Верещагин Олег Николаевич. 1. На Платановой улице

НА ПЛАТАНОВОЙ УЛИЦЕ

Четырнадцатилетний Уилф Матмэн на этот раз вернулся из скаутского лагеря на пять дней раньше срока.

Сидя возле окна автобуса, он занимался не очень-то привычным делом - размышлял на отвлечённые темы. Обычно для него это было мучением, вроде писания сочинений. Но сочинение всегда можно было содрать из Интернета.

Вот кстати. Большинство Интернет-сайтов висели уже почти неделю. Уилф нахмурился, глядя рассеянно, как за большим окном автобуса начинаются улицы Талахасси. И что это за спешка с разъездом? Да и вообще, странный какой-то был лагерь. Необычный. Как будто все, сговорившись, играли в какую-то странную и не очень натуральную игру со старыми и надоевшими правилами. Даже у младших не было заметно обычного неиссякаемого энтузиазма.

Уилф не успел додумать эту мысль - в автобусе зашумели, мальчишки прилипли к окнам. Автобус сбавил ход, снаружи проплыл военный пост. Прямо на улице стояли два джипа и с десяток солдат в полной форме, с винтовками. Офицер говорил по рации.

- Эй, ты видел? - возбуждённо спросил сосед Уилфа, веснушчатый и непоседливый Эдди Картер. - Как в кино!

- Наверное, ожидают вторжение инопланетян, - с надеждой сказал Поль Энио, известный фанат Розуэлла и теории заговора. С задних сидений послышалось:

- О да, они вернут нам Элвиса.

Автобус грянул хохотом. Уилф снова отвернулся к окну. Автобус как раз проезжал туннелем, и потемневшее стекло, как зеркало, отразило хмуроватые брови, короткий светлый ёжик, вздёрнутый нос, выпяченную верхнюю губу, решительный подбородок и внимательные серые глаза. Этой весной Уилфрид Матмэн стал "американским мальчиком-200..." в своей школе. Правда, с большим трудом оттеснив на второе место афроамериканца с причёской "афро" из параллельного класса. Разрыв был минимальный, так как почти все учителя с их двойными голосами были за "параллельного". Да и Уилфу потом долго пеняли, что он не понимает всей важности первого места в этом конкурсе для всех афроамериканцев вообще...

...Фу, о чём думаю, как девчонка, с отвращением поморщился Уилф и вдруг улыбнулся.

Впереди за домами мелькнул здоровенный платан.

Дерево росло во дворе Матмэнов уже двести лет.

* * *

Когда-то платаны росли тут везде. Но Уилф не помнил этого. В раннем детстве он был уверен, что их улица была названа Платановой исключительно из-за платана во дворе Матмэнов - и страшно этим гордился. С платаном были связаны самые приятные воспоминания. Например, о качелях - качелях, сделанных отцом и привешенных на надёжных цепях к толстой, с древесный ствол, ветке.

Кстати. Входя во двор, Уилф обнаружил, что на качелях сидит его младший брат. Восьмилетний Винс сидел как-то необычно для себя - совершенно неподвижно, благонравно сложив руки на коленях. Слегка портил благонравность подарок отца - старый фибровый подшлемник, закрывавший голову Винса целиком. Именно поэтому он и не заметил старшего брата - а Уилф не отказал себе в удовольствии подкрасться и сказать:

- Вуф!!!

- Ой! - Винс соскочил с качелей и немедленно стукнул старшего брата подшлемником по голове. - Я не испугался. А ты чего так рано приехал?

- По тебе соскучился, - усмехнулся Уилф, присаживаясь на освободившееся место, ставя рядом рюкзак и отталкиваясь ногой. - А ты чего тут сидишь?

- К нам пришла миссис о'Лири, - Винс сделал большие глаза и оперся руками о качели. - Она сидит на кухне и плачет, потому что Тома убили в России. Мама выгнала меня и сказала, чтобы я сидел...

