду людоедов, воины, получившие по три, пять, а то и семь смертельных ран. Всё объяснимо. Эндорфины, биоопиаты и прочее.
   Он продолжал стоять неподвижно и слушать мальчишеский голос в темноте - чёткий, ясный, только самую чуточку застекленевший на строчках о том, как
   - ...словно в средневековье,
   Чтоб победить до конца,
   В ужасе вбили колья
   Витязям павшим в сердца...
   Эндорфины... да.
   Только это не важно сейчас. Вот этим мальчишкам - на хрен не важно. Они и сами всё знают - про эндорфины. И те бандиты тоже, наверное, знали.
   Вот только каждому трупу "витязя" они и вправду вбили в сердце осиновый кол. И ни одного не посмели сожрать. И не пошли дальше...
   ...А в зале было совсем тихо. Совсем-совсем, хотя Димка умолк. Через очень долгую минуту кто-то пошевелился, ещё кто-то сказал нарочито-беспечно:
   - Кто споёт, раз уж вместе сидим?!
   - Давайте я, - отозвался Володька Немиров. - Эй, кто там ближе сидит - дайте гитару.
   - Держи, - ему перебросили инструмент.
   Полковник Макаров прикрыл глаза... Осталась темнота с гаснущими огненными кольцами - и голос мальчишки с бешеным ритмом гитары:
   - Ветер - опора мне! Падаю в звёзды.
   Сердце не выдержит? Выдержит воздух!
   Память моя - жестокая плеть...
   Бойтесь не гибели - бойтесь стерпеть!
   Бойтесь не судей - бойтесь не сметь!
   Синее небо -
   чёрная смерть...
   Синее небо -
   чёрная смерть...
   Синее небо -
   чёрная смерть... (1.)
  
   1.Стихи Элхэ Ниэннах.
  
   Раздался стук - угасающий стук по корпусу гитары.
   Полковник оттолкнулся от косяка и ворчливо сказал в темноту:
   - Свет включите, ну?
   Быстрая беготня, возня, вспыхнуло освещение. На Макарова смотрели пятнадцать совершенно примерных лиц, даже чем-то одинаковых. Но за последние два с лишним месяца Андрей Данилович изучил своих подопечных очень и очень хорошо. Не были они одинаковыми. И именно поэтому составляли отлично функционирующий организм с молниеносными реакциями, отличной хваткой и мощным коллективным разумом.
   - Так, - Макаров прошёл к выдвинувшемуся из стены столику, положил на него оттянувший руку металлический кейс. - Удачно, что я вас тут застал, не надо ни за кем бегать по каютам... Завтра мы прибываем. Готовьтесь вволю погулять по совершенно новой не то что для вас - для всех землян планете.
   Оживлённое шевеление, шепоток, блестящие глаза.
   - Андрей Данилович, разрешите вопрос, - Игорь Сурядов поднял руку. Полковник кивнул. - Что, вот так просто пойдём погулять? Или это вы - так сказать, фигурально выражаясь?
   - Во-первых - да, пойдём, и что в этом плохого - увидеть новую планету? - спокойно ответил полковник. - А во-вторых... конечно - нет. Вы будете гулять под прицелом. На вас будут смотреть, и будьте уверены, если вам приспичит плюнуть в плевательницу - ваш плевок оттуда выскребут и изучат на суб-атомарном уровне. На вас будут смотреть, смотреть очень внимательно - и совсем не дружелюбно, потому что друзей ТАМ у нас нет. ПОКА нет, - полковник выделил голосом последнее слово. - Поэтому ваша задача - произвести впечатление. Такое, чтобы оно оказалось посильней любого военного флота на орбите... - офицер подождал, пока мальчишки переварят сказанное, потом - продолжил, как ни в чём не бывало: - Это не значит, что вы должны лезть в драки на пустом месте, вызывать на дуэль из-за косого взгляда, как считают кое-где у наших соседей некоторые придурки, знающие земных дворян лишь по скверным местным фильмам. Нет. Но и спускать явных оскорблений тоже - нельзя. Негодяй должен получить по заслугам - так, чтобы желающих повторять не нашлось. Только... - полковник замолчал, и пауза нехорошо затянулась. Мальчишки тоже молча ждали. Игорь ощутил, как где-то в глубине души сгущается напряжение. Это была уже совсем не игра. Даже не соревнование, пусть сколь угодно жёсткое и жестокое, на какое они настраивались. Это была... да, это, пожалуй, была и правда - война.
   - Ребята, вы должны быть ОЧЕНЬ осторожны, - наконец сказал полковник. - Вы просто не представляете себе, ЧТО это за общество. Никакой симулятор не может дать точного представления об этом. Уровень преступности на Йэнно Мьюри очень высок. Но, что еще хуже, там хватает психопатов, готовых открыть стрельбу - просто так, в приступе безумия - швырнуть в толпу бомбу, распылить ядовитый газ или даже сделать кое-что похуже.
   - Что значит - хуже? - прямо спросил Игорь. Услышанное не укладывалось у него в голове с точки зрения элементарной логики, считавшей, что все действия человека должны иметь под собой рационально объяснимую и понятную основу - поиск нового, защиту своих... Зачем, например, распылять среди собственных сограждан ядовитый газ? Мальчишка вспомнил, как в прошлом году они бурно обсуждали историю на Сумерле, где один из местных деловых людей, Карев, помог агрессивным туземцам устроить взрыв около школы (1.). Все единодушно решили, что Карев был генетически неполноценным, даже странно, как его прозевали до родов...
  
   1.См. : Олег Верещагин. Новая родина. СПб. Лениздат. 2010 год.
  
   - Хуже - это, например, использовать вот эту штуку, - полковник выложил на стол странное устройство - бредовый гибрид гигантского шприца и кустарно сделанной винтовки. Выглядел он омерзительно. - Это ручной метатель кислоты. На Йэнно Мьюри находятся психи, которые поливают прохожих вот из ЭТОГО - в "знак протеста" или просто для потехи. Поэтому - вы должны быть всегда вооружены.
   - И нам позволят везде ходить с плазмой? - с сомнением спросил Яромир.
   Полковник усмехнулся.
   - С армейскими плазмометами, конечно, не позволят - их ношение там запрещено. Запрещено вообще носить оружие - открыто, разумеется. Так что... надеюсь, что пистолеты у всех у вас с собой? - мальчишки согласно закивали. На Земле не было нужды носить с собой оружие - но мальчишка без оружия, да еще и лицеист - это не мальчишка, а недоразумение. Совсем недавно они получили право иметь собственное оружие в постоянном владении и, согласно традиции дворянства, закупили каждый тот образец, какой хотел.
   - Хорошо. Не расставайтесь с ними. Нигде. Никогда. Кроме того, я бы посоветовал вам носить виброножи.
   Игорь поморщился. Он не любил этого оружия - да и мало кто его любил. На вид вибронож мало чем отличался от обычного - но в его рукоятке скрывался генератор ультразвука, заставлявший лезвие вибрировать с невероятной быстротой. Такой клинок без особого нажима разрезал надвое шестидюймовый сосновый брус - а любого живого противника буквально разваливал. Виброножи не любили отчасти поэтому - эффект их применения был слишком уж... грязен - но в основном потому, что генераторы ультразвука могли отказать или исчерпать заряд - а без них любой, привыкший рассчитывать лишь на проникающую мощь виброножа, становился практически беспомощным. Дворяне изучали вибронож, но по лишь обязанности.
   Андрей Данилович обвел взглядом хмурые лица мальчишек.
   - Ребята, вам действительно лучше взять виброножи. На Йэнно Мьюри это любимое оружие всякого рода отребья, и если вы считаете, что использовать против них такое же оружие бесчестно, то вы ошибаетесь. Урок должен быть ясен и нагляден. Возьмёте пластунскую модель на складе.
   Он вновь внимательно оглядел мальчишек. На сей раз возражений не было - серьезностью момента полностью прониклись все.
   - Хорошо, теперь пойдем дальше, - полковник вывалил на стол связку браслетов, как две капли воды похожих на обычные комбрасы последней модели.
   - Вы замените свои браслеты вот этими. Вы с ними уже знакомились, и знаете, что в них... м... особая начинка. На Йэнно Мьюри это будет совершенно нелишне. Кроме того, в них установлены датчики жизнедеятельности. Постоянный сигнал с них поступает непосредственно на флагман. Пока браслеты на вас - мы будем видеть, где вы и что с вами. Снимать их не рекомендуется. Так мне сказали на Земле, но вы можете считать это прямым запретом.
   - Но... - попытался возразить кто-то.
   - Никаких "но"! - отрезал полковник. - Вас могут попытаться убить. Или похитить. А Русская Империя не вступает в переговоры с бандитами. Нигде и никогда. Понятно?
   - Но нас-то зачем похищать? - удивился Андрей. - Ну что мы такого знаем?
   - Вы знаете уже достаточно много, - отрезал полковник. - И если вы думаете, что вам там, в плену, ждут только пытки - то вы ошибаетесь. У мьюри есть машины для считывания памяти - таких мы не используем даже для работы с пленными, потому что рост некротического поля Вселенной при некоторых... ммм... действиях разумных - не шутка, вы сами это знаете. Попутно они разрушают мозг - после первого же "сеанса" вы умрете или превратитесь в клинических идиотов. Но мьюри получат почти все, что вы знаете - а такого допускать нельзя, - полковник обвел взглядом притихших мальчишек.
   - Кроме того, очень многие ТАМ не откажутся купить землянина-раба. Да, рабовладение на Йэнно Мьюри запрещено - но лишь для тех, у кого нет на это денег. Или для тех, у кого есть совесть. А совесть и деньги в этом мире сочетаются плохо. Не то чтобы совсем не бывает такого сочетания - но бывает достаточно редко.
   Эта новость вызвала возмущенный шум. Смысл его сводился к тому, что пытаться превратить землянина, да ещё русского, в раба - занятие безнадежное и крайне вредное для здоровья неуёмного оптимиста-рабовладельца. Больше всех шумел Раймар - и сидевший рядом Игорь шёпотом уточнил:
   - Ты чего разорался? Ты же немец. Может, на вас там и спрос-то нулевой.
   - Я за компанию, - пожал плечами фон Вайрау.
   - Я не сказал, что вас СДЕЛАЮТ рабами, - с нажимом повторил между тем полковник. - Но могут ПОПЫТАТЬСЯ сделать - и, поверьте мне, у мьюри есть крайне мерзкие способы... дрессировки. Конечно, вас будут вытаскивать до последней возможности - до конца - но лучше не испытывать свою стойкость таким вот образом. Очень легко говорить, что оружие не делает человека свободным, что силы духа достаточно, чтобы не стать рабом - но такие вот болтуны никогда не бывали в застенках, они не знают и тысячной доли способов, которыми человека можно превратить в скота. Так что мой совет прост: не попадайтесь!
   - Пусть попробуют только меня похитить, - нехорошо усмехнулся Яромир. - Я их мигом провожу.... в верхнюю тундру.
   По мальчишкам лёгкой искрой пробежал злой и весёлый смех:
   - В места доброй охоты!
   - Ага, точно!
   - Может быть, и проводишь, - полковник внимательно посмотрел на мальчишку. - А может, и нет. - Он выложил на стол еще один предмет - пластмассовый, похожий на игрушку пистолет - даже без дула на конце коробчатого ствола.
   - Это микроволновый мазер или тазер, как их называют на Йэнно Мьюри - он может оглушить человека на дальности до тридцати метров. То, что вы видите - это армейская модель очень высокой мощности - на предельной дальности зона поражения достигает пяти метров в диаметре, а на дальности меньше пяти метров выстрел из такого оружия может причинить ожоги второй и третьей степени и даже смерть. Батареи хватает на пять выстрелов, а заряжать ее можно от любой энергетической сети - с помощью не слишком сложного устройства. Ношение такого оружия на Йэнно Мьюри категорически запрещено, если кто-то пустит его в ход - полиция может просто застрелить его на месте. Тем не менее, эта милая игрушка часто попадает там в руки маньяков и психопатов. Так что, если вы видите, как в вас целятся из такой вот штуки - стреляйте сразу, не раздумывая. Тазер оглушает всего на несколько минут - но этого вполне хватит, чтобы утащить вас в место в место, выбраться из которого вы уже не сможете. И вряд ли кто-то из окружающих вступится, если они и будут, эти окружающие. Это понятно?
   Мальчишки молчали. Понятно было всем, да и давно, ещё на Буяне, а полковник сейчас лишь открывал некоторые новые детали - но вот ПОВЕРИТЬ в то, что такое общество СУЩЕСТВУЕТ - было трудно. Почти невозможно. Игорь вспомнил, как удивлялся на вводных, что не может в моделированной "толпе мьюри" ментально определить источники угрозы. Мысли окружающих были хаотичны, желания, симпатии и антипатии - неопределённы; возникало ощущение, что причиной для неадекватных действий любого против любого в этой толпе может быть просто косо брошенный взгляд, неосторожно заданный вопрос или какая-то нитка на твоей одежде. Нет, полковник был прав - если в такой ситуации кто-то решит пальнуть в тебя, то рассчитывать можно только на свои глаза и уши, намерений не проследишь толком. А глаза и уши тоже несовершенны, особенно если вокруг масса народу...
   - Надеюсь, вы понимаете, что вам не следует гулять там в одиночку, - продолжил полковник. - Как минимум парами, а лучше втроем. Да, вот ещё... - Андрей Данилович выложил на стол цилиндр из молочно-белого полиэтилена. Эта упаковка была тяжёлой даже по звуку. Полковник надорвал один из торцов и высыпал на стол - они увесисто развалились маслянисто поблёскивающей компактной горкой - золотые монеты. Мальчишки зашевелились, подались ближе. Это оказались не русские червонцы и не английские соверены. Монеты были побольше, на одной стороне отчеканен номинал - не слишком большой для такой монеты, надо сказать, на другой - претенциозный герб Йэнно Мьюри: стилизованная спираль Галактики.
   - Это энге, - пояснил Макаров. - Мьюри намного меньше ценят золото, чем мы, потому что добывают они его гораздо больше. Поэтому золотыми монетами они пользуются в обиходе, и в определённой степени это считается шиком. Каждый из вас получит сотню таких монет. Это немало даже по меркам Йенно Мьюри. Возможность погулять по планете и посмотреть её у вас, как я уже сказал, будет, и было бы неправильно отпускать вас без денег... Конечно, стандартные кредитные карты вы получите тоже, - добавил полковник. - И на них сумма будет ещё солиднее. Надеюсь, вы понимаете, что праздной прогулки у вас не выйдет. Это совершенно новый для нас мир - и нам важно все, каждая мелочь, даже совершенно незначительная, на наш взгляд. Образцы техники, оружия, произведения искусства - они очень нужны нам, чтобы понять мьюри. Одним словом - все, что покажется вам интересным. Экономить не надо - Империя покроет любые расходы - но и транжирить тоже, потому что эти деньги заработаны не вами, и они должны быть потрачены с пользой. Ну вот, пожалуй, и все, - полковник тяжело вздохнул и... улыбнулся вдруг: - А теперь спой ещё, Володя... Доставай гитару, доставай, я всё одно видел, как ты её под диван пихнул...
   ... - Ничего не отвечай,
   Придорожная трава,
   Да сплошная кутерьма
   Необъезженных дорог.
   Отцветает иван-чай,-
   И зовет меня тропа.
   Город мой - моя тюрьма,
   Но закончился мой срок.
   Ничего не говори,-
   Я такой же, как и был.
   Только ветер в голове
   Поседел да приутих.
   Лучше чаю завари,
   Чтобы не было беды,
   Чтоб разбойник-соловей
   Свистом не будил шутих.
   Разведи меня, печаль,
   На веселое словцо!
   Пусть оно себе летит,
   Как оброненный кремень.
   Облетает иван-чай.
   Запотевшее лицо
   Обдувает, холодит
   Ветер новых перемен.
   Облетает иван-чай.
   Запотевшее лицо
   Обдувает, холодит
   Ветер странных перемен. (1.)
  
   1.Симхи А.Земскова.
  

6. ЧУЖОЙ И ЧУЖДЫЙ .

   Йэнно Мьюри. Планета-столица Федерации, объединившей шесть сотен миров. Цель самого дальнего в истории Земли полета.
   Когда Андрюшка Ворожеев ворвался в каюту Игоря, глаза у него были совершенно сумасшедшие, и Игорь невольно подумал, что же могло ТАК поразить его обычно спокойного товарища? Теперь же, выбравшись на наконец-то открытую для них смотровую палубу, он сам ошалело замер. Ему даже захотелось удивленно приоткрыть рот, но это намерение он благополучно подавил.
   Йэнно Мьюри заполняла полнеба - уже лишь чуть выпуклая, голубовато-белая равнина, почти сплошь покрытая идущими смешной рябью полями облаков - под ними едва угадывались смутные очертания морей и континентов. Над ней парила невыразимо громадная, выпуклая, желто-красная сфера Таллара - газового гиганта, вокруг которого вращалась Йэнно Мьюри, опоясанная по экватору текучими, словно бы жидкими вихрями. Над ними, волоча по тучам черное пятно тени, медленно плыла Утта Мьюри - зеленоватый диск другой, безжизненной Луны с геометрически четким узором пятен и яркими белыми искрами автоматических заводов, рассыпанных по ним.
   Картина была слишком яркая - словно бы из приключенческого стерео, да еще и видимая как будто сквозь цветные стёкла. Но это были естественные цвета трех планет - только фон для...
   Первым впечатлением Игоря было: хаос. Движение возле Земли тоже было оживленное, но тут...
   Космос буквально кишел кораблями - крохотные, большие, просто громадные, похожие на футуристические небоскребы, сверкающие золотом гигантские безделушки, напоминавшие каких-то зеленоватых глубоководных гадов, насекомых, поделки из детского конструктора - и немалая их часть была Игорю просто незнакома, а ведь невеждой в ксенологии он отнюдь не был.
   Ближе всего сновали сверкающие мигалками полицейские катера - они агрессивно, едва ли не идя на таран, отгоняли стаи разноцветных, попугайски-пёстрых корабликов, вероятно, частных яхт, которые не менее настырно лезли вперед, стараясь поближе подобраться к гостям. За всем этим скопищем висел громадный, похожий на небольшую луну терминал, за ним, вдали - еще один, такой же, и еще - к ним и обратно неторопливо плыли громадные, как горы, контейнеро- и рудовозы, истинная основа мощи Йэнно Мьюри - сюда свозилось самое ценное сырье с шестисот подвластных мьюри Лун, отсюда едва ли не по всей Галактике развозились сделанные из него товары. Между терминалами и планетой сплошным потоком текли тяжелые гравибаржи и челноки - Игорь не представлял, как вся эта толчея обходится без аварий.
   Большей части прибывших на Ярмарку кораблей не хватило места в доках и они, словно настоящая туча, висели вокруг терминала - корабли десятков рас, с большей частью которых земляне еще никогда не встречались - о них слышали лишь высококлассные специалисты-ксенологи, а о многих не слышал еще никто.
   Игорь узнал похожие на короткие стрелы корабли скиуттов, тяжеловесные, словно сбитые из коробок, дредноуты нэйкельцев, невероятные зеркальные пузыри рейдеров дайрисов - а несколько в стороне висели девять узких, с продольными ребрами, пирамид, огромных, как мьюрские супердредноуты, тоже зеркальных - но они отливали не серебром и даже не ртутью, а мрачным, жутковатым блеском расплавленного свинца - закованные в нейтрид корабли Аниу, гостей из Верхнего Края - они прибывали сюда только раз в десять лет, привозя гравиприводы, которые нельзя было сделать здесь, в Нижнем Крае и забирая в оплату миллиарды тонн редкоземельных элементов. Ко всем обитателям Нижнего Края, даже к своим предкам-мьюри, Аниу относились с непробиваемым презрением. Вокруг их кораблей царила пустота - приближаться к этим чудовищам никому не хотелось, расплата за лишнее любопытство у Аниу была немедленной и страшной.
   От строя Аниу отделился... эсминец? Крейсер? Как бы не называлась эта штуковина, она не уступала в размерах земному крейсеру, только была похожа на фрезу или какой-то жуткий цветок из острых, как бритва, игл и лезвий, такого же мрачного свинцово-зеркального цвета. Окруженный роем похожих на автоматные пули истребителей он, вращаясь, прошел над земной эскадрой воплощением холодной бездушной угрозы. Давящего гула в пустоте слышно не было, но Игорь все равно его слышал. Яхты и полицейские катера брызнули во все стороны, убираясь с его дороги, но мальчишка лишь погрозил кулаком. На миг он сам испугался своей дерзости - но никакой реакции не было, да ее, конечно, и не могло быть.
   - Смотри, вон и почетный караул, - подошедший Яромир толкнул Игоря под руку, показывая куда-то вверх.
   Мальчишка перевел взгляд - да, там, над ними, висел флот Йэнно Мьюри - пусть лишь малая его часть, но и она смотрелась весьма впечатляюще: плоские, как ножи, фрегаты, утюги крейсеров, похожие на плоскогорья своей тяжеловесной мощью, ограненные громады супердредноутов, крестовидные призмы ударных авианосцев - все тусклое, матово-черное, выстроенное в безупречном порядке, молчаливо-жуткое. Правду говоря, на почетный караул этот флот походил весьма мало - скорее, на брошенный вызов: смотрите, дикари, чем мы будем вас бить! Слишком уж много тут было кораблей, слишком уж угрожающей была сама их форма - даже фрегаты походили на ножи убийц. Не приходилось сомневаться, что канониры пристально наблюдают за ГОСТЯМИ и при первых же признаках угрозы затопят пространство океаном огня.
   Игорь вздохнул. Чего греха таить - он завидовал героям Первой Галактической, отразившим натиск древних и могучих рас и построивших Империю. Завидовал - потому что боялся: на его долю уже ничего не достанется, разве что ревниво оберегать построенное предками. А теперь оказалось, что Галактика безмерно велика, и что земляне сделали лишь первый шаг по ее меркам. А идти дальше придется ему, Игорю - ему и его товарищам, и будет это совсем даже непросто. Впрочем, он не боялся - скорее, ему хотелось завыть от восторга. Сколько же всего впереди! Ну сколько!!! Нет - зря он жаловался, что ничего уже не осталось на его долю!!!
   Мальчишки, стоявшие на смотровой палубе - когда над ними прошёл корабль Аниу - обменялись десятком быстрых, холодных реплик на тему: как бить? Неподалёку несколько офицеров переглянулись - без насмешки, с одобрением больших волков, наблюдающих за волчатами, которые задорно обрыкивают валко идущего мимо медведя - погоди, бурый, подрастём - узнаешь, что такое стая, рвущая шерсть со всех сторон!
   Игорь сразу ощутил, что на палубе появился полковник и обернулся - хотя тот ничего и не говорил. Лицо у Макарова было серьезное.
   - Все, собирайтесь, ребята, - тихо сказал он. - Мы летим туда.

* * *

   К удивлению Игоря, их погрузили в земной штурмовой челнок, входивший в состав бортовой авиации линкора - страшноватый выпуклый клин с короткими, загнутыми книзу крыльями и двумя разваленными в стороны высокими килями. Скрытого под броней оружия вполне хватило бы, чтобы за пару секунд разнести до основания несколько городских кварталов и начисто уничтожить их население. На Земле летать на подобном не доверили бы даже близким союзникам - но тут дела обстояли иначе. Почти все корабли и челноки мьюри, даже торговые, были вооружены - и не воинственности ради, а из сугубой нужды: для защиты от рейдеров корпораций-конкурентов и просто разбойников - таких же мьюри, кстати. В материнской системе подобного не встречалось, нападение на чужой корабль здесь каралось немедленным уничтожением - но в других, дальних системах стычки, иногда похожие на небольшие войны, не прекращались никогда. Знать о таком было дико.
   Игорь попытался представить, что Русская и Англо-Саксонская империи ведут бои за месторождения, например, на Марсе... да хоть на самой дальней Луне!.. одновременно делая на Земле вид, что ничего не происходит - и не смог. Ссориться из-за такой мелочи для землян было просто немыслимо - но здесь, похоже, это считалось нормальным. Так что даже тяжеловооруженный челнок в качестве дипломатического транспорта тут никого не удивлял. О своей безопасности местные заботились сами - очень разумно, на взгляд Игоря, но... но вот только каждый в этой заботе тут рассчитывал лишь на себя, а в соседе видел не друга, даже не помощника, но потенциального врага. А вот такое было уже немыслимо, дико для любого землянина...
   ...Катапульта ангара выстрелила челнок с глухим мощным выдохом. Окон в бронированном корпусе, разумеется, не было - но обзорные экраны с лихвой восполняли их недостаток. Вначале мальчишку ударила по зрачкам пугающая чернота и не менее пугающий свет здешнего солнца. Потом все это отсекли автоматически сработавшие фильтры - и он увидел под собой необозримую, тончайшую вязь облаков и рельефа, занимающую полнеба: Йэнно Мьюри. Это было столь красиво, что на какие-то мгновения мальчишка забыл про всё. Потом... нет, конечно, его не колотило от волнения, но вот сердце забилось чаще: чего греха таить, Игорю было страшновато. Не за себя, нет - о таком смешно было даже думать. А вот подвести Империю, оказаться недостойным славы предков, построивших из ничего, из радиоактивных груд рухнувшего мира эту внушающую уважение десяткам рас громадину... вот это было бы попросту непереносимо
   Игорь сосредоточился, стараясь прогнать лишние эмоции - уж этому их в Лицее учили на совесть, дворянин, не способный в нужный момент совладать со своими чувствами - это и не дворянин вовсе. К его удивлению, хватило буквально секунды - нет, полностью он не успокоился, это было невозможно - но стал собран и внимателен, как витязь перед боем.
   Заработали двигатели - по корпусу прошла волна почти беззвучной вибрации - и мальчишку резко вдавило в сидение. Ощущение давно стало привычным - но всё же, сердце его на пару секунд замерло, потом - забилось как прежде.
   Торможение оказалось коротким, потом челнок заскользил вниз, быстро приближаясь к поверхности. Зрелище плывущей под ним, постепенно поднимавшейся к нему планеты поглощало всё внимание Игоря. Черноты неба он просто не замечал. Неисчислимые стада облаков, дымчатый блеск морей, темные, почти не зеленые пятна лесов - всё это было так красиво, что у мальчишки прямо-таки захватывало дух. Сначала поверхность под ним двигалась почти незаметно, но по мере их снижения - всё быстрее. Теперь Игорь мог оценить их скорость, и ему опять стало страшновато. Потом он ощутил упругое сопротивление воздуха - челнок окружило мгновенно уносящееся назад сияние. Оно быстро уплотнилось, сделалось ослепительно-ярким. Челнок затрясло, мальчишку вновь вдавило в кресло - на сей раз гораздо резче. Игорь сжал зубы, пережидая перегрузки - он привык к ним на тренировках, но все равно, приятного тут было мало.
   Челнок встряхнуло с негромким хлопком - они миновали звуковой барьер, и изображение прояснилось, открыв простершийся внизу невероятный город. Это был город-монстр, город-страна... да чёрт побери, пожалуй даже - город-континент! Узкие пирамиды, конусы, башни его разноцветных зданий пронзали облака, словно горы. Между ними и на их уступах зеленели парки, разделенные сложной сетью улиц - а в воздухе парило невероятное количество разнообразнейших машин. У Игоря просто голова пошла кругом от этого зрелища. Город под ним был невообразимо огромен - его башни поднимались из-за горизонта смутными пиками. Из-за них выплыл берег моря и расположенный на этом берегу космодром.
   Снижаясь, челнок заложил над ним роскошный круг - один этот космодром был размером с колоссальный город, побольше лунных космодромов Земли. Большую его часть занимали похожие на каньоны доки - строительные и для тяжелых грузовых барж, покатые своды ангаров, плоские коробки складов... Все это было соединено многоэтажной паутиной дорог. Посадочное поле, правда, тоже было огромное, и при первом же взгляде на него в глазах у Игоря начало рябить от кораблей - большей частью, небольших, вероятно, частных яхт, но виднелись и корабли гостей. Кое-кто, вроде скиуттов, не мелочился и сажал их прямо на поверхность, где они возвышались, словно горы среди холмов. Да уж, вот идиоты, никогда им не стать настоящими звездоплавателями - тут нужно вызывающее зависть мастерство пилотов, но каждая такая выходка дорого обходится аппарату: две подобных взлёт-посадки - и меняй двигатели... да и обшивку местами тоже.
   Главное поле космодрома окружало несколько меньших, уже для местных транспортных средств - мало похожих на привычные Игорю самолеты. Антигравитация, с которой земная наука пока только билась, у мьюри плотно вошла в быт - и поле космодрома окружали не только посадочные площадки, но и целые парившие в воздухе дворцы размером с городской квартал.
   В душе мальчишки шевельнулась настоящая зависть - но он тут же подавил ее, напомнив себе, что делать антигравы мьюри таки не умеют - им их привозят Аниу, грабя и надувая "дорогих хозяев" так, как самим того хочется. А Земля через десяток лет будет иметь свои антигравы - будет!!! И никаких разговоров!
   Противный внутренний голосок, правда, тут же подсказал, что в "неумении делать" мьюри в целом не виноваты: делать антигравы не позволяла сама физика Нижнего Края, и даже уже готовые могли работать в ней только несколько лет.
   Такое вот устройство мира вовсе не казалось мальчишке справедливым - но оно бросало вызов: чтобы стать вровень с сильнейшими, нужно было подниматься вверх, и не только в переносном, но и в самом что ни на есть прямом смысле, ломая вовсе не шуточное сопротивление часто сильнейших врагов. Но Аниу, да и многие другие расы успешно прошли его - и Игорь не сомневался, что пройдет и его родная Империя. И он, Игорь Сурядов, приложит все силы для этого. И разве - он один?
   Капля за каплей
   Растят волну!
   Вместе мы, люди -
   Сила! -
   вспомнилась ему ещё детская песня. Правильная песня.
   Мальчишка усмехнулся, отметив, что мьюри и здесь не забыли о демонстрации своей силы - в воздухе висели фрегаты, а на дальнем краю поля бездушно-угрожающими рядами выстроились сверхтяжелые танки - каждый размером с заводской цех, и было их... было их, прямо скажем, МНОГО. Пожалуй, здесь стояло их больше, чем было у Русской Империи вообще. Десять рядов по тридцать или сорок машин в каждом - это впечатляло. Впрочем, толчея воздушного транспорта впечатляла куда больше - казалось, что нет ни формы, ни цвета, которые местные конструкторы не могли бы использовать. И размер у многих парящих штуковин был... впечатляющим - многие из них сами вполне могли бы сойти за немаленькое здание.
   В уши впился свист посадочных двигателей - челнок выдвинул опоры и словно провалился вниз. Игоря резко вдавило в кресло, но вот момента посадки он не ощутил. Пилотировавшие челнок офицеры были мастерами своего дела. Просто защелкали уравнительные клапаны, резко зашипело, внутрь хлынул густой, жаркий воздух - давление на поверхности тут было заметно больше земного, а вот тяжесть - ощутимо меньше, Игорь чувствовал себя неожиданно легким.
   У него резко, до боли, заложило уши - но ничего страшного в этом не нашлось: несколько несложных упражнений и все, словно ничего и не было.
   К некоторому огорчению мальчишки, сразу выходить они не стали - вокруг садились другие челноки землян, и соваться под их плазменные струи определенно не стоило. Челноков было много - такие же десантные, другие, еще больше - грузовые; наконец Игорь заметил бело-красно-золотой челнок Его Высочества Цесаревича. Вот теперь пора было выходить.
   К некоторому огорчению Игоря, церемония Первого Ступания на чужую планету торжественностью отнюдь не отличалась - быстро отстегнуть ремни, сумку с нехитрыми пожитками на плечо и вперед - сначала по узкому проходу между креслами, потом вниз, по не менее узкому и крутому трапу и даже не вдохнешь, не осмотришься толком - за тобой тоже идут ребята, а устраивать сутолоку определенно не стоит - слишком уж много за землянами следит внимательных чужих глаз.
   Снаружи оказалось жарко и влажно, как в тропиках, воздух пах пылью и озоном - наверное, все космодромы Галактики пахнут одинаково. Под ногами оказался самый обычный бетон, а вот вокруг...
   Увы, смотреть вокруг пока что было некогда - делегация строилась, мешкать в таком деле не следует - и на лицейском плацу стыдно опозориться, а уж тут... Неподалёку шустро строились англосаксы, и Игорь хотел уже помахать Дику Шелтону, тому парнишке, с которым они обменялись клинками, но вовремя одумался. Невовремя "помашешь маме ручкой" - и вылетишь с почётного места намыленной пробкой...
   К счастью, их место - и правда почётное? - оказалось на самом краю общего строя, так что, замерев в нем, Игорь мог осматриваться в свое удовольствие. Кораблей тут было... много, в основном - плоские, массивные коробки орбитальных паромов, ничуть не похожих на земные шаттлы, да маленькие крылатые челноки, вероятно, частные. Дальше виднелись похожие на бронированные многоэтажки корпуса тяжелых грузовых лихтеров. Поле окружали площадки с гигантскими фермами-кранами и не менее гигантские здания без окон, оплетенные трубопроводами и балками - казалось, что каркасы и все коммуникации у них выведены наружу. Уже где-то возле них, вдали, виднелись пулевидные серебристые челноки Аниу. Они не касались поверхности, а парили невысоко над ней, словно не желая осквернять себя прикосновением к грубой почве. А справа от мальчишки стояло нечто очень странное - выпуклая сверху, овальная штуковина величиной с земной линкор - то есть, метров двести пятьдесят в длину. Она возвышалась надо всем, словно холм - Игорь в первый раз вблизи видел на земле корабль таких размеров. Массивный сегментированный обод овального основания, плоский параболический свод, перекрывающий всю переднюю часть. На их стыке блестела прозрачная броня смотровой галереи. Заднюю часть корабля составляли скошенные стальные массивы. Дюзы были наглухо закрыты, все плоское дно занимала серая, похожая на резину подошва - должно быть, весило это чудо техники очень и очень много. Даже неясно, на кой чёрт его посадили на атмосферную планету? Конечно, с гравистатическим приводом на нее можно опустить хоть целую гору, вот только нафига? Гордыню свою тешить?
   - Кто это, Андрей Данилович? - тихо спросил он, пользуясь тем, что команды "смирно!" ещё не было. Чужой корабль выглядел, мягко говоря, впечатляюще.
   - Это личная яхта Его Высочества, Принца-Наследника Империи Джангра, - усмехнувшись, ответил полковник. - Эта Империя - союзница Йэнно Мьюри. Одна из восьми.
   - Ничего себе... - мальчишка помотал головой. Слов нет, о престиже государства надо заботиться. Но представить себе, что Цесаревич решит завести себе такую вот громадину, он не мог. Это было попросту немыслимо. Зачем? Человека красят его дела, а вовсе не размер его собственности. Хотя... у других рас иногда очень странные с точки зрения землянина правила. Игорь вспомнил шэни, зимой гостивших у Сурядовых - и то, как они могли буквально часами расправлять складки наряда. Но не ради красоты - нет! Добиваясь того, что на их языке выражалось одним словом, а на русский переводилось - очень приблизительно! - как "наибольшее соответствие внутренней гармонии, сочетающейся с глобальной гармонией вовне и, следовательно, не нарушающей плавного течения всеобщего равновесия". С другой стороны, скиуттов, например, смешило стремление землян унифицировать снаряжение бойца - разве не смешно, что разные существа вынуждены пользоваться одинаковыми вещами, да ещё в таком вдохновенном деле, как Битва?
   Еще раз взглянув на массивную тушу "яхты" - было видно, что на броне строители не экономили, да и скрытого под ней оружия наверняка хватило бы, как минимум, на крейсер - мальчишка попытался представить себе ее владельца. Наверняка, он низкий, жирный и плешивый, с крючковатым носом и противным бабьим лицом, как глупый, жадный и злобный восточный царёк в историко-приключенческой ленте, вроде "Дорога Ашторет" или "Где мёртвые правят мёртвыми". Бр-р-р! Осталось только найти отважного героя, который победит царька и освободит... ну, рабов там или даже пленную княжну... Не то попробовать?
   От этих плодотворных размышлений его отвлек Андрей, стоявший рядом и довольно-таки чувствительно - и незаметно - ткнувший Игоря в бок.
   - Смотри, мьюри почетный караул выставили!
   Игорь сморгнул и переключился на новое зрелище - в самом деле, мьюри подкатили передвижную трибуну, на которую взобралось несколько смешно упитанных мужчин в золотых... очевидно, тогах - должно быть, какие-то важные чиновники. А вот по обе стороны от них построились уже обычные солдаты - много, никак не меньше полка. Зрение у мальчишки было очень острое, так что расстояние не играло для него никакой роли. Солдаты-мьюри, в отличие от своих чиновников, выглядели - чисто внешне - довольно-таки симпатично, совсем непохоже на надменных и каких-то... угловато-негнущихся что ли... сторков. Но и от землян они отличались куда больше сторков. У мьюри были гладкие, видимо, вообще не знающие растительности, словно точеные, лица с длинными глазами и красивыми изгибами - любая девчонка позавидует! - дважды изогнутых, словно лук, губ. В руках солдаты держали лазерные винтовки - совсем не страшные на вид, но Игорь уже достаточно знал о возможностях этого оружия. Все они были в коротких, отделанных золотом черных куртках, черных шароварах с высокими ботинками и круглых шапках с козырьками. Парадная форма на Игоря впечатления не произвела, в ней не было торжественности. Или это даже не парадная? Брони у солдат не было, да - но её заменяли небольшие генераторы силового поля, которые помещались у мьюри за спиной, в компактных плоских металлических ранцах. Несерьёзного вида шучки, но эффективные - это Игорь уже знал.
   Мальчишка заметил, что многие мьюри тоже разглядывают землян с откровенным любопытством. Несмотря на суровые лица, они походили больше на переодетых актёров, чем на воинов. Да уж... торговцы. Нет, наверное всё-таки мьюри не потомки Рейнджеров. Те на сохранившихся скульптурах и картинах больше напоминали землян. А в мьюри было что-то от легендарного - или даже сказочного - народа эльфов, который вроде бы населял Землю в вовсе уж незапамятные дочеловеческие времена. Ксенолог, Игорь отметил по внешнему виду, что у мьюри проблемы с генетической вариативностью. Странно - при шестнадцати миллиардах населения - но, похоже, что у них физическое вырождение. Неявное, в начальной стадии - и всё-таки... Наверняка рождается много близнецов и мало вырабатывается тестостерона у мужчин...
   ...Саму церемонию встречи он запомнил плохо - да и ничего интересного тут не было. Обход почетного караула, речи хозяев, ответная речь Цесаревича (он говорил на мьюрике, но по здешним понятиям явно коротко и суховато)... Игорю оставалось только косить глазами вокруг, гадая об окружавшей его странной здешней жизни. Он оживился только в самом конце, когда здешние девушки поднесли Цесаревичу цветы - общеземного обычая подносить гостям хлеб-соль (1.) здесь то ли не знали, то ли не сочли нужным соблюдать. Громадные, ярко-пестрые букеты почему-то показались мальчишке охапками силоса - слишком уж их было много. Девушки, впрочем, понравились ему куда больше. Гибкие, высокие, очень красивые, они были одеты во что-то яркое и разноцветное - нечто вроде коротких платьев или туник с большими накладными карманами. У сторков и землян могли быть общие дети. Насчёт мьюри - пока не было известно. Проверить, что ли, усмехнулся про себя Игорь. Поймал взгляд одной из девиц, когда она отходила от Его Высочества и скользнула глазами по мальчишкам - с любопытством - и послал ей короткий импульс желания. Не сине-чёрно-алого, откровенно-животного, которое чаще всего просто отпугивает на первом этапе, да и вообще рекомендуется лишь в определённые моменты и только между хорошо друг друга знающими и понимающими мужчиной и женщиной - а окрашенного в голубовато-золото-белые тона романтики. Девчонка споткнулась и приоткрыла рот - кажется, даже жалобно пискнула. На ногах удержалась, но, уходя, несколько раз оглянулась на земных мальчишек затуманенными глазами. Явно искала, от кого накатилась такая сладостная волна...
  
   1.Его считают исконно русским, но между тем подношения хлеба и соли распространено - или было распространено - у очень многих народов, как родственных славянам (немцы, англичане), так и нет.
  
   Игорь опять хихикнул про себя.
   Наконец, надоевшая мальчишке и чересчур длинная по земным меркам официальная часть кончилась. Как оказалось, под бетонными плитами поля скрывался целый лабиринт ярко освещенных галерей, ведущих к окружающим аэродромам, и землянам пришлось отправиться туда - использовать челноки и в качестве постоянного атмосферного транспорта мьюри таки запретили, что в целом свидетельствовало, что они народ не такой уж беспечно-неосторожный. Да пусть их, они дома и в своём праве... Но вот в туннелях, к разочарованию Игоря, оказалось пусто - должно быть, их перекрыли для встречи земной делегации. Так когда-то поступали и на Земле, если приезжал кто-то важный - и это был одним из признаков трагичного раскола "народ-власть"... Пусто оказалось и на взлетном поле - точнее, на отведенной землянам его части.
   Как оказалось, оставленная Белозерцевым на планете делегация под руководством действительного статского советника Коробишина постаралась на совесть - транспорта хватило всем, а для лицеистов был арендован купленный у Аниу прямо на месте челнок - ртутно сияющий овал, около десяти метров в длину и трех в диаметре. Он висел над землей на высоте в половину роста Игоря - казалось, ни на что не опираясь - но, подойдя ещё ближе, мальчишка ощутил мягкое, воздушное прикосновение силового поля и даже погладил его рукой. Невидимое, оно было шелковистым, упругим и податливым, однако, чем сильнее он нажимал - тем сильнее становилось сопротивление. Игоря удивило, что этот физический феномен оказался таким... нежным на ощупь. Как конский нос, подумал мальчишка и ещё раз с удовольствием пихнул силовое поле - конские носы ему нравились с самого дальнего детства. А от самой машины исходил резкий, упорный жар.
   Входом служил узкий прямоугольник в задней части корпуса - откинувшись, он превращался в закрепленную на двух тягах лестницу. Такая привычная конструкция неожиданно сильно удивила Игоря - он уже привык к необычному в этом мире, а тут на тебе - простейшая десантная аппарель. Салон был не очень большим - переднюю и заднюю части машины занимали гравиметрические двигатели - и в нем помещалось всего одиннадцать кресел - три впереди и по четыре с каждой стороны. Кресла были обиты темно-синей кожей, большие и очень удобные. Игорь устроился в переднем ряду, слева, откинулся на спинку кресла и осмотрелся внимательней.
   Здесь не было никаких приборов, кнопок, но зато были экраны - один громадный впереди и два по бокам, длинные и узкие. Они казались просто окнами, причем незастекленными - склонившись к одному, Игорь заметил, что оно напоминает очень густую дымку, на которую направлен луч проектора. Вблизи изображение расплывалось, и глаза начинали болеть - но, едва мальчишка откинулся в кресле, иллюзия окна вернулась.
   Как только все они устроились, челнок взмыл в воздух - и...
   Изображение закрыл плоский, словно составленный из нескольких сросшихся цилиндров корабль, судя по окнам многочисленных палуб, пассажирский - на его выпуклых золотисто-коричневых боках промелькнул похожий на водоворот чёрный символ - Галактика, герб Йэнно Мьюри. Корабль пролетал перед ними добрых полминуты - а когда, наконец, кончился, челнок поднялся уже высоко и Игорь невольно замер в кресле: от открывшегося вида у него захватило дух.
   Они летели очень быстро, и поверхность - темно-зеленые равнины металлических крыш, которые он поначалу принял за парки - лежала далеко внизу. Их неправильные многогранники, окаймленные мохнатыми шпилями антенн, разделяли провалы узких отвесных ущелий улиц. Оттуда пробивался темно-синий, мертвенный свет фонарей. Непоздним вечером! Наверное, улицы-ущелья были так глубоки, что на их дне царила вечная ночь...
   Над этой технологической равниной вздымались исполинские темные башни, неровные и угловатые. На них горели редкие зеленовато-белые огни. Верхушки самых высоких из них терялись в коричневато-рыжих облаках, вызывавших у землян генетическую дрожь - именно так выглядели постъядерные облака Безвременья. Небо на востоке стало уже лилово-темным, и силуэты башен там светлели на его фоне. На западе они казались островерхими силуэтами - ближние резкими и темными, дальние - едва заметными призраками, тонущими в палевой дымке. Их было так много, что они казались мальчишке какой-то фантастической горной страной.
   Высоко в небе, за тучами, парили угловатые террейны, летающие дворцы - одни еще рыжие от света уже ушедшего за горизонт солнца, другие, нижние, стали синевато-темными. Их неровная поверхность походила на перевернутые города - и их тоже было так много, что настоящее небо лишь кое-где проглядывало между ними. Один из них челнок миновал всего метрах в пятидесяти - его тускло отблескивающий борт медленно и бесшумно проплыл перед окнами.
   Это не просто не было похоже на города Земли - это словно бы нарочито (хотя Игорь и понимал, что это смешно, так думать, не к их же прилёту построили всё вокруг!) строилось в расчёте на то, чтобы оскорбить, подавить, перечеркнуть всё то, чем живёт любой землянин. На Земле, например, давно не было жилых многоквартирных зданий...
   Гостей и тут не оставили в покое - хотя всю колонну сопровождали полицейские флаеры, за ними толкалось множество других летающих машин. Игорь заметил и свупы - летающие мотоциклы, больше похожие, правда, на обычные земные гидроциклы. Один из них нагло начал подбираться поближе. Полицейский флаер попытался оттеснить его, но неудачно - водитель вдруг сделал мертвую петлю и на миг оказался совсем рядом.
   Игорь увидел, что за рулем сидит мальчишка лет, максимум, пятнадцати, одетый лишь в пёстрое парео на бедрах - край этого, с позволения сказать, одеяния и длинные черные волосы трепались в воздухе. Мальчишка помахал рукой - улыбка у него была ну совершенно земная, искренняя, весёлая, в тридцать два (у мьюри, правда, в двадцать восемь) зуба - а потом вновь заложил резкий вираж и исчез прежде, чем ошеломлённые полицейские успели как-то среагировать.
   - Ничего себе, - пробормотал сидевший впереди Андрей, провожая его взглядом. - Видел? Ловко он... Я себе куплю такую же штуку и буду на Земле кататься, вот!
   - Она там работать не будет, - предположил Игорь. Хотя мысль о покупке подобного транспорта показалась и ему привлекательной. Жаль, что его не соберёшь сам, как он собрал дельта-амфибию... Может, тут удастся на таком погонять? Не всё же местным...
   - Да будет работать, не волнуйся. Помнишь, что Андрей Данилович говорил? Антигравы только делать у нас нельзя... пока. А работать они аж до Медленной Зоны могут.
   Игорь вздохнул. Нет, любой мальчишка ради такой штуки на уши встанет, тут и говорить нечего - но его больше поразил сам факт, что мальчишки есть и здесь. Умом он все это понимал - раз мьюри рождаются, то бывают и детьми, в конце концов, дети в том или ином смысле есть у всех рас, сколько он их видел-то! - но вот так, чуть ли не на расстоянии вытянутой руки, увидеть почти ровесника, да еще и ведущего себя ну совершенно по земному... Это не то, чтобы сняло камень с души, но определенно подняло ему настроение - он уже почти убедил себя, что все мьюри - алчные, бездушные торгаши, одержимые лишь мыслью урвать побольше, но нет. Оказалось, что люди здесь тоже есть - те самые люди, на которых, в конечном счете, все держится... Вряд ли этот парнишка по ночам, озираясь, считает золотые монеты в чулке при свете свечи (при слове "торгаш" Игорю упорно лезла в голову такая вот совершенно ненаучная ассоциация.).
   - Эй, о чем задумался? - толкнул его в спину сидевший сзади Яромир. - Как с ним познакомиться и подружиться?
   - Ну, что-то вроде этого, - отмахнулся Игорь. Сама идея дружбы с потенциальным врагом казалась ему все же... несколько странной, но познакомиться определенно стоило, как же без этого? Он хорошо и давно понял, что личные отношения людей нужно отделять от интересов нации и государства. Ведь часто бывало так, что твои друзья в мирное время во время войны становились врагами твоей страны. В прошлом из-за этого было много человеческих трагедий. Сейчас - легче, люди не воюют с людьми, а главное - они поняли и усвоили твёрдо: вражда государств не обязательно должна становиться враждой людей, дружба людей вовсе не обязывает к измене своему государству. Принимай мир в этом отношении таким, какой он есть...
   ...А город внизу казался бесконечным, но на самом деле он вовсе не был таким - неожиданно быстро внизу потянулось сплошное море зданий и - наконец-то! - растений. Вот только все растения здесь были сужавшимися спиралями из колоссальных темно-зеленых листьев, а здания - металлическими, серебристо-серыми, огромными и что-то в них - облицовка из броневых плит, сложные перистые антенны, широченные окна с толстенными стеклами - напомнило мальчишке боевые корабли. Здесь, на окраине, размещались резиденции богачей и роскошные гостиницы, одну из которых и арендовали земляне: левое крыло - англосаксы, правое - русские. Сопровождавшие и полицейский эскорт отстали - тут был район, закрытый для обычных полетов. Сиреневые и голубые полотнища силовых полей и недвусмысленно торчавшие кое-где зенитки вполне подтверждали это.
   Игорь увидел ожидавшую их резиденцию - громадное, похожее на дворец здание, окруженное узким кольцевым садом и высокой металлической стеной с тонкими башенками. Оно здорово походило на крепость - но по-другому здесь было нельзя. Миссия Белозерского и англосаксы вообще-то купили его под будущее посольство, однако в сущности земляне только что прибыли, работы предстоял непочатый край.
   Челнок опустился прямо на крышу - она нарочно была оборудована, как посадочная площадка, так частенько делали и на Земле - и мальчишки, потягиваясь, разминаясь и переговариваясь, выбрались наружу. Лифт, похожий на парящее блюдце, понес их вниз плавно, с мягким, приятным звуком - а вот первый же коридор, мягко говоря, оглушил. Гостиницы Земли могли выглядеть сколь угодно разнообразно - но все их объединял отпечаток временного жилища. А тут... тут всё скорей напоминало дворец. По потолку волнами катился светящийся туман, отливавший расплавленной медью и золотом. Шершавый упругий пол покрывали подвижные живые узоры, - они струились и переливались под ногой. Толстые стены оказались сплошными экранами - сейчас на них темнели джунгли, сумрачная глубина зелени с редкими пятнами ослепительно ярких цветов звала и манила внутрь себя. В том же, с позволения сказать, стиле оказались оформлены и отведенные мальчишкам комнаты, а точнее - комплексы комнат. Каждый из них включал в себе небольшой зал, вполне подходивший для приемов, ванную, похожую на рубку космического корабля и спальню - очень уютное, хотя и напрочь непривычное помещение, с цветами, нарисованными на потолке и похожим на тарелку бассейном, наполненным нежно-розовыми силовыми полями - в них мьюри, очевидно, и спали. Это до такой степени не походило не то что на стажёрские каюты на линкоре, но и на комнаты в лицее и даже на комнаты дома, что вызывало удивлённый и почти неприлично громкий смех мальчишек.
   - У менято же самое. Сдохнуть можно от этого, - заключил Яромир, который, обозрев свои новые владения, заглянул к соседу. Игорь был вполне с ним согласен - например, самым близким к нормальной постели тут был массивный блок из биопластика - его гладкая поверхность была прохладной, но не твердой. Подобные составы были и на Земле, но использовались они в основном в медицине, в коррекционной хирургии, например, или в военно-полевой... Биопластик мягко подавался под его весом, повторяя все изгибы его тела, и снова твердел. Здесь можно было уютно развалиться в любой мыслимой позе - биопластик тянулся за его телом и тотчас мягко подхватывал его, едва оно расслаблялось. Впрочем, просто лежать тоже было очень удобно - но спать на этой почти живой дряни Игорь не стал бы.
   - Еще удавит во сне нафиг, - озвучил мальчишка свои опасения.
   - Или надругается в особо извращенной форме, кто ж его знает, на что оно запрограммировано, - предположил Яромир, после чего оба ржали, примерно, с минуту, пытаясь представить себе это.
   - Вообще-то об этом и правда стоит подумать, - просмеявшись, заметил Игорь. - Что и на что тут запрограммировано.
   - Забудь, - покачал головой Яромир. - Служба безопасности миссии знаешь сколько отсюда выгребла разных подслушивающих-подглядывающих фигнюшек? Я слышал, офицеры говорили, один с нами прилетел, а второй тут уже давно... Контейнер целый набрался. Наши не удержались - торжественно передали его хозяевам: мол, ваши вот тут кое-какие вещи забыли... Мьюри эти мило извинились - сказали, что это у них обычная практика, просто хозяева гостиницы и правда забыли, что тут будут жить земляне. Свалили всё, как всегда, на стрелочника.
   Разговаривая, мальчишки продолжали осматриваться. Как оказалось, стены тут служили не только элементом интерьера, но и телеэкранами. Правда, выяснить, сколько тут каналов, мальчишки не смогли. Содержание передач при обилии самих каналов не отличалось особым разнообразием - какие-то совершенно дурацкие фильмы с бесконечной стрельбой и взрывами, похожие на них концерты - казалось, создатели всех этих зрелищ считали главным, чтобы с экрана беспрерывно палило, гремело и сверкало. Глаз отдыхал лишь на биржевых котировках и других похожих новостях - но они были совершенно непонятны мальчишкам, да и просто откровенно скучны - сама идея о том, что можно "торговать воздухом", какими-то акциями, облигациями, процентами была для землян совершенно дикой. Ну и, конечно, бесконечная, агрессивная, бьющая по мозгам реклама вещей, которые были мальчишкам либо совершенно незнакомы, либо откровенно не нужны любому нормальному, по их мнению, человеку. На Земле уже давно не демонстрировали по общим видеоканалам ни художественных лент, ни тем более реклам - только новости, важные чем-то документальные ленты, редкие обращения властей, спортивные состязания и прочие конкурсы... Зачем навязывать людям что-то, если каждый может найти в информаториях художественные новинки, сведения о технике, посуде, мебели, одежде, обучающие лекции, песни, музыку? Себе по вкусу... Кроме того, мальчишки легко уловили глубоко запрятанные почти в каждом сюжете здешнего телевидения вставки нейропрограммирования. В основном, правда, относительно безобидные - "всего лишь" стимулировавшие опять-таки покупать, покупать и покупать всё новые и новые вещи, отличавшиеся от старых лишь какими-то мелочами - но мелочами, поданными как эпохальные изменения.
   Изображение здесь сопровождалось не только звуком, но и запахами, как в мощных смелфидерах Земли, нужных многим профессиям для работы - и после того, как Игорь попал на канал с дешевой порнографией, его едва не стошнило. В бешенстве он вырубил сразу все... и мальчишки замерли посреди сразу потемневшей комнаты, освещенной лишь тусклыми, розовато-белыми прямоугольниками "дежурного света". Без спецэффектов роскошный номер превратился просто в пустой ящик с мебелью, темными стеклянными стенами, мутно-серым пластмассовым полом и откровенно металлическим потолком, где, среди сплетения труб, кабелей и балок, молочно белели прямоугольники проекционных матриц. Глухо загудел кондиционер, вытягивая приторную сладковатую вонь, и температура в комнате упала сразу градусов на десять. Мальчишки сидели прямо на полу, оглушенные.
   - Ну ничего себе, - сказал наконец Игорь. Им показывали похожее на уроках истории - но тут все мерзости были наложены друг на друга и усилены в десять, в сто раз. К эротике, которой они оба учились с начала сознательного возраста, это не имело никакого отношения, скорей наоборот - противоречило всему учению об Эросе и тем более Ладе. Казалось, что одни люди стремятся вывернуться погаже, а другие что - на это смотрят, выходит?
   - Не удивительно, что тут столько психов, - ответил Яромир. - Я бы тоже от такого зрелища свихнулся уже на второй день и стал во всех брызгать кислотой.
   - А я сейчас как раз подумал... эти, которые брызгают, может, и не психи? - хмуро сказал Игорь. - Может, они как раз и есть нормальные, только им просто тошно от того, что у них такое на родине творится. Мне тоже захотелось бомбу в этот гадюшник швырнуть, в самый центр. Кобальтовую. Старую такую, надёжную...
   - А пес их разберет, психи, не психи... - Яромир зевнул и вдруг спросил: - Интересно, если вот так во всей их жизни разом все спецэффекты выключить - что мы увидим? - Игорь, всё ещё переживая отвращение, пожал плечами молча, и Яромир предложил: - Вот что, друг мой, давай-ка спать. Я к себе пойду, и ты ложись, пока Макаров обход не начал - он грозился, между прочим.
   - Где спать, на полу, что ли? - спросил Игорь. - Я на эту дрянь не лягу. И в это блюдо дурацкое с силовыми полями тоже. Я там себя чувствую, как килька на тарелке!
   - Ляжешь, как миленький, - ответил Яромир.
   - Это почему же? - с искренним интересом спросил мальчишка.
   - Потому, - уже серьезно ответил Яромир, - что завтра мы будем нужны всем бодрые и отдохнувшие, с ясной головой - а на полу ты не выспишься, да и просто смешно это... Представь, что они о нас подумают, если наши всё-таки прозевали какие-нибудь шпионские штучки, и хозяева нас сейчас видят? Или просто утром зайдёт Андрей Данилович - а мы на полу спим; мол, извините, господин полковник, мы в кровать лечь побоялись, она шибко колдунская! Ещё надо не забыть костёр в углу развести и круг начертить на полу - от злых духов. Чего уж там мелочиться, знай наших!
   Игорь вздохнул. Вот умеют же некоторые говорить так, что возражать им не хочется - просто потому, что глупо. Яромир, впрочем, был прав - а уж говорить себе "надо" Игорь привык уже достаточно давно. Это было просто-напросто частью жизни любого дворянина.
   Мальчишка разделся и осторожно забрался в приторно-розоватое светящееся блюдце. Ничего особо страшного тут, впрочем, не оказалось, напротив - он словно парил в свежем тёплом воздухе. Спать, впрочем, совершенно не хотелось - но Игорь еще раз сказал себе "надо".
   И мгновенно уснул.
  

7. МИР МАЛ, А РОССИЯ - ВЕЛИКА!

   В школах Земли любили приводить в пример ставший хрестоматийным случай времён самого начала Первой Галактической - или даже до неё, историки расходились во мнениях. Во время нападения сторков на колонию Луна-11 их десантники ворвались в школьный класс. Преподаватель жестами объяснил Чужим, что тема урока очень важная, и им придётся подождать окончания объяснения. Некоторые говорили, что после краткого ступора сторки перебили весь класс. Но большинство придерживались версии, что они - то ли обалдев от наглости землянина, то ли из уважения к его спокойствию - ждали в коридоре, пока закончится урок.
   Тот случай был далеко не единственным подобным примером такого хладнокровного отношения к окружающему: "Гори оно огнём, а мы будем жить, как заведено!" Скорей - просто первым на Галактической войне. Или просто наиболее врезавшимся в память по каким-то несохранившимся причинам. Игорь не знал, хотя, в шесть лет услышав эту историю, не раз представлял себя на месте того учителя - класс, учеников, врагов и свой собственный абсолютно спокойный голос, предлагающий вооружённым сторкам подождать. Именно из-за того рассказа он, кстати, и выбрал в качестве одной из своих специализаций педагогику.
   Но сейчас он думал, что, скорей всего, и Андрей Данилович этот случай хорошо знал. И, возможно, имел его в виду, как жизненный ориентир и пример. Во всяком случае, мальчишки пробежали вокруг здания посольства уже около пяти километров, время от времени пересекаясь с так же неспешно и уверенно бегущими англосаксами. Они были точно так же босиком и одеты в трусы (что на Земле в январе, например, был не особо приятно, но тут, в здешней паровой бане, оказалось почти благословением), и возглавлял их подполковник ванКарьйо, англосаксонский вариант Макарова, который, кстати, тоже бежал вместе с лицеистами, отличаясь от них лишь спортивной формой - точнее, то впереди, то позади, то нарезая вокруг них - бегущих! - круг.
   Ну а что такого? Обычная зарядка лицеистов. Утренняя. Окружение, правда, не особо приятное - чужой сад выглядел непривычно и темновато, но бегать за стеной было бы еще хуже - там, собственно, и не было ничего, лишь разделяющие ограды резиденций широкие, стерильно чистые бетонные дороги, по которым, впрочем, давным-давно никто не ездил - все пассажиры и даже грузы доставлялись сюда по воздуху. К тому же, эти дороги вдоль и поперек были под совсем недобрым прицелом сторожевых камер - сплошь и рядом спаренных с автоматическими пулеметами, а получить в грудь "случайную" плазменную очередь как-то не хотелось. У мьюри бытовала поговорка "выживают только параноики" - и лишь теперь земляне начали понимать, как это выглядит на практике. И уже через какой-то час, даже меньше, им предстояло выйти в этот мир... Точнее - прыгнуть в него.
   Тем не менее, страха Игорь не чувствовал - он воспринимал любую угрозу как брошенный вызов, а вызовом землянина напугать было трудно. Скорее, он чувствовал возбуждение и какой-то, не вполне здоровый азарт - вот пусть только попробуют задеть его, посмотрим, что получится! Но больше всех иных чувств его разбирало обычное мальчишеское любопыство.