- Ты что плетёшь?! - Уилф уперся ногой, останавливая качели. Тома о'Лири, сына соседей, который окончил школу три года назад и сразу завербовался в пехоту, Уилф отлично знал. Том был весёлый, драчливый, но не злой и очень щедрый парень, Уилф с удовольствием дружил бы с ним, если бы не разница в возрасте. Вообще во Флориде было не очень-то много желающих служить в армии, но Платановая улица была исключением. Может быть, потому что с неё когда-то начинался весь город и жили тут всё больше потомки людей, которые считали оружие неотъемлемой частью мужчины? Ведь и Матмэн-старший тоже служил - только во флоте, главным корабельным старшиной на эсминце... - Ты что, заболел?! - повторил Уилф, встряхивая младшего брата за плечи. Но тут же понял, что это вполне может быть правдой. Что в России и вообще в Европе идёт какая-то война, он, конечно, знал, в школе об этом талдычили под конец года. Естественно было и то, что Америка участвовала в этой войне - ведь сам Господь возложил на родину Уилфа почётную миссию нести справедливость и мир отсталым и заблудшим народам, спасать их от злобных соседей - как, например, рассказывал учитель социологии, сейчас спасают американцы благородных и отважных горцев Кавказа от русских дикарей. Уилф знал и то, что в их школе в несколько семей пришли извещения о гибели кого-то из членов. Но тех ребят он и не знал почти. А тут... Он растерянно посмотрел на дом о'Лири за невысоким заборчиком. И тут же повернулся к своему дому - на крыльцо как раз выходили мама и высокая, всё ещё очень красивая и довольно молодая миссис о'Лири. Миссис Матмэн поддерживала соседку, гладя её локоть. Женщины о чём-то говорили, притихшие мальчишки не слышали - о чём. Но неожиданно миссис о'Лири вскрикнула:

- Томми, мой Томми! Что они знают?! Он был самый лучший мальчик, он был умный и добрый! Зачем мне эта бумага?! - она что-то отбросила в сторону. - О Господи, - вдруг зарыдала женщина, - моего мальчика убили, а я даже не могу выговорить название проклятого места, где это случилось! О Господи, миссис Матмэн! Я даже не могу выговорить названия! Я не могу! Верните Томми! Отдайте моего ребёнка!!! Отдайте! Отдайте, будьте вы прокляты!!!

Женщины - шатающаяся и выкрикивающая бессвязные слова и поддерживающая её - пошли к калитке...

...Рухнув на кровать, Уилф устроил у себя на животе большущий атлас. Прикасаться руками к бумажной книге было даже странновато, но Интернет висел по-прежнему, а потом свет вообще выключился и на звонок с подстанции сообщили, что на линии авария. Ладно, сойдёт и атлас.

Разгладив бумажку извещения, Уилф пробормотал:

- Нё... вьё... под... клэт... ньойе...

- А что ты делаешь?

Это впёрся в их комнату младшенький - уже не только в подшлемнике, но и со штурмовым карабином "кольт" наперевес. Пыхтя, влез на кровать брата, и Уилф не стал его прогонять, приобнял и пояснил:

- Вот, я смотрю... где русские убили Тома.

Винс провёл не очень чистым пальцем по строчке, пошевелил губами, но так и не осилил названия и опасливо спросил:

- А русские не придут сюда? Если они убивают наших солдат, они же могут придти, разве нет?

- Дурачок, - фыркнул Уилф, листая испещрённые мельчайшими строчками страницы списка населённых пунктов. - У русских нет ни ракет, ни флота, ни самолётов, они всё пропили и разворовали.

- Как мистер Бинэм? - уточнил Винс. - Он тоже всё пропивает и ворует.

- Угу, точно, - кивнул Уилф, добираясь до "с. Новоподклетного Воронежской обл.". Винс уточнил:

- Значит, мистер Бинэм тоже русский?

- Нет, он просто пьяница и ворюга, - рассеянно ответил Уилф. - Не ной, смотри молча, а то прогоню.

Теперь уже палец старшего мальчишки блуждал по карте. "Дон," - это река такая. В голове Уилфа что-то такое появилось - что-то, связанное с казаками. Кажется, на Дону жили казаки. Или казахи? Нет, казахи вроде бы не русские, а казаки - самые русские. Наверное, они и убили Тома. Ух, сколько леса тут! Понятно, они прячутся в лесу и исподтишка нападают, как трусы. Ха, вояки. Конечно, теперь всё ясно. Уилф презрительно скривил губы.

- Они никогда сюда не придут, а мы скоро победим, - нравоучительно пояснил он младшему, с восторгом следившему, как старший брат обращается с большой непонятной книжкой. - Освободим разных там горцев и прогоним русских в их Москву.