* * *

   Перед вылетом полковник придирчиво оглядел короткую шеренгу лицеистов, не поленившись обойти кругом каждого и потребовать предъявить натурально комбрасы и оружие. Оружие - виброножи и аккуратно спрятанные старые пороховые пистолеты - было у всех, а форма сидела так, что хоть сейчас на Императорский смотр. Не найдя, к чему придраться, Макаров удовлетворенно крякнул, еще раз критически осмотрел шеренгу и сказал:
   - Повторяться не буду, все вы не маленькие и знаете, как себя вести. Но вашего же спокойствия ради напомню: по своему почину драк с местными не заводить, держаться как минимум парами и не лезть ни в какие закулки. Всем понятно?
   Ответом оказалось сосредоточенное молчание. Понятно было, как легко догадаться, всем. А вот что мальчишки думали по этому поводу - оставалось тайной...

* * *

   На сей раз они были одни - в том смысле, что их челноки - русский и англосаксонский - оказались в одиночестве. Большинство взрослых уже разлетелись по своим взрослым важным и очень важным делам, и Игорь ощущал некую не вполне понятную ревность по этому поводу - для взрослых работа началась сразу, без раскачки, и только им, мальчишкам, выделили целый день для знакомства с этим миром. Правда, как и вчера, челнок преследовали немало различных машин и машинок - видимо, это были опять-таки любопытные и репортёры местных средств массовой информации, твёрдо настроенные ни в коем случае не упускать ничего из действий гостей.
   Солнце уже взошло, и город внизу был виден куда лучше, чем вчера - неровная мозаичная равнина металлических крыш, над которой возвышались такие же неровные жилые башни. К одной из них - вполне приличной, как уверяли хозяева Ярмарки - челнок и направлялся. Мальчишки глазели в дымчатые окна и шумно договаривались, кто с кем пойдёт и кто что будет смотреть в первую очередь.
   Челнок опустился на небольшой частной площадке, арендованной специально для этого случая - привлекать лишнее внимание землянам не хотелось. Мальчишки сразу высыпали наружу, прилипнув к перилам - высота здесь была приличная, добрых полкилометра - а шпиль башни поднимался над ними еще километра на два, словно гора. Игорь посмотрел на плавно скругленную арку входа и невольно повел плечами: он знал, что теперь все начнется уже по-настоящему.
   - Пойдём? - Яромир мотнул головой, подойдя. Они договорились, что отправятся на прогулку вдвоём. - Смотри, наши уже расходятся.
   - Пошли, - Игорь выдохнул - для решимости.

* * *

   В первый миг мальчишкам показалось, что перед ними настоящая улица - шириной шагов в двадцать, вымощенная гладкой коричневой плиткой. По обе её стороны тянулись два бесконечных фасада двухэтажных домов, облицованных другой плиткой, светлой. На вторых их этажах были балконы с узорчатыми чугунными перилами, на первых - небольшие витрины и арки поперечных коридоров. На свод из матового стекла словно светило солнце.
   Вдоль улицы дул теплый, свежий ветерок. Она тянулась в обе стороны, насколько хватал глаз, заполненная массой мьюри - девушки в сложных пёстрых нарядах, состоявших из множества отдельных частей, гибкие юноши в коротких куртках. Но на глаза им попадались не одни только мьюри. Напротив - навстречу мальчишкам тек настоящий поток самых невероятных созданий: они шли на двух ногах, на трех и на пяти - или сразу на трех парах рук, мотали головами на длинных шеях и какими-то длинными хлыстообразными отростками, похожими на щупальца. Некоторые из них напоминали пони - только с неправильным количеством ног и щупальцами на спине, другие - здоровенных росомах или лемуров со страшными черными глазами и шестью длинными конечностями... вооруженными устрашающими когтями, третьи - прямоходящих ящеров высотой в человеческий рост, с огромными фасеточными глазами и длинными, изогнутыми, похожими на клювы пастями, усаженными множеством кинжалообразных зубов. Требовалось усилие, чтобы осознать: это - разумные существа, причём скорей всего вполне мирные и цивилизованные не менее землян. Попадались и вовсе несуразные создания - цилиндрические, похожие на цистерны тушки на шести коротких тумбообразных ногах, с невероятно длинными, кончавшимися раструбами шеями - местный вид роботов-пылесосов, благо, мусорили здесь много и охотно, Игоря это поразило. Поначалу улица вообще показалось мальчишке бредом, и Игорь даже с силой царапнул себе руку. Из царапин немедля выступила кровь. Нет, это не бред. Это самая настоящая реальность. Ни Игорь, ни Яромир, знавшие множество рас по лекциям и немало их представителей видевшие воочию, всё-таки не могли представить себе такого почти пугающего разнообразия.
   - Буду ксенологом, как ты, - прошептал Яромир, заворожена наблюдая за этой сутолокой. - Никогда без работы не останусь... и скучать точно не придётся...
   Игорь хихикнул.
   Они шли, глядя во все стороны, наверно минут десять. Больше всего мальчишек поразили прически здешних девушек - у многих были темно-синие, блестящие и очень густые волосы. У одной из них волосы были синевато-зеленые, отливающие металлом, кожа - фиолетовой, радужка - серебристой и глаза светились, как матовый алмаз. При том её лицо было самым красивым и в то же время странным изо всех человеческих лиц, какие Игорю доводилось видеть. Он долго размышлял, что это - какой-то народ или ухищрения этой... как её... косметики? Или, может быть, метаморфинг, к тайнам которого на Земле только подбирались масштабно? В его лицее двое мальчишек были метаморфами, но - от природы... В общем, он не оглянулся вслед этой девушке, только сделав над собой усилие...
   Бесконечная длина улицы оказалась иллюзией - весь её торец занимало громадное, безупречно гладкое зеркало и Игорь едва не налетел на него. Яромир увлек его в боковую арку - они, как малыши на прогулке или в незнакомом месте, держали друг друга за руки, чтобы не потеряться в толчее. Сутолока казалась равнодушной, а все идущие существа - нелогично одинокими в этой чудовищной толпе. Игорь, конечно, был в самом большом городе Земли - Лондоне, столице Англо-Саксонской Империи, но там не было и сотой части этих живых текучих масс...
   Миновав короткий, широкий туннель, мальчишки попали в заставленное множеством застекленных стеллажей огромное пространство - как оказалось, гигантский магазин. Мысль о том, что нечто могут продавать в таких размеров помещении (зачем? почему вещи не продают прямо там, где производят? для чего отвлекать на такое неинтересное дело, как торговля не тобой произведёнными вещами, людей и занимать такие площади?), мальчишку удивила и позабавила. Но сам зал был, слов нет, грандиозным. Игорь не смог разглядеть ни стен, ни потолка - казалось, он в долине, окруженной заснеженными горами. Над головой было синее небо, однако почему-то без солнца, бросающего резкие тени на снега. Неожиданно что-то изменилось - небо с пугающей, неестественной быстротой потемнело, на нем зажглись звезды, и среди них поплыли корабли сторков. Какое-то время они пробивались сквозь стену огня кораблей мьюри, вспыхивая один за другим и ярко освещая зал, потом повернули и обратились в бегство, панически удирая от фаланги йэнно-мьюрского флота. На миг стало темно, потом горы выплыли из мрака - и всё повторилось сначала. Игорь, запрокинув голову, глазел на это зрелище. Очевидно, оно отражало неудачную войну Империи Сторкад с мьюри.
   Яромир вновь отвлек его, "ткнувшись" в сознание. Они наугад побрели среди прилавков и витрин, разглядывая выставленные на них вещи. Большая их часть была Игорю совершенно незнакома - блестящие ртутью штуковины, похожие на гибрид подшипника с шестеренкой, плоские приборчики из серого пластика с множеством кнопок и индикаторов, браслеты из металла - также сплошь состоявшие из кнопок и крохотных экранчиков - на каждом их было не менее дюжины. Потом они забрели в отдел с радужными дисками всех размеров - от маленьких, размером с ноготь, до громадных, едва ли не в обхват. Большая их часть была упакована в яркие цветные коробки. По картинкам на них Игорь заключил, что это фильмы или игры, или и то и другое сразу - очевидно, на материальных лазерных носителях, которые и на Земле ещё кое-где применялись сейчас (даже в комбрасах некоторых моделей ещё встречались устройства для их приёма). Дисков здесь было очень много - наверное, десятки тысяч различных сюжетов - и у мальчишки от попыток вообразить их содержание по обложкам закружилась голова. На некоторых, правда, присутствовали группки нагих юношей и девушек или даже подростков. В отличие от вчерашних передач, тут они не делали ничего неприличного и, может быть, поэтому мальчишки смотрели с интересом - скорей, правда, чисто анатомическим. Потом, усмехнувшись и помотав головой, Яромир потащил Игоря обратно. Интересно, мьюри вообще знают, что такое настоящая эротика, или всё сводится вот к таким примитивно-половым сюжетам, подумал Игорь.
   Миновав этот отдел, они наткнулись на стену - вернее, на ряд заменявших её гигантских экранов. Крутившиеся на них ролики, должно быть, служили рекламой для дисков и повторялись каждые несколько минут. По большей части, там шло яростное взаимное уничтожение каких-то механических тварей, явно ненастоящих - их нелепость сразу бросалась в глаза. Но были там и какие-то романтические, очень красиво нарисованные - хотя и более примитивные по исполнению, чем земные стереофильмы, которые уже давно позволявшие создавать "картинки", неотличимые от живых существ - истории, привлекавшие даже не сюжетом - попробуй что пойми за полминуты - а именно каким-то приятным настроем.
   Игорь не отказался бы посмотреть на всё это - его поразило богатство фантазии, обилие тщательно отделанных деталей и игра цветов - но Яромир нашел кое-что более интересное - громадную цветную схему всей Местной Зоны галактики. На фоне миллионов звезд сияло сложнейшее цветное сплетение - как догадался Игорь, карта трасс, соединяющих планеты Федерации. Волны разноцветной мути накатывались на него, и, казалось, вот-вот затопят - однако они рассеивались, а сплетение Федерации вспыхивало ещё ярче. Очевидно, это изображало борьбу мьюри с какими-то другими расами - разумеется, условно. Игорь не заметил, чтобы кто-то ещё смотрел на экраны - в том числе и на тот, который заменял свод.
   - По-моему, Йэнно Мьюри здесь, - Яромир показал на центр сплетения, сиявший, как алмазное солнце. Игорь отметил, что при этом жесте, естественно и сделанном как бы невзначай, Яромир выполнил безупречную съёмку схемы комбрасом. На всякий случай... - Но где Земля, интересно? Эта карта, похоже, включает империи многих рас... - нахмурившись, он вглядывался в схему. - Мы, должны быть, где-то у периметра... - присмотревшись, Игорь заметил тусклую, едва видимую паутину, в нескольких местах выступавшую за четко очерченную границу живого сияния. Похоже, сравнивать достижения иных рас со своим великолепием мьюри не желали. Вдруг он заметил у нижнего края карты темную полосу Медленной Зоны - именно к ней примыкала одна из тусклых паутин - и толкнул Яромира.
   - Смотри! Вот тут мы!
   Тот вздрогнул и с минуту разглядывал схему. Его палец двигался в воздухе, следуя светящимся линиям.
- Не могу сказать точно, но Русская Империя, должно быть, здесь - он ткнул в узелок на схеме. - Маловата будет, - добавил он с сожалением. - Но вот тут... - в самом центре узелка светилась крупица, подобная центральному светилу, крохотная, в сущности, просто искра - Земля.
   Что ж, усмехнулся про себя Игорь. Из искры - возгорится пламя.

* * *

   Обход магазина занял, самое большее, минут пятнадцать - но мальчишке казалось, что прошли часы. От разнообразия выставленных здесь вещей - и смотревших на них посетителей - у него кружилась голова, и он чувствовал себя так, словно спал на ходу - шум и всё остальное доносились до него как-то отстраненно, он едва их замечал. Нет, когда его что-то вдохновляло, Игорь мог работать сутками напролет, но сейчас он чувствовал усталость. Не то, чтобы он был физически измотан, просто в его голове накопилось слишком много впечатлений, и они настоятельно требовали сна - чтобы разложить их все по полочкам, а ещё лучше - отсеять шелуху, уж слишком много тут было наносного и откровенного показушного... Причём назойливо-показушного.
   В этот момент он заметил, что навстречу им идут четверых рослых молодых людей, одетых в пушистую массу длинных белых нитей, кончавшихся яркими, как звезды, разноцветными искрами. Она открывала лишь нижнюю треть крепких, словно отлитых из металла, рук и босых ног, перехваченных на запястьях и щиколотках тяжелыми серебряными браслетами со сложным фрактальным узором. Вьющиеся черные волосы этих созданий являли собой странный контраст с белизной их одежды. Их лица были такими же гладкими, словно отлитые из коричнево-темного золота маски с прорезями длинных, густо-синих глаз. Кто это - юноши или девушки - невозможно было угадать, и Игорь ощутил какой-то брезгливый - пришедший из глубин подсознания - толчок.
   Все торопливо убирались с их дороги, и только при виде этого Игорь понял, что видит Аниу - гостей с Верхнего Края. Они шли прямо на них, словно не замечая - привыкли уже, что им уступают дорогу. А вот я не уступлю, вдруг решил мальчишка. Яромир покосился на него, одобрительно кивнул - и тоже замер, сложив руки на груди.
   Аниу, впрочем, решили доказать, что репутация их вполне оправдана - они остановились, встали полукругом... направив на мальчишек пистолеты. Эти серебристые устройства с узкими соплами казались смертельно опасными, и Игорь не сомневался, что первое же резкое движение будет стоить ему головы. В самом буквальном смысле.
   В животе у мальчишки словно запорхали бабочки размером с лису - стоять под прицелом оказалось очень страшно. Аниу выхватили оружие так быстро, что он - сам вовсе не бездарь в таких делах! - даже не успел заметить - откуда. Это не торговцы и не солдаты даже. Это - воины, и отступать они привыкли не больше землян, а это значило... значило...
   Как-то лениво промелькнула мысль, что глупо умирать из-за такой вот мелочи - тем более, что и не узнает никто...
   Один из Аниу едва заметно пошевелил стволом, указывая вбок - молча предлагая сойти с дороги. Да щазззз, вдруг ехидно подумал Игорь. В какой-то миг он понял, что... наслаждается своим страхом. Нет, не совсем так - смотрит на него как бы со стороны - и смеется над этим испуганным мальчишкой. Смерть из-за ерунды? Ну так он все равно однажды умрет, вся разница - когда, и ещё - с честью или без. И эта вот разница была для него очень важна. А все остальное... да просто не имело смысла.
   На лице Аниу отчетливо отразилось недоумение. Он - явно растерянно! - оглянулся на остальных, они все переглянулись - не просто так, Игорь уловил тень стремительного обмена мыслями! - потом первый Аниу пожал плечами... и они так же быстро убрали оружие, парами обходя землян сразу справа и слева - и старательно делая вид, что ничего такого не случилось.
   Яромир длинно выдохнул - похоже, он все это время не дышал. Один из Аниу обернулся и очень даже земным жестом покрутил пальцем у виска - мол, фигли хвост поднимать, нам с вами делить нечего.
Игорь возмущенно открыл рот, чтобы высказать ему все, что он о нем думает - но Аниу уже отвернулся, и вся их компания скрылась в одной из арок, что-то возбужденно обсуждая.
   Игорь осмотрелся. И вдруг заметил, что вокруг них... никого нет. То есть совсем. Только что кишащий зал буквально вымер за какие-то секунды. И вот тогда он испугался уже по-настоящему.

* * *

   Яромир опомнился первым. Понимая, что сейчас сюда сбежится толпа - она сбегалась тут на любое происшествие - он схватил Игоря за руку и потащил куда-то вбок, к каким-то раздвижным дверям из зеркального стекла. Миновав их, они попали в просторное Т-образное помещение, залитое ярким желтым светом, совершенно пустое. Полы тут были из мрамора, до потолков - добрых метров шесть. Между кофейного цвета панелями облицованных деревом стен зияли ниши громадных витрин. В них, на литых стеклянных полках, стояли огромные роскошные вазы из золота и хрусталя, а в боковинах основания "Т" - оно вело к очередной лестнице - Игорь увидел две фантастических многослойных конструкций из матового, полупрозрачного стекла. Подсвеченные изнутри множеством разноцветных ламп, они походили сразу на башни и на цветы, высотой метра по четыре. Мальчишка замер перед одной из них, удивленно приоткрыв рот - невероятная красота многоцветного застывшего сияния будоражила душу, вызывая непонятную, совершенно необъяснимую тоску по какому-то высшему, нездешнему миру. Это была чистой воды абстракция, вроде популярных на Земле "мобилей" - структур для аутогипноза, создающих иллюзию движения.
   Яромир прислонился к стене, насмешливо посматривая на него. Игорь отвернулся от витрины - в конце концов, ему вовсе не хотелось выглядеть глупым провинциалом из исторического фильма. Хотя - пёс бы с ними, вокруг столько интересного...
   - Офигел? - обманчиво мягким голосом спросил Яромир. - А если бы они нас там и положили?
   Игорь усмехнулся
   - Ну не положили же! Зато теперь они знают, кто такие земляне.
   - Ага, и в следующий раз будут стрелять сразу.
   Игорь покачал головой.
   - Не думаю. Думаю, теперь они будут нас... уважать.
   - Толку-то нам с их уважения? Они-то на Сторкад нападать не собираются, да и на нас тоже.
   - Друзей много не бывает, - Игорь сладко потянулся. - Столкнулись, плечами потолкались, да и разошлись - все, как у настоящих людей получилось.
   - Ага, хороший способ познакомиться - сунуть голову под дула, - ехидно заметил Яромир. - Вот он я, стреляйте!
   - Что-то ты на себя не похож, - заметил Игорь. - Это ты должен всех в друзья Империи затаскивать, а я тебя отговаривать должен.
   - С такими друзьями - зачем нужны враги? - ответил Яромир. - Уж больно они странные, словно и не люди вовсе. Я так и не понял, например, какого они пола.
   Игорь задумался. В самом деле, Аниу вели себя, мягко говоря, странновато - но он знал о них слишком мало, чтобы решить что-то определенное. Мальчишка пообещал себе, вернувшись, подробно расспросить Андрея Даниловича на этот счет.
   Яромир толкнул его под бок. Задумавшись, Игорь испуганно дернулся и опустил голову. Друг молча указал куда-то вбок - и Игорь мысленно ругнулся: нежданные знакомства продолжались. Причём становились всё неожиданней и неожиданней.
   К ним быстро и целеустремленно направлялась группка местных мальчишек - человек пять, довольно разношерстная компания, лет так тринадцати-пятнадцати. Возглавлял компанию... Игорь удивился такой встрече - это был тот самый, поразивший их, мальчишка, который вчера облетал их челнок на свупе. Сейчас он был одет в легкие штаны из тускло блестевшей светло-серой ткани и черную футболку, на груди которой блестел огромный красно-сине-золотой государственный герб, больше похожий в таком исполнении на произведение искусства. Блестящий черный ремень туго, почти по-военному, стягивал узкую талию, а на босых ногах были легкие сандалии с ремешками.
   Не доходя до них трех шагов, мальчишка остановился. Смущенно и в то же время с любопытством глядя на землян, он сунул руки в карманы - что придало ему удивительно независимый вид и одновременно странное сходство с англосаксом - с их манерой заталкивать руки в карманы даже военной формы. Лицо у юного мьюри было хмурым и серьезным, но, поймав ошарашенный взгляд Игоря, он улыбнулся ему - обыкновенной мальчишеской, дружелюбной улыбкой. Яромир - так же дружелюбно - улыбнулся в ответ и даже поклонился по здешнему обычаю, прижав ладони скрещенных рук к груди. Надо же, выучил обычаи...
   Мальчишка повторил это приветствие - торопливо и неловко, и в итоге получилось смешно. Они чуть не рассмеялись - все трое - но в последнее мгновение приняли невозмутимый вид. Остальные мьюри откровенно разглядывали землян. Их черные и блестящие волосы были спутаны крупными кольцами, лохматыми шапками венчали головы и касались плеч - на таком фоне коротко подстриженные (лишь спереди чёлки) русоволосые земляне выглядели странно. Из-под волос внимательно смотрели большие, широко расставленные темно-синие глаза. Казалось, что эта компания явилась сюда с пляжа: сандалии были на всех, но в остальном они выглядели весьма легкомысленно - один в чем-то вроде легких джинсов, голый по пояс, остальные вообще в парео. Среди мьюри оказался даже сторк - вроде бы сторк, потому что ТАКИХ сторков земляне еще не видели: с тяжелой гривой темно-золотых волос, небрежно падавших на плечи, с темной от загара кожей и неожиданно скуластым лицом. Глаза у него были длинные, как у мьюри, но темно-зеленые, сторкадские, на запястье левой руки болтался браслет из нескольких ниток блестящих разноцветных галек, явно собранных просто-напросто где-то на морском берегу. На Земле мальчишки, жившие на берегах морей, тоже любили делать такие вещи.
   Игорь, как всегда в неопределённой ситуации, опомнился первым. Он тоже широко улыбнулся, прижал ладони скрещенных рук к груди и сдержанно, слегка, поклонился.
   - Игорь Сурядов, русский дворянин, - церемонно представился он и толкнул друга локтем.
   - Яромир Шомберк, русский дворянин, - торопливо произнес тот.
   Вожак компании повторил их приветствие - вновь излишне старательно и торопливо - но, как теперь понял Игорь, от избытка дружелюбия, а не от неловкости, - улыбнулся им снова и, наконец, представился:
   - Вайми Анхиз.
   - Очень приятно, сударь, - ответил Игорь. - Чем обязаны?..
   - Вы не боитесь Аниу, правда? - глаза Вайми блестели и Игорь ощутил, что тот буквально сгорает от любопытства.
   - Нет, не боимся, ничуть, - Игорь умолчал, что испугался и что этих Аниу они сейчас впервые увидели вживе, так сказать.
   - Правда? Совсем? А вы что, тоже бессмертные?
   - Тоже? - спросил Игорь. Он малость ошалел от этого натиска.
   - Ну, говорят, что Аниу бессмертные, по-настоящему - возвращаются, даже если их убить! - щёлк, отложилась в голове Игоря на полочку информация. - Как на самом деле - тут никто не знает, конечно. А правда, что вы все владеете Силой?
   - Правда, - Игорь протянул руку и осторожно толкнул Вайми в грудь - не касаясь его.
   Мальчишка тихонько охнул, его глаза удивленно расширились. Игорь уже знал по отчётам, что у мьюри эти способности очень редки - он, собственно, никого и не встречал пока с таковыми. Правда, он пока что знал мало мьюри...
   - А я могу этому научиться? - спросил Вайми.
   Игорь печально вздохнул и помотал головой.
   - Нет. То есть, я не знаю, есть ли у тебя способности, - поправился он. - Это надо такого учителя найти, который ВИДИТ - а это совсем непросто. Нас учат этому в лицеях.
   - А правда, что там дворянам только военное дело преподают, и больше ничего? - спросил еще один мьюри, невысокий, коренастый парнишка.
   - Чушь собачья, - возмутился Яромир. - Кто тебе это сказал?
   - Джет сказал, - мьюри мотнул головой в сторону юного сторка. - Он говорит, что все земные дворяне техники боятся, потому что толком не знают, как она устроена.
   Игорь фыркнул и смерил сторка взглядом. Тот был хорошо сложен и гибок - но в драке против землянина он не устоял бы, и сам явно знал это.
   - Мне так отец рассказывал, - смутился мальчишка. - Сам-то я живых землян в первый раз вижу.
   - А кто твой отец? - спросил Вайми.
   Игорь нахмурился. Ему не слишком-то хотелось отвечать на такой вопрос - но и не отвечать было совершенно невозможно - все равно, что предать память отца.
   - Был военным, капитаном корабля. Он погиб за Империю в стычке с фоморами, - это прозвучало как-то казённо, но точно и ёмко отражало суть.
   - Ха, фоморы! - фыркнул кто-то из мьюри. - Да от нас они как тараканы разбегались! - Вайми с явным удовольствием ткнул его локтем в бок, и дружок замолчал, обиженно и удивленно глядя на него.
   - А мой отец - пилот джампфрейтера, - с гордостью заявил Вайми.
   - А что такое джемпфрейтер? - спросил Яромир. Он уже явно опомнился и решил направить беседу в деловое русло.
   Вайми снисходительно посмотрел на них.
   - Джамп. Не джемп. Фрейтер - это такая штуковина, чтобы перевозить грузы, любые - хочешь, контейнеры, хочешь, модули станций. А джампфрейтер - это то же самое, но с гиперприводом. На нем даже небольшие корабли перевозить можно, которые без гипердрайва. Очень удобно - собираешь кораблики торговцев и везешь их в другую систему, а потом обратно. Корабль с гиперприводом - он большой и дорогущий, мало кто может себе такой позволить, а тут всем выгода - и торговцам экономия и нам доход. Знаешь, сколько мой отец получает? У-у-у! - мальчишка даже прикрыл глаза от важности. - У нас даже свой террейн есть... правда, маленький, - самокритично заключил он после короткой заминки.
   - И ты тоже хочешь быть пилотом? - спросил Яромир и Игорь понял, что он попал в точку - глаза мальчишки блеснули.
   - А то! Только не гражданским, а военным. Я хочу стать капитаном супердредноута, вот!
   - Зачем? - машинально спросил Игорь. Он всё-таки представлял себе мьюри несколько другими, не такими... непосредственными, что ли.
   - Чтобы победить вас, когда будет война, - как ни в чем ни бывало заявил Вайми, и Игорь даже глазами хлопнул от такого заявления.
   - Победить нас? - удивленно переспросил он. - А что мы тебе сделали? Зачем нам воевать?
   Вайми задумчиво прикусил губу - было видно, что до сих пор эта мысль явно не посещала его ни разу и оказалась неожиданно и новой.
   - Потому, что вы дикари, вот, - нашелся он наконец. - У вас нет демократии... и потому вы все нищие.
   - Из-за этого с нами надо воевать? - спросил Яромир. Было видно, что логика мьюри сразила его наповал, но в то же время позабавила - глаза чеха сузились, он смотрел на мьюри, как на интересную задачу в учебнике.
   - Нет, мы же не убить вас хотим! - искренне возмутился Вайми. - Мы вам помочь хотим, чтобы вы жили, как мы. Так же богато. А ваш Император этого не захочет. Он деспот и тиран.
   - А что ТЫ знаешь про нашего Императора? - с нехорошим прищуром спросил Игорь. - Я вот его ВИДЕЛ, ну вот как тебя. Говорил с ним. И он никакой не тиран - он очень, очень хороший человек.
   Вайми замолчал. Голос землянина был полон неотразимой от своей неосознанности, естественности, убеждённостью. Было видно, что система мироздания юного мьюри дала изрядную трещину - но это всё-таки не слишком его смутило.
   - Все равно, я хочу быть военным, - упрямо заявил он. - И победю... то есть, побежу... то есть, побежду... - он сердито посмотрел на землян и победно закончил: - ...сторков!
   Джет тут же дал ему леща. Вайми увернулся с очаровательной непосредственностью и попытался ответить пинком, но юный сторк уклонился не с меньшей легкостью. С секунду мальчишки смотрели друг на друга - видно было, что им хотелось продолжить явно старый спор - но тут же оба вспомнили о землянах.
   - Ну тогда фоморов, - решил Вайми. Эта новость ни у кого не вызвала возражений - фоморов в пределах слышимости не было, как легко можно было догадаться, и добрых чувств к ним никто тут не испытывал.
   - А ПОЧЕМУ ты хочешь стать военным? - спросил Игорь. Он чувствовал, что ответ на этот вопрос очень важен.
   - Понимаешь, - Вайми смутился. - Я хочу защищать свой мир. Просто жить и деньги зарабатывать, когда наших где-то убивают... ну, просто нечестно это.
   - А что у вас защищать-то? - Игорь обвел рукой вокруг. - Мешки с деньгами?
   - Это МОЙ мир, - сказал Вайми уже таким тоном, что желание продолжать в том же роде у Игоря пропало сразу - он чувствовал, что иначе они сразу поссорятся и очень сильно. В голосе мьюри сейчас звучала такая же упрямая непосредственность, как в голосе Игоря, когда он защищал Императора. Да Игорю и не хотелось продолжать. В самом деле, Родина у любого одна - будь он человек, мьюри или сторк. И защищать ее - НАДО. А тот, кто думает иначе... он просто не человек. НЕ ЧЕЛОВЕК - и все тут.
   - Ладно, прости, - пробурчал он, чувствуя, как подозрительно теплеют уши. В голове мелькнула мысль, что неплохо было бы завести такую же прическу, как у мьюри - под ней ушей не видно, и никто не знает, краснеют они или нет. А что? На Земле очень долго носили длинные волосы, некоторые народы носят и до сих пор. Но не в Лицеях, конечно...
   - А как вы нас нашли? - спросил Яромир. Он-то сразу понял, что встреча их далеко не случайна - похоже, что эта компания следила за ними уже давно и подошла, едва представилась возможность.
   - Ну, это-то несложно, - снисходительно заявил Вайми. - Видишь, у меня скорпупки есть? - он коснулся легких очков без оправы - такие были на всех пятерых мьюри, только задранные на лоб. - Я системе слежения запрос даю, и она любого нужного человека находит, если он в публичном месте где-то. Это дорого, конечно, зато быстро. А по аугментам его сразу можно узнать.
   - По чему? - спросил Игорь. Сейчас он и в самом деле ощущал себя дикарем.
   - Аугментам. Ты знаешь, что такое аугментированная реальность?
   - Нет, - честно признался мальчишка.
   Вайми снисходительно хмыкнул - но тут же протянул ему свои "очки".
   Игорь осторожно надел их. Это вроде бы были совсем обычные защитные очки - мир сквозь них виделся совершенно без искажений - но почти над каждым человеком в толпе теперь плыли какие-то надписи, рамки, значки - а направление взгляда отмечала маленькая красная точка. Это оказалось очень похоже на шлем-дисплей тяжёлого пехотинца или даже на голопроектор комбраса, только, пожалуй, намного сложней; в частности, Игорь обнаружил, что если навести точку на какой-то значок и моргнуть - то он раскрывался в полупрозрачное окошко, в котором можно было прочесть имя и профессию человека, меню ресторанчика или цены на какой-то товар. Он развлекался с этим примерно с минуту - потом у него начало рябить в глазах и он торопливо вернул "очки" владельцу.
   - Как вы тут живете? - спросил он хмуро. - У меня от такого крыша поехала бы уже на второй день.
   - Это потому, что ты дикарь, - снисходительно и непосредственно, даже обидеться не получалось, заявил Вайми и тут же, без перехода, спросил: - Постой, а у вас что, такого нет?
   - Такого - нет, - ответил Игорь. - Совсем.
   - А как же вы узнаете тогда, как кого зовут и что сколько стоит?
   - А мы спрашиваем, - просто ответил мальчишка.
   Было видно, что эта идея поразила Вайми до глубины души - и его товарищей тоже.
   - И у вас компьютеров совсем нет? - спросил кто-то из них.
   - Нет, почему, - ответил Игорь. - Есть... и очень даже хорошие, не хуже ваших - вот компьютер, например, - он показал, вытянув руку, свой комбрас. - Просто мы пользуемся ими лишь тогда, когда это действительно нужно. А голову мусором забивать зачем?
   К его удивлению, мьюри промолчали, задумавшись - и даже явно нахмурившись. Вайми крутил в руках "очки", так и не решаясь их надеть - и вдруг решительно сунул их в карман. Осмотрелся, прищурившись. Потом вдруг улыбнулся - несмело, но все же...
   - Странно, - сказал он, - но мне без аугментов легче думается, что ли...
   - Это еще что, - снисходительно заметил Игорь. - Вот когда ты по Алтаю автономным походом пойдешь, где не только компьютеров нет, а надо еду самому добывать - вот тогда ты поймешь, что такое настоящая жизнь!
   - А как это? - без компьютеров? - удивленно спросил Вайми. - А новости как узнавать? А как самому добывать еду? А как...
   Яромир начал рассказывать - Вайми слушал его, буквально развесив уши. Это, впрочем, не мешало ему тащить их за собой, показывая город и Игорь понял, что по крайней мере один друг у них тут уже есть. На один больше нуля. То есть - много.

* * *

   Как и другие интересные дни, этот растянулся, казалось, до бесконечности. Игорь с некоторым удивлением понял, что все мальчишки во Вселенной одинаковы - мьюри трещали без устали, засыпая их вопросами - часто на совершенно дурацкие, по мнению землян, темы, вплоть до: "Есть ли у вас девчонки?" - и одновременно непрерывно хвастаясь, словно все вокруг не только принадлежало им, но и было сделано лично их руками. Стоило Игорю неосторожно упомянуть, что их интересует местная техника - и землян потащили по магазинам, наперебой объясняя и ожесточённо споря, что лучше. Правда, многие вещи - вроде аналога земных комбрасов, но с дюжиной маленьких экранчиков - для общения сразу с кучей собеседников - казались Игорю совершенно дурацкими: ну в самом деле, какой смысл таскать на руке целое болтающее без умолку созвездие друзей? Хотя местные мальчишки таки таскали - и находили это интересным. Странный народ...
   Другие вещи - такие, как личные генераторы силового поля, - не военные и не для особо важных персон, а для повседневного ношения простыми гражданами! - вызывали некоторую оторопь. На Земле даже идея такой штуки никому просто не пришла бы в голову - а здесь их носили многие, даже не слишком богатые мьюри!
   Попадались, правда, вещи и полезные - вроде телефонов с многослойно зашифрованным сигналом - ему позавидовали бы системы военной связи! Земляне, не удержавшись, купили сразу несколько штук - хотя Вайми и отговаривал их, уверяя, что разработчики таких игрушек сплошь и рядом продают секретные ключи от своих шифров. От этой новости Игорь несколько обалдел. То, что на Земле каралось отправкой на газ - в теории, на практике нужды в таком не возникало уже века два! - здесь было "просто бизнесом". Чушь какая-то.
   По ходу дела компания их выросла: к ним присоединилась еще одна парочка землян, довольно-таки необычная, надо сказать: Славка Макаров и англосакс Фрэнк Фитц-Рой, тоже пирокинетик, можно сказать нашли друг друга, и теперь почти не расставались.
   Наконец, они добрались и до оружейного магазина. Оружия здесь было море - от газовых баллончиков и миниатюрных шокеров до лазеров - но весь этот набор неожиданно разочаровал Игоря. В дизайне холодного оружия мьюри предпочитали сугубую функциональность, будь Игорь клинком, он бы обиделся на здешних до глубины души - едва ли не все выставленные на продажу мечи и ножи представляли собой просто косо срезанные толстые полосы бритвенно заточенной стали, а то немногое, что выглядело лучше, было так усыпано украшениями, что годилось только для коллекции какого-нибудь не слишком разборчивого богача. Пороховые пистолеты в большинстве оказались такого калибра, что проходили, скорее, по разряду карманных гаубиц, и были, к тому же, увешаны кучей разных малополезных в реальном бою фишек, вроде фонариков, лазерных и даже оптических прицелов - не то, что стрелять, таскать такую дуру с собой было бы жутко неудобно. Тем не менее, в конце концов Игорь таки высмотрел и купил один идеальный (по мнению продавца) лазерный пистолет - понятно, не армейский, а гражданскую модель, для самообороны.
   Выглядело это чудо техники потрясающе и невероятно удобно ложилось в руку - но весило едва ли не килограмма два и скорострельностью отнюдь не отличалось, хотя одно точное попадание и могло уложить на месте почти любого противника. Игорь уже знал, что лазерное оружие невероятно просто в прицеливании - луч настигал цель мгновенно, с легкостью пробивая почти любую броню, а силовые поля просто не замечал. Но оно было очень сложным - и очень дорогим, мальчишка ощутил это на примере своего счета, который уменьшился весьма существенно. Ни о каком ремонте этого чуда техники в полевых условиях не могло быть и речи - к тому же, любой лазер был бесполезен против целей со специальным отражающим покрытием, а дым и пыль в воздухе - обычные спутники боя! - уменьшали радиус эффективного поражения почти до нуля. В общем, Игорь не сомневался, что в настоящем бою он бы спокойно вышел со своей плазмой против бойца с лазером - и победил...
   ...В конце концов, он устал окончательно - не физически, свалить такой усталостью земного мальчишку-лицеиста было очень даже непросто! - а от царившего вокруг шума, постоянного мельтешения рекламы и бессмысленной, по его мнению, суеты. Заметив это, мьюри затащили землян в подростковый клуб, как Игорь понял сперва, аналог земных молодёжных центров отдыха - чтобы "развеяться". Но один вид этого полутемного, полного дыма, невероятно шумного помещения едва не сразил мальчишку наповал. Здесь было полно подростков обоего (а то и вовсе непонятного) пола - как в ярко-ядовитом, как здесь говорили, "кислотного цвета" тряпье, так и почти совсем голых. Центр зала занимала сцена, на которой какие-то тощие девчонки дергались так, словно их било током.
   Судя по одежде, собрались здесь не самые бедные обитатели Йенно Мьюри - и развлекались они тут вовсю. Некоторые - явно пьяные или принявшие наркотики, дурь (как тут это называется?), но большинство всё-таки казалось достаточно вменяемыми. Что мальчишку на самом деле поразило - так это как их тут встретили: буквально валом хохота и презрительных насмешек. Большинство собравшихся были воспитаны отвратительно - а скорее, не воспитаны вообще. На Земле мальчишки и девчонки были очень любопытны, но никому из них не пришло бы в голову нарочито громкими и презрительными замечаниями в адрес гостей скрывать свою зависть и явно чувство неполноценности. Открыто оскорблять даже того, кто тебе не нравится, при первой же встрече вообще считалось настолько дурным тоном, что позволивший себе такое в компании мальчишек рисковал надолго стать изгоем. Если кто-то вызывал у тебя неприязнь - ему можно было просто предложить подраться, но не оскорблять - да ещё из толпы, понимая, что ответить тебе не могут.
   Особенно усердствовали двое на удивление толстых пацанов с крашеными в разный цвет волосами, которые даже влезли на декоративную решетку, словно обезъяны, чтобы их отовсюду было видно. Они изощрялись в оскорблениях и сравнениях, заходясь хохотом над своими же вполне дурацкими шутками, так, что у Игоря появилось здоровое желание допрыгнуть до них (с упором и кувырком можно) и показательно набить обоим морды. Но это намерение - к счастью для шутников - так и не дозрело до состояния решимости. Оба малолетних нахала вдруг с воплями соскочили с решетки и грохнулись на пол, подвывая и маша обожжеными руками - а её часть, за которую они держались, неожиданно приобрела красноватый цвет раскалённого металла.
   В зале воцарилось удивлённое и испуганное молчание - а потом снова раздался смех. Смеялись на этот раз не над землянами - ещё двое ребят, ровесники первых, стоя плечом к плечу чуть в стороне, высмеивали обжёгшихся, которые принялись - на взгляд Игоря, слишком уж надрывно - плакаться над своими ожогами. Эти мальчишки были одеты вполне нормально - в местные "джинсы", футболки и легкие сандалии - и смотрели на землян с явным интересом. Игорь помахал им рукой - чего, мол, стоите, подходите и знакомьтесь - и мьюри подошли. Теперь их было уже одиннадцать - достаточно большая компания, чтобы не задирать ее - и все оставили их в покое.
   Земляне и мьюри, как ни в чем ни бывало, заняли два свободных столика. Еду им подали такую, что Игорь ее только попробовал - слишком уж тут все отдавало дешевой химией, причём со сногсшибательной явностью. "Их" мьюри тоже не слишком на нее налегали - как рассказал Вайми, в таких вот заведениях только перекусывали, да и вообще, в общественных местах тут питались лишь те, кто не мог заказать на дом нормальную - но и дорогую - еду. Теперь Игорь понимал, откуда тут столько не по годам упитанных малолеток и настоящих маленьких толстяков - зрелище отвратительное до тошноты. Впрочем, хватало и крепких, подтянутых ребят, которые явно заботились о себе - хотя бы и вокруг сейчас. Правда, какова цель этой заботы? Игорь рассматривал своё тело как нужный инструмент - но из разговоров с мьюри успел понять, что тут очень многи больше озабочены "формой", позволявшей получить работу попрестижнее да прожить подольше. Убогие задачи...
   Вечер, определенно, удался - хотя отдыхом его Игорь не назвал бы. Вопросы на землян сыпались буквально градом - и большая их часть была, увы, порождена таким дремучим невежеством, что подошла бы живущим в глухом лесу пятилеткам, а не почти взрослым парням, чуть ли не в три раза старше. В самом деле, разве стал бы даже такой малыш спрашивать, сколько рабов имеет каждый земной дворянин? Или сколько дворяне содержат наложниц? У землян такие вопросы вызывали лишь хохот - но вот от того, какой образ Земли рисует местная пропаганда, смеяться Игорю совсем не хотелось, и он видел, что Яромир всё это скрупулёзно запоминает. Ночью будем писать отчёт, понял Игорь. Надо, надо... Да, это всё дикая чушь, разоблачить которую пара пустяков - но здесь к каждому-то не подойдешь, не объяснишь, что к чему - а если бы Игорю рассказали про такое государство, каким представала здесь Русская Империя, он сам пошел бы воевать с ним с большим удовольствием... И считал бы, что уничтожает гнездо разврата, нищеты, деспотизма и тёмных сил... На Земле давно не лгали в отношении инопланетян, даже потенциальных или реальных врагов - исключением была военная пропаганда, направленная на самого же врага. Какой смысл во вранье, если бездны информации доступны любому, только руку протяни? Конечно, землянин мог удивиться какому-то странному обычаю, посмеяться над ним, а то и искренне возмутиться и даже "принять меры воздействия" - но только после пристального знакомства: так ли уж нелепо это для этой расы?
   Под конец юные мьюри упросили землян показать им "фокусы", и теперь со столика на столик перелетали огненные спирали и шары, то распадаясь на струи пламенного дождя, то свиваясь в бурные потоки. Славка и Фрэнк обменивались "приветами", стараясь изо всех сил. Игорь подумал, что утром их придётся поднимать с постелей домкратами, после чего за завтраком они станут трудиться, как пищесборники. Пирокинез в таких масштабах штука захватывающая - и очень и очень выматывающая. Мьюри наблюдали - в зал набилась целая толпа, в которой уже было немало и взрослых, привлеченных зрелищем с улицы.
   Игорь поморщился - вот и такого на Земле не может быть. Ну прилетели. Ну чужие. Ну фокусы разные показывают, которые, кстати, и не фокусы совсем... Но стоять, раскрыв рот, и глазеть на них беззастенчиво - бестактно, а главное - просто глупо... Впрочем, он знал, что подобное распространено на многих планетах, и делегаты некоторых, из "значительных лиц", прибывая на Землю, просто-напросто оскорбляются поведением хозяев - а где зеваки, где постоянное внимание, где толпы на улицах?! В то же время когда один из лучших - и пока что немногих! - звездолётчиков-шэни, Сааваро Садго Тридцать Шестой, побывал на Земле, обставив свой визит с привычной для этой расы скромностью, то был удивлён, что его встречали повсюду множество людей - узнававших отважного шэни в лицо, спешивших сказать ему несколько слов ободрения, восхищённых им мальчишек (и девчонок!), взрослых, готовых прямо сейчас отправиться на его родную Брэссудзу и помочь отстаивать идею звездоплавания словом и делом... "Я убеждён, - говорил потом Сааваро Садго Тридцать Шестой у себя на родине, - что в известной нам части Галактики нет народа, более гостеприимного и в то же время тактичного, чем земляне. Никто не сочетает этих качеств так органично, как они, и я уверен, что такими сделала их мечта о звёздах - невозможно оставаться унылым интровертом либо превратиться в назойливого глупца, если тебя ведёт их свет!"
   Игррю всегда нравились эти слова, и он гордился, что слова были сказаны о его земляках. Но ведь и мьюри летают к звёздам... И что? Может быть, шэни ошибался, как ни приятно для землян звучали его слова?

* * *

   - Ну как, орлы, славно порезвились?
   Мальчишки промолчали, опуская глаза. К челноку, а с ним в посольство вернулись все и вовремя - что уже само по себе, учитывая дисциплину лицеистов, не было ничуть удивительно - но форма на некоторых была в сильном беспорядке, а нагружены покупками оказались все. Приключения разного плана тоже были почти у всех. Тиудира и Раймара попытались ограбить двое местных отморозков - земляне, естественно, не пострадали, зато местные "разбогатели" на три сломанных руки, восемь выбитых зубов и нудно прочитанную Раймаром лекцию (на немецком!!!) на тему, "как следует вести себя в общественных местах с благородными носителями шпаги" (судя по сделанной Тиудиром записи, избитые грабители-неудачники решили, что нарвались на сумасшедших и только послушно кивали, прижавшись друг к другу). К Данчо и Святославу пристал с назойливыми и денежными предложениями какой-то извращенец - его пришлось поместить в клинику для основательной реконструкции лица ("Раз ему денег девать некуда, пусть на своё здоровье потратит," - пояснил Данчо, а Святослав гордо заявил, что приставали к нему, потому что он красивей.) Мирослав и Андрей триумфально притащили тяжеленную снайперскую винтовку, купленную где-то на черном рынке - черт знает, где им удалось найти продавца и как их с этой дурой не замела вездесущая здешняя полиция. Антон и Андрюшка Ворожеев ухитрились разбить гоночный свуп, который взяли в аренду покататься (Ворожеев никогда не оставлял исполнение мечты надолго.) Федор и Мирослав близко познакомились с местными девчонками - и не допустили перехода событий в горизонталь лишь благодаря могучим усилиям воли. Многим пришлось-таки иметь дело с корреспондентами. Ну а сам Игорь...
   - Решили Аниу попугать? - обманчиво мягко спросил Макаров. - А вы знаете, что они сегодня убили двадцать семь мьюри - просто потому, что кучка местных - пацанов совсем, обкуренных - не убралась с их дороги? Пополам порезали - а заодно и тех, кто стоял за ними. Лицеист Сурядов, вы считаете, что ваша безвременная кончина принесет пользу Империи?
   - Никак нет, Андрей Данилович, - спокойно ответил Игорь. - Но моя трусость принесла бы ее еще меньше.
   Полковник хмыкнул, глядя на мальчишку сверху вниз.
   - Завтра утром предоставишь мне доклад о расе Аниу. Источники можешь использовать любые. Понятно?
   - Понятно, Андрей Данилович! - Игорь щелкнул каблуками и вытянулся. Ну что ж, это дело интересное, и есть законный повод сказать Яромиру, что отчёт о настроениях местных - не самое приятное, надо сказать, занятие - он будет писать один...
   - Так, с этим покончили. Лицеист Шомберк!
   - Я! - Яромир тоже вытянулся.
   - Боюсь, что я переоценил ваше благоразумие, сударь. Вы уверены, что хвастаясь достижениями вашей Родины - не вашими достижениями, сударь! - вы не сказали ничего такого, что бы пошло ей во вред?
   - Уверен, Андрей Данилович!
   - Гм... ну ладно, - смягчился полковник. - Интересных вы ребят нашли, весьма интересных... Лицеист Макаров!
   - Й-й-й-йа! - лихо проорал Славка, озорно сверкая зелёными глазами под фырканье друзей.
   - Устроенная вами демонстрация была весьма показательна - но на нее смотрело слишком много не слишком дружелюбных глаз. Для профилактики - два рабочих часа в личное время!
   - Ййййесть двабочсавлчинэремя! - оттарабанил мальчишка.
   - Теперь все. Свободны. Разойтись!

* * *

   После ужина в номере Игорь завалился спать в силовые поля, которые его вчера так нервировали, заказав себе проснуться через четыре часа - хватит, чтобы отдохнуть. Проснулся, как и уснул - незаметно и мгновенно, не скажешь, спал или нет. Но воцарившаяся тишина говорила - спал, и сейчас ночь.
   Он поднялся, сходил в душ, потом тщательно размялся, прогоняя остатки сна из каждой мышцы. Высунулся в коридор, поблуждал по нему, убедившись, что не спят во многих номерах. С нижнего этажа его непреклонно завернул преображенец - Игорь успел заметить, что там люди шатаются даже по коридору, а работа кипит практически во всех помещениях. По сравнению с этим этаж мальчишек казался сонным царством, и Игорь, в очередной раз убедившись, что взрослый мир несправедлив, вернулся в номер. Он хотел открыть окно - но никаких окон тут не было и в помине, все наружные стены из глухой брони, словно в танке. Недобрым словом помянув здешних строителей-параноиков, Игорь поднялся на крышу.
   Ночной воздух был тёплым, насыщенным влагой и дурманными ароматами здешних цветов. Почти никакого шума сюда не доносилось, по небу переливались что-то похожие на земное Северное Сияние - полосы холодного света. Игорь подышал как следует и, сделав ещё несколько энергичных движений руками перед грудью, уселся на полу со скрещенными ногами - писать отчёт. Правда, сказать по чести, сначала он взгрустнул по дому и по маме. Грусть пришла незваная, и гнать её не хотелось. Закрыв глаза, мальчишка попытался представить себе то расстояние, которое их разделяет - и вздрогнул. Нет уж, лучше про это и не думать. Это всё-таки слишком для человеческого сознания. Да и сама Земля всё-таки такая маленькая - даже со всеми колониями, со всеми Союзниками...
   "Игорь, а ну-ка, соберись!" - услышал он строгий голос Велины Целимировны и заозирался изумлённо.
   Конечно, вокруг никого не было. Но... он слышал её голос!
   - Понял, мама, - серьёзно сказал он. И включил в комбрасе, среди любимых старых музыкальных записей, одну - не слушал уже давно...
   Задорный мальчишеский голос возник в каналах направленного звука... А потом появилось и изображение, которое Игорь смоделировал сам, как представлял себе - курносый мальчишка помладше него, Игоря, плохо одетый, с сумкой на бедре, шагал босиком по летней полевой дороге и весело распевал:
   - Кто бы что ни говорил там -
   Выход есть наверняка
   Из любого лабиринта,
   Из любого тупика!
   Есть неведомая сила -
   Чтобы нам, беде назло,
   Всё прощалось и сходило,
   Удавалось и везло!
   Голос менялся на мужской -
   - Лишь одно меня пугает,
   Лишь одно мешает спать -
   Вдруг да то, что помогает,
   Перестанет помогать?!
   Может с нами силе этой
   Вдруг возиться надоест,
   Вдруг она заклинит где-то
   Иль откажет наотрез?
   Мальчишка, насмешливо кивавший всё это время, врезался своим пением в опасения невидимого взрослого:
   - Кто бы что ни говорил там -
   Выход есть у нас пока
   Из любого лабиринта,
   Из любого тупика!
   Ну и пусть заклинит где-то,
   Ну и пусть откажет чуть!
   Мы-то знаем, что и это
   Обойдётся как-нибудь!
   Игорь открыл рабочий файл и сосредоточился...

Золотой Народ/Аниу/айа

   Гуманоиды, средний рост около 1,8 м. Стройные босые создания неземной красоты и как правило неопределимого пола, с тяжелыми гривами черных блестящих волос и длинными зеркальными глазами, одеваются в переливчато-разноцветные "облака" (состоящие из силовых полей), носят множество украшений. Общественный строй - коммунистический. Из-за постоянных нападений Богомолов и других машинных рас на населенные планеты, обитают, в основном, в космическом пространстве. Общая численность расы - 24 миллиарда.
   Пройдя ряд генетических и нанотехнологических модификаций, Аниу сообразительны и превосходно развиты физически. Уникальная биотехнология позволила им достичь индивидуального бессмертия и вечной юности, однако, она не может обеспечить им неуязвимость. Они стараются любой ценой избежать личной встречи с врагом, для чего создали множество автоматических боевых механизмов. У Аниу также прекрасно развита технология защитных полей и других оборонительных приспособлений.

Государство: Союз Многообразий:

   Формально представляет собой равноправное объединение 208 разумных рас общей численностью в 960 миллиардов особей, но одна из них (Аниу) неизмеримо сильнее всех прочих. Цель создания Союза довольно трудно понять: он не приносит Аниу ничего, кроме забот и расходов. Упоение деспотизмом здесь отсутствует тоже: если младшие расы ведут себя, как Аниу, то могут делать буквально всё, что придет им в голову - в точности, как их хозяева. Отказы чрезвычайно редки: главным оружием Аниу в отношении младших рас является обещание (всегда и неизменно выполняемое) бессмертия в обмен на верность и покорность.

Армия Аниу:

   Официально - Объединенная армия Союза Аниу. Традиционно делится на 5 видов: милиция, Пастухи, Миротворцы, Звездный Флот и ОсНаз.
   Милиция - формирования, следящие за порядком на борту кораблей и в поселениях Аниу. Набираются из морально устойчивых особей, вооруженных парализаторами. Общая численность - 80 млн. Их основной задачей является пресечение излишне буйных или непристойных забав, причем скучать им не приходиться.
   Следует отметить, что любой Аниу снабжен силовым щитом и системой квантовой связи и то, что представители других рас принимают за украшения, часто является элементами этих полезных устройств.
   Личные щиты Аниу неуязвимы для большинства видов ручного оружия и оснащены интеллектронным управлением, т.е. их можно носить постоянно поднятыми и даже не замечать. Они заменяют Аниу теплую одежду (и одежду вообще), при необходимости - обувь, а также постель, палатку и т.п.
   Пастухи - "контора глубокого бурения", следящая за неизменностью политического курса Аниу и других членов Союза. Традиционное вооружение - парализатор и ласса (генератор ощущений). Общая численность - 144 млн.
   Несмотря на свое революционное прошлое, современные Аниу очень социальны. Их общественная структура столь подвижна, а рамки личной свободы столь широки, что само понятие оппозиции становится у них весьма расплывчатым. На любое вмешательство Пастухов Аниу смотрят косо, как на нечто излишнее, и в основном те "окучивают" младшие расы. Следует также отметить, что Аниу владеют техникой перестройки сознания и могут изменять его в любом направлении, так что никаких наказаний у них нет - только "лечение".
   Миротворцы - отряды для наземных боевых действий, официально носят название "гуманитарных сил". В бою носят сандалии на босу ногу и короткие туники из коричневых композитных пластин, разделенных светящимися полосами. Они одновременно являются броней и генераторами защитного поля. Вооружены тяжелыми бластерами, мультилазерами, парализаторами и парящими щитовыми генераторами Мини-гет (один на 12 Аниу). Организованы по армейскому образцу, основные единицы - батальон (360 Аниу), бригада (3600 Аниу) и дивизия (10800 Аниу). Основная их задача - насаждение культуры Союза в слаборазвитых мирах, где раздача "гуманитарной помощи", пропаганда, разного рода обучение и т.п. несравненно эффективнее, чем боевые действия. Имеют свой флот из 102 десантных кораблей, несущих по 740 "миротворческих" дивизий. Обычно Миротворцы действуют в составе множества автономных отрядов по 72-180 Аниу. Их общая численность достигает 820 млн.
   Стратегия Аниу основана на войне в космосе и из космоса. Их наземные силы практически не ведут боевых действий, ввиду чего их подготовка оставляет желать много лучшего. Несмотря на мощное вооружение, Миротворцы трусоваты и умеют сражаться лишь достаточно большими группами, - что, ввиду их многочисленности и превосходства в защите, т.е. установок Мини-Гет и надежных личных щитов, как правило, неплохо им удается. Первая же потеря, как правило, ведет к паническому бегству (и к тому, что по врагу начинают бить часто неадекватно сильными средствами). В одиночку, как бойцы, Аниу не стоят почти ничего, - но, если дело доходит до крайности, отдельные их особи могут проявить невероятную хитрость, соединяя её с природной дикой яростью в совершенно убойную смесь. Попав в плен, Аниу обнаруживают невероятную изворотливость и (опасаясь пыток) могут очень неприятно удивить врага своей готовностью погибнуть вместе с ним.
   Звездный Флот - высокопрофессиональная гильдия, объединяющая экипажи и строителей космических кораблей. Фактически - единственный вид вооруженных сил Аниу, обладающий реальной (и очень большой) боевой мощью. Впрочем, Аниу очень ценят свои жизни, и потери, даже самый самые небольшие, скорее всего приведут к панике и бегству с поля боя. Общая численность Гильдии - 488 млн.
   ОсНаз - официально не существует. Занимается внедрением культуры Союза в те миры, где официально это невозможно, а также уничтожением культур или частей культур, существование которых вызывает у Аниу особое раздражение. Имеет свой звездный флот (12 тяжелых крейсеров) и специально подготовленные наземные отряды. Они набираются из тех, кто всегда готов убивать во имя светлой цели или без неё. Они отличаются коварством и фанатичной беспощадностью. Каждый боец ОсНаз в дополнение к личному щиту имеет парящий генератор Мини-гет, вооруженный, к тому же, смертоносной дисрапторной пушкой. Общая численность - 20 млн.
   Флот Аниу насчитывает 6800 кораблей-разведчиков, 3964 легких и 3409 тяжелых крейсеров, 2241 жилых корабля класса "Тайат", 80 легких и 17 тяжелых авианосцев, 102 десантных транспорта, 82 мобильных базовых станции. Также Аниу имеют 18 рас-союзников...
   ... - Держи! - подкравшийся сзади с видом заговорщика Андрюшка Ворожеев метнул Игорю бутерброд - два куска хлеба с горчицей и полтавским солёным салом. Игорь поймал нежданный подарок, а Андрюшка, насвистывая и шлёпая босыми ногами, подошёл и уселся рядом. - Мы с поручиком Волошиным покупки сортировали, - сообщил он, - не представляешь, сколько всего натащили за день, половина вообще непонятные вещи... А потом я воздухом подышать сюда пошел, вижу, тут ты, сидишь, работаешь... Что делаешь-то, отчёт по Аниу?
   - Угу, - за время этого короткого рассказа Игорь успел заглотить весь бутерброд и сейчас широко дышал открытым ртом, смаргивая с глаз слёзы. - Ты где горчицу взял?!
   - Там же, где всё остальное, - хихикнул Андрюшка. - Внизу на кухне стырил, всё равно поварам не до таких мелочей, они на завтра презентацию готовят во весь парадный стол. Кое-что из этой еды, - он трагично понизил голос, - даже ползает и пищит. Неужели прямо так есть будут - у кого, интересно, такие вкусы?!
   - А нам не всё равно? - хмыкнул Игорь. И добавил: - Мир мал, а Россия - велика! - а потом чувствительно толкнул Ворожеева в плечо.
   И разлёгся на полу, глядя в сумрачное чужое небо.
  