- Как из кино? - заинтересовался Винс. - Горцы?

- Наверное, - неуверенно ответил Уилф. - Тома жалко, конечно. Но на войне убивают, это так бывает всегда.

- А мистер Толливер закрыл магазин и куда-то уехал, - вдруг сказал Винс. - И полиция никого не пускает на побережье, потому что там, где афроамериканцы живут, какие-то бандиты стреляют во всех. Это русские?

- Да нет, конечно! - рассердился Уилф. - Что ты за бестолочь?! Откуда здесь русские?!

- А вот и есть, а ты не знаешь! - запальчиво сказал Винс, садясь на кровати и обеими руками поправляя подшлемник. - Две недели назад их привезли на старые склады, много! Только не взрослые, а мальчишки и девчонки! Мы хотели посмотреть, а нас и оттуда полиция прогнала! А потом ещё оттуда сколько-то сбежали русских, и кого поймали, а кого и нет даже!

Не успел Уилф хоть как-то отреагировать на эту новость, как в дверях возникла миссис Матмэн.

- Уилф, я дам тебе список и деньги. Возьми тележку и сходи в магазин, но не в супермаркет и не к мистеру Толливеру, он закрылся, - лицо женщины было озабоченным и усталым. - Купи всё, что там написано, у Тимманов. И ради бога, быстро назад.

- Мам, что за русские дети на складах? - удивлённо спросил Уилф. Вместо ответа миссис Матмэн отмахнулась...

...Почему нельзя в супермаркет - Уилф понял, когда увидел магазин с угла.

Без стёкол, с черными языками подтёков копоти на стене, двухэтажный магазин выглядел декорацией к фильму-катастрофе. Усугубляла впечатление полицейская машина, возле которой стояли двое офицеров, державших руки на револьверах.

- Пожар был, что ли? - пробормотал мальчишка, тормозя тележку и озираясь в поисках кого-нибудь, кто мог бы прояснить ситуацию. Но теперь до него дошло ещё и то, что проспект пустынен. А через миг долетел звук, похожий на треск рвущейся материи. И ещё. И снова. А потом - несколько отдельных выстрелов, и Уилф понял, что слышал стрельбу из автоматического оружия.

Один из полицейских подошёл к замершему на углу мальчишке.

- Проходи, сынок, а ещё лучше - иди домой, - угрюмо сказал полицейский. Только теперь Уилф заметил у него за плечом самозарядный ругер.Уилф знал, что в полиции есть такое оружие но раньше ни разу не видел полицейского с ним на улицах Талахасси. Даже когда в прошлом году пришлось разгонять какую-то байкерскую тусовку на побережье. На секунду глупо показалось, что Винс был прав и в городе русские.

Мотнув головой, Уилф направился в проулок.

Полицейский вернулся к своему напарнику. Тот слушал рацию.

- Ну что? - спросил разговаривавший с Уилфом. Его напарник вздохнул:

- Уже ничего. Но знаешь, я с утра отправил Эллис прямо в участок и велел сидеть там. Надеюсь, она послушалась...

...Около магазина Тимманов город выглядел совершенно прежним. Напротив, во дворе жилого дома, с воплями возились в песке какие-то карапузы. Стояли несколько автомобилей. Тимман-старший, перевесив через ремень огромное пивное пузо, о чём-то разговаривал у дверей с двумя трапперами-французами. Эту публику Уилф знал, они часто наведывались в город из болотистых джунглей и вызывали у горожан смех неправильной речью, неуклюжестью и диким видом. Эти двое - в рубахах, джинсах, высоких сапогах и (!) шапках из хвостов енотов - выглядели не менее глупо любого из своих собратьев. Убитый до последней степени "шевроле"-пикам принадлежал явно им; кузов пикапа загромождали коробки, поверх них сидел и со скукой смотрел вокруг мальчишка, ровесник Уилфа - такой же смуглый, черноволосый и сероглазый, как и старшие. Остановив взгляд на Уилфе, француз усмехнулся, оттопырил губу и спустил на асфальт длиннющую вожжу слюны. И снова уставился в облака.

Поздоровавшись с Тимманом-старшим, Уилф втащил тележку внутрь. И удивился.