8. КАЛЕЙДОСКОП МИРОВ

   Когда Игорь увидел сверху Ярмарку, то был поражён. Не будешь отрицать, даже если хозяева тебе не очень по душе - поражён.
   Территория размером с Великий Новгород была покрыта сплошной шевелящейся массой гостей. Тут и там - кольцами, овалами, ромбами - располагались цирки, арены, стадионы. В воздухе было посвободней, чем обычно у мьюри, зато на земле бесконечно змеились на нескольких уровнях, взмётываясь на многометровую высоту и пропадая под землю, бегущие дорожки. Над Ярмаркой плясали, сталкивались, искрили, взрывались и сыпались огнепадом рекламы.
   Лицеистов предупредили, что в начале в течение нескольких дней на Ярмарке демонстрируются, так сказать, "культурные программы" гостей и хозяев - жалеющие могут остаться в посольстве. Но это было чистой формальностью - во-первых, из числа мальчишек кое-кто тоже участвовал в этих программах, и для них сегодняшний день был первым рабочим днём, а во-вторых, глупо было бы сидеть в четырёх стенах среди назойливых голограмм, когда можно увидеть выступления гостей с пол-Галактики! Проще говоря, на Ярмарку прилетели все. Не только мальчишки - все, кто был свободен (среди взрослых, если не считать выступавших, таких оказалось немного, и Игорь подозревал всерьёз, что их "свобода" - тоже работа, только тихая.)
   На этот раз никто даже не стал ни о чём мальчишек предупреждать - им просто предоставили полную свободу искать себе "хлеба и зрелищ". Игорь и Яромир вообще-то договаривались с Вайми и его компанией, что "где-нибудь там" встретятся, но Яромира Игорь потерял почти сразу и не очень искал. Особых опасностей в отличие от улиц городов Ярмарка не таила - тут и там среди толп шагали по трое охранники-мьюри, и не "для престижа". Когда собирается такое количество разумных, среди которых множество готовых порвать друг другу глотки (или что там жизненно важное есть?) за старые обиды - лучше сделать так, чтобы подобной возможности - а с нею новых обид - просто не возникло. Власти мьюри честно предупреждали всех, что в случае конфликта охранникам дан приказ применять любые меры к участникам такового. Поэтому Игорь вполне мирно разошёлся с двумя джаго, посмотревшими на юного землянина глазами гиен - трусливо, зло, несыто. Кажется, они смотрели ещё и вслед, готовые при первой возможности разорвать землянина в клочки - уходя, Игорь ощущал их взгляды спиной и вспоминал, как по строчкам читал -

Джаго

   Джаго - гуманоиды и выглядят весьма похоже на людей. Ясно видимых анатомических отличий, за исключением голых черепов, нет. На уровне строения и расположения внутренних органов различия также мало заметны, однако анализ ДНК показывает, что к мьюри, сторкам, джангри и людям, т.е. к потомкам Рейнджеров джаго не имеют никакого отношения: это существа совершенно иного генетического происхождения.
   Морфологически джаго отличаются от людей большим ростом и весом (2 м/100 кг), а также черным (с оттеночными вариациями) окрасом кожи. Внешне они весьма похожи на ныне вымерших высокорослых коренных жителей Африки, но туловище джаго напоминает туловище крупного примата из семейства горилл. Соответственно, у джаго типично обезьяний нос с "вывернутыми" ноздрями и другие поразительно схожие анатомические признаки крупных земных приматов.
   Психологически джаго также достаточно схожи с людьми, однако в начале Галактической Эры (до начала активной эволюции Человека Космического) несколько превосходили их по силе и умственным способностям (за счет большей массы мозга) и относились к своим "младшим братьям" с брезгливым презрением.
   Джаго - холодные и расчетливые эгоисты, превыше всего ставящие личную выгоду. Их культура - капиталистическая, основанная на жёсткой конкуренции. В обществе джаго все продается и все покупается. Они имеют свой аналог наследственной аристократии, однако большая часть народа стоит на весьма низком уровне развития. Они часто грубы, распутны, злы и имеют в целом очень мало положительных качеств с точки зрения землянина.
   Джаго - одна из самых многочисленных рас Местной Зоны: они населяют тридцать планет, а их общая численность достигает двадцати миллиардов. Для их общества характерно безудержное размножение, постоянная перенаселенность - и, как следствие, очень малая цена жизни любого представителя низших слоев общества. Во время войны джаго предпочитают изнурять противника беспрерывными атаками, буквально заваливая его своими трупами. Также с определённого момента П.Г.В. они стали печально известны беспощадным истреблением любой разумной жизни на всех планетах, которые им удавалось захватить.
   С древнейших времен джаго также известны жесточайшей враждой с Империей Сторкад, отношения с которой представляют собой почти беспрерывную череду войн, фактически прекратившихся лишь в период П.Г.В. В настоящее время эта раса находится в союзнических отношениях с Йэнно Мьюри, однако отношения между союзниками весьма натянутые, а отношение к джаго у мьюри презрительное и часто откровенно враждебное, что связано во многом с торговой конкуренцией рас и неприязнью мьюри элементарно к внешнему виду джаго...
   Джаго действительно превосходные торговцы, лишенные, однако, земных представлений о морали. Они агрессивны, но нападают, как правило, только в тех случаях, когда могут получить выгоду и уверены в превосходстве над жертвой. В других ситуациях часто откровенно трусливы. В принципе, с джаго вполне можно общаться и вести дела, однако следует делать поправку на их корыстный менталитет и жесткую культуру. При наличии взаимного интереса и особенно при явном перевесе сил общение с джаго не представляет сложности...
   Но он быстро выбросил встречу из головы - слишком много вокруг было по-настоящему интересного. К удивлению Игоря, иномирянам было, что показать - но мальчишка иногда не знал, смеяться ему или плакать от того, что они нередко считали самым ярким и выразительным в своих культурах. Увиденное воочию, это всё привлекало куда больше самых совершенных фильмов. Джангри, например, придали сцене вид роскошного луга своей планеты на закате. На нем кружились десятка два рослых, крепких девчонок, всего лет по семнадцати. Внешне джангри почти ничем не отличались от мьюри, то есть были не по-земному, но очень красивы. Тяжёлые черные волосы танцовщиц доходили до поясниц, светлая кожа серебрилась в коричневатом сиянии поддельного заката. Их головы были увенчаны большими венками из ярких ночных цветов - даже издали мальчишка чувствовал одуряющий аромат, похожий на аромат земных магнолий (от которого, как известно, можно не проснуться, если уснёшь в одной комнате с таким букетом). Круглые лица с пухлыми губами, широковатыми плоскими - не как у мьюри - носами и длинными, косо посаженными глазами хранили высокомерно-хмурое выражение. Зыбкий серебристый свет отблескивал на их округлых плечах, высокой и крепкой неприкрытой груди, поджарых гладких животах. Единственное одеяние танцовщиц составляли бисерные браслеты на запястьях и щиколотках и такие же пояски, низко лежавшие на крутых бедрах. С них до середины икр свисали пёстрые цепочки бус, не скрывавших ни сильных стройных ног, ни тугих изгибов ягодиц, ни даже темных треугольников внизу живота. Узкие, изящные босые ступни словно ласкали пышную холодную траву.
   Мальчишка, словно завороженный, смотрел на них. Да - вот это было красиво! Странно, если тут умеют так танцевать - кому нужна та - как её? - порнография? Или на Джангре как раз её нет? А девушки грациозно покачивали бедрами, сомкнув руки над головой, кружились парами, вдруг крепко прижимаясь друг к другу и резко расходясь в стороны. Их танец казался текучим, бесконечно рассыпавшимся и вновь рождавшимся узором - и этим, как ни смешно, в чём-то напоминал русские танцы. Игорь готов был смотреть на него до утра, но выступление, к сожалению, закончилось... и ненасытное мальчишеское любопытство потянуло его в такой же павильон хозяев.
   Мьюри решили не заморачиваться с декорациями - оставили лишь эллиптическую сцену, закрыв ее, правда, силовым щитом. Там беззвучно кружились и танцевали босые девушки - смугло-золотистые, ловкие и крепкие. На них были лишь серебряные браслеты и пояски со свисающими на бедра цепочками. Игорь поразило совершенство их пропорций - груди у них были высокими и полукруглыми, изгибы широких бедер - безупречно выпуклыми. Гривы тяжелых волос метались, словно черное пламя. Под слабо колебавшейся поверхностью поля их танец казался каким-то древним видением. Однозначно чужим для русского - но не чуждым, красивым... чем дольше Игорь смотрел, тем больше ему казалось, что он, чёрт побери, уже видел такое... когда-то, где-то, во сне?!
   Несколько ошалев, он увидел, как на сцену вышли Аниу - тоже, разумеется, девушки. Они со смехом кружились по ней, то ли танцуя, то ли играя в прятки друг с другом. Одеты эти новые выступающие были в украшенные узором сине-белых светящихся линий просторные туники, состоящие из сложно вырезанных матовых и полупрозрачных сегментов. Казалось, что девушки не обращают ни малейшего внимания на зрителей.
   Одна из девушек вдруг прыгнула, сжавшись в тугой вертящийся комок, и ловко приземлилась на ноги - вроде бы ничего особенного, если не считать, что прыжок вознес её на высоту второго этажа - и она не потеряла ориентации, перевернувшись кверху пятками дюжину раз за две секунды. Приземление с такой высоты тоже не заставило её ни на миг сбиться с безупречного ритма танцевальных движений, вслед за ней прыгать так начали и другие.
   Игорь поежился - он не хотел бы сойтись в поединке даже с одной такой девчонкой. Сила и скорость реакции Аниу намного превосходили человеческие - но он уже знал, что все эти качества Аниу получили с помощью генных модификаций - а также вживленных в тело наноботов, которые и формировали в нем магнитную силовую сеть. Телам это никак не шло на пользу - каждые десять лет их приходилось заменять - а представить, ЧТО станет с Аниу, если наноботы начнут ВЕСТИ СЕБЯ, было совсем несложно. Несложно. Но страшно. Игорь ни за что не согласился бы на такие "улучшения" - не хватало еще, чтобы в нем жило что-то столь откровенно ЧУЖОЕ! - да и не хотел он достижений, в которых не было его личной заслуги. Аниу получале свое превосходство готовым, сразу - а доставшееся даром не стоит ничего, как известно. Тем не менее, он не удержался от восхищённых аплодисментов, которые поддержали не только люди, но и инопланетяне - из тех, кто был знаком с этим покоряющим и азартным земным обычаем.
   - Землянин! Игорь! Эгей!
   Он обернулся на оклик и ответно замахал рукой, улыбаясь. К нему пробирались через толпу старый знакомый Вайми и ещё двое мальчишек и две девчонки - все - улыбающиеся во весь рот.
   - Привет! - Игорь протянул руку. Вайми крепко её сжал, тряхнул первым, старательно сказал по-русски:
   - Срррауустууй, - и полез обниматься с явным намерением поцеловать землянина. Игорь со смехом увернулся:
   - Я прочитал, что у вас так здороваются, - обиделся мьюри. - В серьёзной книжке! - и добавил честно: - Очень удивился, правда.
   - Здороваются - если старые друзья, - пояснил Игорь. - Мы только что прилетели, а вы тут давно?
   - С самого утра, - сказала одна из девушек. - Столько всего обошли и объехали, а почти ничего не видели.
   - Я хочу скиуттов глянуть, - предожил Игорь, и ему никто не перечил - скиутты так скиутты, почему нет?
   Они зашагали дальше вместе. Довольно странная вообще-то компания: лохматые, весьма вольно одетые мьюри - и земной лицеист: коротко стриженый, в зелёном френче с черно-алыми обшлагами и петлицами и чёрным ремнём, зелёных штанах с алым тонким лампасом, начищенных чёрных ботинках и зелёной "марковке" с чёрным околышем и алыми выпушками. Впрочем, вокруг было столько намного более удивительных групп, что никто особо и не смотрел на шестерых ребят. Они просто сделались частичкой живых потоков, струящихся во всех направлениях.
   - Вот тут скиутты выступают! - Вайми, поколдовав над какой-то схемой, воспарившей прямо перед ним в воздухе, ткнул большим пальцем в сторону-через плечо. Через арочный проём, в котором задерживаться было нельзя - охрана следила, чтобы не возникало "пробок" - они вошли на галерею, по которой можно было двигаться вокруг всего амфитеатра. Но с краю галереи стояли зрители, и компания протиснулась к ограждению. Внизу как раз начинался один из номеров скиуттской программы. Игорь с интересом глядел на сцену, вспоминая, что знает о скиуттах...

Скиутты:

Общество:

   Скиутты - одна из самых многочисленных рас в Местной Зоне, но она разделена на множество частей. Официальное государство Скиутта включает лишь четверть всего народа скиуттов. Самая большая часть, почти треть, до сих пор служит Империи Сторкад, пятая часть проживает в пределах земных Империй и составляет мощный политический блок, который держит в постоянном напряжении отношения между Землей и сторками. Остальные скиутты проживают во всей Местной Зоне как граждане других империй. Многие - наемные солдаты, кочующие от одной системы к другой в поисках работы. Некоторые промышляют пиратством и контрабандой, многими крупными преступными группировками в Местной Зоне управляют именно скиутты - к таковым, впрочем, в отличие от "классических" пиратов и контрабандистов (эти занятия считаются "истинно мужскими"), их родные кланы относятся с откровенным презрением.
   Хотя семья и играет важную роль в их обществе, скиутты предпочитают вести клановый образ жизни. Клан может иметь любое количество членов, но в основном его размеры диктуются их основной деятельностью. Одни из кланов занимаются сельским хозяйством и индустрией на планетах, другие, путешествующие по галактике, торгуют, грабят и т.п. В недавнем прошлом кланы постоянно воевали между собой. Однако сейчас скиутты прекратили междуусобицы и представляют единую империю, хотя все еще продолжают поддерживать свои клановые традиции.
   Когда-то государство скиуттов было велико, они процветали, и уровень технологического развития был довольно высок. Но позже скиутты были разгромлены сторками, и на долгие столетия превратились в "пушеченое мясо", они воевали и работали на благо захватчиков.

Народ:

   Скиутты решительны и обладают огромным чувством индивидуальности. Они крепче и крупней, чем представители практически всех других рас. Отдают предпочтение физическому превосходству перед техникой. В принципе, внешне скиутты очень напоминают волков-оборотней земных легенд. Скиутты суровы, но не жестоки. В годы П.Г.В. многие земные раненые, женщины и дети были спасены от уничтожения некоторыми другими расами именно благодаря решительному - вплоть до угрозы применения оружия или даже применения его - заступничеству скиуттских наёмников. Скиутты при первой же возможности переправляли спасённых землян к своим, когда же это стало невозможным - начали расселять их среди кланов, ничем не ущемляя ни обычаев, ни даже в какой-то степени свободы людей.
   Мужчины: до того, как Сторкад столкнулся с землянами, скиутты считались лучшими воинами в Местной Зоне. В течение Возвышения Сторкада наёмные воины-скиутты были в первых рядах поработителей других рас. Хотя физическая сила и храбрость сегодня значат не так много, как раньше, скиутты все еще очень трепетно относятся к своим воинским традициям.
   Женщины: образ жизни воина закрепился за мужчинами скиуттов с древних времен. Женщины у них единолично управляют домашним хозяйством, что сделало их независимыми и находчивыми. Они никому не позволяют указывать себе, как вести дела, и всегда сами принимают все решения. Женщина-скиутт - хозяйка своей собственной судьбы...
   ...У вышедших троих скиуттов - одетых в широкие куртки и штаны клановых расцветок - не было иного оружия кроме длинных сабель-когтей на лапах. Игорь ощутил холодок - в первых рукопашных Галактической скиутты успевали уложить взмахами лап по три-четыре человека прежде, чем получали хоть одну рану - после которой, как правило, ещё продолждали сражаться почти в полную силу. Над полем загремел дикий, артимичный хорал-вой, от которого начинали шевелиться волоски по всему телу и шли по коже мурашки. Игорь поспешно включил в комбрасе устройство перевода, но поморщился - выданный текст не давал представления о песне как таковой и только мешал слушать...

И ночь пала на землю,

Ночь - время охоты.

Чёрные птицы летят над нами,

Чёрные птицы кличут смерть.

Чёрные птицы охоты,

Чёрные птицы судьбы.

Ночь пала на землю.

Ночь - время охоты...

   Сцена в самом деле превратилась в ночные заросли древней прародины скиуттов - Скойу. Густая листва мрачно отливала коричнево-бронзовым в свете двух мчащихся по небосводу бурых больших лун. Игорь залюбовался мрачной красотой ночного леса и вздрогнул - впрочем, вздрогнул не он один - когда из чащи с воющим рёвом выметнулся на четырёх лапах медведеподобный зверь не меньше трёх метров во вздыбленной холке. За ним выскочили ещё два - немногим меньше. Это были не голограммы, а настоящие хищники, стремительные и разозлённые.
   Даже не пытаясь отступать, взвывшие скиутты встретили чудовищ грудь в грудь. По арене покатились бешеные клубки схватки (силовое поле еле успевало мягко подавать назад стремящихся вывалиться за ограждение зрителей). Но - короткой схватке. Игорь покачал головой - все три зверя были убиты в какие-то секунды, причём он мог поклясться, что никаких подвохов тут не имелось: скиутты победили силой и ловкостью. Не обращая внимания на полученные раны, все трое в убыстряющемся темпе закружились по поляне диким хороводом, прыгая через туши убитых зверей и перекатываясь друг через друга - под всё убыстряющуюся музыку и вой хора... Вспыхнуло пламя костров, ночь стала непрогладной, чёрно-алой, и лишь три мощных тела скользили, скользили, скользили в охотничьем танце...
   - Мурашки по коже, - сказала одна из девушек. - И ничуть не красиво.
   - Что ты понимаешь, - высокомерно задрал нос Вайми. - Эй, землянин, - раз он назвал Игоря не по имени, значит, старался подколоть, - а ты бы смог завалить хотя бы одного из таких зверей... ну, ножом? - и он кивнул на висящий на поясе Игоря английский дирк.
   - Нет, - покачал головой Игорь. - А ты?
   Вайми смешался и, покраснев под взглядами друзей, что-то пробурчал. Честный и короткий ответ землянина поставил его в глупое положение: сказать "смог бы!" значило просто и явно соврать, а признаться "нет, не смог бы..." мешало самолюбие. Вайми внимательно посмотрел на Игоря. Странно, а вот ведь он признался, что не смог бы, расписался в слабости - и совершенно не чувствует себя неудобно, а тот, кто с ним спорил, попал в глупое положение... Вот земляне, не поймёшь их! Вайми мотнул головой в досаде и бросил:
   - Да ну и ладно. Пошли на сторков поглядим, там Джет должен быть.
   - Пошли, - охотно согласился Игорь. В конце концов, они затем и пришли на ярмарку, чтобы увидеть как можно больше. - А Джет кто? Сын кого-то из посольства?
   - Да нет, ты что! - вытаращил глаза Вайми под смех своих друзей. - Кстати, он вообще-то Джерд, просто произносить неудобно... И его отец не из какого не из посольства, он беженец со Сторкада. Ну, вроде как он был против тамошней власти, его хотели даже казнить, он и бежал сюда. А мать у Джерда наша, в смысле, мьюри.
   - Не видно его что-то, - заметил один из мальчишек.
   - Найди в такой каше... - Вайми досадливо покривился. - Я аугументы пробовал надеть - тут столько всего, что глаза ломит...
   Да, каша была в наличии. На своих врагов мьюри посмотреть очень и очень хотели, кое-где над трибунами даже развернули какие-то антисторкадские лозунги, но не буйствовали - следила всё та же охрана. Над сценой парили не меньше сотни разных аппаратов и аппаратиков, на взгляд Игоря, чудом не сталкиваясь.
   Ухищрения голограммы превратили сцену в пологий песчаный пляж, сбегавший в густо-синюю воду. Росли деревья - с продолговатыми густо-зелёными листьями, с серебристой гладкой корой. Над деревьями поднимались коричневые башни замка; одна, самая высокая, вздымалась на высоту не меньше сотни метров.
   Потом ударили барабаны - и появились сторки. Их было два десятка, мужчины, одетые в национальный костюм - чёрные с золотой каймой куртки вроде земных вестов, под ними - белые рубахи, узкие белые штаны, чёрные высокие сапоги, длинные стилеты на поясах. Собравшиеся в квадратный строй, они маршировали по песку пляжа. Барабаны били сухо и чётко, глухие мощные удары пересыпала раскатистая боевая дробь. Движение сторков поражало машинной отточенностью. Внешне не так похожие друг на друга, как были похожи мьюри, скорей напоминающие индивидуальными чертами лиц землян, сторки каким-то образом сделались похожи. Плотная коробка строя - бледные лица, широкие плечи идеальных механических солдат в чёрно-золото-белом - двигалась как жутковатое живое существо, меняя направления, потом в какой-то момент развернулась в шеренгу - сторки замерли лицом к морю.
   Послышалась и странным образом приглушила барабаны неожиданно нежная мелодия - какой-то дудочки, но многоголосая. Из воды - зрители от неожиданности примолкли все сразу - стали выходить женщины. Рослые красавицы в коротких, чуть ниже колен, платьях тех же расцветок, что одежда мужчин, с волосами, убранными под серебристые - по контрасту с рыжиной волос - сетки, в сандалиях с высокими ременными затяжками. Линия женщин застыла напротив мужского строя.
   Музыка как бы резко переломилась, изменилась - и оба строя смешались, в общем движении рождая совместный танец. Барабаны и дудочки пели вместе, в лад, ничуть не противореча друг другу. Игорь - он отмечал всё вокруг - увидел, как опали в руках зрителей-протестантов плакаты...
   Сторки танцевали долго - и никто не мешал им. А в конце последняя фигура танца образовала снаружи плотный квадрат мужчин - стоя плечом к плечу, они смотрели на все четыре стороны света. Внутри же квадрата женщины, замерев в круге, лицами друг к другу, синхронно вскинули руки - и меж них взметнулся и закачался столб живого золотистого пламени, в котором неожиданно - Игорь даже дёрнулся, и не он один - закружились детские лица...
   ... - А ваши где выступают?
   Этим вопросом Вайми нарушил довольно долгое молчание, котрым сопровождалось вполне бесцельное шатание всей компании по территории Ярмарки. Игорь мог бы поклясться, что все сейчас думают про выступление сторков. Кастовое общество, Высшие Роды, Безродные, рабы... Но танец был хороший. Не потому, что просто красивый. Хороший, вот и всё.
   - Ёлочки зелёные! - очнулся Игорь. - Рядом! И сейчас как раз наши выступают, в смысле, мальчишки наши! Бежим!
   - А что такое зелёные ёлочки? - на бегу спросил Вайми.
   - Деревья такие, зелёные и колючие, как ежи... только не спрашивай меня сейчас, что такое ежи!!! - пояснил Игорь. - Скорей сюда! Вот!
   Они успели вовремя - площадки землян находились недалеко от сторкадских, и самого разного народу тут кишело чуть ли не втрое больше. Над прямоугольником сцены, к которой они выскочили, как раз зазвучала музыка - точнее, песня, без аккомпанемента, просто мужской голос:
   - Выйду ночью в поле с конём...
   Ночкой тёмной тихо пойдём...
   Мы пойдём с конём
   ПО полю вдвоём...
   Мы пойдём с конём по пОлю вдвоём...
   Видеоинженеры постарались - на площадке встал лес, заколосилось золотое с червонными отблесками заката поле, за которое садилось большое солнце. И в это поле - такое реальное, что, казалось - рукой можно потрогать - выбежал рядом с идущим плавной рысью рыжим неосёдланным конём держащийся за его гриву мальчишка...
   Андрюшка Ворожеев был одет в чуть мешковатые штаны с тугим кожаным поясом, обут в узкие сапоги без каблука. Подчиняясь песне - в каком-то гипнотизирующем едином ритме с её словами - он начал показывать верховую езду. Искусство, правильней сказать. Конь - без седла и узды, громадный, могучий - подчинялся мальчику мгновенно и охотно, словно угадывая желания юного всадника. А тот с невероятной лёгкостью, как другие дышат, проделывал то на рыси, то на лёгком галопе сложнейшие трюки, и казалось, что нет ни коня, ни мальчика - есть юный полкан из древних легенд Земли. Не было ни хозяина, ни покорённого животного. Было одно целое - Конь и его Мальчик, Мальчик и его Конь...
   А голос певца взвился почти угрожающе - казалось, шарахнулись даже мельтешащие вокруг шары камер, ведущих прямую трансляцию...
   - Будет добрым год-хлебород!
   Было всяко - всяко пройдёт!
   Пой, златая рожь,
   Пой, кудрявый лён -
   Пой о том, как я в Россию влюблён!
   Эх, подумал Игорь, эх, как жаль, что тут почти никто не знает русского!!! Ну как же жаль!!! Но всё равно... пусть слушают и смотрят! Пусть! Вон как притихли на трибунах...
   А в руке Андрюшки сверкнул закатным лучом невесть откуда взявшийся меч. И завертелся, закрутился, полетел вокруг мальчика, неподвижно стоящего на спине идущего галопом коня, разбрасывая вокруг кроваво-серебряное сияние. Потом меч взлетел и, сверкнув, исчез, а Андрюшка, ловко упав на конскую спину, шагом направил рыжего в сторону заката.
   То, что было потом, иначе как овацией не назовёшь. Торопливо бросив вопящим мьюри: "Извините, я сейчас, быстро..." - Игорь начал проталкиваться туда, куда ушёл Андрей - сказать ему, что всё было здорово (он по себе знал, что во время таких выступлений не замечаешь сам, что делаешь). Это оказалось не так уж сложно - мальчишка понял, что перед формой землянина расступаются... Взгляды скользили по нему, прикасались - как руки. Разные, очень разные руки...
   ...Выбравшись на чистое место, Игорь тут же увидел, что рядом с Андрюшкой, который поглаживал коня по широкому лбу, стоят две здешние женщины. Красивые, хотя и слишком, как тропические цветы. Они о чём-то говорили с мальчиком - настойчиво, напористо, только что за руки не хватали. Тот улыбался и отвечал - коротко, покачивая головой. Одна из женщин даже ногой топнула - конь рядом с Андрюшкой фыркнул, прижал уши, оскалился. Андрюшка перестал улыбаться, положил левую руку на конский лоб и что-то сказал - по-прежнему коротко, но уже очень резко.
   Игорь проследил, как женщины уходят - неспешно, рассчитано-красивой походкой, всеми движениями выражая презрение к юному землянину. И только после этого подошёл:
   - Что им было нужно-то? - спросил он. Ворожеев хмыкнул:
   - Приглашали меня и Лихого... - он поцеловал коня в храп, - ...в какое-то поместье. Выступать и заниматься сексом.
   - С тобой или с конём? - усмехнулся Игорь. Андрюшка чуточку покривил угол рта, улыбнулся, ответил спокойно:
   - Со мной, со мной... Втроём, но при коне. Обещали большие деньги и массу удовольствия. Но я сказал, что Лихому приятно смотреть на благородных кобылиц, а не на грязных самок. Мне же и вовсе они неинтересны. По-моему, они удивились, что я знаю мьюрик, сперва-то они говорили... - Андрей вдруг потёр лоб и медленно продолжил: - А знаешь... сперва-то они говорили... по-русски. Одна плохо, очень, другая тоже очень - хорошо.
   - Ничего себе... - Игорь задумался. - Надо сказать Андрею Даниловичу. Кто его знает, что им ещё в голову придёт и кто они вообще такие.
   Андрей кивнул. Мальчишки, ведя коня, отправились на поиски полковника; правда, двигаться пришлось медленно, Андрюшка не успевал отбиваться от желающих сказать ему несколько слов или дотронуться до него и коня. Отхлынули они только потому, что на площадке, приобрётшей вид лесной опушки-дубравы, появились двое юных англичан, одетых в жёсткую кожу - жилеты, штаны, краги, ботинки - и вооружённых длинными ножами, а с ними - два боевых пса, гудзонские овчарки, серебристо-белые, с короткими ушами и жемчужным оскалом убойных клыков. А с другой стороны выскочил, разбрасывая землю копытами, заранее разъярённый бык. Угольно-чёрный, он громко фыркнул и повёл лобастой головой - если бы кто-то из мальчишек улёгся посреди лба, то раскинутыми руками как раз достал бы до концов жутких рожищ. Один из англичан громко свистнул - и бык молниеносно развернулся в их сторону. Хрипло выдохнул - "уфффаххх!" - и пропахал копытом борозду...
   Ударили барабаны - упорной дробью, в которую вплёлся визг офицерских рожков: "Forward! Marsh on!". (Игорь отметил, что на трибунах кое-где произошло взволнованно-испуганное движение и усмехнулся - ага! Кто-то услыхал знакомую страшную музычку - вот такой визг, перекличка рожков с флангов на центр - и волна техники и похожих на киберов солдат затапливает позиции Чужих... Ну молодцы братья по планете!) Но голоса перекрыли музыку, сделав её фоном...
     -  There's a whisper down the field where the year has shot her yield,
     And the ricks stand grey to the sun,
     Singing: "Over then, come over, for the bee has quit the clover,
      And your English summer's done."
      Бык хрипло, жутко взревел, метнулся на мальчишек, целясь поддеть рогом. Они прянули в стороны, а овчарки, порскнув вбок-назад, атаковали зверя сзади...
      - You have heard the beat of the off-shore wind,
     And the thresh of the deep-sea rain;
     You have heard the song - how long! how long?
     Pull out on the trail again!..
   ...Бык умирал, хрипя. Две раны - под лопатками - были смертельны. Но один из мальчишек - второй сдерживал ревущих с пеной на клыках псов - прыгнул, рванул за рог - и в пыль свистнула тугая струя крови из-под резко и глубоко пересекшего могучую чёрную шею ножа.
   - Ha' done with the Tents of Shem, dear lass,
     We've seen the seasons through,
     And it's time to turn on the old trail, our own trail, the out trail,
     Pull out, pull out, on the Long Trail - the trail that is always new. (1.)
  
     1. Шепот облетел тот край, где летом вызрел урожай,
     И над стогом высок небосвод.
     Напевает: "Поздно, поздно, пчелы спят, и меркнут звезды,
     Англичане, окончен ваш год".
     
     Вы слышали гром на просторе морском,
     И как дождь шумит в хладной мгле;
     Вы слышали песнь: "Ну когда? Скучно здесь!"
     Так вставайте на прежний след!
     
     Не для нас старца Сима шатры, дорогая,
     Безмятежная тишь, мирный кров;
     Ныне время нам выйти на след, на наш след, прежний след,
     Снова встать, всем нам встать - Длинный След всегда будет нов!

Дж.Р.Киплинг. Призыв.

  
   Зрители не успели ни опомниться, ни выразить впечатление. На мгновенно изменившуюся площадку под плавные, льющиеся медленными волнами звуки "Вдоль по улице красавица идёт..." поплыли одна за другой девушки из "Берёзки" - одинаковые в своей непривычной и невиданной тут неприступной красоте, недвижные и в то же время чудесным образом передвигающиеся. Игорь уже слышал, что видевшие репетиции чиновники-мьюри спорили: это андроиды или танцовщицы стоят на невидимых под длинными нарядами робоплатформах? Девушки смеялись до слёз, когда эти слухи дошли до них. Это был слух ещё из безобидных - куда интересней было заявление про ампутацию ног и замену на спецпротезы...
   - Чёрт, я сегодня всё время всё забываю! - выругался Игорь. - Меня местные ребята ждут! Дойдёшь до Андрея Даниловича один?!
   - Дойду, - кивнул Андрей. - Потом меня познакомишь со своими приятелями?
   - Да сколько угодно, - Игорь хлопнул его по плечу и зашагал через толпу, высматривая Вайми и других. На сцене между тем уже смешались мужской и женский хороводы - они сплетались и выгибались кольцами и овалами под древнее заклинание-песню:
   - ...Ой, Ладо, Ладо,
   Ладо, мати, Ладо
   Славослови, мати,
   Весну закликати...
   Зиму провожати,
   Ой, Ладо, Ладо,
   Мерю провожати.
   Леля да Полеля
   Ой, да пили воду
   Во великой Сварге
   Пили - лили воду
   Ой, да лили воду,
   Славу пели Роду,
   Ой, да славу пели
   Диду, дубу, снопу...
   ... - Ну куда ты делся?! - сердито спросил Вайми, облизывая пальцы от сладкой ваты. Остальные юные мьюри ещё вовсю её лопали. И тут же без обиды и всякого перехода сказал: - Отличные у вас артисты!
   - Это не артисты, - улыбнулся Игорь, снимая фуражку и обмахиваясь ею.
   - Как не артисты? - не понял Вайми.
   - Ну так не артисты. У нас нет такой профессии, я и знаю-то про неё потому, что на истории говорили, ну, на уроках. У нас каждый человек что-то такое делает - танцует, поёт, картины рисует... Кто-то лучше, кто-то хуже. Но это не работа, это отдых скорей. Андрей, например - ну, тот мальчишка с конём - учится, как и я, в Лицее. Вообще он хочет стать зоопсихологом.
   - Врёшь, - недоверчиво сказал один из парней. Игорь пожал плечами:
   - Да зачем мне?
   - А как же собирали ансамбль? - спросила девушка.
   - Да просто. Пригласили всех желающих пройти отбор по месту жительства. Потом отобрали по уездам, потом - по губерниям, потом - по Империи. А из них ещё раз - самых лучших. Вот и всё. Быстро, просто, честно, никому не обидно.
   - А как же вы без артистов живёте?! - почти возмутилась та же девушка. Игорь усмехнулся:
   - А зачем они?
   - Ну... развлекать... - смешалась девушка. Как видно, этот вопрос не приходил ей в голову.
   - Человек, которого нужно развлекать - это почти животное, - серьёзно ответил мальчик. - Даже хуже животного - у животного времени на такие глупости нет. А если человек тратит своё время на развлекалово... - Игорь покривился очень выразительно.
   - Но ведь артисты всегда самые красивые, самые талантливые, самые...
   - Да ладно тебе, - поморщился Вайми. - Знаю я, как в эти артисты попадают. Кто задницу или передок быстрей подставит - тот и артист. Его и тянут вверх, как на канатах. Даже если там ни голоса, ни слуха... Ну, так мне отец сказал - а он много чего видел.
   - У нас тоже так было, - признался землянин. - Их "звёздами" даже называли. Считали элитой, интеллектуальной, культурной там... А на самом деле вы подумайте - элита это ведь или защитники, или изобретатели. Те, кто или создаёт новое или не даёт разрушить построенное.
   - Но ведь например композитор - он тоже может написать новую песню, - задумчиво сказал Вайми.
   - О чём? - спросил Игорь. - Ну вот о чём он будет писать, если он больше ничего не умеет? Вот так и получаются ваши "песни" про "вродекаклюбовь", их чаще всего такие композиторы и сочиняют. А вот у нас, например, был - очень давно - такой композитор: Агапкин. Он написал "Прощание славянки"... вот! - Игорь пустил с комбраса музыку, и с полминуты все её слушали.
   - Женщины провожают мужчин на войну, - тихо сказала вторая девушка, едва музыка затихла. Игорь хлопнул глазами:
   - Точноооо... - девушка смущённо улыбнулась. - А, ну вот. Он написал, и её уже сколько веков играют! А он, между прочим, был военный. И просто знал, о чём пишет. Поэтому музыка получилась такая - из души. Если человек "профессионально пишет музыку" - он такого просто никогда не напишет. Не сможет, потому что ему не о чем писать... Что он видел-то?! И лучше уж написать за всю жизнь одну мелодию - но такую! - чем сто, но... простите, как у вас. Или как у нас раньше, - примирительно закончил он.
   - А эта песня настоящая? - вдруг спросил Вайми и кивнул в сторону соседней сцены, на которой в окружении ореола скрещивающихся лучей, в ослепительном сиянии - такое рождается в кабине пойманного прожекторами самолёта - рослый мужчина в пилотской форме пел, широко расставив ноги, одну из знаменитых песен времён Первой Галактической - "Марш Полярной Звезды":
   - Кто умер рабом, тот не жил никогда.
   Кто истинно жив, никогда не умрет.
   Мы верим: Великих традиций Звезда
   На небе полуночи скоро взойдет.
  
   Умершим в удел достаются гробы.
   Живые наследуют солнечный Трон.
   И только живых собирает в ряды
   Полярной Звезды штурмовой легион...
   - Настоящая, - кивнул Игорь. - И пилот этот - настоящий... Ну что, пошли? Андрей с вами познакомиться хотел.
  

9. О МИДИЯХ И КРОССОВКАХ

   И всё-таки не обошлось без инцидентов.
   Правда, произошли они не на территории Ярмарки, а за её пределами - пользуясь тем, что не было прямого запрета, многие юные земляне шустро высунули носы в город, здраво рассудив, что Ярмарка не сегодня кончится, а если что интересное пропустят - можно посмотреть в записи. Ну а там покатилось-понеслось. Так, Тиудир не смог разойдись с каким-то невероятно толстым джаго в роскошных, расшитых золотом и драгоценными камнями одеждах - тот упорно не желал уступать дорогу, что-то кричал, брызгая слюной и страшно вращая и без того выпученными глазами - и, наконец, полез в драку, размахивая усыпанным драгоценными каменьями кривым кинжалом - после чего Тиудир с чисто немецкой практичностью влепил ему между глаз диск из допотопного кластерника, который носил вместо огнестрела. "Побоялся я с ним, ребята, в поединок вступать, - пояснил он под всеобщий хохот. - Вдруг его блохи на меня перепрыгнут? С ног сшибут и весом задавят, честное слово..."
   Андрюшке Ворожееву повезло меньше - на него вдруг набросился какой-то шакалоподобный гуманоид с громадными ушами, поразительно похожий на древнеегипетского бога Анубиса. Эта тварь не имела никакой одежды, кроме собственного черного короткого меха и неприлично большого количества украшений - но очень умело орудовала коротким мечом и упорно лезла в драку, даже будучи уже изрядно порезанной виброножом - окончательно ее утихомирила, увы, лишь отсеченная метким ударом голова. Никто, ни сам мальчишка, ни даже местная полиция, не смогли объяснить, что подвигло гостя из далеких миров на такую агрессию. Игорь предположил, что это месть какой-то из тех женщин, которых Андрей оскорбил отказом служить им игрушкой, но Андрей только отмахнулся - на вменяемую месть этот глупый поединок не тянул, а храброго чужака ему было даже немножко жалко. Мало ли какие могут быть у его народа обычаи и обеты? Андрюшка даже собирался поискать данные по этой расе.
   Кто-то из англосаксов задержал двух вооружённых грабителей - парень зашёл в магазин сувениров, а они как раз вломились следом и помешали ему рассматривать какой-то половичок с массажёром. В благородном гневе англосакс сильно ушиб обоих друг о друга раньше, чем они сообразили, что происходит - и даже согласился взять половичок бесплатно как подарок от благодарного хозяина магазина. Пистолеты он тоже хотел унести - на предмет ознакомления. Но не дала полиция...
   Но самая веселая забава досталась на долю Мирослава и Федора - лучших в группе менталистов. Им повезло наткнуться на пикет из оглушающе безвкусно одетых и размалеванных тварей неопределимого пола, громко протестующих против угнетения на Земле "сексуальных меньшинств". На Ярмарку их то ли не пустили, что вряд ли - то ли они сами не пошли и бушевали возле одного из входов. Какое-то время мальчишкам понадобилось, чтобы понять, о каких "меньшинствах" идёт речь. Но после того, как вопрос был выяснен, не прошло и секунды, как вся эта компания вдруг потеряла интерес к любым землянам вообще, да и к окружающей реальности в целом - потому, что необычайно бурно, громко и синхронно обделалась в то, что заменяло им штаны. Причем мальчишки категорически отрицали свою причастность к этому инциденту, ссылаясь на промелькнувших где-то на заднем плане Аниу, а у Андрея Даниловича не нашлось ни желания, ни времени разбираться в столь вопиющем попрании прав "меньшинств", как ни призывала его к этому вся здешняя "свободная пресса". Тем более, что Аниу и не отрицали своей причастности, а о землянах после этого начали высказываться несколько благожелательней - мол, дикие люди, конечно, но не без задатков...
   В посольство многие земляне возвращаться не спешили. На территории Ярмарки были любезно выстроены удобные сборные домики - для тех, кто предпочитал далеко не отходить от мест выступлений или каких-то ценных вещей, аппаратов либо животных. Домики по роскоши далеко уступали гостиничным апартаментам, но Игорь рассудил, что вся тамошняя роскошь всё равно голография - и остался в маленьком четырёхместном номерке. Впрочем, тоже выдержанном в местном стиле.
   Ярмарка не замирала и ночью, конечно - но всё-таки становилась куда менее шумной и бурной. Открыв все окна и дверь, мальчишки отдыхали после трудного дня; надо сказать, что в номере их было вовсе не четверо. Ян Дэнфорд, Мирослав, Яромир и Андрюшка Вихорев Играли в покер. Данчо и Джерри Вильбоу просматривали какие-то материалы, снятые ими для намечавшейся общей работы по ксенологии. Игорь просто сидел на подоконнике и рассматривал световые рекламы, размышляя о ребятах-мьюри, с коорыми он и Андрей не расставались почти до конца ярмарочного дня. Димка перебирал гитарные струны и напевал:
   - Жил в городе Белфасте мальчик по имени Падди,
   Ходил в детский сад и котенка по пузику гладил.
   И в целом хороший был мальчик, но в голову била моча.
   Ведь Падди с самого детства терпеть не мог англичан.
   Увидит в песочнице англосаксонскую рожицу -
   Ногами топочет и отбирает пирожные.
   И часто стоял он в углу, ведь вел себя плохо...
   Но Падди родился ирландцем, Падди всё...
   - Ты допросишься, русский, - буркнул Ян, рассматривая взятку.
   - Ла-на-а, - покладисто согласился Димка, - я другое спою...
   Блуждал по горам британский отряд, британский отряд, неделю подряд.
   И там их встретил, говорят,
   Баран по кличке Барни.
   Солдаты смелы, но баран смелей,
   Они сильны, только он сильней...
   Вот так баран надавал люлей
   Сраной британской армии... (1.)
  
   1. И в первом и во втором случе слова группы Green Crow.
  
   - Морально воздействуешь? - ухмыльнулся Ян. - Мимо, всё равно игра моя.
   - А чёрт! - Вихорев бросил карты. - Точно!
   - Гитару дай, - протянул рукуЯн. - Спою балладу о том, как русские организовывали на Марсе колхоз. Сам сочинил. Нервным не слушать.
   - Интересно, вы эти колхозы когда-никогда забудете? - задумчиво спросил Мирослав. Ян хмыкнул:
   - Разве такое забудешь...
   - А кто на Ньюфаундленде в Серые Войны вовсю клепал сельхозкомунны, не ваши? - невинно спросил Игорь, не поворачиваясь в комнату. Ян не смутился:
   - Это было тяжкое время.
   - А у нас оно всегда было тяжкое, - победоносно заключил Яромир. - В том числе и благодаря вам.
   - Ну вот что мы чехам-то сделали?! - фыркнул Ян.
   Под шумок спора Игорь плавно "выпал" за окно. Постоял за кустами - в ночи среди широких, казавшихся чёрными листьев распустились огромные, жадные белые цветы с золотыми мерцающими сердцевинами, вились рои зеленовато фосфоресцирующей мошки. По дорожке мимо прошли двое офицеров.
   - ...приехали два часа назад.
   - Ну и как они тебе?
   - Здоровые. Здоровей наших и, по-моему, старше.
   - Думаешь, готовят какую-то подлость?
   - Почти наверняка. Сегодня наши выступления в числе лучших. Вот они и решили...
   Голоса отдалились, заглохли. За окном в комнате весело спорили мальчишки. А Игорь замер, поражённый мыслью - да ведь это же об их будущих соперниках, о мьюри! Значит, они как раз прибыли!
   Качаясь с пятки на носок, Игорь кусал уголок губы. В нём росло сильнейшее жгучее желание как можно скорее увидеть кадетов-мьюри. Ясно, что они не будут похожи на Вайми и его друзей. Потому-то и хотелось...
   Оглядевшись внимательно, Игорь пригнулся - и канул в переплетение ветвей. Бесшумно, как плавно опущенный в воду камешек...
   ...Он, конечно, понимал, что поступает, мягко говоря, глупо - шляться одному по чужому тренировочному лагерю даже на Земле, в Лицее, было не принято, а здесь, на совершенно чужой и вполне откровенно враждебной планете... нет, никаких законов он не нарушал, хозяева - это заранее оговаривалось - были ничуть не против осмотра лагеря - но все же бродить здесь одному определенно не стоило. Можно было нарваться и на неприятный вопрос, и на драку, и даже на такое, после чего в его личном деле напишут короткое "без вести". Игорь все это понимал - но удержаться не смог. Найдите на Земле четырнадцатилетнего мальчишку, которые согласится ходить по чужой планете за экскурсоводом и, развесив уши, слушать его хвастливую и не вполне честную трепотню. Не найдете. Любой земной мальчишка решит попробовать этот мир на зуб. Игорь вовсе не был исключением. Все равно, их послали сюда узнать, как можно больше - вот этим он сейчас и занимался.
   Пока что вокруг не попадалось ничего интересного - всё те же стандартные сборные домики, посыпанные песком дорожки - если закрыть глаза, то и не подумаешь, что находишься не на Земле...
   Из-за длинного дома донесся голос, игравший характерными интонациями - инструктор распекал нерадивых кадетов. Игорь сначала не обратил внимания - уж чего-чего, а таких речей он наслушался в Лицее досыта - и вдруг с удивлением отметил, что понимает мьюрик, даже не думая об этом - хватило пары встреч с Вайми и его друзьями, чтобы довести перевод до полного автоматизма. Он и сам не ожидал этого, но вот поди ж ты! Учиться в Лицее было тяжело, иногда очень - но учить там умели. Игорь не думал, что сможет так быстро овладеть совершенно чужим и притом не самым простым языком. Словарный запас у него был пока что маловат, от пацанов и девчонок много не наберёшь - но, чтобы понимать бытовую речь, много и не требовалось.
   Он повернул в сторону голоса, уже чувствуя, что наткнулся на нечто интересное. Говорила женщина - он знал, что здесь было много женщин-инструкторов, и Игорю это казалось диким. Женщина-воин - еще куда ни шло, защищать себя должен уметь каждый, а мужчины бывают рядом не всегда. Но женщина, которая учит парней воевать?! Скажи ему кто на Земле, что он увидит такое наяву, причем скоро - рассмеялся бы. Ну чему она может научить? Мьюри, однако, думали иначе - правда, и женщины у них были часто не ниже парней, да и характером не слишком от них отличались. Такой тут был мир - каждый мог рассчитывать только на себя. Если бы тут еще и не считали главным врагом ближнего своего...
   Игорь мотнул головой, выбросив из нее явно лишние мысли... и осторожно выглянул из-за угла. Ему повезло - он смог увидеть здешних лицеистов-кадетов в их естественной, так сказать, обстановке. На лицеистов эта не слишком ровная шеренга, торчавшая у входа в помещение, походила, правда, весьма мало: шорты, песочного цвета футболки, кроссовки на босу ногу, на головах - плоские круглые шапки с большими козырьками - словно вся эта компания собралась, например, на пляж. А уж представить у земных лицеистов пышные "хвосты", пропущенные под ремешки в вырезы на шапках, было и вовсе немыслимо. Но - здоровые. И правда здоровые. Даже слишком здоровые.
   Перед шеренгой лицеистов стояла инструктор - рослая, крепкого сложения девица лет так двадцати пяти, в такой же круглой шапке и в сандалиях, одетая во что-то вроде туники. В руках она держала легкий деревянный шест, которым энергично жестикулировала.
         - ...и запомните в конце: рукопашный бой - это крайнее, последнее средство. Эффективность невооружённой руки близка к нулю. Если у вас нет оружия, найдите любой предмет, - какой угодно, - и сражайтесь им. Если не найдете ничего, наносите удары ногами, это намного более действенно. Любой ценой избегайте прямого контакта с противником - ударили, отступили, посмотрели результат, атаковали снова. Ни в коем случае не увлекайтесь. Всегда трезво соизмеряйте свои силы. Если не уверены в победе - не атакуйте. Если чувствуйте, что не можете победить - бегите. Да, бегство позорно - но тогда у вас будет шанс вернуться подготовленным лучше, знающим больше, и попробовать ещё раз. А смерть - это навсегда. Она никому не принесет пользы - и, прежде всего, вам. Вопросы есть?
     - Госпожа инструктор, у нас в отсеке кондиционер дребезжит, спать невозможно...
     - Кроссовки выдали дурацкие, я вчера все ноги стёр...
     - Мидии в столовке несвежие, я чуть не отравился...
     - Ти-хо! Разговорчики в строю! Те, кто сдаст сегодня норматив, поедут на полигон, смотреть танки. Несдавшие займутся генеральной уборкой территории. Ещё вопросы есть?..
              Игорь быстро отступил назад, оставшись незамеченным. Ну порядочки тут у них - офигеть. Воспоминания о не таком уж давнем в общем-то надвинулись, замелькали, поплыли...
   ...Не упасть. Только не упасть. Не сбиться с ритма. Не отстать. Боги, не видно же не зги... Поздняя ноябрьская ночь, по небу ползут быстрые тяжёлые тучи, ветер хлещет ледяным дождем. По стиснутой лесом, насмерть разбитой проселочной дороге бежит отряд голых до пояса семилетних - всего лишь! - мальчишек. Сзади, невидимые, но ощутимые, бегут витязи. Только не сбиться с шага... только не отстать... волосы слиплись, всё тело давно насквозь мокрое - от дождя и от пота. Кожа горит, босые ноги при каждом шаге словно взрываются болью - под ними вязкая, перемешанная с битым льдом грязь. Как же тяжело бежать по такому... совсем нет света, лишь какие-то призрачные, обманные пятна, нет воздуха, он не проходит в сжатое от усилий горло... Нет, смотреть не надо, надо ЧУВСТВОВАТЬ. Глаза могут подвести, Сила - никогда. Ты и мир - одно целое. И ноги легко переносят тело через шестиметровый ров, скрытый во мраке. Остановиться, соразмерить силы - значит, не решиться. Никогда...
             - Страх недостоин мужчины. Страх убивает. Тот, кто боится - уже мёртв. Дух не чувствует страха. Страх рождается в теле. Если дух владеет телом - ты непобедим, - в руке витязя стек. Забавная, почти детская игрушка - но стек раз за разом бьет по ушам, в лоб, в зубы... Лицо мальчишки - сплошной оплывающий кровью синяк, но большие серые глаза смотрят упрямо и зло. Не шевелиться. Не вздрагивать. Не моргать. Страх рождается в теле. Тот, кто боится - уже мёртв...
   ...Мьюри уже ушли. Игорь стоял за углом здания, смотрел в небо.
   И улыбался. Спокойно. Уверенно. Презрительно.
  

10. ТРОЯНСКИЙ ЖЕРЕБЁНОК

   На экране опять говорили о землянах. С утра пораньше. Игорь выспался в номере - вчера днём их всё-таки заставили вернуться в посольство, потому что мальчишки стали проявлять излишнюю ненормированную активность. Из интереса после зарядки и завтрака он включил какие-то новости - и вот здрасьте... Мальчишка уже знал, что в передачах мьюри тема "земляне" стоит на первом месте, им посвящалось 56% от общего эфирного времени, уделённого инопланетянам, гостям Ярмарки. Правда, знал он так же и то, что большую часть этой информации составляет или откровенная ложь или в лучшем случае до идиотизма некомпетентные искренние "исследования".
   В данном случае трудно было понять, о какой разновидности брехни идёт речь. Уже немолодой мьюри в деловой одежде - чем-то вроде обернутой вокруг тела серой простыни, скрепленной железными пряжками, надо сказать, выглядевший с точки зрения землянина страшно несолидно из-за здешней причёски - обстоятельно раскрывал "секреты земного дворянства". Игорь зачаровано слушал горячо излагаемый бред о том, что так поражавшие мьюри возможности землян вообще и в особенности дворян получены путем безжалостного подстегивания организма. Дескать, в грудничковом возрасте каждому землянину делается укол некоей вакцины, резко повышающий порог физических возможностей. Дворянам, естественно, колют вакцину лучшей очистки и в большей дозировке, отчего они и становятся способны на "поразительные фокусы". Но у вакцины есть побочный эффект - от неё люди тупеют. Поэтому земные дворяне - накачанные безграмотные полуживотные, способные только подавлять всех как "болезненной психоэнергией", так и чисто физически. Техника землян - скопированная с трофеев времён Первой Галактической Войны - почти вся находится из-за неграмотного обслуживания в жутком состоянии, эскадру для прилёта на Ярмарку едва собрали, причём на каждом корабле томятся в трюмах несколько десятков "настоящих специалистов", вынужденных под угрозой смерти для их близких выполнять за дворян всю работу...
   Вот честное слово - не знай Игорь реального положения дел - он бы поверил в этот жуткий бред, так уверенно и напористо, чуть ли не со слезой, излагал его учёный. Несколько сбило настрой только то, что по окончании передачи в эфир пошёл репортаж о какой-то колонии для несовершеннолетних преступников и проблеме молодёжной преступности вообще. Игорь отвернулся - смотреть сюжет было страшно и жалко - и честно поразмыслил над интервью. Мьюри-учёный явно не врал по заказу - и столь же явно выступали в его словах его личные проблемы - больной психики, комплексы детства, зависть и ещё многое другое. Но сами мьюри в массе вряд ли способны различить такие нюансы... Что же, возить каждого на Землю? На кой им это сдалось, проще поверить экрану. Да и тогда многие скажут: "Вы нам правду не показываете, а вон под тем холмом в подземельях томятся узники, которые и вертят на самом деле колесо генератора!"
   Игорь ощутил беспомощность перед лицом агрессивного неверия.
   А потом вдруг вспомнил Дениса Третьякова. Жил себе парень ещё во времена Реконкисты, организовывал пионерские отряды в Республике Семиречье, было тогда такое независимое государство. И потом - уже взрослым - написал интересную книгу про своё детство. Тогда он столкнулся с такой же проблемой - с агрессивным неверием - и долго не знал, что делать... Пока не понял - надо заинтересовать молодых. Мальчишек, девчонок. Заинтересовать новой жизнью, отличной от того болота, в котором они живут.
   Конечно, Йенно Мьюри - не Семиречье. Но ведь есть же Вайми... И его друзья.
   Точно!!! Мальчишка соскочил с куба и взъерошил короткую стрижку в полном ошалении от пришедшей ему в голову мысли. Вскинув руку с комбрасом, он стал поспешно вызывать ребят одного за другим - всех сразу, и русских, и англосаксов.
   - Ко мне в номер! Да! Срочно, ну срочно! Очень важное дело! Всем быть! Да, и тебе! Скорее! - Игорь почти подпрыгивал от нетерпения, как малыш. - Обсудить кое-что надо! Скажу всем! Бегом давай! Потом поспишь! Да что ж такое, хватит жевательные мышцы тренировать! Да! Всем! Ко мне! Срочно! Быстро! Сюда-а-а-а-а!!!
   ...Большой номер сразу стал маленьким, когда в него набились три десятка активно выражающих в основном возмущение и недоумение мальчишек. Большинство устроились на полу, кое-кто притащил с собой недожёванное. Игорь в сердцах обозвал всех "растущими организмами", после чего, как ни странно, установилась относительная тишина.
   Игорь кашлянул и простёр руку - бессознательно, просто так. Кто-то уважительно сказал: "Оооооо..." Игорь руку смущённо опустил и начал:
   - Я сейчас смотрел интервью. Про нас.
   - А, я тоже видел, - сказал Берт Кромвелл. - Бред, как после контузии.
   - Не перебивай, сосед по планете, - толкнул его Андрюшка Ворожеев.
   - Так вот, - Игорь не обратил внимания на реплику. - Подумайте сами, их миллиарды. Мьюри. Ну - были сколько-то на Ярмарке. А остальные смотрят вот такие трансляции.
   - Наши рекламы они тоже смотрят, - возразил спокойно Яромир.
   - Да, смотрят, - Игорь улыбнулся и на миг замолк...
   ...Мьюри было не привыкать к рекламе - самой разной: голографической, назойливой, летающей, пролезающей в жилища - какой угодно. Поэтому в общем-то не было ничего удивительного в том, что время от времени над городами с хлопком разворачивались полотна голопроекторов. Землянам, как и другим участникам Ярмарки, легко дали разрешение на подобную демонстрацию своих "роликов".
   Удивительным было другое. Именно то, из-за чего как раз во время демонстрации "земных" лент на улицах городов останавливались множество людей. И - поднимали глаза к небу.
   Земляне не пытались рекламировать свою технику. Не пытались они и испугать военной мощью. Нет - и техника (в том числе и незнакомая мьюри, вызывавшая интерес и даже удивление), и военные, война - присутствовали на этих кадрах.
   Но - не они были главным. И движение звездолётов, и работа механизмов, и оружие, и пейзажи планет, и, казалось, весь мир - всё это служило лишь фоном для ЛЮДЕЙ.
   И это поражало и приковывало взгляд. С жадным интересом - или с опаской - или с завистью - или с восторгом - или внимательно и холодно - или с открытой ненавистью - но только не равнодушно! - наблюдали мьюри за необычной жизнью.
   Жизнь, метавшая фейерверки зажигательных искр с экранов, была обыденно стремительной, весёлой, радостной, полной необычной, притягательной музыки. Сильные, красивые, казавшиеся почти нелепо беспечными люди всё время что-то делали, чему-то радовались, куда-то стремились. Но не было в их движении - похожем на бег ручья по камням - ни зависти к чужому успеху, ни боязни отстать от окружающих, ни гоночной спешки. Казалось, любое дело доставляет им просто-напросто удовольствие, казалось, что они делают дело ради самого процесса. Чистые, зелёные, почти без привычного наземного транспорта улицы городов были довольно многолюдны, но нешумны. Можно было легко заметить, что землянам доставляет удовольствие неспешно гулять по ним семьями - мужчина, женщина, несколько здоровых, весёлых, но явно небалованных детей... Открывались великолепные дворцы, висевшие арками над водами заливов, от длинных причалов уходили в закат парусные корабли, и на широких луговинах, укрытых туманами, паслись красивые животные, "кони"... Пологие лестницы вели вверх, на смотровые площадки - а казалось, в самое небо... Застывшей каменной музыкой органов высились древние готические храмы...
   Но в момент, когда недобрый зритель уверивался в том, что люди на экранах беспечны и беззащитны, а их планета богата и, главное, доступна - странная весёлая жизнь вдруг прорастала твёрдой острой сталью. Нет, это не была угроза. Земляне не угрожали никому. Но те же самые люди - да, да, те же самые, и это было дико и непонятно! - что кувыркались в падающих струях какого-то огромного бассейна, или мирно удили рыбу на зелёном берегу тихого озера, или просто ехали куда-то с детьми - превращались в часть неумолимого, сильного и сурового механизма. Над огромными полями в окружении слитно ревущих трибун плескались яркие и в то же время грозные флаги в руках могучих атлетов, шедших впереди колонн, двигавшихся, как одно целое. Резкие черты старинных памятников всплывали из темноты, и на их фоне появлялись почти такие же суровые лица крепких, удивительно владеющих собой мальчишек, поднимались в незнакомом салюте руки - и музыка, только что беспечная, вдруг начинала... нет, не угрожать, нет... предупреждать, а лица мальчиков взрослели, твердели и одевались бронёй шлемов, лишь из-под забрал продолжали глядеть глаза защитников, бойцов... Всё это было так, словно храбрый, сильный и добрый человек выпрямлял ладонь в сторону опасности: не надо, подумай, я не хочу ссоры - и ясно, что это не трусость, нет... И над прекрасными лесами неслись эскадры боевых воздушных кораблей, странно единых с землёй внизу и небом вокруг...
   ...Но тут же снова - плавно скользящие ленты самодвижущихся дорог уводили в глубины земли, в города в огромных пещерах, в сады искрящихся многоцветьем радуг высоченных кристаллов, к загадочным подземным озёрам и чёрным рекам... Чередовались кадры массовых спортивных состязаний, проходивших везде - от ледяных северных трасс, где бежали по твёрдому искристому насту, высунув языки, сильные животные-собаки, запряжённые в санки, где люди мчались на лыжах со склона на склон, держа в раскинутых руках чаши с водой - и до тёплых морей, в которых пловцы соревновались в ловкости с рыбами, сражались с ураганами на маленьких судёнышках... А потом сменяли друг друга виды других планет - совсем иных, не таких, как Земля - но земляне были и там. Их окружали существа других рас. Мьюри было не привыкать к видам самых необычных инопланетян - удивительно было другое. Ни высокомерия, ни превосходства не было в землянах. Они жили среди других народов как бы сами по себе, не пытаясь никому ничего продать, поменять, навязать. Но как-то само собой получалось, что - словно железные опилки к могучему магниту - к поселениям землян прибивались потихоньку и местные жители. Самые разные и по разным причинам. Кто в поисках нового, кто - из интереса, а кто - ища защиты. И - странно! - они получали эту защиту. Экраны беспощадно и с праведным холодным гневом показывали то, как гибли злые, глупые, жестокие, мнившие себя непобедимыми силы, пытавшиеся посягнуть на жизнь землян или их новых друзей.
   Но - не было мести никому, кроме виновных! Это почти пугало...
   А фильмы снова возвращали на Землю. И срывался с края ажурной башни крылатый мальчишка, летел над прекрасным и добрым миром - миром, отражавшимся в больших весёлых глазах стоящей на самом краю башенной площадки девчонки... Ни жадности, ни страха, ни тоски, ни зависти, ни страшной опустошённой скуки и пресыщения не было в людях Земли - спокойных, весёлых, энергичных, задумчивых, суровых... Поражало количество детей и удивляло отсутствие дряхлых - люди, которых можно было назвать "стариками", были прямы и сильны, а их лица удивляли глубоким спокойствием и внутренним достоинством. Нигде нельзя было заметить и следа нищеты или безысходности, и двери домов - таких разных, от рубленых кряжистых пятистенков огромной зелёной Сибири до приземистых, с большими открытыми верандами коттеджей Австралии - люди закрывали лишь от непогоды. И даже открыто показанные последние секунды отживших своё тел землян не ужасали неизбежностью смерти - тела, в которых перестал нуждаться воплотившийся в творениях и учениках высокий дух мастера, воина, учителя, пахаря, исследователя, поглощало в бешеном красивом танце светлое и чистое пламя погребальных костров...
   ...А потом - на фоне спирали Галактики - в рост вставала фигура Человека. И Галактика умалялась и послушно, тёплой искрой, падала в протянутую ладонь. Но протянутую не жестом завоевателя - а осторожным движением защитника и покровителя. Свет Галактики согревал лицо землянина...
   ... - Смотрят, - повторил Игорь. - Но это ведь только здесь. А сколько всё-таки не видели? А на других планетах? Они и судят о нас так, как этот... кот учёный сказал.
   - Ты к чему клонишь? - спросил Тиудир. Игорь повернулся к нему:
   - К тому. Ну прилетели мы. Ну показали свои умения. Ну даже положим победили. А что мы после себя оставим? Забытый в номере носок? Так мне и пары не жалко, а смысл?!
   Теперь было совсем тихо. Игорь прочувствовал эту тишину и продолжал:
   - Обычно мы как делаем? Если на планете есть туземцы - мы их в первую очередь техникой удивляем. Они к нам тянутся. А дальше - дело... техники, - скаламбурил он. - Но мьюри мы техникой не удивим, а в наши общественные отношения они просто не поверят, пока им мозги полощут. Я такого пропагандистского аппарата, как тут, ни у одной расы не видел. Даже у нас раньше такого не было. Может, техники не хватало. А тут могут заставить человека, сидящего в дерьме по шею, поверить, что он в рай попал.
   - Это верно, - сказал Тим Фоксвелл. - Я тут ради интереса кое-что подбил, кое-какие данные. Давление искусственного психополя у них - как крышка в скороварке. Долбанёт - мало никому не покажется, сколько можно кипятить миллиарды людей и одновременно повышать давление?
   Игорь кивнул:
   - Вот. Мы с Яромиром тут познакомились прямо на улице с местными мальчишками. Хорошие мальчишки. И их лидер нам как брякнет - вырасту и буду воевать с вами, потому что у вас демократии нет. И это, повторюсь, умный парень. Нестандартный.
   Мальчишки посапывали сердито, ждали. Игорь прошёлся по комнате, лавируя между сидящими - ему вслед поворачивались головы.
   - Я и подумал... - Игорь вздохнул. - У кого есть знакомые ребята-мьюри?
   К удивлению Игоря, который думал, что откликнутся пять-шесть человек, отозвались почти все. Оказывается, во время экскурсий в город или на Ярмарке, обрасти знакомыми успел практически каждый. Причём эти знакомцы были, судя по отзывам, хорошие ребята и девчонки, которым тяжело жилось "в скороварке" Йенно Мьюри. И даже не из-за этой дурацкой "бедности", знакомцы как раз были в основном из семей "среднего класса" - а просто потому, что...
   - Они что-то делать хотят, а им предлагают за морковкой на верёвочке бежать всю жизнь, - сказал сердито Федька Волохов. - Вот они и чудят. То краской полицейский участок обольют, то голые по людной улице с плакатами пробегут, то просто дерутся со всякой местной сволочью... Я им самые простые вещи рассказываю-показываю, а они смотрят, как четырёхлетка волшебную сказку!
   - Во, - Игорь поднял палец. - Вот это и есть мой план.
   - Голыми бегать по улице? - уточнил Раймар. И тут же добавил: - Если я правильно понял, ты предлагаешь завязать крепкие отношения с нашими случайными знакомцами. Взрослым власти в головы льют пропаганду, а мы молодым покажем, какие мы есть на самом деле, так?
   - Ну! - Игорь энергично кивнул. - Вроде как посадим... ну... хлореллу на планете с плохой атмосферой. Маленькие кустики, плесень какая-то... А лет сто пройдёт - и дышать будет легче, а там и люди поселятся!
   На этот раз молчание было задумчивым и длительным.
   - А ведь может получиться, - сказал Яромир. - А то в самом деле - прилетели, побегали по арене и улетели, гордые собой. И взрослые тут ничего не могут, наши в них как в глухую стену бьются. Здешние нашим или не верят, или... верят и боятся нас. Боятся, что мы их мир развалим. А мальчишки-девчонки нам поверят. В общем, я - "за".
   - Только надо договориться! - перекрыл возникший тут же одобрительный гул Мариан Вишневский. -Чтобы им не врать. Совсем. Как своим. Если хоть чуточку попадёмся на вранье - они нам тут же верить перестанут. Им и так будет трудно.
   Гул возник снова - и не менее одобрительный.
   - Атакуем их с тыла!
   - Ага, как партизаны!
   - Изнутри!
   - А ты что так улыбаешься? - вкрадчиво спросил Яромир Игоря. Тот гордо хмыкнул. - Рад, что твой план приняли? Ну тогда иди и договаривайся с Андреем Даниловичем. Или мы в город по верёвочной лестнице будем убегать?
   - Чёрт, - пробормотал Игорь. - Опять взрослые будут путаться под ногами!