Тут оказалось немало народу. Обычно магазин Тимманов популярностью не пользовался и явно еле сводил концы с концами. А на этот раз в нём было человек двадцать, не меньше. Но это было ещё не самым интересным.

Собравшиеся внутри мужчины от 20-25 до 40-50 лет вообще ничего не покупали. Уифл решил бы, что попал на заседание какого-нибудь отделения АСА (1.) - рядом с каждым из сидящих или стоящих находилось оружие. Самое разное. В основном - винтовки для охоты на оленя, но Уилф увидел М16 и даже "калашников". И одеты все были как охотники или в полувоенное.

А самое интересное - у каждого на голове была, или лежала рядом, или висела на стволе широкополая серая шляпа.

На Уилфа все уставились не то чтобы недовольно, но как-то непонятно. Мальчишка уткнулся в список и потащил тележку вдоль полок. Идти посреди тишины под пристальными взглядами такого количества людей было жутко, в голову полезли разные мысли, и мальчишка еле-еле сдержал облегчённый выдох, когда расплачивался у кассы, за которой стоял Тимман-младший - не в пример своему брату подтянутый.

- Отец-то где? - вдруг спросил Тимман.

- В море, мистер Тимман, - ответил Уилф, запихивая в карман джинсов сдачу.

- В море... - пробормотал тот и гаркнул: - Тихо!

Уилф даже вздрогнул - но это относилось не к нему, а к двум мальчишкам, которые ворвались в магазин, обгоняя друг друга и с явным намерением что-то громогласно сообщить - но осеклись буквально на вдохе. В одном из мальчишек Уилф, проходя мимо, неожиданно узнал своего бывшего одноклассника Томми Ли - и, уже выйдя наружу, поморщился. Ему не нравилось встречаться с этим пареньком.

Трапперы уже уехали. Тимман-старший стоял и смотрел, как где-то за домами поднимаются два чёрных хвоста пожаров...

...До десяти лет Уилф с Томми даже дружил. Томми рос с одним отцом, работягой из автомастерской - но рос смелым, умным и решительным мальчишкой, драчуном и заводилой во всех проделках. Но, когда ему исполнилось десять - буквально на следующий день после дня рождения - вся жизнь Ли-младшего круто переменилась.

В автобусе, которым он ехал к отцу, к нему пристали двое афроамериканцев - на год-другой старше. В таких случаях белые ребята обычно старались не ссориться, уступить. Дело было не в том, что они так уж боялись афроамериканцев - просто законы

1. Американская Стрелковая Ассоциация - организация любителей стрелкового оружия в США. В значительной степени эта организация политизирована и объединяет не только "чистых" любителей пострелять, но часто белых мужчин, живущих согласно традиционным американским ценностям. АСА всё чаще и чаще подвергается нападкам либералов и прочей мрази как "рассадник расизма, ксенофобии и жестокости". Тем не менее, она объединяет порядка 3 млн. активных членов. Сотрудничает с "гражданской гвардией" и даже Ку-Клукс-Кланом.

штата почти в каждом случае заведомо принимали сторону "угнетённого в прошлом населения". Томми, видимо, решил поступить так же и даже сошёл за две остановки от заправки отца, надеясь, что отвяжутся. Но те двое сошли следом и в каком-то переулке попытались обобрать мальчишку.

Подобранным тут же металлически прутом Томми отделал обоих так, что они попали в больницу. И уже через неделю получил полтора года "содержания в исправительно-коррекционном центре для несовершеннолетних штата". Ему дали бы и больше, но в ходе расследования выяснилось, что оба афроамериканских мальчишки достали ножи. Может быть, дали бы меньше - но на суде Томми вдруг сказал деревянным голосом, что жалеет "что не убил этих ниггеров, а взрослые все - трусы позорные!"...

...Отца Томми уволили с работы. А когда Томми вернулся - Уилф не узнал своего дружка.

Томми сильно вытянулся, раскачался и раздался в плечах. Мальчишка выглядел не на неполные двенадцать, а на все четырнадцать лет. Школу он бросил, хотя читал, пожалуй, больше, чем раньше, а вот говорить почти совсем перестал - словно что-то для себя решил важное и сейчас просто двигался к этой цели, не глядя по сторонам. Уилф как-то незаметно перестал с ним общаться - было неудобно говорить и дружить с человеком, который сидел в тюрьме за расизм... а ещё почему-то было неловко перед самим Томом. А сам Ли не настаивал на продолжении знакомства.

Довольно долго - около полугода - Уилф не видел Томми вообще. И вот на тебе. Правда, сейчас Томми был в распахнутой армейской куртке поверх чёрной майки, джинсах и сапёрных ботинках. И ещё подрос, повзрослел. Но выражение лица, короткая стрижка - остались прежними.

- Погоди, Уилф, - окликнул он тащащего тележку мальчишку. - Постой, говорю.

Уилф остановился. Томми догнал его, и Уилф увидел, какие у Томми глаза. В них была дикая смесь неясного страха, ожидания непонятно чего, какой-то сумасшедшей жадности, полоумного восторга...

- Я хочу сказать, - Томми сглотнул. - Мы с тобой дружили, а что ты потом перестал... я понимаю. Я хочу сказать, - повторил он. - Лучше уезжайте из города.

- Зачем? - удивился Уилф. Томми замотал головой, махнул рукой и спросил:

- У тебя есть оружие?

- Е... есть, - ошарашено ответил Уилф, крепче ухватив тележку, как будто Томми собирался её отнимать.

- Держи под рукой, слышишь? А лучше - уезжайте, я говорю, - повторил Томми и попятился, махнул рукой, повернулся и быстро пошёл к магазину. С другой стороны подкатил грузовичок "тойота", из кузова неспешно слезли четверо мужчин - в полувоенном и всё тех же серых шляпах, сняли длинный свёрток и внесли его в магазин. Один остался на крыльце рядом с Тимманом-старшим и молча закурил длинную чёрную сигару. Остановил Томми за плечо, что-то тихо сказал, и Ли, кивнув, бегом нырнул за магазин...

* * *

Вечером выключили свет. Как раз когда передавали обращение президента к нации. Довольный и широко улыбающийся президент-афроамериканец вещал о гражданском мире и всеобщем спокойствии, о Роли Америки - и вдруг оп. Экран погас. Собственно, свет погас вообще везде, и, когда Уилф посмотрел в окно - увидел, что над Талахасси темно, только на юго-востоке что-то горит, и от этого небо там кажется подкрашенным шевелящимися алыми мазками. Смотреть на это было тревожно.

- Отойди от окна, Уилфред, - сказала миссис Матмэн, подходя к сыну.

- Ма, - Уилф задёрнул шторку. - Что происходит-то? Я ничего не понимаю.

- Я и сама не понимаю, - тихо ответила женщина. - Последнюю неделю творятся такие вещи, что... - вздохнув, она передёрнула плечами. - Иди спать, Винс будет бояться один.

- Ма, - Уилф покусал губу, посмотрел на миссис Матмэн. - А что-нибудь было от папы?

- Он звонил, - миссис Матмэн покачала головой. - Несколько раз, пока ещё мобильная связь работала... Они были в плавании, конечно, он не мог сказать, где... А сейчас я просто ничего не знаю, сынок.

Признание матери ошарашило Уилфа. Он опять отодвинул шторку. Почти тут же послышалась стрельба - вроде бы недалеко, частая. Перебивали друг друга несколько стволов. Потом стрельбу перекрыл рёв полицейских сирен - и что-то где-то взорвалось.

Впервые в жизни Уилф вдруг ощутил себя совершенно беззащитным перед... перед чем? Для него само собой подразумевалось, что о безопасности вокруг заботится масса народу - от полиции до армии. Школьные учителя, суд... просто взрослые, наконец! И вдруг оказалось, что Уилф - один. Совершенно один. Даже хуже - в одном с ним доме (совершенно незащищённом!) маленький брат и женщина - его мама, которая сама растеряна и испугана.

- Всё будет в порядке, мам, иди спать, - сказал Уилф, трогая на своём плече руку женщины. Пальцы миссис Матмэн вздрогнули. Она улыбнулась старшему сыну - жалобно и беззащитно. Кивнула. И пошла к себе.