* * *

   - Работаем буквально в мыле, - профессор Даниловец, кусая длинный хвост сушёной рыбины, широко расхаживал по кабинету. - У мужиков глаза на лоб лезут. Закупок наделали в разных местах множество. Проверяем лекарства. 43% - плацебо (1.), 17% - на основе мощнейших наркотиков без объявления, 29% с разрушающими здоровье добавками иного рода, в основном - гормональными. Проверяем продукты. В обычных магазинах фальсифицированы синтезированной чуть ли не из нефти дрянью 95% товара. В "элитных" таким же образом фальсифицированы 43%. Продукты, рассчитанные на массовое потребление детьми, имеют добавки, вызывающие привыкание, в ста процентах случаев. Ощущение такое, что эта раса сошла с ума, Андрюх!!!
  
   1. "Лекарство", основанное на психологическом эффекте "веры". Например, т.н. "астму" (реально несуществующую болезнь, так как внешние признаки "астмы" - просто-напросто аллергическая реакия человеческого организма на ухудшение экологии) лечат водой в смеси с ароматизаторами. Больной, искренне считающий, что это "лекарство", впрыскивает себе эту смесь из ингалятора и чувствует облегчение. Примерно так же обстоят дела с большинство "новых лекарственных чудо-средств" - это чаще всего просто-напросто аспирин и пенициллин, а то и просто глюкоза, только с различными красителями, опять же ароматизаторами и вкусовыми добавками, расфасованные в привлекательные формы. И это - в лучшем случае.
  
   Полковник Макаров хотел вставить реплику в возмущённый монолог учёного - но в дверь по-земному постучали.
   - Разрешите войти? - Игорь проник внутрь. - Господин полковник, у меня есть дело. Предложение. Вы бы не могли меня выслушать и после принятия решения довести моё предложение до сведения Его Высочества?

* * *

   Спрыгнув со свупа - купленного миссией и выданного в пользование после полуофициального утверждения плана "Троянский жеребёнок" - Игорь удивленно осмотрелся. Он и не подозревал, что в бурлящей жизнью Джей-Таане есть целые заброшенные... не то, что кварталы, а целые районы заводов - мьюри потихоньку переносили производство в космос, где оно обходилось дешевше и не губило и так уже изрядно подпорченную местную природу - а разобрать или приспособить подо что-то старые корпуса у них просто не дошли руки. Тут было что-то вроде башни управления полетами в старых грузовых доках - ощетинившейся антеннами многоэтажной металлической штуковины. Стекла в ней были выбиты, но Вайми и его компанию, устроившую тут что-то вроде штаба, это ничуть не волновало. Она оказалась несколько больше, чем ожидал Игорь - в просторном помещении бывшей диспетчерской собралось человек тридцать, и не только парней, но и девчонок - как легко догадался мальчишка, в его честь.
   При этой мысли Игорь ощутил... нет, конечно, не страх, но и выставить себя дураком перед такой толпой ему совсем не хотелось. Мьюри с явным любопытством разглядывали его. Все они были лет тринадцати-пятнадцати, одетые лишь в парео на бедрах (и девчонки тоже!), с браслетами на руках и ногах - смешно, но здесь это считалось чем-то вроде национальной одежды и носилось чуть ли не в знак протеста против здешней моды на ядовито-пёстрое тряпье. Видно было, что это ребята из семей, которые старались жить по заветам предков, наперекор здешнему бездушному "обществу потребления". Судя по гибким, ладным фигурам, они занимались спортом - что опять-таки было не совсем типично. У многих на боку висели длинные тонкие кинжалы или даже кобуры с самым разным "личным оружием" - его здесь подросткам покупали родители. Один хмурый парнишка держал в руках похожий на длинную узкую коробку мелкокалиберный ручной пулемет - здесь, в заброшенных кварталах, хватало самой разной швали, и даже этот свой "дом" здешним мальчишкам приходилось отстаивать. Игорь уже знал, что некоторые из них на самом деле ЖИВУТ здесь - потому, что своих домов у них не осталось или вообще никогда не было.
   Мальчишка вздохнул. Андрей Данилович отпустил его сюда с большим скрипом - строжайше наказав не снимать комбраса и намекнув, что за ним будут "присматривать" - не сказав, понятно, каким образом, но ясно было, что в случае чего вмешательство будет немедленным и жестким.
   Как он и ожидал, его засыпали вопросами. Как ни странно, их поразили вещи, совершенно обычные для Игоря - о них он до этой минуты даже не задумывался, считая их совершенно естественными. Мьюри попросту отказывались верить, что на Земле родители отпускали детей на целый день, а то и не на один, в полной уверенности, что с ними ничего не случится - и что в каждом незнакомом взрослом ребенок не видел потенциального смертельного врага. Игорю, в свою очередь, было дико слышать о том, что здесь нельзя доверять никому, что без умения идти по головам в здешнем обществе трудно достичь "успеха". У большинства собравшихся, впрочем, это "общество успеха" не вызвало ничего, кроме глубокой ненависти - попросту потому, что жить в нем и остаться человеком было невероятно трудно, и многим из них, невзирая на юный возраст, оно жизни уже искалечило. Абсолютное большинство мьюри жили просто наемными рабами мега-корпораций - и при этом искренне считали себя полноправными гражданами "самого демократического общества в Галактике" и "свободными производителями-потребителями" - этот термин, по мнению Игоря, звучал особенно дико, но в то же время - нехорошо-знакомо по урокам истории. Он многое узнал о тайных войнах корпораций - диверсии, шантаж и вымогательство, похищения и убийства - вот что тут давно стало синонимом "честной конкуренции свободных экономических единиц".
   Никакой "свободой" внутри корпораций и не пахло - напротив, в них царили поистине драконовские порядки, а тех, кто продался конкурентам, они карали с изуверской, нечеловеческой жестокостью. Чуть ли не единственной мечтой почти каждого, кто работал в них, было любой ценой взобраться на вершину иерархической пирамиды, пробиться в директора, где привилегии возрастали до максимума. На таком фоне жизнь Земли казалась юным мьюри какой-то волшебной сказкой, и они слушали о ней, удивленно приоткрыв свои красивые рты, с восхищением и недоверием в глазах. Даже цена, которой было построено земное общество - а Игорь не скрывал, как она была велика - не слишком их пугала, веру в иллюзии и прекраснодушный идеализм у мьюри отбили уже достаточно давно. Мальчишка поразился той ненависти, с которой здешние мальчишки говорили о "свободном корпоративном государстве", в котором им была уготована, в лучшем случае, жизнь белки в колесе, вечно бегущей за "успехом".
   В конце концов, Игорь просто устал от разговоров - да и хозяева тоже. Мальчишка увидел, для чего они здесь обычно собирались - песни и танцы, бесхитростные, но вполне даже симпатичные, просто веселый треп, а также подготовку к нелегкой местной жизни. Участвовать в поединках Игорю уже никто не предлагал - все тут признавали преимущество землянина - но в тренировке по стрельбе он таки поучавствовал, и даже непривычное оружие - в основном, гаусс-пистолеты разных марок - не помешало ему взять верх с солидным преимуществом, а вот в метании кинжалов в цель отличились, почему-то, местные девчонки. В конце концов, Вайми, явно раздосадованный тем, что ему не удалось обставить землянина в стрельбе, предложил Игорю гонку на свупах. Мальчишка согласился, не вполне представляя, что его ждет.
   Как оказалось, правила у гонки были довольно веселые - надо было первым добраться до видной издалека приметной башни, не поднимаясь выше уровня крыш - то есть, миновать целый лабиринт заброшенных цехов, не сбившись с дороги и не врезавшись во что-нибудь, что было совсем даже непросто. Вайми знал этот маршрут как свои пять пальцев и ничуть не сомневался в успехе. Вот только Игорь вовсе не собирался уступать - уступать он просто не умел и учиться этому не собирался.
   Свупы им дали одинаковые, одной марки - чтобы все было по-честному - и, после сигнального выстрела, мальчишки одновременно сорвались с места.
   В первые же секунды Игорь едва не повернул назад - стремительно летевшая на него сеть спутанных колоссальных балок, труб, свисавших кабелей казалась совершенно непроходимой - но сразу же взял себя в руки. Он совершенно не знал, куда лететь и доверился своей интуиции, надесь лишь на то, что она не подведет его - влететь на такой скорости в тупик означало попросту разбиться. Но все же он не представлял себе всей трудности задачи - бьющий в лицо твердый, как доска, ветер, верткий, как блоха, непривычный свуп, который то и дело пытался выпрыгнуть из-под него, летящий навстречу черно-зеленый трехмерный лабиринт, непрерывные прыжки из темноты в косо падающие сверху столбы солнечного света, мгновенно слепившие глаза...
   Игорь казался себе мухой, залетевшей в заброшенный город гигантов - невероятные нагромождение кое-где уже рухнувших конструкций подавляли просто своим размером. Вайми скользил в этом лабиринте легко и плавно, словно ехал по невидимым рельсам - и землянин поначалу стал отставать.
   Игорь быстро ощутил, что боится потерять соперника из виду, и эта мысль привела его в себя - он понял, что ему предстоит поединок с собой, а не с противником. Сжав зубы, мальчишка резко бросил свуп в сторону, нырнул в узкий проем в толстенной металлической стене, обогнул громадную трубу, чуть не врезался в широкую стальную балку, уже в последнее мгновение вывернув свуп в какую-то сумасшедшую вертикальную свечу - и мертвой петлей бросил его вниз, уже из-под самой крыши - между каких-то колоссальных машин, прямо в смутно черневшее у самого дна отверстие туннеля, где едва синели смутные сигнальные люминофоры...
   И в какой-то миг Игорь понял, что ему безумно нравится этот сумасшедший полет, состоявший почти из одних избегаемых в последний миг столкновений, когда свуп с дикой силой вырывался из-под него, а от перегрузок темнело в глазах. Вправо, влево, вверх, вниз - он стал одним целым с этим трехмерным лабиринтом, безошибочно угадывая - нет, чувствуя! - путь, то и дело переворачиваясь вниз головой, молниеносно проскакивая казалось бы глухие тупики, зажмуриваясь в столбах падавшего сверху ослепительного света, задерживая дыхание в колоннах поднимавшегося снизу густого, как молоко, пара, такого горячего, что он попросту сварился бы в них, если бы летел чуть помедленнее...
   И вдруг все кончилось - он вылетел в залитое жарким солнцем огромное круглое пространство, посреди которого в зенит вздымалась темная громада башни. Почти в один миг домчавшись до нее, мальчишка поднял свуп на дыбы, словно норовистую лошадь, моментально погасив скорость и мягко опустился на служивший финишем приметный уступ, лишь потом оглядевшись.
   Вайми нигде видно не было. Вначале Игорь с испугом подумал, что он уже где-то здесь и насмешливо смотрит на него сверху - но почти сразу же заметил золотистую мушку, вынырнувшую из темных металлических джунглей - на не такой уж большой дистанции мьюри отстал от него на целую минуту.
   Подлетев к нему, Вайми ловко спрыгнул на пол и подошел к землянину. Вид у него был несколько обалдевший - казалось, он не может поверить, что видит его здесь. Игорь явственно ощущал его злость и досаду - но это ничуть его не трогало. Он знал, что победил честно, а если мьюри решит это оспорить - что ж, пусть попробует!
   Вайми на минуту замер, оглядывая его - как-то по-новому и очень внимательно. Лицо у него было хмурое.
   - Я сдохну или стану таким, как ты, - наконец, сказал он. Это прозвучало, как клятва - да, пожалуй, и было ей.
   - Попробуй, - спокойно ответил Игорь. - Многие, кстати, подыхают - совсем не фигурально выражаясь. Это совсем не так просто - стать даже отчасти таким. Это не хвастовство, Вайми, поверь.
   - Я не верю, я знаю, - Вайми вдруг улыбнулся. Потом он протянул мальчишке руку - как друг - и тот пожал ее.
  

11. ДУША-ПТИЦА

   То, что на обратном пути Игорь решил завернуть в клуб, было чистой случайностью. После гонки он чувствовал настоятельное желание размять ноги, да и перекусить - поэтому, увидев сверху первую же световую рекламу, спикировал на неё коршуном. Свуп, конечно, пришлось тут же оставить на платной стоянке - она имелась рядом с этим клубом. Одёрнув и проверив мундир на предмет аккуратности, мальчишка проследовал внутрь так, словно был входящим в своё имени принцем.
   Внутри оказалось людно... э... мьюрно, усмехнулся Игорь. Как видно, заведение пользовалось популярностью. Но свободный столик нашёлся - нашёлся сразу, причём Игорь мог бы поклясться, что столик сделался свободным, когда он к нему направился. Подошедшая девушка-официантка приняла заказ, уверенно заявила, что у них ни за что не осмелятся подать клиенту ничего "ненастоящего" (Игорь сомневался, поняла ли она сказанное - он-то имел в виду едуиз хороших продуктов) и исчезла.
   Клуб был, как понимал Игорь, типичным для Йенно Мьюри - полутёмный зал со столиками, громкая неприятная музыка, залитая кислотным мигающим светом сцена, на которой две девушки глупо и смешно изображали страсть вокруг какой-то металлической трубы. Наверное, довольно приличным - вдоль стен в нескольких местах стояли явно не клиенты, молодые крепкие парни в неброской одежде внимательно оглядывали - даже ощупывали взглядами, скорее - весь зал. Заказ - странную на вкус землянина комбинацию из жареного мяса, местных овощей и специй, к тому же, тщательно завернутую в какие-то местные съедобные листья - принесли очень быстро, и Игорь уже почти все прикончил, как вдруг тягостные мотания этих несчастных вокруг шеста закончились, свет сменился на однотонно-ровный, музыка тоже изменилась и стала вполне приятной и негромкой, а на сцену вышла ещё одна девушка.
   Она была в национальном костюме мьюри - цельном куске густо затканной серебром темно-синей ткани, обернутого вокруг тела. На босых ногах и запястьях посвёркивали глубоким маслянистым сверканием чистого золота браслеты. Подойдя к самому краю сцены, она отстранила плавающий перед лицом микрофон. Игоря удивило, какой у неё безразличный взгляд - словно бы она находилась где-то не здесь... а что верней - ей просто было наплевать на зал.
   Но ещё больше мальчишка удивился, когда она запела. Во-первых, это была живая песня, не под запись, как тут "пели" чаще всего. А во-вторых... Игорь уже привык к тому, что у мьюри "песнями" называются совершенно бессмысленные или слащавые тексты, а "музыкой" - технические звуки разной частоты и высоты. Здесь же было совсем-совсем иное, и он бессознательно оперся локтем на столик, чтобы оказаться к девушке ближе...
   У Игоря не было дара быстро слагать хорошие стихи, хотя он, как и любой дворянин, мог это делать вообще. И уж конечно - мог оценить песню на любом языке и понять слова... Девушка пела:
   - Птица всегда одна над вечерними облаками...
   Как ей должно быть печально!
   В безмолвии ветра её цепким крыльям нет отдыха.
   Что ты такое, моя душа-птица?
   Что ты такое, моя кружащая в небе тоска?
   Цветы под скалой на моросящем дожде...
   Как им должно быть трудно!
   Мой спутник на дороге в пустых полях,
   И тебе, должно быть, одиноко?
   Мы вместе идём по лугам под ветра свист,
   Но не перемолвимся ни словом.
   Что ты такое, моя душа-путник?
   Что ты такое, моё одиночество?
   "Но лишь во тьме есть Свет.
   Лишь в молчании слышно Слово.
   Смотри, как сверкают крылья
   Ястреба в ясном небе..." - вдруг откликнулось в Игоре на русском, и он испуганно дёрнулся - казалось, переведённые много веков назад на его родной язык слова древней кельтской баллады сами прозвучали в голове. Ритмика старой песни мьюри и ритмика кельтского стиха неожиданно совпадали. Мальчишка почти враждебно посмотрел на зал - чёрт, какие же уроды, как они могут жрать, пить и галдеть, когда им поют такое?! И, когда девушка закончила, громко, вызывающе зааплодировал. На него покосились изумлённо, потом, видимо, узнали землянина... А на безразличном лице девушки впервые отразилось какое-то чувство - удивлённая благодарность.
   У Игоря вдруг возникло сильное, почти неконтролируемое желание - увезти эту девушку с собой. На Землю. Любой человек наклонится, увидев в груде мусора красивую вещь - просто чтобы поднять. То же самое было и здесь. Всё существо мальчишки бешено взбунтовалось против посаженного на цепь сокола, против втоптанного в грязь прекрасного полотна...
   Она не поедет, вдруг отчётливо понял Игорь. Это ничтожества и ублюдки легко бросают родину, стоит вокруг запахнуть жареным. Такие - нет. Такие остаются до конца. И гибнут нередко, но... но их песни продолжают петь даже в самые постылые и поганые времена. Наверное, это её личная война - приходить сюда, петь старые песни и искать в зале хотя бы одни глаза, в которых оживёт мысль... И не наплевать ей на зал, а - больно и обидно за него...
   Решение пришло мгновенно. Поймав за руку проскользнувшую было мимо девушку, торговавшую цветами, мальчишка бросил на поднос ей золотую монету и, выбрав большой пышный букет чем-то похожих на земные розы, вышел к сцене. Встал на колено и, подняв руки, протянул букет собиравшейся уходить девушке.
   Зал умолк. Сразу, как будто рубанули сияющим клинком по шуму. Игорь ощущал сзади изумление, насмешку (невысказанную - не посмеют!) и... и зависть, тоскливую зависть. А и чёрт с ним со всем.
   - Возьмите, - сказал мальчик. - Вы прекрасно пели.
   - Спасибо, - девушка взяла цветы и немного растерянно посмотрела на Игоря. - Вы... ты землянин, не так ли? Я удивилась, когда увидела в зале землянина, - Игорь между тем "спустил" её со сцены, а она и сама этого не заметила.
   - Как вас зовут? - прямо спросил мальчик.
   - Лина, - коротко представилась певица. Игорь остановился:
   - Я могу пригласить вас за свой столик?
   - По-моему, мы уже к нему пришли, - с лёгким удивлением заметила девушка и помедлила, когда Игорь предупредительно выдвинул для неё стул. - Зачем это?
   - Если за один стол садятся мужчина и женщина, то мужчина сперва помогает сесть даме, - пояснил мальчик.
   Лина села с улыбкой, положив аккуратно цветы на край стола. Смерила Игоря взглядом:
   - Вы всегда носите форму... - она помедлила, давая понять, что не знает, как зовут нового знакомого. Игорь поспешно поднялся, щёлкнул каблуками и кивнул:
   - Игорь сын Викторов Сурядовых рода, русский дворянин... - и мгновенно обернулся на смешок за спиной. - Сударь, я сказал что-то смешное?
   Компания за соседним столом - из троих богато одетых парней на три-четыре года старше мальчика - замерла. Окружающие делали вид, что ничего не происходит.
   - Вы находите смешными мои слова, мой внешний вид, мою манеру разговаривать с женщинами? - допытывался Игорь. - В таком случае я довожу до вашего сведения, что нахожу скотской вашу манеру жрать и ржать, когда вам со сцены поют о душе. Итак?
   - Я... мы... я не имел в виду ничего... - забормотал невовремя рассмеявшийся парень. - Он пошутил, - судорожный кивок в сторону покачнувшегося на стуле соседа, - а я просто рассмеялся... Мы не имели в виду никого постороннего... Извините.
   - Это то, что я хотел услышать, - Игорь сел. - Прошу простить, Лина, - улыбнулся он внимательно следившей за ним девушке. - Да, форму я надеваю всегда, когда иду туда, где меня видят хозяева. В знак того, что я на службе.
   - Даже здесь? - девушка очаровательным движением руки охватила зал. Игорь пожал плечами:
   - Даже здесь.
   - Она похожа на коробку с неизвестным содержимым, - серьёзно сказала Лина. - Как можно знать, что внутри? Хотя... - она лукаво улыбнулась, - ...коробка красивая, только немного странная. Земля ведь холодная планета?
   - Если сравнивать с вашей родиной - да, - кивнул Игорь. - Но мой мундир из особой ткани, в нём не жарко.
   Лина кивнула:
   - Когда я увидела в зале землянина - то подумала: как саженец дуба в оранжерее с тропическими цветами. Не удивляйтесь, я всегда смотрю ваши трансляции и знаю, что такое дуб. Очень крепкое и странное дерево. У него есть цветы?
   - Нет, - покачал Игорь головой. - Наши деревья редко бывают с цветами и очень медленно растут. Зато они устоят там, где поляжет или вымерзнет целая роща тропического... мусора, который вымахивает за ночь.
   Уголки губ девушки дрогнули - горько:
   - Должно быть, и я вам показалась таким же мусором.
   - Нет, - Игорь покачал головой. - Я не сравнивал вас с деревом, я просто слушал песню. Но если уж так, то вы - липа, которую заставили расти в кадке на потеху дуракам-хозяевам. У липы, кстати, цветы есть. Они хорошо пахнут и от них бывает очень вкусный мёд.
   - Я никогда не ела настоящего мёда, это очень-очень дорого, хоть мы и не бедные... - грустно сказала Лина. Игорь прикусил уголок губы:
   - Послушайте, Лина ... Послезавтра в нашем посольстве будет бал. Мы тоже можем кого-то пригласить - каждый по одному человеку. Я хотел пригласить одного вашего парня, но теперь меняю решение. Если вы согласитесь - я приглашу вас.
   - А потом? - тихо спросила Лина. Игорь чуть свёл брови:
   - Потом я, если позволите, провожу вас домой. Если же на балу вы споёте - то мы все будем считать себя обязанными вам.
   - Вам и правда понравилась моя песня? - грустно спросила девушка. Игорь наклонил голову:
   - Она похожа на старинные баллады некоторых народов Земли.
   - Иногда я пишу песни сама, - улыбнулась Лина. - Вижу что-то во сне, а потом пишу увиденное. Но эта песня на самом деле очень старая. Её пела Лина, моя тёзка, когда герой Вайми впервые увидел её - на холме посреди полей. Сейчас про это почти никто не помнит. Есть, правда, несколько фильмов про эту историю, но они так пошлы и глупы, что... - Лина печально умолкла.
   - Вы ходите сюда, чтобы хоть кто-то услышал ваши песни? - тихо спросил Игорь. Девушка кивнула:
   - Да... нет, не совсем. Я не хожу, мой отец владеет этим клубом, целой сетью. Поэтому я пою тут, и в других местах, и мне не запрещают, хотя это совсем не кассово.
   - Как? - не понял Игорь.
   - Моими песнями не привлечёшь публику, - пояснил девушка.
   - Какая глупость, - сердито сказал мальчишка. - Знаете, ваша песня - первая настоящая песня, которую я слышу на Йенно Мьюри!
   - Мне очень стыдно, что это так, - прошептала Лина. Игорь смутился. - Иногда - очень редко! - я вижу людей, которые и правда слушают то, что я пою. Это счастливые дни. Если это повторяется несколько раз, я приглашаю такого человека в наш клуб, он у нас возле дома, довольно далеко отсюда. Там я отдыхаю душой... Но мы можем только собираться, говорить и петь. И ничего не можем изменить...
   - Хотите, - с тяжёлой злобой сказал Игорь, - сейчас погаснут все эти дурацкие вертучие огни, и вся эта пискливая свора...
   - Не надо, - рука девушки легла на крепкий, окаменелый от ярости, кулак земного мальчика. - Я верю, что вы можете так сделать. Но я не хочу. Эти люди вокруг... они одной крови со мной. Мне стыдно за них, но я не хочу вымещать на них чужую злость... - и неожиданно назвала мальчика на "ты". - У тебя смешные волосы смешного цвета. А глаза - как серый металл... Многие у нас боятся землян, сочиняют про них глупые небылицы и сами же им верят. Но теперь я могу им сказать, что этого не нужно делать. Земляне не злые.
   Игорь ошеломлённо поднял брови. Странная реакция именно на вспышку гнева... Но Лина продолжала:
   - Человек, который может злиться за другого - хороший и добрый человек. Я принимаю твоё приглашение, Игорь. Я приду - только скажи точно, когда. А куда - вся столица знает.