Уилф не привык так рано ложиться спать. Найдя ощупью скаутский фонарик, он обошёл весь дом и проверил окна и двери. Словно бы увидел их новым взглядом - стеклянные блоки, их так легко разбить и их так много в доме - мест, где можно пролезть внутрь. В холле снял трубку стационарного телефона. Стационарный телефон работал, и Уилф немного успокоился - но зато боролся с искушением набрать номер полиции, чтобы... а что чтобы? От чего они защитят? От ночи за окнами - ночи в родном городе, в которой что-то происходит? Что-то невнятное и жутковатое, как будто тени шевелятся под заборами и за кустами, как в страшном фильме... Ни при чём тут полиция.

Он ещё раз попытался по мобилке набрать номер отца. Но эта связь не работала.

Выходит, что я один. Мы все поодиночке, вдруг подумал Уилф, поднимаясь наверх, в их с братом комнату. Мысль была ему самому не до конца понятна, но она пугала.

Очень.

* * *

Винс и правда не спал - он сидел в кровати, закутавшись в одеяло и громко облегчённо перевёл дух, когда увидел входящего Уилфа. Старший брат нёс в левой руке своё ружьё - шестизарядный "мосберг" HS410. В правой - патронташ. Глаза Винса стали круглыми.

- Уи-и-и-и-илф? - спросил он опасливо.

- Спи, - буркнул Уилф, садясь к столу и кладя рядом фонарик. - Всё нормально, просто авария на станции. Мама сказала, чтобы ты сию секунду спал. Она уже легла.

- А ты? - Винс послушно и облегчённо вытянулся под одеялом.

- Я не уйду, - буркнул Уилф, свинчивая крепление цевья и аккуратно его отделяя за рукоятку для удержания. Вздохнул, проверил патронташ - там была в основном дробь, дунст для стрельбы по воронам. Но были с десяток "макэлвинов", и Уилф разместил их поближе под руку.

- Зачем ты взял ружьё? - пискнул из-под одеяла Винс.

- Спи, чистить взял, - ответил Уилф, снимая боевую пружину и магазин. Сняв затыльник, свинтил приклад. Разложил части на столе, стал чистить блестящую поверхность магазина тряпочкой. Движения успокаивали. Уилф водил по металлу, глядя в темноту за окном. Непривычную темноту. Уилф поймал себя на мысли о том, что надеется - сейчас вспыхнут огни...

Нет. Только ещё в нескольких местах явно начался пожар, да доносилось до слуха потрескиванье выстрелов. Что же творится-то?

- Уилф, это война началась? - тихо спросил Винс.

- Да спи же ты, какая война, просто бандиты, - отрезал Уилф. - Полиция с ними

справится. Постреляют и всё.

Он собрал ружьё. Подумал, снарядил магазин пулевыми патронами, ещё один загнал сразу в ствол, поставил помпу на предохранитель и положил оружие на тумбочку возле кровати. Стал раздеваться.

- Можно к тебе? - хныкнул Винс. Уилф свёл брови:

- Ещё новости! Тебе что, три года?

- Ну Уилф, мне страшноооо... - проныл младший, садясь в постели.

- Иди, - буркнул старший, ставя рядом с кроватью кроссовки и откидывая одеяло. Винс немедленно перебрался со своей кровати под бок к старшему брату. Залез поглубже, повозился и притих, но не испуганно-выжидающе, как лежал у себя в постели, а удовлетворённо. Уилф подумал и обнял Винса. Тот коротко выдохнул и уткнулся носом в плечо. И, кажется, мгновенно уснул.

Уилф не закрывал глаз. Он смотрел на то, как красноватый длинный отблеск лежит на чёрном стволе ружья. Вспоминал слова Томми - уехать. Но куда уезжать? Да и как об этом сказать маме, она же только посмеётся...

Потом комната и отблеск на ружье стали ему сниться...

...Миссис Матмэн не спала.

За все свои тридцать шесть лет она - решительная и умная женщина, настоящая домохозяйка, мать двоих сыновей и жена старшины флота - ни разу не чувствовала себя такой беспомощной. Всегда само собой разумелось, что большие вопросы решают мэр и президент, за порядком на улицах следит полиция, деньги пересылает муж, а её дело - растить детей и вести дом так, чтобы его было не стыдно показать соседкам, не стыдно встретить в нём отпускника-мужа, чтобы в нём было уютно и спокойно.

Но сейчас миссис Матмэн не понимала, как ей быть. Смутное ощущение тревоги переполняло её, как выплёскивающаяся из ведра грязная вода - и вызывало такое же желание поскорей выплеснуть эту воду... но как и куда?