* * *

   Приём в земном посольстве был обставлен неожиданно для мьюри. Они уже привыкли к тому, что земляне народ не слишком-то стремящийся к роскоши. Поэтому и были ослеплены. Даже не богатством и пышностью, а именно строгостью официального действа.
   Сияющий громадный зал - в бело-золотых тонах, с огромными зеркальными панелями и блистающим паркетом, похожим на лёд, под которым движутся неясные загадочные тени. Голограмм тут не было. Зато были - не считая множества гостей - несколько сотен землян. Женщины в лёгких, но в то же время сложных платьях, почти открывавших грудь, усыпанные драгоценностями - и рядом с ними строго одетые мужчины, даже не в мундирах, а в дворянском, со шпагами на поясах - шпагами, которые при такой одежде можно отстегнуть лишь на время танца... Звучала музыка, которую время от времени прерывал ясный, звучный голос распорядителя, громогласно объявлявшего о прибытии нового гостя или делегации. Когда вошёл лорд Оксбридж, послышалось протяжное, мощное: "О-хоооой!" - англосаксонских гостей и лязг гард шпаг об устья ножен.
   Кстати, Вайми не остался без приглашения - позаботился Яромир (да и другие лицеисты не оставили приглашениями своих знакомых - так что в зале было полно мьюрской молодёжи, одетой в национальные костюмы и вёдшей себя несколько пришибленно). Но, если честно, Игорь это отметил так - краем глаза. Он ждал Лину и с трудом сдержался, когда объявили её.
   Девушка вошла в зал очень естественно, без малейшего смущения, высоко неся голову и развернув плечи. И даже пока она ещё не видела Игоря, в её лице и движениях не было смущения. Зато когда мальчишка подошёл и отвесил поклон, Лина улыбнулась. Игорь хотел ей сказать какой-нибудь нехитрый комплимент - но тут распорядитель прогремел:
   - Дамы и господа, гости Земли! Его Императорское Высочество Наследник Цесаревич!
   После короткого - волной - движения зал замер. Русские дамы чуть присели, в реверансе, склоняя головы, над головами русских мужчин взметнулись клинки. Игорь вскинул вверх шпагу и плотно стиснул губы. Краем глаза он отметил, что Лина смотрит на него внимательно и непонятно, но сейчас, по чести сказать, ему не было дела до неё. Там, от высоких распахнувшихся дверей, украшенных гербами Империй - русскими - поражающим демона Хадарнави - и английскими - Волками Водена - шествовала Власть. Непреклонная, могучая, всеобъемлющая, величественная, служить которой - счастье и благо... Он почти обиделся, когда наследник престола вдруг улыбнулся, отстегнул на ходу шпагу, передал идущему следом офицеру и склонился перед женщиной - своей женой, и уже она, царственно и с достоинством Женщины-Матери и Подруги, распрямившись, стала выше склонённого перед нею мужчины и благосклонно протянула ему руку...
   - Большой Круг Вальса! - объявил распорядитель. Мужчины отстёгивали оружие, размещая его вдоль стен...
   - Разрешите пригласить вас? - повернувшись к Лине. Игорь чуть наклонил голову. На лице мьюри отразилось удивление.
   - Я не знаю этого танца, - покачала головой девушка. И увидела, что землянин улыбается:
   - Не беспокойтесь, просто идите за мной, - и подал руку. Властным, не терпящим отказа жестом...
   - Песня-печаль. Дальняя даль.
   Лица людей простые...
   Вера моя, совесть моя,
   Песня моя - Россия.
   Время дает горестный бал
   В Зимнем дворце тоски.
   Я прохожу в мраморный зал
   Белой твоей пурги...
   Музыка вальса вдруг взмыла, понеслась и стала почти ужасной, ликующей и свирепой. Но в то же время она не давала вырваться из своих объятий, затягивала, кружила и несла... Девушка с восторгом и страхом поняла, что полностью принадлежит партнёру - мальчишке с каменным лицом, похожим на этот вальс, странным образом неподвижный и бешеный...
   - Русcкий вальс - трепетный круг солнца и вьюг.
   Милый друг, вот и прошли годы разлук...
   Милый друг, вот и пришли годы любви...
   Русcкий вальс - нашу любовь благослови!
   На время мелодия смягчилась, словно бы затосковала...
   - Жизнь моя - Русь. Горе и грусть.
   Звезды твои седые...
   Издалека я возвращусь
   Песней твоей, Россия.
   Все позабыв и не скорбя,
   Можно прожить вдали...
   Но без тебя, но без тебя
   Нет у меня любви! - грохнуло снова и ринулось:
   - Русcкий вальс - трепетный круг солнца и вьюг.
   Милый друг, вот и прошли годы разлук
   Милый друг, вот и пришли годы любви...
   Русcкий вальс - нашу любовь благослови!
  
   Вешних лугов, праведных слов
   Буду беречь ростки я.
   Вера моя, удаль моя,
   Песня моя - Россия.
   Время дает горестный бал
   В Зимнем дворце тоски.
   Я прохожу в мраморный зал
   Белой твоей пурги.
   Милый друг, вот и пришли годы любви...
   Русcкий вальс - нашу любовь благослови!
   Русcкий
   вальс -
   нашу любовь
   благослови!
   Музыка оборвалась, и девушка упала бы, не поддержи её руки землянина. Игорь отвёл партнёршу, находившуюся в полном ступоре, к стене, снова чуть поклонился:
   - Благодарю.
   - Какая страшная и красивая песня, - прошептала Лина, очнувшись. - И очень красивый танец.
   - Это вальс, - пояснил Игорь. - Король танцев.
   Лина ничего не ответила. Игорь провёл её по залу, знакомя со всеми подряд - да весь зал вращался в неспешном круговороте передвижений - подцепил со скользящего мимо киберподноса мороженое с ликёром, передал девушке. Хотел спросить, нравится ли ей здесь, но Лина подняла свободную руку:
   - Можно я послушаю?
   - Конечно, - немного удивился Игорь. Он не сразу понял, что она имеет в виду молодого офицера - видимо, немца - который, держа на колене арфу, играл и пел для стоящих вокруг - и землян, и не меньше чем двух десятков инопланетян...
   - an der ewigen Suchen nach verlorenem Namen,
   gierieg drinkend des Mondes kaltes fliessendes Eis,
   Klausner wilder Oede, heimlich der Nacht entstammen,
   mein vergessenes Schatten heult im steineren Kreis.
  
   riechen nach spaerlichem Wermut beissende Tropfe des Regens,
   neigt sich das Himmel des Friedhofs gegen heidischem Kreis.
   ohne Stolze und Hoffnung, Seine Vergebung wegen,
   schreiend das bloede Luder seine Stimmbaender reisst. (1.)
  
   1.Стихи Jakal.
   по алтарю стекает кровь из пустой глазницы,
   горькая, как победа, жгучая, словно месть.
   небо молчит. сквозь тучи бьются грозы зарницы,
   только губам звериным имя не произнесть.
  
   и, раздвигая тучи штевнем перед собою,
   путь продолжает бледный барк на серой волне.
   стая теней оленей пятится к водопою,
   зверь, потерявший имя, воет в кольце камней. (немецк)
  
   - Он не из твоего народа, - утвердительно сказала Лина. Игорь кивнул:
   - Не из моего, хотя и из моей Империи... А что?
   - Печальная песня... Вообще вы тут совсем не такие, как на Ярмарке. Очень другие...
   - Сурядов, - раздался над плечом мальчика голос - и он, обернувшись, увидел Цесаревича. - Может быть, твоя прекрасная гостья, - он поклонился, - споёт нам? Ты расхваливал её голос.
   - Думаю, излишне, - спокойно сказала Лина. Игорь бросил на неё отчаянный взгляд - женщина! не представленная! первая! с Цесаревичем! Но тот проигнорировал нарушение этикета.
   - И тем не менее - позвольте нам судить об этом. Итак? - он подставил руку. - Позволите увести вашу даму? - это уже было сказано Игорю, который ответил поклоном:
   - Ваше Высочество...
   ...Когда Лина вернулась к Игорю, идя сквозь аплодисменты, как сквозь живой свет, он посмотрел на неё отсутствующим взглядом.
   - Жаль, что большинство не поняли, о чём песня, - грустно сказала девушка. - Но ваши слушали очень хорошо. Я почувствовала... Что с тобой? - встревожилась она.
   Игорь усмехнулся - коротко, резко. И заговорил по-русски:
   - Здравствуй, моя богиня с кошачьим взглядом,
   Здравствуй... Вот, я стою пред тобой на коленях.
   Здравствуй... Да что там, просто - я буду рядом,
   Мы - просто рядом, мы поднимаемся по ступеням.
  
   Твое лицо - такое теплое, милое личико,
   Умеющее стать сталью в обрамлении пушистых кудрей, -
   Теперь носят, как маску, девы с мозгами птичьими:
   Они крадут твою сказку, не придумывая своей.
  
   Ты - белый пламень в черно-серебряном тигле,
   Давай я обращусь в ветер - огню он необходим;
   Твой мир - как бездна, и я - в тебе, я тебя настигну
   Прыжком лосося из бездны, где я один... (1.)
  
   1.Стихи Рандира.
  
   Сдвинутые брови девушки изломились сильней:
   - Что это? - спросила она быстро.
   - Твоя песня, - ответил мальчик. - Я перевёл сейчас. Дарю!
   И - подал ей руку:
   - Пошли, сейчас снова будет танец!
   И - налетела музыка, вовлекая всех в новый вихрь...
   ... - Я гляжу на тебя с тоской.
Я боюсь, ты уйдешь навсегда.
И погаснет над нашей рекой
В небесах молодая звезда.
Жизнь открыта недобрым ветрам.
Только истинный выстоит храм.
Ты мой сын, ты сын России.
Не молись чужим богам!

Гнутся деревья, гнутся к земле, ты не согнешься.
К дому родному даже во мгле снова вернешься.
К дому родному даже во мгле снова вернешься...
  
Тростники всё шумят над рекой, я на помощь к несчастным иду.
Я зажгу над родимой землей среди туч золотую звезду.
Трудно соколу в небе лететь, трудно песню о Родине петь.
И никто, никто не знает, сколько нам ещё терпеть.
Гнутся деревья, гнутся к земле, мы не согнемся.
К нашим истокам даже во мгле снова вернемся.
К нашим истокам даже во мгле снова вернемся.

12. СТАЛЬНЫЕ КОГТИ ПЛАСТМАССОВОГО МИРА

   Игорь не сразу понял, что его разбудило - не звук, не было тут никакого звука. Просто острое, как нож, ощущение опасности. Мальчишка рывком сел, но не сразу понял, где находится. Комната была многогранной, высокой и почти темной, с металлическими стенами. Из-за широких стальных пластин струился тусклый зеленоватый свет. Постель была низкой, на полу лежали темные меха. Пробивавшийся из-за пластин свет был призрачным, но был и ещё один его источник - сияние рассвета, проникавшее через широкий проем. Совершенно беззвучно в нем возникла облитая черным фигура и замерла, осматриваясь. Даже лица ее видно не было - только тускло мерцающий пузырь глухого забрала.
   Игорь невольно подумал, что им с Андрюшкой не стоило спать тут, на крыше, в этом дурацком мезонине, предназначенном непонятно для чего - но после бала оставаться внизу, среди навязчивой "мебели", было слишком уж тошно, а на Ярмарке заночевать опять не разрешили - теперь уже не из-за излишне энергичного поведения, просто домики срочно понадобились подо что-то экстренное и важное. И теперь...
   Плавным, беззвучным движением фигура подняла станнер - точно такой же, как показывал им полковник ещё в корабле. Игорь понимал, что не успеет допрыгнуть до нее - но это, к счастью, и не требовалось. Английский дирк словно живой ввернулся в руку, короткий замах - и мьюри беззвучно согнулся, молча хватаясь за торчащую между ребрами рукоять. Мёртв, мгновенно определил Игорь. И точно - мьюри покачался на согнутых ногах и манекенно завалился на спину. Все происходило беззвучно, как во сне, и казалось совершенно нереальным. Именно поэтому Игорь и не продолжил действовать тут же, мгновенно.
   А какой-то доли секунды мьюри хватило.
   За первой черной фигурой стояла вторая, тоже со станнером. Игорь увидел, как Андрей стремительно скатился с постели, поднимая РПП - и тут мир вокруг него взорвался.
   Мальчишка рухнул на пол без сознания.

* * *

   Игорь очнулся почти сразу - то ли его задело лишь краем луча, то ли стрелявший не представлял себе стойкости землянина - но сознания мальчишка не потерял, лишь в голове помутилось, и все тело стало отвратительно-ватным.
   Игорь с трудом поднялся на четвереньки, помотал головой, прогоняя предательскую слабость - и одним упругим рывком вскочил на ноги.
   В комнате было пусто. То есть, совсем. Нет, убитый им мьюри так и лежал на пороге, но вот второго не было... и Андрея тоже!
   Сердце обморочно бухнуло, мерзкая слабость вновь поползла вверх от ног, застилая зрение. На миг закрыв глаза, Игорь яростно выжег её, потом одним рывком выбросил вновь ставшее покорным тело наружу.
   Воздух здесь был теплым и влажным, ветер - едва ощутимым. Никого больше на крыше не оказалось, он не слышал ни звука, только в воздухе висел слабый, низкий гул, исходивший словно бы из всего окружающего пространства.
   Игорь вновь быстро осмотрелся - не мог же похититель просто так исчезнуть! - и его взгляд упал на свуп, паривший над самым краем террасы, машину первого, убитого им мьюри. Второй свуп уже таял над крышами исчезающей мушкой, и мальчишка не стал раздумывать - он оседлал упруго просевшую машину, ощутив, как изогнутые захватные выступы плотно сжали его бедра: теперь он не смог бы свалиться, даже если очень захотел и сам попытался это сделать. Его ладони плотно сжали руль, босые пятки уперлись в разгонные педали. Всего одно легкое нажатие - и ветер упруго ударил в лицо, взъерошил волосы.
   К удивлению мальчишки, силовое поле расступилось перед ним, словно дым - теперь он понимал, как эти двое попали сюда. (Мелькнула мысль - если в свупе есть какой-то генератр, "глушащий" поле - то такая машина - просто находка для Земли!) Но почему их никто не заметил? Откуда они узнали, что Андрей - теперь не приходилось сомневаться, что они пришли именно за Андреем! - будет спать именно здесь?
   Увы, сейчас было не время задавать вопросы. Игорь запоздало осознал, что в пылу погони он не взял с собой оружия - вообще никакого оружия, даже дирк остался торчать в убитом похитителе - не взял даже снятого на ночь комбраса (о идиот, за такое надо пороть - ведь говорили же: не снимать!!!), а из одежды на нем оказались лишь трусы. Вот только времени возвращаться уже не было - он заметил Андрея, переброшенного через корпус свупа и грубо прихваченного к багажнику ремнями. Мальчишка не двигался, лишь его ноги безжизненно мотались - должно быть, его оглушили очень основательно. И не только станнером, а добавочно примитивно и надёжно - по башке чем-то тяжёлым.
   С двойным грузом свуп похитителя медленно набирал высоту, и Игорь догонял его. Он не представлял, что станет делать, когда догонит, в его прошлом не было аналогий, как можно драться врукопашную в воздухе на скорости под сто километров в час - но, когда ему оставалось всего метров тридцать, его заметили. Мьюри оглянулся, и, описав мертвую петлю, вдруг бросил свуп вниз, к далеким крышам.
   Игорь опрокинулся за ним. От стремительного спуска у него заложило уши, теплый, казалось бы, воздух вдруг сделался резким, секущим, отчего по коже побежали густые мурашки. Мьюри падал вниз, как камень. Он выровнял свуп уже над самой поверхностью и помчался вдоль неё, огибая гудящие призмы воздухозаборников и узкие массивы оплетенных трубами темно-зеленых механизмов. Игорь мчался за ним, изо всех сил стараясь ни во что не врезаться и не потерять его из виду - помогала молниеносная реакция землянина. Такие же темно-зеленые гладкие плиты скользили под ним, иногда проваливаясь на несколько метров вниз. Иногда Игорь чуть поднимался, минуя пешеходные мостики, которые тянулись вдоль пучков кабелей и труб или ограждения из сетки. Как-то вдруг под ними открылась улица - и мьюри направил свуп туда, вниз, в ущелье между массивами темно-зеленых стальных стен. Кое-где исполинские плиты были раздвинуты, и Игорь то нырял в мощные потоки теплого, пахнущего машинным маслом воздуха, то выскальзывал из них.
   Он уже видел дно - голую бетонную полосу, усыпанную всевозможным мусором. Было ясно, что живые мьюри годами не появлялись здесь. Выровняв свуп, похититель помчался вдоль неё. Если бы не косые пучки света от закрепленных на стенах синих фонарей, здесь было бы почти совершенно темно: здесь ещё царила ночь. Игорь не заметил ни единой живой души, даже каких-нибудь животных, хотя - крысам тут самое место... Машин здесь не было тоже. Сами улицы, правда, были довольно широкими. Они сходились по две или по три и вновь расходились под косыми углами. Мчась за чужим свупом, как привязанный, он миновал несколько таких перекрестков - а потом чуть было не врезался в стену, отвернув лишь в последний миг благодаря сверх-реакции дворянина.
   Мгновением позже он понял, что путь ему преграждает огромный, с двухэтажный дом, люк, занявший всю середину улицы. Долетев до него, свуп встал на дыбы, словно норовистый конь, потом замер... и Игорь заглянул вниз.
   Начинаясь от его босых ног, вниз уходила прямоугольная шахта. Она была столь глубокой, что мальчишка не видел её дна - но зато видел летящий к нему свуп похитителя. Её стены были из той же темно-зеленой стали, вдоль них протянулось несколько цепочек белых неярких огней. Изнанка крышки была темной, словно закопченной. Возле нее Игорь ощутил себя едва ли ни муравьем - с каждой стороны шахты её подпирали две пары огромных гидравлических цилиндров. Их блестящие штоки были толще его тела, а поршни он даже не смог бы обхватить.
   Недолго думая, мальчишка бросил свуп вниз, через какую-то минуту достигнув дна шахты - здесь начинался, казалось, бесконечный туннель. Просторный, он выглядел узким из-за своей высоты, его пол был прорезан глубокой трапециевидной траншеей. Между косыми выступами гладких стальных стен, высоко, из узких прямоугольников матового стекла струился неяркий синеватый свет.
   Место здесь было какое-то странное, на удивление тихое, лишь в воздухе висел всё тот же печальный негромкий гул, не имевший источника: даже прислушавшись и покрутив головой, Игорь не смог определить, где рождается звук.
   Он помчался вдоль ощущавшегося бесконечным туннеля, пока тот не оборвался, впадая в другой, поперечный - точной такой же. Здесь, далеко справа, виднелось крохотное темное пятно - туннель там кончался, впадая в огромное неосвещенное пространство - и, следуя толчку инстинкта, Игорь повернул в ту сторону.
   Всего минут через пять он вылетел в исполинское помещение, стены которого терялись в темноте. Его заполнял лес толстенных, исполинских колонн, покрытых неправильной мозаикой тускло светящихся зеленоватых панелей, верхняя и нижняя их части исчезали в непроглядном мраке. Воздух здесь был тяжелый, жаркий и влажный. Ага! Именно откуда-то снизу исходил этот гул, по-прежнему почти неслышимый, но теперь уже настолько могучий, что от заполнявшей здесь воздух вибрации у мальчишки дрожали даже пальцы на ногах.
   Игорь на миг закрыл глаза, пытаясь почувствовать Андрея - их учили и этому, и мальчишка не удивился, уловив едва ощутимый отзвук. Андрей только-только приходил в себя и ничего не понимал. Его сознание было похоже на выброшенного на берег пловца, который может только слабо озираться: куда я попал, что со мной было?!
   Он бесстрашно бросил свуп вниз, чувствуя, как густеющий воздух мягко обнимает его, подобно жаркому, влажному одеялу. Вокруг становилось всё темнее - и, наконец, он замер на границе абсолютной тьмы, где колонны и разделяющий их мрак сливались в неразличимую фосфоресцирующую пустоту и лишь где-то бесконечно далеко наверху едва брезжило призрачное свечение. Игорь не представлял, как глубоко спустился - может быть, на несколько километров под землю - и по его коже, несмотря на цепенящий жар, пробежали мурашки. Мальчишка чувствовал, как вокруг что-то движется. Никаких звуков не было - да здесь он и не мог их услышать - но его кожа ощущала слабые колебания жаркого, застойного воздуха. Он ощутимо давил на грудь, и Игорю было трудно дышать. Воздух вокруг был такой плотный, что мальчишка чувствовал себя где-то глубоко под водой.
   Ощущение реальности окончательно оставило его: он уже не понимал, думает ли наяву или во сне. Окружающее напоминало полигон. Или это и правда полигон? С самого начала? Какая чушь... Его сознание населяло окружающий мрак образами - и он ничуть не удивился, когда один из них выплыл к нему. Это было черное, овальное, плоское существо, в два или в три его роста длиной, покрытое гладким блестящим панцирем и состоящее из множества сегментов. Оно скользило в воздухе беззвучно, волнообразно колыхаясь. У него не было головы, казалось, не было рта или глаз - но его кромку окаймлял ряд тонких плавников, острых, словно бритвы - а их переднего конца тела торчал целый пучок тонких, как иголки, длинных пик. Игорь совершенно не представлял себе, что это за тварь и на что она способна. Да и вообще - реальное это существо или плод его собственного воображения? Он лишь бездумно уклонился от чудовища и направил свуп вверх. Но, едва он начал подниматься, наверху показалось ещё несколько машин. Иначе окрашенные, чем трофей Игоря, они были совершенно идентичны по форме. Кто сидел на них, мальчишка разглядеть не успел - словно невидимая рука дотянулась до него и одним сокрушительным ударом выбросила прочь, в темноту.

* * *

   Офицер полиции мьюри, присланный в посольство, был в высоких чинах, и Цесаревич, вглядевшись в гладкое, золотисто-смуглое лицо, понял, что мьюри далеко не так молод, как это могло показаться на первый взгляд. Кроме того, он ощутил (и это ощущение лишь добавочно подтверждало полученные по кое-каким каналам данные), что офицер честен - среди высоких чинов Йенно Мьюри это было не то чтобы совсем уж исключением, но явлением нечастым. Видно было, что офицер раздражён и слегка смущён, хотя эти свои чувства он прятал очень хорошо и, представившись: "Помощник комиссара Руллимаат Кхеммур," - сразу же перешёл к вопросу похищения.
   - Странно, что мальчики спали в незащищенном помещении, на крыше, - заметил он первым делом. - Возможно, они сами назначили встречу с кем-то? У нас есть сведения, что... м... одному из них поступало предложение...
   - Нам это также известно, - взглядом попросив разрешения у Цесаревича, вмешался Макаров. - Разрешите представиться - ведущий группы, полковник Макаров Андрей Данилович. Я отвечаю за лицеистов. И отвечаю так же за то, что на условия той встречи они согласиться не могли.
   Лицо офицера полиции стало скептическим.
   - Скажите, - не дал ему открыть рта Цесаревич, - сколько вам нужно заплатить, чтобы вы вели это дело энергичней?
   Щёки мьюри потемнели от мгновенного гнева. Но и на этот раз ему не дали ничего сказать:
   - Видите, - мягко заметил Цесаревич. - У вас вызвала отвращение сама мысль о взятке.
   - Я понял вас, - кивнул офицер, успокаиваясь. - Я даже готов вам поверить. Но я уже убедился, что земляне очень любопытны. Я тоже... э... в свободное время посещаю мероприятия Ярмарки и познакомился с вами достаточно близко... Возможно, мальчикам пообещали экскурсию или что-то вроде этого...
   По знаку подполковника Алябьева, отвечавшего за безопасность миссии, прямо в кабинет вкатили на столике тело убитого. Из него даже не выдернули дирк Игоря.
   - Это похоже на приглашение? - уточнил Цесаревич.
   Полицейский, взглядом попросив разрешения, подошёл к трупу, поднял маску, одновременно что-то просматривая на маленьком экранчике, лёгшем в левую ладонь. Через несколько секунд он кивнул:
   - И снова признаю вашу правоту. Мне... нам хорошо знаком убитый. Он не из тех, кто развозит приглашения от пресыщенных дам мальчикам. Но он вполне мог заняться организацией такого приглашения без согласия приглашаемого... Это наёмный охотник за головами - профессионал очень высокого класса.
   - Послушайте, господин Кхеммур, - неожиданно резко сказал Цесаревич. - В то время, пока мы тут ведём разговор, мальчики где-то находятся и они, я уверен, живы. Так вот. Как официальный представитель Русской Империи я заявляю: если хоть с одним из них случится что-то - война будет делом решённым. Проиграем мы её, нет - но её не избежать. Возможно, у вас к этим вопросам относятся проще. Возможно. Но мы не допускаем подобных вещей с нашими людьми - любого возраста и положения.
   - Как официальный представитель Англо-Саксонской Империи я поддерживаю русского брата, - холодно сказал, сверля мьюри пристальным взглядом, лорд Оксбридж, глава англосаксонской миссии, находившийся тут же. - Мальчики должны быть возвращены целыми и невредимыми. В противном случае будут подняты не только наши силы, но и силы восьми союзных нам рас. Можете поверить - они пойдут за нами и на такое. Репутация скиуттов, надеюсь, вам известна - как и их реакция на нанесенные им и их союзникам оскорбления. Кроме того, Земля будет вынуждена заключить союз с Империей Сторкад - а сторков еще никто не обвинял в трусости - равно как и не хвалил за милосердие к врагу. Может быть, вы выиграете и эту войну. Может быть. Но цена победы будет слишком тяжелой - даже для вас.
   Его адьютанты встали за спиной лорда ало-сине-золотой стенкой. Один из них - похожий скорей на медведя, чем на волка, огромный даже по меркам своей могучей расы скиутт в специальном "туземном" мундире той же расцветки, что и у людей - смотрел на мьюри так, как будто собирался разорвать его пополам прямо тут - скиутты относились к "обидчикам детёнышей" ещё хуже землян, недаром старшнейшим оскорблением в их языке было "щеногуб".
   Полицейский не смог скрыть - и не пытался скрыть - волнения, почти испуга. Но не за себя, это тоже было видно - и внушало уважение. Он оглядел лица землян и быстро заговорил:
   - Господа, господа. Вы, видимо, не поняли. Никто из официальных лиц, даже никто из представителей наиболее агрессивно настроенных в вашем отношении корпораций не имеет к этому ни малейшего касательства. Это акт не политический, похитителей наняли взбалмошные женщины, помешанные на своих деньгах и своих удовольствиях...
   - Едва ли это может послужить оправданием и облегчит судьбу мальчиков, - сказал полковник Макаров. - Похитители - ваши граждане, заказчики - тоже, как я понял. Следовательно и отвечать вам. А действовать... - он не договорил.
   - Более того, вам известны заказчицы, ведь так? - спросил Алябьев. Мьюри кивнул. - Тогда я не понимаю, в чём дело.
   - Мы проверили дома - все дома - этих женщин, - пояснил полицейский. - Там никого нет... никого постороннего. Мальчиков, конечно, содержат где-нибудь в катакомбах... и можете мне поверить, чтобы прочесать их - не хватит всех сил полиции планеты. Кроме того, мы получили сообщение - конечно же, анонимное - что в случае ареста заказчиц ваших похищенных просто убьют. Сразу. Мы боимся проводить арест, остаётся только ждать, когда они отправятся к игрушкам, и...
   - Как я понял, вопрос только в том, что неизвестно местонахождение похищенных? - вкрадчиво спросил лорд Оксбридж.
   - Именно так. Кроме того, даже если мы узнаем это место и освободим их, нужно будет получить живым кого-то из похитителей, чтобы он дал показания против заказчиц, а это ещё более трудно... - пояснил мьюри.
   - Как всё сложно, - немного хищно улыбнулся англосакс. Он быстро переглянулся с Цесаревичем - и глава русской миссии заговорил:
   - Если мы узнаем местонахождение - мы получим возможность действовать самостоятельно? Гарантирую, что вы, в свою очередь, получите по крайней мере одного живого похитителя, а следовательно сможете привлечь к ответственности по вашим законам заказчиц и отчитаться начальству о том, что вами улажен серьёзнейший конфликт. Размен?
   - Размен, но... - мьюри покачал головой. - Я могу согласиться с тем, что вы, земляне - решительные существа... по крайней мере, я ни разу не слышал, чтобы преступник такого класса, - кивок на тело, - был убит подростком при помощи ножа... Но я хочу быть честен: узнать место, где держат похищенных, можно лишь со слов одного из похитителей. Вы не представляете себе, как велики подземелья столицы. Миллионы путей, миллионы запахов - отказывают даже интеллектронные ищейки... Неосторожные же действия могут привести к тому, что похищенных опять-таки убьют. Я не буду скрывать, хотя мне... - он сделал усилие, - ...мне стыдно говорить такое о моих соотечественницах... мальчиков похитили для того, чтобы потешить некоторые... м... фантазии... и...
   - Оставим этот разговор, - поморщился Цесаревич. - Так вы согласны на размен?
   Мьюри задумался. Потом решительно кивнул и подтвердил снова:
   - Да. Эти похитители в любом случае давно вне закона, и их смерти не вызовут ни малейшей официальной реакции. Хотя я по-прежнему не понимаю...
   - Отлично, - Цесаревич прервал полицейского просительным жестом и повернулся к лорду Оксбриджу.
   Англосакс подошёл к трупу на каталке. Положил ему на грудь ладонь - сняв белую с золотом короткую перчатку. И резко, но ясно сказал:
   - Steyni.
   Конечности трупа дёрнулись, как от заряда тока.
   Мертвец сел.
  
Оценка: 9.26*9  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"