На ночном столике женщины лежал - рядом с семейной фотографией, они снимались все четверо в Йеллоустоуне в прошлом году - небольшой кольт, подарок мужа. Она умела стрелять, причём неплохо. И сейчас почему-то вспоминались строки из прочитанного лет пятнадцать назад романа "Унесённые ветром" - как Скарлетт о'Хара застрелила пролезшего в дом мародёра-северянина. Но это было страшно давно, так давно, что фантастические фильмы казались реальней, чем невозможная история про горящие американские города и убивающих друг друга граждан Соединённых Штатов.

Сейчас ей вдруг пришла в голову пугающая мысль, что всё это ведь было. И Скарлетт о'Хара тоже не верила, что в Таре может произойти что-то такое...

Какое - такое? Она прошептала молитву - короткую, выученную в детстве и всегда приносившую успокоение. Но сейчас вдруг пришла острая обида: где Поль? Почему он в каких-то далёких морях, а не рядом с ней и сыновьями, почему он не в доме - и она, его жена, должна сидеть на постели и смотреть на револьвер с мыслями о том, как ей быть?!

Она набрала номер на мобильнике. В который уже раз.

Нет связи.

На миг ей представилось...

- Нет, - сказала она громко и решительно. Это просто сцена из фильма "Пирл-Харбор" и так не бывает.

Но ведь было, не так ли, спросила темнота в дальнем углу. Почему ты думаешь, что не может повториться?

Держа в руке револьвер - его маленькая увесистость успокаивала немного - женщина обошла комнаты. Потом поднялась к сыновьям.

Сперва она испугалась - младшего не было в кровати. Но потом женщина увидела под боком у старшего компактный выпяченный бугорок одеяла и невольно улыбнулась. Ну конечно. Бежать к маме - Винс уже великоват. А к брату можно...

Улыбка исчезла с её лица. На тумбочке рядом с кроватью Уилфа лежало ружьё, подаренный в прошлом году отцом "мосберг". Миссис Матмэн тогда очень не понравилась эта идея - дарить мальчишке настоящее оружие. Но муж махнул рукой, сказав, что это игрушка. А Уилф смотрел так жалобно и в то же время сердито, что как-то возражать женщина в самом деле не смогла. Да и то сказать - едва ли можно было назвать 410-ку серьёзным калибром. (1)

И вот теперь она почти с облегчением смотрела на оружие рядом с кроватью сына. Уилф умеет им пользоваться, это хорошо...

О чём это я, подумала женщина испуганно. Зачем мальчику пользоваться оружием для тренировочной стрельбы?! И как пользоваться?! Стрелять в людей? В кого, в каких?! Нет, нет же... Этого просто не может быть. И не будет.

Она посмотрела на револьвер в своей руке. А она к чему готовится, бродя по комнатам с револьвером в руке? Нет, глупости какие... Завтра утром всё будет в порядке. Завтра утром всё наладится. Это просто ночь такая. Просто ночь...

Уилф громко вздохнул и завозился. Миссис Матмэн наклонилась к старшему. Тот на секунду приоткрыл сонные глаза, улыбнулся совсем по-детски, пробормотал: "Маааам..." - и, опять закрыв глаза, повернулся на бок.

Да нет. Всё будет хорошо, успокоенно подумала миссис Матмэн. Посмотрела на револьвер в своей руке, усмехнулась его нелепости. И, выйдя и тихо притворив за собой дверь, пошли к себе.

Надо выспаться, потому что завтра будет день. Обычный день.

____________________________________________________________________________________________________________________

1.Это действительно так. 410-й калибр в США считается калибром для подростков и женщин, оружием развлекательной стрельбы.

Комментарии: 117, последний от 26/12/2011. © Copyright Верещагин Олег Николаевич (tambwolf.73@yandex.ru) Размещен: 22/02/2009, изменен: 28/03/2012. 29k. Статистика. Рассказ: Приключения Клич мятежников Сборник рассказов		Оценка: *8.5422** Ваша оценка:
Аннотация: В России уже идут бои. А обитателям столицы Флориды - города Талахасси - нет до них дела. Но... так ли уж нет?

Верещагин Олег Николаевич: другие произведения.

1. На Платановой улице